Семь вёрст до рассвета (2026 год). Цитаты и фразы из фильма

«Семь вёрст до рассвета» — российский художественный военный фильм 2026 года, повествующий о героическом подвиге самого пожилого Героя Советского Союза русского крестьянина Матвея Кузьмича Кузьмина

Все фразы и цитаты

Держись, Кузьмич!
Давай, давай, бей их!
Ещё один!
Подранка добивай!
Держись, Кузьмич!
Кузьмича не заденьте.
Живой, Кузьмич?
Живой?
Живой.
Ну, Кузьмич…
Ты, конечно, рисковый мужик.
Я уж думал всё, порвут тебя.
Ровно ты их подвёл…
Аккурат с подветренной.
Что? Хватанул он тебя, Кузьмич?
Эх, такая сила…
Такой ум…
Я своё дело сделал.
Всё.
Кузьмич, а трофей-то?
Шкуру-то возьми, слышь?
Ты ещё их пожалей!
А в тот-то год снега много навалило.
Волку ни за зайцем,
ни за оленем не угнаться.
Вот он к людям и полез.
Да, говорят, эти твари в округе
всех собак передавили.
Да бог с ними, с собаками.
Они вон, людей не боялись.
Стая пришлая была. Война их пригнала.
Лютовали шибко.
Из избы вон, дитя не выпустишь…
А Жульку нашу волки тоже могли погрызть?
Не-ет!
Мы за Жульку сами кого хочешь загрызём.
Расступись.
Расступись, расступись.
Здорово живём… Работяги!
- Здорово, робяты!
- Здрасьте! Здрасьте!
- Оп. Оп. Оп.
- Ну, сынок! Молодец!
Тебе надо в цирке с ней выступать.
Иди, дрессировщик.
А сейчас волки тоже могут вернуться?
Могут, тять?
Не.
Батя на них такого страха навёл,
за сто вёрст не появятся.
Когда проклятые в дом к нам полезли.
Дед твой в сельсовет пошёл.
Так мол и так, знаю, как стаю взять.
Понятное дело, ему все тропы известны,
не то что волчьи.
Ну, взял?
Матвей сам волков на засаду вывел.
Никто не верил.
Бабуля, наш дед что, герой?
- Герой.
- А ты его спроси.
Сто лет в обед, а чешет вон как…
не угонишься.
Деда! Деда!
Ты правда всех волков победил?
Правда?
- Брешут.
- Так тятька сказал, что…
А ему надо меньше языком чесать,
а больше робить, пока жгун спит.
Васька!
Ты б кикимору свою привязал бы к дереву,
саданём косой ненароком.
Ой! Жулька! Жулька!
- Привязывай, привязывай.
- Жулька, ко мне.
Пошли.
Васька!
Васька! Пошли, учиться будем.
Да, сейчас.
Жулька, сиди. Охраняй.
Во!
Молодец, Васька, хорошо робишь.
Руки у тебя наши… Кузьмичёвские.
А зверя не бойся.
Человека бойся.
Самый лютый зверь — это человек.
День-то сегодня будет ведренный.
Тять, это что?
Кресты видишь?
Немцы. Не бойся, учения это.
У нас с ними пакт о ненападении.
На Белостокском и Брестском направлениях
после ожесточённых боев
противнику удалось потеснить
наши части прикрытия
и занять Кольно, Ломжу и Брест.
За 22-е и 23-е июня нами взято в плен
около пяти тысяч германских…
Здорово! Здорово, мужики, здорово!
Здрасьте, дядя Захар.
Наше дело правое. Враг будет разбит.
Ещё раз повторяю, согласно документу
о всеобщей мобилизации…
Победа будет за нами!
Призыву подлежат мужчины с пятого
по восемнадцатый годов рождения.
- Ковалёв? Фёдор Евграфович.
- Ну я Ковалёв.
Фёдор Евграфович.
Расписывайся, Федя. Утром с вещами.
Много не брать. Пожитки кое-какие.
- И сухари в дорогу.
- Да, понятно, понятно.
Кузьмин.
Иван.
Иван Матвеевич.
Вань, ты какого года?
Девятьсот первого.
Доброволец я.
Расписывайся.
- Утром с вещами.
- Тетя Люб, возьмите нас фрицев бить!
Ну возьмите, пожалуйста!
Так! Воробьи!
Ну-ка, кыш отседа.
- Бежим, парни!
- Не мешать людям работать.
- Кто первый на качели?
- Я!
Вань, а отец-то твой
поглядеть, шоль, пришёл?
- Или тоже воевать?
- Воевать, конечно.
Ну а что? Он ещё в турецкую
знатно кулаками махал.
В нём жизни на десяток фрицев хватит.
Ну, похоже, тут
малых запишут, а нас потом…
Ну…
Ну чего ты рассупонилась?
Люди смотрят.
А кто у нас такая красивая?
- Я.
- А ну, полетаем! Эх!
А полетаем с тобой! Давай полетаем!
- Тятя! Тять!
- Ау?
Я с тобой хочу фрицев бить.
Обязательно.
Подрасти сперва.
Без тебя воинов хватает.
Как увидит фриц нашу доблестную армию,
драпанёт аж до Берлина!
Зря стоишь, тять.
Стариков и детей не берут.
Поглядим.
- Тебе сколько лет, парень?
- Восемнадцать.
Я тебе сейчас дам восемнадцать!
Алёшка, ну-ка иди отсюда,
не путайся под ногами.
Девять классов закончил.
Я добровольцем. Мне семнадцать зимой.
Иди домой, матери помогай… Доброволец.
В колхозе вон работы полно.
Уйди.
- Товарищ председатель…
- Иди, сынок.
Придёт твоё время.
Забрались черти на чердак…
С пулемётом так и так.
Кому, братцы, по пути,
на тот свет со мной идти.
А вот так?
А паровоз клубит, дымится,
по дороженьке бежит.
- Когда оно придёт, война кончится.
- Я тебе… Уйди.
Захар, ты чего?
Антоновна! Здорово!
Здорово, земляки! Ветеранам без очереди.
Здорово! Ну ты-то куда?
- Он в первую ещё комиссован.
- Да погоди ты.
- Я стрелять сгожусь.
- В тылу сгодитесь.
Проходите, товарищ, не задерживайте.
- Яш?
- Отвоевались уже.
Захар…
Пусть враги нам не грозят.
Силою не славятся.
Красна армия сильна,
С ними она справится.
А Ворошилов…
Наш любимый, самый лучший командир.
Мы врагам земли родимой
Ни вершка не отдадим.
Говорила, не возьмут.
Убегу. И спрашивать не буду.
А то наши немцев будут бить,
а я с бабами в огороде.
Слова-то выбирай.
Дурак.
А чего? Я серьёзно!
- Не взяли?
- Я всё равно убегу.
- Я бы тоже убежал.
- Ты?
Ты, кулацкое отродье, со своим
дедом-бирюком фрицев только и ждёшь.
Сам ты!
Тихо, тихо, Вась.
- Вась, ты чего?
- Ничего.
Вот и я тоже… Ничего…
Домой пошли.
О, а я ещё знаю.
Ну-ка!
Я надену шлем с звездой, серые обмотки.
Выходи тогда со мной танцевать, красотка!
А милый мой,
А милый мой, возьми меня на фронт с собой.
А ты там будешь воевать, а я…
Патроны подавать.
- Мам!
- Наташ…
А ну, бабы…
Хорош рассупониваться.
За советское правление
Буйную голову сложу.
Я милее этой власти никакой не…
Антоновна! А вот ты что не поёшь?
Не веришь, да?
Не веришь в силу нашей Красной армии?
- Федя… Это я-то не верю?
- Ну-ка?
Мой милёнок коммунист,
А я коммунарочка.
- Оп!
- В Красну армию пойдём.
Отчаянная парочка!
Федя, а как же мы-то теперь?
Что ты, родная, ты родить не успеешь,
как мы вернёмся.
По всему Союзу такая мобилизация.
Верно говорю, Матвей Кузьмич?
Прогоним фрицев, а?
Не завтра. И не через месяц.
Ну, ладно. Что, до осени провозимся?
Ты, может, скажи народу,
что взять-то с собой, а?
- Скажи нам!
- Скажи!
Валенки.
А ну-ка, шёл бы ты отсюда, валенок старый.
Вместо того, чтоб панику наводить.
Давай отсюда!
Иди!
Всю Россию переедем.
Всю Сибирь пешком пройдём.
Тем, кто к нам с войной приедет,
тому голову свернём. Верно говорю?
Да-а-а!
Хэй, хэй, хэй, хэй…
Деда! Дед!
Почему нас бирюками зовут?
- Дураки потому что.
- Из-за тебя, да?
Зачем про валенки сказал?
Они думают, ты фрица ждёшь.
Ну и пущай думают.
А я знаю, почему так.
Потому что ты в колхоз не вступил.
Я вырасту — сразу вступлю.
Я не буду как ты!
А твой-то, что же, и проводить не пришёл?
Нездоровится ему.
Ну-ну.
Воздух!
Вася! Вася!
Сынок! Вася! Сынок! Вася!
Двигайтесь! Не останавливаться.
Какой свинячий холод.
Стоять! Убейте его!
Вперёд! Вперёд, не останавливаться!
Граждане!
Красное наступление захлебнулось.
Прорвалась отдельная бригада, всё…
Всё остальное — дезинформация!
Земляки.
Коммунисты в котле.
Немецкая армия под Москвой.
Не сегодня завтра большевики капитулируют.
А вам вот этими бумажками, едрёна мать,
только головы морочат.
А потом, когда каждого десятого
к стенке поставят, кто будет виноват, а?
Продолжай.
Это самое…
В общем…
в ваших интересах выявить вредителя.
За печать листовок — смерть.
За распространение… смерть.
За недонесение… смерть.
Андрюково да Малиновку сожгли, слыхала?
Партизан искали.
Ой, молодёжь-то из соседних сёл
в Германию гонят…
- Как скот на убой.
- Пойдёмте внутрь.
Неровен час, до наших ребят доберутся.
Тихо.
Что в листовках-то пишут?
Наши наступают.
Засуетились, ироды.
У меня никаких сомнений,
листовки распространяют местные.
А Великие Луки ещё неделю назад
были глубоким тылом.
Как вы могли проморгать русских?
Вы прекрасно знаете,
что 31-я курсантская бригада Третьей
ударной армии красных разбила датчан.
Трусы!
Никогда не доверял датчанам.
Не беспокойтесь, господин унтерштурмфюрер.
Вся бригада красных измотана.
Тыловые части растянуты.
Они загнали себя в ловушку.
И это ещё… народ.
Приказано,
с каждого двора собрать валенки и…
одёжу теплую для нужд…
армии освободителей.
Вы уж подготовьте.
Так где ж их взять-то, Захар?
Кошек, что ли, стричь прикажешь?
Антоновна, прикажут кошек стричь —
будешь кошек стричь.
Или ты коммунистов ждёшь?
Они тебя вон первую вздёрнут.
Тех, кто будет помогать армии
германского государства…
Ждёт щедрое вознаграждение, но…
У немцев-то борьбы против народа нету.
Только против этих, как их…
Жиды там, эти… Марксисты… эти…
- И коммунисты.
- Во, во!
Всё. Вас приказано проинформировать.
Я вас проинформировал.
Расход.
Иди домой.
Всем вольно!
Разойтись!
Кузьмич,
у полицаев и довольствие, и паёк.
Не надумал ещё к нам?
Мне о другом думать надо.
Ну как знаешь.
Как знашь…
К нашим надо идти.
- Алёш, ты…
- Ты балаболь поменьше.
Быстрее. Шевелитесь.
Что Захар хотел?
Матвей, ты б бесед с ним не водил.
В деревне и так про нас меж собой тре…
Мам, нас что, в Германию угонят?
Тихо! Языком меньше мели.
И со двора ни ногой, понял меня?
Лидочка, жди меня здесь.
Дровишек подкину.
А то это, печка-то… Ой!
Простите, пожалуйста, ваше благородие.
Тут печка…
Как ты посмел! Грязная свинья!
Ты где должен быть?
Тебе что сказали делать?
Господин унтерштурмфюрер,
зачем вы пачкаете об него руки?
Разрешите мне?
Сделайте одолжение.
Захар…
Разве ваша работа топить печь?
- Вам что приказано?
- Так я… Чтоб тепло только вам было…
Что вам велел господин унтерштурмфюрер?
- Бургомистр…
- Тятя, тятя…
Ты недостаточно с ним добр.
Не боишься его обидеть?
В подконтрольной вам деревне
действуют подпольщики.
Не найдёте распространителей, приказы
бургомистра будет исполнять кто-то другой.
А вас…
Лидочка, закрой ушки.
Вздёрнут.
И вслед всю деревню.
И Лидочку.
Лидочка, убирай ручки.
Пошёл вон отсюда.
Слушаюсь. Будет сделано.
Будет сделано.
Мам, смотри!
Так, Жульку на привязи держи,
а то мы беды не оберёмся.
Молока бы где достать для правнука.
На Зинку смотреть тошно.
Вот, сцедит три капли, даже ложечки нет.
Мается в горячке младенец.
Где его ноне взять.
Сами побираемся.
А ты Хромову вон поклонись.
Не немец.
Какая-никакая душонка в ём есть.
- Да я уж думала.
- Марфа!
Вам не кажется, что вы слишком мягки
с этими крестьянами, Максимилиан?
Свиньи понимают только кнут.
Когда Наполеон пришёл в Россию,
французские солдаты начали
грабить крестьянские дома,
и те взялись за вилы.
Мы не лягушатники, обер-лейтенант!
И сумеем навести дисциплину
в варварской стране.
Вы правы,
господин унтерштурмфюрер.
- Уйдите с дороги, живее.
- Ми-тя!
Ми-тя! Сынок!
Митя! Митя!
Хозяева… Открывай!
Открывай, говорю!
А ты чего смотришь?
Иди вон, Суворовых тряхани!
Кого там трясти,
они ведь ушли, да дом пустой.
Гаврила, я без тебя знаю, что он пустой.
Они когда уехали? Летом?
Зимнюю одёжу взяли с собой, как думашь?
Чё, Захар?
- Валенки приготовили?
- Да нету у нас ничё.
Заходим.
За всё ответят, Зина, за всё!
- Никого не пощадим!
- А ну, тихо!
Смертей тебе мало?
Нам выжить нужно.
И дождаться.
Дождаться.
Тише!
Митеньку разбудите.
Две пары и фуфайка.
Я же говорил.
Любовь Антоновна…
Хромой с псами своими к вам во двор идут.
Уйди-ка!
Собаки бешеные!
Пойдём, милая, пойдём.
А ну, берись.
Ой. Ну-ка, в голбец.
Зачем?
Мало ли что у них на уме?
В угон захотела?
Залезайте оба!
Ой!
- И чтоб тихо мне.
- Ага.
Антоновна!
Доброго дня.
Не взыщи.
Приказано по дворам пройти.
Подпольщиков ищем.
Ищите, кто мешает-то?
Зина, здравствуй.
- Чего это она?
- Часа не прошло.
Преставился…
Митенька наш.
Окаменела Зина от горя.
Ты поплачь, Зин…
Со слезами-то и горе выходит.
Царствие небесное.
Антоновна?
А где Алёнка?
Захар, я…
Идём, братцы.
Горе у людей, а мы наследили, выходит.
А чердак? Голбец?
Гаврила, ты человек иль нет?
Горе у людей, говорю!
Чай, человек.
Идём, мужики, пошли.
Захар.
Захар!
А ты передай,
если поймают,
не взыщи.
Пощады не будет.
Валенки-то я заберу.
Приказано.
Захар…
А может, это ты, старая?
Вернётся, высеку.
Высеки, высеки.
Батюшки мои.
Фуфайки нормальные.
Валенки-то давали:
одни сверху дырявые, другие снизу.
Что мне делать-то с ними? Идёт.
Что встали? Пошли.
Пошла!
Вылазьте!
Что он раскомандовался?
А вот чего! Вот чего! Вот чего!
Ты сдурела?
Смерти нашей хочешь?
Вы смерти нашей хотите?
Ну-ка все свои бумажки в печку до одной!
Все до одной!
Группа армий «Юг»
под руководством
генерал-фельдмаршала фон Бока
контрударом смогла вернуть
под свой контроль Феодосию
и заставить советские войска
отойти за Ак-Монайский перешеек,
освободив Керченский полуостров.
Таким образом, Красная армия
в Крыму полностью разбита!
Там воюет мой кузен, везунчик.
Пишет, что Крым — настоящий рай!
После победы возьму себе участок.
Буду выращивать виноград.
Максимилиан?
Вы планируете приобрести землю в России?
Планирую вернуть свою.
Простите?
У нас была усадьба под Москвой.
Её сожгли.
Проклятые большевики?
Не совсем так.
Коммунисты устроили в нашем доме
детский оздоровительный лагерь.
А сожгли его парни Георга Ганса Рейнгарда.
Я уверен,
вы устроите семейное гнездо
лучше прежнего…
конечно же, после того,
как мы разгромим русских,
Очень на это надеюсь.
Ты чего, старый?
Не побрезгуй.
Домовина, ангелу вашему.
А ответь-ка ты мне, отчего вот так?
Кому давно на тот свет пора,
а господь их не прибирает…
А некоторые ещё ходить не научились,
а уже на небесах.
Да потому что бога вашего нет.
Я с рассветом
землю на погосте приготовлю.
Промёрзла она, земля-то.
А вы, молодёжь…
уходите из деревни от греха.
Ходит, принюхивается, прислушивается,
а потом стучит, недобитыш.
А ты слыхал, как он стучит?
Прав бирюк.
- Уходить вам надо.
- Бабуль…
Одежду теплее берите.
Слышь, ты? Жених!
Теперь ты за неё в ответе.
Уйдём, Любовь Антоновна.
Стемнеет, уйдём.
Снедь я соберу.
Через фронт опасно. К партизанам надо.
Сперва в Луки.
Да не проберёшься ты в город.
Посты везде.
Значит, одна пойду.
Жди здесь. Не глуши.
Заходите. Хайль Гитлер.
Господин обер-лейтенант,
приказано доложить…
Русские жгут на высотах костры.
Благодарю за прекрасную новость.
Клаус, мы едем в штаб.
Слушаюсь.
К чему такая спешка?
Как я и предполагал,
враг выдохся и укрепляется.
Если промедлим,
выкурить их оттуда будет очень сложно.
Уверен, барон, удача нам улыбнётся.
Вы остаётесь в Куракино?
Здесь небезопасно.
Хочу закончить с листовками,
и после этого сразу в город.
Удачи.
Прошу вас.
Поехали.
Дедушка?
Так ладно?
Молодец, Васятка. Хорошо робишь.
У тебя руки наши, кузьмичёвские.
- Дед?
- А?
Как ты от волков убегал?
Они же съесть тебя могли.
А ты один во всём лесу.
- Уснула?
- Ты не боялся?
Боялся.
А наши? Папа мой.
Он тоже фрицев боится?
Знаешь, какой главный закон,
когда зверя встречаешь?
Какой?
Бежать нельзя.
Боишься?
А всё одно, стоишь и стой.
Зверь страх шибко чувствует.
Дед… А если…
Вечерять садитесь, работники.
Дед?
А мама говорила, ты неграмотный был.
Бабушка тебя учила.
- Ба! Это ты его?
- А?
Я не неволила.
Ты давай, Васятка, тоже учись.
Бери с деда пример.
Вот-вот.
Это кого это там нелёгкая несёт?
- Жулька!
- Жулька!
Мама…
Я сейчас.
Жулька, нельзя!
Слышь, малец! Ты бы псину на цепи держал,
а то прихлопнут, неровен час.
Дядя Захар, так она не кусается.
Ты по-немецки это шпрехать будешь?
- Идём, Жулька, идём!
- Ща, зады глянуть…
Пойдём, пойдём.
- Иди сюда.
- Вечеряете?
Кузьмич?
Чем бог послал.
Валенки я приготовил. Вон.
Три пары, больше нету.
Забирай.
И на том спасибо.
Алёнка, погоди, остановят — не пройдём же?
Стой. Прячься.
- Вчера я у этой старухи курицу брал.
- И что ты с ней сделал?
- Бежим!
- Давай за сани.
Как что? Съел!
Вот дом того сумасшедшего старика.
А сколько ему вообще лет?
Никто не знает, он же всё время молчит.
Да он, скорее всего, и сам не знает.
Умница моя, умница!
Пройдём.
Я пройду.
Упрямая.
Ты чего?
Ничего.
Шустрый.
Тихо!
Алёшка, прячься.
Чего там, Гаврила?
- Гаврила, кого увидел?
- Тихо вы!
Чёрт тебя ворожит, а, Кузьмич?
Я вот на тридцать годков тебя моложе,
а тут болит,
там отваливается.
За стол не зову.
Угощать нечем.
Да не до еды.
Кусок в горло не лезет.
Дело к тебе, Кузьмич.
Иди.
Здесь документы и адрес.
В Луки поедешь.
Валенки повезёшь.
У меня доверия ни к кому.
А самому никак.
Привязались с листовками.
Ох!
Только если я этих грамотеев
до утра не найду,
меня самого, понимаешь?
А найдёшь?
Кузьмич…
Думаешь, я по своей воле
пошёл в старосты, что ли?
А если бы не меня поставили,
а кого-то другого?
Сожгли бы уже, как в Мироново.
Собирайся, Матвей.
Я в обиде-то не оставлю.
Лошадь дашь?
Семью отвезти?
Сделаешь дело, договоримся.
А ну, пошла!
А ну, пошла!
Ну, вперед!
А ну, пошла!
Стой!
Стоять!
Тпру! Тпру!
Документы?
Документы?
Ты меня слышишь?
Документы!
Бумаги! Быстрее!
В чём дело? Открывайте!
Быстрее.
Проезжай. Быстрее.
Поднять шлагбаум.
Двигайся.
Поторопись!
Быстрее! Быстрее!
Сюда! Сюда!
Езжай уже!
Ну, пошла.
- Захар.
- Чё?
Я чую, наследили партизаны,
ваше благородие.
Не нашенские гадили.
Каждый угол мы обшарили. Вот.
Все только глазами хлопают… и всё.
Может, ты партизан?
Ты клеил листовки?
Кого ты покрываешь?
Я никого не покрываю.
- Мне эта советская…
- Говорит, что не прикрывает власть.
Да я… Я своими руками…
Я найду, я задушу своими…
- Вы только дайте время?
- Он говорит, что ему надо время.
Время у тебя было.
Время у тебя было.
Но ты им не воспользовался.
Ты кого-то пощадил?
Пожалел?
Пожалел? Хорошо.
Отвечать будет вся деревня.
Согнать всех на площадь!
Погодите! Погодите!
Погодите.
Я скажу.
Не надо. Я скажу.
Кто?
Это… Что ж грех на душу брать.
Это…
Это…
Это Любовь Антоновны внучка. Я знаю…
Я видел. Они шушукались.
Ах ты, сволочь! Сдохни!
Сдохни! Гад!
Сдохни!
Сдохни!
За скрытие информации — смертная казнь.
Имя?
Имя?
Я… Гаврила…
- Я… Гаврила я. Я свой. Я ваш.
- Говорит, будет служить.
Теперь ты староста.
Служу великой Германии.
Тпру! Тпру!
Здрасьте, добрые люди.
Мил человек, а ну-ка, подсоби.
А то я сослепу не вижу.
Куда мне дальше-то?
А вон, шуруй следом.
Ага.
Ну, пошла.
Как думаешь, заметил нас бирюк?
Заметил бы — cдал не раздумывая.
Чёрт старый.
Алёша, ты только в оба гляди, не зевай.
Алёнка, давай я всё-таки схожу?
- Скажу, что ты…
- Не знает тебя связной.
Что это, валенок?
Откуда он тут взялся?
Да всё равно одного не хватает.
Тогда…
С богом?
Дурак, бога нет.
Да не бойся, не пропаду я.
Стой. Стой.
Я боюсь?
Я не боюсь.
Пусти.
Здесь жди. Я скоро.
Здорово, Матвеиха!
Здравствуй, Люба.
Вот зашла мужа твоего поблагодарить.
Да разве благодарят за такое?
А как же?
Хозяин-то дома?
Хромой в город отправил.
А Матвей сказывал,
место на погосте приготовит.
- Что на холоде стоять? Зайдёшь?
- Нет…
Раз сказал, не сомневайся.
Ой…
А я помню, как ты в Куракино появилась.
В платьице, в туфельках,
по деревне пробежит…
Мужиков наших с ума сводила.
Мы ведь тогда, кроме лаптей-то,
не видали ж ничего.
А… Ой…
Давай, милая, я тебя домой провожу.
Сейчас… Сейчас… Ага…
А в деревне-то шибко
не любили тебя, Фрось.
Что увидела Матвея и мимо не прошла?
Вдовец с двумя детьми
и инженерская дочка.
Скажи ещё, приворожила.
Спасибо тебе, что деток Матвеевых
как своих пестовала.
Антонина-то, его первая жена,
роднёй мне была.
Ну, выходит, и мы не чужие.
Да.
Зинка-то моя умом тронулась с горя.
Поплачь, Люба.
Надо поплакать.
Ой, веришь, ноги как чугунки,
не идут совсем.
Старая…
В голове звенит.
Ну ничего, мы пойдём потихонечку.
- Сейчас…
- Ничего, ничего…
Всё пройдёт, всё наладится.
Придёт час.
Споём?
Забрались черти на чердак.
С пулемётом так и так.
Кому, братцы, по пути,
на тот свет со мной идти.
Паровоз пары пускает, по дороженьке бежит.
Собирайтеся, ребята…
Тсс…
В Красну армию служить…
Кто услышит, дуры, скажут, старые две…
Отче наш, иже еси на небесях…
В Куракино больше ни ногой.
Разбросаете по городу —
и уходите в лес, на заимки.
- Ясно?
- Ясно.
С богом.
Грешна, отец Николай! Грешна.
Из нашей деревни.
Нехороший он.
Епитимья тебе.
Читай «Богородицу» сто раз на дню.
Быстрее! Быстрее!
Оцепить церковь.
Обходите справа!
Бирюк проклятый.
Обыскать здесь всё.
Нашёл. Герр лейтенант.
Пошлите за господином Беккером.
- Он будет доволен.
- Слушаюсь.
Прости их, Господи.
Ибо не ведают, что творят.
Ты же из Куракино?
Девочка.
Будь ты проклят.
Два дубочка,
два дубочка в памяти осталися.
Под одним встречали ночку,
под другим рассталися.
Сшила платье из капусты, огурцом отделала.
Рассердилась, платье съела.
Ох, что же я наделала.
Я такой не слыхала.
Сидит Ванька у ворот, широко разинул рот.
А народ не разберёт:
где ворота, а где рот.
Ой! Чего это?
Гаврила!
- Ты чего такой серьёзный?
- А Хромого-то куда потерял?
- Вы же с ним два сапога пара.
- Какие два сапога? Валенки!
Как два валенка на одну ногу!
Нет больше Захара.
Отхромался.
И ты, Антоновна, допелась.
Забирай её.
- Чего ты?
- Пошли. Пошли, говорю!
Да вы что? Да вы белены…
Да вы белены, что ли, объелись?
- Гаврила, побойся бога!
- Идём уже.
Ты зачем безобразничаешь?
Ты про комендантский час слыхала?
Или ты с партизанской семьёй
хочешь на верёвке болтаться?
Домой шуруй!
Храни тебя господь.
Спаси и сохрани.
Ну, пошла! Ну, пошла!
Давай! Давай!
Стоять.
Вернулся, Кузьмич?
Кузьмич, не ходи туда.
Антоновну забрали.
Эй, Кузьмич!
Стой. Кого потерял?
Нет более Захара.
Теперь я за него.
Ты увёз, что тебе велели?
- Угу.
- Ну и ступай отсюда, пень старый.
Дай усопшего забрать.
Ты оглох, что ли, на старости лет?
Я говорю, домой ступай!
С ангелами не воюют.
- Куда?
- Ладно, ладно, пусть идёт.
Мороки меньше.
Открывай.
Сомневаюсь, что от моей беседы
с задержанными будет польза.
Мои костоломы с ними уже пообщались.
Но… проклятая русская натура.
Какое-то животное упрямство.
Мне это не по душе.
Вот и помогите девчонке.
Найдите нужные слова.
Я вас как друга прошу.
Впустите обер-лейтенанта.
Так точно.
Мне нужен адрес подполья.
Принесите воды.
Пейте.
Вода.
Что это?
Соль.
Я просил воды!
Слушаюсь.
Ребёнок совсем.
Это вода.
Пейте.
Вы русский?
Родился в России.
Меня повесят или расстреляют?
Я не палач.
Я пришёл помочь.
Я могу договориться,
вас отправят в Германию к моим родителям.
Вас там не обидят.
А когда война закончится,
вы вернётесь домой.
Простите, я не представился.
Меня зовут Максим.
Максимилиан фон Винберг. Барон.
Мой отец служил в царской армии.
В гражданскую мы эмигрировали.
Нам про баронов только
в школе рассказывали.
Алёна…
Это будет непросто.
Я могу поручится за вас.
Но и вы помогите мне.
Расскажите, что вы знаете о подпольщиках?
Ваши товарищи, уверю,
знают, что вас взяли.
Поменяли адреса.
Вы никого не погубите.
Зато свою жизнь спасёте.
Где печатают листовки?
Мне вас жаль, барон.
Вернуться на Родину с людоедами.
Вас повесят.
Всю вашу семью повесят, вы слышите?
Глупая эгоистка.
Вам жить надо.
Вы же жизни не видели.
Жанна д'Арк.
Время передумать до утра у вас есть.
Тять, тебе бы поспать.
Ну давай, я вместо тебя посижу?
Каждый может ошибаться, сын мой.
Но пред Господом… Мы все его дети.
Хотите покаяться?
Что, отец Николай?
Это ладно, эта девчонка глупая,
которой большевистская власть
мозги промыла, но вы?
Я же вас, таких, как вы, спасать пришёл
от этого гнёта, от большевиков.
Мои сыновья в Красной армии
Родину защищают.
А ты, сын русского офицера, что защищаешь?
Эта страна тебя взрастила.
Большевики храмы рушили.
Священников… убивали.
Отец мой…
как великомученик в лагере помер.
Но это не повод,
это не повод,
чтобы народ-то свой предавать.
Предки твои служили России,
как матери своей служили,
а ты на Родину вернулся,
чтобы кровью её залить.
Кровью… братьев своих.
Страшен, страшен… грех иудин-то.
Страшен.
Христос-то его простил.
Да только он сам себя не простил.
Слышишь? Не простил.
Страшен грех иудин-то.
Не простил, слышишь, не простил.
Максимилиан, мой друг!
Вам удалось разговорить задержанных?
Они вам что-нибудь сказали?
Девчонка заговорит. Только нужно время.
- Страшен грех иудин-то.
- И ещё…
Вы… поможете мне…
отправить её…
к моей семье, в Дюссельдорф.
Моим родителям нужна служанка.
Максимилиан, вы смешной.
Задержанную? Подпольщицу?
Оставить в живых?
Максимилиан, вы шутник!
Сегодня в Куракино!
Будут казнены предатели!
Подпольщики!
Священнослужитель Николай Сосновский
и его помощницы… жители нашей деревни.
Алёна и Любовь Бусулаевы
и Зинаида Ковалёва.
- Пошла!
- Ну.
Алёнушка…
Алёнушка…
Девочка моя…
Что они с тобой сделали?
Да за что ж вы её мучаете-то… Ироды!
Милая моя…
- Алёнушка…
- Ну что ты пакостишь, корова старая.
Руки сюда дала!
Я тебе сейчас дам. Я тебе сейчас так дам!
Девочка…
Люди вы или зверьё бешеное?!
Мама!
Мама!
Мама моя!
Продолжай.
Ехай! Что стоишь?
Товарищи!
Простите меня, товарищи!
Не бойтесь гадов!
Пусть они нас боятся.
Господи! Спаси души их грешные!
Ибо не ведают, что творят.
Родненькие, врут нам басурмане.
Стоит Ленинград.
И Крым, и Москва стоят.
Вразуми их…
Вразуми их, Господи.
Дай им силы покаяться.
И Луки наши Великие освобождены будут.
- Придёт час…
- Отче наш, иже еси на небесех!
Да святится имя Твое,
да приидет Царствие Твое,
да будет воля Твоя…
- Бабуля.
- …яко на небеси…
- Бабулечка, сестрица, простите меня.
- Так и на земли.
Товарищи, Алёшку увидите, передайте,
люб он мне был.
Ехай, я сказал!
В стороны! Освободить место!
С дороги! Разогнать всех!
- Тять!
- Деда, пойдем!
Мама, возьми его!
Идём, дед!
- Идём!
- Тятя!
- Деда!
- Тять, пойдем!
- Тятя!
- Матвей!
Да что ты стоишь?
- Тятя!
- Деда!
- Тятя!
- Матвей!
Мама!
Счастливо оставаться, господин барон.
Господин обер-лейтенант,
я майор Эрик Шольц.
Командир разведроты горных егерей.
Господин обер-лейтенант?
Вы слышите меня?
Да… Я…
Надеюсь, квартиры
для моих людей подготовлены?
Конечно.
Проходите.
Господин обер-лейтенант,
вы поступаете в моё распоряжение.
У меня приказ —
занять Малкинские высоты.
Как думаете,
мы сможем подойти незамеченными?
Кругом открытая местность.
А если обойти с правого фланга?
Я надеюсь, болота замёрзли?
Увы. Тёплые родники.
Мы проверяли.
У вас есть надёжный проводник на примете?
Взгляните на того старика.
Это человек, который нам нужен.
Деда!
Дед! Деда!
Изба горит! Подожгли! Деда!
Пойдём! Наша изба горит!
Пойдём!
Пойдём, деда!
Пойдём, пожалуйста!
А он не слишком молод…
для нашей прогулки?
Клаус! Прикажите старосте
явится немедленно.
- Есть.
- И старика пусть ведёт.
Так точно.
Проводник нам понадобится
только в одну сторону?
Вы сообразительны.
Не подходи, кулацкое отродье! Не подходи!
- Алёшка, зараза, убери вилы!
- Это ты Алёнку фрицам сдал!
- Ты чего околесицу несёшь?
- Отойди! Зашибу!
- Отходите!
- Алёшка, брось вилы! Не доводи до греха!
Я видел! Это он из церкви выходил!
Это он в церкви был! Я видел!
- Лёха, брось вилы!
- Будь ты проклят!
Я…
Я… да я… Да я… всю деревню спас, считай…
А вы стоите тут…
Господи, что происходит?!
Бегом, тушить! Бегом!
Гореть тебе в аду, Иуда,
со всем своим потомством!
Тьфу на тебя!
Пошли, офицеры тебя доставить велели.
- Пошли, Кузьмич, не спасёшь тут ничего.
- Матвей!
Папа!
Матвей!
Матвей!
- Ваше благородие, вот велели доставить.
- Во дворе подожди.
Яволь.
Матвей Кузьмич?
Присаживайтесь, отец.
- Ты налей старику горячего чаю.
- Слушаюсь.
Присаживайтесь.
Вы ведь советскую власть не приняли?
В колхоз не вступили?
Плотничал всю жизнь.
Я уверен, у вас золотые руки.
На таких, как вы, тружениках,
империя держалась.
Угощайтесь.
Нам проводник нужен.
Сможете скрытно провести к Першино?
Семь вёрст напрямик, два часа ходу.
Местность открытая, в обход нужно.
К полуночи буран поднимется,
ваше благородие.
Так нам это на руку.
Ну, если…
Со стороны болота,
но там путь сложный.
Что он говорит?
Цену набивает.
Хитрый старик.
Обещай всё.
Господин майор говорит,
что вы получите вознаграждение.
Мука, керосин…
Рейхсмарки.
Попробовать можно.
Но если я вас проведу,
семье в деревне житья не будет.
Послушайте, обер-лейтенант,
у нас нет времени на ещё один самовар.
Пока семья в Куракино, не пойду.
А кроме меня, вам никто дорогу не покажет.
Он согласен.
Как же мы без тебя-то, Матвей?
Делай, что говорю.
Мешок с мукой сестре отдашь — не прогонит.
Тять, береги себя.
Дитё крепче закутай.
Что ж вы, паразиты, делаете-то?
Уходи подобру, Павловна!
Солдат расселяем, приказано.
А мне тожно куда?
В бане поживёшь!
Али вон шуруй прямиком к родне на погост.
Где этот неслух?
Господи, да где-то рядышком крутился.
- Вася!
- Васька!
Да вон он, фашист…
- Васька!
- Не поеду! Не хочу!
Ты, деда, продался!
Сюда, сказал, иди!
Пусти!
Не поеду! Не хочу!
Проклятый бирюк!
Язык прикуси! Понятно?
Делянку помнишь под покос?
Там, где Малкинские высоты.
- Чего?
- Рот закрой свой!
Я тебя в голбце сгною.
Ты у меня побираться пойдёшь, понял?
К нашим проберись.
Скажи, чтобы на Малкинских высотах
с рассветом ждали.
Снегоступы в санях.
Уразумел?
Уразумел, я спрашиваю?
Уразумел.
Всё. Теперь ты за главного.
На тебя вся надёжа.
Садитесь.
- Всё, родная.
- Матвей, ты себя береги.
- С богом!
- Ну, пошла.
Господи…
Вась, ты куда?
Останови! Мам, держи.
- Жулька, ко мне!
- Вась, ты куда?!
Вася! Стой!
Стой, Вася!
Вася, вернись щас же!
Что он делает-то? Васенька!
- Здравствуй, мама!
- Вася!
Сегодня ровно два месяца,
как твой сын находится
на Восточном фронте.
Не пропаду! Мне деда велел!
Эти два месяца…
Они перевернули мою жизнь.
Я был уверен, что исполняю миссию.
Освобождаю Россию от красной чумы.
В последние дни моя душа в смятении.
Недавно священник,
у которого большевики расстреляли отца,
назвал меня Иудой.
Здесь против нас сражаются даже дети.
Конечно, не все из местных герои.
Есть те, кто за мешок муки предаст.
Сегодня в тыл к советским
нас поведёт один из них.
Стройся!
Когда старик доведёт нас до места,
я с наслаждением пущу ему пулю в лоб.
Поставлю точку в его никчёмной жизни.
Я не боюсь смерти, я солдат.
Только мучает мысль,
что я ничуть не лучше этого старика.
Здесь настоящая русская зима
и дышится свежо, как в детстве.
Хочется верить, что мы встретимся.
Прощай, мама.
Твой сын, Максимилиан.
Жулька, ко мне!
Жулька, дойдём, мы деду обещали.
Не сплю я, не сплю.
Не ругайся.
Покос где, помнишь? На Малкинских?
Туда нам надо.
Держаться вместе!
Помогите!
Помогите им!
Давайте!
Проклятье!
Дай руку! Давай!
Оставьте их!
Помогите!
Их уже не спасти.
Вперёд.
Вперёд!
Мамочки!
Эй, паря, ты живой?
Паря… Ты живой?
Вы наши?
Мы-то наши. А ты чей?
Фрицы идут.
Дед послал меня упредить.
Совсем околел мальчишка.
Возвращаемся.
Через два часа рассвет.
Спроси старика, далеко ещё?
Матвей Кузьмич, сколько осталось?
Если бы по прямой — там бы уже были.
Скоро.
Давайте-давайте!
Не останавливаемся. Шевелись!
Сусанин чёртов.
Найди командира, скажи,
донесение особой важности.
Есть.
Сестра!
Где вы это чудо откопали?
Раздевайте, живо.
Почему вернулись с задания?
Пацанёнка в лесу нашли.
Сказал, для командира важное донесение.
- Что с ним?
- Спит он, товарищ полковник.
Спит не спит, сейчас разбудим.
Вставай, пацан.
Вы главный командир?
Полковник Горбунов. А тебя как величать?
Вася.
Полковник Горбунов,
немцы идут из Куракино.
Мой дед, он у них в проводниках,
послал меня,
чтоб встретили на Малкинских высотах.
Дай карту.
Не верите, товарищ командир?
- Мой дед там один! С ними!
- Тише-тише. Верим-верим.
Товарищ полковник.
Так… Малкинские здесь.
Если фриц от Куракино пошёл,
получается, в обход.
Время пошло на минуты.
Вася, если всё, что ты сказал, —
правда, будешь героем.
- Вершута, собирай бойцов.
- Есть.
- Давай.
- Пойдем, мужики.
Грейся.
Я с вами!
- Не, не. Куда, куда?!
- Отставить.
Ты свою боевую задачу выполнил.
Теперь наш черёд.
- Пригляди.
- Но я же…
Садись, вот.
Приказы командира не обсуждаются.
Хочешь, я тебе чаю сделаю горячего, а?
С сахаром, м?
Ага.
Держи.
Щас мы кипяточку с тобой заварим.
Выдвигаемся!
- Жулька!
- Мальчик, стой!
- Стой!
- Жулька, ко мне!
- Куда ты?
- Пацана ловите!
- Пацан, стой!
- Жулька!
Стой.
Стой.
Посвети мне.
Господин майор,
я не понимаю, куда он нас ведет.
Не доверяют тебе, старик.
Немудрено.
Расположение русских
должно быть где-то рядом.
Ты про Сусанина слыхал?
Что ещё за Сусанин?
Да…
Герой такой был на Руси.
Куда ты ведешь нас?.. не видно ни зги! —
Сусанину с сердцем вскричали враги.
В гимназии заставляли учить.
А сейчас вспомнил.
Недалеко от этого места
я волчью стаю положил.
Что он говорит?
Что он говорит?
Скажи, старик, а ты с самого начала
всё это придумал?
Что он говорит?
Спустимся в низину,
и мы почти на месте.
Проклятье! Вперед!
Вперёд!
Прав был отец Николай.
Об одном жалею:
родных мест не увижу.
Идём.
Вон они.
Как же мы? Старик один там.
Постараться надо не зацепить.
- Приготовиться к рукопашной.
- Приготовиться к рукопашной.
Давай!
Старика берегите, Сусанина, твою мать.
Осторожно! Засада!
Ложись! Оружие к бою!
Распределиться!
Проклятый старик.
Старик!
Старик, падай!
Вперёд!
Сынки!
Не жалей Матвея! Секи хлеще!
Чтоб ни одна гадина не уползла!
Куда, куда, куда ты? Куда?
Пусти!
Там дед мой!
Предателя, мнили, во мне вы нашли:
Их нет и не будет на Русской земли!
В ней каждый Отчизну с младенчества любит
И душу изменой свою…
Деда!
Деда!
Деда!
Деда!
Деда. Дед!
Деда, миленький, вставай!
Деда, вставай.
Дед, деда, вставай.
Пожалуйста, вставай! Вставай, деда.
Ну же, вставай.
Дед, вставай!
Дед, вставай! Вставай!
Вставай!
Они думали, мой дед — предатель.
А он… А он…
Он герой.
 

////////////////////////////