Юность Шопена (1952 год). Фразы и цитаты из фильма

Młodość Chopina (1952)

Все фразы и цитаты

 ЮНОСТЬ ШОПЕНА
Эй, там, это дворец князя Яблоновского?
А ты думал султана?
Подъезжайте ближе!
Спи, Иисусе, спи,
Сыне мой, усни.
Младенец Мой прекрасный,
С неба смотрит месяц ясный,
Какая у него
мечтательная красота.
Если бы я не знала эту семью,
могла бы поклясться, что в его
жилах течёт голубая кровь.
Сначала он был наставником Скарбека,
а теперь его отец профессор лицея.
Неудивительно, что сын
такой воспитанный.
Ваше Высокопревосходительство, правда
ли, что Его Императорское Величество
покинули этот мир?
Кто смеет распространять
такие слухи?
Почему вы, князь, обращаетесь
ко мне?
Кто может знать лучше, Ваше
Высокопревосходительство,
чем тайный делегат Новосильцов?
Скорее тайный пьяница.
Разве я не знаю, как меня
называют в Варшаве?
Будьте честны, Ваше Высокопревосходительство,
вам не жаль Его Императорского
Величества?
Нет. Не было приказа
его жалеть.
Что, если новость о
его кончине правда?
а русские заговорщики
начинают революцию?
Русские: Рылеев,
Муравьёв и Пестель
требуют чёткого ответа,
каким мы представляем себе
будущее правительство?
Мы останемся конституционной
монархией.
Они не хотят избавляться
от царской тирании,
только возвести на престол
польского короля.
Некоторые из них
республиканцы.
Республика? А потом
отменить самоуправление крестьян,
как того хотел Лелевель
мечтающий о свержении якобинцев.
Это означало бы конец дворянства, самого
великолепного польского сословия.
А если мы сами в результате свержения
пойдём на гильотину!?
Напротив. Мы не должны
позволить заговорщикам
зайти слишком далеко,
чтобы надавить
на наших жалких республиканцев
и демагогов.
По крайней мере, такова
моя задача в заговоре.
Муравьёв требует ответа,
восстанут ли поляки,
когда русские начнут революцию
против царя.
Именно так. Майор Николай Сергеевич
Лунин ждёт, чтобы сообщить
Центральному Комитету
важные новости.
Майор заслуживает доверия.
Мы можем поговорить с ним.
Царь Александр умер.
В Петербурге революция.
- Это точно?
- Абсолютно.
У Польши сейчас есть
только два пути:
Подняться против нового царя
вместе с русской революцией,
или остаться в рабстве.
Преемник Александра
никого не простит.
Ни русских, ни поляков.
Лишит вас и нас всего:
свободы, земли и
всего имущества.
Я искал вас повсюду, князь.
Вы ведь с нами
и вдруг внезапно исчезли.
Вы слишком интересуетесь
Его Величеством
и событиями в империи
в целом.
- Я ничего не знаю о революции.
- Какую революцию вы имеете в виду?
Откуда, чёрт возьми, вы узнали?!
Ваше Высокопревосходительство,
кажется забыли, что
вы мой гость.
А вы, князь,
завтра можете быть
моим гостем...
Моим гостем за стенами
кармелитов.
Вы рискуете, князь, своим
именем и имуществом.
Ваша игра проиграна.
Революция в Петербурге
подавлена,..
... а теперь...
- Продолжайте, Ваше Высокопревосходительство.
В этой игре, как вы её называете,
мы по одну сторону стола.
Революция в Польше лишит вас
власти, меня — дворянства,
крестьян и земли, которой моя семья
владела на протяжении веков.
Я знаю об этом, и вы не
должны об этом забывать,
Месье...
Стой!
Чья это карета?
Кого ты везёшь?
Это карета князя Яблоновского.
Мы везём гостя нашего пана.
По приказу обер-полицмейстера
мы проверяем всех, кто едет.
Я Фредерик Шопен.
Каштановые волосы...
вытянутое лицо...
длинный нос...
- Длинный нос.
- Кюхельбекер!
Хватит притворяться,
Кюхельбекер.
Вас разыскивают за мятеж против
Его Императорского Величества.
Что вы там прячете?
Я не хотел, чтобы они замёрзли,
но меня зовут Шопен.
Шопен?
Говоря, Кюхельбекер кривит рот.
Возраст тридцать лет...
Простите. Мы должны
были проверить.
Я же тебе говорил, что
это гость нашего князя.
Езжай дальше, дурак.
Сегодня много таких:
говорят одно, а сами
мятежи замышляют.
Ну и дела!
Кто там?
Откройте дверь.
Впустите заблудшую душу.
Кто это? Просто скажите.
Мятежник.
Благослови мою душу.
Зузка, это я.
Открой дверь.
- Кто я?
- Я. Фредерик.
Бог тебя знает.
А мятежников мы не пускаем.
Ладно, Зузка.
Это я.
Я тебя не знаю. Иди себе с Богом.
Ты что с ума сошла, девчонка?!
Это я... Я... Фредерик...
Фредерик...
Привет. Могу ли я иметь честь
выразить своё почтение
моей дорогой матери?
Девушка была вежлива
и не кашляла?
Это ты меня так учила.
Я хорошо кланяюсь?
- А где папа?
- Развлекает гостей.
- Профессора Линде и профессора Эльснера.
- Эльснера?
Ну, как, тебе у князя?
Всё ли понравилось?
Можешь себе представить, папа? Жандармы
остановили карету князя, в которой я ехал.
Ищут некоего... Кюхельбекера,
мятежника.
- Кюхельбекера?
- Они просто сумасшедшие!
Скоро жандармы будут искать
мятежников в университете,
или в моей музыкальной школе.
... О чём профессор Бентковски
объясняет в своих лекциях,
как соответствующую
человеческому развитию.
Мировая история показала,
что классовые различия
в обществе
вытекают из природы вещей.
Низший класс, чернь,
во все времена,
у всех народов, опирается
не на разум,
а движим эмоциями...
Ты слышал?
Вчера за рекой поймали
русского поэта Кюхельбекера.
Участник заговора против царя,
был вынужден бежать,
как только петербургская
революция была подавлена.
Кюхельбекера?
Вчера... Его искали жандармы, когда
я возвращался от князя Яблоновского.
Говорят, у русских революционеров
есть свои люди
в Варшавских полках Константина.
Говорят, майор Лунин арестован,
а Яблоновский выдал
Каетана Солтыка и полковника
Прадзиньского.
Князь Яблоновский — предатель?
Скажите пожалуйста, Французская
революция была раньше...
или позже рождения
Иисуса Христа?
Ну? Скажите пожалуйста...
Раньше, профессор!
Смех ещё не говорит о
знании мировой истории.
Прошу... Прошу...
я тебе говорю.
Тебе.
Подойди к кафедре!
Именно так меня ругали в школе,
но только в младших классах.
Профессор Лелевель относится
к нам совсем по-другому.
Что? Лелевель?
Ты меня ещё учить будешь?!
Выбирайте выражения, пан профессор! Мы
ни от кого не потерпим оскорбления.
Тихо! Я отучу вас от
этих глупых мыслей.
Тихо!
Кого-нибудь из управления
образования! Быстрее!
У тебя был Магнушевский?
- Нет.
- Где он может быть?
Возможно, на репетиции
хора. А что случилось?
Я был с Воловским, когда
его пришли арестовывать.
У него нашли тайные
дневники Килиньского.
- И что?
- Барцикевича посадили
в замок кармелитов.
- Барцикевича.
Разве ты не знаешь, что наши судьи хотят выглядеть
настолько ярыми конформистами, насколько это возможно?
Давай предупредим Магнушевского.
Его могут арестовать
после скандала на лекции.
Горстка поляков
шла домой,
в родные земли.
Как только люди
увидели
бело-красные знамёна,
Скажи Магнушевскому, что
Воловский у кармелитов.
Город заполнили
радостные крики...
Воловского арестовали за то, что он
осмелился ответить на оскорбления!
К дому судьи! Идёмте!
Полиция!
Полиция!
Ты простудишься...
хухра небесная...
Куда ведёт эта дорога?
А куда вы идёте?
На текстильную фабрику Мэримонта.
Устраиваться на работу.
Идите туда и выйдите
прямо на Мэримонт.
Общие результаты
по теории музыки,
контрапункту и композиции
с точки зрения грамматики,
риторики
и эстетических аспектов,
Первокурсник Фредерик Шопен —
особые дарования,
а второкурсник Добжиньский
Игнаций —
необыкновенные способности.
- Фредерик!
- Фредерик!
Фредерик. Он уехал?
Почему ты так подавлен?
Потому что вместо тебя,
Эльснер выделил
Добжиньского?
Подумай, он пишет свои
развёрнутые фразы
для всего оркестра.
А что у меня?
Одно бедное фортепиано?
Мне надоело слышать,
что никто ещё не сочинил великих
вещей для фортепиано.
- Ты слышал скерцо Добжиньского?
- Да.
Ничего особенного. Симметричное,
округлое и гладкое, как....
Округлое и гладкое,
как...
Все великие музыканты говорят,
что скерцо должно быть
просто шуткой и ничем больше.
Разве шутка не может иметь
трагический подтекст,
как у Шекспира.
Разве в жизни не переплетаются
комическое и трагическое?
Пусть Добжиньского играют
все оркестры мира.
В нём нет ни слова,
ни ноты правды.
Простая народная песня Зузки
мне нравится в сто раз больше.
Она всегда подслушивает, пока я играю.
Я никак не могу её отучить от этого.
Не правда. Я просто
пыль вытирала.
Давай, спой нам песню
"Эй, не ходи вокруг повозки"...
Спой, чёрт возьми!
Не ходи вокруг повозки,
Не ходи вокруг,
Не целуй парня, как
бы он ни просил.
Не целуй парня, как
бы он ни просил.
Слушай, давай споём
её в каверне.
Там может быть Добжиньский.
Все литературные и музыкальные
критики будут в ярости.
Эй, не ходи вокруг повозки,
Не ходи вокруг,
Не целуй парня, как
бы он ни просил.
Романтическая музыка
приходит на помощь.
Иди сюда, Шопен!
Вот и всё!
Господин Шопен попал
в самую точку.
Это новое искусство, за
которое борются романтики.
"Эй, не целуй парня"
Внимательно слушаете,
господа?
"Как бы он ни просил".
Да, профессор.
Мы предпочитаем простые
и народные песни
вашим романам госпожи де Жанлис
и госпожи Коттен...
- Наш Мицкевич...
- Мы читаем французские романы,
поскольку наш родной язык
не в состоянии передать
нежное чувство любовной игры.
Вы, романтики, утверждаете,
что у вашего друга
Мицкевича есть дар?
Зачем тогда он собирает
народные предания,
а пишет стихи для кухарок?
Мицкевич - для кухарок,
а польские песни Фредерика —
для извозчиков?
Может быть, просто для народа,
которого вы не видите,
который состоит из
простолюдинов?
Народ! Сброд! Господин Лелевель,
ради Бога, зачем эта политика
в литературных дискуссиях?
Учёные и поэты должны
быть убеждены,
что они творят для сообщества.
Почему такое убеждение?
Литература – ??это хороший вкус.
Музыка – это умеренное
и более высокое
понятие гармонии.
Я не нахожу их в
народных песнях.
Может Мицкевич хороший поэтом,
В мире считают по другому.
Вот что пишет журнал
"Московский Телеграф".
Позвольте я переведу вам.
«Здесь читатели узнают
новости о новом,
прекрасном явлении в польской
поэзии, об Адаме Мицкевиче,
которого с восхищением
читает вся Польша...»
«Этот молодой поэт заслуживает
европейской славы,
в его стихах, полных
силы и энтузиазма...»
Не переживайте, пан Лелевель.
Мы знаем, что в Крыму
очень много татар,
поэтому русские понимают
эти ужасные "Крымские сонеты",
которые я не читал и
не собираюсь читать.
Небольшая потеря,
профессор.
Вы можете даже похвастаться тем, что,
поскольку в школе читали Горация,
вы не читаете родного поэта,
боясь испортить свой вкус.
Вы должны знать,.. что
Золотой Век закончился.
После Красицкого Мицкевич
обратился к вам,
чтобы вы отложили иностранные
произведения в сторону.
Выражали свои мысли
и думали своей головой,
и творили своим воображением.
Ищите вдохновение
у своего народа.
Вот, пожалуйста!
Они начинали спорить
о романтизме,
а закончили...
революцией.
ОДА ЮНОСТИ
Учитель сказал, Фредерик,
чтобы ты немедленно встал.
Что ты от меня хочешь?
Сегодня воскресенье.
Послушайте:
Нравственность среди
академической молодёжи падает
из-за отсутствия смирения
перед церковью.
Сенатор Новосильцов послушал
епископа и приказал:
раз в неделю проводить
инспекцию,
чтобы удостовериться, исповедуются
ли молодые в назначенное время
и регулярно ли посещают церковь...
- Кто это?
- Где?
Наверху.
- Кто она?
- Откуда я знаю?
Их таких десятки
в консерватории.
Но это... Первая...
Констанция Гладковская.
Этот безбожник фальшивит.
Вы с ума сошли?
Как вам не стыдно?
Устроили концерт
в церкви?
- Пойдем. Быстрый.
- Ты хочешь, чтобы тобой занялся
Совет по образованию?
- Что ты хочешь?
Он так фальшивил, что вывел
бы из себя даже святого.
Вывел бы из себя святого?
Так это он виноват, а я то,
глупец, думал, что это она.
Кто она?
О ком ты говоришь?
Я тебя умоляю. Познакомь
меня с этой богиней!
Так вот в чём дело —
это богиня!
КАБИНЕТ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОГО ИСКУССТВА
ВАРШАВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА
НАЦИОНАЛЬНАЯ ВЫСТАВКА
Какой приятный сюрприз.
Приветствую. Позвольте, представить
вам нашего друга Шопена.
Если кто-нибудь в Варшаве
не знал о таланте Шопена,
то после сегодняшнего концерта
наверняка узнают.
Точно. Признайтесь,
был ли у вас когда-нибудь такой
аккомпанемент, как сегодня?
Это ещё не все его таланты.
Он прекрасный знаток
изобразительного искусства.
Фредерик, покажи пани
Гладковской зал.
Вы должны показать
мне выставку,
а сами стоите,
как статуя.
Это школа живописи,
которую я обожаю.
Эти нежные пастельные тона...
белый цвет лица...
золотистые волосы...
Господин Шопен снова хочет
мне аккомпанировать?
Нет... Боже упаси.
я хочу показать вам...
модели
Большого театра, который
строят в Варшаве.
Господин Корацци сделал
несколько моделей.
Ту, на которую вы
смотрите, первая.
А вот второй проект
господина Корацци.
Разница только в колоннадах.
- А это что за проект?
- Больница.
Странно.
До сих пор я думал,
что это последний
проект Большого театра.
Да, правда, пожалуйста, простите меня.
Это театр.
Проект новой больницы дальше.
Это не имеет большого
значения, поручик.
Моцарт... Моцарт сказал
бы, что театр –
это сумасшедший дом.
А опера – это палата для
неизлечимых больных.
Вы были очень добры
к будущей певице.
Спасибо за урок
исторической живописи.
и... за аккомпанемент.
Будь я проклят, если снова
осмелюсь вам аккомпанировать.
Как жаль. Я должна петь
у графа Скарбека
в Желязовой Воле.
Я думала, вы будете мне
аккомпанировать.
Далеко ли до Желязовой Воли?
Если бы не ливень, мы были бы
там через несколько часов.
Дай Бог к ночи приехать.
- С вами ничего не случилось?
- Нет.
- Мы заехали в канаву?
- Колесо сломалось.
Ничего нельзя сделать. Давайте
поищем место для ночлега.
Я вижу что-то мерцает.
Должно быть, это каюта. Идёмте.
Эй, есть там кто?
Есть там кто?
Откройте!
Не бойся, старик.
У нашей кареты сломалось колесо.
Молодой господин
должен согреться.
Кого ты испугался?
Отец, позови Анку.
Анка! Анка!
Поместье хочет, чтобы
Анка прислуживала.
Это незаконно.
Мы отдаём поместью
должное...
Пресвитер получает
по заслугам.
Анка, иди сюда.
Не бойся!
А теперь они ещё и нашу
младшую хотят забрать.
Иди к огню, погрейся.
Не бойся. Если пан позволит.
Я поеду в поместье и найду
для вас карету, пан.
Отпустите его!
Кто вам дал право
бить старика?
- Мы от графа Браницкого.
- Отпустите его!
Вы... к нашему графу?
Нет, графу Скарбеку.
- Как вас зовут, пан?
- Шопен.
Сын наставника графа Скарбека!
Но у меня приказ
нашего графа!
Не стойте там!
Отведите его в усадьбу!
? Есть небольшой сад,
он как нарисованный. ?
? Кто его нарисовал?
Мой дорогой Ясик... ?
Садитесь, пан, подвезём.
Нам по пути. Садитесь.
Фредерик,
возвращайся в гостиную.
Фредерик! Где ты там
спрятался в этом тумане?
Констанция!
Констанция!
Констанция!
Констанция!
Констанция!
У высокого леса,
у низкого поля,
Я пасу лошадей.
Я пасу их днём и ночью.
Смотрю за ними своими
голубыми глазами...
- Слава Богу.
- Во веки веков.
Садитесь, пан.
Вы, должно быть, заблудились.
Да. Откуда вы знаете?
Я так думаю.
Вокруг одни болота. Пройти
можно только у речки.
Хотя вы пришли из леса,
через болото.
Когда я им играю,
они не боятся.
Не могли бы вы провести меня?
Мне нужно вернуться в Желязову
Волю, в усадьбу.
Лошадей нельзя оставлять одних.
Вокруг много животных.
Утром пройдёте
вдоль речки.
Отдохните, пан.
Дай пану овчину, Бронка.
Следи за лошадьми.
Я немного посплю.
СЕГОДНЯ, 14 ИЮЛЯ 1830 ГОДА СОСТОИТСЯ
СКРИПИЧНЫЙ КОНЦЕРТ НИККОЛО ПАГАНИНИ.
Божественный!
Воплощение дьявола!
Мастер!
Он подписал договор
с Вельзевулом!
- Ангелы не умеют так хорошо играть!
- Зловещая сила!
Фредерик!
Эй, сторож!
Веди нас, брат.
Девяносто шесть стаккато для
одного смычка! Неслыханно!
Эти арпеджио!
Боже мой!
Кантабиле!
Он показал, что можно обойтись
и без большого оркестра...
Зачем десятки валторн,
труб или литавр!
Когда можно выразить
чувства, несчастье,
счастье и весь мир
одним инструментом!
Фредерик, возьми фонарь!
Играть! Играть!
Кто мне сейчас скажет, что одним
фортепиано этого не сделать.
... Фредерик Шопен – исключительные
способности, музыкальный гений...
За тебя, Фредерик,
за то, чтобы польская музыка
звучала по всей Европе.
За твой отъезд.
Для того, чтобы польская музыка
звучала по всей Европе,
Фредерику необходимо
туда поехать,
а министр Мостовский
отказал ему в стипендии:
"Мы не можем себе позволить тратить
впустую государственные средства
поощряя художников
такого рода".
Ты должен был
сказать раньше!
Мы обратимся к князю-министру.
Любецкий может отменить
решение Мостовского.
Позвольте представить,
господа,
верховный жрец
Варшавской Полигимнии,
ректор Эльснер
и его самый талантливый
ученик господин Шопен.
Поскольку министр так любезно относится
к нашей школе, я позволю себе...
Прошу прощения...
Новосильцов здесь.
Князь даже не желает
его видеть...
Господа, прошу.
Наша Родина не раз находилась
в тяжёлом положении.
Будем надеяться, что тот, кто спас её
во времена правления Александра
спасёт её, когда будет
править Николай.
За здоровье надежды польского
народа — князя Чарторицкого.
Надежда польского народа...
Князь Адам.
Добро пожаловать,
сенатор.
Вы это видели, князь?
Весь свет Варшавы пришёл,
включая вашего главного
якобинца — Лелевеля.
Вполне возможно,
что Лелевель
наш главный якобинец.
Почему вы, дорогой сенатор,
приписываете
сомнительные якобинские
достоинства другим полякам?
Не защищайтесь, князь.
Поляки — якобинцы.
Революция в крови
у этого народа.
Поляки всасывают её
с молоком матери.
А Пестель, Рылеев,
полковник Муравьёв,
и революция в Петербурге,
тоже дело поляков?
Конечно, среди поляков
много революционеров,
но и у русских
их не мало.
Это правда, что вы
уезжаете за границу?
Если я получу стипендию, то финансовые
проблемы не встанут на моём пути.
- А есть ещё что-то?
- Мне интересно, покорю ли я Европу?
Я боюсь потерять того, кто...
Можно вас пригласить, пани?
Пожалуйста, подождите.
Я скоро вернусь.
Привет, Фредерик. Я договорился о
встрече с Витвицким и Мохнацким.
Подожди. Подожди, я скоро приду.
Сейчас они попросят меня поиграть.
Не грусти, Фредерик.
Ты поедешь в свет
и у тебя будут свои
заботы и радости.
Ты должен иметь силу
духа, как мужчина.
Но у меня только
длинный нос.
Вместо высокого роста
поручика Писаржевского,
стройных ног Безобразова,
только длинный нос.
Я едва могу настроить
фортепиано,
не говоря уже о себе.
Фредерик, подожди!
НА СЕГОДНЯШНИЙ БАЛ ГОСПОДА В СПЕНСЕРКАХ,
А ДАМЫ БОСИКОМ — ДОПУЩЕНЫ НЕ БУДУТ.
- Стефан!
- Фредерик!
Иди сюда...
выпей со мной.
Я бы с радостью, но ты
знаешь, я не люблю.
Ты мне не нравишься
в таком настроении.
Отчего грустишь ты,
друже?
Меланхолию к чертям!
Крепкий бренди
выпить нужно
И идти к друзьям.
- ... и идти к друзьям.
- Ты приехал сюда творить?
В её честь. Слушай, разве
она того не стоит?
Шинкарочка, шинкарочка...
ты прямо, как русалочка.
С тобою сердце чаще бьётся,
душа ликует и смеётся.
Одарю поцелуями жаркими
твои волосы, лоб и бровь!
Ножки стройные, зубки
белые будоражат кровь!
Ты должен написать
к этому музыку.
Идёи, идём.
Подхорунжии* требуют, чтобы
мы начали революцию,
__
* Подхорунжий (польск. podchor??y) —
студент военно-учебного заведения.
Они так часто о ней говорили, что
на этот раз вы их не остановите.
В Варшаве ходят слухи
о революции.
Перед Новым годом ремесленники
уже хотели бастовать.
Кто-то должен взять на себя
ответственность за нашу революцию.
Давайте искать согласия с теми,
кого уважает страна. С сеймом.
Не могли бы вы организовать
встречу с Лелевелем?
С Лелевелем...
Извините, кажется,
я вас знаю.
Вы ошибаетесь.
Он меня узнал.
Это шпик!
Боюсь, меня тоже.
Идите! Мы его задержим!
Минуточку. Я не ошибаюсь.
- Мы хорошо знакомы.
- Что?
Вы ошибаетесь.
я вас не знаю.
Вы меня не помните?
Это не красиво.
Идёмте. Мы поднимем бокал
за эту приятную встречу.
Панночка, воду жизни
в тройном размере!
О, нет, нет, нет.
Позвольте, господа, выпить
с этим милым обывателем.
За революцию!
Нет, нет, нет.
Не хорошо так оставлять
старых друзей. Выпьем!
За всех шпиков!
Что, не хотите выпить за то, чтобы
разоблачить всех шпиков?!
Ну... За варшавских ремесленников.
Что? Не хотите выпить за
братство ремесленников?
Коллеги, кто-то здесь
презирает варшавян!
Шинкарочка, шинкарочка...
Ты прямо, как русалочка.
С тобою сердце чаще бьётся,
Душа ликует и смеётся.
С тобою сердце чаще бьётся,
Душа ликует и смеётся.
Отчего грустишь ты, друже?
Меланхолию к чертям!
Крепкий бренди выпить нужно
И идти к друзьям.
Крепкий бренди выпить нужно
И идти к друзьям.
Одарю поцелуями жаркими
твои волосы, лоб и бровь!
Ножки стройные, зубки
белые будоражат кровь!
Ножки стройные, зубки
белые будоражат кровь!
Одарю...
Ножки стройные, зубки
белые будоражат кровь!
Ты слышал? В Париже революция.
Говорят, что король
отрёкся от престола.
Беги к Мохнацкому. Они там в редакции
должны знать, правда ли это.
Известие о революции
во Франции
вызвало резкий спад на варшавском
фондовом рынке.
Падение Бурбонов!
Переворот в Италии.
Главный редактор дома?
Нет, он ушёл вместе
с паном Витвицким.
- Пан Витвицкий дома?
- Да, но...
Он совещается с паном Мохнацким.
Тогда я не буду их беспокоить.
Я подожду в гостиной.
Должно быть, это Фредерик.
Мы можем продолжать.
Нас там не слышно.
Мы должны наконец
установить дату восстания.
Вы знаете о недавних арестах? Мы не можем
ждать, пока нас всех пересадят.
Пусть Мохнацкий закончит.
Я продолжаю спрашивать, кто
несёт ответственность,
за то, что Польша до сих
пор под царским игом?
Вне всяких сомнений —
это те, кто правит
Патриотической ассоциацией.
Легко искать
виновного.
Вряд ли вам стоит это делать.
У вас всегда есть два
мнения по любому поводу.
- К чему ты клонишь?
- Не время для пустых разговоров.
Пять лет назад Муравьёв
спрашивал,
поднимутся ли поляки, если
русские начнут революцию?
Почему нам не дали
добро на восстание?
Теперь, когда русские
заговорщики обескровлены,
а революция подавлена,
мы должны подняться в одиночку,
без поддержки?
Господа, забудьте о прошлом.
Подумайте о будущем.
Это означает неверие в победу,
силу и честь нации!
Не правда! Надо извлекать
уроки из прошлого.
Дворянство проиграло дело,
проигнорировав совет Коллонтай
соединить вооружённое восстание
с социальной революцией!
Господа, он призывает нас сражаться с
дворянством в братоубийственной войне?
Гражданской войне, а
не войне против царя?
Оставьте социальные вопросы тем,
кто живёт на свободной родине.
- Мы начнём с вами или без вас!
- Пусть выскажется Лелевель.
Сейм наш недавно
восстановил
порку крестьян
и горожан.
Дворянство не расстаётся с
землёй, отнятой у народа.
Что людям защищать,
за что проливать свою кровь?
За дворянское восстание?
Дайте людям свободу и землю.
Отмените крепостное право
и эксплуатацию! Сожгите кнут
обвиняемого дворянства,
отдайте людям Родину!
Только тогда миллионы встанут
на защиту Польши и мы победим!
Самый опытный политик,
князь Чарторицкий,
предостерегает от потрясений
социальной революции.
Никакой отмены крепостного права
без постановления сейма.
Нас никто не знает.
Если мы нарушим права
сейма, кто из людей,
уважаемых в округе, присоединится
к революционному правительству.
Я знаю одного такого.
Да, господа, я знаю человека
с большим интеллектом,
волей и... силой.
Из рода Бонапартов?
Эх, Мауриций...
Мы видели, как такой человек
предал революцию во Франции...
Князь, это не лекция
по истории.
Речь идёт не о возведении на пьедестал.
Наш долг – начать!
- Народ присоединится к революции!
- Сейм будет принимать законы
и выбирать власть!
Сначала борьба, а потом политика.
После недавних арестов наш союз
находится в большой опасности.
Поэтому мы, военные, хотим назначить
дату восстания, как можно скорее.
Играй, Фредерик, играй.
Кто знает, как долго мы
сможем тебя слушать?
Неужели новость
о французской революции
так сильно вас встревожила?
Это правда?
Наиправдейшая правда.
В Италии тоже.
Великолепно! Я отложу
поездку за границу.
Как это? Ты не хочешь ехать?
Разве не ты говорил нам,
что только за границей,
свободный от патриотических
чувств, ты узнаешь себе цену.
Это правда...
Но у меня пока нет
денег на поездку.
Эльснер рассчитывает на
стипендию Любецкого.
Я не рассчитываю. Благосклонность
великих людей неопределённа.
Князь министр всё ещё занят.
Князь Чарторицкий.
- Позвольте мне начать, князь.
- Прошу.
У меня была делегация
купцов с паном Зайделем,
которая предупредила меня о
революции простолюдинов.
Моя полиция доносит,
что среди учеников наблюдаются
симптомы беспорядков.
Князь, какое это имеет отношение
к нашему разговору?
Говорят, в Польше...
возможно всё.
А вас называют некоронованным
королём Польши.
Вам лучше посмотреть на судьбу
французского короля.
Вы понимаете, князь, что
революция в Польше
начнётся с отмены
крепостного права,
а закончится нашим
обезглавливанием.
- Я только что вернулся от Великого князя.
- Ну, и...
Увы, князь Константин прав.
В таком положении только крепкий
союз с Российской империей
может спасти нас
от революции.
Когда приедет Фредерик?
Здесь нет Фредерика.
Я искал вас.
Подхорунжии приняли решение начать
революцию между 10 и 20 октября
с покушения на Константина...
На первом спектакле или концерте,
назначенном в эти дни.
- А что насчёт Любецкого?
- Он нас не принял.
Я ни во что не верю, даже
в обещания Радзивита.
Ты отказываешься от поездки?
Я могу собрать деньги с концертов
с 10 по 20 октября.
С 10 по 20 октября?
Эльснер даже постарается, чтобы
там присутствовал Константин.
- Ты не можешь изменить дату?
- Позже зал будет занят.
Мне страшно играть
в больших залах.
Что, если на мой прощальный
концерт никто не придёт?
Варшава не пришла?
- Пьетрек!
- Он убежал!
- Пьетрек?!
- Нет, Карл.
Какой Карл?
Карл X, французский король.
Семья Чарторицких не пришла.
Но для поездки Фредерика
этого будет достаточно.
Интересно, придёт
ли Константин?
Ну, а где Шопен?
Пришло время начать...
вашу революцию.
Высоцкий ждёт Константина.
Надо предупредить Лелевеля,
пока он не пришёл в театр.
Профессор...
Подхорунжии заняли места
возле ложи Константина.
Если произойдёт убийство,
вы будете подозреваемым.
Меня уже видели.
Если я сейчас уйду, это
вызовет подозрение.
- А Константий уже приехал?
- Ждём.
Константин не приедет.
Гощинский сказал.
В городе появились надписи:
"Да здравствуют ремесленники!"
А на резиденции Константина:
"Бельведер сдаётся
с Нового года".
Вся Варшава в напряжении.
Вся Варшава ждёт хорошей
погоды, профессор.
Должно быть, Константина, предупредили.
Поэтому он не приехал.
Ты уезжаешь?
Уезжаешь...
Я не хотел...
Фредерик, не я ли тебе говорил,
весь мир открыт перед тобой?
Ну, что скажешь?
Если в вашей музыкальной
школе все ученики такие...
То я низко кланяюсь.
Шопену было одиннадцать,
когда старик Живный
отказался его учить.
Ученик играл лучше,
чем учитель.
Мне сейчас шестьдесят, и
возможно, я ошибаюсь.
Но великие таланты пойдут
новыми дорогами,
установят новые...
свои правила.
Возможно, я больше
вас не увижу.
И это прощание навсегда.
Ну, что ж, прощайте,
моя дорогая...
Здравствуй, старая Вена,
город, где прославится
Фредерик Шопен!
Закрой окно или заплати
мне десять злотых.
- За что заплатить?
- За открытое окно.
Если я простужусь мне самому
платить за доктора?
- Куда ты идёшь?
- К доктору Малфатти.
- Откуда ты знаешь, что это хороший доктор?
- Он лечит самого императора Франциска.
Он лечил и был другом Бетховена.
В его доме собираются самые
выдающиеся музыканты.
Поэтому я хочу, чтобы он
также относился ко мне,
умоляя этих зверей,
венских издателей,
напечатать произведения
господина Шопена.
Граф Галленберг предлагал
вам... концерт
без оплаты.
Я отказался.
Вы были в издательстве,
у Хасслингера?
У него есть несколько моих
произведений, которые он назвал
необычными и чудесными...
- И сказал вам,
чтобы вы набрались терпения, поскольку
с великими вещами не нужно торопиться
и не заплатил вам.
А может... он подарил
вам часы.
Откуда вы знаете?
Он рассмеялся,
когда я сказал ему, что
его часы остановились.
"Точно так же, как продажа
ваших вещей", — пошутил он.
Вам не стоит расстраиваться.
Он дарит плохие часы только
очень хорошим композиторам.
Моцарт был среди них.
Итак, вы советуете...
Покажи мне свой язык.
Вы поняли?
Вы знаете, я доктор.
Дышите!
Глубже!
Сильная простуда.
Я ещё не слышал такого
чудесного оркестра...
Давно уже не слышал.
Тьфу!
Как там у вас по-польски будет?
Такое ругательство...
- Чёрт возьми!
- Чёрт возьми,
неужели все вы,
гении, больны?
Я позабочусь о ваших
музыкальных делах
если вы начнёте лечение!
Я приглашаю вас к себе сегодня вечером.
Некоторые иезуиты придут
послушать бесплатную музыку
и несколько музыкантов,
которые ищут поддержки
у всемогущих иезуитов
в Вене. Чёрт возьми!
Придёт... один чех,
гениальный скрипач. Который
не болен — Славик.
Что случилось с Веной?
Да, господин?
Ещё никогда, со времён правления
императора Франциска, небывало,
чтобы в такое время
не было газет?!
Уважаемый господин, цензура
сейчас завалена работой.
Свежая газета, дамы
и господа. Вот.
Чудесный парень этот Славик. Со времён
Паганини я не слышал скрипача лучше.
Добро пожаловать, Шопен,
лучший пианист в мире!
Даже в каварне нет покоя.
Он говорит про покой.
А какой покой после
июльской революции в Париже?!
Там же постоянно беспорядки.
Голландия, Италия, саксонские
земли.
Даже здесь сброд начинает кричать:
"Иезуитов на фонарные столбы!"
А теперь... Варшава!
Мы не в Варшаве!
Слава Богу и нашему
канцлеру Меттерниху —
в Вене пока нет восстания.
Эти поляки повсюду
смуту устраивают!
В Варшаве восстание.
Это ветер.
Господин Шопен? Прошу.
Заказное письмо.
Из Варшавы... от родителей.
Они не хотят, чтобы
я возвращался.
Моё почтение.
Очень разумные люди.
Я часами объяснял, что
с твоим здоровьем ты будешь
бесполезен в восстании.
Боже праведный. Пусть каждый
занимается своим делом.
Ты музыкант.
Что может моя музыка?
Они там проливают кровь...
Ты когда-нибудь
был в горах?
Даже тихая песня пастуха может
спровоцировать сход лавины.
Нет... Оставьте меня в покое.
Я больше не могу мириться
с вашими наставлениями.
Я не останусь...
Дилижанс на Варшаву
уехал рано утром.
Езжай!
Следующий – через два дня.
Дайте мне почтовый,
чтобы его догнать.
Я заплачу вам столько,
сколько пожелаете.
Хорошо.
Быстрее...
Быстрее...
Быстрее...
Быстрее...
Пан, пан, вы меня слышите?
Дорогу занесло снегом.
Мы должны вернуться...
Я один из тех докторов,
которые не лгут больным.
У вас плохое здоровье.
Даже и не думайте, что сможете
выдержать солдатские тяготы.
Берегите себя!
Возможно, вы проживёте долго,
но я сомневаюсь, что вы сможете
пережить ещё один грипп.
Я ничего не могу сделать
для своей отчизны.
Что мне остаётся?
Да здравствует Польша! (исп.)
Долой Меттерниха!
Долой! (нем.)
Да здравствует Польша! (исп.)
Да здравствует Польша! (фр.)
Смотрите! Поляки. (фр.)
- Стефан!
- Дорогой Фредерик!
- Как получилось, что ты здесь?
- Спроси у старушки-истории.
Дорогой! Ты видел моих родных?
Мать, сестёр?
- Идём на улицу Таранн.
- Лучше пойдём ко мне.
Все поляки, приезжающие в Париж,
собираются на улице Таранн.
Будет говорить князь Чарторицкий.
Мы против членов
Народного комитета
Лелевеля.
Они несут ответственность
за неудавшееся восстание.
Вместо того, чтобы объединиться
с Москвой,
говорили о том, как отменить
крепостное право,
настраивали крестьян
против знати.
Польша надолго запомнит ночь
на 15 августа,
когда поляки вешали поляков.
Народ вешал предателей!
Теперь политика
Лелевеля
отпугнёт европейские
правительства.
Они откажутся помогать
и не будут вести с
нами переговоры.
Комитет Лелевеля
не был избран законным сеймом.
У него нет мандата.
И в нём не заседает ни
один достойный поляк.
Депутат Лелевель.
Горько говорить,
говорить вам,
проливавшим свою кровь,
а теперь бездомными,
говорить, что
Польша пала.
Слишком мало было честных
защитников отчизны,
ибо пропали те,
кого больше всех —
миллионы крестьян.
Даже перед лицом врага,
перед лицом смертельной
опасности для Польши,
дворянство не захотело
вернуть землю, отнятую
у народа.
Теперь партия аристократов
шепчет по углам,
и князь Чарторицкий
намекнул,
что среди нас есть
московские агенты.
Честно говоря, мы хотели
вызвать русские полки,
объединиться против
царского деспотизма,
тяготившего и
нас поляков.
Но это не мы, князь,
называли безбожными
тайные союзы, замышляющие
заговор против царя,
и не получившие
одобрения папы.
Вы говорите, что у нас
нет мандата сейма.
Но у нас есть истинный, мандат,
который говорит от имени
угнетённых, бесправных, который
объединит святые права людей
с любовью к Родине, который объединит
интересы нашей страны
с интересами всего
человечества.
ЗА ВАШУ И НАШУ СВОБОДЫ.
Богдан? Богдан!
Стефан! Фредерик!
Не погибнет Польша —
не отступим больше.
То, что захватили —
мы вернём мечом.
Давай, давай, Добровский,
ты ведь наш, ты польский.
Под твоим началом
будем воевать.
Боже, сколько мы пережили
за эти два года.
Думаешь, бой закончился?
Нет! Закончилась только
наша молодежь.
Что происходит?
Что? Вы скоро увидите.
Лелевель был сто раз прав.
Ни правительства, ни дипломатия,
ни умирающий порядок вещей
поддержат наше восстание,
а новый порядок, великолепный,
революционный и ужасный,
как всё, что грядёт и чего
с нетерпением ждут народы!
- Да здравствует революция!
- Долой жандармов!
Работа и хлеб вместо штыков!
- Да здравствует Польша!
- Да здравствует братство народов!
 

////////////////////////////