+Премия AFI за вклад в кино: Вечер в честь Эдди Мерфи (2026 год). Цитаты и фразы из фильма

AFI Life Achievement Award: A Tribute to Eddie Murphy (2026)

Премия Американского института киноискусства (AFI) в 2026 году присуждена великом комику и актеру Эдди Мёрфи. Это 51-я по счёту церемония вручения одной из самых престижных наград США за карьерный вклад в кинематограф

Все фразы и цитаты

Давным-давно,
еще до вашего рождения,
даже до моего рождения,
зародилось кино.
Один из его великих даров,
возможно, даже величайший, —
это смех.
Еще на заре кинематографа
в мире комедии были свои короли:
Чаплин,
Китон,
Ллойд.
И во все времена
кино возносило нас на небеса,
когда мир упорно тянул вниз.
Кино и телевидение в любом их проявлении,
а также смех
всегда оставались лучшим лекарством.
Самые несравненные таланты
вырывались за пределы экрана
и выходили на сцену.
Они создают персонажей,
которые побуждают нас к самопознанию.
Ого, то есть ты правда
типа моя лучшая подруга?
А есть и такие, совсем немногие,
кто умел всё.
Хорошо быть королем.
Но сегодня,
среди отголосков затихающего смеха,
мы отдаем дань человеку,
полному еще больших сюрпризов,
тому, кто рушил барьеры ради того,
чтобы продвигать культуру вперед.
Дамы и господа, Эдди Мерфи.
ПРЕМИЯ AFI ЗА ВКЛАД В КИНО
ВЕЧЕР В ЧЕСТЬ ЭДДИ МЕРФИ
Театр «Долби» представляет
церемонию вручения высшей награды —
премии AFI за вклад в киноискусство.
Вечер в честь Эдди Мерфи с Кевином Хартом,
Трейси Морганом,
Евой Лонгорией, Крисом Роком,
Да'Вин Джой Рэндольф,
Кинаном Томпсоном, Стиви Уандером,
Робертом Таунсендом,
Биллом Берром, Джаджем Райнхолдом,
Арсенио Холлом, Дэйвом Шаппеллом,
Майком Майерсом, Мартином Лоуренсом,
Спайком Ли и другими,
а также специальный номер из Dreamgirls
в исполнении Дженнифер Хадсон.
Дамы и господа, Кевин Харт.
Добро пожаловать на 51-ю церемонию
вручения премии AFI за вклад в кино.
Этот вечер будет посвящен
Эдварду Ригану Мерфи.
Так его назвали при рождении —
Эдвард Риган Мерфи.
Думаю, стоит не спеша
разобрать его имя по частям.
«Эдвард» происходит
от древнеанглийского имени
«Эдвеард», что в переводе означает
«хранитель богатства», верно ведь?
И мы знаем, что это правда.
Эдди, уж богатства ты,
по-моему, нажил прилично
за время своей карьеры.
Далее — «Риган».
Риган — ирландское имя, происходит
от «О Риагайн»: «королевское дитя».
Тоже правда.
То есть, по сути, у нас тут
богатый король. Пока всё сходится, да?
А потом идет «Мерфи».
И вот тут меня и переклинило,
потому что я подумал:
«Так кто… в итоге кого трахнул?»
Типа кто… Что должно было случиться,
чтобы получился Эдди Мерфи?
Вопросов у меня было много,
но что и как бы там ни стряслось,
это всё, что нужно знать
об Эдварде Ригане Мерфи.
Всё так исчерпывающе,
что мы зовем его Эдди.
И зовем мы его так,
потому что он наш кореш.
Наш друг.
Даже белые считают его своим другом.
Он дарил нам смех поколение за поколением.
И, знаете, дело не только в смехе,
и сегодня мы это увидим.
Этот человек умеет всё.
Комедия, драма, пение, танцы.
И матерится как чёрт. Это особый дар.
Он способен сыграть любую роль,
и любая из них придется ему по вкусу.
Вспомните «Чокнутого профессора»,
где он сыграл семь разных персонажей.
А сегодня он тоже играет трех.
Вот этого парня, смотрите.
Да, верно. Да?
И эту даму. И в нее он перевоплотится.
Ага.
Ага.
И погодите, да, еще и этого.
Еще одного, покажите.
О, это ж я. Ладно, погодите.
Слушай, Эдди, честно,
мужик, я должен тебе сказать
и хочу воспользоваться моментом,
чтобы сказать то,
что говорил мимоходом все эти годы.
В этом бизнесе ты для меня король.
Я стою здесь
благодаря тем успехам, что ты добился.
Ты открыл немало дверей.
Ты брат, наставник, источник вдохновения.
Чёрт возьми, да ты мой кумир.
И мне повезло,
что я могу назвать тебя другом.
Я искренне благодарен тебе
за наши отношения.
Для меня большая честь быть здесь сегодня
и дать старт этому давно заслуженному
вечеру AFI в честь тебя
и высшей награды за карьеру в кино.
Эдди Мерфи.
Я родился в Бруклине, Нью-Йорк,
в больнице округа Кингс.
Да, больницу я отлично помню.
В Бруклине мы жили прямо
неподалеку от театра «Лоус Гейтс».
Так что мы постоянно ходили в кино.
Именно там я впервые посмотрел
оригинальную «Планету обезьян».
Помню момент,
когда показали Статую Свободы,
и все зрители в зале такие…
А я тоже такой…
Потом мы переехали на Лонг-Айленд.
Там было так тихо, будто в деревне.
Вся эта тема,
о которой твердили в движении за права,
о вершине горы и прочем таком…
Нам казалось, что мы ее и достигли,
мол: «Да, мы в земле обетованной».
Я много смотрел телевизор:
«Я мечтаю о Джинни», «Остров Гиллигана»,
«Шоу Энди Гриффита».
Вчера я смотрел Энди Гриффита
и понял одну вещь: «Слушайте, знаете что?
Там вообще не видно темнокожих.
Ни одного».
Вот чего они так задорно насвистывали.
Ни одного темнокожего в округе.
Когда мне было девять,
я попросил куклу-чревовещателя.
Так что с ранних лет
я выписывал словами картины,
рассказывал истории,
играл персонажей и всё такое.
И я знал, что могу
рассмешить целую комнату.
Мой брат Чарли — единственный,
кто когда-либо меня уделывал.
Мы подкалывали друг друга,
но безо всякого соревнования.
Такова была часть культуры.
И в нашем доме она была крайне важна.
Когда я впервые услышал
альбом Ричарда Прайора,
тогда-то я впервые и подумал: «Да это ж я.
Вот кем я стану. Я буду таким.
Буду делать то же, что и он».
В школьных альбомах я писал:
«Эдди Мерфи. Хочу стать комиком.
Теперь сможете
доказать детям, что знали меня».
Я писал это в каждом альбоме.
Я начал ездить в город лет в 17.
Это был 1979-й, может, 78-й.
В ту пору я на сцене был единственным
темнокожим молодым парнем.
Помните, играешь на улице и слышишь…
Мороженое!
Мороженое!
Едет мороженщик!
Мам!
Встречайте, Трейси Морган.
Эдди Мерфи — икона.
Он вдохновляет.
Да, он вдохновляет меня и многих других.
Так что когда я узнал,
что мы с ним будем играть в одном скетче
на 50-летии SNL,
я сразу же обрадовался.
А потом я узнал,
что в этом скетче он будет играть меня.
Я сказал: «Что за…?
Батюшки.
Один из величайших артистов всех времен
будет играть меня в скетче вместе со мной.
Господи, а вдруг он будет
смешнее меня, играя меня?»
Без Эдди не было бы Акселя Фоули.
Не было бы Реджи Хаммонда.
Не было бы реплики про Геркулеса.
Ничего бы этого не было.
Эдди Мерфи изменил киноиндустрию
и проложил путь целому поколению актеров.
Эдди Мерфи рассмешил весь белый свет.
И прямо сейчас миру это ой как необходимо.
Знаете, я один из тех счастливчиков,
кто может честно сказать:
Эдди Мерфи — мой друг.
Мой наставник.
И, кажется, мой биологический отец.
Он и сам это знает.
Я же вылитый он.
Друг мой…
Прежде всего, я тебя люблю.
И от лица всех зрителей по всему миру
я говорю: спасибо, Эдди Мерфи.
Это шоу Saturday Night Live.
В главной роли Эдди Мерфи.
Когда мне выпал шанс пройти
прослушивание в Saturday Night Live ,
первая реакция была не «Погнали».
Поначалу я отреагировал так:
« Saturday Night Live ?
Скетчи?»
Ну, как идут дела?
Так себе, Билл.
Все сравнивают нас со старым составом.
Оригинальный состав ушел, и зрители такие:
«Да пошло на хрен это шоу,
и вы вместе с ним».
Идешь по улице, а люди такие:
«Эй, ты из этого… Saturday Night Live ».
«Да». — «Пошел ты!»
Суд решил: в каждой
школьной баскетбольной команде
должно быть двое белых.
Справедливо? Выскажитесь.
С нами ученик школы Кливленда
Рахим Абдул-Мохамед.
- Как дела, Рахим?
- Салют, брат.
Знаете, я уже семь лет
учусь там в одиннадцатом классе.
Когда Эдди впервые появился в шоу,
было дико наблюдать,
как он выходит на сцену под жидкие,
едва слышимые хлопки.
Никто не знал, кто этот парень.
Стоит нам сделать что-то классное,
вы тут как тут.
В 60-х мы носили платформы.
Потом вам тоже платформы
носить приспичило.
В начале 70-х мы плели косички.
А в конце 70-х вы повторили за нами.
Сейчас 1980-й.
Мы на пособии,
и к концу следующего года и вы будете.
К финалу он уже сорвал овации.
Привет, я Баквит. Помните меня?
…нечего лезть ко мне,
Кассиус Клей — позор для бокса.
…просто закажите мою новую книгу
«Хочу быть шлюшкой».
Вот глупый негр.
У нас дома была
кассета «Лучшее с Эдди Мерфи:
Saturday Night Live ».
И я знал все эти скетчи наизусть.
«Убийство Баквита»,
«Джеймс Браун», «Звездная джакузи».
- Мне залезть в джакузи?
- Да.
- Я вспотею?
- Да!
Мне залезть в джакузи? Я намокну?
Мне очень нравился его скетч
«Мистер Робертсон».
Привет, мальчики и девочки.
Сегодня я совсем один,
но засиживаться допоздна вам нельзя,
ведь скоро моя жена вернется с работы.
Можете сказать слово «сука»?
Уверен, можете.
Это словечко мы с вами сегодня и выучим.
Идемте, посмотрим.
СУКА
Смешнее я ничего не видел.
Встречайте Гамби.
Я помню Гамби с детства,
но не помню,
понимал ли, почему это смешно.
Были мысли:
«Что тут вообще происходит?»
Я понятия не имел, что он…
Что это было вообще, но мне нравилось.
Я Гамби, чёрт возьми.
Нечего тут шутки шутить.
Сначала отработай свое. Потом умничай.
Гамби только один, ясно?
И это я, понятно? Я Гамби, чёрт возьми.
Персонаж Гамби вдохновлен
одним моим менеджером
по имени Кинг Бродер.
Голос у него был вот такой,
и он поговаривал всякое в духе:
«Фрэнк Синатра бросил мне салат в лицо.
А я ему: "Фрэнк, не поступай так со мной.
Я Кинг Бродер"».
Я Гамби, чёрт возьми.
Со мной так не разговаривают.
Эдди, я просто хотел сказать:
я очень хотел быть там сегодня,
но жизнь скрутила меня в бараний рог.
Скажу здесь и сейчас:
для меня было честью
вдохновлять тебя смешить людей.
Правда.
О, и еще кое-что.
Я Гамби, чёрт возьми.
Встречайте, Кинан Томпсон.
Добрый вечер.
Добрый вечер всем. Добрый вечер.
Для меня большая честь быть здесь
и отдать дань человеку,
который не просто изменил комедию.
Он определил, какой она может быть.
Эдди Мерфи, серьезно, мужик.
Ты не просто легенда, ты образец, брат.
Для меня лично, как для того,
кто рос с мечтой смешить людей,
Эдди был не просто вдохновением,
он был живым свидетельством того,
что можно прийти на сцену молодым,
рисковать по-крупному,
верить своему голосу
и оставить след на десятилетия.
Рядом со мной Арсенио Холл.
Весь этот вечер — безумие.
Но помимо комедии
больше всего меня восхищает
диапазон твоих возможностей.
Ты ведь мог остаться в одной нише
и жить себе спокойно,
но ты так не сделал.
Ты развивался, бросал себе вызов,
даже изменил свой смех.
Кто вообще так делает?
Но если отбросить шутки,
Эдди Мерфи, мужик, спасибо.
Спасибо за смех.
Спасибо, что показал поколениям артистов,
на что способен человек,
сочетающий в себе талант и бесстрашие.
Сегодня мы чествуем тебя, но честно,
мы чествуем тебя уже очень давно, друг.
За тебя.
Новости насчет Эдди:
этим летом он снимается
с Ником Нолти. Будем скучать.
- Уезжает в Сан-Франциско.
- Класс!
Кино случилось как-то само.
В детстве я о съемках в кино и не мечтал.
48 ЧАСОВ
Это мой первый фильм,
а я прихожу и импровизирую.
И Уолтер Хилл говорил мне:
«Это не комедия, Эдди».
«А если так?» — «Это не комедия».
Что ты, чёрт возьми, за коп?
Знаешь, кто я?
Я твой худший кошмар, мать твою.
Ниггер со значком.
Мне дозволено в любой момент
жопу тебе надрать.
Ради той сцены в баре
я единственный раз взял наставника.
Такое для меня было впервой.
Я же люблю импровизировать:
я стал хватать всех подряд,
а они вырывались.
Режиссер такой: «Стоп!»
Кто-то сказал: «Что он творит?»
А я ему: «Это же фильм, блин».
Напряжение было хоть ножом режь.
В городе новый шериф.
И зовут его Реджи Хаммонд.
Не буяньте. Всё путем.
Тогда никто и не подозревал,
что эта сцена станет классикой.
Мы ее сняли.
Просто радовались, что справились.
ПОМЕНЯТЬСЯ МЕСТАМИ
Я вижу! И у меня… у меня есть ноги!
Я выдвигаю обвинения.
Такие люди — угроза приличному обществу.
Готов поспорить,
он мог бы управлять компанией
не хуже вашего юного Уинторпа.
Кто-то велел вам так со мной поступить?
Он еще и сто баксов дал.
Это был Дьюки.
Ты покойник, Валентайн!
Что такое биржевые товары?
Это сельхозпродукты,
например, кофе,
который вы пили на завтрак,
пшеница, из которой делают хлеб,
свиная грудинка, из которой делают бекон,
который бывает в сэндвиче
с беконом, салатом и помидором.
Идея смотреть в камеру в фильмах
принадлежала не мне.
Это придумал Джон Лэндис.
Но знаете, что в этом интересно:
глядя на зрителя, ты создаешь с ним связь,
ведь на них никто не смотрит.
Когда смотришь кино,
никто не смотрит на тебя: «Прикинь…»
Когда на экранах появился Чарли Чаплин,
он первым использовал этот прием.
И это сразу помогло ему
установить контакт со зрителями.
Чаплин — величайший артист,
ведь он умел делать это без звука.
Ну, как у вас сегодня дела?
Как вы могли так с нами поступить
после всего, что мы для вас сделали?
Видите ли, мы с Луи тут поспорили.
Луи сказал, что мы не сможем разом
разбогатеть и разорить вас.
Он не думал, что выйдет. Я выиграл.
А я проиграл.
- Один доллар.
- Спасибо, Луи.
После тебя.
Разумеется.
Встречайте дочь Дэна Эйкройда,
Белль Эйкройд.
Мой отец хотел присутствовать,
он планировал быть здесь,
написал эту речь,
а потом вмешалась жизнь.
Зачитаю эти слова от его лица.
Добрый вечер, сэр.
Мы вместе сотворили большой хит,
фильм, ставший классикой.
Возымели успех и у критиков, и в прокате.
«Поменяться местами» занял почетное место
в пантеоне рождественского кино,
Богом клянусь.
У нас был добротный сценарий,
отличный режиссер, Джон Лэндис,
а также талантливые
и всеми любимые актеры.
Но главная заслуга принадлежит тебе.
Всё дело в твоей мощи,
блестящей игре, таланте,
мастерстве и живой харизме,
благодаря которым этот фильм
вознесся в разряд великих.
Выглядишь отлично, Билли Рэй.
Спасибо.
Хорошего вечера.
Мне нравится Элвис Пресли.
Правда, надо отдать ему должное.
В молодости Элвис был
крутым сукиным сыном.
Элвис был крут.
Он был зверь.
Пел как чёрт. Настолько круто,
что ему дали роль, хотя он не актер.
Мол: «Хрен с ним, пусть весь диалог поет».
Вот реплика: «Надо выиграть гонку».
Надо выиграть гонку.
Я был огромным фанатом Элвиса
и всячески ему подражал.
Кожаные костюмы, туровые автобусы,
визжащие девчонки и всё такое.
Так никогда и не подумаешь,
что речь о комедии.
Я выложился на все сто.
Реально вошел в образ.
Есть что-то в певцах,
за что их любит народ.
Помню, однажды я в шоу
изображал Стиви Уандера…
И темнокожие совсем с ума посходили.
Ко мне лезли мужики:
«Это ты, мать твою,
изображаешь Стиви Уандера?
Ни хрена не смешно, ублюдок!
Чтоб я больше такой хрени не видел.
Жопу тебе надеру.
Стиви Уандер — музыкальный гений».
Встречайте, Стиви Уандер.
Я вас тоже люблю.
Знаете, смех
может сделать жизнь
выносимой.
Чувство юмора добавляет ценности тому,
что улыбка может стать
самой простой нитью, что связывает нас
с нашей человеческой природой.
И неважно, это заразительная улыбка,
его безумный смех…
…или просто его дурачества.
Мы с Эдди нашли друг друга,
когда он пародировал меня
в шоу Saturday Night Live .
Смеялся над слепым человеком.
И рассмешил меня и весь мир.
Это положило начало дружбе на всю жизнь.
Я люблю тебя.
И буду любить, пока радуга
не сожжет все звёзды в небе,
а океан не накроет волнами все горы.
Я буду любить тебя вечно и всегда.
Благослови тебя Бог, Эдди.
Встречайте, Роберт Таунсенд.
Спасибо.
На дворе был 1987 год.
Мы с Киненом Айвори Уэйансом
работали над первым фильмом,
«Голливудский переполох».
Эдди Мерфи был самым известным
артистом во всём мире.
И все кастинг-директоры
хотели такой типаж.
«Можешь ходить как Эдди? Говорить как он?
Как ты смотришься в коже?»
Да вы серьезно?
В общем, купил я кожаный костюм.
Говорю Кинену:
«Надо вставить это в фильм, мужик».
Кинен такой: «Эдди нас знает.
Нельзя это вставлять».
Я: «Эдди стебет всех подряд.
Вставим это в фильм».
Я вставил это в фильм.
И он стал хитом.
Эдди звонит: «Все твердят о вашем фильме.
Когда можно посмотреть?»
А я такой: «О боже».
И мы устроили для Эдди показ.
Он явился на него со свитой из 15 человек.
Фильм им нравится. Они смеются.
И тут начинается сцена про него.
Кастинг-директор говорит:
«Нам нужен типаж Эдди Мерфи».
И все разом затихают.
Кинен опускает голову,
а я такой: «Вот чёрт».
Потом кто-то из свиты Эдди сказал:
«Эдди, они назвали твое имя.
Что это за хрень, Эдди?»
А я такой: «О боже».
Воцарилась тишина.
И вдруг Эдди начинает смеяться.
«Роб, Кинен, за что вы так со мной?»
И потом всё было нормально.
После показа Эдди сидел один в зале,
и я пошел извиняться.
Говорю: «Слушай,
если тебя задела та сцена в фильме,
ее написал Кинен».
Нет, я сказал правду.
А он говорит: «Роб,
то, что вы сделали, — гениально, мужик.
Я собираюсь снять
концертный фильм и ищу режиссера.
Хочешь им стать?»
«Да».
«Тогда он твой.
И называться он будет "Без купюр"».
ЭДДИ МЕРФИ
БЕЗ КУПЮР
Я так хотел быть Ричардом,
что в 15 выходил на сцену,
говорил, играл,
ходил точно как Ричард Прайор.
Мама смотрела, как ее 15-летний сын
порет на сцене дичайшую чушь.
Весь мой номер тогда был про сранье.
Что еще я умел, в 15-то лет?
Вот весь мой опыт. Но звучал я как Прайор.
Бывало у вас такое,
что садишься на унитаз, срешь,
а вода брызгает тебе на задницу?
Ну разве не бесит, скажите?
А знаете, что реально бесит?
Когда дерьмо выходит наполовину,
а потом лезет обратно.
Скажите?
Зачем дерьмо дразнит задницу?
Вылезало бы уже, мать его, да?
Знаете, что реально бесит?
Когда сидишь себе, тужишься сто лет,
а вылезает из тебя
один крошечный дерьмяной катышек.
Вот такой кусочек, прикиньте?
Хочется сунуть голову в зад и спросить:
«И что, ни хрена нет больше?»
Но совсем бесит,
когда задница отказывается помогать
и сжимается, ломая дерьмо пополам?
Да вы бы тоже охренели,
теперь же вытираться
придется часов пять, да?
И угробить на это
12 рулонов туалетной бумаги.
Но знаете, что бесит уже после всего?
Вот посрал ты как следует,
всё, на сегодня хватит.
Закончил, смываешь унитаз,
ждешь секунду,
и тут один кусок всплывает.
Вот чё ему надо-то?
Встречайте, Билл Берр.
Ну что, как вы? Как дела?
Я сегодня тут
по обратной квоте на разнообразие.
Вот она — вся моя
Смитсоновская библиотека комедии.
Я смотрю его с первого дня.
Когда я впервые
купил твой первый альбом,
я даже и не знал, кто ты.
У тебя была роза за ухом,
а я до этого слушал Ричарда Прайора
и подумал: «Ну, еще один темнокожий,
значит, тоже смешной».
Я купил его
и стал твоим фанатом.
Мало кто знает,
но я видел Эдди в туре «Без купюр».
Мне было всего 18, и я пошел на его шоу.
На разогреве были The Weather Girls.
Я пошел с начальником со склада,
а он нанюхался кокса,
и ему казалось, что его хватит инфаркт.
Он такой: «Надо валить».
А я: «Эдди мы не пропустим,
так что терпи, пока не отпустит».
Так что…
Где-то за две чертовы недели
до концерта Эдди
я смотрел там же Родни Дэнджерфилда,
и в зале были одни белые.
Меня это не удивило,
ведь я сам белый до мозга костей.
Я просто смотрел шоу, всё было отлично.
И помню, когда выступал Эдди,
я сразу заметил, что он смешит всех.
Через пару лет я стал комиком
и решил: «Буду как Эдди».
Выйду выступать
перед темнокожей аудиторией.
И…
Я вышел, сделал свое дело,
а со сцены ушел с мыслью:
«Больше никогда в жизни.
Темнокожие те еще злюки,
не успеешь до сцены дойти,
а они уже с места орут.
Им всяко будет весело,
с тобой или без тебя».
Вот что я понял.
Но…
Ты, Эдди, дал мне урок,
который изменил меня как комика:
я захотел смешить всех.
Ты стал
неиссякаемым источником вдохновения.
И я жду твоих новых работ.
Люблю тебя. Был рад поработать
с твоим братом Чарли. Царствие небесное.
Доброй ночи. Спасибо.
Когда я появился на сцене, реакция
сильно определялась расовым вопросом.
Было не так, как с Сидни Пуатье.
В «Полуночной жаре»
его терпят в мире белых.
В «Полицейском из Беверли-Хиллз»
я приезжаю в Калифорнию и рулю.
В чём проблема?
- Ты охрана?
- Да.
Тогда ты и есть проблема, падла.
Зови начальника. Быстро.
Отвали от меня, мужик.
Я почти уверен, что это ты убил Майки.
И когда я узнаю точно,
я тебя жестко уделаю.
Вот почему это так выстрелило.
Впервые зритель увидел,
как темнокожий человек
заходит в мир белых и рулит.
Его не просто терпят, мол, ну так и быть.
Чего такой враждебный, Фил?
- Отойди, мужик.
- Что ты с этой пушкой?
- Я сказал, отойди.
- Ты изменился.
Если не отойдешь,
я вышибу тебе мозги к чёрту.
Полиция! Дернешься — убью.
Не двигаться!
Перевернись.
Молодец, Роузвуд.
А ты настоящий коп, знаешь об этом?
Встречайте, Джадж Райнхолд.
Впервые я увидел Эдди
на парковке стрип-клуба среди бела дня
в первый день съемок
«Полицейского из Беверли-Хиллз».
Я только что приехал
на ушатанном «Бьюике»,
который выглядел так,
будто вернулся из космоса.
Он был не жженого оранжевого цвета,
он просто был жженый.
Еще до того как я вышел,
я увидел невероятное авто:
белый кабриолет «Роллс-Ройс Корниш»
с красным кожаным салоном,
а за рулем Эдди.
Первый порыв — пригнуться,
чтобы он не увидел меня в этом корыте.
Я подумал: дело ведь не только в машине.
Этот парень — живая классика.
И это в таком-то возрасте.
Он будто явился из Голливуда другой эпохи.
И он вошел в этот стрип-клуб.
И мы вместе с Марти Брестом
и Дэном Петри-младшим
определили жанр экшен-комедии,
так оно и было.
Мой друг, мы собрались здесь,
чтобы отдать дань твоему мастерству,
безграничному таланту.
На мой взгляд, заслуживает уважения
и то, как ты обращался со своим даром,
ведь в 80-е, в ту пору, когда большинство
из нас то и дело спотыкалось,
ты держал курс
и берёг свой дар,
чтобы мы смогли им насладиться.
Марк Твен говорил: человечество обладает
одним поистине мощным оружием — это смех.
Эдди, ты очень нас сблизил.
Поэтому мы здесь.
Ты наш Чаплин, и я люблю тебя.
Спасибо.
Мне 21 год,
и я никогда не покидал Замунду.
Я еще не успел
испробовать всё то, что есть в мире.
Значит, хочешь посеять королевское семя?
Дело не в этом…
Ты прав.
Езжай, посмотри мир.
Повеселись, исполни
все свои эротические фантазии.
А через 40 дней
вернешься и женишься на Имани.
- Но, отец…
- Решено.
Идея зародилась в гастрольном автобусе.
Я тогда страдал от разбитого сердца,
говорил о том, как сложно, знаете ли,
в лучах всей этой славы встретить девушку,
которой нравишься просто ты.
Делай всё, что я скажу.
Да, ваше высочество.
Лай как собака.
Мне нужна женщина,
которая возбудит и мой ум, и мои чресла.
Где же ты найдешь такую?
В Америке.
Доброе утро, соседи!
Да пошел ты на хрен!
Да!
И ты пошел!
Мне всегда нравилось
превращать себя в кого-то другого.
Как Питер Селлерс
в «Докторе Стрейнджлаве».
Поразительное перевоплощение.
Мой фюрер, я могу ходить!
А больше всего мне нравится,
когда зритель не знает, что это я.
- Простите.
- Это ж Кунта Кинте!
Многие годами не знали,
что старый еврей — это я.
Если титры не увидишь, то и не узнаешь.
Точно тебе говорю,
Шугар Рэй — величайший боксер.
Да ладно тебе. А Джо Луис?
Коричневый Бомбардир.
Вот это был великий боксер.
Еще бы.
Похоже, никто тут
не слышал о Кассиусе Клее.
Он прав. Кассиус Клей был крутым.
Я знал Арсенио по клубам.
Когда он пришел,
я ему говорю: «Есть такая работа».
И я всё решил, даже не спросив,
умеет ли он играть других персонажей.
Типа: «Ты будешь парикмахером.
Ты будешь…»
Мы просто наложили грим и сделали.
Ну да, Клей неплох.
Просто я перестал любить Кассиуса Клея,
когда он стал Мухаммедом Али. Хрень же.
Секунду.
Человек имеет право сменить имя
на любое, какое захочет.
И если человек
хочет зваться Мухаммедом Али,
чёрт возьми, это свободная страна,
надо уважать его волю
и звать его Мухаммедом Али.
Мама назвала его Клей. Значит, Клей.
Встречайте, Арсенио Холл.
Спасибо.
С самого начала
Эдди хотел, чтобы «Поездку в Америку»
снимал Джон Лэндис.
Он уже снял Эдди в ставшем классикой
фильме «Поменяться местами».
И для меня тоже
Джон был идеальным кандидатом.
Ведь я к тому моменту
снялся всего в одном фильме.
И режиссером был Лэндис.
Это была классическая картина
«Амазонки на Луне».
Моя кузина Акванетта из Кливленда
сказала, что она входит
в топ-50 фильмов AFI всех времен.
Правда, когда она это сказала,
она ела мармеладки с травой. Но…
До съемок в «Амазонках на Луне»
я раз 17 ходил на прослушивания,
прежде чем получил роль.
Но когда твой друг — Эдди Мерфи,
и он говорит Джону Лэндису:
«Арсенио должен играть Семми»,
ты получаешь роль Семми.
Так что я был в восторге.
Я играю личного помощника
принца из Замунды.
Работаю с другом, и мне за это платят.
Лучше не бывает.
Но потом звонит Эдди и говорит:
«Я хочу, чтобы ты сыграл
персонажа-проповедника».
Я говорю: легко,
ведь мой отец был баптистским пастором.
А потом узнаю,
что Эдди хочет, чтобы я сыграл
женщину в красном.
В титрах она значилась
как «крайне уродливая девушка».
Потом Эдди говорит,
что я сыграю парикмахера Морриса.
Когда великий Рик Бейкер
впервые загримировал нас,
Рик предложил нам пройтись
по площадке Paramount
в образах парикмахеров
и поговорить с людьми.
Мы так и сделали.
И никто не понял, что это мы.
Эдди в образе парикмахера
даже подкатывал к пожилой даме,
пока мы гуляли по площадке,
и взял у нее номер.
Да. И она тоже была пожилой белой дамой.
Она думала, что Кларенс —
милый пожилой темнокожий мужчина,
и хотела ему дать.
Ну с ума же сойти.
Эдди, сегодня я здесь
в качестве твоего друга
и поклонника.
И если бы преподобный Браун
из «Поездки в Америку»
был сейчас здесь,
думаю, он бы сказал:
вы его любите?
Вы любите Эдди Мюррея?
Вы меня не слышите? Вы любите Эдди Мюррея?
Скажите: Эдди Мюррей!
Скажите: Эдди Мюррей.
Мы благодарим тебя за всё, что ты нам дал.
А ну-ка, скажите «аминь»!
И прежде чем я уйду со сцены
и полечу обратно в Джексон-Хайтс,
мне нужно сказать еще кое-что.
Если любить и благодарить
Эдди Мюррея — неправильно,
я не хочу быть правым.
Игра на сегодня окончена.
Отведу мальца домой к его матери.
Моя мама умерла.
Тогда к отцу.
Отец тоже умер.
Ты его убил?
В кино появлялось много
новых темнокожих режиссеров…
Роберт Таунсенд, Спайк Ли.
Вот и я решил снять фильм.
Почему бы не попробовать.
Да пошло оно.
Фильм мне нравился, но когда он вышел
и его увидел критики, его ждал разнос.
Я тогда будто выбивал хоумраны,
стал жутко популярным,
и все кругом стали спрашивать:
«Он теперь еще и режиссирует?
Ну на хрен». Фильм не зашел.
Господи, да ты крутой сукин сын, сахарок.
Нравится мне такое видеть.
Да тебе всё нравится, слепой ублюдок.
Редд Фокс — самый смешной комик
прирожденного таланта.
Его дар был словно проклятие.
Ну правда — он умер.
Умер на съемках шоу,
которое я продюсировал.
У него был инфаркт,
он умер, а все думали: шутит.
Вот каким смешным он был.
Он умирал, а эти ублюдки сидели вот так…
«Редд». Он столько раз
изображал сердечный приступ,
что когда случился настоящий,
все решили, что он перегнул.
Этот ублюдок лежит уже мертвый.
А люди такие: «Редд, ну хватит».
Занятно.
Меня кололи ножом, вешали,
сжигали,
однажды даже ломали на дыбе,
но чтобы стрелять — ни разу.
Единственное,
что я бы изменил, так это прическу.
Именно она так отталкивала людей.
Темнокожие этого просто не приняли…
Я появился с такой прической,
и народ такой:
«Ну нет уж, перегнул палку.
Слишком много волос.
У Эдди нет таких волос.
На кой ему такая длина?»
В начале отношений я очень романтичен,
а как пересплю, теряю интерес,
но это не моя вина.
То есть, другими словами,
прямо в момент оргазма
из тебя вылетает и вся романтика.
«Бумеранг» — идеальный фильм.
Безумно смешные друзья.
- Смешная соседка, Тиша Кэмпбелл.
- Эй!
То, что творится с женщинами на работе.
Вуаля.
Робин Гивенс разбивает ему сердце…
Дай рассмотреть.
Смотри, прямо как в журнале.
А потом появляется Холли Берри…
Холли Берри!
Фильм кишмя кишит звездами.
Не будем забывать и про Джона Уизерспуна.
Пап, прошу.
Когда вышел «Бумеранг»,
люди болтали всякое,
ведь все актеры были сплошь темнокожие.
«Почему в фильме нет белых?»
Что-то в этом духе…
Так часто бывает: со временем вся эта
суета минует, и остается лишь фильм,
и он проходит испытание временем.
Встречайте, Ева Лонгория.
Добрый вечер.
Не знаю, знаете ли вы,
но мы с Эдди были женаты,
в кино.
И, Эдди, если бы ты спросил,
я бы снова сказала «да».
Да, ты рассмешил всех нас,
и мир любит тебя за это,
но сегодня AFI чествует тебя,
потому что ты мощная сила,
двигающая культуру вперед.
И пока мир смеялся, он учился.
Пример тому — «Бумеранг».
Со времен «Хижины на небесах»,
фильма 1943 года
с Этель Уотерс,
Луи Армстронгом и Леной Хорн,
в истории кино не было фильма
с полностью темнокожим составом.
В «Бумеранге» было пару белых людей,
какой-то француз, кажется,
но его никто не помнит.
Этот фильм иллюстрировал постулат:
«Раз они могут, то и я могу».
И вот тому доказательство: Эдди играл
крутого рекламщика Маркуса Грэма,
и, вдохновившись фильмом,
люди создали некоммерческий
проект «Маркус Грэм Проджект»,
который помогает молодежи разных культур
стать лидерами в медиа и маркетинге.
Вот это влияние.
Спасибо, что прокладываешь путь,
что открываешь двери стольким артистам,
что делаешь мир ярче
и что всегда смешишь нас,
особенно когда двигаешь культуру вперед.
Встречайте, Крис Рок.
Привет.
Привет!
Ну, мы все здесь, Эдди.
Помимо всех твоих детей, а у тебя их 20,
здесь собрались еще и твои дети-комики:
Трейси Морган, Мартин Лоуренс,
Кевин Харт, Дэйв Шаппелл.
Мы твои… Без тебя нет нас, понимаешь?
Эдди Мерфи недооценивают, ведь он внес
революционный вклад в актерскую игру.
Вы хоть осознаёте,
как темнокожие играли до Эдди Мерфи?
Вы же понимаете, в кино было что-то вроде
вот такого: «Я мистер Тиббс».
Или… Тогда было много переигрывания
или реплик в духе: «Динамит!»
А Эдди…
Ты как Брандо. Первый темнокожий,
который просто был крутым.
Просто был собой.
Это был просто ты.
Моя любимая история про Эдди Мерфи:
мы тусим в клубе,
и к Эдди подходит белая женщина
и говорит: «О боже,
я никогда не целовала темнокожего мужчину.
Никогда не целовала темнокожего».
А это же Эдди, всё по-серьезному:
рядом огромная свита,
на нём кожа,
там Принс, тут Рик Джеймс.
И тут женщина говорит:
«Я никогда не целовала темнокожего.
Можно тебя поцеловать?»
А у Эдди вокруг телохранители,
и Эдди смотрит на нее и говорит:
«Погоди, нельзя начинать с лучших.
Сперва поцелуй
кого-нибудь из этих нищих парней».
Слушай, мужик, я люблю тебя сильнее,
чем все вы можете себе представить.
Дамы и господа, поаплодируйте Эдди Мерфи.
Простите, я отойду в уборную.
Прошу прощения. Давайте я подниму.
Сегодня полнолуние.
Кажется, я нашел,
где спрятали Джимми Хоффу!
Я смотрел Джеральдо Риверу,
и тут включилась реклама,
и там был полный человек.
Потом кадр сменился,
и человек стал поменьше,
а потом постепенно стал совсем худым.
Я такой: «Блин!»
Так у меня появилась идея фильма.
Я худой!
В оригинале Джерри Льюиса
слабак и ботан
превращается в крутого парня.
Но мы изменили вектор проблемы.
У персонажа была физическая проблема,
и это всё изменило.
Ты чего? Ешь нормально.
Чего обдираешь там?
Все калории в курице — в коже и жире…
Какие еще жиры да калории?
Знаешь, откуда это? Из телика окаянного.
Там вечно кто-то болтает:
«Худейте, будьте здоровы, качайтесь».
Кругом одни анорексики, ага.
Знаю я ваше здоровье.
«Чокнутый профессор» —
моя любимая роль комика в кино.
О, как чудесно. Нет ничего лучше,
чем собраться семьей и вкусно поесть.
Многие комики умеют слушать.
Ты наблюдаешь за тем,
как мир понятен всем, кроме тебя,
как бы собираешь по кусочкам
голоса всех людей,
подмечаешь, что все делают,
как они играют.
Кто там зовет меня?
Да, я звал тебя, если тебя зовут…
Какого бы персонажа я ни играл,
скажем, отца,
все остальные персонажи — теннисный мячик.
Видишь, что из-за тебя вышло?
Чёрт, я штаны испачкал.
На следующий день я играю мать,
и в ухе у меня то, что я делал накануне.
Я играю мать и помню, что говорю,
и я общаюсь с персонажем,
которого отыгрывал вчера.
Потом на следующий день я играю брата,
и у меня в ухе мать и отец,
и всё это разом…
Наверное, со стороны выглядит дико.
В молодости у меня всегда
были отношения. Каждую ночь.
Если славный джентльмен дарил мне
цветы и конфеты, вел меня в кино,
устраивал прекрасный вечер,
тогда я приводила его домой
и дарила горячие, прекрасные отношения.
Отношения — прекрасная вещь.
Тут нечего стыдиться.
Особенно двум молодым людям.
По-моему, это чудесно.
- Вот шлюшка.
- Клитус!
А иногда я вступаю в отношения с собой.
Понимаю.
О, мама.
Встречайте, Дэйв Шаппелл.
Ладно.
Немного культурной кухни для своих.
Для меня это так,
как и для многих темнокожих.
Темнокожие часто боятся за своих героев.
Мы волнуемся за них,
потому что многих наших героев
преследовали или убивали.
Когда мне было 14, вышло шоу «Без купюр»,
и каждый день после школы
я ходил смотреть его,
словно на занятия,
как будто каким-то образом понимал,
что это очень важно для моей жизни.
Всю свою жизнь, Эдди,
я не спускал с тебя взор.
Ты был мячом, за которым я следил,
героем, за которого я переживал.
Мужик, когда ты взлетел,
ты казался мне очень одиноким.
Ты был сам по себе.
Был ты, Майкл Джексон,
Рик Джеймс и Принс.
И все они…
Все они умерли.
А ты… каким-то образом выжил.
Сегодня, когда я пришел
в театр на это событие,
я увидел кучу своих героев.
Я увидел Мартина,
Арсенио, Роберта Таунсенда,
всех, кто формировал меня.
Увидел тебя, Крис, и такой:
«Мужик, ну с ума сойти».
И все мы отдаем дань
единственному выжившему из 80-х…
…Эдди Мерфи.
Когда мы снимали «Чокнутого профессора»
и я получил там роль, я был в ужасе.
Спайк Ли — еще один мой герой.
Но я боялся встретиться с тобой.
А встретив, я даже не понял, что это ты.
Ты был Шерманом. Я такой: «Что за жиробас?
Я нервничаю, а тут этот жиртрест».
А потом мы начали сцену.
Блин, я был в ударе.
«Что мне делать?» Сказали: «Шути про жир».
Я сказал: «Не вопрос».
Я начал прожаривать Эдди по полной.
Эдди тогда был в образе Шермана.
И тут операторы начали наезжать камерой.
И когда ты сделал вот такое лицо,
я такой: «О нет».
Меня ж теперь вся Америка возненавидит.
Но работа есть работа. Я продолжил.
А потом я рискнул сымпровизировать,
посмотрел на Джаду Пинкетт и сказал:
«Кто тут кому сиськи сосет?»
И у Эдди вода брызнула из носа.
Я рассмешил своего героя,
и у меня аж слёзы на глазах навернулись.
Должен сказать вот что.
Недавно я дал интервью,
вызвавшее резонанс.
Я сказал, что думаю
снова сделать «Шоу Шаппелла».
И я тогда сказал:
«Спроси ты меня год назад,
я бы сказал нет».
«Шоу Шаппелла» было очень трудно делать,
но это чуть ли не лучшее, что у меня было.
И оно было классным
во многом благодаря твоему брату Чарли.
Да, Билл это упомянул,
но Чарли целыми днями рассказывал нам
о твоем восхождении к славе.
И я хочу, чтобы ты знал:
каждый раз, когда он говорил о тебе,
он всегда говорил, как тобой гордится.
«Мужик, — говорил он, —
я люблю своего брата».
И Чарли был очень дорог
всем на площадке.
Однажды Чарли дал мне
сценарий «Уловок Норбита».
Он сказал: «Я дам сценарий брату.
Сыграй в этом фильме».
А через два дня вернулся и сказал:
«Забудь, он сыграет обе роли».
Я такой: «Во блин».
Пару недель назад, спонтанно,
я написал Эдди и спросил, могу ли заехать
повидаться. Я приехал к нему.
Я не знал,
что это было сразу после его 65-летия.
Погода стояла прекрасная.
Его внуки играли на улице в бассейне,
кричали и смеялись как дети,
чистая радость.
И тогда мы с Эдди впервые поговорили
о Чарли после его смерти.
Мы не виделись,
и случая побеседовать об этом не было.
И посреди разговора
именно Эдди сказал:
«Мужик, тебе стоит
сделать фильм по "Шоу Шаппелла"».
А я ответил: «Это будет нелегко.
Это ж твой брат».
Так что, Эдди, если я всё же это сделаю,
сыграй сцены Чарли.
И погнали, мать твою.
Спасибо за всё.
Сегодня мы чествуем не только достижения
профессиональной карьеры,
которая сложилась крайне удачно.
Сегодня мы отдаем дань
достижениям всей его жизни.
У тебя внуки,
ты всё еще молод и красив,
рядом с тобой прекрасная семья,
мужик, ты всё еще тот самый герой,
которым я хочу стать.
Спасибо, сэр.
Кто ты?
Кто я?
Я хранитель заблудших душ.
Я могучий, симпатичный,
несокрушимый Мушу.
Я весьма горяч, да?
В те времена за такое не платили.
Почестями разве что.
Классно же поработать с «Диснеем».
Потом Робин Уильямс озвучил «Аладдина».
Обалдеть, весь фильм держался
на голосе этого парня.
И это изменило всё.
Можно мне с тобой?
Что?
Можно мне остаться с тобой, пожалуйста?
Конечно.
- Правда?
- Нет.
Прошу. Я не хочу назад.
Ты не знаешь, каково быть уродцем.
Хотя, может, знаешь,
но поэтому нам надо держаться вместе.
Разреши остаться, прошу.
Ладно.
Но только на одну ночь.
Спасибо.
- Ты чего? Нет.
- Будет весело.
Будем тусить допоздна, травить
мужские байки, а утром приготовлю вафли.
Встречайте, Майк Майерс.
Когда Американский институт кино
звонит сообщить
о вечере в честь Эдди Мерфи,
ответ, конечно же, да.
И когда говорят,
что надо явиться туда в гриме Шрека,
очевидно, ответ тоже да.
Еще они попросили меня
упомянуть следующие факты
о фильмах про Шрека.
Мне это показалось не особо уместным,
но такова уж была их просьба.
«Шрек» получил первый «Оскар»
за полнометражную анимацию.
Неплохо.
«Шрек» входит в топ-20
кинофраншиз всех времен, знаете ли.
Вот еще один факт.
Простите. Так попросили.
«Шрек 2» стал
самым кассовым фильмом 2004 года.
Ладно, не хотел упоминать,
но он обошел «Гарри Поттера»
и «Человека-паука», так-то.
Немного хвастливо звучит. Простите уж.
Тут, кажется, сказано,
что «Шрек» не только самый кассовый
анимационный фильм DreamWorks .
Джеффри Катценберг и вовсе сказал,
что «Шрек» спас DreamWorks .
Джеффри, не за что.
Но никакого успеха «Шрека»
не случилось бы без Эдди Мерфи.
Персонаж Эдди, Осел, — шедевр,
как и каждый персонаж,
созданный Эдди за эти годы.
Милый, уморительный,
веселый, ранимый и верный.
Эдди соединяет всё это
в мощном творческом порыве.
И если говорить прямо,
Эдди — один из величайших актеров.
Конечно, я никогда не работал
с Чарли Чаплином.
Не работал с Алеком Гиннессом.
Не работал с Питером Селлерсом.
Но для меня огромная честь
рассказать моим детям,
что я работал с Эдди Мерфи.
Эдди, поздравляю.
Ты потрясающий. Спасибо.
Я начал петь раньше, чем смешить.
Знаете, как все поют…
А, Б, В, Г, Д, Е, Ё.
Вот мелодия.
Ж, З, И, Й, К, Л, М, О.
У мисс Торреско хватило наглости
учить нас алфавиту
на пианино под другую мелодию.
А, Б, В, Г, Д, Е, Ё,
Ж, З, И, Й, К, Л, М, О,
П, Р, С, Т, У, Ф, Х,
Ц, Ч, Ш, Щ, Ъ, Ы, Ь, Э, Ю, Я.
Как ты смеешь, сучка?
Этот персонаж должен быть
сразу несколькими людьми.
Марвином Геем и Отисом Реддингом.
Я видел пьесу на Бродвее.
Кливант Деррикс
играл Джеймса «Грома» Эрли.
Увидев его, я понял,
как же мне сыграть этого героя.
Попробуй вот так.
Прямо в яблочко, да, милая?
Чёрт, я знал, что ты сможешь.
Мы любим тебя, Эдди. Поздравляем.
А теперь аплодисменты.
Пошли духовые!
Давайте чествовать
легендарного Эдди Мерфи. Поехали.
Dreamettes !
Мы так тебя любим, Эдди Мерфи.
Поздравляем. Ты легенда.
Громкие аплодисменты!
Поаплодируем Дженнифер Хадсон.
Рики Майнор, Dreamettes .
У вас есть опыт в кинематографе?
О да, вообще-то, немалый.
У меня довольно богатый опыт.
Я активно беру фильмы в прокате, посещаю
фильмы, кинотеатр, часто,
еженедельно, раз в две недели.
И на неделе бывает, периодически.
Вы готовы подстричься?
Да, но лучше,
если это сделает кто-нибудь другой.
Я слышал истории о людях,
которые спонсировали фильмы кредиткой.
Концепция казалась мне занятной.
У нас есть сцена,
одна из самых смешных,
что я когда-либо придумывал:
Эдди Мерфи бежит через автостраду
во время съемок фильма.
И мы убеждаем его, что так и надо.
Мотор!
Это было великолепно!
Это Стив Мартин.
Мне повезло сняться в этом фильме.
Меня зовут Долемайт,
и мой конек — мочить ублюдков.
Его история — безумие.
Парень хотел стать большой звездой,
но таланта у него кот наплакал.
У него огромная мечта
и совсем немного таланта.
Потяни волосы.
Потянуть что?
- Потяни мои волосы, давай.
- Это?
Просто чуть-чуть потяни.
Только не слишком сильно, не оторви.
Во блин, да это ж гребаный парик.
О да, верно. Всё понарошку.
Надеваю плащ
и становлюсь супергероем, блин.
Оставляю настоящего себя и иду на сцену.
В детстве мы смотрели
фильмы Руди Рэя Мура.
Мы знаем, что эти фильмы
топорные и малобюджетные.
Всем нам это известно,
но там столько всего чертовски смешного.
Он неудачник, который должен победить.
Он такой: «Я смогу победить».
И побеждает. Неудачник победил.
Живите жизнью, которую любите,
и любите жизнь, которой живете.
От бешеной Атлантики
до чудесного Тихого океана,
будьте лучшим в том, кто вы есть.
Стреляйте в Луну, а если промахнетесь,
держись за чертову звезду.
Встречайте, Да'Вин Джой Рэндольф.
Впервые я встретила Эдди
на съемках «Меня зовут Долемайт».
Процесс прослушивания
и подготовки был весьма строгим,
но Эдди поверил в меня.
Когда за тебя ручается
человек уровня Эдди,
это всё равно что быть посвященным
в рыцари самим королем всея индустрии.
После съемок наше общение не закончилось.
Обычно в пресс-тур
ездят только главные актеры,
но Эдди сделал
кое-что необычное и особенное.
Он сделал так,
чтобы я участвовала в каждом этапе.
Куда бы мы ни приезжали,
нас встречало море фанатов.
Масштаб звездной силы
этого человека был настолько велик,
что, по правде говоря,
находиться столь близко
к такой энергии было для меня ошеломляюще.
Но Эдди ни разу не дрогнул.
Он проходил каждую встречу с фанатами,
каждое интервью, каждое ток-шоу
с такой элегантностью и юмором,
что я этого никогда не забуду.
Эдди, я искренне надеюсь
учиться у тебя всю свою карьеру.
Храни тебя Бог, и спасибо.
Жил-был маленький мальчик по имени Генри,
и этот мальчик боялся
почти всего на свете,
кроме божьих коровок.
- Божьих коровок?
- Божьих коровок.
И однажды, когда он гулял,
ему попалась божья коровка,
и он решил за ней погнаться.
От сценария слёзы на глазах навернулись,
и я такой:
«Я обычно не плачу, когда читаю».
Как правило,
сентиментальным меня не пробрать.
Потом он обыскал всё вокруг
и больше не смог ее найти.
Он обещал ей, что уйдет.
Но женщина сказала: «Не уходи, останься.
Останься с нами.
Мы люди небогатые, но всё, что у нас есть,
мы разделим с тобой».
И он остался?
Остался.
Знаешь почему?
Потому что впервые
он был в безопасности.
Хотелось бы мне посмотреть
на актеров метода,
которые в сценах, где нужно пустить слезу,
думают о какой-то безумно грустной хрени.
Я так не умею.
Никогда не мог вот так… Ну да.
Для меня всё происходит так:
погнали, «мотор»…
Я отыграю… Всё, «стоп».
И я снова я.
Поаплодируйте Рэнди Уотсону.
Рэнди Уотсон здесь?
И его группа «Сексуальный шоколад»!
Слушайте, любой болван может
открыть детсад.
А чтобы растить детей, нужна семья.
Вот кем мы теперь будем: семьей.
Если у тебя есть семья и любовь,
ты справишься с чем угодно.
Я очень, очень горжусь тобой, Джейн.
Мы вернем тебя, пап.
Ух ты, круто, «пап».
Мне нравится. Здорово.
Я тебя люблю.
Ты меня любишь?
Мне нужна еще салфетка.
ПОЖИЗНЕННО
Столик для шести Клампов.
Да, и мы голодны.
С годовщиной.
Спасибо.
Мы обнялись,
похлопали друг друга по плечу
и… снова братаны.
- Тогда обнимите меня.
- Мы уже обнялись.
Нет, давай одно большое чертово объятие.
Чёрт, я вас люблю.
Встречайте, Мартин Лоуренс.
Что я могу сказать моему брату Эдди?
Эдди показал нам комедию
в стиле рок-звезды.
Когда я впервые приехал в Калифорнию,
мне выпала честь повстречать
моего кумира, Эдди Мерфи.
Я подошел к его охране.
Спросил: «Можно с ним познакомиться?
Я молодой комик».
Они сказали: «Да, можно».
А Эдди так круто стоял наклонившись.
Я сказал: «Эдди Мерфи, я Мартин Лоуренс».
Говорю: «Брат,
можно с тобой сфотографироваться?»
Эдди посмотрел на меня,
так плавно и круто.
Взглянул мне в глаза и сказал: «Нет».
Я аж опешил.
Потом я сфоткался с Робертом Таунсендом.
Вот с таким лицом.
Что я могу сказать об Эдди,
чего еще не сказали
и чего мы еще о нём не знаем?
Ты знаешь, я люблю тебя.
Теперь могу фоткаться с тобой
сколько угодно,
ведь мы теперь родственники, да, Эдди?
Вот так-то.
Хочу сказать тебе:
люблю тебя всем сердцем и душой.
Ты мой брат, мой друг,
и ты мой родственник, брат.
Люблю тебя, храни тебя Бог.
Да!
Мне очень повезло, я безумно счастлив,
что я так долго работаю в кино.
О, как красиво.
Не верится. Спасибо вам.
Я не знаю, что делать.
Я снял несколько хороших фильмов
и, кажется, выделился как артист.
О, Геркулес.
И я доволен своими работами.
Мои работы могут
посоперничать с чьими угодно,
и над моими будут смеяться больше.
Мои будут самыми смешными.
Гамби, успокойся.
Не указывай мне, мальчик из прицепа.
Смех — лучшее, что есть на свете.
И как здорово
быть в этом бизнесе, снимать фильмы,
быть артистом и смешить людей.
Так что все мои блага
исходят именно от этого.
Лучше и быть не может.
Встречайте, Спайк Ли.
Мы с Эдди Мерфи оба выросли
в районах Бушуик и Форт-Грин в Бруклине.
Однако мы с Эдди пошли разными путями.
Эдди смешил нас
и делал нашу страну счастливее.
Я взял камеру и рассказывал истории
о том, как страна могла бы стать лучше.
Когда я получил письмо, где говорилось,
что Эдди хочет,
чтобы я был здесь,
я был поражен.
И я узнал дату.
Но расписание NBA еще не вышло.
И «Никс» победили!
Эдди!
Если бы не ты,
как сказала бы моя мама,
моя тощая задница сидела бы у поля
на самой знаменитой арене мира,
но ради тебя я пришел.
На каждом шаге своего пути
Эдди оставался верен себе.
Он ставил семью на первое место.
И последнее, но не менее важное:
он великий артист.
Не просто комик.
Дамы и господа,
прошу встать и приветствовать лауреата
премии Американского института кино
за вклад в кино 2026 года,
моего брата из Бруклина, Эдди Мерфи.
Спасибо, Спайк Ли.
Что ж.
Ух ты.
Да. Это было… Прошу. Это было…
А они всегда были такого размера?
Кажется, эта меньше.
Да? Они всегда были такого размера?
Спасибо, Спайк.
Спасибо, брат.
Знаете, Спайк тоже из Бруклина.
Но вообще, знаете… Я расскажу, Спайк.
Спайк не родился в Бруклине…
Но Бруклин у него в сердце.
Да, сегодня утром я проснулся в тревоге.
Я не представлял,
как всё это будет происходить.
Думал: «Ну и ну».
А оказалось всё совсем иначе… Всё чудесно.
И всё это не могло случиться в более…
…удачный момент.
В последний месяц или даже два
в моей жизни столько всего произошло.
У меня едва родился первый внук,
и еще
третья внучка.
И да, мне недавно исполнилось 65.
И такое чувство, будто в этом месяце
на меня излился рог изобилия.
Да, много всего случилось.
Как удивительно получить эту награду
и всё еще, знаете, выглядеть собой.
Иногда с этой наградой ждут,
пока ты окончательно состаришься.
Мелу Бруксу было 86, когда он ее получил.
А в прошлом году
ее получил Фрэнсис Форд Коппола,
великий Фрэнсис Форд Коппола,
и ему тоже было 86.
Мне 65.
Самой старшей, кажется, была Лилиан Гиш.
Ей было 92, да?
Да.
Она вышла получать награду очень изящно.
Поблагодарила.
Если бы вы заставили меня ждать до 92,
я бы вышел на сцену
и проорал: «Да пошли вы все!»
Да пошли вы все!
А потом насрал бы на пол.
И они бы начали играть ту самую музыку,
когда тебя уже просят сворачиваться,
а я бы продолжал срать.
Но мы предотвратили всё это,
вручив мне награду сегодня.
Да.
Прекрасно видеть всю семью,
всех детей и мою прекрасную жену,
и видеть всех,
с кем мне довелось поработать.
От такого душа теплом наполняется.
И…
Это особенный момент.
И я хочу поблагодарить
AFI и Теда Сарандоса…
Теда за то,
что организовал это мероприятие.
Это просто…
Вот бы и вы сейчас чувствовали
и видели, то же, что и я.
Всё это просто правда…
Этот вечер меня растрогал.
Но да, я хочу поблагодарить всех
за это событие,
которое я буду помнить всю свою жизнь.
Я почти прослезился.
Почти. За кулисами поплачу.
Но это было чудесно.
Спасибо огромное. Я в восторге. Спасибо.
Спасибо.
Юмор словно дух.
Некое мимолетное ощущение.
И у меня всегда возникает
вот это самое ощущение где-то на подкорке
примерно за наносекунду
до того, как прозвучит шутка.
Покручиваешь ее в голове, думаешь,
и вот возникает это чувство.
Это всегда срабатывало.
Столько только призвать духа юмора,
сразу начинает происходить смешное.
 

////////////////////////////