Шуми, городок (1939 год). Фразы и цитаты из фильма

«Шуми городок» — советская кинокомедия 1939 года о жизни маленького советского городка. Фильм вышел на экраны 23 мая 1940 года. Конец 1930-х годов. Понятие «провинция» уже никак не подходит к маленькому периферийному советскому городку, где происходит действие фильма. Несмотря на свои небольшие размеры и отдалённость от центра, городок живёт насыщенной жизнью. По его улицам прокладывают трамвайные пути, строятся новые дома, асфальтируются площади. Единственное, что огорчает некоторых жителей, — это необходимость сноса ряда домов, мешающих расширению улиц. Смелое предложение изобретателя-самородка Васи передвигать дома вселяет надежду в сердца владельцев жилищ, предназначенных на слом. Инженер Дятлов, заведующий отделом изобретений, решает на собственном домике проверить возможность осуществления проекта Васи. И вот двухэтажный каменный домик Дятлова неторопливо движется по улице, направляясь на новое место. Жители-энтузиасты восторженно приветствуют молодого изобретателя.

Все фразы и цитаты

Я влюблен, безумно я влюблен.
- Здравствуйте, товарищ
председатель! -Здрасьте!
- Трамвай потихоньку двигаем.
- Здрасьте, товарищ председатель!
Здорово, ребятки. Двигаем,
говорю, потихоньку трамвай.
Многие не верили. Говорят: у нас
в городе, и вдруг трамвай!
А я уж не о трамвае думаю.
Трамвай у меня - во!..
- Здорово, Сашко!
- А, здравствуй, Лука!
- Что ж ты пешком?
- Как пешком! Мы на машине. Вон.
Давай, давай. Ну-ка, разом.
Глина у вас тут кругом.
Ага. Это то место, где Бог глину
брал, когда Адама делал.
Пенсне.
Глина у вас тут.
Да. Мы этой глиной, что от Адама
осталась, весь район одеваем.
- Как одеваете?
- Черепицей.
Вот, полюбуйтесь, собственного
производства.
Здорово, товарищ!
Ну, погоди! Скажи, как пройти
в горсовет?
Так, потом вот так и все.
Ага, вот так и все, да, понятно.
Эй вы, музыканты!
Закройте окна, если у вас такая
дубовая скрипка.
Причем тут скрипка, товарищ
Дятлов.
Я играю правильно.
Она играла правильно, а.
Дайте "ля".
"Ля", "ля" дайте! Тихо!
Дайте "ля".
А чего вы, собственно,
волнуетесь?
- Все равно его домик - в первую
очередь. -Приходится сносить.
Вот как!
- А я как играла?
- Точно так, точно.
Ну, так?
Все равно не так.
Весь ваш оркестр не так.
Что? Весь оркестр?! А ну, ребята,
взялись!
Ребята, слушайте все, у кого есть
слух.
С большим удовольствием!
Вот и каждый день это так.
Когда у меня музыкальный час
перед работой...
У нас тоже музыкальный час перед
работой.
Это профанация! Неточности,
неаккуратности -
вы всей улице слух портите.
А вы переезжайте на другую улицу,
если вас не устраивает наш
оркестр.
А мне незачем переезжать,
я 15 лет здесь живу
и ни одной фальшивой ноты
у меня...
(Песня: Помню я простую встречу,
Голубой, весенний вечер
С той поры покоя я лишен.
В чем же дело?
Что случилось?
Я влюблен.
Влюблен. Влюблен?
Влюблен!
От печали и разлуки,
Опустились тихо руки,
Аппетит пропал и скрылся сон.
В чем же дело?
Что случилось?
Я влюблен.
Влюблен? Влюблен.
Влюблен.
Я сложил уже немало,
Мне работать легче стало,
Я сегодня чем-то вдохновлен.
В чем же дело?
Что случилось?
Я влюблен.
Отдел изобретений, заведующий
инженер Дятлов.
Но он сейчас на заседании,
придется обождать.
А вместо этого Дятлова кто-нибудь
есть?
- Есть секретарь Сидоров, но...
- А чего такое?
- Он только-только охвачен.
- То есть как охвачен?
- Охвачен воспитательной работой.
- Значит, охватили, это бывает.
По поручению месткома
перевоспитывается.
- То есть как перевоспитывается?
- В нем старое еще сидит.
- Понимаете?
- Понимаю. Интересно посмотреть.
Подождите Ивана Анисимовича
самого.
Наконец, при известном вам
условии,
трамвай может быть пущен ровно
через 15 дней.
- Нет, через 10 дней.
- Через 15 дней.
- Нет, через 10!
- Через 15!
Ну-ну. Через 12 с половиной,
ладно?
Лука Иванович, вы забываете
о Южной улице,
и, наконец, вы забываете о домике
товарища Дятлова.
- Что такое? О моем домике?
- Ничего, ничего.
О Южной мы не забываем. Покажите,
пожалуйста, ваши...
Что ты там делаешь? Что ты
делаешь?
Видишь, это серьезное учреждение,
люди работают, а ты...
- Виноват. Здравствуйте!
- Кто? Зачем? Откуда?
Василий Звягин из колхоза
"Агрономия" - знаете, рядом.
С надеждой в сердце
и с изобретением в руках.
Вы, что же, кошку изобрели?
Нет, это я нашел, я сейчас...
Вот.
- Колхозник?
- Да, и студент.
Почти инженер, сейчас прохожу
практику в родном колхозе.
Я хотел поговорить с вашим
секретарем,
потому что время в обрез, но с
секретарем мне не советовали, а?
- Почему не советовали?
- Да говорят, он бюрократ, что ли.
Что такое бюрократ? Кто бюрократ?
Конкретно: имя, фамилия.
А фамилия, его Сидо..., Сидоров,
верно, Сидоров.
Ну, давайте ваш этот перпетуум
мобиле.
Ой, вы меня простите,
он маленький, извините.
Что ж ты, а?
Вон, они трамвай уже пустили.
Полет фантазии.
Даже, в некотором смысле,
перелет.
Ну да, с трамваем не перелет,
а с каланчой недолет.
Где каланча, я вас спрашиваю.
Где?
- Вот тут она была.
- Была и должна быть.
- Жалкий натуралист.
- Видите ли, отживший образ.
- Церкви, каланча -
непрогрессивно. -Не вдохновляет.
- Совершенно верно.
- Ах, каланча вас не вдохновляет?
Значит, по-вашему, церковь и моя
каланча - одно и тоже?
Антон Васильевич! Это же в
творческом смысле, не буквально.
Смотрите, моего домика тоже здесь
нет, а он вот где должен быть.
Домик - одно, а каланча - совсем
другое.
Антон Васильевич! Это же полет
фантазии.
Какой там полет фантазии, ведь мы
ваш домик по плану сносим.
- Как сносите?
- Очень просто.
Он стоит как раз на линии,
не объезжать же трамваю.
Лука Иванович! Сносите?
Иван Анисимович! Я давно хотел
с вами поговорить...
Товарищ! Мне рассматривать
нечего.
Что у нас, Нью-Йорк или Амстердам
какой-нибудь?
Передвигать дома в нашем городе!
Вы что это, сами придумали или
с ними вдвоем?
Будьте уверены, сам придумал.
А потом, причем здесь Амстердам,
когда в Москве дома передвигают.
Так вы поезжайте в Москву,
а у нас не Москва-с,
а, в некотором роде, провинция.
Так что ж, вы решили не двигаться
вперед?
Нет, отчего же. Мы двигаться
будем,
а дома пусть стоят на месте. Так
лучше будет.
- Так ведь их все равно ломают.
- О, это другое дело.
Это, в некотором роде,
диалектика:
сметать с пути все старое,
ломать.
Да не диалектика это! Вы будете
рассматривать или не будете?
- Ладно. Зайдите через месяц.
- Когда?
Я же вам сказал товарищ, зайдите
через... три недели.
Хорошо, зайду через две недели.
Знаете, мне тут рассказывали про
вашего Сидорова,
так вы тоже, так похожи на него,
товарищ Дятлов.
- Чего? Хорош.
- Конечно, хорош.
- Ой, это ваш котенок?
- Беспризорный.
- Хотите взять на воспитание?
- А чего ж? Возьму.
- Только мне надо знать адрес.
- Мой адрес?
Нет, котенка, чтоб изредка
все-таки навещать.
А... Ну, Южная, 6.
- А, как его зовут?
- Никак. Давайте вместе придумаем.
- Давайте. -Давайте.
- Давайте. -Давайте.
- Ой, удобно? -Очень. Ой.
- Ну давай, вставай!
- Давайте назовем его Васька.
- Васька нельзя. -Почему?
- Будут путать со мной.
- А меня зовут Галя.
- Тогда здравствуй! -Здрасьте.
- Здрасьте.
- Знаете, я где-то вас видел.
- Где?
А помните, когда вы всей улице
слух портили.
- Я играла правильно.
- Правильно, но...
- Как же мы его назовем?
- Это дело серьезное.
Мы наспех придумаем, а ему всю
жизнь имя носить.
- Давайте отложим на неделю.
- Почему на неделю?
Раньше я в вашем городишке
не буду.
Городишке! У нас, конечно, пока
еще не Москва...
Нет, город очень хороший, но в
совете бюрократ окопался - плохо.
В совете? Так это вы, наверное,
с Сидоровым говорили?
Нет, Сидорова я знаю. Это
секретарь.
- А тот... Скворцов?.. Заведующий.
- Дятлов? -Дятлов.
- Ах, Дятлов! Так он... -Что он?
- А вы что ж? Обиделись и ушли?
Вы только с девушками на дороге
такой храбрый?
Через неделю посмотрим, кто
на кого обиделся.
Зачем через неделю? Едемте
сейчас.
С вами хоть на край света,
Галочка, а в город не поеду.
- Удобно? -Очень.
- Ну и сидите. -Ну и сижу.
- До свидания! -До свидания.
Скажите, о чем вы думаете?
Ни о чем. А вы?
То же самое. Смотрите, как иногда
мысли сходятся, правда?
- Ну, до свидания!
- До свидания.
- Вася!
- Чего?
А ну-ка, положите котеночка
поудобнее.
Не так, поглубже, чтобы он
не убежал. Поднимите сиденье.
- Вот так вот. Куда? Куда, вы,
Галя? -На край света.
У нас, конечно, не Москва,
но все-таки.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте!
Все-таки хочется помечтать
и прикинуть.
- Здрасьте, ребята!
- Всегда готов!
Помечтать и прикинуть.
Здрасьте, Лука Иванович!
Здравствуйте!
- Лука Иваныч! Хозяину привет!
- У-у-у, куда забрался. Здорово!
Как нам вместе с вами,
так сказать, мастерами
прекрасного,
сделать наш город красивым,
удобным...
Поберегись!
Да! Занят. Очень занят.
Да. Товарищ, это опять вы.
Как же вам не стыдно, я ж вам
сказал, занят,
у нас уплотненный рабочий день,
а вы меня отрываете.
- Апчхи. -Будьте здоровы!
- Благодарю вас.
Иван Анисимович, вы расстроены.
Это глупо, но я действительно
расстроен.
- Фьють!
- Кого "фьють"?
- Дом сносят. -Что вы говорите.
- Мой домик! -Ай-яй-яй.
Такой хорошенький домик,
не понимаю, кому он мешает?
- Трамваю.
- Да-да.
Эх, если бы можно было
не переезжать в другой дом,
а перенести мой на какую-нибудь
тихую улицу.
Это как же перенести?
- Не перенести, а передвинуть.
- А, да...
Во, в Москве, как передвигают!
Ну да, в Москве.
Ой, в Москве.
Что вы там ищите, товарищ
Сидоров?
Передвигайте.
"Передвижка домов". Кто это
принес?
Какой-то нервный тип с кошкой,
хотел в Москву уезжать.
У вас, говорит, провинция,
вы не двигаетесь вперед.
- Да глупости.
- Я ему то же сказал: глупости.
Провинция, говорю, понятие
отжившее, так сказать, устарелое.
- Так и сказал, да?
- Честное слово.
Я говорю: вы не учитываете плана
3- ей пятилетки,
местную промышленность, рост
населения, трамвай и так далее.
Молодец! Молодец, Александр
Павлович.
Иван Анисимович, а как же иначе,
разве вы меня напрасно
перевоспитываете?
Тратите время, силы, ум, талант.
Ну, товарищ Сидоров, я...
Я его просил вас обождать, чтобы
сейчас же рассмотреть.
А он фыркает, говорит:
приду через месяц.
И чертеж бросил. А кошка всю
простоквашу слопала.
Очень хорошо. Замечательная
мысль.
Понимаете, что меня смущает, есть
у нас планы расширения улиц,
разные планы, но все как
сговорились: обязательно ломать.
Ну там, где трамвай, это понятно.
- А вот здесь?
- Здесь? Здесь только ломать.
Обязательно ломать. Ну ломать,
ломать.
Да.
Виноват, забыл.
А все-таки нельзя,
чтобы не ломать?
- Только ломать.
- Ломать и ломать.
Можно не ломать!
Лука Иванович, мы будем
передвигать дома, как в Москве.
- Как в Москве?
- Оригинальнее. С поворотом.
- Как с поворотом? -Эксперимент.
- С каким поворотом?
Взлет технической мысли, новое
слово.
Ну-ка, расскажите.
- Одну минуточку.
- Одну минуточку.
- Новое слово! -И где?
- У нас!
Необходимо нам это поддержать,
вдохновить.
- Золотые слова.
- Бред.
Одну минуточку!
И начать это надо с нашего
города.
Скажите, товарищ Дятлов, как вы
относитесь к этому проекту?
Лучше, чем к вашей музыке.
И вам уже не нужен месяц
на рассмотрение?
Месяц! Зачем месяц? Мне все ясно.
Наконец я отдохну от вашей
музыки. Уезжаю.
Нам просто везет!
Да, уезжаю, все ясно?
Перестраивается.
А почему так "любезно" встретили
автора замечательного проекта?
- Тихо, какого автора? -С автором
действительно вышло немного...
Сознается.
- Что с автором вышло?
- У меня ничего не вышло.
Я его даже в глаза никогда
не видел.
- Что?
- Честное слово.
Отмежевывается.
Васю! Давай Васю!
- Тихо, ребят! Здесь же люди
кругом. В чем дело?
Сейчас узнаете!
Вот.
Может быть, вы и теперь скажете,
что никогда не видели этого
человека?
Что вы мне допрос устраиваете,
на каланче? Кто это?
Галя, Галя, это не он.
Я удаляюсь.
- Как, не он? -Конечно, не он.
- Объясните товарищ, кто вы.
Что значит, кто он? Это он.
- Это вы? -Да, это действительно
я. -Братцы! Очень рад.
Поздравляю, поздравляю.
Удивляюсь, как вы могли
предлагать ломать дома,
когда передвигать их значительно
проще и...
Это вы мне предлагали ломать
дома,
а я предлагал использовать
опыт Москвы.
- Нет, это я предлагал.
- Нет, я.
- Вы, с вашим формализмом!
- От формалиста слышу!
Любимую шляпу! Ах, так?
Значит, с вашего начнем?
Конечно, поскольку эксперимент,
риск, мой долг...
Договорились. А остальные жильцы
не разбегутся?
Что вы! Парикмахерская - это так.
А вот Семячкин...
Семячкин? Так он же передовой
человек.
Общественник, председатель
месткома. Новатор.
Побольше бы таких Семячкиных!
Я уверен, что он будет счастлив,
когда вернется.
- Где он сейчас? -На даче, но
это неважно, он будет счастлив.
А чего бояться? Мы будем двигать
дом, а Семячкин пускай чай пьет.
Уж и чай! Что вы? На повороте
у вас толчок,
при такой скорости невозможно.
Человек ошпарится.
- Не ошпарится.
- Обязательно ошпарится.
- Если 4,5, тогда, можно.
- Нет, 8,5. И будем чай пить.
Молодой человек, механика - это
точность, у нее есть предел.
- Это зависит от того, чья
механика. -Позвольте.
Верно. И меньше всего механика
любит диспуты
на таком высоком теоретическом
уровне.
- Устали?
- Нет.
- Значит, уезжаете?
- Да, к сожалению.
И оставляю самое дорогое.
А вы не бойтесь, Иван Анисимович
- замечательный инженер.
Да? А говорят, он и скрипач
замечательный.
- Да? -Угу. -Угу.
Галка, вы меня не поняли.
Дом и без меня подготовят.
А ко дню передвижки обязательно
приеду, ладно?
- А сейчас я не о доме.
- А о чем же?
- Совсем о другом. -А, понимаю.
- Понимаете? -Вы о котенке?
Не бойтесь, ему у меня будет
очень хорошо.
- Кстати, как же мы его назовем?
- Кузьма.
Какой же он Кузьма? Он еще совсем
маленький.
Кузьмы всякие бывают.
- Вот здорово. -Иди сюда.
- Успеете.
Алло, алло!
Наш микрофон находится на балконе
против дома товарищей Дятлова
и Семячкина.
Через несколько минут этот дом
уедет,
оставив позади себя расширенную
Южную улицу,
а также маловеров и скептиков,
не веривших в возможность
трамвая.
Есть еще у нас тормозящие
граждане!
Этим трамваем мы обязаны ударить
их по рукам.
- Ой, черт вас возьми!
- Тс-с-с!
- Простите.
- Вы мне все пальцы отшибли.
- А чего вы под руку лезете?
- Я при исполнении обязанностей.
Шепотом, шепотом!
Предупредите, Иван Иванович,
чтобы около дома не курили.
- Не курили? -Да, не курили.
Знаете, мало ли что.
Шарикоподшипники греются, масло,
бензин. Будьте любезны.
Курить шепотом. Тьфу! Не курить!
А все-таки рассыпется.
- А?
- Рассыпется.
О, Иван Анисимович - о-о-о!
Не Иван Анисимович, а дом
рассыпется!
- Лука Иванович тоже.
- Тьфу!
- Товарищ Сидоров, Звягина нет.
- Нет.
- Может, у него случилось
что-нибудь. -Наверно, случилось.
А, может, вы телеграмму не
по тому адресу послали?
Что вы, Иван Анисимович, у меня
квитанция есть.
- Иван Анисимович!
- Ну, где ваш Вася?
- Обещал приехать.
- Обещал-обещал.
Всегда вы так - ни точности,
ни аккуратности.
Пора, пора двигать,
а то и так уже целый час
транспорт задерживаем.
- Звягина-то нет!
- Я ведь в технике не очень.
Я не знал, Иван Анисимович,
что вы без Васи не можете.
То есть как не могу? Очень даже
могу.
Мы его не технически, а морально
ждем.
- Ах, морально?
- Да.
- Тогда действуйте!
- Пожалуйста.
- А то ведь у меня трамвай ждет,
технически. -Пожалуйста!
- А это даже интересно.
- Почему?
Вася приедет, а дом уже переехал.
- Ха, сюрприз получится.
- Да, сюрприз.
- Петр Тимофеевич! -Ну?
- На повороте только 4,5.
Но у товарища Звягина по меткам
8,5.
А, Звягин, Звягин!
Это же сумасшедшие скорости.
Быстровато, конечно. Только 4,5.
- Можно там?
- Даю. Заводи.
Давай.
Дом сдвинулся, товарищи. Ура!
В истории нашего искусства
известны случаи бритья в
движущемся состоянии, как то:
в купе поезда, в кабине самолета,
в каюте парохода.
И, хотя смертельных случаев
не было,
все же небольшие ранения
зарегистрированы.
И только плавность движущегося
дома вполне гарантирует нам...
Пардон!
Застрял домик.
- Что? -Заело.
- Что вы глупости говорите!
- Не глупости! А эти... блоки
заело.
На повороте заело. Видно,
по-Васиному надо было.
Вот. Заело. Никакой паники.
Никакой паники.
Никакой паники.
Никакой паники.
Никакой паники.
Да никакой паники, а надо было
по-Васиному.
- Петр Тимофеевич.
- Никакой паники. -Да.
- Летите вниз. -Вниз?
- Вниз, и я сейчас тоже.
- Можно и вниз. -А все-таки надо
было по-Васиному.
- У меня все правильно.
- Никакой ошибки не может быть.
- А в чем же ошибка?
- Не знаю.
В проекте, только в проекте.
Хотел бы я видеть вашего Васю.
- Иван Анисимович, он вам очень
нужен? -Очень.
Иван Анисимович, а вы могли бы
с ним что-нибудь сделать?
- О, я с ним сделал бы!
- Хорошо.
- Говорят, инженера нет.
- Что вы говорите?
Дом находится на перекрестке двух
улиц: Южной и Иваньковской.
- Сейчас будет поворот и...
- Тс-с-с!
Виноват, пардон. Не будет
поворота.
Нет, будет поворот.
Что вы говорите?!
Предупредите население, чтобы
примуса, спички
и вообще с огнем - в сторону.
Пока он стоит на перекрестке,
может весь квартал сгореть,
как фейерверк!
- Сгореть? -Да вы не нервничайте,
ваш балкон в стороне.
Так я не нервничаю. Ой!
Ну вот, началось.
Граждане! Минутку внимания!
Объявляется антракт, пауза,
на 1-2 часа.
Надо смазать кое-какие части.
А пока - милости просим в дом.
Осматривайтесь, граждане,
осматривайтесь.
Так тебе и надо, будешь теперь
посмешищем на весь город.
20 лет требовать от всех хорошей
работы и так опозориться.
Успокойся, ерунда. Кто тебя
обвинит?
Кто? Я сам себя обвиню. Ведь я
нарушил жизнь всего города.
Товарищ Дятлов, вы понимаете,
что натворили?
Здесь же у меня центральные
магистрали.
Маленькая задержка, смазка
блоков, и все в порядке.
Весь город из-за одного дома
может сгореть как фейерверк.
Иван Анисимович, вы с ума сошли.
Вы срываете весь мой график.
Я из-за вас не могу рельсы
прокладывать.
Маленькая задержка. Вы пока по
обе стороны дома прокладывайте.
Как по обе? И трамвай прикажете
по обе стороны?
Все просто! С одной стороны
доезжает и обратно,
с другой то же, а пересадка -
через мой кабинет.
Предлагаю сломать дом, в два
счета сломаем. И нам практика...
И жителям приятно, да? Все-таки
попробуем не ломать.
В случае пожара, город сгорит,
как фейерверк.
А в случае - объедем по
Иваньковской улице. Понятно?
Лука Иванович, имейте в виду,
теперь я за сроки не отвечаю.
Ничего! Прокладывайте рельсы
с обеих сторон.
Уберем дом, сомкнете - и готово
дело.
- До свидания!
- Ну, как угодно.
Лука Иванович, а как я узнаю,
если дюже решите ломать?
Попозже позвоните Ивану
Анисимовичу, он все расскажет.
- Лука Иванович, вот. -Что вот?
- Вот он. -Да что мне он?
Вы мне вашего Васю подавайте,
Звягина.
- За Васей поехали.
- Галя поехала.
- Поехала? -Да.
- Давно надо было.
Так она давно и поехала.
Девушки, где тут у вас механик
Вася?
- Там, где и все.
- У родильного дома.
- Иван Иванович! -Что?
- Семячкин с дачи едет.
Возвращается с дачи товарищ
Семячкин с семьей.
Вовочка, наш дом. Наш дом!
К сожалению, дверь квартиры
Семячкина прижата пивным ларьком.
Но наш товарищ Семячкин найдет
выход.
Товарищ Семячкин, как я рад.
- Вопрос первый: дом передвигали
вы? -Видите ли, собственно...
Вопрос второй: вы заявили, что
я буду счастлив.
- Мог ли я сомневаться, зная
вас... -Точка.
Понятно?
Давайте.
Аля! Маня! Валя! Антон! За мной!
- Что такое?
- Манечка, не волнуйся!
- Откуда машина? -Из горсовета.
- Хорошо!
Послушайте, товарищ, что тут
у вас происходит?
- Детей встречаем.
- Каких?
- Известно каких, Васиных.
- Васиных? -Да.
Пожалуйста, сюда.
Сюда, пожалуйста, прошу вас,
вот так, осторожней.
- Осторожно.
- Товарищ, тут какая-то ошибка.
- Эта машина за механиком Васей.
- Правильно.
- Товарищ!
- Так это ж его дети.
Пожалуйте, Арина Тимофеевна.
- Поехали?
- Поехали.
Сколько того хода до ихнего дома?
Лука Иваныч машину прислал для
почета.
- Идемте к нам, Вася будет так
рад. -Рад?
А как же! Мы не думали, что в
городе уже знают о нашем счастье.
Ах да, конечно, знают. Я потом,
мне надо тут еще с машиной.
- За здоровье Арины! -За здоровье
Васи!
Поздравляем Арина Тимофеевна!
Поздравляю от всего колхоза
и желаю еще пять раз столько же.
Разрешите приветствовать новых
трех колхозников, трех бойцов.
- Вася, а одна - девочка.
- Ух, верно!
Ну, двух бойцов и одну боевую
подругу.
Ребята, прячься...
Пусть растут они сильными
воинами,
пусть знают, что только у нас так
радостно встречают их появление.
Пусть вспоминают, что...
- Вась, ты что?
- Вась, ты куда?
Не ожидали?
Наоборот, только ждала, что так
буду играть среди улицы.
- И собьетесь.
- Зачем мне сбиваться?
- Это вы сбились с вашим домом.
- С каким домом?
С тем самым.
С Иваном Анисимовичем застрял
среди улицы, и все движение
остановилось.
- А!
- Простите. Когда ж его двинули?
- Телеграмму получили?
- А вы мне писали?
Не я писала, Сидоров писал.
Никакой телеграммы не было.
- Как же он застрял? На повороте?
- Да.
- Тогда едем скорей.
- А Арина Тимофеевна, а дети?
- Ох, верно неудобно.
- Объясните ей, извинитесь.
Может быть, она поймет?
Галочка, Арина Тимофеевна
замечательная...
Пошли моя красавица, пошли.
Вот моя дочечка.
Музыка тебе мешала. А это тебе
не мешает?!
Манечка, не волнуйся, ведь это же
передавая семья.
Осторожней, Алик, попадешь
в папу. Возьми левей.
Дай же тряпку.
Точка!
Домой!
Счастливо оставаться.
Вон, вон!
Вон!
А, Грач-Эдисонский. Говорите
тише.
Да. Ломать модель? Какую?
Одну минуточку.
- Алло! -Как
с домом решили? Ломать будем?
Что ломать? А! Не понимаю.
Решено ли ломать?
...Ли ло-мать?
Мать. Мама. Ломать.
Говорите по буквам.
Леонид, Омейко, Мефистофель,
Алеша, Тарас, мягкий знак.
- Да, да. Какой знак?
- Мягкий знак.
А, мягкий знак.
- Что же мне ломать модель?
- Одну минутку.
Да, да, ломайте вашу модель.
Решено, да?
Решено и подписано.
Решено и подписано? Чудесно.
Мы выезжаем.
Кто выезжает? Куда выезжает?
Алло! Алло!
Наконец-то есть работа.
Решено и подписано.
Смирно!
Нам поручено ответственное дело:
разобрать домик товарища Дятлова.
Но я вас знаю.
Полгода не было пожара и вас
только подпусти!
Наброситесь, как кровожадные
звери!
Сразу начнете ломать, а тут нужно
не ломать,
не ломать, а препарировать домик.
Балкончик отдельно, крылечко
отдельно,
лестничку отдельно, труба
отдельно.
Представьте себе, что вы
не пожарные, а хирурги.
Вперед, друзья, за работу!
- Мария Павловна!
- Мы пришли...
Мы пришли узнать, не помешаем ли
мы, если будем играть?
Мы теперь так близко съехались...
Пожар!
Ванечка, пожар!
Очень хорошо.
Не волнуйтесь, Марья Павловна,
все в лучшем виде.
Крылечко уже препарировано,
мебель выносят.
Куда выносят?
Это уж вас хотел спросить.
А домик сломаем на красоту.
Правильно. Абсолютно правильно.
Уж будьте покойны, Иван
Анисимович, все продумано.
Ювелирная работа. Балкончик
отдельно, крылечко отдельно.
Как в поликлинике, да.
Товарищ начальник!
- Там Лука Иванович приехал, вас
требует. -А в чем дело?
У меня все в порядке. Телеграмму
послал. Вот документы, квитанции.
Ну да. Послал в колхоз "Красный
пахарь",
а надо было в "Агрономию".
Лука Иванович, роковая ошибка.
Названия похожи.
Куда, куда? Поставьте на место.
- Кто вам разрешил?
- Он, по телефону.
Товарищ Сидоров, идите сюда.
Я не говорил.
Это по другому телефону,
Грач-Эдисонскому, чтоб ломал
модель, а не вам.
А то, что подписано, тоже не мне?
Не ему. Описка. Лука Иванович,
миленький, описка.
Пойдем.
- Ну?
- Лука Иванович, роковая ошибка.
Меня ведь Иван Анисимович
перевоспитывает.
Перевоспитывал, понятно?
Понятно, только, Лука Иванович,
по собственному желанию вот
заявление.
Нет уж, знаете, мы вас по общему
желанию.
А то собрались, брат, профессора,
говорят:
предел напряжения и крышка.
- Предел! Какой может быть предел?
Вот мне в колхозе тоже говорили:
предел.
А я меньше двух норм не давал.
А случалось, Галочка, и три.
Это не остроумно.
Тихо.
- Девушка.
- Так, 8,5, Петр Тимофеевич.
Есть!
- Все в порядке, проверил.
- Чего это ты вымазался?
- Где, здесь?
- Да нет, вот здесь.
- Теперь чисто?
- Да, теперь чисто.
Ты слышал, что инженеры
доказывают, Иван Анисич.
- А, Иван Анисич.
- Ну, ты уж извини.
Иван Анисич говорит, а он крупный
специалист.
Блестящий специалист. Я у него
многому научился. Ну вот...
- Что - вот?
- Побоялся, риска нет.
При чем тут риск, если у тебя все
проверено?
Лука Иваныч, это ж впервые,
с поворотом.
- Ну и что, что впервые.
- Вот и давайте рискнем.
Подожди минуточку.
Товарищи, давайте не будем
мешать. Ну, отошли.
Тут, брат, так рисковать надо,
чтобы риску не было.
- Что значит нельзя?
- Это кто тебе сказал, что нельзя?
- Как же быть?
- Так и быть. Ну, козыряй.
Ну и парень! Верно ты, Галка,
говоришь: хорошо соображает.
Парень как парень.
- Что ты глупости говоришь?
Не парень, а орел. -С орлятами.
- Петр Тимофеич, можно?
- Можно! Даю!
Манечка, все ясно.
И по Поляку, и по профессору
Павлову,
и по академику Рузумбаеву -
ломать, только ломать.
Теоретически сдвинуть невозможно.
- Ванечка, уже.
- Что?
Смотри.
Ура!
Ура!
Митинг, посвященный пуску
трамвая,
начнется через 5-10-15-20 минут.
А пока прослушайте вальс
в исполнении оркестра пожарной
команды.
Нам без первой скрипки как без
рук.
- Вместо того, чтобы прийти,
пригласить вас. -Так мы спорили.
- При чем тут вы, это я во всем
виноват. -Нет.
Вместо того, чтобы прийти к вам,
помочь вам...
- Мы виноваты. -Мы вели себя, Иван
Анисимович...
Нет, это я вел себя, по меньшей
мере, глупо.
- Нет, это мы виноваты.
- Он вел себя глупо.
- Сейчас трамвай пойдет.
- Нам его нужно музыкой встретить.
- Трамвай - музыкой?
- Да.
- Вы нас просто выручите!
- Ну что же, пожалуй.
Так мы ни разу и не поговорили.
О чем говорить-то?
Возвращаю.
Галя!
Вы знаете, в старое время так
возвращали кольца.
- Кольца?
- Да.
Нет, просто потому что ему
у вас будет лучше.
- Вы подарите его вашим детям.
- Кому?
Этим близнецам, Василий
Васильевич.
Странно, я до сих пор не знал,
что у меня есть дети.
- Это какая-то игра природы.
- А жена ваша?
- Какая жена?
- Тоже игра природы?
Галя, какая жена?
Арина Тимофеевна.
Арина? Так это жена моего друга -
Васи-механика.
И жена, и дети - все его.
- Все его?
- Все его.
Так что же вы... так что же
вы молчали?
Галочка, я не... я все время
хотел...
Ой, опять опоздала!
- Да, я забыла вам сказать.
- А чего?
- Сказать?
- Сказать.
- Да, так вы забыли сказать.
- Да.
- Я назвала котенка без вас.
- Назвала?
Ага. В память нашей встречи.
- А как?
- Угадайте как.
- Нахал?
- Нет.
- Ну, хулиган.
- Нет.
В память нашей встречи. А как же
иначе можно назвать это?
- Его зовут...
- Ну?
Его зовут...
Вася.
- Галка!
- Вася!
Ущипни меня! Ты знаешь, столько
событий за последние полчаса,
что мне кажется, это сон.
Браво!
Это не сон! Бери скрипку и садись
рядом. Сейчас трамвай пойдет.
Учись, Галка, он тебе не даст
фальшивить.
Иван Анисимович,
пройдите это место еще раз
с Галей, а то она...
Пал Палыч, ничего ни "у".
А я играла точно и аккуратно.
Галочка, здесь мало точности,
здесь смелее надо быть,
с размахом, с фантазией.
О!
Все вместе!
И, товарищи, не одни мы,
но любой, даже самый маленький
город в нашей стране,
может добиться тех же успехов,
иметь то же, что имеем
на сегодня мы с вами.
Нужно только любить свой город,
беречь и умножать его богатства,
не сидеть сложа руки и ждать,
а действовать и создавать.
Разве ждали мы, пока нам пришлют
кирпич?
Нет, мы его делаем сами!
А черепица? А обувь?
А ведра и чайники?
Я поздравляю вас, товарищи, с
торжественным днем пуска трамвая.
И знаю, что эта блестящая полоска
рельс,
не просто свяжет Октябрьскую
площадь
с вокзалом и кирпичным заводом,
но проложит прямой путь-дорогу
к новым победам
в борьбе за социалистический
город,
за город радости и веселья!
- Ура!
- Ура!
Наконец, мчится вагон
с передовыми гражданами города.
Мне отсюда не совсем хорошо
видно,
но кажется, ловят первого зайца.
Да, это определенно, поймали
первого зайца.
Поздравляю вас, гражданин.
Квитанция "номер 1".
Спокойно, спокойно. Снимаю!
Одну минуточку.
Вася! Вася!
Галя!
Вася!
 

////////////////////////////