Джузеппе Верди (1938 год). Фразы и цитаты из фильма

Giuseppe Verdi (1938)

Все фразы и цитаты

(Дж. Верди)
БОЖЕСТВЕННАЯ ГАРМОНИЯ
Я, Стефано Каваллетти, бесплатно
изготовил этот инструмент
увидев талант и стремление молодого
Верди научиться играть на нём.
Мне этого достаточно, чтобы почувствовать
удовлетворение. Год Господень 1821.
Губы пересохли,
дыхание затруднено,
как в пустынном саду...
Я буду петь её одна.
Когда ты будешь далеко.
Это будет ещё один способ
быть рядом с тобой.
Я не мог позволить тебе уйти,
не попрощавшись ещё раз.
Твоя скрипка.
Если я умру до твоего возвращения,
я оставлю её папе Верди, чтобы
ты не забыл свою первую ноту.
Как раньше.
Они были повсюду:
днём на бирже,
ночью в постели, а
утром в банке.
Послушайте, господин Барецци.
«Пусть он занимается музыкой.
Купите ему органильо».
«Пусть он занимается музыкой.
Купите ему органильо».
«Пусть он занимается музыкой.
Купите ему органильо».
С учётом того, что ронколинцы
всегда в долгах, это нелегко.
К счастью, ваша помощь
пришла вовремя.
Я горжусь тем, что
могу помогать вам.
Ваш сын родился гением.
Неизвестно, как и почему.
- Папа Верди, масло!
- Масло!
- Килограмм масла.
- Сейчас принесу.
Невозможно.
Гений не родился бы в лачуге,
рядом с такой лавкой.
Разве Иисус не родился в хлеву?
Это правда, я об этом не думал.
- Папа Верди, мы торопимся.
- Я иду!
Если бы они только знали!
Папа Верди, сколько
можно ждать?
Успокойтесь, по одному
и без крика.
- Три свечи.
- Держите.
Возьмите банку.
Не торопитесь.
- Сегодня я всё продам ронколинцам.
- Да здравствует Верди!
Однажды вы будете кричать по-настоящему
«Да здравствует Верди!», дорогие ронколинцы.
Но не в честь меня, а в честь
моего дорогого Пеппино.
Пеппино,
деньги на Милан и письмо от твоего
старого учителя Провези
для маэстро Ролла
из консерватории.
Экономь, воспользуйся рекомендацией,
работай и возвращайся скорее.
Моя дочь ждёт тебя.
Пора идти.
Терпение, Джакомино.
Папа Верди, скажи своему сыну,
чтобы он поторопился.
Я буду молиться за тебя.
Поехали, нужно добраться до Пармы
до темноты, у меня нет фонарей.
Не унывай и напиши, как только
встретишься с маэстро Ролла.
Может, мне было бы лучше
остаться и помогать отцу.
Это благородно.
Но если ты повторишь это ещё раз, я
тебя схвачу и силой усажу в карету.
Мы очень рады, что ты можешь
поехать в Милан.
Пеппино, у него нет
фонарей. Идём.
Пеппино!
Маэстро!
Пусть Бог сопровождает
тебя и вдохновляет,
как я вдохновлял тебя в
детстве, когда ты играл
на органе.
И. Р. КОНСЕРВАТОРИЯ
Хватит.
Синьор Верди, вы можете идти.
Талант более чем посредственный.
Нескладные, скованные руки.
Бездушная интерпретация.
Полное отсутствие
чувства стиля.
Кто это? Ты его знаешь?
- Нет.
- Он не из консерватории.
Джузеппина на него запала.
Глупышка, разве ты не видела,
какой он расстроенный?
Ты хочешь его утешить, да?
Посредственные аранжировки.
Если мы заполним миланскую
консерваторию такими людьми,
уважаемый маэстро Ролла,
прощай, музыка.
Ваше мнение, маэстро,
сурово и поспешно.
Я не говорю, что ничего
нельзя сделать.
Возможно, если приложить усилия
и набраться терпения...
Его талант не заслуживает того, чтобы
мы приняли его в консерваторию.
Это моё мнение.
Я разделяю мнение
профессора Абазили.
- И я.
- И я.
- Маэстро Лавинья.
- Вот он.
Сегодня репетиция, мы договорились на пять,
а сейчас уже шесть, я не понимаю задержки.
- Маэстро Лавинья.
- Дорогой Ролла.
Это молодой Верди, о котором
я вам рассказывал.
Я вручаю тебя в его руки.
Ты будешь учиться больше,
чем в консерватории.
Всех нас иногда неправильно судят.
Но некоторые приговоры
не имеют значения.
Важно работать серьёзно
и с энтузиазмом.
Присаживайтесь.
Смотри!
Меланхолик с бородой.
Он там в партере.
Он красивый.
Сегодня он выглядит
менее печальным.
Хватит притворяться сентиментальной.
Скажи прямо, что он тебе нравится.
Почему они не репетируют?
Оратория Гайдна требует
двух дирижёров.
Репетиция назначена на пять, а они
ещё не пришли, мы не знаем почему.
Маэстро Лавинья, нужно
перенести репетицию.
Ни в коем случае,
дорогой Массини.
У меня есть человек, способный
заменить двоих отсутствующих
и провести репетицию
так как положено.
Вот он.
Маэстро Джузеппе Верди.
Вы можете ему доверять.
- Нет, маэстро, я не могу.
- Да. Это воля Божья.
Бог хранит тебя и послал
сюда именно сегодня.
Господа, в связи с необъяснимым
отсутствием обоих дирижёров,
предлагается дирижировать ученику
маэстро Ролла, Джузеппе Верди.
Ты слышала?
Его зовут также, как и тебя.
Джузеппе Верди.
- Что они делают?
- Они специально это делают.
Господа, одно из двух:
либо партитуры неверны, либо
вы не умеете читать ноты.
Ноты были тщательно проверены,
синьор Верди.
Так что же?
Вы должны быть более внимательны.
Всё сначала.
Синьорина.
Да, вы.
Вы, да.
Вы учитесь в консерватории
как и остальные?
Да, маэстро.
Тогда встаньте рядом со своими однокурсницами
и сделайте что-нибудь со своим голосом.
Если сможете.
Продолжайте.
«Я рассказываю вам, мой покровитель,
о своём первом триумфе.
Я пять раз успешно дирижировал
ораторией Гайдна».
- Как?
- Гайдн, немец.
«И "Золушкой" Россини.
Молодой поэт Солера дал
мне либретто «Оберто».
Маэстро Провези умер во
время игры в церкви.
Умер?
Вдруг мы перестали
слышать музыку.
Мы побежали наверх.
Он был неподвижен.
Руки лежали на клавиатуре.
Они как будто прикасались к Славе
Божьей уже в вечности.
Бедный Провези.
Красивая смерть, игравшего
во Славу Божью.
Барецци и твои друзья хотят, чтобы ты
вернулся в Буссето, чтобы заменить его.
Кто тебе сказал, что это
изменит твою судьбу?
Там ты также сможешь учиться и работать
над своими произведениями.
Феррара был назначен на эту
должность без конкурса.
Нет, как раз в тот день,
когда возвращается Верди!
- Какое предательство.
- Какое оскорбление.
Это позор.
Буссето восстанет против
такой несправедливости.
Конкурс состоится, даже если
придётся обратиться...
Буссето не стоит
восставать ради меня.
Благодаря Лавинье, Монца назначает
меня без конкурса.
Папа он прав, Монца
ближе к Милану.
- Мы не тебя отпустим.
- Ты должен остаться.
Мы будем бороться за то, чтобы
ты стал нашим маэстро.
В воскресенье жители
Буссето увидят тебя
дирижирующим нашим
филармоническим оркестром,
который сегодня назначит
тебя своим дирижёром.
Оберто, граф С. Бонифачо
Пеппино.
Пеппино.
Ты ещё не спишь?
Я лежала и слушала, как
ты работаешь.
Потом пианино замолчало.
Я вышел подышать
свежим воздухом.
Когда у тебя всё получается, ты никуда
выходишь. Ты уже много ночей мучаешься.
- Нет, нет...
- Я знаю.
Преподавание изматывает тебя.
У тебя нет времени на свою работу,
а без работы ты не счастлив.
Боюсь, что любовь моего отца и жителей
Буссето, которые держат тебя здесь,
и моя любовь
мешают тебе...
Давай уедем.
Я поеду с тобой, куда ты захочешь.
Я ничего не боюсь.
Мне нужно совсем немного,
когда я с тобой.
Не сейчас.
Ты должна остаться здесь.
Есть вещи, куда более важные,
даже важнее моей работы.
Своей главной работой
я займусь позже.
КОЛЫБЕЛЬНАЯ
- Весь в мать!
- Весь в отца!
Конец
Джузеппе Верди.
Оберто, граф Сан-Бонифачо
Джузеппе Верди!
Конечно, это молодой маэстро,
который дирижировал музыкантами
в оратории Гайдна.
- Тот самый.
Хорошо, Беллини.
Если вся опера такая, то
она будет успешной.
- Где Верди?
- Здесь, в Милане.
Я хочу его немедленно увидеть.
Вы должно быть знаете, что
он немного заносчивый.
- Да, я знаю.
- И он злится на меня.
- За что?
- За что? Я посоветовал ему написать оперу,
дал ему либретто Оберто
и пообещал, что буду представлять
его интересы.
Банкротство филодраматического театра
не позволило мне это сделать.
Теперь мне нужно быть осторожным,
прежде чем что-то обещать.
Он живёт здесь уже несколько месяцев
со своей женой и двумя детьми.
- С женой и двумя детьми?
- Да.
Он женился на дочери
своего покровителя,
Барецци из Буссето.
Зачем ему надо было жениться
в столь молодом возрасте?
Если дети помогают
ему писать оперы,
то пусть у него будет
куча близнецов.
Сегодня днём я схожу к Мерелли.
Приходите завтра к Верди в это же время,
но не говорите ему ничего обо мне.
- Ты уверен?
- На этот раз точно.
Пеппино, Мерелли ждёт нас.
«Ла Скала» открывает для вас свои
двери, мы не можем опаздывать.
Я даже боюсь радоваться.
Не питай иллюзий,
будет нелегко.
Предприниматель не станет представлять
оперу неизвестного автора просто так.
Пока, Вирджиния.
До свидания.
- Будьте осторожны, что бы там ни было...
- Осторожны?
Это сложнее, чем добиться
постановки оперы.
- Маэстро Верди.
- Осталось провести показ.
Устраивайтесь поудобнее.
Мерелли уже должен быть здесь.
Он скоро будет.
Вы верите в предчувствие?
- Я — нет.
- А я — да.
Я выбрала вашу оперу, чтобы
исполнить её в «Ла Скала».
Я всегда думал, что авторы
выбирают исполнителей,
а не наоборот.
Какой же он гений!
Главное, чтобы вам
нравилась моя музыка.
Ну, она мне нравится, а вам
должен понравиться мой голос.
Он нравится всему Милану.
Вы доверяете себя
больше, чем Дуомо?
Я надеялась увидеть вас
ликующим от радости.
- Знаете, кто вы?
- Зверь.
Даже зверей можно приручить.
Автор и исполнительница
уже ссорятся?
Очень приятно.
Маэстро, нужно завоевать
расположение публики.
- При условии...
- Подождите, пока я уйду.
Уверена, он скажет ещё какую-нибудь грубость,
а я предпочитаю этого не слышать.
Мне нужно идти на репетицию.
Мерелли нравится ваша опера,
но он хочет внести некоторые изменения.
Будьте разумны.
Пока,
синьор зверь.
Не злитесь на него, он
такой, какой есть.
Злиться? Мне нравится
его гордый характер.
Поезжайте с ними, не идите на
попятную, а то всё испортите.
Либретто в его нынешнем виде не годится.
Действие выходит из-под контроля,
персонажи плохо прописаны.
Поэт Солера согласен.
Он пришёл поговорить.
- Мы могли бы приступить к работе прямо сейчас.
- И надо бы подправить тесситуру.
Сегодня мало кто из исполнителей
обладает такими способностями.
- Почему?
- Нет.
Если Мерелли не гарантирует
мне лучшие оперные голоса
и не пообещает премьеру на карнавале,
я ничего не изменю.
Это безумие.
Разве ты не видишь, как тебе повезло?
- Ничего.
- «Ла Скала»!
Пришла одна дама.
Присмотрите за детьми.
- Проходите, пожалуйста.
- Я представлюсь.
Я - судьба вашего мужа.
Приятно познакомиться,
я давно вас ждала.
Ваш муж меня игнорирует.
- Он хороший человек.
- Он очень своеобразный.
- Но расскажите мне.
- Рассказывать особо нечего.
Он невзлюбил меня
с нашей первой встречи
три года назад
в консерватории.
Джузеппина Стреппони?
- Вы меня знаете?
- Нет, но...
я знаю про антипатию.
Маэстро ошибается.
Я открываю ему двери «Ла Скала»,
а он отказывается войти.
Я пришла сказать вам,
чтобы он не пренебрегал своей удачей и не был
таким упрямым, это ни к чему не приведёт.
Я упрямее его.
Я буду продолжать
делать и говорить...
ОБЕРТО
ГРАФ ди САН БОНИФАЧО
Либретто
Темистокле Солера
Музыка маэстро:
ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ
Теперь вы верите в предчувствие?
Мерелли подготовил ещё один контракт.
- Что случилось, доктор?
- Старший заразил младшего.
В Милане свирепствует ветрянка.
Я советую вам быть осторожными, особенно
вашей жене, которая ухаживает за ними.
Доктор, это очень серьёзно?
Да, но есть надежда
спасти их.
Темистокле Солера
"День правления"
Опера-буфф
Мерелли настаивает, чтобы
я написал оперу-буфф.
Я не могу, я не умею смешить.
- Ты умеешь всё.
- Я ничего не умею.
И я ничего не могу
сделать для них.
Я имею ввиду, что Мерелли настаивает.
Он не позволяет мне изменить жанр оперы.
Он не прислушивается к голосу разума.
Он хочет оперу-буфф.
- Он говорит, что публика хочет веселиться.
- Это чудовищно, бесчеловечно.
- Напиши, ты способен на чудо.
- Чудо?
- То, что я напишу будет ужасно.
- Так не будет, даже если вы этого захотите.
Я рад, что вы так думаете,
Но я в это не верю.
Я вернусь завтра.
Солера,
скажите синьору Мерелли, что
маэстро закончит оперу.
"Король на час" Джузеппе Верди.
Хористы к 10, артисты к 11,
руководитель оркестра к 12.
Я вернусь, как только
закончится репетиция.
- Ты вся горишь.
- Наверное, это от усталости.
- Береги себя.
- Я лягу, и всё пройдёт.
Добрый день, синьор Верди, я
пришёл за арендной платой.
Моя жена вам заплатит.
Добрый день, синьора.
Я столкнулся с вашим мужем, он
сказал, что вы мне заплатите.
Пожалуйста, подождите.
Мой муж думал, что дома
есть деньги, но...
Извините, приходите завтра.
Я уже привык.
Хорошего дня, синьора.
ЛОМБАРД
Я бы хотела пятьсот сванцигов,
это возможно?
Посмотрим.
- Как вас зовут?
- Маргарита Верди.
- Вы сестра маэстро?
- Нет, его жена.
«Ла Скала» представляет на днях
оперу вашего мужа, а вы...
- Искусство — это сложно.
- Ещё бы. Посмотрите на меня.
Вы тоже артист?
Поэт-романтик.
Антонио Гисланциони.
Знаете, о чём я мечтаю?
Написать либретто для вашего
мужа. Я слышал «Оберто».
Оно очень цепляет.
Я не должен давать вам больше
пятисот сванцигов.
Но я дам вам тысячу.
Артисты должны помогать
друг другу.
Вы не согласны?
Спасибо.
Объясните мне, барон, в чём
причина этой ссоры?
- Сир, это оскорбление.
- Оскорбление.
Незначительная обида.
- Неприятие.
- Угроза.
- Он оскорбил меня...
- Она размахивает руками.
Держитесь, маэстро,
опера понравится.
Публика будет с вами.
Она знает, как трудно
вы её писали.
Публика ничего не знает.
Толпа безжалостна.
Сдерживайте свой гнев,
убирайтесь отсюда.
Вам нужно идти домой, ваша жена
нездорова, ей вызвали врача.
С вашего позволения.
Она в тяжёлом состоянии.
Он навлечёт на себя
королевский гнев.
Простите нас, о
Ваше Величество!
Пеппино.
Маргарита, дорогая, как ты?
Как проходит работа
над оперой?
Ты доволен репетициями?
- Когда премьера?
- В понедельник.
Сегодня суббота.
Да хранит тебя Бог.
К дьяволу оперу. Я думаю только
о том, как бы тебя вылечить.
Это будет прекрасный вечер.
Но меня там не будет.
Какой ты красивый.
Тебе нужно идти.
Наверное, зал уже
заполнен зрителями.
Я уверена, что ты добьешься успеха.
Отсюда я буду представлять
себе бурные аплодисменты.
Ты должен пойти за ней.
Возможно, ожидание успеха
держит ее в живых.
Каким бы ни был результат, не
стоит слишком волноваться.
Она должна дожить
до премьеры.
Как ты представил эту дрянь?
Опера-буфф?
Это похоронный марш.
Похороны Верди.
Пусть земля ему будет пухом.
Папа...
Папа...
Он уже здесь.
Это он.
Давай, расскажи мне.
Расскажи мне.
Успех.
Неописуемый успех, Маргарита.
Расскажи мне, порадуй меня.
Они не переставали
аплодировать.
Женщины бросали мне
цветы из лож.
А меня не было.
Кто-нибудь спрашивал
тебя обо мне.
Да, все.
Это был всеобщий крик,
они не переставали повторять:
«А где синьора Верди?
Жаль, что её нет».
Синьоры Верди больше
не будет
рядом с тобой.
Ты всегда будешь со мной.
Ты поправишься.
Нет, Джузеппе.
Всё кончено.
Папа...
Папа, скажи Джузеппе,
что если он не хочет
чтобы я умерла несчастной,
он должен поклясться мне,
нашими детьми на небесах,
что никогда, никогда
не будет другой
синьоры Верди.
Маргарита,
дочь моя.
Ты снова полюбишь.
У тебя будут другие.
Но не вторая жена.
Нет.
Я не хочу.
Поклянись мне.
- Поклянись.
- Я клянусь.
Я клянусь тебе.
Добрый вечер.
Мне дали десять неправильных
адресов.
Я объездила весь Милан, но
не смогла найти Верди.
- Он исчез?
- Его уже давно никто не видел.
- Куда он делся?
- Он умер и похоронен.
Ты умрёшь и будешь
похоронен.
Верди воскреснет.
Суп и кусок хлеба.
Пришёл тот господин.
Скажи ему, что если он не заплатит
за три дня, то не получит еды.
Хозяин говорит, что вы
должны оплатить долг.
Мальчик!
Не знаю, смогу ли я...
Это маэстро Верди, он поставил
две оперы в «Ла Скала».
Верди?
Это недопустимо, чтобы
прославленный Верди...
Вы ошибаетесь.
Маэстро Верди не прославленный
и я не Верди.
- Какое жуткое сходство.
- Да, верно.
В любом случае, спасибо.
Здесь живёт маэстро
Джузеппе Верди?
- Маэстро Верди?
- Да.
- Высокий, с бородой?
- Да.
- Да, он живёт здесь, на последнем этаже.
- Спасибо.
Дайте мне за это
несколько каштанов.
Не будь дураком, за это время
ты подхватишь пневмонию.
Вот, за каштаны ты заплатишь,
когда станешь знаменитым.
Спасибо.
Бедняжка.
- Солера.
- Мерелли.
Николя принёс ваше
либретто «Набукко».
- Он отказывается писать музыку.
- Да?
Он, наверное, даже
не читал его.
Верди!
Верди!
Джузеппина искала вас
по всему Милану.
Неужели в Милане ещё кто-то
переживает за меня?
Многие.
Мы всё надеемся, что вы, наконец,
очнётесь от этого долгого сна.
Я не позволю вам
так легко уйти.
Знаете, о ком я думаю?
О маэстро Ролла.
Помнишь, что он говорил?
Это воля Божья.
Надо признать, что
он был прав.
Потому что только сейчас этот
высокомерный маэстро Николя
отказался от замечательного,
потрясающего, великолепного либретто.
И вот тут появляетесь вы.
Послушайте, Верди.
- Пеппино.
- Солера, дай ему «Набукко».
- Моё лучшее либретто. Возьмите.
- Я передам.
- Что мне с ним делать?
- Прочтите.
Я больше не пишу.
Вы должны восстановиться,
работать, возродиться.
«Ла Скала» всегда будет
открыт для вас.
Мёртвым не дают либретто.
Я даю его вам, даже если
вы этого не хотите.
Привратница!
Привратница!
- Кто принёс этот инструмент?
- Какая-то незнакомая мне женщина.
Она оставила записку,
подождите.
Её зовут Строккони,
Стаккони...
- Стреппони!
- Вы не должны были её принимать.
А я откуда знала.
Ну и дела!
Лети, мысль, на золотых крыльях;
лети, отдыхая на горах и холмах,
где воздух напоён теплом и нежностью,
сладостным ароматом родной земли!
Золотая арфа древних
пророков...
О, прекрасная
утраченная Родина!
Дорогие, роковые
воспоминания!..
Чудо свершилось.
НАБУККО
Опера в четырёх действиях:
ТЕМИСТОКЛЕ СОЛЕРА
Музыка маэстро:
ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ
... Пусть прозвучит твой стон, столь
же горький, как судьба Иерусалима,
пусть Господь внушит
тебе мелодию,
которая даст нам
силы страдать!
Которая даст нам
силы страдать!
Которая даст
нам силы
страдать!
Силы страдать!
Доброе утро, бабушка.
- Вы меня узнаёте?
- Я?
- Да.
- Я в большом долгу перед вами.
- Перед мной?
Вот, держите.
Возьмите, это вас согреет.
До свидания, бабушка.
Боже мой, я похожа
на синьору.
Большое спасибо, сынок.
Большое спасибо.
Какой хороший человек.
Куда мы приехали?
К Маффеям. Они ждут тебя.
Бальзак в Милане и хочет
с тобой познакомиться.
- О, нет.
- Не будь таким занудой.
Нужно стараться
нравиться другим.
Особенно тем, кто тебя любит.
Это не так уж и сложно,
давай, попробуй.
Господин де Бальзак, Верди.
Господин де Бальзак, Джузеппина Стреппони,
самый красивый голос «Ла Скала».
- Маэстро Верди.
- Я аплодировал вашей опере «Набукко».
Маэстро Верди, вы - гений.
Спасибо, господин Бальзак,
но я не люблю преувеличений.
- Маэстро.
- Да?
В Париже я познакомился с Беллини,
он был более дружелюбным.
В глубине души он
сама скромность.
Во Франции, когда говорят, что я гениальный
романист, меня это нисколько не смущает.
Скорее, я чувствую
себя польщённым.
Но это не имеет значения.
Набукко — это шедевр.
Она уже стала песней его
величайшей страсти.
Поприветствуй берега Иордана,
разрушенные башни Сиона...
О, прекрасная
утраченная родина!
Дорогие, роковые воспоминания!
Даже если вы снова будете со мной пререкаться,
я не перестану утверждать, что вы — гений.
Народного искусства.
Единственного, которое имеет значение.
Искусство, которое возвышает людей.
Искусство Данте и Шекспира.
И, без ложной скромности,
моё и ваше.
Вы — голос своей Родины.
Народа, скованного цепями,
который не может говорить.
И поёт здесь.
Воспряньте, несчастные братья!
Моими устами говорит Господь!
Во мраке будущего я различаю —
вот, разорваны недостойные цепи!
ЛОМБАРДЦЫ В ПЕРВОМ КРЕСТОВОМ ПОХОДЕ
Опера маэстро
ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ
О, свежие ауры, проносящиеся
над головой.
Потоки
с ломбардских лугов.
Вечные источники,
чистых озёр.
О, виноградники
позолоченные солнцем.
Удача снова улыбается тебе.
Граф Мочиниго хочет поставить твою
следующую оперу в театре Ла Фениче.
Почему он пишет тебе?
Потому что...
он хочет, чтобы я играла
главную роль.
Нет, Джузеппина Стреппони
больше не будет петь.
И почему?
Потому что ты должна любить меня.
Не публику, не критиков,
не героев произведений.
Если ты меня так любишь,
почему мы не поженимся?
- Ты должна любить меня так же, как я люблю тебя.
- Почему бы тебе не сказать мне это?
Пока ты не скажешь мне это,
я буду продолжать петь.
- Цензор хочет увидеть либретто.
- Я ничего не изменю.
Цензор злится, он
хочет тебя видеть.
- Я не пойду, я не буду разговаривать.
- Надо узнать, что он хочет.
Синьора Верди.
Синьора Верди.
Я ещё не синьора Верди.
Будете. Прошу.
Я пришла к вам из-за сокращений, которые
цензура налагает на «Ломбардцев»,
чтобы угодить архиепископу
Милана.
- Что говорит маэстро Верди?
- Он ничего не сократит. Он скорее снимет оперу.
Это уже слишком.
У Верди нет середины:
или всё, или ничего.
Я слишком уважаю маэстро,
чтобы ему перечить.
Но, оберегаю, так сказать,
самолюбие архиепископа.
Вы уверены, что маэстро
откажется заменить
«радуйся» на «спасайся»?
«Радуйся» на «спасайся»?
Да, синьора. Вот здесь.
В либретто.
Где это?
Вот здесь, смотрите.
Здесь поют «Радуйся Мария».
Архиепископ с этим не согласен.
Но он согласился на то, чтобы
вместо этого здесь пели
«Спасайся Мария».
Вы спросите у маэстро?
Если дело только в этом,
считайте, всё решено.
Архиепископ убирает три
буквы и добавляет пять.
Верди сказал: «Я ничего не сокращу».
Но архиепископ не сокращает, а добавляет.
Да, это правда.
Синьор граф, Его Превосходительство
губернатор ждёт вас.
Успокойте прославленного маэстро, его
музыка будет звучать по всей Италии
без каких-либо препятствий.
- Моё почтение, синьора.
- До свидания.
Надо подрезать крылья
музыке Верди.
Полиция говорит, что
её поют повсюду,
придавая невинным словам
самые крамольные значения.
Её также играют во дворце
императорского правительства.
Это моя жена.
Она так проводит время.
Она влюблена в музыку,
и играет наивно.
Не как другие.
Другие поют замышляя заговор,
скрываясь, угрожая нам.
Вы знаете, что делает музыка,
которую вы защищаете?
Она готовит революцию.
БИТВА ПРИ ЛЕНЬЯНО
ОПЕРА в четырёх действиях
САЛЬВАТОРЕ КАММАРАНО
Музыка МАЭСТРО
ДЖ.ВЕРДИ
Ты обратил внимание на написание фамилии?
Это просто замечательно.
Смотри.
Витторио Эммануэле, король Италии.
- Да здравствует Верди!
- Верди!
- Да здравствует Верди!
- Верди!
- Да здравствует Верди!
- Верди!
Когда они кричат:
«Да здравствует Верди!»,
они кричат: «Да здравствует Витторио
Эммануэле, король Италии!».
Он заберёт всю мою славу.
Они восхваляют Италию
через ваше имя.
Оно вызывает восторг у итальянцев,
которые всё ещё лишёны Родины.
Мне тоже нужно хотя бы раз крикнуть:
«Да здравствует Верди!».
- А Джузеппина?
- Она не захотела ехать в Рим.
Она уехала в Париж.
Снова петь.
Она напишет вам, чтобы
попросить прощения.
Да здравствует Верди!
Да здравствует Верди!
- Так ты останешься в Париже?
- Нет, Доницетти.
Большие города
не для меня.
Я встречусь с Виктором Гюго
по поводу «Риголетто»
и схожу на повторную премьеру
«Дамы с камелиями».
Ты еще не видел
«Даму с камелиями»?
- Нет.
- Это великолепная драма.
Это правдивая история Маргариты Готье,
которая существовала на самом деле.
Её звали Мария Дюплесси.
Порту.
Верди!
- Мой Верди!
- Джузеппина...
- Перестань, не устраивай спектакль.
- Это не имеет значения.
Я счастлива, что встретила
тебя благодаря Доницетти.
Здравствуй.
- Скажи, ты приехал из Лондона?
- Да.
- Ты приехал сегодня утром?
- Да.
А «повстанцы»?
- Потерпели фиаско.
- Я как чувствовала.
Я бы хотела побыть с тобой.
Тебе было очень трудно?
Нет.
А тебе нравится в Париже?
Я подписала контракт с Оперой.
- Пойдём, я всё тебе расскажу.
- Я не могу.
У меня назначена встреча
на два часа.
Маэстро Джузеппе Верди.
Синьор, я с нетерпением
ждал этого визита.
Лучше говорить напрямую, без
адвокатов и пустых слов.
Господин Виктор Гюго, вы не можете
обвинять меня в неуважении к вам.
Я глубоко восхищаюсь вашим творчеством.
Я почитаю ваше имя.
Слова, слова, господин Верди.
Их уже произносили другие.
То, что случилось с вами
и вашей оперой «Эрнани».
У либреттистов
нет совести.
В Италии они свободно
изменяют мои тексты.
Когда оперы привозят в Париж,
где я имею право их отменить,
волки превращаются в овец
и приходят с блеянием
просить прощения.
Господин Гюго, я обычно
не прошу прощения.
Я пришёл, чтобы объясниться.
Если в «Эрнани» издатель пренебрёг
своими обязательствами перед вами,
сейчас я пришёл к вам, чтобы просить
разрешения положить мою музыку,
честно и на законных основаниях,
на ещё одну вашу драму
«Король забавляется», название
которой я хочу изменить
на «Риголетто».
«Риголетто»?
Что это, чёрт возьми, значит?
Это итальянская адаптация имени
главного героя, шута Трибуле.
Это ошибка.
Главный герой не Трибуле,
а король Франции.
Я придаю большее значение Трибуле,
глубоко человечному герою.
Франциск I является второстепенным
персонажем.
Даже не мечтайте об этом.
Я не позволю вашим либреттистам делать
с моими драмами всё что им вздумается.
Я драматический поэт, ценящий свои
работы и не приемлющий изменений.
Господин Гюго, я должен
её изменить.
Если вы прославленный драматург,
то я театральный музыкант,
который знает, как театрально
и музыкально подать драму.
У меня очень твёрдый лоб,
маэстро Верди.
У меня он ещё твёрже,
господин Гюго.
Им лучше не сталкиваться.
Мы только поранимся,
но не разобьём их.
Я бы хотел познакомиться
с вашей музыкой.
Я не знаю вашего стиля. Во Франции о вас
отзываются или очень хорошо, или очень плохо.
Я бы хотел сам судить.
- У вас есть пианино?
- Вот оно.
- Вы будете играть «Эрнани»?
- Нет, «Риголетто».
Вы положили музыку на слова, не
дождавшись моего согласия?
- Отчасти.
- Видите?
Итальянцы распоряжаются моими работами
так, как будто они принадлежат им.
Я не дам своего согласия.
Я не буду её слушать.
Да, настал час ужасного
мщенья:
злобой и гневом душа
вся пылает!
Кровью должен я смыть
оскорбленье!
Нет пощады, — не дрогнет рука!
Как гром небесный
господь посылает,
как гром небесный
господь посылает,
так мой удар разом
настигнет тебя!
Давайте, продолжайте играть.
Быстрее, быстрее.
Я переехала.
Твои сундуки и твоё счастье
находятся на улице Ришелье, 91.
- Маэстро Верди?
- Да.
В мою душу
вторглась
сладкая
неведомая сила.
Маэстро Верди.
Что случилось?
Я вижу, ты не одна,
а в компании.
- В компании?
- Да, в компании с репертуаром.
Я пришёл. Ты, кажется,
хотела быть со мной.
А в гостиной ария Доницетти.
Я же тебе говорила, что подписала
контракт с Оперой.
И ты репетировала?
- Я нахожу тебя такой же, какой оставил.
- Да.
Влюблённой в тебя.
Хочешь проверить?
- Посмотри, что я сделаю с контрактом.
- Нет.
Какой в этом смысл?
Ты мне не веришь, да?
Я верю только в одно.
Даже если ты сейчас импульсивно пожертвуешь
своим контрактом, чтобы доказать любовь,
потом любой импресарио, который будет
настаивать, уговорит тебя петь.
Нет, нет, клянусь.
Если ты не будешь петь, то находясь
везде, где есть пианино,
я буду мучительно вспоминать
твой голос.
Нет, я люблю тебя.
Я думала, что смогу без тебя.
Я надеялась, что искусство
утешит меня. Я ошибалась.
Сейчас есть только Джузеппина.
Певицы больше нет.
Ты то же самое говорила в Милане.
Я ждал тебя в Риме, а ты уехала в Париж.
Ты хорошо знаешь причину.
Я хотела выйти за тебя замуж, а ты
мне отказал, не сказав почему.
Однажды вечером, когда мне
стало невмоготу, я уехала.
А если я снова откажу,
ты опять так сделаешь?
Ты меня больше не любишь.
- Какой же я была глупой, что
захотела тебя увидеть.
- А я пожалел, что пришёл сюда.
Что ж, тогда уходи,
так будет лучше.
- Буря из «Риголетто»?
- Да.
Замечательный отрывок.
Будь благословенна душа,
что сблизила нас.
Держи меня рядом с собой, даже если
мы не поженимся, не отпускай меня.
Так хорошо жить рядом с тобой.
Я бы хотел жениться, но...
я не могу, я не должен.
В ночь, когда умерла Маргарита, я поклялся
ей, что не будет другой синьоры Верди.
Ты понимаешь?
Теперь я понимаю.
И я люблю тебя ещё больше.
Добрый вечер, маэстро.
Зал переполнен.
Сбор восемь тысяч франков.
- Хорошая публика?
- Превосходная.
- Им весело, они взволнованы?
- Они даже не дышат.
Они слушают, что гораздо лучше.
- Маэстро Верди в моей ложе?
- Нет, там никого нет.
- Добрый вечер, господин Дюма.
- Добрый вечер, маэстро Верди.
- Простите за опоздание.
- Ничего страшного.
Я расскажу вам начало.
Я думаю, знаю его наизусть.
А где синьора Верди?
Поскольку наш союз не был узаконен,
она опасается, что наши хозяева...
Будут недовольны?
Мне не важны эти формальности.
Мой отец приучил меня
к незаконным союзам.
Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее.
ТЕАТР ДЮ ВОДЕВИЛЛЬ
ДАМА С КАМЕЛИЯМИ
ДАМА С КАМЕЛИЯМИ
АЛЕКСАНДР ДЮМА, СЫН
Оставь себе.
Когда ты будешь смотреть на него, время
от времени, ты будешь вспоминать меня.
Но если однажды женщина полюбит тебя и ты
женишься на ней, как это обычно бывает,
и найдёт этот портрет,
и станет ревновать, как это
свойственно нам женщинам,
попросит тебя избавиться
от него, не отказывайся.
Сделай это без сожаления.
Потому что с этого момента
я прощаю тебя.
Женщина, которая любит
слишком сильно страдает, когда
думает, что её не любят.
Ты понял?
Ты сделаешь?
- Отвечай.
- Маргарита...
Спи спокойно, Маргарита.
Тебе многое будет прощено...
Ты ведь так сильно любила.
Всё в порядке, маэстро?
Всё кончено.
Извините меня.
Странная галлюцинация.
Я на некоторое время отвлёкся
от вашей прекрасной комедии
и был с Маргаритой.
Вы правы.
Сегодня вечером она умерла
с необыкновенным
искусством.
Господин Дюма, прошу, позвольте
мне превратить её в оперу.
Я буду искренне рад,
потому я считаю, что
только ваша музыка
может влить кровь в вены
страдающего персонажа.
Спасибо.
Добрый вечер, дорогая.
Что это?
Я попросил Дюма разрешить
мне написать оперу.
- Вор.
- Почему?
Ты лишил меня радости
посоветовать тебе это.
В качестве компенсации я скажу
тебе хорошую новость.
Мне сообщили, что вилла Санта-Агата
уже может принимать гостей.
- Кто это?
- Любовница Верди.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
Мы вернёмся позже.
- Бесстыдница.
- Посмотрите, как она вышагивает.
Она даже осмелилась
войти в церковь.
Ей следует запретить,
она одержимая.
- Бедная Маргарита, у неё плохая память.
- Это скандал, это кощунство.
Положите всё в корзину.
Я сама заберу.
Синьор Барецци?
Вот, пожалуйста.
Вас не удивляет, синьор Барецци,
что я обращаюсь вам?
Я много чего сделала
ради любви к Верди.
И вы, ради любви к Верди,
выслушаете меня.
Сплетни буссетанцев
меня не трогают.
Мне больно от того,
что Верди страдает
и это лишает его уважения.
Ничто и никто не заставит меня
изменить мои чувства к нему.
Я уверена.
И почему бы, приложив небольшое
усилие, одним словом,
не дать ему почувствовать,
что Барецци
всё тот же?
Тот, кто своей любовью
и привязанностью направил
талант маэстро.
Нельзя отказываться
от отцовства.
Кто сказал, что я отказался?
Если бы мы были не в Буссето,
я бы обняла вас.
Пьяве, вы пишете либретто,
не защищайте буссетанцев.
- Маэстро...
- Не давите на меня.
Маэстро прав.
Я с гордостью скажу
им: «Синьоры,
я с честью ношу ваше имя
по всему миру».
Дамы из Буссето игнорируют Джузеппину,
потому что она не моя жена.
Пусть эти дамы знают, что они должны
уважать её больше, чем меня.
Никто не имеет права
её оскорблять.
Джузеппина,
завтра мы уезжаем.
Поговорим позже.
К тебе посетитель.
- Я никого не хочу видеть.
- Это Барецци.
- Барецци дома?
- Да.
- Где он сейчас?
- Он здесь.
Папа Барецци!
Папа Барецци!
К дьяволу Буссето.
Мне плевать.
- Барецци здесь?
- Да.
- И что?
- Он очень хотел увидеться.
- Я предоставила ему такую возможность.
- Вы просто ангел.
Я люблю Верди.
Джузеппина очень тебя любит.
Джузеппина страдает.
Женись на ней.
- Нет.
- Я освобождаю тебя от клятвы.
Маргарита поймёт это
там, наверху.
Джузеппе Верди, хотите ли вы
взять в законные супруги
Джузеппину Стреппони,
присутствующую здесь?
Да.
Это самая красивая музыкальная
нота, которую ты написал.
Джузеппина Стреппони,
хотите ли вы взять в законные супруги
Джузеппе Верди, присутствующего здесь?
Маэстро Верди, как я
сегодня буду петь
арию герцога Мантуанского,
если вы её ещё не написали?
Вот она. Она уже готова.
Но она настолько запоминающаяся,
что, если кто-нибудь её услышит,
то вся Венеция будет
петь её раньше вас.
Мне ведь нужно её выучить,
не так ли?
Подождите.
Увезите нас подальше
от берега.
Вот, здесь нас никто не услышит.
О, нет.
У вас большие уши.
Их нужно будет заткнуть.
Держите.
Сердце красавиц
склонно к измене
и к перемене,
как ветер мая.
С нежной улыбкою
в страсти клянутся,
плачут, смеются,
нам изменяя.
Вечно смеются,
нас увлекают,
и изменяют
так же шутя,
да, так же шутя!
Если вам милая
не изменила,
значит, бесспорно
изменит скоро.
Ласки их любим мы,
хоть они ложны:
жить невозможно
без наслажденья!
Пусть же смеются,
пусть увлекают,
но изменяю
первый им я!
Первый им я!
Сам раньше я!
Это гениально, маэстро.
Мы будем репетировать с оркестром
за полчаса до премьеры.
Таким образом не будет
риска утечки.
А вы снимите затычки.
Сердце красавиц
склонно к измене
и к перемене,
как ветер мая.
Вы меня обманули.
Нет, синьор маэстро,
виноват тенор. У него голос,
который может пробить
не только хлопок, но и бронзу
колокола собора Св. Марко.
Но будьте спокойны,
я не буду её петь.
Сердце красавиц
склонно к измене
и к перемене,
как ветер мая.
Сердце красавиц
склонно к измене
и к перемене,
как ветер мая.
ТЕАТРО ЛА ФЕНИЧЕ
СЕЗОН 1853
ТРАВИАТА
Либретто
Ф. М. ПЬЯВЕ
МУЗЫКА
ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ
Они смеются!
Синьора чем больна?
Её болезнь погубит...
жить не долго...
Провал, полный провал.
Я правильно сделал,
что не пошёл.
- У меня хороший нюх.
- Вы это слышали? Бред какой-то!!
Он рассказывает не о кавалере,
а о бедной чахоточной.
Певица, которая должна умереть
от истощения, весит тонну.
Она толстая, как дыня.
Верди похож на надутый шарик из которого
Венеция выпустила воздух.
Было забавно, когда горничная
вошла со свечами,
споткнулась о ковёр
и упала на него.
Певцы перестали петь,
чтобы высморкаться.
- Верди умер.
- С Верди покончено.
Он хотел создавать реалистичное искусство,
а Венеция сказала «нет».
Это так.
Виноваты певцы.
Не стоит искать причин.
Мне больно видеть тебя
в таком состоянии.
Не может всегда всё получаться,
это было бы слишком хорошо.
Успокойся, нельзя принимать во внимание
только мнение публики.
Меня освистали, не так ли?
Время рассудит.
Дорогой граф, в этом сезоне
вам это сошло с рук.
В следующем году:
или «Травиата» в афише,
или Верди больше не будет
в «Ла Фениче» в Венеции.
ВЕНЕЦИЯ
СЕЗОН 1853
ВЕНЕЦИЯ
СЕЗОН 1854
СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ
ТРАВИАТА
МУЗЫКА
ДЖУЗЕППЕ ВЕРДИ
Париж,
моя дорогая,
мы покинем,
жизнь
вместе проведём.
Мы забудем прошлые обиды.
Твоё здоровье будет
процветать.
Дышать и светится
для меня ты будешь.
Будущее
улыбнётся нам.
Париж, мой дорогой,
мы покинем,
жизнь
вместе проведём.
Мы забудем прошлые обиды.
Мое здоровье будет
процветать.
Дышать и светится
для меня ты будешь.
Будущее
улыбнётся нам.
Париж, моя дорогая,
мы покинем.
Да, мы покинем.
- Это будет овация.
- Как ты был прав.
Теперь мы можем вернуться
в Санта-Агату, не так ли?
- Твоё здоровье.
- Моё здоровье.
Будет процветать.
Какой успех.
- Как они аплодируют.
- Триумф.
Я всегда говорил,
что Верди — гений.
Он лучший итальянский
композитор.
- Это новое искусство.
- Я никогда в этом не сомневался.
Это и есть настоящее
божественное вдохновение.
1859
Болонья освистает
«Дон Карлоса».
«Дон Карлос» будет
иметь успех.
Да здравствует новая любовь!
Да здравствует Арриго Бойто!
Болонья обеспечит
успех «Мефистофелю».
- Болонья освистает его, как Милан.
- Как миланцы.
Рубашечники!
С Верди поёт народ.
- Долой Верди.
- И его поклонников.
Бедняжка.
- За это уже выпили.
- Пришёл новый гений.
И он заберёт ваши трупы.
- Верди всё ещё на ногах.
- Он — Бог.
Он — Бог.
Тише! Тише!
Слушайте! Слушайте!
«Дон Карлос» в «Комунале»,
успех с первых сцен.
Терезина Штольц покорила всех.
Возвращайся на родину,
моё сердце последует
за тобой.
Оно последует
за тобой.
Моё сердце последует
за тобой.
Возвращайся на родину.
Возвращайся на родину.
И моё сердце будет биться.
Сердце.
Браво, браво.
Я не епископ.
Маэстро, вы больше,
чем Папа, вы Бог.
Сегодня я пела вашу музыку так,
будто молилась вам на коленях.
Хорошо, что Мариани дирижирует и не слышит
вас, потому что иначе он бы стал ревновать.
Мне уже пятьдесят шесть,
но я не старик.
Маэстро, вы вечно молоды.
Вы дебютировали в одной из
моих опер, не так ли?
В «Эрнани».
Она принесла мне успех.
В чём дело, Джузеппина?
Эти печаль в твоих глазах.
Такая большая.
Что с тобой? Расскажи мне.
Штольц.
Верди не может без неё жить.
Как только она перестанет петь,
она окажется в Санта-Агате.
Он никогда не вычеркнет
тебя из своей жизни.
Ты была для него всем.
Я вычеркнула Маргариту
из его сердца,
а другая вычеркнет меня.
- Какое удовольствие так тратить время.
- Чего ещё можно желать?
Вода, деревья, небо,
Терезина Штольц.
Я больше ничего не прошу у Бога.
О чём может мечтать старый поэт,
о сцене и театральных залах?
Я ненавижу всё это.
Мне хорошо здесь,
в поле, на солнце, как капусте.
- Ты — гений, а не капуста.
Я капуста и хочу
ею оставаться.
Ну так оставайся.
- Но двигайся дальше.
- Оставь меня в покое.
Со мной всё в порядке.
Ты хочешь, чтобы я отказался от этого дара
небес ради ещё нескольких аплодисментов?
Джузеппина!
Джузеппина.
Джузеппина.
Как ты себя чувствуешь?
Что с тобой?
Ничего.
Я люблю тебя.
Я хотела знать, любишь
ли ты меня.
Так не шутят.
Что за детские шалости
в твоём возрасте?
В нашем возрасте.
Ты правильно сказал,
в моём возрасте.
Хватит уже.
- Я успокою друзей.
- Останься со мной.
- Мы не часто остаёмся одни.
- Мне нужно работать.
С ней?
Я отправлю к тебе Гисланциони.
Он прочитает тебе проповедь.
- Тебе это нужно.
- Я никого не хочу видеть.
Она в порядке?
Шутка ревнивой женщины.
Иди, успокой её.
- Где Тереза?
- В студии.
Хорошо.
- Джузеппина.
- Я никого не хочу видеть.
Ничего серьёзного.
Как же вы её любите, маэстро.
Ну конечно, какое открытие.
Гисланциони этого не знает,
но я кое-что сделал.
Специально для тебя.
Давай, пойдём.
Давай.
Если вы так сильно
её любите,
кто же я для вас?
Кто? Никто.
Благодарю.
Или всё.
Молодость.
Я уже старый.
Здесь всё старое.
Смотри.
Они уже спорят, жив я
или мёртв.
ВАГНЕР ИЛИ ВЕРДИ?
МУЗЫКА СТАРАЯ ИЛИ МУЗЫКА НОВАЯ?
Мне хочется сжечь всё и стать, как
я говорил Гисланциони, капустой.
Потом я смотрю на тебя,
вижу в твоих глазах столько доверия,
столько восхищения мной,
что чувствую себя ещё молодым
и у меня снова появляется
желание работать.
Хватит, за работу.
О, голубые небеса, о,
нежные родные бризы,
где безмятежно моя
сияла юность.
Зелёные холмы,
благоухающие берега,
о, родина моя,
я больше никогда
тебя не увижу.
О, родина моя,
я больше никогда
тебя не увижу.
Никогда больше.
Я больше никогда
тебя не увижу.
Никогда больше.
- Я соберу чемоданы, мне нужно ехать в Милан.
- Как? Когда?
Разве я не говорила?
- Мне нужно подписать контракт.
- Нет.
Никаких контрактов, пока
я не закончу оперу.
- Ты должна спеть Аиду.
- Когда она будет закончена.
Что это за история?
Ты хочешь выставить меня на посмешище
своей глупой ревностью,
будто я тенор, который мечется
между двумя женщинами?
Ты что думаешь?
Что я возомнил себе, что я не
шестидесятилетний старик,
потому что привлекаю двух женщин,
одну молодую, а другую не очень?
Как плохо ты меня знаешь,
Джузеппина.
Ты всегда с ней.
Я перестала существовать.
Я слишком страдаю,
я не могу больше.
Нет, ты существуешь,
и она существует.
Один свет не исключает другого.
Они больше не хотят слушать
старую музыку.
Художник должен обновиться
или умереть.
Она может быть той новой
музыкой, которую я ищу.
Но поскольку ты это не понимаешь, лучше
покончить с этим раз и навсегда.
Нет, нет.
Я несчастная женщина,
которая боится потерять тебя.
Как я буду без моего Верди, который
является всей моей жизнью?
Что за чушь.
Как я могу?..
Скажи мне, Пеппино,
если бы одна из нас
должна была уйти,
от кого бы ты отказался?
- Ты ещё спрашиваешь?
Я хотела бы быть
полностью уверена.
Есть только одна вещь, в которой можно
быть уверенным, моя бедная спутница,
что ты стареешь так же,
как старею я.
Но я родился в этих руках
и в этих руках я хочу умереть.
Я поговорю с ней.
Нет, дорогой, я ухожу.
Оставаться здесь бессмысленно.
Джузеппина не понимает маэстро
и оскорбляет меня.
Тереза,
что ты делаешь? Куда ты идёшь?
Я не знаю.
Я ухожу. Я ухожу.
Простите меня.
Я уверена, что нечего прощать.
Оставайтесь.
Пожалуйста.
Боги мои!
Сжальтесь, молю,
сердце моё,
сердце моё
муки полно...
Боги мои!
Сжальтесь,
молю...
Боги мои!
Сжальтесь,
молю...
Какое чудо.
Слушай, слушай внимательно.
Да, это чудо,
и это ещё не конец.
Твой Верди часто бывает
в «Ла Скала».
Давай не будем спорить.
Верди есть Верди, и точка.
«Аида» уже имела огромный
успех в Каире.
Что там Каир?
Я хочу сказать, что Верди
работает здесь, в «Ла Скала».
А в вопросах музыки важно
только одно мнение:
мнение «Ла Скала» в Милане.
Какая надежда
мне осталась?
Ему слава, трон.
Мне забвение.
Слёзы безнадежной
любви.
Слава Египту!
Слава Египту!
Египту!
- "Ле Монд".
- "Ле Фигаро".
- "Tаймс".
- "Берлинер Тагерблатт".
Сначала европейцы.
- "Нью Йоркер".
- Даже из Америки.
Какой успех!
Какой триумф.
Ты была великолепна,
Тереза.
Я очень страдала, но теперь
я благодарна тебе.
Он гораздо выше нас,
Джузеппина.
Наша жизнь во имя
его славы.
Пожалуйста, маэстро,
ещё один вопрос.
Я бы хотел, чтобы вы сделали
заявление для моей газеты.
Если я не ошибаюсь, «Аида» — это опера,
в которой вы придерживаетесь
вагнеровской школы.
- Идите и послушайте оперу.
- Я хотел сказать...
- Что так говорят дураки.
- Да.
С помощью «Аиды» он хотел омолодить
итальянскую музыку, вот и все.
Обновиться, но не на чужой
земле, не с чужим гением.
У каждой земли своя песня.
Верди — крестьянин из Пармы, который
поёт миру на итальянском языке.
А теперь идите
и послушайте оперу.
- Большое спасибо, маэстро.
- Не за что.
О земля, прощай,
прощай, юдоль печали...
Мечта о радости,
которая потухла
в скорби...
Небеса отворяются
для нас,
Небеса отворяются
для нас,
и наши заблудшие
души
летят навстречу свету
вечного дня.
О запредельный Птах,
к тебе взываем...
Небеса
отворяются...
О Земля, прощай,
прощай, юдоль печали...
мечта о радости,
которая потухла
в скорби...
Небеса отворяются
для нас.
Небеса отворяются
для нас,
и наши заблуждающие
души
летят навстречу свету
вечного дня.
- Небеса.
- Небеса.
- Небеса.
- Небеса.
Небеса отворяются
Небеса отворяются
для нас.
Покоя для тебя прошу,
прошу покоя...
... покоя, покоя...
Да здравствует Верди!
Джузеппина, у меня нет времени, чтобы
доехать до Санта-Агаты и отдохнуть.
Мой Верди не должен,
не может отдыхать.
Бойто уже дал мне
либретто "Отелло".
Радуйтесь!
Гордость мусульман
похоронена в море!
Слава нам и небесам!
После битвы
её сверг ураган!
 

////////////////////////////