Сельский детектив-14. Кино по-ольховски (2022 год). Фразы и цитаты из фильма
В Ольховку приезжает киностудия, которая снимает фильм ужасов. В
процессе съемок исполнительнице главной роли Алине начинает мерещиться
всякая чертовщина.
Все фразы и цитаты
Серия 1
- "Хома не имел духа взглянуть
на неё. Она была страшна.
Она ударила зубами в зубы
и открыла свои мёртвые глаза.
Но, не видя ничего, с бешенством -
что выразило её задрожавшее лицо -
она повернулась в другую сторону
и, распростёрши руки,
стала обхватывать ими каждый столп
и угол, чтобы поймать Хому.
Наконец остановилась, погрозила
пальцем и легла в свой гроб".
(звонок)
- Ребята, урок окончен.
На следующем занятии
продолжим изучать творчество
Николая Васильевича Гоголя.
- До свидания.
- До свидания.
(кричит)
- Стоп. Снято!
- Спасибо большое.
Ну как, Сергей Петрович?
- Ну отлично. С первого дубля.
Всё-таки Мелецкий был прав,
когда сказал,
что кроме тебя эту роль
никто так не сыграет.
Молодец, Алина. Так держать.
- Спасибо.
- Ну что, друзья и коллеги,
начало положено.
Вот с таким настроем
давайте будем работать
до самого последнего съёмочного дня.
У нас прекрасный сценарий,
великолепные актёры,
восхитительная съёмочная группа,
с которой не страшно
снимать даже
такое страшное кино
как "Смерть рядом".
Итак, всем нам удачи
и хорошей охоты.
Ура!
(все вместе): Ура!
СЕЛЬСКИЙ ДЕТЕКТИВ.
КИНО ПО-ОЛЬХОВСКИ
- Ничего нет - ни крови, ни надписи.
- Да что ж такое-то?
Тут надпись была кровью написана.
- Успокойся, тебе показалось.
- Ты просто перенервничала.
Долго не снималась, а тут сразу
такой тяжёлый материал. Бывает.
- Вы меня только одну не оставляйте,
пожалуйста.
- Не оставим. Мы же идём отмечать
первый съёмочный день, забыла?
Выпьем шампанского, потанцуем.
- Алиночка, а у тебя что-то
успокоительное есть?
- Нет, Сергей Петрович,
что вы, я отменила
все лекарства перед съёмками.
Подумала, что это помешает
готовиться к роли.
И вообще, нужно отменять...
- Вот, держи, сам пью. Ночью сплю
как убитый, а утром как огурчик.
(лирическая музыка)
- Ай.
Крыша на кухне прохудилась.
Видала?
Зыкова опять придётся звать,
чтоб подлатал. Эх!
Одни расходы без доходов.
- Дед, гляди веселей,
зато проводку не задело.
У нас в клубе одна розетка
осталась после дождей.
И то починить некому.
- А что ж твои ученицы? Куда глядят?
- Так и что ученицы?
Они же не электрики.
- Ну не электрики,
так позвонили бы своим ухажёрам,
пригласили бы их
починить проводку.
Ну и поглядели бы,
на что те ухажёры сгодятся.
Ты-то своих мужиков
всех распугала.
- Ну, один вернулся.
- Ну? Это кто ж, Леший или Кузьма?
- Адриано приехал,
поселился у Нины.
Пожалуй, присмотрюсь к нему,
всё-таки профессор.
- Что? Леська!
Сгубить меня хочешь, да?
Не пущу! Не пущу! Не пущу!
Этот чёрт тебя, как мамку,
в Италию умыкнёт.
- Дед, ну ты чего? Ну...
Не кричи, а то давление поднимется.
Никуда я от тебя не уеду.
- Алин, ну ты чего? Веселей!
(звучит ритмичная музыка)
- Угораздило же вас связаться
с этой неврастеничкой,
Сергей Петрович.
- Ох.
- Она же вам все съёмки завалит.
- Я сам в шоке. Ты что, думаешь,
я не понимаю, что это твоя роль?
Я же ведь помню, Яночка,
эти твои восхитительные пробы,
этот твой такой кроткий взгляд.
Как ты точно сразу
ухватила характер,
но Мелецкий меня
просто заставил взять Алину.
Да, к сожалению, те времена,
когда что-то зависело
от режиссёра, прошли.
И сейчас всё решает
его величество продюсер.
- Ну, продюсера я могла бы
взять на себя.
(звучит ритмичная музыка)
- Вот он.
Семён Андреевич Маракуев.
- Ой, я же это, игрушки привёз.
- Это потом, Данила.
- Во.
- Завтра с утра нанянчишься.
- С утра никак, только вечером.
У нас работы вагон, мы почти год
без помощника службу несли,
бумаг накопилось до потолка.
- Зато в новое здание переехали.
До дома теперь вдвое ближе.
- Ну а чем вам старое не понравилось?
- По генеральному плану
развития области
через старое здание полиции
пройдёт скоростная трасса.
Так что, пришлось переселиться.
Ну завтра сам всё увидишь.
- А Олеся? Не помогает?
- Дождёшься от неё!
Марпл хитрая.
Она с документами работать не любит,
всё по округе носится.
- Во, вот и мне будет
лучше по округе.
- Ещё чего! Ты - практикант,
а Олеся - добровольный помощник.
Практикант - отрабатывай.
Я ведь тебя предупреждал.
Следователь - это не романтика,
это рутина.
- Да я девять месяцев в универе
в этих бумагах провозился!
- Ну вот и посмотрим,
чему ты там научился.
Как говорила моя бабушка,
Марфа Михайловна,
бумага в умелых руках -
оружие посильнее револьвера.
(тревожная музыка)
(часы с кукушкой кукуют)
(петух кукарекает)
(смех)
- Класс.
- Да.
О, бонджорно, синьор Василий.
- Бонджорно, синьор. Ха-ха.
Вот как суббота,
так дрыхну допоздна.
Что в Италии-то?
Поди жара несусветная.
Опять сюда в Ольховку
на свежий воздух потянуло, а?
- Дед, Адриано, оказывается,
весь год по России путешествовал.
- Ну?
- Да, в экспедиции.
Последняя была в Красноярске.
Исследовали заброшенная усадьба
в 19-м веке.
- Нашли там золотишко-то, а?
- Что? Золотишко? Фрески нашли.
Их выполнял итальянский мастер.
- Жаль, дом графа Малютина
не сохранился,
ты бы нашёл там что-нибудь
интересное сто процентов.
- Да, жаль. Я про него слышал.
Но я знаю, что сохранился
дом егеря.
Может быть, ты мне покажешь его?
Там наверняка есть какие-нибудь
этнографические реликвии.
И... Там особенная атмосфера.
- Не то слово.
Катерина, свояченица моя,
недавно жила тут.
И сказывала, что на чердаке
по ночам кто-то шастает.
- Белиссимо. Это домовой.
- Здравствуйте. Здравствуйте.
- Здравствуйте. Знакомьтесь,
это Алина, она живёт в доме егеря.
- Бонджорно.
- Как спалось на новом месте?
- Спалось как раз не очень, Олеся.
Что-то странное происходит.
Стул упал посреди ночи
сам по себе, даже...
Даже не знаю, о чём думать.
- Может, зря мы Катерине
не поверили-то, а?
- Пойдёмте проверим.
- Пойдём.
- Девушки, возьмите меня с собой.
Может быть, потребуется помощь?
- Алина, ничего необычного,
всё, как оставила,
когда прибралась перед приездом
вашей группы.
Ну только вещи твои добавились.
- Ну я же не сумасшедшая.
- Черто. Конечно нет.
Здесь наверняка живёт
домовой или дух.
Он даст о себе знать.
В Италии такие называются лауру.
Они наводят по ночам кошмары
на женщин.
- Адриано.
- Эскузи.
- Хотя...
(звонит телефон)
- Да. Иду, хорошо.
Простите, мне на площадку нужно.
Олеся, может, заглянешь
ко мне вечером?
- Конечно, не переживай.
- Ну что, изловили домового-то?
- Да нет, дед, не изловили.
Но что-то с домом Алины не так.
- Это тебе итальянец мозги пудрит?
Слушай, Леська,
пойди-ка в амбаре дверь прикрой.
А то Матильда туда заберётся
и весь наш зимний запас сожрёт.
- Прикрой. Точно, дед!
Прикрыть. Я же когда дом перед
приездом киношников проверяла,
я закрывала люк на чердак.
А сегодня он был приоткрыт.
(лирическая музыка)
- Здравствуйте, Василий Петрович.
- ЗдорОва.
- Привет, Олесь.
- С приездом.
- Спасибо. Рад вас видеть.
- Тебя Маракуев так ждал.
- Да куда уж там.
Сам сбежал с ребёнком гулять,
а меня бумажками завалил.
- Ну, угощай гостя-то!
- Спасибо. Я, Василий Петрович,
приехал расследовать. С Олесей.
А не в бумажках ковыряться.
- Данила, есть кое-что интересное.
Пойдём?
- Да.
- Погоди, погоди, ну...
Стакан чаю не допила.
Раскудрит твою валентность
через медный купорос.
- Приготовились к съёмке.
Мотор!
- Идёт.
- Камера!
- Идёт.
- "Смерть рядом". Сцена двенадцать
один, кадр один, дубль шесть.
- И-и, начали!
Школьники пошли.
Физрук.
Алина пошла!
Алина!
(тихо вскрикивает)
Стоп!
Алина, с тобой всё хорошо?
- Сергей Петрович,
простите, пожалуйста.
Сама не знаю, что со мной.
- Ну что такое? Не можем простой
проход шестой дубль снять, а!
Всё, десять минут перерыв.
- Вроде не пила вчера,
а будто с бодуна.
- Говорила же,
эта психичка завалит съёмки.
И на главную роль
всё равно возьмут меня.
- М, а студии потом переснимать
весь материал.
- Так донеси это до Мелецкого.
Чем раньше вы её замените,
тем меньше придётся переснимать.
Ты исполнительный продюсер
или кто?
- Алин, скажи, пожалуйста,
ты люк на чердак открывала?
- В доме?
- Да. - Нет.
Прости, мне нужно грим поправить.
- Да, с люком вопрос.
- Угу.
- Ну и что дальше?
- Не знаю пока.
Наверное, будем ждать, обычно
у таких историй бывает продолжение.
О! Так, всё, мне на работу
в клуб пора.
А ты давай разбирать
Маракуевы конюшни.
Человек целый год копил.
- Слушай, может,
я тебя лучше до клуба провожу, а?
- Перед смертью не надышишься.
Ладно, пойдём.
- О, пойдём.
(Нина):
- Освобождай компьютер, моя очередь.
- Нин, ну я же говорю,
я ответа жду с минуты на минуту.
- Да мне всего две фразы напечатать.
- Ой, Нинка...
У твоего внука есть этот, как его,
этот... Вот дьявол, а.
Смартифон. Ты с него можешь писать,
а я только с этого компьютера могу.
- Девочки, не ссорьтесь.
- О, ответил.
(тихая музыка)
- Матрён, имей совесть, а!
Человеку помощь нужна.
Олеся, ну прикажи ей.
- Как, тёть Нин? Мы ведь не в армии.
- Ну вас всех!
- Бабуль, ты скоро?
- Да что ж такое-то, а?
- Егор с Никиткой уже в игру зашли.
Меня ждут.
(вздыхает)
- Забирай, жадина.
- Вот ты купи себе смартфон
и пиши сколько хочешь.
- А вот возьму и куплю.
Вот завтра же в Красново поеду.
- Мам, что-то случилось?
Кому ты там всё пишешь?
- Да человеку одному помощь нужна.
- Если собралась ему деньги
переводить, не вздумай.
Ты знаешь, сколько мошенников
в этих соцсетях?
- Да нет, одноклассник у меня есть,
Тихон Морозов.
Пишет, что жена у него померла,
а квартира на неё была записана.
И вроде как она перед смертью
успела на кого-то
дарственную оформить.
Новые хозяева пришли,
а его за дверь выставили.
- Во дела.
Так ему на телевидение надо.
Ты здесь ему ничем не поможешь.
- Нет, конечно.
Но он в суд подал,
адвокаты говорят, квартиру вернут.
Жить-то ему сейчас негде.
Ну вот он и пишет,
не выделю ли я ему угол
пожить на время.
Ты что думаешь?
- А я-то что? Твой одноклассник.
- А что люди скажут,
если Тихон у нас в доме поселится?
- Да, мам, если помощь человеку
нужна, плевать, что скажут люди.
- В общем-то я тоже так думаю.
(тревожная музыка)
(кричит)
- Олесь.
- А?
- Ну ты извини меня
за сегодняшнее в клубе.
- Тёть Нин, да вы не переживайте,
всё в порядке.
Я, кстати, заявку в район написала.
Попросила, чтоб нам компьютеров
побольше прислали.
Глядишь, и очередей не будет теперь.
- Ой, разбежалась.
Держи карман шире.
- Олеся!
Олесь, помоги, у меня там крыса
в кастрюле.
- Что, живая?
- Нет. Мёртвая, наверное.
- Ну всякое бывает.
Ты ж понимаешь,
в доме давно никто не жил,
а ты поселилась, еду принесла.
Они учуяли и пришли.
- Да вы не понимаете,
я картошку варила
и потом крышкой закрыла кастрюлю.
Ну не могла она туда сама залезть!
- Алин, а мог тебя
кто-нибудь запугивать?
- Да кто угодно. У меня из наших
киношников только один друг -
Олежка Юдин,
остальные все соперники.
(тихая музыка)
- Алин, только картошка.
Может, тебе показалось?
- О чёрт.
Неужели опять?
- Что опять, Алиночка?
- Олеся, прости меня.
Мне, наверное,
действительно показалось.
- А у тебя уже было что-то подобное?
- Несколько месяцев назад во время
съёмок случился нервный срыв.
И мне пришлось лечь
в клинику неврозов.
- Клиника неврозов?
- Попросту сказать, психушка.
Так вот там у меня
начались галлюцинации.
- Может, это было побочное действие
психотропных препаратов?
- Я тоже так думала,
и когда я вышла из клиники
и закончила принимать таблетки,
галлюцинации прошли.
Но, получается, они опять вернулись.
То кровавые пятна в зеркале,
то крыса.
- Алин, хочешь пойдём
к нам переночуешь?
А завтра переедешь в другой дом
или вообще в гостиницу.
- Нет, Олесь, я останусь здесь.
Этот... Этот дом помогает мне
сосредоточиться на роли.
(стук)
- Аля, что за шутки?
Тебя вся площадка ждёт.
- С ней что-то случилось.
- Я полицию вызвал.
(шум мотора машины)
О, уже приехали.
- Так, только спокойно. Старший
следователь Маракуев. Вы кто?
- Исполнительный продюсер Ипатов.
- Ага, что тут у вас?
А вы кто? Водитель?
- Актёр. Олег Юдин.
- Ага, не слышал.
Так, ну что у вас, что?
- Актриса утром не пришла на съёмки.
Стучим уже полчаса, не открывает.
- Конфликтов не было?
- Нет. Вроде всё спокойно.
- Звонили ей?
- Да, не отвечает.
- Набери-ка ещё.
(слышно звонок телефона в доме)
- Надо дверь ломать.
- Вот поколение, а.
Хлебом не корми,
дай что-нибудь сломать.
У Марпл есть ключи.
Беги к ней и попроси,
чтобы открыла дверь.
- Сделаем.
- А-а. "Ноктюрн на селении".
Влас.
- Да.
- Сильная вещь.
(напряжённая музыка)
- Тук, тук, тук.
- Алина?
(тревожная музыка)
Мертва.
Тихо-тихо-тихо.
- Таблетки какие-то.
- Руки, руки, руки!
Ничего не трогаем
до приезда Потапыча.
- Это я во всём виноват.
- Бросили её, что ли?
- Нет, но как друг должен был понять,
в каком она состоянии.
- Так, давайте все покиньте
помещение, пожалуйста.
Ребятки, вас это тоже касается.
(напряжённая музыка)
- Потапыч, давай собирай
свой волшебный чемоданчик
и дуй к нам в Ольховку.
Ну что там, Потапыч?
- На теле следов борьбы и насилия
не обнаружено.
Время смерти около 23 часов.
- Угу, значит, всё-таки суицид.
Да, роль не получилась,
нервный срыв.
Да, галлюцинации,
а тут таблеточки подвернулись.
В творческой среде
это сплошь и рядом.
- Андрей Гаврилович.
- Да.
- В доме кто-то был ещё.
Алина говорила,
что не трогала люк на чердак,
а он приоткрыт.
Хотя я точно помню, что закрывала
его перед приездом киношников.
- Как всегда. А Баба-Яга против.
При чём здесь вообще люк?
Тебе же русским языком сказали:
"Девушка выпила таблетки сама".
- А если её заставили. Угрозой?
- Ну, я такой вариант не исключаю.
- Потапыч, ты-то куда?
- Может быть,
всё-таки проверим люк на чердак?
- И что мы там найдём?
Домового?
У нас работы непочатый край,
съёмочная группа не окучена.
Иди и сними показания.
- Я с Олесей?
- Давай уже.
(Потапыч):
- Ты куда?
- Чердак осмотрю.
- Похоже, я последняя,
кто видел Алину живой.
Да, она была взволнована,
но мне не показалось,
что она хочет покончить с собой.
- Да и в Ольховке её никто не знал.
Значит, это мог быть кто-то
из своих, из съёмочной группы.
- Именно. Например, актриса, которой
не досталась главная роль в фильме.
Чем не мотив? Сначала попыталась
довести Алину до нервного срыва.
Не получилось.
Решила имитировать суицид.
- Неужели можно убить
за какую-то роль?
- Данила, ты выбрал интересную, но
очень травмирующую душу профессию.
Ещё не поздно отказаться.
- Ты справляешься?
Значит, и я справлюсь. И, по-моему,
у нас с тобой неплохо получается.
Правда?
- Правда.
(режиссёр):
- А полиция-то что говорит?
(Ипатов): - Следователь считает,
что это суицид.
(Олег):
- Нельзя было её одну оставлять.
- Да я тоже хорош,
дал ей эти таблетки.
Кто ж знал, что она
их все разом выпьет.
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Вам, наверное, будет интересно.
Алина была не очень здорова,
она даже в психушке лечилась.
- И, вообще, вы знаете,
она вчера какая-то была несобранная.
Всё время текст путала,
внимание теряла.
И обычный проход
девять дублей снимали.
- Понятно. И как на это
окружающие реагировали?
- Конечно, были недовольны,
высказывались.
- И довели.
Мы все в её смерти виноваты.
- Скажите, ваша эта,
вторая актриса где?
- Яна Золотарёва?
Так у себя, наверное.
Её сцена только после обеда.
- А где она остановилась?
- Здесь же, в Ольховке.
(тихая музыка)
- По ходу, нет никого.
Сбежала Яна.
Точно она убила.
- Гляди-ка, а это не она, случайно?
- Привет. Я уже знаю про Алину.
Ужас какой.
- Ну да. А где вы были сегодня ночью?
- В Москве. Сын поранился,
пришлось накладывать швы,
всю ночь просидела в больнице.
Вот только вернулась,
переоденусь и на площадку.
- А в какой именно больнице
вы были с сыном?
- В Филатовской, в хирургии.
Я пойду?
- Данила, а ты молодец.
Напиши Маракуеву,
пускай он проверит её алиби.
- Яна просила творог купить,
вкусный он у вас в Ольховке.
А вы что же, её подозреваете?
- Мы пока только проверяем.
- Это глупо, убивать из-за роли.
По кастингу всё решает продюсер.
Если он не выбрал Яну раньше,
то не выберет и теперь.
- Понятно. Спасибо.
- Что делать будем?
- Я думаю, нужно вернуться
на съёмочную площадку.
Алина говорила, что у неё
только один друг, это Олег Юдин.
Нужно с ним пообщаться,
но только наедине.
- Пойдём.
- Пойдём.
- Когда она вышла из клиники,
никто не хотел с ней работать.
Я знаю, что наш режиссёр
тоже не хотел её снимать.
- Почему?
- Думаю, не хотел рисковать.
Мало ли что можно ожидать
от актрисы с расшатанной психикой.
- Ну да.
А как же ей тогда досталась роль?
К тому же главная.
- Помог наш продюсер.
Это Мелецкий утвердил Алину.
- Она была его любовницей?
- Не совсем.
Ну, то есть у них был роман.
Но, когда Алина узнала,
что беременна, Мелецкий её бросил.
И у неё случился нервный срыв.
Она потеряла ребёнка,
а после оказалась в больнице.
Видимо, этой ролью Мелецкий хотел
как-то загладить свою вину
перед Алиной.
- Когда Мелецкий последний раз
был в Ольховке?
- В пятницу, в первый съёмочный день.
Приезжал со своей женой.
- Это в тот день, когда Алина якобы
увидела кровь на зеркале, да?
- Да, но это было вечером.
Мелецкий к тому времени уже уехал.
- Угу, ясно, спасибо большое.
- Это вам спасибо.
- Ну что, кое-что похожее
на мотив есть.
- Что именно?
- Если Алина шантажировала Мелецкого,
то он мог от неё избавиться.
- Олеся, это тебе.
- Спасибо большое, хоть что-то
приятное за сегодняшний день.
- С актёрами флиртуешь вместо работы?
- Угу, Орландо Блум подарил,
кучерявенький такой, знаете?
- Угу, кроме цветов,
есть что-нибудь ещё?
- Немного. На съёмочной площадке
думают, что это суицид.
Но я не уверена.
- Кто б сомневался.
Подозреваемые есть?
- Ну, во-первых, Яна. Она...
- Это сразу минус. Я проверил,
актриса была в Москве.
- Во-вторых, продюсер Мелецкий.
У него с Алиной были запутанные
любовные отношения.
- Ну, тогда он должен был
здесь наследить.
- Ну нет, про чердак забудьте.
Я там осмотрел каждый сантиметр.
Ни чёрта, ни домового, ни продюсера,
вообще никаких следов.
- Мы ещё не осмотрели участок.
(тихая музыка)
- Как дела, Соколиный Глаз?
Каманчи вышли на тропу войны?
- Андрей Гаврилович, вы только
не свалитесь оттуда, пожалуйста.
А то потом придётся
с Галиной Семёновной объясняться.
- А нестрашно, там внизу песочек.
- Тут не только песочек,
тут ещё и следы.
От остроносых ботинок.
- Бабуль, может, махнёмся?
Ты ведь уже привыкла к моему.
Ну подумаешь, экран немного треснул.
- А тебе, значит, новый подавай?
Хитёр ты, бобёр.
- Да забирай.
- Спасибо, бабуль.
- Мне и правда со старым удобнее.
А ему развиваться.
- В чём? В стрелялках развиваться?
- Вась.
А чего около Степанова дома
полицейская машина, а?
Случилось чего?
- Это артистка, которую там поселили,
померла. Представляешь?
Вот Леська там целый день пропадает.
Матильду обещала подоить,
даже не вспомнила о подружке.
Хлебу не купила.
- Слушай, а померла-то когда, ночью?
- Ну да.
- Всем привет.
- Здрасте, тёть Нин.
- Здрасте.
- Я чего сказать хочу...
- Аккуратно.
- Ночью завыл Полкан.
Я вышла с цепи отцепить и вижу...
- Если украли чего,
у нас дела поважнее.
- Андрей Гаврилович.
И что?
- Тень какая-то
от этого дома метнулась.
- Описать можешь?
- Да темно было.
Мужик какой-то.
Довольно резвый.
- А во сколько это примерно было?
- Ну я на часы не смотрела,
но точно до рассвета.
- Угу. - Олесь.
- Да, чего?
- Дед сидит голодный без хлеба,
ты бы хоть в магазин сбегала.
- Вот я балда. Тёть Нин, спасибо
большое, чтоб я без вас делала.
- Да то же бы и делала.
- Угу, спасибо. О, Андрей.
А вы какими судьбами?
- А я за алкоголем. На нервной почве
все запасы выдули.
- Скажите, из ваших киношников
никто не носит ботинки,
которые могли оставить
вот такой след?
- Ну, видимо, ботинки остроносые.
Да нет, не замечал.
Может, продюсер?
- Мелецкий?
- Да.
- Опаньки, он-то нам и нужен.
- Только он ещё в пятницу из Ольховки
уехал и не возвращался.
- А где он сейчас?
- На подмосковной даче, разрабатывает
концепцию нового фильма.
- Угу, дайте его номер телефона,
пожалуйста.
- Только вы ему всё равно
не дозвонитесь.
Он на даче всегда телефон отключает.
- А как вы тогда с ним связываетесь?
- По электронной почте.
- Четыре часа уже ждём.
Спрашивается, почему Мелецкий
не отвечает?
Не каждый же день на съёмках
твоего фильма убивают актрис.
- Да ещё и бывших любовниц.
- Может, он просто в почту ещё
не заглядывал?
- А, может быть, Мелецкий понял,
что его подозревают и затаился?
Размышляет, как уничтожить улики.
Придумывает алиби, а?
- Завтра слетаете к нему на дачу.
Адрес есть?
(сигнал сообщения)
Ух ты. Опер написал, Кузьма.
Послезавтра приезжает.
- ЗдОрово.
Поможет нам с расследованиями.
- Ага. Держи карман шире.
Его Судоплатов в Красново забирает.
- Как? А как же... мы?
(лирическая музыка)
Добрый вечер, Адриано.
- О, чудный вечер, Олеся.
Хочешь прогуляться?
- Честно?
- Честно.
- Нет.
До кровати бы доползти.
Целый день на ногах.
- Тогда я тоже честно,
как это принято в Италии.
Ты мне очень нравишься.
Давай знакомиться ближе.
- Нет, Адриано,
давай держать дистанцию.
Моего деда Кондратий хватит.
- Кондратий. Кондратий.
Кондратий.
Это твой жених?
- Да, жених. И у моего деда с
Кондратием очень сложные отношения.
Адриано, мне приятно твоё общество,
но моё сердце принадлежит другому.
- Понимаю.
- Лесь, ну сколько можно лясы точить?
Ужин стынет.
- Доброй ночи, Адриано.
- Синьор Василий.
Привет Кондратию.
- Что? А я что-то не понял.
- Здравствуйте, нам нужен
Алексей Мелецкий.
- А вот мне нет. Всё, достал.
Развожусь с этим козлом,
надоели его похождения.
- Я так понимаю, вы его жена Влада?
А где Алексей?
У нас к нему пара вопросов.
- Откуда ж мне знать? Развлекается,
наверное, с очередной дурочкой.
- А вы её видели?
- Так зачем мне, и так всё ясно.
После тарелки "Смерть рядом"
я отправилась со Славиком в Москву.
- А Славик это?
- Лёшин водитель.
Я взяла Лёшину машину,
а он поехал сюда на такси.
Якобы работать над новым проектом.
Два дня от него
ни письма, ни звоночка.
Я приезжаю сюда, а он,
оказывается, здесь и не появлялся.
- А как вы это поняли?
- Потому что когда я уезжала,
я оставила дом на охране.
Но с охраны его никто не снимал.
(звонит телефон)
- Здравствуй. Когда?
А, ну хорошо, я ждать буду.
- Нехорошо от своих друзей
женихов прятать.
- А не твоего ума дело.
А ты откуда про Тихона знаешь?
- Илюха рассказал. Вот у него
от истинных друзей секретов нету.
- Знаешь что, друг? Скажи спасибо,
что у тебя на старости лет
крыша над головой есть
и у тебя никто её не отнял.
Человека на улицу выкинули
и помочь некому.
Что, я, по-твоему, должна была
его послать куда подальше?
- Ну прости, Нинок, прости дурака.
Прости.
- Ладно.
Проехали.
Ой. Да я подумала,
ну пусть живёт пока,
места всем хватит.
Да и потом, интересно, как выглядит,
сколько лет не виделись-то.
- Ну, молодой поди,
вы же одноклассники.
Стало быть, не старше тебя.
- Ну наконец-то.
Где вас черти носят?
- Чувствую, что-то интересное нашли.
- Твоя наблюдательность
тебя не подвела.
Я нашёл таксиста, который увёз
Мелецкого из Ольховки.
- Ух ты.
- Да, и он сказал, что Мелецкий
заказывал Подмосковье,
но после звонка изменил маршрут.
- Опа.
- Очень интересно.
И кто же это ему звонил?
- Пока не знаю. Дал запрос, жду.
Так вот, значит он, Мелецкий, велел
высадить его у ближайшего кафе.
Примерно за десять километров
до Твери.
Кафе называется "У тёти Сони".
- Скажите, три дня назад
был у вас этот посетитель?
- Был, видно, ждал кого-то.
Чай хлебнёт и в окошко смотрит.
Потом ему позвонил кто-то,
и он минут через пять вышел,
сел в подъехавшую машину,
они минут 20 постояли и уехали.
- А какая машина? Цвет, марка.
- Темно было, я не разглядела.
- Ну, может, ещё хоть кто-нибудь
видел, официантка или уборщица?
- Милая моя, я сама здесь
официантка и уборщица.
Фёдор мог видеть, дальнобойщик.
Они с этим вашим как раз
на входе столкнулись.
- Давайте контактами обменяемся
и, как только ваш Фёдор приедет,
так сразу вы мне и позвоните.
- О, вот ещё ваши подъехали.
- Соня, сварганишь
два обеда на вынос?
- А что на вынос?
Сядьте, поешьте как люди.
- Не, спешим. Мы в Путятино
в лесополосе труп нашли.
Мужик, явно не местный.
И одет прилично. Оставил там Вадика,
сейчас группа подъедет.
- Скажите, а Путятино это где?
- Пару километров вперёд по трассе.
- Это, случайно, не он?
- Точно. Он и есть. Труп.
Серия 2
- "Хома не имел духа взглянуть
на неё. Она была страшна.
Она ударила зубами в зубы
и открыла свои мёртвые глаза.
Но, не видя ничего, с бешенством -
что выразило её задрожавшее лицо -
она повернулась в другую сторону
и, распростёрши руки,
стала обхватывать ими каждый столп
и угол, чтобы поймать Хому.
Наконец остановилась, погрозила
пальцем и легла в свой гроб".
(звонок)
- Ребята, урок окончен.
На следующем занятии
продолжим изучать творчество
Николая Васильевича Гоголя.
- До свидания.
- До свидания.
(кричит)
- Стоп. Снято!
- Спасибо большое.
Ну как, Сергей Петрович?
- Ну отлично. С первого дубля.
Всё-таки Мелецкий был прав,
когда сказал,
что кроме тебя эту роль
никто так не сыграет.
Молодец, Алина. Так держать.
- Спасибо.
- Ну что, друзья и коллеги,
начало положено.
Вот с таким настроем
давайте будем работать
до самого последнего съёмочного дня.
У нас прекрасный сценарий,
великолепные актёры,
восхитительная съёмочная группа,
с которой не страшно
снимать даже
такое страшное кино
как "Смерть рядом".
Итак, всем нам удачи
и хорошей охоты.
Ура!
(все вместе): Ура!
СЕЛЬСКИЙ ДЕТЕКТИВ.
КИНО ПО-ОЛЬХОВСКИ
- Ничего нет - ни крови, ни надписи.
- Да что ж такое-то?
Тут надпись была кровью написана.
- Успокойся, тебе показалось.
- Ты просто перенервничала.
Долго не снималась, а тут сразу
такой тяжёлый материал. Бывает.
- Вы меня только одну не оставляйте,
пожалуйста.
- Не оставим. Мы же идём отмечать
первый съёмочный день, забыла?
Выпьем шампанского, потанцуем.
- Алиночка, а у тебя что-то
успокоительное есть?
- Нет, Сергей Петрович,
что вы, я отменила
все лекарства перед съёмками.
Подумала, что это помешает
готовиться к роли.
И вообще, нужно отменять...
- Вот, держи, сам пью. Ночью сплю
как убитый, а утром как огурчик.
(лирическая музыка)
- Ай.
Крыша на кухне прохудилась.
Видала?
Зыкова опять придётся звать,
чтоб подлатал. Эх!
Одни расходы без доходов.
- Дед, гляди веселей,
зато проводку не задело.
У нас в клубе одна розетка
осталась после дождей.
И то починить некому.
- А что ж твои ученицы? Куда глядят?
- Так и что ученицы?
Они же не электрики.
- Ну не электрики,
так позвонили бы своим ухажёрам,
пригласили бы их
починить проводку.
Ну и поглядели бы,
на что те ухажёры сгодятся.
Ты-то своих мужиков
всех распугала.
- Ну, один вернулся.
- Ну? Это кто ж, Леший или Кузьма?
- Адриано приехал,
поселился у Нины.
Пожалуй, присмотрюсь к нему,
всё-таки профессор.
- Что? Леська!
Сгубить меня хочешь, да?
Не пущу! Не пущу! Не пущу!
Этот чёрт тебя, как мамку,
в Италию умыкнёт.
- Дед, ну ты чего? Ну...
Не кричи, а то давление поднимется.
Никуда я от тебя не уеду.
- Алин, ну ты чего? Веселей!
(звучит ритмичная музыка)
- Угораздило же вас связаться
с этой неврастеничкой,
Сергей Петрович.
- Ох.
- Она же вам все съёмки завалит.
- Я сам в шоке. Ты что, думаешь,
я не понимаю, что это твоя роль?
Я же ведь помню, Яночка,
эти твои восхитительные пробы,
этот твой такой кроткий взгляд.
Как ты точно сразу
ухватила характер,
но Мелецкий меня
просто заставил взять Алину.
Да, к сожалению, те времена,
когда что-то зависело
от режиссёра, прошли.
И сейчас всё решает
его величество продюсер.
- Ну, продюсера я могла бы
взять на себя.
(звучит ритмичная музыка)
- Вот он.
Семён Андреевич Маракуев.
- Ой, я же это, игрушки привёз.
- Это потом, Данила.
- Во.
- Завтра с утра нанянчишься.
- С утра никак, только вечером.
У нас работы вагон, мы почти год
без помощника службу несли,
бумаг накопилось до потолка.
- Зато в новое здание переехали.
До дома теперь вдвое ближе.
- Ну а чем вам старое не понравилось?
- По генеральному плану
развития области
через старое здание полиции
пройдёт скоростная трасса.
Так что, пришлось переселиться.
Ну завтра сам всё увидишь.
- А Олеся? Не помогает?
- Дождёшься от неё!
Марпл хитрая.
Она с документами работать не любит,
всё по округе носится.
- Во, вот и мне будет
лучше по округе.
- Ещё чего! Ты - практикант,
а Олеся - добровольный помощник.
Практикант - отрабатывай.
Я ведь тебя предупреждал.
Следователь - это не романтика,
это рутина.
- Да я девять месяцев в универе
в этих бумагах провозился!
- Ну вот и посмотрим,
чему ты там научился.
Как говорила моя бабушка,
Марфа Михайловна,
бумага в умелых руках -
оружие посильнее револьвера.
(тревожная музыка)
(часы с кукушкой кукуют)
(петух кукарекает)
(смех)
- Класс.
- Да.
О, бонджорно, синьор Василий.
- Бонджорно, синьор. Ха-ха.
Вот как суббота,
так дрыхну допоздна.
Что в Италии-то?
Поди жара несусветная.
Опять сюда в Ольховку
на свежий воздух потянуло, а?
- Дед, Адриано, оказывается,
весь год по России путешествовал.
- Ну?
- Да, в экспедиции.
Последняя была в Красноярске.
Исследовали заброшенная усадьба
в 19-м веке.
- Нашли там золотишко-то, а?
- Что? Золотишко? Фрески нашли.
Их выполнял итальянский мастер.
- Жаль, дом графа Малютина
не сохранился,
ты бы нашёл там что-нибудь
интересное сто процентов.
- Да, жаль. Я про него слышал.
Но я знаю, что сохранился
дом егеря.
Может быть, ты мне покажешь его?
Там наверняка есть какие-нибудь
этнографические реликвии.
И... Там особенная атмосфера.
- Не то слово.
Катерина, свояченица моя,
недавно жила тут.
И сказывала, что на чердаке
по ночам кто-то шастает.
- Белиссимо. Это домовой.
- Здравствуйте. Здравствуйте.
- Здравствуйте. Знакомьтесь,
это Алина, она живёт в доме егеря.
- Бонджорно.
- Как спалось на новом месте?
- Спалось как раз не очень, Олеся.
Что-то странное происходит.
Стул упал посреди ночи
сам по себе, даже...
Даже не знаю, о чём думать.
- Может, зря мы Катерине
не поверили-то, а?
- Пойдёмте проверим.
- Пойдём.
- Девушки, возьмите меня с собой.
Может быть, потребуется помощь?
- Алина, ничего необычного,
всё, как оставила,
когда прибралась перед приездом
вашей группы.
Ну только вещи твои добавились.
- Ну я же не сумасшедшая.
- Черто. Конечно нет.
Здесь наверняка живёт
домовой или дух.
Он даст о себе знать.
В Италии такие называются лауру.
Они наводят по ночам кошмары
на женщин.
- Адриано.
- Эскузи.
- Хотя...
(звонит телефон)
- Да. Иду, хорошо.
Простите, мне на площадку нужно.
Олеся, может, заглянешь
ко мне вечером?
- Конечно, не переживай.
- Ну что, изловили домового-то?
- Да нет, дед, не изловили.
Но что-то с домом Алины не так.
- Это тебе итальянец мозги пудрит?
Слушай, Леська,
пойди-ка в амбаре дверь прикрой.
А то Матильда туда заберётся
и весь наш зимний запас сожрёт.
- Прикрой. Точно, дед!
Прикрыть. Я же когда дом перед
приездом киношников проверяла,
я закрывала люк на чердак.
А сегодня он был приоткрыт.
(лирическая музыка)
- Здравствуйте, Василий Петрович.
- ЗдорОва.
- Привет, Олесь.
- С приездом.
- Спасибо. Рад вас видеть.
- Тебя Маракуев так ждал.
- Да куда уж там.
Сам сбежал с ребёнком гулять,
а меня бумажками завалил.
- Ну, угощай гостя-то!
- Спасибо. Я, Василий Петрович,
приехал расследовать. С Олесей.
А не в бумажках ковыряться.
- Данила, есть кое-что интересное.
Пойдём?
- Да.
- Погоди, погоди, ну...
Стакан чаю не допила.
Раскудрит твою валентность
через медный купорос.
- Приготовились к съёмке.
Мотор!
- Идёт.
- Камера!
- Идёт.
- "Смерть рядом". Сцена двенадцать
один, кадр один, дубль шесть.
- И-и, начали!
Школьники пошли.
Физрук.
Алина пошла!
Алина!
(тихо вскрикивает)
Стоп!
Алина, с тобой всё хорошо?
- Сергей Петрович,
простите, пожалуйста.
Сама не знаю, что со мной.
- Ну что такое? Не можем простой
проход шестой дубль снять, а!
Всё, десять минут перерыв.
- Вроде не пила вчера,
а будто с бодуна.
- Говорила же,
эта психичка завалит съёмки.
И на главную роль
всё равно возьмут меня.
- М, а студии потом переснимать
весь материал.
- Так донеси это до Мелецкого.
Чем раньше вы её замените,
тем меньше придётся переснимать.
Ты исполнительный продюсер
или кто?
- Алин, скажи, пожалуйста,
ты люк на чердак открывала?
- В доме?
- Да. - Нет.
Прости, мне нужно грим поправить.
- Да, с люком вопрос.
- Угу.
- Ну и что дальше?
- Не знаю пока.
Наверное, будем ждать, обычно
у таких историй бывает продолжение.
О! Так, всё, мне на работу
в клуб пора.
А ты давай разбирать
Маракуевы конюшни.
Человек целый год копил.
- Слушай, может,
я тебя лучше до клуба провожу, а?
- Перед смертью не надышишься.
Ладно, пойдём.
- О, пойдём.
(Нина):
- Освобождай компьютер, моя очередь.
- Нин, ну я же говорю,
я ответа жду с минуты на минуту.
- Да мне всего две фразы напечатать.
- Ой, Нинка...
У твоего внука есть этот, как его,
этот... Вот дьявол, а.
Смартифон. Ты с него можешь писать,
а я только с этого компьютера могу.
- Девочки, не ссорьтесь.
- О, ответил.
(тихая музыка)
- Матрён, имей совесть, а!
Человеку помощь нужна.
Олеся, ну прикажи ей.
- Как, тёть Нин? Мы ведь не в армии.
- Ну вас всех!
- Бабуль, ты скоро?
- Да что ж такое-то, а?
- Егор с Никиткой уже в игру зашли.
Меня ждут.
(вздыхает)
- Забирай, жадина.
- Вот ты купи себе смартфон
и пиши сколько хочешь.
- А вот возьму и куплю.
Вот завтра же в Красново поеду.
- Мам, что-то случилось?
Кому ты там всё пишешь?
- Да человеку одному помощь нужна.
- Если собралась ему деньги
переводить, не вздумай.
Ты знаешь, сколько мошенников
в этих соцсетях?
- Да нет, одноклассник у меня есть,
Тихон Морозов.
Пишет, что жена у него померла,
а квартира на неё была записана.
И вроде как она перед смертью
успела на кого-то
дарственную оформить.
Новые хозяева пришли,
а его за дверь выставили.
- Во дела.
Так ему на телевидение надо.
Ты здесь ему ничем не поможешь.
- Нет, конечно.
Но он в суд подал,
адвокаты говорят, квартиру вернут.
Жить-то ему сейчас негде.
Ну вот он и пишет,
не выделю ли я ему угол
пожить на время.
Ты что думаешь?
- А я-то что? Твой одноклассник.
- А что люди скажут,
если Тихон у нас в доме поселится?
- Да, мам, если помощь человеку
нужна, плевать, что скажут люди.
- В общем-то я тоже так думаю.
(тревожная музыка)
(кричит)
- Олесь.
- А?
- Ну ты извини меня
за сегодняшнее в клубе.
- Тёть Нин, да вы не переживайте,
всё в порядке.
Я, кстати, заявку в район написала.
Попросила, чтоб нам компьютеров
побольше прислали.
Глядишь, и очередей не будет теперь.
- Ой, разбежалась.
Держи карман шире.
- Олеся!
Олесь, помоги, у меня там крыса
в кастрюле.
- Что, живая?
- Нет. Мёртвая, наверное.
- Ну всякое бывает.
Ты ж понимаешь,
в доме давно никто не жил,
а ты поселилась, еду принесла.
Они учуяли и пришли.
- Да вы не понимаете,
я картошку варила
и потом крышкой закрыла кастрюлю.
Ну не могла она туда сама залезть!
- Алин, а мог тебя
кто-нибудь запугивать?
- Да кто угодно. У меня из наших
киношников только один друг -
Олежка Юдин,
остальные все соперники.
(тихая музыка)
- Алин, только картошка.
Может, тебе показалось?
- О чёрт.
Неужели опять?
- Что опять, Алиночка?
- Олеся, прости меня.
Мне, наверное,
действительно показалось.
- А у тебя уже было что-то подобное?
- Несколько месяцев назад во время
съёмок случился нервный срыв.
И мне пришлось лечь
в клинику неврозов.
- Клиника неврозов?
- Попросту сказать, психушка.
Так вот там у меня
начались галлюцинации.
- Может, это было побочное действие
психотропных препаратов?
- Я тоже так думала,
и когда я вышла из клиники
и закончила принимать таблетки,
галлюцинации прошли.
Но, получается, они опять вернулись.
То кровавые пятна в зеркале,
то крыса.
- Алин, хочешь пойдём
к нам переночуешь?
А завтра переедешь в другой дом
или вообще в гостиницу.
- Нет, Олесь, я останусь здесь.
Этот... Этот дом помогает мне
сосредоточиться на роли.
(стук)
- Аля, что за шутки?
Тебя вся площадка ждёт.
- С ней что-то случилось.
- Я полицию вызвал.
(шум мотора машины)
О, уже приехали.
- Так, только спокойно. Старший
следователь Маракуев. Вы кто?
- Исполнительный продюсер Ипатов.
- Ага, что тут у вас?
А вы кто? Водитель?
- Актёр. Олег Юдин.
- Ага, не слышал.
Так, ну что у вас, что?
- Актриса утром не пришла на съёмки.
Стучим уже полчаса, не открывает.
- Конфликтов не было?
- Нет. Вроде всё спокойно.
- Звонили ей?
- Да, не отвечает.
- Набери-ка ещё.
(слышно звонок телефона в доме)
- Надо дверь ломать.
- Вот поколение, а.
Хлебом не корми,
дай что-нибудь сломать.
У Марпл есть ключи.
Беги к ней и попроси,
чтобы открыла дверь.
- Сделаем.
- А-а. "Ноктюрн на селении".
Влас.
- Да.
- Сильная вещь.
(напряжённая музыка)
- Тук, тук, тук.
- Алина?
(тревожная музыка)
Мертва.
Тихо-тихо-тихо.
- Таблетки какие-то.
- Руки, руки, руки!
Ничего не трогаем
до приезда Потапыча.
- Это я во всём виноват.
- Бросили её, что ли?
- Нет, но как друг должен был понять,
в каком она состоянии.
- Так, давайте все покиньте
помещение, пожалуйста.
Ребятки, вас это тоже касается.
(напряжённая музыка)
- Потапыч, давай собирай
свой волшебный чемоданчик
и дуй к нам в Ольховку.
Ну что там, Потапыч?
- На теле следов борьбы и насилия
не обнаружено.
Время смерти около 23 часов.
- Угу, значит, всё-таки суицид.
Да, роль не получилась,
нервный срыв.
Да, галлюцинации,
а тут таблеточки подвернулись.
В творческой среде
это сплошь и рядом.
- Андрей Гаврилович.
- Да.
- В доме кто-то был ещё.
Алина говорила,
что не трогала люк на чердак,
а он приоткрыт.
Хотя я точно помню, что закрывала
его перед приездом киношников.
- Как всегда. А Баба-Яга против.
При чём здесь вообще люк?
Тебе же русским языком сказали:
"Девушка выпила таблетки сама".
- А если её заставили. Угрозой?
- Ну, я такой вариант не исключаю.
- Потапыч, ты-то куда?
- Может быть,
всё-таки проверим люк на чердак?
- И что мы там найдём?
Домового?
У нас работы непочатый край,
съёмочная группа не окучена.
Иди и сними показания.
- Я с Олесей?
- Давай уже.
(Потапыч):
- Ты куда?
- Чердак осмотрю.
- Похоже, я последняя,
кто видел Алину живой.
Да, она была взволнована,
но мне не показалось,
что она хочет покончить с собой.
- Да и в Ольховке её никто не знал.
Значит, это мог быть кто-то
из своих, из съёмочной группы.
- Именно. Например, актриса, которой
не досталась главная роль в фильме.
Чем не мотив? Сначала попыталась
довести Алину до нервного срыва.
Не получилось.
Решила имитировать суицид.
- Неужели можно убить
за какую-то роль?
- Данила, ты выбрал интересную, но
очень травмирующую душу профессию.
Ещё не поздно отказаться.
- Ты справляешься?
Значит, и я справлюсь. И, по-моему,
у нас с тобой неплохо получается.
Правда?
- Правда.
(режиссёр):
- А полиция-то что говорит?
(Ипатов): - Следователь считает,
что это суицид.
(Олег):
- Нельзя было её одну оставлять.
- Да я тоже хорош,
дал ей эти таблетки.
Кто ж знал, что она
их все разом выпьет.
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Вам, наверное, будет интересно.
Алина была не очень здорова,
она даже в психушке лечилась.
- И, вообще, вы знаете,
она вчера какая-то была несобранная.
Всё время текст путала,
внимание теряла.
И обычный проход
девять дублей снимали.
- Понятно. И как на это
окружающие реагировали?
- Конечно, были недовольны,
высказывались.
- И довели.
Мы все в её смерти виноваты.
- Скажите, ваша эта,
вторая актриса где?
- Яна Золотарёва?
Так у себя, наверное.
Её сцена только после обеда.
- А где она остановилась?
- Здесь же, в Ольховке.
(тихая музыка)
- По ходу, нет никого.
Сбежала Яна.
Точно она убила.
- Гляди-ка, а это не она, случайно?
- Привет. Я уже знаю про Алину.
Ужас какой.
- Ну да. А где вы были сегодня ночью?
- В Москве. Сын поранился,
пришлось накладывать швы,
всю ночь просидела в больнице.
Вот только вернулась,
переоденусь и на площадку.
- А в какой именно больнице
вы были с сыном?
- В Филатовской, в хирургии.
Я пойду?
- Данила, а ты молодец.
Напиши Маракуеву,
пускай он проверит её алиби.
- Яна просила творог купить,
вкусный он у вас в Ольховке.
А вы что же, её подозреваете?
- Мы пока только проверяем.
- Это глупо, убивать из-за роли.
По кастингу всё решает продюсер.
Если он не выбрал Яну раньше,
то не выберет и теперь.
- Понятно. Спасибо.
- Что делать будем?
- Я думаю, нужно вернуться
на съёмочную площадку.
Алина говорила, что у неё
только один друг, это Олег Юдин.
Нужно с ним пообщаться,
но только наедине.
- Пойдём.
- Пойдём.
- Когда она вышла из клиники,
никто не хотел с ней работать.
Я знаю, что наш режиссёр
тоже не хотел её снимать.
- Почему?
- Думаю, не хотел рисковать.
Мало ли что можно ожидать
от актрисы с расшатанной психикой.
- Ну да.
А как же ей тогда досталась роль?
К тому же главная.
- Помог наш продюсер.
Это Мелецкий утвердил Алину.
- Она была его любовницей?
- Не совсем.
Ну, то есть у них был роман.
Но, когда Алина узнала,
что беременна, Мелецкий её бросил.
И у неё случился нервный срыв.
Она потеряла ребёнка,
а после оказалась в больнице.
Видимо, этой ролью Мелецкий хотел
как-то загладить свою вину
перед Алиной.
- Когда Мелецкий последний раз
был в Ольховке?
- В пятницу, в первый съёмочный день.
Приезжал со своей женой.
- Это в тот день, когда Алина якобы
увидела кровь на зеркале, да?
- Да, но это было вечером.
Мелецкий к тому времени уже уехал.
- Угу, ясно, спасибо большое.
- Это вам спасибо.
- Ну что, кое-что похожее
на мотив есть.
- Что именно?
- Если Алина шантажировала Мелецкого,
то он мог от неё избавиться.
- Олеся, это тебе.
- Спасибо большое, хоть что-то
приятное за сегодняшний день.
- С актёрами флиртуешь вместо работы?
- Угу, Орландо Блум подарил,
кучерявенький такой, знаете?
- Угу, кроме цветов,
есть что-нибудь ещё?
- Немного. На съёмочной площадке
думают, что это суицид.
Но я не уверена.
- Кто б сомневался.
Подозреваемые есть?
- Ну, во-первых, Яна. Она...
- Это сразу минус. Я проверил,
актриса была в Москве.
- Во-вторых, продюсер Мелецкий.
У него с Алиной были запутанные
любовные отношения.
- Ну, тогда он должен был
здесь наследить.
- Ну нет, про чердак забудьте.
Я там осмотрел каждый сантиметр.
Ни чёрта, ни домового, ни продюсера,
вообще никаких следов.
- Мы ещё не осмотрели участок.
(тихая музыка)
- Как дела, Соколиный Глаз?
Каманчи вышли на тропу войны?
- Андрей Гаврилович, вы только
не свалитесь оттуда, пожалуйста.
А то потом придётся
с Галиной Семёновной объясняться.
- А нестрашно, там внизу песочек.
- Тут не только песочек,
тут ещё и следы.
От остроносых ботинок.
- Бабуль, может, махнёмся?
Ты ведь уже привыкла к моему.
Ну подумаешь, экран немного треснул.
- А тебе, значит, новый подавай?
Хитёр ты, бобёр.
- Да забирай.
- Спасибо, бабуль.
- Мне и правда со старым удобнее.
А ему развиваться.
- В чём? В стрелялках развиваться?
- Вась.
А чего около Степанова дома
полицейская машина, а?
Случилось чего?
- Это артистка, которую там поселили,
померла. Представляешь?
Вот Леська там целый день пропадает.
Матильду обещала подоить,
даже не вспомнила о подружке.
Хлебу не купила.
- Слушай, а померла-то когда, ночью?
- Ну да.
- Всем привет.
- Здрасте, тёть Нин.
- Здрасте.
- Я чего сказать хочу...
- Аккуратно.
- Ночью завыл Полкан.
Я вышла с цепи отцепить и вижу...
- Если украли чего,
у нас дела поважнее.
- Андрей Гаврилович.
И что?
- Тень какая-то
от этого дома метнулась.
- Описать можешь?
- Да темно было.
Мужик какой-то.
Довольно резвый.
- А во сколько это примерно было?
- Ну я на часы не смотрела,
но точно до рассвета.
- Угу. - Олесь.
- Да, чего?
- Дед сидит голодный без хлеба,
ты бы хоть в магазин сбегала.
- Вот я балда. Тёть Нин, спасибо
большое, чтоб я без вас делала.
- Да то же бы и делала.
- Угу, спасибо. О, Андрей.
А вы какими судьбами?
- А я за алкоголем. На нервной почве
все запасы выдули.
- Скажите, из ваших киношников
никто не носит ботинки,
которые могли оставить
вот такой след?
- Ну, видимо, ботинки остроносые.
Да нет, не замечал.
Может, продюсер?
- Мелецкий?
- Да.
- Опаньки, он-то нам и нужен.
- Только он ещё в пятницу из Ольховки
уехал и не возвращался.
- А где он сейчас?
- На подмосковной даче, разрабатывает
концепцию нового фильма.
- Угу, дайте его номер телефона,
пожалуйста.
- Только вы ему всё равно
не дозвонитесь.
Он на даче всегда телефон отключает.
- А как вы тогда с ним связываетесь?
- По электронной почте.
- Четыре часа уже ждём.
Спрашивается, почему Мелецкий
не отвечает?
Не каждый же день на съёмках
твоего фильма убивают актрис.
- Да ещё и бывших любовниц.
- Может, он просто в почту ещё
не заглядывал?
- А, может быть, Мелецкий понял,
что его подозревают и затаился?
Размышляет, как уничтожить улики.
Придумывает алиби, а?
- Завтра слетаете к нему на дачу.
Адрес есть?
(сигнал сообщения)
Ух ты. Опер написал, Кузьма.
Послезавтра приезжает.
- ЗдОрово.
Поможет нам с расследованиями.
- Ага. Держи карман шире.
Его Судоплатов в Красново забирает.
- Как? А как же... мы?
(лирическая музыка)
Добрый вечер, Адриано.
- О, чудный вечер, Олеся.
Хочешь прогуляться?
- Честно?
- Честно.
- Нет.
До кровати бы доползти.
Целый день на ногах.
- Тогда я тоже честно,
как это принято в Италии.
Ты мне очень нравишься.
Давай знакомиться ближе.
- Нет, Адриано,
давай держать дистанцию.
Моего деда Кондратий хватит.
- Кондратий. Кондратий.
Кондратий.
Это твой жених?
- Да, жених. И у моего деда с
Кондратием очень сложные отношения.
Адриано, мне приятно твоё общество,
но моё сердце принадлежит другому.
- Понимаю.
- Лесь, ну сколько можно лясы точить?
Ужин стынет.
- Доброй ночи, Адриано.
- Синьор Василий.
Привет Кондратию.
- Что? А я что-то не понял.
- Здравствуйте, нам нужен
Алексей Мелецкий.
- А вот мне нет. Всё, достал.
Развожусь с этим козлом,
надоели его похождения.
- Я так понимаю, вы его жена Влада?
А где Алексей?
У нас к нему пара вопросов.
- Откуда ж мне знать? Развлекается,
наверное, с очередной дурочкой.
- А вы её видели?
- Так зачем мне, и так всё ясно.
После тарелки "Смерть рядом"
я отправилась со Славиком в Москву.
- А Славик это?
- Лёшин водитель.
Я взяла Лёшину машину,
а он поехал сюда на такси.
Якобы работать над новым проектом.
Два дня от него
ни письма, ни звоночка.
Я приезжаю сюда, а он,
оказывается, здесь и не появлялся.
- А как вы это поняли?
- Потому что когда я уезжала,
я оставила дом на охране.
Но с охраны его никто не снимал.
(звонит телефон)
- Здравствуй. Когда?
А, ну хорошо, я ждать буду.
- Нехорошо от своих друзей
женихов прятать.
- А не твоего ума дело.
А ты откуда про Тихона знаешь?
- Илюха рассказал. Вот у него
от истинных друзей секретов нету.
- Знаешь что, друг? Скажи спасибо,
что у тебя на старости лет
крыша над головой есть
и у тебя никто её не отнял.
Человека на улицу выкинули
и помочь некому.
Что, я, по-твоему, должна была
его послать куда подальше?
- Ну прости, Нинок, прости дурака.
Прости.
- Ладно.
Проехали.
Ой. Да я подумала,
ну пусть живёт пока,
места всем хватит.
Да и потом, интересно, как выглядит,
сколько лет не виделись-то.
- Ну, молодой поди,
вы же одноклассники.
Стало быть, не старше тебя.
- Ну наконец-то.
Где вас черти носят?
- Чувствую, что-то интересное нашли.
- Твоя наблюдательность
тебя не подвела.
Я нашёл таксиста, который увёз
Мелецкого из Ольховки.
- Ух ты.
- Да, и он сказал, что Мелецкий
заказывал Подмосковье,
но после звонка изменил маршрут.
- Опа.
- Очень интересно.
И кто же это ему звонил?
- Пока не знаю. Дал запрос, жду.
Так вот, значит он, Мелецкий, велел
высадить его у ближайшего кафе.
Примерно за десять километров
до Твери.
Кафе называется "У тёти Сони".
- Скажите, три дня назад
был у вас этот посетитель?
- Был, видно, ждал кого-то.
Чай хлебнёт и в окошко смотрит.
Потом ему позвонил кто-то,
и он минут через пять вышел,
сел в подъехавшую машину,
они минут 20 постояли и уехали.
- А какая машина? Цвет, марка.
- Темно было, я не разглядела.
- Ну, может, ещё хоть кто-нибудь
видел, официантка или уборщица?
- Милая моя, я сама здесь
официантка и уборщица.
Фёдор мог видеть, дальнобойщик.
Они с этим вашим как раз
на входе столкнулись.
- Давайте контактами обменяемся
и, как только ваш Фёдор приедет,
так сразу вы мне и позвоните.
- О, вот ещё ваши подъехали.
- Соня, сварганишь
два обеда на вынос?
- А что на вынос?
Сядьте, поешьте как люди.
- Не, спешим. Мы в Путятино
в лесополосе труп нашли.
Мужик, явно не местный.
И одет прилично. Оставил там Вадика,
сейчас группа подъедет.
- Скажите, а Путятино это где?
- Пару километров вперёд по трассе.
- Это, случайно, не он?
- Точно. Он и есть. Труп.
Серия 3
- Ну что, Потапыч, какие мысли?
- Сначала актриса,
теперь вот продюсер.
Как у них тут кино называется?
"Смерть рядом"?
Как лодку назовёшь,
так она и поплывёт.
- Это всё, что ты хотел сказать?
- Видимых повреждений на теле нет.
Либо сердечный приступ,
либо отравление.
- Кстати, эти два дела
объединили в одно.
Передам его вам. Поздравляю.
- Благодарствую.
Ну, учитывая анамнез,
скорее, всё-таки отравление.
(откашливается)
Да, видимо, звонивший не просто так
сидел в машине с Мелецким,
а угостил его чем-то особенным.
- А когда тот умер,
проехал пару километров вперёд,
свернул с трассы
и избавился от тела в лесу.
- Угу, молодец, Марпл.
Молодец.
Как говорила моя бабушка,
Марфа Михайловна, моему дедушке:
"Моя мысль целует вашу".
(звонит телефон)
Извините.
Маракуев слушает.
Понял. Понял.
Не понял.
Понял.
Экспертиза. В крови Алины Короленко
нашли цианид.
- Ого! Это сильный яд.
Странно, а я думал,
она отравилась снотворным.
- Снотворное тоже было,
только немного.
- Цианид?
- Угу.
- Ну это очень странно.
Он пахнет миндалём.
Как она могла этого не заметить?!
- А его добавили в миндальное молоко.
В принципе, миндальное молоко
не имеет особого запаха.
Но, Алина, видимо, это не поняла.
Сначала убили Мелецкого,
а только потом Алину.
Спрашивается, чего ждали?
- А пугали зачем?
Убили бы сразу.
- Слушайте. А это похоже
на изощрённую месть.
- Точно. Месть обманутой женщины.
Жены Мелецкого. Как её?
- Влада.
И у неё был сообщник -
мужчина в остроносых ботинках.
Возможно, из киногруппы.
- Отлично. Значит,
сейчас метнитесь кабанчиком
и попробуйте узнать всё
об отношениях Мелецкого с женой.
- Прямо сейчас?
- Ну а ты как хотел?
У оперативного сотрудника
ненормированный рабочий день.
Так что привыкай.
(звонит телефон)
Маракуев слушает.
(звонит телефон)
Маракуев слушает.
Галчонок, извини, не узнал тебя.
Ну что, как там?
Мышонок поел? Да ладно?
Нет-нет, всё, я уже закончил.
Да, да, да, я всё, иду.
- Ну, отношения с женой
у Мелецкого были нормальные.
Ну со стороны так казалось,
а там кто его знает.
Правда, после тарелки в пятницу
они сильно поссорились.
- Из-за чего?
- Видимо, она не знала, что Алина
будет сниматься в нашем фильме.
Да ещё и в главной роли.
Устроила скандал.
И хотя он клялся, что просто хочет
помочь актрисе в трудной ситуации,
Влада взяла машину с водителем
и уехала.
- А во сколько это было?
- Часа в три.
- Угу. А Мелецкий остался
до конца рабочего дня?
- Да, до последнего дубля,
мы закончили в девять.
- Спасибо вам большое. До свидания.
- Спасибо.
- Тебя, может, проводить?
- А, нет, Данила, да тут недалеко.
До завтра. Пока.
- Пока.
- О, привет, Адриано.
- Чао, Олеся.
(смеются)
(лирическая музыка)
- Опять этот Казанова хренов
вокруг тебя крутится.
Того и гляди в Италию увезёт.
Смерти дедовой хочешь.
- Дед, Адриано просто скучно по
вечерам, поэтому он меня провожает.
- Да, интересно, об чём же вы
разговоры говорите?
Об энтой географии?
- Этнографии.
- Ну да, об ней.
Или об убийстве, как вся деревня?
- Угадал, и о том, и о другом.
- Ну да.
А ещё про любовь он тебе
наверняка эти баки заливает.
Смотри, внуча, устанешь потом
спагетти с ушей стряхивать.
Я этого фрукта вот без очков
за версту насквозь вижу.
- Дед, да ты не переживай,
фрукты не моя тема.
Моя - овощи, которые
сами не знают, чего хотят.
- Знаешь, Кузя не овощ. Не овощ.
Он себя ещё покажет.
- Тем не менее ты сразу понял,
о ком я.
Готово.
Получается, Влада нам соврала.
Ни про какую любовницу
она вообще не думала.
- А думала, что Мелецкий
снова с Алиной.
- Ревность и злость -
отличный мотив для убийства.
- Вот только вопрос.
Как Влада с сообщником заставили
Мелецкого остановиться и ждать?
Кто из них ему позвонил?
- Пока молодёжь спит,
акула сыска не дремлет.
Я запросил биллинг
телефона Мелецкого.
- Ого. А результат?
- В 21:28 на телефон Мелецкого
поступил звонок.
Но, к сожалению,
с неизвестного номера.
Видимо, пришла пора
допросить жену Мелецкого.
- Через час она будет у нас.
- Не понял.
- Пока акула сыска вчера ела
Галочкины пирожки,
молодая гвардия работала.
- Ты что, без меня
вызвала свидетеля на допрос?
Ты, может, кресло моё скоро займёшь?
- Сделала работу Маракуева от имени
Маракуева, а он ещё недоволен.
- Видал, распушила хвост,
не прижмёшь!
(спокойная музыка)
- Ну вот моя усадьба,
а это моё семейство.
- Здравствуйте, я Надя.
- Очень приятно, Тихон.
- Илья.
- Ну вот, смотри, картошечка,
капустка, там помидоры, огурчики.
- Ну, а пока женщины
будут накрывать на стол,
мужики махнут партейку.
- Ой, это было бы просто здорово.
- Вот только в шахматах
я что-то не алё.
- Ну ничего, есть стимул научиться,
ты же хочешь главный приз.
- Да, директор наш отмочил,
в сентябре собирается
турнир по шахматам устроить.
Главный приз - планшет.
Я-то думал, это раз плюнуть.
Но попробовал, все мозги сломал.
- Ну что, мам, пойдём
накрывать на стол.
- Ну, Илюха, со мной не пропадёшь.
Планшет будет твой.
Ну-ка, мы сейчас с тобой
разыграем турецкий гамбит.
- Вы что, меня подозреваете? Ха!
Я в этот день уехала из Ольховки в
Москву, можете у водителя спросить.
- Ну, допустим.
А что вы делали вечером?
- Дома была.
- Дома? Одна?
Значит алиби нет.
Позвонили мужу, вызвали на разговор.
А потом ваш сообщник его убил.
- Да что за бред?
- А почему вы нам сразу не сказали,
что поссорились с мужем из-за Алины?
- И что никакой новой любовницы
не существует.
- Да что думала, то и сказала.
Я надеялась, что он...
Что он послал эту козу драную.
И разозлилась.
Потому что...
Разозлилась, потому что
после всех этих скандалов
он продолжал её поддерживать.
- Станиславский сказал бы: "Не верю".
Это всё эмоции,
а против фактов не попрёшь.
К тому же у вас был ещё один мотив -
наследство.
И не хилое.
Дом, три квартиры, машины.
Так что советую чистосердечное.
- Да не убивала я Лёшу.
- Ну хорошо, хорошо,
возьмём с вас подписку.
И пойдём собирать улики.
Практикант, оформляй.
- Угу.
- А завтра пойдём искать
сообщника Влады.
И это тот случай, когда я с вами
согласна, Андрей Гаврилович.
- Тот редкий случай.
О, какие люди без охраны.
Привет, опер.
- Здрасте.
- Нет, не так.
Старший оперуполномоченный
по особо важным делам.
- Ой, да ладно вам.
А я что, я приехал - сразу к вам.
Слышал, у вас дело какое-то новое.
- Да, убили актрису и продюсера.
- Ого.
(звонит телефон)
- Да, Галчонок.
- Их отравили.
- Понял. Понял.
Не понял. Понял. Сейчас будем.
Извините, форс-мажор.
Гале нужна помощь. Пошли.
- Пока, Олесь.
- Пока.
Привет, Кузь.
- Привет.
- Ну как дела твои, как Москва?
- Да нормально. Я вот теперь капитан,
при новой должности. Меня в Красново
прикрепили к Судоплатову в помощь.
Но я вам тоже буду помогать.
- ЗдОрово. А ты сейчас куда, домой?
Пойдём в гости, чаем напою,
дед рад будет.
- А пошли.
- А пойдём.
(тихая музыка)
- То есть, получается, у этой Влады
не один мотив, а целых два?
И Маракуев её отпустил?
- Улик-то нету.
- Пф-ф.
А когда это его останавливало-то?
Дед Вась, спасибо за чай, там,
за всё.
- Заходи, когда душе угодно.
- Спасибо.
- Двери открыты.
- Угу.
- Будь как дома.
- Но не забывай, что ты в гостях,
да, дед?
Иди уже спать, пожалуйста.
(лирическая музыка)
Поздно уже, да?
- Ну да, точно, угу.
- Ну пойдём тебя провожу.
- Ага, да, давай.
Засиделся что-то, действительно.
- Кузь.
- А?
- Ты не думай, я на самом деле
тебя не выгоняла.
Просто дед так уже достал
своим сватовством,
что просто сил нету!
- Угу.
Правда?
- Правда.
- Ну хорошо.
Олесь, я...
Я, честно говоря,
тоже молчать не хотел.
Я сказать хотел,
а у тебя дед как мне...
И сразу всё из головы вылетело.
В общем...
- Кузя, там фонарь.
- Ну да, это в доме Степана.
Я что сказать хотел...
- Так дом же опечатан. Значит,
туда залезли, пойдём проверим.
- Не, ну я тебе так никогда не скажу.
(тихая напряжённая музыка)
Никого нет.
- Кузь, следы остроносые!
Такие же, как в прошлый раз.
- В смысле такие же,
как в прошлый раз?
Олесь.
- Кузь. - Фух.
- Мы обнаружили точно такие же следы,
когда отравили Алину.
- Так. - Ну.
- Да? - Да.
- Ну-ка, подожди.
- Кузя! - Я знаю.
Сейчас.
Вот только интересно знаешь что?
- Что?
- Что этому товарищу
здесь понадобилось,
который по окнам прыгает
в остроносых ботинках.
- Может, потерял что-нибудь?
Или оставил улики,
которые мы не заметили
и сейчас попытался подчистить?
- Может. Слушай, а давай завтра
нагрянем на съёмочную площадку.
Может, там кто в остроносых?
- А давай. - Давай.
А сейчас дом посмотрим
на предмет улик.
- Ну куда ты?
- А что?
- Ну зайди через дверь.
- Ладно.
- Приготовились к съёмке!
Мотор!
- Идёт.
- Камера!
- Идёт.
- "Смерть рядом",
сцена двенадцать один,
кадр один, дубль два,
пересъём.
- И-и, начали!
Школьники пошли.
Физрук!
Яна пошла.
Стоп! Снято!
Молодцы, отлично.
Всем перерыв 15 минут.
- Олег, извините, а что, по итогу
взяли Яну на роль Алины?
- Ну да, решили продолжить съёмки.
- Это Олег Юдин, друг Алины.
- Угу.
- А там Ипатов,
исполнительный продюсер.
- Это?..
- Угу.
- Воды мне принесите в гримёрку,
и поживее.
Всё горло как наждаком.
- Угу.
- Фига себе.
Эта Яна дождалась
своего звёздного часа.
- Ну да.
- Ну смотри, никого
в остроносой обуви нет.
Все в удобной.
- Угу.
- Кузь.
- М?
- А скажи, ты чего вместе со мной
ходишь? Как же твоя новая работа?
- Да нормально.
У меня же отпуск. У вас дело
интересное, вот я и хожу.
(Кузя): Это что, они целый день
одно и то же делают?
(Олеся): - Ну, наверное, да.
- Дети бедные, жарко же.
Но Яна эта...
"Принесите мне воды!"
- О, бонджорно.
- Доброе утро, Адриано. Что, этнограф
с утра пораньше выбрался в народ?
- Да, я ищу в вашей деревне
старые дома.
- М, старые дома ищет!
У нас же тут новостройки одни.
А что этот пижон до сих пор здесь?
- Вообще не до сих пор,
он недавно приехал.
- Ну зачем... Что ему нужно,
кто он вообще такой?
- Чао.
- Кузь, ботинки.
- Что ботинки?
- Остроносые.
- А я уже запросил данные по рейсам
из Красноярска за последнюю неделю.
И никакого профессора
Адриано Галлиани там нет.
- Давайте вызовем на допрос
этого иностранца.
- Ну подождите. Вдруг это настоящий
итальянский профессор и тогда..
наши подозрения могут его оскорбить.
А если преступник, то спугнуть.
- Да. Да.
А давайте-ка мы выберем
следственную тактику
"навострить глаза и уши".
Я как раз хотел её применить.
Это мой авторский метод.
- Матильду не забудь подоить, вот.
Огурцы полей, да пообильнее,
пообильнее.
Воду-то не жалей.
- Дед, не волнуйся.
Ты червей взял?
- Ну.
- А я всегда хотел узнать,
что такое рыбалка по-русски.
- О, самое главное забыл.
Самогон.
Какая же рыбалка без самогону, а.
Вот теперь будет по-русски.
- Телефон взял?
- Ну ты что, меня за маразматика
держишь, что ли?
Конечно, взял.
- Покажи.
- Ага.
- Дойдёшь до речки - позвони.
(напевает):
- "Позвони мне, позвони".
(лирическая музыка)
- Родные все лица. ЗдорОво, Надюх.
- Кого я вижу? Привет.
- Соскучился, конечно,
я по родной Ольховке.
Всё, больше отсюда ни ногой.
Ну а ты как?
Как делишки, как детишки?
- Я по-старому, Гриш,
работаю в "Ольховской сказке",
сына воспитываю, не замужем.
- Ну что ты мне рассказываешь?
Такая женщина. Ну ладно!
Плохо себя ведёшь, будем исправлять.
(плач ребёнка)
(Данила): - Ну, Сёмочка.
(Надя): - Что там такое?
- Здравствуйте.
Да вот никак Семён Андреевич
успокоиться не может.
- Сёма, ч-ш-ш, Сёма.
Ч-ш-ш, Сёма, Сёма, ч-ш-ш.
Ч-ш-ш, ч-ш-ш. Как разкричался-то.
- Да уж.
Всё, успокаивайся.
- Ну-ка, деточка, не ной,
пообедай лебедой.
Ха.
- О, успокоился.
Спасибо вам большое.
- Да ладно.
- Осторожней с ним.
Надо же, как у тебя получилось.
Боевое крещение прямо прошёл.
Можно и своих заводить.
- Недавно, кстати, подумывал об этом.
Ладно, бывай.
- Счастливо.
(тревожная музыка)
(звонит телефон)
- Ну что, вы на месте?
Хорошей рыбалки.
Работаем.
- Пошли.
(напряжённая музыка)
- Так, безрукавка, штаны, носки...
- О-о, парфюм. Похоже, французский.
Вот хлыщ, а!
Ну погоди, итальянец,
мы тоже не лыком шитые.
- Есть!
Гражданин Российской Федерации
Галоян Андрей Арменович?!
- Вот те раз.
А и хорошо.
Вы его арестуете,
а я сюда Тихона поселю!
- Олесь, торопишься как на пожар.
- Надюш, только что выяснили,
что Адриано - никакой не итальянец.
Поэтому вы с тётей Ниной,
пожалуйста, будьте осторожнее.
- Наш дом надо бы освятить -
пристанище для аферистов какое-то!
Слушай, я только что
встретила Гришу.
Ты не против, если я к нему
немножечко присмотрюсь, поближе?
- Я... Я не против.
Правда, честно. Если у вас
всё сложится, я даже буду рада.
Я побегу, ладно?
- Давай.
- Галоян Андрей Арменович,
прописка - село Малые Топтуны.
- Ты понимаешь, что действуешь
не по протоколу!
Ты нарушаешь закон!
Ну, как дилетант, ей-богу, Олесь!
- Кузь, но я же и есть дилетант.
- Ой! - Зато каков результат!
- Да, результат превзошёл
все ожидания.
Так, в общем, сам он из Пензы,
работал в архивах и библиотеках.
Ищет информацию о спрятанных
во время революции
и гражданской войны кладах.
- И чё, много нашёл?
- Ну, думаю, что что-то нашёл.
Потому что давно не работает,
отдыхает на курортах,
летает за границу.
В прошлом году он уехал из Ольховки
не в экспедицию, а на допрос.
В Пензу. Почти год был
под подпиской.
Так, всё, всё-всё-всё, на вы-ход.
Негоже следователю
ночевать на пороге.
Выходит, лжеитальянец охотился
за домом Степана?
Видимо, знал, что там есть
чем поживиться.
- Ага, а Алина ему мешала.
- Ну да.
Некомфортно копаться в доме,
в который каждый вечер
возвращается хозяйка. Логично?
- Логично.
- Ну, всё выстраивается, по-моему.
- Ну, вроде выстраивается, но...
Но при чём тут Мелецкий?
- Не опоздайте завтра на утренний
допрос лжеитальянца и всё узнаёте.
- Моя полиция меня бережёт?
- И вам здравствуйте.
- Украду у вас вашего коллегу?
- А я...
- Пойдём, Кузь.
Надо поговорить.
- А эта чё тут делает?
Опасный у тебя соперник, Марпл.
Соперница.
- Кузь, ты не представляешь,
как я соскучилась.
Этот год длился,
ну как будто бесконечность.
Так что, Кузя,
препятствий больше нет:
с мужем я развелась,
есть квартира в Москве,
крохотная, но зато своя.
Если ты не против, то...
- Я против.
Настя, мы с тобой расстались.
Ты зря сюда приехала.
Не надо за мной больше бегать.
- М...
- Угу.
Ну, спасибо, что проводила.
Тебе, наверное, пора?
- Да.
(тихая лирическая музыка)
- Зачем ты так, сынок?
Ну ошиблась девочка, бывает.
Зато она настроена на семью,
не то что твоя Олеся.
- М... А с Олесей-то что не так?
- У неё одни детективы на уме.
А ты уже не мальчик,
тебе детки нужны, а мне - внуки.
- Если нужны, значит, будут.
Но не от Насти.
- Ну что, профессор этнографии,
рассказывай про свои
научные экспедиции в народ.
Как ты быт селян изучал, селянок?
И главное, зачем?
- У меня в Пензе
тётка работает в архиве.
Я её уломал, чтобы она мне
пропуск сделала.
В этом архиве я нашёл,
что в семье графа Малютина
хранилась ценная реликвия, которая
передавалась по наследству, -
орден Святой Великомученицы
Екатерины второй степени.
И в 1856 году она досталась
по наследству деду графа Малютина.
- Тихо, тихо, не спеши. Сейчас
посмотрим, что за орден такой.
- Орден Святой Великомученицы
Екатерины.
- Спасибо, я запомнил.
(Андрей Гаврилович):
- Что там?
- Это... Такой же орден в 2015 году
продали за 18 миллионов.
А сейчас сколько получается-то?
Это все 30, что ли?
- Угу.
- А с чего ты решил,
что орден остался в Ольховке?
Может, Малютины вывезли его
за границу?
- Нет, он бы всплыл
где-нибудь за бугром.
Его передали верному человеку.
Возможно, это был дед Степана.
Но в кладе, который нашла Нина,
этого ордена не было.
- А откуда ты это знаешь?
- От Натальи Воронцовой.
- Ты что, и её тоже окрутил, охватил?
- Ну почему "окрутил, охватил"?
Мы очень мило побеседовали в Москве.
Год назад я уже приезжал в Ольховку,
но толком ничего не выяснил,
поэтому пришлось вернуться в Пензу.
- Тебя на допрос вызвали!
- Да, и посадили под подписку.
А когда выпустили,
я опять приехал в Ольховку.
- Ну, за прекрасных хозяек
и за замечательный будущий урожай!
- Дядя Тихон, а может,
вы у нас на лето зависните?
У нас тут воздух, рыбалка.
- Ну, если бабушка не против,
к осени будешь
шахматным гроссмейстером!
- Ба?
- Уговорили!
- О!
- Нинок!
- Ой, пришёл.
(тихая музыка)
- Держи.
- Вась, ну я ж вчера молоко брала.
- Ой, прости, ёрш твою рожь,
голова, как решето, память куриная!
- На Тихона пришёл поглазеть?
Ну как тебе?
- Ну, аппетит у него, как у дембеля.
Видать, здоровье хорошее.
- Ага. А у меня просмотры платные.
Молоком беру.
- Ну, дохлая крыса,
кровь на зеркале, стул...
Я подумал, что эта невротичка
съедет, а я вселюсь.
- А зачем такие сложности?
Неужели нельзя было дождаться,
пока киношники съедут?
- Значит, нельзя было.
Долги. Долги посыпались,
как конфетти.
Нужно было уже что-то делать.
- Слушай, я вот одного
понять не могу:
тебе нужен орден, да?
Так ты его ищи!
Ты зачем Алину эту убил,
Мелецкого этого, а?!
- Я их не убивал!
(Кузя): - Ой!..
- После убийства мы обнаружили
твои следы под окном.
(Адриано):
- Ну да, я там был.
Залез в окно,
хотел пошуметь, погреметь,
а когда начал это делать, я понял,
что Алина не просыпается.
Я подошёл к ней ближе,
увидел, что она мертва,
и я со страху еле ноги унёс!
Вот и наследил поэтому под окнами,
а вашего Мелецкого я вообще не знаю.
- Ладно, посидишь в СИЗО, подумаешь.
Некоторым помогает.
(нарастающая напряжённая музыка)
Надо же, а? Тридцать миллионов!
И за меньшее-то убивают.
- Не-а.
Нет, Андрей Гаврилович,
я думаю, итальянец не врёт.
Вот если мошенник профессиональный,
он же никогда не пойдёт на убийство.
- И мотива у него нет.
Хоть орден и стоит 30 миллионов,
но ни актриса,
ни тем более продюсер
не мешали Галояну им завладеть.
- Ну!
- Ладно, умники, я сам всё знаю.
Приезжают тут всякие,
дома обыскивают, девушек пугают,
а его и привлечь не за что?
Пусть посидит хоть 15 суток
за хулиганство.
У нас-то что?
- У нас ничего.
Мужчина в остроносых ботинках
отвалился,
получается, подозреваемого
опять нет.
- Да... Значит, возвращаемся
к версии с Владой.
- Но теперь уже без сообщника.
- Угу.
- Олесь, это, Настя вчера...
В общем, ну, между мной и Настей...
- Кузя, мы с тобой давным-давно
всё обсудили:
мы друзья и коллеги,
и не обязаны отчитываться
друг перед другом
о личной жизни, окей?
- А у тебя что, за этот год
появился кто-то?
- Может, и так!
- А кто?
Ну, если не секрет.
- Жених. Кондратий.
- Хм, смешное имя, да.
(звонит телефон)
- Да, тётя Соня, здравствуйте,
какие новости?
(по телефону):
- Приехал Федя, дальнобойщик.
Говорит, видел машину, которая
вашего убитого поджидала, -
чёрный "солярис".
- Угу.
Спасибо большое, тётя Соня,
вы очень помогли.
До свидания.
- До свидания.
- Странно.
Пафосная Влада и "солярис"?
Ну как-то не клеится.
- Может, всё-таки сообщник?
Или, может, в группе у кого
такая машина есть?
(мужской голос из фургона):
- Андрей, ты ведь Мелецкому
денег должен был, и немало.
- Ничего не знаю, я ему всё отдал!
- Не ври! Слушай, а может быть,
это ты его убил, а?
За то, что он с тебя
деньги потребовал?
- А может, ты?
У тебя-то долг не меньше!
Да кто угодно мог его убить!
Лёша многим помогал,
а люди у нас - твари!
- Так...
(шёпотом):
- Эй! Привет.
А ты не знаешь,
кто сейчас так орал?
- Это Калганов - директор киностудии
и компаньон Мелецкого.
Только приехал,
а крика уже, как от сирены.
- Ипатов должен был Мелецкому
семь миллионов.
Лёха ему как-то там помог,
на квартиру.
Потом приглашал его
вот в такие вот проекты.
Наивно полагал, что тот ему
деньги будет возвращать.
- А Ипатов?
- Всё прибеднялся:
то ему учить кого-то надо,
то лечить.
Потом якобы у матери дом сгорел.
А тут Лёха узнал, что Ипатов
свою двушку в хрущёвке
поменял на хоромы в новостройке
и отгрохал там евроремонт.
- О-о... Разозлился?
- Пфф... Ещё бы! Потребовал
немедленно вернуть долг.
Ипатов обещал рассчитаться
в пятницу после тарелки.
Мелецкий даже расписку привёз,
чтобы ему отдать.
Но, я так понимаю, что никаких денег
при Мелецком не нашли?
- Ни денег, ни расписки.
Хотя, ценные вещи были при нём:
часы, серебряный портсигар.
- Серёжа, привет, дорогой. - Привет.
- Здрасте. - Здрасте.
- А сейчас, господа, прошу меня
простить, мне надо работать.
- Да, спасибо.
- До свидания.
Ну, долг в семь миллионов -
серьёзный мотив.
Если бы Мелецкий подал
на Ипатова в суд,
то у того спокойная жизнь
закончилась бы.
- Да уж, приставы вцепились бы
прям мёртвой хваткой.
Надо Ипатова допросить.
- Я даже в кредит влез, чтобы
Мелецкому эти семь лямов вернуть.
Вот транзакции из банка,
если не верите.
Вот расписка, которую он мне вернул.
- Посмотри.
Ну, допустим, допустим,
ты отдал Мелецкому деньги.
А потом убил его
и взял их обратно.
Денег же при нём не нашли.
- Ну, вообще-то, в момент убийства
вся наша группа отмечала
начало съёмок.
Я в зюзю налакался, с хлопушкой
о Тарковском спорил!
А оператору предлагал
в фильме ужасов сняться!
Коллеги до сих пор
надо мной прикалываются.
- М-да, Андрей Гаврилович,
вряд ли бы он в таком состоянии
сел за руль.
- Эти киношные байки мы ещё проверим.
- А у вас чёрный "солярис", да?
- Да.
- А мог кто-то вашу машину взять?
- Что?
- Я говорю, вашу машину
мог кто-то взять?
- Пойдём поговорим.
Ездила купаться, да?
- Не понимаю, о чём ты.
- Понимаешь! Значит, ты взяла
мою машину и убила Мелецкого.
И Алину, видимо, тоже.
Как ты могла?
- Отвали! Идиот!
- Яна, стой, говорю!
Мы, вообще-то, не договорили!
- Я поняла, где мы ошиблись, Кузя.
- Где?
- Мы списали Яну со счетов,
когда думали, что Алина
отравилась таблетками, так?
- Ну да. У неё же алиби.
- Да!
Она была в Москве.
Но сейчас мы знаем,
что цианид в молоко
был добавлен раньше,
скорее всего, в день
убийства Мелецкого,
просто Алина выпила его позже.
- Ну, логично, но если эта Яна
так хотела эту роль,
то зачем ей убивать продюсера?
Достаточно Алину...
- Кузя, Мелецкий был главный,
и он бы Яну никогда не утвердил.
А Калганов, сопродюсер,
когда остался один,
без Мелецкого, утвердил.
Помнишь, как они расцеловались
с ней при встрече? - Угу.
- Яна - убийца.
- Уф...
- Да, убила.
Но не из-за роли, конечно.
- А из-за чего?
- Эти двое вытерли об меня ноги.
- А-а, кажется, я поняла.
Ты и была той самой новой
любовницей Мелецкого?
- Догадливая.
Мелецкий обещал мне золотые горы:
путешествия, квартиры, роли,
в том числе и эту.
Только просил пока
не афишировать наш роман,
якобы чтобы спокойно
развестись с женой.
- А сам?
- А за неделю до съёмок я узнала,
что он вдруг вернулся к Алине.
И главную роль тоже отдал ей.
А со мной так нельзя.
Я заслуживаю уважения.
- ЗдорОво, дед Вася.
Как здоровье?
- О, и тебе не хворать!
- Плести начал.
- Да, время...
- Мне б с Олесей повидаться.
- В полиции она,
и дел у неё - вот так, по горло!
- Ничего не меняется?
(тихая лирическая музыка)
- Ну что, подруга?
Всё сама да сама.
Гляди, это, поясницу надорвёшь!
Что же этот твой гость-то
воды набрать не может, а?
Тихон-то?
- Ну он же гость.
- Ну да, гость - в горле кость.
Видала? Гришка вернулся.
Слушай, а давай Гришку
с твоей Надей сосватаем, а?
- Тебе-то это зачем,
старый сводник?
- Тогда он от Олеськи отчалит,
и она с Кузей помирится.
- М-м... А Настю куда денешь?
Она, вон, уже в Ольховке,
я сегодня её видела.
- Она для Кузи -
отработанный материал, нафталин.
Только Леська этого не понимает.
Но ничего, ничего.
Придёт время, и у неё в голове
просветление настанет.
- Я этого абьюзера
ещё в первый день съёмок
хотела убить
вместе с его кошкой облезлой.
- Ты думала, что он останется
праздновать с группой
и хотела там его отравить?
- Да.
Но после смены он объявил,
что уезжает,
и мне пришлось включить план "Б".
Я позвонила ему с левого номера,
мол, Лёша, есть разговор,
надо встретиться.
- И поехала на машине Ипатова.
Он сам дал тебе ключи?
- Да нет, этот пылкий дуралей
влюблён в меня без памяти,
стащить у него из кармана
было несложно.
- И чё, он не заметил?
- Заметил.
Вечером, когда я
подсунула их обратно.
Ну я наплела, что на моей машине
сел аккумулятор,
а мне захотелось искупаться.
- И что, прокатило?
- Тогда - да, но сейчас,
конечно, он понял.
- А деньги? Ты взяла?
- Естественно. Это компенсация
за мои страдания.
Мелецкий оказался таким козлом,
что меня можно судить
по статье "браконьерство".
- Да...
Ну что же, ты хотела
путешествия и роли?
Вот, получишь сейчас
в одном флаконе -
пойдёшь по этапу.
Можешь начинать репетировать роль зэчки.
(шутливая музыка)
(Данила): - Да что ж такое!
Опять я всё пропустил?
- Да нет, ты не переживай,
мы тебе сейчас всё расскажем.
- Будет ещё много дел у нас.
- Ну точно мёдом намазано.
- Я считаю, что я неплохо сработал.
- Андрей Гаврилыч, да вы как всегда!
- Меня поражает верх цинизма.
Она говорит про браконьерство!
- Да вы бы видели,
как она на площадке!..
Серия 4
- Ну что, Потапыч, какие мысли?
- Сначала актриса,
теперь вот продюсер.
Как у них тут кино называется?
"Смерть рядом"?
Как лодку назовёшь,
так она и поплывёт.
- Это всё, что ты хотел сказать?
- Видимых повреждений на теле нет.
Либо сердечный приступ,
либо отравление.
- Кстати, эти два дела
объединили в одно.
Передам его вам. Поздравляю.
- Благодарствую.
Ну, учитывая анамнез,
скорее, всё-таки отравление.
(откашливается)
Да, видимо, звонивший не просто так
сидел в машине с Мелецким,
а угостил его чем-то особенным.
- А когда тот умер,
проехал пару километров вперёд,
свернул с трассы
и избавился от тела в лесу.
- Угу, молодец, Марпл.
Молодец.
Как говорила моя бабушка,
Марфа Михайловна, моему дедушке:
"Моя мысль целует вашу".
(звонит телефон)
Извините.
Маракуев слушает.
Понял. Понял.
Не понял.
Понял.
Экспертиза. В крови Алины Короленко
нашли цианид.
- Ого! Это сильный яд.
Странно, а я думал,
она отравилась снотворным.
- Снотворное тоже было,
только немного.
- Цианид?
- Угу.
- Ну это очень странно.
Он пахнет миндалём.
Как она могла этого не заметить?!
- А его добавили в миндальное молоко.
В принципе, миндальное молоко
не имеет особого запаха.
Но, Алина, видимо, это не поняла.
Сначала убили Мелецкого,
а только потом Алину.
Спрашивается, чего ждали?
- А пугали зачем?
Убили бы сразу.
- Слушайте. А это похоже
на изощрённую месть.
- Точно. Месть обманутой женщины.
Жены Мелецкого. Как её?
- Влада.
И у неё был сообщник -
мужчина в остроносых ботинках.
Возможно, из киногруппы.
- Отлично. Значит,
сейчас метнитесь кабанчиком
и попробуйте узнать всё
об отношениях Мелецкого с женой.
- Прямо сейчас?
- Ну а ты как хотел?
У оперативного сотрудника
ненормированный рабочий день.
Так что привыкай.
(звонит телефон)
Маракуев слушает.
(звонит телефон)
Маракуев слушает.
Галчонок, извини, не узнал тебя.
Ну что, как там?
Мышонок поел? Да ладно?
Нет-нет, всё, я уже закончил.
Да, да, да, я всё, иду.
- Ну, отношения с женой
у Мелецкого были нормальные.
Ну со стороны так казалось,
а там кто его знает.
Правда, после тарелки в пятницу
они сильно поссорились.
- Из-за чего?
- Видимо, она не знала, что Алина
будет сниматься в нашем фильме.
Да ещё и в главной роли.
Устроила скандал.
И хотя он клялся, что просто хочет
помочь актрисе в трудной ситуации,
Влада взяла машину с водителем
и уехала.
- А во сколько это было?
- Часа в три.
- Угу. А Мелецкий остался
до конца рабочего дня?
- Да, до последнего дубля,
мы закончили в девять.
- Спасибо вам большое. До свидания.
- Спасибо.
- Тебя, может, проводить?
- А, нет, Данила, да тут недалеко.
До завтра. Пока.
- Пока.
- О, привет, Адриано.
- Чао, Олеся.
(смеются)
(лирическая музыка)
- Опять этот Казанова хренов
вокруг тебя крутится.
Того и гляди в Италию увезёт.
Смерти дедовой хочешь.
- Дед, Адриано просто скучно по
вечерам, поэтому он меня провожает.
- Да, интересно, об чём же вы
разговоры говорите?
Об энтой географии?
- Этнографии.
- Ну да, об ней.
Или об убийстве, как вся деревня?
- Угадал, и о том, и о другом.
- Ну да.
А ещё про любовь он тебе
наверняка эти баки заливает.
Смотри, внуча, устанешь потом
спагетти с ушей стряхивать.
Я этого фрукта вот без очков
за версту насквозь вижу.
- Дед, да ты не переживай,
фрукты не моя тема.
Моя - овощи, которые
сами не знают, чего хотят.
- Знаешь, Кузя не овощ. Не овощ.
Он себя ещё покажет.
- Тем не менее ты сразу понял,
о ком я.
Готово.
Получается, Влада нам соврала.
Ни про какую любовницу
она вообще не думала.
- А думала, что Мелецкий
снова с Алиной.
- Ревность и злость -
отличный мотив для убийства.
- Вот только вопрос.
Как Влада с сообщником заставили
Мелецкого остановиться и ждать?
Кто из них ему позвонил?
- Пока молодёжь спит,
акула сыска не дремлет.
Я запросил биллинг
телефона Мелецкого.
- Ого. А результат?
- В 21:28 на телефон Мелецкого
поступил звонок.
Но, к сожалению,
с неизвестного номера.
Видимо, пришла пора
допросить жену Мелецкого.
- Через час она будет у нас.
- Не понял.
- Пока акула сыска вчера ела
Галочкины пирожки,
молодая гвардия работала.
- Ты что, без меня
вызвала свидетеля на допрос?
Ты, может, кресло моё скоро займёшь?
- Сделала работу Маракуева от имени
Маракуева, а он ещё недоволен.
- Видал, распушила хвост,
не прижмёшь!
(спокойная музыка)
- Ну вот моя усадьба,
а это моё семейство.
- Здравствуйте, я Надя.
- Очень приятно, Тихон.
- Илья.
- Ну вот, смотри, картошечка,
капустка, там помидоры, огурчики.
- Ну, а пока женщины
будут накрывать на стол,
мужики махнут партейку.
- Ой, это было бы просто здорово.
- Вот только в шахматах
я что-то не алё.
- Ну ничего, есть стимул научиться,
ты же хочешь главный приз.
- Да, директор наш отмочил,
в сентябре собирается
турнир по шахматам устроить.
Главный приз - планшет.
Я-то думал, это раз плюнуть.
Но попробовал, все мозги сломал.
- Ну что, мам, пойдём
накрывать на стол.
- Ну, Илюха, со мной не пропадёшь.
Планшет будет твой.
Ну-ка, мы сейчас с тобой
разыграем турецкий гамбит.
- Вы что, меня подозреваете? Ха!
Я в этот день уехала из Ольховки в
Москву, можете у водителя спросить.
- Ну, допустим.
А что вы делали вечером?
- Дома была.
- Дома? Одна?
Значит алиби нет.
Позвонили мужу, вызвали на разговор.
А потом ваш сообщник его убил.
- Да что за бред?
- А почему вы нам сразу не сказали,
что поссорились с мужем из-за Алины?
- И что никакой новой любовницы
не существует.
- Да что думала, то и сказала.
Я надеялась, что он...
Что он послал эту козу драную.
И разозлилась.
Потому что...
Разозлилась, потому что
после всех этих скандалов
он продолжал её поддерживать.
- Станиславский сказал бы: "Не верю".
Это всё эмоции,
а против фактов не попрёшь.
К тому же у вас был ещё один мотив -
наследство.
И не хилое.
Дом, три квартиры, машины.
Так что советую чистосердечное.
- Да не убивала я Лёшу.
- Ну хорошо, хорошо,
возьмём с вас подписку.
И пойдём собирать улики.
Практикант, оформляй.
- Угу.
- А завтра пойдём искать
сообщника Влады.
И это тот случай, когда я с вами
согласна, Андрей Гаврилович.
- Тот редкий случай.
О, какие люди без охраны.
Привет, опер.
- Здрасте.
- Нет, не так.
Старший оперуполномоченный
по особо важным делам.
- Ой, да ладно вам.
А я что, я приехал - сразу к вам.
Слышал, у вас дело какое-то новое.
- Да, убили актрису и продюсера.
- Ого.
(звонит телефон)
- Да, Галчонок.
- Их отравили.
- Понял. Понял.
Не понял. Понял. Сейчас будем.
Извините, форс-мажор.
Гале нужна помощь. Пошли.
- Пока, Олесь.
- Пока.
Привет, Кузь.
- Привет.
- Ну как дела твои, как Москва?
- Да нормально. Я вот теперь капитан,
при новой должности. Меня в Красново
прикрепили к Судоплатову в помощь.
Но я вам тоже буду помогать.
- ЗдОрово. А ты сейчас куда, домой?
Пойдём в гости, чаем напою,
дед рад будет.
- А пошли.
- А пойдём.
(тихая музыка)
- То есть, получается, у этой Влады
не один мотив, а целых два?
И Маракуев её отпустил?
- Улик-то нету.
- Пф-ф.
А когда это его останавливало-то?
Дед Вась, спасибо за чай, там,
за всё.
- Заходи, когда душе угодно.
- Спасибо.
- Двери открыты.
- Угу.
- Будь как дома.
- Но не забывай, что ты в гостях,
да, дед?
Иди уже спать, пожалуйста.
(лирическая музыка)
Поздно уже, да?
- Ну да, точно, угу.
- Ну пойдём тебя провожу.
- Ага, да, давай.
Засиделся что-то, действительно.
- Кузь.
- А?
- Ты не думай, я на самом деле
тебя не выгоняла.
Просто дед так уже достал
своим сватовством,
что просто сил нету!
- Угу.
Правда?
- Правда.
- Ну хорошо.
Олесь, я...
Я, честно говоря,
тоже молчать не хотел.
Я сказать хотел,
а у тебя дед как мне...
И сразу всё из головы вылетело.
В общем...
- Кузя, там фонарь.
- Ну да, это в доме Степана.
Я что сказать хотел...
- Так дом же опечатан. Значит,
туда залезли, пойдём проверим.
- Не, ну я тебе так никогда не скажу.
(тихая напряжённая музыка)
Никого нет.
- Кузь, следы остроносые!
Такие же, как в прошлый раз.
- В смысле такие же,
как в прошлый раз?
Олесь.
- Кузь. - Фух.
- Мы обнаружили точно такие же следы,
когда отравили Алину.
- Так. - Ну.
- Да? - Да.
- Ну-ка, подожди.
- Кузя! - Я знаю.
Сейчас.
Вот только интересно знаешь что?
- Что?
- Что этому товарищу
здесь понадобилось,
который по окнам прыгает
в остроносых ботинках.
- Может, потерял что-нибудь?
Или оставил улики,
которые мы не заметили
и сейчас попытался подчистить?
- Может. Слушай, а давай завтра
нагрянем на съёмочную площадку.
Может, там кто в остроносых?
- А давай. - Давай.
А сейчас дом посмотрим
на предмет улик.
- Ну куда ты?
- А что?
- Ну зайди через дверь.
- Ладно.
- Приготовились к съёмке!
Мотор!
- Идёт.
- Камера!
- Идёт.
- "Смерть рядом",
сцена двенадцать один,
кадр один, дубль два,
пересъём.
- И-и, начали!
Школьники пошли.
Физрук!
Яна пошла.
Стоп! Снято!
Молодцы, отлично.
Всем перерыв 15 минут.
- Олег, извините, а что, по итогу
взяли Яну на роль Алины?
- Ну да, решили продолжить съёмки.
- Это Олег Юдин, друг Алины.
- Угу.
- А там Ипатов,
исполнительный продюсер.
- Это?..
- Угу.
- Воды мне принесите в гримёрку,
и поживее.
Всё горло как наждаком.
- Угу.
- Фига себе.
Эта Яна дождалась
своего звёздного часа.
- Ну да.
- Ну смотри, никого
в остроносой обуви нет.
Все в удобной.
- Угу.
- Кузь.
- М?
- А скажи, ты чего вместе со мной
ходишь? Как же твоя новая работа?
- Да нормально.
У меня же отпуск. У вас дело
интересное, вот я и хожу.
(Кузя): Это что, они целый день
одно и то же делают?
(Олеся): - Ну, наверное, да.
- Дети бедные, жарко же.
Но Яна эта...
"Принесите мне воды!"
- О, бонджорно.
- Доброе утро, Адриано. Что, этнограф
с утра пораньше выбрался в народ?
- Да, я ищу в вашей деревне
старые дома.
- М, старые дома ищет!
У нас же тут новостройки одни.
А что этот пижон до сих пор здесь?
- Вообще не до сих пор,
он недавно приехал.
- Ну зачем... Что ему нужно,
кто он вообще такой?
- Чао.
- Кузь, ботинки.
- Что ботинки?
- Остроносые.
- А я уже запросил данные по рейсам
из Красноярска за последнюю неделю.
И никакого профессора
Адриано Галлиани там нет.
- Давайте вызовем на допрос
этого иностранца.
- Ну подождите. Вдруг это настоящий
итальянский профессор и тогда..
наши подозрения могут его оскорбить.
А если преступник, то спугнуть.
- Да. Да.
А давайте-ка мы выберем
следственную тактику
"навострить глаза и уши".
Я как раз хотел её применить.
Это мой авторский метод.
- Матильду не забудь подоить, вот.
Огурцы полей, да пообильнее,
пообильнее.
Воду-то не жалей.
- Дед, не волнуйся.
Ты червей взял?
- Ну.
- А я всегда хотел узнать,
что такое рыбалка по-русски.
- О, самое главное забыл.
Самогон.
Какая же рыбалка без самогону, а.
Вот теперь будет по-русски.
- Телефон взял?
- Ну ты что, меня за маразматика
держишь, что ли?
Конечно, взял.
- Покажи.
- Ага.
- Дойдёшь до речки - позвони.
(напевает):
- "Позвони мне, позвони".
(лирическая музыка)
- Родные все лица. ЗдорОво, Надюх.
- Кого я вижу? Привет.
- Соскучился, конечно,
я по родной Ольховке.
Всё, больше отсюда ни ногой.
Ну а ты как?
Как делишки, как детишки?
- Я по-старому, Гриш,
работаю в "Ольховской сказке",
сына воспитываю, не замужем.
- Ну что ты мне рассказываешь?
Такая женщина. Ну ладно!
Плохо себя ведёшь, будем исправлять.
(плач ребёнка)
(Данила): - Ну, Сёмочка.
(Надя): - Что там такое?
- Здравствуйте.
Да вот никак Семён Андреевич
успокоиться не может.
- Сёма, ч-ш-ш, Сёма.
Ч-ш-ш, Сёма, Сёма, ч-ш-ш.
Ч-ш-ш, ч-ш-ш. Как разкричался-то.
- Да уж.
Всё, успокаивайся.
- Ну-ка, деточка, не ной,
пообедай лебедой.
Ха.
- О, успокоился.
Спасибо вам большое.
- Да ладно.
- Осторожней с ним.
Надо же, как у тебя получилось.
Боевое крещение прямо прошёл.
Можно и своих заводить.
- Недавно, кстати, подумывал об этом.
Ладно, бывай.
- Счастливо.
(тревожная музыка)
(звонит телефон)
- Ну что, вы на месте?
Хорошей рыбалки.
Работаем.
- Пошли.
(напряжённая музыка)
- Так, безрукавка, штаны, носки...
- О-о, парфюм. Похоже, французский.
Вот хлыщ, а!
Ну погоди, итальянец,
мы тоже не лыком шитые.
- Есть!
Гражданин Российской Федерации
Галоян Андрей Арменович?!
- Вот те раз.
А и хорошо.
Вы его арестуете,
а я сюда Тихона поселю!
- Олесь, торопишься как на пожар.
- Надюш, только что выяснили,
что Адриано - никакой не итальянец.
Поэтому вы с тётей Ниной,
пожалуйста, будьте осторожнее.
- Наш дом надо бы освятить -
пристанище для аферистов какое-то!
Слушай, я только что
встретила Гришу.
Ты не против, если я к нему
немножечко присмотрюсь, поближе?
- Я... Я не против.
Правда, честно. Если у вас
всё сложится, я даже буду рада.
Я побегу, ладно?
- Давай.
- Галоян Андрей Арменович,
прописка - село Малые Топтуны.
- Ты понимаешь, что действуешь
не по протоколу!
Ты нарушаешь закон!
Ну, как дилетант, ей-богу, Олесь!
- Кузь, но я же и есть дилетант.
- Ой! - Зато каков результат!
- Да, результат превзошёл
все ожидания.
Так, в общем, сам он из Пензы,
работал в архивах и библиотеках.
Ищет информацию о спрятанных
во время революции
и гражданской войны кладах.
- И чё, много нашёл?
- Ну, думаю, что что-то нашёл.
Потому что давно не работает,
отдыхает на курортах,
летает за границу.
В прошлом году он уехал из Ольховки
не в экспедицию, а на допрос.
В Пензу. Почти год был
под подпиской.
Так, всё, всё-всё-всё, на вы-ход.
Негоже следователю
ночевать на пороге.
Выходит, лжеитальянец охотился
за домом Степана?
Видимо, знал, что там есть
чем поживиться.
- Ага, а Алина ему мешала.
- Ну да.
Некомфортно копаться в доме,
в который каждый вечер
возвращается хозяйка. Логично?
- Логично.
- Ну, всё выстраивается, по-моему.
- Ну, вроде выстраивается, но...
Но при чём тут Мелецкий?
- Не опоздайте завтра на утренний
допрос лжеитальянца и всё узнаёте.
- Моя полиция меня бережёт?
- И вам здравствуйте.
- Украду у вас вашего коллегу?
- А я...
- Пойдём, Кузь.
Надо поговорить.
- А эта чё тут делает?
Опасный у тебя соперник, Марпл.
Соперница.
- Кузь, ты не представляешь,
как я соскучилась.
Этот год длился,
ну как будто бесконечность.
Так что, Кузя,
препятствий больше нет:
с мужем я развелась,
есть квартира в Москве,
крохотная, но зато своя.
Если ты не против, то...
- Я против.
Настя, мы с тобой расстались.
Ты зря сюда приехала.
Не надо за мной больше бегать.
- М...
- Угу.
Ну, спасибо, что проводила.
Тебе, наверное, пора?
- Да.
(тихая лирическая музыка)
- Зачем ты так, сынок?
Ну ошиблась девочка, бывает.
Зато она настроена на семью,
не то что твоя Олеся.
- М... А с Олесей-то что не так?
- У неё одни детективы на уме.
А ты уже не мальчик,
тебе детки нужны, а мне - внуки.
- Если нужны, значит, будут.
Но не от Насти.
- Ну что, профессор этнографии,
рассказывай про свои
научные экспедиции в народ.
Как ты быт селян изучал, селянок?
И главное, зачем?
- У меня в Пензе
тётка работает в архиве.
Я её уломал, чтобы она мне
пропуск сделала.
В этом архиве я нашёл,
что в семье графа Малютина
хранилась ценная реликвия, которая
передавалась по наследству, -
орден Святой Великомученицы
Екатерины второй степени.
И в 1856 году она досталась
по наследству деду графа Малютина.
- Тихо, тихо, не спеши. Сейчас
посмотрим, что за орден такой.
- Орден Святой Великомученицы
Екатерины.
- Спасибо, я запомнил.
(Андрей Гаврилович):
- Что там?
- Это... Такой же орден в 2015 году
продали за 18 миллионов.
А сейчас сколько получается-то?
Это все 30, что ли?
- Угу.
- А с чего ты решил,
что орден остался в Ольховке?
Может, Малютины вывезли его
за границу?
- Нет, он бы всплыл
где-нибудь за бугром.
Его передали верному человеку.
Возможно, это был дед Степана.
Но в кладе, который нашла Нина,
этого ордена не было.
- А откуда ты это знаешь?
- От Натальи Воронцовой.
- Ты что, и её тоже окрутил, охватил?
- Ну почему "окрутил, охватил"?
Мы очень мило побеседовали в Москве.
Год назад я уже приезжал в Ольховку,
но толком ничего не выяснил,
поэтому пришлось вернуться в Пензу.
- Тебя на допрос вызвали!
- Да, и посадили под подписку.
А когда выпустили,
я опять приехал в Ольховку.
- Ну, за прекрасных хозяек
и за замечательный будущий урожай!
- Дядя Тихон, а может,
вы у нас на лето зависните?
У нас тут воздух, рыбалка.
- Ну, если бабушка не против,
к осени будешь
шахматным гроссмейстером!
- Ба?
- Уговорили!
- О!
- Нинок!
- Ой, пришёл.
(тихая музыка)
- Держи.
- Вась, ну я ж вчера молоко брала.
- Ой, прости, ёрш твою рожь,
голова, как решето, память куриная!
- На Тихона пришёл поглазеть?
Ну как тебе?
- Ну, аппетит у него, как у дембеля.
Видать, здоровье хорошее.
- Ага. А у меня просмотры платные.
Молоком беру.
- Ну, дохлая крыса,
кровь на зеркале, стул...
Я подумал, что эта невротичка
съедет, а я вселюсь.
- А зачем такие сложности?
Неужели нельзя было дождаться,
пока киношники съедут?
- Значит, нельзя было.
Долги. Долги посыпались,
как конфетти.
Нужно было уже что-то делать.
- Слушай, я вот одного
понять не могу:
тебе нужен орден, да?
Так ты его ищи!
Ты зачем Алину эту убил,
Мелецкого этого, а?!
- Я их не убивал!
(Кузя): - Ой!..
- После убийства мы обнаружили
твои следы под окном.
(Адриано):
- Ну да, я там был.
Залез в окно,
хотел пошуметь, погреметь,
а когда начал это делать, я понял,
что Алина не просыпается.
Я подошёл к ней ближе,
увидел, что она мертва,
и я со страху еле ноги унёс!
Вот и наследил поэтому под окнами,
а вашего Мелецкого я вообще не знаю.
- Ладно, посидишь в СИЗО, подумаешь.
Некоторым помогает.
(нарастающая напряжённая музыка)
Надо же, а? Тридцать миллионов!
И за меньшее-то убивают.
- Не-а.
Нет, Андрей Гаврилович,
я думаю, итальянец не врёт.
Вот если мошенник профессиональный,
он же никогда не пойдёт на убийство.
- И мотива у него нет.
Хоть орден и стоит 30 миллионов,
но ни актриса,
ни тем более продюсер
не мешали Галояну им завладеть.
- Ну!
- Ладно, умники, я сам всё знаю.
Приезжают тут всякие,
дома обыскивают, девушек пугают,
а его и привлечь не за что?
Пусть посидит хоть 15 суток
за хулиганство.
У нас-то что?
- У нас ничего.
Мужчина в остроносых ботинках
отвалился,
получается, подозреваемого
опять нет.
- Да... Значит, возвращаемся
к версии с Владой.
- Но теперь уже без сообщника.
- Угу.
- Олесь, это, Настя вчера...
В общем, ну, между мной и Настей...
- Кузя, мы с тобой давным-давно
всё обсудили:
мы друзья и коллеги,
и не обязаны отчитываться
друг перед другом
о личной жизни, окей?
- А у тебя что, за этот год
появился кто-то?
- Может, и так!
- А кто?
Ну, если не секрет.
- Жених. Кондратий.
- Хм, смешное имя, да.
(звонит телефон)
- Да, тётя Соня, здравствуйте,
какие новости?
(по телефону):
- Приехал Федя, дальнобойщик.
Говорит, видел машину, которая
вашего убитого поджидала, -
чёрный "солярис".
- Угу.
Спасибо большое, тётя Соня,
вы очень помогли.
До свидания.
- До свидания.
- Странно.
Пафосная Влада и "солярис"?
Ну как-то не клеится.
- Может, всё-таки сообщник?
Или, может, в группе у кого
такая машина есть?
(мужской голос из фургона):
- Андрей, ты ведь Мелецкому
денег должен был, и немало.
- Ничего не знаю, я ему всё отдал!
- Не ври! Слушай, а может быть,
это ты его убил, а?
За то, что он с тебя
деньги потребовал?
- А может, ты?
У тебя-то долг не меньше!
Да кто угодно мог его убить!
Лёша многим помогал,
а люди у нас - твари!
- Так...
(шёпотом):
- Эй! Привет.
А ты не знаешь,
кто сейчас так орал?
- Это Калганов - директор киностудии
и компаньон Мелецкого.
Только приехал,
а крика уже, как от сирены.
- Ипатов должен был Мелецкому
семь миллионов.
Лёха ему как-то там помог,
на квартиру.
Потом приглашал его
вот в такие вот проекты.
Наивно полагал, что тот ему
деньги будет возвращать.
- А Ипатов?
- Всё прибеднялся:
то ему учить кого-то надо,
то лечить.
Потом якобы у матери дом сгорел.
А тут Лёха узнал, что Ипатов
свою двушку в хрущёвке
поменял на хоромы в новостройке
и отгрохал там евроремонт.
- О-о... Разозлился?
- Пфф... Ещё бы! Потребовал
немедленно вернуть долг.
Ипатов обещал рассчитаться
в пятницу после тарелки.
Мелецкий даже расписку привёз,
чтобы ему отдать.
Но, я так понимаю, что никаких денег
при Мелецком не нашли?
- Ни денег, ни расписки.
Хотя, ценные вещи были при нём:
часы, серебряный портсигар.
- Серёжа, привет, дорогой. - Привет.
- Здрасте. - Здрасте.
- А сейчас, господа, прошу меня
простить, мне надо работать.
- Да, спасибо.
- До свидания.
Ну, долг в семь миллионов -
серьёзный мотив.
Если бы Мелецкий подал
на Ипатова в суд,
то у того спокойная жизнь
закончилась бы.
- Да уж, приставы вцепились бы
прям мёртвой хваткой.
Надо Ипатова допросить.
- Я даже в кредит влез, чтобы
Мелецкому эти семь лямов вернуть.
Вот транзакции из банка,
если не верите.
Вот расписка, которую он мне вернул.
- Посмотри.
Ну, допустим, допустим,
ты отдал Мелецкому деньги.
А потом убил его
и взял их обратно.
Денег же при нём не нашли.
- Ну, вообще-то, в момент убийства
вся наша группа отмечала
начало съёмок.
Я в зюзю налакался, с хлопушкой
о Тарковском спорил!
А оператору предлагал
в фильме ужасов сняться!
Коллеги до сих пор
надо мной прикалываются.
- М-да, Андрей Гаврилович,
вряд ли бы он в таком состоянии
сел за руль.
- Эти киношные байки мы ещё проверим.
- А у вас чёрный "солярис", да?
- Да.
- А мог кто-то вашу машину взять?
- Что?
- Я говорю, вашу машину
мог кто-то взять?
- Пойдём поговорим.
Ездила купаться, да?
- Не понимаю, о чём ты.
- Понимаешь! Значит, ты взяла
мою машину и убила Мелецкого.
И Алину, видимо, тоже.
Как ты могла?
- Отвали! Идиот!
- Яна, стой, говорю!
Мы, вообще-то, не договорили!
- Я поняла, где мы ошиблись, Кузя.
- Где?
- Мы списали Яну со счетов,
когда думали, что Алина
отравилась таблетками, так?
- Ну да. У неё же алиби.
- Да!
Она была в Москве.
Но сейчас мы знаем,
что цианид в молоко
был добавлен раньше,
скорее всего, в день
убийства Мелецкого,
просто Алина выпила его позже.
- Ну, логично, но если эта Яна
так хотела эту роль,
то зачем ей убивать продюсера?
Достаточно Алину...
- Кузя, Мелецкий был главный,
и он бы Яну никогда не утвердил.
А Калганов, сопродюсер,
когда остался один,
без Мелецкого, утвердил.
Помнишь, как они расцеловались
с ней при встрече? - Угу.
- Яна - убийца.
- Уф...
- Да, убила.
Но не из-за роли, конечно.
- А из-за чего?
- Эти двое вытерли об меня ноги.
- А-а, кажется, я поняла.
Ты и была той самой новой
любовницей Мелецкого?
- Догадливая.
Мелецкий обещал мне золотые горы:
путешествия, квартиры, роли,
в том числе и эту.
Только просил пока
не афишировать наш роман,
якобы чтобы спокойно
развестись с женой.
- А сам?
- А за неделю до съёмок я узнала,
что он вдруг вернулся к Алине.
И главную роль тоже отдал ей.
А со мной так нельзя.
Я заслуживаю уважения.
- ЗдорОво, дед Вася.
Как здоровье?
- О, и тебе не хворать!
- Плести начал.
- Да, время...
- Мне б с Олесей повидаться.
- В полиции она,
и дел у неё - вот так, по горло!
- Ничего не меняется?
(тихая лирическая музыка)
- Ну что, подруга?
Всё сама да сама.
Гляди, это, поясницу надорвёшь!
Что же этот твой гость-то
воды набрать не может, а?
Тихон-то?
- Ну он же гость.
- Ну да, гость - в горле кость.
Видала? Гришка вернулся.
Слушай, а давай Гришку
с твоей Надей сосватаем, а?
- Тебе-то это зачем,
старый сводник?
- Тогда он от Олеськи отчалит,
и она с Кузей помирится.
- М-м... А Настю куда денешь?
Она, вон, уже в Ольховке,
я сегодня её видела.
- Она для Кузи -
отработанный материал, нафталин.
Только Леська этого не понимает.
Но ничего, ничего.
Придёт время, и у неё в голове
просветление настанет.
- Я этого абьюзера
ещё в первый день съёмок
хотела убить
вместе с его кошкой облезлой.
- Ты думала, что он останется
праздновать с группой
и хотела там его отравить?
- Да.
Но после смены он объявил,
что уезжает,
и мне пришлось включить план "Б".
Я позвонила ему с левого номера,
мол, Лёша, есть разговор,
надо встретиться.
- И поехала на машине Ипатова.
Он сам дал тебе ключи?
- Да нет, этот пылкий дуралей
влюблён в меня без памяти,
стащить у него из кармана
было несложно.
- И чё, он не заметил?
- Заметил.
Вечером, когда я
подсунула их обратно.
Ну я наплела, что на моей машине
сел аккумулятор,
а мне захотелось искупаться.
- И что, прокатило?
- Тогда - да, но сейчас,
конечно, он понял.
- А деньги? Ты взяла?
- Естественно. Это компенсация
за мои страдания.
Мелецкий оказался таким козлом,
что меня можно судить
по статье "браконьерство".
- Да...
Ну что же, ты хотела
путешествия и роли?
Вот, получишь сейчас
в одном флаконе -
пойдёшь по этапу.
Можешь начинать репетировать роль зэчки.
(шутливая музыка)
(Данила): - Да что ж такое!
Опять я всё пропустил?
- Да нет, ты не переживай,
мы тебе сейчас всё расскажем.
- Будет ещё много дел у нас.
- Ну точно мёдом намазано.
- Я считаю, что я неплохо сработал.
- Андрей Гаврилыч, да вы как всегда!
- Меня поражает верх цинизма.
Она говорит про браконьерство!
- Да вы бы видели,
как она на площадке!..
Серия 5
(щебет птиц)
(доносится разговор, смех)
- Ладно. Всё, давай. Я побежала.
- Давай. Ладно, пока.
- Тимур!
- Ты что тут делаешь, а?!
- Спишь с этой городской?
Или опять будешь говорить,
что сестра твоя троюродная?
- Оля, ты достала уже
шпионить за мной!
Мне этого идиота Ярика хватает!
Кроссовки у неё прикольные.
Спросил, где купила.
Хотел тебе
на день рождения подарить.
- Что, мне, правда?
- Да, тебе! Ну а кому ещё?
Да в первый раз её вижу, ясно?
- Тимур, прости меня, пожалуйста.
Я тебя очень люблю,
поэтому и ревную как дура.
- Слышь, мародёр!
Я ж говорил, ещё раз увижу,
что копал на боевых местах,
я тебя сам закопаю. Понял?
- Дядь, ты чё-то попутал.
Я просто гулял. Ясно?
- Угу.
Выворачивай сумку,
копатель недобитый.
Чё у тебя там? Монеты, ордена?
- Слышь, а ну-ка вали отсюда
по-хорошему! Ясно тебе?
- Отстаньте от него!
Помогите, кто-нибудь!
- Думаешь, я с тобой шучу?
- Эй, мужики, вы чего?
- Что случилось-то?
- Ещё раз в лесу тебя увижу,
твоим же ножом тебя кончу.
Руки! Урод.
(тревожная музыка)
- Данила!
- Олеся...
- Даня, доброе утро.
- Олеся? Привет.
- Привет. Ты чего так рано?
- Да я сбежал.
У Сёмочки там колики начались,
в общем, весь дом на ушах стоит.
Это тебе.
- Спасибо большое. Очень красивые.
- От всей души. А Андрей Гаврилович
чуть попозже подойдёт.
- Понятно. Маракуева нету,
Кузьма теперь в Красново служит.
Придётся нам разбирать
бумажные завалы самим.
- Да, везёт Кузьме.
Небось, настоящими делами
занимается.
А у нас?.. Скукота.
(стук в дверь)
- Здравствуйте. Помогите, пожалуйста.
У меня парень пропал.
- Рассказывайте.
Как зовут вашего парня?
Когда вы его в последний раз видели?
- Тимур Бородин.
Мы виделись вчера вечером.
Я хотела у него остаться,
как всегда, но Тимур сказал,
что пойдёт завтра
рано с утра порыбачить,
и я пошла к себе домой.
- Так.
- А почему вы решили, что он пропал?
- Да. А почему вы так решили?
- Я ему звоню, он трубку не берёт.
На работе его нет, дома тоже нет.
- Так, девушка, успокойтесь.
Всё хорошо. Продолжайте.
- Да ему угрожали убийством.
- Кто угрожал? - Кто?
- Охранник в санатории
Герасим Ковалёв.
Он сказал, что ещё раз в лесу его
увидит, его же ножом его и убьёт.
- А куда Тимур собирался
пойти порыбачить?
- На речку, где-то возле санатория.
(щебет птиц)
(Данила): - Время только 10 часов,
а мы уже часа два по лесу лазим.
- Данила, ну тебе же скучно
в кабинете сидеть было.
О! Герасим.
А что он тут делает?
Герасим!
(напряжённая музыка)
- Давай помогу.
- Не, не надо.
Ой...
- Минут 10 назад его обнаружил.
Иду, гуляю, а тут такое...
- Ну что, может, не будет ломать
комедию, а сознаемся в убийстве?
- Я не трогал этого парня.
- А вчера у вас был конфликт
в санатории.
Есть свидетели.
- Я конфликт не отрицаю.
Он чёрный копатель
и давно этим промышляет.
А вчера в лесу я обнаружил
новые раскопки,
сразу подумал,
что это его рук дело.
А потом встретил его
с большой сумкой возле санатория.
Говорю: "Сумочку открой".
Он в отказ.
- И поэтому утром ты нашёл
этого парня в лесу и убил его.
Гражданин Ковалёв,
вы подозреваетесь в убийстве
Тимура Бородина,
так что милости просим в СИЗО.
Коля, забирай его.
Я сейчас.
(Ковалёв): - Старая кожа.
- Чего?
- Ничего.
- Пятнашку захотел?
(щелчки фотоаппарата)
Ну что там, Потапыч?
- Орудие убийства - нож с плоским
клинком и односторонним лезвием.
Повреждена брюшная аорта.
Смерть наступила
от внутреннего кровотечения
в течение нескольких минут.
Ну, где-то между 5:00 - 5:30 утра.
Похоже, убит своим же ножом.
Ножны пустые,
но только его нигде не видно.
- ЗдорОво, соседка.
- Привет.
- Слыхала? Тракториста из Бубново...
зарезали.
Леська с утра ускакала.
Уже замучилась она
эту пакость разгребать.
- Что ж у нас за места-то такие, а?
Каждый год кого-то убивают.
- Нинуль, пойду искупнусь.
К обеду буду.
- Кто из вас мужик,
убей бог, не пойму.
Он что, ныряльщик-купальщик,
лопату починить не может, да?
- Да ладно! Дай мужику обустроиться.
- Ну-ка, дай-ка.
"Обустроиться"...
Он уже вторую неделю пасётся.
У холодильника-то небось
быстро обустроился, да?
На, держи.
- Спасибо.
- Да, и не вздумай сама копать!
Пусть он харчи по полной программе
отрабатывает. Давай.
(вздыхает)
(Данила): - Немецкий офицерский жетон
времён войны.
Буквами указана группа крови,
а цифрами - код подразделения,
в котором он служил.
- Хм.
- А там ещё кости.
- Потапыч!
Надо срочно отвезти останки
на экспертизу. - Сделаем.
- Так, что-нибудь ещё
нашёл ты у убитого?
- Значит, в личных вещах
какие-то схемы,
карта боёв 41-го года.
Ну вот ещё рядом
куртка его валялась.
А в куртке вот такая вот штука.
Вот.
- Руна какая-то?
- А может быть, это его талисман
или оберег?
- Оберег не уберёг.
Извините за тавтологию.
Так, ладно, мне надо сейчас отвезти
подозреваемого в Ольховку,
а вы опросите родственников,
знакомых убитого.
Ну, конфликты, странности...
Ну ты знаешь.
- Ох, тётя Зина, отъезд в Москву был
самой моей роковой ошибкой.
Я там как будто не на своём месте.
- Место человека там, где его любовь.
Главное - не упустить,
тогда и остальное приложится.
- Да я-то готова не упустить,
я вон и в Ольховку приехала,
и с мужем развелась, а Кузя...
Кузя всё об этой Олеське мечтает.
- Ох уж и натерпелся он с ней.
А ведь ему семья нужна, дети.
Да и мне так уже хочется
внуков понянчить.
- Да я бы тоже рада, но...
Он даже не смотрит на меня.
- Ничего.
Главное - выбрать
правильную тактику.
Я тебе помогу.
(Данила): - Олесь, слушай...
(Олеся): - Вот, смотри!
Рисунок на камне из куртки Тимура -
это Альгиз,
скандинавская руна жизни.
- Олесь, можешь посоветовать?
Вот у меня друг есть, ему 18 лет.
- Так.
- И он влюбился в девушку
значительно старше себя.
В жизни они друзья, но после того,
как он признался ей в любви,
она перестала с ним общаться.
Он думает, что это
из-за разницы в возрасте,
а я вот считаю, что возраст -
не помеха. Ты вот как думаешь?
- Гриша!
Привет.
- Привет.
- Данил, ты иди, я тебя догоню.
- Угу.
(тихая музыка)
- Я слышала, ты уж
недели две как приехал.
Мог бы и поздороваться зайти.
- Да я заходил, тебя дома не было.
Тебе дед разве не сказал?
- Да, не сказал.
Забыл, наверное.
- Угу.
- Как дела?
- Отлично.
- Ты какой-то странный...
- Кхм... Тебе кажется.
- У тебя точно всё в порядке?
- Да, лучше всех. Ну пока.
(грустная музыка)
(ироничная музыка)
- Осторожно. Не ушиблась, Нинуль?
- Надо бы крыльцо отремонтировать.
Доски прогнили,
того и гляди провалишься.
- Крыльцо - хозяйки дома лицо.
Да вроде оно ещё не старое,
крыльцо-то.
Ладно, завтра подлатаю.
- Ну ты пока морковь прополи,
жука с картошки собери.
А то морковкой-то хрустеть
все горазды. - Ха!
Нинуль, анекдот вспомнился...
(вздыхает)
Ладно, займусь крыльцом.
Где у тебя инструменты?
- В сарае.
- Угу...
Ты это... Надо же материалы
закупить: доски, гвозди.
Ты деньги на тумбочку
мне положи, Нинуль. - Угу.
- А я пока помозгую, покумекаю,
план работ составлю.
- Ой...
(вздыхает)
- Нелегальные раскопки
запрещены законом.
- А что, из-за этого убивать, что ли?
Тем более он даже
ничего не продавал.
Так, собирал всякие каски, осколки.
Он даже нож, который выкопал,
он им сам пользовался.
- Скажите, а он увлекался мистикой?
Рунами, например?
Обычно их наносят на камни
и используют в качестве амулета.
- Нет. Нет, Тимур никогда
этой ерундой не занимался.
Вот это его стиль. Подарил мне
на день всех влюблённых.
- А как у Тимура мог оказаться
камень с изображением руны?
- Это?
Ну есть у нас в деревне один
пришибленный, Ярослав Ветров,
называет себя богом оккультизма.
- Тимур вчера сам ко мне заявился
и попросил какой-нибудь оберег.
Ну я и дал ему Альгиз -
это же руна жизни.
Научил, как провести ритуал:
смешать вино, кровь, пепел...
- Понятно. Скажите, где вы были
сегодня ночью?
- Спал дома.
- А во сколько проснулись?
- Часов в 12, как обычно.
Если 12 часов не посплю, я никакой.
- Кто-то может подтвердить,
что вы были дома?
- Сестра.
Аня!
- Ярик был дома,
и незачем его подозревать.
Они с этим Тимуром
близко не общались.
Они в параллельных мирах жили.
- Понятно. Спасибо.
(напряжённая музыка)
(ироничная музыка)
- О, Гриша, привет.
У тебя опять тушёнка на обед?
- Привет.
Вроде печень трески написано.
- Да... Так и до гастрита недалеко.
Давай, может быть, я тебе
что-то домашнее приготовлю?
- Давай, может, в другой раз.
- Эх, мужики. Как вы так можете, а?
Вся куртка грязная,
вон, швы, смотри, разошлись.
Давай я зашью и постираю заодно.
- Надежда, что-то я чувствую
себя пенсионером,
к которому соцработник приехал.
Да я справлюсь, не переживай.
- Но в женских руках будет
всё быстрее и качественнее.
Давай снимай.
Завтра будет как новая.
(храп)
(громко хлопает дверью)
- Кто здесь?
- Я.
- А что одна? Где второй боец
невидимого фронта?
- Домой ушёл. Галина Семёновна
попросила посидеть с Сёмочкой.
Результаты экспертизы есть?
- Согласно личному жетону
с места захоронения,
останки принадлежат немецкому
полковнику связи Отто Курцу.
- Угу.
Ну, судя по меткам Тимура,
он целенаправленно искал
именно эту могилу.
А как думаете, зачем?
- Ну, полковник - не рядовой.
При нём могли быть награды,
ценности, именное оружие.
Хорошие бабки можно срубить
на чёрном рынке.
- Или дело в жетоне
и самих останках.
Я читала, немцы платят деньги
за информацию о месте гибели
своего родственника,
чтобы его перезахоронить,
и доказательством идентификации
личности является именной жетон.
- Ну, Марпл, ну вечно ты
всё усложняешь.
Ну вряд ли простой деревенский
тракторист мог додуматься до этого.
- И всё же, Андрей Гаврилович, дайте,
пожалуйста, запрос в Германию,
не связывался ли Тимур
с родственниками Курца.
- А может, в Интерпол?
Или сразу в ООН?
Какая разница, чего хотел Тимур?
У нас есть Герасим -
железобетонный подозреваемый
с уликами и мотивом. Всё.
У меня перерыв.
(выражает недовольство)
- Подожди, то есть ты хочешь,
чтобы я тебе посодействовал
за спиной Маракуева?
А какой мне интерес с ним ругаться?
Ну тем более, Олесь, у вас реально
есть железобетонный подозреваемый.
- Ну ты понимаешь, просто...
я не верю, что Герасим убил!
Он вёл себя на месте преступления
совсем не как убийца. - Пфф!
Ты знаешь, сколько в моей хотя бы
практике вот таких вот убийц,
которые сначала себя вели спокойно,
тихо, прям добряки? Вот так вот!
- Ты говоришь, как Маракуев.
- Да нет.
- Да.
- Да нет...
- Да!
- Что, прям да?
- Угу.
(стрекот цикад)
- Ну ладно.
Ладно, отправлю я завтра
запрос в Германию,
только это из-за моего хорошего
отношения у тебе. Как его там зовут?
- Полковник Отто Курц.
- Угу. М?
- Слушай, тут ещё такая тема есть...
- Какая?
- Я видела сегодня Гришу.
- Начинается...
Нормально же сидели, Олесь?
- Да нет, ну погоди.
Просто, понимаешь,
он был какой-то странный.
(вздыхает)
И разговаривал со мной... нехотя?..
- Да ты что! А ты чего хотела-то?
Ты отказала мужику. Он что, с тобой
любезничать, что ли, должен?
- Кузь, так я и тебе отказала,
с тобой-то мы нормально общаемся.
- С тобой-то да...
Я вот просто после каждого такого
разговора ещё три дня думаю:
что тебе важнее в нашем общении -
я или расследование?
(вздыхает)
(кукарекает петух)
- Давай.
- Угу. Спасибо.
- Тук-тук-тук. Доброе утро.
- Доброе утро, Настя.
А мы как раз завтракаем.
Давай, может, с нами?
- Нет, тётя Зина, я на секундочку.
Я хотела молоток у вас одолжить,
мне там полку надо прибить.
- А это к Кузе.
А мне в коровник пора,
Бурёнке воды налить.
(тихая музыка)
- Давай чайку подолью.
- Не надо.
Зря стараешься.
Ничего у нас с тобой не выйдет.
- Кузь, ну почему ты мне не даёшь
второй шанс?
Ну неужели всё так
Олеську свою любишь, а?
- Мам, я в Красново!
- Кузь!
- А?
- Ты, что ль?
- Гришка!
ЗдорОво! Сколько лет, сколько зим.
- Привет.
- Ну что, рассказывай.
Всех браконьеров переловил?
- Угу, так же, как ты всех
преступников. Все здесь? - Ну да.
- Ты в Красново теперь, я слышал?
Повысили, поздравляю.
- Спасибо. Ну я про тебя тоже слышал:
в зоне пожаров людей спасал.
Прям герой.
- Да ладно, какой там герой, ты что.
- Ну а что не герой-то?
Если так всё, что стесняться?
- Ну спрашивай.
- Что спрашивать?
- Ну что тебе интересно:
что у меня с ней.
- С кем?
- Ну "с кем"?
- А-а... Да мне неинтересно.
- Хорошо.
- А тебе? - Что у тебя?
- Ну.
- С ней? - Ну а с кем.
- Да конечно, неинтересно.
- Неинтересно?
Ну и хорошо, разобрались.
Эх...
На рыбалку в том году
так и не сходили. - Нет.
- Может, в выходные?
- Ну это ты у нас занятой,
я-то каждый день в своей избушке.
- Да? - Заходи.
- То есть забились?
- Ну. - Всё.
Рад видеть.
- Давай.
(звонит телефон)
- Маракуев слушает.
(Олеся): - Андрей Гаврилович,
я опросила сотрудников санатория.
- Понял.
- В день убийства дежурная видела
Герасима выходящим из лесу
примерно в 6:30 утра.
- Понял.
Спасибо, Марпл. Отбой.
(короткие гудки)
Почему не сказал,
что утром ты ходил в лес?
- Слушай, начальник,
я этого копателя не убивал.
- Угу. А в 6:30 из леса
ты просто так погулять выходил?
- Почему "просто погулять"?
Я на пробежке был,
тем более в другой стороне леса.
А что, я не имею права
спортом заниматься?
- Но в 10 тебя снова зачем-то
потянуло в лес?
(вздыхает)
- В 9 смену сдал
и пошёл посмотреть раскопки,
не роет ли этот следопыт,
ну и наткнулся на его труп.
- Упрямый, да?
Но я ещё упрямее. Коля.
- Я.
- Отведи туда, где взял.
- Есть.
Пройдёмте.
(ироничная музыка)
- Отлынивает от работы.
Попросила лампочку вкрутить -
пальцем не пошевелил.
В юности, помню, был работящий.
- Может, он чем-то болен?
Вдруг у него остеохондроз или грыжа?
- А что ж не сказал-то?
- Ну, мам, мужики стыдятся
своей немощи.
- Ну это да.
- А мы конём вперёд.
- Хм.
- Поговорю-ка я с ним сама.
- Погоди, не гони коней.
Смотри, вон с Илюхой
в шахматы играет - уже хорошо.
- Ну и то верно.
Ну, пусть пока играет.
- Николай, бывай здоров.
- Ага, до завтра, Андрей Гаврилович.
(ироничная музыка)
- Андрей Гаврилович, насчёт Герасима.
- Всё ясно как божий день:
в 5 утра он нашёл и убил Тимура.
- А в 10 снова пришёл
на место преступления. Зачем?
- Марпл, учись мыслить
как преступник.
Он ушёл, чтобы засветиться
на работе.
В 9 утра сдал смену и вернулся
избавиться от трупа. Сечёшь?
- Он вёл себя совсем
не как преступник.
- У попа была собака, он её любил...
Всё, рабочий день закончился.
Меня ждут жена и сын.
Ариведерчи. Ты идёшь?
- Я ещё задержусь.
- У... Ну-ну.
- Да уж, непробиваемый, как бетон.
- Э, малой! Сгоняй за картошкой!
И лука зелёного притарань!
А мы тебе пива нальём.
- Костёр тушим.
Деревню спалить хотите?
- Чё?
- Ты меня слышал. Костёр туши.
- А где ты видишь костёр?
- Слушай, какие-то проблемы?
Мы вроде сидим нормально, хорошо,
никому не мешаем.
- Ясно. Не хотите по-хорошему.
Ну, будет по-плохому.
(тревожная музыка)
- Вот мне что-то подсказывает,
что это не Герасим убил Тимура.
Всё равно я завтра пойду и буду
ещё раз искать алиби Герасиму.
Ну, может быть, кто-то видел его
во время пробежки в лесу.
- Поищи, поищи, да.
Может, грибы кто собирал. - Да.
- На рыбалку шёл. - Да.
- С рыбалки.
Может, кто на дереве сидел.
- Олеся! Кузя!
Там Гришу тарасовские парни бьют!
- Что ж ты быкуешь, урод?
Жить надоело, а?!
- Гриша! Гриш, да стой!
- Ушёл, ушёл!
- Ай! Гриша! Пусти его, Гриша! Гриша!
- Всё, всё, всё. Всё.
- Пошли, пацаны!
Ноги в руки и давай в деревню!
- Да он сам к нам подошёл,
мы вообще ничего не делали!
- Всё, пошли, пошли.
- Сидели, никого не трогали.
- Да всё, идите!
- Гриша!
Гриш! Гриш!
- Гриш!
- Гриш, ты чего?
Я ж тебе говорила,
что он какой-то... не в себе.
- Видимо, это...
После пожаров... переклинило. Уф!
- В такую рань даже доярки ещё спят.
Кого ты хочешь тут найти?
- Так уже нашла. Доброе утро!
- Ну как, клюёт?
- Тьфу! Уже нет.
А что так орать-то?
Всю рыбу распугали.
(тихо): - Скажите, а вы
позавчера утром здесь рыбачили?
- А вам-то что?
Из Рыбнадзора, что ли?
- Нет, мы из полиции.
Вы Герасима Ковалёва знаете?
- Охранника санатория?
- Угу. - Знаю.
Я как-то раков поймал,
а ваш Герасим меня
их выпустить заставил:
у них, типа, нерест.
Речной патруль, блин.
- Скажите, а позавчера утром
вы его тут не видели?
Это очень важно.
- Не, не было.
Девица тут шастала
как раз позавчера утром -
Ольга Беркут, дочка чиновника
из городской администрации.
Она ещё с трактористом встречалась,
которого убили.
Странная была. Нервная.
- А во сколько это было?
- Где-то полпятого утра.
Я донки-то проверил
и на работу погнал.
- Спасибо. Желаем вам ароматной ухи.
- Ага.
- Отсюда до места преступления,
где нашли Тимура, четыре километра,
это примерно сорок минут ходьбы.
Получается, Ольга могла
оказаться на месте преступления
и убить Тимура.
- И нашёлся свидетель,
который видел тебя в 4:30 у реки.
Значит, в 5:30 ты вполне могла
оказаться на месте преступления
и убить Тимура.
- Да я не убивала,
я просто пошла проследить.
- За Тимуром?
А почему ты не сообщила
об этом следствию?
- Испугалась, что будете подозревать.
- А зачем ты вообще за ним следила?
- Из-за ревности. Думала, закрутил
с той городской из санатория.
Я же видела,
что он к ней подкатывал.
Потом собрался, типа, на рыбалку,
а удочки вон в углу валялись.
- Наблюдательная.
- Часа в четыре Тимур вышел из дома,
пошёл в лес, ну и я за ним.
- И он вас не заметил?
- Нет, конечно. Я же пряталась.
Потом совсем потеряла его из вида.
У реки я была не в 4:30, а в 5:15,
я это точно помню.
- Значит, даже бегом не добежала бы
до места преступления.
- Эту басню мы проверим.
- Да я не убивала!
Я очень любила Тимура.
- Одно другому не мешает.
Нам нужно осмотреть одежду, в
которой ты следила за своим женихом.
(тихий стук)
(покашливает)
А это что за пятно?
Сдаётся мне, что это кровь Тимура.
- Да, но она старая.
Тимур неделю назад
банку открывал, порезался.
- Экспертиза нам в помощь.
Я оформлю тебе подписку о невыезде,
чтобы из деревни ни ногой.
- Да что вы меня-то подозреваете,
а не эту девицу из санатория?!
Нафига она вообще
в Ольховку припёрлась?
О чём говорила с Тимуром накануне
убийства? Вы бы лучше это выясняли!
- О чём вы с Тимуром разговаривали?
- Ни о чём.
Приклеился ко мне, когда я бегала.
Ну я его отшила.
Сдался мне этот колхозник.
- Ты же на неделю номер сняла?
Не уезжай пока никуда, возможно,
придётся дать повторно показания.
Кстати, а где ты была
в ночь убийства Тимура?
- Спала у себя в номере.
А вам-то что?
(интригующая музыка)
- "А вам-то что?" А?..
- В 21:15 она продефилировала
в свой номер
и вышла только утром на завтрак.
- Точно?
- Да точнее не бывает.
Мимо меня и муха не пролетит.
Говорю же, бессонница замучила.
- А корпус вы на ночь закрываете?
- Спрашиваете! Конечно.
У нас безопасность превыше всего.
А номер-то у Евы на третьем этаже,
из окна не вылезешь.
(тихо похрапывает)
- Андрей Гаврилович, дома отлыниваете
от родительских обязанностей,
а на работе отсыпаетесь?
- Не смешно, Марпл.
Вот родишь, тогда поймёшь,
что такое бессонные ночи.
- Я, конечно, всё понимаю,
но экспертиза крови
с рубашки Ольги готова?
- Готова.
Кровь Тимура на ней
действительно старая.
- И вы даже не расстроились?
- Ничуть.
Показаний рыбака вполне достаточно.
- А вдруг он ошибся?!
(недовольно):
- А-а...
Марпл, вот вы с Данилой заварили
эту версию с девчонкой,
вот сами её и расхлёбывайте,
а у меня есть подозреваемый Герасим,
и эта версия железобетонная.
(напряжённая музыка)
- Вы уверены, что вы видели Ольгу
в 4:30, а не позже?
- В 4:30... Может, и раньше.
- Но, может, у вас часы остановились
или мобильник заглючил?
Ну такое же случается.
- Я часов не ношу.
А мобильник тогда дома оставил.
- А как вы тогда поняли,
сколько времени?
- Так я ж по Гусару ориентируюсь.
Ну это петух Трофимовой,
будильник в перьях, блин.
Каждое утро в 4:30 концерт даёт.
Я донки-то проверил,
на работу ушёл,
а Гусара-то я не слышал.
Значит, не было 4:30.
(напряжённая музыка)
- Заболел Гусар - воспаление лёгких.
Хрипит, кашляет мой птенчик.
Антибиотики колю.
- Значит, голоса у него нет.
- Не-а.
- Получается, показания рыбака
недостоверны.
И Ольга действительно могла
заблудиться и оказаться на реке
не в 4:30, а в 5:15,
как она и говорила.
- Следовательно, Ольга не могла
убить Тимура.
- Данила, ты молодец!
(напряжённая музыка)
- А я сам хотел вас искать.
Может, я могу чем-то помочь-то?
А то из-за моих показаний
невиновного чуть не упекли.
время появления Ольги на реке.
- А! Олеся! - Что?
- Я знаю! Где в тот момент
было солнце? - Солнце?
Так вот, между двух макушек.
Прям в глаз светило, точно помню.
- А давай эксперимент проведём.
- Ну?
- Придём с утреца в то же место,
и как солнце окажется в нужной
точке, мы посмотрим на часы.
- Данила, да ты гений! Мы с тобой
отличная детективная пара!
Завтра в 4:00 на этом месте.
- Принято.
- Ну хоть чем-то помог.
- ЗдорОво, деда Вася.
- Что?
Опять к Олеське пятки намыливаешь?
Не по Хуану сомбреро!
- Здрасте.
Вообще-то, я на одни и те же грабли
по сто раз не наступаю.
- Вот и молодец. Так что давай, это,
отползай, отползай потихоньку!
- Ты слышишь? Не к Олесе я.
- Эть!
(говорит громче):
Да я тебе говорю: отползай!
Отползай потихоньку!
- Что ж ты...
как овчарка сторожевая. Иди, вон,
молочка попей, добрее будешь.
- А что, Гриша уже ушёл?
- Ну! Скатертью дорога!
Я таких ухажёров враз отбояриваю.
- Дед Вася, он, вообще-то,
ко мне приходил.
Ну ты же обещал мне
с Гришей помогать, а сам!
- Ой!.. Ну прости, ну запамятовал,
ёрш твою вошь!
Ну склероз этот проклятый!
(тихая музыка)
- А мы в лагере тоже
рассветы встречали.
- И мы.
Знаешь, со стороны кажется,
что у нас свидание.
И я не против, чтобы так и было.
- Кажется, солнышко
между ветками появляется.
Ну, давай-давай-давай! Йес!
- А!
(громкий плеск)
- Данил, ты чего,
не выспался, что ли?!
Времени сколько?!
- 5:15.
- Вот!
Значит, Ольга не могла убить Тимура!
(ироничная музыка)
- Нинуль!
- А?
- Может, сделаем вечером
шашлычок на мангале?
Посидим, под домашнее винцо...
Оно у тебя такое сладкое.
Гитара, романтика.
- М-м. А шашлычок-то
сам себя не купит
и на полку в холодильник
не впрыгнет.
- Так а мы его сразу на мангал.
Ладно, сгоняю в магазин. Давай
авоську и пару тысчонок, ладно?
Так всё подорожало!
Ну пенсию задержали, Нинуль.
- Слушай, Тихон...
- Мам, погоди.
Купите нам ещё конфет к чаю.
- Да не вопрос.
- Вот жлоб, а! Я ведь знаю,
что он вчера пенсию получил.
По хозяйству палец о палец
не стукнет.
Пора этого нахлебника гнать в шею.
(ироничная музыка)
- А я знал, что пролить свет
на это дело придётся мне.
Пока вы там рыбаков
да петухов опрашивали,
хе-хе, раскрутил Герасима.
- Здрасте всем! К чаю.
- Ух ты! Какие люди!
Положи там. - Где?
- Вон туда убери. - А...
- Какими судьбами, капитан?
Что, в Красново дел не хватает?
- Да нет. Почему?
Так, заскочил.
Андрей Гаврилович, я знаю,
что у вас фигурирует имя
некоего полковника Отто Курца, да?
Что?
- Это кто же тебя
в наши дела-то посвящает, а?
Дай-ка угадаю с трёх раз...
- Да, это была я!
- Ну дела...
Марпл-то понятно, но от тебя,
Кузьма, я этого не ожидал.
- Так, а что ждать, пока вы
невиновного человека
в тюрьму посадите?
- Невиновных у нас не бывает.
Не надо было трактористу угрожать,
да ещё при свидетелях!
- В общем, пришёл ответ
на мой запрос в Германию.
- Ну, Марпл! Ну ты даёшь!
Ну, хоть в душу влезет,
хоть в Совбез ООН!
- Что ответили, Кузь?
- Тимур не связывался
с родственниками Курца.
- Вот! Как говорила моя бабушка:
можно быть упёртым, но не бараном!
- Угу. Вообще-то это
Бернард Шоу говорил.
- Ну ты подумай! А она цитировала.
- Потому что у Курца
не осталось родственников.
На момент смерти ему было 45 лет,
он единственный сын в семье,
а свою семью и детей
он завести не успел.
- А я даже не удивлён.
Не в ту степь вы полезли, ребятки.
А выруливать, как всегда,
придётся мне.
- Всё равно что-то не сходится.
Мы что-то упускаем.
Надо ещё раз сходить
на место преступления.
(напряжённая музыка)
Ещё одна руна.
Серия 6
(щебет птиц)
(доносится разговор, смех)
- Ладно. Всё, давай. Я побежала.
- Давай. Ладно, пока.
- Тимур!
- Ты что тут делаешь, а?!
- Спишь с этой городской?
Или опять будешь говорить,
что сестра твоя троюродная?
- Оля, ты достала уже
шпионить за мной!
Мне этого идиота Ярика хватает!
Кроссовки у неё прикольные.
Спросил, где купила.
Хотел тебе
на день рождения подарить.
- Что, мне, правда?
- Да, тебе! Ну а кому ещё?
Да в первый раз её вижу, ясно?
- Тимур, прости меня, пожалуйста.
Я тебя очень люблю,
поэтому и ревную как дура.
- Слышь, мародёр!
Я ж говорил, ещё раз увижу,
что копал на боевых местах,
я тебя сам закопаю. Понял?
- Дядь, ты чё-то попутал.
Я просто гулял. Ясно?
- Угу.
Выворачивай сумку,
копатель недобитый.
Чё у тебя там? Монеты, ордена?
- Слышь, а ну-ка вали отсюда
по-хорошему! Ясно тебе?
- Отстаньте от него!
Помогите, кто-нибудь!
- Думаешь, я с тобой шучу?
- Эй, мужики, вы чего?
- Что случилось-то?
- Ещё раз в лесу тебя увижу,
твоим же ножом тебя кончу.
Руки! Урод.
(тревожная музыка)
- Данила!
- Олеся...
- Даня, доброе утро.
- Олеся? Привет.
- Привет. Ты чего так рано?
- Да я сбежал.
У Сёмочки там колики начались,
в общем, весь дом на ушах стоит.
Это тебе.
- Спасибо большое. Очень красивые.
- От всей души. А Андрей Гаврилович
чуть попозже подойдёт.
- Понятно. Маракуева нету,
Кузьма теперь в Красново служит.
Придётся нам разбирать
бумажные завалы самим.
- Да, везёт Кузьме.
Небось, настоящими делами
занимается.
А у нас?.. Скукота.
(стук в дверь)
- Здравствуйте. Помогите, пожалуйста.
У меня парень пропал.
- Рассказывайте.
Как зовут вашего парня?
Когда вы его в последний раз видели?
- Тимур Бородин.
Мы виделись вчера вечером.
Я хотела у него остаться,
как всегда, но Тимур сказал,
что пойдёт завтра
рано с утра порыбачить,
и я пошла к себе домой.
- Так.
- А почему вы решили, что он пропал?
- Да. А почему вы так решили?
- Я ему звоню, он трубку не берёт.
На работе его нет, дома тоже нет.
- Так, девушка, успокойтесь.
Всё хорошо. Продолжайте.
- Да ему угрожали убийством.
- Кто угрожал? - Кто?
- Охранник в санатории
Герасим Ковалёв.
Он сказал, что ещё раз в лесу его
увидит, его же ножом его и убьёт.
- А куда Тимур собирался
пойти порыбачить?
- На речку, где-то возле санатория.
(щебет птиц)
(Данила): - Время только 10 часов,
а мы уже часа два по лесу лазим.
- Данила, ну тебе же скучно
в кабинете сидеть было.
О! Герасим.
А что он тут делает?
Герасим!
(напряжённая музыка)
- Давай помогу.
- Не, не надо.
Ой...
- Минут 10 назад его обнаружил.
Иду, гуляю, а тут такое...
- Ну что, может, не будет ломать
комедию, а сознаемся в убийстве?
- Я не трогал этого парня.
- А вчера у вас был конфликт
в санатории.
Есть свидетели.
- Я конфликт не отрицаю.
Он чёрный копатель
и давно этим промышляет.
А вчера в лесу я обнаружил
новые раскопки,
сразу подумал,
что это его рук дело.
А потом встретил его
с большой сумкой возле санатория.
Говорю: "Сумочку открой".
Он в отказ.
- И поэтому утром ты нашёл
этого парня в лесу и убил его.
Гражданин Ковалёв,
вы подозреваетесь в убийстве
Тимура Бородина,
так что милости просим в СИЗО.
Коля, забирай его.
Я сейчас.
(Ковалёв): - Старая кожа.
- Чего?
- Ничего.
- Пятнашку захотел?
(щелчки фотоаппарата)
Ну что там, Потапыч?
- Орудие убийства - нож с плоским
клинком и односторонним лезвием.
Повреждена брюшная аорта.
Смерть наступила
от внутреннего кровотечения
в течение нескольких минут.
Ну, где-то между 5:00 - 5:30 утра.
Похоже, убит своим же ножом.
Ножны пустые,
но только его нигде не видно.
- ЗдорОво, соседка.
- Привет.
- Слыхала? Тракториста из Бубново...
зарезали.
Леська с утра ускакала.
Уже замучилась она
эту пакость разгребать.
- Что ж у нас за места-то такие, а?
Каждый год кого-то убивают.
- Нинуль, пойду искупнусь.
К обеду буду.
- Кто из вас мужик,
убей бог, не пойму.
Он что, ныряльщик-купальщик,
лопату починить не может, да?
- Да ладно! Дай мужику обустроиться.
- Ну-ка, дай-ка.
"Обустроиться"...
Он уже вторую неделю пасётся.
У холодильника-то небось
быстро обустроился, да?
На, держи.
- Спасибо.
- Да, и не вздумай сама копать!
Пусть он харчи по полной программе
отрабатывает. Давай.
(вздыхает)
(Данила): - Немецкий офицерский жетон
времён войны.
Буквами указана группа крови,
а цифрами - код подразделения,
в котором он служил.
- Хм.
- А там ещё кости.
- Потапыч!
Надо срочно отвезти останки
на экспертизу. - Сделаем.
- Так, что-нибудь ещё
нашёл ты у убитого?
- Значит, в личных вещах
какие-то схемы,
карта боёв 41-го года.
Ну вот ещё рядом
куртка его валялась.
А в куртке вот такая вот штука.
Вот.
- Руна какая-то?
- А может быть, это его талисман
или оберег?
- Оберег не уберёг.
Извините за тавтологию.
Так, ладно, мне надо сейчас отвезти
подозреваемого в Ольховку,
а вы опросите родственников,
знакомых убитого.
Ну, конфликты, странности...
Ну ты знаешь.
- Ох, тётя Зина, отъезд в Москву был
самой моей роковой ошибкой.
Я там как будто не на своём месте.
- Место человека там, где его любовь.
Главное - не упустить,
тогда и остальное приложится.
- Да я-то готова не упустить,
я вон и в Ольховку приехала,
и с мужем развелась, а Кузя...
Кузя всё об этой Олеське мечтает.
- Ох уж и натерпелся он с ней.
А ведь ему семья нужна, дети.
Да и мне так уже хочется
внуков понянчить.
- Да я бы тоже рада, но...
Он даже не смотрит на меня.
- Ничего.
Главное - выбрать
правильную тактику.
Я тебе помогу.
(Данила): - Олесь, слушай...
(Олеся): - Вот, смотри!
Рисунок на камне из куртки Тимура -
это Альгиз,
скандинавская руна жизни.
- Олесь, можешь посоветовать?
Вот у меня друг есть, ему 18 лет.
- Так.
- И он влюбился в девушку
значительно старше себя.
В жизни они друзья, но после того,
как он признался ей в любви,
она перестала с ним общаться.
Он думает, что это
из-за разницы в возрасте,
а я вот считаю, что возраст -
не помеха. Ты вот как думаешь?
- Гриша!
Привет.
- Привет.
- Данил, ты иди, я тебя догоню.
- Угу.
(тихая музыка)
- Я слышала, ты уж
недели две как приехал.
Мог бы и поздороваться зайти.
- Да я заходил, тебя дома не было.
Тебе дед разве не сказал?
- Да, не сказал.
Забыл, наверное.
- Угу.
- Как дела?
- Отлично.
- Ты какой-то странный...
- Кхм... Тебе кажется.
- У тебя точно всё в порядке?
- Да, лучше всех. Ну пока.
(грустная музыка)
(ироничная музыка)
- Осторожно. Не ушиблась, Нинуль?
- Надо бы крыльцо отремонтировать.
Доски прогнили,
того и гляди провалишься.
- Крыльцо - хозяйки дома лицо.
Да вроде оно ещё не старое,
крыльцо-то.
Ладно, завтра подлатаю.
- Ну ты пока морковь прополи,
жука с картошки собери.
А то морковкой-то хрустеть
все горазды. - Ха!
Нинуль, анекдот вспомнился...
(вздыхает)
Ладно, займусь крыльцом.
Где у тебя инструменты?
- В сарае.
- Угу...
Ты это... Надо же материалы
закупить: доски, гвозди.
Ты деньги на тумбочку
мне положи, Нинуль. - Угу.
- А я пока помозгую, покумекаю,
план работ составлю.
- Ой...
(вздыхает)
- Нелегальные раскопки
запрещены законом.
- А что, из-за этого убивать, что ли?
Тем более он даже
ничего не продавал.
Так, собирал всякие каски, осколки.
Он даже нож, который выкопал,
он им сам пользовался.
- Скажите, а он увлекался мистикой?
Рунами, например?
Обычно их наносят на камни
и используют в качестве амулета.
- Нет. Нет, Тимур никогда
этой ерундой не занимался.
Вот это его стиль. Подарил мне
на день всех влюблённых.
- А как у Тимура мог оказаться
камень с изображением руны?
- Это?
Ну есть у нас в деревне один
пришибленный, Ярослав Ветров,
называет себя богом оккультизма.
- Тимур вчера сам ко мне заявился
и попросил какой-нибудь оберег.
Ну я и дал ему Альгиз -
это же руна жизни.
Научил, как провести ритуал:
смешать вино, кровь, пепел...
- Понятно. Скажите, где вы были
сегодня ночью?
- Спал дома.
- А во сколько проснулись?
- Часов в 12, как обычно.
Если 12 часов не посплю, я никакой.
- Кто-то может подтвердить,
что вы были дома?
- Сестра.
Аня!
- Ярик был дома,
и незачем его подозревать.
Они с этим Тимуром
близко не общались.
Они в параллельных мирах жили.
- Понятно. Спасибо.
(напряжённая музыка)
(ироничная музыка)
- О, Гриша, привет.
У тебя опять тушёнка на обед?
- Привет.
Вроде печень трески написано.
- Да... Так и до гастрита недалеко.
Давай, может быть, я тебе
что-то домашнее приготовлю?
- Давай, может, в другой раз.
- Эх, мужики. Как вы так можете, а?
Вся куртка грязная,
вон, швы, смотри, разошлись.
Давай я зашью и постираю заодно.
- Надежда, что-то я чувствую
себя пенсионером,
к которому соцработник приехал.
Да я справлюсь, не переживай.
- Но в женских руках будет
всё быстрее и качественнее.
Давай снимай.
Завтра будет как новая.
(храп)
(громко хлопает дверью)
- Кто здесь?
- Я.
- А что одна? Где второй боец
невидимого фронта?
- Домой ушёл. Галина Семёновна
попросила посидеть с Сёмочкой.
Результаты экспертизы есть?
- Согласно личному жетону
с места захоронения,
останки принадлежат немецкому
полковнику связи Отто Курцу.
- Угу.
Ну, судя по меткам Тимура,
он целенаправленно искал
именно эту могилу.
А как думаете, зачем?
- Ну, полковник - не рядовой.
При нём могли быть награды,
ценности, именное оружие.
Хорошие бабки можно срубить
на чёрном рынке.
- Или дело в жетоне
и самих останках.
Я читала, немцы платят деньги
за информацию о месте гибели
своего родственника,
чтобы его перезахоронить,
и доказательством идентификации
личности является именной жетон.
- Ну, Марпл, ну вечно ты
всё усложняешь.
Ну вряд ли простой деревенский
тракторист мог додуматься до этого.
- И всё же, Андрей Гаврилович, дайте,
пожалуйста, запрос в Германию,
не связывался ли Тимур
с родственниками Курца.
- А может, в Интерпол?
Или сразу в ООН?
Какая разница, чего хотел Тимур?
У нас есть Герасим -
железобетонный подозреваемый
с уликами и мотивом. Всё.
У меня перерыв.
(выражает недовольство)
- Подожди, то есть ты хочешь,
чтобы я тебе посодействовал
за спиной Маракуева?
А какой мне интерес с ним ругаться?
Ну тем более, Олесь, у вас реально
есть железобетонный подозреваемый.
- Ну ты понимаешь, просто...
я не верю, что Герасим убил!
Он вёл себя на месте преступления
совсем не как убийца. - Пфф!
Ты знаешь, сколько в моей хотя бы
практике вот таких вот убийц,
которые сначала себя вели спокойно,
тихо, прям добряки? Вот так вот!
- Ты говоришь, как Маракуев.
- Да нет.
- Да.
- Да нет...
- Да!
- Что, прям да?
- Угу.
(стрекот цикад)
- Ну ладно.
Ладно, отправлю я завтра
запрос в Германию,
только это из-за моего хорошего
отношения у тебе. Как его там зовут?
- Полковник Отто Курц.
- Угу. М?
- Слушай, тут ещё такая тема есть...
- Какая?
- Я видела сегодня Гришу.
- Начинается...
Нормально же сидели, Олесь?
- Да нет, ну погоди.
Просто, понимаешь,
он был какой-то странный.
(вздыхает)
И разговаривал со мной... нехотя?..
- Да ты что! А ты чего хотела-то?
Ты отказала мужику. Он что, с тобой
любезничать, что ли, должен?
- Кузь, так я и тебе отказала,
с тобой-то мы нормально общаемся.
- С тобой-то да...
Я вот просто после каждого такого
разговора ещё три дня думаю:
что тебе важнее в нашем общении -
я или расследование?
(вздыхает)
(кукарекает петух)
- Давай.
- Угу. Спасибо.
- Тук-тук-тук. Доброе утро.
- Доброе утро, Настя.
А мы как раз завтракаем.
Давай, может, с нами?
- Нет, тётя Зина, я на секундочку.
Я хотела молоток у вас одолжить,
мне там полку надо прибить.
- А это к Кузе.
А мне в коровник пора,
Бурёнке воды налить.
(тихая музыка)
- Давай чайку подолью.
- Не надо.
Зря стараешься.
Ничего у нас с тобой не выйдет.
- Кузь, ну почему ты мне не даёшь
второй шанс?
Ну неужели всё так
Олеську свою любишь, а?
- Мам, я в Красново!
- Кузь!
- А?
- Ты, что ль?
- Гришка!
ЗдорОво! Сколько лет, сколько зим.
- Привет.
- Ну что, рассказывай.
Всех браконьеров переловил?
- Угу, так же, как ты всех
преступников. Все здесь? - Ну да.
- Ты в Красново теперь, я слышал?
Повысили, поздравляю.
- Спасибо. Ну я про тебя тоже слышал:
в зоне пожаров людей спасал.
Прям герой.
- Да ладно, какой там герой, ты что.
- Ну а что не герой-то?
Если так всё, что стесняться?
- Ну спрашивай.
- Что спрашивать?
- Ну что тебе интересно:
что у меня с ней.
- С кем?
- Ну "с кем"?
- А-а... Да мне неинтересно.
- Хорошо.
- А тебе? - Что у тебя?
- Ну.
- С ней? - Ну а с кем.
- Да конечно, неинтересно.
- Неинтересно?
Ну и хорошо, разобрались.
Эх...
На рыбалку в том году
так и не сходили. - Нет.
- Может, в выходные?
- Ну это ты у нас занятой,
я-то каждый день в своей избушке.
- Да? - Заходи.
- То есть забились?
- Ну. - Всё.
Рад видеть.
- Давай.
(звонит телефон)
- Маракуев слушает.
(Олеся): - Андрей Гаврилович,
я опросила сотрудников санатория.
- Понял.
- В день убийства дежурная видела
Герасима выходящим из лесу
примерно в 6:30 утра.
- Понял.
Спасибо, Марпл. Отбой.
(короткие гудки)
Почему не сказал,
что утром ты ходил в лес?
- Слушай, начальник,
я этого копателя не убивал.
- Угу. А в 6:30 из леса
ты просто так погулять выходил?
- Почему "просто погулять"?
Я на пробежке был,
тем более в другой стороне леса.
А что, я не имею права
спортом заниматься?
- Но в 10 тебя снова зачем-то
потянуло в лес?
(вздыхает)
- В 9 смену сдал
и пошёл посмотреть раскопки,
не роет ли этот следопыт,
ну и наткнулся на его труп.
- Упрямый, да?
Но я ещё упрямее. Коля.
- Я.
- Отведи туда, где взял.
- Есть.
Пройдёмте.
(ироничная музыка)
- Отлынивает от работы.
Попросила лампочку вкрутить -
пальцем не пошевелил.
В юности, помню, был работящий.
- Может, он чем-то болен?
Вдруг у него остеохондроз или грыжа?
- А что ж не сказал-то?
- Ну, мам, мужики стыдятся
своей немощи.
- Ну это да.
- А мы конём вперёд.
- Хм.
- Поговорю-ка я с ним сама.
- Погоди, не гони коней.
Смотри, вон с Илюхой
в шахматы играет - уже хорошо.
- Ну и то верно.
Ну, пусть пока играет.
- Николай, бывай здоров.
- Ага, до завтра, Андрей Гаврилович.
(ироничная музыка)
- Андрей Гаврилович, насчёт Герасима.
- Всё ясно как божий день:
в 5 утра он нашёл и убил Тимура.
- А в 10 снова пришёл
на место преступления. Зачем?
- Марпл, учись мыслить
как преступник.
Он ушёл, чтобы засветиться
на работе.
В 9 утра сдал смену и вернулся
избавиться от трупа. Сечёшь?
- Он вёл себя совсем
не как преступник.
- У попа была собака, он её любил...
Всё, рабочий день закончился.
Меня ждут жена и сын.
Ариведерчи. Ты идёшь?
- Я ещё задержусь.
- У... Ну-ну.
- Да уж, непробиваемый, как бетон.
- Э, малой! Сгоняй за картошкой!
И лука зелёного притарань!
А мы тебе пива нальём.
- Костёр тушим.
Деревню спалить хотите?
- Чё?
- Ты меня слышал. Костёр туши.
- А где ты видишь костёр?
- Слушай, какие-то проблемы?
Мы вроде сидим нормально, хорошо,
никому не мешаем.
- Ясно. Не хотите по-хорошему.
Ну, будет по-плохому.
(тревожная музыка)
- Вот мне что-то подсказывает,
что это не Герасим убил Тимура.
Всё равно я завтра пойду и буду
ещё раз искать алиби Герасиму.
Ну, может быть, кто-то видел его
во время пробежки в лесу.
- Поищи, поищи, да.
Может, грибы кто собирал. - Да.
- На рыбалку шёл. - Да.
- С рыбалки.
Может, кто на дереве сидел.
- Олеся! Кузя!
Там Гришу тарасовские парни бьют!
- Что ж ты быкуешь, урод?
Жить надоело, а?!
- Гриша! Гриш, да стой!
- Ушёл, ушёл!
- Ай! Гриша! Пусти его, Гриша! Гриша!
- Всё, всё, всё. Всё.
- Пошли, пацаны!
Ноги в руки и давай в деревню!
- Да он сам к нам подошёл,
мы вообще ничего не делали!
- Всё, пошли, пошли.
- Сидели, никого не трогали.
- Да всё, идите!
- Гриша!
Гриш! Гриш!
- Гриш!
- Гриш, ты чего?
Я ж тебе говорила,
что он какой-то... не в себе.
- Видимо, это...
После пожаров... переклинило. Уф!
- В такую рань даже доярки ещё спят.
Кого ты хочешь тут найти?
- Так уже нашла. Доброе утро!
- Ну как, клюёт?
- Тьфу! Уже нет.
А что так орать-то?
Всю рыбу распугали.
(тихо): - Скажите, а вы
позавчера утром здесь рыбачили?
- А вам-то что?
Из Рыбнадзора, что ли?
- Нет, мы из полиции.
Вы Герасима Ковалёва знаете?
- Охранника санатория?
- Угу. - Знаю.
Я как-то раков поймал,
а ваш Герасим меня
их выпустить заставил:
у них, типа, нерест.
Речной патруль, блин.
- Скажите, а позавчера утром
вы его тут не видели?
Это очень важно.
- Не, не было.
Девица тут шастала
как раз позавчера утром -
Ольга Беркут, дочка чиновника
из городской администрации.
Она ещё с трактористом встречалась,
которого убили.
Странная была. Нервная.
- А во сколько это было?
- Где-то полпятого утра.
Я донки-то проверил
и на работу погнал.
- Спасибо. Желаем вам ароматной ухи.
- Ага.
- Отсюда до места преступления,
где нашли Тимура, четыре километра,
это примерно сорок минут ходьбы.
Получается, Ольга могла
оказаться на месте преступления
и убить Тимура.
- И нашёлся свидетель,
который видел тебя в 4:30 у реки.
Значит, в 5:30 ты вполне могла
оказаться на месте преступления
и убить Тимура.
- Да я не убивала,
я просто пошла проследить.
- За Тимуром?
А почему ты не сообщила
об этом следствию?
- Испугалась, что будете подозревать.
- А зачем ты вообще за ним следила?
- Из-за ревности. Думала, закрутил
с той городской из санатория.
Я же видела,
что он к ней подкатывал.
Потом собрался, типа, на рыбалку,
а удочки вон в углу валялись.
- Наблюдательная.
- Часа в четыре Тимур вышел из дома,
пошёл в лес, ну и я за ним.
- И он вас не заметил?
- Нет, конечно. Я же пряталась.
Потом совсем потеряла его из вида.
У реки я была не в 4:30, а в 5:15,
я это точно помню.
- Значит, даже бегом не добежала бы
до места преступления.
- Эту басню мы проверим.
- Да я не убивала!
Я очень любила Тимура.
- Одно другому не мешает.
Нам нужно осмотреть одежду, в
которой ты следила за своим женихом.
(тихий стук)
(покашливает)
А это что за пятно?
Сдаётся мне, что это кровь Тимура.
- Да, но она старая.
Тимур неделю назад
банку открывал, порезался.
- Экспертиза нам в помощь.
Я оформлю тебе подписку о невыезде,
чтобы из деревни ни ногой.
- Да что вы меня-то подозреваете,
а не эту девицу из санатория?!
Нафига она вообще
в Ольховку припёрлась?
О чём говорила с Тимуром накануне
убийства? Вы бы лучше это выясняли!
- О чём вы с Тимуром разговаривали?
- Ни о чём.
Приклеился ко мне, когда я бегала.
Ну я его отшила.
Сдался мне этот колхозник.
- Ты же на неделю номер сняла?
Не уезжай пока никуда, возможно,
придётся дать повторно показания.
Кстати, а где ты была
в ночь убийства Тимура?
- Спала у себя в номере.
А вам-то что?
(интригующая музыка)
- "А вам-то что?" А?..
- В 21:15 она продефилировала
в свой номер
и вышла только утром на завтрак.
- Точно?
- Да точнее не бывает.
Мимо меня и муха не пролетит.
Говорю же, бессонница замучила.
- А корпус вы на ночь закрываете?
- Спрашиваете! Конечно.
У нас безопасность превыше всего.
А номер-то у Евы на третьем этаже,
из окна не вылезешь.
(тихо похрапывает)
- Андрей Гаврилович, дома отлыниваете
от родительских обязанностей,
а на работе отсыпаетесь?
- Не смешно, Марпл.
Вот родишь, тогда поймёшь,
что такое бессонные ночи.
- Я, конечно, всё понимаю,
но экспертиза крови
с рубашки Ольги готова?
- Готова.
Кровь Тимура на ней
действительно старая.
- И вы даже не расстроились?
- Ничуть.
Показаний рыбака вполне достаточно.
- А вдруг он ошибся?!
(недовольно):
- А-а...
Марпл, вот вы с Данилой заварили
эту версию с девчонкой,
вот сами её и расхлёбывайте,
а у меня есть подозреваемый Герасим,
и эта версия железобетонная.
(напряжённая музыка)
- Вы уверены, что вы видели Ольгу
в 4:30, а не позже?
- В 4:30... Может, и раньше.
- Но, может, у вас часы остановились
или мобильник заглючил?
Ну такое же случается.
- Я часов не ношу.
А мобильник тогда дома оставил.
- А как вы тогда поняли,
сколько времени?
- Так я ж по Гусару ориентируюсь.
Ну это петух Трофимовой,
будильник в перьях, блин.
Каждое утро в 4:30 концерт даёт.
Я донки-то проверил,
на работу ушёл,
а Гусара-то я не слышал.
Значит, не было 4:30.
(напряжённая музыка)
- Заболел Гусар - воспаление лёгких.
Хрипит, кашляет мой птенчик.
Антибиотики колю.
- Значит, голоса у него нет.
- Не-а.
- Получается, показания рыбака
недостоверны.
И Ольга действительно могла
заблудиться и оказаться на реке
не в 4:30, а в 5:15,
как она и говорила.
- Следовательно, Ольга не могла
убить Тимура.
- Данила, ты молодец!
(напряжённая музыка)
- А я сам хотел вас искать.
Может, я могу чем-то помочь-то?
А то из-за моих показаний
невиновного чуть не упекли.
время появления Ольги на реке.
- А! Олеся! - Что?
- Я знаю! Где в тот момент
было солнце? - Солнце?
Так вот, между двух макушек.
Прям в глаз светило, точно помню.
- А давай эксперимент проведём.
- Ну?
- Придём с утреца в то же место,
и как солнце окажется в нужной
точке, мы посмотрим на часы.
- Данила, да ты гений! Мы с тобой
отличная детективная пара!
Завтра в 4:00 на этом месте.
- Принято.
- Ну хоть чем-то помог.
- ЗдорОво, деда Вася.
- Что?
Опять к Олеське пятки намыливаешь?
Не по Хуану сомбреро!
- Здрасте.
Вообще-то, я на одни и те же грабли
по сто раз не наступаю.
- Вот и молодец. Так что давай, это,
отползай, отползай потихоньку!
- Ты слышишь? Не к Олесе я.
- Эть!
(говорит громче):
Да я тебе говорю: отползай!
Отползай потихоньку!
- Что ж ты...
как овчарка сторожевая. Иди, вон,
молочка попей, добрее будешь.
- А что, Гриша уже ушёл?
- Ну! Скатертью дорога!
Я таких ухажёров враз отбояриваю.
- Дед Вася, он, вообще-то,
ко мне приходил.
Ну ты же обещал мне
с Гришей помогать, а сам!
- Ой!.. Ну прости, ну запамятовал,
ёрш твою вошь!
Ну склероз этот проклятый!
(тихая музыка)
- А мы в лагере тоже
рассветы встречали.
- И мы.
Знаешь, со стороны кажется,
что у нас свидание.
И я не против, чтобы так и было.
- Кажется, солнышко
между ветками появляется.
Ну, давай-давай-давай! Йес!
- А!
(громкий плеск)
- Данил, ты чего,
не выспался, что ли?!
Времени сколько?!
- 5:15.
- Вот!
Значит, Ольга не могла убить Тимура!
(ироничная музыка)
- Нинуль!
- А?
- Может, сделаем вечером
шашлычок на мангале?
Посидим, под домашнее винцо...
Оно у тебя такое сладкое.
Гитара, романтика.
- М-м. А шашлычок-то
сам себя не купит
и на полку в холодильник
не впрыгнет.
- Так а мы его сразу на мангал.
Ладно, сгоняю в магазин. Давай
авоську и пару тысчонок, ладно?
Так всё подорожало!
Ну пенсию задержали, Нинуль.
- Слушай, Тихон...
- Мам, погоди.
Купите нам ещё конфет к чаю.
- Да не вопрос.
- Вот жлоб, а! Я ведь знаю,
что он вчера пенсию получил.
По хозяйству палец о палец
не стукнет.
Пора этого нахлебника гнать в шею.
(ироничная музыка)
- А я знал, что пролить свет
на это дело придётся мне.
Пока вы там рыбаков
да петухов опрашивали,
хе-хе, раскрутил Герасима.
- Здрасте всем! К чаю.
- Ух ты! Какие люди!
Положи там. - Где?
- Вон туда убери. - А...
- Какими судьбами, капитан?
Что, в Красново дел не хватает?
- Да нет. Почему?
Так, заскочил.
Андрей Гаврилович, я знаю,
что у вас фигурирует имя
некоего полковника Отто Курца, да?
Что?
- Это кто же тебя
в наши дела-то посвящает, а?
Дай-ка угадаю с трёх раз...
- Да, это была я!
- Ну дела...
Марпл-то понятно, но от тебя,
Кузьма, я этого не ожидал.
- Так, а что ждать, пока вы
невиновного человека
в тюрьму посадите?
- Невиновных у нас не бывает.
Не надо было трактористу угрожать,
да ещё при свидетелях!
- В общем, пришёл ответ
на мой запрос в Германию.
- Ну, Марпл! Ну ты даёшь!
Ну, хоть в душу влезет,
хоть в Совбез ООН!
- Что ответили, Кузь?
- Тимур не связывался
с родственниками Курца.
- Вот! Как говорила моя бабушка:
можно быть упёртым, но не бараном!
- Угу. Вообще-то это
Бернард Шоу говорил.
- Ну ты подумай! А она цитировала.
- Потому что у Курца
не осталось родственников.
На момент смерти ему было 45 лет,
он единственный сын в семье,
а свою семью и детей
он завести не успел.
- А я даже не удивлён.
Не в ту степь вы полезли, ребятки.
А выруливать, как всегда,
придётся мне.
- Всё равно что-то не сходится.
Мы что-то упускаем.
Надо ещё раз сходить
на место преступления.
(напряжённая музыка)
Ещё одна руна.
Серия 7
(тяжело дышит)
(шумно выдыхает)
- Ну, нашла чего? А то у тебя такой
голос был взволнованный.
- Смотри, кто-то нарисовал руну.
Краска свежая.
Она появилась здесь
сегодня ночью или утром.
Эта руна - Турисаз,
знак силы и власти.
Но у нас она повёрнута
в другую сторону,
а в этом случае она меняет значение
на противоположное.
- Типа кирдык?
- Типа того. Тупик.
Слушай,
а ведь Альгиз - руна защиты,
которую ты нашёл в кармане убитого,
она ведь тоже может менять смысл.
Ты не помнишь, как она лежала
в мешочке, когда ты её доставал?
Вот так или вот так?
- Не помню.
- Плохо.
Смотри-ка. Хм.
Что это за следы?
- Судя по размеру, следы мужские.
- Мамуль, привет.
- Привет. - Что на ужин?
- Сюрприз!
Картофельные драники с чесноком.
- Красота какая.
- Ой...
- Это что?
- Я на секундочку забежала
к тёте Зине, рецепт уточнить.
И вот, решили приготовить.
- Благодаря Настеньке
они получились просто супер.
- Ну ещё бы.
- Сметанку накладывай.
- Сюрприз, говоришь?
Не люблю сюрпризы.
(тихая музыка)
- Добрый вечер.
Я прошу прощения, не помешала?
- Нет, не помешала.
Проходи, Олесь, ты чего?
Что, кстати, звонила?
Как там у вас с вашими этими рунами?
Так, садись, вот. Так.
Насть, спасибо за помощь маме.
Тебе, наверное, пора.
- Ну раз мне пора,
тогда я, пожалуй, пойду.
(Кузя): - Угу.
- Приятного вечера!
- Мам, а можно чайку?
- Можно.
- Ну говори, что там с вашими рунами?
- Смотри.
Это руна защиты, Альгиз.
Её нашли в кармане
на месте преступления.
В перевёрнутом виде она меняет
значение на знак смерти, Тотен.
- Ну и что это даёт?
- Если эта руна в кармане убитого
означала не защиту, а смерть,
значит, ему её кто-то подложил.
Кто-то, кто очень хорошо
в этом разбирается.
Ярослав Ветров.
- Ярослав Ветров.
А это кто?
- Это оккультист из Бубново.
- У этого Ярослава вообще есть мотив?
С чего ему вдруг убивать Тимура?
- Ты прав, надо искать мотив.
- Надо искать, да.
- Здравствуй, Ярослав.
У нас к тебе ещё пара вопросов.
- Здрасте. Ну?
- Где ты был вчера ночью и утром?
- Дома. А что?
- Рядом с местом преступления кто-то
нарисовал ещё одну руну, Турисаз.
- Точно не я.
- Опять вы?
- Здравствуй, Аня. - Здрасте.
- Где вчера ночью и утром
был твой брат?
- Дома. С вечера никуда не выходил.
Ярик, я тебе тут всякие
шампунчики купила, мыло.
- Мыло давай сюда,
мне для обряда надо.
- Для какого обряда?
- Для раскрытия чакры чистоты тела.
- А просто помыться не судьба?
- Ну, можно и так.
(напряжённая музыка)
- Ты обратил внимание на брелок?
- Нет. На какой?
- У Ани точно такой же брелок,
как у Ольги, девушки Тимура,
только с подписью "Анна".
(Олеся):
Что у вас было с Тимуром?
Может, он тебя обидел,
а брат решил заступиться?
- Да нет, мы всего
пару недель "амурились".
Расстались нормально,
Ярик даже не знал об этой истории.
- А из-за чего вы расстались
с Тимуром?
- Да потому что он любил только себя.
Он и с Ольгой-то затусил
только из-за связей её отца.
Надоело на тракторе пахать,
захотелось в администрацию.
- Понятно.
Скажи, а где ты была
во вторник в 5:00 утра?
- Во вторник?
Э... у тёть Мани корова
телилась, Зорька.
Я проснулась как раз около 5:00,
слышу, она вёдрами гремит.
- По Ярославу тупик,
у него нет мотива.
- Погоди, нужно кое-что проверить.
- Ты куда звонишь?
- Странно, абонент не абонент.
Аня выронила визитку
юридической консультации.
- Ну и что?
- Как что, Данила?
Контора эта находится рядом
с железнодорожной станцией
у нас в районе.
Зачем бы Ане или её брату
понадобилось юридическая помощь?
- Ну да, действительно.
- Данил, будь добр,
сгоняй, пожалуйста, в район,
узнай, обращалась ли Аня или её брат
за юридической консультацией.
Если да, то по какому поводу.
- А давай вместе съездим, а? Заодно
на станции в кафе пообедать можно.
- Я не могу, мне нужно отлучиться
по очень важному делу.
А позже я заскочу в полицию, хорошо?
- Ясно, сделаем.
- Спасибо.
(напряжённая музыка)
(щебечут птицы)
(тихая музыка)
Гриш, привет!
- Привет.
- Как ты?
- Нормально.
Садись.
Как там ваше расследование?
- Продвигается.
(тихая лирическая музыка)
Подозреваем Ярослава Ветрова.
Знаешь такого?
- Конечно, знаю. Местный псих.
У него здесь местечко в лесу,
он там ритуалы свои проводит.
По башке от меня постоянно
получает, когда что-то подожжёт.
Не хватало, чтобы лес спалил.
(тихая лирическая музыка)
- Слушай, Гриш, а давай картошки
запечём на костре?
Чайку вскипятим?
Как в старые добрые времена.
Давно же не общались. У меня вот...
- Нет, не надо!
Прости.
Давай просто не сегодня.
- Что с тобой?
Тебе плохо?
- Душно как-то сегодня, да?
Да нормально.
- Это похоже на паническую атаку.
Так, дыши.
Дыши, пожалуйста, глубоко.
Давай. Глубоко. И медленно на пике
задерживаешь дыхание. Давай.
(тихая музыка)
Медленно, через открытый
рот выдыхаем.
Выдыхай.
- Так, всё. Всё.
Прошло, спасибо.
- Прости, пожалуйста, я просто
не понимала, что происходит.
- Всё в порядке, такое бывает.
Уже прошло.
- Тебя беспокоит что-то?
(напряжённая музыка)
- Ох, ладно.
В Кировской области
большой пожар был.
Я не смог спасти животных,
они были закрыты...
в кольце огня.
Так и сгорели на моих глазах.
(грустная музыка)
(Олеся):
- Прости, пожалуйста. Теперь я...
я знаю, что ты...
боишься, что это снова
может повториться.
- Наверное.
(напряжённая музыка)
- Ой, Надюх, может,
тебе показалось, а?
- Я что, слепая? Я своими глазами
видела, она его гладила!
- Так может, это просто по-дружески?
- Нравится ей мужиками крутить.
- Ты, главное, сама не накручивай, а?
С Олеськой поговори, всё прояснится.
- Да уж, не накручивай...
Ноги подними!
- Ну? Ну что там?
- Аня приходила к юристу
консультироваться
насчёт изнасилования.
- Ах...
- Какая Аня? Ты где был?
- В райцентре. Это я попросила Данилу
съездить туда и узнать.
А Аня - это сестра Ярослава!
- Марпл! Не слишком ли ты много
на себя берёшь?
Я здесь начальник!
И попрошу впредь
все следственные действия
согласовывать со мной.
А теперь рассказывай,
что ты там нарыл, в райцентре?
- Аня спрашивала у юриста,
как можно доказать изнасилование.
Ну, какие сроки за него дают.
Но потом быстро ушла,
когда юрист конкретно спросила,
было изнасилование или нет.
- А если Тимур изнасиловал Аню,
а она рассказала об этом брату?
И тогда у Ярослава
появляется мотив - месть!
- Да и алиби у него сомнительное.
Наверняка сестрёнка
выгораживает брата.
- Ну, проверяйте, а мне надо домой.
Сёмочка сказал: "Папа,
надо сегодня закрепить успех".
(романтичная музыка)
Ну-ну.
- Данила, ты огромный молодец.
Спасибо, что съездил в район.
(декламирует):
- "Я встретил вас - и всё былое
В отжившем сердце ожило..."
(Олеся смеётся):
- Что там у тебя отжило?
- Олеся, я...
Я давно хотел тебе признаться.
Я люблю тебя.
- Ты что, шутишь, что ли?
(романтичная музыка)
Данила, мне кажется, ты перепутал
дружбу с любовью.
Между нами ничего не может быть.
- Это из-за Кузи или из-за Гриши?
- Это в принципе.
Я тебя очень прошу больше
не делать таких признаний.
Пойдём. Ты хороший парень, ты...
Я уверена, ты встретишь
свою настоящую любовь.
Хорошо, что нас ещё никто не слышал.
И не смей расстраиваться!
(тихая музыка)
- Вот я бы себе никогда не позволил
служебного романа.
Другое дело - вне работы.
- Любимый...
- Кхм. Это я
про прошлое говорил, я...
Про далёкое прошлое.
Укладываем? Давай.
- Сёмочка...
- Опа.
- Честно говоря, я тоже против.
Ну, во-первых,
Олеся намного старше тебя.
Во-вторых, она просто помешана
на этих своих расследованиях.
Нет, не будет счастья
с такой женщиной.
- Что хотите говорите,
а я не отступлюсь!
- Доброе утро!
- Привет.
- Андрей Гаврилович.
Я чего пришла, нам бы с Данилой
в шалаш Ярослава сходить.
Думаю, мы найдём там очень много
всего интересного.
- Сходите, сходите.
С милым рай и в шалаше.
- Это вы о чём?
- Только не надо прикидываться.
Я понял, ты и этого юнца
решила окрутить?
Тебе мало Кузи с Гришей?
- Очень интересно.
И откуда вы об этом знаете?
- Какая разница, откуда я узнал?
Мне небезразлична судьба
племянника Галины.
- Если вы подслушали,
Андрей Гаврилович,
то вы должны были услышать,
что я ему отказала.
- Не отказала, отшила!
И женщины так специально делают,
чтобы ещё сильнее подсадить
мужика на крючок.
- Это не тот случай.
- Я сделаю всё, чтобы вы с этим Ромео
как можно меньше пересекались.
Даниле я поручил ещё раз
опросить трактористов,
тех, которые с Тимуром работали.
Может, что вспомнят.
- Отлично. Тогда в трудные
моменты расследований
я буду обращаться к Кузьме.
(щебет птиц)
Ого.
- Ага.
Милое местечко.
- Кузь. - Ай?
- Смотри, это ведь орудие убийства.
- Орудие, не орудие -
это нам экспертиза скажет.
- Ой!
- Чего?
- Гляди-ка.
Краска какая-то.
Странная, липкая.
Мне кажется, ею нарисовали
руну на дереве.
(напряжённая музыка)
- Башмаки.
Самодельные, что ли?
Ни фига себе размерчик.
- По-моему, такого размера были следы
на месте преступления, Кузь. - Да?
(звонит телефон)
- Сейчас.
- Давай.
- Ага.
- Здесь?
- Да.
Да, Данил.
(Данила): - Олесь.
Один тракторист видел
Тимура вместе с Евой
в Бубново за два дня до убийства.
- Да, я поняла.
Спасибо, ты настоящий друг, Данила.
- А вот теперь интересно.
Какие-то дела у Тимура с Евой.
- Нестыковочка.
- Угу.
(хрустнула ветка)
(шепотом):
В шалаш, быстро.
(тревожная музыка)
Ну привет, чародей. Тихо!
Скажешь, может,
откуда у тебя нож Тимура?
(Сёма плачет)
- Иду, котёночек мой голодный.
Сейчас мамочка тебя покормит.
Вот так вот, мой сладенький.
Всё хорошо. Вот так.
- Тёть Галь, у меня смена
закончилась, я погнал.
- Да, конечно, беги. Спасибо.
Даня! Подожди.
- Чего ещё?
- Ну-ка, вернись. Иди сюда.
Знаешь что,
побудь с ним ещё часик.
- Ну ты же сказала, до одиннадцати.
- Меня в больницу срочно вызывают.
И знаешь что? Он у тебя
очень много лежит в коляске.
Ты его почаще держи на ручках.
Вот так.
Ребёнок должен познавать мир.
(тихая музыка)
- Я в деревню за творогом приходила.
Этот ваш Тимур уже тогда начал
ко мне клеиться, я его отшила.
А он всё равно в санаторий припёрся.
- А почему ты сразу
об этом не сказала?
- Вы не спрашивали,
поэтому и не рассказывала.
- Аллергия?
- Да, на цветение.
- Какой у тебя цвет глаз интересный,
один голубой, второй коричневый.
Никогда такого не видела.
- Да...
Это у меня с рождения,
гетерохромия называется.
У вас ко мне всё?
- Где ты была позавчера ночью?
Точнее, утром, с 4:00 до 6:00?
- В номере. Я рано ложусь
и поздно встаю, отдыхаю. А что?
- Кто-то в это время нарисовал руну
на дереве, на месте преступления.
- Вы намекаете, что это я сделала?
Я не выходила из номера,
можете спросить у дежурной.
Всё?
(тихая музыка)
- Да не убивал я его.
- Факты, сынок, -
самая упрямая в мире вещь.
Ты воткнул нож в фото Тимура,
а перед этим его нашли мёртвым.
- Да, фотка Тимура у меня была.
Я хотел провести на него жупел,
обряд на смерть.
Но ножа я в глаза не видел.
- Ты уверен? У тебя есть мотив,
месть за сестру.
- Так сначала я реально думал,
что Тимур изнасиловал Аню.
Хотел наказать этого упыря,
но не физически,
а с помощью духов тьмы.
- А, решил психом прикинуться,
чтобы не в тюрьму, а в больничку?
- Андрей Гаврилович,
ну дайте ему договорить.
- Луна как раз убывала,
Марс был в Рыбах,
я бегом на кладбище,
заговорил руну на смерть,
оставалось только
подкинуть её Тимуру.
- Знаешь, я тоже провёл обряд.
Экспертиза называется.
Да, скоро узнаем, есть ли на ноже
твои отпечатки.
Но третий глаз мне уже
подсказывает, что есть.
- Да незачем мне его убивать.
- А когда ты пришёл
на тракторный двор?
- Как раз за день до его смерти,
часов в пять вечера.
(тревожная музыка)
- Слышь, ты что там делаешь, а?
Над вещами моими шаманишь?
- Духи, духи тебе отомстят
за надругательство над Аней!
- А, вот оно в чём дело.
Слушай, дядь,
сестрёнка твоя на меня гонит.
- Он поклялся, что не трогал Аню.
И я тогда выяснил,
что Тимур не соврал.
- Не было у нас ничего. Так, пару раз
в клубе поцеловались, и всё.
Мне проблемы с малолетками не нужны,
я ей нормально всё объяснил.
Даже прощения просил,
реально тебе говорю.
(тревожная музыка)
- А почему не забрал у Тимура руну,
когда понял, что он не виноват?
- Я решил сначала у Ани всё выяснить.
Она в отказ, но я ей дурман-корень
в чай подмешал,
у неё язык-то и развязался.
В общем, разрыдалась... - И?
- Да придумала она всё
про изнасилование.
Хотела отомстить Тимуру.
Обиделась, что он вместо неё
выбрал Ольгу.
Руну я не успел забрать.
Духи тьмы сделали своё дело.
(звонит телефон)
- Привет, Потапыч.
Понял. Понял. Не понял.
Понял. Конец связи.
Не понял?
На штык-ноже Тимура его кровь.
- А отпечатков Ярослава нету?
- Разумеется, нет, он их стёр.
- Ещё раз вам говорю,
я не видел никакого ножа!
- Так, а зачем ты на дереве
нарисовал новую руну?
- Это не я! Это какой-то дилетант,
на дереве руны не рисуют.
Их выжигают и вырезают ножом,
иначе символ теряет магическую силу.
А краской рисуют только
на металле или бумаге.
- Опять морочишь следствию голову?
На месте преступления нашли следы
твоих вот этих ритуальных башмаков.
- Да я не надевал их уже 100 лет!
И вообще, для ритуала на смерть
они не нужны,
а нужны для ритуала
на что-нибудь хорошее.
- Так, всё. Коля!
- Я.
- Забирай этого мага
к чёртовой матери.
А Герасима выпускай.
- Есть.
- Да не убивал я его!
- Поднимайтесь. Руки за спину.
- Марпл, ну что там у тебя такое?
Аллергия на поклонников?
- А это вы, наверное,
в мою краску вляпались.
Я в неё клещевину добавляю,
эта травка сильный зуд вызывает.
- Всё, уводи к чёрту.
- Краска?..
Андрей Гаврилович,
сегодня Ева при встрече со мной
постоянно чесала руку.
Так может быть, это она нарисовала
руну, чтобы подставить Ярослава?
- Так. Всё.
Всё, хватит,
у меня больше сил нету.
Я... я не кошка,
у меня не семь жизней.
- То есть ты думаешь,
что это она убила Тимура?
Но у неё алиби, она в ночь убийства
была у себя в номере в санатории.
- Я не знаю, у неё аллергия на руке
вроде точно такая же,
как у меня после краски
Ярослава, понимаешь?
- Угу.
- А следы на месте преступления
большего размера, чем её нога!
Тупик какой-то.
- Ну да.
Болит?
- Да чешется.
- Из аптечки, может, что-нибудь?..
- Да нет.
- Олесь, ты не расстраивайся.
У меня завтра дел немного,
подключусь, подумаем
что-нибудь ещё, да?
Тебя проводить, ты домой?
- Нет, я...
Я договорилась
с Гришей встретиться.
- А, ну...
- Спасибо тебе.
- Да ну...
- Гриш, ну... панические атаки,
они сами по себе не проходят
и могут привести
к неврозу и депрессии.
А в Красново есть очень
хороший психолог.
- Кто? Олесь, но я не сумасшедший.
Мы вчера поговорили,
у меня всё как рукой сняло.
Страхи ушли.
Чего?
- Скажи, а у тебя сапоги
какого размера?
- Ну, эти 48-го, наверное.
- Снимай.
- Зачем?
- Не спрашивай.
Следственный эксперимент.
- Опять?
Так.
Ну, и что?
(тихая музыка)
- Точно. Ева могла надеть ритуальные
башмаки Ярослава,
прийти на место преступления
и нарисовать руну,
чтобы его подставить!
- Логично.
- Надо еще раз проверить её алиби.
Гриш, спасибо тебе большое,
ты мне очень помог!
- Эй, Олесь!
- А?
Я ж в твоих не уйду.
(тихая музыка)
- Ой, извини, пожалуйста!
Извини, пожалуйста! Сейчас.
(Олеся смеётся)
(тихая музыка)
- Надюш, ну что у тебя случилось?
Ты в трубку прям раненой чайкой
крикнула, я суп забыла выключить.
- А ты ещё говорила,
что мне показалось,
что Олеся к Грише не липнет.
Я снова их видела!
Тихоня! Расследование она ведёт!
А сама в деревне
всех мужиков взбаламутила!
- Надюш, ну что-то не верится.
- Ох, ну я устрою этой гадине!
Ничего, теперь все в деревне
узнают, какая она.
Раков надо варить живыми!
(тихая музыка)
- Скажи, я бы могла выйти
через пожарный выход ночью,
скажем, позавчера?
- Могла, но есть одно "но".
- Какое?
- Дверь изнутри открывается
очень просто,
при нажатии ручки "Антипаника".
А если дверь закрыта,
то с улицы уже не войти.
(интригующая музыка)
- Мне кажется, я знаю,
как Ева могла вернуться в корпус.
- Как?
- Она могла вот к этой
ручке "Антипаника"
привязать какую-нибудь верёвку,
а другой конец...
а другой конец вывести наружу.
Смотри.
(интригующая музыка)
Аккуратно.
Вот и всё.
- Кузя...
- Что?
- Какой ты умный.
- Да ладно. Что, я зря, что ли,
год в Москве торчал?
- Ай, молодец, внуча.
Сорнякам везде у нас мотыга!
Ну что, всех преступников изловила?
- Да не всех пока, дед. Вот думаю.
- М!
Утром встретил Верку из Бубново.
И она рассказывала,
что неделю назад у почты
видела Тимура с какой-то
кралей неместной.
И приключился форменный анекдот.
- Что за анекдот, дед?
- Верка эта, старая кляча,
сослепу всё перепутала
и стала допытываться у этой крали
про каких-то дальних родственников.
Та испугалась, ноги в руки -
и дёру от неё.
- Так.
- Давай. - Нет, дед.
Я ненадолго,
сорняки без меня не трогать.
- Слушаюсь, командир!
- Я же, когда эту Еву
на почте-то увидела,
ну вылитая, вылитая Глаша Самойлова,
соседка моя бывшая.
Ей тогда, в 41-м, было лет 17-18.
Так вот, у Глаши тогда полковник
немецкий квартировал.
Так вот наши деревенские судачили,
что меж ними, ну,
у Глаши и у полковника этого,
шашни были.
Ой, невзлюбили её тогда.
Бывало, идёт - так вслед ей плюют,
ругаются страшно.
Ей потом даже пришлось уехать
из нашей деревни.
(звонит телефон)
- Алло, Кузь, можешь срочно дать
генеалогический запрос в архив?
Есть подозрения, что Ева Бурцева -
это правнучка Глаши Самойловой
из Бубново.
- Сделаем.
- Всё, давай, спасибо. - Ага.
- И что дальше было?
- Ну, что...
Полковник этот, он не плохой был,
нет. Он был не плохой.
- Баб Вер, а может, помните,
как он выглядел, а?
- Олесь, ну нет, сейчас уж
не помню. Хотя...
Ты знаешь, глаза...
Глаза у него были разные -
один светлый, другой тёмный.
- Гетерохромия называется.
(звонит телефон)
- Да, Кузь.
- Олесь, готово.
- Что, так быстро?
- Во-первых, этот запрос подавал я,
а у меня в Москве всё схвачено.
Ну, короче, дело не в этом.
Баба Вера не обозналась,
Ева - правнучка Глаши.
- Я так и знала.
Теперь понятно, что в Ольховку
она приехала явно не из-за диплома.
- Получается, что так.
- Всё, давай, пока.
- Ну давай.
(интригующая музыка)
- У Евы тоже разный цвет глаз,
получается, Курц - её прадед.
- Но это ещё надо доказать.
Как и то, что именно о Курце
рассказывает баба Вера.
- Да это понятно.
Но если Ева - правнучка Курца,
то теперь ясно, зачем она искала
это захоронение.
- И зачем?
- Хочет доказать родство.
- И получить наследство!
- Да откуда ты знаешь,
что у неё есть наследство?
- Это надо проверить. Но в ответе
на мой запрос было сказано,
что у полковника не было
родственников, кроме как родителей.
А получается, Ева может быть
единственной наследницей.
- И ты туда же.
Это какая-то фантастика, ребята.
У нас нет ничего на Еву,
кроме её разноцветных глаз.
А на Ярослава полно улик!
- У меня есть план.
- Опять?
- Да.
(интригующая музыка)
- Ой, а я тебя узнала.
Моя ж ты красота. Ну, здравствуй.
- Здрасте.
- Ой...
Я вот на процедуры.
Магнит выписали для колена. Болит.
Ну ничего, бог даст,
я сегодня ещё к вечеру
и до ольховского клуба доползу.
Там Олеся сегодня что учудила -
вечер воспоминаний для пожилых.
Я тоже хочу рассказать про войну,
как немцы у нас стояли.
Про Глашу.
- Олеся там тоже будет?
- А как же, конечно.
Ой, что же я тут с тобой
заболталась совсем.
А мне на процедуры надо, ох...
- Слушайте,
а давайте я вас до дома провожу
после процедур?
Вы мне про войну расскажете,
потренируетесь перед выступлением.
- А почему нет? Пойдём.
Пойдём, чайку попьём.
Ох, что ж так болит-то...
Потом мы Глашу с мамой
в городе на рынке встретили.
Она тогда с дочкой была, с Машей.
А твою бабку-то случайно
не Марией звали?
- Нет.
Баб Вер, а зачем вы
печку топите? Лето же.
- Ох, это не лето,
а старость не радость.
Мёрзну я.
- Ладно, я пойду.
Спасибо вам за чай, за рассказы.
Мне надо над дипломом пыхтеть.
- Ну да, надо так надо.
Иди, иди, моя красота.
Как говорится,
делу время, потехе самовар.
(напряжённая музыка)
- Ты решила избавиться от свидетеля?
- Что? Я... я просто пришла в гости.
- Ты закрыла заслонку печи.
Если это сделать, человек умрёт,
просто угорит насмерть.
Все это прекрасно знают,
и ты это сделала специально.
У меня всё зафиксировано на видео.
- Убери камеру!
Убери телефон! Дай!
Убери камеру, не снимай меня!
- Руки! Руки. Спокойно, спокойно.
Что у нас тут,
покушение на убийство?
Знаете, что за статья? Узнаете.
Советую чистосердечное.
Вину смягчает и душу очищает.
Если, конечно, она у вас есть.
- Я ума не приложу!
Наш план сработал.
- Да не наш план, твой план.
- Ну ладно, мой план.
Зато ты догадался про ручку
двери в санатории.
- Ну, не без этого. Рад стараться.
Вообще, вообще всё ты.
Ко мне, может, зайдём, чаю попьём?
- Давай.
- Давай.
(лирическая музыка)
- Кузь, я, наверное, пойду.
Тебе пора.
(лирическая музыка)
- Что ж такое, а?
- Я не буду ничего говорить.
Я требую адвоката.
- Красивая.
Но роза гибнет от мороза,
а юность гибнет в лагерях.
Как "пятнашку" отмотаешь,
увянет твоя красота, жаль.
А вот если всё расскажешь,
срок могут и скостить.
Вот. Давай рассказывай,
как узнала о родстве с полковником.
- От бабки.
А той мать перед смертью сказала.
- А о наследстве?
- Скаталась в Германию. Выяснилось
что я его единственная родственница.
Потом пошерстила по сайтам
швейцарских банков,
оказалось, что у него там
на счету миллион евро.
- А что, так можно было?
А как же тайна вкладов?
- Если вы не в курсе, швейцарские
банки регулярно публикуют
списки владельцев "спящих" счетов.
Вы, похоже, в своей деревне
круглее ведра ничего не видели
и слаще морковки не ели.
- Строптивая.
Да, и ты решила, значит,
найти останки своего прадедушки, да?
- И с помощью экспертизы ДНК
доказать родство.
- Угу.
- Продвинутая молодёжь пошла.
Прям целый план, план "Барбаросса".
Ну, что дальше?
- Дальше я узнала, что могила Курца
где-то под Ольховкой.
- А с Тимуром как познакомилась?
- Нашла его через соцсети.
Наплела ему,
что на меня вышли немецкие
родственники этого полковника,
типа хотят найти его могилу
и останки захоронить на родине.
Вот, и типа за это предлагают
два ляма.
- А Тимуру ты сколько обещала?
- Половину.
Половину просто за то,
что он по своим контактам узнает,
где эта могила.
Он поговорил с этой бабкой, и...
План "Барбаросса" рухнул.
Он узнал про моё родство с Курцем
и решил изменить условия сделки.
Он потребовал 10 лямов или квартиру.
Я отказалась.
Тогда он сказал, что он откопает
жетон, заберёт себе,
а я вообще ничего не получу.
- Ты что делаешь? Дай сюда. А!
(стонет)
Ты чего...
(драматичная музыка)
(Андрей Гаврилович):
- Куда дела нож после убийства?
- Спрятала его в дупле,
когда к санаторию шла.
- Почему ты решила
подставить Ярослава?
- Я побоялась, что вы докопаетесь,
что Герасим тут ни при чём.
Вспомнила про этого сумасшедшего,
который доставал Тимура
своими заговорами.
- А ты знала, что Ярослав
подложил Тимуру Альгиз?
- Да. За день до...
до убийства Тимур нашёл у себя
в кармане эту руну.
Вот он разозлился, хотел
начистить рожу этому идиоту.
Я сказала, сначала нужно
закончить наше дело.
Он согласился и положил
руну обратно в карман.
(Андрей Гаврилович):
- А о шалаше Ярослава как узнала?
- Я проследила за ним.
Обыскала его шалаш,
нашла там фотку Тимура,
краску с ботинками.
- Прям целая схема.
Всё, чтобы скрыть убийство.
Что вы от меня хотите? Я убила
Тимура в состоянии аффекта!
- Это не аффект, деточка,
а обыкновенная алчность.
(напряжённая музыка)
- Да мужики все однолюбы!
Всю жизнь любят только одного
человека - себя.
- Привет, девчат!
Надюш, вы вроде с тётей Ниной
хотели в лес сходить?
Что там, есть земляника?
А что за молчанка?
Ты чего?
- Олеся.
Это тебе.
- Данила, так... мы же вроде
с тобой договорились?
- От чистого сердца.
- Даже слюнтяя малолетнего
не пожалела.
(тихая музыка)
- Ну всё, дед. Преступление раскрыто.
- Только что-то ты кислая,
как квашеная капуста.
Что, опять любовная тревога одолела?
- Да нет, дед, хуже.
Надя с Таней мне бойкот устроили.
Детский сад какой-то.
- Нинка сказала, что Надежда
на тебя зуб точит!
Будто у тебя опять с Гришкой
эти... шуры-муры закрутились, а?
- ёрш твою вошь... Дед.
Надька с Танькой видели, как Данила
мне подарил это дурацкое сердце.
- Данила? Гляди!
И он туда же,
раскудрит твою валентность!
Ай.
(тихая музыка)
А что с Гришкой?
Не собралась ли ты опять
в ту же реку ступить?
- Дед, не собралась.
- Да?
А чего мы тогда к нему шастаем?
- Это не моя тайна.
(тяжело вздыхает)
- Поглядишь ты...
Мадридский двор.
Серия 8
(тяжело дышит)
(шумно выдыхает)
- Ну, нашла чего? А то у тебя такой
голос был взволнованный.
- Смотри, кто-то нарисовал руну.
Краска свежая.
Она появилась здесь
сегодня ночью или утром.
Эта руна - Турисаз,
знак силы и власти.
Но у нас она повёрнута
в другую сторону,
а в этом случае она меняет значение
на противоположное.
- Типа кирдык?
- Типа того. Тупик.
Слушай,
а ведь Альгиз - руна защиты,
которую ты нашёл в кармане убитого,
она ведь тоже может менять смысл.
Ты не помнишь, как она лежала
в мешочке, когда ты её доставал?
Вот так или вот так?
- Не помню.
- Плохо.
Смотри-ка. Хм.
Что это за следы?
- Судя по размеру, следы мужские.
- Мамуль, привет.
- Привет. - Что на ужин?
- Сюрприз!
Картофельные драники с чесноком.
- Красота какая.
- Ой...
- Это что?
- Я на секундочку забежала
к тёте Зине, рецепт уточнить.
И вот, решили приготовить.
- Благодаря Настеньке
они получились просто супер.
- Ну ещё бы.
- Сметанку накладывай.
- Сюрприз, говоришь?
Не люблю сюрпризы.
(тихая музыка)
- Добрый вечер.
Я прошу прощения, не помешала?
- Нет, не помешала.
Проходи, Олесь, ты чего?
Что, кстати, звонила?
Как там у вас с вашими этими рунами?
Так, садись, вот. Так.
Насть, спасибо за помощь маме.
Тебе, наверное, пора.
- Ну раз мне пора,
тогда я, пожалуй, пойду.
(Кузя): - Угу.
- Приятного вечера!
- Мам, а можно чайку?
- Можно.
- Ну говори, что там с вашими рунами?
- Смотри.
Это руна защиты, Альгиз.
Её нашли в кармане
на месте преступления.
В перевёрнутом виде она меняет
значение на знак смерти, Тотен.
- Ну и что это даёт?
- Если эта руна в кармане убитого
означала не защиту, а смерть,
значит, ему её кто-то подложил.
Кто-то, кто очень хорошо
в этом разбирается.
Ярослав Ветров.
- Ярослав Ветров.
А это кто?
- Это оккультист из Бубново.
- У этого Ярослава вообще есть мотив?
С чего ему вдруг убивать Тимура?
- Ты прав, надо искать мотив.
- Надо искать, да.
- Здравствуй, Ярослав.
У нас к тебе ещё пара вопросов.
- Здрасте. Ну?
- Где ты был вчера ночью и утром?
- Дома. А что?
- Рядом с местом преступления кто-то
нарисовал ещё одну руну, Турисаз.
- Точно не я.
- Опять вы?
- Здравствуй, Аня. - Здрасте.
- Где вчера ночью и утром
был твой брат?
- Дома. С вечера никуда не выходил.
Ярик, я тебе тут всякие
шампунчики купила, мыло.
- Мыло давай сюда,
мне для обряда надо.
- Для какого обряда?
- Для раскрытия чакры чистоты тела.
- А просто помыться не судьба?
- Ну, можно и так.
(напряжённая музыка)
- Ты обратил внимание на брелок?
- Нет. На какой?
- У Ани точно такой же брелок,
как у Ольги, девушки Тимура,
только с подписью "Анна".
(Олеся):
Что у вас было с Тимуром?
Может, он тебя обидел,
а брат решил заступиться?
- Да нет, мы всего
пару недель "амурились".
Расстались нормально,
Ярик даже не знал об этой истории.
- А из-за чего вы расстались
с Тимуром?
- Да потому что он любил только себя.
Он и с Ольгой-то затусил
только из-за связей её отца.
Надоело на тракторе пахать,
захотелось в администрацию.
- Понятно.
Скажи, а где ты была
во вторник в 5:00 утра?
- Во вторник?
Э... у тёть Мани корова
телилась, Зорька.
Я проснулась как раз около 5:00,
слышу, она вёдрами гремит.
- По Ярославу тупик,
у него нет мотива.
- Погоди, нужно кое-что проверить.
- Ты куда звонишь?
- Странно, абонент не абонент.
Аня выронила визитку
юридической консультации.
- Ну и что?
- Как что, Данила?
Контора эта находится рядом
с железнодорожной станцией
у нас в районе.
Зачем бы Ане или её брату
понадобилось юридическая помощь?
- Ну да, действительно.
- Данил, будь добр,
сгоняй, пожалуйста, в район,
узнай, обращалась ли Аня или её брат
за юридической консультацией.
Если да, то по какому поводу.
- А давай вместе съездим, а? Заодно
на станции в кафе пообедать можно.
- Я не могу, мне нужно отлучиться
по очень важному делу.
А позже я заскочу в полицию, хорошо?
- Ясно, сделаем.
- Спасибо.
(напряжённая музыка)
(щебечут птицы)
(тихая музыка)
Гриш, привет!
- Привет.
- Как ты?
- Нормально.
Садись.
Как там ваше расследование?
- Продвигается.
(тихая лирическая музыка)
Подозреваем Ярослава Ветрова.
Знаешь такого?
- Конечно, знаю. Местный псих.
У него здесь местечко в лесу,
он там ритуалы свои проводит.
По башке от меня постоянно
получает, когда что-то подожжёт.
Не хватало, чтобы лес спалил.
(тихая лирическая музыка)
- Слушай, Гриш, а давай картошки
запечём на костре?
Чайку вскипятим?
Как в старые добрые времена.
Давно же не общались. У меня вот...
- Нет, не надо!
Прости.
Давай просто не сегодня.
- Что с тобой?
Тебе плохо?
- Душно как-то сегодня, да?
Да нормально.
- Это похоже на паническую атаку.
Так, дыши.
Дыши, пожалуйста, глубоко.
Давай. Глубоко. И медленно на пике
задерживаешь дыхание. Давай.
(тихая музыка)
Медленно, через открытый
рот выдыхаем.
Выдыхай.
- Так, всё. Всё.
Прошло, спасибо.
- Прости, пожалуйста, я просто
не понимала, что происходит.
- Всё в порядке, такое бывает.
Уже прошло.
- Тебя беспокоит что-то?
(напряжённая музыка)
- Ох, ладно.
В Кировской области
большой пожар был.
Я не смог спасти животных,
они были закрыты...
в кольце огня.
Так и сгорели на моих глазах.
(грустная музыка)
(Олеся):
- Прости, пожалуйста. Теперь я...
я знаю, что ты...
боишься, что это снова
может повториться.
- Наверное.
(напряжённая музыка)
- Ой, Надюх, может,
тебе показалось, а?
- Я что, слепая? Я своими глазами
видела, она его гладила!
- Так может, это просто по-дружески?
- Нравится ей мужиками крутить.
- Ты, главное, сама не накручивай, а?
С Олеськой поговори, всё прояснится.
- Да уж, не накручивай...
Ноги подними!
- Ну? Ну что там?
- Аня приходила к юристу
консультироваться
насчёт изнасилования.
- Ах...
- Какая Аня? Ты где был?
- В райцентре. Это я попросила Данилу
съездить туда и узнать.
А Аня - это сестра Ярослава!
- Марпл! Не слишком ли ты много
на себя берёшь?
Я здесь начальник!
И попрошу впредь
все следственные действия
согласовывать со мной.
А теперь рассказывай,
что ты там нарыл, в райцентре?
- Аня спрашивала у юриста,
как можно доказать изнасилование.
Ну, какие сроки за него дают.
Но потом быстро ушла,
когда юрист конкретно спросила,
было изнасилование или нет.
- А если Тимур изнасиловал Аню,
а она рассказала об этом брату?
И тогда у Ярослава
появляется мотив - месть!
- Да и алиби у него сомнительное.
Наверняка сестрёнка
выгораживает брата.
- Ну, проверяйте, а мне надо домой.
Сёмочка сказал: "Папа,
надо сегодня закрепить успех".
(романтичная музыка)
Ну-ну.
- Данила, ты огромный молодец.
Спасибо, что съездил в район.
(декламирует):
- "Я встретил вас - и всё былое
В отжившем сердце ожило..."
(Олеся смеётся):
- Что там у тебя отжило?
- Олеся, я...
Я давно хотел тебе признаться.
Я люблю тебя.
- Ты что, шутишь, что ли?
(романтичная музыка)
Данила, мне кажется, ты перепутал
дружбу с любовью.
Между нами ничего не может быть.
- Это из-за Кузи или из-за Гриши?
- Это в принципе.
Я тебя очень прошу больше
не делать таких признаний.
Пойдём. Ты хороший парень, ты...
Я уверена, ты встретишь
свою настоящую любовь.
Хорошо, что нас ещё никто не слышал.
И не смей расстраиваться!
(тихая музыка)
- Вот я бы себе никогда не позволил
служебного романа.
Другое дело - вне работы.
- Любимый...
- Кхм. Это я
про прошлое говорил, я...
Про далёкое прошлое.
Укладываем? Давай.
- Сёмочка...
- Опа.
- Честно говоря, я тоже против.
Ну, во-первых,
Олеся намного старше тебя.
Во-вторых, она просто помешана
на этих своих расследованиях.
Нет, не будет счастья
с такой женщиной.
- Что хотите говорите,
а я не отступлюсь!
- Доброе утро!
- Привет.
- Андрей Гаврилович.
Я чего пришла, нам бы с Данилой
в шалаш Ярослава сходить.
Думаю, мы найдём там очень много
всего интересного.
- Сходите, сходите.
С милым рай и в шалаше.
- Это вы о чём?
- Только не надо прикидываться.
Я понял, ты и этого юнца
решила окрутить?
Тебе мало Кузи с Гришей?
- Очень интересно.
И откуда вы об этом знаете?
- Какая разница, откуда я узнал?
Мне небезразлична судьба
племянника Галины.
- Если вы подслушали,
Андрей Гаврилович,
то вы должны были услышать,
что я ему отказала.
- Не отказала, отшила!
И женщины так специально делают,
чтобы ещё сильнее подсадить
мужика на крючок.
- Это не тот случай.
- Я сделаю всё, чтобы вы с этим Ромео
как можно меньше пересекались.
Даниле я поручил ещё раз
опросить трактористов,
тех, которые с Тимуром работали.
Может, что вспомнят.
- Отлично. Тогда в трудные
моменты расследований
я буду обращаться к Кузьме.
(щебет птиц)
Ого.
- Ага.
Милое местечко.
- Кузь. - Ай?
- Смотри, это ведь орудие убийства.
- Орудие, не орудие -
это нам экспертиза скажет.
- Ой!
- Чего?
- Гляди-ка.
Краска какая-то.
Странная, липкая.
Мне кажется, ею нарисовали
руну на дереве.
(напряжённая музыка)
- Башмаки.
Самодельные, что ли?
Ни фига себе размерчик.
- По-моему, такого размера были следы
на месте преступления, Кузь. - Да?
(звонит телефон)
- Сейчас.
- Давай.
- Ага.
- Здесь?
- Да.
Да, Данил.
(Данила): - Олесь.
Один тракторист видел
Тимура вместе с Евой
в Бубново за два дня до убийства.
- Да, я поняла.
Спасибо, ты настоящий друг, Данила.
- А вот теперь интересно.
Какие-то дела у Тимура с Евой.
- Нестыковочка.
- Угу.
(хрустнула ветка)
(шепотом):
В шалаш, быстро.
(тревожная музыка)
Ну привет, чародей. Тихо!
Скажешь, может,
откуда у тебя нож Тимура?
(Сёма плачет)
- Иду, котёночек мой голодный.
Сейчас мамочка тебя покормит.
Вот так вот, мой сладенький.
Всё хорошо. Вот так.
- Тёть Галь, у меня смена
закончилась, я погнал.
- Да, конечно, беги. Спасибо.
Даня! Подожди.
- Чего ещё?
- Ну-ка, вернись. Иди сюда.
Знаешь что,
побудь с ним ещё часик.
- Ну ты же сказала, до одиннадцати.
- Меня в больницу срочно вызывают.
И знаешь что? Он у тебя
очень много лежит в коляске.
Ты его почаще держи на ручках.
Вот так.
Ребёнок должен познавать мир.
(тихая музыка)
- Я в деревню за творогом приходила.
Этот ваш Тимур уже тогда начал
ко мне клеиться, я его отшила.
А он всё равно в санаторий припёрся.
- А почему ты сразу
об этом не сказала?
- Вы не спрашивали,
поэтому и не рассказывала.
- Аллергия?
- Да, на цветение.
- Какой у тебя цвет глаз интересный,
один голубой, второй коричневый.
Никогда такого не видела.
- Да...
Это у меня с рождения,
гетерохромия называется.
У вас ко мне всё?
- Где ты была позавчера ночью?
Точнее, утром, с 4:00 до 6:00?
- В номере. Я рано ложусь
и поздно встаю, отдыхаю. А что?
- Кто-то в это время нарисовал руну
на дереве, на месте преступления.
- Вы намекаете, что это я сделала?
Я не выходила из номера,
можете спросить у дежурной.
Всё?
(тихая музыка)
- Да не убивал я его.
- Факты, сынок, -
самая упрямая в мире вещь.
Ты воткнул нож в фото Тимура,
а перед этим его нашли мёртвым.
- Да, фотка Тимура у меня была.
Я хотел провести на него жупел,
обряд на смерть.
Но ножа я в глаза не видел.
- Ты уверен? У тебя есть мотив,
месть за сестру.
- Так сначала я реально думал,
что Тимур изнасиловал Аню.
Хотел наказать этого упыря,
но не физически,
а с помощью духов тьмы.
- А, решил психом прикинуться,
чтобы не в тюрьму, а в больничку?
- Андрей Гаврилович,
ну дайте ему договорить.
- Луна как раз убывала,
Марс был в Рыбах,
я бегом на кладбище,
заговорил руну на смерть,
оставалось только
подкинуть её Тимуру.
- Знаешь, я тоже провёл обряд.
Экспертиза называется.
Да, скоро узнаем, есть ли на ноже
твои отпечатки.
Но третий глаз мне уже
подсказывает, что есть.
- Да незачем мне его убивать.
- А когда ты пришёл
на тракторный двор?
- Как раз за день до его смерти,
часов в пять вечера.
(тревожная музыка)
- Слышь, ты что там делаешь, а?
Над вещами моими шаманишь?
- Духи, духи тебе отомстят
за надругательство над Аней!
- А, вот оно в чём дело.
Слушай, дядь,
сестрёнка твоя на меня гонит.
- Он поклялся, что не трогал Аню.
И я тогда выяснил,
что Тимур не соврал.
- Не было у нас ничего. Так, пару раз
в клубе поцеловались, и всё.
Мне проблемы с малолетками не нужны,
я ей нормально всё объяснил.
Даже прощения просил,
реально тебе говорю.
(тревожная музыка)
- А почему не забрал у Тимура руну,
когда понял, что он не виноват?
- Я решил сначала у Ани всё выяснить.
Она в отказ, но я ей дурман-корень
в чай подмешал,
у неё язык-то и развязался.
В общем, разрыдалась... - И?
- Да придумала она всё
про изнасилование.
Хотела отомстить Тимуру.
Обиделась, что он вместо неё
выбрал Ольгу.
Руну я не успел забрать.
Духи тьмы сделали своё дело.
(звонит телефон)
- Привет, Потапыч.
Понял. Понял. Не понял.
Понял. Конец связи.
Не понял?
На штык-ноже Тимура его кровь.
- А отпечатков Ярослава нету?
- Разумеется, нет, он их стёр.
- Ещё раз вам говорю,
я не видел никакого ножа!
- Так, а зачем ты на дереве
нарисовал новую руну?
- Это не я! Это какой-то дилетант,
на дереве руны не рисуют.
Их выжигают и вырезают ножом,
иначе символ теряет магическую силу.
А краской рисуют только
на металле или бумаге.
- Опять морочишь следствию голову?
На месте преступления нашли следы
твоих вот этих ритуальных башмаков.
- Да я не надевал их уже 100 лет!
И вообще, для ритуала на смерть
они не нужны,
а нужны для ритуала
на что-нибудь хорошее.
- Так, всё. Коля!
- Я.
- Забирай этого мага
к чёртовой матери.
А Герасима выпускай.
- Есть.
- Да не убивал я его!
- Поднимайтесь. Руки за спину.
- Марпл, ну что там у тебя такое?
Аллергия на поклонников?
- А это вы, наверное,
в мою краску вляпались.
Я в неё клещевину добавляю,
эта травка сильный зуд вызывает.
- Всё, уводи к чёрту.
- Краска?..
Андрей Гаврилович,
сегодня Ева при встрече со мной
постоянно чесала руку.
Так может быть, это она нарисовала
руну, чтобы подставить Ярослава?
- Так. Всё.
Всё, хватит,
у меня больше сил нету.
Я... я не кошка,
у меня не семь жизней.
- То есть ты думаешь,
что это она убила Тимура?
Но у неё алиби, она в ночь убийства
была у себя в номере в санатории.
- Я не знаю, у неё аллергия на руке
вроде точно такая же,
как у меня после краски
Ярослава, понимаешь?
- Угу.
- А следы на месте преступления
большего размера, чем её нога!
Тупик какой-то.
- Ну да.
Болит?
- Да чешется.
- Из аптечки, может, что-нибудь?..
- Да нет.
- Олесь, ты не расстраивайся.
У меня завтра дел немного,
подключусь, подумаем
что-нибудь ещё, да?
Тебя проводить, ты домой?
- Нет, я...
Я договорилась
с Гришей встретиться.
- А, ну...
- Спасибо тебе.
- Да ну...
- Гриш, ну... панические атаки,
они сами по себе не проходят
и могут привести
к неврозу и депрессии.
А в Красново есть очень
хороший психолог.
- Кто? Олесь, но я не сумасшедший.
Мы вчера поговорили,
у меня всё как рукой сняло.
Страхи ушли.
Чего?
- Скажи, а у тебя сапоги
какого размера?
- Ну, эти 48-го, наверное.
- Снимай.
- Зачем?
- Не спрашивай.
Следственный эксперимент.
- Опять?
Так.
Ну, и что?
(тихая музыка)
- Точно. Ева могла надеть ритуальные
башмаки Ярослава,
прийти на место преступления
и нарисовать руну,
чтобы его подставить!
- Логично.
- Надо еще раз проверить её алиби.
Гриш, спасибо тебе большое,
ты мне очень помог!
- Эй, Олесь!
- А?
Я ж в твоих не уйду.
(тихая музыка)
- Ой, извини, пожалуйста!
Извини, пожалуйста! Сейчас.
(Олеся смеётся)
(тихая музыка)
- Надюш, ну что у тебя случилось?
Ты в трубку прям раненой чайкой
крикнула, я суп забыла выключить.
- А ты ещё говорила,
что мне показалось,
что Олеся к Грише не липнет.
Я снова их видела!
Тихоня! Расследование она ведёт!
А сама в деревне
всех мужиков взбаламутила!
- Надюш, ну что-то не верится.
- Ох, ну я устрою этой гадине!
Ничего, теперь все в деревне
узнают, какая она.
Раков надо варить живыми!
(тихая музыка)
- Скажи, я бы могла выйти
через пожарный выход ночью,
скажем, позавчера?
- Могла, но есть одно "но".
- Какое?
- Дверь изнутри открывается
очень просто,
при нажатии ручки "Антипаника".
А если дверь закрыта,
то с улицы уже не войти.
(интригующая музыка)
- Мне кажется, я знаю,
как Ева могла вернуться в корпус.
- Как?
- Она могла вот к этой
ручке "Антипаника"
привязать какую-нибудь верёвку,
а другой конец...
а другой конец вывести наружу.
Смотри.
(интригующая музыка)
Аккуратно.
Вот и всё.
- Кузя...
- Что?
- Какой ты умный.
- Да ладно. Что, я зря, что ли,
год в Москве торчал?
- Ай, молодец, внуча.
Сорнякам везде у нас мотыга!
Ну что, всех преступников изловила?
- Да не всех пока, дед. Вот думаю.
- М!
Утром встретил Верку из Бубново.
И она рассказывала,
что неделю назад у почты
видела Тимура с какой-то
кралей неместной.
И приключился форменный анекдот.
- Что за анекдот, дед?
- Верка эта, старая кляча,
сослепу всё перепутала
и стала допытываться у этой крали
про каких-то дальних родственников.
Та испугалась, ноги в руки -
и дёру от неё.
- Так.
- Давай. - Нет, дед.
Я ненадолго,
сорняки без меня не трогать.
- Слушаюсь, командир!
- Я же, когда эту Еву
на почте-то увидела,
ну вылитая, вылитая Глаша Самойлова,
соседка моя бывшая.
Ей тогда, в 41-м, было лет 17-18.
Так вот, у Глаши тогда полковник
немецкий квартировал.
Так вот наши деревенские судачили,
что меж ними, ну,
у Глаши и у полковника этого,
шашни были.
Ой, невзлюбили её тогда.
Бывало, идёт - так вслед ей плюют,
ругаются страшно.
Ей потом даже пришлось уехать
из нашей деревни.
(звонит телефон)
- Алло, Кузь, можешь срочно дать
генеалогический запрос в архив?
Есть подозрения, что Ева Бурцева -
это правнучка Глаши Самойловой
из Бубново.
- Сделаем.
- Всё, давай, спасибо. - Ага.
- И что дальше было?
- Ну, что...
Полковник этот, он не плохой был,
нет. Он был не плохой.
- Баб Вер, а может, помните,
как он выглядел, а?
- Олесь, ну нет, сейчас уж
не помню. Хотя...
Ты знаешь, глаза...
Глаза у него были разные -
один светлый, другой тёмный.
- Гетерохромия называется.
(звонит телефон)
- Да, Кузь.
- Олесь, готово.
- Что, так быстро?
- Во-первых, этот запрос подавал я,
а у меня в Москве всё схвачено.
Ну, короче, дело не в этом.
Баба Вера не обозналась,
Ева - правнучка Глаши.
- Я так и знала.
Теперь понятно, что в Ольховку
она приехала явно не из-за диплома.
- Получается, что так.
- Всё, давай, пока.
- Ну давай.
(интригующая музыка)
- У Евы тоже разный цвет глаз,
получается, Курц - её прадед.
- Но это ещё надо доказать.
Как и то, что именно о Курце
рассказывает баба Вера.
- Да это понятно.
Но если Ева - правнучка Курца,
то теперь ясно, зачем она искала
это захоронение.
- И зачем?
- Хочет доказать родство.
- И получить наследство!
- Да откуда ты знаешь,
что у неё есть наследство?
- Это надо проверить. Но в ответе
на мой запрос было сказано,
что у полковника не было
родственников, кроме как родителей.
А получается, Ева может быть
единственной наследницей.
- И ты туда же.
Это какая-то фантастика, ребята.
У нас нет ничего на Еву,
кроме её разноцветных глаз.
А на Ярослава полно улик!
- У меня есть план.
- Опять?
- Да.
(интригующая музыка)
- Ой, а я тебя узнала.
Моя ж ты красота. Ну, здравствуй.
- Здрасте.
- Ой...
Я вот на процедуры.
Магнит выписали для колена. Болит.
Ну ничего, бог даст,
я сегодня ещё к вечеру
и до ольховского клуба доползу.
Там Олеся сегодня что учудила -
вечер воспоминаний для пожилых.
Я тоже хочу рассказать про войну,
как немцы у нас стояли.
Про Глашу.
- Олеся там тоже будет?
- А как же, конечно.
Ой, что же я тут с тобой
заболталась совсем.
А мне на процедуры надо, ох...
- Слушайте,
а давайте я вас до дома провожу
после процедур?
Вы мне про войну расскажете,
потренируетесь перед выступлением.
- А почему нет? Пойдём.
Пойдём, чайку попьём.
Ох, что ж так болит-то...
Потом мы Глашу с мамой
в городе на рынке встретили.
Она тогда с дочкой была, с Машей.
А твою бабку-то случайно
не Марией звали?
- Нет.
Баб Вер, а зачем вы
печку топите? Лето же.
- Ох, это не лето,
а старость не радость.
Мёрзну я.
- Ладно, я пойду.
Спасибо вам за чай, за рассказы.
Мне надо над дипломом пыхтеть.
- Ну да, надо так надо.
Иди, иди, моя красота.
Как говорится,
делу время, потехе самовар.
(напряжённая музыка)
- Ты решила избавиться от свидетеля?
- Что? Я... я просто пришла в гости.
- Ты закрыла заслонку печи.
Если это сделать, человек умрёт,
просто угорит насмерть.
Все это прекрасно знают,
и ты это сделала специально.
У меня всё зафиксировано на видео.
- Убери камеру!
Убери телефон! Дай!
Убери камеру, не снимай меня!
- Руки! Руки. Спокойно, спокойно.
Что у нас тут,
покушение на убийство?
Знаете, что за статья? Узнаете.
Советую чистосердечное.
Вину смягчает и душу очищает.
Если, конечно, она у вас есть.
- Я ума не приложу!
Наш план сработал.
- Да не наш план, твой план.
- Ну ладно, мой план.
Зато ты догадался про ручку
двери в санатории.
- Ну, не без этого. Рад стараться.
Вообще, вообще всё ты.
Ко мне, может, зайдём, чаю попьём?
- Давай.
- Давай.
(лирическая музыка)
- Кузь, я, наверное, пойду.
Тебе пора.
(лирическая музыка)
- Что ж такое, а?
- Я не буду ничего говорить.
Я требую адвоката.
- Красивая.
Но роза гибнет от мороза,
а юность гибнет в лагерях.
Как "пятнашку" отмотаешь,
увянет твоя красота, жаль.
А вот если всё расскажешь,
срок могут и скостить.
Вот. Давай рассказывай,
как узнала о родстве с полковником.
- От бабки.
А той мать перед смертью сказала.
- А о наследстве?
- Скаталась в Германию. Выяснилось
что я его единственная родственница.
Потом пошерстила по сайтам
швейцарских банков,
оказалось, что у него там
на счету миллион евро.
- А что, так можно было?
А как же тайна вкладов?
- Если вы не в курсе, швейцарские
банки регулярно публикуют
списки владельцев "спящих" счетов.
Вы, похоже, в своей деревне
круглее ведра ничего не видели
и слаще морковки не ели.
- Строптивая.
Да, и ты решила, значит,
найти останки своего прадедушки, да?
- И с помощью экспертизы ДНК
доказать родство.
- Угу.
- Продвинутая молодёжь пошла.
Прям целый план, план "Барбаросса".
Ну, что дальше?
- Дальше я узнала, что могила Курца
где-то под Ольховкой.
- А с Тимуром как познакомилась?
- Нашла его через соцсети.
Наплела ему,
что на меня вышли немецкие
родственники этого полковника,
типа хотят найти его могилу
и останки захоронить на родине.
Вот, и типа за это предлагают
два ляма.
- А Тимуру ты сколько обещала?
- Половину.
Половину просто за то,
что он по своим контактам узнает,
где эта могила.
Он поговорил с этой бабкой, и...
План "Барбаросса" рухнул.
Он узнал про моё родство с Курцем
и решил изменить условия сделки.
Он потребовал 10 лямов или квартиру.
Я отказалась.
Тогда он сказал, что он откопает
жетон, заберёт себе,
а я вообще ничего не получу.
- Ты что делаешь? Дай сюда. А!
(стонет)
Ты чего...
(драматичная музыка)
(Андрей Гаврилович):
- Куда дела нож после убийства?
- Спрятала его в дупле,
когда к санаторию шла.
- Почему ты решила
подставить Ярослава?
- Я побоялась, что вы докопаетесь,
что Герасим тут ни при чём.
Вспомнила про этого сумасшедшего,
который доставал Тимура
своими заговорами.
- А ты знала, что Ярослав
подложил Тимуру Альгиз?
- Да. За день до...
до убийства Тимур нашёл у себя
в кармане эту руну.
Вот он разозлился, хотел
начистить рожу этому идиоту.
Я сказала, сначала нужно
закончить наше дело.
Он согласился и положил
руну обратно в карман.
(Андрей Гаврилович):
- А о шалаше Ярослава как узнала?
- Я проследила за ним.
Обыскала его шалаш,
нашла там фотку Тимура,
краску с ботинками.
- Прям целая схема.
Всё, чтобы скрыть убийство.
Что вы от меня хотите? Я убила
Тимура в состоянии аффекта!
- Это не аффект, деточка,
а обыкновенная алчность.
(напряжённая музыка)
- Да мужики все однолюбы!
Всю жизнь любят только одного
человека - себя.
- Привет, девчат!
Надюш, вы вроде с тётей Ниной
хотели в лес сходить?
Что там, есть земляника?
А что за молчанка?
Ты чего?
- Олеся.
Это тебе.
- Данила, так... мы же вроде
с тобой договорились?
- От чистого сердца.
- Даже слюнтяя малолетнего
не пожалела.
(тихая музыка)
- Ну всё, дед. Преступление раскрыто.
- Только что-то ты кислая,
как квашеная капуста.
Что, опять любовная тревога одолела?
- Да нет, дед, хуже.
Надя с Таней мне бойкот устроили.
Детский сад какой-то.
- Нинка сказала, что Надежда
на тебя зуб точит!
Будто у тебя опять с Гришкой
эти... шуры-муры закрутились, а?
- ёрш твою вошь... Дед.
Надька с Танькой видели, как Данила
мне подарил это дурацкое сердце.
- Данила? Гляди!
И он туда же,
раскудрит твою валентность!
Ай.
(тихая музыка)
А что с Гришкой?
Не собралась ли ты опять
в ту же реку ступить?
- Дед, не собралась.
- Да?
А чего мы тогда к нему шастаем?
- Это не моя тайна.
(тяжело вздыхает)
- Поглядишь ты...
Мадридский двор.