На той стороне 110-й улицы (1972 год). Цитаты и фразы из фильма

Across 110th Street (1972)

Все фразы и цитаты

 Я был третьим братом из пяти
Делал всё, что было нужно, чтобы выжить
Я не говорю, что всё,
что я делал, было правильно
Пытаясь вырваться из гетто
Это была ежедневная борьба
Я так долго был на дне, что даже
не думал о том, чтобы подняться
Но я знал, что есть лучший путь в жизни,
который я просто пытался найти
Ты не знаешь, на что способен,
пока тебя не прижмут к стенке
Перейти 110-ю улицу — это адское испытание
По ту сторону 110-й улицы
Сутенёры охотятся за слабой женщиной
По ту сторону 110-й улицы
Торговцы не отпускают наркомана на свободу
По ту сторону 110-й улицы
Женщина пытается подцепить клиента на улице
По ту сторону 110-й улицы
Там можно найти всё, да
Найти всё на улице
О да, да
Брат, есть путь получше
Нюхать кокс, колоться героином, парень —
ты просто сдаёшься
Прими мой совет: тут либо жить, либо умереть
Ты должен быть сильным, если хочешь выжить
Семье на другой стороне города
Пришлось бы несладко без гетто поблизости
В каждом городе происходит одно и то же
Гарлем — столица каждого гетто
Оглянись вокруг
О, оглянись вокруг
Оглянись вокруг
У-у, оглянись вокруг, да
Это они.
— Неделя прошла нормально.
— А с чего бы нет?
Соберите всё на понедельник.
Ну что, что у нас тут?
— Ладно, господа, поехали.
— Ладно.
575.
575.
590.
575.
Первый — 20 со Сент-Николас, второй — 108.
625.
— 625, да?
— 625.
783.
— 590.
— 590, проверено.
575, проверено.
— Окей.
— 623.
623.
Под стол.
Кто-нибудь здесь на «Кадиллаке» 68-го года?
— Это два копа.
— Дайте этим ублюдкам пару долларов.
Дайте им 20 долларов.
— Все к окну, назад.
— Что происходит?
Эй, я его знаю. Это Джим Харрис.
— Где твой ствол?
— У меня его нет.
— Как дела, мужик?
— А на что, чёрт возьми, это похоже?
— Руки вверх.
— Я думал, ты всё ещё на зоне.
— Харрис, ты не можешь тут мутить и брать деньги.
— Заткнись.
Давай, детка.
Нет! Ради бога!
Давай.
Не так, чёрт возьми, быстро.
Ладно, поехали. Поехали.
Давай.
— Эй, Джо, ты в порядке?
— Я в порядке.
Давай, ты не можешь сейчас меня подвести.
Что, чёрт возьми, происходит?
Езжай, мужик. Езжай.
Что там случилось? Чёрт, грузовик.
Что с тобой, Генри? Ты не умеешь водить?
— Заглохла!
— Тогда заводи её!
— Валим отсюда.
— Эй, Джим, коп! Коп!
Езжай. Езжай!
Вот, Тони, поцелуй его, поцелуй его.
Вот так. Помнишь дедушку?
Он подарил тебе велосипед на прошлое Рождество.
— Хочешь подержать его, дедушка?
— Что?
— Ты помнишь моего дядю Чарли?
— Кого?
Дядя Чарли! Рад тебя видеть.
— Зачем ты выходишь?
— Ник! Возьми ребёнка.
Возьми ребёнка!
— Конечно. Ещё что-нибудь?
— Нет, всё нормально.
— Точно?
— Всё в порядке.
Эй, Тереза, забери детей.
Боже, они всё время
носятся по всему коридору.
Мне нравится.
Тебе нравится это?
Дорогой мой, сколько времени прошло!
Как красиво.
— Никки, принеси маме шампанского.
— Немножко, а?
Ты принеси ей, Тереза, я занят. Ты принеси.
— Привет, Ник.
— Как дела? Рад тебя видеть.
— Привет.
— Извините. Извините.
— Что такое?
— Ник, посмотри.
Что ты видишь?
Центральный парк.
Центральный парк, s?.
Но есть ещё и ничейная земля,
которая отделяет нас от чёрных в Гарлеме.
— Да.
— Ник.
Сегодня в Гарлеме ограбили наш банк
больше чем на 300 000 долларов.
Что?
Они убили двоих из семьи,
двух копов и двоих своих.
Ник, дело не в деньгах и не в людях,
но мы должны преподать им урок,
иначе мы потеряем Гарлем.
Да.
Если мы потеряем Гарлем,
мы потеряем гораздо больше, чем деньги.
Мы потеряем престиж, честь.
Ник, кто контролирует игру,
тот контролирует город и,
возможно, весь штат.
Они пытаются вытеснить нас из Гарлема.
Мы слишком много работали,
чтобы получить его.
Это может быть твоим последним шансом.
И, возможно, моим —
сделать что-то для тебя.
Береги себя, Ник.
Они жесткие, эти ниггеры.
Хорошо?
А теперь, Ник, скажи правду.
— Справишься?
— Конечно, справлюсь.
— Что?
— Да, конечно, справишься.
Капитан Маттелли,
это был ад. Вторая мировая.
Так я и слышал. Красота, да?
Где Рейлли?
В последний раз я видел его в скорой.
Рейлли. Почему, черт возьми,
меня не вызвали раньше?
Фрэнк, ты был не на службе,
мы добрались до тебя, как только смогли.
— Ладно, вводи в курс. Вводи.
— Семь трупов.
Семь? Я слышал — шесть.
Патрульный Хэнрэтти по дороге в больницу,
шансов нет.
— Что-нибудь еще?
— Пока только тела.
Трое белых, четверо черных, все мертвы.
Где задело наших?
Хэнрэтти — ярдов на тридцать дальше,
примерно там, где та патрульная машина.
Патрульный Адамс выходил из-за того угла.
— Где это произошло? Наверху?
— Да.
— Как эта машина связана?
— Проверяем регистрацию.
Должно быть, она привезла кого-то из них.
— Привет, Дик.
— Капитан.
— Нью-йоркская машина?
— Да, местная.
Где начальство?
Начальник детективов наверху.
Мэр занят в северной части штата,
он баллотируется в губернаторы.
Комиссар читает доклад на съезде
в Сан-Франциско,
рассказывает, как прекрасно
мы работаем в Нью-Йорке.
Прекрасно. Замечательно.
— Есть что-нибудь по опросу?
— Ни черта.
Никто не видел, никто не слышал, да?
— Нет.
— Так и думал.
— Ага.
Вы ничего не слышали?
Нет. Это было ужасно.
Того парня, которого
убрали раньше, разрезало надвое.
— Автомат.
— Их нашли на полквартала ниже.
Девять миллиметров. Много.
Джимми, сделай несколько
фронтальных снимков.
— Привет, Фрэнк.
— Здорово, Чарли.
— Попал ты по-крупному.
— Что-то не сходится.
Два белых, три черных. Как это объяснить?
Что еще приводит белых в Гарлем,
кроме бизнеса?
Кто вы?
— Вы, должно быть, капитан Маттелли.
— Верно.
Я лейтенант Уильям Эйлсворт Поуп.
Я здесь главный.
Извините.
— Что вы сказали?
— Я сказал, я лейтенант Поуп. Я здесь главный.
— Это в каком смысле?
— В том смысле, капитан,
— я лейтенант Поуп, я здесь главный.
— Фрэнк.
— Эй, Джек.
— Можно с тобой на минуту?
— Большие шишки подтянулись, да?
— Зайди на минуту, хочу поговорить.
— Да?
— Э-э, закрой дверь.
— Да, Джек?
— Фрэнк, это будет чертовски сложно.
В центре боятся, что все взорвется.
Ты меня сюда привел речь толкать?
— Нет. Тебе это не понравится.
— Хватит юлить. Говори.
Политики считают, что этим делом
должен заниматься другой.
— Кто?
— Он. Черный.
— Почему, потому что он черный?
— Потому что он черный, да.
Джек, здесь, в Гарлеме, ему достанется
не меньше, чем мне. Он все равно коп.
Какого черта тебе не все равно?
Он может остановить расовый бунт только потому,
что он черный? В прошлом году я остановил его сам, Джек.
— Это просто политика, Фрэнк.
— К черту политику.
Слушай, я не собираюсь это выслушивать.
Тебе придется это вбить
себе в голову, Фрэнк. Это его дело.
— Вбей это себе в голову.
— Навяжете мне это — я подам в отставку.
Скажу тебе прямо. Им бы это понравилось.
Они выдавливают всех старше пятидесяти.
— Сколько тебе лет?
— Ты прекрасно знаешь, мне 55, как и тебе.
И что нам делать, раз нам 55? Жрать дерьмо?
Не знаю, Фрэнк.
Я примирился со своей реальностью.
Тебе придется примириться со своей.
Как его зовут?
Черт возьми, у нас проблемы —
это зять старика.
Эй, Ник. Ну что, Ник?
Давно не виделись.
Пойдем. Хочу с тобой поговорить.
У тебя не было охраны внизу?
Ни часового, да?
15 лет — и ни разу нас не тронули.
Мы меняли квартиры.
Мы никогда раньше не пользовались этой,
думали, что все в порядке.
Ты думал?
Твоя задница, должно быть, думала,
потому что теперь мы в минусе на 300 тысяч.
Ты меня хорошо слышишь?
Мы потеряли 300 тысяч.
И что теперь делать?
Я не виню старика за то, что он взбесился,
но кинуть могут кого угодно.
Не когда ты работаешь на нас.
Гарлем наш. Мы его нашли, мы его сделали
и мы его сохраним.
Эта хрень больше никогда не повторится.
Слышишь меня? Никогда.
Итак, кто это сделал?
Трое чёрных парней.
Двое были одеты как копы.
Я объявил награду за информацию. Штука.
— Здесь за главного Шевви.
— Штука?
Что… Что ты пытаешься сделать?
Ты чего добиваешься?
Ты хочешь сказать, что правда хочешь
найти этих парней?
Ты о чём вообще?
Пять. Пять штук.
Пять штук.
Вот это другое дело. Теперь найдите их.
Но не трогайте — они мои.
Я преподам этим парням урок.
Чёрт возьми, Д’Сальвио.
Я тут за главного уже 15 лет, и никто
не указывает мне, как вести мой бизнес.
Эй, эй! Твой бизнес мешает нашему бизнесу.
Ты это понимаешь?
Ты можешь быть большой
шишкой здесь, в Гарлеме,
но ниже 110-й улицы
ты всего лишь наёмный ниггер.
Вот и всё.
Не слишком умно трём даго
бегать тут и убивать братьев.
Пошёл ты и твои братья.
— Эй, Д’Сальвио!
— Да?
Ты никогда не выбьешься в люди. Понимаешь?
Тебе сколько, 45 лет?
Ты был шестеркой на побегушках,
когда женился на дочке босса,
и ты до сих пор шестерка на побегушках.
— Сука ты.
— Нет, Ник!
— Ник, нет.
— Ладно, ладно, ладно.
Я бы хотел увидеть рожу Дока,
когда он узнал, что его банк ограбили.
Эй, Шевви. Добро пожаловать в 7-Eleven.
Чего изволите?
У тебя тут есть девчонка
по имени Глория Робертс?
Да, она тут торгует. Вон там.
— Ты знаешь, кто я?
— Да.
Ты работаешь на Папашу Медведя.
Я раньше тебя видела.
Ты в таком месте, где можно многое увидеть.
Сотня баксов за что-нибудь интересное.
Вот номер.
Эй, Гло.
Ты теряешь детский жирок, хорошо выглядишь.
Сегодня большой куш.
Вот и всё. Большой куш.
Ты реально классно выглядишь.
В следующий раз, когда будем
устраивать вечеринку, ты там будешь.
Да.
Если у тебя есть гангстер,
тебе нужен сутенёр.
«Сегодня поздно днём…»
«…ворвались в квартиру в Гарлеме
и расстреляли пятерых человек».
Чёрт возьми, Джо.
Не мог зайти на две минуты раньше?
Сомневаюсь.
«… Тимоти Хэнрэтти
расстрелял обоих из автомата.
Офицер Адамс скончался мгновенно
от множественных ранений.
Офицер Хэнрэтти умер
на операционном столе…»
Ну и дела? Пара идиотов убила
ещё двух копов, и один из них — брат.
Чёрт.
«Предполагается, что расследование
возьмёт на себя Мателли».
Если тебе не нужна моя любовь
Если тебе не нужна моя любовь
Детка, дай…
О, я бы хотел получить её прямо сейчас
Если тебе не нужна моя любовь…
Мм! Шазам! Чёрт возьми.
Всё, что тебе нужно сделать —
Вернуть её
Я верю, что какому-нибудь
одинокому сердцу она пригодится
О, не поддавайся искушению
Не дай ему взять верх над тобой
Понимаешь, нельзя и рыбку
съесть, и на ёлку влезть, детка
Эй. У меня проблема.
Чёрт. У тебя проблема?
И как он себя чувствует?
На нём их не было в тот момент.
Ты можешь их починить?
Да. Подожди минутку.
Химчистка Хайма.
Джо. Эй, это я. Это ты?
Подержи трубку, ладно?
Эй, смотри, женщина, которая это чинит, ушла.
Почему бы тебе не принести их утром,
а забрать вечером, окей?
— Как дела, мужик?
— Э-э-эй, чувак, я просто должен был сказать,
мы это сделали, мужик, мы сделали это.
— Эй, ты куришь?
— Конечно нет.
Слушай, мы сейчас горим.
— Да?
— Генри Джей накачивается, мужик.
— Для кого?
— Сукин сын.
«Что мы будем делать?»
Ничего. Расслабься.
Эй, Харрис, чёртов унитаз опять сливает в раковину.
Ты можешь починить его нормально?
Я сделал всё, что мог, без нового клапана.
Что будем делать сегодня вечером?
Почему бы тебе не позвонить
хозяину в Мексику?
Обычно он там в это время года.
Тебе повезло, думаю, это вода.
Есть закон против сокрытия информации.
Но, говорю тебе, у нас было включено радио.
Вы живёте прямо напротив,
а было выпущено больше сотни выстрелов.
— Они громко включают радио.
— Иисус Христос.
Извините, офицер, мы
больше ничем не можем помочь.
Мы ничего не слышали и не видели.
Успокойся, Джессап.
Это стодолларовая купюра, брат,
и она будет твоей, если захочешь.
Честный человек тяжело
работает ради ста долларов.
Я брат, прошу помощи и готов заплатить.
Давай, бери, Джессап, и впусти меня,
или тебе лучше больше никогда не выходить.
Открываю.
Знаешь, ты здорово поступил,
что ничего не сказал тому парню.
А что, чёрт возьми, ты ожидал, что я скажу?
Я ни хрена не знаю.
— Я ничего не знаю, чувак.
— То есть ты ни черта не слышала?
Большинство людей не особо болтают,
когда я обчищаю их хату. Хочешь проверить?
Эй, что за разговоры такие? Рейли!
Я ничего не знаю.
— Что, чёрт возьми, происходит?
— Он тащит кучу мусора.
Только что поступило на тебя.
Белый мужчина, вооружённое ограбление.
— Пять азиатов, да?
— Слушай, Фрэнк, это тоже только что пришло.
Есть описание машины для отхода —
клетчатый седан, 66-го или 67-го,
смятое правое крыло,
чёрная краска, много ржавчины.
— Лейтенант в курсе?
— Нет. Я подумал, так будет лучше…
— Я ценю, что ты пытаешься сделать.
— Зачем позволять ему забрать все лавры?
Дэйв, это его операция. Но спасибо.
Капитан сейчас будет.
— Капитан.
— Привет, Чарли. Ты что здесь делаешь?
— Сидни здесь? Кто его привёл?
— Да.
— Ладно. Марти, ma che fai qua?
— Этот трус арестовал меня ни за что!
— Arrestato perch??
— Per niente.
— В чём обвинение?
— Ведение тотализатора.
Тотализатор? Да он читать-то не умеет!
Отпустите его.
— Macch? tuo padre!
— Сколько раз я тебе говорил, а? Всё, уходи.
— Отпустите его.
— Шеф, мне нужно с вами поговорить.
Я ничего не делал,
они просто затащили меня сюда.
— Правда? Ладно, я разберусь.
— Да.
Дорогая, прикрой грудь.
— Слушай, я был чист.
— Я тебя предупреждал.
— Он врал, чувак.
— У тебя при себе что-нибудь есть?
Чёрта с два, я же сказал — я чист.
Чарли, ты не видишь, что я занят?
— Но никто…
— Я разберусь.
Просто будь чистым. Я всё улажу, Чарли.
Клянусь, я ничего не видел.
Там строчил пулемёт,
и ты ничего не слышал?
Нет. Чувак, ты, должно быть, тут недавно.
Как дела, лейтенант?
— Потихоньку.
— Это хорошо.
— Как ты, Сидни?
— Как вы, капитан?
Я знаю этого человека много лет,
он безобидный. Я за него ручаюсь.
Иди, Сидни. Чарли истерит.
Слава богу.
Поуп, я знаю этого панка.
Я могу чем-то помочь?
Нет, спасибо, капитан.
Китаец, мы уже сталкивались.
Отвечай на вопросы этого человека.
Капитан, пожалуйста.
Я просто пытаюсь помочь вам обоим.
В 3:47
более 150 патронов было выпущено
по вашей квартире с расстояния 200 ярдов.
Через несколько мгновений ещё от 50
до 75 выстрелов прозвучали на улице
прямо по линии видимости от вашего киоска.
Два полицейских были убиты.
Машина проехала по улице
в десяти футах от вас,
повернула направо и прошла перед вами,
и ты хочешь сказать, что ничего не видел?
Брат, я лучше с тобой поговорю,
чем с расистским белым мусором в погонах.
Почему ты мне не веришь, чувак?
Не неси эту братскую чушь.
Я задал тебе вопрос.
Как можно быть глухим,
немым и слепым пять часов подряд?
Я ничего не видел.
Я переломаю тебе все кости,
если ты не ответишь этому человеку.
Тебе лучше отвечать на его вопросы.
— Я сказал, что мне не нужна твоя помощь, и я это имел в виду.
— Ладно. Ладно.
Будем играть по-твоему, Поуп.
Что вы накопали, а?
— Мы продвигаемся.
— Да ну?
Мои ребята это нашли.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
— Вот, разошлите всем подразделениям.
— Есть, сэр.
До свидания, капитан.
Ладно, мистер Поуп.
Деньги, детка!
Деньги!
Скажи мне что-нибудь, Генри, скажи.
— Что?
— Откуда у тебя всё это?
Выиграл первый приз на конкурсе красоты.
Деньги!
Ты, должно быть, с ума сошёл.
С ума?
Может быть.
Но мы выиграли, Глория.
Мы выиграли.
Я не хотел никого убивать.
Это не входило в план.
Верни это.
Я лучше увижу тебя в тюрьме, чем мёртвым.
По крайней мере, я смогу тебя видеть.
Казней не было уже десять лет.
Верни деньги мафии.
Я не могу вернуть мафии тех пятерых, в кого стрелял.
И копам — их двоих.
— Они не заключают сделок.
— Деньги решают.
— Мёртвые мертвы, но с этим можно договориться.
— Глория.
Я всегда считал тебя
на шаг с лишним впереди остальных,
но ты сейчас звучишь,
как все остальные тупые бабы.
— У тебя нет ни единого шанса.
— Я ничего не отдам.
Ни цента.
У тебя нет ни шанса дожить до конца недели.
Что значит — у нас нет ни единого шанса
дожить до конца недели?
У нас не было ни единого шанса
заметить тот «Кадиллак», но мы заметили.
У нас не было ни единого шанса, что это окажется
тот же самый толстомордый бухгалтер — но это был он.
Понимаешь, вроде как — ни единого шанса
войти в ту комнату и выйти оттуда живыми,
не говоря уже о трёхстах тысячах,
но мы это сделали.
А теперь ты говоришь, что у нас нет
шансов дожить до конца недели.
Вообще никаких шансов?
Ну, я бросаю кости.
Видишь? Я доказал свою точку зрения
уже десять раз за сегодня,
и кости всё ещё у меня.
И я буду бросать дальше.
Ладно, хорошо.
Сначала ты сказала мне не пробовать,
но ты ошибалась — и сильно ошибалась.
До шести часов сегодняшнего вечера
что для меня было гарантировано?
Я скажу тебе что — тюрьма.
Снова за решёткой, дрочить в камере.
Или снаружи, на какой-нибудь
ублюдочной работе,
типа уборщика или носильщика.
Знаешь, подчищать за каким-нибудь
чёртовым белым мужиком.
Это было точно. Железно точно.
Ты бы устроился на работу.
Посмотри на меня.
Посмотри на меня!
Ты смотришь на сорокадвухлетнего
бывшего зэка-ниггера,
без образования, без профессии
и с проблемами со здоровьем.
Кому я нужен хоть для чего-нибудь,
кроме как мыть машины или махать киркой?
Тебе нужно выбросить из головы
эту мечту белой женщины.
Это была бы одна нищая работёнка
за другой.
А ты бы работала в том клубе,
и тебя бы по-прежнему
каждую ночь домогались.
Сколько бы прошло времени, прежде чем мы…
нам так сильно понадобились бы деньги,
что я бы сказал тебе сделать это?
А?
Есть какие-нибудь номера?
Ни одного номера нигде.
— Что ты нашёл?
— Ничего не могу найти, лейтенант.
Иди сюда, давай.
Слушай, ты знаешь, где находится
гараж нью-йоркской полиции на Сентр-стрит?
Это эвакуация за сорок долларов.
Я никуда не поеду за сорок долларов
без письменного распоряжения от начальства.
Я и есть начальство.
Я отвезу её в гараж участка,
и никуда дальше.
Ах ты сукин сын! Вернись сюда!
Эй, Шевви. Парень на телефоне,
говорит, его зовут Ховард Джелло.
Да, я его знаю. Он коп с большим ртом.
— Шевви.
— Эй, дружище, слышал, ты по мне соскучился.
— Когда ты возвращаешься в аптаун?
— Как только меня переведут.
Я тут в даунтауне с голоду помираю.
Я работаю в главном управлении.
Мы выяснили марку машины для отхода.
И мы выяснили владельцев.
— «Слышал, ты неплохо платишь за такое».
— Сотня за имя владельца.
Ну, сотня лучше, чем то,
чем я тут занимался.
Мистер и миссис…
Гленн У. Фирс.
— Вас зовут Гленн Фирс?
— Ага.
Вы владеете клетчатым седаном 1966 года?
Я продал эту машину на прошлой неделе.
— Семь человек были убиты.
— Я к этому не имею никакого отношения.
Гленн, ты же вёл ту машину для отхода, да?
— Нет, я её не вёл.
— Я знаю, что ты вёл эту машину.
Да пошёл ты, не вёл.
Мателли!
Какого чёрта ты делаешь?
— Этот наркоман вёл машину для отхода.
— Клянусь Богом, я не вёл её.
Фирс.
Ты не обязан отвечать ни на какие вопросы
без адвоката.
Ты имеешь право на адвоката.
Я найму адвоката
и натравлю его прямо на твою задницу.
— Я тебе сейчас покажу адвоката!
— Тявкает.
— Такое осталось во времена сухого закона.
— Послушай…
Мне до чёртиков надоела
твоя либеральная херня.
Определись уже —
ты коп или один из этих соцработников?
Хорошо, капитан.
Вернись в 1940-й.
Достань бочку с порохом
и взорви всё это чёртово сообщество.
Послушай, мой метод даёт результаты.
Я не слышу, чтобы он сказал
хоть слово.
Ну да.
Значит, он им ничего не сказал, верно?
Сказал мне, что не сказал ни слова.
Миссис Фирс, это наш друг, Ник.
Миссис Фирс, очень приятно
видеть вас здесь.
— Здравствуйте.
— Здравствуйте.
Теперь, миссис Фирс, Док
как следует покажет свою благодарность.
Итак, кому ваш муж продал машину?
Принеси мне туда джин и шампанское.
— Принеси мне шампанское.
— О, Господи, помилуй!
Шампанское.
Да. И ещё один бокал тоже.
Эй. Полегче.
А, как дела?
Эй, ниггер!
— Это тот самый?
— Мне всё равно.
Хочешь, чтобы твои мозги
размазались по той стене, брат?
Ты это мне говоришь, белый?
Да, ниггер, я с тобой говорю.
Я откликаюсь на имя мистер Джексон.
И ни на что больше.
— Да ну?
— Угу.
Эй, глянь-ка на это.
— Разве не мило? Ну просто лапочка.
— Симпатично.
Красавица.
Купишь нам по паре нюхов?
Слыхал, ты тут строишь из себя
большого человека.
— Так и есть.
— Верно, мальчик?
Кого ты тут «мальчиком» называешь?
— Лапочка, правда? Ну разве не лапочка?
— Куколка.
Сейчас!
Отпусти его. Отпусти.
Вставай. Голову вверх.
Вставай. Вставай, грязный ублюдок. Вставай.
Принеси мне пальто, Фрэнк.
Ладно, уведите его отсюда.
Мы ещё о нём позаботимся.
Уведите его.
Кто-нибудь здесь… что-нибудь видел?
— Ты меня слышишь?
— Ему нужна плазма. Держи.
Скажи мне своё имя, брат.
Скажи, кто это с тобой сделал?
Парень, я пытаюсь тебе помочь.
— Он выживет?
— Я делаю всё, что могу.
Это был чёрный или белый?
Скажи, парень, я пытаюсь помочь.
Скажи, это был чёрный или беляк?
Помоги мне! Помоги мне, Джимбо!
Джим?
— Подожди. Парень, скажи мне.
— Джим.
Какой Джим?
Ты должен сказать, парень, ты умираешь.
Ты тупой ублюдок, я же тебе говорю…
Пульса больше нет.
Больше никаких распятий.
Мои люди никого не распинают, Фрэнк.
Распятия — это итальяшское дерьмо.
Док…
никаких распятий.
Я тебя правильно слышу?
— Ты мне приказываешь?
— Чёрт возьми, да.
— Проводи его, Шевви.
— Ты кто такой, блядь?
Нет, капитан, или я вышибу тебе мозги…
Двое на двое. Честно.
Радуйся, Фрэнк.
Последний лох, который
на меня полез, проиграл.
Привет. Ты тут новенький, да?
Студент?
— Два года.
— Вот это да, детка.
Я могу устроить тебя на его место.
Им нужны умные чёрные парни в полиции.
Сколько мы платим этому типу, Шевви?
Это тот парень, что вернул
рождественский подарок.
Да? Мистер Мателли так не делает.
Мы платим ему по 2500 в месяц
уже два года.
А он приходит сюда и командует мной. Чёрт.
Он работает на меня.
Он работает на меня,
как и шлюхи и дилеры.
— Я брал только деньги с азартных игр.
— Ага, все так говорят.
Нет. Ты не берёшь деньги от проституции,
не берёшь грязные деньги наркоманов.
Ты берёшь только красивые,
чистые деньги с чисел.
Как думаешь, откуда они берутся?
От людей ниже нас.
Грязные деньги или чистые — всё одно и то же.
А теперь проваливай отсюда.
Слушай, я пришёл передать сообщение.
Если ты слишком туп, чтобы понять,
это твои проблемы.
Ещё будут трупы — я приду за тобой.
Понял?
Следи за своим ебаным языком, белый мальчик.
Ты, может, и большая шишка
для тех задниц в участке,
но, чёрт побери, здесь — я.
Док, мать его, Джонсон.
Ты прибежал сюда,
потому что парочку твоих копов пристрелили.
Особенно потому, что один был белым.
Твой дружок — расистский сукин сын.
Он всегда таким был. Они все такие.
Если ты умный, будешь держаться меня.
Эй, Шевви,
дай ему попробовать.
Эй, давай.
Не губи свою карьеру в полиции, парень.
Бери деньги, брат.
Засунь их себе в жопу, брат.
Ну что ж, ладно.
Отвезите старика домой.
Вставай, ублюдок.
Я покажу тебе, сколько мне лет.
Давай, нажимай.
Нажимай, ты, мать твою, Джонсон.
Давай, нажимай.
Ты псих, Мателли.
Ты не хочешь жить. Ты хочешь умереть.
Я тебе не помогу.
Эй, парень, смотри, где мои руки.
Шевви, проводи его.
— Послушай, Док…
— Прощай, Мателли.
Рад был познакомиться.
Капитан.
Пошли.
Чёртов клоун.
Ладно, мистер Поуп.
Теперь можем ехать.
Не знаю, зачем я вообще
стараюсь держать их чистыми.
— Профессиональная гордость.
— К полуночи какой-нибудь алкаш здесь всё заблюёт.
Слышал, нашли какого-то беднягу распятым?
Думают, это один из тех,
кто сегодня участвовал в налёте.
— Откуда они знают, кто это был?
— По отпечаткам пальцев.
Парня звали Джексон.
Эй, давай, давай, а?
— Сколько?
— Доллар семь, с налогом.
К чёрту налог — вот бакс.
— Да. Даже яйца ему отрезали.
— Ничего себе.
«… 57 человек на борту.
Представитель аэропорта сообщил…»
Ну как тебе жить в этом сортире, Мателли?
Я и жил, мистер Поуп. Жил.
— Да?
— Миссис Джексон?
— Да?
— Мы полицейские, миссис Джексон.
— Что?
— Полиция.
Миссис Генри Джей Джексон?
— У нас тут никаких проблем нет.
— Можно войти?
Пожалуйста.
Мы пришли расспросить о друге вашего мужа.
Его зовут Джим.
— Спросите у Генри Джея.
— Вы должны знать кого-то по имени Джим.
Генри Джей в своём гараже
на 137-й улице и Сент-Ник. Спросите его.
Я ничего не знаю ни о каком Джиме.
Миссис Джексон, вы с мужем живёте раздельно?
Мы не вместе уже пару месяцев,
но мы не расстались.
Миссис Джексон, я не знаю,
как вам это сказать, но…
ваш муж мёртв.
Мне… мне очень жаль.
— Как он умер?
— Дело в том, что…
Это была автомобильная авария.
Сбили и скрылись.
— Её муж мёртв.
— Да, я знаю.
Миссис Джексон,
теперь насчёт этого парня, Джима.
Можете рассказать нам что-нибудь о нём?
— У ребят был дядя по имени Джим, да?
— Ребёнок тут ни при чём.
Он называл его «большой парень».
Большой парень. Я его не знала.
Я его не знала.
Хотя он говорил, что
тот был выше шести футов.
Генри Джей, он его называл…
Его звали Джим Харрис.
Джим…
Он даже навещал его в тюрьме.
Он там будет сидеть долгие-долгие годы.
Миссис Джексон.
С вами свяжется бюро коронера.
Будут проблемы, когда я поеду в центр?
У нас не было никаких бумаг.
Мы жили гражданским браком.
Им нужно, чтобы вы опознали
и забрали тело. Вот и всё.
Это не понадобится.
Если возникнут трудности, просто идите
в 27-й участок и спросите Фрэнка Мателли.
Записать вам?
Нет, я запомню. Спасибо.
Джим Харрис, да?
Слушайте, это было в кармане вашего мужа,
когда мы его нашли.
Полагаю, теперь это принадлежит вам.
Его зовут Логарт. Джо Логарт.
Эй, Джим, это я.
Джим, ты там?
Джим, это Джо.
Они взяли Генри Джея.
Ему яйца кастрировали.
Ты сматываешься?
Надо думать, он заговорил.
Может быть.
Мы всегда считали —
если возьмут одного из нас, понимаешь?
Кто начнёт трогать мои яйца — я заговорю.
Да.
Думаю, сильнее всего они будут рыть в гетто.
Я ухожу, чувак.
— У меня есть друг в Нью-Джерси…
— Я не хочу знать.
Ты в порядке?
Я там наверху совсем развалился, да?
Спасибо, что вытащил меня, чувак.
— Я просто не думал, что будет так жёстко.
— Забудь, Джо. Всё кончено.
Мы получили то, за чем шли, и мы всё ещё живы.
Меня накрыло только тогда,
когда мы начали подниматься по лестнице, чувак.
Всё казалось таким шатким, понимаешь?
И эти выстрелы, чувак.
Эти выстрелы.
И ноги мои, Джимбо.
Ноги будто пол начал уходить из-под них.
Я же сказал — забудь. Всё кончено и закрыто.
Да, ну…
Что бы ни случилось, чувак, мы в итоге станем богатыми.
Но мёртвыми, чувак.
Лучшего пути и не бывает.
Береги себя, брат.
Привет, парни.
— Привет, Стеннер.
— Капитан, как дела?
— Как вы?
— Я проверяю Харрисов.
— Их больше трёхсот.
— Триста Джимов Харрисов?
И что у вас получилось?
Это Поуп, лейтенант Поуп.
Судя по тому, что вы мне сказали,
я сузил круг до трёх.
Вот их фотографии.
Я как раз собираюсь поднять их дела.
Знаешь кого-нибудь из этих типов?
Нет, никого похожего я не видел.
— Думал, может, это твои знакомые.
— Нет.
Для меня они все на одно лицо.
Да, я так и думал, что ты это скажешь.
Ладно, теперь…
B 256-107.
B 256-107.
Дайте ему.
B 412-378.
Харрис, Джеймс, кража
со взломом, три года, Аттика.
Отбывает сейчас.
А дальше у нас B 143-671.
Джеймс «Пальцы» Харрис, он же Харрисон.
Нападение с применением
смертельного оружия...
Этот тип умер три месяца назад!
— Капитан, узнать невозможно...
— Давай следующего.
Мистер Поуп.
Джеймс Харрис, 42, вооружённое ограбление.
Скрытое ношение оружия, тяжкое нападение,
мошенничество.
Первое дело в юности — попытка ограбить
конфетную лавку в 12 лет. Иисусе Христе.
Бегал с номерами, осуждён.
Сейчас на условно-досрочном.
К тому же эпилепсия.
Последнее дело вёл Томпсон, помощник
окружного прокурора, работал на Доктора Джонсона.
Дай-ка посмотреть.
— Он может быть нашим.
— Что?
— Я сказал, он может быть нашим.
— Да, может быть.
Прогоните «жёлтые», добудьте фото.
Автовокзал Порт-Оторити,
40–41-я улицы на 8-й авеню.
Принял. Автовокзал.
Говорит такси 14.
Это моя последняя поездка сегодня.
Еду через 110-ю улицу.
«Вы меня слышите? Еду через 110-ю
к Порт-Оторити».
Шевви, у нас клюнуло —
110-я и Сентрал-парк.
Поехали. 110-я и Сентрал-парк.
Ты тоже сбегаешь?
Чёрта с два, я не бегу.
Просто здесь теперь небезопасно.
Я себе местечко подготовил.
Никто меня там не найдёт.
Там, где я раньше жил.
Понимаешь?
Где мы впервые...
Слушай, эм...
Я тебе позвоню. Не знаю когда, но...
Я позвоню. Ладно?
Моё лекарство.
Мои таблетки.
Сукин сын.
Чёрт. Моё лекарство.
Мне нужно найти лекарство, таблетки.
— Ладно, Ник, мы его взяли.
— Окей.
Поднимайте его.
Поднимайте. Поднимайте, тащите сюда.
Что это, а? Что это?
Посмотрим, что у тебя ещё есть, а?
Логарт, Джозеф. 311, Западная 141-я.
Посмотрим, что у тебя в сумке, красавчик.
Посмотрим, что в сумке.
Знаешь, что мы сделали
с твоим дружком Генри Дж. Джексоном?
Знаешь, что мы сделали
с этим чёрным ублюдком, а?
— Поцелуй меня в зад.
— В зад? Конечно.
Кто был второй черномазый с тобой?
Кто был второй с тобой, а?
— Как его зовут?
— Сэмми Дэвис-младший.
Смотрите-ка, у нас тут смешной ниггер.
Дай мне эту руку.
Ладно, ниггер,
посмотрим, как ты посмеёшься.
Ты смеёшься?
Иди сюда. Я хочу с тобой поговорить.
Ты ведь не разговариваешь, да?
Эй, хочешь увидеть красивую картинку?
Хочешь красивую сцену, а?
Хочешь полюбоваться видом?
Тащите его сюда. Сюда!
Перекиньте его через край.
Вот так.
Стой тут. Стой тут.
Ну так кто это был? Скажи мне, кто.
Думаешь, мне в кайф
избавляться от тебя?
Рога тут видишь?
Нет тут рогов. Мы не звери.
Свяжите ему ноги, крепко свяжите.
Мы просто хотим быть друзьями, вот и всё.
Если ты не скажешь, кто это был,
ты заставишь меня сделать то, что мне не нравится.
Ты заставишь меня чувствовать себя очень плохо.
Не скажешь?
Не скажешь?
Поднимайте его.
Нет!
Посмотри-ка. Летать умеешь? А?
Да. Да. Посмотри, посмотри.
Зачем тебе падать с двадцати этажей...
если мы всё равно узнаем?
Мы узнаем. Мы нашли Генри Дж.
Мы нашли тебя здесь.
Кто это был, Джо? Или летишь вниз.
— Стоп.
— Подожди!
Иди сюда. Нет, всё нормально.
Просто скажи, детка,
и всё будет хорошо.
Всё нормально, просто скажи. Кто это был?
— Кто?
— Джим... Харрис.
Кто? Харрис? Джим Харрис?
Ладно, сладкий. Ладно, сладкий.
Джим Харрис.
Алло?
Моё лекарство. Куда, чёрт возьми,
я положил таблетки?
Вспомнила. Возвращайся в номер. Я еду.
Вон пошла баба Харриса.
Она приведёт нас прямо к нему.
Джим?
Глория.
Глори...
— Всё в порядке.
— После всех этих приготовлений...
Я забыл своё лекарство.
— Всё в порядке.
— Глория...
Дорогой, всё в порядке, не говори.
Я больше никогда не оставлю тебя одного.
Вот здесь.
637, Леннокс-авеню.
Он засел на пятом этаже
пустого доходного дома.
— Девушка всё ещё там?
— Да.
Счастливый сукин сын.
Эй, Поуп, можно тебя на секунду?
Зайди, ладно?
Чертовски длинная ночь.
Поуп, я хочу с тобой поговорить.
Я хочу, чтобы ты понял...
Хочешь выпить?
Нет, я не пью.
Будешь, Поуп. Будешь.
В понедельник я дам тебе все факты,
имена и цифры.
— Я просто не...
— Подожди минуту. Почему?
Потому что мне 55.
Отдал 33 года, и...
Думаю, пора уходить.
Я хочу уйти на пенсию.
И я не хочу, чтобы ты использовал что-либо...
— Я хочу, чтобы ты перестал меня опекать.
— О чём ты говоришь?
Ты и правда расистский сукин сын.
Хватит этой расистской чепухи!
Потому что я чёрный,
я собираюсь настучать на тебя?
— Ты хочешь мою работу, да?
— Да!
Да.
Но не так, Мэттелли.
Я хочу её на своих условиях.
— Я просто думал, что...
— Когда ты начнёшь смотреть на меня как на копа?
Мэттелли слушает.
Эй, эй, Поуп. Подожди.
Это тебе.
Поуп у телефона.
Если ты правильно используешь то,
что я сейчас скажу,
через месяц ты можешь стать
детективом первого разряда.
У тебя пять секунд. Говори.
Действуй быстро — и возьмёшь Харриса.
Он засел на пятом этаже пустого доходного
дома по адресу 637, Леннокс-авеню.
Он пытается втянуть нас во что-то.
Он говорит тебе, что ты в игре, а я — нет.
Поуп, счёт выставят позже.
К чёрту его. Я не буду платить.
Бранко, Джеффрис, Брукс — пошли!
— Харрис засел по адресу 637, Леннокс-авеню.
— Похоже, это ТПФ.
Бронежилеты, снайперов,
слезоточивый газ — всё к чёрту.
Ладно...
Капитан.
Вы с нами?
Джим? Джим, ты спишь?
Джим?
Мёртвые ненавидят суп.
— Обманщик.
— Нужна любовь.
— Займись со мной любовью.
— Нет.
Буду на связи.
Сэкономь свои десять центов. Я иду спать.
Я уже знаю, чем всё закончится.
У нас получится, правда?
Да.
У нас получится.
Если бы только могли.
Мы сможем.
Может, ещё можем.
Ямайка.
— Ямайка?
— Туда мы и поедем.
У меня даже купальника нет.
Но это ничего.
Мы найдём себе место
высоко в горах,
рядом с ручьём.
Может, с озером.
Потом я сам буду рубить брёвна
и построю нам маленькую хижину
своими руками.
У нас будет корова,
пара свиней и несколько диких индеек.
— Маленькие черепашки? Я всегда хотела домашнюю черепаху.
— Мм?
— Я буду выращивать для них морковь в своём саду.
— Что?
Морковь в моём саду — для них.
Ладно, Харрис, это полиция!
Выходи с поднятыми руками,
и неприятностей не будет.
Я даю тебе три секунды!
Харрис, у тебя три секунды!
Раз...
два...
три!
Заводи машину! Заводи машину!
Держите укрытие и не открывайте огонь.
Мэттелли, пригнись.
Пригнись.
 

////////////////////////////