«Давление» (англ. Pressure) — это военная историческая драма 2026
года, посвященная событиям июня 1944 года.
Все фразы и цитаты
Держи, угощайся.
Ё-моё.
Так.
Ты уверен, что есть время?
Время есть.
Спасибо.
Они не сказали, как долго тебя не будет?
Нет, не сказали.
Я очень горжусь, что выбрали тебя, Джим.
Со мной всё будет хорошо.
Иди.
Хорошо.
Доброе утро, сэр.
Сэр.
Груп-кэптен доктор Джеймс Стэгг,
главный метеорологический
офицер, прибыл по службе.
Предъявите, пожалуйста,
удостоверение и пропуск, сэр.
Прошу за мной, сэр.
Добро пожаловать в Саутвик-Хаус, сэр.
Я Эндрю Картер из метеослужбы.
Я буду вашим адъютантом.
М-м.
Должен признаться, для меня большая
честь познакомиться с вами, доктор Стэгг.
Мне очень понравилась ваша
работа по земному магнетизму.
Это увлекательная тема.
Да, действительно.
А вот и мы, сэр.
Оперативные комнаты наверху, сэр.
Телетайпы в подвалах.
А наш кабинет для прогнозов
сразу за этой дверью.
- Куда мне это поставить?
- Куда угодно, сэр.
Мы отправим это в вашу палатку.
А это что?
Это исторические аналогичные карты.
Я знаю, что это такое.
Но что они здесь делают?
Полковник Крик, он их запросил.
Так который из них? Познакомьте меня.
Я думаю, он сейчас с генералом...
Можно прекратить!
Прекратите стучать, пожалуйста.
Я думаю, он сейчас с
генералом Эйзенхауэром,
сэр.
Я перезвоню.
Сэр.
Что там поступает?
Зондирование в точке 53 северной
широты, 35 западной долготы, сэр.
М-м. Метеорологическое судно «Хост», да?
Так точно, сэр.
Кейси и Брайант здесь имеют прямую связь
с телетайпными операторами
в Данстейбле и Буши-парке.
- А ты который?
- Я Кейси, сэр.
Это неправильно, Кейси.
Наш американский контингент, сэр.
Это офицер Мюррей, офицер Хэмилтон.
- Приятно познакомиться, сэр.
- Они отвечают за приземную погоду.
Что, оба? А кто отвечает
за верхние слои атмосферы?
Э-э, никто, сэр.
Никто не отвечает за верхние слои?
То есть эти данные просто
остаются неучтёнными, так?
Вы оба будете постоянно
заниматься верхними слоями.
Нам сказали использовать
исторические аналогичные карты, сэр.
Не мной. Это были не мои инструкции.
Просто полковник Крик
дал нам другие указания, сэр.
Да? У меня есть кабинет?
Да, сэр. Прямо здесь.
Ах.
Добрый день, сэр.
Это груп-кэптен Стэгг.
Он только что переведён из Данстейбла.
Мы очень ждали его...
его присоединения к нам.
Лейтенант Кей Саммерсби.
Транспортный корпус. Добро
пожаловать в Саутвик-Хаус.
Мы делим кабинет, или как?
Нет. Я просто пользовалась им временно.
Отлично, потому что он
понадобится мне полностью.
Ну что ж, очень хорошо.
Проследите, чтобы генерал Эйзенхауэр знал,
что я здесь.
И что я приношу извинения
за своё опоздание.
Так точно, сэр.
Сэр.
Так.
Алло. Отдел связи.
Коммутатор слушает.
Да, э-э, Ричмонд 1-9-3-7, пожалуйста.
Прошу прощения, но все
исходящие звонки запрещены
без предварительного разрешения, сэр.
Нет-нет, я... мне нужно поговорить с женой.
Прошу прощения, сэр.
Алло?
Да? Алло?
Прошу следовать за мной.
Генерал Эйзенхауэр готов вас принять.
Не стоит заставлять его ждать
дольше, чем вы уже заставили.
Груп-кэптен доктор Джеймс Стэгг,
прибыл по личному приглашению
генерала Эйзенхауэра.
И все 265 судов прибыли
без происшествий, сэр.
И мы выделили пять сторожевых катеров
и три эсминца.
Сделаем, что нужно.
Рад это слышать.
Лейтенант Саммерсби?
Сэр, разрешите представить
груп-кэптена Джеймса Стэгга,
который наконец добрался до нас из Лондона.
Рад познакомиться, груп-кэптен Стэгг.
Добро пожаловать на борт.
Наконец-то вижу вас вживую.
Всё оборудование внизу получили?
Оборудование не проблема, сэр.
В чём проблема?
Ну, дело во времени, сэр.
У меня просто не было...
никакой возможности
составить чёткую картину.
Взгляните, груп-кэптен.
У меня 7000 кораблей,
130 000 наземных войск,
200 000 военных моряков,
15 госпитальных судов,
8000 врачей, три воздушно-десантные дивизии
и куропатка на грушевом дереве.
Крупнейшие в истории
морские десантные силы.
Правда?
А у нас уже есть дата вторжения, сэр?
Мы вторгаемся во Францию в понедельник.
- В этот понедельник?
- Верно.
Понедельник, 5 июня, 6:30 утра.
Это День «Д». До него 61 час.
От этого зависит судьба войны.
Все части головоломки на месте.
Осталась только одна неизвестная.
Мне нужен прогноз.
Я... Да, я опасаюсь,
что то, что вы просите,
научно невозможно, сэр.
Долгосрочное прогнозирование...
это, по сути, обоснованные догадки.
Понедельник — это не долгосрочный
срок, ради всего святого.
Понедельник — это долгосрочный
срок по-вашему, лейтенант Саммерсби?
Нет, конечно нет, сэр.
Но это Северная Европа, сэр.
Всё, что больше 24 часов, это...
это считается долгосрочным,
с метеорологической точки зрения.
Но я...
Я постараюсь изо всех сил.
Мне не нужно ваше «старание».
Я и так на него рассчитываю.
Мне нужна уверенность.
Черчилль сказал мне,
что вы лучший метеоролог в стране
и что мне следует положиться
на вас, а не на полковника Крика.
Вы его знаете?
Только по репутации.
Крик со мной с 42-го.
Он меня ещё ни разу не подводил, так что...
посмотрим, чего вы стоите.
Мне нужен прогноз на понедельник.
Нужен первым делом завтра утром.
Д-да, сэр.
Не подведите меня.
Груп-кэптен.
Пошли.
Груп-кэптен.
Дамы и господа, Кей Саммерсби. Принимайте.
- Давай, Кей.
- Ох.
Танцуй со мной.
Как в старые времена.
Вот так.
Вот так.
Ирв, лучше играй на пианино.
Я, кажется, вы не знакомы?
Это груп-кэптен Стэгг.
Общались только по телефону.
Доктор Стэгг, очень приятно
наконец познакомиться.
Вы моложе, чем я себе представлял.
А вы ниже ростом, чем я себе представлял.
Аналоги.
Я понимаю, да.
Каждая погодная карта
Северной Европы с 1900 года.
По моему опыту,
погода никогда не повторяет свою историю.
Ах, попробуй сказать это кинопродюсеру.
Помнишь Сельцника, Кей?
Ох.
Июль 39-го.
Дэвид Сельцник звонит мне.
Он снимает кино. Ему нужен прогноз
на три дня в Беверли-Хиллз.
Сцена — это...
сожжение Атланты.
«Я не хочу видеть ни капли дождя, Ирв.
Ни капли. Ни капли».
Мне звонит MGM, дают даты.
Я даю прогноз.
Прекрасная погода.
Я имею в виду, просто великолепная.
Ни облачка на небе.
Фильм — хит, я знакомлюсь
с Кларком Гейблом.
Картинка такая... не
знаю, слышали ли вы о ней.
Называется «Унесённые ветром».
- Смотрели, Стэгг?
- Нет.
Нет? Это...
Это безумие. Кто не
смотрел «Унесённых ветром»?
Я. Я не смотрел.
Ну, обязательно посмотрите.
Это же великое кино.
Прекрасное. Я смотрел с Айком.
Кей отвезла нас на лондонскую премьеру.
- Чистая правда.
- Великий вечер.
И вы познакомились с Вивьен Ли?
О, ещё бы.
- Какая она?
- Какая она?
Ну, она была милашка.
Верховное командование союзников запросило
наш прогноз к 13:00 завтрашнего дня.
Дата и время вторжения во Францию
подтверждены: понедельник.
Понедельник. Понедельник.
5 июня, 6:30 утра, так что
давайте начнём, пожалуйста.
Уберите пианино. Спасибо.
Вам мешает, доктор Стэгг?
Это неуместно.
Звоните на этот добавочный,
если вам нужно связаться
с генералом Эйзенхауэром,
в любое время дня и ночи.
Это его прямая линия?
О, нет. Это прямая линия до меня.
Я обрабатываю все сообщения для генерала.
Можно внимания, пожалуйста?
Брайант, положите трубку, пожалуйста.
Его зовут Брайант?
Ладно, начинайте.
Надеюсь, мне не нужно объяснять вам,
насколько важен этот
прогноз, но я хочу подчеркнуть
одну вещь, и только одну:
Дайте мне данные.
Вот что важно.
Дайте мне последние показания с каждой базы
в радиусе 2000 миль от Нормандии.
Это Париж, Голуэй, Рейкьявик,
Бостон, Вашингтон, Лиссабон...
...Нью-Йорк, Ньюфаундленд.
Вы поняли идею.
Дайте мне данные со всех метеостанций,
всех метеозондов, всех
разведывательных полётов.
Это верхние слои. Это приземный слой.
Это радиолокационное
зондирование. Это температура моря.
Солёность. Всё.
Если мы это измерили — я хочу это видеть.
Вон та комната...
я буду там.
Дайте мне данные.
Вот что важно.
700 миллибар.
210. 28.
650 миллибар.
Плюс 19.
Данные наблюдений из Испании.
Температура поверхности моря: 18 градусов.
Сплошная облачность
слоисто-кучевая и высококучевая,
сейчас поднимается в ноль-два.
1-0-1-5 миллибар.
Ветер северо-западный, сила пять.
6-0-0 миллибар.
Ветер юго-западный, сила четыре.
Южная Исландия, облачность
7 баллов, 30 000 футов.
Юго-восток, сила шесть.
1-0-1-8 миллибар.
Повторите, пожалуйста.
- Вы получаете температуру фронта L?
- Нет, у меня...
Облачность 7 баллов, слоисто-кучевая,
3000 футов, сила шесть.
Юго-западный, сила шесть.
Мы всё ещё ждём данные из Гренландии, сэр.
Оставьте. Оставьте как есть.
С какой скоростью движется L3?
25 узлов.
Закончили с этим?
10 баллов слоисто-кучевой на
3000 футов, юго-восток, сила четыре.
1-0-1-3 миллибар.
Радиолокационное зондирование с 09:30.
Основной поток не смещается.
Сэр, погодные условия в Нормандии.
Это данные со вчерашнего полудня, сэр.
Отчёты о влажности.
И у нас есть папки, которые вы запросили...
Здесь ничего нет.
Картер. Готово.
Молодец.
Сэр.
Последние готовые карты.
Да ну, бросьте.
Посмотрите на аналоги.
Всё ясно как день: спокойно, солнечно.
Эти аналоги ничего не доказывают.
Как вы можете так говорить? Это же здесь.
Вы что, ослепли?
Посмотрите.
Мне не нужно на это смотреть.
Этой карте 19 лет.
Хорошо, вот этой 40 лет,
27 лет, вот этой 15 лет.
В этом-то и суть: повторяемость паттернов.
Хорошо. Спасибо.
Я думаю, нам нужно для начала определить,
что мы уже знаем, здесь и сейчас.
Итак, у нас есть два мощных шторма,
простирающихся через Атлантику
от Ньюфаундленда до Нормандии.
Согласен.
Над Азорскими островами
область высокого давления.
Это меня и интересует.
Но она движется вяло и...
Ваше слово, не моё.
Прошу прощения, вы
хотите снова взять слово?
Я? Нет, это ваше слово. Продолжайте.
Мы не можем строить прогноз
только на приземных данных
и аналогичных картах.
Нужно также учитывать
струйное течение, которое...
Струйное течение?
Да, струйное течение,
которое сейчас несётся в сторону Европы
и тащит за собой оба шторма,
вероятно, порождая третий.
Это струйное течение.
Хорошо.
Что неизбежно означает ухудшение погоды
в ближайшие дни: завтра, в
воскресенье, в понедельник.
Катастрофические условия для вторжения.
Хорошо, большое спасибо, доктор Стэгг.
Итак, это карта за 2 июня 1925 года.
Почти идентичные сегодняшним условия.
Те же депрессии в Атлантике,
то же высокое давление над Азорами.
Перенесёмся на три дня вперёд...
на 5 июня 1925 года, в
День «Д», если хотите.
Спокойно. Солнечно.
1925 год совершенно не относится к делу.
Я мог бы с тем же успехом
взять 2 июня 1904-го или 1929-го.
Вы знаете не хуже меня,
что атмосферные условия никогда
не бывают абсолютно идентичными.
Зато я знаю, кто дал точный
прогноз при Эль-Аламейне
для Западной пустыни,
для Тунисской кампании,
для операции «Факел».
Я знаю, кто ни разу не ошибался в Каире.
В Триполи, Алжире, Оране, Касабланке.
Знаете?
Вы?
Да. Я.
Это не Касабланка, полковник Крик.
Это Северная Европа.
Это неважно. Неважно.
Когда атмосферные условия совпадают,
погода следует за ними.
Запомните мои слова.
День «Д» будет спокойным и солнечным.
Спокойной ночи, господа.
Никому не двигаться.
Возвращаемся к работе.
Что скажешь о Стэгге?
Хм.
Шотландец.
Черчилль говорит, он гений.
Хм.
Ну да...
мужчины слишком любят это слово.
Облачность 3 балла,
кучевая и слоисто-кучевая
на 2000 футов, облака
тянутся до Западного Уэльса.
Надувные «Шерманы»,
«Спитфайры», «Лонг Томы»
и войсковые транспорты.
Просто резина и воздух, господа.
Но для немецкого самолёта-разведчика
абсолютно неотличимы от настоящих.
В Северной Африке я
доказывал это снова и снова,
одерживая победу за победой.
Конечно, дело не только в том,
чтобы сокрушить врага, господа.
Но и в том, чтобы обмануть
его, и мы это сделаем.
Мы создали призрачные
армии по всей Восточной Англии,
тысячи фальшивых складов снабжения,
ложные радиопередачи, пустые палатки
и обманные костры.
В День «Д»
фальшивых десантников с грузом песка
выбросят в 15–20 милях
от побережья Нормандии.
Они взрываются при ударе.
Остаётся только парашют.
Если повезёт, враг решит,
что наши ребята бесчинствуют
в глубинке Франции,
оттягивая значительные силы
подальше от пляжей.
Маловато, не находишь, Монти?
Маловато?
Это шутка, Монти.
Да.
Мало у нас времени.
12-я танковая дивизия СС уже под Каном.
352-я пехотная дивизия
основательно окопалась.
Если мы отложим вторжение
позже понедельника,
они раскусят всю эту игру.
Всё, что мы сделали,
все наши тщательные усилия — пойдут прахом.
Он удвоил свою оборону за эти недели.
Каждый час делает нашу
задачу всё более опасной.
В идеале нужно перенести
День «Д» на более ранний срок.
Невозможно.
До него два дня.
Чем лучше подготовлен враг, тем
более безжалостным я должен быть.
Хотя это не моё желание,
но если это поможет высадить больше солдат,
я, возможно, буду вынужден пожертвовать
каждым последним бойцом
моего передового отряда.
Ну, если бы я не знал тебя лучше, Монти,
я бы подумал, что тебе доставляет
удовольствие это говорить.
Да.
Но, с другой стороны, я
всё-таки был на войне.
Как бы то ни было, ты здесь главный.
Да.
И окончательное решение по
времени Дня «Д» буду принимать я...
и только я.
Молитесь о хорошей погоде.
Погода не имеет значения.
Мы должны идти, несмотря ни на что.
Джордж сказал, она подошла к нему.
Она подошла к нему, так?
А.
Решил зайти и представиться.
Бернард Монтгомери.
А, да.
Здравствуйте. Джеймс Стэгг.
Все выглядит хорошо для понедельника?
Нет.
Нет-нет-нет.
Не могу сказать, что да, сэр.
Ну, не может же быть всё так плохо.
Вы знаете нашу страну, сэр.
Внешность обманчива.
Хм.
Не сейте сомнения, груп-кэптен.
Битвы проигрывают, когда
сомнение проникает в умы.
Мы пересечём Ла-Манш в понедельник.
Это точно.
Если День «Д» отменят, мы проиграем войну.
Вы хотите лично нести ответственность
за поражение в этой
войне, груп-кэптен Стэгг?
Нет, сэр.
Ради всего святого.
Ладно.
Мы готовы идти?
Куда идти?
На совещание.
А когда придём на совещание, что мы скажем?
В понедельник будет спокойно и солнечно.
Барометр в Фойнсе падает всё утро.
Я видел.
Незначительное падение, несущественное.
Я считаю, это существенно.
Послушайте, приятель.
Я работаю с Айком три года.
- Я знаю этого парня.
- М-м. И?
Он не потерпит неопределённости.
Так. Тогда я лучше пойду на совещание один.
Вы шутите?
Так нельзя.
Так не работает.
Э-э, так нельзя.
Ответственность за прогноз
Дня «Д» лежит на мне,
и я не собираюсь относиться
к этому легкомысленно.
Это не ваша ответственность.
Ясно? Это наша.
Наша, совместная.
Нет-нет. Есть один главный
метеорологический офицер,
и это не вы.
Вы не пойдёте на совещание.
Ещё что-то?
Козёл.
Ирв.
- Сколько у меня времени?
- Пора.
Что случилось с полковником Криком?
Забудьте о полковнике Крике.
Им это не понравится.
А мне это не нравится.
Вас ждут, груп-кэптен Стэгг.
- Да?
- Сэр, он здесь.
Прошу прощения, господа.
Груп-кэптен Стэгг.
Это генерал Бернард Монтгомери,
главнокомандующий
сухопутными силами союзников.
А это
главный маршал авиации Ли-Мэллори,
главнокомандующий
экспедиционными ВВС союзников.
Это адмирал Рамсей,
главнокомандующий
военно-морскими силами союзников,
и генерал-лейтенант Омар Брэдли,
командующий 1-й армией США.
А где полковник Крик?
Он не пришёл, сэр.
Почему?
Я посчитал своим долгом лично доложить вам
прогноз на понедельник.
- Он должен быть здесь.
- Привести его?
Мой прогноз будет тем же,
будет полковник Крик на совещании или нет.
Хорошо.
Впредь я хочу видеть его здесь.
Вам понятно?
- Разумеется, сэр.
- Хорошо.
Что у вас есть?
К сожалению, мы имеем дело с чередой
двух мощных штормов в Атлантике
беспрецедентной для этого
времени года интенсивности.
Мой прогноз, следовательно...
Прошу прощения.
Мой прогноз, следовательно,
на понедельник, 5 июня,
предполагаемый День «Д»,
таков.
Ветер, северо-западный, сильный,
достигающий силы шесть,
возможно, семь баллов.
Сила семь? Вы уверены?
Нет.
Это оценка.
Облачность низкая.
Видимость плохая.
Очень вероятны осадки.
Волны от восьми до двенадцати футов,
возможно, с повышением до пятнадцати футов.
Уверенность... низкая.
Понедельник, 5 июня
как минимум до вторника,
6 июня, ухудшение...
...до очень низкой.
Стэгг, я не синоптик,
но вы смотрели в окно в последнее время?
Погода в этой части Европы, сэр,
может меняться очень быстро.
Плохая видимость — насколько плохая?
Менее мили, примерно.
Нашим десантникам нужна полная луна,
чтобы приземлиться точно в цель.
Для высадки десантных судов
необходимы приливные течения.
Вы понимаете, груп-кэптен Стэгг,
что понедельник, 5 июня — единственная
дата в этом календарном году,
когда эти условия идеально совпадают?
Понимаю. Разумеется, сэр.
И когда же вы предлагаете нам идти?
Что касается погоды,
сказать невозможно.
Что касается луны и приливов,
следующая возможность — 18 июня.
Ещё две недели? Вы с ума сошли?
Мы не сможем сохранить
подготовку в тайне так долго.
Это просто невозможно.
Конечно невозможно.
Враг будет готов и будет ждать.
Они перебьют каждого из нас.
Это чрезвычайно пессимистичный прогноз.
Вы абсолютно уверены?
Нет.
Я не уверен.
Я уверен, что штормы придут.
Я не могу быть абсолютно
уверен, когда именно.
Недостаточно хорошо.
Если штормы придут сегодня ночью,
они могут выдохнуться к понедельнику.
Если они придут завтра, погода будет...
ровно такой, как я описал.
Мы должны идти в любом случае.
В этот момент нужно решение,
основанное на реальном боевом опыте.
Мы не можем рисковать ещё одним «Тигром».
Мои люди готовы к большому матчу.
Высадите их на пляжи любым способом.
Остальное предоставьте мне.
Перезарядите, пожалуйста.
Поехали. Время.
Монти.
Можете думать что угодно
и говорить что угодно мне в лицо,
но никогда больше не подрывайте
мой авторитет перед людьми.
Расслабься, старина.
Я же не говорю им ничего,
чего они и так не знают.
«Тигр» был учебной операцией.
Генеральная репетиция Дня «Д».
Половина тех парней были новобранцами.
Я вызвал артиллерию для...
...чтобы их закалить.
Военно-морское командование
должно было бомбить пляж
за час до высадки.
Были задержки, пришлось сдвинуть время.
У наших радиостанций была
другая частота, чем у британцев.
Наши ребята не получили сообщение.
Они попали прямо под обстрел.
Одна ошибка.
Всего одна ошибка.
Айк.
Айк, посмотри на меня.
Ты должен перестать себя так мучить.
Что сделано, то сделано.
Когда я закрываю глаза...
...я вижу только провал.
Ну, кого я вижу.
Вечер, сэр.
Вечер, Ирв. Как дела?
Нормально. Можно поговорить?
О чём?
Сэр, я не уверен,
- знаете ли вы...
- Айк!
Associated Press только что объявили,
что мы высаживаемся во Франции завтра.
CBS, «Радио Москвы», уже подхватили.
- Свяжитесь с генералом МакКлюром.
- Да.
Пусть немедленно замнут это дело.
И назовите мне виновных.
Понял.
Вы хотели что-то сказать?
Стэгг!
Стэгг!
Все вон!
Вон!
Закройте за собой дверь.
Этот прогноз, который вы дали...
...это было мнение британской
и американской команд?
Это было мнение объединённой
метеорологической службы союзников.
Не надо мне заливать!
Крик сказал мне — только что сказал! —
что в понедельник погода будет отличной.
Просто отличной. Солнечной и прекрасной!
Полковник Крик не имел
права говорить от имени...
Неправда! Полковник Крик имеет полное право
высказываться, если
считает, что это повлияет
на исход вторжения!
Вам понятно?!
Понятно?!
Да, сэр.
Кем вы себя возомнили?
Кем?
Приказываете моему человеку отступить?
Докучаете моему персоналу,
чтобы позвонить домой?
Можно мне ответить, сэр?
Я весь во внимании.
Как главный метеорологический офицер,
я беру на себя полную ответственность
за рекомендацию, данную на совещании.
И именно потому, что мы с полковником
Криком не сошлись во мнениях,
я решил, что будет яснее и проще,
если я буду говорить один.
Прогнозы Крика спасли
тысячи жизней.
С какой стати мне доверять вам?
Потому что полковнику Крику везло.
Хорошо.
Я люблю везение.
Почему ему везло?
Ему везло, потому что ему приходилось
прогнозировать стабильные погодные системы.
Когда паттерны предсказуемы, да, конечно,
аналогичные карты могут быть полезны.
В Северной Африке он никогда не ошибался.
- Ни разу.
- Ну конечно, не ошибался.
Он был там как за каменной стеной.
Условия здесь, сэр...
они несопоставимы.
Посмотрите на карты, сэр.
Здесь два — не один, а два —
крупных шторма надвигаются
на побережье Нормандии
прямо сейчас.
Это же далеко от Франции.
Да, сэр.
Пока нет.
Я хочу прогноз, с которым
вы оба согласитесь.
Ясно?
Да, сэр.
В ОПВ подтвердили полный отвод.
Спасибо.
Не за что, сэр.
Я не говорила ему о вашей
попытке позвонить домой.
Кто-то внизу, видимо, проболтался.
Ясно.
Он иногда такой.
Пропускайте мимо ушей.
Он даже не вспомнит, что говорил.
Это ваш метод?
А, он ерунда.
Я была водителем скорой во время Блица.
Трупов было так много,
что кинотеатр использовали как морг.
Просто становишься толстокожим.
От водителя скорой
до адъютанта верховного главнокомандующего.
М-м.
Водитель, секретарь,
адъютант, сиделка.
Всё, что угодно.
Мы вместе уже три года.
Я была в Марокко, Алжире.
Наверное, захватывающе.
Всякое бывает.
А эти штормы, о которых вы говорите...
откуда такая уверенность, что они придут?
Я не уверен.
В погоде нельзя быть уверенным.
Всё, что мы можем, — смотреть на факты.
А вы знали, что синоптики
традиционно считаются скучными?
Как вы смеете?
Синоптики, может быть, но
как погода может быть скучной?
Она кормит нас.
Погода.
Может уничтожить нас.
Управляет нашей повседневной жизнью.
Не думаю, что это скучно.
Люди спрашивают: «Когда будет
дождь? Когда выглянет солнце?»
Но почему идёт дождь?
Почему дует ветер?
Что такое ветер?
Прошу прощения.
Да, Стэгг.
Да, продолжайте. Повторите.
Ноль, ноль, один, ноль, четыре...
Слоисто-кучевая на 2000 футов.
Вершины на 5000 футов.
Хорошие новости или плохие?
Всё выглядит хорошо, сэр.
Я категорически не согласен.
Всё выглядит вовсе не хорошо.
Знаете, меня уже достал
этот ваш шотландский
пессимизм, это хайлендское уныние.
Я не из Хайленда.
Ну, тогда ваше лоулендское уныние.
Я не из Хайленда и не из Лоуленда.
Ну, откуда бы он ни был,
на понедельник всё будет хорошо, сэр.
Видите это?
Этот гребень высокого
давления уже сместился
с Азор, как и 3 июня 1925 года.
Это идиотизм.
Это просто идиотизм.
То есть я теперь идиот?
Отлично, Стэгг. Просто отлично.
Оскорбляйте меня прямо в лицо.
Я не оскорбляю. Я
просто даю характеристику.
Как идиота?
Хватит.
Как уверенного идиота, да.
Иди к чёрту, Стэгг. Ты пришёл сюда,
- думаешь, ты лучше нас?
- Эй! Всё,
всё, хватит.
Господи Иисусе.
У нас три часа.
Три часа до доклада главнокомандующим.
Итак...
...идти или не идти?
Сэр, нужно учесть...
Нет. Никаких «учесть».
Нет.
Идти или не идти? Идти или не идти?
Вот и всё. Что?!
Нужно идти, сэр.
Стэгг.
Прошу прощения, мы перезвоним.
Понял.
Я прошу прощения, сэр. Вас.
Не сейчас.
Говорят, очень срочно.
Да, Стэгг.
Сэр, это рядовой Эми Хейг из отдела связи.
Передаю сообщение из
метеослужбы в Данстейбле.
Вашу жену доставили в
родильное отделение Сент-Мэри.
- Она беременна, верно?
- Да.
Да, верно.
Ребёнок родился?
Я пропустил?
Сэр, они посчитали нужным сообщить:
сегодня вечером больница
Сент-Мэри была разбомблена.
Есть жертвы, сэр, и они...
они всё ещё ищут вашу жену.
Груп-кэптен Стэгг?
Есть ещё информация?
Пока нет, сэр.
Но есть жертвы?
Да, сэр.
Хорошо. Что ж...
Если появится ещё...
информация, сообщите мне — что угодно.
Разумеется, сэр.
Спасибо.
Пожалуйста, сэр.
Проблемы, Стэгг?
Нет. Это неважно.
Хорошо.
Так я могу отдавать приказ?
Что?
Приказ.
На понедельник.
Нет.
Н-нет?
То есть вы говорите, не отдавать приказ?
Так?
Да... Да.
Да. Я говорю... я говорю...
что погода в понедельник
будет крайне плохой.
Я скажу вам, в чём моя проблема, Стэгг.
Даже я вижу,
что антициклон Крика движется,
потому что он прямо
здесь, на чёртовой карте.
Наше последнее совещание в 4:00 утра,
и это будет последняя возможность
что-либо изменить,
так что если вы не докажете,
что шторма приближаются,
мы вторгаемся по плану —
в понедельник, 5 июня, 6:30 утра.
Да, сэр.
Три часа, господа.
Готовы? Готовы?
Да!
Доктор Стэгг.
Пойдёмте со мной.
Давайте.
Вы нужны там.
Давайте.
Всё будет хорошо.
- Да.
- М-м.
Что угодно.
Ага.
Это только что поступило, сэр.
Я хочу кое-что сказать.
Да, что?
Я считаю, вы неправильно
относитесь к Стэггу.
Если продолжите в том же духе,
он сломается, и вы его потеряете.
Тогда буду работать с Криком.
Я люблю Ирва, но он не чета Стэггу.
С каких пор вы эксперт?
Не разговаривайте со мной так.
Его жена в больнице.
- Она беременна.
- Рожает.
Больницу разбомбили, да.
Я знаю. И что?
Он не знает, жива его
беременная жена или мертва.
Угу. Да.
- Позвольте мне узнать.
- Узнать что?
Я могу съездить в больницу
и вернуться через пару часов.
- Как вы это сделаете?
- Это даст ему ясность.
Нет. Нет, вы нужны мне здесь.
Всего пара часов.
Нет.
Свободны.
Свободны, лейтенант.
Южная Исландия,
облачность 7 баллов
слоисто-кучевой, 3000 футов,
юго-восток, сила шесть.
...10 баллов на 1500 футов.
Итак, над Ирландией
условия тёплого сектора,
и циклон 9-9-6 у северо-запада Шотландии.
Это вторичный циклон.
Он вызывает низкую облачность.
Очень высокая точка росы в этом
тёплом секторе выше по течению.
Признаков смещения
фронтальных систем на север нет.
Пока нет.
- Они вот-вот начнутся, сэр.
- Ещё пару минут.
Прошу.
У меня есть карты приземного
воздуха на 13:00 и 18:00. Брайант.
Ничего.
Карты не нужны.
У нас ещё есть время, сэр.
Ирвинг, начните вы, пожалуйста.
Да, сэр.
Господа...
это карта за 3 июня 1925 года.
Обратите внимание здесь и здесь
на временное ослабление
давления над Азорами,
как мы наблюдаем сегодня.
В течение 24 часов давление восстановилось
и отогнало шторм,
угрожавший Северной Европе.
Как видите...
почти идентичные паттерны
были в 1904 и 1925 годах,
и я могу привести
множество других примеров,
но суть в следующем:
завтра, в понедельник, 5
июня, можно действовать.
Спасибо.
Стэгг?
Ваше слово.
Я здесь никому особо не нравлюсь.
Я это понимаю, и это нормально.
Я не жду, что я вам понравлюсь,
но я хочу, чтобы вы меня выслушали.
Я мог бы стоять здесь и приводить вам
ещё больше данных —
последние показания
барометров, скорость ветра,
новые данные зондирования
верхних слоёв, которые мы собрали, —
но это ничего не изменит, верно?
Верно?
Потому что вы хотите верить,
что — как сказал полковник
Крик — завтра будет безопасно
высаживаться в Нормандии,
и поэтому вы верите.
Но всё, что он только что сказал, —
это чистейшей воды...
...чушь собачья.
Можете собрать сколько
угодно танков, солдат
и кораблей.
Можете собрать величайшую армаду в истории,
но если вы вторгнетесь
завтра, их просто смоет.
Потому что штормы, о
которых я говорю, реальны,
и струйное течение, которое их гонит
к побережью Нормандии, реально,
и гнев природы...
...реален.
И если вы это проигнорируете,
бесчисленное множество
мужчин и мальчиков...
Всё.
Он сошёл с ума.
Почему это чушь?
Да, погода была такой, как он описал,
в 1904 и 1925 годах, но он
забывает упомянуть 1916-й.
5 июня, битва при Маунт-Сорреле.
Тогда, как и сейчас, над Азорами
были области высокого давления,
но штормы всё равно пришли.
Многие здесь помнят ту битву.
Хаос. Абсолютный хаос!
Тысячи погибших!
Ад на земле! Проливной дождь!
Он выбирает данные, которые ему выгодны,
и игнорирует остальные.
Нужно смотреть правде в глаза.
Правде!
Какой бы страшной она ни была!
Ну а если...
если не в понедельник, то когда?
Не раньше 18 июня.
Господи, он опять про 18-е.
18-е?
Нет никакого 18-го.
Нет 18-го. Нет 18-го!
Нет!
Нет, нет, нет, нет, нет!
18-е не вариант!
Монтгомери.
Берти...
какой самый плохой вариант
мы можем выдержать?
Волны от четырёх до шести
футов можно выдержать.
Всё, что выше шести футов...
невозможно.
Стэгг?
Я оцениваю волны от восьми до десяти футов.
Траффорд, худший вариант?
Нижняя граница облачности
не может быть ниже 1000 футов,
иначе мы летим вслепую.
Облачность будет минимум 8–10 баллов
ниже 1000 футов.
Тогда не летите.
Рамсей, вы доставите нас на берег,
наши люди справятся с остальным.
- Без воздушного прикрытия?
- С ним или без.
Заткнись, Монти.
Нам нужно высадиться, вот что нам нужно.
Если мы не высадимся, у нас
не будет четвёртого фронта,
- а без четвёртого фронта...
- Ради бога, Монти.
При волнах в десять футов
мы никуда не высадимся.
Ну тогда давайте прямо сейчас начнём
изучать уроки немецкого, да?
И маршировать гусиным шагом.
И, может быть, когда-нибудь через много лет
мы все будем петь
йодлем о том, как мы не...
Хватит!
Крик, вам есть что добавить?
Я говорю вам, сэр, на следующей
неделе будут только ясные небеса.
Если вы решите отложить,
вы будете жалеть об этом
всю оставшуюся жизнь.
Я остаюсь при своём мнении.
И я при своём.
Тогда да будет так.
День «Д» откладывается.
Айк.
Не хочу напоминать,
но у нас сотни тысяч солдат
готовы к отправке.
Они, очевидно, были проинформированы
о планах вторжения.
Да, это много болтливых языков.
Задержать всех солдат.
- Повторяю, задержать всех солдат.
- Повторяю,
всех солдат немедленно задержать.
Никого не выпускать до
особого распоряжения.
Никого не выпускать до
особого распоряжения.
Повторяю, всех солдат немедленно задержать.
Всех солдат немедленно задержать.
Задержать на борту, без исключений.
Вы поступили правильно.
Господи.
Надо было идти.
Айк.
Господи, даруй живущим...
...благодать.
Усопшим — покой.
Нации —
мир и согласие.
Нам всем, слугам твоим, —
обетование жизни вечной.
Благословение твоё да
объединит нас всех в служении тебе
и нашей стране.
Свет, чтобы вести нас...
веди нас нашим путём.
Мужество, чтобы поддержать нас, и
благословение твоё, да объединит нас...
в служении тебе.
Аминь.
Аминь.
Мы не можем держать
людей взаперти так, Айк.
Не на две недели.
Ну и что вы предлагаете?
Отпустить 300 000 человек,
знающих план Дня «Д»?
Можем сразу сами рассказать всё нацистам.
Я просто заметил.
Мы найдём выход, Траффорд.
Держитесь.
Да.
Сэр.
Итак, L2 и L3 объединились в одну систему.
Мм. И новый циклон
усилился к востоку от Ньюфаундленда.
Сэр?
Прошу прощения, доктор Стэгг?
Холодный фронт, похоже,
уходит из Западной Ирландии.
Что?
Он уходит, сэр.
Каков геострофический градиент?
Около 40 узлов к северу, сэр.
То есть он замедляется.
Нельзя быть уверенным, сэр.
У нас только одно измерение.
- Откуда оно?
- Северо-Западная Ирландия.
Скажите точно, кто... кто его записал?
Какая метеобаза?
Мисс Морин Суини, сэр.
- Блэк-Сод-Пойнт.
- Покажите.
Перезвоните ей. Перепроверьте.
- Трижды проверьте.
- Сэр.
Сейчас, пожалуйста.
Попросите операторов телетайпа
дать мне показания со всех баз
в радиусе 500 миль от
Блэк-Сод-Пойнта. Немедленно.
Можно мне последние
климатические данные, пожалуйста?
Да?
Э-э...
Это только что поступило
из Блэк-Сод-Пойнта.
Проверяли?
Сейчас проверяют.
Может что-то значить, может ничего.
Но что именно?
Как думаете?
Почему вы спрашиваете меня?
Посмотрите в окно, чёрт возьми, Стэгг.
Я спрашиваю вас, потому
что мне нужен ваш опыт.
Пожалуйста.
Это пятое измерение.
Это необычно.
М-м. Да, необычно.
Стоит изучить.
Хорошо.
Мощная фронтальная
облачность, западнее 35-й.
Барометр в Блэк-Сод-Пойнте упал за ночь,
затем небольшой подъём к
вечеру, фронт у побережья.
1-0-1-1 миллибар.
С кем вы сейчас? С кем говорите?
Я просто спросил его о...
Так, что вы сейчас делаете?
И получите результат по этому, пожалуйста.
Циклон движется в
правильном направлении, но...
- Он слишком близко.
- Да.
Хэмилтон, когда будет следующая карта?
В течение часа, сэр.
«В течение часа» — не годится.
Можно... можно Данстейбл...
результат из Дан-Данстейбла,
пожалуйста, скорее?
Он должен был быть у нас час назад.
Какое движение у холодного фронта?
Всё ещё 30 узлов, сэр.
Вы когда-нибудь видели такую динамику?
Никогда. Зимой, может быть.
Никогда в это время года.
Слоисто-кучевая
поднимается выше 2000 футов.
Температура поверхности моря — 15 градусов.
Данные до 400 миллибар.
Что вы ищете?
Разрыв, потому что он там есть.
Вы называете это разрывом?
Да, я называю это разрывом.
Это очень узкий разрыв.
Узкий разрыв — это всё
равно разрыв. Спасибо.
Вы видите разрыв?
Я считаю, что он образуется, сэр, да.
Да, разрыв. Спасибо.
Если бы это был обычный
прогноз, вы бы его дали?
Да.
Не знаю. Наверное.
Да.
Единственное отличие — это День «Д».
Большая разница.
Звоните Эйзенхауэру.
Вы хотели меня видеть?
Да, сэр.
Есть изменения, сэр.
Похоже, шторм у Ньюфаундленда замедляется.
Мы считаем, этого достаточно,
чтобы образовалось... окно
в неблагоприятной погоде.
Э-э...
Если позволите, сигареты —
это шторм у Ньюфаундленда,
самый крупный из трёх.
Мои очки — это два меньших шторма.
Сейчас крупный шторм уводит
два меньших шторма
от побережья Нормандии,
оставляя...
некое подобие разрыва в погоде
как раз достаточное, чтобы мы
высадились в Нормандии во вторник утром.
Во вторник?
То есть через 26 часов,
во вторник?
Сэр, если бы вы только
взглянули на свежие карты...
Не хочу я смотреть
на ваши чертовы карты.
Это какая-то абракадабра.
Я хочу, чтобы вы
встали на колени
посмотрели мне в глаза
и сказали:
«Во вторник утром, сэр,
солнышко будет улыбаться».
Потому что, если вы
не заметили,
там, снаружи, гребаный ураган!
Технически это не ураган, сэр.
Солнечная погода — вы говорите «стоп».
Ураган — вы говорите «вперед».
Ну нет. Ну да, сэр.
Да, именно это я и говорю.
Отправить моих людей в...
в этот шторм?
Да.
Они никогда не увидят этого
сэром, никогда.
Такой разрыв в шторме — никогда.
Вы в этом абсолютно уверены?
Вы в этом абсолютно уверены,
коммодор авиации Стэгг?
Я уверен, что разрыв будет.
Погода будет не идеальной...
но подойдет.
Это ваша официальная позиция?
Моя официальная позиция такова.
Вперед.
Вам стоит идти, сэр.
Хорошо, мы идем.
День «Д» — вторник, 6 июня.
Это мое заявление...
- если завтра все пройдет хорошо.
- Ммм.
И...
это — если нет.
- Эй.
- Мм?
У меня для тебя сюрприз.
Редкость, как нейлоновые чулки.
У меня хорошее предчувствие
насчет завтрашнего дня.
- Тебе нужно поспать.
- Да.
Да?
- 06:30.
- 06:30.
Мои люди сделали всё, что могли,
проявив храбрость и преданность долгу.
Если с этой попыткой связана
какая-либо вина или ошибка,
то она моя и только моя.
Вот что я написал.
На случай, если завтра мы потерпим неудачу.
Не потерпим.
Солдаты, моряки и летчики
Союзных экспедиционных сил...
...вы готовитесь вступить
в Великий крестовый поход,
к которому мы стремились
все эти долгие месяцы.
На вас устремлены взоры
всего мира.
Надежды и молитвы
всех свободолюбивых людей
повсюду идут с вами.
Вместе с нашими храбрыми союзниками
и братьями по оружию
на других фронтах,
вы добьетесь
уничтожения
военной машины Германии...
...ликвидации
нацистской тирании
над угнетенными народами
Европы
и безопасности для нас самих
в свободном мире.
Ты поспал хоть немного?
Ни минуты.
А ты?
Нет.
Ваша задача
будет нелегкой.
Ваш враг хорошо обучен,
хорошо оснащен
и закален в боях.
Он будет сражаться яростно.
60 секунд до часа «Ч».
Радиомолчание заканчивается через...
60 секунд.
Но на дворе 1944 год.
Ты откуда?
Брекен-Маунтин,
Северная Каролина, сэр.
- Брекен-Маунтин,
Северная Каролина? - Так точно, сэр.
Прилив повернул вспять.
Свободные люди мира
идут вместе
к победе.
Как тебя зовут?
- Эйлер, сэр.
- Эйлер. Ты откуда, Эйлер?
Я полностью уверен в
вашей храбрости, преданности долгу
и боевом мастерстве.
Мы не примем ничего, кроме
полной победы.
Удачи,
и да испросим мы благословения
Всемогущего Бога
на это великое
и благородное начинание.
«Юта», ответьте. «Юта».
«Юта», ответьте.
Главный штаб — «Юте».
Ответьте, «Юта».
Пункт управления «Омаха-Бич»,
как слышно?
«Юта», ответьте.
«Юта», как слышно?
«Юта»... попали под
пулеметный огонь. Потери...
На «Юта-Бич» интенсивный обстрел.
А как другие пляжи?
На «Омаха-Бич» серьезные потери.
Сколько потерь?
Западный ветер вносит коррективы в курс.
Западный ветер вносит коррективы в курс.
Видимость — две мили,
нижняя кромка облаков
опускается до 1500 футов.
Десантные катера сбились с курса у «Юты».
Видимость — две мили.
Нижняя кромка облаков
опускается до 1500 футов.
Небо над «Омахой» все еще облачное...
не удается обнаружить батареи
на южном пляже.
- Не останавливаться!
- Вперед!
Вперед! Вперед!
Обстрел! Укрыться!
Невозможна выгрузка из-за плотного артогня.
Отделение L1 потеряно в воде.
Вторая половина продвигается вперед.
...в 800 ярдах от пляжа.
«Омаха», ветер 14 узлов, западный.
Интенсивный огонь на «Голде» и «Омахе».
Много раненых на «Дог-Ред»,
нужна немедленная эвакуация.
Нижняя кромка облаков
низкая, около 500 футов.
Нижняя кромка облаков
низкая, около 500 футов.
...не обнаруживаем целей
для удара...
Не можем обнаружить
целей для удара
без риска для своих же десантов.
Ни черта не видно!
Ветер 18 узлов, юго-западный.
Ветер 18 узлов,
юго-западный.
Облака на высоте 800 футов,
начинают подниматься.
- Ты в порядке. Ты в порядке.
- Я умру?
Нет, мы доставим тебя домой.
Ты в порядке. Ты в порядке.
Волны у «Юты» стихают, теперь 2-3 фута.
Нижняя кромка облаков
поднимается до 1500 футов.
В глубине материка небо проясняется.
Продолжайте наступление!
Мне плевать! Вперед!
Облачность над «Ютой» рассеялась.
Вперед!
Два американских эсминца
находятся в пределах одной...
Вперед!
Да?
Ммм.
Что?
Спасибо.
На всех пляжах захвачены плацдармы.
Наши люди на берегу,
при полной поддержке авиации и флота.
Алло. Отдел связи.
Да, больницу Святой Марии
в Клэпхэме, пожалуйста.
Простите, сэр, но исходящие звонки
по-прежнему запрещены,
пока официально не сняты
ограничения секретности.
Я полагаю...
Я распорядился, чтобы вас отвезли
прямо в больницу.
Большое спасибо.
Я ценю это.
Что ж, поздравляю, Стэгг.
И вас поздравляю.
Удачи.
Большое вам спасибо
за всё.
Не стоит благодарности.
Жаль, что я не мог
сделать больше.
Нет, нет, нет.
Мы были заняты.
Спасибо.
Нет, нет. Нельзя.
Нет! Нет!
Привет, Джим.
Привет, Лиз.
Ты в порядке?
Ты как?
Да?
Твой сын.
Ох.
Привет.
Привет, красавица.