Виски Ромео Зулу (2004 год). Цитаты и фразы из фильма

Whisky Romeo Zulu (2004)

«Виски Ромео Зулу» (исп. Whisky Romeo Zulú, также известен как WRZ, см. Фонетический алфавит) — аргентинский полудокументальный драматический триллер 2004 года. Режиссёрский дебют аргентинского актёра итальянского происхождения Энрике Пиньейро, который также исполнил главную роль и участвовал в написании сценария к фильму.

Все фразы и цитаты

 Памяти авиакатастрофы в Буэнос-Айресе
31 августа 1999 года.
Разрешите взлёт.
3-1-4-2, взлёт разрешаю.
Взлетаем.
- Выключить рулёжные?
- Да.
6-2-8-8, доложите набор 3000
Положение тумблеров двигателей?
- Взлётное.
- Транспондер?
- Включен.
- Стробы?
Включены.
- Девчонки?
- Усажены.
- Ты их сажал?
- А ты разве нет?
Экипажу в салоне
приготовиться к взлёту.
Взлётный режим.
Взлетаем.
- Нет, нет, нет.
- Ну что там опять?
Что за чертовщина здесь творится?
Доброе утро. Идёмте.
Я не знаю, что это такое,
но вроде всё хорошо.
- Восемьдесят узлов.
Добрый вечер, 1-5-7-7.
Доброе утро.
Доброе утро. Вы готовы?
Начнём.
Местное время 3:55 утра,
за окном дождь.
В Буэнос-Айресе гроза.
Штормовые осадки идут с
северо-востока страны,
но к утру циклон должен
сойти на нет.
Что ты делаешь?
Угадай!
- Поздравляю, капитан.
- Спасибо.
Погоду получили, отличная погода.
Сколько заправишь?
- Какой запасной?
- Кордова.
- Пассажиры?
- Шестьдесят два.
- Груз?
- Нет.
- Пусть будет десять тысяч восемьсот.
- Десять восемь?
- Десять тысяч восемьсот!
- А, десять восемьсот...
Капитан!
Поздравляю.
Какая радость!
Сфотографируй нас!
Не закрывай нашивки, а то
не видно, что я капитан.
- Командир!
- Привет, все в порядке?
Да. Гидравлика с закрылков
немного подтекает,
но в допустимых пределах.
Что-нибудь еще?
Да, ложно срабатывает
пожарная сигнализация ВСУ,
так что смотрите не включите
систему пожаротушения.
Хорошо, учту.
Чем больше Компания,
тем меньше униформы.
- Вы что, хотите это раздать?
- Да, а что?
Смотри.
"Опасность столкновения
четырёх самолётов".
- Тогда нет.
- Гордо.
- Да?
Спроси старт, что там с задержками.
- А как насчет комиссара, где он?
- Я не знаю.
... 1-5-0, что у нас с запуском.
Эй, техник.
- Эй!
- Что?
Мы девятые на запуск.
- Этот огнетушитель пуст.
- У нас нет полных в наличии.
Да, но я не могу лететь
без огнетушителя.
Но этот самолёт уже
неделю так летает.
Это не моя проблема.
Дайте мне огнетушитель.
Я без него не полечу.
Дай сюда.
Командир, когда начинаем посадку?
После завершения работы с топливом
и замены огнетушителя.
Командир, напитки не привезли.
- Разве вы не можете заправляться при посадке?
- Нет, этого делать нельзя.
Гордо, скажи снабжению
привезти напитки.
И газеты пусть заменят.
Сандра, убери это,
пока посадка не началась.
Командир, у нас спрашивают,
когда посадку начинать.
Я же только что говорил с ними.
С огнетушителем проблема решена.
Окей.
- Как дела?
- Супер.
- К посадке готовы?
- Конечно.
- Спасибо.
- Не за что, до свидания.
Уважаемая госпожа.
Смею писать это письмо,
потому что есть нечто, о чём
я хочу рассказать вам.
Я должен представиться.
Было бы логичным
назвать вам своё имя.
Но я сомневаюсь, что вы помните его.
Поэтому я представлюсь другим образом.
Мы ходили в одну школу
и ездили вместе на автобусе номер один
с водителем по имени Чоло.
Моё сердце колотилось,
когда я проходил мимо вас на своё
место в задней части автобуса.
Я жил этим моментом весь день.
Эти секунды, в которые
я видел ваше лицо,
были лучшими секундами суток.
Я помню случай, который дал
мне надежду думать,
что ваше напускное равнодушие
на само деле не было таким.
Я болтал с Луиджи, пока мы бездействовали,
стоя в защите при игре в футбол.
- Ты знаешь Марселу Фаббри?
- Нет, а что?
Потому что она сказала мне,
что вы знакомы.
- Она действительно так сказала?
- Да, а это не так?
Просто это странно...
Хорошо! Отлично! Молодцы.
Может, вам сесть и поболтать,
всё равно играть не хотите?
Мы проиграли из-за этого гола,
Но я был счастлив, шагая
в сторону раздевалки.
Это был первый знак в течение
всей моей тихой любви,
который вы мне подали в ответ.
Подростком быть непросто...
И я прошёл через многие вещи.
В том числе через первую любовь:
моя любовь к вам.
- Привет.
- Привет.
- Как дела?
- Хорошо.
- Как все прошло?
- Нормально.
Запроси снижение.
Мендоса, доброе утро, 150.
Мендоса, 150 ответьте.
Мендоса, 150 ответьте.
Они не отвечают.
Мендоса 150, мы вас не слышим.
Нет сигнала DME.
Удаление 55 миль, нужно снижение.
VOR мы тоже не видим.
Гордо, настройся на Ниуиль и дай знать,
если это что-то даст.
Дамы и господа, говорит командир
воздушного судна.
В аэропорту Мендоса
проблемы с аэронавигационным обеспечением.
Видимо, это связано
с прошедшей грозой.
Радиосвязи с ними нет,
так что пока мы находимся
в зоне ожидания,
и если в ближайшие 20 минут
связь не восстановится,
мы уйдём на запасной
аэродром - в Кордову.
Вот факс от Трапаттони,
начальника региональных линий.
В Компании все очень расстроены,
и требуют от тебя объяснений.
Скажи им, что не работал VOR Мендосы,
я не мог выйти на визуальную
видимость аэропорта.
Твой первый полет в качестве командира,
и сразу такие накладки.
- Я ни в чём не виноват!
- Они зря что ли бучу подняли?
Да ладно, Адриан, ты что,
не знаешь что ли, как это бывает?
Мы вместе здесь начинали.
Но теперь я твой босс!
И борода!
- А что с бородой?
- Нельзя отпускать.
- До трёх миллиметров разрешено.
- Де Анджелис не нравится.
- Ну ...
- Я не хочу спорить с тобой.
Компания растёт,
и мы должны расти вместе с ней.
Может, это нездоровый рост,
как опухоль?
Может, это просто Компания
не подходит именно тебе?
Это комплимент?
Я думал, что повышение поможет
тебе собраться с мыслями.
Вот направление. В понедельник
тебе назначен тренажёр.
А это последний лётный бюллетень.
Окей.
Вы читали бюллетень?
- Нет.
- Послушайте.
"Без сомнения, мы добьёмся этого.
Благодаря нашим усилиям и
с божьей помощью
мы сможем выполнить планы
на 99 процентов
и с высокой степенью эффективности.
Мы - большая Компания, просто
надо сделать больше усилий.
Давайте сделаем это!"
С ума сойти!
Представляю лица пассажиров,
узнавших, что они летят с божьей помощью.
Может, нам чётки перебирать перед взлётом?
И три раза читать "Отче наш", это
даст экономию топлива.
- Луиджи, подожди, я с тобой.
- Хорошо.
Гордо, хорош пить.
- Ладно, пока.
- Чао.
На следующей неделе не летаю.
Буду в Рио на симуляторе.
А почему в Рио?
Потому что здесь его нету,
почему еще?
А почему нету?
Ты уже пьян.
Он нам нужен всего раз в полгода.
Ну вы и храпите.
Ты тоже будешь, когда вырастешь.
Нет, я не буду.
Почему вы развелись с женой?
Потому что ...
потому что она сердилась
и била меня.
Нет, правда. Почему?
Потому что 95 процентов
браков распадаются.
Но мои мама и папа не разводятся.
Они входят в остальные 5 процентов.
Кто ушёл, вы или она?
- Она.
- Почему?
Я не знаю, так и не понял.
Думаю, что ей не нравятся пилоты.
Как только я узнаю, я позвоню тебе, ладно?
Я вас расстроила?
Отец сказал, будете уходить -
закройте дверь и заберите ключи.
Хорошо.
Мы не можем так летать.
Ты читал бюллетень?
Конечно.
Никто не заставляет нас летать
вопреки правилам.
И не надо ломать копья,
будь дипломатичнее.
Не будь дураком.
Перед тем, как начинать
войну, выясни:
что поставлено на карту?
Ну, хорошо.
Я принимаю ваши объяснения.
Но постарайтесь, чтобы в будущем
такое не повторялось.
Тем не менее,
при всем уважении,
мне представляется, что ...
Мы избежали более худшего.
Что вы имеете ввиду?
В Мендосе был полный отказ
электроснабжения.
На какие мы шли бы риски, если бы мне
пришлось приземляться там вынужденно?
Ну а что вы хотите? Мы же в Аргентине.
Только одного я хотел в жизни
больше, чем быть пилотом,
и это было жениться на вас.
Ничего, абсолютно ничего
не могло сравниться
с той радугой чувств
28 ноября 1969 года.
Вы обернулись ко мне, и так
естественно и натурально
огорошили мои разум и чувства
следующим простым вопросом:
А ты какой учебник используешь?
Для меня ваши слова были ударом.
Они потрясли меня.
Я был просто парализован.
Я не мог поверить своим ушам.
Вы обращались ко мне!
Если бы мне пришлось выбирать
лучшие моменты моей жизни,
то это, конечно, один из них.
Обычно, когда фантазия
сталкивается с реальностью,
результатом является разочарование.
но иногда фантазия рождена
таким сильным желанием,
что границы реального
становятся призрачными.
В эту волшебную ночь
они, казалось, совсем растворились.
Мне почудилось, что мы живём
на юге Аргентины,
в Патагонии.
У подножия гор, на берегу озера.
Вы и я, и ничто не мешает
нашему счастью.
Несмотря на растущее
противодействие моего отца,
так как мои бабушка и дедушка
погибли в авиакатастрофе,
мне уже всё было ясно.
Я буду пилотом.
Разрешите взлёт.
3-1-4-2, взлёт разрешаю.
Взлетаем.
- Выключить рулёжные?
- Да.
6-2-8-8, доложите набор 3000
- Вам точно не помочь?
- Не надо, спасибо.
Что случилось?
- Отказ первого двигателя.
- Перезапуск!
Пытаюсь.
Он мертв, ничего не выходит.
Держи!
Извините, не успел включить паузу.
Я не могу в это поверить. Как вы
умудрились сжечь двигатель?
И знаете, как? Вы не убрали режим!
Нужно следить за температурой
выхлопных газов,
сколько можно это повторять?
Мы можем попробовать еще раз?
Ну, теперь вы.
Что случилось?
Что случилось...
Ты видел, что случилось.
Дерьмо.
Вот что случилось.
Теперь опять во вторые пилоты.
Руководства на английском.
Они их бросают тебе и говорят -
учи как хочешь.
Вот и весь курс теории.
Да, да, я знаю, но ...
А ты не можешь изучить их самостоятельно?
Не забывай, я не учил английский в школе.
Мексиканцам вон переведённые
руководства дают.
А в авиакомпаниях у них
есть курсы английского.
А я что могу в нашей "деревне"?
Я не могу соответствовать требованиям,
если сама Компания им не соответствует.
Три листа, да.
Да, да, на четверг.
Подождите, пожалуйста.
Как дела, капитан?
Хорошо.
У меня встреча с отделом персонала.
Да, минуточку. Я уточню.
Спасибо.
Они пришли.
Три.
Да.
Уважаемая госпожа.
Смею писать это письмо,
потому что есть нечто, о чём
я хочу рассказать вам.
Я должен представиться.
Было бы логичным назвать вам своё имя.
Но я сомневаюсь, что вы помните его.
Он спросил меня, не хочу ли я оставить
телефон, я сказал да,
но затем понял, что это
будет загадкой для вас.
Я сказал ему, что лучше я напишу письмо...
и вот я это делаю.
Пришел последний день занятий
в начальной школе.
Мы говорили всю поездку.
Прошлой ночью я почти не спал.
Счастье переполняло меня.
Вы вышли, и началось долгое
лето, три месяца, не видя вас.
А начальная школа закончилась.
Я был готов ждать три месяца,
я и так уже ждал несколько лет.
Что меня беспокоило, так это
как мы будем общаться,
потому что в средней школе
не было школьного автобуса.
В своих летних походах
по горам и озёрам
я планировал встречу с вами.
Мои три занятия были:
планировать, думать о вас
и любить вас.
После 3-х месяцев планирования
я принял решение.
В первый день занятий
придти на станцию,
дождаться вас, и со всем
возможным шармом спросить:
"Который час?"
"Марсела, который час?"
Но потом я узнал, что ваши родители
перевели вас в другую школу.
Я шлю вам это письмо как дань
моему детству, вам,
и моему одностороннему роману.
- 3140, оператору.
- Продолжайте.
Адриан просил передать.
Если вдруг сработает пожарная
сигнализация ВСУ,
не включайте огнетушители,
там просто контакт коротит.
А что мне делать, если на
самом деле будет пожар?
Не включайте в полете.
Конечно. А что мне делать,
если я потеряю генераторы и мне
придётся включать ВСУ?
Или если я загорюсь на земле,
что мне делать?
Ну, будьте внимательны.
- Я не могу в это поверить.
- Что ты делаешь?
Слышал притчу про пастуха и волков?
Стандартная схема, полоса 31,
на скорости от 0 до 80 узлов
прерываем взлёт при любой
сигнализации, между 80 и V1
только при отказе двигателя
или критическом отказе.
- 80
- Есть.
V1, подъём.
- Высота растёт.
- Убрать шасси.
Курс 316, прямо на Росарио.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
Меня зовут Марсела Фаббри,
мы из Алия-консалтинг,
и мы здесь, чтобы провести
небольшой внутренний опрос.
Посмотрим.
- Роберто.
- Это я.
Очень приятно.
Лучано.
- Вивиана.
- Я.
- Лукреция.
- Здесь.
И мне нужен ...
А, синьор.
Вы мне нужны...
заполнить эти формы и...
если у вас есть вопросы - задавайте.
Ну, пожалуйста, объясните мне,
как это могло произойти.
Я не знаю, я правда не знаю
больше, чем вы.
- Осторожно, кабель.
- Какая ситуация, не так ли?
Я так понимаю, вы получили моё письмо.
Конечно, я получила... мне...
Более очаровательное письмо
я не получала за всю свою жизнь!
- Верно? Вам понравилось?
- Да, конечно, очень.
Как я смогла вам понравиться...
когда мы были детьми.
- Вы и сейчас мне нравитесь.
Я не знаю, что со мной.
Я просто потеряла голову.
Я всё читала ваше письмо и
не могла оторваться.
Оно очень тёплое.
Мне бы очень хотелось
поговорить сейчас,
но у меня встреча... я должна идти.
- Хорошо.
- Хорошо.
Пока.
Эй!
Мы можем пообедать как-нибудь?
Да, конечно. Да. До встречи.
Ты не любишь нормально обедать?
Люблю, когда у меня есть время.
У вас нет обеденного перерыва?
Обычно у нас оценочное
собрание в полвторого.
И что вы оцениваете?
Имидж компании.
Думаете, им это понравится?
Думаю, им ничто не нравится.
Бедный Гонсало, так ведь?
Этот бразилец, по-моему,
перегнул палку.
Всё было не так уж и плохо.
Там даже не было сдвига ветра,
это был простой отказ.
Симулятор - это симулятор,
в реальности всё по другому.
Пожарный кран ВСУ поднять и повернуть.
ВСУ выключить.
Достань список действий
при пожаре ВСУ.
Объявляем аварийную ситуацию,
на транспондер ставим код 7700
и запрашиваем возврат в аэропорт.
Запроси аварийные службы
по прибытии.
Теперь мы должны
обслужить самолет.
Всех пассажиров отправить
другими рейсами.
Ваша шутка стоила нам
25 тысяч баксов.
Это не шутка, это был пожар ВСУ.
Я сказал вам несколько дней назад,
что тревога ложная.
Не было причин для паники.
Что у меня совсем не
укладывается в голове -
это вызов аварийных служб
на ложный пожар.
По внешним признакам ложный
пожар от настоящего не отличить.
Одно дело - книги, а другое - практика.
Мы лоукостеры, конкуренция душит нас,
если мы не будем экономить,
мы не выживем.
- Да, но если мы убьём
самолёт и пассажиров, то
это будет конец.
На днях я проверил 100 последних
технических отчётов,
за последние 4 месяца 96 ложных тревог.
Мы играем с огнем, я серьезно говорю.
Вы ведёте себя, как ребёнок.
Задача командира - принять
правильное решение!
Мы не можем держать командира, который
не может принять верное решение.
И это последнее предупреждение.
Теперь иди.
У тебя рейс на Игуасу.
Как дела?
Это что, был Гонсало? С четырьмя
капитанскими лычками?
Он летает командиром?
Он пошел на тренажер с Адрианом,
и теперь он большой человек.
Никаких записей в журнале.
Все неисправности пишете на салфетке
и отдаёте обслуживающему персоналу.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Какие-нибудь проблемы?
- Нет, никаких.
Спасибо.
Все в порядке?
У нас нет ВСУ. Гироскоп с моей
стороны не работает.
Блок кондиционирования на обслуживании
и не работают оба дальномера.
Что в MEL написано, мы
можем так лететь?
Да, но...
- Читай чек-лист "перед стартом".
- Вы собираетесь так лететь?
Гордо, не парь мозги.
Если это законно, я лечу,
если документами запрещено, не лечу.
- Да, но я бы подумал, прежде чем...
Я не просил твоё мнение.
Читай чек-лист "перед стартом".
Простите, синьор командир!
- Подсветка аварийных выходов.
- Включено.
- Не курить и пристегнуть ремни.
- Включено.
- Обогрев окон.
- Включено.
Вы просили о встрече, и мы согласились,
чтобы сделать очевидным,
что мы сделаем всё, чтобы
помочь вам в этом расследовании.
Спасибо большое.
Вы были вызваны для дачи показаний,
и прибыли бы в любом случае.
Это не интервью.
И это не "встреча".
Во всяком случае, хочу выразить
нашу озабоченность тем,
что существуют определённые
лоббистские силы,
стремящиеся взять под контроль
всю гражданскую авиацию.
Я вас не понимаю.
Нет, подождите секундочку...
я имею в виду, что
мы обеспокоены
объективностью расследования.
Беспокоиться вам действительно есть о чём.
- Ладно, я тебя прощаю.
- Спасибо.
- Привет, хотите пить?
- Привет.
Нет, спасибо.
Пришла посмотреть водопад?
- Что там в салоне?
- Тихо, людей немного.
Я там блондинку шикарную
видел, приведи её.
Ну всё, Гордо на сиськи запал.
- Привет, как тут у вас, как дела?
- Привет, гораздо лучше.
Здравствуйте.
Господи, сколько тут у вас
всяких приборов.
- Да, ты видела такое раньше?
- Просто невероятно.
Как вы можете всё это знать и помнить?
Ну, у нас есть толстые книжки про это.
А вот это вот что такое?
Это? Палец.
Гордо, чувствуешь вибрацию на педалях?
Нет, я серьезно говорю.
Обрати внимание.
Да, действительно, есть немного.
У нас всё в порядке?
Да, займите своё место,
мы заходим на посадку.
- Хорошо. Спасибо. Пока.
- Пока.
Это поможет вам не пойти на дно.
Привет, я посылаю это с
техобслуживания. Узнаёшь это?
Чувствовал вибрацию в рейсе на Игуасу?
Ты летел с трещиной в хвостовом оперении.
Вы могли погибнуть.
И всё ещё хуже, чем кажется.
Потому что в отчёте указано,
что ремонт выполнен.
Руководство заключает контракты
с офицерами ВВС.
Если у них проблемы,
они покрывают друг друга.
Понимаешь?
Знаешь, как они назвали последний борт?
- Нет.
"Анильяко" (деревня в горах).
Это утопия, мы летим в ад,
и никто ничего не делает.
- А ты что делаешь?
- Тоже ничего.
Ну, я сделал несколько докладов.
При всем уважении, но
это очень серьёзная проблема.
Да, я знаю, знаю.
Мы могли потерять хвост и разбиться.
Ну, ты это право преувеличиваешь.
Знаете, в чём проблема?
Эти парни всё ещё там,
и они делают с самолётами всё,
что им заблагорассудится.
Послушай, я дам тебе отеческий совет.
Не воюй с техобслуживанием,
ты сделаешь только хуже.
Они и так ненавидят пилотов.
Да, я знаю, один из них чуть не убил нас.
Оставь их. Я тебя услышал.
- Хорошо, но...
- Тихо. Я сам займусь этим.
Я разберусь.
- У вас в Компании соблюдается
режим труда и отдыха?
- Да.
- Вы уверены?
- Да, да.
По вашим критериям, когда
пилоту положен выходной?
Для обеспечения безопасности,
когда пилот опасно устаёт.
Вы узнаете эту папку?
Да, это мой файл.
Эта подпись здесь ваша?
Да.
Вы помните, что находитесь под присягой?
Да.
Вы знаете, что лжесвидетельство
является преступлением?
Согласно этим документам, вы
задолжали уже выходных на 6 лет...
Что я здесь делаю?
- Кто знает?
- Расскажи о себе.
- Что именно?
- Не знаю... всё.
Обычная история.
- Мой отец бросил меня.
- Жаль, а сколько тебе было лет?
32.
Не шути так.
Нет, но это правда. Они развелись,
он ушёл, и я не видел его больше.
Спасибо.
Нормальная еда.
Зайдёшь?
Нет, нет, нет,
не надо, не надо.
Не надо.
- Что, совсем не надо?
Я не знаю. Но сегодня не надо.
Не знаю, в чём дело.
Но давай не будем.
Не смейся.
Ты имеешь хотя бы смутное представление,
сколько мне пришлось заманивать эту женщину?
Я хочу. Но не могу.
Знаю, звучит по дурацки.
Но это сложные чувства,
постарайся понять.
Да ладно, я все понимаю.
Вас устраивает ваша работа?
- Почему вы спрашиваете?
- У вас уставший вид?
Ну да, я встал в 6 утра,
чтобы попасть к вам.
Ну да, конечно.
Вы давно не были в отпуске?
Очень.
Я просил, но мне не дали.
Хотя должны были дать, по закону.
- Вы расстроены?
- Нет.
Может, депрессии? Чувство
жалости к себе?
Нет.
Вас развеселил мой вопрос
о депрессии?
Нет
- Или наоборот, напугал?
- Нет.
Хорошо.
Давайте сделаем несколько тестов.
Вам надо будет рисовать
и ответить на несколько вопросов.
На этом листе листе нарисуйте мне
мужчину, женщину и дом.
И мой коллега даст вам
следующее задание.
А для чего нужен этот тест?
Потому что мне это нужно.
Это часть программы.
Да, но я летаю 17 лет и никогда
ничего подобного не делал.
Много что изменилось за 17 лет.
Диагностика тоже стала шире.
Быстрее сделаете - быстрее
пойдёте домой.
За ваш успех.
- За наш успех.
- За успех.
Я не сомневаюсь, что все
будет очень хорошо.
- Ура!
- Ура!
- Какие новости?
- Неважные.
Я искал тебя в операторской,
но ты уже ушёл оттуда.
С моей стороны не работают
ни гироскоп, ни авиагоризонт,
и контрольный авиагоризонт
тоже неисправен.
И что написано в MEL?
MEL говорит, что ночью
нельзя летать без контрольного
авиагоризонта.
- Привет.
- Добрый день.
Этот самолет не пригоден
для ночного полета.
Но он неделю уже летает
без всяких жалоб.
Ну, это не моя проблема.
Ну, тогда надо ставить его в ангар
и заниматься ремонтом.
Делайте, что хотите. Или этот ремонтируйте,
или резервный давайте.
На этом я лететь не могу.
- Да, но другого нет.
Резервный борт улетел в Сальту.
Ну, тогда извините.
Перес, сообщи операторам.
Мы никуда не летим.
И технический журнал дай, пожалуйста.
Оператор, 1-6-0.
Говорите.
У нас отказали два
авиагоризонта и гироскоп.
Мы не можем лететь.
Хорошо, принято. Он говорит, что у них
не работают два авиагоризонта и гироскоп,
и отказывается лететь.
Да чтоб его.
Как он мне надоел.
У нас нет другого пилота сейчас?
Елена, питание не принимай на борт.
Мы не летим никуда.
- Почему?
У меня не работают два
авиагоризонта и гироскоп.
А что, без них никак?
Юлия, когда закончите с питанием,
я вас жду в операторской.
Жду в операторской.
Куда они пошли?
Там не работают авиагоризонты и гироскоп.
Вы собираетесь лететь?
- Ну а что делать?
- Вы с ума сошли!
Какого чёрта ты делаешь?
Регламент регламентом, а реальность
говорит, что можно лететь.
Рискуя жизнями, на рассыпающемся самолёте?
Это безумие.
Что вы будете делать, когда у вас
ночью откажет последний авиагоризонт?
Сегодня не откажет.
Привет, это Перес. Выражаю
полную солидарность с тобой,
потому что то, что произошло
сегодня - это позор.
Это всё. Держись, дружище. Пока.
Капитан, это офис. Мне
сказали сообщить вам,
что вы отстранены от полётов
до конца месяца. Спасибо.
Кто отдал приказ?
Хорошо, спасибо.
Старшему пилоту Компании LAPA
Анализируя опыт мировых авиационных инцидентов,
констатирую, что продолжающееся плохое техническое
обслуживание самолётов вкупе с практикой игнорирования
срабатывающих аварийных сигнализаций неминуемо
приведёт к авиационным происшествиям.
Привет, это Гонсало.
Предлагаю встретиться сегодня
в полдень в аэропорту.
Я хотел... поговорить с тобой.
Ты знаешь, что меня отстранили?
Да. Я не хотел, чтобы
этим закончилось.
Я прекрасно знаю, в каком
состоянии был самолёт.
Но ты тоже пойми... Я был
обязан им за тренажёр.
И какую он принёс тебе пользу?
Деньги, брат. Разница в зарплате.
В моей финансовой ситуации я обязан
следовать определённым правилам.
У меня не было выбора.
А теперь они держат тебя за яйца.
Когда-нибудь это кончится.
И мы будем работать как
нормальная Компания.
Ты написал рапорт?
И что в нём?
Правда.
- И ты его подашь?
- А почему нет?
Ты знаешь, что будет?
- А что будет?
- Ты лучше меня знаешь.
Скажи сам.
В нормальной Компании меня бы уволили,
а у нас уволят тебя.
В нормальной Компании
не было бы этого разговора.
В нормальной стране не было бы
такой Компании.
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Я принёс несколько писем.
- Для кого?
Для Адриана,
и копии для всех.
Главе Компании, менеджерам и
исполнительному директору.
Они украли мой компьютер.
Что?
Ты сам в порядке?
Резервные копии есть?
Я проверю сейчас, что у меня дома.
Позвоню тебе позже. Давай.
- Я приехал.
- Да, я вижу.
Мы организовали эту встречу
для неформального обсуждения.
Только после того, как мы пригрозили
массовым выходом из союза.
Я думаю, что если мы все понизим тон,
то сможем лучше решить все вопросы.
Я думаю, что всё это
просто повод для
нападок на Компанию.
- О каких нападках вы говорите?
Командир рейса в Пунта-Кану
не подтвердил претензии,
о которых вы говорите.
Командир летал без
спасательных жилетов.
О каких нападках вы говорите?
Об элементарных требованиях безопасности?
И кто вам это сказал?
Вот этот умник?
Это была жалоба от бортпроводников.
Сами сиденья служат как спасжилеты.
Извините, у нас несколько
другое мнение на этот счёт.
Нет, нет. Не так. Они только
вспомогательные плавсредства.
Для этого нужен дееспособный
пассажир и определённые усилия.
А речь идёт о требованиях
к рейсам, выполняющихся
за 50 миль от берега.
- Здесь есть тонкость!
Здесь тонкость в том,
что требуется устройство,
способное держать над водой
голову пассажира, находящегося
в бессознательном состоянии.
И единственное, что удовлетворяет этим
требованиям, является спасательный жилет.
- Это не то, о чём вы говорите.
- Заткнитесь.
- Нет, я не собираюсь затыкаться!
- Вы просто нападаете на Компанию!
- Я не нападаю на Компанию.
- Вот он нападает на Компанию!
Я не нападаю на Компанию.
А это долбаное письмо
я написал, что ли?
Как вы можете утверждать о
возможных авиапроисшествиях?
Вы сами можете проверить, просто
почитайте технические журналы.
Я написал это письмо просто
потому, что не хочу летать
ночью без двух авиагоризонтов.
Перес, ты вторым пилотом был
как раз, так ведь было?
Да, да, Перес, расскажи нам.
Да, это верно, правый гироскоп и
авиагоризонт были в нерабочем состоянии.
У контрольного авиагоризонта
была небольшая погрешность,
был небольшой уклон,
но он работал отлично.
Да там вот такой угол был.
Что ты говоришь?
Что он говорит?
Мы отстраняем вас от полётов,
пока на 6 месяцев,
а потом посмотрим.
- Почему?
- С вами не всё в порядке.
Я в порядке, вы сами знаете.
В отличие от дел в Компании.
И что здесь делал врач Компании?
Не уходите от темы.
Очевидно, что если вы пишете
такие зловещие письма,
вы испытываете страх.
- Да, действительно, я боюсь,
что если всё будет продолжаться,
как сейчас, то может упасть самолёт.
- Или боитесь упасть сами?
- Нет, нет.
О себе я стараюсь заботиться, если самолет
не в порядке, я отказываюсь лететь.
Ну, тогда в любом случае
вам надо лечиться.
Почему? От чего?
Вы всё время боретесь
со своей меланхолией.
Нет такого диагноза.
И на каком основании
вы судите о моей меланхолии?
Это не меланхолия, это
обычная дилемма -
выполнять правила и работать без риска
или нарушать правила и создавать
риск безопасности полетов,
для того, чтобы сэкономить.
Понимаете?
И вы, как представители государства,
должны понимать это, не так ли?
Вы знаете, что нашей целью
является обеспечение безопасности?
Ну так я вроде об этом и говорю,
вам не кажется?
Теперь понятно, что он имел ввиду
под словом "вредный".
- Что значит "вредный"?
- Склочник.
Я идиот!
Ну так-то да.
А что на этот раз?
Я сделал именно
то, что они хотели.
- Что ты сделал?
- Спорил с психиатром.
А, вот оно что...
Ну тогда ты идиот,
я согласен.
Смотри, смотри, опубликовали статью.
- Где?
- Вот, смотри.
"В 2:20 15 апреля 1912 года
потерпел катастрофу "Титаник",
погибли 1515 человек.
Спасательные шлюпки были
рассчитаны только на 1178 человек
из 2224, что были на борту.
До этого спасение на шлюпках
никогда не применялось.
Это был первый случай транспортной
катастрофы такого масштаба.
85 лет спустя расследуется
рейс самолета
из Буэнос-Айреса на Карибы и обратно
без спасательных жилетов
для своих пассажиров.
Потратив столько времени
и человеческих жизней,
мы так ничему и не научились.
Эй, придурок, проснись!
Просыпайся, черт возьми!
У меня для тебя хорошие новости.
Де Анджелис уволен!
- Здравствуйте, как дела?
- Хорошо.
Садитесь.
Хотим поговорить с вами...
Ах, извините, не представил вам:
наш новый менеджер по связям с
общественностью Марселла Фаббри.
Очень приятно.
Мы хотели пообщаться
с вами немного
о вашем конфликте с
предыдущим руководством.
Ну, просто они делали вещи,
которые могли привести к авариям.
Я просто обращал их
внимание на это.
Мы ценим вашу заботу о безопасности,
более того, уже решаем
некоторые из этих вопросов.
Ну, я очень рад слышать это.
И, если вы хотите работать с нами,
я не вижу в этом проблем.
Ну, на самом деле
проблема есть.
Хотя у меня есть американский и
английский медицинские допуски,
наша местная лётная экспертиза
отозвала мой сертификат.
Ну, это решаемо.
Как отозвала, так и вернёт, верно?
Директор комиссии - мой друг.
Ну, тогда действительно,
кажется, нет никаких проблем.
Хорошо, если так, есть
только один момент.
Да, слушаю.
Речь идет о письме, что
вы написали.
Это письмо вызвало широкий
общественный резонанс
и подняло вокруг авиации
очень много шумихи,
даже «Нью-Йорк Таймс"
цитирует вас,
предрекая катастрофу.
Я и не думал, что
даже до них дошло.
Да, мне случайно попала копия.
Если вдруг что-то случится, то это письмо
превращается в бомбу замедленного действия.
Мы не можем нормально работать
в таких условиях.
Но если мы не будем экономить на безопасности,
ничего страшного не произойдёт.
Это вообще было письмо для Адриана.
Общество видит Компанию в целом,
а не отдельных её членов.
- Вы просите меня забрать письмо обратно ?
- Нет, нет, не поймите меня неправильно, нет.
Нет, я прошу вас просто его смягчить.
Чтобы оно не мешало спокойно работать.
Ну, я бы рад, только
как теперь это сделать.
Вы достаточно умны, письмо написано
очень хорошо и грамотно,
думаю, можно придумать, как.
Я же не прошу вас сделать
это прямо сейчас.
Не торопитесь, подумайте
хорошо и перезвоните мне.
Хорошо.
Очень рад.
До свидания.
- Вы знакомы?
- Нет.
Напиши хоть что-нибудь,
хоть какую-нибудь ерунду.
Я не смогу тебе помочь,
если ты не позволишь мне.
Думаешь, если я напишу,
то они действительно
позволят мне летать?
- Да, да. Я уверена.
А я нет.
Ну а так ты точно не будешь летать.
Я знаю, как это важно для тебя.
Я не хочу, чтобы ты прекратил полёты.
Я тоже этого не хочу.
Когда я была маленькой, я
очень любила смотреть в небо.
Могла часами смотреть.
- И о чём ты думала?
- Не знаю.
Представляла себе будущее.
Ну и как оно, будущее?
Нормально. Всё получилось.
Странно всё-таки, как у тебя
получилось с авиацией,
с твоими бабушкой и дедушкой, с ...
при всех этих беспорядках.
- Да без особых проблем.
Откуда это взялось вообще?
Всю свою жизнь я прожил
возле радара аэропорта.
Я смотрел вверх, и единственное,
что я видел, были самолеты.
Когда австралийский DC-9
разбился в Фрай-Бентос ...
А, это где он попал в грозу?
Да не было там никакой грозы.
Да, попал в грозу
по ошибке пилота.
Как ты можешь работать в авиакомпании
и говорить об ошибке пилота?
Я не понимаю, а что тут не так?
Все делают ошибки,
и пилоты тоже.
Конечно, мы делаем ошибки,
но это даже не главное.
Главное - это соблюдение всех
технологических процедур.
Но на них пытаются сэкономить. Они стоят
много денег. На безопасности нельзя
экономить - но этого не хотят понимать
Компания и ваш друг, менеджер.
Я принимал тогда участие в
расследовании от профсоюза пилотов.
3 дня я работал не месте аварии,
а после я отправился в Вашингтон.
Там я слушал чёрный ящик.
Могу заверить тебя,
это было самое ужасное,
что я слышал в своей жизни.
Два парня 40 секунд пытались
спасти самолёт.
Знаешь, что я нашёл на месте
аварии? Три пальца командира
на рычаге воздушных тормозов!
Таким образом, парень умер,
пытаясь спасти этот самолет.
А официальные власти сказали,
что это было из-за грозы!
Какой идиот полезет в грозу?
Самоубийца? Очень удобная причина.
Так хочешь знать, почему
тот самолёт упал?
Потому что не работала сигнализация,
без которой эксплуатация
самолёта запрещена.
Как легко во всех случаях всё
свалить на ошибки пилотов.
Всё хорошо?
Что теперь будет?
Ничего. Продадим дом и уедем.
Нарисую плакат прямо сейчас.
Почему бы тебе правда не написать?
Иначе ты не полетишь
больше в этой стране.
Твоё дело засунут в долгий ящик.
Не будь дураком, Гордо.
Он не может этого сделать.
Ну, может, ты и прав.
Если бы я ни в чём не нуждался,
я бы тоже мог себе позволить
быть принципиальным.
Знаешь что, Гордо?
Продолжай пить пиво, гений.
Да.
Да.
Я не могу сделать это.
- Что?
- Опровержение, о котором меня просят.
А почему?
Потому что это не правильно.
И также не понимаю...
почему вы так настойчивы
в его получении.
Да, действительно не понимаешь.
Умерь гордыню.
Я пытаюсь помочь.
- Да это не гордыня, это...
- Мы же уже дали тебе понять,
что пытаемся найти взаимопонимание.
Мы работаем, чтобы
исправить положение.
Откуда ты знаешь?
Потому что я контролирую.
Как ты можешь контролировать технические
вещи, в которых не понимаешь?
Мы вместе контролируем.
Да кто "мы"? Адриан по-прежнему
остаётся старшим пилотом.
Кому я могу верить?
Ну, если он будет лгать,
мы будем записывать и проверять.
Как проверять? Кто будет проверять?
Мне что ли будете докладывать?
О, как ты капризен!
- Это не каприз.
- Ещё какой каприз.
Это не игра,
это работа! Людям нужна
работа, чтобы выжить!
Всё, что я хочу сказать - это что если
ничего не изменить, будут падать самолёты.
И я даже целое письмо
вам об этом написал.
Я ценю это, но мне не надо одолжений.
Наше взаиморасположение закончилось.
Ясно?
Ты понимаешь, что детство уже позади?
И я не девочка, о которой
ты когда-то мечтал!
И полёты - не то, о чём ты мечтал.
Ты мальчик, пишущий письма!
Ты витаешь в облаках!
- Что с тобой?
- Что со мной? Я сыта по горло!
Я вообще не знаю, зачем
с тобой связалась!
Как можно иметь с таким дело?
Ты разрушаешь всё, к чему прикасаешься!
- Что ты говоришь?
- То, что слышишь!
Для тебя всё игрушки!
Ты разрушил свой брак и
хочешь разрушить мой!
Ты похоронил карьеру пилота!
Ты хочешь уничтожить Компанию,
но это и моя Компания!
Какое тебе до неё дело?
Ты вылетишь из неё в любом случае!
Выходи из моей машины. Проваливай.
Забирай своё письмо и уматывай!
Поздравляю,
он уволился.
Немного претензий, но это ерунда.
Доброе утро. Идёмте.
Доброе утро. Вы готовы?
Начнём.
Вот 100 технических отчётов.
За 4 месяца звучало 96 ложных тревог.
И как это влияет на
лётную эксплуатацию?
На фоне деградации общей операционной
культуры в кампании
пилоты просто перестают
на них реагировать
должным образом.
Я служащий Компании.
- Где они?
- Везде.
Мне нужны документы по тренажёрам,
отпускам и выходным,
А также технические журналы
борта Виски-Ромео-Зулу.
Они не здесь, по-моему.
Пойду их поищу.
- Принести вам кофе?
- Нет, спасибо.
Экипажу в салоне
приготовиться к взлёту.
Тряска штурвала -
предупреждение о сваливании
Закрылки НОЛЬ
31 августа 1999 г. Боинг 737-200 авиакомпании LAPA
с регистрационным номером Whisky Romeo Zulu (WRZ)
оторвавшись от ВПП с невыпущенными закрылками,
рухнул обратно и загорелся. Погибли 64 человека.
Фильм описывает реальные события в Буэнос-Айресе в 1999 году.
Некоторые факты и имена были изменены для защиты персонажей,
продолжающих работать в авиапромышленности Аргентины, и в
художественных целях. Все документальные материалы достоверны.
 

////////////////////////////