Любовь, которая остается (2025 год). Цитаты и фразы из фильма

Ástin sem eftir er (2025)

В течение одного года мы наблюдаем, как семья медленно привыкает к мысли о разводе родителей. Короткие зарисовки и загадочные события показывают, как прошлое продолжаёт жить между людьми, даже когда они расходятся.

Все фразы и цитаты

есть мат

Всё, уезжаю.
Да еду, еду!
ЛЮБОВЬ, КОТОРАЯ ОСТАЁТСЯ
— Привет!
— Папа!
Привет.
— Не помешал?
— Вовсе нет, присаживайся.
Чем так воняет?
Панда в грязи измазалась.
Шикарно.
— Не знаю, чего так переживаешь.
— В смысле?
Она вечно в грязи дрызгается.
— Разве она не прелесть?
— Да, только хлопот с ней до хуя.
В жизни вообще хлопот до хуя,
зато с животными веселее.
Панда, ко мне.
— Папа, ты весь вспотел!
— Панда, и ты тут.
Ида, давай с нами.
Будешь в команде Торгиля.
— Я начну.
— Мы вместе?
В одной команде.
Хотела на мяч прыгнуть.
— Ида, ты со мной.
— Отлично, лови!
Вот чёрт!
Ура!
Умолкни!
— Да, да!
— Нет!
Спокойной ночи.
— С отцом попрощался?
— Да.
Молоко на вкус как сливки.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи.
Живо в постель — и без разговоров.
На вкус как сливки?
Так себе.
Гримур, ничего не забыл?
Точно.
Спасибо.
— Мам, можно сказку послушать?
— Что? Да.
— Спокойной ночи.
— Погоди секунду.
Спокойной ночи.
На островке стоял белый деревянный домик.
Вернее, хижина.
На островке были и другие дома,
но хижина находилась вдали от них.
В ней жила одинокая старушка,
а из её окна…
Панда, ко мне.
Спокойно, не бойся.
Знаю.
Вот так.
Так лучше?
А вот, мужики, старая добрая классика.
ЗАСАДИ МНЕ ПРОМЕЖ СИСЕК, ДАВИД!
Подставь вон ту доску.
— Вот так?
— Отлично.
А где туалет?
Мне почти сорок,
а в студии до сих пор унитаза нет.
— Есть же кран с раковиной.
— Он не подключён.
— Какие тут зимы?
— Говорят, суровые.
Но можно поставить обогреватель.
Пиздец как я от всего устала.
Используй как склад,
а коробки даже не распаковывай.
Займись наружными работами.
Внутри делать нехер.
Ссать в ведро больше не хочется.
Само собой, что за дикость.
Давай закончим и свалим уже.
Если подумать, всё очевидно.
Папа, я не могу себе это позволить.
Деньги найдём, это не главное.
Дело-то не в деньгах.
Важно, чтобы у неё было
интересное занятие на будущее.
Да, согласна.
Считай, что это инвестиция.
Я заплачу часть, она внесёт свою долю,
а Магнус выплатит всё остальное.
— Тебе надо с ним поговорить.
— Поговорю, не вопрос.
Понимаешь, деньги — не проблема.
Надо лишь решить, будем ли её покупать.
Если не купим сейчас,
завтра может быть поздно.
— Так позвони ему.
— Конечно, позвоню.
— Вот сейчас и звони.
— Уже звоню.
Магнус, как дела? Это Палми.
Ты в море?
Как работа?
Рад слышать.
Придётся тебе раскошелиться.
Ида лошадь присмотрела.
— Да, девятилетнюю кобылу.
— Ко мне!
Зовут Марин, прямо как твою бабушку.
Славная лошадка.
Не слишком крупная,
чуток страшненькая, прямо как бабушка.
Отличная лошадь на самом деле.
Для Иды в самый раз.
Тебе бы подсуетиться, а то упустим её.
Городские перекупят.
Она с нами полностью согласна.
Она ведь начинающая художница,
поэтому я сказал ей,
что ты у нас моряк и всё оплатишь.
Своим толстеньким кошельком.
Средний палец показывает. Привет передаёт.
Как вернёшься, заскакивай на ужин.
Кур уже можно подпускать к цыплятам?
Пока нет, они ещё маленькие.
— Навредить им могут?
— Возможно.
Вдруг петух начнёт трахать кур
прямо на глазах у цыплят.
— Панда!
— Травма будет на всю жизнь.
Почему куры вообще
разрешают петуху их трахать?
Господи.
Панда, уймись.
Все куры шлюхи, кроме Гудрун.
Где таких слов нахватались?
— Панда, сидеть!
— Хорошо, что нас никто не слышит.
Фу!
Вроде готово.
Торгиль, принесёшь блюдо под курицу?
Нет.
— Что?
— Нет.
— Живо метнулся!
— Ладно.
Место.
Ты петушок или курочка?
До чего сочные штучки, такие похотливые.
Блин, чувак.
— Возбудился, ничего не соображаю.
— Магги!
— А ты возбудился?
— Чего?
— Возбудился, спрашиваю?
— Нет, не особо.
Стьяни, никак внизу уже намокло, да?
Как думаешь?
— Ты чего?
— Ничего.
— Я всё видел.
— Что видел?
— У тебя взгляд был стрёмный.
— Это какой?
Такой.
— Не смотрел я так.
— Видел, вот с такой рожей сидел.
Господи…
— Река сильно разлилась.
— Это из-за дождя.
Да.
— Пусть тебе руки вылижет.
— Ни за что.
Лучше в реке помою.
— Точно не хочешь печеньку?
— Не хочу!
Совсем ничего не хочешь? Голодовку объявил?
Не хочу чёртовы печеньки! Они мерзкие!
В смысле?
— На вкус как говно.
— Нет, они суперские!
Я всё понимаю,
но компьютер не может открыть файл.
Вероятно, из-за того,
что он в векторном формате.
Придётся отправить его
в PDF или просто в JPG.
Большое спасибо.
— Звони, если будут проблемы.
— Договорились.
Ты вроде в город собиралась?
— В ближайшее время нет. А что?
— Ну, ты ведь теперь одна, так что…
Мог бы к себе пригласить.
Пофлиртовать наконец…
— Заработало.
— Что?
— Разобрался. Всё работает.
— Говорит, заработало.
Рад слышать. Соберёшься в город — сообщи.
Да, само собой.
Приготовлю нам что-нибудь вкусное.
Сейчас не могу говорить, но я на связи.
Хорошо, береги себя.
Спасибо, что помог разобраться.
— Брату привет передавай.
— Конечно. Пока.
До встречи.
Мокренькая кисонька,
кисонька, кисонька, кисонька.
Прекрати.
— У кого научился?
— У дедушки.
Мы так деревья сажали.
Бедная птичка.
У неё глазки закрыты.
Почему у неё глазки закрыты?
Тебе не кажется, что она умерла?
Может, она спит? Даже не двигается.
— И животик не шевелится.
— Нет.
Она дышит?
— Значит, мёртвая?
— Да.
— Бедняжка.
— Бедняжка.
Я уже видела недавно мёртвую птичку.
Ничего не разглядел,
облачно было всю дорогу.
АЭРОПОРТ
Обидно.
Помню, вы хотели ледники посмотреть.
Ага.
Очень хотел.
Может, на обратном пути повезёт.
Надеюсь.
Всё было белым-бело.
Может, это и был какой-то ледник.
Какая милая собачка.
— Ваша?
— Да, её Панда зовут.
Панда? Привет, Панда.
Приветик.
Это кокер-спаниель?
Нет, исландская овчарка.
Всегда хотел большую собаку.
Огромную, как лошадь или пони.
Видели бы вы мою старую студию,
такая красота, прямо у гавани.
Да и тут довольно мило.
Славно.
Они все коричневые?
Коричневые? Да…
Да, тут везде коричневые,
чёрные, красные цвета…
Они очень…
…очень земные, естественные.
— Знаете Питера Мальдинга?
— Нет, вряд ли.
Он из нашей галереи,
тоже пишет крупные полотна.
Возможно, раз в пять больше этих.
— Ого.
— Да.
У него студия
в гигантском самолётном ангаре,
стены метров десять высотой,
пространство просто огромное.
Только что у него побывал,
он в Португалии живёт.
Возможно, узнала бы его работы,
если бы увидела.
Живёт у самого моря,
утром и днём водил нас купаться.
Наверняка его знаете.
Потрясающий талантище.
Вот эта хороша.
— Ещё он летать любит.
— Правда?
Порой прыгает в самолёт и улетает.
— И куда летит?
— Куда глаза глядят.
— В другие страны?
— Не знаю.
Скорее, внутренние рейсы,
самолёт ведь маленький.
«Сессна».
Вы эти работы хотели показать?
А четвёртая категория — люди,
которые выпивали бокал вина каждый день.
Затем шли те, что были
здоровее и жили дольше,
они выпивали не менее двух бокалов в день.
А далее те, кто выпивал три, четыре
и пять бокалов.
Бутылка вина —
это пять с половиной бокалов.
Те, кто выпивал целую бутылку,
были здоровее и жили дольше.
Это исследование,
которое прошли 17 тысяч датчан за 10 лет,
или его прошли 10 тысяч за 17 лет…
Короче, итоги опубликовали
в одном из самых уважаемых
и престижных медицинских изданий в мире —
«Британском медицинском журнале».
И их никто не опроверг.
Провели множество исследований,
которые лишь подтвердили результат.
Но самое забавное… Знаете, почему
это не стало общеизвестным фактом?
Потому что неполиткорректно.
Около семи процентов населения планеты
имеют проблемы с алкоголем,
наркотиками или азартными играми.
Если не выпивают,
то играют или сидят на наркоте.
И ничего не поделаешь, таких уже не спасти.
Но публично обсуждаются
именно эти семь процентов.
Порой в своём винном клубе,
где полно врачей,
я спрашиваю: «Почему? Вы же знаете об этом.
Почему замалчиваете?
Почему не расскажете людям правду?»
Спросите семейного врача,
и он скажет, что можно регулярно
употреблять пару бокалов вина,
но мало кто скажет, что пять.
В общем, я спросил:
«Почему не расскажете людям правду?»
И вот что услышал:
«Если бы мы могли так сказать, —
сказал один знакомый врач. —
то стали бы изгоями общества,
поскольку говорить правду
об алкоголе неполиткорректно».
Так почему же люди об этом не говорят?
Если заведёшь разговор на эту тему,
приведёшь в пример факты,
тебя мигом отменят и выкинут с работы.
И речь ведь идёт
о самых свободных странах мира.
Но мы по-прежнему не можем говорить правду.
Ко мне!
Ко мне!
Ого!
Красота-то какая.
Чувствуете?
Чувствуете, сколько здесь кислорода?
А вон и ледники, теперь их видно.
Обалдеть.
Прекрасное место для работы.
Природа, свежий воздух.
Маленькие горки.
Ого.
Почему все художники
не работают на природе?
Вам сегодня повезло,
обычно тут ветрено и дождливо.
Не верю.
Хочу прикупить это местечко. Оно продаётся?
Что это?
Вы их прямо тут красите?
Нет, я не пользуюсь краской.
Тяжёлый.
Чёрт, чуть инфаркт не хватил!
Панда, отстань от неё!
Панда!
— Вы в норме?
— Да, просто испугался.
— Она тоже перепугалась.
— Она злится.
— Нет, просто у неё тут гнездо.
— Ясно.
— Ого.
— Отойди.
Нет, нет, нет…
Здоровенная какая. Что за птица?
Гусь.
Да, точно.
Я бы не стала их трогать.
Тёплое.
Их можно есть?
Думаю, внутри есть жизнь.
Моя?
Какой маленький. Это точно самолёт?
Его берут, когда летят один-два пассажира.
— Ясно.
— Извините.
Ничего, это же не ваша вина.
Всё нормально,
просто он такой крошечный, а погода…
Что ж, Анна…
Скажу вам честно:
сейчас у меня в галерее нет места.
Набралось слишком много художников,
о которых говорят меньше,
чем они того заслуживают.
Но поверьте, вы обязательно
кого-нибудь найдёте.
Это лишь вопрос времени.
А если не удастся найти подходящую галерею,
она сама вас отыщет.
— Ясно.
— Спасибо, что пригласили.
Вам спасибо,
что прилетели и потратили время.
Мне только в радость.
Пока.
Господи, спаси.
Передайте маме, что я её люблю!
Шлюха твоя мамка.
— Привет.
— Привет.
— Они уже спят?
— Да. Знаешь, который час?
Поздно, наверное. Я же только что вернулся.
Хотел пожелать спокойной ночи.
— Они уже отрубились.
— Ясно.
Как день прошёл?
— Он приезжал?
— Да, всё отлично.
Замечательно.
Тогда завтра к ним зайду.
Спокойной ночи.
Спокойной ночи.
Магги?
— Хочешь, в машине поболтаем?
— Давай.
— Пиво будешь?
— Конечно.
Дай минутку.
Дождаться не могу,
когда дети вернутся в школу
и перестанут меня терроризировать.
— Сильно достают?
— Да нет, они прелесть.
Как сезон сельди закончится,
буду видеться с ними почаще.
Я тебе соврала.
По поводу?
Со шведом всё прошло не очень.
Почему?
Он оказался дико скучным.
Говорил только о еде и винах,
но ни слова о моей работе
или о том, что я ему показала.
Такое чувство, что каждый раз одно и то же.
Всем пофиг на мою работу,
на моё творчество, понимаешь?
Даже на само искусство.
Чёрт, он никак не затыкался.
Бесконечный монолог о смерти.
Это было пиздец как унизительно.
Устала?
Нет.
О чём думаешь?
Дико хочется трахнуть тебя в тачке.
Почему нет?
Просто мы уже пытались, и…
не хочу больше пудрить детям мозги.
Будешь себя хорошо вести?
— Что там у тебя?
— Конфеты.
Где взял?
В кармане штанов нашёл.
— Дай попробовать.
— Что за конфеты?
Мармеладки.
В курсе, что мармелад
делают из свиных шкур?
Нет.
Это правда, клянусь.
Звучит, конечно, мерзотно,
но есть не перестану. Вкуснятина же.
Всё, идём.
Зацените.
— Нет.
— Да.
— «Ямаха» — лучший мотоцикл.
— Да они все одинаковые.
«Ямаха» лучше всех.
Панда, ко мне.
Издеваетесь? Боже, какая холодрыга!
Нет, нет, нет!
Ида.
Не надо.
Панда.
Плыви сюда, давай.
Потом я разломил его пополам,
а внутри были кристаллы.
Прямо как конфета.
Торгиль.
Миленько.
Вы бы меня любили,
если бы я выглядела вот так?
Нет, жесть полная.
Ого, а ты можешь быть уродиной.
А так?
Ничего не изменилось.
Чуток другая, но всё ещё страшная.
А ты?
— Магги?
— Что?
Любил бы, конечно.
Не может быть! Не верю.
Считаешь меня поверхностным?
Погоди, если бы я была такой…
В точности вот такой.
Наверное, нет.
А вы, мальчики?
Нет, уйди.
Извини.
Почему так медленно? Застряло что-то?
Нет, забыла воронку поднять, прости.
А зачем её… Точно, чтобы воздух выходил.
Физика, блин.
Пробуем, пробуем.
— А камни там есть?
— Да пофиг.
— Главное, чтобы их там не было.
— Нет там камней.
Бля.
— Готов?
— Смотрите!
— Так куда лучше.
— Крышку открой.
Вот ты жадина! Шучу.
Ида!
Ну серьёзно.
Хочешь?
— Ни за что!
— Блядь, ненавижу!
На стол посмотри!
Ну что, ещё хочешь?
Сдаёшься?
Натягивай посильнее, как я.
— Вот так?
— Да.
— Поможешь с этой штукой?
— Да.
— Поднимаем?
— Да.
— Мам, смотри!
— Ого!
Сюда положить или туда?
Давайте сюда.
Когда дома засиживаешься,
потом ноги болеть начинают.
— Где болит?
— Тут.
Особенно когда в гору поднимаешься.
Мерзкие ягоды.
Чёрт, а крыжовник вкусный.
Или как он там называется?
— Крыжовник?
— Это водяника.
Чего ты всё время падаешь?
Потому что в кедах!
Панда, ко мне!
Иди сюда.
— Любого парня подцепить можешь?
— Нет.
Разве ты не самая популярная
девчонка в школе?
Да обычная я.
Со многими могла бы встречаться, но…
Теперь всё иначе.
Родители стали встречаться,
когда им было где-то по 17.
— Были совсем молодые, когда я родилась.
— Прикинь, если бы у тебя был ребёнок.
— Даже думать об этом не хочу.
— Я тоже.
Странно это как-то.
Женщины сегодня более независимые,
они работают, у них есть деньги.
Я заработаю целую кучу денег.
Я сейчас словно на перекрёстке.
Типа, надо выбрать, по какой дороге идти.
Предстоящие годы определят
мою дальнейшую жизнь, поэтому…
важно не ошибиться.
И важно, чтобы решение было моим,
чтобы никого потом не винить,
если вдруг облажаюсь.
Есть в жизни вещи и поважнее,
чем жениться или завести подружку.
— Мне нужна подружка.
— Серьёзно?
— Да.
— Ясно.
То есть, не прямо сейчас, но в будущем.
— И что будешь с ней делать?
— С ней?
Обычной фигнёй заниматься.
— Трахать?
— Вы совсем больные.
Нет, придурок. Будем просто…
ходить в кино,
на машине кататься, когда права получу.
Было бы круто права получить.
Сто пудов поцелуешь её в тачке.
— Наверное.
— Послушайте.
Посиневший и окровавленный,
со спущенными штанами.
Тела свалены в кучу. Какое зверство.
Таинственный человек…
— Что это?
— Тише.
— …тяжкие преступления и изнасилования.
— Чем заняты?
…самый страшный массовый убийца,
жестокий, кровавый и омерзительный.
Вы что это слушаете?
…безумец, патологический извращенец,
страдающий от ненависти к себе,
домогательств, жестокого обращения,
погружённый в глубокую депрессию…
Что это вообще такое?
…лизал свои гениталии…
— Что происходит?
— Гадость.
Посиневший и окровавленный.
Грибной яд.
Выстрел в голову.
Сырое мясо.
Тёмные делишки.
Проткнутый мозг.
Выкопать яму.
Секс в машине.
Мусор.
Болезни.
Серьёзные повреждения.
Посиневший плод.
Унижения.
Звери.
Страдания.
Агрессивный.
Мягкие руки.
Окоченевший труп.
Горы и замёрзший курятник.
Жестокость.
Чудовище.
Удовольствие.
Перенаселённый мир.
Волны насилия.
Никакой пощады.
Загадочный человек.
Готовьтесь к худшему.
Зашла попрощаться.
Анна.
Погода ужасная.
Я вынуждена.
Честно говоря, просто кошмарная.
Зато вечер был дивный. Вставай.
— Это же глупо.
— Магги, хорошего понемножку.
С кем же мне поласкаться?
Пиздуй уже домой.
Думал, хочешь слегка пошалить.
Нет.
— Уходи.
— Послушай.
Дует всё сильнее.
Прошу тебя.
Пожалеешь ведь.
— Магги, ветром тебя не унесёт.
— Какая у тебя рука мягкая.
Я правда без сил.
А если простужусь и заболею?
Пора прощаться.
Не будь такой капризной.
— Погода просто ужасная!
— Ужасная!
Блядь.
«Контактная морская мина
детонирует при соприкасании с кораблём.
Она шла как дополнение к стандартной
морской британской контактной мине
в годы Второй мировой войны.
Детонаторы в британских морских минах
были репликой немецких
контактных мин времён Второй мировой…»
Магги, номер один, ясно?
«…чьи детонаторы Герца были надёжнее,
чем их британские аналоги.
Взрыватель выступал из верхней части мины
и содержал серную кислоту».
Магги, это вон те ёбаные рожки.
Осторожнее с ними!
«При столкновении с судном
рожок рассыпался на части,
выпуская кислоту в заряженную батарею
и приводя в действие взрывное устройство».
С ума сойти, мужик.
— Очень хорошо.
— Что?
Это кто снимал?
Август.
Собачка тут как тут.
— Что скажешь?
— Всё хорошо.
Пока просто просматриваю.
Слушай…
Ты на фото вылитая деревенщина.
Прекрати.
Я не шучу.
Может, наденешь что-нибудь красивое,
принарядишься, фигуру свою покажешь?
В бассейне ты была ничего.
Данни, заткнись.
Нет, правда. Я же видел тебя в бикини.
Зачем я тебя вообще попросила?
Не переживай,
сделаю пару вариантов и тебе отправлю.
Всё внимательно отсмотрю.
Спасибо.
Это для фермерской газеты, что ли?
Анна, фермерша из Свинагнупура,
что в Гаульверьяреппуре,
говорит, что ей не бывает скучно,
поскольку занимается овцами
и изобразительным искусством.
Жизнь и правда нам благоволит.
Спасибо за помощь.
Без проблем.
…надеюсь, ты это смотришь.
Следующую песню посвящаю бывшей свекрови.
Вы свекровью моей были, и я очень вас любил
С дочкой вашей тусовались,
пока однажды не расстались
Когда сказала, что я её бил
Она лишь чокнутая лгунья
Но вы тоже хороши
Когда-нибудь загляну к вам я
И наваляю от души
Хульда, твой новый муж — неудачник,
так что вышибу из него всё дерьмо.
Совсем не смешно.
Был на трассе для мотокросса?
— Да, там очень весело.
— Чем занимался?
С трамплинов прыгал.
— Едва не убился.
— Там ещё стоят трамплины?
Да, старые.
Мы тоже один построили.
— Ты трамплин построил?
— Я же прыгать совсем не умею.
— Разве?
— Ну да.
Как же так?
— Не делай так больше.
— Простите, извините.
У других ребят выходит лучше,
как у Даниэля или Бьоргвина.
Забери тарелку.
И стакан.
— Нет, нет!
— Ничего, я всё уберу.
Нет, он сам справится
и положит в посудомойку.
Уже два года повторяю ему.
— Расслабься.
— Что ты сказал?
Ты ведь можешь убрать за собой.
— Хватит уже.
— А что?
Многого ведь не прошу.
Эти дети жутко избалованные.
У них есть всё,
но по дому ничего не делают.
Ну всё, можешь идти.
Надеюсь, обед понравился.
Что? Разве мы — их прислуга?
Просишь что-то сделать по дому,
а они в ответ пререкаются.
— О каком доме ты говоришь?
— Сказать ничего нельзя?
Всё нормально, оставь. Сама уберу.
Потом кино вместе посмотрим.
— И попкорн сделаем?
— Да.
— И газировку попьём?
— Да.
— Пап, составишь нам компанию?
— Папа не сможет.
— Спасибо, приятель.
— Пока.
Тебе не пора уже?
Когда тебя нет, всем проще и веселее.
Хочу лишь помочь детей воспитывать.
Когда меня нет дома, это сложно.
Поставь себя на моё место.
Только не строй из себя ёбаного мученика.
— Просто не хочу, чтобы дети…
— Жалкое зрелище.
росли избалованными, непослушными или…
Ты о чьих детях говоришь?
— Несносными.
— Разве наши дети такие?
Нет, конечно. Но им нужна дисциплина.
В этом твоя проблема!
Ругаешь детей, потому что якобы любишь.
Хотя надо сперва любить, а уж потом ругать.
Чего?
Вот обматерю тебя с ног до головы
и скажу, что это из-за большой любви.
— Так это выглядит со стороны.
— И что?
Помочь тебе с чем-нибудь?
Хочешь помочь —
избавься от ёбнутого петуха.
Напал на меня из засады,
когда хотела курятник почистить.
— Башку ему отрубить?
— Не надо.
Может, отдашь кому-нибудь?
Ага, все соседи горят желанием
завести бешеного петуха.
Доброй ночи, Магнус.
Свалили на хуй!
Чёрт.
Вот бы ворота забыл закрыть
тот, кого ненавижу.
Жаль, что не Магги забыл.
Был бы повод его прибить.
Кажется, я ненавижу людей.
Терпеть не могу находиться в толпе.
Понимаю.
Пара человек ещё ничего.
Вот с вами мне хорошо, ребята.
Другое дело — целый миллион.
Не, это уже не мой вариант.
Смотри не одичай там.
Одичать? Да нет, я просто…
Рождество встречу
с Сиггой и близкими, как и все.
Магнус, а ты где Рождество встретишь?
— Магги!
— Что?
Где будешь на Рождество?
Где? Дома.
Дома?
Думал, вы со своей мадам расстались.
Не знаю.
Не знаешь?
А кто знает?
У нас тут недотрога.
В этом и проблема современной молодёжи.
Нельзя ни слова сказать,
ни пальцем тронуть.
Все какие-то тепличные.
Когда я ходил в школу…
В какую ты школу ходил?
— В школу пиццы?
— В военно-морскую, дебил.
И кто из нас недотрога?
Только не я, речь шла о подростках.
У них внимание вообще на нуле.
Три секунды — и всё из башки вылетело.
Это всё из-за телефонов.
Не только подростки,
уже целые семьи
сутками с телефоном не расстаются.
Именно. Люди разучились
справляться с трудностями,
выпали из реальности,
на всё смотрят поверхностно.
Вокруг одни слабаки,
ничего не знают, не умеют…
Господи боже, долго ещё слушать эту хуйню?
Заткнись ты наконец.
Что я такого сказал?
— Магги, успокойся.
— И ты пасть захлопни.
Чёрт, меня от вашей болтовни уже тошнит.
Господи…
Какого чёрта происходит?
Магги, чего вдруг крышей поехал?
Просто спросил о женщине,
которую, как я думал, ты хорошо знаешь.
Слушай.
Я её знаю и в то же время нет.
Разве так трудно понять?
Что?
Даже не знаю.
Может, она лесбуха, как твоя дочка.
Ублюдок!
— Гондон штопаный!
— Прекрати!
— Отвали.
— Кончайте вы уже.
— Хватит.
— Уйди на хуй.
— Ты его убил?
— Что?
Ты убил Бибби?
Да, пришлось.
Зачем?
Стал слишком агрессивным,
доставал Гудрун и остальных.
Гудрун? Папа, она же курица,
а он петух. Такова их природа.
— Ещё он убил Храфнтинну.
— Ты этого не знаешь.
Знаю.
— Лично видел?
— Да.
Ты дома больше не живешь. Как мог видеть?
Хорош пререкаться.
Твоя мама видела, как он стоял на ней,
клевался и драл её гребешок.
Нет смысла объяснять.
Поверить не могу, что ты его убил.
Хороший же был петух.
Лучший и самый добрый в мире.
Природой заложено,
чтобы петух поддерживал дисциплину.
Если куры не подчиняются,
он их сразу строить начинает.
Вашей маме надоело,
что он над ними издевается.
Давай тогда всех поубиваем.
Одну за другой. Они же все одинаковые.
И с каких пор ты слушаешь маму?
Гиперэмоциональную художницу,
которая ни хуя не смыслит в живности.
Ты права. Зря я так поступил.
Просто она хотела, чтобы я…
Зачем мама вообще в это полезла?
Чёрт.
— И как ты его убил?
— Пристрелил.
— Умер мгновенно?
— Да.
— Правду говоришь?
— Да.
— Я в него не стрелял.
— Тогда как убил?
Бегал за ним с сетью,
поймал в лесу и дал по башке.
— Чем?
— Камнем.
Камнем по башке дал?
— Да, большим таким.
— Голову ему разбил?
Да.
Пиздец полный.
Прости.
Поверить не могу, что ты это сделал.
Славный петушок,
даже семейные фотки с ним были.
Сколько петухов перевидала —
все пиздец ебанутые.
А Бибби был другой, такой милый и добрый.
Да, только чуток агрессивный.
Вечно на твою маму нападал, когда она…
Из-за развязанных шнурков.
Сто раз ей говорила.
Другие курицы тоже клюются,
но их же никто не убивает!
Ида, прости. Я правда не хотел.
Но порой, когда ты взрослый, приходится…
— делать то, чего не хочешь.
— Никогда такой не стану.
— Станешь.
— Нет.
— Да.
— Ни за что.
Все такими становятся.
Только не я.
Да.
Нет.
— Я первый стреляю?
— Нет.
Ты говорил, что не хочешь
стрелять в девчонку. Я первая.
Это не девчонка,
а чувак с длинными волосами.
— И сиськами.
— Это не сиськи!
Слушайте, а у парней в бассейне
сиськи больше, чем у мамы?
— Можно я?
— Ладно.
— Я следующий.
— А потом я.
Стой, стой, стой!
Папа сказал, что нельзя
натягивать тетиву без стрелы.
А ещё он запретил стрелять без него.
Значит, никогда не постреляем.
— Папы тут больше нет.
— Да.
— Ого!
— Прямо в яйца!
— Ни фига, в вагину.
— Чёрт.
Какого ху…
Думаешь, когда мама с папой голые,
они друг друга трогают?
Скорее всего, нет.
Уже нет.
Раньше наверняка постоянно это делали,
иначе нас бы на свете не было.
Чтобы родить двойню или близнецов,
надо чаще друг друга трогать?
Чувак, нет.
Не знаю, хочу ли я,
чтобы они этим занимались.
А я хочу.
— Ладно.
— Почему?
Когда они этим занимались,
жизнь была веселее.
— Я как-то раз видел.
— Прекратите, пожалуйста.
Что ты видел?
Прошу, не надо. Даже слышать не хочу.
— Сотри из памяти.
— Это невозможно.
Если сделанного не воротишь,
то и увиденное не развидишь.
Это выглядело странно
и не особо для меня понятно,
но им вроде нравилось,
значит, не всё так плохо.
Магги, ну ты и придурок.
Ты тоже.
Хочешь совет?
Нет.
Всё равно дам.
И пару филе в придачу.
Всегда ставь себя на последнее место.
Заботься о своей семье,
будь добр к детям и жене,
боготвори их, обожай,
покупай всё, что захотят.
Строй и ремонтируй всё, что потребуется.
Неважно, что именно.
Нет такого понятия, как «ты и твоё время».
Это всё выдумки интернета.
Главное — твоя семья,
остальное не имеет значения.
Представь, что семья — это парник,
где полно растений,
цветов и свежего воздуха.
И за ним нужно ухаживать,
постоянно поливать,
пропалывать, пересаживать,
чинить и мыть окна.
В эту клятую теплицу нужно вложить душу,
и если так и сделаешь, клянусь,
пожнёшь то, что посеял.
И даже больше, чем нужно.
Круто, но я был быстрее.
— Всё замерзло.
— Ага.
Наконечник отвалился.
— Эта стрела сломана.
— Да?
— Вот эта лучшая.
— Думаешь?
— Да.
— Кажется, жёлтая лучше всех.
Пиздец какая острая.
Прямо в яблочко.
Нет, сквозь руку прошла.
— Только не стреляй.
— Я и не собирался, не ссы.
— Тут больше ржавчины, да?
— Что?
— Где больше ржавчины, да?
— Да.
— Не знаешь, где мой телефон?
— Нет.
Потерпи, дорогой. Почти приехали.
Всё нормально, я даже не чувствую.
Прости.
Я не хотел.
Свалил на хуй с дороги!
Бежим.
Магги!
«Иона» держит курс к берегу!
Через пару минут тебя подберут!
Надеюсь, с пацаном всё нормально!
Господи! Осторожнее со стрелой.
Нам нужен доктор. Моего сына подстрелили.
— Господи боже.
— Где доктор?
— На месте, сейчас её вызову.
— Идём.
— Мама?
— Нет, постойте!
В этой сраной дыре есть врачи?
— Мам, перестань.
— Что тут происходит?
Мой сын ранен, но никого не дозовёшься!
Не переживай, я о тебе позабочусь.
Ну, дружок, рассказывай.
Как это произошло?
Брат случайно выстрелил в меня из лука.
Ясно. А ты у нас крепкий орешек.
Я правда ничего не чувствую,
— будто всё онемело.
— Ножницы.
Всё будет хорошо.
Сделаем тебе укольчик, а затем…
Ничего, мама купит тебе новый свитер.
Надо сделать небольшой разрез.
— Всё будет хорошо.
— А ты молодец.
Знаешь, не всё так страшно.
Так и должно быть.
Самцы оповещают о своём прибытии
гигантскими прыжками.
Сотни тонн взлетают в воздух
от одного взмаха хвоста.
Над водой это звучит как пушечный выстрел.
А под ней наверняка
ощущается за многие километры.
Дашь конфетку?
— Нет.
— Гримур.
— Дай одну.
— Ладно.
Только не лакричную.
Какую-нибудь разноцветную.
Тебя спросить забыли.
— Но так и быть, я добрый.
— Спасибо.
…самец обладает столь же
внушительными гениталиями, как белый кит.
В нижней части тела
раскрылась щель и выступил пенис.
Он 365 сантиметров длиной и очень подвижен.
— Ты знал?
— Нет, но хотел бы.
Их называли «спицами Иды».
Интересно, ими правда вязали
что-то крошечное?
— Малюсенькое.
— Изящное.
— Крошечное такое вязаньице.
— Точно хочешь поменяться?
Ещё как!
Блин, вы прикалываетесь? Только гляньте!
Мама.
Анну отправили в магазин
за ножницами для Иды.
Не помню. Когда это было?
Кажется, когда Иде было года три.
— Можно посмотреть с другой стороны?
— Да.
— Давай эту тоже возьмём.
— Эту?
Да.
Надо взять стеклянную раму — так проще.
Кажется, перетянула.
Воды?
Хочешь воды?
Что ты такое?
Ты женщина?
Ты красивая?
Можно увидеть твоё лицо?
Само собой, она вернётся жить к отцу.
Мужику почти полтинник,
есть дети и всё, что нужно.
Ясно.
Плюс у него мания контроля.
— У старика?
— Да.
Вот так…
Магги — трус! Магги — трус!
Прыгнул в море и всё ждал, ждал.
Магги — трус! Магги — трус!
А время всё шло и шло.
Прости, Анна!
Прости, Ида. Простите, мальчики.
Ебучий «Иона»!
 

////////////////////////////