Антон Беляев — большой разговор о музыке, «Голосе», Lab, артистах, смысле жизни и страхах (2026 год). Фразы и цитаты

канал - FAMETIME TV

Все фразы и цитаты

Антон- главный врач русской музыки.
Я человек, который умеет делать музыку.
Я делал это сотни раз. Идея ЛБА, надо
спросить у артиста, какую бы песню он
хотел украсть.
Он просто делает каверы на
Люблю просто чужую музыку. Я люблю её
играть.
Тринадцатый год это проект голос.
Я ошибся. А они всё равно повернулись.
Ну они глухие, что ли? Ну ты.
А ты анализировал, почему именно у тебя
получилось?
Действительно, бабушки, которые меня
презирали, они уже говорили мне:
"Андошенька".
Как история с оправой
пришла тебе в голову?
У меня же зрение хорошее, это фейк.
Хорошее. Каждый художник или автор всё
равно оставляет какое-то наследие.
Да не, ну надо действовать просто и всё.
Антон бывает достаточно деспотичен со
своей командой.
Он не бывает достаточно деспотичен. Он в
принципе деспотичный человек.
Да. Почётно звучит. Спасибо большое.
Я Жанулик, и я выбираю бесплатный Raming
Lightй с доступом к самым нужным
сервисам. Я тожелик, и я выбираю режим
комфорт, где всё то же самое и 3 ГБ
интернета. Жанулики, я выбираю максимум
 целых 30 Гб.
А я Никита, и, кажется, мне напекло.
Выбирайте роуминг от МТС с нужным
объёмом интернета под свой стиль
путешествия.
Как история с оправой пришла тебе в
голову? Мне кажется, это как твой уже
стиль, как фишка. Ну я, во-первых, у
меня же зрение хорошее, вот это фейк,
да,
хорошее.
А то есть это просто как образ,
да? Прикол в том, что у меня синяки под
глазами довольно активные. Всю жизнь я
всю жизнь выслушиваю от людей разные
предположения, что о, что-то тебе надо
печёнку проверить, сердечко, да, уже
такой молодой сердце. Ну то есть вот я
всё время слушаю этот и этот негатив
накапливался очень долго. Я, честно
говоря, ну, знаете, это плохое
настроение всё время, когда тебе
прогнозируют скорую смерть, тяжёлые
недуги. То есть я в какой-то момент ээ
где-то какие-то у меня были смешные очки
там с синими душками, ну, такие
фриковские. Я надел их и понял, что люди
перестали это делать вокруг меня. И стал
использовать это сперва осторожно, а
потом просто пересел и всё. Теперь я вот
в очках уже сколько лет? 15, наверное,
20 хожу. Ну, непривычно, когда я тебя
вижу без очков, как будто бы другой
человек.
Ну да, и это классно, потому что,
во-первых, я могу их всегда снять и
потеряться
ну среди людей. То есть это меня
защищает. Ну, на самом деле узнают, но
всё равно, мне кажется, процент как бы
снижается резко.
Всемнадцатом году ты давал интервью
Ирине Шихмано, и в нём ты сказал: "Для
того, чтобы собирать ВТБ арену, нужно
переформатироваться теоретически на
словах. Это вроде бы возможно, ну, типа
давайте петь на русском". Но для этого
надо ещё это любить сильно, потому что
это не работает просто потому, что ты
хочешь собрать ВТБ арену. Видимо, я не
рождён для этого. Мне просто не судьба
петь чистушки на русском языке. Я,
наверное, не соберу ВТБ арену.
Что произошло?
Отловила. Ну, смотри, на самом деле
произошло две вещи. Это же не мои песни.
Мы всё-таки делаем, то есть это и есть
моя работа. То есть мне нравится музыку
препарировать. Всегда нравилось. То есть
я делал это для артистов, э, для
маленьких, там, для побольше. То есть
всё время как бы её пере, ну, как
сказать, перерезал её, искал новые
какие-то пути. Когда это новая песня,
это интересно делать. Ну и когда эта
песня уже сложившаяся, как выяснилось,
это ещё интереснее делать. Леба. Он не
зарождался как, а, оффлайн-шоу, то есть
концертное, но мысль такая где-то была,
поскольку это произошло удачно, мы
пришли к этой ВТБ арее,

потому что это здесь всё логично. Просто
я не думал, что я буду делать э-э шоу,
ну, как бы в котором мы будем петь чужие
песни и с разными гостями. То есть
просто мне это тогда не приходило в
голову. Но когда то есть в общем-то мы
не отступили от Гайда, мы это любим.
Просто это другая немножко работа, то
есть чуть-чуть другая.
Ну, всё-таки ты нашёл какой-то формат,
да? И и благодаря вот шоу у нас есть
документальный фильм, э, который мы
снимали про прошлую ВТБ арену, и там
рассказывается о том, что мы в
результате этих действий с чужими
песнями пришли к тому, что нашли
какой-то способ,
какую-то нащупали, в общем, формулу для
себя написания русских песен, потому что
раньше это просто не складывалось. Ну, я
воспитан на музыке на другой. То есть я
российскую эстраду вообще, ну, просто
очень плохо знал. То,
ну нет, ну я знаю, естественно, Юрия
Антонова, знаю, я знаю всех артистов, но
я никогда это осознанно не слушал. То
есть, когда мне исполнилось там, ну,
например, 12, я русскую музыку, ну,
просто вот её не было, её просто не
было. Я ээ знал и люблю ДДТ [фыркает]
наус Помпелиус и
такой рок
и, наверное, всё из русской музыки. Вот
остальное для меня не суще. Ну, понятно,
что был Лёня Агутин и там Миладзе, то
есть их невозможно было не знать просто.
Если вернуться всё-таки к клабу, да, к
проекту, который сегодня собирает ВТБ
арену на 33.000 человек, да, по-моему,
полностью. В прошлом году вы уже
собрали. В этом году
я думаю, что мы идём к солдауту успешно.
Вы идёте к солдауту. Давай мы расскажем
зрителю. Вдруг кто-то не слышал об
истории его появления.
Жил жила была группа, которая пела в
России на английском языке. И, ну, мы
прекрасно понимаем своё, как сказать, в
экосистеме место в этом лесу. Вот. Ээ мы
заняли хорошую ээ позицию. То есть на
наш концерт ходили тысячи людей, всё
было классно, но мы понимали, что это, в
общем, всё равно такая андерграунд ниша.
И в какой-то
какой вот максимум ты собирал в тот
момент до появления?
Или девять ещ такое хорошие показатели,
да? Мы не были маленькими, но
как такого как раз то, о чём мы говорим
в интервью Шихман, то есть вот амбиций
стадионных у нас, в общем-то, и не было,
потому что мы понимали, что, ну, в
русскоговорящей
стране англоязы, ну, англоязычный
проект, он как бы, ну, у него всё равно
есть препятствия для того, чтобы быть
очень широкими. то то, что с нами вообще
случилось, ээ, с моей группой тогда,
это, конечно, ну, во многом чудо. Там
чуть-чуть чудо телевидения, ээ чудо
везения. То есть это наша группа, ну,
вроде как у неё есть какая-то репутация,
что мы, ну, стараемся делать музыку
хорошо и с малой вероятностью, ну,
испортим что-то. И вот, ну, как бы что у
нас, ну, как сказать, мы не будем это
делать абы как. То есть стараться мы
точно будем. это у нас было. Я пошёл
договариваться
о съёмке двух пилотов. И мы просто взяли
свои сбережения. И вот мы пришли к этому
формату. Я общался со Славой
Дусмахаметовым там по каким-то мы делали
с ним шоупесни на ТНТ и что-то там в
процессе э какой-то появился, в общем,
диалог на эту тему. Я придумал, что мы
будем приглашать
своих, ну, поскольку, ну, условно мы,
как сказать, работаем совсем бизнесом,
потому что у нас есть какие-то, потому
что мы производим музыку. Я рассказал об
этом Славе. Он сказал: "Ну, это полная
шняка, типа никто это смотреть не будет,
если вы не придумаете". Я ему сказал,
что люди будут приезжать в мою студию и
мы там будем петь. Он гон говорит: "Ну
вот так всё и будет. Вы будете стоять у
фортепиана там около этого и будете петь
песенки. Никто не будет". ну,
заинтересован в этом. И постепенно
образовалась вот эта визуальная
концепция, как бы круговая камера,
панорамная съёмка, рассадка оркестра.
Ну, то есть мы поняли, что это помимо
аудио ещё и визуальное шоу, которое
просто вот нужно было придумать. И они
это сделали. Мне кажется, что сейчас
ну это точно большая часть успеха нашего
продукта. Я так понимаю, что в начале
Comedy Club Prodдаction, э, видимо,
помогал финансово с этим проектом или
как-то участвовал? Или вы ему
продаложили? Мы вложили фифти-фифти со
слава просто, да, как партнёр.
Да, да, да. Сняли два пилота, а потом их
практически через 2 недели купил Яндекс
э для своего нового детища. Вот. И с тех
пор мы просто продаём это пакетами. То
есть, э, ну, мы снимаем сезон, продаём
кому-то сезон, снимаем его и, э,
платформа его реализует.
Как формируется список артистов, которых
ты зовёшь?
Ну, это коллегиальная такая работа, то
есть мы смотрим и на, ну, в первую
очередь, наверное, всё-таки нам должен
быть артист интересен. Ну, в смысле,
всё-таки такое живое любопытство здесь
ээ имеет значение. То есть нет такого
сухого. Вот здесь хорошие цифры. Обычно
это набор ингредиентов. То есть у нас
должны быть большие звёзды, у нас должны
быть артисты
очень музыкальные, у нас должны быть
люди, которых мы хотим показать. Там в
каждом, по-моему, почти сезоне есть
артист не очень большой, но которого мы
симпатизируем, но хотим как бы его
немножко подбросить чуть-чуть по повыше.
То есть, когда баланс этот собирается,
мы чувствуем себя, как сказать,
выполнившими [фыркает]
свою миссию.
Отнеси меня в Т-банк. В Т-банк отнеси
меня.
Показалось.
Там не будет надёжно, и ты будешь спать
спокойно.
Там на вкладах я буду расти.
Там простые и понятные условия для всех.
Меня втык отнеси, а с процентов по
вкладам себе ортопедическую подушку
купишь.
Да что ж такое-то?
Так, если что, я не сошла с ума. Просто
эта умная подушка намекает, что деньги
не должны просто так лежать без дела.

Если у вас есть сбережение и место на
вкладе в Т-банке, это отличный
способ безопасно хранить деньги и
получать доход каждый месяц. Чтобы
получать повышенную ставку с
доходностью 14%, выбирайте вклад без
пополнения.  После открытия его
можно пополнять ещё 30 дней. Или
откройте вклад с пополнением, чтобы в
любой момент увеличивать сумму вклада и
получать больше процентов. Для открытия,
пополнения или закрытия вклада никуда
ехать не нужно. Всё делается онлайн.
Условия прозрачные и без сюрпризов.
 Они не зависят от того, первый
ли это вклад или десятый, не зависят от
того, на какую сумму сбережения и есть
ли у вас подписки. Условия едины и
понятны для  всех. Важно, что
все вклады 1.400.000
руб.  застрахованы. Отнесите
свою финансовую подушку в Т-Банк,
 чтобы получать доход от
сбережений и знать, что она хранится в
надёжном и безопасном месте.
Я так понимаю, что в начале вы
приглашали друзей или тех, с кем вы уже.
Ну, это всё наши каким-то образом
друзья. Есть артисты, которых я не знал
и не встречался с ними никогда до этого.
Но их не так много там.
Не, я имею в виду, что в начале всё-таки
это была такая авантюра. Никто не
понимал, что из этого получится.
Аван авантюра это была на пилотных
выпусках, потому что это были свои
деньги, это всё равно было дорого.
как бы оно впоследствии разрослось
вообще, ну, в косме 25 млн или
Ну да, одна серия, да, последнего сезона
13 или 14. Просто в пересчёте на
современное [фыркает] мы сейчас как бы
двигаемся к варианту нового сезона и вот
в пересчёте на современно это уже 25.
Ну, так мы, конечно, не сможем, потому
что это уже, ну, за пределами
рентабельности находится. Вообще это
шоу, надо сказать, балансирует на
пределах рентабельности. Оно не является
ни для меня, ни,
ну, для всех, кто его делает, вот
источником прямого дохода. То есть мы
создаём объект некий, который, ну, он
довольно сложный. И, ну, наверное,
понятно, что, э, нет гонорара, который
бы мне, например, компенсировал там 6
месяцев подготовительной работы и 6
месяцев пост продакшена, да, и саму
съёмку. То есть мы всё время в этом как
бы формирова, когда мы делаем всё,
как результат ВТБ, понимаете? Да,
понятно. Есть последующая жизнь, ну, что
сам объект по себе является просто очень
сложной, дорогостоящей конструкции,
которую, ну,
мне кажется, те, кто смотрит, они это
видят, потому что я тебе сказала ещё до
начала съёмки о том, что, ну,
производство потрясающее, как человек
сама, который произвожу продукт,
понимаю, о чём говорю.
Да, большое количество усилий. Ну, этим
и прикольно. Я имею в виду, что мы от
этого и кайфуем. Песня "Фантазёр",
которую исполнил Азамат Мусакалиев, тоже
собрала какие-то миллионы, 19-20 млн
просмотров. "Фантаз,
ты меня называла".
Я читала комментарии, и я была в
восторге от того, как люди описывали
свои чувства, ощущения, потому что многи
очень классно. Люди действительно
Интересный, кстати, момент. Я на самом
деле хочу сказать просто, что я
благодарен людям за все комментарии. Там
очень, ну, там такая психбольница, как
бы одни кричат, что это вот гениальный
объект, другие, что отвратительные. То
есть
не наоборот только гениальное, я читаю.
Ну, правда,
там всякое есть. Ну, может, нет, ну, с
такими моя просто.
Да, да, да, да. То есть это всегда есть
очень полярные мнение. И это, на самом
деле, мне помогает, ээ, ну, как-то
оценивать, наверное, точнее просто то,
что мы делаем. И, может быть, некоторые
решения музыкальные уже благодаря этим
взглядам людей появились, потому что я,
ну, пытаюсь анализировать, всё равно мы
хотим нравиться людям. Я виду, что это
всё-таки наша природа музыкантская
там. Да, но там очень классные
комментарии. Я прочитала про то, что
смысл песни наконец стал понятен, потому
что многие вообще не вслушивались в
текст этой песни. Да, совершенно
по-другому. Да, она же очень отрогатель.
Я хочу сказать вам, что это со мной
происходит ровно так же, как со
слушателем. И вот я изучаю прямо по мере
погружения, прямо во время шоу. И мне
это очень нравится, потому что был
момент максималистичный, когда я русскую
музыку просто типа, ну, просто презирал.
Ну, я был джазовым пианистом. Для меня
вообще это было типа что какие Нет, я
так не буду. Типа клавишник не должен
стоять на сцене, во-первых. Да, он
должен сидеть за роялем. Это уже позор
стоять за инструментом. То есть, ну, как
бы свои какие-то представления вообще.
А, а теперь я потихонечку просто
какие-то, ну, я сталкиваюсь с объектами.
Вот фантазёр одна из таких встреч прямо,
ну, для меня тоже это пх, потому что я
беру песню, мне про неё кто-то говорит:
"Ну вот фантазёр, круто, сейчас в
ТикТоке залетел". Я говорю: "Слушайте,
говорю, ну нет, ну, пожалуйста, ну, что
это такое?" Потом я как бы себя в руки,
говорю: "Так, я найду решение, которое
мне понравится просто, и чтобы оно было,
ну, каким-то, ну, просто вот
элементарным". Там же три звука. Ну, то
есть она очень простая. То есть она и по
своей природе довольно простая песня, и
реализована. То есть эта аранжировка
вот, ну, из из палок и вот она просто из
ничего собрана, там пуктык пук, как бы.
И вот этот как бы начинает, когда это
включается,
то мы все чувствуем, а, типа, что всё
начало работать по-другому. Я тоже понял
этот текст. Иначе пришёл Азамат на
репетицию.
А как вообще эта идея пришла Азамату
дать песню фантазёру? Он же нет.
Мы просто искали, что дать Азамату.
Азамату эту песню просто любит. Но он её
любит, конечно, по-другому. из детства.
Он нас заставил эту песню, ну, как бы
рассматривать. Я сел за неё, мы пытались
с группой э её репетировать, не очень
получилось. Потом я сел, ну, это такая
она как бы электронная, как бы такой
электронный продакшн, как бы мы и я
что-то наковырял там вот эти вот, э,
пупульки эти, которые там работают. И
потом мне нужно было это Азомату
продать, потому что, ну, я говорю,
смотри, ну вот совсем иначе, но ты
выходишь за рамки своей комедии, как бы
что ты теперь драматический актёр, как
бы давай посмотрим на это так. И слава
богу, что все мы пошли друг другу
навстречу. И вот встретившись,
получилось то, что получилось. То есть
это вот в этом и есть как бы прикол всей
этой идеи, потому что мы испытываем
иногда удивительные ощущения и иногда
вот такие чудеса случаются.
И у вас, мне кажется, очень крутой номер
получился с Настей Садковской мимоходом.
Откажись  от него, откажись.
Песню сделали,
да, в Голосе? Да,
да, это в Голосе было. Потом вы у тебя
на лабе её тоже записали. И
ну, Настя молодец. То есть она тут, э,
нам всем, я эту песню давно знаю, и в её
когда-то пел Игорь Григорьев. Я для него
делал версию. И, в общем, как-то она у
меня осталась на подкорке этой песни. И
тут, не знаю, почему, мне показалось,
что она Насте очень очень очень-очень
подойдёт. И слава богу, я вот не ошибся.
Алачёва тоже,
да, даже она написала ей какие-то слова
там тёплые. Ну, в общем, это, мне
кажется, что это вот то, ради чего мы
все и работаем иногда. Просто, чтобы всё
сошлось,
да. И Игорь Николаев, мы тоже с ним это
обсуждали, потому что он же написал
слова к этой песне, да, и он,
собственно, тоже видел и слышал и даже у
себя где-то выкладывал. Мы с ним тоже
обсуждали, что фантастически получилось.
Как будто бы даже лучше оригинала. Ну,
немножко другой вайб, потому что у Алы
там всё-таки есть этот, ну, такой
саркастический такой
немного, а тут Настя как бы в одну
эмоцию играет. То есть ей плохо, а она
поёт, что ей плохо, что она что она
расстроилась.
Так, значит, твоя студия.  Ты
здесь сколько лет уже? Почти 10 лет.
Дофига,
да.
Так и и что? Вот расскажи. Вот здесь
какая-то это просто моя берлога, ну, в
которой плюс к этому проходят репетиции
Леба.
Э здесь не очень удобно. Цены посещают
мысли о том, что что-то пристроить. Там
все разные были ситуации, когда надо
было расширяться, но в итоге мы ютимся в
этом месте. Здесь удобно. Мы все в
наушниках, мы всё пишем в компьютер
всегда то, что
Ну, да, кстати, интересно зрителю будет
что-то необычное, потому что когда мы
снимаем же, мы же не слышим.
Ну да, вы слышали только барабаны и там
акустические инструменты, да?
И необычно. То есть ты слышишь просто
что-то играет одно и тоже
какие-то одни и те же. Там так же и на
сцене, когда люди неподготовленные
поднимаются к нам на сцену, они, ну,
играют только барабанщих. И первые
съёмки и шоу самого Лэп, вот для
операторов, например, была проблема,
потому что гремит барабан, там же
происходит всякая музыка. Как оператору
узнать, что соло у гитары? То есть они
не знают об этом. И потом и потом мы
стали писать вот этот, ну, как бы
сценарий, да? Ээ, и потом ещё повесили
аудио и, в общем, всех подключили к
этому процессу, чтобы оператор успевал
понять, куда ему двигаться в следующий
момент, потому что так угадать сейчас,
кстати, так,
ну, это для чистоты сцены делается,
чтобы потому что звук же барабан
попадает в свои микрофоны и барабан
попадает, например, в микрофон солиста,
там же и голос,
и мы начинаем, если чистить ну, условно,
барабаны из микрофона солиста, то мы
портим голос там и, в общем, [фыркает]
всё попадает везде. Оркестр в хор, хор в
оркестр. В общем, куча мусора, которую
нужно как-то коррелировать между собой.
Поэтому стараемся, чтобы на сцене было
максимально тихо.
Ребят, наконец-то мы с вами дождались
самого лучшего времени в году. Лето,
тепло, всё зелёное, хочется весь день
проводить на природе. Мы с детьми,
собственно, так и делаем. И это ещё один
плюс жизни в доме. Можно гулять с утра
до вечера, устраивать пикники,
обеды, ужины и барбекю на природе и даже
подремать в гамаке. Главное, чтобы не
задело футбольным мячом. Целыми днями
парни гоняют мяч на лужайке и устраивают
настоящие футбольные турниры. Я тут и
зритель, и судья, и фотограф. Кстати,
снимки на новый Xiaomi 17T Pro
получаются крутейшие. Не зря смартфон
создан в коллаборации с легендарным
брендом фототехники Лейка. А благодаря
 перископическому телеобъективу
получается запечатлеть эмоциональные
моменты даже с большого расстояния. В
телефоне уже встроен редактор, в котором
можно обработать фотографии и сделать из
них коллаж. Вот так.
Смартфон с пятикратным оптическим зумом
и встроенной функцией живые моменты
Лейка станет лучшим спутником на
мероприятиях, концертах и футбольных
матчах. Фотографируйте важные моменты,
даже если они вне центра внимания.
Камера Xiaomi 17T Pro идеально передаст
эти эмоции и сохранит их для вас
навсегда.
Есть артисты, которые к нам приходили

с изначально сомнительными
возможностями, по мнению общественности.
Ну,  например, там приходит ко
мне не лето, мне говорят: "Ну, слушайте,
ну, у него там у него там песня
пил-пил". Секунду. Ну, не все же об этом
знают, потому что
сильно поющий. Он же участвовал проекте.
Секуночка, секундочку. У него до того,
как он участвовал в проекте, я не знал,
что он может спеть русский романс или
такую эстрадно джазовую версию улыбки.
Улыбки, хмурый день светлее.
То есть для меня это как бы новости.
Всё. Я вижу человека по его прежним
работам. И для меня неле появление не
летто было вопросом спорным. Узнав его
поближе, я понял, что у нас есть, ну, у
него есть невероятные возможности. Он
вообще, на самом деле, такой один из
редких представителей, у кого
действительно всё очень легко
получается. То есть он настолько
одарённый парень, что ему, знаете, вот
всё легко даётся. То есть это это вообще
такой так немножко даже завидно как-то.
Он так вот и это может, и то может, и
вот у него такие огромные мышцы, и там,
ну вот он всё на свете, как бы это
прикольно за этим наблюдать, как бы. Ну
ты думаешь, ну вот сейчас попробуем
романс, ну, наверное, тут крякнет
сейчас. Нет, не крякнул, нормально всё
сделал. То есть это для нас же тоже
открытие. Скриптонит, например. Я с ним
познакомился с отделем, э- ну, слыша
несколько его работ, мне там, ну, друзья
казахи, э, как бы говорят: "Слушай, ну,
посмотри, симпатичный парень, в смысле,
там есть музыкальный интеллект". Я
говорю: "Ну, о'кей, изучаем". Я ничего,
я мог просто посмотреть на это и
сказать: "Ну, что там,
что-то он бурчит, что там бурчит, в
смысле, мог к этому отнестись". Так, ну,
мы познакомились с ним, и оказалось, что
это вообще мой ну такой музыкальный как
бы товарищ. В смысле, то есть мы с ним,
у нас очень хорошие отношения,
образовалась дружба, я мог проявить
пренебрежение на том этапе, и не было бы
нескольких прекрасных моментов.
Какие, может быть, ещё есть пару песен,
которыми ты особенно доволен? Ну вот
твои личные какие-то уда?
Ну, на меня сильное впечатление произвёл
Лещенко. Я сам материал ноч, да, которая
обе песни, там есть ещё песня, которая
не очень тиражируема. Его "Мы дети
галактики" поёт. И, ну, меня тут он
просто я хорошо помню этот момент. Это
тоже такой урок по сохранению энергии.
То есть, ну, он взрослый человек, мэтр.
И когда он приехал на репетицию,
чтобы я ему вот, ну, презентовал э ночь,
мы мы ему показывали там демки, но он
должен был приехать, и мы обычно
накануне вдвоём в студии с вот с
фонограммой, которую мы во время
репетиции записали, э- поём просто, ну,
примиряемся, чтобы не было на съёмке
стресса. Ну, что, типа, как-то всё не
так там и что-то надо менять. В общем, у
нас всё же в нотах уже, и мы менять
ничего не можем. Поэтому у нас вот сутки
перед съёмкой последних правок. И он
приезжает и просто я вижу, что человек
просто не включается. Просто вот он вот
ему ему
так
что-то там спел, что-то какие-то ноты не
попал как-то так. Ну, ну, в общем,
безразличия. Я думаю, ну всё, завтра
будет вот этот весь
будет крах,
наш бюджет будет потрачен напрасно. Уже
это отменить нельзя. То есть мы Да, да.
Мы просто делаем что-то
плохое.
Но я не знал, конечно, что придёт
человек просто, так сказать. Ну что,
Антошенька, давай я так хлоп, из первого
дубля мне всё сделает. И даже второй
было неловко просить, потому что, ну,
как бы для безопасности надо записать
второй дубль, но уже ясно было, что всё
в порядки и в первом. То есть вот он, э,
мне нравится такое, когда люди не
расплёскивают.
Я вот, смотря на таких людей опытных, на
самом деле, и принял в какой-то момент
решение, что я не буду ходить
на тусовке и, ну, и жать руки без конца
своим коллегам с точки зрения вот
какого-то направленного. Ну, то есть я
что-то делаю, не всё сразу, а что-то
конкретное. Если вот не расплёскиваться,
мне кажется, это вот что-то выбранное,
оно этому больше
сил достаётся.
Угу. С ЛДМ была какая-то у вас история,
что у вас не сразу получился,
ну, ну, Лёша просто, Лёша просто такой,
он настоящая рок-звезда. И мне кажется,
это так, ты так интеллигентно обо всех
говоришь тако,
ну, как рокзвезда.
Нет, ну, в смысле, ну, он настоящий как
бы такой такой, ну да, панк. То есть это
человек с методами
решения задач. То есть он,
ну, нам потрепал нервы немного, но в
итоге это тоже не зря. Всё. Я просто
прикол в том, что я не говорю про всех
интеллигентно, потому что я сейчас не
хочу э как сказать поднимать волну. Я
просто не чувствую ничего такого
относительно их особенностей, потому
что, работая с артистами, ты, в
общем-то, ну, как бы на автомате
принимаешь, что это разные люди с
разными, то есть тебе кажется, что вот
так проходят ээ занятия музыкой, да, или
там выступления, а у них это проходит
по-другому. И ну вот что мне на Лещенко
надо было на наорать, типа накануне
сказать: "Вы что себе позволяете? У нас
тут бюджет там, ну,  да, ну я как
бы жалкую ручки просто.
Нет, Лещенко, это понятно.
Так, это всё, а так всё так. В смысле?
Лже тоже чувак со своими взглядами и
методами достижения цели. Он же достиг
своей, ну, точки. То есть они, ээ, там у
них был дуэт, они были такие
неконтролируемые, такие хаотичные
молекулы. Мы не могли угнаться за этим.
Что-то переносилось, что-то там какой-то
дискомфорт. Здесь там что-то в гримёрках
не так. Тут он что-то ээ лишнего, может
быть, выпил там или, ну, то есть мы не
могли  его сделать другим
человеком, но в итоге результат, который
мы пришли,  для нас интересен.

Чтобы было понятно, как бы Антон уже
пробежал, но по нему, собственно, видно.
Я, видите, свежа,  чиста,
победила в этом. Да, выбежали вроде
одновременно, ждала на старте меня.
Я просто, да, я просто свеженькая,
понимаете, осталась. Ну давай по правде.
Ты правда бегаешь или ты ради кадра
сейчас пошёл?
Раз в жизни я решил попробовать. Просто
думаю, если все будут знать, что я
бегун, больше уважеть.
Это у тебя какая-то рутина, да?
Ну да, я стараюсь ежедневно. Ежедневно
не получается, конечно, но стараюсь. Вот
это для меня такое время с собой
наедине, потому что много активности и,
ну, не знаю, аудиокнигу послушаю или
просто
побегу с утра позлюсь.
Подожди, ну, а ты музыку слушаешь?
музыку никогда только книги или там
подкасты.
Почему, кстати, интересно?
Всем привет подкастерам.
Я вас слушаю, если что вы не знали. Я
вас А, кстати, что слушаешь? Что
нравится?
Я я вообще по ноучпопу всякому.
А,
да. Ну, я либо литература, либо научп.
Ну, давай посоветуем, может быть. Не
знаю, худже. Вот у пацанов Ацаны
классные, кстати. Я тоже смотрю. Да.
В один день, кстати, мы практически
встречались ээ однажды.
Да.
Да. А это будет видно по видео.
по по футболке.
Да ладно, да, да, да,
подожди. И что? И значит, ты слушаешь
подкасты, но никогда музыку не слушаешь.
Почему? Вот, кстати, странно.
Ну, ну я музыку вынужден слушать всё
время, проверяя материал, потому что
если я что-то сделал в студии, мне надо
это послушать потом в разных источниках.
У меня вот ребята все коллеги это
делают. Подожди, знаешь, что я я взял
одну вещь крутую.
Так,
сейчас.
Ничего специального. Так, просто очки.
Молодец.
Погнали.
Наша недавняя семейная поездка в Грецию
в очередной раз подтвердила, как сильно
я люблю отдыхать там. Эта страна очень
напоминает мне мою малую родину Абхазию.
Похоже, климат, море,  люди. А
мой любимый бренд знаменитого текстиля и
товаров для дома Тогас тоже родом из
Греции. В этом году бренду исполняется
100 лет,  и в честь юбилея он
выпустил роскошную лимитированную
коллекцию Дельфия. которая посвящена
величию Элады. Коллекция вдохновлена
Парфеноном и театром Сафокла.
Центральный мотив - это завитки акантов,
техники визуальной ретроспективы.
Слоновая кость, теракота, лазурит и
золото  в палитре оттенков как
будто переносят в храм спокойствие, в
котором прослеживается живая история.
Моя главная любовь - это шикарное
постельное бельё из инновационных
эвкалиптовых волокон Sensatex. Просто
невозможно передать, какое оно мягкое и
приятное. И,  кстати, подходит
для чувствительной кожи. Дополняют
античную эстетику, фактурное покрывало и
акцентные детали на моей прикроватной
тумбе, мраморное блюдо ручной работы,
фоторамка из сияющего хрусталя и аромат
для дома с нотами южных цветов и
средиземноморских растений. Коллекция
Дельфия не ограничивается только
спальней и предметами декора. В ней
также представленная посуда.
Изящный фарфор, украшенный изображением
Илизиума Древнегреческого райского сада,
будет особенно гармонично смотреться на
праздничном столе. Все предметы
коллекции Дельфия вы уже можете найти в
бутиках Тогас и онлайн. А по промокоду,
указанному на экране, действует приятная
скидка на все новинки. Ссылку на
греческую красоту я оставляю в описании.
У меня есть рубрика Колесо баланса, и я
буду тебе называть разные сферы жизни.
Вот так вот,
а ты будешь говорить, насколько ты
сегодня их ощущаешь. И мы,
соответственно, поподробнее про это
поговорим. Давай начнём сначала.
Карьера. Вот как ты сам оцениваешь
сегодня свою карьеру?
Ровно я
от одного до десяти. Где 10 - это супер,
а один
где-то по где-то посередине. Пять.
Ну, пять, пять-шесть, может быть, чуть
лучше средних. Ну, пять, потому что есть
куда расти и очевидно что-то сделано,
как бы. Ну, очевидно.
Пять - это так как бы, ну, средне,
совсем средне, понимаешь, да? То есть
если смотрите, смотрите, получается,
выясняется так, что
ещё и по-разному интерпретируем оценки.
Для меня опять это, ну, такое вот как
градус градус. Вот я я в хорошем месте,
да, да я в хорошем месте. Хорошо. Ну,
было когда-то больше пяти
по яркости. В смысле? Нет. Ну,
ну не знаю. По твоим ощущениям вот в
карьере был ты когда-то выше, чем вот
пять, которы
Нет, мне кажется, ну, если адекватно это
оценивать, то нет, потому что карьера -
это всё-таки планомерный рост. Вопрос,
э, вспышки первой, ну, там, например,
появление артиста - это всегда очень
заметное событие, да? человек новый, э,
куда-то пришёл из телевизора там или из
какой-то, э, интернет-истории, не вот
этот первый сигнал, ну, фрик фрик сигнал
этот, он может быть мощным, а дальше за
этим же должно стоять работы довольно
много. Поэтому
сигнал у всех первый сильнее, чем вся
остальная карьера в целом,
да? То есть когда ты
вылишь,
ну ладно, есть ещё Филипп и кто ещё у
нас такой есть, кто много лет держит
как, что есть всё время яркие вспышки.
То есть это человек в смысле
пользующийся э вот этим приёмом, ну как
сказать, не возобновления, как бы вот
подачи сигнала ещё одного. То есть это
всё время себя пере Да,
да, да. То есть пересобирает, как бы всё
время новые какие-то решения. И всегда
они яркие, заметные, и об этом люди
говорят. Я просто, ну, в другом жанре
существую, поэтому у меня была какая-то
точка появления, и с тех пор я просто
держу и пытаюсь собрать комфортный для
себя режим.
Ну, а ты представлял, что должно быть с
твоей карьерой и как ты должен ощущать
себя на 10? Что это такое вообще 10 в
твоей жизни?
А я не уверен, что я хочу на 10 себя
ощущать, потому что 10 - это,
ну, вот возьмём того же Филиппа
Бедросовича.
очень яркий путь, ээ, и такое количество
внимания такое, то есть на него всё
время направлен какой-то луч. Ээ я не
уверен, что я хочу этого и не уверен,
что могу, потому что мы все ну,
несмотря, что артисты вроде перемещены в
одну категорию, все всё равно там очень
разные люди. И [откашливается]
мне кажется, я бы сгорел просто. как ты
придумал исполнять каверы и вообще на
этом построить в принципе свою карьеру?
Это это как раз вот механизм
повторяемости, потому что невозможно
писать э бесконечное количество песен
замечательных. А я люблю просто чужую
музыку и люблю её играть. И
ну ты, кстати, классно, что ты про это
открыто говоришь, что многие постоянно
как-то, ну, отрицают вообще то, что
стоит это делать.
Часто упрекают людей в том, что, ну, а
своей-то нету. Ну, как бы она есть, и
она такая, какую я и люблю. И, как
сказать, совесть чиста, но я понимаю,
что это из разных просто вселенных
немножко. Я, ну, мне нравится видеть,
как сейчас люди на наших концеп, мы же
уже, э, ездим по России слэбом, ещё пока
не в полную силу, но уже как начинаем
охватывать регионы. И для нас-то, ну,
ну, мы радуемся, когда мы привозим такое
тяжеловесное шоу куда-то и к нам
приходят люди, и мы видим, что им
нравится наш концерт. Это это круто. С
музыкой своей она более, ну, такая как
бы отрешённая. Она вот для другой,
она более нишевая, так понимаешь,
да? Да. Это, ну, это альтернатива, то
есть это альтернативная музыка. Она так
широко не работает. То есть
соревноваться, ну, с чистушками
Ленинграда она не может просто. Просто
это разные совершенно как это на
велосипеде или на там, не знаю, на
КамАЗе ехать. То есть это просто разные
жанры. Вот. Ээ и ну хочется же и то, и
то чувствовать. И вот, мне кажется, мы
себя ведём свободно в этом отношении. То
есть занимаемся где-то творчеством,
которое нам симпатично, где-то делаем
то, что нравится людям. При этом, не
отрекаясь от своих законов
симпатичности, нам, ну вот мы музыку всё
равно все песни превращены в ту музыку,
которая нам может понравиться. То есть
мы здесь через себя не переступаем, то
есть мы делаем комфортные для себя вещи.
Ну а ты сегодня много времени посвящаешь
тому, чтобы самому создавать песни? И
это происходит неизбежно. То есть этот
процесс ну как бы он неконтролируемый. Я
в какой-то степени пришёл к музыке
русскоязычной тоже. Ну, видимо, на меня
года года работы, да, с этими хитами,
они как бы
ну наложили отпечаток. У нас есть вот
уже пару песен, которые звучат и ещё
появляются. Ну, надеюсь, это тоже будет
какой-то частью.
Ну, то есть ты сейчас занимаешься
всё-таки написанием
всё время занимаешься каким-то
написанием. То есть это
именно для себя, для
тебя всё время что-то выходит. Ну то
есть и что-то годится там, ну, условно,
для лба, если прямо вот по корзинам это
начать раскладывать, что-то не годится.
Ты думаешь: "Ну нет, это сюда, ты здесь
с этим поработал, потом вернул". Ну то
есть ты как бы
тут нет правила, как сказать, нет
правила придумывания музыки. Если бы мы
его знали, всё бы было иначе совершенно.
Ты вот сказал тоже где-то в одном из
интервью о том, что я очень люблю чужую
музыку и мне нравится в ней копаться,
чтобы она проросла дальше, чтобы у неё
появился другой костюм, другое лицо.
Где-то я как пластический хирург, где-то
как стилист, где-то нужно просто руку
подать. Мне интересно, как сделана чужая
музыка. У меня своя музыка, но я при
этом не отказываюсь от любви к чужой
музыке.
Всё, по подписываюсь полностью. Хорошая
хорошие слова, Антон.

А как ты вообще выбираешь те песни,
которые ты в итоге хочешь исполнять на
своих концертах? И как ты
договариваешься с артистами о том, чтобы
получать какие-то права? Есть песни,
которые аэ так скроены, что они, ну,
условно, больше студийные, больше
лабораторные. Их, ну, на стадионе,
например, играть, ну, не стоит. Не вся
музыка на стадионе хорошо звучит. Это
стадион всё-таки место вообще не для
музыки. Там надо, ну, правильно давить
на это. Вот мы ээ ищем такие решения,
которые будут работать там. Вот. И
поэтому здесь вот упрощаем.
Что-то работает, что-то нет. Что
касается прав, это всегда одна и та же,
один и тот же механизм. Мы все свои
права
за историю ЛБА как бы приобретали и, в
общем, стараемся находиться в легальном
поле. Мы платим службам, которые за это
отвечают, и выкупаем права у авторов. То
есть кто не дал права? Ну,
на Юрия Шатунова, например, может быть,
не дали.
Нет, мы не спрашивали, кстати, Юрия
Шатунова. Кстати, мне кажется, не
Антонов сложно, да, но можно
договариваться. Мы с карды
у нас у нас нет, дело не в этом. Мы даже
пытались договориться. Был какой-то
момент, я ездил к нему тоже, ну вот это
было перед ковидом. Мы у нас ээ был
такой длительный переговорный процесс. Я
ездил к нему домой, а мы общались на
тему нескольких песен. И, ну, просто он
такой, э, как сказать, то есть наше
общение в итоге не успело продвинуться
дальше. То есть мы с ним как-то ээ наше
знакомство, ну, вот этот стартовый
период, он затянулся, то есть мы не
перешли к технической части, то есть в
принципе достигли какого-то
взаимопонимания. С ним работал ещё до
этого,
но мы не успели перейти к переговорам
конкретно. Вот эта песня, вот эта. Ну, я
думаю, что нашли бы общий язык. Авторы,
э, часто ревностно относятся, потому
что, ээ, не доверяют использованию
музыки, потому что часто музыку
действительно используют не очень
красиво и,
ну, наверное, можно этим ограничиться.
Не очень красиво.
Ну вот Серёжа Жуков мне как раз говорил
давно ещё, правда, это было 5 лет назад
или 6 лет назад, он говорит: "Я вообще
никому не давал права на использование".
Ну, в какой-то момент уже вот последние
там за 5 лет я слышала, что всё-таки
что-то выходило. Видимо, он как-то
поменял свой взгляд на это.
Контекст. Контекст. Это не является
никогда конечным, однозначным решением.
Всегда есть, ну, есть сложные
правообладатели. Вот мы сейчас находимся
в переговорах по поводу новогодних
песен. Я планирую делать большую
новогоднюю историю. Вот. Ну, она такая
от лба как бы исходит, но это другой
формат. Вот. Но хочется сделать большую
новогоднюю штуковину. И там, конечно, с
правами очень весело. То есть там люди
ээ ну
зарабатывают деньги. Ну и их можно
понять. Это большие деньги, да. Это это
просто больше большие. Это порядок
сколько? Миллион 2три
35 млн руб., например, за пластинку там
выходит. То есть это ну это большие
объёмы.
Это очень большие деньги.
Это большие деньги, да.
Да. Ну, то есть подожди, ну, получается,
это за целую это там несколько, значит,
ну, там не одна песня, соответственно,
это одна песня и часто с такими песнями
важными, а в моём списке новогодних
песен, которые я довольно долго собирал
и анализировал, ну, это не один год
происходило вообще, мы вот сейчас пришли
уже в момент как бы начала производства
этого. Ну, вообще мы о нём говорим и
собираем информацию уже года три-четыре.
Вот. Ээ, и
там есть очень много больших песен, у
которых есть наследники. То есть это
люди вообще не имеющие отношения, по
сути, к музыкальному материалу. Они
родственники как бы и там, ну, в общем,
какие-то люди причастные наследники.
Вот. Ээ и и там по-разному бывает.
Бывает это как-то интеллигентно и
понятно, а бывает это, ну, довольно
сложно. самая большая сумма, которую ты
заплатил за права.
Я, к счастью, лично не занимаюсь этим, и
поэтому стресс этот не испытываю каждый
раз. Меня какие-то это до 10 млн. Это
Да, конечно, это до 10 млн, да.
Предложений, ну, более 5 млн я не слышал
в целом, но мы не платили такие деньги.
То есть мы, ну, склонны договариваться,
потому что мы не можем платить такие
деньги за право.
Кто ещё не сговорчивые?
Есть какие-то внутренние ощущения у
людей относительно своей музыки? мы их
не можем. Э, ну, неприятно получать
отказы, когда это сложная история. Э,
причины не приходят нам в голову. Потом,
когда мы понимаем, о чём было
беспокойство человека, ээ мы все
говорим: "Ничего себе, ты об этом
переживал?" То есть выясняется, что эти
переживания были, в общем-то,
есть песни, которые ты бы хотел
присвоить? Ну, так присвоить условно,
что вот ты думал, почему бы я так не
написал. Это вы сейчас э ты сейчас
говоришь э
нашим, как это, слоганом. Это вообще
идея ЛЭБА? Это это то, это это грубая
форма нашей концепции. То есть мы
придумали это как раз со Славой. Это
прямо вот такая озвучена, что какую бы
вот надо спросить у артиста, какую бы
песню он хотел украсть, чтобы она была
его навсегда, то есть чтобы это было как
бы его песня. То есть это этих песен
огромное количество, не надо
останавливаться. Красивая, хорошая,
интересная музыка, ну, должна иметь
продолжение. То есть когда она замирает,
ну, и не двигается никуда, но мне
кажется, это её смерть в каком-то
смысле. Понятно, что найдутся люди,
которые
именно ту запись
там пятьдесят шестого года с радостью
послушают, и такие записи существуют, у
нас их никто не забирает.
Но тем, кому эта запись, например, не
подошла по каким-то причинам, он не был
тогда вообще не родился ещё или там, ну,
в общем, не сложилось у него. У него
есть шанс через другую версию, через
продолжение жизни этой песни или там
музыки как бы её понять, её обрести. Ну,
мне кажется, что закрывать этот клапан
странно. Понятно, что есть коммерческая
сторона у этого вопроса, и это
правильно. Люди, авторы, ну, должны
получать по заслугам за свои старания,
но м останавливать это, ну, как бы
наступать на горло этому, мне кажется,
ну, это опять же моя комбинация. Кто-то
может по-другому это раскидает, но мне
кажется, что наступать на горло песни не
надо, пускай живёт.
пересматривала все ваши выпуски, решила
заглянуть в комментарии. Хотела тебе как
раз а их прочитать, чтобы ты, может
быть, как-то их прокомментировал сам.
Комментарии на комментарии. Погнали.
Наша рубрика новая.
Читаю лучший вообще комментарий. 5 лет
назад он был оставлен.
Мне одной кажется, что Антон главный
врач русской музыки. Реанимирует то, что
слушает.
А следующий комментарий санитар русской
музыки.
Санитары. Ну, слушайте,
нравится такое определение.
Ну, ну, звучит круто, конечно, но,
ну, ну, подожди. Ну, ты не чувствуешь в
себе вот реально, что ты,
ну, не закладывалось это. Я, ну, почётно
звучит. Спасибо большое.
Ну, как будто бы там часто пишут про то,
что ты пытаешься реанимировать то, что
казалось.
Я ничего не пытаюсь реанимировать. Я
пытаюсь посмотреть на музыку с другой
стороны. Вот. Ээ, здесь, здесь простой
будто бы ты берёшь какие-то слишком
попсовые или такие хиты, ну, про которые
ты никогда не можешь сказать, что это
супер, что-то сделано как искусство, а
ты такой: "Ну, типа, для масс людей,
мы сидим здесь, мы живые люди, у нас
есть какие-то свои предпочтения
музыкальные. Мы пытаемся музыку просто
сыграть так, сделать её и перепридумать
так, чтобы нам было хорошо". Когда это
совпадает со зрителями, получается вот
такое, что им кажется, что мы, как
сказать, что-то лечим. Но на самом деле
мы просто для себя, мы делаем это для
себя в первую очередь, да. Но спасибо
большое, это очень приятно.
Ты вот запомни это санитар и Да, главный
врач, пожалуйста. Нет, ну нас
А следующий комментарий. Нет, он просто
делает каверы на
Тоже как будто,
ну опять же упрощение. Так, были
какие-то артисты, которые тебе потом
звонили, писали и говорили, что им не
понравилось, как ты сделал?
Нет, нет, такого такого не было. Такого
не было. Я думаю, что артисты,
я уверен, что есть люди, которым не
понравились версии. Я, ну, это
несомненно должно быть, потому что
всё-таки форма, в которой человек
создаёт это, она для него очень ценна.
Ну, то есть он её выстрадал по-своему.
Было бы странно, если бы всем просто
нравились, э, ну, всем, кто, ээ, как
сказать, создал оригинал, нравились бы
мои версии. Но, видимо, мне повезло. Это
культурные люди, они не бьют мне морду
за это. Но
мне кажется, это нормально. То есть
должно быть и так, и так. Мне
высказывали пару раз, ну, респекты. Ээ,
но вот никто,
никто мне в лицо не говорил, что ты
сделал из моей песни какую-то.
Тут ещё наш Илон Маск Антон Беляев.
Разница только в том, что он нам всем
даёт возможность улететь в космос.
Я, ребят, ну просто,
да, сердечко. Ну ладно, тебе вот приятно
или тебе неловко это слушать?
Мне неловко всегда.
Почему?
Ну не знаю, я так устроен. Это такой
такая особенность психики. То есть ты
типа не веришь, когда это читаешь или
это или что? Что
я когда вот очень чёткий для меня есть
ээ как сказать момент, я делаю песню,
например, вот я делаю, делаю, делаю, мне
всё время в ней что-то не нравится, я
делаю, делаю что-то, неважно, своя
музыка, чужая, то есть вот я по что
потом наступает вот этот вот деникс, я
такой: "О, получилось". И вот я в момен
такой: "Вау, клёво сработало".
И дальше следующая песня. Я как бы, ну,
работаю уже над другим состоянии.
Я не я её-то не тащу с собой дальше. То
есть я просто перемещаюсь,
бывает в концерте песня меня
захватывает. Ну, если я не занят там
какими-то кнопками. Вот. Но так, чтобы я
вот жил в ощущении, что да, и это круто,
это круто. Ну просто нету, как сказать,
в этом не потому, что мне это чуждо,
мне, понимаешь, приятно что-то приятное
услышать и почувствовать, что я сделал
свою работу хорошо и что получилось и
что кому-то понравилось. Но просто
физиологической потребности в этом
ощущении нет, потому что есть дальше
пока. Ну, может, я когда-нибудь замру и
всё остановится, да, и я буду сидеть с
удочкой на реке и буду иногда почитывать
комментарии. Вау, меня тут похвалили.
послушаю песню, которую 20 лет назад
сделал. Ну то есть может это другое
ощщение, но сейчас-то я в процессе и как
будто мне это не нужно. То есть это что?
Ну это может меня остановить, может я
боюсь этого. Вот я больше это опасность
этого ощутил, когда открылась дверь, вот
когда доступ случился, когда мы стали
играть много в центре Москвы, в клубах,
когда люди стали обращать на нас
внимание и стали нам говорить всё время,
что боже, это круто. Вот, можно поверить
в это, реально поверить, что ты
действительно крут и и и мне кажется с
этого момента начать спотыкаться очень
часто.
Я, в общем-то, хотела ещё прочитать про
то, что великий мастер забывает слова и
запинается так круто. Молодцы, что
оставили финальной версии.
Ну, это на самом деле действительно
легендарный момент.
И толпа прохжих  жар
стран.
Горжусь Леонидом. э-э, и что он нам
позволил это оставить, потому что у нас,
конечно, во время шоу пишется несколько
дублей, на всякий случай мы там два-три,
ну, чтобы ребята всё успели подснять,
там, чтобы все сыграли свои лучшие, ну,
все успели расслабиться, как-то прийти
ээ в состояние определённое. Вот Лёня,
ээ, забывает слова в песне, которую
поёт, сколько мной пом  40 лет.
Ну, то есть вот он забыл. И это
действительно смешно. Он сам как бы
смеётся там в этом. Ну то есть вот он
одно слово, что-то у него там он
оказался в первом куплете, по-моему, ээ
снова. И и я у него спросил, говорю: "Мы
можно это сохранить?" Он посмотрел и
говорит: "Да, давай оставим". И это,
конечно, ну, для нас супер, ну, это
памятное видео, скажем так, потому что
ещё это же очень вылезанный продакшн. Мы
пишем это всё очень подробно, разбираем,
там всё чистим, шумы, всё это клеим. э
как бы, ну, то есть это очень
проработанное аудио, несмотря на то, что
это лай для нас, для самих, это классно,
ну, вспомнить, что это, да, что там есть
огрехи какие-то, ну, человеческие,
которые музыку не портят. Они её
наоборот делают,
да, живее. Это классно.
Тринадцатый год это проект Голос. Тебя
туда, я так поняла, уговорила жена
пойти. Ну, жена и друзья, и все так, ну,
в общем, говорили, что если там
облажаешься, никто и не заметит. Всё
равно тебя всё равно никто не знает.
Что ты чувствовал вот, находясь на сцене
в тот момент, выступая перед
в ноту не попал, я чувствовал там в
одну, потом вторую чуть пото пел. Да.
Дадада. Ну, то есть для меня это был
обычный стресс выступления
ответственного. Я просто хотел сделать
всё максимально хорошо. Всё максимально
хорошо не получилось, но вот
люди в креслах отреагировали
положительно, и это как бы сняло мой
хотя я я помню этот момент, что они уже
все повернулись. Я стою и думаю: "Блин,
а как это в эфире будет хреново звучать?
Всё ещё тупость типа, ну что я ошибся".
А они всё равно повернулись. Думаю, они
глухие, что ли? Ну,  короче, у
меня я там улыбался уже, я уже с ними я,
да, уже коммуницировал с ними, но в этот
момент я думал совершенно о других
вещах.
Ну, это какая-то радость была всё-таки
внутрення.
Не, конечно, это огромное облегчение,
потому что такой тест, честно говоря, не
пожелаешь никому. Это, ну, вот в смысле
это очень жестокая, на самом деле,
технология. То есть она такая любопытная
и классно за ней наблюдать. И это
гениальнейшая придумка. Никто
это не сможет перепридумать. Это как,
знаете, приду, как там придумая ещё. Вот
давайте будет мяч и несколько человек
будут бегать по полю, но только чтобы
это не футбол называлось как-то
по-другому. То есть нельзя второй раз
это придумать. То есть это, ну,
гениальная штука, но жестокость, которая
в ней спрятана, она, конечно,
мощная, потому что просто представить
себе, что к тебе никто не повернётся, а,
как мы понимаем, таких людей очень много
там выходит на сцену, и артисты более
крепкие, более, ну, как бы закалённые,
они это проще переживают, но к ним и
поворачиваются, потому что они
закалённые артисты незакалённые
психологически, конечно, там
травмируются максимально, потому что это
такая такой удар подых, что ты просто,
ну, вообще ничего не значишь. То есть
ты, ну, представить себе,
короче, для самооценки этого,
это просто катастрофа. Ну, то есть
представить себе, что никто бы на меня
не повернулся, ну это, ну, не знаю, мне
было бы очень сложно это пережить,
наверное. Поэтому спасибо э всем, кто
это сделал.  Да.
придумал фишку с ослим плюшей.
А это был просто прикол, что
такой, ну я был в та в таком состоянии,
я же приходил на первый ээ сезон голоса,
ээ ещё проб вот я участвовал во втором.
Первый твой конкурс был какой-либо,
да? Ну так вот, да, кроме
пианистических, как бы первый. Ээ, я
пришёл вообще первый раз в таком типа
что тут все вообще, что, что надо
делать. В общем, в таком защитном таком
режиме, как бы, ну, сам по себе. Я тут
сам по
снопски.
Ну да, да, сам по себе. Вот. Ну, мне
это, наверное, от страха. Вот. И там не
получилось в первом году. Во втором я
пришёл полегче уже, но тоже вот и
концепция вот этих спин, которым надо
петь, она, конечно, вызывала много там
разговоров и приколов. И тогда ещё это
была свежая история относительно, и мы
там много придумывали всяких
конструкций.
Мне кажется, это самые жаркие сезоны и
были они самые популярные были.
Да. Что [фыркает] мы придумали, что надо
сделать, чтобы как-то изменить игру, как
бы. Ну вот что я не буду петь этим
людям, говорил я. Я буду там, давайте я
как кому-то там ослу буду петь там.

И в общем, в итоге образовался этот ээ
эта придумка. Просто бы
это была твоя какая-то идея?
Ну да, это не было срежиссировано, это
внутри мы стояли за кулисами, я, Юля, мы
состоялись, шутили на на тему того, что
это просто стрёмная ситуация, что тебе
некому петь. Мы искали объект, я думаю,
давай я тебя вынесу, там посажу на
фортепиано или там, ну, в общем, мы
нашли
фотографию поставил. какой-то компромисс
мы нашли. Посадил этого осла и как бы и
он себя там ещё отлично повёл. Он там
смешно падает, когда поворачивается
кто-то из жюри такой заваливается, типа
в шоке. Ну, короче, это было, ну,
сработало со всех сторон. Плюс это была
какая-то милота. Я не думал об этом,
честно говоря. Это просто был вот
сеюминутный прикол. Причём там, ну,
понятно, что это регламентированный
достаточно процесс, и, ну, к съёмке
готовятся люди. Ну, в смысле, там есть
какой-то прогон. Пока ещё жюри в кресле
не сидят. Участники выходят на сцену,
там что-то пробуют, камеры пытаются там,
ну, может быть, в номере какая-то есть
особенность. И когда ты за 5 минут до
выступления подходишь к человеку и
говоришь: "Так, я вот игрушку посажу".
Ну, я понимал, что это телевизионная
машина и что нельзя делать, ну, как бы
совсем уж что хочешь. Вот. Ну, решил их
предупредить. Они сказали: "Нене, не,
не, не, какая игрушка?" Я говорю: "Нене,
она будет сидеть". Говорю: "Это без
вариантов". Я говорю: "Я вынесу его и
посажу". Вот. И они такие: "Ну о'кей,
сейчас скажем, там куда-то передали, там
главный режиссёр разрешил". В общем, всё
это, ну, под согласование и всё. И люди
так отреагировали на него, что мы стали
просто, ну, эксплуатировать эту
концепцию.
Судьба, кстати, осла какая?
Он существует.
Он есть ещё. Его никуда. И это он с
тобой еди вот прямо лежит в сумке.
Мы можем его сюда?
Да, можем, наверное, да. Вот в чёрной
сумке там. Там может быть её чтого.
Семён, кстати, с ним не играет.
Играет, играет. Он меня забирает
периодически его. Да.
Ну, вообще странно, что он у тебя его не
забрал уже давно.
Ну, попытки по давай сейчас. Вот. Вот.
А, [крик]
а можно я его посмотрю?
Боже, какой он классный.
Он реально уже застиранный сильно.
Да, он просто Да, он и выглядел плохо с
покупки.
Поживший. Он просто уже на опыте, он
говорит: "Ребятки,
да, он он покатался, конечно,
он не знает, но он был много где. Из
кармана не видно ничего".
Он участвует в твоих концертах, ты его
ставишь?
Ну нет, сейчас уже мы этого не делаем.
Сейчас как-то, ну, это, в общем,
прошлое.
Почему ты выбрала Леонида Огутина?
из всех четы,
потому что он мне был ближе всех и
понятнее по вайбу. Это,
ну,
ну вы были с ним знакомы до этого?
Мы не были с ним знакомые, так вот,
чтобы вот ээ пообщаться. То есть это
рукопожатиями были. То есть он не особо
как бы, я думаю, меня идентифицировал.
То есть мы, это было такое знакомство
очень мимолётное.
Там, собственно, вы уже ближе
познакомились. Пришлось Леониду пришлось
при этом спасала тебя в какой-то момент.
Глагия, да. Да, это был для меня такой
сложный, на самом деле, момент, потому
что я, ну, как-то выбрав ээ настроился.
Там была ситуация, в которой мне, ну,
действительно, надо было уйти, потому
что по-джентльменски, ну, было бы
странно, если бы милую девочку, которая
действительно хорошо пела, ну, как-то
там бы
Подожди, это же не это же конкурс, это
джентльмен. Слушай, нет, слушайте, но
это всё равно конкурс ээ такой как бы он
же не только про музыку, это всё-таки
про отношения тоже. Ну, есть какие-то
там я сейчас уже отсидев 3 года в
кресле, тоже понимаю какие-то аспекты.
Ну и тогда это было понятно, сейчас ещё
больше, потому что есть всё-таки
какие-то политические решения. То есть
ты не можешь плохо обходиться с людьми,
тебе надо искать какие-то оправдания. Ты
Ну прикол-то в чём? У тебя 12 человек,
ты оставишь одного, как бы тебе всё
равно всех выгонишь. То есть, но этот
процесс, ну как-то надо искать для себя
какие-то ответы.
Если говорить о голосе, куда ты вернулся
спустя много лет, но уже в качестве
жюри наставника,
да? как тебя уговорили.
Я согласился на это, потому что,
конечно, в этом была цикличность. Вот
эта это, ну, это просто классно, именно,
что ты как бы побывал с той стороны,
потом с этой. И, в общем, ээ, опять же
логика подсказывала, что это то, что я и
делаю в целом, да, для людей делаю
музыку. Вот там ребята какие-то, и
классно, что я для них смогу, ну, как бы
что-то сделать. Так и получилось, в
общем-то. Я для всех своих ребят, ээ,
своих команд как бы делал музыку все эти
3 года. Это здорово, но, честно, цена
для меня высоковата оказалась. Есть
какие-то вещи, какие-то внутренние
установки, которые я, ну, с трудом
перешагиваю, то есть, а, там это нужно
делать, я не могу. Есть какие-то вещи
технологические, которые я вокруг себя
долгие годы выстраивал, а там я не могу
работать по этим гайдам. То есть я
должен выполнять, ээ, ну, как сказать,
ну, мы все там на равных, как бы это для
всех одинаково, но для меня это
получается очень травматично. Я же не
известная певица или не рэпер, который
написал Великий хит. То есть я человек,
который умеет делать музыку и мне нужно
её там делать. Ну, там есть свои законы,
в общем,
и ты не можешь в них вписаться, потому
что ты немножко какие-то выводы ты
всё-таки сделал после вот этих трёх
сезонов для себя? Что-то в отношении,
может быть, и проекта, и себя как ээ
наставника, музыканта? Ну, вообще есть
заманчивая часть в моей работе- это
когда вот, ну, маленькая,
а, ну, такое, это же такое чудо, типа,
что вот не было ничего, потом раз из
воздуха образовался какой-то объект,
который, ну, он и остался воздухом, как
бы,  что как с музыкой происходит,
но он стал кому-то полезен, кто-то
услышал что-то новое, кто-то что-то
приобрёл эмоциональное. То есть вот, ну
вот работать с ребятами, с участниками -
это, конечно, для меня интересный опыт.
То есть ты учишься,
я всё, в принципе, воспринимаю как
обучение. То есть я конечной точки тут я
не вижу, но это было интересным
применением моих ээ скилов. То есть я
для меня вообще очень важно быть
полезным. Я понимал, кому я там полезен.
То есть вот вот этим ребятам я точно был
бы полезен. Я ещё раз понял, что для
меня очень важны, ну, очень важен
контекст, что я в контексте, который мне
сложно понять, с трудом как бы работаю.
То есть мне важно в понятном контексте
находиться.
А ты анализировал, почему именно у тебя
получилось? Потому что если посмотреть
список участников голоса, да, всех
времён, по сути имён, которых голос
открыл, очень мало. То есть есть те, кто
возвращались туда, чтобы реанимировать
свою, да, как какой-нибуд Саша Понайотов
или Рома Архипов или Маша Зайцева. То
есть были такие камбеки, но вот так вот
сказать, чтобы имена открывались. Тина
Кузнецова, да, вот она, кстати, у неё
сейчас достаточно популярные проекты,
да, Тина, мне кажется, Наргиз в какой-то
момент.
Ну, Наргиз, да, наверное, в какой-то
момент.
Норгиз была очень такой, как это, первый
сигнал был у неё суперсильный тоже. Ну,
это тоже первые вот эти вот сезоны
голоса, да, вот те, кто сейчас. Нет,
нет. Ну, мне кажется, на третьем вообще
всё это там вот технология начала
столкноваться сталкиваться с реальностью
чуть-чуть там
ну, в общем, мне кажется, что изменились
некоторые гайды. Э подробности не будем
сейчас углубляться бессмысленно просто.
Мне кажется, что есть какие-то вещи,
которые просто деформировались со
временем. Второй сезон как раз был, а,
сравним с популярностью фабрики звёзд
когда-то, там 2000, когда бы, да, и
тогда тоже фабрика звёзд открывала имена
людей. То есть ты после фабрики звёзд
становился звездой, ну, на какое-то
время, понятно, дальше надо работать.
Нет, это действительно было так. Это
накрывало как бы территорию. И с утра
действительно бабушки, которые меня
презирали, как ээ музыканта какого-то
шумного, они уже говорили мне:
"Андошенька", около подъезда уже всё, я
уже был их родненький наш.
Есть вещи, за которые тебе стыдно в тот
период?
Ну, наверное, есть какие-то
поведенческие аспекты, которые я просто
мог бы интеллигентнее решать. Мне
кажется, что, ну, это вопрос не моих
принципов. Я думаю, просто где-то я не
справился с управлением, где-то я просто
был неопытным идиотом. Ну, то есть мне
надо было научиться это делать.
Я себя не прощаю за это, в смысле, а
просто, ну, есть объективные причины,
почему я так теперь мне уже понятно, что
я просто был немножко не в себе где-то,
что какие-то вещи можно было простым
языком, где-то можно было с кем-то не
расставаться и как бы, ну, урегулировать
какие-то конфликты. где-то
даже по прошедше по прошествию времени
кажется, что так и надо было, потому что
я всё равно не ослаблял, как сказать,
свою критичность. Ну, я как бы к себе
очень отношусь не, ну, как бы без
поблажек, скажем так. И в этом
состоянии, наверное, я м забыл, что у
людей вокруг немножко может быть другая
мотивация. То есть моя жёсткость, она
как бы она и сейчас ээ ну многое что на
на что влияет. Вот. Но я думаю, что я
просто стал фильтровать эту тему, потому
что раньше этого фильтра не было. То
есть это был просто какой-то, ну, просто
как это напалм. В смысле, просто вот так
всёш
сжигал.
Дадада. То есть, ну, много энергии,
много уверенности, много,
э, как сказать, внутренних возможностей.
То есть я, ну, достаточно выносливый в
этом смысле человек. И не всегда это
можно пережить, находясь
рядом. Ну, я, в общем, учусь. Я не не
скажу, что я просто сейчас в каком-то
Дзене нахожусь, но очевидно, что я, ну,
как сказать, продвинулся в понимании,
как с этим жить людям остальным, что,
типа, я об этом сейчас задумываюсь.
Кто в тот момент тебя одёркивал и
опускал на землю?
Юля, точно, совершенно.
Но мне кажется, что
механизм моей оценки не отключался. То
есть я не уходил же, ну, если у меня не
было там сложной наркотической или
алкогольной истории, в которой я просто
вот бесконечность уходил. То есть
какие-то были эпизоды, может быть,
потери контроля, но
я,
мне кажется, как сказать, ну, на
следующий день был в состоянии оценить,
что, ну, это факап просто какой-то и
просто стыд. Вот что так себя вести не
стоит. Я, ну, мне кажется, перед большим
количеством
людей, чувствуя какую-то неловкость, в
смысле, ну, то есть мне удалось это как
бы урегулировать. То есть
сколько времени вот заняло вот этот
период у тебя?
Не знаю, ну, какие-то, наверное, пять
первые лет, наверное, было тяжеловато.
Ну, это прилично. Три, три-четыре. Я
сейчас тоже про цифры не Я так не живу.
Я не знаю, какой день недели сегодня. То
[откашливается] есть это просто
ощущение, что в начале, довольно
продолжительное время это вот
выравнивалось. Ну, мне кажется, я не
доходил до каких-то чудовищных вот ээ
состояний там, но просто на грани.
А сейчас какие у тебя отношения, кстати,
с алкоголем? Ты пьёшь?
Никаких. Я не пью уже
я не помню, ну, 9 лет, наверное. Восемь.
Не, сес. Нет, наверно, восемь. всё-таки
восемь.
Ну, это много лет, учитывая то, что
музыканта, а у музыканта я бросил
курить, на самом деле, всем рекомендую.
[фыркает]
Я я бросил курить, когда родился сын. То
есть это было вот я не бросал пить, то
есть надо понимать, что у меня не было
такого, так всё прекращаю пить. Этой как
бы такой проблемы в моём, во всяком
случае, сознании не было. То есть я
бросил курить, потому что это было точно
невозможно объяснить ребёнку. Я просто,
ну, во-первых, я начал чувствовать,
когда ты, ээ, пучку обнимаешь. Ты
думаешь, это меня воняет, да, да, это
меня воняет.
И и потом я понял, что мне придётся это
как-то объяснять, что это очень не круто
курить.
Но у папы почему-то на студии типа: "А я
курил просто в страшном режиме". То есть
я на съёмку приходил. В общем, если бы
это было тогда, сейчас бы я бы курил
тут, и никто бы меня не убедил из вас,
что нельзя. Я просто: "Убирайте детей, я
буду курить". Ну то есть вот такое было
вот. И, ну, я понял, что это абсолютный
диссонанс. И, и постепенно там какими-то
я устанавливал себя приложения смешные
там с этими с ачивками, типа вот
достижение не курю один день, уровень
кислорода нормализовался, там вот я не
курю 3 дня, там ещё что-то. Вероятность
рака упала на 1%.
В общем, в этой вот в игре как бы я
вышел очень сложно. Знаю, бросал курить,
конечно, не раз за свою жизнь, но это, я
думаю, был последний.
Вот. Потому что тут стойкая образовалась
ну как необходимость возникла, чёткая,
чёткая мотивация, зачем это точно нужно.
Ну и плюс я уже прожил э все моменты. Я
до сих пор иногда смотрю, и мне кажется,
что очень я вообще любил очень курить.
Ээ и это было частью моего процесса
написания музыки. Я потому что
действительно сидел просто в пепле. То
есть был такой, что я типа ты поджигаешь
сигарету, кладёшь, что-то делаешь, потом
она сгорела, ты зажигаешь следующую и
вот так вот в этом ужасе, да, да, сидишь
и ну вот такое тактильное тоже была
очень сильная привязка. Ээ но ощутил
как бы светлую часть, то есть я ээ
подменил в итоге это бегом, э, и
какой-то там ЛФК физкультурой для спины.
великом. Ну то есть это как бы
вытеснилось другими вещами. И теперь в
здравом уме, ну поменять это обратно. Ну
понятно, что, наверное, могут какие-то
катаклизмы там произойти со мной, но вот
так в здравом уме опять вернуться в это,
ну, конечно, точно я я даже не решусь.
Ну это, кстати, вообще тяжело
достаточно. И что отказаться от сигарет
и от алкоголя, когда
алкоголь, извини, алкоголь исчез
случайно. Я обнаружил, что я бросил
пить. Это был вообще прикол, потому что
пить я тоже любил. Вот. Ну то есть было
как бы
это часть как будто бы вообще индустрии
музыкальной.
Как будто бы, что все артисты, они
чуть-чуть накидаются и на сцену или
после.
Я на сцене, кстати, не пил. И когда, ну,
в смысле, бывали, конечно, такие
эпизоды, но как нормы это не было. Я
выпивал всегда после концерта, то есть
это работа в концерт.
Погнали.
Да, ну вот и Леонид про это рассказывал,
и Вовасников. Ну то есть все артисты,
которых я знаю, они вообще
главари,
вот суперзвёзды. Поэтому как будто бы ты
считаешь, что это какая-то норма, это
часть жизни артиста чуть выпивать. Мои
коллеги очень удивились этому, потому
что была новогодняя у нас вечеринка, мы
какой-то сезон ЛБА закончили как раз, э,
и все такие вымотанные и команда мне
просто люди говорят: "Слушай, давай
нажрёмся, нажрёмся". И я говорю:
"Подождите", говорю, "А сколько?" Я я
понимаю, что я не пил уже месяцев восемь
там или семь, просто давне давным-давно.
И я с ними выпил на Новый год. И было
классно, было весело. И я пытался после
этого зашёл в жилую часть дома и пытался
смотреть довод.
Ну, это было сложно.
 Вот лёг спать на утро, проснулся
и понял, что я просто, ну, как будто
больше не нуждаюсь. То есть это просто
вот ушло и всё. И с тех пор я не пью
совсем.
В двадцать пятом году ты стал главным
редактором журнала Правила жизни после
Сергея Минаева.
Уху. тебя туда занесло.
Ну,
мой начальник Алла пришла уже теперешний
начальник пришла ко мне и задал: "У нас
дети учились в одной школе".
Так, всё-таки Блат.
Ну, Блат, да. Нет, она меня увидела там
просто. Она, видимо, искала себе
главного редактора
и
То есть ей нужно было лицо.
Ну, она искала себе главного реда. Я не
я в этих технологиях не очень
разбираюсь. Вот. И, видимо, она меня
встретила где-то на входе в школу и,
ну, подумала: "О, ну, может быть, этот
модненький такой, вроде с хорошим
вкусом".
Да ну-ка, ну-ка, попробуем. Вот. И мы
повстречались, ээ, провели какие-то
переговоры. Я:
"Подожди, а как как вот она тебе
предложила? Просто позвонила тебе,
сказала: "Вот есть такое предложение".
Ну, через знакомых там нашла мой
телефон. И в общем, мы эту беседу
осуществили, встретились с издателем,
ну, мне рассказали, что это за работа и
что надо делать. Я сказал, что это,
конечно, совершенно не моё,
что я не оправдаю ваших надежд, что я
пишу с ошибками и вообще у меня нету
амбиций в этой области. И как бы это
вообще какой-то другой мир мне
рассказали, я не помню какие это женщины
были, и они там что-то говорили, и я
постепенно потерял
потерял контроль. Да, они меня они меня
заговорили вот э очень ловко как-то,
кстати, как это надо
То есть ты даже не помнил, как они тебя

уговорили на эту должны, мы должны снова
об этом поговорить. Вот. Ээ, в общем,
ну подожди, что они тебе сказали, что от
тебя требуется?
Я в процессе этого переговоров понял
просто, что это про продюсирование. Я
просто, ну, понятно, не чувствую себя
профессионалом внутри этой индустрии.
Ну, просто в моём представлении
профессионал индустрия - это человек,
который, ну, как бы по всем этапам
прошёл, носил кофе, знает, где принтер,
ээ, как править это там, ну, то есть как
бы, ну, который знает все азы, как бы
весь, всю кухню, потому что я вот в
музыке так, ну, то есть я всё там как-то
понимаю и могу что-то делать. То есть
все вот, ну, разойдутся, и я что-то буду
делать сам. То есть я это медленно, но
могу. Здесь у меня такого опыта нет.
Поэтому я себя как бы внутренне
дискредитировал сразу. Меня успокоили
сказать, что это, в общем-то, не про
это, что это вопрос про видение, про ээ
ну про вкус, про
какие-то решения, ну, относительно
направления того, что
это как бы менеджерская, на самом деле,
работа такая,
она, ну, менеджерская с меня снята, ээ,
в к счастью, вот, потому что меня бы не
хватило на это, наверное. Но вот для
меня это скорее креативное, много чего
мне удалось коснуться уже. То есть это и
визуальная часть. Я там суперкоманда,
типа люди знают, что делают.
Подожди, давай, давай по порядку. То
есть ты принял предложение?
Я принял это предложение.
Это это было какое-то время.
Эти женщины меня убедили.
То есть они тебе предложили попробовать
или на постоянку или какая-то временная?
Не, был предложен контракт, ээ, как бы
он годовой, ээ он уже истёк. Вот я
продолжаю работать, пока, может быть,
они не заметили,  что прошёл год.
Сейчас они вспомнят,
какие перед тобой ставили задачи
изначально.
Это не формулировалось как задача. Это
вопрос моего, ну, как бы интереса, мне
кажется. Ну, то есть понятно, что у них
есть какие-то внутренние задачи, которые
они мне, наверное, и не говорят. Зачем
чайному пакетику знать имя произво? Ну,
типа,
это неважно. [фыркает] Мы вот в процессе
этой беседы просто пришли к пониманию,
что я могу быть полезен. Для меня важно,
что, ну, то есть мне единственное, что
не хотелось - это быть просто какой-то
головой, которую на вот накле, что вот у
нас там есть какой-то Антон, и Антон
этот не будет сам ничего делать. Мы
просто знаем, что это Антон, и это
хорошо, что это Антон. Условно, вот это
меня сильно смутило, когда мы разобрали
это на детали. Я понял, что от меня
может быть польза, потому что я всё
равно работаю с визуалом много, ну там,
в своих историях и там, ну, как бы для
меня это не наво всё, то есть я не
являюсь ни в коем случае профессионалом
текстов, то есть это точно, но тоже
какая-то начитность есть какое-то
представление о том, как строится мысль
о том, что мы хотим рассказать, о чём
стоит сейчас говорить, о чём не стоит.
может быть, найти какой-то язык новый,
ну, как бы по общению с пользователями.
Ну, то есть визуальная часть, которую мы
погрузились, и там многое, на самом
деле, изменилось. Если журнал
посмотреть до моего там нахождения, он
по-другому выглядит. Это не была жёсткая
реформа, типа пришёл, топнул ногой там и
всё. Теперь, по-моему, были какие-то
вещи, которые я просто не понимал, как
работаю. То есть мне пришлось
разобраться в чём-то. Ну, то есть такая
медленная реформа. То есть за год мы
пришли сейчас к состоянию, которое мне
нравится намного больше, чем то, как м
это было до того.
Для чего тебе глобально это? Я уверена,
что не ради денег, потому что не
думаешь, это точно не деньги. Нет, мне
неплохо платят. Я, кстати, даже, ну,
как-то обратил внимание, что у меня
приходит зарплата, и я так о
приятно,
приятно, да, да, да, но она не какая-то,
как куртки найти, знаешь,
да, не не космическая, но как бы всё
равно она есть. Мне кажется, мне стало
любопытно просто. Я не боюсь того, что я
через год, например, скажу: "Слушайте, я
всё, что мог, сделал. Давайте дальше".
Вот у меня нету такой вот, ну, амбиций у
меня в этой области маловато.

решили разнообразить чуть наш досуг и
пришли в гости на выставку, которую вы
поддерживаете. Да,
журналом. Да, да, хорошее дело, мне
кажется.
Я играл здесь на открытии и немножко
переживал за это.
Ну, такое место, где разные мысли,
ну, как-то оживают.
Кстати, расскажи, это вообще необычная
история, коллаборация.
Ну, ну, ну, такое просто такое просто
ощущение, что не всё здесь можно, но в
итоге получилось, что можно всё. То, как
мы играли, тоже было мы всё время были в
ощущении, как это, не слишком ли мы, не
слишком ли мы зажигаем тут, типа, можно
ли так себя вести. Мы в новой
онкологической больнице, которая
открылась в Сколково.
И это, правда, что-то невероятное,
потому что,
да, и здесь реализовано вместе с тем,
что больница обычно делает,
вместе с тем, что больница делает, это
организовано искусство.
Да, здесь выставка современного
искусства международная, причём проходит
прямо сейчас. И мы, когда сюда пришли,
по крайней мере, я когда сюда зашла, я
обалдела от масштаба этой
Я уже прошлась,
да, уже
по, да, по самому онкологическому центру
и была поражена масштабом того, как это
всё построено. Мы привыкли видеть
онкоцентры такими удручающими, слишком
стерильными и слишком какими-то, ну, в
общем, не наводящими нам позитивные
мысли. А здесь наоборот, мне кажется,
находясь в этом пространстве и причём,
как я понимаю, что многие экспонаты
здесь останутся и после выставки большая
часть, насколько я знаю, да, тут есть,
конечно, что-то эксклюзивное, что
так на привлечение внимания сюда, ну вот
притащили, да, но вообще это планирует
здесь всё быть. То есть это, мне
кажется, очень классно.
А вообще, как тебе кажется, искусство
может лечить души?
Ну, это для меня сложный вопрос. Мне
кажется, я просто
испорчен немножко тем, что нахожусь
внутри. То есть это можно назвать
искусством, то, что я делаю. То есть это
просто, ну, немножко отупляет это
рецепторы. То есть ты не так это
чувствуешь. То есть мне кажется, что до
Мне кажется, что мне кажется, что
должно,
то есть ну мне вообще
у тебя что-то лечит. Ну я не про твоё
личное. Ну вот какой-то у тебя есть
какие-то, я не знаю, книги, какая-то
музыка, которая знаешь, меня меня лечит
заниматься этим.
То есть я когда вижу реакцию людей и
когда мне говорят, например, что вот там
ваша песня или там вот вы какую песню,
что на самом деле про всё про всё это
происходит. Просто у каждого очень всё
по-своему.
Нету в этом нету никогда логики, ну
твоей. То есть это логика человека,
который слушает. То есть он слушает и у
него образуется отношения, момент. Ну,
там кого-то кто-то бросил, у кого-то
кто-то ушёл, ээ, типа что-то случилось
или родился ребёнок, и он ставит
страшную песню про смерть, вешает под
неё пальму, э, и говорит, что я поеду в
отпуск. То есть иногда это настолько
всё, ну, нелогично, как бы, с точки
зрения автора, но это нас не должно
беспокоить. Люди используют искусство
так, как, э, так, как им хочется. То
есть и вот искусство здесь как раз оно,
кажется, хорошо интерпретируемо, то есть
оно позволяет, есть простор для, ну,
всё-таки это знаешь не натюрморт.
То есть это что-то, вокруг чего ты
можешь достраивать какую-то конструкцию.
Мне кажется, это классно.
Ты, кстати, уже успел посмотреть
выставку саму? Я сейчас я иду с тобой
по-настоящему первый первый раз, но
как это фиктивный первый раз. Я был как
раз, когда был концерт, когда бы был
день открытия. Ээ ну меня протащили
быстро, но несколько раз я просто замер
и, в общем, кое-что даже для себя, в
общем, разузнавал.
А ты сам покупаешь себе домой? Любишь
вообще?
Бывает, да? Я не покупаю, конечно,
дорогие объекты. Ну нет таких ресо Я не
коллекционер, ну какого-то очень очень
дорогого искусство, но иногда я покупаю
внезапно.
Ну что могу себе позволить.
Хорошо. А чтобы тут, например, ты купил?
Ну будем двигаться, будем двигаться.
Нет, это ну зачем так? Я бы купил.
Ну зачем? А ну мне не надо. Мне некуда
это ставить.Давить.
Да. Ну я, кстати, соглашусь. На хочется
показать вот этот объект, потому что
Понятно. Синий единорог - это здесь, как
мне сказали, как мне объяснили, одна из
ключевых экспозиций какой-то, не значит,
что он символизирует. Вот как, как ты
думаешь,
твоей фантазии? [откашливается] Давай
пофантазирую.
Не знаю. Ну, это какое-то волшебное
существо, которое может на меня спасти,
да. Излечить, кстати, может быть. Да, мы
ты лечишь души, а здесь врачи лечат
тела, понимаешь? Видишь, как какой-то
символ. Видишь? Видишь, пришло всё к
тому, что технология и лечение души -
это всё-таки, как сказать, винтесенция
работает. Лучше вместе это делать.
Да. Ну, кстати, вот что для тебя быть
вместе, что это значит?
Ну, мне кажется, что они имели в виду
как раз вот этот вот эту коллаборацию
между
древним искусством врачевания
и древним искусством развлекать людей.
Мне кажется, что мы не можем просто в
отрыве существовать, ну, в каком-то, ну,
вернее, не то, что мы не можем, мы
можем, но это плохо, когда человек, ну,
со своей бедой существует в каком-то
куконе. Мне кажется, ощущение того, что
жизнь продолжается, от того, что, ну,
всё, всё вокруг тебя продолжает жить, и
ты живёшь вместе с этим. Мне кажется,
это то, что здесь пытаются, ну, как
сказать, применить. Ну и оно работает
совершенно точно. Мне кажется, хорошее
настроение, э-э, какая-то
возможность фантазировать, отключаться
от своей беды, от своих тревог. Мне
кажется, это, в общем, я не эзотерик в
этом смысле, но мы знаем много примеров,
когда люди на силе воли, на каком-то на
хорошем настроении как бы
выгребали из самых тёмных ситуаций.
Да, мне кажется, вообще вот
твоё сознание, твоя твой мозг, да, он
может тебя настроить на что угодно. Он
может как, а, придумать, что у тебя
что-то болит, что может не болеть, как с
плацебо. То есть получается, что так и
есть. Ты можешь реально сам себя
настроить на выздоровление, тем более,
когда это в какой-то определённой среде,
в которой тебе комфортно, хорошо, в
которой ты, а, не забываешь о том, какая
прекрасная жизнь. Мне кажется, так
больше стимулов.
Простая, на самом деле, идея. Ну, как
обычно, почему-то никто не догадался.
Как всегда
раньше это же сделано для того, чтобы
вот как бы эту трансляцию смотреть,
отражение, но мне больше нравится это.
 Нет, это очень круто. Сейчас,
сейчас, э, вот эти все моменты, это от
звука происходит. Да.
Да. Вибрация. Просто
вибрация.
У звука есть частота  всегда. У
низкого она, ну, условно, если
представить это в виде волны. У у
низкого звука это крупная
частота, у высокого малень, ну, такая
мелкая.
У.
Вот здесь это наглядно в целом можно
увидеть. Каждый художник, каждый
 автор, и ты как человек, как
тоже в своего рода художник, всё равно
оставляет какое-то наследие.
То ты создаёшь всё-таки музыку, и это
предполагает, что это действительно
останется
в памяти. Да, может останется, может не
я я честно не думаю об этом
по-настоящему. Ну вот так таких не было
такого момента, что я такой: "Так, а это
останется?"
Нет, я хочу, чтобы осталось таких
мыслей. Нет, ну я не задаю себе этих
вопросов. То есть нету такого. Ну не
знаю, в общем, не триггерит, да,
наверное. Наверное, врема то я хочу
сделать  ту музыку вечную,
которая и через
знаешь, у меня проще это мне проще это
реализуется. Мне кажется, мы все в своих
ну в своих  действиях запускаем
какие-то механизмы. Ну там моя музыка
меняет как-то людей, ну там какое-то
количество, неважно, троих меняет.
Супер. Я сам  со своим э
взглядом на музыку влияю на людей,
которые близкого поля, как бы, да, там
ребёнка своего меняю, меняю музыкантов,
которые со мной работают. То есть они
меняют меня, то есть это всё
накапливается и двигается дальше. То
есть это никогда не замирает в
пространстве. То есть не, ну и во
времени. То есть мы просто, ну, как
эффект бабочки. То есть ты что-то
делаешь, оно точно что-то меняет. Будет
ли за это где-то пюст стоять?
Ну, меня, честно, честно это не
интересует. Может, это
какая-то возрастная
это начинается эрозия, и ты такой так
бюст будет  посвящённый мне.
Ты думаешь иногда о смерти? Что?
Ну, я довольно часто думаю о смерти, да.
Ну, я вообще такой в этом смысле
ипохондрик. Я всю жизнь думаю о смерти.
Почему?
Не знаю. Да, у меня был момент какой-то
в жизни такой
сложный перехода из тинейджерства вот в
более зрелое состояние. И там у меня
были какие-то чудовищные панические
атаки там. То есть я каждый день
практически думал о том, что происходит,
что это, что это конец. Ну, то есть у
муж у мужчин вообще так бывает, как бы
37,1, да? То есть только тот мужчина, у
которого 371, понимает боль женщины,
которая,
которая рожает. Да. Дадада. Да, да, да.
Ну и вот когда ты думаешь об этом, ты не
представляешь себе, что вот не знаю
будут о тебе говорить ээ там условно
твои друзья, твои близкие или ты ты
знаешь, я в этом смысле прагматично к
этому отношусь. Мне будет вообще
плевать, мне кажется. То есть я не буду
сейчас переходить в категорию осуждения
о вечности души, там, реинкарнации или
перехода в другое состояние.
А ты в это не веришь? Я во всё как бы
верю одновременно и в то же время не
являюсь адептом. То есть для меня это
наблюдательный такой режим.
А что после смерти, на твой взгляд?
Посмотрим, посмотрим.
Человек, который разрисовал эти стены -
это Миша  Мост. Видишь, как как
прикольно, да?
Ну, оживляет, оживляет всё это оживляет.
Мне кажется, что основная
основная цель будет достигнута, потому
что это пространство совершенно точно
тебя, ну, как сказать, тебе напоминает о
том, что ты не выброшен из жизни, что
это, что всё продолжается.
Мне кажется, это очень важно.
Ну и классно, что это сохранится, потому
что это называется выставка. И все
говорят про последний день этой
выставки, но большинство из этих
объектов останутся здесь,
продолжат жить,
да,
в этой обстановке, в этой атмосфере.
Насколько ты деспотичен и требователен
 к своей команде? достаточно
урегулировал это с возрастом немного, но
импульс
весьма диспотечный.
Хочу тебе привести цитату. Твоя коллега,
певица Эльмира Калимулина.
Так,
не знаю, может, ты слышала или нет. Она
тебя раскритиковала после концерта в
Казани и сказала:
"Это какой концерт?"
Ну вот я тебе сейчас приведу. В двадцать
пятом году был концерт. Она сказала, что
пока все под впечатлением от концерта
Антона Беляева, я грущу. Проект крутой,
музыкальные решение классные. Здорово,
что такой формат и жанр музыки нравится
такому большому количеству людей, но
артист, лидер группы точно ответственне
за то, что он говорит со сцены. После
юмора и выброшенных реплик в стороны
своих музыкантов мне захотелось встать и
уйти. Кому нравится такой юмор и
отношение к себе, значит, вы точно
любите абьюз. Тут два пути. Молчать и
быть крутым музыкантом, великим для
зрителей. Это очень сильно бы сработало,
чем не смешной юмор. Или прописывать
крутые подводки, если хочется шутить, то
есть иметь заготовки. Но для этого нужно
признать, что ты что-то можешь делать не
очень хорошо.
Она, видимо, ты как-то в сторону в адрес
своих музыкантов со сцены. Я как-то
у нас есть сценки, в которых мы друг
друга немножечко унижаем.
Например, я говорю
ээ Виктории, что там есть какой-то
фрагмент, где она поёт. Я говорю ей:
"Вик, а слушай, ты не могла бы перепеть
это? Потому что мне кажется, что ты
как-то это сделала без чувств. А люди в
зале чувствуют ложь. -Э, давай сделай
это. Давай, говорю зрителям, давайте
забудем сейчас об этой неприятной
ситуации. Сейчас Вика всё переделает. Я
её знаю много лет. Она может лучше. Я
делал это сотни раз. То есть это фраза,
которую мы всё время повторяем. Также
есть в каком-то другом треке, где Вика
прерывает меня и говорит: "Слушай,
Антон, ну мы всё-таки сегодня, ну,
допустим, в Казани.
Прилично ве
ты не можешь спеть нормально,
пожалуйста? Ну хоть сегодня
и как бы, ну вот такие
то заготовка,
да, конечно, я думаю, что это очень
чувствительный человек.
Я
рад, что есть какое-то вот сочувствие
музыкантом, но это всё давно проверено
на людях. И, ну, в общем-то, для нас
тоже относительно фильтр, потому что мы
всё-таки, э, ну, в каком-то смысле
иронично относимся и к себе, и к своим,
э, ну, к своей важности, и это
пинг-понг, которым мы занимаемся
постоянно на сцене. Так что мы просим
прощения за оскорблённые чувства.
Игнат, да, ты сколько лет работаешь уже
с Антоном?
Около 10ти.
10 лет. А как вы нашлись? Как вы
встретились?
А мы вообще познакомились ранее в
тринадцатом году. Я вообще сам из города
Екатеринбург и
Урал.
Да, я джазовый музыкант, барабанщик. И я
пишу картины. И в момент просто, я не
помню, где-то то ли в какой-то
социальной сети, не помню, я увидел
какое-то видео, где Антон пел песню
Доктор, по-моему, они с Юлией были в
Бразилии. И мне очень понравилось, как
это произошло. То есть как это прямо вот
в моменте я поймал, думаю: "О, клёво,
откуда этот парень? Он в Москве живёт".
Опа, класс.
Я помню тот момент. Я так дерзанул и
просто написал ему в Фейсбуке. Говорю:
"Очень круто, поёшь туда-сюда". И вот
что за истории? Он вообще отликнулся. Я
вообще просто мне не помню, мы как-то
созвонились. Очему написал с мыслью о
том, чтобы хотел с ним поработать или ты
Нет, я написал просто выразил респект,
да, и я не знаю, каким образом. То ли он
мне, я бы не просто не стал бы ему
набирать, он мне просто набрал, говорит:
"О, чувак, при этом". А он сидел на
студии такой полусонный, в какой-то
шапке, с мешками под глазами, такой:
"Привет, привет, спасибо тебе большое".
Там типа вот такой: "Я тут работаю,
что-то пишу песню эту филингу Night,
которая уже вышла там при царе горохе
очень давно, один из хитов". А он как
раз продумывал какой-то бас к ней. И я
такой: "Привет, я такой такой секой. Вот
я тут в студии сижу, пишу картины". Он
меня как-то мы так созвонились, я был
уже рисовал картины. О, говори:
"Смотри",- говорит. Он говорит: "Вау,
круто". Я говорю: "Ну вот, собираюсь
типа в Москву перебираться". Он говорит:
"Переедешь, позвони мне". Был другой
барабанщик.
Я периодически заменял его и уже
полноценно пришёл в проект в семнадцатом
году в октябре.
Ну и всё. И никуда уже не уходишь,
собственно гово.
Ну как никуда? Я работаю, то есть я
фигура независимая, я работаю в разных
других проектах. Вот у меня есть и свои
сольные проекты, и как джазовый
музыкант, и я
гастролирую гастролирую по всему миру,
да. И, ну, то есть это один из таких
проектов, которые меня наполняют.
Мы работаем вместе в команде уже около
10 лет.
Вот что тебе нравится в работе с
Антоном? Почему ты с ним работаешь?
А это долгострой. Антон из таких людей,
кто вот у неё есть какая-то идея, есть
проект, да, вот, например, вот этот
концерт, который будет 1 июня, и вот эта
долгая подготовка, долгая вот эта вот
оттяжка, которая требует детальной
проработки и всех элементов. Иногда это
дико изнуряет, но я в этом аа нахожу.
Ну, то есть, естественно, в этом, во
всём важная добродетель, чтобы всё это
на своих местах состоялось, случилось,
чтобы все ощутили это в особенности не
только на концерте, а потом на
постпродакш, на записи вот эти все
детали со звуком и с тем, как это всё с
гитарами, потому что это командная
работа большая. И Антон он такой как
локомотив, он подбрасывает иногда даже
отсутствие отсутствие всяких всякого
угля в этом локомотиве. То есть, я не
знаю, он то ли там может ногу свою
засунуть, там она обжигается, он ждёт.
Надо, чтобы доехала до конца, типа, и
вот мы прём, пока у неё не обугливается,
грубо говоря, нога. Ну, представили, да.
И в этом он очень и мне это нравится в
нём, что он топит как бы туда прямо
упёртый упёртый очень.
Да. И я так понимаю, что он очень
дотошный
во всём,
а, да. В моменте он, как и любой
творческая, как любая творческая
единица, он может в моменте придираться
даже чересчур, а потом отпускает и даже
забывает, что сам делает вообще там на
следующей репетиции. Ты говоришь:
"Антон, там типа ты помнишь про это?" Он
говорит: "А, да, точно". То есть это
такой гиперактив в моменте, когда
человек заряжается эмоционально, он
такой: "Сейчас мне нужно". То есть как
настоящий
продюсер, энтрпринёр, то есть он в
моменте находится, как и все мы. Это
тоже зависит от настроения, от того,
чтобы вот сегодня элементарно воздуха не
было. Я считаю, что надо вон то окно
выломать вообще, чтобы здесь был
сквозняк. Угу.
Когда одно открыто вообще без то,
извините,
было да
продолжи.
Приходится в таких адских условиях
работать. Ну что делать, ради
творчества?
Да. И мы поэтому мы такие все вялые были
в конце, потому что не хватает
кислорода. Мы выходим такие: "А, ребята,
интервью. Вот я вышел, три глазака
сделал и всё такой, кто остался. Мы его
просто схватили и не пропустили дальше.
Но мне говорили, я даже Антону
зачитывала это на интервью, о том, что
Антон бывает достаточно деспотичен со
своей командой. То есть он может как-то
так очень
он не бывает достаточно диспотичен, он в
принципе достаточно недостаточно он
деспотичный человек, да. То есть я
думаю, что он сам это касается работы
всё-таки, да,
это я не знаю, просто ввиду
многозадачности.
Я думаю, что каждый так или иначе
ну обольщается на вот такого рода
раскидывание, когда у тебя такой большой
поток информации происходит и ты всё это
принимаешь, тебе нужно обрабатывать и
кто-то где-то не справляется, сам не
справляется. То есть это просто сбой
происходит, но надо это тягать. Это
всегда во всех сферах происходит.
Вы звукорежиссёр Антона?
То есть всех его проектов получается.
Я закосар студийный. Я записываю и свожу
то, что Антон производит, и я
концертныйжирежиссёр. Я тот человек,
который отвечает за звук в зале.
Так, то есть если все какие-то косяки по
звуку, всё,
да, это всё ко мне, да, музыканты всегда
молодцы. Если что-то не получилось, это
я.
И что жёстко могут отчитать? А
не всегда приятно узнавать какие-то
недовольные отзывы, конечно, но
но и довольны тоже присутствуют.
Ну а как вы познакомились с Антоном? Как
так получилось, что вы стали с ним
работать? Когда-то давным-давно я
работал в студии, к которой пришёл
Антон. Там мы познакомились и спустя
годы где-то пересеклись, и он меня
спросил: "Не хочу ли я работать?" Я
согласился. Всё просто. И мы уже так
довольно давно.
Быко лет вы работаете с Антоном?
Ну, у нас было несколько периодов, и
как-то там дорожки разбежались, но
последние лет пять, мне кажется, уже мы
так вот плотно каждый день вот в
соседних домиках сидим и работаем.
Что вот уникального в Антоне? Почему вы
столько лет работаете?
Я очень благодарен Антону за то, что он
приносит много разных музыки. То есть
это опыта отличается от моего
предыдущего, когда работаешь с
каким-нибудь артистом и ты находишься в
какой-то конкретной рамке музыки.
Ну да, там один стиль какой-то, да,
получается,
да, понятно, что там есть какие-то
вариации. У Антон - это каждый день
что-то новенькое, и это здорово. То есть
у меня как будто много антонов.
То есть он приходит каждый раз какой-то
идеей к
Ну то естьдаг разные музыка, разные
артисты, с которыми он работает, и да,
разные идеи. И что меня особо
привлекает, я не знаю, что будет завтра.
То есть вот эта предсказуемость мне
всегда как-то была мне скучна, а тут я
не представляю, что будет. Может быть,
сейчас он зайдёт и скажет: "Нет, всё по
новой".
В чём уникальность Антона на твой
взгляд? Он поистине продюсер. Но,
во-первых, дальзоркость, то, что он на
вдолгую работает, это первое, я говорил
ранее. Второе, а то, что он умудряется
собирать вокруг себя людей, несмотря на
то, что у него он достаточно
сложный, мягко скажем, человек. То есть
он очень сложный человек. И вот это вот
я я не знаю, как это как так возможно,
но вот это меня
потрясает,
несмотря ни на что, старается быть в
фокусе современных тенденций,
музыкальных общих тенденций искусства,
того, что происходит вообще в мире, как
это всё влияет. Старается быть тоже, ну,
то есть следить за всеми трендами и в то
же время сохранять вкус. А вкус - это
очень важная вещь. Его можно тоже также
потерять, если идти только на поводу вот
вот тех же самых трендов. То есть важно
иметь этот вкус и его как бы не
отказываться, грубо говоря, там от
пиджака, да, хорошо сшитого в пользу там
каких-то мимолётных одёжек, там тряпок.
Вот, пожалуйста, 20 артистов, 36 разных
композиций. Антон, собственно,
невероятное визуальное сопровождение. Э,
суперсвет и звук. Э,
мне кажется, пока мы выйдем, уже билетов
всё равно не будет, но на всякий случай
мы как бы работаем. Мы не можем не
бояться этого. Так, ну, кстати, ты
знаешь, что сейчас на самом деле очень
всё сложно с продажей билетов. Сейчас
очень многие артисты, вот недавно Тося
Чайкина объявила, что она отменила свой
концерт, потому что у неё не продаются
билеты. Она очень искренне обратилась к
зрителю, сказала, что вот как бы не
знаете, в жизни артиста наступают
периоды такие. Это надо просто тоже
принимать как часть процесса, потому что
часто вот когда ты, ну, зажглась твоя
звёздочка и кажется, что всё, вот всё
решено, но это не так. У этого тоже есть
кривая своя. То есть люди устают, хотят
нового, хотят, чтобы ты изменился или
хотят, чтобы ты не изменялся.
Но
что-то, ну, в общем, вопрос у людей
очень много.
Ну, и сейчас время, когда, прямо скажем,
сложно всё в экономике нашей страны,
да, и поэтому люди выбирают просто не
три концерта в месяц, например, да, а
один. На нашем концерте вы сможете
побывать на 100 концертах за раз.
Что ты думаешь про искусственный
интеллект в музыке? Сейчас огромное
количество, мало того, что исполнителей.
Это было воспринято многими людьми как
появление волшебной палочки какой-то
волшебной кнопки для решения их проблем.
То есть я просто с этими проблемами, ну,
как сказать, с тем, как делать музыку,
ээ вопросов у меня нет. То есть понятно,
что люди, не имея там ресурсов каких-то,
студий, образования, ещё чего-то,
сталкиваются с со своим желанием делать
музыку. Это классно. Э, но понятно, что
это полка о двух концах. То есть с
появлением э компьютера, с момента, как
студия звукозаписи перенеслась просто в
компьютер, когда там всё надо было
делать, зная, что ты делаешь, но при
этом уже в лептопе, это породило
огромное количество новых музыкантов,
огромное количество новой музыки. И были
мнения о том, что это ужасный шаг, о
том, что мы сейчас даём инструмент в
руки людей, которые вообще не знают, как
музыку делать. они будут делать всё, что
угодно. А потом эти люди стали
выкладывать эту музыку, и появился, ну,
вот этот не океан уже, когда галактика
бесконечная музыки, которую каждый день
люди выкладывают, выкладывают, и там
мусора, конечно, огромное количество.
знаком с примерами, когда люди м не
имеющие музыкального образования, не
имеющие понимание, как это делается,
создавали восхитительные вещи. Я так
по-хорошему им завидую, потому что это
тоже, ну, для меня лично
такой путь, ээ, со временем стал
понятен, что ты сперва пытаешься стать
самым эрудированным, самым накаченным
знаниями, самым быстрым, самым ловким,
самым самым самым самым. Всё это свести
в ну то есть видеть всё, всё понимать
в музыке и всё уметь. А потом понимаешь,
что за, ну, с такими данными ты
превращаешься в человека довольно
банального, который как бы, ну,
принимает решения довольно скучные и не
очень интересные. И тебе хочется
немножко стать дураком, опять, который
не понимает, как это делается, и
научиться опять делать странные вещи в
музыке, потому что люди, ну, хотят
этого. Музыка должна быть, ну, как бы
свежесть в ней, свежесть взгляда имеет
значение. Понятно, что есть музыка
вечная, к которой надо относиться с
уважением. На ней держится просто наше
понимание. Ну вот это такая земля, да,
на которой мы стоим. Но всё дальше нас
должно развлекать, потому что музыка
всё-таки это про развлечение. И вот этот
подход смелый, такой безумный, он
проявился, когда люди получили в своё
распоряжение, ну, новые инструменты. Это
очень классно.
Ну то есть ты, в принципе, считаешь, что
это прогресс какой-то. искусственный
интеллект немножко другая история, да,
он ещё раз отвязывает
этот поводок. Это это ещё одна степень
свободы, ну, такая куда более, конечно,
глубокая. То есть здесь машина уже в
состоянии из-за тебя это точно применимо
с точки зрения производства. И это точно
хороший путь для профессионалов, потому
что мы действительно экономим время. Я
сам
в чём-то пользуюсь для каких-то создания
каких-то каркасов. Я могу сразу
посмотреть время, посмотреть
впечатление, как это работает. То есть
что-то подсобрать. Я не делаю этого
активно, но как бы кое-где это
действительно
решение. Это удобный инструмент. Просто
если компьютер дома - это всё-таки точно
карандаш
и, ну, всё равно, если ты писать не
умеешь, неважно, у тебя компьютер,
студия, там, без разницы, то есть ты не
можешь им пользоваться, то тут твой
карандаш немножко как будто живёт своей
жизнью ещё. Но я думаю, что всё-таки это
больше инструмент. Просто границы его
использования находятся чуть дальше
нашего понимания. Мы просто не как не
приспособлены. У нас нет опыта
использования таких карандашей, поэтому
я бы не стал этого бояться.
Ну не лишатся ли работы аранжировщики,
условно. Так, в смысле, не лишаться ли?
Это не будущее, это уже прошлое. Они
лишились работы, конечно, это уже бьёт
по людям. Нет, это сейчас происходит.
Это нужно точку зрения, ну, точку
смотрения выбирать сейчас, потому что мы
все в разных ситуациях. По по ком-то это
ударит, по кому-то это ударит
там через 5 лет, а кто-то уже сегодня
теряет работу. Он стал э не
аранжировщиком, а, э, ну, промтером.
Типа этот человек пишет промт теперь для
суна, да, и оно выдаёт ему 50. Другое
дело, что сталкиваясь с нука, опять же,
сталкиваясь сейчас с работой
искусственного интеллекта, мы понимаем,
что в творческой области это иногда не
сокращает время, то есть иногда проще
самому написать
по-прежнему отдать профессионалу,
который за большее количество времени
сделает понятную запрошенную вещь, чем
биться с промтами бесконечно, и тебе
будут присылать генерации, которые не
будут отвечать твоему запросу и из них
пытаться склеить Франкенштейна, который
наконец-то будет отвечать этому запросу.
Ты сам пользовался Суна? Ты пробовал
писать там? Я нет, я никогда не писал
музыку в Суна. У меня есть помощник мой
Макс, мы с ним работаем такой мой
главный технический человек. Вот. И ну
мы как-то приняли решение, что нам с
этим дьяволом надо подружиться просто
быстрее, ну, чтобы мы были знакомы,
потому что кто его знает, насколько это
завтра шагнёт. Сейчас это очень,
очевидно, корявый алгоритм. Ну, я имею в
виду, что
слушай, ну, мне один артист такой
большой, он композитор, автор песен и
так далее, он мне даже показал песню,
которую он написал через это суно. Ну,
как бы туда ввёл параметры, естественно,
и вот эта суна ему сделала песню. Мы
были в шоке от того, насколько круто
написан текст, что он настолько
почувствовал самого автора, что он прямо
буквально, он говорит: "Я лучше бы не
написал сам". Хотя у него там огромное
количество хитов больших, которые он
Я думаю, что Я думаю, что разные очень
кейсы. Очень очень очень разная очень
разная музыка. Где-то, наверное, это
достижимо, где-то пока вообще
недостижимо. То есть это зависит вот от
точки, из которой мы смотрим, потому
что, ну, эта технология точно совершенно
развивается сейчас на слух для
профессионала
это отличимые вещи.
Так вот, кстати, сейчас насчёт отличимых
вещей. Сейчас я тебе поставлю
парочку артистов и и не и
не А ты можешь? Да. Дада. Да.
Так я как тебе замиксую и посмотрим, как
ты как музыкант, сможешь ли на слух
определить, где что. Потому что ты
понимаешь, да, что сейчас это очень
большой рынок. Более того, мне папашу,
который из Blackстара, а он рассказывал
о том, что он в принципе сейчас запусти
Нет,
он сказал, что у него целое направление
сейчас яишных артистов. То есть он
планирует это развивать. Он говорит:
"Они требуют так много, как живые
артисты. Они не едят, никаких требований
не выдвигают, не кидают тебя, как только
становятся большим дене свой пополни".
Вот, понимаешь? Поэтому и не только он.
Кстати, Тимбленд, он тоже запустил
сейчас и певицу какую-то.

Потом, когда эти и артисты будут с ними
судиться,  посмотрим, насколько
это сложно. Посмотрим, посмотрим. Так,
давай я тебя буду ставить, а ты будешь
мне говорить. Или не и
давай.
Тихо
придышить мне в окно мерлка.
Да, правильно. Это вот Саша Комович. Это
вообще супер большой хит. Снегурочку,
которая пела. Может быть, ты видела вот
этот тренд? Дед Мороз,  не
мороз.
Это она. У неё огромное количество
песен. Она сейчас дико популярная в
Яндекс-музыке. Она там занимает
какие-то, э, места, и она даже с Димой
Биланом записала дуэт, если что, твоим
коллегой. Так, давай ещё.
Да, я видел про это.
Ну, вероятно, вероятность живого есть.
Да, это Асия, артистка. Смотри, как
неплохо. А как ты слышишь, как музыкант
вообще? Ну, по интонациям, по по
точности есть вещи излишние. То есть
машина, э, это изменится. Это сейчас я
могу отличить. То есть, ну, либо мне
надо будет практиковаться. Я просто
слышал образцы и понимаю, как машина
выстраивает, ну, как она нас пытается
обмануть, в смысле, как она имитирует
вокал. И там есть отличительные черты,
которые я просто слышу. То есть это
слишком прямые ноты. Ну как, ну какие-то
особенности, которые для музыкантов, ну
не проблема услышать. То есть,
ну да, это для музыкантов, потому что
для обычно,
да, это натренированный слух. В смысле?
Я ещё раз, у меня нету ощущения, что я
отличу всё, что угодно. Можно,
во-первых, самая большая ловушка, что у
нас артисты живые, ну, с большей
вероятностью будут звучать, как и то
есть можно так затюнить человека, что он
будет совершенно как робот звучать тут.
Ну да, здесь же уже обработаны.
С если мы сейчас мы сейчас слушаем всё
время поп-музыку в одном примерно жанре
находимся. Если мы сейчас хватанём
кантри, например, то там живого человека
мы отличим сразу. Ну то есть музыку
легче отличить. Любая музыка, в которой
нету вот засилия спецэффектов на голосе.
То есть это всё это всё тюненный вокал,
как бы он маскирует вот эти различия,
потому что по сути, ну
машинный вокал он автотюненный
автоматически, то есть он на входе уже
такой. И ну вот я я по этой разнице
сейчас определяю. То есть никаких чудес
тут нет. Но я думаю, что технология
шагнёт, и я не смогу.
Ну подожди, давай ещё пару
сколько сколько?
пальёт волной.
Ну, это сложный для меня кейс
по материалу как будто бы может быть
живой человек, но не могу. Это очень
похоже. Супер популярные тоже вот
артист, не знаю, группа, как это вообще
можно.
Вот здесь как раз вот здесь просто как
будто проведена работа, ну, мощная по ну
стилистически номер один в прошлом году
был среди вот ИИ и не только. Прикол в
том, что это вот находится уже, ну, в
чём как бы вокал немножко как будто и и,
но тебя уже путает то, что выбран жанр
совершенно другой, и ты как бы в нём
немножко начинаешь сомневаться. Для меня
это сомнение Да. Это, кстати, на стихии
Есна. Ты знаешь, он вообще вот этот
артист, он на все стихии Есна записал
песни. Ну как не артист и кто за него
это дела?
Да, представляешь, то есть мало того,
что ты просто берёшь стихи
уже известные, то ты ещё и используешь и
просто шикарно. Так, ну давай ещё одно и
всё.
Ты, кстати, не слышала это всё в
нею.
сильнее иду к одному.
Ну уже страшно, но пускай будет живой
человек,
да, это живой человек.
Ну это, кстати, большой хит в соцсетях.
Все на него уже делают, снимают.
Расширю кругозла.
Не, ну подожди, ну ты реально не следишь
вообще за тем, что происходит наше?
Я в чистом стараюсь находиться. То есть
я не то, что не слежу, я отслушиваю
музыку как бы вот по то есть я я просто
слушаю другую музыку. Это в меня редко
попадает.
Если говорить про финансы, мы с тобой
обсудили концертно день пять, а то есть
есть куда стремиться.
Есть куда стремиться, конечно. Ну,
слушайте, финансы, любое, мне кажется,
наличие по порождает аппетиты какие-то
ещё желание выращивать
и в рабочей среде, и в бытовой тоже, ну,
как сказать, увеличивать объём, потому
что, ну, вот лп мы делаем, э, и это
настолько скрупулёзно. иногда, что, ну,
мои
финансовые службы смотрят на меня как на
идиота. Они просто, ну, это что? Зачем
это? Говорю: "Ну, надо". Они, говорю,
чувак, го, ну, тогда это теряет смысл
всякий. Зачем, зачем мы вообще этим
занимаемся? Ну, то есть бывают такие
моменты, что это как бы в трубу всё
летит, летит. Ээ, я не чувствую себя, я
не могу пожаловаться, вот, но я не
чувствую себя богатым типа человеком. То
есть я, ну, это
есть у тебя какая-то материальная мечта,
вот не знаю, что-нибудь самолёт купить.
Воще Нет, нет, нет, скучно очень всё,
всё скучно. Ну, а что ты такое всё
равно?
Я просто мне, я не скажу, что я всё
могу, что я хочу. Вот, но я в целом могу
себе позволить комфортный Яне мне
кажется, я сейчас даже в обратную
сторону немножко двигаюсь. Ну, в смысле,
каске какой-то.
То есть, мне кажется, что я довольно
активно пользовался, ну, тем, что у меня
есть. И сейчас как будто есть какое-то
желание,
ну, аскетичней подходить. Ну вот, не
знаю, там съедо, я помню, что когда я
выпивал ещё, ээ, если вот работы много,
то есть был такой ритуал, что там два
концерта, например, за вечер, потом ты
немножко уже в тебе стакан виски, и ты
приезжаешь к дому, заходишь в Азбуку
Вкуса, например, и просто набираешь там
просто все салаты, всю курицу, садишься
перед телевизором и такой: "Я крот".

Ну то есть ты отдыхаешь в моменте, ну то
есть у тебя вот вот вот оно у тебя пир,
просто смотришь кино, ешь курицу,
счастливый человек. Ну то есть такие
простые вещи. Сейчас ешь гречку,
такой типа классно кино не буду
смотреть, лучше посплю. Ну то есть

меняются просто настройки какие-то. То
есть и мне канешне в связи с этим
сворачивается вот это. Я никогда не был
любителем золотых унитазов, но но просто
сейчас как будто ещё меньше это.
Ну хорошо. На что ты всё-таки тратишь
на комфорт? На, мне кажется,
передвижение, ээ, какое-то место
проживания просто вот вот когда тебе
удобно работать, когда тебе удобно жить,
когда ты ну опять же сын, вот сейчас
вокруг него выстраивается какая-то, то
детей содержать очень дорого в наше
время с этими кружками, со всеми. Все
знают, я думаю, об этом, да. Ну вот, ээ,
вокруг ребёнка, да, выстраиваешь
какую-то инфраструктуру новую, которая и
твою ломает иногда, в общем.
Ну, а на одежду тратишь?
Ну да, я вообще такой, наверное, в этом
смысле шапоголик немного, но не безумно.
То есть я всё равно, я же не надеваю. У
меня был момент, когда я покупал, э,
и когда я время от времени покупал
какие-то яркие вещи, просто вот, ну,
что-то там
яркие брендовые, ты имеешь в виду или
что?
Ну, что-то, ну, что
полу я ни разу тебя не видела. Прямо в
яркой одежде
были такие покупки, и они все вот висят
в одном шкафу, и я их надел один раз.
Там вот эти архивы.
Да, да, да. Ну, ну нет, это просто
понятно, что я не надену уже. Не, то
есть это вот, не знаю, снимал с ком-то
шоу, пришёл. Я же не пользуюсь услугами
стилистов, да?
То есть тебе не приносят стилист
никогда. Я я вот если снимаюсь, я иду,
ну да, не знаю, там в голосе я сидел в
кресле, вот мне надо было пойти и купить
себе на сезон там каких-то
Подожди, а почему, кстати, интересно, ты
не пользуешься, многие артисты экономят
также. Мне мне нравится мне нравится,
чтобы моя одежда, вот я пришёл к этому,
что моя одежда должна быть повседневной.
То есть мне не нравится одежда, которая
вот прямо
ну не знаю, мне как-то обидно эту
одежду.
Ну да, что эта одежда, чтобы её надеть
 один раз, как-то странно,
да? Тем более, когда она стоит дорого.
Мы такое нем Да. Да.
Продолжаю читать комментарии,
но один остался. Давай. Дайте Беляеву
народного или заслуженного. Вы
посмотрите, какой вклад  человек
делает в российскую культуру и как он
творит, казалось бы, из попсовых песен
такие шедевры. Антоха, ты просто топ.
Горжусь.
Спасибо.
Ну а вот что ты, как, кстати, как ты
относишься к таким вот ээ званиям?
Народные заслужи. спокойно. Но я не жду
ничего. Там есть какие-то
там тебе нужно подать,
там есть какие-то механизмы. Да, я
вообще человек не бюрократический. Мне
сложно представить себе что-то.
Ну это как для родителей, мне кажется,
больше. Нет, ма для мамы.
Да нет, мне кажется, мама спокойна моя.
Она такая альтернативная довольно
женщина.
Нет, просто мы обсуждали с Игорем
Юрьевичем Николаевым как раз-таки то,
что ему очень долго не давали.
Ну это же как какой-то вопрос пенсии.
Ну, я имею в виду, что это,
ну, это раньше было как-то важно и
пенсии всё там много каких-то это всё
давало тебе привилегий. А когда-то
сейчас это, конечно, не настолько важно.
Знаю просто, насколько это с
материальной точки зрения важно.
Так, не с материально. Здесь, мне
кажется, больше вот
если говорим про эго, то безразлично.
Тебя вообще
вообще спокойно.
Ты не не ждёшь?
Не знаю. Никогда в жизни не было такой
мысли.
Концерты. Ты часто бываешь на концертах?
Ну, ну, не так часто, как, наверное,
можно было бы это делать, но последнее
время, скажем, я стал об этом
задумываться. В какой-то момент просто,
э, для меня было вообще проблемой
посещения общественных мероприятий,
потому что любая, наверное,
профессиональная деятельность, ты просто
начинае, ну, так натирает иногда. То
есть ты начинаешь уставать и думать,
что, ну, вот сейчас ты из этой музыки
должен будешь пойти в другую
и знатия,
будешь сидеть там и фиксировать, сколько
раз кто ошибся. Типа ты можешь спокойно
слушать.
Очень сложно это случается. Я я себя за
это ругаю. Не считаю, что это классное
умение. Оно хорошо на работе, но как бы
так в жизни я, конечно, потерял отчасти
способность слушать музыку вот, ну
просто эмоционально. То есть у меня
очень редко бывает, что вот я просто
уах, типа, и классно.
А вот что ты слышишь, как музыкант, чего
не слышим мы как слушатели?
Я не знаю. Ну я я слышу слои, я просто
слышу из чего что сделано. То есть как
работает отдельно тот или иной слой. Да,
все это слышат. Просто тут важно
заострить на этом внимание. Вот как
хирурги, наверное, ээ знают, что внутри.
То есть мы тоже с вами вроде знаем, да?
Да,
но не так знаем, как хирурги. То есть
если мы сейчас перед этим окажемся,
наверное, мы немножко начнём путаться,
что это на самом деле. Это оно или не
оно? Там же не всё как на картинке. Вот.
И я просто много раз заглядывал и легче
понимаю просто, где что лежит. Вот. Но и
по бочке есть
три лучших концерта. на которых ты был.
Пускай будет курензи с Равелем из
последних приобретений. А пускай будет
джазовый концерт из моего детства, где
играет мой преподаватель саксофонистом
в Магадане и где я вижу, как люди
взаимодействуют с публикой. Ну, честно,
разрыв просто. И ещё был фрагмент в
Хабаровске, когда переехал, там был
джазовый фестиваль местный. Я
м я забыл, что это был за это был
джазовый стандарт какой-то. Ну,
допустим, караван там Эллингтона. И там
играл барабанщик, с которым я
познакомился потом взрослый дядька.
Надеюсь, он сейчас в здравии находится.
Вот. И у него там было соло. Я, честно
говоря, от этого соло переместился
куда-то, ну, как мне тогда показалось, в
Нью-Йорк, в какие-то главные джазовые
места. То есть меня это просто вышибло.
И концерт, который
для меня стал неожиданностью,
а LCD Sound System - это такая
нью-йоркская группа, ну, такой тоже
альтернативная история. Я пришёл на
концерт РадиохAD, э, в
Томk вернулся. Ну, знаешь, да, сейчас с
концертами ездить.
Да, да, да. Я пришёл на концерт радиох
на Примовери испанском фестивале, и там
были йла радиохad. Ну, в общем, я так
слушал всё. Ну, понятно, что это всё
через анализ. Ээ радиохad всё-таки для
меня это такая больше студийная группа.
И я так смотрел, ну, как-то как-то мне
понравилось, ну, в смысле, поскольку я
знал материал там и всё было понятно,
что они делают. То есть не сказать, что
это было плохо, но это не было вот
как-то как мне хотелось. Я так немножко
приуныл тогда. Был в те времена
перископ, вот смешной это Дадада.
Смешные трансляции. Вот. И я подключился
к этой как бы подключился на перископе
к концерту Томайорка. Ну, типа показывал
его. И вдруг ээ налетела какая-то туча
поклонников радиохеда. Просто значили
подключаться люди. Я не сейчас не
вспомню цифру, но она какая-то для меня
была совершенно безумная. Ну, типа
какая-то там тысячи каких-то людей
просто. И они все меня благодарили за
то, что я типа снимаю,
то есть со всего мира просто люди. И я
стоял с телефона, а мне уже концерт, как
бы я уже хотел уйти передохнуть, и у
меня уже устала рука, у меня уже садился
телефон, принесли powerbank, воткнули.
Я, короче, я достоял этот концерт
просто, ну, чувствуя ответственность за
дело, которое я начал. Вот. Ну, и вот в
таких впечатлениях ушёл. А потом после,
ээ, радиохеда я сделал небольшой
перерыв, пришёл и был концерт LCD. Я
знал, что они существуют, знал примерно
музыку, там, ну, пару песен, но никогда
за ними всерьёз не следил. И это был,
конечно, просто, ну, просто коллапс
какой-то для меня по звуку. То есть я
просто офигел и от харизмы солиста, и
от того, как выстроено на сцене всё, и
от того, как это звучало, я попал в
какой-то свитспот просто такой
нереальный. То есть это это просто было
настолько тепло, мягко, глубоко, типа ты
всё вот, ну, просто невероятная какая-то
машинерия. И ты, в общем, я был поражён
тем, как это звучало, и для меня это
стало, ну, примером, в общем-то, в, ну,
в работе в дальнейшем, потому что они,
конечно, А потом я с Мёрфи, с солистом
этой группы случайно встретился на
Мальдивах, в Китсклабе, ээ,
ребёнка привёл и смотрю, какой-то
бородатый чувак тоже привёл ребёнка. Я
так смотрел, смотрел на него и думаю,
как-то неловко.
Ну, подошёл. И, ну, ну, я, мы рядом
прямо стояли, я его спросил: "Го вы не
из Нью-Йорка, случай?" Он говорит: "Да".
Я говорю: "Вы случайно не играете в
группе?" Он говорит: "Игра".
Ну и мы там ещё пару раз с ним виделись,
выпили какого-то там свежевыжатого сока.
Вот. Забавно.
Есть концерты, на которые ты хочешь
попасть или исполнители? Ты
Да, нет таких таких вот ээ ну вот хотел
посмотреть, как парень по земному шару
ходит.
Понимаешь,
но это уже было.
Вот. Я думаю, что это неожиданные вещи.
Мне нра Ну вот всё, что я сейчас
рассказал, было не запланировано для
меня. То есть все эти штуки на меня
как-то подействовали. Просто потому что
они подействовали. В нужный момент
оказался я где-то.
У тебя сын в музыкальной школе учится,
да?
Как ты ему прививаешь музыкальный вкус?
Просто сейчас засилия в этих Ну, я
думаю, что он всё-таки открывает
наверняка планшет и видит. Нет. И у вас
вообще
Нет, нет. У нас всё это очень
регламентировано. Да. Да. Это круто,
потому что у меня ребёнок бебано.
Мы сидели в каком-то ресторане с его
одноклассницей и родителями пришли, и
они там что-то болтали, и к нам сидела
рядом компания взрослых, они так
наклонились, говорят: "Слушайте, ну
респект, конечно, вот они у вас оба без
планшетов, без вай айфонов". Очень
круто.
Я почему спрашиваю? Потому что
сегодняшняя вот эта вот даже не
молодёжь, а вот дети, они сидят в этих
бесконечно рилсах и телефонах, где они
слушают очень странную музыку. Ну вот на
то, на что снимают эти рилса, а это
просто, ну беспорядочное Ну как
бы назовём вещи своими именами, потому
что я как мама детей, я периодически
что-то слышу, и я попадаю в ужас. Слава
богу, что я тоже с детства ставила и
классическую музыку, и они оба все уже
третья тоже пошла, занимаются, а, на
фортепиано играют. То есть я стараюсь от
себя привнести всё, что я могу. Да,
но я к тому, что всё-таки я не музыкант
сама, да, я насколько я могу, я что-то
делаю, но у тебя всё-таки
ты сам музыкант и классическое
образование у тебя. Вот что ты делаешь
для того, чтобы привить сыну
музыкальную? Так я думаю, что окружение
ребёнка просто это контекст же. Ребёнок
в контексте существует. То есть если это
специальные какие-то вот давай сейчас мы
будем слушать Моцарта, ну это сложно.
Это точно так же, как любовь детей к
музыке. То есть мой сын, очевидно, очень
любит музыку, и он может сесть за
фортепианой и просидеть там, возюкая ээ
фрагменты своих новых произведений,
превращая их во что-то уникальное своё,
там, занимаясь какой-то. Вот он может
час там просидеть, но когда ему нужно
учить новый итют, то он, скорее всего,
через 10 минут начнёт постанывать и,
может, даже слеза скатится одинокая, что
его жизнь - это печаль, как бы, то есть
и ему надо эту часть развивать. И вот то
же самое с прослушиванием музыки. То
есть, если это становится типа,
слушай, это круто, это там Моцарт, типа,
он маленький, как ты был, и уже там
что-то делал. Ну, во-первых, это
легенда, да, во многом. Во-вторых, ну,
это должно быть частью его жизни. То
есть я пытаюсь заинтересовать его
какими-то там вот не знаю, винил
поставил, он там пластинки сам включает.
Иногда больше сказок, конечно, слушает,
но где-то раз про проскакивает.
Я не направляю его на какую-то
конкретную музыку. Ээ он,
не знаю, с мамой едет в машине, слушает
там то, что мама слушает. У неё со
вкусом всё о'кей, как бы слушает рок,
там слушает
какую-то рэп-музыку там, ну, то есть,
ну, много чего, то есть электроника,
классика, ну, то есть всё в перемешку. Я
думаю, что мы должны просто подключать
их ээ ну если мы не слушаем матерные
чистушки, то всё остальное мы должны
слушать вместе. Ну то есть как будто
Ну у него в любом случае будет период,
когда он будет тусоваться со своими
какими-то друзьями, они будут ему
ставить токсиса, биг бейби тейпа и вот
этих всех уже будет олд какой-то лю.
Ну да, они уже будут старички, они на
тот момент появятся новые. Но и
тоже будет музыка для скув.
И он придёт к тебе домой и поставит
какую-нибудь
хрень. Что ты будешь делать?
Ничего терпеть. Ну просто я думаю, что
есть время для программирования. В
смысле? Я не думаю, что можно, ну нет же
иллюзии, да, что всю жизнь я буду
говорить человеку, что делать. То есть
сейчас есть время, когда мы ответственны
за них. Ну просто нужно успеть туда
заложить. как бы заложить, чтобы
человеку было с чем сравнивать. Конечно,
если он первый раз послушал,
действительно сел и послушал музыку
вместе со своим коришем
четырнадцатилетним
и
ну в каких-то определённых обстояни где
они пробовали алкоголь, например, да, то
у него будет самое яркое впечатление и
как бы базай вот этот момент. То есть
если до до этого что-то было, то,
соответственно, это ляжет на то и как
бы, ну, это накопление. Я думаю, музыка
- это просто про багаж, на самом деле.
Почему
так редко случается, что очень юные
дарования м складывают, ну, то есть
играть можно ребёнка научить играть на
фортепиано, но чтобы ээ
как сказать, чтобы мысль была стройная,
ему нужно услышать много музыки за свою
жизнь и пережить какие-то вещи. Ну там
его кто-то должен бросить. Надо
научиться всему этому. И тогда это
станет осмысленным, понятным и, ну, как
бы, то есть это такой сэндвич довольно
с большим количеством слоёв.
Ну да, это как наслушанность, как
насмотренность, да. Вы он, мне кажется,
что важно просто окружать, э, ребёнка
тем, что ты, ну, охранять его от вещей
страшных и каких-то безвкусных, ну,
таких с твоей точки зрения очевидных,
да, там от грубости какой-то вот, э,
совсем примитивных вещей, пытаться его
как бы ну приподнять на какой-то на
какой-то уровень, то есть просто не
оставлять его внизу там, ну, совсем как
бы пытаться его чуть-чуть двинуть, он
сам разберётся. Невозможно ребёнк. Я не
слушал классику в детстве, мне не очень
нравилось. Она меня смущала. Пришло
время, я это как Достоевского, ну не
читал я в 15 лет, я и в 25 мне казалось,
что это, ну, дятина какая-то, а потом
взял и понял. Ну, то есть всему своё
время. Но это же где-то остаётся всё
равно. И человек, ну, свой выбор
дальнейший совершает уже на базе вот
этих многих, как мы с тобой
воздей как нас воздействуют попчарты,
которые играют ээ у таксистов
на радиостанциях. Ну, то есть мы всегда
подвержены этим как бомбардировка
метеоритами, типа она всё время
происходит. То есть ты надо просто
сейчас делать всё, что от нас зависит,
потому что, конечно, в 14 рассказывать
человеку, что у меня нет такого опыта,
но я так предвижу, что это будет очень
сложно. Я так понимаю, что мне найдут,
что ответить на это.
О чём ты для него мечтаешь
сегодня?
Я
не склонен мечтать о чём-то за сына. Я
вот опять мы возвращаемся к полезности.
Я хотел бы успеть сделать  всё,
что от меня зависит, как бы вот в этот
срок, пока он
определяется. Я вижу, что это
получается, я вижу, что, ну,  не
всё гладко, наверное,
но я вижу, что это работает. То есть
усилия работают. Это про тот же телефон
опять. Мы же когда даём телефон, когда
он в него руки попадает.  Когда
нам нужно,
когда нам нужно что-то делать, когда мы
не посвящаем время, как бы, когда мы
делаем выбор. Всё, у меня сейчас
 вот сложный разговор, я должен
там быть целиком, а ты вот возьми
устройство и будь добр, не трогай меня
15 минут. Я,  естественно, тоже
такие вещи делал. Ну такое действительно
бывает. Но как только это ты понимаешь,
что это классный способ немножечко
отдохнуть, вот я не отдыхаю от ребёнка.
Я имею в виду, что, ну, стараюсь себя
держать в тонусе. То есть я всё время
взвешиваю эти, ну, ценность
этого. Я, если там и полезу с телефон,
то я полезу вместе с ним, условно. То
есть, еслим,  естественно, мы
смотрим какие-то, может быть, ну,
условно, вредное кино там, которые,
может быть, там где-то даже не по
возрасту ему чуть-чуть, но я сижу с ним
рядом и ээ  с ним обсуждаю это,
объясняю ему что-то. Ну, то есть я
участвую в этом полноценно, а не просто
типа его отключаю.
Я верю, что у каждого человека есть
какая-то миссия на земле. В чём твоя?
Как тебе кажется?
Это сейчас
ответ может породить. Ээ
не знаю. Я
не знаю. Мне кажется, мы все ищем смысл
жизни и миссию. И иногда кажется это,
иногда то. Ну не знаю. Я делаю то, что я
делаю. Я это моя работа. Мне она
нравится. Не всегда, но я думаю, что я
должен совершенствовать свои скилы и
двигаться дальше. Посмотрим.
Ты думал о том, что талант даётся не
просто так, что ты должен обязательно
что-то с ним делать, потому  что
обычно, если он дан, то он для чего-то
дан всё-таки.
Ну да. Я, в общем, эту концепцию, я не
знаю, чувствовал ли её на себе, но мне
кажется, что если у нас что-то есть, то
этим надо, ну, как-то делиться.
То есть не в смысле там высоко духовном,
а просто это, ну, какая-то
такая нормальная нормальное человеческое
поведение. Ну, что мне сидеть
спрятаться от всех, делиться надо. О чём
ты мечтаешь?
Вообще мечтаю о беззаботности.
Потому что я вообще такой довольно,
не  сказал бы тревожный, я всё
время включён, то есть мне хочется
отключить отключаться чаще. Алкоголь
помогал с этим. То есть я вырубался
просто.  Ну то есть это такой
был нокаут. Раз мозги выключились, всё
стало нормально. Сейчас вот ээ
есть потребность в том, чтобы ну как-то
выдыхать. То есть я ищу способ это это
делать,
такую тишину уходить, да, какую-то
внутре.
Ну вот просто вот просто ощутить
какую-то беззаботность, потому что забот
много. Воспитывая ребёнка, известно, что
всё время что-то там щёлкает внутри это,
то  это. Ну то есть ты всё время
в каком-то, я думаю, что мы все
хотели бы этого. То есть у меня такое
желание, в общем, как у всех.
Что такое успех для  тебя?
Ну, это признание, признание твоих твоей
нужности. Твоей нужности. Если ты
кому-то нужен, значит, ты в какой-то
степени успешен. Вопрос объёмов. М хочу
сказать, что сейчас вот
ну какие-то объёмы имея, понимаю, что на
самом деле объёмы не так важны. То есть,
ну, здорово, когда у тебя есть,
но
помню, что мне нравилось и и когда было
меньше, и когда больше, и меньше, что ты
когда знаешь, что ты делаешь то, что ты
м считаешь правильным и, ну, понимаешь
вот как это делать, зачем это, для кого
там, то  тебе от этого хорошо,
как бы. Вот. А это, мне кажется, и есть
признак успеха, что тебе хорошо в твоём
процессе.

То есть, а, ну, то есть это не совсем
про цифры.
Ты успеш?
Ну, я стараюсь быть.
Не знаю. Я стараюсь  быть.
Чего ты боишься?
Всего.
Собак. Боюсь что-то не успеть.
Боюсь,
боюсь сына подвести, боюсь,
свою функцию выполнить не так хорошо,
как могу.
Есть вещи, которые, ну, не, как сказать,
не
совсем получаются, как мне хотелось бы в
жизни, но я всё равно стараюсь дальше.
Ну, то есть это не такой страх, который
меня парализует. Я просто, э, ну, типа
буду стараться
преодолеть его.
О чём ты жалеешь?
По большому счёту, ни о чём. Я думаю,
что всё, что со мной происходило,
оно в этом есть  какой-то,
ну, был какой-то урок каждый раз, ну,
было много неприятного в моей жизни,
странного. [фыркает]
Есть выбор, э, который сейчас можно было
бы назвать ошибочным, что я вот где-то
там что-то. Но  у этого есть
всегда противовес, если м, ну,
постараться не быть субъективным и как
бы вот человеком, ну, как сказать,
зацикленным на своём, как сказать, на
своём личном комфорте, наверное, если
посмотреть шире, то всё на своих местах,
 то есть всё, ну, и всё
поддаётся э дальнейшему развитию и
модификации. Я думаю, что мы в состоянии
свою жизнь менять и трансформировать,

ну, так, как
м чтобы чтобы соответствовать своим
желаниям.
Угу. Но всё-таки, если бы можно было
что-то изменить из прошлого,
ничего бессмысленно. Может быть, чуть
прилежнее учился бы. Вот
я всегда говорю и своим детям, вообще
всем, что вот если бы можно было
вернуться  в прошлое, я бы точно
лучше училась и больше училась из него.
Ну да, потому что это осознаёшь. Ну,
слушайте, вот это очень, это прямо
прикол э того, что насколько невозможно
это транслировать туда, да, насколько
невозможно, то есть вот насколько это не
работает часть,  то есть ты в
том, я просто помню неплохо своё
состояние,  вот то, когда лобная
доля ещё не включилась, ты что ты
настолько просто убеждён, что, чуваки,
всё круто, не надо меня на меня ещё
вешать какую-то хрень. Я и так тут,
знаете, у меня тут решаю за всю
галактику. Ээ, то есть это удивительно,
конечно. И насколько это очевидно
сейчас?
Во что ты веришь?
Я верю в то, что мы должны
распространять вокруг себя то, во что
верим. Просто понятно, что у всех это
очень разные вещи, и некоторые
распространяют что-то, что может нам не
понравиться. Но  мне кажется, за
всех мы выбор сделать не можем. Ну вот
это,
ну просто на этом в итоге
основывается всё, что нас окружает.
Что такое любовь?
Это сложный для меня вопрос, потому что
любовь, мне кажется, трансформируется,

и ты понимаешь её по-разному. Я, э, вот
полжизни,
ну, не то не пол, большую часть её
вообще был сосредоточен
в на любви к музыке. Ну, то есть меня
это просто,
э,
ну, как-то
как-то стабилизировало.
Аэ,
например, я не знал, что буду так любить
своего сына, например. То есть, когда у
меня появился ребёнок, то есть для меня
это стало каким-то, ну, типа, что
а так бывает вообще? Ну да, ну да,
наверное, это обычно, да, наверное, так
все, ну, а там, особенно папы, да,
потому что мамы всё-таки они,
как сказать, их, э,
их
природа,
их природа как-то изначально к этому
готовит. Они как-то об этом больше
думают. Папа свободен от таких вещей. Он
типа что я сам по себе я Да, я двигаюсь.
Просто
всё нормально. Вот. И
когда Семён появился, я, конечно, ну и
особенно, когда он стал взрослеть вот
где-то там после тёх лет уже, когда вот
 мы стали с ним коммуницировать,
ну, мы и до этого коммуницировали, но
когда это когда появились вопросы,
ээ это, конечно, ну, другого уровня
любовь совершенно и
ну какая-то вообще для меня
удивительная,
потому Ну, что-то такое. Ребят,
в чём твоя суперсила?
Суперсила? Блин, ну я терпеливый,
наверное. Это всё всё равно на каком-то
стержне основано, то есть на каком-то на
том, что в тебя воспитали, там жизнь
воспитала родители. То есть ты всё равно
вот ээ ну мне кажется, умение вот тащить
- это то, что меня я даже я просто об
этом так задан вопрос странно, что
суперсила. Я об этом никогда так не
думал. Я просто считаю, что это меня
вытаскивает из многих сложных ситуаций.
Я думаю, что это помогает мне просто,
ну, как бы проживать. Ничего
уникального. Ничего уникального.
 Просто вот,
э, двигаемся дальше.
В чём слабость?
Ну, слабости  мне миллиард.
Ну, главное,
ну,
я бы сказал  так, что я меняю
отношение к своим слабостям. То есть вот
иногда мне кажется,
что
моя эмпатия - это сила. Там, ну, у меня
есть такой, я как бы проникаюсь вот
быстро бывает иногда. Мне кажется, что
это большая слабость. Угу.
Потому что я какие-то решения в своей
жизни принял просто потому, что, ну, как
сказать, проникся состоянием человека.
Типа, я может его и не разделяю
по-настоящему, но как  бы в
каком-то сочувственном режи, ну просто
вот поняв его.
Сейчас я пошёл куда-то дальше вот
какую-то, а потом понял, что ну это,
наверное, была это был слабый
поступок, надо было всё-таки
немножко более взвешенно подходить к
ситуации. То есть тут очень много всего.
Не знаю, не знаю, не знаю. Мне хочется
быть более уравновешенным.
То есть я считаю, что моё,
ну, вот это импульсивно, опять же, вот
оно иногда очень полезно,
а иногда это, ну, как бы, да, расходится
слишком широко. Я не хочу расстраивать
людей, не хочу быть неудобным, не хочу
быть, ну, как кого-то  огорчать,
но тоже
это набор ээ набор наших реакций, он
обычно, ну, какой-то предопределённый. Я
 в смысле пытаюсь с чем-то
бороться, но вообще мы как-то устроены
все.
Когда ты последний  раз плакал?
Сегодня.
Почему?
Книжку читал ребёнку.
Как? Какой?
Гаррит
Интересно, как Гарри Поттер.
У меня такое.
Ты ты просто покорил сердце сейчас
нашего редактора Кати. Она фанат,
главный батарианец тут.
Да, это было в интимном месте на
сортире.
Сидел Семён. Утренний ритуал. Я у меня
сейчас ну мы там боремся с вот этими
умениями  с с чтением и письмом.
Ну, вернее, наоборот, наращиваем их. И у
меня сейчас ээ такое правило: с утра ему
читаю пару страниц Гарри Поттера, он мне
в ответ читает книжку, ну, которая у
него там текущая. Сейчас мы вот там одну
закончили, начали другую.
Вот. Ну, ну, иногда что-то меня, ну, вот
кино и литература на меня часто
поддавливают так. То есть у меня бывает
какое-то, особенно если, не дай бог, ещё
кино совмещается там музыкально, как-то
это решено мощно, то я, ну, у меня
протекает, как бы, то есть у меня нет
такого, что я вовлекаюсь и там в
рыданиях
смотрю потом, да, да, да. Ну, просто
какой-то есть вот такой поджим. Раньше
это с похмелья происходило.

Ну, сейчас уже
неустойчивая психика, вот, а сейчас на
трезвую.
Какая песня могла бы стать саундтреком к
твоей жизни?
Нифига себе. Я ээ я я бы предпочёл очень
длинный трек-лист. Мне нравится, когда
меняется на концертах. У нас так
приходите. Кстати,
13 июня ВТБ Арена. Добро пожаловать.
А в чём смысл  жизни?
Решила меня добить?
Да.
Да. Да, не, ну надо действовать просто и
всё. Вот, мне кажется, метод ээ тут
неважен. И и и зачем тоже, ну, то есть
мы все про во время прохождения
чувствуем,  как бы, что нам
делать. Ну, вот как бы чувствуем просто
потому что мне вот не требуется
э для действий м найти конструкцию
сложную, да, высшее оправдание. Там я
в меру ээ как бы погружаюсь в какие-то
формы эзотерические там ещё. То есть я,
ну, я знаю о существовании
всего, что нас окружает, но как будто
мне для опоры это не нужно. Ну, пока не
знаю. Понятно, что многие к этому
приходят во время каких-то потрясений.
То есть нету искреннего ответа на этот
вопрос. Ну не знаю. То  есть вот
в этой ситуации я бы вот так ответил.
там
рядом с другим человеком, например,
как-то по-другому.
Что бы ты сказал маленькому Антону?
Я, видимо, я очень серьёзно отношусь к
вопросам. Всё время задумываюсь, почему
я задумываюсь сегодня.  Это же
простые вопросы.
Веди себя прилично, Антон.
Да.
Ты очень классно  каждый раз в
конце концерта говоришь про добро, про
то, что нужно стараться быть добрым.
Ну да,
хотя это очень сложно в наше время.
Почему ты вообще решил вот именно это
говорить?
Ну я не говорил это, пока мы не
оказались там, где мы есть. Мне кажется,
важно просто людям напоминать, желать им
мира, желать им любви.  И ээ ну
это такая как бы форма. Я, ээ, как
сказать, она для меня просто я помню,
что я были какие-то большие концерты,
где я, ну, бывает всякое, ээ, и я
забывал, например, это сказать, и у
меня, честно говоря, потом было так
плохо. Ну, то есть, что я просто, ну,
как будто обязан это делать просто,
 потому что напоминать людям о
том, что, ну, надо стараться быть
добрым, мы никто, ну, как бы не добрые в
в идеальном  смысле. Вот. Но
напоминать это людям просто надо. И и и
говорить им о том, что мы понимаем, ну,
что  для всех очевидно, что
сейчас да и всегда было сложно быть
добрым, потому что это усилие. Ну, то
есть это не происходит само собой. То
есть человеку, чтобы быть добрым, надо
себя ну взять за какое-то место и
заставить это делать. Не всегда это вот
типа просто получается.
Вот я я думаю, что важно просто
напоминать.
Ставит  ясным
ясно и так легко.
Дверь откроется удасть
недостако
 

////////////////////////////