«Близнецы́» — советский комедийный чёрно-белый полнометражный
художественный фильм, снятый на киностудии «Мосфильм» в 1945 году
режиссёром Константином Юдиным.
Все фразы и цитаты
(объявление) - Граждане пассажиры,
выход в город с правой стороны!
- Эй, поберегись!
- Товарищ матрос, помогите
гражданке с детьми.
- Куда вы лезете, гражданин!
Ай, авоська, авоська!
- Простите, пожалуйста. - Граждане,
отцепите, пожалуйста авоську. Ай!
Вы с ума сошли!
Вы чуть меня не стащили!
- А вы меня чуть не утащили.
- Моя картошка!
- Не волнуйтесь, я сейчас подберу.
(пассажиры) - Отведите их
в милицию! - Зачем в милицию?
- Господи, чего вы крутитесь?
- Ищу вашу авоську.
- Да она за спиной у вас.
- Да, совершенно верно.
- Теперь опять жди трамвая.
Вы что думаете, мне легко их
держать, да?
- Давайте я вам помогу, ведь это
дети. - А вы не видите?
- Нет, вижу. Но вы такая молодая,
и вдруг - дети.
- Вам это не нравится?
- Нравится.
- Собирайте лучше картошку.
- Хорошо.
- Товарищ Еропкин! - Да-да?
- Ваша профессия?
- Руководитель. - Я имею в виду
специальность. - Снабжение.
- Точнее?
- Начальник базы Горторга.
- Запишем - служащий.
- Не возражаю.
- Курите?
- Высший сорт.
- Выпиваете? - Да ведь как вам
сказать? Так вот... - А?
- Но только в своей компании.
- Это скромность или правда?
- Ах, доктор, вы меня мало знаете:
Еропкин сказал - значит, все.
- Все? Оригинально.
Так и запишем.
(звенит звонок)
- Да-да?
- Процедура окончена.
- Доктор!
- Что это?
О! Алопеция.
- Что?
- Облысение, на нервной почве.
Но вы не волнуйтесь, еще 2-3
сеанса, и все как рукой снимет.
- Вы шутите, доктор?
- Нисколько!
Электризация - это потрясающая
вещь.
Прошу.
Садитесь.
Сейчас я вам наложу гальваническую
маску. Держите.
Держите. Кстати, вы женаты?
- Понимаете... - А?
- Не совсем. - Напрасно.
В 20 лет ума нет - не будет,
в 30 лет жены нет - не будет.
- Жена, профессор, для Еропкина
не проблема.
Я это мероприятие запланировал
на ближайший квартал.
- Оригинально!
Спокойно, спокойно.
(поет) - Эту песню мою
Для тебя я пою,
Ты запомни ее навсегда.
Надо мной, над тобой,
Над широкой землей,
Словно струны, поют провода.
Если милый вдали,
Телеграмму пошли,
И печаль пропадет без следа.
И горячий привет,
И сердечный ответ
Донесут, принесут провода.
И горячий привет,
И сердечный ответ
Донесут, принесут провода.
- Доктор! - А? - Доктор, меня,
кажется, сняли со снабжения.
- А-а, это, кажется, меня сняли
со снабжения.
- Что вы говорите!
- Дитя мое, что вы там делаете?
- То, что вы видите, доктор, -
выключаю свет.
У вас перерасход энергии.
- Да, но у меня пациент под током!
- А у меня наряд в кармане.
- Ну, это... Это...
- Доктор, что случилось?
- Сеанс окончен, у меня выключили
ток.
- Но как же так? Вы опроцедурили
меня всего на 50 процентов.
- Правильно. Но, к сожалению,
у меня вышел весь лимит.
- Это мы сейчас все утрясем.
Где этот ваш монтер?
- Но у меня действительно
перерасход.
- Перерасход понятие растяжимое,
профессор. Вы ребенок.
- Вы думаете, что вам удастся
уговорить монтера?
- Удастся?
Еропкин сказал - значит, все.
- Позвольте! - Что такое?
- Дайте я вас разбинтую.
- Не надо. Я так произведу
большее впечатление.
- Впечатление психически
ненормального!
- Психическая атака.
Товарищ монтер!
Слушайте, молодой человек,
я с вами разговариваю!
(поет) - Но когда ж это будет?
Когда?
- Вот я и говорю, когда именно,
когда это вы...
Понимаете, когда это у вас там
ток...
- Ой! Ой-ой-ой!
- Что такое?
- Ой, сейчас, сейчас! Доктор!
(крики) - Ой, ой!
Это Вадим Спиридонович, наш сосед.
- Товарищ Еропкин!
- Вадим Спиридонович!
- База закрыта, отоварить вас
не могу.
- У него бред.
- Это легкий шок.
- Кто вы, кто? - Это я, Люба.
- Любочка!
- Вадим Спиридонович, это я,
Люба Карасева, ваша соседка.
Вас немножко шоком, то есть током
тронуло.
- Шоком, током, законтачило.
Доктор, возьмите вашу алопецию,
пожалуйста.
- Вадим Спиридонович, пойдемте.
- Спокойнее. Пойдемте к вашей
машине. Осторожней, осторожней.
- Товарищ Еропкин, я сейчас!
- Садитесь, товарищ Еропкин,
садитесь в машину.
- Вадим Спиридонович,
я вас до дома провожу.
- Куда ехать-то? - В амбулаторию!
- На базу.
- Эй, постойте, постойте!
Мой пеньюар.
- Скажите, это у вас кто, мальчик
или девочка? - Не знаю.
- Как? А разве это не ваши дети?
- Конечно нет.
- А где же вы их взяли?
- В капусте.
- Как в капусте?
- Так, в капусте.
Наш огород находится у самого
полотна железной дороги.
Как раз у нашей капусты
остановился поезд.
Из вагона вышли двое военных,
говорят:
"Гражданка, эти дети в дороге
потеряли своих родителей.
Доставьте их в детский дом".
- А как же мать?
- Наверное, с ней случилось
несчастье.
- Бедняги, их жизнь началась
с катастрофы.
Счастье, что они попали к вам
в руки.
- Счастье, что я вас встретила.
- Вадим Спиридонович! - Да-да?
- Как вы теперь себя чувствуете?
- Благодарю вас, в норме.
Вы со мной, и я почти здоров.
- Я не виновата,
Вадим Спиридонович, что вас...
- Законтачило?
- Да. Вы сами были неосторожны.
- Любочка, я вас не виню.
Я даже рад, что случилось
это небольшое трали-вали. В этом,
знаете ли, видна рука судьбы.
- Да?
- Да.
(поет) - Мне минуло 16 лет,
Но сердце было в воле.
Я думала, весь белый свет,
Весь белый свет -
Наш двор, поток и поле.
К нам юноша пришел в село,
Кто он, отколь - не знаю.
Но все меня к нему влекло,
К нему влекло,
Все мне твердило...
знаю.
- Любочка, разрешите к вам зайти
вечерком попозже? - Пожалуйста.
- Вы знаете, у меня сегодня
какое-то приподнятое настроение.
- Еще бы, ведь вы выдержали
нагрузку в 220 вольт.
- Ну что у вас за характер.
- Вам не нравится мой характер?
- Характер у вас очень милый, но
требует надлежащего руководителя.
- А-а, ничего, пока сама
справляюсь. - Да? - Да.
- Гражданка, да ведь я же вам
говорила:
мы ваших детей принять не можем!
- Но что же мне делать?
- Не знаю. У нас карантин.
- Пожалуйста, подержите.
- Гражданка!
Стой! Я тебе говорю, стой!
- Что такое?
- Мне заведующую.
- Я заведующая. В чем дело?
- Мне нужно сдать вам детей.
- Я говорила ей: у нас карантин.
- Мало ли, что вы говорили.
- Успокойтесь.
Мы действительно ребят
не принимаем. Видите: пусто.
Вы как мамаша должны это понять.
- Мамаша! Да я не мать,
я только взялась их доставить.
- В таком случае отвезите их
в эвакоприемник.
- Мне некогда с ними разъезжать.
- Мы можем принять только завтра.
- Завтра? А на работу я опаздываю
сегодня.
- Ну что? - Не берут. - А что же нам
теперь с ними делать? - Не знаю.
Если я их сейчас понесу домой,
я опоздаю на базу
и мне запишут прогул.
- Вы не волнуйтесь. Из всякого
положения можно найти выход.
- Какой? - Вы где живете?
- А что?
- Любочка, вам надо перестать
прыгать по столбам.
- Не собираюсь! - Вы девушка
интеллигентная, культурная,
вам нужна другая атмосфера.
Вам нужно получить от жизни,
так сказать, персональный лимит.
- Например?
- Солидного мужа, спецснабжение,
закрытый распределитель
и прочие там трали-вали.
- Конечно, все это очень веско,
но, как вам сказать...
- Вы меня простите, Любочка,
но я тогда просто не понимаю,
что же вы хотите получить
от жизни? - Ребенка.
- Что?
- Ребенка!
Румяного, пухленького
и с ямочками на щеках.
- Ах, Любочка, вы так прямо
ставите точки над "и",
что я постоянно теряюсь.
Восхитительно! Вам очень идет эта
оригинальная шелковая упаковка.
- Правда? - Еропкин сказал...
- Значит, все!
- Любочка, прошу вас. - Что это?
- Один момент.
Оп! Жиры, углеводы, витамины,
витамин А, апельсины.
И, главное, дамское.
- Ну что вы, Вадим Спиридонович,
зачем это?
- Небольшой банкетик по поводу
моего счастливого избавления
от электрического стула.
- Это, должно быть, очень вкусно.
Жалко, Лизы нет. Но я сейчас
позову нашу квартирную хозяйку.
- Один момент! Это будет совсем
не тот банкет. - Почему?
- У нас всего две персоны.
- А мы разделим, и будет три.
- Не стоит. - В таком случае
забирайте все это домой.
- Какой у вас ужасный характер.
- Я сказала, значит...
- Все! Не будем ставить точки над
"и".
(за дверью)
- Здесь живут Карасевы?
- Да, здесь. Пожалуйста.
- Любочка! Вот, к вам.
- Вы Люба Карасева?
- Да, это я.
- Вот, вам просила передать сестра.
- Мне? - Вам.
- В чем дело?
- Не знаю.
- Дети?
- Несомненно.
- Во всяком случае, пикантно.
- Что? - Пикантно.
- А как они попали к Лизе?
- О, это очень длинная история:
поезд, огород, карантин.
Вам все сама сестра расскажет,
а я тороплюсь. До свидания.
- До свидания. Спасибо!
- До свидания.
- Значит, прямо и налево.
- Смотрите, они одинаковы, как две
слезинки. - Прелестные крошки.
- Ничего особенного, штучный товар.
- Они, наверное, кушать хотят.
У меня на кухне греется молоко.
- А у меня кисель.
- Вадим Спиридонович, подержите.
Вот так. Только смотрите,
чтобы они не упали.
- Агу, агу!
Вот только вас и не хватало.
Трали-вали, трали-вали,
трали-вали, трали-вали.
- Простите, я забыл свой головной
убор. До свидания.
- Гражданин! Один момент. - Да?
- Она передумала.
- Как передумала?
- Так передумала.
- Позвольте, но ведь она так
близко приняла это к сердцу.
- Тише, они спят. То она, а то
сестра. Прошу вас, гуд-бай.
- Позвольте! - Гуд-бай, гуд-бай.
- Но ведь это же возмутительно!
- Что вы кричите, пугаете деток?
- Позвольте!
- Еропкин сказал, значит все.
В чем дело?
Товар отпущен, упаковочка
оригинальная.
Гуд-бай, дорогой, гуд-бай.
Не уроните деток, милый!
- А где же малыши?
- Этот тип забрал их.
- Не может быть! Почему?
- Передумал.
Ворвался в комнату, отнял у меня
деток, наорал на меня,
что я не умею обращаться
с детьми.
Это я-то, вы понимаете? Обругал
меня, сказал "гуд-бай" и ушел.
- Как же это, а?
- Пикантно.
- Хотя он какой-то странный.
- Больше я скажу вам -
ненормальный. Прошу вас.
- Я не пью, Вадим Спиридонович.
- Тогда витаминчик.
- О, свиная тушенка.
Прелестно!
- А молочко - это очень пикантно.
- Ай-ай-ай, Вадим Спиридонович!
- Влипнуть в такую историю может
только ненормальный субъект.
Ты не-нор-ма-лен!
- Папа!
- Что? Что, сын мой?
- Папа, тут явно недоразумение.
- Недоразумение!
Просто эта особа поняла,
с кем имеет дело,
и не будь дурой избавилась
от всех хлопот сразу.
- Неправда, она просто просила
их передать.
- В наше время это называлось
подкинуть.
- Папа, ты мало понимаешь
в женщинах. Я?!
Больше, чем ты в яблонях!
- Я уверен, что во всем виновата
ее сестра.
А если бы ты видел эту девушку,
ты бы так не говорил.
У нее честная и светлая душа.
- Душа! Я знаю, из чего состоит
душа, особенно у женщин.
- Папа, ты не имеешь права так
говорить.
- Имею! Я психоневропатолог.
- Очень хорошо.
Только, пожалуйста, не кричи.
Ты видишь, у меня на руках дети,
ты можешь их испугать.
- Испугать.
Оригинально - испугать!
- Должен тебе заметить, папа, что
я имею ученую степень садовода,
а ты на меня кричишь,
как на мальчишку.
Кроме того, мне нужно готовиться
к докладу!
Между нами говоря, ты очень плохо
разбираешься
в человеческой психологии,
хоть ты и психоневропатолог!
- А ты...
Что такое?
Алеша, Алешенька!
- Что такое, папа? - Катастрофа.
- Что, дети?
- Да. Остались без молока.
Ушло. - У меня тоже неприятности:
я потерял где-то доклад
о вегетации ранета.
- Это ничего, но чем же мы будем
кормить наших малышей?
Вот в чем вопрос.
- Не знаю. - О!
Я думаю, белок в их возрасте
не повредит.
Свари всмятку.
- Хорошо.
- Смотри не перевари!
Заметь по часам.
- Папа, ты мне делаешь замечания
по каждому пустяку.
- Я сегодня дежурный по кухне
и прошу мне не возражать.
- Хорошо, хорошо.
Ну, тихо, а то бах.
- Бах!
(играет мелодия часов)
- Что ты сделал! Ты сварил подарок
моего покойного дедушки!
- Да, действительно. Прости,
пожалуйста, папа. Было темно.
- Темно! Темно...
Действительно, темно.
Пойди подключись к столбу.
- Что ты, папа!
Ведь электромонтер выключил свет.
- Но у нас сегодня исключительная
причина - дети.
- Да, ты прав.
- Даже лучше, что он унес их.
Вообще, устраивать детей -
мужское дело.
- Как тебе не стыдно!
Дети были поручены тебе, значит,
ты за них отвечаешь.
- Отвечаю? Перед кем это?
- Хотя бы перед своей совестью.
- Еще что? - Мы же с тобой сами
воспитывались в детском доме.
Ты должна быть чуткой.
- Чего ты от меня хочешь!
- Я хочу, чтобы ты разыскала этого
человека и возвратила детей.
- Ты с ума сошла? Я не то что
адреса, я имени его не знаю.
- Значит, ты первому встречному
доверила две человеческие жизни?
- Нет, он казался очень
симпатичным. - Ага!
- Он вызвался мне помочь. - Ты,
наверное, ему очень понравилась.
- Уж это тебя совсем не касается.
- Нет, это именно меня касается!
- Что это?
- Ничего.
Детей я тебе найду, но возиться
с ними будешь ты.
- Хорошо! - Интересно посмотреть,
какой у тебя будет вид,
если детей опять не возьмут
в детский дом.
- Пожалуйста, не пугай.
- И не думаю.
- Вы знаете, мы уже к ним начали
привыкать.
- Они в общем ничего, симпатичные.
- Признаюсь, я был о вас худшего
мнения.
- Я вашему сыну доставила много
хлопот.
Воображаю, как он ругал меня.
- Наоборот!
Он в восторге от вас.
- Передайте ему привет.
Ой! - Что это?
- Возьмите, пожалуйста.
- Это же Алешин доклад! А он
побежал за ним к своему товарищу.
- Он у нас его оставил.
- До свидания, дитя мое.
- До свидания!
- Осторожней несите их!
(поет) - Песней нежною, словно
звон ручья,
Светлой красы полна.
В майский день зеленый,
Солнцем озаренный,
В сердце приходит весна.
Друг мой ласковый, где ты в этот
час?
Где ты? Я жду тебя.
В тихий звездный вечер
Жду желанной встречи,
Сердце трепещет, любя.
- Любочка, можно к вам?
- Пожалуйста, Алла Владимировна.
Только закрывайте дверь - сквозит
очень. - Пожалуйста.
Боже мой! Да у вас тут целая баня.
- Чистота - залог здоровья.
- Можно попросить водички?
- Возьмите.
Алла Владимировна, подайте нам
простынку. - С удовольствием.
Неужели вам хочется возиться
с ними в свой выходной день?
- И в выходной день мы должны быть
чистенькими. - Не понимаю.
- Хороши голыши?
- Прелестные крошки.
Уж не хотите ли вы усыновить их?
- А вы думаете, разрешат?
- Ну! Спасибо скажут.
Ну я побежала.
- Послушай, Лиза.
- Что?
- Эти дети остались сиротами.
Давай их усыновим, одного ты,
другого я.
- Ты что, больна?
- Ничуть.
Разве мы не сумеем заменить
им мать?
- Мать. Не успеем оглянуться,
сами бабушками станем.
- Если ты не хочешь, я их усыновлю
одна, обоих.
- Ты это серьезно?
- Я не вижу, что тут смешного.
- Зачем ты собираешься это
сделать?
Ты только посуди, какая теперь
будет у тебя жизнь.
Ведь если бы один, а то сразу
двое.
- Не разлучать же их.
- А ты не шути.
Подумай, какое теперь время.
Ты с ними наплачешься.
- Ничего. Не так страшно.
- В чужом городе.
- Еще что?
- На чужой жилплощади и с чужими
детьми. - Заладила!
- Привет сестричкам-лисичкам!
- Здрасте, Вадим Спиридонович.
- Осторожнее. - Что такое?
- Здесь же дети.
- Как! Эти типы опять здесь?
- Да, здесь, и навсегда.
- Лизочка, что это значит?
Это значит, что Люба сошла с ума.
- Что вы говорите!
(торжественная музыка)
- Доктор! - Здрасте!
- Здрасте.
Почему вы без разрешения
подключились к линии?
Дитя мое...
Во-первых, я уже сдал свою
установку. - И что?
- И у меня перерасхода не будет.
А во-вторых, у меня сегодня
исключительные причины.
- Вы обязаны были сообщить
на станцию диспетчеру.
- Дитя мое, я...
- Какое большое яблоко!
- Хорошо бы, оно упало. - Да.
- Ой, упало!
- Упало.
Света!
- Ой, какие большие куклы.
- Это живые.
- А у дедушки доктора нет детей.
- Значит, они ничьи.
- Давай их возьмем, а?
- Давай.
Пойдем покажем маме и вернем.
- Давай.
- Делайте что хотите, я тороплюсь
в госпиталь! - Где у вас лестница?
- Лестница во дворе.
Алеша, дай монтеру лестницу!
- Погоди, я сейчас поправлю,
у меня развернулось.
- Ой, у меня тоже.
Осторожно, Света, а то заплачут.
- Сергей, видал няньки, а?
- Это мальчики или девочки?
- А мы еще не знаем. - Как это
не знаете? Откуда же вы их взяли?
- Нигде, они леж... - Подожди.
Они лежали, а мы их взяли.
- Как это? А кто же вам позволил?
- Никто!
- Куда же вы?
Да мы же пошутили!
- Ребята! Что же делать?
Послушайте! Гражданочка,
вы не знаете, чей это ребенок?
- Вам лучше знать.
- Вот так история.
- Нечего сказать, полюбопытствовал.
- Это ты первый начал.
- Нет, ты.
Подошел: "Интересно узнать,
это мальчики, девочки?"
Вот теперь держи. - Так ты тоже
держишь. - Так я...
- Ну что ты? Лучше скажи,
что теперь делать. - Качать.
(смех)
- Это твои, что ли? Откуда?
- Откуда, откуда! Аист принес!
- Ребята, доктор идет!
- Полундра, хлопцы!
- Товарищи, что за шум? Кто здесь
плакал? - Никто. Это я смеялся.
- Но я же ясно слышал плач.
- А это у него такой смех, сквозь
слезы.
- Позвольте, ведь это же дети!
Это мои близнецы.
- Ваши?
- Ну, для моего возраста
это слишком смелое предположение.
Но как они к вам попали?
- Мы гуляли, а в это время дети...
- Ничего не понимаю.
Пойдемте со мной в кабинет.
- "Благородный поступок.
Вчера в городском загсе гражданка
Карасева
оформила усыновление двоих детей,
оставшихся без родителей".
Одна я, одна я во всем виновата!
Это я, это я одна во всем
виновата!
- Любочка, перестаньте рыдать.
У вас будут преждевременные
морщины. - А?
- Преждевременные морщины.
- Они погибли. - Бред. - Утонули.
- Абсурд.
- Тогда, значит, нашлась родная
мать.
- Чепуха!
- Лизочка, привет!
- Вадим Спиридонович, извините,
у меня такой вид.
Здравствуйте. - Не имеет значения.
- Садитесь, пожалуйста. - Мерси.
Лизочка, мне необходимо с вами
серьезно поговорить
в отношении сестры Любы.
- Вадим Спиридонович, вы сели
в калошу.
- В отношении вашей сестренки...
Извините, мерси.
Лизочка, в отношении вашей
сестренки Любочки
я имею, так сказать,
самые серьезные намерения.
А она, понимаете ли, с ума сходит.
Эти дети... - Детей нет.
- Что значит нет?
- Осталась одна корзинка. - Что?
Ха, нет!
Действительно, детей нет.
Лизочка, в этом видна рука судьбы.
- Люба говорит, что дети,
наверное, пропали навсегда.
- Я готов вас расцеловать за это
сообщение,
но вы лучше подайте заявление,
и я вас переведу в продавщицы
первой руки. Привет!
- Сергей, ты здесь посиди,
а я узнаю номер ее квартиры.
- Хорошо.
(плач)
- Что с вами? Кто вас обидел?
- Никто.
- Простите, гражданка Карасева
здесь живет? - Да, это я.
- Ах вот вы какая.
- Какая?
- Да уж очень, как бы сказать,
молодая мама.
- Нет, мама не я, мама моя сестра.
А что?
- Да нет, ничего. - Если она вам
нужна, вы ее можете видеть.
Она во дворе.
Спасибо. - Пожалуйста. А у вас
такое лицо, что я подумал,
именно вы должны были совершить
этот прекрасный поступок.
А впрочем, внешность бывает
обманчива.
Прошу извинить.
- Что вы этим хотели сказать?
- Малыши, потерпевшие аварию,
нашлись. - Нашлись?! - Точно.
- Может быть, я вам могу
чем-нибудь помочь?
- Никто, никто мне ничем не может
помочь.
- Жаль, что у меня руки заняты.
- Ну что вам от меня нужно?!
Ах, радость моя!
(стук в дверь)
- Прошу вас.
- Вадим Спиридонович. - Лизочка?
- Опять рука судьбы.
- Что такое? - Вадим Спиридонович,
Любины близнецы нашлись.
- Снова? - Да.
- Есть только одно средство
избавиться от этих назойливых
типов. - Какое?
- Найти настоящую, родную мать.
- Где же вы ее возьмете?
- Я подымусь на дно морское,
я опущусь под облака.
- Вы хотите наоборот сказать?
- Я именно это самое и хочу
сказать. Я вырою ее из-под земли!
- Понимаете, товарищ начальник,
а она, может быть, захворала
или, скажем, ранена или даже
контужена.
- Да-да-да?
- Да-да. А детей увезли.
- Все может быть, товарищ,
в дороге все бывает.
- Совершенно верно. Товарищ
начальник, я прошу запросить
все отделения по линии,
где находился эшелон.
- Да-да? - Да-да. Все телеграфные
расходы я принимаю на себя.
- Зачем? Это наша обязанность.
- Пожалуйста! Для счастья детей
мне ничего не жалко.
- Очень приятно, что вы такой
отзывчивый человек.
- Детки моя слабость.
- Пожалуйста, проходите. Заходите.
Я вам так благодарна,
так благодарна, не найти слов!
- Слов и не требуется, понимаем
сами.
- Так разрешите откланяться.
Нам пора.
- Приходите, я всегда буду рада
вас видеть.
- Ловим на слове.
- Проверим.
- Ничего, ничего.
Не беспокойтесь.
Простите, я на вас накричала там,
во дворе. - Какие пустяки.
- Хотел бы я быть на его месте.
- До свидания.
- До свидания.
(поет) - Тебя спасет прохлада
не однажды,
Когда придет усталость на пути.
Захочешь ты избавиться от жажды,
К струе ручья губами припади.
Когда конец пути увидишь близкий
И вдаль опять пойдешь,
как прежде, ты,
И скажешь ты: спасибо светлым
брызгам
Студеной голубой живой воды.
Но если ты, задумчивый прохожий,
Томим любовной жаждой иногда,
Не пей воды, тебе уж не поможет
Прозрачная холодная вода.
В груди пожар, но ты себя
не мучай,
И я хочу, чтоб знал сегодня ты,
Что лишь один бывает в жизни
случай
Печальной бесполезности воды.
- Здравствуйте. - Ах, это вы!
- Да, это я.
Я слышал, как вы поете.
У вас чудесный голос.
- Ну что вы, что вы.
Спасибо. - Пожалуйста.
Поздравляю вас от чистого сердца.
- Не понимаю, о чем вы говорите.
- Как о чем?
О вашем благородном поступке.
- Что вы, что вы.
- Нет, у вас именно такое лицо.
Меня никогда не обманывает
наружность.
Я счастлив, что познакомился
с вами. - Нет...
- Молчу, молчу. Мне понятна ваша
скромность. - Воды! - Сейчас.
- Минуточку.
- Что такое?
- Чуть не забыл.
Вот, розмарин белый,
очень полезен для детей в тертом
виде. Вы их чем кормите?
- Они все едят: картошку, селедку
с лучком, мясо.
- Вы их неправильно питаете. Я вам
буду регулярно приносить фрукты.
- Нет, вы их избалуете. - Это яблоки
из моего собственного сада. Вот.
А это для вас, кандиль-китайка.
- Гражданочка! - Сейчас.
- Простите.
- Раз, два, три, четыре.
Ля, ля-ля-ля, ля-ля-ля...
(скрежет)
- Любочка, что это такое?
- А что?
- Мои занятия требуют вдохновения
и сосредоточенности.
А у вас тут детский плач и грохот
железа. Это же невыносимо!
- Простите, я взяла на дом работу,
починить корпус у плитки.
У меня сейчас не хватает денег.
- Да, но зато о вас пишут
в газетах.
- Но ведь вы же сами были
в восторге от детей сначала.
- Прелестные крошки, но не думала,
что они застрянут здесь навсегда.
Сначала захватили мою площадь...
- Но площадь нам дал Горсовет.
- Ах, Горсовет?
Может быть, и обстановку вам тоже
дал Горсовет?
- Нет, обстановку нам дали вы.
Мы вам очень благодарны за это.
- Не устраивайте мне здесь помесь
детского сада с кузнечным цехом!
Кстати, ширмочка мне эта нужна.
Какая наглость поставить их под
моим окном! Я этого не потерплю!
- Мое почтеньице.
- Здравствуйте.
- Где я могу видеть гражданочку
Брошкину? - Брошкина я.
- Ух, великолепненько!
А я ваш новый управдом,
и вот вам повесточка.
Бросаем вас на разгрузочку
уголечка.
- Какого уголечка? - Черненького.
- Я не подлежу.
- Ах, виноват, у вас маленькие
деточки. - Да, деточки.
- Тогда вы действительно
не подлежите. Ошибочка.
- Простите. Алла Владимировна,
какой у вас странный характер.
Минуту назад вы ненавидели моих
малышей,
а сейчас вы с ними нянчитесь.
Прошу вас, отдайте мне их.
- А-а, стало быть, деточки
не ваши? - Да, но...
- Ну и чудненько.
Милости прошу на разгрузочку.
- Я не могу грузить уголь!
- Времечко такое: которые дамочки
нигде не работают - на уголечек.
- Мне нельзя.
Я готовлюсь на сцену,
у меня вокальный талант.
- Талант уголечку не помешает,
а наоборот, под бодрую песенку
способней грузить.
Приложите вашу лапочку.
- Я не могу здесь расписываться.
Мне нужно поговорить с вами
наедине.
- Можно и наедине, но все равно
придется отправиться на уголечек.
- Я вам представлю удостоверение
из "Всекохудожника",
справку из диетстоловой -
я диетичка,
заключение врачебно-медицинской
комиссии.
И вообще, я могу представить любую
документацию. - Великолепненько.
- Платье этой гражданки пустите
в продажу.
- Когда прийти за ответом?
- Дня через три.
- Это мое самое любимое платье.
А если я достану денег, я могу
взять платье обратно? - Конечно.
- Любочка, привет!
- Здрасте, Вадим Спиридонович.
- Простите.
- Вы видите, Любочка,
как сложилась вокруг вас
конъюнктура?
- Что вы хотите этим сказать?
- Я хочу этим сказать,
что вы продали ваше лучшее платье.
- А вас это радует?
- И да и нет. - Простите, вы халат
берете? - Заверните, голубчик.
Теперь вы почувствуете
последствия вашего легкомыслия.
- Посмотрим.
- Вы посмотрите, а мы подождем.
- Долго будете ждать,
Вадим Спиридонович.
У вас есть Вертинский?
- Нет, Вертинского нет. - Странно.
- Какую возьмем, а? - По-моему,
обе хорошие. - По-моему, тоже.
Гражданочка, можно вас
на минуточку?
Посоветуйте, какую нам коляску
взять.
- Какую хотите, у нас всего две.
Это уж ваше отцовское дело.
- Извините, но на вашем месте
я выбрала бы эту. - Почему?
- Она больше соответствует вашей
профессии:
в ней чувствуется романтика
морских просторов. - Разве?
- Пожалуйста, халатик и сумочка.
- Ох, спасибо, голубчик.
- Прошу вас.
- Так, транспорт имеется, шлюпка
есть, все в порядке. Поехали.
Сергей! Робу для капитана забыли.
- Ах да.
Жалко, гражданка с пером ушла,
а то она бы нам подобрала.
- Ладно, поехали.
(музыка)
- Вот, кажется, знаток. Давай
посоветуемся. - Правильно, давай.
Простите, товарищ. - Да-да?
- Я вижу, вы знаток.
Вы можете нам посоветовать
приобрести один подарок?
- Женское платье.
- Ах, платье! Ну да, понимаю.
Конечно, на этот случай
я вам могу дать
бесплатную консультацию.
- Будем благодарны.
- Пожалуйста. Прошу вас.
- Спасибо.
- Прежде всего, возраст? - Лет 19.
- 19. Значит, будем считать, 28.
- Цвет волос? - Блондинка.
- Химическая, натуральная?
- Мы еще не в курсе.
- А как насчет трали-вали? - Чего?
- Худенькая, толстенькая?
- Ах, в этом смысле!
- Нет, девушка нормальная.
- Тогда подберем, раз плюнуть.
Прошу вас.
Вот это крайнее платье, я думаю,
вам подойдет. - Вы уверены?
- Еропкин сказал, подойдет,
значит, подойдет.
Голубчик, покажите. Привет!
Всего хорошего. - Спасибо.
- Как ты думаешь, возьмем?
- Возьмем. Заверните.
(поет) - Друг мой ласковый,
где ты в этот час?
Где ты? Я жду тебя.
В тихий звездный вечер
Жду желанной встречи,
Сердце тоскует, любя.
Милый, доверься слову признанья,
Быть хочу любимой и любить.
Все, что мешает
Нашему счастью,
Можно победить и позабыть.
Но никогда не позабудешь
То, чем душа вся полна.
То, что нам с тобой
Трепетно и нежно
В жизни принесла весна.
- Ой!
- Простите! - Здрасте. - Здрасте.
- Как я рада вас видеть!
Здравствуйте. Что это такое?
- А это небольшой катер времен
Христофора Колумба,
а при нем шлюпка.
Это для ваших малышей.
- Вы принесли им подарок?
- Это от меня. И от него, конечно.
- Спасибо.
- Мы решили взять над вами шефство.
- Какое шефство? - Таково решение
нашего штаба. - Какого штаба?
- Штаба нашей палаты. Мы одинокие
солдаты, живем на всем готовом.
- И вот наш первый взнос.
- Что вы, взять деньги от
посторонних людей? Нет-нет.
- Бери, Любонька, нынче многие
военные
помогают бабам растить ребят.
(стук в дверь)
- Да-да?
Алла Владимировна!
Прошу вас.
- Вадим Спиридонович, вы
ослепительны! Настоящий дракон.
- Вы мне льстите. - Ничуть.
Какая экспрессия, гармония, шик!
- Комиссионка. - Нет, премия!
- Шедевр! - Садитесь.
Хотите чаю? - Мерси. - Правда,
без сладкого: ограниченный лимит.
Зато из самовара.
- Мерси.
Вадим Спиридонович, я поднялась
к вам за советом. - Чем могу?
- Вы человек опытный, руководитель.
- Да-да.
- С тех пор как Люба усыновила
этих близнецов,
я совершенно потеряла покой.
- Что вы говорите?
- Больше того, я потеряла металл.
- Золото?
- Нет. На нервной почве я потеряла
металл в голосе.
- Знаете, у вас действительно
металлолом.
- Вот, а потеря голоса для меня
равносильна смерти.
- Ничего, дорогая моя, скоро снова
запоете. - Почему?
- Любочка откажется от своей затеи.
Близнецы ее съедят.
- Не может быть!
- Уверяю вас. Я сегодня видел,
как она продавала в комиссионном
магазине
свою оригинальную упаковку.
- Шелковую, в цветочек, эпонж?
Гордячка!
- Совершенно верно.
- Сколько раз я предлагала ей
сменять ее на свиную тушенку.
- Поздно, дорогая моя.
Я сегодня видел, как оно уплыло
вместе с двумя моряками.
- Каким образом? Как?
- Мое платье!
Как оно к вам попало?
- Из комиссионного магазина, по
рекомендации одного специалиста.
(звуки бьющегося стекла)
- Океанский привет!
- Вот вы кого благодарите. Он нам
посоветовал купить это платье.
- Вы? - Именно. Я хотел, чтобы
оно вернулось непременно к вам.
(напевает) - В груди пожар,
но ты себя не мучай...
- Вы знаете, я теперь все время
думаю о вас. - Да?
- Да. А вы?
- Что?
- Вы думаете обо мне? - Да.
- Я счастлив.
- Газировочки!
- Пожалуйста.
- Пожалуйста. Лиза, вы нашли
детей, а я нашел вас.
Разрешите мне каждый месяц
помогать им?
- Что это? Деньги? - Да.
- Что вы, с какой стати?
- Мы вместе несли детей по улицам
города,
а теперь вместе понесем их
по улицам жизни.
- Нет-нет, ни за что!
- Нет, не спорьте.
Я сказал, так и будет.
- Да ни за что! - До свидания.
Простите, пожалуйста, виноват.
- Мечтаем, чтобы нас напоили.
- Вам с сиропом или без?
- Мне без сиропа.
- А мне с сиропом. - Пожалуйста.
- Это что такое?
- Вы просили с сиропом?
- Нет, я говорю, вот это что такое?
- Вот этот человек будет Любе
помогать воспитывать детей.
- Любе?
- Простите. Виноват.
- Эй, гражданин!
- Гражданин!
- Эй, товарищ, минуточку! Яблоки
потерял! - Куда же вы, товарищ?
- А ты не знаешь, кто это?
- Понятия не имею.
- Что вы хотите? - Ему, значит,
мороженое, а мне кружечку.
- Вам с сиропом? - С сиропом.
- Люба!
Твое платье! Новая коляска.
Откуда?
- Нашлись люди, которые
сочувствуют мне и будут помогать.
- Тогда... вот тебе еще.
- Что это? - Деньги.
- От кого?
- Принес один человек,
он тоже тебе сочувствует.
- Кто такой? - Зачем тебе знать?
- То есть как зачем?
Человек мне приносит деньги,
а я даже не буду знать, кто такой?
- Он прочел о тебе в газете.
- А почему же он передает деньги
через тебя?
- Ему сказали, что я твоя сестра.
- Я прошу тебя немедленно
возвратить ему деньги
и больше никогда этого не делать.
- А как ты думаешь, любит она меня?
- Кто? - Люба.
- Конечно, любит. - Пожалуйста.
- Благодарю вас.
- А что, я ей буду неплохой муж.
- Конечно, ты же хороший парень.
- Вот встречу ее и скажу.
- Молодец. Правильно.
- Эх, пускай подождет до конца
войны.
- Если она тебя ждать не будет?
- А кого же? - Этого гуся лапчатого.
Зачем ты казенный инвентарь
портишь?
Лучше ешь мороженое. - Нервничаю,
курить охота. Дай папиросу.
Спички есть? - Вот спичек нет.
- Ну я пойду прикурю.
Люба, вы? - Сережа, здрасте!
- Здравствуйте.
Гуляете? - По случаю выходного дня
обновляем ваш подарок.
А вы отдыхаете? - Да, ведь это
основное занятие раненых.
- Простите, у вас нет спичек?
- Я не курю. Но огонь имею.
Пожалуйста.
- Благодарю вас.
- Извините, но мы, кажется,
знакомы.
- Позвольте, романтика морских
просторов?
- А где же ваша палка? - Она больше
не нужна, лечение окончилось.
Скоро опять во флот.
- А что же вы мне об этом раньше
ничего не сказали?
- Не успел.
Люба! - А? - Люба, мне нелегко
будет с вами расстаться.
- Мне тоже.
Сережа, я к вам за это время
очень привыкла.
- Я тоже.
- Значит, вы покупали коляску
не для своих семейных нужд? - Нет.
- А для кого?
- Так, для одной знакомой девушки.
- Детскую коляску для знакомой
девушки? Пикантно!
- А вот и она. Пришвартовывайтесь
к нашей пристани!
- Нет, спасибо.
Малышам спать пора.
- Тогда разрешите присоединиться
к вам? - Пожалуйста!
- Здрасте. Знакомьтесь.
- Мы знакомы.
- Мы с Любочкой друзья детства.
- Пока ты прикуривал,
твое мороженое успело растаять
в организме этой дамы.
- Мне сказали, что вы продали это
платье! - Нет, все это верно.
- Все сказал, что хотел?
- Почти.
- А ты узнал, от кого она получает
деньги? - Неудобно было.
- Ни слова, о друг мой, ни вздоха.
- Разрешите вас конвоировать?
- С удовольствием!
- Люба, скажите, вы всегда
говорите правду?
- Всегда, почти. А что?
- Так.
- Вы любите поэзию?
- Нет, я предпочитаю прозу.
- Странно. А я обожаю стихи!
- Скажите, а кто вам сегодня
оставил деньги в конверте?
- А откуда вы об этом знаете?
- От вашей сестры.
- Напрасно она вам об этом сказала.
- Почему? - Так.
Скажите лучше еще что-нибудь.
- Люба, я хочу вам сказать...
(песня) - Сама садик я садила,
Сама буду поливать.
Но наука нас учила:
Чтобы почва сад взрастила,
Почву надо удобрять.
Чтоб плоды произрастали,
Чтобы цвел прекрасный сад,
Мы и не подозревали,
Что для почвы нужен калий
- И к нему что?
- Суперфосфат!
- Садовод - большая сила,
Я прошу не забывать!
Даже песня нас учила:
Сама садик да я садила,
Да сама буду поливать.
- Тпру-у-у!
- Ах, это вы?
- Да, ехала мимо, услыхала, как вы
поете. У вас чудесный голос.
- Что вы, что вы.
- Ой, какие у вас яблоки!
- Это мой первый гибрид.
- А как они называются?
- Лиза. - Что? - Нет, в вашу честь
я назвал этот сорт лиза.
Этот плод благороден, вкус его
изыскан. Попробуйте.
- Страшная кислятина, фу!
- Не может быть!
У него должен быть винно-сладкий
вкус.
- Алеша, Алеша, с кем ты там
разговариваешь?
А-а! Вот тебе твой... - Что?
- Супер... - Фосфат.
- Здрасте, Лизонька. Как поживают
наши малыши, как они развиваются?
- Ничего себе, нормально
развиваются.
- А почему вы их не принесете
к нам? У нас великолепный воздух.
- Я думала, они вам будут мешать.
- Наоборот! - Мы без них скучаем!
Я как дедушка требую, чтобы вы
их непременно принесли к нам.
- Хорошо. - Непременно!
- До свидания! - До свидания.
(звонит телефон)
(стук)
- Да-да!
- Товарищ заведующий, прошу вас,
замените мне сухофрукты на компот.
- Сенечка, замени!
- Благодарю вас.
(звонит телефон)
- Да-да? Еропкин на проводе.
Еропкин!
Милиция? По розыску? Меня?
За что?
Один момент.
(шум голосов)
Тише, граждане, я на проводе!
Да-да? Еропкин вас продолжает
слушать.
Нашлась? Жива?
- Жива, жива.
Уточним некоторые обстоятельства
и сообщим вам дополнительно.
- Товарищ начальник, персональный
привет.
(стук)
- Да-да?
- Разрешите?
- Доктор, прошу вас!
Здравствуйте, профессор!
- Профессор? Оригинально.
- Чем могу?
- Вадим Спиридонович,
распорядитесь отоварить меня
вне очереди.
- Ну, это в нашей власти.
- У меня сегодня исключительный
день. - А что такое?
- Кончается наша холостяцкая
жизнь.
- Как? Вы женитесь?
- Да. То есть становлюсь дедушкой.
- Сразу? Оригинально.
- Судьба посылает моему сыну одну
молодую особу, вместе с детьми.
- Знаете, между нами говоря,
мне тоже судьба планирует одну
молодую особу, но без детей!
- Оригинально, оригинально!
- Прошу, прощу.
Сенечка! - Я!
- Отоварь вне очереди академика.
- Доктора.
- А почему вне очереди?
(песня) - Эту песню мою
Для тебя я пою,
Ты запомни ее навсегда.
Надо мной, над тобой,
Над широкой землей,
Словно струны, поют провода.
- Если милый вдали,
Телеграмму пошли,
И печаль пропадет без следа.
- И горячий привет.
- И сердечный ответ
- Донесут, принесут провода.
И горячий привет,
И сердечный ответ
Донесут, принесут провода.
- Буду слову верна,
Буду нежность беречь,
- Не забуду тебя никогда.
- И любимую речь
Расставанья и встреч
Все несут, все несут провода.
- Мы заветной порой
Будем вместе с тобой.
- Но когда ж это будет? Когда?
- И надежды мои.
- И мечтанья любви.
- Донесут, принесут провода.
И надежды мои,
И мечтанья любви
Донесут, принесут провода.
- Лиза, наконец-то!
- Здрасте.
- Что это вы так тяжело дышите?
- Спешила, боялась опоздать.
- Точность в вашем возрасте -
это редкое достоинство.
Алеша!
- Папа.
- Это опять вы, товарищ монтер?
Что вы там делаете?
- Да, это я, доктор.
Но на этот раз я вас включаю!
- Меня? - Ага.
- Великолепно. Великолепно!
- Теперь вы можете держать
своих клиентов под током
хоть целый день.
- Очень рад.
- Пойдемте, я распечатаю ваши
патроны. - Пойдемте, дитя мое.
- Что? - Ранет.
- Нет.
Это? - Это золотой, золотой...
парфен. - Пармен. - Да?
- Вот это? - Шафран.
- Нет.
Лиза, с сегодняшнего дня вы
должны остаться с нами навсегда.
Вы согласны?
- Да. А дети как же?
- Дети?..
Лиза, ну как вам не стыдно
задавать такие вопросы!
Где вы, там, конечно, и они.
- Да? - Да.
- Ура, вечером будет свет!
Пришел монтер.
Кстати, чудесная девушка, похожа
на вас.
Пойдемте, я вас познакомлю с ней.
- Нет, благодарю вас.
Мне нужно с ними гулять.
- Это я сделаю не хуже вас.
- Правильно, папа. На, возьми.
- Я уложу их спать в гамак.
(напевает) Чтоб плоды
произрастали... прекрасный сад.
- Здрасте, Петр Петрович!
- Кто это? - Здравствуйте, доктор!
- А-а, здравствуйте!
Чем я обязан вашему посещению?
- На днях мы заканчиваем свое
лечение. - Я очень рад.
- И это благодаря вашим
процедурам.
- Электризация потрясающее
средство! - Великолепное.
- Мы решили вам преподнести
небольшой подарок.
- Это от нас и...
- И от палаты выздоравливающих.
- Нет-нет, что вы.
У меня есть палка.
- Доктор, обратите внимание,
какая палка. Смотрите.
- Палка-зонт! - Совершенно верно.
- Гибрид!
Оригинально. - Пожалуйста.
- Тронут.
- Вот это моя комната.
А теперь она будет нашей.
Вот здесь мы поставим зеркало.
Стол мой отодвинем сюда, а...
- Нет! Стол в уголок.
Здесь я поставлю шкаф с зеркалом,
там - тумбочку.
- Какую тумбочку? - Обыкновенную.
- Какую?
- На тумбочке салфеточка,
на салфеточке вазочка,
а в вазочке цветочки.
- Да нет, здесь так много солнца,
нужно поставить детскую кроватку.
- Ой, про детей я совсем забыла.
- Сейчас я вам тоже преподнесу
сюрприз. - Какой?
- Узнаете? - Как? - Как же вы...
- Тс-с.
- Как же они к вам попали, доктор?
- Каким образом?
- Эти птенцы окончательно нашли
свое гнездо.
- У вас? - Да. Их мама выходит замуж
за моего сына.
А вот и он!
Очень хорошо, что вы сели.
Мы сейчас все вместе по-семейному
выпьем чайку.
Алеша! Алеша!
Поставь самоварчик.
- Сейчас, папа. - И я с вами.
- Пойдемте.
Что такое?
- Я вас тут подожду.
- Хорошо, я быстро.
- Вы что, уже уходите?
- Да. До свидания, доктор.
Теперь у вас все в порядке.
- Только у меня к вам маленькая
просьба. - Какая?
- Проверьте, пожалуйста,
мою аппаратуру.
- Хорошо. Только для вас, доктор.
Что тут у вас?
- У меня, кажется, контакты шалят.
- Теперь мне ясно, почему она
не сказала,
от кого получила конверт.
- А ты что, ее спрашивал?
- Спрашивал! Нет, ты мне сказал.
- Садись. Надо проститься
с доктором.
Иначе наш уход будет похож
на хамство.
- Да не могу я здесь оставаться!
- Что ты, с ума сошел?
Что ты психуешь?
Иди собирай теперь.
А то доктор подумает,
что мы пришли воровать.
- И пускай думает, мне теперь
все равно! - Я чувствую.
- Друг ты мне или не друг?!
- Друг, друг. Только собирай.
- Спасибо, дитя мое. - Не стоит.
- Вы очаровательный монтер.
Позвольте я вас поцелую,
по-стариковски.
- Сергей! Ты оказался прав:
нам здесь делать нечего. Пошли.
- Нет, постой. Вот теперь-то уж
я ей все скажу.
- Все равно ведь не скажешь.
- Нет, ты меня еще плохо знаешь.
- Сережа! Как вы меня здесь нашли?
- Конечно, вы не ожидали этой
встречи. - Что с вами, Сережа?
Почему вы так со мной
разговариваете?
- Нетрудно догадаться.
Я все знаю, я все видел.
- Что вы знаете?
- Все.
- Сережа, вы меня обижаете своими
догадками.
- Но это лучше, чем обижать
поступками.
- Я не знаю, что я вам такое
сделала.
- Вы... вы...
- Пошли, Сергей!
Из вашего сада.
Закройте шлюз, жених.
Сергей, подожди!
- Сережа! Сережа!
- Куда? Полный вперед!
- Да-да? - Вадим Спиридонович.
- Вадим Спиридонович!
Когда наконец вы подпишете?
- Когда будет тара!
- Вадим Спиридонович, у меня тара
есть. - А транспорт?
- И транспорт стоит!
Я все могу забрать сразу.
- Сразу? Ага. Мясо? - Мясо - 200.
- Жиры? - 100.
- Остальное? - Яичным порошком.
- Ага. Не могу.
- Вадим Спиридонович! - Не могу!
- Вадим Спиридонович!
Что выбросил? - Язык.
- Зажми язык, пусти селедку. - Есть!
- Товарищ заведующий!
- Да-да?
- Мне кассирша неправильно выбила
мозги! - Сенечка, меня нет!
- Возмутительно!
(стук)
- Да-да?
Лизочка? - Вадим Спиридонович!
- Что такое?
Вы плачете в рабочее время?
- Вадим Спиридонович, отпустите
меня, мне надо уехать.
- Куда? - Далеко.
- Зайдите ко мне.
Что случилось?
- Вадим Спиридонович...
- Успокойтесь!
Выпейте воды.
- Это же водка у вас. - Что такое?
- Водка.
- Водка? Не может быть!
Ну да... нет-нет, это, понимаете,
вода, сырая.
Это уборщица перепутала.
Вот, выпейте кипяченой,
эта значительно приятнее.
- Спасибо.
- Ну, рассказывайте,
что случилось.
- Вадим Спиридонович, я пришла вам
сдать киоск.
- Лучшую газировочную точку
в городе? - Да.
- Ай-ай-ай. И это говорит
продавщица первой руки!
Но подумайте, от чего
вы отказываетесь:
центр города, лучший киоск -
золотое дно, прииск!
Подумайте и не отказывайтесь.
- Не могу, Вадим Спиридонович,
я должна уехать.
Я окончательно запуталась,
у меня большая утрата.
- Растрата? Тс-с-с.
Понимаю, растрата -
это бич торговой точки.
И на много у вас это трали-вали?
- Чего?
- Я говорю, сиропа на много
растратили?
- Как вам не стыдно! Я человека
потеряла. - А, ну это не страшно.
- А мне он дороже всех ваших
сиропов на свете!
Принимайте дела.
Халат, стаканы, выручка.
- Что ты делаешь? - Уезжаю.
- Куда?
- Еще не знаю.
- Лиза, милая, что с тобой?
- Сегодня я потеряла самого
дорогого человека. - Ты?
- Совершенно запуталась.
Понимаешь, он думал, что я -
это ты, а ты - это я.
- Что-что?
- Он думал, что детей усыновила
не ты, а я.
А я обманывала и скрывала правду.
- А зачем ты скрывала правду?
- Мне было стыдно.
Я боялась, что он меня разлюбит.
- Кто он?
- Ты знаешь. Алеша Листопадов.
Помнишь, который детей принес?
Ты еще тогда подумала,
что он ненормальный.
- По-видимому, я тогда ошиблась.
- Что с тобой, Люба?
- Лиза, я завидую тебе.
Ты счастливее меня. - Почему?
Тебя за одно только предположение
человек полюбил,
а меня из-за этих малышей
оскорбил и назвал лицемеркой.
- Кто такой?
- Ты знаешь, Орликов Сережа.
Тот моряк, который тогда малышей
принес.
- Люба!
Я хочу тебе сделать одно
предложение. - Какое?
- Давай их воспитывать вместе?
- Я согласна.
Но только не советую тебе делать
этого теперь. - Почему?
- Он может подумать, что ты снова
хочешь его привлечь к себе.
- Ты права.
Я уеду и ему обо всем напишу.
И пусть он забудет меня навсегда.
- Здравствуйте, товарищ Листопадов.
- Здрасте.
- Здравствуйте. - Разрешите к вам
на минуту? - Говорите оттуда.
- Понимаете, у нас очень интимный
вопрос.
- Мы скоро уезжаем и хотели бы
передать вот эти подарки
вашим детям, детям Любы.
- Вы хотите сказать, Лизы?
- Я не понимаю, почему вы из этого
делаете тайну?
- А я не понимаю, о чем вы
говорите. Лизы.
(хором) - Любы!
- У этого жениха от счастья компас
испортился. - Точно.
- Тогда разрешите нам поговорить
с вашим папой. - Папой?
- Да, лично. - Пожалуйста.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
- Скажите, у вас папа врач?
- Да, а что? - Поговорите с папой.
(мелодия из музыкальной шкатулки)
(поет) - Ах вы, звонкие
пташки-младенцы,
Канарейки, скворцы, соловьи.
Иждивенцы мои, потребленцы,
Таракашки, букашки, жуки.
Трали-вали, трали-вали.
Тили-тили, дили-дили-дили-бом.
- Вадим Спиридонович, я не узнаю
вас.
- А вы меня мало знаете, Любочка.
- Вы же их видеть не могли.
- Верно. А теперь люблю, даже
обожаю.
Вот видите, и шкатулочку
музыкальную подарил.
- Это просто необъяснимо.
- Все течет - во! - все меняется.
- Они спать хотят.
- Пойдемте.
Любочка, так как у вас
с морячками вышел конфликтик...
- А откуда вы знаете?
- Из достоверного источника.
Разрешите, так сказать, взять
быка за рога. - Что такое?
- С этой минуты помогать вам
воспитывать этих дармоедиков.
- Я их взяла не для того,
чтобы мне помогали,
а для того, чтобы я им помогала.
- Ах, Любочка, теперь вы с ними
для меня одно целое.
- Нет, благодарю вас.
Хотя я очень рада, что вы так
резко изменились к детям.
- Заблуждался.
Могу прямо сказать - заблуждался.
- Мое почтеньице. - Здравствуйте!
- А, активисту привет!
- Товарищ Карасева, к вам можно?
- Пожалуйста, заходите.
- Слушаюсь.
Прошу прощеньица, я вам жировочку
за истекший месяц принес.
- Спасибо. - Прошу. По поводу
заметочки "Благородный поступок".
Наше жилуправление решило
с активом жильцов
устроить небольшое заседаньице.
- А что же вы от меня хотите?
- Присутствовать лично
и быть почетной гостьей.
- Ну что вы, можно и без меня.
- Не беспокойтесь, все будет
отмечено очень скромненько.
- Что значит скромненько!
Такие факты не отмечают,
такие факты подымают.
Только руководитель, страдающий
близорукостью...
- Разрешите поправочку.
Я страдаю не близорукостью,
а дальнозоркостью.
- Тем более, вы должны видеть
перспективно
и дать широкий ход массовому
движению по усыновлению детей.
- Верно, товарищ Еропкин.
Но эту темочку мы не можем сами
поднять на должный уровень.
- Где уж вам. - А может,
вы нам сделаете докладик?
- Доклад мне делать некогда,
а вот выступить экспромтом,
зажечь аудиторию и дать установку
массам - это мы можем.
- И вы нас не подведете? - С кем вы
имеете дело, дорогой мой?
Еропкин сказал - значит, все.
- Ну и чудненько.
До свиданьица.
- До свиданьица.
- Предупреждаю - не завалите дела.
Проблема требует размаха
и праздничного фона. - Верно.
- Вот и возьмите, например,
оркестр у пожарной команды.
- Но они не согласятся.
- А, ерунда, у нас согласятся!
Передайте от моего имени,
что будет выдано по полкило джема
на каждую музыкальную единицу.
- Музыкальную?
- Активистов тоже не обидим.
- Джем? - Джем. - Полуваренье? - Да.
- Чудненько!
- Работайте.
- Вы уверены, что это
недоразумение?
И в нем замешаны обе сестры?
- Это так же ясно, как...
Ой! За что я зацепился?
- За собственного сына.
- Алеша, ты вечно мне мешаешь!
- Прости, пожалуйста.
- Друзья мои, нам надо торопиться.
Скорей!
(аплодисменты)
- Общее собраньице нашего ЖАКТа
считаю открытым.
Повесточка дня вам известна.
Слово имеет гражданочка Брошкина.
Прошу.
- Товарищи!
Благородный поступок
Любы Карасевой, моей квартирантки,
взволновал меня до глубины души.
Буду краткой, подхожу к вопросу
по-деловому:
даю обязательство взять на
воспитание какого-нибудь малыша.
Вот мое заявление.
- Разрешите огласить?
- Прошу.
- Гражданочка Брошкина подала мне
не заявленьице, а повесточку,
в которой сказано, что она
мобилизована на трудработы
и ей завтра надлежит явиться
на сборный пунктик.
- Это не та бумажка!
Позвольте.
Это же не та бумажка!
- Нет, нет-нет!
Это именно та бумажечка.
А ребеночек ей потребовался,
чтобы не ехать на разгрузочку
уголечка! Понятно?
- Клевета, гнусная инсинуация!
Я протестую! (звенит звонок)
- "Садовая, 15".
(стук в двери)
Войдите!
- Ну, кажется, мы у цели! Здрасте!
- Здрасте.
Что вам угодно?
- Они.
Они!
Зернышки вы мои родные, дорогие
вы мои!
- Я протестую! Я протестую!
(свист)
- Люба! Люба!
- Товарищи! Товарищи!..
- Я пошел. - Нет уж, товарищ
начальник, вы подождите.
Как бы чего не вышло.
- Вот она.
- Золотая вы моя!
Дайте я на вас погляжу.
Вы сохранили для меня самое
дорогое в жизни.
(музыка)
- Да-да.
Граждане!
Кий Юрий Цезарь в таких случаях
говорил...
- Товарищ Еропкин, вы хотите
сказать: Гай Юлий Цезарь?
- Я хочу сказать, чтобы ты мне
не мешал, шпингалет этакий!
Учить тоже вздумал.
Да...
Что я хотел сказать?
Так вот я и говорю. Гай Юлий
Цезарь в таких случаях говорил:
"Стыд и позор эгоистам!"
И мне стыдно, граждане,
что я и моя база
живем под одной крышей
с вышеупомянутой гражданкой
Брошкиной!
И мне стыдно, что я дышу одним
воздухом с этой гражданкой!
И мне хочется открыть пасть
и выкинуть этот воздух из себя
с гневным криком: "Позор!"
Говорю по буквам: Петр, Ольга,
Захар, омлет, рафинад!
Позор!
- А где же ваш муж?
- Он оставил нас, когда еще малышей
не было на свете.
- Дети - это моя слабость.
Я бы сказал, мое больное место.
И я призываю вас, женщины...
- А как же вы нас нашли?
- Какой-то добрый человек упорно
разыскивал меня через милицию.
- А кстати, вот он, легок
на помине!
- Он!
- Закругляясь, я подвожу итог:
нашим близнецам подвезло,
и в этом видна рука судьбы:
они нашли свою настоящую, родную
мать!
- Верно, Вадим.
- Полина?
- Да, я Полина.
А это ты, мерзавец?
- Это я мерзавец, только...
- Ты, бессовестный?
- Один момент, граждане!
- Негодяй!
- Как ты сюда попала?
- Я приехала за детьми.
- Какими это детьми?
- Нашими.
- Что это значит - нашими?
- Которые родились после твоего
бегства.
- Вы хотите сказать, после моей
эвакуации?
- Вот что я хочу тебе сказать!
- Осторожней!
- Мы еще с тобой объяснимся.
- Правильно, правильно!
Ничего, граждане, своевременная
сигнализация.
- Значит, ты окончательно решила
уехать? - Да.
- Прощай, Лиза.
- До свидания, Люба.
- Одну минуточку.
Я сейчас.
- Лиза!
- Вот вам письмо. - От кого?
- От меня.
В нем я написала всю правду.
- Я не буду читать ваше письмо,
я все прочту в ваших глазах.
Не расстраивайтесь, вы еще
девочка, у вас все впереди:
любовь, муж и дети.
- Нет, ничего уже этого у меня
в жизни больше не будет.
- Люба!
- Пошли, пошли.
- Люба, простите меня.
Люба!
- Товарищ Еропкин, что с вами?
Вы больны?
- Нет, Еропкин здоров, но дух его
дал утечку.
Послушайте, дайте. О, у вас ярко
выраженный... - Алопеция?
- Нет, статус депрессиво.
- Утечка и утруска сразу?
- Нет. Подавленное психическое
состояние,
вам нельзя оставаться одному.
- Что вы говорите!
- Да. Пойдемте, я вас провожу.
- Куда? - Домой.
- Поехали, поехали. Осторожнее.
- Полиночка, ты хотела со мной
объясниться?
- Раздумала. - Почему? - Я ухожу.
- Куда?
- Мне стыдно с тобой жить
под одной крышей.
- Что ты говоришь?! - Да, и дышать
с тобой одним воздухом.
- Товарищ Еропкин! - Да-да?
- Ревизия.
- Что ты говоришь? - Да-да.
- Рука судьбы.
(песня) - Ах вы, звонкие
пташки-малышки,
Голыши, глупыши, сорванцы.
Эта песня для вас, ребятишки,
Эта песня про вас, близнецы.
Вы растите, не бойтесь ненастья,
Поднимайтесь стройны и сильны.
Вы наследники мира и счастья,
Свет и радость Советской страны!