Интервью с вампиром (3 сезон, 2026 год). Цитаты и фразы из сериала

«Интервью с вампиром» (англ. Interview with the Vampire) — американский художественный сериал, экранизация одноимённого романа Энн Райс с Джейкобом Андерсоном и Сэмом Ридом в главных ролях.

Все фразы и цитаты

Серия 1

СВЕТОВЫЕ И СТРОБОСКОПИЧЕСКИЕ ЭФФЕКТЫ
МОГУТ ВЛИЯТЬ НА СВЕТОЧУВСТВИТЕЛЬНЫХ ЗРИТЕЛЕЙ
Ранее в сериале,
прежде именуемом «Интервью с вампиром».
Итак, господин дю Лак, и давно вы уже мертвы?
Это был 1910 год.
Луи, позволь представить,
мистер Лестат де Лионкур.
Какие именно отношения связывают
вас с моим братом, месье Лионкур?
Я могу отнять эту жалкую жизнь
и взамен дать тебе тёмный дар.
Стань моим спутником, Луи. На веки вечные.
У него, была своя харизма.
Невероятно очаровательный, даже заботливый.
Он был моим убийцей, наставником,
любовником и создателем. Всё одновременно.
Клодия была моим всем.
В жизни вампира есть свои сложности.
Может ли бессмертный умереть?
Технически, да.
Но можем ли сделать такое мы с ним?
Париж был пробуждением для Луи.
Тогда Париж был для меня многим.
Bonjour, mon amour.
Вы не шизофреник, Луи?
Я чувствовал,
как движется воздух от его движений.
Его дыхание на моей шее.
Нас судили за убийство.
Любовь. Она никогда не давалась мне легко.
Мой первый возлюбленный,
Николя де Лефон, скрипач...
Мальчик для тебя — напоминание?
Ники!
Я Арман. Глава твоего ковена.
У него кровь.
Впустили его, чтобы он всё разрушил.
Да.
Вы спасли Луи.
Изгнание.
Но не её.
Кто тебя создал?
Его звали Магнус.
Унёс меня из комнаты в Париже,
пока я кричал и брыкался.
Свет покидает твои голубые глаза.
Я пришёл убить тебя.
Во мне течёт и кровь Акаши.
Не он спас тебя,
а Лестат!
Мой создатель с тобой не связывался?
Зря я оставил тебя с ним наедине.
Так компенсируй. Напишем вторую книгу.
Я теперь сам себе спутник.
Извини, у меня нет времени,
я репетирую. Я отправляюсь в тур.
Просто надо попрактиковаться ещё лет 50.
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!».
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Круто.
Да, очень даже неплохо.
Я давно присмотрел.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
Аукционный дом выражает благодарность
всем собравшимся за соблюдение
весьма нестандартных требований
сегодняшнего мероприятия.
Кроме того, мы хотим ещё раз подчеркнуть,
что анонимность, которую вы нам предоставили,
распространяется на вас лично,
как и на любые учреждения,
которые вы представляете.
Скажу очевидное:
нас здесь не было, и вас тоже.
Лот первый из двух:
оригинальные записи
полного собрания сочинений
вампира Лестата де Лионкура,
включающие его одноимённый альбом 2025 года
«Вампир Лестат»,
дополнительные записи,
которые были исключены из финального издания,
оригинальные рукописные партитуры
и частные записи самого вампира Лестата,
в том числе песенный цикл
в классическом стиле на стихи Бодлера.
Прежде чем мы начнем торги,
я произведу следующее действо.
Вы издеваетесь?
Вы это серьёзно?
Это оскорбительно!
Постыдились бы!
Мы начнём торги с одного юаня.
Кто готов дать один юань?
Один юань.
Продано.
Милой даме в третьем ряду, не павшей духом.
Лот номер два:
музыкальная шкатулка,
собранная самим вампиром Лестатом.
Сервант 1978 года,
работы Фердинандо Меккани Коринто.
Внутри — проигрыватель Rossner and Sohn MOTT
с колонками BeoLab 90,
два винных шкафа с регулируемой температурой:
в одном — бутылка портвейна
Niepoort 1863 года,
в другом — магнум,
наполненный кровью держателя коллекции.
На верхнем уровне —
уникальное виниловое издание
полного собрания сочинений
вампира Лестата де Лионкура, описанное ранее,
а также 111 аудиоальбомов,
которые можно описать как...
всеведущую историю событий альбома 2025 года
и сопутствующего тура,
а также история глобальных катастроф,
которые последовали за этим альбомом и туром,
рассказанная самим вампиром Лестатом.
Коллекция получила название...
«Фиаско».
Начальная ставка — 50 000 000 юаней.
Если вы это слышите сейчас,
значит, вы очень привилегированный человек.
Вы могли бы годами кормить
небольшую страну, лежащую в руинах.
Вместо этого вы купили мой сервант.
Вы мне уже нравитесь.
Начнём, пожалуй, с середины.
Где я мог и должен был всё закончить.
Мой тур,
моё гедонистическое стремление к крайностям,
всё это.
Сделай я это,
тогда бесславно погибшие и покалеченные,
были бы сегодня в другом месте.
И я не говорю, что попытка уничтожить
всех представителей мужского населения —
это целиком моя вина.
Нет, такой уровень самовлюблённости
даже мне не по душе.
Но, если поразмыслить...
да, я определённо внёс свой вклад.
Это была весна 2025 года.
Славная нация пыталась вернуть себе величие.
Снова.
И каждый вампир, и едва обращённый,
и уже опытный...
творил лишь то, что пожелает.
Чего скисла, моя пташка?
На клыки мои смотришь страстно.
Доставай колья. Не напугаешь.
Я актёр.
В гриме полном.
Разбежимся, расцвету словно роза.
И давай, родной, потом без допросов.
Естественно, я назвал группу в честь себя.
А четвёрка на подпевке играла свои роли
как по сценарию.
Это Ларри, фронтмен, ушедший в тень.
Каждую ночь он сжимал гриф своей гитары,
представляя вместо него мою шею.
Его брат — Алекс, более талантливый отпрыск,
прямолинейный и оттого приятный.
Саламандра. Басист. Туп.
До ужаса туп.
И Ти-Си — невеста, брошенная десятком групп,
которые должны были упокоиться ещё в школе
искусств. Она — наш билет в подполье.
Мы заливали песни на стриминги
и бронировали мелкие площадки,
чтобы вызвать у этого унылого поколения
страх упустить момент.
Они приходили ради шоу,
а уходили обращёнными,
я крестил эту нездоровую паству.
И вот мы наконец здесь,
в пристанище The Stooges и The Stripes,
отыграли 30 выступлений
и уже почивали на вершинах достаточности.
Неприемлемо.
Я — пиано.
А ты — форте.
Ты — аллегро.
Я — анданте.
Мы болеро.
Продажная страсть.
Новый вкус.
Привет.
Добро пожаловать в Детройт.
Чудный город.
Твои песни — отстой.
Спасибо за отзыв.
Хватай добро, да впопыхах.
Как сувенир, брось мне свой взгляд.
Геи идут, почувствуй страх!
Время забав!
Забав!
Время забав!
Да, мы идём!
Да, мы идём!
Да, мы идём!
Да, мы идём!
Да, мы идём!
О да, я иду!
О да! О да! О да! О да! О да!
Это была скука.
Народу нравится.
«Пластиковых демонов» запороли.
Он прав.
Мембрана на бас-бочке
дребезжит, подтяни чутка.
Солист прав.
А ты бубен оставил на подставке, Ларри.
Увлёкся гитарой.
Да срать тут все хотели на твою гитару.
Да, им подавай пародию на Оззи.
«Чувак, погнали в Harmony Room,
там сегодня Ларри Слейтер раздаёт жару».
Никто. Ни разу.
Хозяин — барин, солист.
Вот именно, чеки с меня.
Подпиши.
Чтобы завтра вышел с
бубном, как репетировали.
Отсоси, певун!
- За что?
- За Корваллис.
Хватит на раннюю пенсию жёнушке,
а её адвокату на яхту. Ручка же есть!
Так веселее. Ведь это кровь, а я вампир.
Нотариус в Орегоне не принимает
красные чернила.
Группу вы видели, а это оболочка,
которая защищает нас от мирской зависти.
Нашим щитом была Кристин Клэр.
Она нанимала, увольняла, приказывала
и оскопляла с крайней жестокостью.
Постарайся не быть собой.
Мы хотим тачку.
Нет.
- Мы же паиньки.
- Корваллис.
Кого берём?
- Её.
- Эта?
Я?
Всё, шлюшки, на выход.
Что ж, мне пора удалиться
в свою вампирскую гримёрку.
Чутка иссох с обоих концов.
А там гадайте: кому клыки,
а кому бутылку водки.
И да, выбор пал на водку.
Чёрт, опять.
Придурок.
Я упоминал, что в тот момент
мы снимали документальный фильм?
Бесполезная возня начинающего режиссёра.
Я видел черновой вариант...
правдиво, смело, но далеко не Уоррен Битти.
- Не видели Ярду?
- Эй, Ярда, подъём!
Из края небесно-синих вод...
Чего?
Ты опять линзу потерял?
Чёрт. Сейчас.
- Сколько ты уже выпил?
- Полтора стакана.
Поезжай в пригород,
займи столик в Applebee's,
закажи что обычно, щедро оставь на чай.
Встретимся в городе.
Казалось бы, рок-тур из 54 городов —
отличное прикрытие для вампира.
Спрятал добычу,
прыгнул в автобус, помахал ручкой
репортёрам и поминай как звали.
Но подобная известность
охотнику только вредит,
и одна неудачная ночь в Корваллисе создала
острую необходимость в дублёре.
Здорово!
Его звали Ярда Клапек.
Албанские бандиты, которым Кристин поручила
поиски моего двойника,
отрыли этого бедолагу на стройке в Чехии.
На семь сантиметров ниже
вашего красноречивого рассказчика,
поэтому — обувь на каблуке,
контактные линзы и парик.
И перед вами неандертальская версия меня.
Я шёл на охоту, а он — торговать лицом.
И каждая грустная фотография,
загруженная в сеть,
где Ярда жуёт в одиночестве сэндвич с тунцом,
лишь подтверждала то, во что большинство...
и так верило.
Погнали!
Что я, вампир Лестат, был лишь
вымышленным персонажем Дэниела Моллоя.
А солистом одноимённой группы
был обычный каменщик из Остравы
с замашками певца.
Всего лишь отчаянная попытка
нажиться на уходящей вампирской моде.
И винить в этом могу только себя,
ведь мы больше года просидели
на чердаке, оттачивая звучание,
которое, как я надеялся,
снимет с меня клеймо пресного злодея
с социопатическими наклонностями,
навязанное господином дю Лаком.
ДЭНИЕЛ МОЛЛОЙ
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
Но всё это неважно, потому что суть была...
и до сих пор остаётся, лишь...
Я знаю, что ты настоящий!
Большая часть человечества остыла к вампирам.
И довольно быстро.
Поздравляю.
А теперь заведи друзей.
Они оторвали носы
от своих алгоритмических игрушек,
дружно хмыкнули
и смахнули влево.
Я — тот самый вампир Лестат.
Я — бог.
От богов...
никто не отмахивается.
Наша графиня!
Мой бесполезный идиот.
Отличное шоу.
Ты ушёл ещё до начала.
Да, решил, послушаю группу T. Rex на Spotify
да стравлю чутка крови
с добряка Фарида — одна фигня.
Меня здесь нет.
Повесим микрофон? Ти-Си опять сшибла бум.
Да, сейчас.
ОН: ВИДЕЛ ЗАПИСЬ ТВОЕГО
ВЧЕРАШНЕГО ВЫСТУПЛЕНИЯ
Ну так...
Я: И?
Вы с Луи снова общаетесь?
На сообщения не отвечает.
ОН: ПОМОГЛО ОТ БЕССОННИЦЫ
На телепатические тоже.
Я: А КТО ЭТО, ПРОСТИТЕ?
Слышал, он вернулся в Штаты.
- Готово?
- Да.
Я: А КТО ЭТО, ПРОСТИТЕ?
Хлопушка.
ОН: Я О ТЕБЕ ХОТЯ БЫ ВСПОМИНАЮ
Начнём.
Я: Я УЖЕ ГОТОВ ВЫПИТЬ ДОСУХА
СВОЕГО ЧЁРТОВА ГИТАРИСТА
Вы прожили в общей сложности 265 лет.
Вы были свидетелем Французской революции,
появления электрического света, пенициллина,
двух мировых войн, атомной бомбы,
высадки на Луну, Берлинской стены...
Джоуи Честнат.
Что?
Ему платят за поедание хот-догов. Он легенда.
Мечтаю с ним познакомиться. Какой был вопрос?
Накопив глубокую мудрость и опыт,
благодаря Тёмному дару бессмертия,
почему вы решили растратить их на музыку,
которую никто не хочет слушать,
в штанах, в которые грех втискиваться?
Каждый вечер один и тот же вопрос.
И каждый раз — новый ответ.
Может, чем чаще я буду это повторять,
тем быстрее ты разрешишь
свою травму перерождения.
Нет у меня никакой травмы перерождения.
Так вот почему эти киношники наняли именно
тебя, Дэниел Моллой, истребитель вампиров.
Сказали, это был твой запрос.
Абсурд.
Такой же абсурд,
как документальный фильм о рок-группе,
выдающей себя за вампиров,
во главе с настоящим вампиром?
Снятый вампиром, выдающим себя за человека.
И не говори, Фарид.
Правда, что вы заикались в детстве?
Луи говорил: «Да».
Я: СЛЕВА ОТ ЛОНДОНА, ШТАТ ОНТАРИО
- Он был в Оверне в XVIII веке?
- Это ему рассказали вы.
А я грозился изнасиловать Клодию в поезде?
Был ли я рядом,
когда Доницетти писал «Дон Паскуале»?
Нет, нет, и это категорически нет,
потому что большую часть XIX века
я провёл под землёй.
Я писал с его слов.
Нет у меня никакой травмы,
мне нравится быть вампиром,
и, может, уже дашь отдых волшебным пальчикам?
Мрачный, унылый индустриальный мир
наконец-то подчинился автоматизации.
Рабочие стоят
в дверях своих домов, стуча по трубам,
пока их дети катаются
по дну их осушенных, пустых бассейнов.
Аптеки держат под замком
детские смеси и кремы для бритья,
«Сакс» поглощает «Барнис»,
а кто-то убеждает мир,
что дешёвые треники — это сексуально.
Факты...
не имеют значения.
Чувства значат всё.
И ценность человеческой жизни...
никогда не была столь спорной.
Дэвид, Фредди, Принс Роджерс —
все сгинули,
а эпоха Тейлор Свифт клонится к закату.
Огонь спускается с холма,
вода надвигается на Нантакет.
Прятаться больше негде.
Грядёт моя...
эпоха.
Post Malone и Jelly Roll сегодня собрали
60 000 татуированных рож.
А ты играл на 800 человек.
Чья, говоришь, эпоха?
Я тщеславен и пуст,
меня страшит забвение. Спроси что попроще.
Правда, что ты создал свою группу в Хеллоуин?
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Второй альбом. Сторона Б.
Что скажешь?
Мило.
Мило?
Да, мило. Вряд ли Бейонсе сделает кавер.
Но это мило.
Этого мало.
- И ещё очень мило...
- Это пустышка.
- Что ты вернулся к музыке.
- Хоть бы цветы прислал.
Мило, что ты нашёл себе милое местечко.
Это милое слово, и оно отражает
всё, что я хотел сказать. Не надо нытья.
Приезжай в гости.
У меня стена над кроватью пустует в гостевой,
не могу подобрать картину.
У, гостевая.
Хочешь показать мне свою гостевую?
И район богатый.
Старые деньги,
молодые профессионалы,
утопающие в трастовых фондах.
Звучит вкусно.
Те же выбоины, но никаких ураганов.
Никаких ведьм.
И все коверкают французский, тебе под стать.
Приезжай.
Монреаль...
Мы с этим городом — одно целое.
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
ИДЕАЛЬНАЯ КНИГА НА ХЭЛЛОУИН
Здесь багажа меньше.
Да, я понимаю.
Да и Парк Олмстеда неподалёку,
если заскучаю по дому.
А ещё...
через дорогу репетирует гаражная группа,
которая называет себя, только послушай —
«Сатана».
Из всех слов на свете они выбрали «Сатана»?
«Сатана на “вы”».
Что? Может, «С Сатаной на “вы”»?
На выгуле. «Сатана на выгуле».
А, ну уже лучше.
Луи, знаешь кого-нибудь
по имени Дэниел Моллой?
ДЭНИЕЛ МОЛЛОЙ
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
Я сжёг его ноут!
Кто ж знал, что он всё сохранил в облаке!
Я всего месяц назад узнал о выходе.
Ты знал целый месяц?
Ты говорил обо мне со смертным?
Ну, да...
Да, типа того... понимаешь...
Нет, я не понимаю, Луи.
Будь добр объясниться.
Да про неё скоро забудут.
Никто уже не читает.
Да кому сдался этот Лестат?
Сто процентов.
А вот Арман...
Такой загадочный.
Да, он многогранный.
Видел его портрет в Лувре?
Старпёры в очередь выстраиваются,
поглядеть на его сучью морду.
Я обошла эту очередь и направилась
прямиком к своему бета-крашу в углу.
Я б ему дала.
Надо вставить.
Как схватила бы, да покрепче.
Спасибо за покупку.
И давай нализывать.
А этот Лестат...
Надо было спалить
его французский зад на Роял-Стрит.
Сто процентов.
Книга просто улёт.
Хотите стать членом клуба? Будет скидка...
Не хочу!
Я знаю слово «инфинитезимальный»!
Был дождь.
Нет!
Нет...
Не было такого, чтоб тебя!
Лжец!
Я не арлекин.
Источники — вот ваши главные проводники.
А ваш редактор — это ваш пастырь.
Ну откуда Фа?
Зажал Соль — и хватит.
Зачем всё так усложнять?
Сладость или гадость!
- Дайте конфетку.
- Пожалуйста.
Привет.
С Хеллоуином.
Ну вот, а я хотел большую шоколадку.
- И всё?
- Это всё?
Тут одна фигня.
Спасибо.
Камера не соответствует эпохе костюма.
У меня аллергия на арахис.
Аллергия — лишь глупая выдумка.
Возьму батончик Mounds.
Ты возьмёшь то, что я тебе дам!
Чего он такой злой?
Только... не Фа!
Давай!
Давай... Продолжай.
Давай, Ларри!
Да-а!
Эй, что за нахер?
Зажал
Соль — и... хватит.
Сейчас не 1979-й, Бела Лугоши жив.
Не надо жать сразу пять ладов.
Ей больно.
Это наш сосед?
Ну... Да.
Я прошу прощения.
Утром придёт Артуро — привезёт замену...
и входную дверь.
Мойтесь почаще.
Спасибо!
Что вы спросили?
Почему музыка?
Эй. Стой!
Чего тебе?
Ты офигенно сыграл.
Зачем мы встретились?
Чтобы переписать.
Так весь этот тур —
реакция на мою книгу в стиле Байрона?
Кто сможет опровергнуть книгу лучше автора?
Моя история — в песнях,
а этот фильм — лишь аннотации к ним.
«Аннотации»? У меня два Пулитцера.
Этот фильм приведёт меня в Канны, ясно?
Я дам пощёчину Крису Року
и буду натирать Оскар.
Если гадёныш будет петь — он умрёт.
Закон это определяет.
Мне нравятся песни.
Чем больше мы на виду, тем выше риски.
В песнях — отголоски моих невзгод.
Он поёт для них, не для нас.
Он поёт для себя.
Не скрывайся, пиши ещё.
Ещё!
Это позволительно лишь главе ковена.
Закон это определяет.
Сперва книга, теперь исполнитель.
Вот оно — необузданное безумие.
Пусть поёт.
Приедет в ваш город — убейте его.
В сердце отзвук слышу порой —
признанием ты поделилась со мной.
Я: ДЕТРОЙТ ОХВАЧЕН ВОСТОРГОМ!
Я: ЖИВУ В ОТЕЛЕ ПОД НАЗВАНИЕМ «ДОЧЬ ДРАКУЛЫ»
Я: В МИНИ-БАРЕ — ВОДКА И ПРЕДМЕТЫ
ЖЕНСКОЙ ГИГИЕНЫ, НАЗЫВАЮТСЯ «ВАМПОНЫ»
Я: СКУЧАЮ ПО ТЕБЕ. ПРИЕЗЖАЙ
Я: ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ.
ТЫ МНЕ НУЖЕН. МНЕ ТРУДНО
Я: СКУЧАЮ ПО ТЕБЕ. ПРИЕЗЖАЙ
Я: ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ
Я поймал живой трофей,
не дрогнул, не бежал домой.
Я поймал живой трофей,
целую солнца край живой.
Нет времени сиять, нет времени страдать,
нет времени тусить — телефон опять гудит.
Я поймал живой трофей,
мне не до глупых новостей.
Ду-ду-ду, да-да-да.
Не хочу в чатах виснуть, звездой не стану я,
и учить TikTok-танец — нет, не для меня.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Beef House в «Твин Оукс
Молле». Заказ делайте в баре.
Фотографируйся с фанатами, они уже там.
Полистаем ленту: огоньки, баклажаны, птицы.
Привет, папи.
Я был плохим мальчишкой,
в сердце — тайный след,
тёмный свой секрет хранил я много-много лет.
Хочу услышать миллион криков ещё.
Это именно то, что жду я давно.
Ду-ду-ду, да-да-да.
Не хочу в чатах виснуть, звездой не стану я,
и учить TikTok-танец — нет, не для меня.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Возьми проклятый бубен!
От альпийских вершин вменяемости
до Каньона госпереворота
две ночи подряд моя скрипка соперничала
с его гитарой за сольный проигрыш.
Два века ждал, чтоб представить
миру свою музыку.
Как дю Лак ждал два года в дешёвых фильмах.
Но ровно когда я собирался спеть
бридж про кровь и хаос,
произошло нечто поразительное.
Музыка окутала меня,
будто змея из джунглей, что душит добычу.
И целая жизнь кровавых сделок захлестнула
височную долю мозга.
Музы явились и в сознании,
и в настоящем моменте.
Нахлынули воспоминания.
Пью кровь.
Пускаю.
Оттачивая до блеска сценический образ
вампира, который я сковал себе, как доспехи.
Доспехи треснули.
Мост просел.
В центре сцены возник настоящий вампир.
Это я был вменяемым.
Это я сдерживал нас.
И вот, во всей своей сути...
Под яркими огнями сцены
музыканты стали подпитываться.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
И наконец вырвался звук,
что я так долго «вытачивал».
Охватившая всех эйфория с налётом мрачности
хлынула в толпу, наполнив пространство.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
У кого хоть раз был передоз?
Что делать?
Что она приняла?
Не она.
Я.
На пол её.
В крови...
- Экстази.
- Вы её прикончили!
LSD.
Что тут вообще творится?!
Только передоза не хватало.
Что вы тут делали?
Нужно было остановиться тогда...
Группа стала бы чудной сноской
в истории моей жизни.
Но музы лишь начали своё дело.
Ты прикончил меня?
Вы чего?
Звоните 911.
На секунду растворился в музыке.
Похоже, не отошёл.
Песни тебя убьют, ты же понимаешь?
Я не умру.
Все умирают. Ты умрёшь. Я тоже.
И она.
И она... Он сдохнет в муках.
Я бессмертный.
Ага, убиваешь волков и влюбляешься.
Делают подарок — влюбляешься.
Затаишься, тебя находят — влюбляешься.
Ты как мокрая одежда в сушилке —
крутишь одно и то же 265 лет.
Чего ты грустишь?
Тебя любят тысячи фанатов.
Хочу миллионы.
И это насытит твоё сердце?
Миллиарды.
Так зачем ты всё время ставишь преграды,
мешая себе достичь цели?
А?
Кто тебе сказал?
Не переживай: они придут.
Кто придёт?
Они сами объявятся.
- Кто придёт?! Кто?!
- Ты отлично выступил.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятый альбом, сторона Б.
Пусть даже вы не извлечёте никакой пользы —
примите к сведению.
Не выступать две ночи подряд в Детройте.
Попадёте в Виндзор со сломанной глазницей
и будете слушать,
как занимаются сексом за деньги.
История попадания в это захудалое жилище —
вот основа стороны Б пятого альбома.
Ага, вот!
В тот вечер в отеле, где мы жили,
проходило грандиозное открытие.
Группу позвали добавить событию веса
своей известностью.
Не буду я позировать, иди в жопу.
Была ковровая дорожка, шеренга папарацци
и весьма известный диджей?вампир.
Туда созвали офисных клерков,
местных лидеров мнений и знатных тусовщиков.
Шагайте. Спасибо, спасибо.
В лифте у меня был секс с Ди и девчонкой,
которой я слишком увлёкся... чуть ранее.
Хотя...
это произошло позже.
Той ночью было всякое.
Отойдите. Ну-ну-ну!
Группа сидит с Дэном в VIP-ложе.
Я мило улыбаюсь папарацци,
не догадываясь, что через час
ввяжусь в схватку с клыкастиками.
Нет-нет-нет-нет...
Опять забегаю вперёд.
Конечно, появляюсь с элегантным опозданием.
Назовите на камеру своё имя.
Беби Дженкс.
Итак, Беби, скажите:
чем вам нравится «Вампир Лестат»?
Я что, буду в фильме?
Вы уже там.
Мне хорошо.
Скольжу по опьяняющей волне крови девчонки.
Ты он. Тот самый голос.
Девчонка приятная.
Ого...
Я на волне чудесного «коктейля бодрости»
доктора Фарида с переливанием крови.
Кто он такой? Просто рок-н-ролл умирает.
Я сижу и слушаю, как она нахваливает группу.
Все по-прежнему не замечают
вампирских тайн фронтмена.
И пусть давно забытое прошлое
вдруг превратилось в ярую фанатку.
Это же рок-н-ролл.
Нервный срыв на выступлении,
разговор с парящей у потолка
девушкой, которую я чуть не убил,
а затем — интим с ней в лифте…
Опять забегаю вперёд.
MDMA и LSD...
Торвилл и Дин среди галлюциногенов.
И все такие: а что,
рок-н-ролл правда умирает?
Вы заикались в детстве?
Они в неотложке. Картина ясна:
они — доктор, Лестат — их скальпель.
Я скальпель! Делаем такие футболки. Отойду.
И вот он, скальпель,
режет сердце рок-н-ролла
точно так же, как проник в моё.
И это сердце — у него во рту.
Он такой:
«Может, потрахаемся?»
Рок-н-ролльно отвечу: «Да, сучка!»
Я отошёл в мужской туалет.
Вы же не читали о физиологии вампиров
в мемуарах мистера лю Лака?
Там и про шрамы на груди нет.
Мои волосы были выше плеч.
И сразу уточню: на моих карманах
никогда не было его инициалов.
Всё это — плоды редакторского остроумия.
Примечание: убрать это из итоговой версии.
По новой.
Вампиры писают.
Не так часто, как вы,
если вы не один из наших.
И в целом мы избегаем экологичных писсуаров.
ОН: Я ОКАЗАЛСЯ В ЧИКАГО
Я: Я ЕЩЁ В ДЕТРОЙТЕ
Детройт...
ОН: Я ОКАЗАЛСЯ В ЧИКАГО
Я: Я ЕЩЁ В ДЕТРОЙТЕ
Я Тим.
Она — Рус.
Они — Рус.
Эти местоимения...
Это уважительно —
как негласное молчание у писсуара.
Всё пошло... наперекосяк,
пока мы следили друг за другом.
У Рус жаркие речи.
И сильное тазовое дно.
Вот это прицел.
«Чего скисла» — отстой.
Рус хочет извиниться.
Но... «Чёрная лакрица»,
«За что мне чувства»...
Эти норм.
«Честно, мистер Шенкли» чуть не сгубила The
Smiths альбом «Королева мертва». Прощаю.
Тут в Детройте есть свой ковен.
Да ну?
Банда клыкастых.
Хочешь в настоящий бар для
вампиров? Давай с нами.
У нас огромный дом за Брайтмуром.
Своя ферма под половицами.
Круто. Давайте завтра вечером?
Завтра ты уже уедешь.
Да. Это был... вежливый отказ.
Нет, это была наглая ложь.
Экологичные писсуары.
Говорят, полезны для планеты. А для вампиров?
Мы смываем вином.
ОН: Я В ЛОЖЕ ST. REGIS,
ХВАТАЙ СВОИХ, ПРИЕЗЖАЙТЕ
А эти вампиры-провинциалы...
Всё время пытаются прославиться.
Их я тоже смываю.
Дела не позволяют.
Но непременно передайте
мой самый сердечный bonjour
ковену из Брайтмура.
Сирень.
Я плохо разбираюсь в заражении крови.
Казалось бы:
вампир с таким опытом должен разбираться.
Но как говорится: обманешь
меня раз — позор мне.
Дважды... И вот уже MDMA и
LSD — отличные препараты.
Тунц-тунц-тунц. Кружимся. Делимся секретом.
Я видел твою душу.
Я твою — тоже.
Мне ещё хорошо.
Я всё ищу пацанов, ищу секс.
Ищу то, что несёт в себе веселье,
воспетое мной в песне «Чего скисла».
И тут...
Местные.
Стоп, она сказала,
что «Чего скисла» — отстой?
«Чего скисла» — отстой.
Так и есть?
Задумался.
Права ли она?
И тут я понял:
они нарываются на порезы скальпеля.
Ну ничего: во мне королевская кровь,
она позволит вынести 20 провинциалов сразу.
Дэн, а где музыканты?
Они сказали, это мутная хрень.
Ушли тусить наверх.
Закупаю в Могадишо
возбуждающие таблетки для миротворца из ООН.
И тут заходит Стюарт Коупленд:
в куфи, полный рот боеприпасов.
Возникла мысль переспать с Кристин,
но вспомнил: это ж надо тащиться наверх.
Но вспомнил: я же скальпель.
А что делает скальпель между этажами?
В мемуарах мистер дю Лак деликатно избегал
темы вампиров, так?
Они с Дэном выставили,
будто это мучительный ритуал
или обязательная прелюдия перед питьём крови.
Всё совсем не так.
Это не вершина вампирских желаний.
Сперва — отнять жизнь,
потом качественно осушить:
жертва окажется на пороге смерти —
и можно неспешно уйти.
А следом последний аккорд —
символический глоток.
После всего этого идёт секс.
Теперь вы понимаете:
на четвёртом месте в списке способов
отвлечься от прошлого для вампира — секс.
Секс. Секс. Секс.
И за годы у меня было много секса.
Он не причиняет боль и не отравляет.
Я бессмертен, и у меня неубиваемая эрекция.
Чего я не стыжусь.
Секс — это веселье,
что я и воспеваю в «Чего скисла».
Хотя если подумать: правда отстой.
Но отчисления ещё идут.
Чтобы груз прожитых лет не задавил,
вампиру жизненно необходимы плотские утехи.
Секс с коридорным, Ди и заманивание
Беби Дженкс в «медовую ловушку»...
Надо было выйти на седьмом этаже,
когда остановились.
Но я не вышел.
У меня через неделю свадьба.
Я тебя не забуду.
Четвёртый закон.
Вампир не вправе открыть
смертному свою сущность
и при этом сохранить ему жизнь.
Не знали, что уже 2025?
Отвернись, дорогая. Тебе лучше не видеть.
Кучка зубастых!
Банда клыкастых.
Ещё смертным я убил стаю волков.
Об этом я расскажу позже
и поясню, как это меня сформировало.
При обычных обстоятельствах
меня бы не обеспокоили тесные пространства
и потасканный ковен со
средневековыми догмами.
Построю карьеру для своего благополучия.
Но...
кровь с наркотой, сексуальные похождения
и отвлечение от прошлого музыкой
на миг сыграли против меня.
Я управляю своим балансом
работы и личной жизни.
Четвёртый закон...
Будто дю Лак и Моллой не
выдали нас два года назад.
Не повезло.
Будто всё моё шоу — не откровенный бурлеск
на тему «Он вампир или нет?»
Будто половина вампиров
вне руин порта Детройта не выставляла напоказ
Тёмный дар, как стаканчики в дешёвом баре.
И не коллекционировала
новообращённых, как Лабубу.
Я ещё не сказал ребятам, что я вампир.
Так, исполнял песни, сношал свою пищу
и отбивался от буйства жизненных вариантов
по пути из глубинки Овернь
на восьмой этаж отеля «Чего париться».
И для меня всё должно закончиться так?
Мы... Банда клыкастых.
Мы дети перерождённой тьмы.
Ну вы, конечно...
АРМАН СКАЗАЛ ПРАВДУ
«Арманд сказал правду»? Вы его видели?
Это что вообще значит?
Слышал, на этаже для паскуд афтерпати.
Мне хочется верить:
я заслуживал подкрепления —
в лице Дэна и откуда?то
очень знакомого диджея.
Но это я сейчас понимаю.
Я не сделал ничего, что могло бы заслужить
их своевременную помощь.
Думаю, без Дэна я бы погиб.
А может, куда больше людей уцелело бы,
если бы Дэн не поднял свою
армию на нижних этажах.
Представьте, как врывается Дэн,
пока сливают мою кровь
и проглатываются мои слова.
Трудно скрывать, что ты бог.
Серьёзно?!
Видеонаблюдение, экологический писсуар.
Счета блокируют из?за того,
что в тебе — кровь королевы?отцеубийцы.
Ну здравствуй.
«Театр вампиров».
Меня втянули «Таламаска».
Стоит раскрыться — и придётся быть начеку
и помнить все лица, что когда?либо встречал.
Где бы ты ни был — помнить всё,
что тебе сказали там, где ты был.
Вы заикались в детстве?
Вот почему боги прячутся в облаках.
Там нет ничего...
Кроме будущих осадков.
Тогда было столько возможностей
закончить вечер.
Когда песня выпустила муз.
Когда увидел первую душу.
Когда мне чуть не снесли башку в холле.
Когда музыканты узнали, что я вампир,
и мой Дар унёс меня прочь
к северу от реки, в южную часть страны.
Но я был спасён от столь рациональных мыслей.
Это... делает любовь.
ОН: Я ЗДЕСЬ
Я: ГДЕ?
Ma ch?re...
Как здорово, что ты здесь.
Я в ситуации, из которой нет выхода.
Музыка открыла дверцу адской печи,
и не уверен, смогу ли захлопнуть её.
Я не в лучшей форме, но…
Как же приятно видеть тебя.
Мне так нравится эта
новая причёска, моя Га...
Моя Га...
Моя...
Габриэлла.
Не такое уж это откровение.
Слухи уже ходят:
это первое, о чём думают,
когда слышат моё имя.
Наверняка человек вашего положения
не брезгует соринкой в бутерброде.
Так что рассказываю,
кем она была мне.
Новообращённая.
Любовница.
Мать.
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
Если вы до сих пор слушаете — с возвращением.
Призываю муз!
ДАЛЕЕ В СЕРИАЛЕ
Хочу услышать миллион криков ещё.
Убиваешь ли ты людей?
Хочу услышать миллион криков ещё.
Поговорим о вашей матери.
Я был плохим мальчишкой,
в сердце — тайный след.
Мой творец позвал маму — и вот я здесь.
Хочу услышать миллион криков ещё.
ДЭНИЕЛ МОЛЛОЙ
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
Лестат подвергает вас опасности.
Ты увёл моего личного врача.
Переманил биографа.
Жевать чёрную лакрицу!
Песни — не про тебя.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Ну что? Испепелим мир смертных?
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Ваше мнение о Великом обращении?
Просто глупо.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Восьмой альбом, сторона А.
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
«ДЕТРОЙТ»
ПЕРВАЯ СЕРИЯ
В самом начале первой серии
мы показываем сцену, которая...
происходит в реальном времени
после череды катастрофических событий.
Если вы это слышите сейчас,
значит, вы очень привилегированный человек.
«ФИАСКО»
Особенность этого сезона в том,
что там те же персонажи,
которых вы полюбили в прошлых сезонах.
Мы просто помещаем их в совершенно новый мир.
И как это в книгах и у нас в сериале —
мир продолжает трещать по швам всё сильнее.
Как меняется сюжет,
так меняется и весь дух сериала:
мы погружаемся
в совершенно безумный рок-н-ролльный мир.
Он снова за своё.
Вся та красота и элегантность,
которой он обычно был окружён, исчезла.
Всё такое потрёпанное, грубое и жёсткое.
Обстановочка была классная
для самого персонажа.
Приезжай.
Монреаль.
Мы с этим городом — одно целое.
Луи и Лестат общаются по видеосвязи,
и наверное, складывается ощущение,
что Луи скоро приедет.
Они, наверное, помирятся.
- Мило?
- Да. Мило.
В один из первых разговоров
с Ролином, Ханной и сценаристами
я думал, что Луи смотрел
много YouTube на досуге.
Ну там, видео с котиками.
Аж с жадностью.
Луи, знаешь кого-нибудь
по имени Дэниел Моллой?
Лестат узнаёт о книге,
и все планы летят в трубу.
Одна из моих любимых сцен во втором
сезоне «Интервью с вампиром» — это...
Я сжёг его ноут.
Кто ж знал, что он всё сохранил в облаке!
Луи поджигает ноутбук,
чтобы уничтожить книгу.
Но никто не сказал ему про облако.
Я всего месяц назад узнал о выходе.
Ты знал целый месяц?
Ты говорил обо мне со смертным?
Ну, да... Да, типа того... понимаешь...
Нет, я не понимаю, Луи.
Будь добр объясниться.
И Луи, и Лестат недовольны
тем, как их изобразили в книге.
Мне кажется, их объединяет вина
в сочетании с жаждой мести.
Лестат видит книгу и то,
что считает ложью и искажением,
и такой: «Знаете, я всё расставлю по местам».
- Он был в Оверне в XVIII веке?
- Это ему рассказали вы.
А я грозился изнасиловать Клодию в поезде?
Нет, нет, и это категорически нет.
Дэниел Моллой —
журналист-расследователь высшей пробы.
Кто сможет опровергнуть книгу лучше автора?
Ему крайне необходимо знать, где правда.
Чем вам нравится «Вампир Лестат»?
Приедет в ваш город — убейте его.
Слышал, на этаже для паскуд афтерпати.
Это не просто секс, наркотики и рок-н-ролл.
Секс, наркотики, рок-н-ролл
и высасывание крови.
Серьёзно?!
РАЗБОР ПЕСНИ «ЧЁРНАЯ ЛАКРИЦА»
«Чёрная лакрица» — отличная песня.
О первом убийстве Лестата
после примирения с Луи в Новом Орлеане.
Не дрогнул, не бежал домой.
Я поймал живой трофей.
Особенно в первой серии видно,
как он раз за разом ищет
этот «миг совершенства»,
чтобы полностью раствориться в музыке.
Но ровно когда я собирался спеть
бридж про кровь и хаос,
произошло нечто поразительное.
Вот что даёт ему «Чёрная лакрица».
У него случается первый из многих срывов.
Музы явились и в сознании,
и в настоящем моменте.
Он понимает, что сам же их и сдерживал.
И вдруг всё разваливается,
и начинает проявляться настоящее.
И наконец вырвался звук,
что я так долго «вытачивал».
Изначально он думал:
«Я расскажу свою историю.
Перепишу всё заново. Это моя версия событий».
Но это переросло в другое.
Он прикоснулся к прошлому.
Лучше валяться и жевать чёрную лакрицу!
У кого хоть раз был передоз?
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 2

Ранее в сериале...
Если вы это слышите сейчас,
значит, вы очень привилегированный человек.
Луи, знаешь кого-нибудь
по имени Дэниел Моллой?
ДЭНИЕЛ МОЛЛОЙ
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
Ты знал?
Не было такого!
Абсурд. Надо переписать.
Такой же абсурд,
как документальный фильм о рок-группе,
выдающей себя за вампиров,
во главе с настоящим вампиром?
Правда, что вы заикались в детстве?
Меня зовут Раглан Джеймс.
Мистер Моллой хотел бы
остаться в живых, Рашид.
Стало интересно, как это.
Кататься с остальными, охотиться стаей.
Кучка зубастых!
Банда... клыкастых.
Наверняка человек вашего положения
не брезгует соринкой в бутерброде.
Так что рассказываю...
Серьёзно?!
Кем она была мне.
Новообращённая.
Любовница.
Мать.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Восьмой альбом. Сторона А.
Если вы ещё слушаете после...
монолога про Эдипов
комплекс — с возвращением.
После прошлого альбома я
всё размышляю об этом.
Поэтому будет полезно прояснить,
почему и как я стал таким, какой есть.
И откуда комплекс.
Вы попали под вихрь фрейдовских бурь.
И да, корабль — это мой пенис,
а океан — вагина матери.
Поцелуи, ласки, объятия.
Дальше.
Представьте: Овернь, год 1772.
Обшарпанное родовое место семьи Лионкур
на излёте
тысячелетнего вырождения аристократии.
Пять почивших братьев да сестёр:
Аристид, Мари, Жюль,
тот, кого не успели окрестить, и Фостен.
Садовые гномы стерегут
зыбкое домашнее блаженство парадного зала.
Мальчик наделён способностью
видеть то, что скрыто от других, — святое.
Ему самое место в монастыре в Верхней Луаре.
И что за это... положено?
Сутана с шёлковой отделкой?
Ничего, месье. Я просто вижу дар.
Ты такой хороший, Лестат?
Ответь брату, Лестат.
Я...
- Н... не... Н...
- Н... не. Не...
- Зн... зн...
- Зн... зн...
Он не знает.
Мой сын-заика — следующий Папа?
Мы излечим этот недуг.
Папа — это ранг и статус.
Титул, добытый
на кровавых полях сражений во Франции.
Добытый другими.
Никак не вами.
Осада Кампьена. Битва при Кутра.
Спустя время он обретёт утешение в философии.
И что изучают в Верхней Луаре?
Труды Аристотеля, Эразма...
Я задала вопрос.
Труды Аристотеля, Эразма,
Фомы Аквинского.
Цицерон, Альберти,
Бруно.
Трактирщик сказал, что привёл
«актёров» в трактир
и купил им вина сверх всякой необходимости.
Полдеревни ждёт, чтоб я заплатил.
С этим пристают арендаторы. Подумать только!
Побег — это не выход для Габриэллы Вече.
Маркиз пообещал уберечь
её, а в итоге погубил.
На одной сцене с блудницами и их владельцами.
Хочет познать вкус театра,
а ты советуешь поиметь актрису.
Не надо вступать в их ряды!
Меня... забрали...
принудительно.
Она лишилась молодости, разбазарила ум
и дала денег повитухе, чтоб та нанесла рану
в утробе — лишь бы он не смог её унижать.
Он протягивал шляпу, как бедняк.
Как актёр!
Лучше бы ямы выгребные чистил!
Лучше бы не сидел с кочанами.
Убери книгу, когда с отцом разговариваешь.
Кочан.
Кочан.
Кочан.
У нас была своя шутка про кочан.
Башка-кочан с капустным мозгом берёт в жёны
кочерыжку и говорит на своём квашенном.
Там хоть сколько-то чести есть!
Лионкур вновь запачкался дерьмом.
Ничего не любите,
бездействуйте, не меняйтесь.
И страдайте.
Я что, страдаю?
А Грегуар?
Вопрос философам.
Способен ли кочан на страдания?
Один час на сцене — это час подальше
от здешней сырости и мрака.
И жёнушки со шрамами на морде. И Грегуара,
что вечно пристаёт ко всем служанкам!
Кочан.
А Лестат просто читает...
Кочан.
Стихи с бродячими артистами!
Кочан.
Повтори «кочан»...
ещё хотя бы чёртов раз.
К... кочан.
Сломать ему ноги!
Ты будешь охотиться, как и все мы!
Женишься на ровне и обзаведёшься детьми,
которые будут позорить тебя, как ты — меня!
Её красота была холодной,
как снег за толстым искажающим стеклом.
И я невольно возбудился.
Но волки уничтожают наших овец.
Они совершенно потеряли страх.
Сегодня ещё одну забрали.
Остались только потроха.
Скоро на детей перейдут.
Волки тут были, ещё когда я был маленьким.
Потрясающие звери.
От волков одни проблемы, отец!
Сейчас всюду голод, сеньор,
— отсюда и до Версаля.
И что мы должны с этим сделать?
Ничего.
Сидите на высоких титулах,
набивая пузо так,
чтоб вы под ним члена вовек не увидели!
Молчи!
Всё кашляешь, да?
Осеменяйте пустышек, что берёте в жёны,
и плодите ничтожества,
которым ничего не достанется!
Не смешно, брат!
Опусти его, Лестат. В её чреве — дитя!
Эй!
Опусти его, Лестат!
Волки скоро уйдут!
Мы просим защиты у сеньора.
Просим поделиться частью яств с вашего стола.
Эй!
Пошли прочь! Мы ничем не поможем!
Будьте вы мужчинами!
Она хотела, чтобы я погиб.
Лучше быстрая кончина, чем десятилетия мук...
и превращение в кочан.
И что это за жизнь?
Монастырь погубил мою личность.
Стой.
Восторг затерялся в
повозке бродячих артистов.
Беги.
Давай.
Я хотел, чтобы волки пришли.
Но пожалел.
Он отказывается от пищи и от ухода.
Ты убил пять волков...
сам?
Восемь.
Не... пять.
Они разодрали коня.
И пса.
Восемь.
Волки страшней, чем ты думал?
Сегодня придёт та же толпа горожан.
Хотят поклониться тебе.
А вот отец и братья склонились...
со стыдом.
Спустись.
Тебе понравится.
Из комнаты в комнату...
Убиваю их троих.
Вот что я представлял,
когда убивал волков, маменька!
Знаешь, что представляю я?
Я напиваюсь вином
настолько...
что снимаю всю одежду и
купаюсь в горном ручье...
голышом.
Затем иду в деревню.
Вхожу в таверну.
И приглашаю
в постель...
всех мужчин,
что приходят.
Неотёсанных мужиков,
здоровяков, стариков,
мальчишек...
Приглашаю одного за другим...
И ощущаю от этого небывалый выплеск.
Не думая
ни про твоего отца, ни про братьев.
В то мгновение...
Я никому...
не принадлежу.
Кроме меня.
Я... умираю.
И зиму не переживу.
Маменька.
Смажь ему раны, скоро горожане придут.
Маменька?
Маменька!
Маменька!
Маменька?
Если скажу медленнее, до вас дойдёт?
Одностороннее соглашение о неразглашении!
Вряд ли оно даёт
юридическое разрешение на убийство.
Какое ещё?
В фойе было восемь трупов.
Будь это так, сидели бы вы сейчас в автобусе?
Я тоже видела.
Вот и наркоша вставила слово!
Координатор соцсетей!
В контракте написано: «шлюха-кокаинщица».
Я сам всё видел.
Как один человек убил другого.
- Вампир! Вампир!
- У меня на глазах!
Унылый второй гитарист мог или не мог
оказаться свидетелем самообороны вампира.
Но он согласился на односторонние
условия — и это дорога в одну
сторону, за которую отвечаю я.
У меня всё!
Где мы?
Мы в штате Огайо.
Ты умеешь поджигать?
- О боже!
- Чего?
- Опять?
- Что за нах?
Кто меня притащил?
- София.
- София?
Уже забыл моё имя?
Здравствуй, София.
То есть мы не обсудим, что произошло?
И полтора года странной херни,
которой ты нас подверг?
Ещё и летать умеешь?
И ты не думал, что надо сказать нам?
Ты поджигаешь силой мысли!
У нас к тебе ещё дохрена вопросов!
Что ещё ты умеешь?
- Да, где прячешь трупы?
- Не отвечай!
Когда ты общался с Арманом?
На этом мог бы и остановиться.
Но мы отлично выступили в Детройте.
И ещё тысяча бешеных фанатов
ждала нас в Огайо. И...
Она столько проехала,
чтоб поддержать меня. И...
Вы поразительно терпимы
к теме инцеста вампиров.
Спасибо вам за это.
Вы играете в бейсбол, как в «Сумерках»?
- По одному.
- Да!
- Где бросаешь трупы?
- Не отвечай!
По одному, пожалуйста!
По одному.
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем дотла.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Прекрасно. Продолжаем.
Убиваешь ли ты людей?
Я сплю, размышляю, пою,
поддерживаю местную экономику.
Людей убиваешь?
- Я их осушаю.
- В чём разница?
Для этого убивать не надо.
И осушаю я на каждом концерте.
По чашечке.
И скольких ты убиваешь за ночь?
Скольких? На это ответит Фарид.
Вот зачем тебе дублёр.
Ответь.
В основном он берёт кровь на ферме.
В основном?
На ферме?
Банк крови. Её сдают,
за что щедро вознаграждают.
Всё предельно этично.
Набирают бывших студентов и подключают
заведения под управлением наркоманов.
За наличку, без расспросов.
Так вы тоже вампир?
Нас трое, вас девять.
Всё, признался.
Трое?
- Трое.
- Трое? Трое?
Я Дэниел, по гороскопу —
Телец в куспиде с Овном.
Люблю отрицательную группу. Кто ваш творец?
Есть уникальная группа: всего 45 носителей
и лишь девять активных доноров.
Хочу подробностей!
Эй, всё, стоп. Это, блин, не шутки.
Остаются только музыканты!
Ваш клиент не выполнил обязательств по
обеспечению безопасности лиц, как мой клиент…
Понимаю ваш страх.
Вы увидели то, что не хотели признавать.
Но сознательное невежество
— это путь в бездну.
«Невежество»?
Да брось! Видели меня при свете дня?
Арман активен и днём.
Помогали мне мыть Mustang
на автомойке самообслуживания?
Ты же сбил оленя.
Не лень ли мне искать каких-то там оленей?
- Так ты... Ты убийца.
- О господи.
Вампиры всегда были среди вас.
Тысячи лет мы остаёмся
частью природного ландшафта.
Где гарантии, что нас не тронешь?
Вы полтора года в моей группе,
и с вами ничего не случилось.
Группа не твоя. Наша, блин. Ну ты мудак.
И вы все множество раз были под защитой,
не понимая того.
Что?
Через песни мы проводим исповедь.
Играем для смертных, приоткрываем завесу
над желаниями вампиров…
Для вампиров это кощунство.
Чего?
Ничего. Во мне — кровь Акаши.
Кто такая Акаша?
Важно, что нам надо отметить
вчерашнее потрясающее выступление.
У тебя все песни про этого «Луиса»?
Мы были жёсткими.
- «Я боялся потерять тебя».
- Превосходно. Стоп, что?
«Но я упустил тебя...»
Вот это.
Не Луис, а Луи.
И может подразумеваться любой
из двух дюжин любовников,
с кем я был близок на протяжении веков.
Какой злодей крадётся сзади
с ножом и купает во лжи?
Вчера мы потрясно выступили.
«Я вынул нож из трости и
приставил к горлу Лестата».
А мы боялись, что не сможем.
«Лучше валяться в кровати».
Сможем ли мы так каждый концерт?
«И жевать чёрную лакрицу».
Это про отсос Луису?
Эта песня — про первое убийство
после примирения с Луи!
- Ну всё. Звоню копам.
- Я прожил...
54 554 дня до Луи де Пон дю Лака.
Ты убиваешь людей.
Я человек. Все мы.
И я был человеком.
Вампирами не рождаются.
Пошло всё. И ты.
Мы уходим.
Пошли.
Ларри?
Они молчат, но... я вампир и читаю мысли.
Хочешь узнать, что думают?
«Сначала было 1500, теперь — 20 000.
В Денвере он убил звукаря,
который специально испортил мне соло».
Он рад, что я убил его, только нет.
Ларри, я всего-то уволил.
«“Окружение Судьбы”, “Мётлы”, “Бюсты”,
“Красотки из лавки”, “Ледяной Шлем”.
И ещё четыре паршивые, но успешные группы.
Если не выстрелим,
то выйду за бомжа и рожу ему.
Задрал лажать. Лучше б был один гитарист».
- Не угадал.
- Просто отпирается.
Саламандра.
«Опять Алекс выпендривается
со своими перепадами.
Психанёт, а завтра вернётся».
Хера себе!
И я обещал себе не трахаться с музыкантами.
Ти-Си думала про Ларри, не про тебя.
Ты у нас тут лучший музыкант после меня.
Не спеши, Алекс. Хорошенько подумай.
И поразмысли, прежде чем бежать в полицию
или делиться с группой анонимов.
Если ценишь жизнь свою...
Или брата.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Двенадцатый альбом, сторона Б.
На вампирском рок?туре с уединением туго:
автобус, общие этажи в гостиницах,
перевозка гроба, все дела.
Лидер группы всегда окружён теми,
кому от него неизменно что?то требуется.
Моя мать — Габриэлла Вече,
земля пухом, была...
непростой штучкой.
Но моя обращённая,
вампирша Габриэлла — это нечто.
Группа на саундчеке, а Ярда играет
в бильярд в другой части города.
Пока я был менее зависим от препаратов,
мы нашли вечер,
чтобы встретиться и скоротать время.
И никому
искусство времяпрепровождения не давалось
так, как ей.
Как ты оказалась в Чикаго?
Случайно.
Я отдыхала в Хусавике.
Врёшь.
Мой творец позвал маму — и вот я здесь.
В нескончаемом... экстазе.
И кстати об этом.
Да, надо бы прекратить.
Если хочешь остаться, давай договоримся.
Тебе решать.
Я бы хотел.
Тогда давай.
Отношения без сношений.
Начнём новую жизнь.
Оставим ерунду в воображаемой корзине.
Я скучал.
Само собой, мы встретились в Италии.
На Амброзианском карнавале, само собой.
Само собой.
В одинаковых костюмах, само собой.
Помчались по Пьяцца дель Дуомо.
На спор — кто первым даст затрещину.
Ты сняла с меня маску, и тогда...
Это лицо...
В нём я узнала себя.
Да.
Вот, всё повторяется вновь.
И надолго ты здесь?
В том веке мы виделись
дважды — вот я и спросил.
Всё успею.
Что успеешь?
- Мы-извините.
- Увидеть тебя на сцене.
Поводишь по Манси,
Уилмингтону, покормишь.
Мы-извините.
- Хочу толкать мешочки.
- Мы-извините.
Прокатимся по «Ржавому поясу»?
Чтоб слюна залила всё, что только можно.
Мы-извините.
Хочу познать этот край.
И почему он на целый век увлёк моего сына.
Мы-извините.
Не хотите ли поужинать, София?
С удовольствием.
Мы благодарим.
В застеклённом уголке стеклянного здания
несколько продавцов строительного стекла
оформляли продажу крупной партии стекла
фирме из Германии — страны,
пока не подпавшей под действие тарифов.
В ту ночь в обеих странах
намечались ритуальные сатурналии.
Мы без спроса вломились на ближайшую.
В исследовании Центров по контролю
и профилактике заболеваний
об уровне депрессии в некрупных городах США
Толедо занял второе место.
В городе все поникшие,
так что никто не заметит
наш способ передвижения.
Его Габриэлла предпочитала любому транспорту.
Зачем столько машин?
Путь к триумфу — тёмная дорога.
Каждому предстоит отыскать свой выход.
Время и алкоголь обнажают всё худшее в людях.
Девять человек — в крытом гольф?клубе.
Семь — поглощают башни из морепродуктов.
Пятеро слились в казино.
И было ещё трое.
Все успели набраться к тому часу,
как мы опустились до входа в Chubbs —
заведение в паре кварталов от Моми.
Голод загнал нас внутрь.
И смотрели,
как последние блюда в меню маринуются
в собственном поту от танцев у шеста,
с налётом сексуальной раскрепощённости,
цинизма и жёстких сексуальных рамок.
Они завершили сделку — и нам было пора.
Мы смотрели на них, следили.
Только позже я осознал:
за нами тоже следили...
те, кто находился поблизости.
Одной тёплой весенней ночью
возникло интересное сочетание
охотников и добычи.
И вот это повторилось.
Ты такой хороший, Лестат?
Невыразительная муза.
Это первая жертва,
о которой меня предостерегла оракул Дженкс,
или отзвуки былого Детройта?
Если скучаешь по родине,
на Адамс-стрит есть итальянский ресторан.
Там есть спагетти?
Да. Ты тут работаешь?
Да, ты говорил про...
- Про...
- Я слушаю.
Тут официантки поют...
Лапуля.
Ты где?
Я с Софией.
Мне плевать.
Завтра у тебя встреча
с Томасом Питтом и адвокатом.
Это твоя обязанность.
И я её выполняю, гадёныш.
Не надо. У нас договор.
Чего?
Кто такой Томас Питт?
Владелец отеля в Детройте, который ты разнёс.
Его адвокат говорит, что он твой фанат
и хочет неповторимый фанатский опыт.
Его надо трахнуть?
Да. Вызови такси, лезь в гроб.
Ладно.
Спасибо, Кэрол.
Ты тут работаешь?
Ой, я уже спрашивал?
Важно отметить:
вампирша Габриэлла,
когда она не лезет по горам
и не звенит поющей чашей
в заброшенной деревне,
является классным компаньоном.
Даже когда она давит своей монструозностью
и грубым словом, с ней приятно.
Вот как когда получаешь кайф
от вида крови, стекающей по ступеням,
или находишь в кармане жертвы
приглашение на вечеринку.
Их уже не бывает — всё в
интернете. Чёрт побери.
Но компания Габриэллы — это как...
Будто...
Словно...
Хищная натура. Самое то
для Великого обращения.
Рэнди — последний, кто остался.
Он обожает стёкла.
УВИДЕЛ. ПОЛЮБИЛ. ПОВТОРИЛ
В глубине души он знает:
этот бизнес ему не по душе.
Есть хочется.
Хочешь, возьмём обоих?
Каждому по одному.
Хочу поделиться с тобой.
Тогда подождём.
Подождём.
Много тебе секса перепадает?
Я теперь рок-звезда.
Разумеется.
Тебе нравится?
Так же сильно, как кровь?
Ничто не сравнится с кровью.
Мы не могли удержаться.
Мы балансировали на грани нашего соглашения.
Привет.
Привет. Только вышел из Стейк-хауса.
За руль можно?
Да, да, конечно.
Папа!
Привет, малыш, а ты чего не спишь?
Не спится.
В кроватку!
Слушайся маму. Поцелую, как приеду домой.
Ладно.
Люблю тебя.
Ну всё, пока.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятнадцатый альбом. Сторона Б.
Оценка ущерба зданию всё ещё производится,
приведённая нами цифра основана
на сравнительных расчётах
архитектурной фирмы.
Расчёты? Из-за бойни в коридоре отеля?
Они оценивают сопоставимый ущерб.
Не будем забывать о поражении осколками.
На парковке внизу был разбит целый автопарк.
Эта сумма явно надумана.
Эта сумма в основном уйдёт
на молчание свидетелей.
Я и не с такими клоунами выступала,
Грейс Джонс от Gucci.
Приму как комплимент.
Если откажутся от пары тысяч в конверте,
просто сотрите им память.
Вашим претензиям место в биде.
Мы могли решить этот вопрос по телефону.
По словам мистера Питта,
это ваш клиент созвал эту встречу.
Ничего подобного.
Ты увёл моего личного врача.
Переманил биографа.
- Разгромил мой отель.
- Я не знал, что это твоя дыра.
Детройтский ковен разгромил ваш отель.
Я слышал песни.
Песни — не про тебя.
Это похоже на...
крик о помощи.
Вот я и прилетел.
Ты мне дорог.
И твоя книжонка тому подтверждение.
Мы это уже обсуждали.
Как мастерски ты оскорблял меня,
страница за страницей.
Вопросы к Моллою, он её написал,
или к Таламаске — они опубликовали.
И почему ты нанял Сэма Баркли после Парижа?
Он возвращает долг.
Давай подытожим, Луи... И все грехи прощены?
Сэм не при делах.
Мы хотим судиться, а не спорить.
Сэм не заучивал реплики.
О, да, не он поставил ту
пьесу, а потом утащил домой
одну из своих жертв, так?
И кто же это был, интересно? Повтори-ка.
- Может, Арман?
- Арман!
Будь то Сантьяго, я бы ещё понял,
у того хотя бы есть харизма, но Арман?
Я с радостью поговорю об Армане,
если тебе от этого полегчает.
Правда, что у вас с ним
второй дом в Сосалито?
Правда.
И вы по очереди ездили по мосту «Золотые
ворота»? Кто из вас искуснее за рулём?
А ещё дурачились
и чертили пальцем цифры друг другу на спине.
А то!
- Ещё бы!
- Брось, Лестат.
Такие подробности с ходу не выдумаешь!
Иди-ка ты в жопу!
Мы будем вести протокол?
Думаю, обойдёмся без этих страстей.
Да, давайте вернёмся к обсуждению.
Ты с ним трахаешься?
Да.
Конец эпохи «Я теперь сам себе спутник»?
Он мне не спутник.
Он отличный любовник и скуп на эмоции.
А ты спишь с ней?
Да.
Миниатюрная, чудаковатая, и может сосать так,
что городская дренажная система позавидует.
Ясно.
Наслаждаешься эксклюзивным фанатским опытом?
Ещё как.
Кристин, не могла бы ты предоставить
мистеру Питту и его кавалеру два билета
на завтрашний концерт?
Хватит одного.
Лемьюэль не любит твои песни.
А вот продукция у вас замечательная.
Хорошая прибыль, учитывая масштабы турне.
И я владею 45%.
Моих товаров?
- 45%.
- 45? Ух ты.
Я проверю.
Я так боялся. Я так боялся.
Я так боялся потерять тебя!
И потерял!
Я рыдал! Я рыдал! Я рыдал!
Звучит плосковато без Алекса.
Ларри нравится.
Да все остальные с ума сходят.
Лестат и его отряд заложников.
Подсними-ка его последнюю приятельницу.
Понял. Где?
Миланскую хищницу в толпе.
Вижу.
Нет-нет, не эту.
Мрачную дамочку
с осуждающим взглядом, что стоит столбом.
Ту из автобуса?
Да.
А теперь переведи камеру на балкон
и возьми покрупнее
этого зеленоглазого красавчика.
Понял. Вижу. А что это за парень?
Ключевой элемент истории.
Готов проспать хоть сотню лет...
Мистер дю Лак, что привело вас в Толедо?
Ты помолодел, Дэниел.
Моноциты и «Мунджаро».
Я ещё злюсь.
Хочешь подраться в переулке после шоу?
Ладно.
Мистер Моллой.
Ты здесь какого чёрта?
Малыш, я хотел посвятить тебе
самую красивую песнь на земле.
Но меня кое-что отвлекло.
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
И дело как-то не пошло.
Ну, за что? За что? За что мне всё это?
Вся эта боль?
Пронзает насквозь и вдоль.
Звонит какой-то голливудский мудак
и спрашивает,
не хочу ли я написать сценарий к фильму.
Ну я послал его подальше
и велел забыть мой номер.
Звонит через неделю.
Предлагает снять документалку.
Я говорю: «Луи мне даже не отвечает».
А он мне: «Не Луи, а Лестат,
тот белый парень».
Старые друзья обсуждают небольшое
предательство, которое их разлучило.
И я знаю, о чём вы думаете:
«Его там не было».
Но это мой звёздный час. И когда в нём
появляются второстепенные персонажи,
я буду говорить за них.
Дэниел, господин дю Лак,
любой, кого я сочту важным
для понимания момента,
когда я разбудил королеву
и обрушил её гнев на мир.
Я повсюду.
И будьте уверены,
в моём рассказе будет намного меньше нытья.
Это произошло в баре на
крыше? Мне кажется, да.
Как ты справляешься с Даром?
Держишься?
Да вполне.
Вампирское одиночество... теперь понимаю.
Занялся боулингом.
И порой случается странная штука,
когда все вокруг вдруг исчезают,
будто наступило Вознесение.
И я...
Ну знаешь...
Я чувствую его.
Армана?
Да.
У тебя с Лестатом так же?
Нет.
- Звучит странно.
- Слушай, прости меня, ладно?
Надо было спросить, прежде чем публиковать.
Мне... мне жаль.
Я бы не согласился.
Я не умею летать, не управляю огнём.
Мне достался неприглядный дар.
И я хотел выжать из него хоть что-то.
Я рад, что книга пошла тебе на пользу.
Она едва ли тебе навредила,
Луи, или кто ты там теперь?
Томас Питт?
Отели, бары, торговые центры, магазины.
Я ухватился за возможность.
Прочёл?
Понравилось?
Мне не понравился мой персонаж.
Инертный,
эгоистичный, лжец.
И не из тех, кто врёт сам себе,
а обыкновенный обманщик.
Слог хороший. Трудно даётся.
А ему не понравилась сцена
про них с Клодией в поезде.
У нас только всё начало налаживаться,
когда вышла книга.
Это его задело.
Я звонил одной из своих дочерей
в первый месяц после смерти.
Звонил снова во время книжного тура.
Тишина. Ничего.
Наверное, оно и к лучшему.
Я видел Клодию.
В Нью-Йорке.
На выходе из метро.
Клодию?
Или кого-то очень похожего на неё.
Лет 20. Если бы она дожила до 20.
Проследил за ней.
Видел, как она повернула за угол.
И так уж вышло, что вам с ней
оказалось по пути? Знаем, плавали.
Я видел, как она вошла в закусочную.
И я просто не смог сдержаться.
Я пошёл за ней.
Сел за столик.
Но это не она.
Её там не было.
Я гнался за призраком.
Я заказал пончик и кофе.
Решил посидеть немного.
И вот она выходит с кухни
в форме.
Это не она.
У той девушки другая походка.
И говор.
Ко мне не подошла.
И я ушёл.
Ты только не злись, Луи.
Мои продюсеры хотят с тобой встретиться.
Рашид?
Рашид, Дэниел Моллой,
Раглан Джеймс, Луи де Пон дю Лак.
Мы все работали вместе в Дубае.
«Бурдж-эль-Араб»,
а теперь это штаб-квартира центра
по уходу за пожилыми HavenMed.
Я обещал вас представить.
А то я у них на гонораре.
Так не пойдёт, Дэниел.
Мы спорили по поводу обложки.
Что ему известно обо мне?
Что ты ему рассказал?
Что ты умерла в 1794-м от туберкулёза.
Милость,
спасшая тебя от крестьянской расправы.
Я видела только последствия.
Как медленно затягивается рана
на перерезанном горле,
как гниёт крыша дома,
как грязный халат прилип к твоей коже.
В глазах читается равнодушная поэтичность.
Невероятная красота.
Неуловимость.
Приди — уйди, да — нет...
Ясно, почему ты подарил ему дочь.
И теперь ясно, почему ты её отнял.
Такой чудесный был вечер, София.
А теперь нет?
Забудь мои слова.
Струится кровь моя порою, как в фонтане.
Язык твоего отца.
Это мой язык.
В Италии никогда не было Бодлера.
Полна созвучьями ритмических рыданий.
Она медлительно течёт, журча,
пока повсюду ищет ран тревожная рука.
Струясь вдоль города, как в замкнутой поляне,
средь улиц островов обозначая грани,
поит всех жаждущих кровавая река
и обагряет мир, безбрежно широка.
Нужно возвращаться в башню.
Ночь молода. А мы так скоры.
Не волнуйся. Доберёмся за час.
Да, маменька.
Я заклинал вино своей струёй обманной.
Душе грозящий страх хоть на день усыпить;
но слух утончился, взор обострился странно:
я умолял любовь забвение пролить;
и вот, как ложем игл, истерзан дух любовью,
сестёр безжалостных поя своею кровью.
И вот, как ложем игл, истерзан дух любовью,
сестёр безжалостных поя своею кровью.
Я тебя обгоню!
Мама! Папа!
Боже мой! Нет!
На ковчеге было восемь человек.
Ной, его жена, три его сына и три их жены.
Восемь человек.
А теперь...
откуда-то
восемь миллиардов.
Тут следует упомянуть
некоторые аспекты ваших славных родословных.
В XVIII веке близкородственные связи не были
чем-то преступным.
И...
она умирала, когда приехала ко мне.
К чёрту.
У вампиров всё по-другому. И точка.
Распространение фентанила по всему Мичигану,
ведение несанкционированной
фермерской деятельности
на территории частного дома,
этому столь удивительно
амбициозному начинанию
удалось вывести из строя
электросеть MISO позапрошлой ночью.
Не такие новости желает услышать руководство.
Так «Реальный Рашид» и правда Рашид?
Это настоящее имя?
Мне больше нравится делать ударение
на первый слог.
Рашид. Или тебе принципиально?
Нет.
Меня ждёт самолёт.
Спешу сообщить, что именно детройтский ковен
в ответе за причинение ущерба
вашей собственности.
Я застрахован. И... это я уже знаю.
Они пытались обезглавить вашу любовь.
Давайте к делу, мистер Джеймс.
Мы бы хотели, чтобы вы...
разобрались с нашей детройтской проблемой,
мистер дю Лак.
Нет.
Во-первых, у нас не хватает персонала,
и мы перегружены работой,
а стремительный рост вашего штата
только усугубляет ситуацию.
Во-вторых,
установленные правила взаимодействия
ограничивают нашу роль в подобных операциях.
Мы прибираем бардак, а не создаём его.
И в-третьих,
вы чрезвычайно искусны в подобных вопросах.
Мистер дю Лак.
Париж, Дубай.
Сколько в Дубае, Рашид?
- Тридцать один.
- Тридцать один?
Тридцать два, если считать агента Талбота.
Невелика потеря. Он никому не нравился.
Я убиваю лишь тех, кто на меня нападает.
Прозвище главы ковена — «Убийца».
Передайте Сэму, что он нужен мне
в Вегасе и Рино в следующем месяце.
Мы выслеживаем его с 1925 года,
гроб был выгружен с корабля,
отплывшего из Копенгагена.
Мне плевать.
И звался он тогда иначе.
Его звали Брюс.
Брюс.
Кажется, ваша Клодия...
провела с ним пару ночей.
СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ СТЮАРТА ХОУЭЛЛА
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
Здравствуй, Дэн.
Рад, что позвал.
ДАЛЕЕ В СЕРИАЛЕ
Николя де Лефон.
Лестат? Что ты делаешь в Париже?
Хочу услышать миллион криков ещё.
Твоя мать?
Я хочу, чтобы ты любил меня
настолько, чтобы отдать мне всё!
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Жевать чёрную лакрицу!
Кто меня притащил?
- София.
- София?
Уже забыл моё имя?
Здравствуй, София.
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
Альбом Лестат носит название «Фиаско»,
и первой крупной неудачей
в его жизни стал крах его семьи.
Ты такой хороший, Лестат?
Ответь брату, Лестат.
Детство Лестата
проходило во враждебной обстановке,
и его мать была единственным человеком,
который проявлял к нему
хоть какую-то теплоту.
Когда они знали друг друга ещё людьми 300
лет назад, Габриэлла была матерью Лестата,
и они оба существовали в
ситуации, где ни у кого из них
не было ни свободы, ни власти.
У неё были отвратительные отношения с мужем,
она ощущала себя глубоко несчастной
и одинокой женщиной.
С появлением Габриэллы,
матери главного героя,
зрителю предстоит узнать
много нового о настоящей личности Лестата.
Но волки уничтожают наших овец.
Скоро на детей перейдут.
Пошли прочь!
Мы ничем не поможем!
Будьте вы мужчинами!
Она знает, что если кто-то за этим столом
и попытается решить проблему с волками,
то это точно будет Лестат.
Сцена убийства волков неразрывно
связана с Габриэллой. Она взывает:
«Иди и будь мужчиной!».
В этот момент Лестат думает:
«Я должен что-то сделать,
я должен себя проявить,
я пойду и убью этих волков,
даже ценой своей жизни».
Струится кровь моя порою, как в фонтане.
Когда Лестат убивает волков, ему уже 30 лет.
И по мнению Габриэллы,
он задержался в их доме дольше, чем должен.
Из комнаты в комнату... Убиваю их троих.
Вот что я представлял,
когда убивал волков, маменька!
Это общее желание для них обоих.
И это дало ему достаточный импульс,
чтобы пойти и начать действовать.
Он едет в Париж, становится вампиром,
его мать на грани смерти,
он и её превращает в вампира.
Как только Габриэлла тоже становится
вампиром, теперь они могут вернуться
и убить их.
Я заклинал вино своей струёй обманной.
Теперь ей наконец стала доступна жизнь,
о которой она мечтала.
Вампиризм освобождает её.
Меня совершенно покорила
безграничная любовь Габриэллы
к своей новой вампирской сущности.
Для неё это стало поворотным моментом,
она наконец обрела себя.
Без всяких сомнений, в её жизни наступил
этап, когда она наконец освободилась и
обрела власть.
Много тебе секса перепадает?
Разумеется.
Тебе нравится? Так же сильно, как кровь?
Ничто не сравнится с кровью.
Они любят друг друга.
Они мать и сын, они любовники.
Дитя и создатель. Их безусловно
связывают очень сложные отношения,
но они единственные в мире,
кто знал друг друга ещё до перерождения.
Мне это кажется очень важным.
«Ты знаешь, кто я на самом
деле, ты знаешь моё прошлое,
знаешь, что мною движет.
Ты помнишь каким я был человеком,
прежде чем превратиться в нечто иное».
Они крепко связаны, и эта связь пагубна,
но увы, в мире вампиров всё тлетворно.
Ты увёл моего личного
врача. Разгромил мой отель.
Детройтский ковен разгромил ваш отель.
Я слышал песни.
Песни — не про тебя.
Это похоже на...
крик о помощи.
Вот я и прилетел.
Ты мне дорог.
В этой сцене Луи намеренно
подначивает Лестата.
Думаю, ему доставляет удовольствие
выводить его из себя.
И вы по очереди ездили по мосту «Золотые
ворота»? Кто из вас искуснее за рулём?
А ещё дурачились
и чертили пальцем цифры друг другу на спине.
А то!
Ещё бы!
Это очень смешная сцена.
Это прямая атака.
Он знает, что Лестат выйдет из себя.
Довольно забавно видеть,
как этот сильный,
сдержанный вампир вдруг опускается...
до таких мелочей.
Кристин, не могла бы ты предоставить
мистеру Питту и его кавалеру два билета
на завтрашний концерт?
Хватит одного. Лемьюэль не любит твои песни.
Как бы мелочно это ни было,
мне кажется, Луи действительно рад побывать
на концерте Лестата.
РАЗБОР ПЕСНИ «ЗА ЧТО МНЕ ЧУВСТВА»
Я так боялся. Я так боялся.
Я так боялся потерять тебя!
Думаю, он впечатлён,
он видит, что это его призвание.
Не всегда ясно, о ком та или иная песня.
Может о Луи, может о Никки,
может о Габриэлле.
Для Луи вполне характерно считать,
что каждая песня посвящена ему.
А ещё мне кажется, что Луи обожает сплетни,
слышит всё это и думает: «А это о ком?»
«Когда это случилось?
Кто это был? Кто он? А она?»
Он негодует,
что вообще испытывает какие-то чувства.
Он очень эмоциональный персонаж,
эмоции захлёстывают его с головой,
и он справляется, как может.
И я думаю, всё это не
может его не расстраивать.
Он исполняет эту песню очень энергично,
напористо, он кричит о своей боли.
Он намеренно игнорирует Луи,
но в какой-то момент сдаётся.
Малыш, я хотел посвятить тебе
самую красивую песнь на земле.
Но меня кое-что отвлекло.
«ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ»
Когда он открывает книгу
и видит, что она вся исписана,
в нём начинает зарождаться чувство вины.
Они впервые остались с
этим конфликтом наедине.
Лестат так зол на Луи,
что останавливает время, подлетает к нему
и поёт ему прямо в лицо. Не сдержался.
Ну, за что? За что? За что мне всё это?
Вся эта боль?
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 3

Ранее в сериале...
Проси меня, дитя.
Свет покидает твои голубые глаза.
Его звали Магнус.
Неделю продержал в комнате,
заваленной трупами.
Грядёт моя...
эпоха.
Правда, что вы заикались в детстве?
Каждый вечер один и тот же вопрос.
У меня два Пулитцера.
Этот фильм приведёт меня в Канны.
Кто меня притащил?
София.
Здравствуй, София.
Мой творец позвал маму — и вот я здесь.
Мой первый возлюбленный,
Николя де Лефон, скрипач...
Он цел и невредим.
У него кровь.
Ты обратил Николя в одного из нас?
Он слишком хрупок.
Здесь вырваны четыре страницы.
Нестрашно, что он ломал мне кости.
Но когда он меня прижимал
и говорил, что любит. Вот что хуже всего.
Мы бы хотели, чтобы вы разобрались
с нашей детройтской проблемой.
Кажется, ваша Клодия
провела с ним пару ночей.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Двадцать второй альбом.
Сторона А.
Тщеславная однородность горизонта Торонто —
это нечто невероятное,
сплошное нагромождение
непрактичных кондоминиумов,
над которыми властвует
147-этажная зубочистка.
Эта банальность ускользает
от внимания вежливых канадцев.
Для них это культовое место.
Которое друзья и родственники Эйвери Олсона
и Натали Бокельхайд
назвали обязательным к посещению,
пока пара ждала завершения развода Эйвери.
Если бы они остались в рамках своего бюджета
и вступили в брак в своей родной провинции,
брак мог бы продлиться дольше.
Но любовь, зародившаяся
на вечере быстрых свиданий
в городке провинции Саскaчеван,
заслуживала неспешного празднования.
Могу предложить свою помощь?
Боже мой, да вы просто ангел во плоти.
Вы очень добры, сэр.
Спасибо.
С удовольствием.
Такие моменты запоминаются на всю жизнь.
Только чтобы мы стояли не по центру,
а то у него башня будет из головы торчать.
Правило третей, золотая середина...
И вот так удобства
из свадебного пакета отеля Radisson Blu
остались невостребованными,
так сказать, были обменены
на судьбоносную вампирскую встречу.
Божественное вмешательство Габриэллы
подняло мой вожделенный дух,
мы устраивали нашей добыче
похотливые представления,
вылизывая дно озера Эри
в Кливленде и Буффало,
а затем огибая глубины озера Онтарио.
ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ: КРИСТИН
Любовь моя.
Где тебя носит?!
А где все мы, если подумать?
Это он? Дай сюда трубку!
Эй, Джастин Бибер,
у меня тут 40 человек сидят
с руками по локоть в заднице!
Ты что-то потерял, Дэн?
Мне надоело за тобой гоняться,
выскочка ты бездарный,
я жизнь тебе спас, ты мой должник.
Не факт.
И правда.
Должник.
Должник.
Твоя башка висела бы
над толчком в ковене, если бы не я!
Травма перерождения, Дэниел.
Он опять с Софией?
Кто она вообще такая?
Древняя манда без срока годности.
И что значит «не факт»?
Речь ведь об обезглавливании?
Исследование, проведённое в Будапеште,
два вампира прожили без головы два часа.
Вампир уровня Лестата
продержится в 4-5 раз...
У Чехстата герпес.
Дэниел Моллой появился на этот свет
16 апреля 1953 года
в объятиях своей матери в больнице.
Предположительно.
Вампиры не расспрашивают друг друга
о подробностях смертной жизни. Это невежливо.
Вскормленный матерью или нет,
он рос в Сан-Франциско,
где его подтолкнули к выдающейся карьере
и умеренной известности.
Потерпишь, шеф.
Извините.
Убит и возрождён 18 июля 2022-го
гремлином Арманом.
Он прожил короткую,
неприметную жизнь в качестве вампира.
Неприметный...
Это подходящее слово?
Для него я пустышка.
И я сам дал повод так думать.
Я полон сожалений в отношении Дэна.
Простите за беспокойство. Он здесь.
Чао.
Здравствуйте.
Что у тебя с губой, Ярда?
Сегодня будем использовать новую камеру.
Называется «Интерротрон».
Я буду сидеть здесь,
а ты будешь видеть меня на экране.
Как будто мы разговариваем
вживую, лицом к лицу.
У меня всё готово.
Мы будем снимать в цвете,
а итоговую запись переведём
в чёрно-белый спектр. Хорошо?
Итак, говорят, ты заикался в детстве?
Здравствуй, Дэн.
Рад, что позвал.
Ты не мог бы представиться на камеру?
Я лидер группы.
Лестат.
Вампир Лестат.
Я бессмертен.
Плюс-минус.
Солнечный свет,
непрекращающийся жар сильного огня,
группа Jefferson Starship,
члены ковена с удавками —
всё это может меня уничтожить, но...
впрочем,
может и нет.
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем дотла.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Ну и дерьмище.
Ты не раз упоминал,
несколько раз в автобусе и за кулисами,
о том, что песни рассказывают твою историю.
Верно, раз говорю об этом.
Или это своего рода стопор,
чтобы не рассказывать о себе?
Можешь смело выбить эту дверь, Дэн,
хватит мне прятаться в своих печалях.
Вот и я так посудил.
Что ж, давай приступим, копнём поглубже в
твои песни и глянем, что мы сможем там найти.
У тебя есть песня под
названием «Чего скисла».
Текст следующий...
Какая история стоит за этим?
Эта песня — соглашение
между мной и аудиторией,
разрешение, скрытое под гимном.
«Да, мы идём! Да, да, мы идём! О да, я иду!».
Я актёр. В гриме полном.
Разбежимся, расцвету словно роза.
Они видят лишь образ,
а в конце им является суть.
«Чёрная лакрица»?
Структура и ритуал.
Суд и мучения, ужас и стыд. Жажда большего.
Очень интересно,
потому что группа считает, что эта песня о...
О том, как современная культура
исказила разум смертных
и насколько лёгким
и неудовлетворительным стало убийство.
Ты наверняка
испытывал это, Дэн.
Этот шквал предсмертных воспоминаний.
Их жизнь — бесконечный поток блогеров,
записей с видеорегистраторов
и постыдной порнографии.
Или мы ещё делаем вид, что ты человек?
Значит, песня не об отсосе?
Провокационный журналист.
Ты заикался в детстве?
Ему не по душе этот вопрос.
Ладно, вернёмся к нему позже.
Давай поговорим о том,
что произошло в Детройте на днях.
Кристин.
Говорят, какие-то вампиры
пытались тебя убить, да?
Добавил «да» в конце,
и это сразу стало вопросом?
- Кристин, сюда!
- Иду!
Кучка слабых особей, но зато организованная.
Кристин.
Что отличает...
Что такое?
Это покушение от двух предыдущих эпизодов,
произошедших во время тура.
Это ловушка.
Это лишь самофинансируемая фантазия...
Как именно?
Наполненная вампирскими желаниями...
Он обещал не спрашивать о заикании.
Или, скорее скрытый посыл в духе
«надеюсь, я умру, прежде чем состарюсь»?
Мой фильм — твоя надгробная речь?
Ты ему обещал?
Я не даю обещаний.
Я дал 40 концертов за 43 дня, мать вашу.
Всем плевать, кем я был раньше.
Срать они хотели.
Всем и сейчас на тебя плевать,
и на твои полупустые концертные залы.
Сделаем паузу.
Ты неверно понимаешь целеполагание, Дэн.
Суть не в важных задницах,
что протирают кресла,
и не в прослушиваниях в сети.
Речь идёт о чистом самовыражении!
«Три грации» Рафаэля.
«Птица в пространстве» Брынкуши,
«Невидимые города» Кальвино!
Это ж позорище.
Заика!
- Стоп камера.
- Нет.
Нет, нет, нет, нет, пускай. Пускай увидят.
Пусть увидят.
Я успел дать...
сорок...
концертов
за 43 чёртовых дня!
И всем
плевать!
Я — вампир Луи де Пон дю Лак,
поверженный вашими неустанными допросами,
мистер Моллой.
Приветствую.
Я прибыл, чтобы передать
вам важное сообщение.
Адресом ошибся.
Я ищу Убийцу.
Нет, не говори, просто...
подумай. Я вампир, такой же как ты.
Только вот я не проявлял
такого неуважения к своему лицу.
Что это за чушь?
Типа Джа-Джа Бинкс забивает
баскетбольный мяч в корзину? Или...
Где Убийца?
Вестер? Опять опоссум залез?
Вестер?
- Что за?!
- Я ищу Убийцу.
И ты не он.
Привет.
Есть кто?
Не видели тут Убийцу?
В дом кто-то пробрался!
- Стоять!
- Не надо!
Здравствуйте.
И тебе привет. Убийцу не видел?
А может ты?
Очень жаль.
Приём?
Убийца?
За дверь...
и через поле.
Бегите прямо минут пять.
Увидите машину — серый Dodge.
Не оглядывайтесь.
Восемь волков? Всех в одиночку?
Все вечно переспрашивают цифру, когда слышат.
У меня был пистолет,
винтовка, кинжал и мастиф.
Заика-убийца волков.
Мы подумывали так группу назвать.
«Привет, Форт-Коллинс,
мы “Заики-убийцы волков”!
Вы готовы зажечь?»
С 9 до 29 лет своей жизни ты...
Заикался. Я заикался. Да.
И каждое моё убийство — это ответная реакция.
Вся моя психика сформирована этим уродством.
Я будто сижу в кресле дантиста, связанный
по рукам и ногам, с широко открытым ртом,
и он говорит, нависая надо мной,
натирая перчатку: «Я не дантист».
Так что давай понежнее, Дэн.
Мне кажется, ты ему до смерти наскучил.
Попробуй спросить его о Великом обращении.
Что произошло в возрасте девяти лет?
Меня отвели посмотреть,
как ведьм сжигают на костре.
Ясно.
Расскажи об этом.
Маргарита Дори, Жан Боден,
близняшки Марта и Ами Руле...
вознесли свои молитвы
и совершили обряд поклонения дьяволу,
по словам священников с факелами.
Ты запомнил их имена.
Юные девочки часами истошно кричали
мужскими голосами и извивались,
пока их челюсти не рухнули
в костёр, и голос дьявола не затих.
А тебе было всего девять?
Так мамы развлекали детей
до Lego и свинки Пеппы.
Оглядываясь назад, могу сказать,
что обвинили их не зря, уж близняшек точно,
а Маргариту и Жана просто поймали за
мастурбацией в поле, где потом заболели волы.
Два из четырёх — неплохой результат,
учитывая, что суд вершил священник.
А что произошло...
в 29?
Я услышал музыку.
Итак... значит ты приехал в Париж?
Глаза закрыты,
рот искажён.
Больше всего меня поразило то,
как он всем телом отдавался музыке.
Обладай я нынешним слухом,
посчитал бы это банальным.
Но я был чурбаном из Оверни.
Для меня эта скрипка звучала,
как божий инструмент в руках ангела.
Чёртов поганец!
Пиликай в другом месте!
В следующий раз не промахнусь!
Простите, что господин Моцарт потревожил
ваш покой, мадам. Прошу любезно сгинуть!
Я правильно понимаю, что в песне «За
что мне эта боль» речь идёт о Ники?
Николя де Лефон.
Моя первая любовь.
А ну повтори-ка, дружок?
Концерт окончен, мадам. Я удаляюсь.
Николя де Лефон.
Лестат?
Де Лионкур.
Нет.
Де Валуа.
Обзавёлся титулом?
А ну положи на место!
Прикупил панталоны?
Стараюсь вписаться.
В плаще с волчьим мехом?
Что ж, удачи.
Что ты делаешь в Париже?
Восемь волков?
Быть не может.
Сложили головы в кучу, чтобы детишки играли.
В духе нашей деревни.
Вышивка моего отца.
Он дал мне это перед отъездом.
И твой адрес на улице Мон... Мон...
Монморанси.
- Да.
- Да.
Я полгода как съехал.
Отцовские деньги едва покрывают
расходы на мои уроки музыки,
не говоря уже об аренде жилья, еде и взятках,
чтобы служить не забрали.
Свобода! Равенство! Братство!
Свобода!
Свобода, равенство, братство.
Жалость — это измена.
Свобода! Равенство!
Да здравствует Республика!
Ты прекрасно играешь.
Я играю, как сын портного.
Что ещё он сказал?
Мой отец.
Просил передать...
что любит тебя
и гордится тобой.
А на самом деле что?
Он сказал: «Помоги ему... стать мужчиной».
Только он не заикался.
Ты научишь меня быть мужчиной?
Лестат де Валуа.
Дальше всё как по сценарию:
заезженные штампы
и ловушки мучительной запретной любви,
бла-бла-бла, дружок с биполяркой и так далее.
- Надевай.
- Быстрая перемотка.
Остановка. Пар.
Проверь телефон. Нажми Play.
Славно. Теперь он вампир.
Но ты не вампир, ты заика-чурбан из Оверни.
Французская скороговорка на основе омонимов,
аналог русской «Косил косой косой косой».
Есть кто из Канады?
Скороговорки, голосовые упражнения,
ежедневно, на протяжении двух лет.
Пока я мыл полы и выносил
ночные горшки в театре «Рено»,
куда меня пристроил Ники,
когда играл у них в оркестре.
Давайте включим ему эту песню. Принесите.
- «За что мне эта боль?»
- Обожаю эту песню.
Так значит ты буквально вытравил
из себя заикание?
Да, Ники выбил мне работу,
которая меня излечила. Это была первая
любовь, но не великая. Спасибо.
Готов проспать хоть сотню лет...
Закопать себя в землю
на целое столетие из-за посредственной любви?
И в Новый Орлеан ты берёшь с собой
лишь музыкальную шкатулку на память о...
не великой любви?
Я взял шкатулку, потому что
я уничтожил его, Дэн.
Я взял её, чтобы напоминала
о том, на что я способен.
Ты исполняешь песню...
Кто-то может что-то сделать с этим?
Тишина на площадке!
Извините. Нам нужна тишина на площадке.
Пошёл прочь, пока не загрызла!
Итак, ты каждый вечер исполняешь
песню о своём обидчике —
«Главный фанат».
Обидчик?
Включите эту песню.
Освободитель. Эмансипатор.
Угу. В песне он говорит:
«Хочу дать тебе всё, что имею.
Поступись упрямством, попроси ради цели».
Скажи, Магнус получил от тебя согласие,
прежде чем превратить тебя в вампира?
Я вижу в этом непрерывную цепь
похожих песен в поп-музыке.
Herman Hermits «Обопрись на столб»,
«Каждый твой вздох» группы The Police.
Чудесная песня.
Песня Eminem «Фанат»...
Луи передал мне следующее:
«Его звали Магнус. Он унёс меня из комнаты
в Париже, пока я кричал и брыкался.
И неделю продержал в комнате,
заваленной трупами. И все похожи на меня».
Разве я так разговариваю, Дэн?
- «Цветом кожи, сложением».
- Где изящная метафора?
Где ассонанс, благозвучие?
«Он каждую ночь пил мою кровь.
Я думал, что стану одним из них, но он...
сделал меня таким».
Отойдите, пожалуйста!
Луи не было, когда Магнус меня похитил.
Но он был в Новом Орлеане,
когда ты рассказывал об этом.
А меня не было в Дубае,
чтобы поправить его ошибочные воспоминания.
Ясно.
Твой лик привлёк мой взгляд.
О, милый, есть в тебе особый яд.
Хочу увлечь тебя за собой.
О, милый, думаю, у нас всё получится с тобой.
Я возьму для нас бутылочку вина.
И встану тихо у твоего окна.
Мы будем так чудесно время проводить.
О, как хочу я в бурном темпе тебя закружить.
Я не желаю видеть твоих слёз.
Не говори, что эти чары рассеются в миг.
Ты так идеален в этом свете грёз.
Знаю, мой вид может смутить.
Но я хочу лишь поговорить.
Я хочу дать тебе всё, что имею.
Поступись упрямством, попроси ради цели.
Не стану лгать, я полон всех грехов.
Я жалкий пёс, а ты мой храбрый убийца волков.
Я жалкий пёс, а ты мой храбрый убийца волков.
Я понимаю своего создателя.
Если бы мне пришлось 19 раз
смотреть на себя в роли Лелио,
я бы тоже отбросил всякие приличия.
Отбросил приличия?
Он превратил тебя в чудовище, а затем...
убил себя у тебя на глазах.
Я был актёром второсортного театра,
жил в квартире обезглавленного дворянина
в компании несчастного любовника.
Ты всё донимаешь моего красавца?
Как тебе наш дублёр в деле?
А что касается самоубийства,
оно подарило мне лёгкость,
которую в его присутствии
я бы никогда не ощутил.
Я вижу, как тяжёлая тень
омрачает твой лик, Дэн,
когда я говорю «Бог»,
а ты твердишь «монстр».
Неужели твой отсутствующий,
но вполне живой отец внушил тебе
такое презрение к самому себе?
Сын Армана.
Кому нужен очередной «плач» жертвы?
Именно.
В духе рок-н-ролла.
Однако, наверняка было тяжело
утаивать свой секрет от Ники.
Арман комментирует этот момент в моей книге.
Он напал на тебя на улице, похитил Ники
и скормил его своему ковену, но ты...
и дальше скрывал от него свою сущность, да?
Это вопрос.
Где я?
В безопасности.
В нашей комнате, в Париже.
Сил совсем нет.
Делирий тебя измотал.
Пришлось выхаживать.
Собеседник из тебя был так себе.
А это что?
Просто сыпь.
По виду тифозная,
так сказал врач, который тебя осматривал.
Наша любимая игра:
ты врёшь,
а я тебе верю.
Я не вру.
А месяц назад?!
Вылез в окно!
Будто это в порядке вещей!
Потом вернулся в шёлковых бриджах.
Сказал же, это покровитель...
Ложь. Ложь. Вечная ложь! Исчезаешь внезапно!
Глаза изменились.
И твоя мать.
Почему она жива?
- Я отвёз её в Рокамадур...
- Её кожа...
- На лечение.
- Она же ходячий труп!
Чёрная Мадонна её благословила.
Твоя...
Что? Твоя мать?
Вампир Габриэлла.
У неё весь рот в крови! Опять ложь!
Но как? Что?..
Она последовала за мной в Париж.
Её тело было готово к
смерти, но разум противился.
Мой первый птенчик.
Разве Луи не говорил?
Нет.
А я решил, что ты решил
сохранить её имя в тайне.
Моя любовь была темницей, где он томился.
И для разговоров о ней места не осталось.
И...
где она сейчас?
Здесь, перед тобой.
Прямо...
здесь.
Она умерла.
Вампирское детство...
Самый трудный период, тебе ли не знать.
Или нет, Дэн.
Что ты думаешь о Великом обращении?
Вампирский заговор.
Захватить мир, сотрудничая друг с другом.
Полная тупость.
Свали с глаз моих!
Ясно.
Три лестничных пролёта!
Все кости бы раздробила. Что ты такое?
Кто она?!
Кочан ты квашеный.
Мама.
Оборванец у театра кричал «Убийца волков».
В почерневших коридорах
скалятся демоны и ждут...
Ники, ты бредишь!
Я хочу увидеть твою новую сущность!
Не смотри на неё.
Роже купил тебе дом на набережной.
Я открыл банковский счет на твоё имя.
Перееду в Овернь торговать тканями!
Не нужен мне дом!
Мама, хватит!
Произносит мои мысли раньше меня.
Ты и ей передал это проклятие.
- Она была при смерти.
- Наконец-то!
Он признал.
Хочешь, чтобы я убил тебя?
Я хочу, чтобы ты любил меня
настолько, чтобы отдать мне всё!
Даже не думай.
Нельзя этого делать.
Я свёл его с ума.
И брошу на произвол безумия?
Ты исчерпал свою привязанность к нему.
И ты это знаешь.
Не смей вручать ему дар вечной жизни.
Катастрофа, сын мой.
(Говорит на французском)
Теперь он играет куда лучше.
Я за его игрой актёров не слышу.
Его музыка лучше игры Густава.
Что ж,
ты всегда можешь вернуться к роли.
Чтоб из моих уст текли громоздкие фразы?
Воздержусь.
(Говорит на французском)
В Италии есть кровопийцы?
Что?
Есть ли такие же ковены в
Риме, Венеции, Салерно?
Николя знает про нас?
«Нас»?
О чём ты?
Думаешь, ты один такой,
с кем он проводит время?
Думаете, я один такой,
кто презирает конкурентов?
Позови его. Ты управляющий труппой — направь.
Ты его творец — сотвори повод.
Есть ли злодей старше тебя?
Твой творец Мариус...
Давно мёртв, я уже говорил.
Я лишь убедилась.
Даю, даю, даю, даю, даю, даю, даю...
Даю тебе «Театр вампиров» —
ярчайшее зрелище всего бульвара!
Он так скандалил ещё смертным.
Сориентируется.
Вот и нет.
Я верю тебе.
Я люблю тебя.
Господи...
Всю ложу заполонил своим отчаянием!
Где ножик для писем?
Он тебе не нужен — писем нет.
Николя, мы хотели обсудить
твою работу в театре.
Не в ночном горшке, уже неделя прошла.
Не по душе моя музыка, мэтр. Не моя вина.
Это всё руки. Только ножика
нет. И моя музыка...
Сядь.
Станет лучше, как я найду его.
Ники, мы считаем, тебе необходим перерыв.
Вы это решили за кулисами? Или в ложе?
На площади Дофина в то воскресенье?
В H?tel de Ville, в день Успения…
- Тихо!
- Или ночью?
- Тихо! Посмотри на меня!
- На кухне!
Я его там оставил, там!
Я говорила: его сознание спуталось.
Два года назад я вскрыл письмо,
от твоей мамы. «Ты совсем обнаглел?!»
— с обидой закричал он.
Хотел порадовать адресата.
Придать всему смысл.
Вот он.
Нет!
Лестат...
Отрубишь вторую?
С одной у меня не получится.
Поможешь ему?
Ты рука Ники?
- «Нет, нет».
- Прекрати!
«Потерялась по пути в Сен-Дени».
Всё!
«Дорогу покажешь? Большое спасибо!»
Перестань, Ники! Нет!
Что?
Возникло недопонимание, милый.
Я стремился служить
богу тёмного леса, как и прочие.
Прости меня. Мои кисти старше
всего, что осталось.
Прости меня.
Габриэлла отправилась в гроб.
Оставила нас...
С Арманом.
Я сказал, что полюбил Ники...
В тот же миг, как увидел его в Париже.
Я был...
опьянён его любовью.
Поглощён ею.
Твой творец сказал бы, что я был добр, но...
В то время...
Всё было искренне.
Мне кажется.
Я помню тот свет.
Камин...
Золотом отражался на его лице...
И его...
Голых руках.
Но я не мог смотреть на рану.
Не мог.
Я...
Не мог.
Но смотрел...
Как Арман...
Толкнул его в огонь.
И удерживал на месте.
Воткнув в грудь кочергу.
Ники полыхал с ошарашенным видом.
Его рот...
Был в форме...
Круга.
Он издал один лишь звук.
Как будто знал...
что в смерти...
Нет ничего.
Я голоден.
Голоден!
Так, давайте мы пока...
Всё, стоп, снято.
Мы хотели забронировать площадку
«Райан?центр» в Кингстоне, там 8000 мест.
Я думал, мы без труда заполним её.
Продали 2500, с услугой «заполнения зала».
В отличие от прошлого визави,
я иллюзий не питаю.
Изнурение.
Гастроли.
Моё самолюбие.
И всё же — не этого я хочу.
И не говори, что от меня нет толку.
Ключи!
Завтра площадка будет открыта для саундчека.
Ларри проведёт!
Ну и как тебе чешский я?
Как Карловы Вары:
три минуты интересно, а потом тянет в Прагу.
Прага — там. Выроешь яму в Корке,
а назавтра тебя похоронят в Матее.
Завёлся?
Заскучал.
Впредь будешь осторожен.
Есть один тики-бар в Паркдейле.
В другой раз, София.
Что ж...
Долго он говорил, но... Круто?
Отмотайте... минуты на четыре назад.
Я два месяца добивался деталей!
Вампиры — они ж... Мы такие, как вы.
Итак, посмотрим, что у нас.
В смысле?
Ещё на пару минут назад.
Стоп.
Так...
И что это такое?
Достаточно отмотали?
Ладно, мотайте.
Да, где-то тут. Стоп.
Свали с глаз моих!
Да.
Что?
Что за?..
В каком месте он говорит о превращении Ники?
Они...
Что...
Он что, просто...
Сидел, как надувная кукла, и все молчали?
Не одёрнули?
Да вы издеваетесь! Это что?!
Да, это было очень странно.
Вы так просидели где-то полчаса.
У него текли кровавые слёзы! Вы не видели?
Злой обман с телепатией —
это ему за потеху над музами.
Бедный Дэн был сломлен,
а ненависть ко мне укоренилась,
будто семя, растущее под солнцем.
Что тут ответить?
Служение вагине не проходит бесследно.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Двадцать восьмой альбом. Сторона Б.
Перенесёшь меня через порог?
Конечно же.
Держись за меня.
Пойдём.
Держу, малышка.
Ты сделаешь меня мамой?
У нас это делается по-другому, но попробуем.
Вот так.
Пришли!
Я попросил не выкрикивать: «Сюрприз».
Завоёвывают расположение.
Отнесу тебя в постель.
Что за херня?
Что тут вообще было?
Чёрт!
Сюрприз.
Поздравляю с событием.
Я не смог прийти. Надеюсь, вы не против,
если я заявлюсь в медовый месяц.
Это ты устроил бардак?
Я.
Где пища?
Вызвал ей такси.
Что ты, блин, сделал с моим мужем?
«Арман сказал правду»?
Не пояснишь, что это?
Вот чёрт!
Это... Ладно.
Ты это насчёт Лестата?
Ладно, да...
Я не виноват.
Новообращённые зумеры — высокомерные мрази.
Считают, что наше место
— среди грязи и дерьма.
Моя Беби Дженкс стала приманкой.
Заткнись, Брюс.
Назвал Брюсом?
- Моё имя — Убийца.
- Брюс.
У нас есть... общая подруга.
Ещё вина?
Слышал, его называют «холодным чаем».
Яблоки с ноткой...
Малодушия.
Ты всё в лохмотьях?
Так лучше?
Та же морда, тот же запах.
Ты безнадёжен, Магс.
Мало ты откровенничал с тем журналистом.
Опустил пару важных деталей.
Ой-ой-ой.
Ты не включил поворотники.
«Брюс медленно отошёл от костра,
наклонился надо мной.
И на секунду мне показалось,
что я окажусь там, но нет».
- Луи де Пон дю Лак.
- «Закинул меня на мотоцикл...»
Явился в мой дом!
«И стал вести себя дружелюбно».
Десница Господня вознесена высоко.
В ней — моя сила и спасение!
Возгласы ликования раздаются
из шатров праведников.
Десница Господня совершила…
Нет.
- Десница Господня...
- Чтоб я этого не слышал!
Я буду жить и воспевать деяния Господа.
Я скормлю тебя адским волкам!
Десница Господня свершила подвиги! Отошёл!
Песню тебе посвятили.
«Но как мы зашли в его дом...»
Вот мой главный вопрос.
- «Пытаюсь написать, дневник...»
- Зачем ты следишь за мной?
- «Но руки онемели...»
- Ещё и писульки слушать.
«И разум тоже онемел».
Перечёркнуто.
Новое предложение.
Ты опрокинул полку с мелочами
и сдёрнул скатерть с длинного
стола. Мы поедаем твою душу...
За длинным столом. Шестьдесят восемь блюд.
Мы ждём счёт, а тарелок всё больше и больше.
И мы задаёмся вопросом:
когда же он запишет альбом?
Когда будем готовы!
Её смерть вызвала интерес многих французов.
Я ей ничего плохого не сделал, папа Лу.
«Ты сам знаешь, дневничок.
Каково, когда тебе ломают спинку,
раскрывают и суют в тебя... карандаш».
Какая странная компания за столом.
Кисть.
Палец.
Ударник.
Нет!
Сутенёр.
Ты.
Мамочка. Клодия.
«Я давала отпор, даже со сломанной рукой...
и вновь сломанной рукой.
Но всё равно,
случились злодеяния,
которые совершают подонки.
Он раздвинул мне ноги
и подтянул платье к талии.
И это мерзкое чувство,
что внизу всё забито и мокро.
Будто меня набили... грязью.
И надеюсь,
однажды он сам ощутит себя...
мелким, загнанным...
и раздавленным, будто банка.
Но ещё бывало,
он приносил домой добычу.
Я сидела с ним...
И ела.
Я говорила,
что он хотел услышать».
Проси меня, дитя.
«И теперь я не могу любить себя».
Свет покидает твои голубые глаза.
«Однажды даже показалось, что мне приятно».
Как утекают последние летние дни.
Нет!
«А не противнее всего на свете».
Нет!
Нет!
«Он отпустил меня, ведь я казалась... мелкой,
а он одержал победу.
Да, он победил.
Ведь я не хочу... ничего.
Ни быть... никем,
ни говорить... ничего.
И ни делать... ничего.
Но что самое глупое в этом, дневничок?
Я считала себя той, кто прячется в темноте.
Мне так казалось».
И всё.
Воображаю тебя голым в позолоченной ванне,
размышляя, отчего всё не
завершилось на дороге.
Как на следующий вечер вышел на сцену
перед восторженно-сдержанным залом.
Я уже не мог притворяться,
что мы мечта организаторов.
Или что нервного срыва не было,
а психоз не принёс пьянящего восторга —
это ужасающее последствие
бесконтрольного метания внутри гиппокампа.
Но дело в чём.
Я любил музыку.
Обожал.
Она неудержимо тянула меня
через вековые барьеры моей души.
И я подумал: почему бы слепо не довериться?
Возможно, это илистое дно,
а по ту сторону — мраморный пол,
отполированный до горизонта.
В самом чистом выражении
музыка сперва усугубляла моё состояние,
а затем — улучшала.
Лестат, я люблю тебя!
Призываем муз.
Не прогонишь одиночество сексом:
подождёт, пока кончишь,
будто вампир.
Одиночество до дна не допьёшь:
утром снова придёт оно,
как мигрень, выпивая тебя целиком.
От одиночества не сбежишь:
скажет: «Глянь на себя,
кто вообще смог бы такого полюбить?»
Не гони его прочь,
чувства не хорони.
Не молись на ту ночь,
где могилу вырыл — там не гори.
Всё хорошо?
Хорошо. Почти дома.
Достал то, что хотел?
Да.
Достал.
Одиночество не выкричишь:
до конца будет ждать,
тишиною душить и мстить.
Не залечит любовь одиночество:
ведь любовь отойдёт,
а ты ждёшь, а ты ждёшь, а ты ждёшь,
а ты ждёшь с этой горечью.
От одиночества не сбежишь:
будет жать и твердить:
«Кто вообще смог бы такого полюбить?»
Не гони его прочь.
«БРИКЕТ И БЕКОН»
Чувства не хорони.
Не молись на ту ночь,
где могилу вырыл — там не гори.
Здравствуйте. Вам принести что-нибудь ещё?
Не нужно. Спасибо, Реджина.
О боже!
Он что, летает?
Идеально.
Они на воле.
Убивают... каждую ночь.
Я слежу за ними в телефоне.
Обновляю, обновляю...
И они взрываются.
Вы ещё услышите о них. Или слышали.
Но я...
застрял в Монро, из всех городов.
Без обид.
Боже...
Хочется напиться
и пожалеть себя.
Да, спасибо, что дали способ выразиться.
Спасибо.
Спасибо, что поделился.
Ну, кто ещё хочет поделиться?
Давайте.
Я хочу.
Поделюсь.
Привет.
Моё имя...
Арун.
- Привет, Арун.
- Арун.
Привет, Арун.
И...
Я зависимый.
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Я токсичная сучка.
Бог Лестат!
ДАЛЕЕ В СЕРИАЛЕ
Так вперёд, мой маленький проказник!
Подсёк!
Здравствуйте, что закажете?
Из-за Лестата нас всех убьют.
У меня ещё пять концертов. Мне надоедает.
Рискнём?
Испепелим бренный мир?
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Заика-убийца волков. Вампир Лестат.
Добрый вечер, Дэн.
Очень приятно.
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
Моллой — проницательный дознаватель,
но ещё не сталкивался с кем?то вроде него.
И в этой серии это особо заметно.
Ты заикался в детстве?
Сцена с интервью очень странная.
Триста событий одновременно.
Ты каждый вечер исполняешь песню
о своём обидчике — Магнусе.
Обидчик?
Я хочу дать тебе всё, что имею.
Поступись упрямством, попроси ради цели.
В клипе показано, каким хочет представить
своё превращение Лестат.
Он такой:
«Напишу балладу в духе Тейлор Свифт,
выставлю творца в дурном свете».
Я жалкий пёс, а ты мой храбрый убийца волков.
Он старается мыслить в таком ключе:
«Он мой фанат, он меня сотворил»,
но правда неизбежно заявляет о себе.
На роль Магнуса мы взяли Дэмиена Аткинса.
Это пугающее уязвимое существо.
И превращение Лестата произошло
невероятно жестоким образом.
Приготовиться. И начали!
Мы старались сделать сцену
максимально жёсткой.
Чтобы возник контраст между ней
и версией, которую он показывал в клипе.
У Дэмиена была крутая помпа с кровью из шеи.
Она... лилась на меня, попадала мне в глаза.
Мы постарались сделать сцену омерзительной,
показать, что это нападение.
И что это воспоминание
Лестат несёт всю жизнь.
Его преображение было...
настоящим похищением и насилием.
Он будет вспоминать об этом ежедневно.
А что произошло в 29?
Николя де Лефон, моя первая любовь.
Не смей вручать ему дар вечной жизни.
Катастрофа, сын мой.
Габриэлла не выносит Ники.
Она честно выражает мнение,
и я считаю, она права.
Знает, что Лестат не хочет
провести вечность с Ники.
Николя знает про нас?
«Нас»?
О чём ты?
Вот эта сцена была мне особо интересна.
Их возвращение в театр.
Я люблю тебя.
Я люблю тебя тоже.
Это возвращение к рассказу Армана
Дэниелу в третьей серии второго сезона.
Но уже глазами Лестата —
и эта версия может быть даже правдивее.
Я люблю тебя.
Господи...
А также добавилось влияние Габриэллы.
Ей совсем не нравился Арман.
Думаешь, ты один такой,
с кем он проводит время?
Думаете, я один такой,
кто презирает конкурентов?
В любой ситуации Арман становится
третьим лишним.
Луи и Лестат — Арман.
Габриэлла и Лестат — Арман.
И ревность Армана... проявляется.
Нет!
Он знал, что Ники не мог
понять, как ему жить.
Он был нестабилен ещё до
становления вампиром.
Арманд уже видел, как вампиры сходят с ума,
и не удивился, когда это произошло.
Я не мог.
Но смотрел...
как Арман толкнул его в огонь
и удерживал на месте.
Моллой думает, что добыл сенсацию.
Оказалось, это иллюзия.
И что это такое? Это что?!
Да, это было очень странно.
Вы так просидели где-то полчаса.
Это злой розыгрыш,
ведь в итоге Моллой не заснял всё на камеру.
Но телепатически он рассказал Моллою
правду о том, что произошло.
Это был общий опыт только для двоих.
Он очень зол.
Ведь Лестат поиздевался над Дэниелом.
Я плохо реагирую
на издевательства и буду мстить.
Мы хотели бы, чтобы вы...
разобрались с нашей детройтской проблемой,
мистер дю Лак.
Главу ковена зовут Брюс.
Кажется, ваша Клодия...
провела с ним пару ночей.
В конце второй серии
Раглан Джеймс предлагает Луи
отомстить тому, кто навредил Клодии.
В сердце Луи — зияющая дыра,
и он думает, месть её заполнит.
Я прибыл, чтобы передать
вам важное сообщение.
Адресом ошибся.
Первое появление: он пытается попасть
к Брюсу и делает, что должен.
- Что за?!
- Я ищу Убийцу.
И ты не он.
Вестер!
Ладно.
Он достиг большого мастерства в этом деле.
Очень продуктивен.
И он во многом сдерживал себя,
не давая проявиться хищному инстинкту.
И когда он даёт себе волю — происходит взрыв.
В той сцене страшнее всего было от людей,
которые лежали в ванных полностью одетыми.
Я спросил одного из актёров в ванне:
«Вода холодная или тёплая?»
И он такой: «Тёплая».
Я подумал: «Ну всё равно, это ванна. Ужасно».
Начали!
Он хотел, чтобы Брюс познал
тот уровень боли, которому он подверг Клодию.
У нас есть... общая подруга.
Лично у меня смешанные чувства...
По поводу того, что Луи прочёл
дневник Клодии.
Мне кажется, у него не было права.
Но тогда Луи хотел высказаться от её лица.
«Он одержал победу. Да, он победил.
Ведь я не хочу... ничего.
Ни быть... никем».
Было важно, чтобы перед смертью
он услышал обо всём, что натворил.
И потом — пуф!
Всё.
«БРИКЕТ И БЕКОН»
Один из самых пронзительных моментов сезона
на данный момент —
сцена, где мы видим его в закусочной.
Он почти сразу понимает,
что её уже не вернуть.
Не обратить... её боль.
Здравствуйте. Вам принести что-нибудь ещё?
Не нужно. Спасибо, Реджина.
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 4

Ранее в сериале...
Что думаешь о Великом обращении?
Вампирский заговор.
Полная тупость.
Я видел Клодию в Нью-Йорке,
кого-то похожего на неё.
Спасибо, Реджина.
Пошло всё, и ты. Мы уходим.
Мой создатель с тобой не связывался?
Прости, что тебя обратили в пику мне.
Где начало брехни, Арман,
Амадео?
Моё имя — Арун.
Привет, Арун.
Я зависимый.
Я люблю тебя.
Всю ложу заполонил своим отчаянием!
Порой случается странная штука.
Когда все вдруг исчезают, я чувствую его.
Перестань, Арман.
Габриэлла Вече, мой первый
птенчик. Она умерла.
Что за?..
У него текли кровавые слёзы! Вы не видели?
Бедный Дэн был сломлен,
а ненависть ко мне укоренилась.
И надолго ты здесь?
В том веке мы виделись
дважды — вот я и спросил.
Все рокеры поют о дороге.
Это практически предначертано.
Сигер был у истока.
Браун продолжил.
Джон Бон был серьёзен,
ведь сильно сомневался.
Это не цитаты, а жаль.
А Фил Икс играл лучше, чем Ричи Самбора.
Вот, озвучил за всех.
Я несу пургу. К чему я это?
Клише про дорогу довольно порочные,
но это всё не беспочвенно.
Пусть посмотрят, как ты меня душишь.
Дорога может сломить или привести домой.
И что же она приготовила
для нашего «Маргинального мистического тура»
в лоне шикарных 50 штатов?
РОКЕР ИСПОЛНЯЕТ ТРЮК
В интернете мелькнул проблеск оптимизма:
меж обсуждением P. Diddy
и нового салатного соуса...
«Вампир Лестат» ненадолго оказался в трендах.
Видео со мной стало вирусным —
и стало неопровержимым доказательством
«дара облаков» и «дипфейком Антихриста».
Новая пища для обсуждений.
Но это стало глотком воздуха для фронтмена,
которого отвлекала навязчивая муза
и внезапное исчезновение вампира Софии.
СОФИИ: КУДА ТЫ ПРОПАЛА?
Позже я узнаю,
что всплеск популярности был атакой ботов,
оплаченных из фонда Таламаски.
Если ваши привилегированные кошельки
заинтересуются правдой о наших
недавних апокалиптических невзгодах...
Всё просто:
присмотритесь к этому бдительному ордену —
к денежной реке, текущей в сторону тьмы.
Тем не менее, я пребывал в фазе оторвы:
мы отыграли больше концертов, чем осталось.
И автобус не останавливался на заправку.
Мы ехали на ботах... и силе одиночества.
ОДИН НЕ ГОРИ
Сука, там копы! Твою ж мать!
Сыпь, сыпь! Осторожно, на пол не просыпь.
Срочно, жрите всё, что тут найдёте!
Кидай уже, всё!
Они рядом!
Фу-у!
Будешь или это тоже сожрать?
Они у нас на хвосте, нас сто пудов посадят!
Мы превысили скорость
на десять километров в час?
Не скажете, что в той миске?
- Кокаин.
- Он использует...
Право хранить молчание...
Не повторите мне на камеру?
Нагрудная камера!
Компактное зеркало демократии. Забавно, да?
Я ведь пошутил.
На самом деле это... пудра для лица.
Делайла на грим не лает.
Всем выйти из автобуса.
Предоставьте ордер!
Вы лучше сядьте!
Ну, Делайла!
Садись.
Делайла права.
Это кокаин.
Мы рок-группа.
Он нужен для качественной работы.
Вот как вам
для того, чтоб хорошо работать, нужны оружие
и вольная трактовка Четвёртой поправки.
Лестат...
Эту фразу... я у неё позаимствовал.
Она прекрасный адвокат.
Так вот,
у вас
одна из самых трудных работ в нашем обществе.
Каждую смену видите человечество
в его худшем проявлении.
И могу лишь представить, как это влияет на
ваши суждения и личную жизнь.
Сильно.
Будь на то моя воля — запретил
бы всем ставить трудягам в
форме больше 35 часов в неделю.
Спасибо.
Этот арест плохо закончится.
Анализы крови,
которые вы возьмёте, будут странными.
Камеру сними.
Да...
И ваш участок окажется под угрозой.
Лайза Миннелли!
Вам очень идёт!
Будьте суровым парнем, что стоит на страже
и готов по нашему приказу применить силу.
О господи!
Офицер Гилугли взял неделю отпуска.
Ти-Си впервые подумала: не стать ли вампиром?
Ларри грустил, что брата не было рядом.
А где-то на жёстком диске компьютера
в публичной библиотеке на восточном побережье
терпеливо дожидался своего часа манифест.
Мы были на Дороге дьявола —
мчались навстречу концу времён.
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем дотла.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Слышишь, Арман?
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Тридцать третий альбом. Сторона Б.
Заправочные станции.
Пристанище путешественников.
За пределами автобана их называют «привал».
На Дороге дьявола
у этих пограничных пространств нет названия,
ведь их обитатели не осознают,
что им нужен отдых... или обслуживание.
Что принести?
Здравствуйте, что закажете?
Вам меню?
Кофе?
Желаете выпить?
Луи дю Лак, или Томас Питт,
или тот, кто забивает ночь за собой,
стал сильно зашуган.
И он мог вести свои дела где угодно.
Но её присутствие приносило удовлетворение,
какого не было даже от гибели вампира Брюса.
Он убеждал себя, что всё под контролем.
Как все мы в тот год.
Нашему бургеру надо дать остыть,
чтобы жир впитался, а булка намокла.
Я так и делаю.
Повар жутко злится,
когда тарелки возвращают...
нетронутыми.
Так-то лучше. Понял, что здесь лучше не есть.
Реджина!
Бетнал-Грин?
- Хакни?
- Отстань! Хакни?!
Хомертон?
Разбираешься в районах?
У меня квартира в Марилебоне.
Вот именно, мажор.
Ты что, стёр Хакни с карты метро?
Ты хоть раз бывал во второй зоне?
Мисс...
- Это мой заказ.
- Мой, пока не отдала.
Не обожгитесь.
Как очутилась в Бруклине?
Ты тут третий раз за пять ночей,
чудик в кашемировых спортивках.
Ты студентка?
Официантка.
И пусть мой зад не в меню —
он стоит денег, жду чаевых.
Тебе по карману.
Ой, нет. Нет-нет, ты меня не так
поняла. Я... уже занят.
Ты гей!
Максимально гей.
Чтоб меня, да ты гей.
Заказываешь бургеры, но не любишь их.
Ты загадка, Томас Питт.
Или богатый скряга.
СОФИИ: КУДА ТЫ ПРОПАЛА?
Это типа кричалки в средней школе —
с мощными хлопками в качестве бэк-бита.
А текст?
Я тут набросал.
Тут ещё и рисуночек есть.
Да просто спой ему песню!
Ладно... С куплета?
Нет-нет, с припева.
Странно это. Дико, чувак.
Раз-два, раз-два-три!
Автобик!
Иногда мы пьём.
Автобик!
Весело живём.
Мужик голодный, его имя — Лестат.
Для рифмы.
Всё сплошные концерты, бензин, оборудование,
да ещё и делим сортир с Саламандрой. Но...
Ух, блин! Ла-ла-ла-ла-ла...
Серьёзно? Ты не шутишь?
Прости.
Тихо-тихо-тихо, вот сейчас.
Блин, да!
Типа... Ла-ла-ла...
Бэки на припевах. И типа...
Один, семь, три, четыре.
Или один, три, четыре, шесть.
Седьмая ступень лучше.
Потом можно выстроить куплеты на ля.
Почему это?
Все куплеты на ля, а переход на соль — будто
они перед каждой строкой мотают хвостами.
Охренеть, прелесть!
У нас переговоры с двумя крупными лейблами.
Солнышко.
- Sony? Warner?
- Forebody.
Кто?
«Ствол», «Рило Пи», «Бетани».
«Рило» — крутые!
Жду предложений.
Он не любит «Бетани»?
Покажи сиськи!
Хорош петь.
Охренеть, господи.
Насрёшь — убью.
Если вампиры убивают, а Иисус спасает,
то что должен миру вампир-мессия?
Натягивать улыбочку и красиво врать.
Где София?
Не знаю. Соскучился?
Я строил планы, но Чехстат влез без очереди.
Ходит мрачнее тучи после того интервью,
тогда ещё Кристин запихнула его в Chevrolet.
Может, прочтёшь мысли?
Телепатия отнимает энергию, ты же знаешь,
а я берегу всю для Уорчестера в Массачусетсе.
Уэстера.
Уорчестера.
Уэстера.
Уорчестеста.
Уэстер в Массачусетсе.
Бред.
О, вот, Микняк делает ей
интимную эпиляцию в Бар-Харборе.
Правильно «микмак».
Микмак — народ такой.
Спасибо, Фарид.
Пишете?
Всё в процессе.
Она встретит нас в Олбани.
Ждём объедки для вампира Бурдейна.
Давай поговорим о твоей матери.
О матери?
Габриэлле.
Зачем оставлять прошлое в прошлом?
Можно поговорить.
Отлично.
Посмотрим, какие фиаско
можно свалить на мамочку.
Боюсь, рассказывать почти нечего.
Она ушла, как Ники.
Сильная любовь.
Но не первая.
Мы оставили твоего творца
в театре и уехали на карете.
Она почти сразу перестала говорить.
Как окажемся где бы там ни было,
мы — падшие французские аристократы.
Фамилия не на слуху. Колиньи, Курсильон.
Которые избежали гильотины, сбежав в...
В Голландскую республику.
Которая известна...
Почти ничем.
Можем ехать, куда захотим.
Быть, кем захотим.
Сегодня — пугливые гонцы,
а завтра — лихие разбойники с большой дороги.
Одно мы забыли.
Что именно?
У нас два гроба привязаны к крыше.
Это вызовет интерес.
Скажем, что мы гробовщики.
Тогда начнут задавать вопросы,
и мы рискуем себя выдать.
Тогда придётся убить их.
Нет-нет-нет, придумала.
Скажем, что это наш дорогой
усопший дядя Мариус.
Его до смерти утомил
наш язвительный племянник Арман.
Мадам, а для кого второй гроб?
Для тех, кто нас спросит.
Смертной мать была полна жизни.
Став вампиром, она ослабла.
Не могла функционировать.
«Функционировать» — это как?
Она не охотилась. В гроб я её относил.
Последние силы она потратила,
чтобы написать записку.
«Оставь меня на поляне. Предай меня дню».
Я всегда слушался маму.
Маменькин сынок.
Фарид, а ты близок с матерью?
Она умерла.
Ты был с ней при смерти?
Я был на самолёте,
летел повидаться.
Сестра сообщила, когда приземлился.
Дэн, а ты куда летел,
когда отец убил тебя в самолёте?
Собирался к дочкам,
к своей Элис,
или к литературному агенту?
Это ты слопала его жрачку?
Да ну!
- Привет!
- Как же круто!
- Мы капец заждались!
- Крутяк!
Давай обнимемся! Я уж не верила!
Бог ты мой!
Вот змеёныш!
Привет, солист.
Больше не будешь ныть?
Тебя не хватало.
Братики-паршивцы снова вместе!
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Тридцать седьмой альбом. Сторона Б.
Прямо в цель!
Подсёк!
Мощно!
Давай, давай.
Очередью!
Здравствуй, Дэниел.
Это я.
Привет, пап.
Могу лишь представить, как ты злишься.
Стоп!
Развернись.
Иди в ту сторону,
пока не окажешься на другом конце света.
Как дойдёшь,
найди хранилище радиоактивных отходов
и, как ты это умеешь, нагло прорвись внутрь.
Может, тебе дадут пару отработавших,
но активных топливных стержней.
Соси их до тех пор,
пока у тебя не начнут проваливаться глаза
и не отвалится член.
А потом удали мой номер.
И катись куда подальше!
Я вёл напряжённый внутренний монолог.
И в рамках этого пути хочу прочесть кое-что,
написанное из самых глубин моей души.
«Милый Дэниел, из всех существ больше вреда
я причинил именно тебе, поэтому тебе я...»
Стоп-стоп-стоп.
Ты анонимный зависимый?
Господи боже!
«Я опоздал на 52 года...»
Погоди, а как называется твой клуб?
«Знаю...»
«Клуб трезвеющих лжецов
и молодящихся пенсионеров»?
«Знаю, что в первую встречу...»
Стоп-стоп-стоп, нет-нет-нет-нет-нет.
Я сам такое писал. Помогу.
«Привет, сынок.
Это папа. Прости, что последние два года
я вёл себя как безответственный отец
и не давал денег на содержание.
Прости, что убил тебя в самолёте.
Мог бы хоть подождать,
пока ты пересечёшь мост Вашингтона.
Но нет — твоё вампирское свидетельство
о рождении числится в Ньюарке!
Ой-ой-ой-ой, и ещё:
ты не получишь
ни одного из моих вампирских навыков,
ведь моя кровь — отстой.
И, кстати, я социопат,
у меня нет друзей, и я твинк-пассив.
Прости меня за Дубай, за Сан-Франциско.
И огромное извинение
за каждую секунду между следующими событиями.
Итак... Два развода. Годы провалов в памяти.
Пять попаданий в рехаб.
Год, когда слушал группу Phish.
Да, всё на моей совести.
Но, мальчик мой, ты же должен признать,
что всё это бумерангом прилетело на
Кастро-стрит и твои выходные у Менгеле, да?
Прости же меня, Дэнни.
Я должен был уберечь тебя от страданий.
Но, знаешь, когда заходит ведро жареной
курицы из Луизианы и говорит: “Хватит”,
что тут скажешь?
Я просто трус 500 лет от роду!
Ой!»
Оплатишь счёт, пап?
Я погуглила.
Ты на 566-м месте в списке самых богатых.
Да?
Так что этот твой Марилебон —
показная скромность?
А у тебя как с баблом, вторая зона?
Скажем так:
у меня в квартире отвалились потолочные
плитки, и оттуда... посыпались мыши.
Повезло, что не крысы.
А в гостиной повисли оголённые провода.
Примотала электронику к стене скотчем.
Питала надежды насчёт Нью-Йорка,
но пока у меня один туалет
на шесть соседей по квартире.
И вот думаешь: мне вытаскивать тампон
на глазах у подкастера,
который живёт со вторника?
А один тип обитает на вершине Домино-сквер
и владеет дурацкими отелями
в стиле «Дракула» с обоями в гробы.
У меня разношёрстный портфель активов.
А у меня разношёрстная
публика, но лишь ты смотришь
на меня, будто я — Netflix.
Если я тебя напрягаю...
Реджина!
Просто ты мне
помогаешь тем, что...
остаёшься собой.
Застала меня
в одинокий час.
И...
я не хочу грузить тебя.
Ещё как хочешь.
Видно по тому,
как челюсть ходит. Что стряслось?
Я тебе сестру напоминаю?
Надо решать твою проблему с мышами.
Давай обсудим.
Или дело в том,
что твоя учительница повесилась в школе,
а ты нашёл её с окоченевшими ногами?
За миллион попыток ты не угадаешь.
Тебе интересно?
Да.
Реджина!
Знаешь эту книгу?
Видела, вроде.
Ужасы?
Нет,
реальная история.
В ней есть девушка.
Что с ней случилось?
Прости.
Перебьёт ли звон колоколов
пьяные сердцебиения, эхом отдающиеся от стен?
Неужели позабыл все уроки в монастыре?
Колокола молчат в Великую субботу.
Тогда мне благочестивые
порки и никакого супа.
Урок не был усвоен.
Сколько сердец ты слышишь?
- Тридцать.
- Тридцать два.
Из-за празднества сложно вести счёт.
32 сердца, а тел — 27.
Наверху в карты играют.
Ещё три.
И два в погребе.
Застигнуты на месте преступления.
И это в Великую субботу.
Ты была здесь в детстве?
Нет.
Проезжала мимо в конной повозке.
Закутанная с головы до ног в чёрное кружево,
с вуалью на глазах, с Библией в руках.
К ней подходит Мариус.
Простите, синьора.
Что?
Вы словно призрак.
Напоминаете мне
одну молодую женщину — давно её видел.
Вы одно лицо.
Вашу возлюбленную?
Нет-нет-нет, Вече,
она куда выше моего положения.
Мы все толкались,
чтоб хоть мельком увидеть её светлые волосы.
Где она теперь?
С Богом...
Да... Бродит по недостойным полям Франции.
Я больше не Вече.
Не маркиза,
не жена.
Не мать,
не женщина.
Тогда кто же?
Лихорадка,
что приходит ночью
и убивает к утру.
Христос жаждет.
Так он что, держался за
Иисуса, пока ты сосал ему?
Мы поставили спасителя из гипса
в угол лицом к стене.
Всё-таки была Великая суббота.
Отлично.
Мы окончательно убедились
в твоей сексуальной гибкости.
Дэн до сих пор злится из-за шалости,
что я устроил ему, Эндрю.
Эндрю же, правильно?
Эндрю Миликен из Forebody Records.
Не я разнёс тачку за 50 штук.
Кто ещё злится?
Это был подарок от одного вампира другому.
Он не предназначался для фильма.
Мне не нужны твои подарки.
Скучаешь по психодраме в Дубае?
Чтоб я прикинулся тупым, как твой творец,
и делал вид, что ты на два шага впереди?
Так этот чел типа твой куратор?
Я не особо люблю это слово.
Мы общаемся через день. И он...
Сейчас прозвучит как банальность.
Я не против.
Он словно Бог.
Боги и контракты сыплются,
как из рога изобилия.
Только мой не умеет летать.
Всю дрянь, что я нёс в себе,
я сваливал на других... На тебя!
Но он всё стёр, брат.
И как же зовут этого «Бога»?
А вот это...
я оставлю при себе.
Не приходила такая мысль, Дэн?
- Нет.
- Нет?
Напомни-ка его мотив. От любви?
Арман не мог прочесть твои мысли,
поскольку сидел в полуметре от Луи.
Ты был в полутора километрах от Луи
после того, как бросил его. От любви, да?
Скажи-ка, Эндрю: зачем нежити антитела?
Стоп-стоп-стоп.
Ладно, хорошо. Без вранья.
Ещё три дня назад я и не знал, что ты жив.
Я не жив уже 265 лет.
- Я посмотрел видео.
- То видео с левитацией.
Изучил песню «Красивый недуг»,
прилетел в Олбани, слушал «Чего скисла»,
«Пластиковые демоны и
«Одиночество» на повторе.
Видел концерт. Нереально.
Видел фанатов, которые ждали
у отеля. Нереально.
Видел фанатов, которые ждали у отеля.
Настоящий промоушен и выход на рынок.
Если Ди скажет «да» — то «да».
Вызываемый абонент недоступен.
Пожалуйста, оставьте сообщение.
Алло.
Это я.
Надеюсь, ты в тихой юрте с видом на вышку
сотовой связи, которую сама же и сожгла.
Похоже, ты не приедешь в Олбани.
И это, Софиэлла, твой намеренный ход.
Уйди, мальчик.
Занято...
Я слышал тебя сквозь стены.
И?
И мне противно!
И...
твоя неприязнь...
вывела тебя из комнаты,
через двор...
В мою комнату?
Когда я убил волков...
А ты...
Лечила мои раны...
Мы были...
Матерью и сыном.
И?
Я люблю тебя.
Я тебя люблю.
Я люблю тебя.
Так и встаёшь ни свет ни заря?
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Сороковой альбом. Сторона Б.
Как ты сюда попал?
Где моя группа?
Кочевник Арман...
Со штампами в паспорте —
из Индии, Венеции, Парижа,
Сан-Франциско,
Дубая.
Он влился в наш тур, приняв невзрачный облик:
выцветшие обои, что замерли
в ожидании, когда погаснет свет,
чтобы отслоиться и задушить вас в темноте.
Что ты здесь делаешь, Арман?
Он в силах причинить
больше вреда, чем сама Королева.
Я веду напряженный внутренний диалог
с самим собой.
И в рамках этого пути я хочу
прочесть слова, которые я почерпнул
из самых глубин своей души.
У тебя нет души.
Можно прочесть?
«Когда я впервые встретил тебя в Париже,
твоя яркая, энергичная натура потрясла меня».
Естественно.
«Зная нрав твоего создателя,
мне следовало бы проявить
терпение и понимание».
Но ты использовал моего возлюбленного,
чтобы заманить меня и мою мать
на свою подпольную оргию смерти.
Да.
Я пойду в душ. Продолжай.
Siri, музыка для душа.
«Когда твой дерзкий театральный замысел помог
возродить парижский ковен,
когда ты делился своим телом и кровью...
Я наивно полагал, что мы стали соратниками,
что, как выяснилось позже,
было лишь желанной иллюзией,
уходящей корнями в детские противоречия.
Твой отъезд из Парижа
и то невероятно щедрое наследство,
что ты нам оставил, были исполнены...
благородства и чуткости».
«Благородства и чуткости.
А я, к своему стыду, винил во всём твою мать.
Когда у меня была возможность
сказать Луи правду о моём...
участии в том дневном представлении...»
Это было не представление, а настоящий суд,
выносивший смертные приговоры.
«Я струсил и был ошеломлён твоим молчанием
в разрушенной башне твоего бывшего создателя.
Я прожил остаток столетия,
словно ступая по хрупкому стеклу,
зная, что в любой момент ты можешь
связаться с Луи и открыть ему глаза.
Поначалу мне казалось,
что так ты меня истязаешь».
Всё верно.
«Теперь мне ясно,
что это было лишь богатством натуры».
Нет.
Это была пытка.
Я знал, что это съест тебя заживо
и попутно сделает Луи несчастным.
И именно так я решил провести
вторую половину XX века.
Но теперь я развлекаюсь.
И раз ты здесь, значит,
твоя пытка подошла к концу.
Потому что ты — полное ничтожество, Арман.
Такова твоя натура.
Так будь собой.
Но будь на другой стороне света.
Или убей себя.
Siri, стоп.
Я оставлю письмо здесь.
Ладно.
А, и...
ещё кое-что, Лестат.
Попросишь завязать с музыкой?
Да.
Вампиры слушают мои песни.
И думают, что могут жить, как я?
Обращают слишком многих.
Смертные не позволят? Планета не вынесет?
Да.
У меня ещё пять концертов. Мне надоедает.
Как обычно.
Заглядывай, пока выступаем.
Я весьма горяч.
Тебе работа не нужна?
Нужна.
Ты на два часа опоздала!
Всё, я здесь, извините, больше не...
«Больше не повторится».
Ну конечно. Стабильно раз в неделю, Реджина!
Заезженная пластинка. Хватит!
Вычтите из зарплаты!
В последний раз!
Поезд встал между станциями.
Я скину тебе свой «чай». Извини.
Привет.
Ты в порядке?
Ты пропустила пару смен, я волновался.
Ты парень из книги?
Я могу тебе помочь.
- Я объясню.
- Да. Клодия.
Я похожа на неё.
Да.
Это бред.
Знаю.
Это уже перебор. Прямо вообще перебор.
Мне надо готовить зал.
Мне всё равно пора.
Потому что солнце встаёт?
Это бред.
Я сижу здесь с половины второго ночи.
Я тут с половины второго.
Просто хотел убедиться, что ты в порядке.
Вот, чаевые.
Выход там.
Давай.
Да.
На выход.
Зачем это?
Жизнь может быть другой.
Да, я в курсе, но без твоей помощи.
Я поискал тебя в сети.
- Да ты сталкер.
- Ты ведёшь OnlyFans.
Приводы, мошенничество с кредитками.
Скиталась по Европе,
угнала машину в Амстердаме...
Я могу тебе помочь.
- Свали. Мажор.
- Я могу всё подчистить.
Я могу закрыть твои долги, снять квартиру.
Натянуть платье и сесть на коленки?
Нет, ничего такого.
А как иначе?
«Вот тебе бабки, прыгай в мою тачку
и будь моей мёртвой дочкой».
Вали! Обернись летучей
мышью или как у вас там?
Мне хватает дерьма в жизни,
и добавки мне не надо!
Сегодня в зале есть любители
почитать на досуге?
Вам попадался этот любовный
роман 2023-го года?
Названный журналом Vanity Fair
«жалкой мистификацией,
обречённой на статус сиюминутной сенсации».
А издание Out Magazine окрестило его
«откровенным пляжным чтивом,
от которого у завсегдатаев Fire Island
и любителей мужских достоинств
трусики затрещат по швам».
Что ж, мы — трибьют-группа,
порождённая этой литературной вершиной.
Если конечно Луи де Пон
дю Лак не дал интервью
смертному обладателю
двух Пулитцеровских премий.
И тогда я действительно
та самая токсичная сучка.
Тревожно-привязанная выставочная лошадка
с расстройством личности по имени Лестат!
А есть тут те, кто верит
в существование вампиров?
Поклонники «Интервью с вампиром».
У нас для вас сегодня очень особенный гость.
Тогда прошу внимательно следовать
за моим пальчиком
к этой французско-бенгальской завесе.
Поднесите факел!
Мэтр из Парижа.
Его очаровательные мультяшные
глазки — последнее, что вы увидите,
пока летите со скалы.
Мастер перевоплощений,
утончённый эстет — вампир Арман!
Что бы вам там ни говорили,
мы с ним добрые друзья.
Однажды он меня выручил.
И я проникся уважением к Арману и к его...
непоколебимой защите «Пяти великих законов».
Вампир не может раскрыть
свою истинную природу смертному
и позволить ему жить.
Арман рассказал правду!
Мы написали для тебя песню, Арман.
И сегодня мы впервые исполним её...
вживую.
Эй, большая шишка с Елисейских полей.
Что такое? Выдался не самый удачный день?
Эй, большая шишка, чего голос дрожит?
Злишься, или у тебя всегда такой вид?
Знаю, жизнь жестока, но зацени мои лапки.
Ты нищий на паперти или
тряпичная кукла в лавке?
Знаю, жизнь не сахар, но сотри тоску с лица.
Слишком много правил для театрального мальца.
Погнали!
Первое!
Только большой шишке можно веселиться.
Второе!
Если попадёшь в беду, он поспешит слиться.
Третье!
И не смей его историю писать.
Четвёртое!
Тебе всё равно о нём ничего не узнать.
Пятое!
Только большая шишка решает,
кто живёт, а кто умирает.
Большая шишка с огромной башкой.
Большая шишка хочет провести ночь с тобой.
Большая шишка болтает ни о чём.
Его поцелуй станет твоим палачом.
Большая шишка прячется в тени.
Большая шишка скитается в ночи.
Большая шишка — большое нытьё.
Спросил понравилось ли мне,
я ответил, что было так себе.
Эй, большая шишка!
Прекрати!
Прекрати это!
- Что?
- Ты знаешь что.
Все исчезли.
Ты слышишь их, но не видишь.
Да.
Прекрати это!
Я не могу.
Я тоже с этим живу.
Слышу прямо сейчас.
Чушь. Прочь из моей головы.
Я твой создатель!
Я больше не могу проникнуть тебе в голову!
Что это такое? Объясни мне.
Наша вампирская связь. Наверное.
Это ж бред.
Бред, верно.
Зачем ты здесь?
Ты подвергаешь себя
опасности рядом с Лестатом.
С ним?
Да он просто идиот.
Нас уже более чем достаточно.
По одному телу за ночь,
по одному превращению в неделю.
Больше смертей, чем рождений.
Великое...
обращение.
Оно началось, Дэниел.
Он возглавит его и погубит нас всех.
В Дубае всё было ложью?
Что?
Тот наш разговор.
Ты... ты знал обо всём с самого начала.
Верно?
- Это была лишь игра.
- Нет.
Нет.
Клянусь.
Это была любовь.
Я теперь вампир.
Любовь к Луи этого не отменит.
Дело не в любви к Луи,
Дэниел.
Но это была любовь.
Итак, когда его здесь нет и её тоже,
выходит, я третий в очереди?
Я обошёл Антуанетту?
Вызываемый абонент сейчас недоступен.
Она только пальчиком поманила...
Пожалуйста, оставьте сообщение.
Привет, Габи, это я. Хотел,
чтобы ты услышала кое-что.
Это рёв тысячной, стонущей,
рыдающей, рвущей на себе одежду,
изнемогающей от желания,
горящей словно в пламени толпы.
А я 12 минут как покинул сцену.
Спасибо, что заглянула,
увидимся в следующем столетии.
А хотя знаешь, иди к чёрту,
как-нибудь обойдёмся.
Жалкая капустная кочерыжка!
Ди-Ди и Джоуи пели,
что на гастролях никогда не бывает скучно.
Перри, Шон и Кейн сели на «полуночный поезд».
Колёсики Лестата крутятся в такт.
Крутятся в такт.
Крутятся в такт.
Колёсики Лестата крутятся в такт.
Всякий ко мне приди.
Эй, друг!
Он не умрёт от этого! Он вампир!
Очнитесь! Они повсюду!
Они повсюду! Они вокруг нас! Да очнитесь вы!
Чтоб вас, блин, помогите!
Мы тут все, сука, сдохнем!
Помогите!
Узкий.
Полностью оснащённый.
Я, кажется, и груз вижу.
Это опиумный клипер.
Смотритель, пора бы уже зажечь маяк.
Ему сегодня нездоровится.
Ещё каких-то десять лет назад
мы вели смертную жизнь.
Капустные годы.
А потом...
Дорога дьявола...
Рыскать, питаться,
делить гроб.
Но где мы будем через 50 лет?
Где будем через 100?
В каких-нибудь дальних краях.
Где все будут путешествовать на шаре.
Это бесконечный сад.
Ты вывел на сцену вурдалаков Армана.
Зрелище безусловно неординарное, полагаю,
но... злом это не было.
А что это тогда?
Ад Данте.
Но не тот, что в устах священников.
Мы разверзнем его в мире,
будем пировать на улицах.
Зло, которое отвечает на добро.
Рискнём?
Испепелим бренный мир?
Уничтожим его.
Брат пронзает брата,
матери душат своих младенцев.
Все будут корчиться на земле,
пока не погаснет свет
и не исчезнет надежда.
И тогда мы, демоны, воцаримся.
Вместе,
как тёмные владыки,
переплетённые...
до конца времён.
Мель!
Держись!
Ужин.
Живёшь тут?
Нет.
Никак не отстанешь?
Да.
Шеф просит толкать курицу с пармезаном.
Ладно.
Прости, что раскричалась в тот раз.
Это я виноват.
Тысяча долларов?
Это для тебя пустяк. Назови реальную сумму.
Сто тысяч.
В пять раз больше.
И что теперь, папа Лу?
Вампиры не живут в симбиозе с человечеством.
Они не участвуют
в повседневной борьбе человечества за жизнь,
они лишь кормятся,
выкачивая из нас жизненную силу,
чтобы продлить собственное
противоестественное существование.
Но если мы — их топливо,
значит, мы же и их сила?
Старший брат пытался учить меня кулаками.
Но этот урок я так и не усвоил.
Признанием жизнь не удостоил.
При свечах ты учила меня целоваться.
Я думал, что разрешён наш конфликт.
Но ты вынесла свой вердикт.
Просто позволь снова подарить тебе цветы.
Ведь раньше им так радовалась ты.
Ведь раньше им так радовалась ты.
Ведь раньше им так радовалась ты.
Ты позвал, и я пришла.
Я звал тебя и не раз, птенчик.
Кажется, кто-то упивается жалостью к себе?
Нет, моя душа совершенно спокойна.
Еду домой в Монреаль.
Утоплю автобус
в реке Святого Лаврентия на радость китам,
а сам займусь рукоделием, программированием
или ещё чем, что поможет мне пережить...
восстание машин.
Арман ударился в горькие слёзы,
когда услышал твою едкую серенаду?
Или стрелок написал
твоё имя с ошибкой в своём манифесте?
Я оставил остроумие в Филадельфии.
Отпусти водителя и уходи.
Ты сдался?
Все сдались.
Массовый расстрел весьма убедительный повод.
А как же твои поклонники?
Им останутся на память татуировки и видео,
а что-нибудь новенькое
и животрепещущее скоро найдётся.
Я говорю не об этом.
Всё кончено!
Ты бросила меня!
На неделю.
На девять дней!
А по ощущениям гораздо дольше!
Повзрослей!
Где ты была?
И не говори, что просто
плескалась в реке Паскуа!
Я была с голосами.
С какими голосами?
Давай их послушаем.
Он вернётся, никто не сможет ему навредить.
Он был чудным, его все любили.
Не говори так, будто он мёртв, он не погиб.
Зачем ты вернулась?
Почему позволила тебя ненавидеть?
Он пел для них, а они наставили на него
пистолет. Стоило ожидать такого исхода.
Он учил нас быть собой.
Он учил нас быть свободными.
Он такого не заслужил.
Ты тоже их слышишь.
«Один не гори» — вот его посыл.
Да.
Мы снова и снова пересматриваем его концерт.
Ты достучался до них.
Да.
И я об этом жалею.
Они растеряны.
Озлоблены.
- Они устали терпеть.
- Мы тебя ждём, Лестат.
Твоя музыка говорит с ними.
- Они жаждут единения.
- Возвращайся, Лестат.
Продолжай петь.
- Я просто пою песни, мама.
- Пиши ещё.
Восемь волков.
Трогательная картина:
мать-заговорщица даёт советы
убитому горем сыну.
И никто не стал бы возражать,
если бы кто-то вдруг прервал меня
и сказал: «Лестат, самое время
с этим покончить».
Вы спросите, какие слова она нашла,
чтобы заставить меня
и тот автобус развернуться?
Боюсь, мне не передать их в полной мере.
Лучше я перескажу
слова одного более именитого вампира,
оказавшегося в похожей ситуации.
Мне трудно объяснить,
насколько обезоружили меня её слова,
насколько хирургически точны
и несокрушимы были все её доводы.
Если бы вы только слышали.
Мне нужна злая мамаша, ненасытная королева.
Даруй мне долгую смерть,
которая питает эту машину гнева.
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Раз, два, три, четыре!
Мы готовы?
Ещё как! Мы готовы?
В СЛЕДУЮЩЕЙ СЕРИИ
Лжец, лжец, твоим играм конец.
Как мне любить того, кто не любит себя?
Идём.
Арман сказал, что ты уничтожен.
Я скучала по тебе, братец.
Я по тебе тоже, сестрёнка.
Ещё раз!
Лестат и София.
Я знал её как Габриэллу.
Почему ты меня покинула?
Я — большой серый волк.
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 5

Ранее в сериале...
Рискнём?
Испепелим бренный мир?
Уничтожим его.
Вместе. До конца времён.
Клодия. Я похожа на неё.
Смотришь на меня, будто я — Netflix.
За миллион попыток ты не угадаешь.
Что с ней случилось?
Жизнь может быть другой.
И что теперь, папа Лу?
Как насчёт Греции?
Горячие источники.
Те, кого стоит оставить.
Что-что?
Во мне — кровь Акаши.
Кто такая Акаша?
Есть ли злодей старше тебя?
Твой творец Мариус...
Давно мёртв, я уже говорил.
В Дубае всё было ложью? Тот наш разговор.
Ты... ты знал обо всём с самого начала.
Любовь к Луи этого не отменит.
Дело не в любви к Луи.
- Покой.
- Покой.
Но это была любовь.
Ты достучался до них.
Да.
Они растеряны. Озлоблены. Они устали терпеть.
Твоя музыка говорит с ними.
Когда же он запишет альбом?
Когда будем готовы!
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Сорок первый альбом. Сторона Б.
На крышке моего первого гроба
был вырезан лик моего создателя,
а его обод украшала неразборчивая латынь.
И поскольку я был вампиром-сиротой,
сон мой в нём был беспокойным.
Ещё раз.
Почти 20 лет я провёл
в шёлковых объятиях каштанового гроба,
купленного для моего особняка
во Французском квартале,
пока его не сбросили с балкона
в один из дней, когда у мистера дю Лака
было особо переменчивое настроение.
Ещё раз.
Что именно ты хочешь от нас услышать
в этом... 17-м дубле?
Я хочу услышать вас...
ещё раз.
Ладно.
Ничего.
За прошедшие века я спал
в самых разных саркофагах.
Но если выбирать любимый,
я бы назвал этот,
площадью в 650 квадратных метров,
в котором я томился осенью 2025 года,
записывая свой посмертный альбом —
тот самый, что критики разнесут в пух и прах,
вслед которому весь мир кричал бы «Позор»,
тщетно пытаясь найти
объяснение причинённым разрушениям.
Простите, ваш порочный дух отвлёкся.
Ещё раз.
Дубль 28.
Обезумевший сотрудник магазина Wegmans,
Бо Риддли, обеспечил мне самый «французский»
из возможных уходов.
А сопровождавший это событие расстрел,
второй по количеству жертв
в истории этого городка,
сделал инсценировку моей смерти ещё проще.
- Ещё раз.
- Да.
Дубль 46.
Был создан фонд беспамятства.
Ежегодное бессрочное вознаграждение
выплачивалось Ярде Клапеку,
коронеру, автору некрологов
для чешской газеты «Право»,
а также Ди, Дэниелу, Фариду
и ещё двум дюжинам причастных,
в их числе была и Кристин Клэр,
которая купила виллу своей мечты,
а стены своего секс-подземелья
оклеила счетами за почасовую работу.
Ещё раз.
Дубль 61.
Чёрт!
Я выбирался из этого гроба
лишь раз в четыре месяца.
Я выжимал из группы всё до капли,
добиваясь идеального звучания,
выкачивал из их муз все жизненные силы,
я не останавливался ни перед чем,
пока альбом, достойный долгой
и скандальной жизни Лестата де Лионкура,
не оказался запечатлён
в элегическом аудиоформате.
По достижении этой цели,
я исполнил его вживую лишь однажды,
на том самом печальном известном концерте.
И что ж...
Об этом чуть позже.
Но как и в случае с Элвисом или Энди
Кауфманом, поползли слухи, что я выжил.
И тогда София-Габриэлла де Лионкур ди Вече
сменила Кристин на её посту
и сократила мою свиту
до самого необходимого минимума,
оставив лишь себя и вампира Сэма Баркли,
которого она наняла продюсером
по трём причинам.
Во-первых, он однажды инсценировал свою
смерть, так что данный обряд ему знаком.
Во-вторых, будучи музыкантом,
он обладал нужными связями.
«Большой серый волк». Вокал. Дубль один.
И в-третьих, она знала, как я его ненавижу
за то, что он натворил в Париже.
А это придаст огня.
Я — большой серый волк.
- Красава!
- Класс.
И с первого дубля.
Легендарно.
Идём дальше.
Итак, поправьте галстук
и держитесь крепче за любую часть тела.
Мы проследим путь
моего музыкального становления
вплоть до его странных и тревожных истоков.
Всё верно.
Я наконец расскажу вам о...
Королеве.
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем дотла.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Ещё раз.
Чёрт.
Ударные звучат как ударные.
Потому что...
это ударные.
Нет.
Они не должны звучать как грохот.
Ладно.
И как ты хочешь, чтобы они звучали?
Они должны отбивать приближение смерти.
Господи...
И зарождение жизни.
Ага, ясно, типа как жизнь и смерть.
Смерть, а затем жизнь.
Ладно.
Пищащий младенец,
извлечённый из материнского чрева.
Так, слушай...
Я не играю на метафорических барабанах.
Попытайся.
Я могу играть быстрее или мощнее,
шаффл, сбивку, флэм, дробь...
Ударные — есть ударные.
Палочка — это палочка.
Даже не знаю, что ещё...
тебе сказать.
Всё потому, что она не вампир.
Потому что глубочайшая рана
в её жизни — жених, бросивший её у алтаря.
Ух ты, класс. Спасибо,
мамаша Йоко.
Дорогие гости у моего смертного одра...
Мы записываем альбом о моей жизни,
которая была похожа на катастрофу,
растянувшуюся на три столетия.
Твои барабаны —
это моё сердце.
Твоя гитара — это мой голод.
Твой бас —
ночные кошмары, что истязают меня в гробу.
А моя гитара?
Да, пожалуйста, прерви ход
моих мыслей, Ларри.
Твоя гитара...
это моя слабость.
Играй по нотам, как велено,
и я не привяжу их к твоему
спасательному жилету.
Ларри, Ларри, брось.
Он не хотел.
Мы здесь, чтобы отключить меня от системы.
Проявите почтительность.
Убейте меня жестоко.
Ага, с радостью.
Сэм, давай другую, Ти-Си пока не готова.
Да могу я. Я...
Поставь «Когда взываю к тебе».
Принято.
Голубые глаза.
Полны синевы.
Голубые глаза.
Полны синевы.
Синие как море.
С фиолетовой искрой.
Светлые волосы.
Голубые глаза.
Полны синевы. Синие как море.
Выудил его из глубин...
нищенской могилы.
Он любит свою мать.
Любит.
Любит её.
И он хотел её защитить, как ты и сказал.
Что ж, он был там.
А её не было.
Где я?
Спасибо,
что вытащил меня из земли.
Спасибо,
что спас меня от голодной смерти.
Спасибо, что поделился кровью.
Да, всегда пожалуйста.
Она сказала мне, где ты, и ты был там.
Я пришёл, забрал тебя и...
Вот мы здесь.
Кто ты такой?
Я — Мариус де Романус.
Я — хранитель.
Был хранителем. А теперь ты здесь
хранитель.
Мариус?
Это эхо?
Арман сказал, что ты уничтожен.
Что ж, он ошибался.
Гнилой мальчик.
Ей нравится музыка.
Идём.
Коснись.
Они — мать и отец для всех нас.
И их положено хранить.
И это...
Акаша.
Этот камень?
Она живая?
Более чем.
Она...
полна жизни.
Да, это весьма лестное предложение.
Но, к сожалению, мы планируем
только один памятный концерт.
Хорошо.
Всего доброго.
Флоренс Уэлч хочет, чтобы «Вампир
Лестат» сыграл у неё на разогреве.
Но он в Остраве, на глубине двух метров.
Ну, она хочет видеть их после выхода альбома.
Извините! Слажал.
Давайте ещё раз.
И можно прибавить вокал в уши, пожалуйста?
В уши, в глотку, да хоть в прямую кишку.
Играй так, чтобы яйца гудели.
Ларри, пожалуйста, хватит думать о том,
как Алекс наслаждается
бургерами и дорогущим виски.
Прибавь вокал, Сэм.
- Заглуши мозгоправа.
- С начала.
Мне нужна злая мамаша, ненасытная королева.
Так значит, хочешь заново
записать его партии?
Закопай с тремя остальными.
Глубокая будет могила.
Представь, что я Арман.
Или Таламаска.
Снова стань бесхребетным слизняком.
Ты выроешь глубокую яму в глуши
для гитары Ларри.
Такова работа, Сэм.
Заполни это пространство земными вещами.
Окунись в шум
и пыль этого города,
принеси оттуда дары настоящего.
Такова работа.
Не нужна мне работа, я хочу умереть.
Но ты не умер.
Восемьдесят лет, лицом к лицу
с моряком, которого ты убил,
достаточно, чтобы познать глубины отчаяния.
Делай своё дело.
Учись выдерживать глубины жизни.
Найди себя, Лестат...
ибо я себя потерял.
«Привести мне Лестата —
сына Магнуса».
Из нас троих
она выбрала тебя.
Это великая честь.
Ей нравится музыка.
Она обожает музыку.
Я не умею играть.
Вспомни своего птенца.
Начни с подражания.
- Я не...
- Не смей перебивать.
Не усердствуй в охоте.
Быстрый глоток крови,
стремительно угасающее тепло добычи —
и обратно к ним. К ней!
- А что случилось?
- Не перебивать!
Если кого притащишь сюда, здесь и сожги.
А прах используй,
чтобы она...
процветала.
И никакой крови.
Кровь...
захлёстывает.
Только прах.
Играй ей музыку.
Его звали Энкил.
Как он...
Мы горим на солнце, так?
А ты помнишь ночь,
когда твоё тело горело под Луной?
Да.
- Да, в Дании в 1802...
- 19 декабря 1802.
Закончил дело — перенёс их
из одной крипты в другую.
А в жилах моего праздничного ужина
плескалось две бутылки имбирного джина.
Я проснулся рядом с ней, всё тело пылало.
Я не закончил работу.
Оставил его наверху, на солнце.
Мы с матерью были за городом.
Бросились в болото.
На восстановление ушли месяцы.
Болота. Болота нынче редкость.
Теперь ты знаешь,
почему нас так мало.
Я отбросил нас далеко назад.
И все мы связаны через...
через неё.
Она...
Она — само семя.
И если она сгорит,
сгорим все мы.
Теперь ты её хранитель.
Я не люблю одиночество.
Я поскальзываюсь, запинаюсь,
оступаюсь, плошаю.
Я не достоин этой работы.
И если я не...
если не уйду сейчас,
то оплошности будут становиться
всё больше и однажды приведут к концу.
А конец уничтожит всё
наше древо. Поверь, ты...
Достоин.
Пусть она сама тебе это скажет.
Но придётся потерпеть, Лестат.
Наше время ей не указ.
Лично я впервые услышал её голос
спустя 22 года работы.
Двадцать три.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Сорок шестой альбом. Сторона А.
Это что-то вроде доходного дома,
но вместо квартир — комнаты.
Показатели идут на спад,
особенно в сегменте элитной недвижимости.
Вероятно, расширялись слишком быстро.
Воцарилась паника,
и я решил воспользоваться моментом.
Приобрёл ещё два объекта:
один в Монреале, другой — в Бостоне.
И... местечко для нас?
Да и для них.
Нас слишком мало,
чтобы выйти на прибыль.
Желающие могут приходить смотреть.
Но если не хочешь пускать зрителей,
то есть закрытая комната поодаль.
И там подают другие закуски.
И напитки.
Я скучала по тебе, братец.
Я по тебе тоже, сестрёнка.
По вам обеим.
Жаль, что мы не можем остаться подольше,
но ты же знаешь Клодию, вечно куда-то бежит.
Мы вчера вляпались в одну историю.
Плоховато прибрались.
И что же вчера случилось?
Мы отправились в русский ресторан,
петь караоке, когда туда завалились
дублёры из «Мулен Руж».
Люди этой профессии портят мне настроение.
Мы накачали Сатин в баре Cubbyhole,
выжали досуха в отеле Gansevoort
и сбросили в жёлоб для грязного белья.
А она хороша.
Ну, я просто гастролировала
с ролью Сатин пару лет назад.
- Да ладно?
- Ага.
Здорово было.
Так что мы здесь всего на две ночи.
А потом...
Я думаю, это всё подстава,
как было с группой Milli Vanilli.
Это Ларри писал все их песни.
Я фанатка Ярды.
Мы знаем, что это был он.
Когда я слушал его песни,
они просто... брали меня за душу.
Я не злорадствую, что паренька застрелили,
но я думаю,
что он вообще не имел права там находиться.
Я ужинала с ним как-то раз
в White Castle после концерта в Хартфорде.
Он был...
Чёрт, он был таким горячим.
Представьтесь, пожалуйста.
Никаких имён.
Ладно, незнакомец с Манхэттена,
что вы думаете об уходе Лестата?
Он бросил нас.
Оставил в беде,
когда мы нуждались в нём больше всего.
Все дешёвые книжонки кончаются смертью.
Революции не нуждаются в саундтреке.
Им нужны лишь бойцы.
И вы создаёте новых?
Лишь одного.
Я уже вонзил клыки в его
шею, но мне помешали.
Пришлось отпустить.
Да. Бывает.
Я выследил его, собирался закончить начатое.
Но пока я шёл по его следу,
я вдруг понял, что он весьма...
незауряден.
Я сидел у изножья его кровати
в обшарпанном номере мотеля...
Пока он отходил от дурмана.
И постепенно,
в течение следующих 52 лет...
я содействовал его начинаниям.
И когда он потерял сознание
под путепроводом...
Да, господи...
Когда наркоман собирался переехать его
своим домом на колёсах,
а дома ждала беременная жена Элис...
Где ты прячешься, отец?
Пятьдесят два года?
Я хотел сказать ещё в Филадельфии,
но решил, что ты пока не готов это услышать.
Сработал рвотный рефлекс
на твои слова про любовь.
Докажи.
11 февраля 1990 года.
Литературные чтения в Амхерсте, Массачусетс.
Присутствуют четверо студентов:
трое — ради дополнительных баллов,
а один — для твоих целей.
Их ты исполнил.
С жестокостью.
Прямо в арендованной машине
на парковке отеля в Нортгемптоне.
Я позаботился, чтобы парень вернулся домой
и забыл об инциденте.
15 мая 2002.
Ты отрываешься от работы над книгой,
чтобы попасть на выпускной дочери
в Университете Райс.
Она...
тебя не звала, она беззвучно
шепчет: «Идти к чёрту»,
— увидев, что ты приближаешься.
Ты уважаешь её волю и уезжаешь,
совершенно пав духом, но я...
направляю тебя в часовню Ротко, там, внутри,
ты даёшь волю чувствам и рыдаешь...
безудержно.
Дежурный охранник просит тебя выйти...
Но он начал кашлять.
Я насылаю на него приступ кашля.
И следующие полчаса
ты оплакиваешь ненависть дочери в тишине...
и покое.
5 августа 2025 года.
Я не хочу говорить о любви,
пока не заглажу глубокую вину
за тот вред, что я тебе причинил.
А, ну да, проблема во времени.
Пятьдесят два года
я наблюдал за тобой.
Где ты был, что делал.
Я видел твои печали.
Твои изменчивые поиски себя.
А где был Луи в то время?
Дома.
Ждали, когда я вернусь и расскажу обо всём.
Ну нет.
Да.
В твоей книге он едва ли не святой,
но на деле он расчётлив
и методично жесток.
И вот ты снова здесь,
ослеплён всё теми же шорами.
С Лестатом.
Я подписал контракт и доведу работу до конца.
Он изгоняет тебя,
а ты всё равно носишь ему воду.
Позволь мне помочь тебе с этим.
Да?
Любовь между вампирами
как однозначна, так и многолика.
- Я никогда не полюблю...
- Как у Лестата и Софии.
Я хочу быть твоим создателем.
Закончи мысль, Арман.
Я хочу вернуть тебе половину твоей жизни.
Лестат и София.
Я помогу тебе снова выйти на свет.
Я знал её как...
Габриэллу.
Она мать Лестата.
Что?
Лестат спит со своей матерью.
Ты сказал «снова выйти на свет»?
И это не преступление на почве страсти.
Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
Почему ты меня покинула?
- Два месяца назад?
- Нет.
В Новом Орлеане?
Ты про оба раза?
И оба раза я был рад, что ты ушла.
У реки, когда тебе было три года.
И ты...
Таскал мне палки одну за другой,
тысяч девять, не меньше,
и на каждую я говорила:
«А эта палочка что делает?»
Ты была ужасной матерью.
Это так.
В Испании?
Ты мне больше был не нужен.
Не нужно держать при себе то,
что в тебе больше не нуждается.
Разорви круг.
Да!
Зашибись, народ, это было круто.
А я говорил.
Ладно, давайте другую.
А теперь я тебе нужен?
Нужен.
Давай ещё! Давай ещё!
Давай ещё! Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
- Звук — огонь.
- Класс!
Это удовлетворяет запросу?
А что это вообще значит?
О чём речь в этой строчке? «Давай ещё».
Что давать-то?
Я уже и не помню.
Но звучало круто.
Пришлось потолкаться на Монастираки.
Там новая лавка.
Украшения в византийском
стиле, тарелки с рельефным
изображением головы Зевса.
Верх безвкусицы.
Впрочем, у колонизаторов вкус
и так никудышный, так почему
бы не потакать их запросам?
Город меняется с бешеной скоростью:
неказистые дома, узкие улочки,
застывшие памятники,
и вдруг электрические трамваи.
А ещё это.
Смотри, что нашёл.
Ложка для мороженого с рычажным механизмом.
Для мороженого.
Продавец назвал её «Скуп».
Скуп.
Скуп.
Скуп.
От этого слова щекочет в горле.
Будто сова возомнила себя зимородком.
И ещё одна жемчужина.
Выступление талантливого музыканта.
В его репертуаре новая композиция.
И...
И соль...
Ску...
Ну почти.
Ску...
П.
В конце ещё «п».
«П». Скуп.
Так вот что с нами делает время?
Без крови я превращусь в пустую оболочку?
Если ты была первой,
то кто создал тебя?
Откуда мы все?
Зачем мы терпим всё это?
И почему она меня покинула?
Я само зло?
Моё зло — порождение самой природы...
или...
или божественный промах?
А где тот бог?
Только большая шишка решает,
кто живёт, а кто умирает.
Ещё раз, с того же места.
Раз, два, три, четыре!
Только большой шишке можно веселиться.
Тридцать девять.
Восемьдесят... восемьдесят три.
Путался с ним! За моей спиной!
Сто двенадцать. Сто сорок пять.
Сто семьдесят девять. Двести одиннадцать.
Триста двенадцать. Четыреста шесть.
А кто умирает.
К чёрту!
Ты не умрёшь, потому что
уже мёртв? Да, идея супер.
- Мы готовы?
- Ещё как! Мы готовы?
Идея ужасная. Мы готовы.
Кто живёт, а кто умирает.
Ещё раз!
Кто живёт, а кто умирает.
Нет. Не то.
Кто живёт, а кто умирает.
Вот чёрт!
Вдребезги!
Едем дальше.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Сорок девятый альбом. Сторона Б.
Ну и как оно у вас с ним?
У нас с ним?
Да, с Лемьюэлем.
Медленно развивается.
За ручки держитесь.
Да.
Достаточно... осторожно.
Прости. Ты не обязана изображать акцент.
Да. Это сложно,
ну... Так что давай...
- Своим голосом.
- Да.
Идёт.
Ещё разок?
Да.
Что у вас с Лемьюэлем?
Всё простенько.
Спрашивает, как я. И я отвечаю: «Хорошо».
Потом я спрашиваю, как он,
и он такой: «Я голоден».
Или: «Положи планшет, побудь со мной».
Он не принимает время как данность.
Бывают ночи, когда я не знаю, где он.
Но меня устраивает.
Да.
Потихонечку.
Что записываешь?
Да так,
разное.
Эй, вы! Не вынуждайте звать
полицию. Верните катамаран —
и сделаем вид, что этого...
Это ты его так?
Да.
Я тоже хочу.
- Нет. Поплыли отсюда. Нет.
- Ну давай!
Ну обрати меня в камень!
Что... Ты сейчас...
Пора плыть обратно.
Долго его не удержу.
Вот они, Ники.
Гобой. Кларнет.
Введение.
Реприза.
Гармонический сдвиг.
Предзнаменование!
Да, Энкил, да.
Переходим в субдоминанту,
но не сейчас. Рано. Не сейчас, мадам.
Дефицит — тебе понравилось бы.
Схватка струнных, отец Магс. Контрапункт...
Будто дрожащие водопады.
Как... голодные крестьяне, жаждущие драки!
Что думаешь, Мариус? А, ты ещё отдыхаешь?
Виноват ты, Арман, гнилой гость!
Никаких... голосов...
Никаких... голосов...
Если бы он дописал эту чёртову симфонию,
то ввёл бы хор в финальной части. Но...
Это фирменное сочетание:
османский энтузиаст велосипедного спорта
и шведский бочар из Мальмё — он считал,
что Акрополь выглядит уныло.
Потом всё превратилось в праздник, Энкил.
Хочешь посмотреть?
Пока не смотри.
Но рука Магнуса ползёт
по брюкам моего старшего брата.
Энкил, тебя оскорбляют эти подробности?
Моя рука — на твоей Еве в
канун Великого столетия.
Штрих красного для Нового года.
Ты была бы прекрасна для своих лет.
Восьмёрку раскололи пополам.
Практические ограничения перечёркивают
романтические жесты.
Ты должен следить за музыкой, Арман.
И зачем я тебя приглашаю, бесполезный?
О нет, нет-нет-нет.
Поцарапал.
Поцарапал!
Глупец!
Я испортил праздник.
Год 1900.
Дожили.
Подойди...
Подойди...
Подойди...
ко... мне...
В чём причина, подскажи скорей?
Что мы творим, бродя среди теней?
Всё напрасно? Брось легкомыслие, прошу.
Я в наваждении чары любви ищу.
Ты всё время в мыслях у меня.
Как так...
выходит...
что...
Они...
живут...
в такой гармонии —
ми...
Миллиарды звёзд...
Как так выходит, что они живут
в такой гармонии — миллиарды звёзд...
В то время как большинство людей
и минуты не могут прожить,
не затеяв войну у себя в голове?
Что-то не так, Лестат?
Нет.
Да.
Фома Аквинский.
Зачем было тащить меня в «Место ведьм»?
Что?
Я спросил Софию.
Она по телефону говорит.
Телефон проверь.
Что?
Телефон.
Он...
П... Пиликает.
ТОМАС ПИ-ПИТТ, ПОТАСКУН: ПОЗВОНИ МНЕ.
ПОЖАЛУЙСТА. НУЖНА ТВОЯ ПОМОЩЬ
Пишем по новой?
Пишем по новой?
ТОМАС ПИ-ПИТТ, ПОТАСКУН: ПОЖАЛУЙСТА,
ПОЗВОНИ, ЛЕСТАТ
Готов?
Нет.
Нет, опусти на один тон.
Что?
Опусти на один тон, в ля-минор.
Ладно, сейчас соображу.
Мы обрастём бородами,
пока ты сообразишь, Ларри!
Опусти на один тон!
Всем опустить на один тон!
Сыграй без меня, Сэм.
Для наших ушей, не чужих.
Он просто мудак.
Спасибо.
И ты лажаешь.
Я лажаю. Да все!
Солист лажает.
Живой...
Я делаю хуже?
Могу прекратить, не вопрос.
Столько раз играли эти песни. Просто...
У меня мандраж.
Как в детстве,
когда пропускал мячи размером с грейпфрут.
Ты был ужасным вратарём.
Плохо ловил.
Зато на гитаре — просто монстр.
И мы так долго предвкушали.
Наконец-то пишем альбом,
который реально услышат. И он...
Офигенный.
Неплох, скажи?
Да.
Надевай перчатки,
один дубль...
А потом — отдых.
А потом мы разыгрывали
сцены, будто она жила...
Была жива.
Но всё как в тумане.
Я звал её Клодией.
Но теперь она стала собой.
Я знаю: всё не взаправду.
Или нет? Может, она вернулась ко мне?
Не пойму. И бывают целые ночи,
когда не хочу понимать.
И я думаю...
Это она?
Можешь зайти...
И сказать,
она ли это?
В меня стреляли — ты даже не позвонил.
Я ублюдок-эгоист.
Это понятно через пять минут общения со мной.
Я знал, что ты так скажешь.
Не могу оправдаться.
А я сейчас пишу свой сраный...
Да... Ладно.
Специальное предложение: курица с вафлями.
Я бы не заказывала, но обязана предлагать.
Вам воды?
Ты.
А пишут, что ты умер.
Значит, умер.
Ты же знаешь: он сидит тут уже час.
Не прикидывайся.
Что он берёт, когда приходит?
Я приношу то, что готовит повар
из продуктов с истёкшим сроком.
Мне то же самое.
Мне нужно было отдать долги.
Подработка выгодна для обеих сторон...
И если он платит, сколько я думаю,
то зачем ты ещё работаешь?
Когда общение странное,
я беру одну-две смены,
чтоб вернуть в жизнь хоть
какую-то стабильность.
Он теперь и тебя втягивает?
Это его следующий ход?
Мы будем семьёй, дядя Лес?
Разводить будешь другого.
Он сам приходит и всё это затевает.
Я просто жду, когда мне позвонят, пришлют СМС
или очередную сотню сообщений.
Он же страдает.
Из-за меня страдает?
Я похожа на неё.
Точная копия, да?
Твоя походка выдаёт травму бедра —
у неё такой не было.
И у неё был шум в сердце, у тебя же — нет.
Но у нас одно лицо.
Это не она.
Даже не близко.
Глаза...
Да, глаза! Без искры?
Больше с ней не встречайся.
И когда на меня снова нападут, возьми трубку.
В день, когда ты родилась,
мир застыл в тишине,
я дрожал, как лист на
старом дубе в холодном сне.
Ты осталась во мне,
как заноза, как острый шип,
и алые розы лились,
накрывая меня, как прилив.
Даже когда разошлись пути —
ты не отводила свой взгляд.
До сих пор слышу голос твой,
будто шёпот летит наугад.
«Не отрывай этот взгляд:
я горю в отражении ночью».
Нет, не смей звать это тоской:
я боюсь, что предчувствие точно.
Не старайся забыть всё,
что давит, что гложет внутри.
Витражи из глаз
хранят осколки того, что было когда-то.
Да.
Мы были детьми, не ведая,
что время — лишь острая плата.
Пара лезвий прошла
сквозь двадцать лет, ничего не щадя.
Никто не заберёт мою улыбку —
она только моя, навсегда.
Не содрать её, как ненужный сувенир,
что пылится в углу,
даже если всё обратится
в золу на холодном ветру.
До сих пор слышу голос твой,
будто шёпот летит наугад.
«Не отрывай этот взгляд:
я горю в отражении ночью».
Нет, не смей звать это тоской:
я боюсь, что предчувствие точно.
Не старайся забыть всё,
что давит, что гложет внутри,
словно пепел, что ты рассыпала.
Не осталось ничего — узри.
Витражи из глаз.
Витражи из глаз...
Это не наше звучание.
Где связь с «Чего скисла»?
Её нет. «Чего скисла?» в альбом не войдёт.
Но это... наша визитка.
Если это новое звучание,
то мимо летят «За что мне эта боль»,
«Большой серый волк» и...
И что, будешь перезаписывать...
Весь альбом. Инструменты звучат как метафоры.
Да, прекрасно.
Не увольняй их — это будет
ошибкой. Они справятся.
Но не я.
Так что спасибо за эти два года —
лучшие в моей жизни.
Я ухожу.
Ларри!
Значит, мы просто...
Запишем весь альбом заново.
- Не вы.
- Это для наших ушей.
Что, правда?
Чтобы услышать это, нужно быть вампиром.
Да.
Нужна кровь.
Прочти мысли.
Нет.
Мы хотим.
Нет, я очень к вам привязался, но...
я кое-что расскажу про эту кровь.
И спасу вас от себя.
Я был на берегах Испании...
Когда большая любовь покинула меня.
Она, она, она, это она...
Я позволил себя похоронить...
Она, она, она, это она...
В чужой могиле — пока королева не сжалилась
надо мной и не призвала на службу.
Постоянно она. И в старых песнях,
и в долгих ночах держит его в
нежности объятий,
в распахнутых объятиях,
в широких объятиях — они распахнуты,
и всегда они должны быть распахнуты.
И по старым обычаям,
по старым законам всё было предрешено.
Всё было устроено.
- А кто устроил? Амель?
- Что это?
Что ты наделал? Ты пил её кровь!
Она пила мою кровь, я — её.
Вот что значит быть любимым.
Кровь горяча. Кровь горяча.
Матушка, я вернулся.
Это Амель. Всегда Амель. Постоянно он...
Ты пил её кровь!
Она сказала: «Пей!» — и я пил!
И пробыл наверху три дня!
В краю, где хранят мёртвых,
где мёртвым поклоняются.
Она лежала на плите веками!
Мне понадобятся годы, чтобы вернуть её туда!
А зачем эти бесчисленные дни?
И для чего я? Для чего всё это?
Ложись. Ложись.
А что Амель должен с этим
делать, если не отвечать?
Лестница!
Лестница!
Матушка.
Зачем бросают камни?
Почему она свернулась на
земле? Почему эта рана...
Кровь.
Она овладела тобой.
Пусть безумие
или солнечный свет избавят тебя от этой ноши.
В моих очах — желание, но почему это так?
- Она велела пить.
- Иди!
Зачем он говорит то, что сказал бог?
Почему Амель на устах?
Почему мой голос должен быть ровным?
Почему я должна петь так низко?
Почему её держат взаперти?
Зачем её держат?
И почему именно в этом месте?
Что значит, если тебя не спрашивают?
И если не отвечают?
Фиаско, фиаско.
Что значит видеть и знать,
если тебе просто говорят...
Недостоин.
Ты не видел. Ты не знал.
А почему у неё вырезан язык?
Почему её смерть затянулась?
Когда это прекратится? Кто это остановит?
Недостоин!
Почему должны разворачиваться они,
мы, я, он, они — как тысячелетия?
Почему она свернулась? Почему глаза опущены?
Почему на обочине? Почему она хромает?
Я — эта девочка! Я — бог!
Я — голос! Я — песнь!
Я — ночь! И я могу ответить! Всё устроить!
Я могу сказать: «Встань!» — и велеть:
«Говори!» И я — она! И она — это я!
И я, я, я, я — и есть ответ!
Это металлическое солнце в моих жилах.
Тот ад, что я обрушиваю на всех, кто рядом.
Его не сдержать в миг,
не укротить со временем.
Он затянет в порочность
и наградит сожалением.
Так что идите за Ларри — к лучшей жизни.
Мы допишем альбом.
Мы, сука, группа.
Давай ещё.
Ларри?
Ларри Слейтер?
Гитарист из «Вампир Лестат»?
- Да.
- Бог ты мой! Обалдеть!
Простите. Мне так жаль, что это произошло.
Ну да.
Я постоянно пересматриваю.
Видео с концертов, не стрельбу.
В общем...
А почему вы в Нью-Йорке с гитарой?
Не могу ответить.
Охренеть можно, это что,
правда? Вы пишете альбом.
Я читала в интернете.
Вокал записан. И это потрясающе.
Просто чудесно! Мир должен услышать,
как это замечательно.
Я уже не в составе группы.
И не знаю, существует ли она ещё.
Запись отложена. А я просто...
мертвецки устал. Вот...
О господи, вы простите.
Вид у вас усталый.
Не буду тревожить.
Ты был ужасным вратарём,
зато на гитаре — просто монстр.
Что, простите?
Она права — видок усталый.
Тебе не помешает отдохнуть.
Мы знакомы?
Отдохнуть?
Отдохнуть.
Отдохнуть.
Нет!
Боже мой!
Господи, он спрыгнул! О боже!
Помогите ему! О нет! Нет!
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Тэйлор и Трэвис!
Уже назначили дату?
В СЛЕДУЮЩЕЙ СЕРИИ
Найди в себе изъян — пойми, что ты кочан.
Когда скроют тебя шторы...
ОСТАЛОСЬ ВСЕГО ДВЕ СЕРИИ
Ты связался с ведьмой худшего сорта.
Она не такая, как все.
Арман в городе. Он попытается всё сорвать.
Пятьдесят тысяч человек в лесу вместе.
Что может пойти не так?
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Гости у моего смертного одра!
Мы записываем альбом о моей жизни,
которая была похожа на катастрофу,
растянувшуюся на три столетия.
Мы здесь, чтобы отключить меня от системы.
Проявите почтительность.
Убейте меня жестоко.
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
«НЬЮ-ЙОРК»
ПЯТАЯ СЕРИЯ
Я выбирался из этого гроба
лишь раз в четыре месяца.
Я выжимал из группы всё до капли,
не останавливался ни перед чем,
пока альбом, достойный долгой
и скандальной жизни Лестата де Лионкура,
не оказался запечатлён
в элегическом аудиоформате.
В пятой серии они записывают альбом.
«Большой серый волк», вокал, дубль первый.
Мать возвращается к нему и говорит:
«А почему бы тебе не стать кем-то другим?»
Ей нужно, чтоб он написал песню...
Которая прозвучит для всех вампиров,
таящихся во всех тенях мира.
И вот он пишет альбом — ради неё.
Но ведь он очень дотошный
и одержимый исполнитель.
Так что он просто не может не взять
всё под полный контроль
и не потеряться в творческом процессе.
Но на протяжении процесса его терзают...
воспоминания,
с которыми он не может примириться.
Зачем она повела меня смотреть
на сожжение девочек, когда я был ребёнком?
Зачем прикасалась ко мне неподобающим
образом, когда я был ранен?
Ты была ужасной матерью.
Это так.
В тот момент
им определённо не удаётся разорвать...
запутанную связь.
А теперь я тебе нужен?
Нужен.
Я скучала по тебе, братец.
Я по тебе тоже, сестрёнка.
По вам обеим.
Сериал по-настоящему
смешной — так и задумано.
Жаль, что мы не можем остаться подольше,
но ты же знаешь Клодию, вечно куда-то бежит.
Очень много чёрного юмора,
но при этом есть и такой
нелепый, весёлый юмор.
И Мадлен с «вне-вне-Бродвея»
определённо очень забавная.
Мы накачали Сатин в баре Cubbyhole,
выжали досуха в отеле Gansevoort
и сбросили в жёлоб для грязного белья.
А она хороша.
Сыграно прекрасно,
при этом — жутко извращённо.
Это было так странно, но так весело
прописано, что было невозможно не
получать удовольствие.
Люди этой профессии портят мне настроение.
И то, что Луи сидел по другую сторону стола,
делало всё ещё... чуточку страннее.
В какой-то момент я буквально
сидел на стуле, типа...
Я был не в кадре, просто сидел себе такой...
«Хватит уже».
Я знаю Джейкоба. Это было так...
Всем было неловко, ведь мы...
понимали, какая за этим стоит история.
Но для Реджины
это просто очередной рабочий день.
За ручки держитесь.
Прости. Ты не обязана изображать акцент.
- Ты сейчас...
- Пора плыть обратно.
РАЗБОР ПЕСНИ «ВИТРАЖИ ИЗ ГЛАЗ»
Можешь зайти...
И сказать,
она ли это?
В меня стреляли — ты даже не позвонил.
Я ублюдок-эгоист.
Лестату многое не даёт покоя.
И потом он встречает Реджину.
Я похожа на неё.
Точная копия, да?
И это подталкивает к переменам в музыке.
В день, когда ты родилась,
мир застыл в тишине,
Я дрожал, как лист на
старом дубе в холодном сне.
Он возвращается и пишет о ней песню.
Она получается более...
Попсовой,
правдивой, более лаконичной и честной,
чем всё, что он писал раньше.
Он приносит песню группе и говорит:
«Вот наше звучание.
Теперь будем играть именно так».
Так что идите за Ларри — к лучшей жизни.
Мы допишем альбом.
Он больше не пытается что-то изображать —
в своей музыке просто остаётся собой...
«Не отрывай этот взгляд:
я горю в отражении ночью».
Нет, не смей звать это тоской:
я боюсь, что предчувствие точно.
Не старайся забыть всё,
что давит, что гложет внутри,
словно пепел, что ты рассыпала.
Не осталось ничего — узри.
Витражи из глаз...
Если бы он написал «Витражи из глаз» в самом
начале тура и сыграл бы её самому себе...
Вряд ли он отнёсся бы к ней всерьёз.
Но ему нужно было дойти до этой точки.
До той, когда он смог написать
нечто эмоциональное и предельно откровенное,
осознать, что музыка — это канал
самовыражения, способ проявить
себя как личность.
И что, будешь перезаписывать...
Весь альбом.
Инструменты звучат как метафоры.
Мы вот-вот начнём снимать Акашу —
и это последний съёмочный день.
Предвкушение сильное:
просто посмотреть на неё
в роли Акаши и увидеть, как она сыграет.
Снимаем по готовности.
Подойди...
Потрясающая декорация.
Что-то вроде подземного хранилища.
Здесь собраны все осколки истории — Магнус
их собирал, чтобы хоть как-то её развлечь.
Было здорово снимать на этой площадке,
и это выдающееся место
для появления Акаши в сериале.
Она живая?
Более чем.
В этом сезоне её играет Шейла Атим,
необыкновенная актриса.
Она — само семя. Теперь ты её хранитель.
Мариус пытается держать её под контролем,
а Лестат — это всё-таки Лестат.
Он из тех, кто думает...
«Надавим и посмотрим, что выйдет».
К тому же он очень одинок.
Ложка для мороженого с рычажным механизмом.
В книгах Энн Райс
Акаша пробуждается из-за Лестата.
А у нас Лестат остаётся в её склепе на целых
десять лет. В книге он там всего пару дней.
Скуп.
Он устраивает ей концерты.
А где тот бог?
И она пробуждается.
Потом в нём оказывается кровь Акаши.
И проявляется это в том, что он летает.
Я был на подвесной конструкции.
Держите его.
Так ты сможешь двигаться.
Да, класс. Хорошо.
Это было так прикольно!
Прям серьёзно, бог ты мой.
Я ж говорил.
Я висел вниз головой,
говорил с Роном, и он мне:
«Каково это — чувствовать,
как кровь Акаши проклятием несётся по жилам?»
И мы делали резкие, дёрганые движения.
А потом меня отпустили,
и это было свободное падение
с высоты трёх метров.
Ух ты, как клёво!
А что Амель должен с этим
делать, если не отвечать?
Шейла просто феноменальна,
невероятна в роли Акаши.
И я, я, я, я — и есть ответ!
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 6

Ранее в сериале...
Мы планируем только один концерт.
Они должны отбивать приближение смерти.
Чтобы услышать это, нужно быть вампиром.
- Мы хотим.
- Давай ещё.
Что ему известно обо мне?
Что ты умерла в 1794-м.
Я знал её как Габриэллу.
Лестат спит со своей матерью.
Есть одна вещь, которую я боюсь больше всего.
Это одиночество.
Но ты меня от этого избавил, Луи.
Пятьдесят два года... я наблюдал за тобой.
Я хочу быть твоим создателем,
помогу тебе снова выйти на свет.
В доме сестёр Мэйфейр полно мётел.
Мы разыгрывали сцены. Я звал её Клодией.
Она ли это?
Он же страдает.
Из-за меня страдает?
Я принёс её в дом. Заставил её обратить.
И зачем я стараюсь.
Ты пришёл не ради меня!
Но предпочитал ей Лестата снова, и снова, и снова.
Ты обрёк её на тьму.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятьдесят второй альбом. Сторона А.
На перекрёстках моих многочисленных «я»...
Заики,
обезьяны,
актёра,
хранителя,
туриста...
Отшельника...
ОПОВЕЩЕНИЕ: ИЗДАНИЕ PITCHFORK
Рок-звезды...
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ОЦЕНКА — 3.1
Матрёшки из субличностей...
Бывает период застоя —
спячка в потрёпанном халате.
Осень 2025-го была как раз из таких.
Тогда я думал, это бантик
на прощальной коробке Лестата.
Но... вот он я,
диктую вам,
тот же Лестат.
Я был в своём «полудоме» в Монреале,
прятался на противоположной стороне улицы
от вампирской группы.
Как ни странно,
снова репетировал концерт для себя
и вампирских ушей,
под которые переделал альбом.
Ровно два года как мы собрались.
Теперь — мрачный, одарённый квартет.
Но загадочное самоубийство Ларри вплелось
в нашу связь,
и вампир Алекс стал приглушённым центром
призрачного воссоединения.
Такие ранние пташки, как мы, — редкость.
Стоит воспользоваться этим преимуществом.
Город уже кишит вампирами.
Увидимся на репетиции.
ГОЛОСОВАЯ ПОЧТА
СООБЩЕНИЕ ОТ МЭРИ РИК
Привет. Это снова я, в машине, еду в Мойсант?Филд.
Если у тебя появились сомнения —
и должны были появиться...
Сообщи, пока я не прошла контроль.
Ведь я сяду в самолёт...
ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ: МЭРИ РИК
Только что слушал голосовое.
Как прошла таможня?
- Всё ещё там.
- Ох, бедняжка.
Надо оформить ускоренный досмотр.
Полночь в силе?
Да. Водитель ждёт у зоны выдачи багажа,
а в отеле забронирован номер —
чтобы тебе было комфортно.
Подготовил то, о чём мы говорили?
Да.
Ладно.
Мне нужно два часа в номере наедине.
Оставь ключ.
Альбом провалился среди смертных.
Но песни стали чем-то вроде
боевого клича катастрофического движения —
Великого обращения.
И вот 50 000 вампиров стекаются в Монреаль:
послушать, как я исполню его вживую.
Последний подарок Лестата вампиру Габриэлле.
Обязательства выполнены.
ПАСПОРТ
СОЕДИНЁННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ
Удачи всем, и свалите... куда подальше.
ПАСПОРТ ФРАНЦИИ
ГРЕГОР, ЛЕСТАН
Будущее — моё новое развлечение.
ПАСПОРТ КАНАДЫ
БЛЭКВУД, ШЕРИДАН
Кто дальше?
Как дальше?
ПАСПОРТ СОЕДИНЁННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ
ЧУДАК, КЛАРЕНС
Я сводил концы с концами,
выходил из комы и чувствовал себя...
живым.
А может, всё из?за него.
Думаю, не стоит проводить.
Плохая затея.
Ужасная.
В гробу неудобно было?
Да, я сейчас редко в них сплю.
- Это ж Hastens.
- Дело не в нём.
Сам гроб хорош.
Давай отменим.
- Отменим ужин?
- Нет, не ужин. Её.
- Это ты зря.
- Да.
Тогда придётся отменять и ужин.
Сам предложил.
Он такой путь проделал для концерта!
И это зря, его тоже отменить.
Пятьдесят тысяч, Луи!
Да хоть всего десять, надо сваливать.
Я всё отменю.
Там кукурузный крахмал?
- Эй.
- Рю?Рояль?
Отмени ужин. Грядущее возмездие.
Останемся дома и будем отвечать
на назойливые звонки в дверь.
Что?то не так?
Дрейк выпустил сегодня 50 песен.
А, да, я видел.
Мне он нравился в «Деграсси».
Это был сериал по кабельному,
когда оно ещё было...
Если бы я проснулся
в специально сделанном гробу от Hastens,
первым делом сказал бы хозяину дома:
«Спасибо, Шеридан».
Не буду я звать тебя Шеридан.
Кларенс!
Уж лучше Лестат.
Лестат умер.
Ладно. Завтра выйдешь к микрофону и скажешь:
«Мы группа “Вампир Кларенс Чудак”. Давайте ещё!»?
Так себе вариант.
Очень плохой.
- С другой стороны...
- Нет-нет-нет.
- Вполне себе!
- Нет-нет-нет.
Ничего хорошего не выйдет. Нутром чувствую.
Есть и третий вариант:
вообще ничего не выйдет.
Такое не всегда срабатывает.
Сидишь за столом,
думаешь, что чувствуешь холодок
или у кого-то дёрнулся глаз.
А на деле это батарея или передоз кофеином —
и ничего не происходит.
А потом ведьма или медиум свалит вину
на чью-нибудь «расходящуюся энергию»...
- Возможно.
- Но будет здорово.
Меня напрягают именно они.
Я не люблю ведьм, мы с ними не ладим.
Ты связался с ведьмой худшего сорта.
Мэррик другая. Она не такая, как все.
И они с дядей — одного поля ягоды.
Откуда ты знаешь дядю?
Вместе состояли в книжном клубе.
В книжном клубе? С Кортлендом Мэйфейром?
И с Мэррик.
И с мэром Нагином.
И с Джеймсом Карвиллом. Все его терпеть не могли.
Несколько месяцев назад он в панике звонил.
Изо всех сил старался держаться подальше
от одной Клондии, как я её называл. Но...
Рана так и не затянулась,
и дурная затея разрасталась —
через переписки, звонки
и связи, которые я поддерживал в Новом Орлеане.
Мы читали твои мемуары.
Все обожали Тома Андерсона.
«Топика!»
Это была моя реплика. Я сказал: «Топика».
Отметь, не зря выбрали эту неделю.
Все сливаются в общую картину.
О нет, причёска решила жить своей жизнью!
Да тут полгорода перебьют, пока допоёшь.
Это уже происходит. Не я начал.
Не-а, теперь ты лицо процесса.
Помните про Пять законов!
Чарли Браун со мной согласен.
Давай ещё!
Давай ещё!
Самое масштабное собрание наших
за всю историю мира, и все здесь ради меня.
Ты мог бы хоть разок как друг сказать:
«Вот это ты тут устроил. Поздравляю».
Алло.
- Лем, мы почти на месте.
- «Лем»? О, как мило.
- Скажи, чтоб не усложняли.
- Лемми, Лемми, Лемми.
Оближи меня, Лем.
Да.
Да. И я тебя.
И ты его? А что «и ты его»? Ждёшь, любишь или...
Мы правда будем это обсуждать?
Я мог бы просто жить как раньше.
Отправляю Клондии деньги.
Я однажды отправил... и заблокировал номер.
И взял трубку,
когда она позвонила с нового номера.
- Я не знал, что это она!
- По-любому знал.
Она окунулась в реку Стикс.
Нырнула и проплыла баттерфляем.
Она будет в ярости.
Может, Клодия тоже хотела попрощаться.
Почему ты... такой милый? Мне не нравится.
Можем обсудить,
как близко твой ресторан к моему дому.
Это... катастрофическое совпадение.
Месье Питт, очень приятно, что вы сегодня с нами.
Ваш гость уже прибыл. И...
Месье Лионкур, большая честь.
Мистер Блэквуд.
Понял. Прошу, за мной.
Позвольте взять накидку, мистер Блэквуд.
Я наслышана об этом персонаже.
Тот ещё...
Идём.
Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
Давай ещё!
Тэйлор и Трэвис. Поздравляю!
Уже назначили дату?
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем...
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Пожалуйста, откажите Ларри.
На чём мы остановились?
Ты как раз поддевал нас насчёт урагана «Одетта».
Проверял, слушаете ли вы.
Сидите рядом, старые узы заново крепнут.
«Одетта», третья категория.
Что ты сказал после 77 лет молчания?
Точно не помню.
Что он сказал тебе?
Я ничего не слышал — там был ураган.
Я делал вид, что понимаю, о чём ты говоришь.
Я тоже!
- Просто много кивал.
- Вот же мрази.
У меня нет концовки для документалки.
Дайте хоть что?нибудь.
Достаточно того,
что он пришёл.
И всё?
Конечно.
Просто пущу титры поверх кадров,
где Риддли его расстреливает.
Никаких «Куда мусор выбрасывать?»
Так и вижу постер: «Ярда Клапек хотел лишь любви»,
и налеплю его прям на герпесный волдырь.
Без разоблачительных вопросов?
Раз уж ты упомянул... Один у меня есть.
Так и знал, что просто мы не отделаемся.
Туман вампирской любви — это про тебя, Луи?
Из-за любви вы с Арманом не замечали
ни одного из моих подвохов?
Я пытался уважать тебя, Дэниел.
Не лезть в твои мысли.
Я признателен.
Спасибо, что уважаешь моё личное пространство.
Подвох, не подвох — мы оба здесь
ради последнего рывка и конца света.
Оценка три из десяти от Pitchfork
хоть немного облегчает переход
от нишевого рокера к тёмному монарху?
Я подарил Великому обращению гимн.
А что с ним сделают — дело ваше.
Христос видит молоток да гвозди и говорит:
«Я ключи от машины забыл».
Вы оба просто паникёры.
А Шеридан Блэквуд... Дурацкое имя...
Что он собирается делать потом? Отдыхать?
Мне снились леса.
Леса?
Каждую ночь в этот месяц тыкв.
У меня есть домик... рядом с лесом.
И каждую ночь я хожу по тропинке
с бумагой и ручкой, фиксируя пение птиц.
Хоть десять лет ходил бы.
От Игги до знатока птиц.
Конечно, становится скучно.
Продираюсь обратно в реальный мир.
Устраиваюсь на работу — бренчать
Сондхайма и Сакамото в гостиничном лаундже.
Знаешь владельцев отелей?
Господа, комплимент от шеф-повара —
приберёг для этого особенного вечера.
Это амюз-буш.
Франсин Люсьен-Лашапель.
Кстати, дальняя наследница рода Лионкур.
Эмигрантов, прибывших в Монреаль в 1749.
У неё тонкий цветочный вкус.
Bonsoir.
Мадемуазель.
Ещё крутишь роман с Софией?
Не знаю.
Может быть.
А что?
Он уже познакомился с ней?
Думаю, сегодня мы встретимся.
София. Он познакомился с ней в 1980-х.
Так и вижу её... в огромных подплечниках.
Кто-то должен спросить.
Откуда загар, Дэн?
Опять увлёкся пребыванием вне гроба?
Господа, мистер дю Лак,
bon app?tit.
Я кое с кем встречаюсь.
Что?
- Ух ты...
- Туман любви.
Загар в стиле «как пожелаешь, дорогая».
За Дэниела Моллоя.
Биографа, документалиста.
И брошенного отпрыска
нашего общего бывшего — за все ипостаси.
Своего поглотишь?
Он какой-то странный.
Дэн?
Как всегда.
Человек неловкий.
У него эта вечная обида: «Думаете, вы лучше меня».
И правда лучше.
Так утомительно делать вид, что нет.
Нужна была концовка.
Сработало на пользу обоим.
Твоё появление как раз поставило точку.
Чувствовал, как он пытался прочесть мысли?
В мои залез.
Бог ты мой, Лестат! Я люблю тебя, Лестат!
Включи.
Нет.
Ну пусть послушают! А что?
Артуро, прибавишь?
Эта песня для всех, кто красив и болен душой.
Найди в себе изъян — пойми, что ты кочан.
Когда скроют тебя шторы — будь, как ураган.
Это не проклятый порыв,
не страсть, не безумный пожар.
Будь сломан, нелюбим, пусть никто не зовёт назад.
Липовая смерть Шеридана Кларенса.
Красиво получилось. Поздравляю.
Спасибо за гроб от Hastens.
Можно тебя спросить?
Ну, рискни.
В книге Дэна... Хотя не хочу обсуждать её.
- Дело не в ней.
- Да можно.
Не суть. Когда ты прибыл в Париж...
Я был духом.
Шёл с тобой и Арманом вдоль Сены.
А ещё ты съел фотографию.
И...
Это твоя психика выворачивалась наизнанку...
Чувство вины.
Потому что делили гроб, и я перерезал тебе горло.
И... ты исчез, как брошенный мусор.
Или вина по другой причине.
Всё не мог понять.
Ты тоже...
видел меня тогда, в те годы?
Полагаю, песни... вытряхнули пару костей.
Ну вот же!
Нет, это твоё!
Я столько испытываю, а ты не делишься. Нет!
Столько всего!
Сколько опер ты меня заставил высидеть?
- Чудесные воспоминания.
- И ни разу не сказал...
«Луи, я выступал на сцене,
играл сердцееда по имени Лелио.
Мы с бывшим основали труппу,
которая совершала убийства».
Я хотел жить с тобой,
словно меня вытащили из болот.
От жабр к лёгким — ради тебя и только тебя.
Я, ты, Антуанетта...
Ну вот не похрен же!
Ну да, ну да.
Зря ты так. С ней было весело.
А книга нарочно выставляла её хуже, чем она была.
Зря так с Антуанеттой.
Ты заставил её отрезать палец.
Она сама. Думала, дар сможет отрастить другой.
Она была очень импульсивной.
Ты ею манипулировал.
Чтобы вывести тебя из депрессии.
А потом — чтобы наказать.
Зачем?
Во мне кровь Акаши.
Дело не в крови. А в том, что ты с ней делаешь.
Ты теперь ещё
и вампирские гимназии открывать будешь?
«Вампирский Эквинокс»?
«Дело в том, что ты делаешь с кровью».
Ну почему?
Потому что, Луи.
Я чудовище.
Рубилово!
Лестат!
Я в порядке.
Это она?
Она.
Познакомишь нас?
Сам справишься.
- Видимо, вы не понимаете.
- Что там?
Вот именно. Ciao.
Buona sera.
Привет, красавчик.
София, верно?
Тот самый Луи. Печально известный Луи.
Его слова — на четверть половинки ложь.
Значит, на четверть половинки правда.
Можно сяду посмотрю?
Prego.
Алекс, сыграй.
Нет, надо репетировать.
- Пой, давай!
- Просто пой.
Пой!
Токио, Лондон — везде один и тот же бит.
Зеркало, музыка, толпа — а я тут совсем один.
Танцую сам с собой.
Он стесняшка.
Никого рядом нет, но ночь гудит, как сирена.
Трудно быть им.
Жду, что сердце ответит,
что вспыхнет хоть искра мгновенно.
А пока — танцую сам с собой.
Сам с собой!
Это ты организатор концерта?
Одна из многих.
Пятьдесят тысяч человек в лесу вместе.
Что может пойти не так?
Он сказал, что ты говорил,
лучше бы ему не петь завтра.
Не важно, что думаю я. Он поступит, как захочет.
Может, это тебе не стоит идти.
Почему это?
Приедут со всего мира: из Дубая, Парижа...
Детройта.
У тебя много поклонников, но... есть и другие.
Нечего терять, нечего кому-то доказывать зря,
я просто танцую сам с собой — и это моя игра.
Он будет страдать, если я не приду.
Будет страдать ещё сильнее,
если ты пострадаешь.
Ты держись меня.
Пасадобль!
Буду помогать тебе.
Ловушка.
Ну всё. Давайте репетировать.
Пытаемся решить, будем ли исполнять эту,
мистер дю Лак, мадемуазель Вече.
Саламандра называет песню... Как ты там выразился?
Соль для члена.
А вампир Токсичная Стерва не определилась.
Сэм без права голоса.
Вампир Алекс... воздерживается.
Решаем, быть песне или не быть.
Нужна жестокая правда для жестокой песни.
Чувствую её.
Тянет за нить, не даёт мне забыть.
Тянет сквозь тьму,
и я так в этом нуждаюсь —
в этом странном, больном дыму.
Покажи мне горькую звезду.
Я хочу этого.
Подари мне жестокую
любовь — всю, до капли, до дна.
Я хочу всё:
пусть бьёт без пощады, сжигает дотла.
Я — метеор,
что горит над пустым, холодным небом.
Пишу твоё имя в пыли...
Струнные, можно выразительнее.
И исчезаю следом.
Каждый атом во мне — как планета,
что рвётся к солнцу в огне.
Покажи мне горькую звезду.
Я хочу этого.
Подари мне жестокую
любовь — всю, до капли, до дна.
Я хочу всё:
пусть бьёт без пощады, сжигает дотла.
Я — метеор,
что горит над пустым, холодным небом.
Пишу твоё имя в пыли — и исчезаю следом.
Покажи мне горькую звезду.
Я хочу этого.
Подари мне жестокую
любовь — всю, до капли, до дна.
Я хочу всё:
пусть бьёт без пощады, сжигает дотла.
Я — метеор,
что горит над пустым, холодным небом.
Пишу твоё имя в пыли — и исчезаю следом.
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятьдесят пятый альбом. Сторона А.
Всё нормально, не крути — вставай, как все, в ряд.
В очередь! Без суеты — такой вот расклад.
Всё нормально, не крути — вставай, как все, в ряд.
В очередь!
Кто-то в беде —
несчастная звезда среди чужих орбит.
ЛЕМЬЮЭЛЬ: ТЫ ВИДЕЛ?
ЭКСКЛЮЗИВ: ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ ЛЕСТАТОМ
Любовь моя, любовь моя.
- Ты сидел в телефоне.
- Я...
Сидел в телефоне.
Проверял, что там в ресторане до конца вечера.
Грубо...
Согласен. А ты молодец.
Шоу отличное. Но не стоит его проводить.
Плохая затея.
Сейчас 11.
Есть час, чтобы решить.
Можем поговорить?
Как поладили?
В машине расскажу.
- Ciao, bello.
- Ciao.
Ему понравилась София.
Но больше — телефон.
Ты оставила свой шарф на банкетке.
Помечаешь территорию?
Зашла поздороваться.
Ты был в гробу. И с компаньоном.
И оставила шарф?
И книжки для путешествий.
Ты уже собрался?
Не могу, пока не знаю, куда еду.
В Кадис.
А что в Кадисе?
Сонный хмельной народ
и волна чего-то нового, что вот-вот накроет всех.
Номер с видом, откуда можно наблюдать с высоты.
Там есть HBO?
Арман в городе.
Я ощутил.
Он попытается всё сорвать.
Вытащу его на сцену,
положу через колено и отшлёпаю пять раз —
по разу за каждый из «Пяти великих законов».
Может, мне стоит...
- Приласкать Алекса.
- Избежать появления...
Ему бы внимания матери.
Я попрошу Артуро...
отвезти тебя в ангар.
Не забудь собраться.
Домой, Артуро.
Конечно, мистер де Лионкур.
Думаю, лучше отменить.
А как же час?
Что это?
Откуда оно?
Мне прислали ссылку.
Ссылку?
Видео в интернете?
Ну...
Это же явно подделка.
ЭКСКЛЮЗИВ: ИНТЕРВЬЮ С ВАМПИРОМ ЛЕСТАТОМ
Привет, киноманы, вампиролюбы
и любители теорий заговора!
Ваш друг Дэниел Моллой вернулся
с очередным пикантным видео
из грядущего документального фильма
«Интервью с вампиром Лестатом».
Расскажи, пожалуйста,
когда ты впервые увидел его девушку, Софию?
В 1793-м.
Когда мы с Лестатом открыли «Театр вампиров».
Тогда мы все её знали
как вампира по имени Габриэлла.
Мать Лестата.
И вот наш многострадальный герой
спустя два месяца
после своего так называемого убийства
ставит на паузу
запись своего посмертного альбома,
чтобы оприходовать свою мамашу
на студийном диване.
Ну, вот...
тебе и ответ, теперь видишь,
куда подевался Дэниел.
Он был занят производством этого...
нелепого дипфейка.
Я познакомился с твоей мамой?
Это была София.
Ясно.
И София —
твоя мать?
Моя мать мертва.
Ладно, я спрошу иначе.
Ты долбишься в то же лоно, в котором провёл
первые девять месяцев своей смертной жизни?
В данном контексте правильнее говорить о матке.
- Останови машину.
- Есть также шейка матки.
И именно в матке...
- Я находился до рождения.
- И ты решил залезть обратно?
Останови машину! Чёрт, мои туфли!
Дело не в чём-то одном, Луи.
Останови машину, чёрт тебя дери!
Луи!
Луи!
Чёрт! Чтоб тебя!
Луи.
Где жрут — не гадят.
И не стучатся в «дверь», из которой вылезли.
О чем, чёрт возьми, тут вообще говорить?
Она умирала, Луи.
- Я поделился с ней даром.
- Нет, это основа основ.
Фундаментальная истина.
Нет, это сложное,
многогранное стечение обстоятельств.
Нет, ни одно обстоятельство не может привести
к выводу «О, да, такое я вполне могу понять».
- Откуда столько осуждения?
- «Приезжай в Монреаль».
«Глянь, как я пою.
И кстати, знакомься, это моя подруга по инцесту».
Это обман, превосходящий всё,
что было до сих пор, обман уровня Армана.
Не смей уходить вот так,
бросив... бросив в меня его имя.
Не сравнивай меня с ним.
А чем вы отличаетесь?
Это ложь, которой уже целый век.
Ты повесил её портрет
прямо над нашими гробами
в Новом Орлеане. Это мерзко.
Мы противоестественные существа!
Ты больной.
А ты... ты предусмотрительно вытаскиваешь
на свет остатки своей человеческой сущности,
всякий раз когда хочешь выиграть в споре.
А какие у тебя доводы
в пользу секса с родной матерью?
Это болезнь.
Возможно, там и кроется источник всех твоих бед.
- Ты... ты...
- Ну так бога ради...
- Обратись за помощью!
- Ты звонишь мне...
Ни с того ни с сего и заявляешь,
что платишь девчонке,
чтобы та притворялась Клодией,
и нашёл ей в подружки фальшивую Мадлен!
И что я сказал тебе? Я сказал, что ты болен, Луи?
Бросался диагнозами? Нет!
Я полтора месяца пытался удержать тебя
от немыслимого безумия,
в то время как сам разваливался на части!
Я предложил тебе место под своей крышей.
Ладно.
Я предложил тебе возможность
избавиться от гнетущего чувства вины.
Я предложил тебе...
Я дал...
- Ну всё.
- Я дал тебе...
Всё хорошо, хорошо.
Тише.
Тише, тише.
Тише.
Всё хорошо.
Прости.
Прости меня.
Всё в порядке.
Всё хорошо.
Иди сюда.
Тише.
Тише.
Тише.
Пойдём.
Нелепая ночка.
Так значит София — твоя мать?
Моей матерью была Габриэлла.
Но...
Но теперь она вампир.
Я просто пытаюсь начать заново.
Расскажи мне о ней.
Она родилась не в то время.
Горькая жизнь.
Мы с ней...
были довольно близки.
Она единственная,
кто проявлял ко мне хоть какую-то теплоту.
Она не была образцовой матерью.
Но благодаря ей я знал, что за пределами Оверни
меня ждёт более масштабная жизнь.
Ну, кузен, который совал в меня пальцы,
потом давал мне доллар.
Луи.
Извини.
Ладно, продолжай.
Ничего не было, пока она не приехала в Париж.
Её светлые волосы покрылись сединой,
а тело было изъедено болезнью.
Она умирала.
Оставались часы.
Ладно, я понимаю.
А до этого ни разу?
Ну...
Мать назвала тебя дьяволом.
- Но на меня не лезла.
- А потом обвинила тебя...
В смерти Поля...
Семья может знатно промыть мозги.
А ты, к слову, пытался свалить всё на меня.
- Я всё забыл, и я был неправ.
- Вина... Вина.
Если сможем найти виновного,
если сойдёмся в том, на ком лежит вина,
тогда всё встанет на свои места:
объяснит нашу суть и все наши поступки.
Я дирижирую хаосом.
А она — лишь одна из многих нот, что я выдаю.
Сложная партия.
Даже для вампира.
Ты не мог бы?..
Слушай, а ты заметил
на видео,
что Дэниел стоял на солнце?
Я бы позагорал.
Я оставил телефон в машине.
Ты не мог бы...
глянуть, разошёлся ли он по сети?
Посмеются неделю, а потом всем будет плевать.
Разве это важно?
Это был Лестат.
А Лестат мёртв.
Это важно тебе.
Может быть.
Я не знаю. Уже не знаю.
Я и сам сейчас сплошное воплощение хаоса.
И я не горжусь тем, как повёл себя.
Прости меня.
Надо всё отменить.
Наверное, ты прав.
Или...
Надеюсь, ты не против,
я заварила себе чаю в твоё отсутствие.
Прошу, чувствуй себя как дома.
Это ты здесь в гостях.
Теперь этот зал —
пристанище Папы Легбы и его магии.
Луи де Пон дю Лак,
это ведьма Мэррик.
Приветствую.
Мама Эрнестина передаёт привет.
Говорит, мальчишки дю Лаков проходили
мимо её крыльца,
так задрав нос,
будто поднялись не на торговле людьми.
Юные, глупые, смертные.
Обзывали её любимой шлюхой Сатаны.
Гнать их всех из Орлеана в шею.
Это был мой братец Поль. Поль дю Лак.
Вы это слышали, Мама?
То был другой дю Лак.
Садитесь.
Не заступать за черту.
Спасибо за проявленное терпение,
нам о многом пришлось поразмыслить.
Все духи бывают непокорны.
Но те, кого вырвали из жизни...
Обгоревшая девочка, осиротевшее чудовище...
призванное своими убийцами.
Я её не убивал.
Полагаю, она намекает на дар,
который был вручён Клодии.
Ясно, а я подумал...
Я...
Решил, что речь о Париже.
А он намекает на то, что это я её убил.
Я этого не говорил.
Нет, но подразумевал.
Личные вещи.
Тут писала.
В этом умирала.
Тощая.
Колени разбиты, лицо в синяках,
треснуло, словно спелый персик.
Мадлен.
Сшила это платье?
Любила Клодию.
Подойдёт.
Этим я смогу её призвать.
Папа Легба,
Дева Мария,
Ангел Михаил, Ангел Гавриил,
мне не исполнить обряд без ваших благословений.
Дева Мария,
архангелы, Папа Легба.
От вас веет проклятьем.
Мешаете вратам. Что с вами сегодня стряслось?
- Ну, у нас было...
- Всякое.
Отодвиньтесь друг от друга подальше.
Мария, ангелы, Папа Легба.
Я взываю к тебе, Владыка крови.
Моё имя — Мэррик Мэйфейр.
Я взываю к тебе.
Открой врата.
Ты знаешь моё имя, Владыка.
Все духи отвечают мне:
Сын Хама, Мама Ю, Барон Суббота, Блан Дани.
Прими мою кровь.
Приведи ко мне духа воззванного.
Подними из бездны дух Клодии,
к которой взывают живые,
живые и мёртвые.
Меня зовут Мэррик Мэйфейр.
Прахом моей матери, приведи её ко мне.
Отыщи почившую Клодию и приведи её к нам.
Вытолкни её.
Я призываю дух Клодии, и только Клодии,
подняться из бездны и явить себя!
Что за чертовщина, кто меня потревожил?
Какого хрена ты меня дёргаешь, тупая сука?
Она дикая штучка.
Это...
Это была она?
Ей это явно не по душе.
Она преисполнена ярости, пришла и ушла с ней.
Верни её.
Придётся поднять ставки.
С вас хороший стоматолог.
Да, хорошо, только верни её.
Никак не отстанешь, да?
Не выходит, папа Лу?
Я Лестат.
Луи вон там.
Не продумал ты это, да?
Я пытался жить дальше без тебя.
Я здесь, Клодия.
Они... они стащили меня со сцены.
Они вырвали тебя из моих рук.
И... и я не могу тебя отпустить.
Это лежит в самой основе всего.
Я хочу избавиться от груза.
Хочу попрощаться,
ведь мне так и не удалось это сделать.
И сказать тебе...
Я надеюсь, ты смогла обрести...
какой-то покой.
Ты снова с ним?
Мне...
жаль, Клодия.
Это сшила Мадлен.
Сказала, я в нём великолепна.
Так и сказала.
«Великолепна».
Ты повесил на стену...
мой обгоревший саван.
Чтобы почтить твою память.
О да, именно этим я хотела стать...
твоим топливом для жалости к себе.
Слушать твои жалкие извинения.
Я мертва.
Мертва!
Я знаю.
Я знаю. Я...
И я не раз думал последовать за тобой.
Я знаю, знаю, знаю, знаю.
Бегал по крышам, рвал на себе одежду,
будто герой паршивого романа.
Я слышал твой зов.
Я не звала тебя,
сукин ты сын.
Я бы подставила Арману подножку на лестнице,
желай я, чтобы ты был со мной.
Вот тебе правда,
страдалец ты наш...
Ты мне даже не нравился.
В отличие от него.
Он знает, кто он такой.
Ты даже не мой создатель.
Мы не одной крови.
Вот мой создатель!
Я даже думала отравить тебя...
вместо него.
Почему не стала?
Ведь у тебя в грудине...
выжжено клеймо, знак раба.
Я знала, что ты будешь таскаться
за мной повсюду, как безмозглый пёс,
пока я не сброшу тебя с хвоста
ради того, кто достоин меня больше.
Кто ты вообще такой?
Я тебя даже не знаю.
Да?
Тебе вообще-то есть за что меня благодарить.
Гляньте, он думает,
что поимка Брюса что-то значила!
Зачитываешься моими девчачьими дневниками
семь десятилетий спустя!
Ты думаешь, я хочу, чтобы не один,
а целых два мужика, которых я презираю,
использовали меня
как предлог для своих выходок?
Гляньте-ка, сидит слёзы льёт
над моим дневником, будто это с ним было!
Вбей себе это в свою бестолковую башку.
Я тебя ненавижу!
Больше, чем всех, кого знала,
больше, чем своего пропащего папашу.
Больше, чем свою тётку, что меня порола.
Больше, чем Брюса, который меня насиловал.
Больше, чем кучку вампиров,
которая соблазнила и сожгла меня.
Я ненавижу тебя до глубин всего сущего!
Клодия.
Сожги дневники!
Сожги это платье!
Хватить произносить моё имя!
И ты, дядя Лес.
- Да?
- «Да?»
Излей свою злобу.
Мне приятно...
вспоминать,
как славно я унизила тебя в Новом Орлеане,
как скормила твоему рабу ту историю с поездом.
«Лестат грозился сделать со мной
кое-что похуже изнасилования, папочка Лу».
Неплохо вышло, да?
Поезд, Антуанетта, Том Андерсон, вскрытая глотка.
Забрал твою чёрную королеву и сбежал за океан.
И в твоей паршивой ссыкливой башке...
начала зреть жажда мести.
Долго репетировала мою смерть, Антуанетта?
А мистер Андерсон заучивал
каждую реплику забавы ради,
даже те, которых в сценарии не было вовсе.
Режь!
На твоём месте я бы сделала так же.
Да. Я бы сидела сложа руки и глядела,
как ты коптишься под гром аплодисментов.
Только вот я бы не стала спасать
его задницу и ждать объятий посреди урагана.
Платье на стене.
Песня по радио.
Заплатили нищей ведьме,
чтобы та вытащила меня
из этой дыры, кишащей пауками.
А как же Мадлен?
Вы и по ней горевали?
Вызывали явиться в ваш накрахмаленный круг?
Что-то я её тут не вижу!
И в темноте её тоже нет!
Единственный светлый момент
в моей безрадостной,
чёрной...
жизни!
И я не знаю, где она! И я...
Я трачу каждую чёртову секунду,
мечась в пустоте в поисках её!
Где она?!
Почему она не здесь? Не со мной?
Мадлен! Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Услышьте меня духи, что мне отвечают.
Закройте врата.
Папа Легба,
Дева Мария,
ангел Михаил, ангел Гавриил.
Счастливого Хеллоуина!
М-да...
Да.
Ну, похоже, эта дверь закрыта.
Она избавила нас от двусмысленности.
Тот момент...
Когда я...
«Тебе вообще-то есть за что меня благодарить»?
Да.
Я не ожидал, что могу такое сказать.
Надо бы в себе разобраться.
В конце XVIII века
было не принято копаться в себе.
Да и в начале XX.
А что вы делали?
Жили дальше, ложились спать,
вставали, колотили стену.
- Сидели на скамьях.
- Делились бедами.
Она не обрела покой.
Нет.
Нет Мадлен.
Нет покоя.
И думаю, бремя вины на нас.
Можно задать вопрос?
Конечно.
Ты думал, тебе сойдёт это с рук?
Эта история с Софией, или Габриэллой.
Это...
Я не знаю.
Я взял её с собой в тур.
Я привёл к тебе. Или тебя к ней.
Я повесил её портрет
в нашей спальне в Новом Орлеане.
Кстати, отличное замечание в разгар перепалки.
Спасибо.
Очевидно,
где-то в той клетке, куда я заточил своё сердце,
таилось желание, чтобы об этом узнали.
Но для меня самого загадка,
почему я захотел этого сейчас.
За день до выхода на сцену.
За час до прибытия ведьмы.
Почему я так активно
и маниакально стремлюсь к провалу?
Возможно, таково вампирское бремя.
Чем ещё заменить смерть?
Ради чего жить, если конца нет?
Быть может, это способ пережить ещё одну ночь.
Мне тоже нужно разобраться в себе.
Твои песни обо мне?
Большинство — да.
А ты открыл ресторан
неподалёку от меня, потому что...
Да.
Останься мы снова лишь вдвоём...
Ведь по сути,
кому ещё мы нужны?
Трейлерный парк.
Невада, Юта, пустыня.
Пара складных стульев.
Разбили бы цветник.
Что цветёт по ночам?
Примула вечерняя.
В пустыне водятся птицы?
Птицы есть везде.
Было бы славно.
Было бы.
Пародия на Дракулу в кустах.
Алекс?
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
В ФИНАЛЕ СЕЗОНА
Голова кругом идёт.
Суждено ли мне однажды прекратить этот взлёт.
- Нет!
- Давай!
ИСТОРИЯ
Вздёрнуть в петле. Ведьм всех сжигать.
ДАЛЕКО
НЕ ОКОНЧЕНА
Но тягучую стерву вам не поймать.
Да.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Давай отменим.
- Отменим ужин?
- Нет, не ужин. Её.
- Это ты зря.
- Да.
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
«МОНРЕАЛЬ»
ШЕСТАЯ СЕРИЯ
Сидишь за столом,
думаешь, что чувствуешь холодок
или у кого-то дёрнулся глаз.
Спиритический сеанс был отличной идеей.
Мало кто захочет в таком участвовать.
Мало кто захочет в такое погружаться,
мало кто сможет на такое решиться.
Я не люблю ведьм, мы с ними не ладим.
Луи совершенно прав, это ужасная идея.
И зачем они это делают?
Потому что они Луи и Лестат — полные безумцы.
Они не могут не выбрать
самый безумный из вариантов.
Ты связался с ведьмой худшего сорта.
Мэррик другая. Она не такая, как все.
И они с дядей — одного поля ягоды.
Когда я впервые оказался в Новом Орлеане,
таксист дал мне один совет, он сказал:
«Не вздумай связываться с вуду».
И я не связывался. Держался от этого...
подальше.
Не поймите неправильно, я уважаю вуду.
Но я туда не лезу.
Понимаете?
Отлично!
Надо всё отменить.
Наверное, ты прав.
Счастливого Хеллоуина!
Хлопушка.
Отходи.
Когда мне выдали сценарий,
мы снимали другую сцену.
Все вокруг были в предвкушении,
шептались: «Шестая серия, шестая серия».
И я такая: «Ух ты, ничего себе, уже?»
Я — Клодия.
Я села читать сценарий, пробежалась пару раз
и думаю: «Это же потрясающе. Самое время».
Подойдёт.
Этим я смогу её призвать.
Я всё ещё оплакиваю Клодию, меня злит её судьба.
И наконец она получает возможность
высказать всё, сбросить груз с души.
Вывалить это на тех,
кого она больше всего ненавидит,
но при этом и любит.
Подними из бездны дух Клодии,
к которой взывают живые.
Мы все будто кумира увидели:
«Боже мой, здесь сама Клодия».
Ты повесил на стену...
мой обгоревший саван.
Чтобы почтить твою память.
О да, именно этим я хотела стать...
твоим топливом для жалости к себе.
Я очень глубоко погрузилась в сцену,
мы сняли несколько дублей,
я была довольна результатом, и команда тоже,
но я сказала, что могу показать больше,
предложила переснять и Джейн согласилась.
Мы сняли ещё дубль,
и там я показала весь свой гнев.
А как же Мадлен?
Вы и по ней горевали?
Что-то я её тут не вижу!
Единственный светлый момент
в моей безрадостной,
чёрной...
жизни!
Когда мы с Сэмом смотрели
на Дилейни, у нас просто челюсть отвисла.
«Это же потрясающе».
Это довольно сложная сцена.
И очень печальная.
Я думал, что начну защищать Луи и Лестата,
но мы оба получили по заслугам.
В этой сцене Лестат и Луи наконец решили
разобраться с проблемой,
и мне кажется, это здорово.
Это даёт им ощущение завершённости,
они понимают,
что она ненавидит их за случившееся,
за то, что они пренебрегли ею.
Она страдает в аду.
Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Мадлен!
Подготовить шестую!
Лестат!
РАЗБОР ПЕСНИ «ЖЕСТОКАЯ ЛЮБОВЬ»
Я в порядке.
Это она?
Она.
Дженнифер Эль просто...
потрясающая.
Габриэлла — один
из моих самых любимых персонажей.
Познакомишь нас?
Сам справишься.
Я была в восторге от работы с Джейкобом.
Увидела его на площадке
и подумала: «Боже мой, это же сам Луи».
Привет, красавчик.
София, верно?
Мне кажется, что Габриэлла опасается Луи,
и, конечно же, ревнует его к своему любовнику.
Он тоже один из «птенчиков» Лестата.
А нас таких не так уж и много.
Думаю, всё это вызывает у Луи отвращение.
Он явно не поддерживает всю эту затею.
Пятьдесят тысяч человек в лесу вместе.
Что может пойти не так?
Он сказал, что ты говорил,
лучше бы ему не петь завтра.
Не важно, что думаю я. Он поступит, как захочет.
Тянет за нить, не даёт мне забыть.
Тянет сквозь тьму,
и я так в этом нуждаюсь —
в этом странном, больном дыму.
Покажи мне горькую звезду.
Я хочу этого.
Подари мне жестокую
любовь — всю, до капли, до дна.
Я хочу всё...
«Жестокая любовь» — очень красивая песня.
Помню, когда я впервые услышал её,
ещё до начала съёмок,
подумал: «Слишком хорошая песня
для Лестата, неужели она впишется?»
И поначалу не понимаешь,
кому именно он её поёт. Габриэлле? А может Луи?
Но под конец становится ясно,
что это песня для Луи.
Это идеальный гимн их истории любви.
Она испытывает ни с чем не сравнимое чувство —
будто она самый важный человек в этом зале,
как вдруг понимает, что это не так.
Пусть бьёт без пощады, сжигает дотла.
Каждый атом во мне — как планета,
что рвётся к солнцу в огне.
Я наслышана об этом персонаже.
Тот ещё...
Идём.
Тэйлор и Трэвис. Поздравляю!
Уже назначили дату?
Моллой совершенно не против
сидеть там в ресторане
и позволять им измываться над собой
в их привычной отвратительной манере.
Кто-то должен спросить.
Откуда загар, Дэн?
Он всем видом показывает:
«Да пожалуйста, смейтесь сколько душе угодно
над моим жутким загаром».
Луи сразу замечает, что-то изменилось,
Дэниел сидит красный как лобстер.
- Ух ты...
- Туман любви.
Загар в стиле «как пожелаешь, дорогая».
Думаю, Луи и Лестат определённо не замечают...
враждебности со стороны Дэниела.
Своего поглотишь?
Они продолжают дразнить его
в своей обычной манере.
И мне кажется, что эта динамика
менее очевидна им, но совершенно ясна ему.
Концовка шестой серии шокирует до глубины души.
Это невозможно предвидеть
ни при каком раскладе,
насколько я конечно могу судить.
Пародия на Дракулу в кустах.
Я подумал: «Ух ты, мы правда это
сделаем? Мы решимся?»
Это же два главных протагониста,
два главных героя,
и мы отрежем им головы в конце шестой серии?
Перед самым финалом? И как быть дальше?
Алекс?
В течение сезона
почти ничто не намекало зрителю
на то, что Лестат в итоге лишится головы.
И когда Моллой решился пойти против Луи,
для меня это стало настоящим шоком.
ВАМПИР ЛЕСТАТ


Серия 7

Ранее в сериале...
Коллекция получила название «Фиаско».
Так вот почему эти киношники наняли именно тебя,
Дэниел Моллой, истребитель вампиров.
Это был твой запрос.
Что произошло в возрасте девяти лет?
Меня отвели посмотреть,
как ведьм сжигают на костре.
Так мамы развлекали детей до Lego и свинки Пеппы.
Своего поглотишь?
Откуда загар, Дэн?
Я кое с кем встречаюсь.
Вампир Арман. Любовь моей жизни.
Больше смертей, чем рождений.
Оно началось, Дэниел.
Великое обращение. Оно реально.
Твоя музыка говорит с ними. Они жаждут единения.
Ты организатор концерта?
Пятьдесят тысяч человек.
Приедут со всего мира.
Разводить будешь другого.
Он сам приходит и всё это затевает.
Я похожа на неё. Точная копия, да?
Мы поедаем твою душу... За длинным столом.
Останься мы снова лишь вдвоём, было бы славно.
Было бы.
Твоя башка висела бы
над толчком в ковене, если бы не я!
Речь ведь об обезглавливании?
Я — тихий убийца.
Одинокий волк.
Леденящий холод, шепчущий: «Беги!»
Я — нависшая тень.
Я — утраченная любовь.
Я — прошлое и грядущее, я — последний стежок,
я твой воркующий голубок.
Мы — рок, мы — мятеж, мы веселья час.
Мы — кровь в твоих жилах,
мы — в грязи лика рельеф.
Слушай наш нелепый напев!
Все падут ниц!
Выжжем дотла.
Все падут ниц!
ПО МОТИВАМ РОМАНОВ ЭНН РАЙС
Выжжем дотла.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятьдесят седьмой альбом. Сторона А.
«Было бы славно», — сказал Луи.
«Было бы», —
ответил я.
Наши пальцы коснулись.
Я смотрю на Алекса,
вижу его нелепую маску Дракулы.
И думаю:
«Зачем он здесь?»
А потом мир поплыл.
И я вижу звёздное небо,
чьи-то ботинки вверх ногами,
свою кровь
и половинчатую Луну,
а потом засыпаю.
Я иду по тропе,
слушаю пение птиц, притаившихся в лесу,
и перекладываю их болтовню на ноты.
Один и тот же сон приходит ко мне
с тех пор, как я дописал альбом
и инсценировал свою смерть.
Только теперь я голоден, и вокруг солнечный свет.
Во сне я вампир,
что подтверждают стеклянные ногти
на моих пальцах,
и я должен гореть,
но я цел.
Птичье пение становится однообразным,
а затем лес затихает.
Птицы замолкают.
Я остаюсь наедине со своим голодом,
ощущением, словно желудок разъедает изнутри.
И тут,
словно лес услышал мои мысли,
мне преграждает путь
целая вереница официантов, несущих подносы
под серебряными колпаками.
Идём с нами, Лестат.
Не отставай.
И я следую за своим голодом в чащу леса.
Я начинаю слышать шум города...
и мелодию, что звучит для слепых
на пешеходных переходах по всему Монреалю.
Она несёт мой голод к столу моей юности,
где я, во всех своих ипостасях,
сижу с аббатом из Верхней Луары...
Он поучает меня, сидя на месте моего отца.
Окружает нас...
своей любовью.
Капюшон?
Он ограничивает обзор и отсекает всё земное,
чтобы мы устремляли взор вперед, к Богу.
А длинное одеяние вечно путается под ногами
и мешает делать нечестивые шаги.
- Лестат?
- Лестат.
- Лестат?
- Лестат.
Присаживайся, Лестат.
Здесь семь официантов, а нас всего четверо.
Присаживайся.
П... при... присаживайся.
Свет покидает твои голубые глаза.
Как утекают последние летние дни.
Блюдо 187 —
душа.
Я веду напряжённый внутренний диалог
с самим собой
вот уже три года
с момента прекращения нашего общения.
И в рамках этого пути
я хочу прочесть слова,
которые я почерпнул из самых глубин своей души.
Ар...
Две тяжкие лжи,
два предательства.
Первое —
это истоптанная яма с раскалёнными углями,
о которые я обжигал свои ноги целых 77 лет.
Арм...
Я предпочёл тебе свой ковен.
Заманил тебя в постановку,
где твоя смерть должна была стать
гротескной кульминацией.
Ковен давил на меня, но...
- Ар... Арм...
- Я получал удовольствие...
Превращая твою гибель в захватывающее зрелище.
Ман.
И всё это усугублялось
нашей головокружительной страстью
в тот самый период предательства, и...
Второе:
я присвоил себе все лавры,
когда Лестат спас тебе жизнь.
Где я нахожусь?
Эта ложь связала тебя со мной,
и она лежала, словно труп,
в «котельной» нашего союза.
Я не раз твердил себе, что ложь не имеет значения,
ведь то, что мы создали,
любовь, ставшая надёжным укрытием от времени,
было куда весомее и значимее этой лжи,
но это было неправдой.
Не могу...
Ложь имела значение.
Пошевелиться.
Она лежала трупом, вынуждая считаться с фактами.
Я не могу пошевелить телом.
А что до тех многочисленных юношей,
которых ты опаивал, обескровливал и возлежал,
я притворялся, что злюсь, хотя на самом деле
приветствовал твои похождения.
Ведь чувство вины, терзавшее тебя после этого,
связывало нас лишь крепче и дарило мне часы,
когда я мог наблюдать за Дэниелом.
Я говорил, что люблю тебя, но любил ли я?
Любил?
Или просто цеплялся за любого,
кто мог помочь мне выжить?
И оглядываясь назад, вспоминая, кого я обманывал
и как, думая о том, как легко мне удавалось...
четыреста лет возглавлять культ
и сжигать в ритуальном огне всех,
кто нарушал наши архаичные законы, я...
Я начинаю думать, что я...
комната без стен,
без пола и потолка.
Бесконечная пустота.
И, кстати, это я...
подкинул Фреда Штайна
в твою коллекцию фотографий,
чтобы сбить тебя с толку.
Это было моё полное чистосердечное признание.
А теперь...
Твоя очередь.
Я — председатель,
создатель,
вампир Магнус.
Птенчики мои, представьтесь для протокола.
Вампир Николя де Лефон.
Вампир Луи де Пон дю Лак.
Вампир Габриэлла Вече.
Вампир Антуанетта Браун.
Вампир Ти-Си.
А где Клодия?
Она сказала,
что уже высказала тебе всё, что хотела.
Если точнее она сказала:
«Пошёл он к чёрту, пошли вы все
к чёрту, горите в аду,
как та тупая сучка
с девятью пальцами — Антуанетта».
Антуанетта,
здравствуй.
Не смей со мной любезничать.
Держите себя в руках, мисс Браун.
Значит...
Я мёртв?
Это и есть смерть?
Уродливый стол моего отца
в твоей паршивой башне?
Умираешь.
Ты ещё в процессе.
Это лишь воспоминания,
размышления и пережёвывания
всех ранних подъёмов
и ночных неудач одного вампира.
Как?
Он спросил твоё имя, и зовут тебя Лестат.
Как я умер?
Я сама впишу. Лестат.
Ты умираешь.
Ты ещё не мёртв.
Пустая трата времени!
Впрочем, как и растраченные вами жизни.
Было бы славно.
Было бы.
Касание рук.
Может со второй попытки выйдет?
Продолжайте вести протокол, мисс Браун.
Значит вы все...
пришли меня судить.
Мы лишь выискиваем изъяны.
Суд вершит Бог, Сатана или Симуляция.
Мы не знаем. Нам никто никогда этого не говорит.
И всё же мы здесь, и на очереди блюдо 205.
Душа!
Это всё сон.
На самом деле меня здесь нет.
Ты здесь.
А ещё в спортивной сумке
по пути на запад по авеню Ван-Хорн.
В спортивной сумке?
А ещё лежишь на полу в подсобке мясной лавки.
Сегодня первое ноября.
День всех святых, утро субботы.
А значит, нас никто не потревожит: это кошерная...
мясная лавка, а у них сегодня шаббат.
Все магазины на этом проспекте закрыты.
И все, кто мог бы
предположительно прийти тебе на помощь, спят.
Или...
обезврежены иначе.
ИДИ К ЧЁРТУ
Я надеялся, что время и взгляд со стороны
пробудят в тебе желание покаяться.
Мне всё равно.
Моя ошибка.
Я не сумел
как следует разъяснить тебе положение.
Вот твоя отсечённая голова.
А вот твоё капризное тело. А это...
дивное пространство между ними,
сквозь которое
вы умудряетесь общаться даже спустя
добрых 2 часа 12 минут после разъединения.
Мне всё равно.
Не будь ты порождением Лестата,
этого бы не случилось. Ты был бы мёртв.
Именно поэтому трансляция идёт в прямом эфире
для весьма важного собрания в Будапеште.
Ты особенный, Луи.
Фарид?
Да, наш бывший врач вернулся к исследованиям,
снова в своей стихии.
Изучает нас, анализирует.
Быть может он и не отходил от дел?
- В Дубае?
- Я тебя вижу, Фарид.
В автобусе Лестата?
Мне всё равно.
Он скажет, что его здесь не было.
А если ты передумаешь
насчёт искупления и выживешь,
то, скорее всего, не вспомнишь ни его,
ни всё это.
Не спеши писать некролог.
Нам нужно как следует отдохнуть
перед большим концертом, верно?
Я тайком пробрался в его группу
и наслаждался, неся разрушения
ради самого разрушения.
Где его?..
Где же что? Где же... где же...
где же его... его голова?
В руках моего спутника.
Ускользнули пораньше, пока жена спит?
Сказала мне утащить свою голову
как можно дальше от её тела.
Что ж, с начальством не спорят.
Какой размер носите?
Сорок четвёртый.
Думаю, ты знаешь, что поступил со мной дурно.
И, полагаю, тебе известно,
в чём именно это выражалось.
Мне всё равно.
Да, похоже, это чувство в тебе засело.
Увы, тело, дарованное тебе создателем,
не побудило тебя признать вину. Что ж...
Ещё один...
дополнительный стимул.
К добродушному мяснику мы нагрянули вчера,
он как раз нарезал грудинку,
собираясь пораньше домой.
Теперь с нас новые ножи и генеральная уборка.
Ты был повелителем ночи, Луи,
но теперь ты лишь мясо,
притом вполне себе кошерное.
А ещё мы привели её.
- Нет, нет, нет, нет, нет.
- Официантка, сестра, дочь.
- Ни то, ни другое, ни третье.
- Нет, нет. Нет, нет, нет.
Она не знала.
Арман!
Если отбросить мнение нынешнего главы ковена,
то поступок, приведший
к уничтожению «Детей тьмы» был...
Импульсивным, безрассудным.
Необходимым.
Благодарю.
А то, как он покинул парижский ковен?
Эгоистично, трусливо.
Чрезмерно великодушно.
Я поступил так, как учил меня создатель:
прикрыл проблему деньгами и сбежал.
Магнус даровал тебе бессмертие.
Магнус даровал тебе несметные богатства.
Магнус говорит о себе
в третьем лице, когда загнан в угол.
Юный Лестат наполнил смыслом
жизнь своих актёров,
а сбежав, унёс этот смысл с собой.
Он потерпел фиаско.
Те спектакли шли полтора века.
Дольше, чем «Злая».
Блюдо 214 —
душа.
И почему он главный?
Потому что я твой создатель!
Мы были знакомы всего неделю.
Что ты обо мне знаешь?
«Проси меня, убийца волков,
и будешь любить вечно».
Я отказался!
Вопрос согласия — это забота XX века.
Показал мне гроб, поманил деньгами...
Велел развеять его прах.
А потом взял и поджёг себя!
Ещё и приплясывал в пламени.
У меня два создателя.
Тебе нужна она.
Ты хочешь усадить мамочку на моё место.
Да.
Очередное фиаско даже в астральном плане.
Мисс Браун,
прошу внести в протокол
смену председателя.
Мисс Браун, следующий пункт повестки дня.
Отпусти её.
Так, возвращаемся к реальности. Хорошо.
Вампир благородных кровей,
как известно, способен вынести многое.
- Как его показатели, Фарид?
- Так себе.
Я спрашиваю о твоих показателях, Луи,
потому что, похоже, до тебя ещё не дошло,
кто сидит перед тобой.
Она не одна из нас!
Пожалуйста... Я не хочу умирать.
И он не желает тебе смерти,
но посмотрим, насколько серьёзно его намерение.
Вы встретились случайно, верно?
Милосердная Вселенная учла
твою потребность в скорби и её нужду в спасении.
Или...
Или же она была задумана в тот самый миг,
когда ты швырнул меня
в стену нашего дубайского пентхауса?
Воплотилась в жизнь, когда я использовал
старую фотографию Клодии,
в том самом голубом платьице
и программу распознавания лиц
на своём планшете, чтобы отыскать...
в Берлине кого-то подобного,
ещё был вариант из Туниса. А потом она.
Бедная девчушка с богатым послужным списком.
- Не надо. Не надо.
- Нет.
За этим стоит долгая история соблазнения...
- И холодного расчёта.
- Он сказал мне, что у него...
- Есть друг...
- Сначала Восточный Лондон...
- Потом Нью-Йорк.
- Который потерял дочь.
- Я не знала, что это ловушка.
- Девятнадцать раз...
Она проходила мимо тебя, прежде чем ты заметил.
Но твои...
угасающие силы говорят, что стоит поспешить.
Ты заходишь в закусочную в Бруклине.
Я говорю ей: «Тише, успокойся.
Он здесь ради тебя.
Лёгкая добыча».
Она подходит и говорит:
«Нашему бургеру надо дать остыть,
чтобы жир впитался, а булка намокла».
Он... он забрался в мою
голову, но его там не было.
Я сказал: «Расположи его к себе».
И она говорит:
«Я питала надежды насчёт Нью-Йорка,
но пока у меня один туалет на шесть соседей.
И вот думаешь:
мне вытаскивать тампон на глазах у подкастера,
который живёт со вторника?»
А ты говоришь...
Ты застала меня в одинокий...
час. И я... я не хочу грузить тебя.
Я шепчу ей: «Он раним.
Не дави».
Но она не промах.
Ещё как хочешь. Видно по тому, как челюсть ходит.
Что стряслось?
Я тебе сестру напоминаю?
И тогда я понял, ты на крючке.
Благодаря её мастерству,
моё участие почти не требовалось.
У меня были другие дела, с Лестатом, с Дэниелом.
Прости, Луи.
В общем, ради этого воссоединения
пришлось приложить колоссальные усилия.
Боже, что я наделала?
Просто...
убей меня.
Нет, нет. Ты загладишь свою вину,
чтобы мы оба могли жить дальше.
Иначе я снесу ей башку
тем же клинком, которым отсёк твою,
и пришью твою голову к её телу.
Лестат, Лестат, Лестат, Лестат, Лестат, Лестат.
Стоило тебе взглянуть на меня —
и ты сразу же всё понял.
Да? Вопросительный знак.
Ты умнее меня?
Может быть.
Ты красивее меня?
Тут не поспоришь.
Талантливее?
Попробуй пожить в моей шкуре.
Пробить все эти двери. Попробуй добиться успеха.
А, точно,
ты играешь в рок-группе.
Ого, вот это достижение.
Он вручил мне «дар»
вместо простого признания в любви.
Я умолял его сказать: «Ники, я никогда не полюблю
тебя так, как ты любишь меня».
Такое дерьмо надо орать за милю...
- Чтобы дошло.
- Не выдумывай.
Он говорил, что любит тебя, тысячу раз.
Десять тысяч.
Но теперь, когда я оправился
от травмы перерождения
и вступил в фазу вольной пантеры,
гуляющей при свете дня...
У тебя дыра в крыше.
Мне плевать на всех, кроме Дэна.
Думал, ты лучше меня, да?
Дал мне съёмочную группу, пропуск за кулисы,
а потом смеялся мне в лицо и дрочил мне в камеру.
Что ж, посмотри на себя теперь:
коротаешь последние часы
в вонючей спортивной сумке
под паршивые рэп-хиты.
Отсосал?
На тебя сейчас так много всего навалилось, милый.
Но помни,
только ты можешь регулировать громкость.
Да, но...
Ты.
Что ты здесь делаешь?
Арман тебя прислал?
О, да,
он там.
Оно там.
Сколько можно?
Тебя создала мать Лестата, верно?
Ещё и аутизмом одарила в придачу?
Играешь?
Я много плохого совершала, но я не чудовище.
- Показатели, Фарид?
- Падают.
Я бы не согласилась, если бы знала,
что он конченный псих,
который покромсает тебя на куски.
Я была в его власти и никак не могла вырваться.
Фарид заверил, что сработает.
Поставь на место, и кровь сделает своё дело.
По рабочей визе, которую он мне сделал.
Не знаю, как это сработает на смертном,
но лишь так достигается прогресс.
Что я могла сделать?
- Пойти в полицию?
- Путём проб и ошибок.
«Помогите, мной управляет вампир»?
Да меня бы тут же упекли в психушку!
Я подслушивал ваш спиритический сеанс.
Думаю, Клодия одобрила бы этот научный риск.
Нам не спастись.
Мы умрём.
Они продадут видео с нами
на потеху толпе. Надежды нет.
Он заглушил нас обоих.
Знаешь, я давно понял,
что Клодия — это та брешь, сквозь которую...
я мог бы вырвать
все его внутренности.
Я понимал его одержимость идеей прощения.
Я пережил это с ним.
Он был моей Клодией.
Но я потратил впустую почти целое столетие.
А это немало. И это требует искупления.
Сказал он голове на вертеле.
Думаешь, я блефую?
- Как там тебя зовут?
- Нельсон.
Нельсон. Нельсон...
Нельсон — один из моих последователей.
Возьми-ка нож.
У меня их теперь сотни. Нельсон...
на покой.
Нельсон думал, что должен был помочь
остановить Великое обращение
и вернуться к «Пяти законам».
Но его задачей было сунуть твою голову
в холодильник и доставить меня сюда.
На покой.
Ты мне нравился,
Луи.
У тебя куча тараканов, но ты мне нравился.
Пожалуйста.
Я не хочу умирать.
Бумагу.
Бумагу.
Тебе не удалось собрать полный зал
в «Райан-центре» в Кингстоне.
Ван Гог при жизни продал всего одну картину.
- Спасибо, мама.
- Любовничек.
«Непреклонный хранитель склепа
в самом пошлом из возможных образов», —
журнал Billboard.
«Если таков разум, сердце и печень
того, кто смотрит в дуло бессмертия,
то убейте меня прямо сейчас»,
— музыкальный критик.
«Смесь зацикленного на себе
подражателя Роберта Планта и хот-дога из 1980-х,
забальзамированного гелем для волос».
«В живых остаётся только барабанщица».
Упс.
«Стереожвачка».
Ты видел меня в Торонто, а ты — в Детройте,
и оба раза это был фурор.
Да, но мы не видели тебя в Potawa Tommie
в Форт-Уэйне, штат Индиана.
Страница три,
такт 95.
Назовите своё имя для протокола.
Марко Пьемонтесси.
Вас убил вампир Лестат
после исполнения оперы «Дон Паскуале».
И он тоже.
Как эксперт в вашей области...
Ха.
Как невольная трапеза вампира Лестата...
И его тоже.
Расскажите нам о выступлении
5 мая 2025 года с песней...
Официант!
«Когда я взываю к тебе».
Уже отстаёшь.
Нужно чувствовать долю заранее.
А теперь мы спешим.
Боже праведный.
Ты проглатываешь согласные.
T?te!
Мог бы поучиться у своей итальянской матушки.
Grazie, милый.
Которая вечно сбегает,
как только представится случай.
Мисс Браун, придёт и ваша очередь.
Продолжайте печатать.
Фальшь. Снова.
Ладно хоть тут обошлись без его жуткой скрипки.
Фальшь!
Ты совершенно не контролируешь своё вибрато.
Габриэлла! Габриэлла!
Снова фальшь.
Вопишь, словно ведьма на костре,
когда загорелся подол её дьявольского платья.
Габриэлла! Габриэлла!
Мама! Мама!
Мама!
Идём же, Лестат. Не отставай.
Господь!
Ревностный и мстительный Бог!
Он карает!
И он гневается!
Он мстит Своим противникам
и хранит гнев для Своих врагов!
Гнев господень терпелив,
но велик силой Своей.
Зачем ты привела меня туда?
Кара его налетает вихрем и бурей.
Облака — это пыль от ног Его!
Зачем ты привела меня туда?
Хотела, чтобы ты увидел, кто они такие.
Он грозит морю...
и иссушает его!
Вы говорите, что мы ведьмы?
Это вы — ведьмы!
Вы все — чёртовы ведьмы!
Это вы — ведьмы!
Вы ведьмы!
Вы ведьмы!
Это вы...
Придуши поганую ведьму!
Это вы...
Смерть нечестивым! Сжечь их!
Кто устоит перед Его негодованием?
Кто выдержит жар Его гнева?
Гнев Его изливается, словно огонь!
Не преуспеет тот, кто скрывает свои прегрешения.
Но тот, кто исповедует
и оставляет их, обретёт милость.
Они покаялись!
Это...
Даже маркиз остался дома.
Я хотела, чтобы ты сбежал из Оверни.
Маргарита Дори.
Забыла молитвы
и поклонялась дьяволу, совершая обряды.
Наслала на отца гниль в горле с помощью чар.
Отец благоволил к дочери.
Мать подмешала бледную поганку в его кассуле.
Жан Боден!
Забыла молитвы!
Школьный учитель видел, как она глотала...
Он заметает следы своих грехов
самым трусливым образом.
И читала чёрную мессу в перерывах!
И сёстры-близнецы,
Марта и Ами Руле,
девяти лет каждая.
- Ами Руле.
- Забыли молитвы!
Она играла в нашем доме, матушка.
Беги из этого места.
Ей привязали мешочек с порохом
на шею, чтобы горела жарче.
Ты сбежал?
Ами?
Нет.
Ты остался и жил дома до 30 лет.
Ами?
Кочан!
Боже,
узри нас всех!
Боже, узри нас всех!
Кочан!
Боже,
узри нас всех!
Боже, узри нас всех!
Нет, нет!
Я люблю тебя.
Мама!
Я люблю тебя.
Мама!
Я люблю тебя.
Мама!
Точно так же ты поступил
с Клодией в Новом Орлеане.
Назвал это жестокой любовью.
А затем он убил волков.
А потом вы стали распускать руки,
госпожа председатель.
И следующие 200 лет
мои руки не доставляли ему неудобств.
Красив,
благороден
и весьма состоятелен.
Создатели Лестата любят своё творение.
Речь не о его вампирской жизни,
почему мы вообще это обсуждаем?
Убрать из протокола.
Едем дальше.
БУ, РЭДЛИ
КОМАНДА 1
В нашу первую встречу вас было 1600.
Это ты.
Теперь — 290 000,
и в среднем у каждого примерно 1,3 трапезы в день.
Это больше смертей, чем рождений в мире.
Переломный момент. Превзошли пик добычи нефти.
Здравствуйте.
Раглан, это Алекс. Он из спектра вампиров.
Алекс, это Раглан. Он смотритель.
Он смотрит.
Всматривается. Постоянно смотрит.
Смотритель он.
Возможно, стоит изменить угол входа
или взять шар с более ранней маркировкой.
Как насчёт этого?
Бросать будешь?
Я наставник компании юных весельчаков.
А ещё пришёл на конкретный концерт
под открытым небом.
Не стал покупать страховку на случай отмены.
Нам нужна сумка.
Ты ж обычно посылаешь Рашида.
Он на другом конце города,
ждёт открытия мясной лавки.
ПРОСТИ. ПОЦЕЛОВАЛ ТЕБЯ ПЕРЕД ЛЕСТАТОМ
НЕ РАДИ ТЕБЯ, НО ТОЧНО НЕ ДЛЯ НЕГО
Нет-нет-нет. Это всё ничто.
Пустое.
Я использовал тебя, чтобы наказать.
Я так и не простил тебя за Пар…
Париж.
Нет. Никогда.
А сейчас?
Нет.
Режь.
Не могу. Не буду.
Тогда о чём ты жалеешь?
Любовью моей жизни...
был он.
Режь.
Хотим, чтоб он сыграл концерт.
Я тоже хочу сыграть.
Алекс хочет сыграть.
Почему?
- Мы год его планировали.
- Что-что?
Подталкиваем, подгоняем,
действуем на периферии —
как всегда.
«Давай ещё»?
Это мы придумали.
Вы хотите Великого обращения.
Потеря двигательных навыков,
контроля над челюстью…
Нехватка крови.
Слышал, ведьма...
могла услышать...
про скамью.
Я,
он.
Тогда.
Нехватка питательных веществ.
Даже сейчас...
ещё думаю о нём.
Прости…
Нет.
Нет, Луи, состояние ухудшается.
Используй телепатию. Я повторю... для истории.
Нас слишком много,
учитывая, сколько лежит в земле.
Прибереги телефон.
Продай Range Rover, пока можешь.
В час отчаяния.
На конференции «Большой семёрки»
была дискуссионная секция.
Её назвали…
«Пусть вампиры пасутся в безопасности».
Спаси главу — спасёшь планету.
Притянуто за уши.
Не представляю, чтобы такие,
как ты, правили, но...
у нас свои резоны.
Он выбесил.
Доказательство существования души.
Души?
Алхимик Магнус выбирает его,
чтобы тот сохранил кровь.
И что он делает?
Дарует эту силу своей больной матери.
Благородно.
Но сыну портного?
Глупо и расточительно.
Я был в ярости.
Мне придётся отвечать за свою ложь.
Мне придётся отвечать за свою ложь.
Ложь себе.
Ложь себе.
Другим.
Ложь другим.
Знаю, каково это — строить дом…
Знаю, каково это — строить дом…
- Собор... на фундаменте из лжи.
- Собор на фундаменте из лжи.
Нет биологического объяснения,
почему голова здесь, а тело — там.
Это душа борется, Дэниел.
ТАЙМЕР
Забавляюсь с испорченным мальчишкой.
Короткое приключение
в роли кота на Дороге дьявола —
с Габриэллой, Софией, матерью,
возлюбленной, мадам Председательницей.
Проживать эту ложь так полно,
что она почти становится правдой.
Проживать эту ложь так полно,
что она почти становится правдой.
Смысл за пределами смертности.
Чудо вернулось.
Алекс, начните концерт с «Большой шишки».
Раглан.
Дэниел?
Натурал.
Натурал.
Хороший негр, художник.
Хороший негр, художник.
То, чем я не был.
То, чем я не был.
И у тебя есть повод быть на тёмной стороне, Арман.
И у тебя…
Есть повод быть
на тёмной стороне, Арман.
Тебя продали те, кто тебя продал.
Тебя продали те, кто тебя продал.
Продали в то, во что тебя продали.
Продали в то, во что тебя…
Я часто такое видел... в Новом Орлеане.
Часто такое видел в Новом Орлеане.
На том берегу.
На том берегу.
Дома, которыми я управлял…
Мы с тобой не…
Мы с тобой…
Не особо об этом говорили…
Не особо об этом говорили.
С тобой…
Вырубай.
Просто я не хотел думать о своих грехах...
Представлять, что тебе 12.
Тебе 12.
Тебе было 12.
Боялся.
Бедняга…
Арун.
Тебе нужна любовь, которая убережёт.
Она должна быть.
Я не смог дать её тебе.
И я жалею.
Что был холоден.
Отвергал.
Довёл до такого.
Я видел хорошее...
в...
тебе…
Какое-то время.
С болтушками случается плохое.
Возьму стандартный шовный набор.
Рассасывающаяся нейлоновая нить
зафиксирует голову
и закроет рану.
Особо не поможет — только удержит голову,
пока всё срастётся за счёт кровоснабжения.
Я не пластический хирург.
Это не моя область.
И когда она сказала ему, что хочет больше тьмы,
он посмотрел на неё взглядом несмышлёного юнца.
Великое отречение.
И он бросился на берег.
И позволил могильщикам выловить его из прилива
и похоронить в песках безвестности.
Вот это игра!
И там он пролежал 80 лет.
Его вырвали из земли,
ведь Мать всех нас избрала его,
позволила испить из неё, сделала полубогом.
И как он распорядился этой честью?
Сел на тачку в Новом Орлеане!
Отдал свой дар сутенёру,
который только и жил его несчастьем,
заманил под видом отцовской заботы,
перерезал горло и сношал его бывшего,
не раз.
Было бы славно.
Было бы.
Душа!
Неудавшееся дитя Магнуса.
Недостойный избранник Акаши.
Душа!
Убивает дочь,
спасает сутенёра,
гниёт в истлевшем одеянии
в разваливающейся лачуге в прогнившем городе.
Трагическое искалеченное существо,
что играет на доске, будто на пианино,
и ждёт, что его обнимут.
Душа!
Книжка.
Группа.
Альбом и цель.
Душа!
Но находит ли его в конце концов поражение? Нет.
Душа!
Сидит на скамейке, словно дурак безмозглый...
в тумане, который принимает за любовь.
Было бы.
Было бы славно.
Безрассудный.
Опрометчивый.
Недальновидный.
Тщеславный.
Баловень.
Глупец.
Дешёвый. Пошлый.
Прогнивший мальчишка.
Фиаско.
Импульсивный. Неблагоразумный.
И з... з... заика.
Трусливый. Эгоистичный.
Жалкий.
Пустое место.
Фиаско.
Дурачок-простачок из глуши.
Ты что, сидел дома до 30 лет? Кочан!
Великое отречение.
Вся твоя чёртова жизнь — фиаско.
Недостойный.
Бездушный.
Манипулятор.
Ничтожный.
Недоумок.
Невежда.
Беспечный опекун.
Приторный мультяшка.
Примадонна.
Павлин.
Вся... твоя...
чёртова... жизнь —
жалкое... фиаско!
ТАЙМЕР
ТАЙМЕР
ОТЛОЖИТЬ
Браво.
Хороший номер. Хотя и немного дрянной.
Поэтому вы на разогреве, а я — хедлайнер.
«Вампир Лестат»,
единственный концерт! Покупайте билеты.
Неизбежные жалобы направлять организаторам.
Bonjour, Сен-Жермен,
французский квартал в Орлеане!
Давайте поаплодируем Софии Габс
и «Птенчикам фиаско»!
Вы все здесь сегодня,
потому что я вас убил,
обратил или незабываемо травмировал.
Поздравляю, что вам довелось
оказаться рядом со мной в истории.
Несомненно, это главный момент в вашей жизни.
Мы любим тебя, Лестат!
Я вас тоже.
- Спой «Чего скисла»!
- В жопу эту песню!
Под неё только машину мыть.
Может, это и есть предназначение жизни Лестата.
Делать машины чище.
Надо было сказать так за столом.
Бывало, придумываешь идеальную фразу
для разговора с Папой Римским —
но через час, как покинул Ватикан.
Я тебя знаю.
Обескровил тебя в Вене.
Рождественская ярмарка, год 1953-й.
Как тебя зовут?
- Энцо.
- Энцо!
Отличный костюм.
Я пролил немало твоей крови.
Тогда у меня было дурное настроение.
Ты заслуживал лучшего.
Сегодня в зале столько знакомых лиц.
Даже не так.
Все знакомые.
Дженис.
Сиси.
Лестат! Лестат!
Носильщик из Нью-Йорка.
Болит голова?
«Чёрная лакрица», я про тебя песню написал.
Убил в Нижнем районе.
Спасибо, что пришёл.
ТАЙМЕР
Мы любим тебя!
Мы приготовили потрясающий концерт...
в месте, пропитанном...
невероятными воспоминаниями.
Ведь именно здесь музыка впервые...
обвила мою аорту…
И тащила меня
сквозь два с лишним столетия вампирской жизни.
Что за жизнь у меня была…
Спой «Чего скисла»!
Пап, это ты?
Что касается жизни…
Недавние откровения самых любимых показали,
что моя жизнь — фиаско.
Да? Правда?
Я пил твою кровь. Исполнял вампирский долг.
Приносил смерть, сеял страх,
подпитывал суеверия и паранойю.
Все моральные упрёки сводятся к мысли,
что человечество…
Фиаско!
- Не согласен.
- Её не спрашивали!
Думаю, в конце…
В конце…
Думаю…
Я был жутко хорош!
(Говорит на японском)
Но…
Если потерпел фиаско…
Потерпел фиаско…
Это означает,
что я хотя бы предпринял попытку.
Что отличает меня от тех, кого я так сильно люблю.
Я не взаправду.
Я просто играл.
Я любил вас.
Честно.
Каким бы уродливым ни казалось это чувство…
Любил.
ТАЙМЕР
Спасибо, что пришли.
Мы любим тебя, Лестат! Любим!
Сегодня сыграем отличный концерт.
И мы исполним для вас новую песню!
На барабанах — Ти-Си,
на басу — Саламандра,
на гитаре — Пластиковый Дракула Алекс.
А я вампир Лестат!
Я должен был прыгнуть в толпу.
Возможно.
Прикосновения рук…
Мне сейчас немного…
ТАЙМЕР
Лестат, надо поправить режим сна.
Что ещё?
Терплю фиаско.
Моя кровь.
Кровь.
Старался распорядиться ею.
Нет.
Нет, я часто... проливал её впустую.
Не относился с уважением.
Энцо.
Может...
кто-нибудь передать…
Передайте Энцо, что мне жаль.
У него была…
Посылка в замечательной упаковке.
Надеюсь, он подарил её…
Тому, кому...
следовало.
Что с речью?
Ему было трудно признаться.
Этим он в отца.
Но он всё равно признавался. По-своему.
Спасибо, что любил его.
Любил так, как ему было необходимо.
Но жаль, что ты не женщина.
Я порой тоже жалею.
Ого.
Как доберёшься — это будет не конец.
Серебряные нити.
Нити, что переплетаются с иными нитями.
Ладно.
Вы уверены?
Есть, мэм.
Ну всё.
Поверите, если я скажу, что дальше я помню,
как я очнулся в гастрольном автобусе,
припаркованном в лесу
в нескольких километрах от сцены,
где 45 000 нетерпеливых вампиров
и 10 000 наивных нездоровых смертных
собрались со всех уголков дикого сада,
чтобы услышать, как я пою «Давай ещё»?
Возвращение в физический мир сбивало с толку.
Её добрые и заботливые слова...
так сильно отличались от тех,
что она говорила за столом.
Как я там оказался,
мне объяснил человек, которого я не узнал,
но теперь называю другом.
Он рассказал,
что бдительные оперативники были в парке
в ночь, когда Арман и Дэниел пробрались
сквозь туман любви
и плоть наших шей.
Они отслеживали наши перемещения
до конечных точек
и следовали протоколам взаимодействия.
О роли Алекса он говорил расплывчато.
Однако не было неопределённости насчёт того,
чья это была идея — доставить меня
прямо с моей бессмертной встречи со смертью
на тот печально известный концерт.
И пока я разбирался
с их нелепыми уговорами выступить…
Вторая мысль уберегла всех
от моей вспыхнувшей ярости.
Он не стал вдаваться в подробности дня.
Я узнаю о них позже...
После концерта.
После всей суматохи.
Надо было бросить всё тогда.
Знаю!
Знаю.
Это ведь твоя идея.
Да? Твоя?
Хочешь выйти и объявить, что концерта не будет?
Хочешь засунуть меня в гроб, дать вздремнуть,
а потом выставить на чёртову сцену?
Хочешь увидеть, что будет,
если выйдешь и скажешь им это?
С ума сошла? Скажи тому, кто вернул тебя в мою
жизнь, что я ни черта не собираюсь исполнять!
Думаешь, найдётся безопасное место
в этом священном саду…
Сама выйди! Пусть тебя разорвут!
- Если выйдешь?
- Я не пойду!
Не собираюсь выходить на сцену!
Не буду петь, мерзкое ты чудовище!
Порой так сложно подобрать слова…
Оглядываю гостиную, где сейчас записываю, и...
всё кажется каким-то...
неправильным.
Представляю, что ты со мной.
Покровитель.
Кто бы ты ни был.
Ненавидишь меня?
Ты куришь?
Пробился ли я
сквозь стены привилегированности,
проникся тем, что испытывал летом,
весной и осенью 2025-го?
Или я провалился на аукционе…
Эти записи вернулись ко мне непроданными?
Я разговариваю сам с собой?
Вы слушаете сборник «Фиаско».
Пятьдесят восьмой альбом. Сторона А.
Что я говорил в самом начале... насчёт…
Королевы…
Насчёт внезапного разрушения?
Что-то насчёт…
Опечаленных мёртвых и…
Как там?
Травмированных живых.
Что я внёс свой вклад.
Беру слова обратно.
Вина была на мне.
Целиком.
Слушайте песни из сериала
на всех стриминговых сервисах.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
«ВАМПИР ЛЕСТАТ»
ПРОХОД ЗА КУЛИСЫ
«ФИАСКО»
СЕДЬМАЯ СЕРИЯ
Идея серии пришла Ролину Джонсу во сне на
фоне лихорадки — он такой: «Они безголовые».
А мы такие: «Ладно-ладно, офигеть».
Моя первая мысль, когда я представил,
что мою голову насадили на мясницкую колоду:
«Да пошёл ты, Ролин Джонс».
Он же мне нелепо пообещал:
«Ты больше не будешь по уши в крови».
Солгал.
Приготовились.
Твоя очередь.
В мире слишком много бутафорских копий
моей головы — это бесит.
Обоим парням жутко смотреть,
как их собственные головы с ними разговаривают.
Сожгите их.
Не знаю, у кого сейчас моя голова и где она, но…
Погуляем с ними в субботу, да?
И, полагаю, тебе известно,
в чём именно это выражалось.
Пошёл ты!
Я так ждал этого.
Для меня и Армана
это стало своего рода катарсисом —
весь сезон мы не видели
взаимодействия Армана и Луи.
Дополнительный стимул.
Я играл и отрубленную голову, и тело.
Мы менялись местами и делали кучу разных дублей.
Было весело, но довольно сложно
держать голову неподвижно.
Приходилось фиксироваться в вырезе
и замирать — не шевелить головой.
А ещё мы привели её.
У Дилейни — просто легендарный,
достойный «Зала славы» крик.
Нет.
Она не знала.
Сцена у мясника такая жуткая.
И... начали.
Но снимать было весело.
И Арман… чуть не выругалась.
Он страшный до мурашек.
Арман!
Первый крик получился самым мощным —
я ведь не знала, что это будет...
аниматронная голова.
Дилейни обязана стать
королевой крика — и ещё вчера.
Компания,
обратите внимание на Дилейни Хейлс. Вы её знаете.
В тот момент Реджина думала:
«Как мне выбраться живой? Луи, ты не сможешь.
Но мне как спастись?»
Бумагу.
Бумагу.
Луи с Арманом…
Здорово, что у них есть этот момент — просто...
помириться.
Представлять, что тебе 12.
Тот момент, когда Арман…
Боялся.
Наконец принимает, что…
Бедняга…
Всё кончено.
Арун.
Тебе нужна любовь, которая убережёт.
Это сильный момент. Надеюсь, он считывается.
Когда мы снимали, он казался очень важным.
Я — председатель,
создатель.
Лестат сидит за длинным столом —
я с самого начала знал, что к этому всё идёт.
Ролин говорил, весь сезон будет строиться
вокруг концепции длинного стола.
А где Клодия?
Она сказала, что уже высказала тебе
всё, что хотела.
Изначально задумывалось, что там будут все,
кто погиб, — к этому мы в итоге и приходим.
Когда он выступает на сцене
на парижской улице — вне времени.
Весь эпизод прописан,
чтобы вернуться в прошлое и поговорить с теми…
Я мёртв?
Кто был огромной частью его жизни.
Это и есть смерть?
Уродливый стол моего отца
в твоей паршивой башне?
Умираешь.
Впервые
ему по-настоящему приходится разбираться…
С отношениями, которые он пытался
подстроить под себя,
изменить или от которых убегал.
Значит, вы все пришли меня судить.
Мы лишь выискиваем изъяны.
Эти люди указывают ему на то,
что он, возможно, сам в себе не замечал.
Он получает знания и развивает
эмоциональный интеллект, лучше узнаёт себя.
«Смесь зацикленного на себе
подражателя Роберта Планта и хот-дога из 1980-х,
забальзамированного гелем для волос».
Мне снова довелось надеть малиновый костюм.
Мне он очень нравится. Такой удобный.
В нём я чувствую себя как Луи
в определённый период — не таким,
каким мы его знаем сейчас.
Ладно хоть тут обошлись без его жуткой скрипки.
Лестат начинает осознавать,
что никто из них его не любит,
и для него это очень травмирующий опыт.
А ещё...
понимает, что вся его жизнь была фиаско.
Мне нравятся монологи,
обращённые к спортивной сумке.
Одновременно безумно и чудесно.
Попробуй пожить в моей шкуре.
Пробить все эти двери. Попробуй добиться успеха.
Моллой в ярости,
у него лежит голова,
и он такой: «Сейчас я наору на неё».
У меня есть возможность позлорадствовать,
а потом всё снова меняется.
Здравствуйте.
Алекс, это Раглан. Он смотритель.
Он смотрит.
И снова Дэниел в отчаянии.
Возможно, стоит изменить угол входа
или взять шар с более ранней маркировкой.
Как насчёт этого?
Если вы читали все книги Энн Райс, то знаете,
что Раглан Джеймс — очень непростой персонаж.
Алекс, начните концерт с «Большой шишки».
Я размышляю, каково это — обладать силой вампира,
и не терпится сразиться со всеми подряд.
Раглан.
Дэниел?
ТАЙМЕР
Душа!
Неудавшееся дитя Магнуса.
Недостойный избранник Акаши.
Душа!
Его снова и снова сбивают с ног. Он поднимается.
Снова сбивают — снова поднимается.
И вот сейчас его опять сбили.
И возможно, теперь он уже не сможет подняться.
Мне кажется, тема фиаско — это
по-своему прекрасно.
Нам всем стоит чаще терпеть фиаско.
Иначе не учишься.
Жалкое фиаско!
Даже когда он слушает все упрёки в свой адрес,
пока они сидят и будто поедают его душу за столом,
он всё равно встаёт и говорит: «Браво».
Браво. Хороший номер.
Поэтому вы на разогреве, а я — хедлайнер.
«Вампир Лестат».
Bonjour, Сен-Жермен.
Думаю, главная, всеобъемлющая тема
всего сериала и пути Лестата в том, что…
Пусть вся его жизнь идёт наперекосяк,
он хотя бы пытался.
Делал попытки.
ТАЙМЕР
Для меня самым большим потрясением в серии
стало возвращение Поля.
И то, что именно Поль говорит Лестату:
«На самом деле Луи тебя любит».
Ему было трудно признаться.
Этим он в отца.
Очень красивая сцена с Полем.
Лестат — такой человек:
как бы он ни был склонен
к самокритике, ему нужно и себя любить.
И это открывает ему глаза.
«Ты не потерпел фиаско, ведь тебя любили».
Я подумал: «Ого, душераздирающе,
безумно… Но прекрасно».
Вторая мысль уберегла всех
от моей вспыхнувшей ярости.
Так мило, что они продолжают
с того места, на котором остановились.
Как бы жёстко ни было,
в этом воссоединении есть нечто простое.
Может, дело в том, что они признали
наличие будущего — и поэтому взялись за старое.
Это прекрасно.
В самом конце сезона
мы видим развязку первой открывающей сцены
из первой серии — и наконец понимаем,
какая у нас временная линия.
Видно, что Луи и Арман ранены.
Лестата там уже нет.
Это уже после Акаши. После разрушения мира.
Я бы сказал,
он в огромной степени ответственен
за разрушение.
Он разбудил Королеву.
Вина была на мне.
Целиком.
ВАМПИР ЛЕСТАТ
Голова кругом идёт.
Суждено ли мне однажды прекратить этот взлёт.
Вздёрнуть в петле. Ведьм всех сжигать.
Но тягучую стерву вам не поймать.