Легенды (1 сезон, 2026 год). Цитаты и фразы из сериала

Legends (2026)

английский телесериал в жанре криминального триллера созданный Нилом Форсайтом. Главные роли сыграют Стив Куган, Том Берк и Хейли Сквайерс.

Все фразы и цитаты

Серия 1

ПО МОТИВАМ РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЙ
НЕКОТОРЫЕ ДЕТАЛИ ИЗМЕНЕНЫ
ДЛЯ ЗАЩИТЫ ВОВЛЕЧЕННЫХ ЛИЦ
ЛИВЕРПУЛЬ
- Не задерживайся допоздна!
- Не буду!
- Привет, Майки.
- Привет.
Я изучаю медицину.
Медицину? Для меня это слишком серьезно.
Я на философском.
Четыре часа в неделю, и то еле хожу.
Привет, Майки. Как дела?
Хорошо, привет.
Держи, приятель.
Клево. Спасибо.
Ну что, народ? Давайте ко мне?
У меня сюрприз.
Охренительная тема.
Что скажешь, Майки?
Майки?
Майки!
Знаете, Оскар Уайльд говорил,
что опиум — кратчайший путь
к пониманию полноты жизни.
Арабелла.
Арабелла.
Арабелла?
ЛЕГЕНДЫ
ТАМОЖЕННАЯ СЛУЖБА, ЛОНДОН
СКОНЧАЛАСЬ В РАСЦВЕТЕ ЛЕТ
ГЕРОИН СНОВА БЬЕТ ПО ГОРОДУ
Блейк.
Вас зовет министр внутренних дел, сэр.
Не удивлен.
Гетто в Ливерпуле
и Оксфордский университет.
А это уже вся Англия.
Министр, каждая смерть — трагедия…
Ему было 15, а она была дочерью министра.
Иные смерти трагичнее других.
Таможня уже несколько месяцев
фиксирует рост в изъятии героина.
Теперь у героина есть лицо:
бедный мальчик в таблоидах,
богатая девушка в газетах.
- Премьер-министр читает всё.
- Слушайте…
Ситуация в экономике необратима.
Страну ждет рецессия.
Миссис Тэтчер нужен
решаемый кризис, и это он.
В ближайшие дни она объявит
героиновый кризис чрезвычайной ситуацией,
введет пожизненное для наркодилеров
и заявит, что ее правительство
остановит ввоз героина в страну.
То есть или вы остановите
ввоз героина в страну,
или же я найду тех, кто сможет.
Борьба с контрабандой — работа
Таможни Ее Величества, и ничья больше.
Американцы объявили войну наркотикам,
а мы тут как будто машем белым флагом.
У УБН миллиард долларов бюджета,
технологии от НАСА
и право на операции
под прикрытием в любой точке мира.
Следователи британской Таможни
плохо оснащены,
совершенно не обучены
и скованы регламентами.
Что вам нужно?
Год,
расширенный бюджет,
найм специалистов и свобода действий.
Шесть месяцев,
без новых людей, без новых денег,
но свободы — сколько пожелаете.
И чего вы надеетесь достичь, министр,
с такими огромными ресурсами?
Установите, кто ввозит героин
в страну, и остановите их,
иначе я внесу законопроект в парламент
о передаче функций охраны границ полиции.
Нет нужды, сэр.
Думаете, пара таможенников
одолеет крупнейшие наркобанды страны?
Однозначно.
Господи Иисусе.
Как будем действовать?
С огромным, сука, трудом.
Мы рискуем потерять контроль
над границей. Что делаем?
Операции под прикрытием,
внедрение, крайний риск.
Всё то, от чего я убежал на эту работу.
Что понадобится?
Добровольцы и где их обучать,
пока я ищу среди них достойного.
В Таможне Ее Величества 20 000 человек.
Должны быть способные люди.
Ты знаешь, сколько я был под прикрытием
и что это со мной сделало.
Ты удивишься, как мало способных.
Удивишься еще больше,
когда поймешь, что это за люди.
Здравствуйте.
Доброе утро, сэр.
Я из подразделения
Таможни по незаконному импорту.
Вы пытались незаконно ввезти
журнал из Германии
«Медсестры-нимфоманки без тормозов»?
Я пытался?
Боже. На меня это как-то не похоже.
Ясно.
Может, это был сосед?
Вон там живет парнишка,
который круглый год в шортах ходит.
Мне у ваших соседей спросить?
- Нет.
- Нет.
Вы купили 500 автомагнитол из Китая
и ввезли их без уплаты НДС. Это проблема.
Склад.
Если я импортирую и храню на складе,
НДС можно платить
в любое время до продажи.
Да, но вы импортировали 500,
а здесь их 417.
Наверное, упали с грузовика.
- Их продают на рынке Уолтемстоу.
- Правда?
Ты их туда вез, я видел.
Налоговики нынче следят
за людьми на Уолтемстоу?
Скучающие налоговики.
Давай.
Офис мистера Маклина.
Подождите, пожалуйста.
- Да.
- Звонят из Казначейства.
Нет.
Боюсь, он сейчас занят.
Что-нибудь передать?
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В БРИТАНИЮ
Подойдете ко мне, сэр? Случайная проверка.
- Чем я это заслужил?
- Ничем. Поэтому она и случайная.
Любишь это дело, да?
Форму напялил, власти почувствовал.
Острые предметы, сэр?
Отправляйся.
Куда?
Отправляйся.
ГОТОВЫ НА БОЛЬШЕЕ?
УЧЕБНАЯ ПРОГРАММА
НОВОГО СЛЕДСТВЕННОГО ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ
ОТКРЫТА ДЛЯ ВСЕХ СЛУЖАЩИХ ТАМОЖНИ
Начинается всё с исторической зарисовки,
но в сцене банкета обнажаются гениталии
сразу нескольких актеров.
Не ведись на типа в доспехах, Кейт.
Если присмотришься,
увидишь, что он свой тоже свесил.
ГОТОВЫ НА БОЛЬШЕЕ?
Повесишь к вам туда, милая?
Если кто не знает, я Ангус Блейк,
Следственный директор
Таможни Ее Величества.
- Это Дон Кларк, руководит операциями.
- Привет.
Мы проводим трехнедельную
секретную учебную программу
и ищем тех, кто может
предложить нам то, в чём мы нуждаемся,
чтобы предпринять то,
чего мы никогда не делали.
- Что расследуем?
- Не расслышал слово «секретный»?
Из соображений безопасности,
только прошедшие обучение
узнают, в чём суть расследования.
Это повышение?
Для иных, технически, понижение.
- Где будет обучение?
- Выезд с проживанием.
- Значит, сверхурочные?
- Нет.
Если обучение с проживанием,
они должны быть.
Мы не возьмем тебя, если ты глухой.
- Нам дадут суточные?
- На что?
Деньги на обед.
Деньги на обед? Вам 12 лет, что ли?
Если вы задали вопрос, покиньте комнату.
Тут дело не в деньгах.
И не в повышении или трех неделях.
Мы предлагаем тем,
кто нам подходит, новую жизнь,
новую реальность,
полную приключений, опасностей.
И возможность служить своей стране.
Это будет величайшим испытанием
вашей жизни,
и лишь немногие из вас с ним справятся.
Автобус отъезжает
от этого здания завтра в 09:00.
Если вы довольны своей жизнью, считаете,
что достигаете всего, чего можете достичь…
…не садитесь в него.
СУРРЕЙ
Хорошо.
Так ты поедешь?
Не знаю.
Нам не говорят, что там будет.
Неудивительно.
Следственный отдел всё-таки.
Я никого там не знаю.
Тогда воспринимай это как шанс.
Когда в последний раз ты заводил друзей?
В 1978-м.
Ненадолго.
И это на три недели, Соф.
- Нет.
- Что?
- Я не позволю тебе прятаться за нами.
- Я не прячусь.
Если не поедешь, это твое решение.
Три недели — ерунда.
Если это тебе поможет.
ЙОРКШИР
Это место принадлежит шпионам,
то есть официально его тут нет.
Как и вас, кстати.
Так что никакого телевизора,
никаких газет, никаких звонков домой.
У моего сына день рождения во вторник.
Чудно, сиди. Мы подбросим тебя до станции.
Поздравишь его от меня.
Чудно.
Итак, первый этап
любого расследования — это данные,
и тут вам повезло:
Таможня может запросить больше данных,
чем любое другое агентство.
Но достать данные легко.
Труднее всего определить,
что они вам говорят.
Тут записи о путешествиях,
банковские и таможенные документы.
Где-то в них
преступный сговор с целью ввоза марихуаны.
Найдите его и назовите ответственного.
Это конфиденциальная информация.
Нам нельзя ее использовать.
Мне уйти?
Да, пожалуй.
Так, а остальные…
Это бухгалтер?
Чего, дорогая?
Я… Это бухгалтер?
Да, верно.
Чёрт возьми. Молодец.
Мы не полиция, мы не шпионы.
Страховать нас не будут.
То есть, когда вы ведете опасных людей,
единственный способ уберечь себя —
грамотно научиться подобным вещам.
Повтори.
Оперативная независимость.
Только так выполняется эта работа,
когда вы в поле одни.
Это значит думать на ходу.
Сейчас один за другим вы придете
в этот паб, чтобы встретиться со мной.
Я уличный наркодилер,
первое звено в цепи.
Вы должны опознать меня.
То есть узнать мое имя и адрес.
Подумайте, как это сделать.
Боюсь, мне надо будет за границу по делам.
Наркоделам.
Но я могу сообщать вам
о своем прогрессе в письмах,
если вы не против оставить мне свой адрес.
Это ужас.
Вы местный… здесь?
- Счастливого пути, дорогая.
- Да.
- Сделка отменяется.
- Почему?
Не твое собачье дело.
- Почему?
- Я заплатил одному копу.
У него список прослушиваемых телефонов,
имена, адреса.
И я, блин, в нём.
Возможно, ты тоже.
Молодец.
Чтобы выжить в этой игре
вам нужен план,
нужно амплуа.
И в них нужно верить.
Пойдем со мной, сынок.
Не высовываешься, смотрю?
Умно, но далеко на этом не уедешь.
Придется показать, на что ты способен.
Скажи, как будешь готов.
Они называют это «экстази».
Торчат на складе в Лидсе,
слушают этот грохот
и называют «экстази» —
это прикол какой-то, видимо.
Сходи туда, купи таблеток,
узнай имя дилера
и договорились о сделке.
- Я возьму две.
- Ладно.
- Сорокет.
- Платить не буду.
Тогда ты отсюда не выйдешь, друган.
У меня клуб на юге, и я пустой.
Я их попробую, и, если зайдут, возьму 500.
Тогда приходи ко мне.
К другим не ходи, понял?
Гэв.
Ты что там делаешь?
Полиция Лидса.
Расскажешь, что ты там купил?
- Не понимаю, о чём вы.
- Мы всё видели.
- А это подтвержденные показания.
- Или полгода.
Дилер — следующий. Скажи,
что он продал, и уйдешь с предупреждением.
Я не знаю, о чём вы,
так что сдристнули бы вы отсюда.
Ты попутал, сучара?
- Последний шанс.
- Ты уже несколько раз это сказал.
Забудь про наркоту.
Оформим тебя за нападение на офицера.
Любой судья тебя за это упечет.
Или же разберемся здесь.
Коллега возвращается из больницы.
Думаю, он захочет перетереть.
В прошлый раз у него так себе вышло.
Он весь твой, Дон.
- Порезать бы его за такое.
- Тернер живой. Дыхалку сбило.
Дыхалку? Он вырубился.
В следующий раз пусть пригнется.
Говорят, ты нормально вдарил.
Это был ты?
Чего ты не сказал, что ты таможенник?
Потому что я им не был.
Ты говорил верить в амплуа, так что вот.
Ты боксер. Полезно.
Но копов бить нельзя.
Они могут не так понять.
- Что это вообще?
- Это работа.
Весело, скажи?
Поначалу уж точно.
Как ты начал шмонать чемоданы?
А как другие начинают?
По ошибке.
Ты запрягаешь меня больше, чем других.
- Приходится.
- Почему?
Потому что вижу,
что ты будешь работать один.
Я работал один, знаю, каково это.
Отправляться на задания без поддержки,
где одно неверное слово,
одно неверное решение —
и тебе конец.
Ты должен решить, готов ли ты к такому.
Честно, сынок, отчасти я надеюсь, что нет.
Что ты в итоге
не окажешься там, потому что…
В общем, это отнимает много сил.
Некоторым это дано, некоторым — нет.
Так что вот.
Ты подумай.
Это вторник.
Визит премьер-министра
на Таможню в Хитроу подчеркивает внимание,
который она уделяет наркокризису.
Осмотрев недельные объемы изъятий,
она адресовала заявление наркоторговцам.
Мы вас найдем.
Преследование будет безжалостным.
Безжалостным.
Мы будем наращивать усилия,
пока не одолеем вас.
Вашим наказанием будут
длительные тюремные сроки, конфискация
всего, что вы заработали на контрабанде.
Мы сделаем вашу жизнь невыносимой.
Количество наркотиков,
изъятых Таможней, значительно возросло
за последние четыре года,
в особенности героина.
Это крайне важно.
Настолько важно для защиты
нашей молодежи и населения,
что нехватка ресурсов
не может быть оправданием.
Мы никогда не экономили ресурсы
на поддержание закона и порядка.
Объявлена война.
Люди о ней прочитают,
увидят по телевизору.
Но не мы. Мы будем воевать.
Значит, героин?
- Героин.
- И только мы?
Только мы.
Когда вы говорите «война»,
что именно это подразумевает под собой?
Мы выясним, как он поступает в страну,
и остановим его ввоз.
Но сперва я расскажу вам о легендах.
Так мы их называем — личности,
под которыми работаем под прикрытием.
Жизни, которые мы выстраиваем.
Образы, в которых живем.
И перед тем, как стать легендой,
вам надо понять, что это значит.
- Привет.
- Привет.
Значит, ты прошел?
Похоже на то.
Что теперь?
Не знаю, но…
Не будем сейчас об этом думать, ладно?
Тебе надо почаще уезжать.
Алло.
Причал Индиго, 06:00.
Ты вовремя. Молодец.
Итак. Когда за вами следят,
а за вами будут следить,
нельзя выводить их на Таможню.
Работать будем тут.
Мрачновато, блин, нет?
Эрин, ты готова?
Да. Думаю, да.
- Во сколько ты пришла?
- Пришла?
Я не уходила.
Героин — это про рост.
Это все случаи смерти,
где в свидетельстве был указан опиум.
Десять лет назад
их было несколько десятков, затем…
Рост.
За последние два года
количество смертей удваивалось каждый год.
Это употребление.
Нам нужно изучить поставку.
Чтобы выйти на дилеров мы с Дональдом
запросили историю арестов по всей стране
за хранение более десяти граммов героина.
А с 1980 года
и до прошлого их количество
показало аналогичный рост.
Но среди этих арестов
я нашла два места, где они осуществлялись
непропорционально часто.
Во-первых, районы Ливерпуля
на севере Англии и Шотландия,
что логично.
Ливерпуль — портовый город,
где орудуют преступные сети. А потом…
Всплыло это.
Тут аресты только мужчин
с лондонскими адресами
и фамилиями турецкого происхождения,
что тоже логично.
Около 75% ввозимого опиума
проходит через Турцию.
Итак.
Рынок героина растет
очень быстрыми темпами,
и есть явные признаки того,
что две ОПГ конкурируют
за его сбыт.
Одна — в лондонской турецкой общине,
другая — в Ливерпуле.
Нам необходимо внедриться в обе,
выяснить их методы ввоза
и остановить их.
А теперь мне очень нужно домой
проведать кота.
Эрин будет отсюда
обеспечивать логистику обеих операций.
Хорошо.
Гай, ты берешь Лондон.
Кейт и Бейли, Ливерпуль.
Это значит, что с завтрашнего дня
вы все трое исчезнете.
Так что сегодня попрощайтесь с близкими.
Отправляешь Гая одного без поддержки?
Думаю, он справится.
А если не сможет?
Я думаю, справится.
«"Дома было намного приятнее", —
подумала бедная Алиса —
"когда не приходилось
то увеличиваться, то уменьшаться
и слушаться мышей и кроликов.
Я почти жалею,
что спустилась в эту кроличью нору
И всё же, и всё же…"».
- Я кое-что сделала для тебя.
- Правда?
- И что же?
- Это секрет.
У нас нет секретов.
А вот и есть.
Ты же не говоришь, куда едешь.
Это по работе.
- Ты работаешь в аэропорту.
- Обычно да.
Но тут кое-что другое.
Раньше ты говорил, что ты пилот.
Да, но я просто думал,
что это звучит интереснее.
Ты скоро вернешься?
Даже не заметишь, что я уезжал.
Ты учишься врать.
Это пригодится.
Если увидишь здесь что-нибудь
или кого-нибудь, что вызывает подозрения,
звони по этому номеру.
Это всё, что мне разрешено тебе говорить.
Хорошо.
Меньше знаю — больше могу притворяться,
что ты в порядке.
Я буду в порядке.
Врешь, но учиться еще придется.
Настоящий криминал требует сообщества.
Именно там прячется настоящий криминал.
Вы должны определить
и внедриться в криминальное сообщество.
Внедриться можно
через знакомство с тем,
кто находится в сообществе,
или же через ваши легенды, которые…
Застройщики из Лондона,
ищем землю на северо-западе
для проектов по реновации.
Поэтому мы в Ливерпуле
и можем заходить куда угодно.
Лучше из Манчестера. Ливерпуль близковато.
Используйте с умом.
Они стоят целое состояние.
И не звоните с них домой.
Документы компании, бронь отеля,
список промышленных участков
на продажу в Ливерпуле,
и кое-какие карты.
Спасибо.
- Легенда?
- Гай Стэнтон.
Оставлю свое имя, чтобы реагировать.
Ладно. Главное не имя, а история.
Импорт-экспорт, бизнес на мели,
развод, контрабанда наркоты.
- Надеюсь, не только этим живёт.
- Не только.
Тебе выделили квартирку в Грин-Лейнс,
там крупнейшая турецкая община в Лондоне.
Вот водительские права,
книжка муниципальных платежей
и кое-какая почта.
Мне нужны документы компании и офис.
- Я над ними работаю.
- Офиса не будет.
- Почему?
- Бюджет мизерный.
Чтобы дать тебе всё нужное,
надо вымаливать по всем фронтам.
Моя история не бьется, а это опасно.
А я разве не говорил, что это опасно?
Извини. Видать, забыл.
Да, это опасно. Всё это очень опасно.
ГРИН-ЛЕЙНС, ЛОНДОН
- Эй!
- Господи.
- Чего тебе надо?
- Ничего.
Это парковка для клиентов.
Ясно. Хорошо.
Эй! Что мы тебе говорили?
Я ухожу!
Погоди!
Не здесь!
КАППАДОКИЯ
Вон!
Давай, пошел!
Эй! Да, парни! Рады вас видеть.
Турки не любят, когда наркоту
продают у них на районе.
- И вряд ли они ее там продают.
- Логично.
Турков часто берут по всей стране,
но лишь немногих в Лондоне.
Значит, они ввозят и продают оптом.
Хорошо. Именно ввозом
нам нужно и заниматься.
Было бы хорошо как-то туда попасть,
но без знакомства это не вариант.
Вы не поверите,
но тут я могу помочь.
Эй, нельзя вам вот так объявляться.
Я занятой человек.
Если нужна встреча с Милонасом,
вы просите о встрече с Милонасом.
А не просто приезжаете.
Это Гай.
И что нужно Гаю?
Мы следим за турками из Грин-Лейнс.
Вы с ним?
- Боже.
- Я говорил с комиссией.
Твои несколько месяцев
могут стать парой часов.
- А надзирать за твоим УДО будем мы.
- Обычные условия?
- Обычные условия.
- Мистер Блейк, вы мой друг.
Вы мой брат, у нас кровная связь.
- Его не знаю.
- Я тебя тоже не знаю.
Работаешь с ним и не знаешь Милонаса?
Хана тебе, мой друг.
Значит, ты турок?
Я грек.
Мы ненавидим турок, а они нас.
Но не я.
Греки меня ненавидят, поэтому…
Турки меня любят,
так что я могу помочь вам с турками.
- Знаешь почему?
- Нет.
Страх.
Подумай о своих похоронах. Знаешь почему?
Может, блин, договоришь уже?
Если нас поймают, то убьют.
Это я уже понял.
Ты знаешь, что нас убьют,
но приходишь просить меня, незнакомца,
помочь тебе, любителю, в таком деле.
Если я любитель,
почему за решеткой ты?
Так ты разговариваешь с великим Милонасом?
Если Таможня отвечает за твое УДО,
то, полагаю, она может
отменить его в любой момент.
То есть я смогу в любой момент
снова закрыть великого Милонаса.
Так что хватит лечить уже,
и давай вытащим тебя отсюда.
Он мне нравится.
Он мне нравится.
ЛИВЕРПУЛЬ
Пацану было 15 лет.
Сказал маме, что играет в футбол.
И всё же они особо не прячутся.
Они первое звено в цепи.
Надо узнать, кто поставщик.
Тогда надо искать курьеров.
Знать бы еще, какие они.
Вот чёрт.
- Это же просто дети.
- Это не дети. Они на шухере.
Да, мудилы!
Привет, Милонас.
Мирак. Хороший парень.
Кто контролирует операцию турок?
Хакан Улукая,
король Грин-Лейнс.
Как мне на него выйти?
Без спешки.
- Но ты можешь помочь.
- Конечно.
Он Хакан, но я-то Милонас.
Как вернусь, я отведу тебя к нему.
А ты еще не вернулся?
Я вышел, но не вернулся.
Многие выходят из тюрьмы,
но очень немногие возвращаются.
Здравствуй, мой друг!
- Милонас.
- Ты еще жив. Поверить не могу.
- Рад тебя видеть.
- А ты!
- Всё еще жирный!
- Привет, Милонас.
Как бегемот.
Пахлавы. Только турецкую. Не греческую.
Хорошо.
Жди здесь.
Ты всё же рискнул.
- Я принесу твои деньги, Милонас.
- Ты решил…
«Милонас уехал.
Может не вернуться. Пожалуй, рискну».
Я принесу их.
Я принесу. Прошу тебя.
Милонас, пожалуйста, не здесь.
- Завтра.
- Завтра.
Вдвойне.
Вдвойне.
Ладно.
Ладно.
Моя пахлава.
- И бесплатно?
- Да, Милонас.
Умница. Ладно, пошли.
Рад видеть, друг мой. Привет жене.
И ты!
Боже правый. Ему больше пахлавы не давать.
Больше, сука, так не делай.
Вот теперь я вернулся.
Можно и к Хакану пойти.
- Дел у них хватает, да?
- Еще бы.
В таком районе тяжелая жизнь.
Люди ищут способы забыться.
Это они и продают.
Погоди.
Второй раз вижу этот фургон за сегодня.
Поздновато как-то развозить хлеб.
Милонас. Только вышел,
а уже мутишь воду, говорят.
- У меня только хорошие мутки.
- Надеюсь.
Это мой друг.
Друзей обыскивают, Милонас.
И по делу.
Видишь? Он хороший парень.
Выпей. Это бесплатно.
Это Хакан?
Это Хакан.
Как мы туда попадем?
Когда нас пригласят.
Милонас!
Зеки.
Зеки.
Ты был ребенком!
А теперь уже нет.
Это кто?
Это Гай. Он в нашем деле.
Хотим встретиться с Хаканом.
Все хотят встретиться с Хаканом.
- Ты откажешь Милонасу?
- Хакан отказывает Милонасу.
Ладно. В другой раз.
Может быть.
Ладно. Мне пора. У меня встреча.
- Что?
- Допивай давай.
- Они тут дорогие.
- Я думал, они бесплатные.
Для меня да, потому что платишь ты.
До завтра.
- Они уходят.
- Всегда прикрываться машиной.
- Так Дон говорил.
- Но Дона-то здесь нет.
- Ты его упустишь.
- Только если он нас спалит.
Чёрт.
- За ним.
- Он мог нас увидеть. Поздно.
Он просто развернулся.
Не факт, что он нас видел.
Вот скоро и узнаем.
ПАПА
Это что за херня?
Странное жилье
для такого человека, как ты.
Охренеть, не гонишь?
Кто ты?
Я Гай.
- Женат?
- А похоже?
- Дети?
- Надеюсь, нет.
- Имя отца?
- Ронни.
- Где живет?
- На кладбище.
В какой школе ты учился?
Фулхэм-Палас-роуд. Сгорела в 75-м.
Не я спалил.
Кто ты?
Ты знаешь, кто я.
Ты видишь, кто я.
А теперь вали на хер из моей хаты.
Легенда должна исходить от вас,
иначе она не сработает.
Легенда должна быть частью вас,
иначе она не сработает.
А когда легенды не работают, люди умирают.
Есть два способа провалить легенду.
Первый риск — от тех,
к кому вы внедрились.
Они раскусят вашу легенду.
Вас могут разоблачить.
Если это случится,
вы узнаете об этом слишком поздно.
Вы узнаете, что вас раскрыли,
когда пострадаете от их мести.
И эта месть будет быстрой и жестокой.
Второй риск — это вы.
Ваша легенда.
Как она растет.
Как берет верх.
Как овладевает вами.
А ваша прежняя личность ускользает.
Всё больше и больше,
пока не исчезнет навсегда.
Зеки.
Вы побываете в таких состояниях
тела и разума,
которые и представить себе не можете.
И некоторые из вас
не вернутся.


Серия 2

ХАЙБЕР, ПАКИСТАН
Они созрели.
ПАКИСТАНО-АФГАНСКАЯ ГРАНИЦА
АФГАНО-ИРАНСКАЯ ГРАНИЦА
ИРАНО-ТУРЕЦКАЯ ГРАНИЦА
Стой!
Ты что делаешь?
Не тот.
Этого не обыскиваем. Пускай проезжают.
Давай.
СТАМБУЛ, ТУРЦИЯ
Времени немного.
Поживее, сосредоточились на работе.
Мешайте как следует!
Вперед!
Через час мы должны быть в аэропорту.
Шевелитесь!
Давайте!
Надевай! Живее!
Давайте, быстрее.
Давайте! Быстро!
Ты свое дело знаешь.
Люди Хакана встретят тебя в Лондоне.
- Хорошо?
- Хорошо.
Поговори с Хаканом.
Передай, что у нас кончаются курьеры.
Пусть знает.
Я передам.
- Давайте!
- Давайте!
АЭРОПОРТ ХИТРОУ, ЛОНДОН
- Есть что задекларировать, сэр?
- Нет.
- Откуда вы приехали?
- Стамбул.
- Сердце!
- Разойдитесь.
- Сердце.
- Не толпитесь вокруг.
Отойдите от него!
ЛЕГЕНДЫ
Молодец, друг мой.
Ты знал?
Знал?
Это была моя идея.
Не за что.
Они приставили пушку к моей голове.
Ты приставил пушку к своей голове.
И это было умно.
Мог бы предупредить.
В этом мире
о таких вещах не предупреждают.
Ты хочешь стать лучше или нет?
- Тебя нужно было проверить.
- Кто проверял?
Смотри.
У тебя это первая война.
Но не у меня.
Моя первая война началась еще в детстве.
Так я встретил м-ра Блейка.
Так я узнал про союзы,
о том, насколько они важны.
Об осторожности в том, с кем вступаешь
в союз. Так что да, тебя проверял Хакан.
И я.
И ты прошел тест.
Это приведет меня к Хакану?
Ну…
Ты ближе, чем был.
Мне нужно понять их деятельность.
Если я выясню, как всё работает,
я пойму, что предложить,
чтобы попасть к ним.
Когда враг наносит удар,
он обнажает свою слабость.
Я удивился, кого они послали за тобой.
- Зеки?
- Ага.
Его повысили.
И он совершает ошибки.
АНКАРА
ХИМЧИСТКА И ПРАЧЕЧНАЯ
- Не через парадную дверь, Зеки.
- Ладно.
- Сколько раз говорил?
- Извини.
- Зеки.
- Танер.
Скажи отцу, что у нас кончаются мулы.
Бедные курды не могут закончиться.
Не кончались бы, Азиз,
если бы ты не просил привозить больше.
У нас бизнес.
Предложение должно соответствовать спросу.
Тогда начинай думать
о том, как еще можно привозить.
Бристоль.
Шотландия.
Прости, друг мой. Долгий путь.
Ладно.
Можно прикурить?
Папа, у нас проблема.
- Мы близко.
- Думаешь?
Всё, что нам надо знать,
и все, кого надо знать, явно там.
Осталось только туда попасть.
Да. Нужно пройти через ворота,
дверь и, полагаю, стволы.
Вот наш пекарь.
ПЕКАРНЯ DAYBREAK
И там еще код.
И он его знает.
ТРЕБУЮТСЯ РАБОТНИКИ
ЗДАНИЕ ТАМОЖНИ, МАНЧЕСТЕР
- Я подавался три раза.
- Простите?
Вы из Следственного.
Я трижды подался, но ответа не пришло.
Я увидел вас здесь и решил,
может, я могу помочь. Вот мое резюме.
Я Шон, кстати.
Я в НДС, но скучать по мне не будут.
Даже не заметят, что ушел.
С чего ты решил, что мы в Следственном?
Потому что вы из Лондона.
Заходите сюда втихаря по ночам,
когда никого нет.
И запираетесь.
Я даже не знал, что так можно.
- Ты из Ливерпуля?
- Да.
Если мы из Следственного,
зачем тебе нам помогать?
Вы ведь боритесь с героином.
С чего ты взял?
В муниципальном районе Ливерпуля
умирает ребенок.
Тэтчер решает, что остановит это,
и тут вы приезжаете из Лондона
и начинаете запираться.
И если речь правда о героине
и о Ливерпуле,
то я хочу в этом участвовать.
Я хочу остановить это.
Давай сюда.
- Что это значит?
- Это значит иди домой.
Расскажи мне о сыне Хакана.
- Азизе?
- Да.
Хороший парень.
Может, слишком для этого мира.
- Можем через него выйти на Хакана?
- Возможно.
- Но сейчас у нас встреча.
- Где?
Здесь.
Он со мной.
Красная единица.
Ладно. Единица и соседи выигрывают.
- Делайте ставки.
- Туда же, друг мой.
Единица и соседи.
- А встреча что?
- А?
Это и есть встреча.
Ставок больше нет. Спасибо.
Черная двадцатка.
Единица и соседи выигрывают.
Мне сегодня, кажется, везет.
Пекарня Daybreak теряет деньги,
но владелец, Джед Долби,
недавно купил миленький дом за наличные.
У него судимость.
Я отправила фото по факсу.
Это он.
Ваш молодой водитель — некий Дин Нэри.
Живет с родителями,
получает пособие по безработице
и в настоящее время учится
на молодежной программе в Маклсфилде.
- Работает, но на пособии.
- Мы не мошенников ищем.
Нет, но если его за это примут,
появится вакансия,
а мы сможем прислать замену.
Кто из нас это будет?
Никто. Нужен кто-то,
кто впишется лучше нас.
- И мы его нашли.
- Нельзя его туда отправлять.
Пекарня ищет людей.
А это наш повод
отправить Шона на легальную работу,
но с легендой,
благодаря которой его заметит он.
Если Шона назначат на наркоту,
ему скажут код.
Мы сами едва знаем, что делаем.
Нельзя брать кого-то еще.
Дон сказал, что можно набирать из своих.
- Слишком рискованно.
- Он будет пекарем.
Скорее всего, несколько недель
будет продавать пончики или, блин…
- Кремовые рожки?
- Кремовые рожки.
Легенду должны разыгрывать мы.
Эти двое в самом низу цепочки.
Легенды наши мы прибережем на главаря.
- Как поймем, что нашли его?
- Не знаю.
Надеюсь, когда увидим.
- Шон не обучен.
- Не обучен. Слушай.
Детективом становятся за четыре года.
- Пять.
- Пять.
Первое дело после пяти лет полной ставки.
Мы научились за три недели.
Никто из нас не обучен, Бейли.
Эрин, я отправляю тебе по факсу
резюме Шона на проверку,
пришли документы из тюремной службы.
Ладно.
А он сможет?
Не узнаем, пока он этого не сделает.
Как и я, как и ты, как и мы все.
Ставок больше нет, спасибо.
Черная двадцатка.
Единица и соседи снова победили.
Снова туда же, друг мой. Единица и соседи.
- Магнит.
- А?
- Ты используешь магнит.
- Делайте ставки.
Видишь хозяина?
Он состоял в ЭОКА.
Во время войны на Кипре. Как и я.
А потом ЭОКА попыталась меня убить.
Я стал работать с британцами
и с м-ром Блейком, чтобы убить их.
В тюрьме я узнал,
что этот человек называл меня «prodotis».
Предатель.
- И вот я здесь.
- Красная единица.
И я выигрываю.
Единица и соседи.
Везет же великому Милонасу, да?
Герой греков!
Топи!
Что за херня?
Я знаю, что ты смелый.
Но я хотел узнать,
умеешь ли ты драться. Узнал.
А когда Хакан узнает об этой драке,
она поможет тебе с твоими делами.
- Я мог там умереть!
- Как и я каждый день своей жизни.
Я так живу.
А теперь и ты так живешь.
- Я просто делаю свою работу.
- А вот и нет.
Ты сам вызвался. Это другое.
Я тоже вызвался.
В ЭОКА.
Я мог бы сказать, что это было
ради освобождения Кипра,
что я мстил за отца или защищал мать.
Может, и так,
но иногда
мне кажется, что я был просто пацаном,
который искал приключений.
И вот я здесь,
продолжаю всё то же приключение.
А ты тут зачем?
Я потерял кое-что
с годами.
Людей.
А это давит на тебя.
Чтобы ты сделал что-то важное в жизни.
Что-то, что заставит ощутить себя живым.
И сегодня там
ты ощутил себя живым?
- Да.
- Да.
Тогда мы продолжим наше приключение.
Ты зарегистрированный информатор
Таможенно-акцизной службы.
Должны же быть какие-то правила.
Слушай, в этом мире есть два типа людей.
Те, кто считает,
что есть правила и те, кто нет.
И те, которые считают, что есть правила,
не задерживаются в этом мире надолго.
ГЛАЗГО, ШОТЛАНДИЯ
Ты как, мужик?
Добро пожаловать в Глазго. Товар при тебе?
- Да.
- Чудно.
Вот сюда.
- Как поездка?
- Нормально.
Долго ехал ведь.
И всё же стоило выбраться из Англии, а?
- Деньги у тебя?
- Ты не голодный, приятель?
Пошлю одного из наших за рыбой с чипсами.
- Нет, спасибо.
- Пива хочешь?
Вы же пьете, так?
- Деньги у тебя?
- Да!
Конечно.
Они вон там.
После тебя, здоровяк. Ты ж гость.
Прости, дружище.
- Если не выучил, то уже поздно.
- Выучил.
Официально тебя откомандировали
на дело по НДС в Биллерикей.
Ты у нас столько, сколько нужно.
Ты не обязан это делать.
Мы поймем, если откажешься.
Мы просим о многом.
Знаете, я с того района,
где умер пацан.
Когда его построили,
на дома устроили лотерею.
Так сильно люди хотели там жить.
У нас было классное детство.
Безопасное.
Счастливое.
Вы видели, как там сейчас.
Что случилось с детьми и кто это сделал.
Я отсюда.
Вы — нет.
Может, вы и не обязаны
это делать, но я обязан.
Ну же.
Где он, мать его?
- Кто следующий?
- Четыре коржа.
- Четыре?
- Четыре, пожалуйста.
Привет. С кем поговорить насчет работы?
Мы заняты. Приходи позже.
- Это к девчонкам.
- Да, но сделаешь одолжение?
Подпиши тут.
Надо показать инспектору по УДО,
что ищу работу.
Подсобишь мне?
ДОКУМЕНТ ОБ УДО
Ну? За что тебя посадили?
Всякое разное.
Давай. За что ты сидел?
Толкал дурь и легкие телесные.
Сколько дали?
Двадцать месяцев, отсидел 12.
Откуда ты?
Бутл, Нетертон-Парк-Эстейт.
А, Додж-Сити.
Да. Нам это погоняло не казалось забавным.
Да уж. Не сомневаюсь.
- Какие там пабы?
- Чего?
Какие пабы есть в Нетертон-Эстейт?
The Union.
The Eagle.
Был The Ship.
Туда бы я не пошел в такой куртке.
Иди на хер. В какой тюряге сидел?
Уолтон.
Ого.
Какое крыло?
Крыло B.
Я тоже.
Вот это и есть дно, скажи?
Когда за тобой
закрывается дверь в крыле В,
а перед тобой только койка
и параша.
Да.
- С какой стороны кровать?
- Чего?
Когда входишь в камеру в крыле В,
с какой стороны кровать?
Как это связано с продажей хлеба?
С какой стороны кровать?
Они справа.
Есть у тебя работа, блин, или нет?
- Надо было вешать микрофон.
- Не вариант.
Отправить его туда — уже авантюра.
Для человека, который не хочет рисковать,
в интересную игру ты ввязался.
Всё не так просто.
Охренеть.
- Он в деле.
- Или его спалили.
И сейчас он у них.
Кое-что случилось.
Что?
Сколько у тебя денег?
Немного.
Достань больше.
Меня заставили подписать форму,
что деньги не будут
использованы в преступных целях,
а мелким шрифтом — что я иначе могу сесть.
Буду благодарна,
если этого можно избежать.
Я очень постараюсь.
- Зачем они?
- Без понятия.
- Но чтобы попасть к ним?
- Всё для этого.
Как дела с Милонасом?
Он меня проведет. Или меня убьют.
- Доверяешь ему?
- Нет.
Хорошо.
Вот информация о доках Феликстоу,
а это твоя импортно-экспортная компания.
Действующая?
Адрес настоящий.
И я нацепил вывеску
на пустой блок, проверку пройдет.
Я могу ее не пройти.
А я веду две операции
с бюджетом едва на одну.
- Твои часы.
- Настоящие?
Надеюсь. Это улика
в налоговом деле, так что не потеряй.
Что насчет тачки?
- Не ездил бы он на ней.
- Хорошая тачка.
Жена получила дом, он — машину.
Не ездил бы он на такой.
Слушай, я работаю с тем,
что мы конфисковали.
Лучше у нас нет. Поэтому, пожалуй, ты,
он и его воображаемая жена
можете смириться с этим.
Ключи.
Я подкинула штрафов за парковку.
Подозреваю, что к таким вещам
он относится с пофигизмом.
Спасибо.
Что не так с той, что я тебе дал?
Дырка в лобовом.
- Поддержка нужна?
- Нет.
Да, вот тут тормозни.
Сто фунтов в день. Никаких вопросов.
Да, ништяк.
Всё, что в фургоне, на тебе, я ни при чём.
Если остановят,
ты просто один из моих водил,
ввязавшийся в не те дела.
Да, понимаю.
Надеюсь.
Потому что это буду не я.
Если ты скрысишь,
из-за тебя нас примут,
не я приду за тобой.
Они намного хуже меня.
Те, кто заправляют.
Мне просто хочу заработать.
И знаю правила игры.
Если примут, то только меня.
Сиди здесь.
Мои соболезнования.
Ваш сын был храбрым парнем.
Хорошим солдатом.
Мы семья.
Хакан обо всём позаботится.
Не переживайте.
Вечная память вашему сыну.
Это от меня и моего друга.
Идемте. Обсудим похороны.
Всё. Пошли.
- Сегодня только турки.
- Так, успокойся.
Азиз, это мой друг Гай.
Он в нашем деле.
Чем занимаешься?
Перевозки.
Нам всегда нужны водители.
Мне тоже.
Дай знать, если есть запасные.
Что нам известно о Гае?
Недостаточно.
- Уже 12?
- Кажется, да.
Живенько мы, да?
Вам известно о концепции иерархии?
Это была демонстрация силы.
И она сработала.
Я не давал разрешения.
Разрешения? Ты кем себя, сука, возомнил?
Когда я встретил тебя, Картер,
ты был вышибалой, толкающим траву.
Да. Глянь, где я теперь.
А всё потому, что я не лезу убивать
ради одного района в сраном Глазго.
- Турки хотели забрать наш бизнес.
- Потому что их товар лучше.
Если бы не мы, у тебя бы не было товара.
- Это ты с чего решил?
- Мы держим доки.
Думаешь, взятка алкашу-охраннику —
это держать доки?
Забудь о доках.
Я держу этот город.
Ты даже не знаешь как.
Знаешь, в чём твоя проблема, Картер?
Ты думаешь, что ты выше всего этого,
с этими вот
хорошими костюмами своими
и своей милой квартирой.
Но ты вот здесь, внизу.
В канаве с нами, и здесь не очень хорошо.
- Тут плохое случается.
- Спокойно.
Выбираешь сторону, Эдди? Не ошибись.
Мы все на одной стороне.
И он босс.
Вернулись за работу.
Я сказал, за работу.
На каком вы этапе?
Внедрение.
- Отыграли свои легенды?
- Не свои.
- Мы завербовали.
- Откуда?
Того, кто вписывается сюда лучше, чем мы.
Как вы и говорили.
- Откуда?
- Из ведомства.
Чего?
Мы свяжемся, когда что-то узнаем.
Как она?
Она в порядке. Она сильная.
Если она сильная, видела бы ты ее маму.
Ты с таксофона.
Так безопаснее.
А так не кажется.
Ну, было бы это всё безопасно,
меня бы тут не было.
Голос у тебя довольный.
Я не… довольный.
Да это просто…
Сама понимаешь, эти темы тебя… заводят.
Тяжело успокоиться.
Можешь наслаждаться, Гай.
- Это не значит, что я не скучаю.
- Очень надеюсь.
А теперь поспи.
- Спокойной ночи, любимая.
- Спокойной.
Алло?
С кем я говорю?
Всё хорошо.
Я из British Telecom.
У нас проблема с телефоном.
С кем я говорю?
Прости, опоздал.
Тут работало 20 000 человек, а что теперь?
Город разваливается.
Не только город.
Ты жутко выглядишь.
Я развожусь.
- Дорогое дело.
- Не ври, что деньги на это.
Не на это.
Качество.
Вот что потерял город.
Вот что ему нужно.
И что нужно мне.
Нужно улучшить качество.
Товара.
Некоторых из причастных.
Оно так себе.
Они так себе.
Мне нужно улучшить качество.
Для этого нужна помощь.
Да.
Дон спрашивал про новичка
на случай, если что-то случится.
Давай помолчим.
Что тут происходит?
- Ничего.
- Непохоже на ничего.
Просто болтаем, сэр.
Всё хорошо, милая?
В чём проблема?
Всё нормально. Мы уезжаем.
- Как ты терпишь это говно?
- Так и терплю.
Оно влияет на тебя,
хочешь ты этого или нет.
Не высовываешься. Не рискуешь.
Прости.
Не нужно.
Ты права, ничего не получится,
если не рисковать,
если не подвергать себя опасности.
Думаю, поэтому я здесь, чтобы…
Научиться этому.
Тогда тебе повезло со мной.
- Красный или синий?
- Чего?
- «Ливерпуль» или «Эвертон»?
- «Ливерпуль».
- Уж надеюсь.
- Родился и вырос.
Скоро узнаем.
По обновлениям как-то жидковато.
Большую часть своего рабочего дня
я избегаю звонков министра внутренних дел,
так что это удручает.
Они продвигаются.
Просто не говорят, как далеко.
И не должны.
Они должны уметь
принимать решения в моменте,
делать то, о чём нам не нужно знать.
Если они просят разрешения,
действуют по обычным правилам,
то примут те же решения,
что и все остальные.
Мы не полиция, мы не шпионы.
Мы можем то, чего они не могут.
Работать, когда им надо остановиться.
И этим надо пользоваться.
Как Гай?
Мы следим за ним, но он запустил легенду.
А значит, мы даем ему то, что нужно,
и отпускаем на длинном поводке.
Длинные поводки, Дон,
опасны тем, что с них легко соскочить.
Хакан хочет поговорить.
- Боже правый.
- Откуда ты знаешь, где я живу?
Все знают, где ты живешь.
Так ты живешь?
Так он живет.
А ты?
Семья у тебя есть?
Нет.
Давай, милая.
Случай в казино.
Нехорошо.
Ты не волнуйся о моих делах, Хакан.
Почему вы, сраные греки, вечно деретесь?
Это мне курд говорит?
Что ты можешь нам предложить?
Импортно-экспортный бизнес
в доках Феликстоу.
- И зачем ты нам?
- Потому ваше дело долго не протянет.
И… что же у нас за дело такое?
Полагаю, то же, что и всегда, — люди-мулы.
Нагрузка ограниченная
и не будет работать вечно.
Особенно когда Таможня очнется,
а это случится.
- Что ты знаешь о Таможне?
- Что они бестолковые.
Их собак дрессируют только на взрывчатку.
Спасибо ирландцам за это.
А офицеров не хватает на нужные дела.
Если наркота не выпадет из кармана
на границе, тебя вряд ли сцапают.
Но это скоро изменится.
Учитывая то, что происходит в стране,
то, что говорит Тэтчер,
всё будет сильно сложнее.
Я же выстрою систему,
которая выдержит их трюки,
чтобы вы ввозили сколько захотите.
Ты много знаешь о Таможне.
- Почему?
- Знай своего врага.
Провозил кое-что мимо них.
Откуда, по-твоему, я его знаю?
Теперь я готов работать адекватно.
Почему Феликстоу?
Самый загруженный порт в Англии,
4000 контейнеров ежедневно.
Таможня, дай бог, обыщет 20.
Я заплачу кому надо,
чтобы среди них не было моего.
С чего бы мне доверять англичанину?
Я едва доверяю грекам.
Вспомни произошедшее в Шотландии.
Нельзя привлекать только турок.
Здесь, в Грин-Лейнс, они под защитой.
А за его пределами… не очень.
Если хочешь взять ситуацию
под контроль, тебе нужны другие.
Тебе нужен союз.
Как называется фирма?
Emerton Transport.
Отправляемся.
- Куда?
- Брать контроль.
- Мне нужно позвонить.
- Давай быстро.
Где он?
Где кто?
Чего ты такой деловой?
Почему вечно какие-то вопросы?
- Уйди с дороги.
- Крутой такой, да?
Крутой.
- Да?
- Оживи Emerton, или я труп.
- Всё норм?
- Что ты делаешь?
Ссу.
Зеки, Танер, оставайтесь здесь.
У вас будет другая задача.
Милонас, ты пойдешь с Азизом.
- Туда.
- Ладно.
Англичанин.
Ты со мной.
Занеси внутрь.
Засунь в ящик.
Оттуда всё вынут. И снова заполнят.
Потом принесешь обратно.
Всё просто.
Только…
Не закрывай за собой дверь.
Какой код?
Финал Лиги чемпионов.
Рим.
Ты же болеешь за «Ливерпуль».
Ясно, хорошо.
- Шон заносит.
- Значит, узнал код.
- Ты кто, сука, такой?
- Господи.
О нет.
Эдди! Прости.
Всё нормально. Он со мной.
Эй, Эдди.
Всё нормально!
В следующий раз сделай это сам,
ленивый ублюдок.
Да.
Хорошо.
Это твоя вина.
- Что я-то сделал?
- Долбоящер.
- Что это было?
- Ничего.
- А они кто?
- Не знаю.
- Надо ехать за ними.
- А Шон?
Он ведь живой?
Заходи, милая. Я сейчас приду.
Ладно.
Ты когда-нибудь воевал?
Нет.
Ты сказал,
что надо знать своих врагов.
Но ты ошибаешься.
На войне
намного важнее знать своих друзей.
Узнав своих друзей,
ты узнаешь и своих врагов.
EMERTON TRANSPORT
ИМПОРТ/ЭКСПОРТ
Где они, мать их?
Ну же.
Парни, чем помочь?
- Знаешь Гая?
- Надеюсь. Он босс.
Но сегодня его нет.
Что там у вас?
Погрузочная.
Можешь пройти, если хочешь,
но там только волосатые дальнобойщики.
Или ты как раз по ним?
Вам еще что-то нужно?
У меня полный грузовик бананов
вот-вот приедет,
а ваша машина загородила въезд.
Да?
Хорошо.
Да.
Мы едем на юг по М6
за двумя машинами вооруженных людей
и очень хотели бы знать, что делать.
Я перезвоню.
Да.
Я еду за Гаем, там куча турок
и невообразимое количество оружия.
Двигаюсь по М6,
но в какой-то момент,
уверена, я их потеряю.
У нас источники в обеих сетях.
Возьмем их сейчас — сольем операцию.
Ты скажешь, если не возьмем —
жестко поплатимся.
Но выслушай меня.
Знаешь, Дон, Таможню учредили,
так как флот не мог гнать людей на суше,
армия не могла гнать их в море,
а полиция никого не гоняла,
потому что ее не было.
Ты был прав. У Таможни
есть полномочия, которых нет у других.
И она может рисковать так,
как другие не могут.
Это возможность
напомнить стране,
кто мы и на что мы способны.
Пусть работают.
Очень разумно, сэр.
- Не лезь, пусть работают.
- Я жена Гая.
- Извините, что звоню.
- Не лучший момент.
- Он в порядке?
- В полнейшем. Я перезвоню.
Твою мать!
Валим!
Крысеныш сраный!
Стой здесь.
Подождите.
Что там?
Не знаю.
Но мы, кажется, нашли главарей.
Союз.


Серия 3

Он задерживается.
Господи, к нам будто Папа Римский едет.
- Ты поставила шампанское в холодильник?
- Нет.
Да просто засунь в морозилку.
- Приехал!
- Наконец-то.
Выходи, он приехал!
Иду.
- Спасибо.
- Не вопрос.
- Привет, мам.
- Томми, иди сюда.
- Привет, кореш.
- Привет, кореш.
Привет, пап.
Три месяца на Фолклендах. Считал овец
и высматривал аргентинские корабли.
Потом Бруней, десять недель с гуркхами.
Продирался через джунгли
при 90% влажности.
- Как в сауне, сука, одетым.
- Ты уже дома. Давай без этого.
Потом — в Германию на боевые стрельбы.
- И на Кипр. Отдыхать.
- Это значит «бухать».
- А вот и нет.
- Это значит «бухать», мам.
- Это Ричи.
- О, отлично.
Он только вернулся.
- Пусть увидится с друзьями.
- С Ричи-то можно.
Завтра тетя Берил придет.
Не надо ему пить.
А как еще выдержать тетю Берил?
Не надо вот.
- Я выберусь на пивко.
- Ты не доел!
- Мам. Вот теперь доел.
- Эй.
Будь осторожен, ладно?
В городе столько всего происходит.
Ребенок недавно умер, бедняга.
Я разбираю пулемет
с завязанными глазами, мам.
Это Ливерпуль.
Думаю, справлюсь.
Ну иди.
Извини, голова кружится.
Тебе надо попуститься.
У тебя есть трава?
Есть кое-что получше.
Уверен?
Да, давай.
- Привет.
- Какие дела?
- Привет.
- Привет.
У тебя есть еще?
А у тебя — деньги?
Да.
Сам сделай.
Без этого ты далеко не уедешь.
Спасибо.
В следующий раз приеду на подольше.
- Да, и письма, блин, пиши.
- Буду.
- Люблю тебя, мам.
- Люблю тебя.
- Пока, кореш.
- Пока, кореш.
Пока, пап.
Пока, сын.
Вокзал, да?
Нет.
ЛЕГЕНДЫ
Значит, вы в поле, тратите бешеные деньги,
и пока главное — Ливерпуль и турки
поняли, что им надо работать вместе.
Хорошо же. Будут работать вместе —
прижмем их вместе.
И как будете это делать?
Турки привозят, Ливерпуль продает.
Им не хватает импортера
под возросший спрос.
Это будет моя работа.
Я смогу увидеть всю турецкую схему,
а дальше мы ее накроем и повяжем их всех.
А поймем дистрибьюторскую сеть Ливерпуля —
возьмем их всех одновременно.
Справимся — будет крупнейший успех
в истории таможни.
А если нет — мы сыграли
ключевую роль в создании
самого мощного наркокартеля страны.
Да. Есть такое.
Я уже наслушался о будущих победах, Дон.
- Дальше сообщай только о прогрессе.
- Конечно, сэр.
Он всё свернет, кстати.
Если решит, что всё сыпется,
прикроет лавочку.
Так что давайте организуем ему прогресс.
За кем нам приглядывать среди турок?
- Ни за кем. Переживайте за Ливерпуль.
- Не указывай мне.
Слушай, Гай прав.
Цели объединились,
но операции ведем раздельно.
Так, если одна накроется, другая выстоит.
И разведданные не сводим?
Под прикрытием много знать —
хуже, чем знать слишком мало.
Среагируете на то, что ваша легенда
знать не должна, — конец игры.
Вы сообщаете, что нужно знать мне, а я —
другой операции то, что надо знать им.
На этом и закончим.
Что с ним такое?
Он и так не был особо разговорчивым, но…
Он в легенде.
А легенда у него такая,
что из образа не так просто выйти.
Как вы завозите?
Как вы распространяете?
Тебе надо знать только то,
что мы ввозим чистый.
А нам — поможешь ли ты с сетью.
Мы держим половину Британии.
Если ваш товар настолько хорош,
как ты говоришь, то и вторую приберем.
Ладно.
Начнем с пробной партии.
Тогда увидимся на собаках.
Батарея, передатчик.
Крепления.
Хорошо.
Без понятия, что это.
- Удачи.
- Не покажешь, как всё собрать?
Показать? Это тебе не «Улица Сезам».
Сам разберись.
- Показать…
- Поехали, что там у тебя?
Эдди Макки, много ходок, оружие и насилие,
хотя уже какое-то время тишина.
Дальше некий…
Деклан Картер. Симпатяга который.
Не очень уместно. Что по нему?
Ничего. Никаких записей вообще,
что мне показалось маловероятным.
Поэтому я просмотрела
судебные протоколы Ливерпуля.
И они всплыли.
Давние обвинения. Ростовщичество,
вымогательство и тому подобное.
Обвинения снимались?
До того, как дело доходило до суда.
Каждый раз. А это… Это интересно.
- Нашла адрес?
- Нет, но достану.
Это сложнее, чем должно быть, но…
Это тоже интересно.
Да уж. Действительно.
Бирмингем.
- Чего?
- У нас для тебя партия в Стамбуле.
Покажи, что можешь
привезти ее в Феликстоу,
пройти таможню и доставить в Бирмингем.
- Почему не в Ливерпуль?
- Потому что мы им не доверяем.
А они — нам, так что компромисс.
Где происходит передача?
Собачьи бега в Бирмингеме.
Слишком многолюдно.
Конечно, многолюдно.
Там, где многолюдно, не погибают.
- Пробная партия.
- А, лады.
Скажу судье, что партия была пробная.
План уже в действии,
и ты теперь о нём знаешь,
поэтому если отказываешься,
то у нас проблемы.
Нужны тебе эти проблемы?
Ладно, но в следующий раз я буду
на встрече, которая была до этой встречи.
Не волнуйся о других встречах.
Если сейчас не выгорит,
других встреч не будет.
- Надо будет пропустить.
- Что пропустить?
- Что бы ни ехало в Феликстоу.
- Ты гонишь?
Это тест, мелочь.
Если выгорит, будет больше, а под «больше»
я имею в виду крупнейший завоз героина
в истории этой страны.
К этому мы и стремимся,
так что надо бы справиться.
Пропустим эту партию
и заберем ее где-то попозже.
Это называется «ввоз наркотиков».
А мы так-то занимаемся обратным.
Ты можешь доставить партию в Феликстоу,
пообещав таможенный контроль,
но к людям ее нельзя
Они глаз с меня не сводят.
Не накрыть эту партию так,
чтобы я не выглядел таможенником,
легавым или кретином.
- Какой вариант лучше для меня?
- Работа такая, сынок.
Попадать в такие ситуации
и находить выходы из них,
так что дай знать, как придумаешь план.
Ты как оказалась в Таможне?
Я была умным ребенком.
Слегка даже зазнайкой, если поверишь.
А я поверю.
Хотела в университет,
но на собеседование
просто не смогла войти.
Я знала, что не мой это мир,
и не смогла это вывезти.
Но папа сказал: «Не переживай.
Нечто особенное в жизни
и без универа можно сделать».
Он сказал, если я пойду
в Таможню, я увижу мир.
Полагаю, он тогда имел в виду Флот,
потому что в итоге я гонялась
за извращенцами по Эссексу.
И вот я здесь,
снова в мире, где мне не место,
но на этот раз домой я не уеду.
Рад, что хоть один из нас тут не теряется.
Конечно теряюсь.
Это всё чертовски опасно,
а мы всего лишь… госслужащие, Бейли.
Но я считаю, что понимание этого
и того, как тяжело нам придется,
дает нам хоть какой-то шанс на удачу.
Понадеемся, что так.
Этот звук мне понравился. Скажи же?
Вышли все, кто заходил.
Все курьеры
и люди Картера.
Уверена?
Нет. А ты уверен, что это будет работать?
Нет.
Ну что ж. Пожалуй, пора выяснить,
насколько нам тут не по себе.
Мы на месте.
Подержи.
Готово.
Думаю.
Пошли.
Твою мать. На выход другой код.
Чёрт.
- Он сказал бы, если б знал.
- Знаю, но сейчас только на него надежда.
Приветствуем на «Игре поколений».
Рады вас видеть…
Отлично!
- Не лучшее время.
- Здесь на выход другой код.
- Он говорил не закрывать за собой дверь.
- Поздновато ты сообщил.
Хорошо, выезжаю.
Он едет.
Это по работе.
Не работа это, Шон.
В этом вся, блин, проблема.
- Какой был акцент?
- У кого?
- У типа, что звонил.
- Не знаю. Ближневосточный?
- Турок?
- Возможно.
Я могу всё бросить, если хочешь.
Не глупи.
Нам надо переехать.
- Мы никуда не уедем.
- Я не допущу, чтобы вам что-то угрожало.
Мы в опасности с самого начала
и будем пока ты не закончишь.
И это не та опасность,
от которой ты уходишь, свернув за угол.
Не суть. Ты не это обсудить приехал.
- А зачем тогда?
- Я не знаю.
Не моя была идея.
Это необычно.
Не поймите неправильно,
в этой работе вообще мало обычного,
но это… Это необычно.
Обычно жены не бывает, видите ли.
Или мужа.
Со всем этим довольно сложно управляться.
А люди в нашем деле
обычно таким не обременены.
Иначе я вижу это в досье и срезаю их.
То есть с таким досье
так далеко заходят лишь лучшие.
А он очень хорош.
Конечно, заноза в заднице, но…
Он хорош. Это просто бомба, кстати.
Что это за специи? Мускат, что ли?
Ты знаешь, да? О телефонном звонке?
Я вот о чём:
это и так необычно, но тут еще ты.
Я к тому, что ты тоже в ведомстве.
Такое случается.
Романтичные места — таможенные зоны.
Но потом я тебя пробил
и очень сильно удивился.
Поэтому решил, что стоит познакомиться,
раз уж ты связана Законом о гостайне.
Это было давно.
Да хоть в младенческие годы.
Подписался под гостайной —
это на всю жизнь.
Я отработала полгода в Следственном.
Ничего… интересного.
А потом у нас родилась дочь,
поэтому теперь я проверяю чемоданы.
- Но не хочу, чтобы он этим занимался.
- Не будет.
Он явно предложил всё бросить, узнав
о звонке, но ты просекла, что это бред.
Это был повторный набор с таксофона.
Номера у них нет, я уже молчу про адрес.
И, чтоб вы знали, я поставил кое-кого
приглядывать за домом, и тут всё чисто.
Но настанет день,
когда ты ему понадобишься,
и я теперь вижу, что ты не подведешь.
Это кумин? Его я тут чувствую?
Я сделаю всё, что нужно. Он не уйдет,
а запеканка из Tesco,
так что перестаньте страдать фигней,
доешьте ужин и возвращайтесь к работе.
Она топ.
Абсолютный топ.
Не принимает. Вы заблокировали систему.
Можем позвонить Дону.
Так ты хочешь закончить это задание?
Запертым в здании?
Всё закончится хуже, если нас найдут.
Шон?
Да?
Тебе надо позвонить.
Так откуда ты? Потому что…
Точно не отсюда.
- Не говори, что не пробивал.
- Я знаю, где ты родился.
Это не говорит, откуда ты
и из чего сделан.
Сэндс-Энд. Фулхэм.
- Старый Фулхэм, каким он был.
- Это что значит?
Общие туалеты и насилие.
А здесь как оказался?
У меня пара братьев умерли.
Они были совсем малыши,
я — старший брат, они умерли, и…
Моя мама…
Знаешь, почему в Сэндс-Энде
нет станции метро?
Нет.
Во время чумы
тела закапывали в Сэндс-Энде.
Под домами ямы с трупами.
Мне мой старик рассказал в детстве.
Не знаю, о чём он думал, но рассказал.
Мы жили рядом с цементным заводом,
и пыль,
неважно, хоть все окна позакрывай,
всё равно попадала внутрь.
После смерти моих братьев…
Не знаю, винила ли мама эту пыль, но…
…она начала…
…всё отмывать.
Каждый день, каждую ночь…
…я смотрел, как она
скребла нашу квартирку.
Я видел ее боль.
А мой старик
знал,
что ее надо спасать.
Увозить от пыли, подальше от
моих братьев, подальше от
трупов под домом.
И вот мы переехали сюда.
А я тогда одичал.
Совсем.
Но со временем эта дикость
ушла внутрь.
И боль тоже ушла внутрь.
Боль есть всегда.
В нашей работе.
За этим всегда стоит боль.
Если я позволю этому вырваться,
не знаю, смогу ли контролировать.
Да, но ты всё равно это сделаешь.
У тебя нет выбора.
Ведь ты наконец-то нашел то,
где ты на своем месте.
То, что можешь ты, но не могут другие.
Но тебе надо понять,
что это на всю оставшуюся жизнь.
Эта работа — и моя, и твоя —
никогда не отпускает.
То, как ты смотришь на мир,
паранойя, страх никуда не деваются.
И как ты… с этим справлялся?
Неважно, как справлялся я.
Этого не изменить. Я сделал то,
что сделал, и заплатил за это сполна.
Важно другое:
ты должен сделать то, чего не смог я.
Ты должен защитить свою легенду,
защитить себя, свою семью.
И если хоть что-то толкает тебя
бросить всё — говори сейчас, потому что
больше я спрашивать не буду.
Мне кажется, я всю жизнь этого ждал, Дон.
Я не остановлюсь сейчас.
Поспи, сынок. Завтра начинаем пораньше.
Тут шансов немного.
Нет.
Ночи тяжелые.
Дни непростые, но ночи тяжелые.
- Я вырублю половину доков.
- Давай уже.
Молодец, дружище.
- А это, мать их, кто?
- Включай обратно.
Вот чёрт!
- Не выходит. Надо перезагружать.
- Они узнают, что кто-то там был.
- Дай подумать.
- Бейли!
Погоди.
Бейли!
- Что ты делаешь?
- Идем.
Выключай!
И покажи, как снова включить.
Ты поспал?
Да.
Я солгала
Дону.
Шесть месяцев в Следственном
были очень интересные.
И работать как следует было тяжело.
Я просто… Мне кажется,
у тебя сейчас совсем другой мир.
Ты делаешь это не только ради себя.
Знаю.
Значит, он курит?
Курит.
Но я не он.
Рада это слышать.
В чём дело?
Перебой питания.
Вот теперь всё.
Проверь проводку у себя.
В этих старых зданиях крысы грызут кабели.
Не знала, что ему хватит духу на такое.
Тогда я, пожалуй, пойду на работу?
Ты в порядке?
С ног валюсь.
И женушка недовольна.
Мне страшно
почти всё время.
И всё это, на деле, стоит мне денег,
если считать бензин.
И?
И я наслаждаюсь каждой минутой
и не хочу, чтобы это кончалось.
Тогда не попадись.
Ага.
- Ты только пришел?
- Извини, Эдди.
Всё из-за пробок сраных.
Тут полный бардак. Приберись.
ДОКИ ФЕЛИКСТОУ
Вы опоздали.
- Значит, жди.
- Тут многовато для теста.
И есть еще. Надо найти.
Мы так не договаривались.
Это турецкие абрикосы.
Лучшие в мире.
Растут в Малатье.
На моей родине.
Родине Хакана.
В мире, которого ты не знаешь.
В мире, где тебе не место.
Зеки!
Смотри.
Таможня.
Это еще что?
Выборочные проверки,
но сюда они не придут.
Уж надеюсь.
- Где старший офицер?
- Пардон?
Господи.
Простите!
- Отзови их.
- А ты кто?
У нас операция под прикрытием.
Отзови выборочные проверки.
- Меня не уведомляли.
- Потому и «под прикрытием».
Я старший офицер.
Не тебе мне тут указывать.
Нет, но я знаю того, кто может.
- Да?
- Я на Таможне Феликстоу.
Скажи отозвать проверки, или Гай мертв.
- Дай им трубку.
- Кто это?
Это Ангус Блейк. Живо отзови свою команду,
или завтра будешь
шмонать чемоданы в аэропорту Оркни.
Дюкси, вернись на базу.
- Я всё нашел, Зеки.
- Они уходят.
- Тебе повезло.
- Удача тут ни при чём.
У меня тут все подмазаны.
Уходите через десять минут.
Увидимся в Грин-Лейнс.
- Танер поедет с тобой.
- Не поедет.
Это приказ Хакана.
Ладно.
Алло?
Где ты?
Привет, пап.
Что бы ты ни натворил, выход есть.
Прости, пап.
Ты возвращаешься домой.
- Нельзя.
- Не обсуждается.
Мама не переживет, если увидит меня таким.
Я не употреблял два дня и больше не буду.
Я звонил им. Рехаб.
Сказали, возьмут после трех чистых дней.
Забери меня завтра, пап. Отвези.
А мама меня увидит уже как новенького.
- С армией я договорюсь о самоволке.
- На хер армию!
Просто приезжай за мной завтра, пап.
Пожалуйста.
Приеду на рассвете.
- И не выгляди так.
- Тогда мне нужно поесть.
Спасибо.
Я люблю тебя, малой.
Эй.
Я люблю тебя, блин.
И я тебя, пап.
- Вторые имена.
- Что?
Ты думаешь, они ничего не значат,
но у них есть юридическая цель,
о котором многие не знают…
Что у тебя?
Картер — директор ряда компаний,
но использует свое второе имя
и регистрирует их на острове Мэн.
Я могу зайти в систему острова Мэн
с помощью Закона о таможне и акцизах…
Давай побыстрее, мать.
Одна из его компаний
владеет недвигой в Ливерпуле.
Среди них в основном магазины
и пабы, но есть кое-что еще.
- Достала адрес Картера?
- Адрес достала.
Живет ли он там — другой вопрос.
Давай.
«Доусон Парк Апартментс», 5С,
Лорд-стрит, Ливерпуль.
Спасибо, Эрин.
Удачи.
Его друг видел, как я чиню электричество.
Нельзя в тот же день ехать к нему домой.
Ладно. Ты присмотри за этим местом.
- Проникновение — задача для двоих.
- Тогда я не зайду.
- Ты же говорил, что выиграл на нём.
- Нет, две тонны потерял.
Джон снял с него 50 на той неделе,
как и те, кто ставил пять к одному.
Да. Парни пришли. Давай спокойно.
Чёрт.
Вооруженная полиция! Стоять!
Вперед!
- Преследуем подозреваемых!
- Это полиция! Лежать!
Лежать!
Подозреваемый там. На улицу!
Уходим.
Бросай.
Тормози!
Твой пацан ушел.
Мы устроили ему шоу, которое он хотел.
Спасибо, дружище. За мной должок.
Товар, кстати, у нас. Но так тебе скажу:
он тот еще псих.
Да.
Да, всё так.
ПРОДАЕТСЯ ПАБ
МЫ ВЫДАВИМ ДИЛЕРОВ!
Похоже, Иан Раш уходит.
Да, отстой.
Помнишь его голы против «Бенфики»?
- Да, вживую их видел.
- Гонишь! Был на матче?
Да.
Да, мой старик
водил туда автобус из паба Royal Arch.
В Кроки?
Да.
Я думал, ты из Бутла.
Ну да.
Далековато старый пить ездил.
Развод.
Жалко.
А Раш… Он отличный игрок.
Да, отличный игрок.
Я предупреждал, мать вашу.
Детский сад, от начала до конца.
Следи за языком.
Во-первых, он обуза.
Держи его подальше от меня.
- Забыл, с кем говоришь?
- Видишь?
Позволишь ему
так говорить со мной, Хакан?
Зеки, довольно.
В нём мы нуждаемся больше, чем в тебе.
Что случилось? Говори.
Там была полиция.
Он нас оттуда вытащил.
Как полиция узнала?
Не от меня.
Я мог 25 лет схватить за этот балаган.
Ливерпуль в курсе о Феликстоу?
Нет.
Ну…
Уже что-то.
Но в следующий раз делаем по-моему.
Или следующего раза не будет.
Не стоило заходить.
Нужно было узнать,
живет ли он там. Теперь знаем.
И мне надо было его понять.
Теперь понимаю.
- Да.
- У тебя крыса в доме.
Сообщи, когда поймаешь.
Картер, я сделал пару звонков,
и есть проблема.
Новенький водила фургона
не тот, за кого себя выдает.
У него были документы, Картер.
Реальные документы об УДО.
Имя есть?
Осел, мать его.
- Да?
- Пробей это имя.
Позвони, когда узнаешь, кто это.
Что будем делать теперь?
Ждать.
Было уже слишком поздно.
Он был мертв, когда приехала скорая.
Будет проведено вскрытие, но…
Там были следы
недавнего употребления героина.
Тупой кретин.
Тупой маленький кретин.
Как он мог?
Можем не выносить это в прессу.
Мы знаем, он служил.
Мы поймаем подонков, которые это продают.
Это я вам обещаю.
У них была фора,
но ситуация меняется.
Мы начали работать на местах.
Видимо, священник.
Скажи, что он нам нужен, Эдди, срочно.
- Алло?
- Живо приезжай сюда.
Не могу.
Возвращайся,
или я пошлю кого-нибудь за тобой.
Это Эдди Макки.
- Да.
- Скаузер, 37 лет, 172 см, шатен?
Это он.
Да, живет в Манчестере,
но всё гораздо хуже.
Что?
Он давал показания в суде
по делу об НДС в Престоне в прошлом году
от имени Таможни Ее Величества.
Слушай, будь всё серьезно,
он не был бы из налоговой,
не из Манчестера, а из Лондона.
А если бы Таможня Лондона
вела Ливерпуль, я бы знал.
Адрес?
Хенкель-стрит, 45, Экклс.
Картер, приятель, послушай,
он офицер Таможни. Нельзя…
- Сдристни.
- Ладно.
С тобой потом разберусь.
Тип, которого взял Джед…
…из Таможни Манчестера.
Вряд ли он что-то узнал.
Но мы не будем рисковать.
Собери парней и разберись.
Как?
Сожги его.
Пожизненное.
За это дадут пожизненное.
Значит, не попадайся.
Сука!
- Они едут.
- Куда?
- Сюда.
- Едем с нами.
- Надо ехать.
- Что?
- Доверьтесь мне.
- Кто они?
- В чём дело?
- Всё хорошо.
Мы отправимся в приключение.
Давай посадим вас с зайкой в машину.
Мама тоже едет.
- Кто вы такие? Что вы творите?
- Мы из Таможни.
Это вы ему лечите, что он Джеймс Бонд?
Едем. Здесь опасно.
- Залезай.
- Ладно.
Поехали.
Давай.
- Бросайте.
- Они услышат.
Я сказал, бросайте.
Чёрт. Уходим.
Давай, надо сваливать!
Если бы мы их взяли,
они бы поняли, что мы их ведем.
- Поймайте этих сучар.
- Поймаем.
Что делаем теперь?
Ищем другой вход.


Серия 4

Извините, что не предупредили об этапе,
но так уж бывает, когда ты особо опасный.
Но вам понравится на юге.
Они там из вас всё дерьмо повыбивают.
Зато дождей меньше.
Вы, поди, думаете, что это город.
Ливерпуль-то.
Но нет.
Деревня это.
Поэтому, когда в Ливерпуле
набирают таких, как вы,
их берут из тех же мест, что и нас,
с тех же улиц.
Так что не парься насчет этапа.
Нормально нас предупредили.
Не двигаться, суки!
Пошел!
Валим! Живо, мать вашу!
Давай!
ЛЕГЕНДЫ
Может, это я виноват.
Может, надо было на обучении объяснить,
что было бы замечательно
при исполнении ваших обязанностей
делать всё, что в ваших силах,
чтобы не горели дома.
Всё нормально.
Это что угодно, сынок,
но уж точно, мать вашу, не нормально.
Мы отправили Шона на больничный,
подальше от Манчестера.
Я закинула материал
через местные СМИ — будет бытовой пожар.
А! Думаете, вышли сухими из воды?
Я вам сейчас объясню.
Сухими вы никогда не выходите.
Остается только ждать, чем это аукнется.
В любом случае это сработало.
Турки говорят, что отправят
серьезный груз в Феликстоу.
Неважно, что говорят турки.
Пока груз не поплывет, это всё сказки,
так что затащи его на корабль.
И надо довести доказательства до ума.
Их много по людям Картера,
но не по Картеру,
нужен новый способ их собрать.
Ты норм?
Да.
Если нет, говори,
потому что дальше будет только хуже.
Я сказала, что норм, нет?
Ладно.
Как они это провернули?
Проплаченный вертухай слил им про этап.
Их вытащили из фургона.
Не думал, что у них хватит духу на это.
Они придут за нами.
За мной?
Они не настолько тупорылые. Поди,
уже на полпути в Испанию в багажнике.
Но мы не будем рисковать.
Для начала покончим с этим местом.
Вытащи всё отсюда
и спали.
Найди хазы для товара.
- Где?
- У постоянных клиентов.
Вряд ли гердосники будут
жестко торговаться.
Это весь наш товар,
пока турки не привезут новый.
Береги его.
Ключи от машины,
документы компании и почта.
Спасибо.
Слушай. То, что случилось с Шоном, —
на нас обоих.
Нужно обвинить Картера.
Внедриться к ним снова не выйдет.
Информатора нет, поэтому надо идти к нему
и искать способ обвинить его,
пока не поздно.
Лучшее, что мы можем сделать
для Шона, — это успокоиться…
Он пытался убить ребенка, Бейли.
Когда Картер узнал о Шоне,
он попытался убить Шона, его жену
и его ребенка из-за нас.
- Картер никого не убил благодаря нам.
- Он глазом не моргнул, отдавая приказ.
Так что я сейчас возвращаюсь к нему, одна,
прикрываясь парой бумажек.
И я, сука, тоже не дрогну.
Потому что он хотел убить ребенка.
Ладно.
И какой у тебя план?
Он хочет попасть в чужой для него мир.
А мне это знакомо.
Так что я прикинусь
представителем этого мира.
Попробую найти слабое место.
И постараюсь не падать
на этих чертовых каблуках.
Удачи, мать.
Спасибо.
Алло.
Это диспетчер. На линии человек,
желающий поговорить с кем-то,
кто работал с Шоном.
Соедините.
Алло?
Уокер-роуд, 16, район Бут.
Под кухонными половицами два кило хмурого.
Два кило героина под половицами.
- И чего ты ждешь?
- Может, ловушка.
Конечно, может, ловушка. А где не ловушка?
- И как мне это сделать?
- Очень осторожно.
Не звони никому в Ливерпуле.
Я дам тебе контакт полиции в Манчестере.
И помни: если ты следишь за ними,
скорее всего, и они за тобой следят.
Премьер-министр отрицает,
что в ее кабинете назревает раскол,
при этом ее экономическая политика
по-прежнему непопулярна.
Найди остальных.
Узнай, нужна ли помощь с перевозкой.
Этаж?
Пятый.
- Пошел!
- Валите на хер, говноеды!
- Отвали!
- Отвали, урод сраный!
- Руки за спину.
- В смысле? Это не мое.
- Не сопротивляйся!
- Мне больно!
Встал!
Вот именно, валите на хер!
- Ну?
- Наводка была грамотная.
Хорошо.
А теперь что?
Выйду на тех, кто навел.
Может, еще чего сообщат.
Правильно.
Тут тонкая игра, сынок.
И я рад, что этим занимаешься ты.
Спасибо.
Удачи.
Что происходит?
Ты никогда не спрашивал, за что я сидел.
Это долгая история.
Рэкетир просил денег, ты его застрелил.
Это короткая версия.
Когда груз будут отправлять?
Нет, этого ты не спросишь.
Знаешь, может, ты устал.
Может, хочешь,
чтобы всё закончилось, пойти домой,
но тот, кем ты притворяешься,
за которого тебя принимают,
он бы знал, что эти вещи занимают время.
Почему ничего не происходит?
Такого он тоже бы не спрашивал.
Он бы знал, что в этом мире
всегда что-то происходит.
И если ты не знаешь, что происходит…
…то происходит это, наверное, с тобой.
Гай, англичанин.
Убираем.
Он нам нужен.
Пока что.
Потом мы научимся тому, что он делает,
и уберем.
- И будем делать то же, что и он.
- Кто?
Кто будет это делать?
Зеки.
Папа, тут речь об освоении процессов,
создании компаний, работе с таможней.
Зеки — хулиган.
Что это значит? Хулиган?
Ты слишком англичанин.
Ты читаешь их газеты. Ты думаешь, как они.
Знаешь, кого мы называем хулиганами
там, откуда мы?
Мы называем их delikanl?.
Мужчинами.
Чем дольше ты тут живешь,
тем больше ты турок.
Ты хоть помнишь,
откуда ты родом?
Я помню, что был беден, папа.
Я помню, что голодал.
Англия дала нам то, что у нас есть.
А теперь может дать еще больше,
если мы будем работать вместе.
Я
дал нам то, что у нас есть.
Мы работаем с турками.
А если с англичанами, то только затем,
чтобы усвоить их методы.
Потом убираем их.
Ты недооцениваешь англичан
и переоцениваешь турок.
СТАМБУЛ
Почему?
Потому что Хакан стар.
А Азиз слаб.
Пришло время перемен,
и придут они не с Азизом.
Мы давно знаем Хакана.
Значит, знаете его предел.
Хакан прошел долгий путь
с тех пор, как начал,
но он старик в новом мире.
В нашем деле
денег сейчас больше, чем когда-либо.
Хакан и Азиз хотят
поделиться деньгами с англичанами.
Я хочу делить их с вами.
В этом мире нет ничего опаснее,
чем курд, затаивший обиду.
Узнай Хакан, что мы такое обсуждаем,
он бы всех нас убил.
Хакан не узнает.
Он не доживет до этого.
Как и Азиз.
Как и любой другой,
кто не согласится с этим решением.
Ты действительно сможешь это сделать?
Смогу.
Мне только нужно знать,
что, когда сделаю,
мы будем работать вместе.
Тогда сообщи, когда всё будет сделано.
Спасибо, сэр. Вы организатор субботнего
марша против наркотиков в Ливерпуле?
Да, конечно.
Уэйн Даффи, общественный активист.
Похоже, это будет ваш крупнейший протест.
Чего вы хотите добиться?
Мы дадим понять наркоторговцам,
что ливерпульцы не хотят видеть их у себя,
что мы сопротивляемся.
Полиция бездействует,
поэтому действуем мы. Мы здесь живем.
Мы знаем, кто виноват и что делать.
Мы очистим улицы от героина
и защитим наших детей.
А если дилеры думают, что мы шутим,
мы их убедим в обратном.
- Точно, Уэйн.
- Да, Уэйн!
Ваши письма мне пришли.
Простите.
- Вы тут новенькая.
- А…
Да.
Вы не из Ливерпуля?
Нет, я здесь по работе.
Что за работа?
Девелопмент.
Что за недвижимость?
Проекты по реновации.
Мы ищем постиндустриальные зоны
под жилую застройку.
Тогда вы в правильном городе.
Откуда деньги поступают?
Частные инвесторы.
Я сам инвестирую.
Вот как.
Мы пока не ищем новое финансирование.
- Нет?
- Нет.
А я был бы не из обычных инвесторов.
Видите ли, я знаю Ливерпуль.
Знаю, где здесь возможности.
Знаю этот город так, как вам не узнать.
Сколько бы времени вы здесь ни провели,
как бы активно ни искали.
Значит, вы местный?
Не отсюда, нет.
Я из настоящего Ливерпуля.
Из мест, что вы будете скупать и сносить.
Тогда почему вы здесь, а не там?
Потому что обещал маме
прикупить ее что-то здесь.
В свое время.
Она не верила.
А сейчас, должно быть, гордится вами.
Она мертва.
Они все проштампованы
в один день.
Простите?
Ваши письма — все с одним штемпелем.
Один день, один сортировочный центр.
Это немного…
…необычно, нет?
Без понятия.
Но спасибо, что занесли их.
Алло?
О'Коннеллы не в Испании,
и они за нами придут.
Кто?
Джед.
Пара парней пропали,
но они хотели, чтобы мы увидели Джеда.
Надо встретиться.
Выезжаю.
Извините, мне надо ехать.
Еще увидимся.
Да.
Да, увидимся.
Надо найти О'Коннеллов,
пока они не нашли нас.
Найдем.
Что стало с нычкой на Уокер-роуд?
Как ты и говорил. Они гердосники.
Видимо, легавые дали им на десятку больше.
- Я не буду высовываться несколько дней.
- Хорошая идея.
Ты со мной.
- Это проблема?
- Нет.
Хорошо.
Спасибо, что пришел.
У нас хорошие новости.
Груз в пути?
Скоро. Но сперва…
У Зеки есть план.
Чудно.
Я знаю охранника в доках Феликстоу. Турок.
Он нам поможет.
Проблем не будет, как в тот раз.
В тот раз всё было нормально.
Урок того раза — импортом занимаюсь я.
Мне не нужен ни ты,
ни какой-то левый охранник.
Почему ты не хочешь нашей помощи?
Не доверяешь туркам?
У меня налажена система.
Это не система.
Боишься, что он выдаст,
что ты ничего на деле не знаешь?
- Это плохая идея.
- Познакомимся с охранником.
А там и решим, плохая ли идея.
Я всё устрою, Хакан.
Пробей всех сотрудников Таможни Феликстоу
и найди того, что с турецкой фамилией.
- Где проведем черту?
- Прости?
Нужно установить параметры.
Господи, всё же, блин, просто.
Работают турки в доках Феликстоу?
Нет, не просто.
Турецкие фамилии встречаются
не только в Турции.
Если искать по стране,
я могу кого-то упустить,
что может стоить тебе жизни,
а виновата в этом буду я.
Поэтому, так как ты работаешь с курдами,
я бы предложила включить Ирак,
Сирию и Иран,
и раз ты понятия об этом всём не имеешь,
не говори мне, что у меня простая работа.
Ты молодец.
Кто-то должен тебе это сказать.
Мне тебе сказать, что ты молодец?
Нет.
А мне это тогда зачем?
Пожалуй, вернусь в Грин-Лейнс.
Там безопаснее.
- Надолго?
- Всего на пару ночей.
Нас там поставили на двери парочки клубов.
- Ты же пропустишь.
- Пропущу что?
Марш.
Ты должен прийти. Мы в долгу перед Томми.
Надо заступиться за детишек.
И заявить барыгам, что им конец.
Это всего на пару ночей. Хорошо?
Алло?
Вуд-стрит, 27, Хайтон.
В сарае десять кило.
Нет.
Чего?
Мы сами найдем кого накрыть.
Хрен вы можете.
Мне нужен Картер.
И, думаю, тебе тоже.
Чтобы взять его, этого мало.
Зачем ты это делаешь?
Из-за того, что он сделал с этим городом.
С семьями.
- Давай встретимся. Что-нибудь придумаем.
- Десять кило в сарае.
Да?
Найди все смерти от героина
в Ливерпуле за прошедший год.
Имена, адреса, ближайшие родственники.
Семьи.
Добрый вечер, сэр.
Ты только посмотри.
И вспомни нас, стоящих на дверях.
Ночи на понедельник, два часа ночи.
Отмораживая яйца за 20 фунтов.
И с риском схватить ножа
от обозленной шпаны.
Я же говорил,
жизнь этим не ограничивается.
И вот мы здесь.
В номере в Adelphi.
Мы тут, потому что выпустили пули
с нашими именами на них.
Это хорошо. Ты показываешь силу,
только когда за тобой приходят.
Это возможность.
Сделать заявление.
Напомнить людям, как далеко мы зашли.
Но настолько далеко не стоило ведь?
Могли же остановиться,
когда забрали двери.
Могли остановиться на травке.
Но ты же не мог остановиться, так?
И вот мы здесь.
Ты на диване.
Спи лицом к двери.
Как она?
- Нормально.
- Нормально?
- Нет.
- В смысле «нет»?
В том смысле, что я не хочу,
чтобы ты отвлекался. Не из-за нас.
С ней всё в порядке.
И так будет, пока ты не вернешься.
Говори, в чём дело,
или я надумаю себе чего похуже.
Она просто нервничает из-за выступления.
Оно сегодня?
Да.
Она ж не из нервозных.
«Она ж не из нервозных».
Не нервничает.
Мам! Мы опоздаем!
Теперь да, но разбираться с этим мне.
Мне пора. Люблю.
И я тебя.
Чтобы к вечеру разобрались с О'Коннеллами.
Их уже половина Ливерпуля ищет.
Сегодня всё кончится.
Так или иначе.
- Привет.
- Нет турок на Таможне Феликстоу.
Ясно.
- Это плохо?
- Ну, точно не хорошо.
Понятно. Еще чем-то я могу помочь?
Мне пора.
Алло?
Это Баран. Салам алейкум.
Алейкума-ас-салям, брат Баран.
Это случилось, Хакан.
Как ты всегда и говорил.
Кто?
Они идут.
Ладно. Идем.
Ты что творишь? Пошел!
Вперед!
Отпустите их.
Пошел!
Вон!
Ты был прав, англичанин.
Он только мешает.
Знаешь что, дружище?
Мне сейчас есть где быть.
И таких мест много.
Но это явно не подсобка
химчистки в Грин-Лейнс.
Я сюда бизнесом заниматься пришел,
а он не моя проблема.
Делай с ним что хочешь.
А мне сообщи,
как будешь готов взяться за работу.
Кто еще участвовал?
Стамбул.
Хорошо. Ты не соврал.
Пожалуйста, Хакан.
Я хотел, чтоб ты воспринимал меня всерьез.
Я могу больше, чем ты мне позволяешь.
Вот и всё.
Я совершил ошибку.
И я курд, Хакан.
Те двое нет, но я… Я курд.
Мы связаны кровью.
Не волнуйся, Зеки.
Я никогда не убивал курдов.
И уже слишком стар, чтобы начинать.
Спасибо тебе, Хакан.
Ладно.
Иди с богом.
Если коротко, то мы близко. Очень близко.
Меня вызвал к себе министр внутренних дел,
уж будь добр поподробнее.
Скоро прибудет груз,
и мы стараемся,
чтобы улики приехали раньше.
Но, я считаю, что мы достигли той стадии,
сэр, когда мне нужно вас защищать.
В каком смысле?
Я могу дать вам больше,
или же вы честно ему скажете,
что больше ничего нет.
Мы в гонке, Дон.
Либо у нас получится, либо закончится
политическая и финансовая поддержка,
но сейчас мы проигрываем.
С учетом того, что мы там делаем,
и во что они превращаются,
думаю, получится.
Сейчас главное — не дрогнуть.
И как у вас с этим?
- Как они психологически?
- Держатся.
- Еще не слишком увязли?
- Нет.
- Ты знаешь, почему я спрашиваю.
- Держатся они.
И почему спрашиваю тебя.
Именно благодаря случившемуся со мной
я знаю, что с ними этого не произошло.
По крайней мере, пока.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ШКОЛУ САТТОН-ФИЛДС
Успел всё-таки.
- Привет, зайка. Как ты?
- Привет.
Она в порядке. Просто чуточку нервничает.
Спасибо, что пришел.
Не надо меня за это благодарить. Это же…
Работа у меня такая.
- Вот ты где, Лили. Идем.
- Полегче. Она поздороваться вышла.
Вы сможете поговорить
с детьми после концерта.
Ничего. Она справится.
Умница.
Что ж, мы увидели
очень разные выступления.
Я соберусь с мыслями и объявлю результаты.
Пожалуйста, угощайтесь чаем и кофе.
- Я в разъездах по работе.
- Простите?
А для ребенка это тяжело.
Жене тоже тяжело. Это на них сказывается.
Больше, чем я думаю.
Больше, чем они показывают.
Вряд ли это подходящее место…
Но я вынужден закрывать на это глаза.
Заглушать всё это.
Это непросто, но я должен это сделать,
иначе всё развалится.
Мне нельзя чувствовать вину.
Я не могу этого допустить,
пока разворачивается всё остальное.
Испытывать вину было бы опасно,
а значит, это опасно для любого,
кто решит внушить мне эту вину.
Вы… Вы мне угрожаете?
Нет конечно.
Я просто говорю,
что жизнь сейчас у той девочки непростая.
А вы могли бы немного облегчить ее.
И я бы очень хотел,
чтобы вы так поступили.
А теперь вымойте руки.
- Да?
- У нас встреча.
Встреча с кем?
Опасная для нас обоих,
но однажды она должна была случиться,
и случится она сегодня.
Гай?
Выкладывай. Какой адрес?
- Что это?
- Марш.
Идиоты гребаные.
И Уэйн Даффи — их славный лидер.
Я помню Даффи.
Общественник? Говнюк из Крокстета.
Строит из себя Робина Гуда.
Развернись.
Крайними же всегда делают дилеров?
А родители что?
Не наша вина,
что они не могут уберечь детей от гердоса.
Надо уезжать отсюда.
Это они.
Чёрт.
Осторожнее, сучары, белье!
Дилеры — вон! Спасем наши улицы!
Дилеры — вон! Спасем наши улицы!
Дилеры — вон! Спасем наши улицы!
Спасем наши улицы!
Дилеры — вон! Спасем наши улицы!
Дилеры — вон! Спасем наши улицы!
- Разделимся!
- Выпадет шанс — гаси их!
Волына не при мне!
Она в тачке, так что беги, блин!
Спокойно.
Ясно?
Спокойно.
Уберите. Там дети ходят.
Ты должен был уехать с нами.
А вы — быть подальше от Ливерпуля.
Как только разберемся с Картером,
дадим деру. И тебе советуем.
Нас собирались убить в тюрьме, Эдди.
Дилеры там — самое дно
с тех пор, как пацан помер.
Такие там правила игры.
Козыри.
Вот что у вас есть.
Загасить Картера и сесть на всю жизнь —
плохой способ их разыграть.
Послушайте меня.
Тут происходят вещи,
в которые вам лучше не лезть.
А быть в бегах — дорогое удовольствие.
Так что придется договариваться.
А с этим вам к Картеру.
Но не через меня.
Какие дела, Гудвин?
Поехали.
- Что?
- Нужно встретиться. Это важно.
Ладно. Там, где обычно. Я выезжаю.
О'Коннеллы хотят 200 кусков
и пару паленых паспортов.
Я могу достать паспорта. С тебя деньги.
- Повязал бы их.
- Они знали, что надо идти ко мне.
Мне теперь любопытно, что еще они знают.
Странно, я ведь нигде не свечусь.
Меня только ты знаешь. Кто их послал?
Не знаю, но я тебе плачу,
чтобы избавляться от таких проблем.
Я сказал, как избавиться.
Слить этих двоих за две сотни —
отличная сделка. И ты это знаешь.
Тебе и так сейчас не очень.
Да ну?
Оглянись вокруг.
Город ополчился против вас.
Думаешь, из-за унылого марша
чмошника Даффи я пойду ко дну?
Люди слушают Даффи. Твои люди.
Отвернутся от тебя —
начнут названивать нам,
а там уже трубку могу и не я взять.
Я контролирую этот город.
Кажется, об этом забыли.
Ты,
О'Коннеллы,
Даффи.
Может, вам надо напомнить?
Если у тебя есть контроль,
это самый быстрый способ его потерять.
Договаривайся, сынок.
Серебряный Ford Granada,
номер начинается с А69.
- Это он.
- Но это только три знака.
Мне и с ними-то повезло.
Ищи адреса в Ливерпуле и судимости.
- Ладно.
- Спасибо.
Мы близки к перехвату
крупной партии героина.
За этим последуют аресты и ликвидация
двух очень крупных наркосетей.
- Об этом можно заявлять публично?
- Нет.
Еще раз. Что из этого
может публично сказать премьер-министр?
Ничего.
Вечером состоится партийная конференция,
и для премьер-министра
ставки еще никогда не были так высоки.
Кабинет разделился.
Серые кардиналы плетут против нее интриги.
Они думают, что она слаба, ее можно
заменить. Она покажет, что это не так.
Она понимает британцев лучше,
чем любой из нас.
Она знает, что им нужно чего-то бояться,
чтобы видеть в ней свою защитницу.
Она планирует продемонстрировать силу,
значимый жест для масс.
Война с наркотиками
станет главной темой ее речи.
При всём уважении, министр,
момент неподходящий.
Если преступные сети сочтут,
что на границах усилят контроль,
партию отложат или сорвут…
Дело не в вашей операции.
Речь о премьер-министре,
борющейся за свое выживание.
Посмотрите вечером ее речь.
Следите за лицами заговорщиков,
и вам станет ясно, что вы теперь
лишь шестеренка в механизме.
Разумеется, такая речь
потребует результатов.
У нас еще три месяца
согласованных сроков операции.
Это политика. Здесь всё меняется.
У вас три недели.
А затем премьер-министр
объявит либо о ваших результатах,
либо о слиянии оперативного отдела
Таможни по наркоконтролю с полицией.
Моя команда не шестеренки, министр.
Это мужчины и женщины, работающие в поле.
И дело тут не в голосах, дело не в…
Серых кардиналах.
Здесь речь о безопасности моей команды.
Ваши замечания приняты. Да и как знать.
Она ведь может решить
снова пройтись по Кинноку.
Но если она сделает ставку на войну
с наркотиками, то у вас три недели.
Сделай это.
Что сделать?
Заплати им.
- Не думал, что увижу тебя напуганным.
- Не глупи.
Мы не показываем слабость.
Заплатим им — это начало конца.
Надо убрать их с пути,
чтобы работать с турками.
А если я тебе скажу убрать их?
- Я скажу, что это не выход.
- И я в итоге буду загнан в угол?
Думаешь, я не замараю руки?
Иногда нужно марать руки,
но сейчас не тот момент.
С предложением турков
мы сможем выйти из игры.
- Неужели? Ты выйти хочешь?
- Да, хочу.
И не говори, что ты не хочешь.
У тебя планы, Картер.
Это не та жизнь, о которой ты мечтаешь.
А деньги от турок тебе ее обеспечат.
Ты обещал держать половину Ливерпуля.
Ну и как с этим дела?
Ты прав.
Это только шаг на пути.
И когда-нибудь это закончится,
но на моих условиях.
И мне никто не будет угрожать, Эдди.
Ты в том числе.
Эй, я пытаюсь тебе помочь.
Защищать тебя, как и всегда защищал.
Легавые накрыли заначку на Вуд-стрит.
Там десять кило.
Да что ж за херня творится?
Я разберусь.
А ты договорись.
Двадцать три владельца Ford Granada
в Ливерпуле с таким номером.
Порядочные, платят налоги,
половина — женщины,
и удивительное количество врачей.
Если он мошенник, то хорошо это скрывает.
- И это всё?
- Да.
Кроме машин для госслужащих. Сожалею.
Не твоя вина, мать.
Спасибо, что попыталась.
- Я облажалась.
- Не облажалась ты.
Это был контакт Картера,
а я не смогла заснять номер целиком.
- Что?
- Взгляни.
- Твою за ногу.
- Да.
Что будешь делать?
Попробую что-то из этого выжать.
Сообщим кому или попросим поддержку?
Нет. Я здесь именно для этого.
И я это сделаю.
Ключи.
Ага.
Ты симпатичный.
Он не говорил, что ты симпатичный.
Слишком поздно.
Корицу надо добавлять с мясом.
Если не с мясом, то вкуса не будет.
Теперь уже поздно.
- Корица для моей принцессы.
- Поздно уже.
Никогда не поздно.
Оставил меня с таким красавчиком?
Я защищал его.
Думаешь, со мной он в безопасности?
Как дела, друг мой?
Добро пожаловать в мой дом.
Итак, сегодня
мы тебя угощаем.
Сегодня у нас афганская кухня.
Сделано по старинке.
С поздно добавленной корицей.
Да ты что?
Yamas.
Еще по одной.
Да?
Забавная штука, правда?
Мужики и контроль.
Все хотят больше, чем имеют,
и у всех меньше, чем они думают.
- Так.
- Но есть вот Картер.
Он думает, что контролирует весь город.
И отличает его то…
Что, возможно, он прав.
Он всё это время на шаг впереди нас.
Это правда.
Значит, у него есть информация.
Ты хотела задать какой-то вопрос?
Машины госслужащих.
- Да.
- Это с полицией включительно?
Да. А что?
С ним коп.
Господин президент, перед нами постоянно
возникают новые угрозы и новые сражения.
Мы ведем войну с наркотиками.
С теми, кто их производит,
с теми, кто ими торгует,
с теми, кто отмывает прибыль
от наркоторговли.
Наркотики ломают жизни молодежи.
Они разрушают семьи.
Они калечат детей еще до рождения.
В Британии есть те,
кто считает, что некоторые наркотики
следует легализовать,
как будто с грабежами можно покончить,
легализовав воровство.
Вот уж не думала, что соглашусь с Тэтчер.
Типичное путаное мышление
так называемых прогрессистов.
На деле такие меры поставили бы под удар
еще больше молодых людей,
усилив угрозу наркомании. Мы должны…
Эдди.
Только ты, что ли?
Да.
Я буду на связи.
Я оставлю вас, господа.
Спасибо, koukla mou.
Было чудесно. Спасибо.
- Понравилась еда?
- Нет. Зачем я здесь?
Ты здесь, чтобы не быть там.
А там что происходит?
Кое-что происходит.
Кое-что
уже произошло.
Ничто из этого не остановить.
Что ты натворил?
Что мы натворили?
Знаешь, мой друг,
нет большего риска в этом мире,
чем считать, что ты обладаешь властью,
которой у тебя нет.
Потому что это создает путаницу.
А путаницы быть не должно.
Должно быть ясно, у кого власть.
А затем
остается только решить,
как ей воспользоваться.
Стоять, чёрт!
Стой!
Пожалуйста!
Это был Зеки! Зеки, брат!
Брат!
Наконец-то, мать вашу.
Здравствуйте, парни.
Это от Картера.
Их были тысячи.
Как в «Зулусах». Они всё пёрли на холм.
Говорю вам, люди запомнят этот день.
Они его запомнят.
Это был день, когда Ливерпуль изменился.
Уэйн.
Твою ж мать. Приятель!
Сука!
Сука!
Сука!


Серия 5

В этом мире
иногда годами ничего не меняется,
а потом всё меняется в один момент.
Поставщик продает товар в Стамбул.
Стамбул продает его нам, а мы
продаем его вам.
Так это устроено.
И так было всегда.
Но теперь
Стамбула не стало.
Теперь всё изменилось.
А кто ты такой?
Транспорт.
Забавное имя.
На хер иди, скаузер сраный.
Ты, я смотрю, с яйцами.
И каков план?
Теперь остались только мы и поставщик.
Значит, отправимся к поставщику.
А он где?
Пакистан.
Сможешь возить оттуда?
Легко. Только скажите,
когда и сколько везти.
Мы поедем через несколько дней.
- Кто мы?
- Все, кто в этой комнате.
Все, кто знают, что это готовится,
будут с нами до самого конца.
- А сработает?
- Сработает.
То, что мы делаем,
еще никто никогда не делал.
И никогда не сделает,
так что давайте проявим себя.
Мы отправимся к поставщику
и привезем двойку.
Двести кило?
Две тонны.
ЛЕГЕНДЫ
Две тонны?
Уличная цена — не менее ста миллионов.
Стоит свеч, значит.
Это почти годовой объем
употребления героина в Британии.
Если груз зайдет,
цены рухнут, потребление взлетит, а…
- Смертность улетит выше крыши.
- Не зайдет он.
Потому что везу его я.
Кто едет в Пакистан?
Ваши ливерпульцы едут, если ты об этом.
Какой у тебя план?
Я еду с ними в Карачи
закрывать сделку и возвращаюсь с грузом.
А при передаче — вяжем их,
забираем наркоту и расходимся.
Мне придется запросить
официальное прикрытие.
- С таким запросом нам конец.
- Нам и так конец!
Две тонны они больше не повезут.
Никто не повезет.
Мы либо их накроем,
либо спалимся в процессе.
Так всё и закончится. Варианта два.
Что нужно первым делом?
Моряки.
Мой друг Пит служит
в таможенном карантине —
по сути, вяжет попугаев.
- К счастью, ему дико скучно.
- Может, к делу уже?
Пит — бывший спецназовец ВМС.
И его парни тоже.
Если выложим им весь наш бюджет,
они будут готовы доплыть до Карачи.
Они будут вооружены?
Простите, сэр, не расслышал.
А, вот вы где. Как агнцы на заклание.
- У нас встреча, министр.
- Встреча, но не со мной.
От вашего крыла правительства до моего
долгий путь, мистер Блейк.
И всё же вы, кажется, сумели срезать:
просите разрешение действовать
в Пакистане без вмешательства
и провести судно с двумя тоннами героина
из Карачи в доки Феликстоу.
Речь о крупнейшем изъятии наркотиков
в Европе
и разгроме самого мощного наркокартеля
в истории Британии.
И о риске международного инцидента,
который добьет
и без того шаткое правительство.
При всём уважении,
это не задача спецслужб.
И у нас, и у американцев
есть оперативные агенты в Пакистане.
Дело опасное, хрупкое, деликатное.
И на него вы предлагаете отправить
кучку таможенников с накладными усами.
Мы отправляем себя.
Усы нам не по карману, но можете
при желании одолжить нам парочку.
Не всё потеряно. Теперь, узнав
о ваших планах, мы обязаны вмешаться.
Мы подотчетны МВД.
Это та система, которую вы знаете.
Но есть и другая — ее вы не знаете.
Я знаю одно.
Каждого руководителя ведомства —
хоть железных дорог, хоть разведки —
волнуют две вещи: деньги и власть.
Берлинская стена пала,
Северная Ирландия движется к миру,
и я подозреваю, это вызывает у вас
некую экзистенциальную тревогу
по поводу денег и власти.
И потому, полагаю, вы присматриваетесь
к новым ролям
и новым обязанностям,
которые могут укрепить ваши позиции.
У нас есть свободные ресурсы,
тут вам повезло.
Если вы правда намерены действовать,
мы не останемся в стороне:
либо будем за вами присматривать,
либо координировать
репатриацию тел вашей команды.
Полагаю, «присматривать» будет он.
Сидит здесь и молчит
как воды в рот набрал.
Так совпало: Лоуренс будет в Карачи.
Город — пороховая бочка, но всё же
куда безопаснее остального Пакистана.
Мы не будем покидать Карачи.
Тогда у вас еще есть шанс.
Не нужны наши данные по рейсу?
- У нас есть данные о вашем рейсе.
- Ну да.
И где мы поселимся?
Отель «Империал».
А они молодцы, да? Как зовут мою маму?
Глэдис.
Какого хера?
Что в Лондоне?
Новости такие: мы едем
в Пакистан за двумя тоннами героина.
- Кто едет?
- Мы и турки.
И какой-то лондонский хрен.
Я говорил с боссом. Мы можем оформить
тебе и твоей семье новые документы.
- Обойдусь без тебя.
- Неужели? И какой у тебя план?
Унизить его.
Показать пацанам с районов,
что барыжить — не шанс выбраться с района.
Я лишу его денег, лишу наркотиков.
Похороню всю схему,
чтобы никто ее не подхватил.
А потом…
Тебе лучше не знать, что я с ним сделаю.
- Ты не обязан.
- Пусть знает, что это был я.
Тогда выдай его нам.
По новым статьям
Картеру светит пожизненное —
он проведет остаток жизни в камере,
зная, что это ты его туда отправил.
А ты проживешь оставшуюся жизнь здесь.
Со своей семьей.
Сам знаешь, что делают со стукачами.
На это мне плевать.
Но тебя удивит,
что делают с семьями стукачей.
Зверство. Средневековое, мать его.
Тебя не поймают.
Мне нужно одно —
делай то, что скажет Картер.
Убедись, что сделка состоится
и защити Картера.
А там мы и сделку похороним,
и Картера возьмем.
- Вот так просто, да?
- Было бы просто, нас бы тут не было.
- Мы должны держать контакт.
- Нет.
Картер — умный тип.
Мне нужно выкинуть это из головы,
иначе он всё поймет — и мне конец.
А другого такого дурака ты не найдешь.
Ты не дурак.
Ты свалишь Картера
и станешь героем.
А, да. Героиновый барыга и крыса —
мне еще памятник поставят.
Я буду там.
В Пакистане?
Да.
С турками я тебе не помощник.
С Картером — личное.
Турки — не моя забота.
О турках не переживай.
У вас кто-то вроде меня среди турок?
Нет.
Ты мне сейчас впервые соврал.
Я уже всё собрал.
Я проверяю, не забыл ли ты, куда едешь,
то есть проверяю твои карманы, блин.
Это чек из гаража за углом.
Ты должна быть на этой работе, а не я.
Я и так на ней.
Мы все. Ты же не забираешь
всё это с собой, когда выходишь за дверь.
Я знаю.
Прости.
- Что такое?
- Сейчас… всё как-то иначе.
Это и правда иначе.
- Я не хочу знать, куда ты едешь.
- Повезло — я не могу сказать.
Но хочу знать, надолго ли.
Мне нужно хоть что-то, Гай.
Ты должен оставить нам какую-то опору.
Я не могу тебе сказать.
Потому что буду об этом думать,
жить мыслью о возвращении,
а я туда еду не как я.
Я буду им.
А у него нет ничего,
ради чего стоит вернуться.
Какой он?
У него была хорошая жизнь.
Потом он всё потерял.
И хочет всё вернуть.
А чтобы вернуть,
принимал одно неверное решение за другим.
И вот он здесь.
- Он тебе нравится.
- Дело не в симпатии.
Нельзя спорить с тем, кто он есть.
Речь о том,
чтобы понимать, кто он
и как он стал таким.
Верить каждому его слову,
соглашаться с каждым его решением
и понимать, что он не хочет
этим заниматься.
Но если так надо…
…он справится.
Справится, чтобы вернуться домой.
Он тебе нравится.
И это нормально.
Если однажды ты сможешь его отпустить.
Вот это — единственное, что будет легко.
Формы по технике безопасности
для загранпоездок.
Я бы хотела обратить
ваше внимание на третий пункт:
не вступать в близкие контакты
с сомнительными местными,
не подвергать себя физической опасности
и избегать острой пищи в рабочие дни.
Ты прикалываешься?
Если помрешь там, хочешь,
чтобы жена получала твою пенсию?
Подписывай.
- Он почему подписывает?
- А как думаешь?
Почему он едет?
Еду, потому что работаю здесь, как и ты.
И начни уже называть меня по имени.
Ты ни при чём. Я должен довести это
до конца и остаться в живых,
и я не понимаю, чем ты там поможешь.
Значит, я, наверное, чего-то не знаю.
- Он едет. Это всё, что тебе нужно знать.
- Что там? Что у тебя?
Оперативная независимость, вот что.
- Кто-то из ливерпульской шайки.
- Сосредоточься.
Если так — снимаю шляпу,
но я должен знать, кто это.
Не надо тебе знать.
Потому что если будешь знать,
а тебя спалят и начнут трясти,
ты можешь их сдать,
а моя работа — их защитить.
Думаешь, я не выдержу пары ударов?
Думаю, ты забыл, кто ты.
Веришь или нет — порядочный человек.
Меня зовут Гай Стэнтон.
Мои родители мертвы.
Я разведен. Детей нет.
Был хороший бизнес, но так уж вышло,
что теперь перевожу наркоту.
И у меня получается,
потому что я в отчаянии.
Я злой, жадный, и во мне ни капли совести.
Так что нет, я далеко не святой.
А если считаешь, что я порядочный
и будешь вести соответственно,
то меня, сука, могут убить.
Не переживай, дружище.
Я прекрасно понимаю, кто ты такой.
Хорош уже. Вас ждет работа,
и играть надо по правилам,
так что хватит задавать вопросы
и двигайте в аэропорт.
Не наделай там глупостей.
Больше всего меня волнует,
куда тебя без меня занесёт.
- Береги себя, приятель.
- Да, ты тоже.
Ладно, приступим.
Я жду факса, но у меня есть парочка идей.
- Будет непросто.
- В этом я не сомневалась.
Чем вы там заняты?
- Я думаю, у Картера есть продажный коп.
- Не удивлен.
- Я его найду.
- Не наша работа.
Наша, если зайдем через копа.
Если видим признаки коррупции в полиции,
для этого есть порядок действий.
- Процедуры.
- Я не знаю процедур.
Но полагаю, что они очень медленные
и для нашего дела слишком рискованные.
Так что, может, расскажешь?
Или поедешь в свою мальчишескую вылазку,
а к вашему возвращению
я уже сама найду продажного копа?
Удачи.
Пора отправляться.
Тебе не обязательно оставаться,
если тебя кто-то ждет дома.
Меня-то?
Нет?
У меня в жизни
было два типа отношений, мать.
Плохие и просто стремные.
- А тебя?
- Куда там.
- Было несколько предложений, конечно.
- Конечно.
Но я освоила искусство красивого отказа.
Вот что я хочу знать. Как ты оказалась
в роли секретаря на госслужбе?
Ты ведь… достаточно умна,
чтобы самой руководить всем этим.
И, без обид, но и говоришь ты так,
будто ты тут всем заправляешь.
Мой отец зарабатывал кучу денег,
потом потерял кучу денег и…
Жизнь изменилась.
А Лондон может
сбивать с толку, если ты беден,
но звучишь так, будто богат.
Я
долго искала место,
где это не имело бы значения.
Думаю, ты его нашла.
Я тоже.
Итак, как пробить служащих
в полиции Ливерпуля так,
чтобы полиция Ливерпуля не узнала?
Ответ в самом вопросе. Они госслужащие.
Я зашла в базу национального страхования…
Сколько их?
- Девятьсот.
- Девятьсот?
Девятьсот тринадцать. Я округлила, чтобы…
Не падать духом.
КАРАЧИ, ПАКИСТАН
Что происходит?
Вот что происходит.
Ва алейкум ас-салам, Хакан.
Это
мой сын.
Азиз.
- Ас-саламу алейкум.
- Это честь.
И я говорил тебе об остальных.
Мистер Африди,
мы не знали, что вы приедете.
Хорошо.
- Кто это был?
- Думаешь, остро будет?
- Чего?
- Ты в Пакистане по делам.
Ты не думаешь о мужике вон там.
Ты думаешь о том, острая ли будет еда.
Вы проделали долгий путь, господа.
Мы здесь по делам.
У Карачи много ушей и много глаз.
Мы не говорим о таких вещах в Карачи.
А где тогда?
Ты доверяешь этим людям, Хакан?
Это я и хочу выяснить.
Если вам нужно к поставщику —
значит, приходите к поставщику.
Давайте. Живее.
Быстрее!
Они выдвигаются.
Значит, надо выяснить, куда.
- Скоро вернусь.
- Куда ты собрался?
- Я отолью.
- Им это не понравится.
Плевать я хотел.
Мы полмира проехали не за тем,
чтобы нам эти указывали.
- Жди здесь.
- Нет, ты, сука, жди здесь.
Указывает мне, блин, тут.
Где чемоданы?
Шевелись!
- Мы едем к поставщику.
- Где это?
Не знаю, но если я не вернусь,
скажи моей жене, что я сожалею о содеянном
и пытался это исправить.
Нам пора.
Хорошо, иду.
Выезжаем сейчас?
- Да.
- Хорошо.
Ты. Возьми наши чемоданы.
Странное место для жены.
Она поможет.
Они едут к поставщику.
Нет.
- Такси? Вам нужно такси, сэр?
- Да, такси.
- Сюда.
- В этих машинах мои друзья.
- Надо за ними.
- Конечно. Не вопрос.
- Это что?
- Сюда, сэр.
- Нет, мне пора.
- Садись в гребаную машину, Дон.
Мы поедем за ними
пока это будет безопасно. А это недолго.
- Куда они?
- Хайбер, пакистано-афганская граница.
Это плохо. Но хуже —
тот, кто их туда везет.
Аюб Африди, племенной полевой командир.
Подозревается в торговле наркотиками,
оружием и финансировании терроризма.
Знай мы про Африди,
вы бы никуда не полетели.
Знай американцы про Африди —
вас бы уже мурыжили в ЦРУ.
Значит, вытаскиваем.
Это обернется перестрелкой
в центре Карачи,
угробит годы работы
международных спецслужб.
Слушай. В той машине мой человек.
Ясно? Хватит говорить мне, что ему хана,
и скажи, как его вытащить.
Можешь ждать и надеяться,
но на твоем месте
я бы готовился к худшему.
Девятьсот тринадцать.
С этого мы начали. Не забывай,
а то не поймешь,
как сильно мы урезали список.
Давай. Побыстрее.
Мы убрали тех, кто пришел после первых
снятых с Картера обвинений
или ушел до того, как сняли последние,
и всех, кто не имел
реальной власти вмешиваться,
то есть срезали…
- Сколько?
- Триста двадцать шесть.
- Твою ж мать.
- Вот этого я и боялась.
Ты не понимаешь, как мы продвинулись.
Если добавим еще фильтры,
сможем срезать дальше и…
Прошу, хватит говорить «резать», ладно?
Триста двадцать шесть и…
Мы.
Мы не с той стороны заходим.
Кто-то в полиции Ливерпуля
прикрывал Картера.
Это значит, что снимали обвинения.
Такое всегда оставляет след.
Судимостей у него нет,
но полицейское досье должно быть.
Давай начнем с досье и будем искать след.
В системе нет полицейских записей.
И это любопытно. Ведь кто вносит записи?
Полиция Ливерпуля.
Нужна бумажная копия.
Это надо запрашивать в отделе по связям,
а они спросят, зачем она нам.
- Я поеду и запрошу всё сама.
- А это опасно, Кейт.
Знаешь что? Лучшее в этой работе —
то, что ее никто раньше не делал.
Она важная, захватывающая.
А самое сложное —
что ее никто раньше не делал,
то есть мы ежедневно принимаем решения,
которых никто не принимал.
Что делать, куда идти,
за кем следить. Кажется…
Кажется, я поняла.
Ты изучаешь все варианты,
находишь опасность
и идешь прямо на нее.
ХАЙБЕР, ПАКИСТАН
А где женщина спать будет?
С мужем своим она будет спать.
А еще у меня к тебе будет просьба.
Конечно.
Вот что из этого выходит.
И так было всегда.
Люди вроде вас
приходят сюда со своим планом,
и потом всё меняется.
Много лет назад
Британская армия пришла к моему деду
и сказала, что перекроила старую карту.
И что теперь нам придется
покинуть наши горы.
Последние из тех британских солдат погибли
на вершине горы
со своими флагами,
своими трубами
и своим планом.
Когда пришли русские,
они сказали, что мы теперь коммунисты.
Последних из тех русских мы не убили.
Они подорвали себя гранатами
после того, как увидели,
что мы сделали с остальными.
Когда пришли американцы,
они дали мне денег,
чтобы я поставлял оружие моджахедам.
Потом они дали мне денег,
чтобы я забрал оружие у моджахедов.
Теперь у меня и оружие, и деньги,
а американцы ушли.
Мы здесь по делу.
Ничего больше.
Да.
Ничего больше.
Британская армия, русские,
американцы — у них был не просто план.
У них была цель.
Но у вас нет цели.
У вас нет
души.
Я смотрю на вас
и вижу призраков.
Но это ничего.
В этих горах полно призраков.
И место для новых всегда найдется.
Вы проделали долгий путь.
Отдохните пока, а я поговорю с Хаканом.
Господи Иисусе.
Не зацикливайся на этом.
Это была демонстрация силы.
Теперь мы должны показать ему нашу.
Хакану можно доверять?
Хакан — старый король.
Нет ничего опаснее старого короля.
Им нужна последняя победа,
и на пути к ней
они не знают ни страха, ни пределов.
Если докажем Хакану, что можем помочь
с этой победой — будем в безопасности.
Если нет —
то нет.
- Назад.
- Что?
Идите назад.
Нам что, пешком до Англии идти?
Назад!
Пошел!
Мы все должны показать, что можем помочь.
Ага.
Афганистан.
Я знаю.
Папа.
Ох, папа.
Я знаю, кто вы.
Да здравствует король!
Да здравствует король!
Вы дома.
Ваше высочество.
Что делаем, если Гай не вернется?
Знаешь, малой,
тебя раскусить было сложнее всего.
- Почему?
- Я думал, что понял тебя.
Дерьмовая работа в Таможне,
скука смертная,
и вот шанс немного встряхнуться.
Но потом я увидел, где ты учился.
Всё никак в голове не укладывается.
Я получил стипендию от церкви.
И даже тогда форма
стоила моему отцу недельной зарплаты.
Но как же они были рады.
Всего несколько лет назад приплыли,
а сын уже поступил на такую учебу.
«Где Британия растит своих лидеров».
Так было написано в брошюре.
Но…
…похожих на меня не было.
Некоторые не могли с этим смириться.
Не только дети.
Я пытался подстроиться — дома говорил так,
там — по-другому.
Но чем ближе я к ним подбирался…
…тем дальше оказывался.
Мне сказали, если я пойду на выпускные,
то испорчу их средний балл.
Ну и вот я здесь.
Эти люди тебе
и в подметки не годятся, сынок.
Я никогда не ощущал себя своим.
Теперь ты с нами,
и если у нас всё получится,
ты сделаешь для страны больше,
чем все из той школы вместе взятые.
А если Гай не вернется,
мы поедем за ним.
Две тысячи лет — вот сколько
прокладывался Шелковый путь.
От Китая до Турции.
Величайший торговый путь,
который когда-либо знал мир.
Наш участок — Хайберский проход.
Получаешь товар — передаешь дальше.
Доверяешь другим участкам,
доверяешь Шелковому пути,
доверяешь двум тысячам лет.
А вы сейчас просите меня довериться вам,
отказаться от всего, что я знаю.
Почему?
Потому что вашему пути хана.
Вы потеряли контакт в Стамбуле.
Если опиум из Стамбула не вывезти,
может, его вообще собирать не надо.
Как бы ты его перевозил?
Морем. Это быстрее, дешевле, безопаснее.
Вам больше денег,
а мы скоро вернемся за новой партией.
Хакан, мы с тобой слуги истории,
но эти люди — наркоторговцы,
которых я не знаю.
Нет. Мы бизнесмены.
Ты можешь уйти, Хакан. Но они останутся.
Вы похожи на свою мать.
Спасибо. Мне ее не хватает.
Мы были верны вашему отцу.
Он пришел ко мне
в ночь перед случившимся.
Он сказал, что это случится,
но меня он в обиду не даст.
Когда дворец окружили,
я уже была в горах.
Ваших горах.
И мой отец
никогда бы не отправил меня
через эти горы, Африди,
без вашей защиты.
Мы были верны ему, а не короне.
Пуштуны не признают королей.
Не обязательно носить корону,
чтобы быть королем.
Чудно.
Я не могу отказать Хакану и принцессе.
Господа,
завтра вы уедете отсюда с двумя тоннами
лучшего опиума в мире.
Желаю вам удачи.
И, думаю, она вам понадобится.
Привет. Я из лондонской таможни.
Мне нужно проверить одно досье.
Это межведомственный запрос.
Они приходят из Отдела по связям.
А этот пришел от меня.
Если нужные документы при вас.
У нас ситуация меняется на ходу.
Завтра занесу.
Паршиво там, да?
Дождь, наркотики, оружие.
К дождю претензий нет — это география.
Это нас Атлантика хлещет, но остальное?
Так вот, дорогуша, там не сахар,
если ты сдуру напялила такую форму,
поэтому моя работа —
лучший вариант на руках.
Но если дело уйдет отсюда
без нужных бумаг,
то я потеряю эту работу
и снова окажусь там.
А там дождь, наркотики и оружие.
И всё ради кого-то там из Лондона.
Я понимаю.
А если дело никуда не уйдет?
Дайте мне его почитать пять минут,
и забудете, что я здесь была.
Как звать?
Деклан Картер.
- Ждите здесь.
- Спасибо.
Привет, милая.
Пройдем со мной?
Если Таможня интересуется
Декланом Картером,
то способ вы выбрали странный.
Я думаю, Деклан Картер
и полиция Ливерпуля — это особый случай.
Я так долго этого ждал,
ведь я очень давно знаю Деклана Картера.
И достаточно знаю его и этот город,
чтобы понимать: из вышибал в ночных клубах
до управления обширной преступной сетью
без небольшой помощи
от кого-то в этом здании не вырастают.
Помощи от кого?
Не знаю.
Я знаю, это не какой-нибудь патрульный,
которому он сунул пару фунтов.
Таких много.
Как мне кажется,
у Картера тут кто-то с некоторым влиянием.
А до таких трудно добраться.
А попытки добраться до них — опасная игра.
Надеюсь, это не угроза.
Иначе у нас будут проблемы.
Я положил записку в дело Картера,
чтобы поймать того, кто с ним возился.
Похоже, вместо врага я поймал союзника.
И я вам помогу,
но я один.
Больше никому здесь я это не доверю.
Мне нужно это досье.
Хорошо, я его принесу.
Насколько я понимаю, они замели следы,
но, может, вы увидите что-то,
что я пропустил.
И держите мое имя вне базы.
Встретимся здесь позже.
Я достану всё, что вам нужно.
- Спасибо за помощь.
- Ага.
У нас на родине такие горы,
такие люди.
Здесь как дома.
Разве нет?
Не для меня.
Знаешь, курды и пуштуны — братья.
Мы много раз сражались плечом к плечу.
И теперь
мы снова вместе.
Африди
отдаст мне свой мак.
А я отдам ему своего сына.
Что это значит?
Следи за Гаем.
Научись тому, чему должен.
Когда наркотики попадут в Англию,
он исчезнет.
Ты остаешься тут, в Пакистане.
Будешь работать с Африди.
Вместе
мы будем непобедимы.
Хочешь, чтобы я здесь жил?
Здесь?
Где я никого не знаю?
Где я буду спать с гребаными козлами?
Я старею, Азиз. И я потерпел неудачу.
Мой единственный сын забыл, кто он.
Ты будешь жить здесь.
Курд
среди пуштунов.
И ты вспомнишь, кто ты.
А если я откажусь?
Ты мой сын.
Я позволяю тебе то, что другим нельзя.
Сомневаться во мне. Спорить со мной.
У тебя больше свободы, Азиз,
чем у меня когда-либо было.
Ты можешь многое.
Но ты не можешь отказаться.
Зачем тебе это?
Ты умный человек. Можешь заниматься
чем угодно, но занимаешься этим.
Могу задать тебе тот же вопрос.
Я не хочу посвящать этому жизнь.
Может, в Лондоне
обсудим с тобой что-нибудь другое.
Другой бизнес.
Настоящий бизнес.
Да, это можно.
Хорошо.
Твой корабль готов?
Да. Конечно.
Мы плывем с тобой.
В доки.
Нет.
Чего?
Чем меньше людей в доках, тем лучше.
Тут куча наркоты.
И это огромные деньги.
А я до сих пор не знаю, кто ты.
Так что мы плывем с тобой.
В доки.
Справедливо.
Пора бы и вам замарать руки.
Поговори с людьми Африди.
Раздобудь пушку.
Зря ты сюда приехала.
В Ливерпуль. Зря ты приехала.
Ты не понимаешь, как здесь всё устроено.
Ты думаешь, всё черно-белое.
Правда и ложь, герои и злодеи.
Ливерпуль никогда таким не был.
Мой старик пахал в Королевских доках.
Смены по 14 часов, полсубботы.
А в конце недели
можно было унести коробку с судна.
Сахар, пойло.
На одной неделе — ананас.
А коп, который прикрывал доки,
получал две коробки,
потому что так было заведено.
- Как Картер вышел на тебя?
- Ты не слушаешь.
Так здесь всё устроено.
Я держу Картера в узде.
Без меня всё было бы в разы хуже.
Я предотвратил кровавые убийства.
- А ты впаяешь мне десятку.
- Работай со мной.
Выходов из этого немного.
И это не один из них.
Молт-стрит, 18.
Этот дом о многом говорит, Артур.
Куплен за нал,
вдвое дороже твоей зарплаты.
А потом заложен по полной
в обеспечение всех долгов.
Я смотрю на твой дом и вижу слабость.
Я смотрю на твой дом и вижу Картера.
С каких это пор Таможня решила,
что может наехать на весь мир?
Ты и половины не знаешь, приятель.
Это твоя вина.
Не моя.
Зря ты сюда приехала.
Вызываю подкрепление.
- Вооруженная полиция!
- Полиция! Стоять!
- Руки на месте!
- Вооруженная полиция! Не двигаться!
Я ничего тебе не расскажу.
Ты и не в состоянии что-то рассказывать.
Тебе нужен покой.
Тебе нужно прийти в себя.
А отдохнешь ты
в участке в Манчестере
по вымышленным обвинениям,
под чужим именем.
И когда ты, наконец, прозреешь, Артур,
ты расскажешь всё, что мне нужно.
Вяжите его.
Так, спокойно.
Хватит держать меня на мушке, мать вашу.
УПРАВЛЕНИЕ ПЕРЕВАЛОЧНОГО ПОРТА КАРАЧИ
А он, блин, куда намылился?
Эй.
Свали отсюда.
Героина на сотни лямов,
а ты не мог достать нормальное судно?
Да нормальное вроде, Пит.
Двигатель барахлит, навигация дохлая,
а мы собрались плыть 800 морских миль
без дружественных берегов.
До нормального ему далеко.
- Живой, значит?
- Мы выдвигаемся сейчас.
- Что значит «сейчас»?
- Значит, сука, сейчас.
Пойдем.
- Он выдвигается.
- Нам нужно пару дней.
- А он уже. Плывем.
- Это слишком опасно.
Побыстрее с лебедкой!
Заносите груз на борт живо
и запускайте двигатели.
Вы его слышали. Запускайте. Поехали.
Какой план?
Погрузить всё на судно, прилететь обратно,
забрать его в Феликстоу,
провести через таможню —
и нам больше не придется работать.
Какой контрабандист
не сопровождает свой товар?
Ладно.
Я просто охереть как ненавижу корабли.
- Значит, ты не на той работе.
- И не говори.
Давайте!
Пошевеливайтесь!
Поплывешь с ним.
Нет.
Знаешь, Эдди,
ты мне никогда не отказывал.
А теперь одни «нет».
Мы далеко зашли, Картер.
Я просто хочу довести нас до конца.
Вот и всё.
Гай плывет с грузом.
Не такой был план.
Дело не в плане, сынок.
План может придумать любой.
В этой игре
всё решает контроль.
И мы его только что потеряли.


Серия 6

Тут немного.
Все притормозили — у нас товар на исходе.
Манкам смогли дать только половину,
Глазго почти пустые,
а Бирмингем угрожает уйти к другим.
А другая тема?
Не может быть, Картер.
Что бы там ни случилось — никак.
Что случилось?
Мы поспрашивали, как ты и просил,
насчет Эдди.
Есть один дилер в Форд-Эстейт,
и он был напуган, Картер.
Боялся сказать.
Этот дилер продал пацану, который помер.
Говорит, продал чистый, это был передоз.
Так или иначе, пацан помер.
Это хмурый. Дети умирают.
Дело не в пацане. Дело в его отце.
Я разобрался с Бирмингемом,
но долго мы не протянем.
Да.
Пожалуй, ты прав.
Я подумал, когда судно прибудет,
нам надо самим забрать товар.
Зачем нам это?
Это не пару кило через доки провезти.
Сколько стоит наша половина, 40–50 лямов?
Кому ты это доверишь?
Это моя половина, не наша.
И я не знаю,
кому я могу сейчас доверять, Эдди.
Почему ты мне не сказал?
Сказал что?
О своем ребенке.
Потому что он был торчком.
И у него есть мать,
которая не хочет,
чтобы люди знали об этом.
Так что, если говорить,
скажем, что он погиб на службе.
А если можно не говорить,
то никому ни слова.
И если ты скажешь мне,
как пережить смерть сына
в квартире в Форд-Эстейт с иглой в руке,
то клянусь, я тебя
в эту сраную стену впечатаю.
Охренеть, дружище.
Бедный парень.
Иди сюда.
Ладно.
Мы всё разрулим.
Тебе еще о семье заботиться.
А у меня свои планы,
не для складов в задворках города.
Мы привезем товар сюда,
быстро распродадим,
заработаем больше, чем сможем потратить.
Ты в том числе, Эдди.
Ты не будешь обделен.
Но сейчас всё надо собрать тут.
Каждую… пушку, каждую пулю,
каждый грамм гердоса.
И тогда всё будет под нами.
Остались только мы с тобой…
…до самого конца.
- Это стоит риска?
- Слушай.
Когда вы свалите нас с Картером,
дело подхватит кто-то еще.
Без пушек и героина это будет труднее.
Возникнет пауза,
когда пацанам нечем будет колоться,
и, может, кто-то из них
за это время сможет завязать.
Так что да.
Риск, вашу мать, того стоит.
- Вооруженная полиция!
- Полиция!
- Чисто!
- Чисто!
- Справа чисто.
- Слева тоже.
- Пусто.
- Помещение чисто!
Тут пусто, сэр.
Да, отбой.
Да.
Крыса.
Это Эдди.
Что Эдди знает?
Всё.
Тогда нас ждет работа.
Да.
Ждет.
ЛЕГЕНДЫ
АДЕНСКИЙ ЗАЛИВ
Да?
Привет, мой друг. Это Азиз.
Я еду встречать тебя.
План был не такой.
Мы больше не будем
обсуждать планы по телефону.
Почему нет?
Вот поэтому я и еду к тебе.
Лезь в машину, Эдди.
Тупой ублюдок ты, Эдди.
Знаешь, я удивлен.
Картер давно меня знает.
И он прислал только двоих.
АНТАЛИЯ, ТУРЦИЯ
Ну?
Человек Картера.
Эдди.
Он информатор.
Вы, сука, прикалываетесь.
Он знает о нас,
знает об этом и…
Знает о тебе.
Тогда я меняю планы.
- Мы заберем опиум отсюда.
- Ни за что.
Погодите.
Он работает с нами.
Это бизнес.
Мы соблюдаем договор.
Тебе всё равно заплатят.
Тебе — деньги, нам — риск.
Вряд ли ты будешь против.
А если проблемы с этим,
мне интересно, с чего вдруг.
Как вы его ввезете?
Теперь это наша работа, а не твоя.
Выгружайте.
Давайте, выгружаем. Вперед!
Поднимаем лебедку! Быстрее!
Что случилось?
А сам как думаешь?
Он узнал.
Эдди, тебе нужна защита?
В моём детстве
Ливерпуль был отличным местом.
Теперь его называют Городом героина.
И это мы сделали.
Вот так я его покину.
И я покидаю его без сына.
И я это заслужил,
потому что это тоже на нас.
Ты сделал всё, что мог.
Я лишь помог
привезти две тонны гердоса в Англию.
Ты, кстати, тоже.
Но кое-что я еще могу.
То, что не можете вы.
У нас был уговор.
Он всё еще в силе, но у вас мало времени.
Я обустрою семью подальше от Ливерпуля.
А потом вернусь и убью его.
Ясно? Используй это.
Дашь показания, что я это сказал.
И я еще тебе руку пожму.
А потом я приму любой срок.
Лишь бы этот сучара в земле лежал.
Мы возьмем его.
Как?
Говори. Как?
Вот что Картер сделает сейчас.
Он заляжет на дно.
Потом продаст героин и исчезнет.
И всё, что, по-вашему, у вас есть,
вся эта ваша мнимая власть,
тоже исчезнет.
Исчезнет.
И вы не вернулись к исходной точке.
Всё гораздо хуже.
Потому что они уже
не только про меня знают.
Они знают о вас.
Правильно ли я понимаю? Две тонны героина,
наркотика класса А на 100 миллионов,
теперь не под вашим контролем?
Уже 120. Цена подскочила из-за дефицита.
Это уже почти преступная халатность.
Нас могут арестовать.
Это временная ситуация.
Вы лишились единственного информатора.
У вас больше нет людей ни в Ливерпуле,
ни среди турок, а наркотики исчезли.
На временное это как-то не похоже.
У меня есть другой канал.
Надеюсь, ты не про продажного копа.
Если, по-твоему, лучший шанс
найти две тонны героина в Турции —
продажный коп из Манчестера,
который молчит,
то можете сразу гасить свет!
Господи.
Уберег бы своего — всё бы кончилось.
Или если бы ты не сдал товар.
- Мне пришлось.
- Почему? Вежливо попросили?
Что ты сказал?
- Ты меня слышал!
- Хорош!
Хорош! Это детский сад.
Вы с Кейт — на север.
Без наводки на Картера не возвращайтесь.
А тебя я отстраняю от службы.
Чего?
Иди домой и вспомни, кто ты.
Потому что это не ты.
Я никуда не уйду, дружище.
Меня работа ждет.
Он тебе не дружище.
Он твой начальник. И ты идешь домой.
Прости.
Не приводи его сюда, Гай.
В образе ты не возвращаешься домой.
Я отвезу ее в школу.
Нет, не отвезешь.
Я ведь здесь? Я отвезу ее в школу.
В школе каникулы.
Давно уже каникулы.
Точно.
Да.
Мы скоро вернемся.
- Куда это вы?
- В центр.
Она хочет в зоопарк.
Начиталась про пингвинов.
Я с вами.
Не в таком виде.
Меня отправили домой. Вот я и здесь.
И мне непросто,
потому что то, чем я занимался,
всё ещё продолжается.
Работа не закончена, и я не знаю…
Я не понимаю, как мне с этим смириться.
Я не знаю, как быть…
Здесь.
Пока всё это происходит там.
Ничего.
Пойдем тогда смотреть пингвинов.
Блейк прав.
Это всё, что у нас есть:
грязный манчестерский коп, который молчит.
- Значит, попробуем еще раз.
- И Гудвин скажет то же самое.
Что ему нечего сказать,
и попросит адвоката.
Тогда дадим ему адвоката.
Расскажи мне, что ли, о пингвинах.
Где они живут?
У нас я их не особо встречал.
Это потому что они живут на Южном полюсе.
- Да ты что?
- Да.
Люди думают, что на Северном полюсе,
но нет, потому что там один лед,
а им нужно жить на суше,
чтобы растить своих детей.
И еще там много хищников в море,
а это может быть опасно.
А еще ты знаешь,
что самый высокий пингвин…
- Называется «Маленький пингвин»…
- Солнце, выходим.
- Пошли. Давай, быстро.
- Ладно, иду.
- Быстро.
- А папа идет?
Да, он прямо за нами.
Быстрее, пока двери не закрылись.
Где Хакан?
Ты больше не живешь у себя.
Ты не переживай о том, где я живу, сынок.
Передай Хакану, что мне нужны мои бабки!
Никогда не думал, что так будет.
Что они… вот так сойдутся.
Жизни.
Но почему нет-то?
Во мне ведь они сошлись
уже очень давно.
И я не знаю, как это исправить.
Я знаю.
Не возвращайся домой,
пока это не закончится.
Дон сказал, что однажды
тебе понадобится моя помощь. Вот она.
Тебе нужно вернуться
и быть только им, пока всё не закончится,
потому что иначе ты не дома по-настоящему.
А когда ты приходишь, то приводишь его —
его жизнь и его опасность — с собой.
Слушай, я…
Я оставил два письма
в гараже.
Не открывай без необходимости, но…
В гараже два письма.
Заберешь их из гаража,
когда вернешься домой.
Люблю тебя.
И я тебя.
Почему он небритый?
- Под наблюдением.
- Вы склонны к суициду?
А ты кто такой?
Вот что они делают — полиция, таможня.
Выставляют тебя в дерьмовом свете,
вызывают в суд и говорят:
«Гляньте на него, он разваливается.
Виновен как смертный грех».
Итак, мистер Гудвин,
вы собираетесь покончить с собой?
Не особо.
Но день только начался.
Дайте ему бритву.
Добрый день, Артур. Я адвокат.
- Уж точно не мой.
- Верно.
Мистер Картер
обеспокоен.
- Не стоит.
- Почему нет?
Тут ведь я, а не он.
Вопрос в том, что вы можете
сделать или сказать, чтобы выбраться.
Если бы им хватало улик,
меня бы здесь не было.
Мне надо только переждать.
Но…
Работы у меня после этого не будет.
Мистер Картер — бизнесмен.
Он всегда будет открыт
к взаимовыгодному соглашению.
Мне придется переехать.
Значит, вы сделаете это
при полной поддержке м-ра Картера.
У меня отнимут пенсию.
Эту ситуацию, я уверен,
мистер Картер с готовностью уладит.
Тогда скажи ему, что я ценю его поддержку.
Есть что-то еще,
что должно его беспокоить?
Думаю, Таможня Ее Величества
хочет с ним пообщаться.
Они сказали, как будут действовать?
Полагаю, они начнут
с попыток его разыскать.
Думаю, Картер и сам это понял,
так что не выставляйте ему за это счет.
Мистер Картер —
очень успешный предприниматель,
мистер Гудвин. В отличие от вас,
у него нет финансовых затруднений.
Мистер Картер может
носить любой костюм, какой захочет.
Он может водить любую машину.
Я знаю, кто он.
- Я тоже.
- Да?
М-р Картер — законопослушный бизнесмен
и искренне заботится о своем районе.
Да бросьте вы.
Он пацан из Бут-Эстейт с отцом
в Уолтоне и мамой, что его туда упекла.
Я знаю, кто такой Картер.
А он знает, кто я.
Так и передайте ему:
ему есть о чём беспокоиться,
но меня в этом списке нет.
Спасибо за помощь.
- Да.
- Мы проверили маму Картера?
Она мертва.
Ясно.
- Чёрт.
- Что?
Он сказал, что она умерла.
Это он мне так сказал.
Ты должен отдыхать.
Я сделал только то, о чём ты просил.
Ты сказал мне выстроить образ.
Ты сказал мне стать им.
Но не проси отпустить его,
когда мы почти у цели.
Я могу делать, что захочу.
И сейчас я пытаюсь позаботиться о тебе.
Я в порядке.
Это он.
Он в ярости.
И по делу. Турки торчат ему деньги,
но они залегли на дно,
и денег ему не видать.
Да, я тоже так говорил,
когда был на твоем месте.
А мой босс твердил, что мне нужен перерыв.
Я сказал, что я в порядке.
Мол, это моя легенда дала слабину,
а не я, так что…
Не взял я перерыв.
Я снова вышел в поле
и врубился еще сильнее.
Только вот слабину дала не легенда.
А я.
Но я этого не увидел.
Потому что забыл, кто я.
А когда вспомнил,
уже потерял всё, что имел.
Вот в чём вся ирония,
когда оглядываешься назад, сынок.
Ты всегда запаздываешь.
Скажи мне,
если бы ты снова вышел туда
и занимался этим,
зная всё, что знаешь,
зная, чего это тебе стоило…
…ты бы остановился?
Нет.
Спасибо.
Я возвращаюсь к работе.
Да.
Возраст — 64 года, судимостей нет,
арендует дом у муниципалитета,
держит 500 фунтов на сберегательном счете.
- Ты ничего не пропустила.
- Надо было проверить.
Вряд ли они так уж близки.
Картер в пентхаусе, а она здесь.
Я выросла в таком месте, Бейли.
С отцом, который старался изо всех сил,
и матерью, которой было всё равно.
Мой отец пил, играл в азартные игры,
вот это всё, но он не нарушал закон
и не любил тех, кто это делал.
Вот особенность таких мест.
Не все мужчины — жулики,
и не все женщины — святые.
Вот это, блядь, позор.
Отведи меня к туркам.
Нет.
Почему нет?
Потому что с меня хватит.
Я сделал достаточно.
И ты сделал достаточно.
И теперь я дома.
- Ты тоже отправляйся домой.
- Пробовал. Не сложилось.
Это тяжело.
Стоит однажды попасть в этот мир,
из него тяжело выбраться.
Почему ты мне помогал?
Потому что м-р Блейк мне платил.
- Значит, просто за деньги?
- Потому что мистер Блейк мне платил.
То есть тебе плевать,
что сюда везут две тонны героина?
И на то, чем это может
обернуться для страны?
Думаешь, меня должна волновать Англия?
Что я должен быть благодарен Англии?
Я расскажу тебе об Англии.
Англия схватила меня
прячущимся в оливковых деревьях,
когда мне было 16 лет,
с пистолетом, который не стрелял,
и в форме, сшитой моей матерью.
Англия увезла меня в лагерь и задавала
вопросы, на которые я не ответил.
И тогда Англия раздела меня,
била меня,
жгла меня и резала,
втирала соль в раны,
связала меня и бросила
умирать на солнце, в пыли, как собаку.
Пока не пришел один человек
и не накричал на остальных,
отвел меня в тень, дал воду и…
Спас мне жизнь.
В итоге…
Я служил ему до конца войны.
Я не служил Англии.
Я служил лишь ему.
Блейк?
Мистер Блейк.
Если тебе нужна от меня последняя услуга,
ты должен понимать, мой друг,
я сделаю это за деньги,
сделаю ради мистера Блейка
и даже немного — ради тебя.
Но…
Англия?
Англия может идти на хер.
Договорились.
Я знаю, где Хакан.
Но ты не можешь пойти к нему,
пока тебе нечего ему предложить.
Иначе,
если ты пойдешь к нему,
ты не вернешься.
Скауз по вторникам, да?
Как и всегда.
Что бы ни случилось, по вторникам — скауз.
Похер на твой ужин.
От турок ничего не слышно?
Пока нет.
Они тебя грохнут. Ты это знаешь.
- Не грохнут.
- Неужели? Тогда где товар?
- В пути.
- Но ты не знаешь, где и как.
Поэтому они тебя грохнут,
как только руки дойдут.
Ты знаешь, что я сделал?
Что я построил?
Это впечатляет.
Чего ты хочешь, Деклан?
По голове тебя погладить?
Нет.
Только слабак ищет похвалы матери,
и у меня в этом доме
не будет еще одного слабака.
Твоей похвалы я до смерти ждать буду.
Могла бы признать мои достижения.
Это хоть можно?
Мы поймем, что ты сделал,
когда всё кончится.
А пока тебе светит только пожизненное
в Уолтоне или смерть в канаве.
Нет.
Я инвестирую деньги.
Отмываю их. Ищу бизнес-возможности.
Ты себя слышишь?
Не зазнавайся, Деклан.
Ты барыжишь наркотой.
- И кто виноват?
- В смысле?
- Ты сказала мне добиться чего-то в жизни.
- Я не это имела в виду!
Но и не отговаривала ведь?
Ты не отговаривала.
Я доверял
двум людям в этом мире, мам.
Осталась только ты.
Твой отец пил, потому что был слаб.
А когда я сказала ему, что он слаб,
он запил еще больше.
Но мне было плевать.
Потому что у меня был ты.
И я видела, что ты не такой.
Я видела, что ты никогда не будешь слабым.
Когда это действительно важно.
Ты далеко зашел, Деклан.
И мне всё равно, как ты этого добился.
Мне важно, чтобы ты сейчас всё не потерял.
Потому что ты важен, Деклан.
Туркам.
Но они, кажется, об этом забыли.
Так что иди к ним
и напомни этим ублюдкам.
Самое важное —
это не извинения.
Неплохое начало.
Это признание проделанной вами работы.
Привлечь Эдди — это было сильно.
И не ваша вина, что он спалился.
Найти копа,
разговорить его —
хорошая работа. А без тебя мы никуда.
В общем, я в тот раз погорячился.
На этом всё.
- И это не извинения?
- Нет.
- А похоже.
- Давайте уже за дело?
Какой расклад?
Милонас выведет меня на турок.
- Мы нашли Картера.
- А груз?
Если идут по балканскому маршруту,
то, думаю, где-то в Югославии.
И ни у турок, ни у Картера
нет рабочей схемы,
чтобы завести столько в страну.
Им придется что-то придумать.
И они не будут делиться операцией.
Не при двух тоннах.
Мы знаем, где они.
Знаем, где наркотики.
Знаем, что кто-то из них
пойдет за наркотой.
Кто зашевелится, тот и ввозит.
Ты должен был прийти один.
Я сам решаю, как приходить.
Где товар?
В пути.
Кажется, ты забыл
о том, что случилось
с твоим человеком в Глазго.
Понимаешь, у меня есть сеть.
У тебя — нет.
Я могу продать две тонны за день.
Ты продашь за год, и тебя возьмут.
И это мой товар — не меньше, чем твой.
Так что…
Говори, где он.
Югославия.
А потом?
Германия, Франция, потом паром.
Кто его ввозит?
Мы.
Нет.
Те, кто нас ведут, знают,
что в Британию
скоро придут две тонны героина.
Пару турок за рулем грузовика
остановят первыми.
Довезите до Германии.
Оттуда я сам его подхвачу.
Похоже, она не вмешивается.
Ты что делаешь?
Кто зашевелится, тот и ввозит.
Всё кончено.
При всём уважении, министр,
я сообщу вам, когда всё закончится.
Я официально прекращаю вашу операцию.
Чего бы вы ни достигли, вы представите это
как победу и свернете операцию.
Это не наше время истекло, министр.
Вы знаете, что она уходит,
я знаю, что она уходит.
Может, она тоже это понимает.
Она всё еще премьер-министр, Блейк,
а я всё еще министр внутренних дел.
Если операцию свернут сейчас,
две тонны героина окажутся в стране
в последние дни вашего правительства.
Или же вас сфотографируют
на фоне этих двух тонн, а это…
Может сыграть на руку
при выборе преемника.
Я назначил вас, Блейк.
Похоже, вы забыли, на чьей вы стороне.
Я не забыл.
Я вспомнил.
Вспомнил, что никогда не хотел
входить в этот мир, ваш мир.
Это мир без настоящей опасности,
без настоящего риска,
где слабые люди бьются за власть
и ни за что не отвечают.
Я на стороне своей команды.
Мое будущее и будущее моей команды
определит то, что произойдет
в ближайшие несколько дней.
Я принимаю эту сделку,
так как моя команда
берет на себя опасность и риски,
невообразимые в вашем мире.
И они делают это честно,
жертвуя собой,
и без амбиций: лишь хотят не пустить
две тонны наркотиков на берега Британии.
Конец близок для всех нас, министр.
Но некоторым из нас еще предстоит работа.
- Где они сейчас?
- Порт Хариджа.
Дальше паром до Гамбурга.
Там, видимо, передача.
Картер заберет и доставит груз.
Сорви передачу,
но так, чтобы они не поняли,
а я пойду к туркам
и снова возьмусь за доставку.
Нам действовать в Германии без поддержки?
Я неплохо говорю по-немецки.
Что значит «неплохо»?
Вы из МИ-6?
Что, простите?
Разведслужбы попросили нас помочь вам.
А вы прекрасно говорите по-немецки.
Значит…
Вы из МИ-6?
Нет.
Я всего лишь секретарша.
НИЖНЯЯ САКСОНИЯ, ГЕРМАНИЯ
Это они?
Да.
Сорвем всё так,
чтобы они ничего не поняли.
Добрый день.
Вам помочь, парни?
Добрый день. Есть регистрация на машину?
Чего?
Есть свидетельство о регистрации?
Я тебя не понимаю.
Какие-то проблемы?
Да. Нам нужны документы на автобус.
Вы не говорите по-немецки?
Нет, не говорю я по-немецки.
Они хотят увидеть документы на машину.
Я не знаю, как по-английски.
Мы здесь называем это «T?V».
Ничего об этом не знаю.
Ничем не могу помочь. Извини.
- Удачи.
- Ясно. Спасибо.
Ты посмотри.
У нее получилось.
Удивлен видеть тебя в Грин-Лейнс.
Мне нужны мои бабки.
Будь они у меня — отдал бы.
Но они у моего отца, а он…
Он простой человек.
Дешевле убить тебя, чем заплатить.
Дело не в твоем отце. Дело в тебе.
Мне нужны деньги на кое-что другое.
Импортно-экспортная тема.
Хорошие контракты, каналы
и владелец, который любит риск.
Я могу купить всё за копейки.
Достань денег, и можешь зайти партнером.
Ты говорил, что хочешь что-то свое.
Чистый бизнес. Ну…
Вот оно, приятель.
Если будем работать вместе, мой друг,
начинать надо сейчас.
О чём он думал?
Он увидел полицию.
Занервничал. Правильно всё сделал.
Точно, не ты же отправил
десять бабуль в Германию.
Так мы ни к чему не придем.
У нас проблема, нужно решение.
Орать вот так — явно не решение.
Где, сука, мои деньги?
Он прав, Хакан. Ему надо заплатить.
Ты так ко мне приходишь?
Я свою работу сделал. Плати.
Как он вошел? У тебя позорная охрана.
- Ты так разговариваешь с Хаканом?
- Аккуратнее с этим.
Видите?
Это не игрушки, чтобы ими размахивать.
Так что опустите стволы,
и займемся делом, а…
Потолок оплатит Гай.
Ты получишь свои деньги.
Но я не забуду, как ты их выбил.
Нет.
Ничего он не получит.
Но если ввезет наркоту в Англию,
заплатим ему вдвойне.
Чего?
Ты сказал, что турки не вариант,
а мы — что твои автобусы со старушками.
Его мы проверили. Знаем,
на что он способен. Он профессионал.
А нам нужен профессионал.
Нет.
Почему нет?
Вы же не даете мне работать по-моему.
И как ты хочешь это провернуть?
Таможня будет пасти Ла-Манш.
Я бы шел из Голландии через Северное море.
Штормит, патрулей меньше.
И в тихое место, о котором знаю только я.
Это всё, что я вам доверю.
И заплатите втройне.
Надеюсь, ты помнишь, кто я.
Да, ты тип под колпаком Таможни,
лучший друг у тебя — стукач,
этот поц выглядит так,
будто вчера родился,
а две тонны гера зависли в Германии.
- Откуда ты знаешь, что это Таможня?
- Чего?
Откуда ты знаешь, что это Таможня
следит за нами?
Мы пытаемся доставить наркотики в Англию.
Работа Таможни —
не пускать наркотики в Англию.
Если за тобой следят, вопрос не в том,
откуда я знаю, что это Таможня,
а какого хрена ты сам не понял,
что это Таможня?
Если я хоть на секунду заподозрю,
что ты думаешь нас кидануть…
…я тебя прикончу.
Да, мог бы и не договаривать.
Милонас остается с нами.
Если потеряешь наркоту,
то потеряешь Милонаса.
Договорились.
А теперь
отправляйся, мой друг.
Возьмем катер Береговой охраны
и перекрасим.
- Понадобится вспомогательный борт.
- А экипаж?
Пит вроде вернулся с Мальты.
Он решит, мы стебемся…
Нас расформировали.
Можете закрыть хвосты,
а я приму на себя то, что это хвост.
Но никого больше подключать нельзя
и никаких новых одолжений.
Всё, что осталось сделать,
делаете только вы.
Конечно, только мы.
Мы ведь расходный материал.
Ничего подобного.
Министр внутренних дел.
Он хотя бы знает наши имена?
Если ваше начальство такого мнения о нас,
на кой хер мы этим всем занимаемся?
- Потому что это ваша работа.
- Не совсем ведь.
По контракту мне положено
9000 фунтов в год и 21 день отпуска.
Ни слова о том, что тебя подстрелят.
Сильверпит.
В 100 км от Халла.
Лучшие места для рыбалки в Северном море.
В моём детстве в Халле
был крупнейший тресковый флот в мире.
А у моего деда была лодка.
И дед любил выпить.
В общем,
с лодкой я справлюсь.
Текущие координаты:
широта — 5-1 градус, 4-5 минут северной.
Долгота — ноль-ноль-два,
3-1 минуты на восток.
Ожидаемый выход к берегу —
в 1700 часов. Конец связи.
Скорее, в 1830.
И ты не особо держишь курс, Дональд.
Да, подзаржавел слегка.
Береговая охрана передала отчет о погоде.
Я не всё поняла,
но то, что поняла, меня не порадовало.
Давай сначала доберемся до Голландии,
а о погоде подумаем потом.
У него нет друзей.
Чего?
У меня по легенде нет друзей.
Верю.
Вот такое у меня оправдание
за то, как я себя вел с тобой.
Ты делаешь, что делаешь, чтобы выжить.
Я понимаю.
Сам давно этим занимаюсь.
Откуда ты?
Баттерси.
Я жил по ту сторону реки.
Сэндс-Энд, Эмертон-роуд.
Да?
Наверное, хорошо, что мы тогда
не встретились. Я был злым пацаном.
Я тоже.
А сейчас оба на спокойном.
Да уж.
Эта работа вытаскивает из тебя худшее.
И самое лучшее.
Да.
ЗЕЛАНДИЯ, НИДЕРЛАНДЫ
- Азиз, всё загрузили.
- Хорошо.
Встретитесь тут в Лондоне через два дня.
Если тебя не будет, Милонас — покойник.
А если мы задержимся?
Погода-то портится.
Мой друг, мне было непросто
согласовать всё это.
Если бы решал Хакан,
Милонас уже был бы мертв.
После этого всё будет иначе.
Да.
Будет.
Это рыболовное судно «Альба Спирит».
Как слышно? Прием.
Четко и ясно.
Слушаю, «Альба Спирит». Прием.
Мы сошли с курса. Условия ухудшаются.
Можете продиктовать свои координаты?
Приблизительно четыре-ноль морских миль
к востоку от мыса Дебен.
Не может быть.
Видимость падает.
Свяжитесь с береговой охраной.
- Им понадобятся ваши координаты.
- Алло?
- Слышу вас. Можете повторить?
- Алло?
- Корпус затоплен.
- Дон!
- Дон? Как слышно?
- Что будем делать, Дон?
Дон, повтори координаты, пожалуйста.
- Пожалуйста! Дон!
- Спускайте плоты!
Пока ничего, сэр.
Спасибо.
Я проверю координаты.
Может, я дала неверный район поиска.
Они делают свою работу.
Это наша работа.
Защищать границу.
Если море неспокойное,
мы принимаем риск
и всё равно выходим в море.
Они делают свою работу.
Я послал их именно за этим.
Это моя ответственность и ничья больше.
И уж точно не твоя.
Их найдут?
Безусловно.
Если мы умрем, объявят, чем мы занимались?
Нет.
Значит, мы делаем эту работу
со всеми ее рисками,
а если умрем на службе,
никто не узнает, что мы вообще это делали?
Двенадцать лет назад
я работал под прикрытием
в полиции Манчестера.
Футбольные хулиганы. Как два пальца.
Глубоко внедрился,
втерся в банду и всех пересадил.
Пару лет спустя моя дочь захотела на пляж,
и я повез ее в Блэкпул.
Праздничный день,
народу полно.
Я даже не увидел его.
Того, кто это сделал.
Вдруг…
Меня ударили ножом в спину,
пока я стоял за мороженым.
Задело артерию и…
Я чуть не истек кровью прямо там.
На глазах у дочери.
Я еще лежал в больнице,
когда пришли документы на развод.
Это не работа. Это навсегда.
Это всю жизнь оглядываться через плечо.
Когда думаешь, что опасность миновала,
понимаешь, что она никуда не делась, ведь…
Опасность никогда не уходит.
А легенды не умирают.
Похоже, ты прав.
На связи «Виджиланс»,
Береговая охрана Ее Величества. Прием.
Слушаю. Прием.
С вами кое-кто хочет поговорить.
Кто там?
Это я и мистер Блейк.
Хорошо. Лишний раз звонить не придется.
Итак. Мне нужен фургон
и вооруженная поддержка.
Забыли про МВД. Идем напрямую в Мет.
Надеюсь, вы все живы, Дон?
Да. То есть…
Я не считал, но, кажется, все здесь.
И Эрин попала в точку с координатами, сэр,
так что вините ее в том, что мы выбрались.
Мы спасли груз, передача завтра в Лондоне.
Теперь…
Надо довести дело до конца.
Что-нибудь видно?
Нет. Судя по всему, есть другой вход.
Они выбрали это место,
а мы не понимаем почему?
Сосредоточься.
Заходишь туда,
разводишь их на разговор и убираешься.
Проще простого.
Просто нам никогда не было.
Я пойду без наушника.
- Слишком заметно.
- Тогда не узнаешь, что творится снаружи.
Снаружи — не главная проблема.
Послушай. Вот и всё. Это конец.
Для тебя и для него.
Так что выложи всё, что в тебе осталось,
потому что что бы ни случилось,
он останется там.
Только выберись сам оттуда.
Надеюсь, у вас есть план.
Здесь две тонны героина, что вы привезли.
Если плана у вас нет,
мы все получим по 20 лет.
О нашем плане не волнуйся.
Смотри, чтобы там было две тонны, ясно?
Или я найду тебя.
Не продавайте чистым. Всех угробите.
Не переживай. Разбодяжим.
Слабый опиум для слабых людей.
Заплати ему.
Молодец, друг мой.
Фургон оставьте себе, но его я заберу.
Хорошо.
Сначала уедем мы, потом уедешь ты.
В чём дело?
Идем.
ПОЖАРНЫЙ ВЫХОД
- Крыша.
- Они уходят через крышу.
Молодец, мой друг.
Всё кончено.
Они нас убьют.
Вперед.
Рад снова тебя видеть.
Легковата.
- Назад.
- Вы гоните. Где мои бабки?
- Ты глухой?
- Друг, это просто бизнес.
На, пересчитай. И скажи, что всё ровно.
- Я сказал, не подходи!
- Спокойно. Всё нормально.
Последний шанс!
Вооруженная полиция! Стоять!
Не двигаться!
Ни с места!
- Не двигаться!
- Руки вверх!
Молчать!
Этого я забираю.
Убери руки, придурок. Иду же.
Что я говорил?
Вы просто кучка сраных дилетантов!
Господи.
Хер ли ты лыбишься?
Ты.
Я.
Больше никогда не звони мне, мой друг.
Ты слишком опасен для меня.
Если я вдруг снова тебе позвоню,
значит, всё очень плохо.
Мне надо спрятаться.
Укрытие.
Конечно. Пожалуйста.
Ты не помнишь меня, Хакан?
Не волнуйся. Я знаю, кто ты.
Аллах тебе в помощь.
Вооруженная полиция!
Алло?
Мы его взяли.
Видимо, я уже не вернусь.
Где ты?
Еще увидимся.
Пап! Скорее!
Иду.
- Министр!
- Министр!
Посмотрите сюда, сэр! Спасибо.
- Наклонитесь немного, сэр.
- Чуть вперед.
Наклонитесь вперед. Вот.
Мотор!
Вы не останетесь в тени навсегда.
Такое достижение,
такая история,
однажды станет известной.
Но пока…
Я благодарю вас.
Британия благодарит вас.
Надеюсь, ещё встретимся.
- Дон, добавишь чего?
- Конечно.
Отпуск, накопленный во время операции,
используем в текущем году.
Все командировочные расходы
представить до 28-го.
По расходам свыше пяти фунтов
требуется чек.
Вы вернетесь к прежним обязанностям,
но ваше повышение рассмотрят
на полгода раньше положенного графика.
А в остальном — снова нормальная жизнь.
Что бы это ни значило.
В понедельник на работу.
Пока снова не понадобимся.
Если снова понадобимся.
А, да. Молодцы.
И… счастливого пути домой.
Мы идем выпить.
- Но без него.
- Да, маловероятно.
Мне нужно домой, но…
В другой раз.
Надеюсь.
Эй.
Мы это сделали.
Да, приятель.
Сделали.
А кто угощает?
Может, проведем как расходы?
Тебе понравилось.
Ничего подобного.
Дамы и господа,
мы в последний раз покидаем Даунинг-стрит
после одиннадцати с половиной
замечательных лет,
и мы счастливы,
что оставляем Великобританию
в несравненно лучшем состоянии,
чем когда мы пришли сюда
одиннадцать с половиной лет назад.
Это были поистине…
…такую поддержку. И позвольте также
выразить благодарность всем тем, кто…
Всё кончено.
Я вернулся.
Ты уверен?
Да.
Это я.
Просто я.
Папуля!
В 1990-Х ГОДАХ
СЛЕДОВАТЕЛИ ТАМОЖЕННОЙ СЛУЖБЫ
ЕЕ ВЕЛИЧЕСТВА, РАБОТАВШИЕ ПОД ПРИКРЫТИЕМ,
ПОМОГЛИ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫМ ОРГАНАМ
БРИТАНИИ ИЗЪЯТЬ БОЛЕЕ 12 ТОНН ГЕРОИНА
РЫНОЧНОЙ СТОИМОСТЬЮ
БОЛЕЕ ОДНОГО МИЛЛИАРДА ФУНТОВ.
ЭТО БЫЛО ДОСТИГНУТО
С ЛИШЬ МАЛОЙ ЧАСТЬЮ ПОДГОТОВКИ И РЕСУРСОВ
ИХ ЗАРУБЕЖНЫХ КОЛЛЕГ
И ПРИ ПОЧТИ ПОЛНОМ НЕВЕДЕНИИ
ОБЩЕСТВЕННОСТИ ОБ ИХ РАБОТЕ
ДО НАСТОЯЩЕГО МОМЕНТА.
 

////////////////////////////