Последняя сделка (2026 год). Цитаты и фразы из фильма

One Last Deal (2026)

Футбольный агент Джимми Бэнкс пытается обеспечить последний крупный гонорар своему клиенту-суперзвезде.

Все фразы и цитаты

Если вы думали, что вчера
было жарко, то погодите,
вот что покажет термометр сегодня.
Вы готовы? В Лондоне будет 40 градусов.
40 градусов! Вы меня правильно расслышали.
Сегодня у нас будет
жарче, чем во всей Испании.
Так что пейте воду, надувайте бассейны
или сидите перед открытым
холодильником, если надо.
В общем, старайтесь не перегреться.
«Счастье» я чувствую в конце массажа.
А я хочу быть охренительно счастливым.
Я тут потею, как принц в «Pizza Express».
Ой, иди ты. Ладно, дайте минуту.
Перехожу на громкую.
Так, я вернулся.
Слышите меня? — Слышим, Джеймс.
Ты прочитал?
Прочитал?
Даю пять минут, чтобы прислать
нормальное, блять, предложение.
«Это хорошая сделка для
Мэттью в его положении».
Ты сказал, я буду счастлив.
Я, блять, счастлив выгляжу?
Ты пользуешься ситуацией,
чтобы дать ему меньше. —
«Предложение было бы таким же
при любом его юридическом
положении». — Хуйня.
И что за херня с запретом на алкоголь?
Что ему пить, когда он
выиграет Премьер-лигу?
Бузинный сок? — «Именно этого мы и ждём».
«Мы платим ему за футбол,
а не за клубы и Кристалл».
Ну, отклонено. Дашь ещё сотню в неделю —
может, и подумаем. Вы платите
правому защитнику больше.
Ебаному правому защитнику!
А у того мудилы две левые ноги.
Мэтт Грэвиш был лучшим бомбардиром
Премьер-лиги в прошлом сезоне.
Будете платить ему
столько, сколько он стоит.
«Первое: то, что ты сказал, — наглая ложь.
Второе: ты обязан передать это
предложение своему клиенту».
Что это значит? Вы говорили
с ним за моей спиной?
«Это значит: отнеси ему предложение
и перезвони мне».
Ебаный американский придурок.
Какого хрена я покупаю кофе без кофеина?
А, вот ты где, ублюдок.
«Вскоре после перерыва забит второй гол,
а следом и третий. Очень красивый удар.
Это второй хет-трик Джерома Свита подряд
в этой уверенной победе. Какую
потрясающую предсезонку он проводит.
Такое чувство, что
летнего перерыва и не было:
посмотрите, как он ворвался.
На позиции вингера он второй
бомбардир в Премьер-лиге».
Йо, Джимми.
Извини, что не смогу потом.
Пытаюсь уладить твой контракт.
«Нормально, старина. Как успехи?»
Клуб сделал предложение. — «Хорошее, да?»
Оно хорошее, но ты стоишь, блять,
намного больше, так что я его отклоню.
«И сколько это „хорошее“?»
Двести штук в неделю. — «Да
это просто охуеть какое хорошее».
Не для тебя. — «Это в четыре
раза больше моего нынешнего».
И там есть условия.
«Условия?» — Никакого алкоголя год.
«Я справлюсь».
И, само собой, если сегодня признают
виновным, предложение аннулируют.
«Я это, блять, ожидал». — Так
что я пойду на 300 в неделю.
«Нет. Соглашайся».
Ты че, блять, шутишь?
Мы за 15 лет ни разу не брали
первое предложение. — «Соглашайся».
Мы не брали первое предложение,
когда ты играл за 50 фунтов в неделю.
«Соглашайся на сделку,
блять». — Не соглашусь.
Я знаю, могу выбить больше. —
«Мне не нужно больше или лучше.
Мне нужно хоть что-то.
То, чего можно ждать.
Мне нужна сделка. Понял?»
Ладно-ладно, успокойся.
Я соглашаюсь.
«Спасибо, Джимми. Эм...»
«Спасибо, что был со
мной во всей этой фигне, а?»
Да. Всегда пожалуйста.
«Договорились, старик».
Потом созвонимся.
«Привет, Джеймс». — Ответ: иди ты на хуй.
«Он так и сказал?» — Не
совсем. Он сказал «нет».
Я изменил на «иди на хуй»,
чтобы звучало пожестче.
«Ты совершаешь ошибку».
— Я совершаю ошибку?
Ты уверен?
Ты ставишь на то, что
никто не захочет моего парня
из-за этих дурацких
обвинений. Я скажу тебе вот что.
Ко мне обратились
шесть клубов с континента.
Хочешь знать, почему?
Потому что он невиновен.
И сегодня ему дадут свободу.
А в следующем сезоне он подпишет
с одним из европейских клубов,
потому что обожает хорошую еду,
солнце и пляжи с голыми сиськами.
А потом он будет забивать тебе голы
в Лиге чемпионов на твоём же поле.
Это прибавит тебе
популярности среди фанатов, Нед?
«Тебе ещё повезло, что ты
вообще разговариваешь со мной».
Да мы разговариваем,
потому что он мой клиент.
«Твой единственный».
Тот факт, что ты переходишь
на личности, говорит,
что твои яйца крепко зажаты в
моих тисках, так что я подтяну гайки
и скажу: я звоню в «Барселону».
«Сколько?» — 350 за неделю.
«300». — По рукам.
«Ты прочитал главное условие?»
Да, похер. — «Так лучше для всех нас.
Я пришлю контракт. Пусть
подпишет, если он свободный человек».
Пришли Бобу. Терпеть не могу эту волокиту.
«За все мои годы в управлении футболом
я не встречал такого сквернословящего
непрофессионального агента».
А мы это называем
футболом, ебаный ты придурок.
И вот так ведут переговоры.
Мать твою!
Не парьтесь, парни.
Бывали времена и похуже.
Но Джимми Бэнкс...
...вернулся.
О, начинается.
Наконец-то нормальное телевидение.
Я же говорил им —
только не с левой стороны.
«Ты уже заклеймил его как насильника
и, я цитирую: "отвратительный
человек" ещё до вердикта.
Так спрошу я: когда это законы стали
неравными для мужчин и женщин?
Была бы эта же травля, если бы
пола были противоположными?
Я не уверен».
Отличный, блять, ответ.
«Моника Робертс». — Это Джимми Бэнкс.
О, привет, Джимми. Ты
только что видел себя по телику
и звонишь снова
жаловаться на левую сторону?
Я даже не заметил, детка. — «Ладно».
Слушай, у меня для тебя
новость, но нельзя разглашать
до вердикта. — «А именно?»
Это услуга за услугу.
«Нет-нет. Ты мне должен
за переход Джексона».
Иди ты. Ты рассказала только
после того, как он приземлился.
Так что это стоит в десять раз больше.
«Ну рассказывай, я оценю».
Знаешь что? Забудь.
Я позвоню на Би-би-си. Удачного дня.
«Давай».
Мэтт Грэвиш, пятилетний контракт,
в шесть раз больше нынешней зарплаты.
Он добавил пункт о запрете алкоголя,
потому что настроен серьёзно
восстановить репутацию.
Он не хочет больше никогда
подвергать ни себя, ни семью,
ни клуб, ни фанатов чему-то подобному.
«А если его признают виновным?»
Он не виновен. — «А если всё же?»
Тогда сделка отменяется. —
«Я это могу использовать».
Выпустишь новость после «не виновен».
Опубликуй раньше клуба. Будет забавно.
«Спасибо, Джимми». — Помни:
ты мне должна услугу. — «Заметано».
Умница.
А, вот ты где, маленький засранец.
# Кладёшь лайм в кокос,
запиваешь это дерьмо #
# Кладёшь лайм в кокос,
запиваешь это дерьмо #
# Кладёшь лайм в кокос, всё до дна #
# Лайм в кокосе, заливайся дерьмом #
# Кладёшь лайм в кокос,
запивай это дерьмо... #
Алло? — «Привет, Джимми».
Можешь называть меня папой. — «Я знаю».
Как ты? — «Ой, дел полно».
Естественно. Ты уже открыл...?
Как его...? — «Художественную галерею?»
Вот именно.
«Она уже три месяца как открыта».
Вот чёрт. Правда? Оу.
Ну, молодец. — «Ага.
Мог бы зайти, взглянуть». — Ну...
это не моё, понимаешь?
«Угу».
Знаешь, люди мажут краску на холст,
пытаются впарить какому-то придурку,
который думает, что
понимает замысел художника.
Хочешь знать, что на
самом деле думает художник?
«Я уверен, ты сейчас
расскажешь». — Он думает:
«Как бы мне продать этот намазанный краской
холст какому-нибудь богатому придурку?»
«А, понятно-понятно».
Извини, это шутка.
Просто это не моя тусовка.
«Что верно, то верно».
О...
Это приятно, да?
«Что именно?» — То, что ты звонишь.
«Я звоню». — Нет, не звонишь.
«Да, звоню». — И я думаю,
что случилось что-то неладное.
«Нет, всё хорошо.
Я звонила узнать, не хочешь
ли ты поужинать со мной».
Правда? А зачем?
На день рождения.
А, ну конечно. Это же одиннадцатого, да?
«Да». — Извини. Прости, ради бога.
С днём рождения.
«Да, спасибо. Ничего,
отпразднуешь сегодня».
Ой, сегодня не могу. Сегодня ну никак.
Обещал Мэтту встретиться.
Мы отметим вердикт.
«А если его признают
виновным?» — Он, блять, не виновен.
Понятно? Ты сколько его знаешь?
Больше десяти лет, с самого детства.
Он хороший парень. Он
никогда бы не совершил такого.
«Иногда люди не такие, какими кажутся».
А я знаю людей, потому
что это моё дело, и я...
«"Лучший в своём деле". Ага».
«...»
Может, завтра вечером? Я кое-что перенесу.
«Да, я могу. Эм, встретимся в галерее?»
Эм, встретимся в галерее? — Лады.
Во сколько закрывается? — «В семь».
Я буду там в 7:05.
«Упрямый». — Какой адрес?
«Ренстоун-роуд, 57, Челси». — Ого, круто.
«Ага».
Так, до завтра. — «Ой, подожди.
Эм, есть кое-что ещё».
Давай.
«Надо поговорить о маме».
И с какой стати?
«Дело в доме. Его признали аварийным.
Нужен ремонт, а у неё нет денег».
У неё нет денег?
Я плачу ей кучу денег каждый месяц.
«Да, но там невозможно жить.
Ей нужен крупный аванс строителям».
Теперь это её дом. Она
хотела — она получила.
Так что меня это не касается.
«Ты же должен знать, в каком он состоянии».
Я там не жил много
лет. Не знаю, что сказать.
«Да, и она считает, что
ты спрятал от неё деньги».
Это полный, блять, абсурд.
«Та сделка в Польше?»
Что с ней? — «Она думает,
ты на этом заработал».
Мои финансы, включая эту сделку,
были проанализированы её, блять, адвокатами
до последней копейки.
Знаешь, чего она добивается? Поссорить нас,
потому что у нас с тобой
наладились отношения. Вот и всё.
«Ты что-то прятал?» — Нет!
«Нет?» — Да нет же!
«Слушай, я дал всё, что мог,
но почти всё завязано в бизнесе.
У меня вообще нет
свободных денег, так что я...»
«Да ладно тебе. Ну пожалуйста?»
Так и быть, сделаю для тебя, позвоню ей.
«Ой, спасибо, Джимми».
Но ты мне тоже сделаешь услугу.
«Телефон Джерома?» — Откуда ты знаешь?
«Ты всегда просишь,
когда открывается окно».
Потому что я могу вывести
его на новый уровень.
«Он не хочет твоей
помощи». — Тогда давай так.
Я приду завтра без десяти семь.
Ты достанешь свои лучшие работы,
и я куплю что-нибудь, что мне понравится.
«О, у тебя, оказывается, есть деньги?»
Немного есть, на чёрный день.
«Ага, конечно».
«Так ты поможешь маме?»
Да, конечно помогу.
«Привет, Джеймс. Важный для нас
денёк. Я только что получил контракт».
Я только что говорил со Стефани,
и Алисия рассказала ей о деньгах из Польши.
«Что? И что именно она сказала?»
Ну, что я на этом заработал.
«Невозможно. Алисия ничего не
знает. Она просто догадывается.
Она просто в бешенстве,
потому что дом, который она
получила, ничего не стоит».
То есть всё спрятано? Неотслеживаемо?
«Мы провели деньги через
несколько криптосчетов
и храним их в швейцарском банке».
А бухгалтерские книги?
«Джеймс, успокойся.
Бухгалтерия закрыта.
А теперь к вопросу, который тебя касается.
Контракт полностью готов,
Мэттью может подписывать».
Отлично.
«Ну что, празднуем сегодня вечером?»
Ален Дюкасс, в семь.
«О, Dorchester! Мне нравится.
Хотя в прошлый раз
у них кончилось вино Chateau
Leoville Poyferre 96 года.
Оно должно было подаваться к
ягнёнку. Было крайне досадно».
Что поделать, беда
богатых, а, Боб? Бедняга ты.
«Да уж, беда богатых, дружище. Именно так».
До вечера.
«Алло?» — Джером. Джимми Бэнкс.
«Кто? Извините, кто это?» — Джимми Бэнкс.
«О, мистер Бэнкс. Давно
не видели. Как жизнь?»
Да нормально, сынок. Всегда
нормально. Ты не вовремя?
«На базе еду, братан».
Тренировка? Усердно работают, да?
«Да, мужик. Быстро
зарядку и всё, потом в кайф».
Абсолютно. Слушай, травмы тебе не нужны.
Тем более после вчерашних голов.
«Могло быть больше». — Да не парься.
Что такое предсезонка? Сгонять
жирок после летних вечеринок.
Но к первому матчу нужно набрать форму.
Ты... Ты всё ещё на
этом старом убогом Volvo?
«Конечно. Volvo — тачка огонь, мужик».
Да брось. Выглядит как
ёбаный танк Первой мировой.
«Именно. Врежусь — не придётся
валяться на операционном столе».
Это разумно. Очень разумно.
Но ты звезда Премьер-лиги.
Ты не можешь ездить на этой куче дерьма.
Я играю в гольф с владельцем
Porsche Centre в Ист-Лондоне.
Я ему позвоню. Он тебя быстро обслужит.
«Знаете, мистер Бэнкс, с уважением,
я не помню, чтобы давал вам свой номер».
Ну, Джером, это не остановит
такого человека, как я.
«Я же сказал Стеф не
давать тебе мой номер».
И она уважила твою просьбу,
потому что я достал его от другого.
«Я правда не могу с тобой
говорить. Если Брюс узнает...»
Какой смысл портить дружеский разговор
упоминанием его имени?
Что он для тебя сделал в
это трансферное окно, а?
Ты должен играть в Лиге чемпионов, парень.
Ты не должен воевать за выживание.
«Попридержи коней, братан. Брюс
обо мне заботится. Я не ухожу».
Да, ну, Джером, просто
выслушай меня минутку.
«Я подъезжаю к базе». —
Да-да. Нет, Джером, Джером.
Джером, Джером. Я знаю, что у
нас с тобой не сложилось тогда.
Я совершил ошибки, но я хочу всё исправить.
Что скажешь, если я позже соединю тебя
со спортивным директором
мадридского клуба, Роберто Санчесом?
«Ты его знаешь?» — Ещё бы.
Каждое лето живу у него на
вилле. Я научил этого мудилу грилю.
«Ага, я с ним поговорю. Поговорю».
Хороший мальчик.
«Лады. Спокойно, мужик». — Да, спокойно.
Ц-ц-ц-ц-ц.
Ой, иди ты.
А это ещё кто, блять?
«Это тот, кто может решать,
как пройдёт остаток твоей жизни».
И что это, блять, значит?
«Это значит, что у меня кое-что есть,
что может повлиять на всю твою жизнь».
Ты думаешь, ты первый, кто мне угрожает,
звонит со своим дерьмовым
голосом Дарта Вейдера?
Что, хочешь, чтобы я испугался?
Знаешь что? Иди в жопу.
«Я высылаю тебе имейл, Джимми Бэнкс.
Советую прочитать».
Ебаный псих.
«Hola, Jimmy». — Hola, Roberto.
«Como estas?» — «Muy bien. Y tu?»
«Todo bien. Я знаю, ты
использовал весь свой испанский,
так что перейдём на
английский». — Очень признателен.
«У тебя всё в порядке после реабилитации?»
Я больше не нюхаю кокс на завтрак,
так что да, наверное, я вылечился.
Я бы с удовольствием
поговорил о моём возрождении,
но у меня мало времени.
Что скажешь на два слова:
Джером Свит?
«Молодой перспективный игрок».
Заинтересован? — «Он хочет переходить?»
Ну, он сам пока не знает,
но хочешь перекинуться
парой слов? — «Конечно».
Окей, сейчас я его подключу.
Роберто, подожди пару минут.
«Окей».
Что это за херня?
«Я задал тебе вопрос!»
Нет-нет, не вздумай сейчас это выключать.
Я сказал, стой и отвечай,
когда я спрашиваю.
Зачем ты надела это платье?
«Я...» — Это не ответ.
Я знаю, что его тебе подарил
бывший. Ты скучаешь по нему?
Трахаешься с ним? А?
«...»
Мэтт, какого хрена, мужик?
Да, и что это такое?
«Это называется шантаж.
Дашь мне то, что я
хочу, и записи исчезнут».
Записи? — «Их несколько.
Поверь, эта была детской
по сравнению с остальными».
Что ты хочешь?
«Два миллиона фунтов».
Ты, блять, шутишь? — «Без шуток».
И где я возьму два миллиона?
«Мне без разницы».
Так у меня их нет.
«Найди».
Я выйду в сад и сорву с
ёбаного денежного дерева.
«Я перезвоню через два часа.
Если ты не готов платить,
то эти записи станут
достоянием общественности».
Да-да, подожди минуту.
Ох.
«Джимми!»
Какой-то ёбаный мудила
только что прислал мне
запись, где Мэтт кого-то бьёт
и, э... — «Погоди. Мэтт Грэвиш?»
Да. — «Откуда ты знаешь, что это он?»
Потому что это его ёбаный
голос. Откуда же ещё?
«Окей, успокойся.
Записи из материалов
дела?» — Не знаю. Наверное.
«Но присяжные ещё совещаются».
Ты же понимаешь, если это
выплывет, его контракт аннулируют.
Как это случилось? Я думал,
его телефон был чистым.
«Так и было!» — Очевидно, нет.
«Не знаю, что сказать».
Дай её номер. — «Нет! Нет-нет. Нет».
Давай аварийный номер.
«Я не могу позволить тебе
звонить ей». — Не парься.
У меня есть одноразовый телефон.
Его не отследить. — «Прости, это может...»
Давай этот ёбаный номер,
или я позвоню Кэти и расскажу,
что когда ты работаешь допоздна,
твоя двадцатилетняя
секретарша сосёт твой член.
Ты умеешь быть мудаком, когда захочешь.
«Номер!»
«Сейчас найду! Господи.
077860 3698 блять 7».
Бля.
Бля.
Алло? — «Кто это?»
Джимми Бэнкс.
Зачем ты звонишь?
Это инспектор... — «Не
называй моё имя, идиот.
Теперь отвечай».
Есть проблема. — «Какого рода?»
Мне прислали запись разговора Мэтта,
которую вы должны были стереть.
«Невозможно. Всё компрометирующее удалили
и скрыли от обвинения». — Очевидно, нет.
«Не говори мне, что я чего-то не
сделал, когда я говорю, что сделал».
Мне прислали запись, где Мэтт бьёт девушку.
«И?»
Они требуют деньги. Меня шантажируют.
«Не вижу, как это меня касается».
Меня шантажируют с помощью
записей, которые вы пропустили.
Я заплатил вам много денег,
и ожидаю услугу, которую вы гарантировали.
Вы меня понимаете?
«Пришли их мне. Адрес вышлю».
Так.
Приступим.
«Hola, Jimmy».
Роберто. Извини, что-то случилось.
«No pasa nada. Ничего».
Так, сейчас подключу Джерома.
«Ага?» — Джером? Джимми Бэнкс.
Ты можешь говорить?
— «Да не уверен, братан.
Меня это немного напрягает».
Я тут человека хочу дать,
с которым ты пообщаешься.
«Ага».
Роберто? Ты в эфире.
«Hola, Jerome. Говорит Роберто
Санчес, спортивный директор "Мадрида"».
«Братан, вот это круто.
Я не знал, что он и
правда тебя знает, бро».
«Конечно. Давние друзья.
Мы как раз говорили, и он упомянул тебя.
Я просто хочу сказать, что
ты фантастический футболист.
Мне нравится смотреть твою игру, и я знаю,
жители Мадрида тоже были бы
рады». — Серьёзно? Вот это круто.
«Спасибо большое».
«Я отключусь, чтобы вы
поговорили с Джеймсом.
Надеюсь скоро поговорить с тобой».
«Лады, круто, мистер Санчес».
«Adios». — Adios, Roberto.
Ты здесь, парень? — «Да, бро.
Где ты?» — «На базе».
«Где именно?» — «В процедурном кабинете».
Ты один? — «Да, братан.
Физио вышла за кофе».
Хорошо. Вот как я работаю.
Итак, хочешь играть за 13-кратных
победителей Лиги чемпионов
в месте, где солнце светит 350 дней в году?
Это был не риторический вопрос.
— «То есть кто ж не захочет?»
Конечно, хочешь. Так вот, если
хочешь там играть, я твой человек.
У меня было много дел с «Мадридом».
Я лично знаю Кристи. Я знаю,
что могу устроить эту сделку.
«Братан, но... всё, что было между нами,
а теперь ты вдруг
звонишь насчёт "Мадрида"».
Послушай меня, парень.
Не верь всему, что пишут в газетах.
Согласен, я сошёл с рельсов, но я вернулся.
И я тот же убийца, каким и был.
«Слушай, мужик, Брюс не
думает, что мне стоит уходить.
Он говорит, ещё пару
сезонов тут, слушать тренера,
может, потом "Ливерпуль" или "Челси"...»
— «Ливерпуль» не будет с ним иметь дела
после прошлогоднего
фиаско. Они не возьмут трубку.
Хочешь в «Ливерпуль»? Я
сейчас позвоню Джону Генри.
Мы с ним как сиамские близнецы.
Прошлым летом жил на его
суперъяхте. Я научил его сапсерфингу.
«Не-не-не, стоп. Не надо.
Я хочу в "Мадрид", мужик».
Хорошо. Теперь следующий вопрос.
Сколько получаешь в неделю? 25?
15. — Да ладно. И всё?
«Брюс не хочет, чтобы у
меня деньги вскружили голову».
Знаешь, что вскружит голову? Получать мало.
Я считаю, ты стоишь около
100 в неделю. Так что давай 115.
«Ты чего?»
115 тысяч евро в неделю.
Я добавил 15 из-за курса обмена.
«Нет, аморально. Мне
не нужно столько бабла».
Никому не нужно. Но карьера короткая.
Зарабатывай, пока можешь.
Никогда не знаешь, когда конец.
«А сумма трансфера?» — Не волнуйся.
Это уже я, Роберто и Кристи решим.
«Брюс думает, что большая
сумма создаст давление».
Пошёл Брюс. Извини, Джером.
Так какие у тебя контрактные
обязательства с ним? — «Контрактные?»
Ну, нам нужно найти
лазейку в твоём контракте.
Мой адвокат, хоть он и высокомерный хлыщ,
просто дьявол в уничтожении контрактов.
«Я ничего не подписывал».
В смысле? — «Так, ударили по рукам».
Что? — «Мы ударили по рукам».
Стоп-стоп. Дай уточнить.
Ты хочешь сказать, что не
подписывал с ним контракт?
«Нет».
Что ж, если хочешь, чтобы
я провернул эту сделку,
тебе придётся прийти и подписать
со мной стандартный договор о
представительстве. — «Лады, круто, братан».
У меня есть несколько в
офисе. Давай подъезжай.
Я пришлю адрес. — «Скоро буду».
Ёбаное рукопожатие.
Давай, говори.
«Эту аудиозапись я раньше не слышал».
То есть это не из дела? — «Нет».
Откуда же она?
«Скорее всего, твой парень занимался
этим и раньше. Меня бы не удивило».
Он сказал, что нет.
«Ну, ко лжи можно
добавить и это». — Я ему верю.
«Ты бы верил, если бы он
не приносил тебе деньги?»
Ладно, что мне делать?
— «Сколько они хотят?»
Два миллиона. И есть ещё
записи. Похоже, там похуже.
«Это не моя проблема».
Ты так говоришь, но если это выплывет,
может начаться расследование,
которое приведёт к тебе.
«О, ты мне угрожаешь?»
— Я просто доказываю.
Это может быть кошмаром для всех нас.
«Моя помощь будет стоить денег».
Сколько?
«Если я спасу тебе два
миллиона, я хочу 10 процентов».
По рукам. — «Я найму
техника, он вскроет этот адрес.
Он должен это сделать». — Хорошо.
«И, Джимми, если моё имя сорвётся
с твоих губ, я, блять, убью тебя».
Ясно.
Ебаные испанцы и их сиеста.
Давай.
Пунктуально.
«У нас сделка?»
Это много денег, так что я просто смотрю,
смогу ли их достать, понимаешь?
«Я перезвоню через десять минут.
Если не будет денег, это станет
достоянием общественности».
«Я с тобой разговариваю».
«Эй. Не уходи от меня».
Ох. Чёрт возьми.
Ебаный ад.
«Я не хотел этого делать.
Ты в порядке?»
«Можешь вставать».
«Вставай!»
«Ты ведёшь себя, будто провёл со
мной 12 раундов. Был только один.
Давай помогу встать и
остановим кровотечение, а?»
«Вот. Приложи это».
«Знаешь, как я схожу за новой косметикой
в твой любимый модный магазин?
А? Звучит неплохо?»
«Hola, Jimmy. Какие новости?»
Роберто, где ты был? Надо
провернуть этот трансфер.
«Tranquilo, my friend». — Парень готов.
«Хорошая новость». —
Сколько у тебя полномочий?
«Полные». — Хорошо.
Надо провернуть сегодня,
пока саудовцы не начали
крутиться. Они могут его соблазнить.
«Какие у тебя отношения с мисс Броди?»
Она не ненавидит меня, как
большинство других клубов. — «Ха-ха».
У нас было пару сделок,
они всегда проходили гладко,
так что, э...
Что я скажу:
не пытайся её грубо принудить.
Она никому спуску не даёт.
«Сколько, думаешь?»
Думаю, 100 миллионов — идеальная сделка.
«А твои комиссионные, Джеймс.
Мы всегда платили тебе 4 процента,
но из-за размера этой сделки
я бы хотел, чтобы ты согласился на 3».
Что ж, для тебя, Роберто, и
только потому, что это ты...
да, я соглашусь.
«Отличный компромисс. Gracias». — Gracias.
Gracias.
«Здравствуйте. Офис Кристи
Броди. Кто звонит?» — Джимми Бэнкс.
«Миссис Броди сейчас на встрече.
Могу взять сообщение?» — Нет.
Нет, нельзя.
Постучите к ней, завершайте
встречу и подключите меня.
«Простите, сэр, не могу».
Когда она узнает, что из-за вас
упустила сделку на 100 миллионов,
вы, вероятно, лишитесь работы. Поверьте.
Плюсы от того, что вы
постучите, перевешивают минусы.
«Ладно».
«Джимми Бэнкс.
Всегда с увлекательной историей,
чтобы привлечь внимание».
Ну, вы меня знаете, я имею
дело только с документалистикой.
«Я думала, ты уже безработный».
Вам стоило бы знать всех активных агентов.
Поднимите стандарты. Всё
начинается со стойки регистрации.
«Всегда с ответом».
Я прекращу нести хрень и перейду к делу.
Джером Свит.
«Мадрид» хочет его. —
«Боюсь, звонок бесполезен.
Во-первых, ты не его агент,
во-вторых, он не продаётся».
Я говорил с Джеромом,
и с сегодняшнего дня
я его агент.
«Он подписал с тобой?»
На словах. Он зайдёт позже,
просто чтобы подписать.
«Мне нужна копия контракта, прежде
чем завершить. Не хочу расследования ФА.
Не хочу расследования ФА.
Так он продаётся?»
«У всего есть цена.
Он должен согласиться. Не думаю,
что он хочет уезжать из Ист-Лондона».
Поверьте, он хочет уйти.
«Не вижу, кем его заменить на рынке».
Что ж, вы сможете купить всю новую команду
на то, что потратит «Мадрид».
«И сколько же?»
100 миллионов фунтов.
«Это ближе к 130».
Я знаю, что вас заманчиво 100,
иначе вы бы не подошли к телефону.
«130». — Они столько не дадут.
Они за эти деньги хотят взять Делино.
«130 — окончательно». — Ладно,
знаешь что? Ничего не выйдет.
Будем надеяться, он не травмируется.
Я свяжусь позже. — «О, подождите.
Вы произведёте платёж авансом?»
По большей части, частично бонусами.
— «Как вы хотите действовать?»
Если мы с вами найдём общую почву,
я подключу Роберто, и вы завершите.
Он вышлет предложение по почте.
Слушайте, давайте сделаем
это сегодня. Подадим все бумаги.
Я не хочу, чтобы кто-то пронюхал.
«100 наличными и 20 бонусами».
Итак, без прелюдий. Окей.
80 наличными, 30 бонусами.
«90 и 30». — 90 и 10.
«90 и 20».
Каково это — иметь самые большие яйца
среди всех гендиректоров Премьер-лиги?
«Неудобно в женском белье».
Ха-ха. Так.
Я сейчас подключу Роберто,
и вы завершите сделку.
«Hola, Jimmy».
Роберто. Здесь Кристи Броди.
Я позволю вам двоим
обсудить сумму трансфера.
Давайте. — «Hola, Senora Brody.
Приятно познакомиться». — «Взаимно».
«Спасибо, что нашли время
обсудить это предложение.
Надеюсь, мы сегодня пойдём на компромисс».
«Я уверена, мы сделаем
лучшее для обоих клубов».
«Я понимаю, что раз Джимми позвонил,
значит, мы настроены на одну
волну, правильно?» — Правильно.
«И какова была ваша последняя
мысль, сеньора Броди?»
«130 миллионов».
Какого хрена?
«Всё наличными». — Кристи...
«Это шутка? Я полагал,
ты обсуждал с Джеймсом
меньшую сумму».
«Я просто передумала». —
«Тогда разговор окончен. Adios».
Постойте-постойте, Роберто?
Роберто? Ты здесь?
«Si».
Я должен сказать, мне
нравится твой стиль, Кристи.
Ты никому спуску не даёшь. Я уважаю это.
Я уверен, Роберто, ты
тоже должен уважать, нет?
«Нет». — Да ладно.
Этот стиль, настойчивость.
Кристи, серьёзно, тебе нужно подумать.
Где ты была в прошлом сезоне? Восьмой.
Вылетела из обоих кубков
рано. Немного глубины в составе,
и будешь бороться за трофей.
Возьми деньги сейчас, получишь
полузащитника высшего класса,
защитника и запасного нападающего.
«Забудь это требование».
Итак, я начну сначала с круглой суммы в 90.
«90 авансом и 30 бонусами».
«Это намного больше,
чем я хотел бы заплатить.
Джеймс упоминал о сделке с Делино?»
«Делино за 100? Я слышал эту угрозу.
Я вынужден назвать это
блефом и настаивать на своём».
«Если не нравится, сразу после разговора
я предложу Джерому шестилетний
контракт с клаусулой 200 миллионов.
И он его подпишет. Потому
что он просто хочет играть.
Вот почему он особенный».
Можете прекратить нести чушь оба?
Можем заключить сделку? А?
«Я согласен на 90, но
не на 30. Невозможно».
Что насчёт 20?
«Ага, окей».
А бонусы?
«5 за Ла Лигу за два года,
5 за Лигу чемпионов за три года.
5 за 50 игр, 5 за 100». — «Никакой Ла Лиги.
По 5 за две Лиги чемпионов за пять лет.
100 и 200 игр.
75 и 150 за все соревнования».
«Si. По рукам».
Да. — «Джеймс, ты здесь?»
Это замечательная новость.
Поздравляю.
Роберто, отправь письмо. — «Si».
«Джеймс, пришли контракт с
Джеромом до того, как я приму».
Конечно. Как только подпишет, перешлю.
«Отлично».
К чёрту твои записи.
Вот за три миллиона, гениальный ублюдок.
Bye!
«У нас сделка?»
Здравствуй, ублюдок.
«Прости?»
Ты слышал. Я сказал: иди трахни свою мать.
Более того, иди трахни всех матерей.
«Это неподходящее начало
для самого важного
разговора в твоей жизни».
Я думаю, это тоже немаловажно для тебя.
Потому что эта твоя маленькая афера
зависит от того, что я сейчас скажу.
«И что же?»
Я не плачу.
«Это разочаровывает». — У меня есть деньги.
Просто ты не получишь ни цента.
«Я думаю, заплатить разумно».
Я бы и больше заплатил.
У меня около четырёх миллионов отложено.
«У меня есть возможность
разрушить жизнь мистера Грэвиша».
Разрушай. Плевать. Он грязный ублюдок.
«Мне жаль, что так вышло».
И ещё кое-что.
Передавай привет Люку Скайуокеру.
# Футбол идёт домой! #
# Он идёт домой! Идёт домой! Идёт! #
# Футбол идёт домой #
# Три льва #
# Он идёт домой #
# Он идёт домой, идёт #
# Футбол идёт домой #
# Он идёт домой #
# Он идёт домой, идёт #
# Футбол идёт домой #
# Слёзы за героев в сером #
# Нет планов на финальный день #
# Остаться в постели, уплыть прочь #
# Это могли быть все песни на улице #
# Было почти завершено #
# Было почти так сладко #
# И теперь я пою #
# Три льва на футболке #
# Кубок Жюля Риме всё ещё сияет #
# Больше нет лет боли #
# Больше нет нужды в мечтах... #
# Мы можем танцевать танец Нобби #
# Мы можем танцевать его во Франции... #
«Вы знаете, кто это, раз набрали меня.
Я перезвоню, когда смогу. С любовью».
Джером.
Это я. Полагаю, ты уже в пути.
Так что позвони, когда будешь внизу.
Всё уладим.
«Вы знаете, кто это, раз набрали меня.
Я перезвоню, когда смогу. С любовью».
Да чтоб тебя.
«Алло?»
Джером.
Друг мой.
Джером, ты...
«Вы знаете, кто это, раз набрали меня.
Я перезвоню, когда смогу. С любовью».
«Ой, привет, Джимми. В чём дело?»
Стеф, эм...
ты не говорила с Джеромом? Потому что...
Ты знаешь, где он? — «О,
дай-ка я проверю GPS-трекер».
Мне очень нужно с ним поговорить. Я занят.
И, эм, я не знаю...
Мне кажется, он может отказаться.
«Ты говорила с мамой?» — Что?
Нет. — «Сначала позвони ей».
У меня сейчас нет времени
на эту херню, понятно?
«О, значит, у тебя есть время
названивать другим и заключать сделки?»
Это называется работа,
Стеф. Ты бы тоже попробовала?
Вместо того чтобы сидеть,
пить дерьмовое вино
и пытаться продавать
чужие дерьмовые картины.
«О, расскажи мне, что ты
на самом деле думаешь».
Извини. Прости.
Я просто...
Я перезвоню.
Джером? — «Алло?»
Ты внизу, да, парень?
«Простите, мистер Бэнкс».
Зачем извиняться? Где
ты? — «Я не приеду, бро».
Ты должен прийти.
Помнишь? Подписать документ,
чтобы я мог вести переговоры.
— «Я ничего не подпишу».
Нет, ты не понимаешь.
Ты должен подписать, да?
«Нет, я прекрасно понимаю, мистер Бэнкс.
Просто... я не хочу в Мадрид, да?
Я хочу играть в Премьер-лиге».
Иди ты!
Прости, Джером. Эм...
Просто это сделка на 110 миллионов, да?
Трансферная плата в 100 миллионов.
Ты понимаешь, что это значит для меня?
И сделка, которую я для тебя устроил...
Сделка, которую я для тебя устроил.
Ты говоришь, что отказываешься
от 5 миллионов? Ты ёбнулся?
«Слушай, мужик, извините,
что кинул вас, мистер Бэнкс.
Но я просто не чувствую готовности
к переезду в такой большой клуб.
Что, если я не получу игрового
времени?» — Игровое время.
Игровое время.
Я знаю, что ты шутишь,
и знаю, что ты внизу.
Это очень хорошая шутка.
«Я правда не шучу, мистер Бэнкс».
Мне нужно, чтобы ты сделал одну вещь.
Поезжай туда и сыграй, и я
обещаю, клянусь жизнью матери,
я переведу тебя обратно
в Англию. Понимаешь?
«Чувак, извини. Я не поеду туда, мужик.
Я не хочу рушить твой...» —
Послушай, маленький мудила!
Если ты не уйдёшь из этого клуба
сейчас, ты уже никогда его не покинешь.
Я знаю всех. Я добьюсь, чтобы
тебя внесли в чёрный список.
«Братан, ты мне угрожаешь?»
— Конечно, угрожаю!
«Видишь? Посмотри на себя. Ты всё тот же.
Я никогда не уйду от Брюса
к такому мудаку, как ты».
Прости. Джером?
Джером? Прости.
Я не хотел.
Джером.
Что только что произошло?
Что только что произошло?
Алло? — «Здравствуйте, сэр.
Вы довольны услугами вашего оператора?»
Найди нормальную работу.
Алло?
«Я был в 30 секундах
от отправки этих файлов.
Почему передумал?»
Я просто не мог позволить тебе
разрушить жизнь моего парня.
«То есть разрушить свой денежный мешок».
Какая разница.
«Ты ниже дерьма, Джимми.
Намного ниже.
Надеюсь, он узнает, что ты
на самом деле о нём думаешь».
Я разговариваю с тобой только ради сделки.
Итак, два миллиона. У меня есть.
«Но та сделка отменена.
Ты сам сказал.
Теперь новая сделка».
Какая новая?
«Цена удвоилась.
Четыре миллиона».
Четыре миллиона?
«Хочешь ещё одну запись?»
«Хм...
Дайте подумать...
Та, где он душит, очень хороша».
Зачем ты это делаешь, ужасный мудила?
«Ты знаешь зачем».
Кто ты?
«Я перезвоню за ответом».
Кто ты?
Кто ты?!
Сколько у меня денег на польском счету?
«Мне вообще не стоило брать
трубку после того, что ты сказал».
Закрой рот.
Сколько я заработал на
сделке с недвижимостью?
«Зачем тебе это знать?»
Потому что это мои деньги!
«...»
«Ты собираешься платить. Это нелепо».
Я должен платить, Боб.
Я должен платить. — «Джимми.
Джимми, успокойся.
Но стоит ли он того?
Что, если он станет никчёмным?
Тот, у кого есть записи, даёт тебе слово,
что сохранит их в тайне,
правильно?»
А что, если они и не собираются их удалять?
Ты платишь, они забирают деньги
и всё равно отправляют в прессу.
Бля.
«Такое возможно, да?»
Да!
Так что же делать?
«Сколько Мэтт знает о подставе?»
Ничего, по сути.
Хорошо, что умеет пинать
мяч, потому что тупой как пробка.
«Сколько они хотят?»
Четыре миллиона.
«Господи».
Итак...
Я спрошу снова.
Сколько на польском счету?
«Там примерно 3,7.
Но моё мнение: не плати.
Пусть разошлют эти аудиозаписи.
Мэтт возьмёт удар на себя.
Ты никогда больше не
будешь работать, но ты...»
Какого хрена ты городишь?
«Никогда не буду работать»?
«Ты крикливый задира,
который никому не нравится,
и ты на полпути через
12-шаговую программу».
Они то же самое говорили в
прошлом году. Посмотри на меня.
Пробиваюсь обратно на вершину.
Я не просто делаю эту работу, Боб.
Я живу ею. Я дышу ею. Я потею ею.
Понимаешь?
Я и есть эта работа!
«Джеймс... всё кончено.
Ты это знаешь.
Ты просто отказываешься верить.
Это конец для тебя.
Джеймс.
Джеймс, послушай меня.
Я...
Джеймс? Ты здесь?»
Мне пора.
«Джеймс».
«Твой ответ?»
Я не плачу.
«Что?»
Я... не плачу.
«Думаю, стоит пересмотреть».
Плевать, что ты думаешь.
Плевать, если ты разошлёшь все эти записи.
«Мне жаль, что ты так считаешь.
Прежде чем разослать, есть одна,
которую я хочу, чтобы ты послушал.
Я правда думаю, она тебе понравится.
Это моя любимая».
«Не могу поверить, что это
происходит. Эта ёбаная сука.
Я знал, что она будет
проблемной, как только её увидел.
Что значит, меня будут
судить? Я ничего не делал.
В суд? Иди ты. Она сама
пришла в мою комнату.
Да, никто ей не поверит.
Бля.
А как же новый контракт? Что сказал Нед?
Бля. Ох, бля. Не может быть.
Ладно, Джим, что мы можем сделать?
Должен же быть выход.
Мне нужна твоя помощь.
Какой план? Что значит, мне не нужно знать?
Под угрозой моя задница.
Ладно, какое условие? — Какого хрена?
«Клянусь, я этого не делал.
Мы оба были на наркотиках
и шампанском. Было безумие.
Но она не сказала мне
остановиться». — О господи.
«Но, Джимми, она сама хотела, старик.
Она отсосала мне в лифте
отеля, ради всего святого.
Посмотри на записи.
Она сказала, что любит
жёстко. Хотела по-настоящему.
Она так и сказала.
И что теперь? Она говорит,
что я её изнасиловал.
Это ложь.
Роберт? То есть этот ёбаный адвокат Боб?
Кого он, блять, может знать?
О нет. — «Ты серьёзно?»
Откуда этот высокомерный
ублюдок знает продажного копа?
Вот же жопа, я как в
какой-то миссии «Call Of Duty».
Просто пиздец.
О нет.
Да.
«Четыре миллиона.
"Я сейчас пришлю тебе
на почту банковский счёт.
"Если через десять минут
их там не будет, то вы, Мэтт,
"и этот ваш грёбаный адвокат Боб,
который любит вставлять палки в колёса,
"у вас во рту будут болтаться
члены, а не сигары".»
"болтаться члены, а не сигары".»
Нет у меня четырёх миллионов.
«Надеюсь, вам понравится в тюрьме.»
Три и семь.
Это всё, что я могу тебе дать.
«Ладно, пусть будет так.»
Сработало.
Еб-ты, сработало.
Блядский телефон. Где
этот блядский телефон?
«Джимми, мы победили! Мы сделали это!»
Надо заплатить эти
грёбаные деньги прямо сейчас.
«Что? С какого перепугу?»
Потому что у кого-то есть записи
кое-каких серьёзных дел на нас. «„На нас"?»
Да, на нас. На тебя и на меня.
«А я-то тут каким боком?
"Кто это?» Какая, нахрен, разница кто,
нам просто нужно заплатить. Мне нужно,
чтобы на Мэтта не падало никаких теней.
Мне нужно, чтобы он подписал этот контракт.
И тогда Джимми Бэнкс снова на коне.
«Слушай, Джимми, я прости...
Прости, что сомневался в тебе.»
Ну, поверь, не в первый раз, правда?
Я только что отправил тебе счёт.
«Ты им доверяешь?»
У меня нет выбора.
Иначе нас всех засадят.
«Я... Я... Я... Я не могу
сесть. Я там не выживу.»
Я знаю, что не выживешь.
Тебе повезло, что ты старый,
лысый, толстый мудила,
и что никто не захочет иметь с тобой дела.
«Ты что, пьяный?» Ага.
«Господи Иисусе, Джимми»! Просто заплати
эти грёбаные деньги и закрой вопрос.
«Пожалуйста, послушай. Джимми...
Послушай, ты должен пони...»
Да? «Я нашёл их.»
Что? «Я нашёл их!»
Это кто? «Индикатор, придурок!»
«Ничего не плати.»
Что? «Мой парень их вычислил.
"Я сейчас к ним еду.» Бля.
«Ты что, заплатил?» Я не знаю.
«Как это, ты не знаешь?»
Деньгами не я управляю!
«Ну, так займись этим.» Подожди-ка.
«Я сделал это! Я заплатил!»
Блядь!
Я заплатил.
«Зачем?» Ты сам знаешь, зачем!
«Ладно, я верну твои
бабки. И сам иди нахрен!
"Но я хочу четыреста
тысяч сейчас.» Пошёл ты.
«Я прямо здесь остановлю
машину и развернусь, честное слово.»
Я хочу все записи и все копии.
«Я могу это сделать.» Будь уверен.
«Меня ещё никто и никогда не кидал.
"У меня есть кое-какие
методы ведения допроса,
которые обычно помогают
быть убедительным.»
Хорошо.
Значит, договорились.
«Придётся немного испачкаться.»
Испачкаться? Да я хочу, чтобы ты
перемазался в дерьме с ног до головы.
Хотя нет...
Я сам к вам приеду. Я хочу
перетереть с этими ублюдками.
Думают, что могут меня разводить?
«Нет, нет, нет, тебе нельзя встревать.»
Я тебе и так плачу кучу денег. Какой адрес?
«Не самая лучшая идея.»
Давай я дам тебе ещё сто штук.
«Уэнстоун-роуд, 57, Челси.»
Хочешь развести меня на деньги?
Ты хочешь развести на деньги Джимми Бэнкса?
Блядь.
Возьми трубку, козёл.
Возьми грёбаную трубку.
Ну возьми же трубку.
Да возьми ты трубку, блядь! Блять.
Не заходи туда. «Это ещё почему?»
Умоляю тебя, не заходи. «Иди ты в жопу.
"Если эти записи касаются и тебя, тогда...»
Я дам тебе полмиллиона,
только не ходи туда.
«Ты ведь знаешь, кто это, да?
Просто возьми деньги.
Пожалуйста, не задавай вопросов.
«Хорошо, но вопрос у меня всё равно есть.
Как ты собрался отдавать мне полмиллиона?»
Контракт Мэтта Грэвиша.
Как только он его
подпишет, я получу миллион.
И ещё по два миллиона каждый
год. Я управляю его деньгами.
Я тебе их достану, я обещаю.
«Значит, ты будешь платить мне по
пятьсот с каждой из первых трёх выплат.
"Я ведь всё ещё могу к ним зайти.
"Я уже рядом, и очень хочу
устроить им весёлую жизнь.»
Договорились. Конечно, договорились.
Пожалуйста, не заходи.
«А что насчёт записей?»
Я разберусь.
Они никуда не денутся, я обещаю.
«Ну, смотри, разберись,
"а не то я сам приставлю
дуло к твоему грёбаному лбу.»
«Привет, Джимми.»
Я знаю.
«И что же ты знаешь?»
Я знаю, что это ты.
«И молодец.
"Ещё несколько минут, и я бы
дал тебе знать, что деньги получил.»
И ты использовал этого мелкого говнюка
Джерома, чтобы загнать меня в угол.
Отлично, бля. Я тобой горжусь.
«Ага, но ты всё равно
умудрился выкрутиться.
"Мне пришлось вызывать тяжёлую артиллерию,
"чтобы уделать великого Джимми Бэнкса.»
Он всё ещё таит обиду, да? Из-за
того самого контракта с академией?
«Ох, да пошёл ты. Ты
чуть не отнял у него мечту.
"Его включили в чёрный список. Ему
просто повезло, что он смог вернуться.»
Из-за него мы потеряли кучу денег.
«Ну вот, мы и до сути добрались.
"Твоя жизнь вертится вокруг
одной единственной вещи: денег.
"Деньги. Грёбаные деньги.
"Они управляют твоей жизнью,
каждым твоим решением.
"Нужно решить проблему? Откупись.
"Кто-то совершил преступление?
О да, конечно, откупись.
Я колесил по всей стране
под проливным дождём,
по грязи, по снегу...
..чтобы посмотреть, как
играют эти маленькие детишки.
Я умолял эти клубы
дать им шанс. Я вкалывал.
И всё ради того, чтобы
обеспечить тебя и твою мать.
«У тебя взгляд, как в туннеле.
"Ты настолько ослеплён
этими долларовыми знаками.
"Ты ведь так и не понял, ради
чего всё это на самом деле, да?
"Понял?!»
Ну что ж, просвети меня, пожалуйста.
«Как, по-твоему, у меня
оказались эти записи?»
Кто-то дал их тебе.
«Ты специально закрываешь глаза на правду?
"Сколько раз он оставался у
нас, когда мы были детьми?
Кто дал их тебе?
«Чёрт. Он умел быть таким обаятельным.
"Он имел... Он имел надо
мной какую-то власть.»
О чём ты говоришь? Нет,
ничего подобного не было.
«Не знаю, почему я
оставалась с ним, прощала его,
"даже после всего, что он делал.»
Что?
«Сколько раз я садилась
ужинать на свой стул,
"сместившись на одну сторону.
"Как ты мог этого не замечать?
Я дал ему всё.
Я относился к нему как к родному сыну.
А он вот что со мной делает. «С тобой?
"Он ничего тебе не делал!»
«Проверь почту.»
Нет, не буду.
«Включи.»
Я не могу.
«...Включи.»
«Нет, я всё это давно запланировала.
"Кейти и Фрэнк забронировали мне
место. Извини, я не могу поехать с тобой.»
Но для меня это важно.
«Да, и для меня это тоже важно.»
«Если выйдешь за эту дверь,
никогда не возвращайся.»
«Отличный конец вечера. Агх!»
Блядь.
— «Нет, нет!» — «Грёбаная сука!
«Грёбаная сука! Иди ты! Иди ты!
«Агх!» — «Да заткнись ты, блядь!»
«Так...»
Мне очень жаль.
Я не знал.
Я не знал. «Ты и не хотел знать.»
Как ты можешь такое говорить? Я бы никогда
не допустил, чтобы это случилось с тобой.
Ты же моя дочка. Моя плоть и кровь.
Я люблю тебя.
«Знаешь, что я думаю?
"Я думаю, ты так много лет врал,
"что твой мозг уже не отличает
правду от того, что полная херня.»
Это... Это правда.
Стеф?
Стефани, ты здесь?
«Включи телевизор.
"Ты сделал это.
"Поздравляю.»
Ты можешь всё это уничтожить.
«Могу, но у нас был уговор, и, в отличие
от тебя, я соблюдаю свои обещания.
"Ты заплатил мне, так
что я даю то, что обещал.
"Прощай, Джимми.»
Папа.
«Джимми. Джимми, у нас получилось.
"Джимми, ты здесь?»
Мне не стоило это исправлять.
«Что исправлять?»
Удалённые сообщения, порванное бельё.
Простыни в крови.
Всё это стало недопустимо в суде,
потому что с этим поработали в лаборатории.
«Подожди. Это был ты?»
Ты думаешь, кто это мог сделать?
Эльфы посреди, блядь, ночи?
«Я верну тебе деньги.
Ты не сможешь их вернуть.
Знаешь почему?
Потому что из-за тебя я
продал свою чёртову душу.
Ты изнасиловал ту девушку.
Ты, блядь, это сделал, и ты
мне лгал, а я тебе поверил.
«Это был несчастный случай, Джимми.
Что значит «несчастный случай»?!
"Несчастный случай?»
Сколько?
Сколько их, блядь, было?
«Несколько.»
А Стефани?
Зачем?
Я впустил тебя в наш дом, в нашу жизнь.
Она была тебе как сестра.
«Джимми, нет, нет, нет.»
Я знаю, что ты, блядь,
сделал с ней, грязный ублюдок.
Ты чёртово животное.
И я добьюсь того, чтобы тебя посадили.
«Джимми, не говори так.»
Потому что твоё место там.
«Да ладно тебе, Джимми. Я...
"Мне жаль, хорошо? Ээм...
Это... то, с чем я
пытаюсь справиться. Ээм...
«Думаю, мне нужна помощь.
"Я получу помощь. Я ненавижу себя
за то, что я есть, если честно, кореш.
«Джимми, ты слышишь?
"Я пойду... Я пойду к, блядь, психологу,
"к...к психиатру. Я буду работать
над этим каждый день, Джимми.
«Ээм...
"Ты знаешь, сколько раз ты
меня отговаривал всё бросить.
"Я хотел работать на,
блядь, консервном заводе,
"но ты меня отговорил.
Ты верил в меня, кореш.»
Верил.
А теперь я тебя, блядь, ненавижу.
«Джимми, послушай меня.
"У нас получилось.
"Мы, блядь, сделали это. Мы
всегда говорили о крупном контракте.
"Так вот, он у меня, ясно? Вопреки всему.
"Наконец-то он у нас в руках.
Не выбрасывай всё это сейчас.»
Нет. Здесь наш путь заканчивается.
«Джимми, нет, кореш.»
Я никогда не смогу тебя простить.
И я никогда не смогу простить себя.
«Джимми, пожалуйста, мужик...»
«Лучше бы ты не звонил жаловаться.
"Мы всё запустили, как только
слово "оправдан" слетело с губ судьи.»
Нет.
Я звоню тебе попросить
кое о каком одолжении.
«Почему у меня такое
нехорошее предчувствие?»
Я только что отправил
тебе на почту признание.
«Признание?»
Там есть несколько аудиофайлов.
Я хочу, чтобы ты выпустил
это в эфир вместе с историей.
Но женский голос должен
быть полностью удалён.
Ты меня понял? «Ага.»
Поклянись мне, блядь. Это важно.
«Обещаю.»
Можешь цитировать меня по
чему угодно из того, что в письме.
«Что это за херня?
"О, Боже. Это...?
"Это правда?»
Твоё одолжение мне...
..сделать так, чтобы это вышло
как можно скорее, пожалуйста.
«Что ж, можешь оставить одолжение
себе. Я теперь твой должник.
"Думаю, они тебе понадобятся.»
Ты знаешь хороших адвокатов?
«Мой будет сидеть рядом со
мной на скамье подсудимых.»
«Давай! Хи-хи-хи!»
«Вот так. Ого!»
«Ура!»
«Быстрее, я тебя поймаю.»
«Держись крепче, малыш.»
«Лучше поймай меня, если я упаду.»
«Конечно, поймаю. Я всегда тебя поймаю.»
«Никогда не дам тебе упасть,
потому что люблю тебя.»
«И я тебя, папочка.»
«Лучше поймай меня, если я упаду.»
«Конечно, поймаю. Я всегда тебя поймаю.
«Никогда не дам тебе упасть,
потому что люблю тебя.»
«И я тебя, папочка.»
 

////////////////////////////