Женщина без чувства юмора (2016 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Сорокин

Непробиваемый участковый Бронислава - женщина без чувства юмора. Вместе со своим напарником, профессорским сынком и, одновременно, экспертом в области антиквариата, она распутывает сложное дело. Спортивная Бронислава обучает своего напарника урокам самообороны, он же рассказывает ей об искусстве, повышая культурный уровень девушки...

Все фразы и цитаты

Серия 1

ТВЦ
(интригующая музыка)
- Вас что-то смущает?
- Только то, что это подделка.
Хорошая, но подделка. Не ту вещь
вы приобрели на "Сотбисе".
- Это невозможно, нет.
Вы внимательно посмотрите.
У меня есть заключение
аукционного дома.
Письмо Елизавете Английской
от Ивана Грозного, оригинал. Вот.
- Увы. Бумага старая
или очень грамотно состаренная.
Но нужен химический анализ.
А письмо - нет, я уверен.
- Я отдавал письмо на реставрацию.
(быстрая музыка)
(напевает)
(звонит телефон)
(шмяк!)
- Чeрт.
Да, я вас слушаю.
(мужской голос):
- Значит, так. Слушай сюда.
Я устал ждать. Ты должен вернуть то,
что тебе не принадлежит.
Ты понял меня?
- Слушайте, я же вам
много раз отвечал.
Я не понимаю, о чeм вы говорите.
(мужской голос):
- Ты дурочку не валяй.
Отдай оригинал, и закончим на этом.
- Даже если бы я хотел, боюсь,
у меня нет того, что вы требуете.
(по телефону):
- Правильно, ты бойся,
потому что моe терпение
вот-вот лопнет.
- Зря вы так.
Идиотизм какой-то...
Чeрт!
(бум!)
Нормальное начало дня.
Чeрт.
(быстрая музыка)
- Добрый день.
- Добрый день, добрый день.
Скажите, могли бы вы мне помочь?
Мне нужен небольшой подарок
для моего приятеля.
- Прекрасно.
Есть ли какие-то предпочтения?
- Ну, я не знаю...
Может быть, каминные часы,
письменный прибор,
что-нибудь в таком духе.
- Ага, а в каком стиле?
- Модерн.
- Здравствуйте.
Сейчас, одну секундочку.
Одну секундочку...
- Извините, молодые кадры.
- О, вот! Отличный вариант -
мужской несессер.
Или вот ещe - портсигар.
Серебро, внутри золочение,
начало 20-го столетия.
Помещается ровно десять папирос,
сигарет. - Но он не курит.
- А, не курит.
Так и этим же он бриться не будет.
Это же антиквариат.
Это же не для бритья,
это для наслаждения.
Смотрите, какая форма.
- Аккуратней.
- А, извините.
Какая форма...
- В общем так, Игорь, поступило
заявление от господина Немировского.
Фамилия, я полагаю, тебе знакомая.
- Я же в этой стране живу.
- Тогда ты в курсе, что у него
самая большая в этой самой стране
частная коллекция рукописей
и автографов,
которую он собирается передать в дар
Историческому музею.
- Очень благородный порыв.
- Да. Но этого может не случиться,
если мы не поможем ему
и другим пострадавшим,
преимущественно коллекционерам,
справиться с этой ситуацией.
Короче, это уже не первое заявление
о приобретении подделок.
Вот, ознакомься.
- Полагаете, работает
какая-то группа?
- Очевидно. Одному человеку
с этим не управиться.
- Но есть только одна проблема:
я не большой специалист
в этой области.
Тут некоторые слова для меня вообще
непонятны. Какой-то секретный код.
- Тогда возьмeшь словарь
и консультанта.
Отделы по работе с антиквариатом
расформированы.
Так что придeтся работать нам.
Всe, можешь идти.
- Главное, иду я из магазина,
три пачки масла, гречка, макароны.
Он ведь за мной от самого
магазина шeл.
Ой! Подбегает - хвать сумку.
Я среагировать даже не успела.
Ну представляете? Гад такой.
- А рассмотреть?
- Со спины?
- Ну, со спины не пойдeт.
- Но морда точно поперeк себя шире -
на чужом-то масле.
- Ой, Бронислава Николаевна, вы уж,
пожалуйста, его найдите!
Да это же не в первый раз.
Ну сколько же можно,
Бронислава Николаевна?
- Примет маловато. Широкое лицо...
Ничего, разберeмся.
А вы говорите, не в первый раз?
- Да.
- Так что это у вас тут, преступное
сообщество орудует?
- Ну так.
- Хулиганят, лифты расписывают.
А вы знаете, про меня такое
написали, прямо стыдно сказать.
- Так, значит, банда.
- Угу, банда.
- Будем искать.
- Давайте, давайте.
Понятно? Место для меня новое,
работа привычная.
Так что осмотрюсь я очень и очень
быстро.
Меня на прежней работе, знаете,
как звали?
- Как?
- Кировец.
- А вы что, из Кирова?
- Я из стали.
И даже если не сразу,
то рано или поздно,
но всe равно я всe вспашу.
То есть раскрываемость
вы мне дадите минимум 90%.
Минимум!
- М-да.
- Понятно? - Угу.
- Вот и хорошо.
(вибрирует мобильный)
- Опять?
- Вопросы есть?
- Нет. - Вопросов нет.
- Да, да.
- Ничего, разберeмся.
- Бронислава Николаевна, вся надежда
только на вас!
Предыдущий-то участковый
вообще баклуши бил.
Нас он слушать не хотел,
только мотоцикл свой намывал.
- Будем искать ваших хулиганов.
Так, а вы давайте с самого начала -
по порядку, медленно и вдумчиво.
Как дело было?
- Хорошо.
- Привет.
- Привет. Как тебе новый начальник?
- Он же сам сказал: трактор.
(вибрирует мобильный)
Что она опять от тебя хочет?
- Не знаю. Может, на участке что-то.
Этот наш Кировец просил ей помочь,
она же ещe новенькая.
- Ну да, в столице работать -
не матрeшки расписывать.
Зачем он вообще еe сюда притащил?
- По-моему, она его...
- Да ладно! Подожди, она же Камаз.
(хихикает)
- Родственница. - А, фу, слава Богу,
отлегло, а то мужика стало жалко.
(телефон всe ещe вибрирует)
- Да, Бронислава.
Я был на совещании.
Ладно, займeмся этим завтра.
- Угу.
Что на этот раз стряслось?
- Банды во дворах - сумки срывают.
Детский сад.
- Поцелуй меня.
- Валь, а что у тебя с головой?
- А, дикая история.
Решил пожарить омлет...
- Ой-ой-ой, всe, всe, всe,
можешь не продолжать.
Болит?
- Ну, да.
- Иди домой, что ли, не знаю.
Клиентов-то всe равно нет.
- Да я таблетку уже выпил,
мне получше.
- Иди-иди. Я тут почитаю на досуге,
скучать не придeтся.
- А не проще заказать генеалогическое
древо в профессиональной компании?
- Валь, ты же взрослый человек.
Ты же прекрасно понимаешь,
как они делают деньги.
А мне серьeзно нужно разобраться
в своей генеалогии,
а не просто так сертификат
на стенку повесить.
- Угу.
- Давайте снова.
Вы купили письмо с заключением
аукционного дома. - Да.
- Через некоторое время вы решили
сделать ещe одно заключение.
Для чего?
- Как вы не понимаете?
Любое заключение
повышает ценность вещи.
И потом, я купил это в Лондоне.
А чьe это письмо?
- Ивана Грозного.
- А Иван Грозный кто?
- Царь.
- Всея Руси.
Чувствуете алогизм?
- Нет.
- Для заключения о подлинности
русского документа
нужен русский специалист.
- Вы меня с ума сведeте.
Хорошо. Кто этот специалист, который
делал повторное заключение?
- Весьма уважаемый человек, ведущий
специалист в этой области,
профессор Руденко.
- Я поговорю с этим Руденко.
- Не получится, если вы
только не медиум.
- В смысле?
- Руденко почил в бозе.
Умер полгода назад.
- Так.
- Выдающийся был учeный, да.
- А вы отправляли документы
на реставрацию
до заключения Руденко или после?
- После.
- Ну что же, будем заниматься
с реставрационными мастерскими.
Мне нужны все их контакты.
- Пишите.
(тревожная музыка)
- Звери... ну просто изверги
какие-то.
- Ну как, Бронь, освоилась?
- Да дело-то привычное.
Прошлась, с людьми пообщалась,
район осмотрела.
- Участок вроде не очень
проблемный, да?
- Семeн Кузьмич, что вы со мной,
как с ребeнком?
Я уже третий год в участковых,
насмотрелась уже!
А помните, как домушника
по гаражам гнали? Я же его взяла.
- Так он же сам на тебя
в темноте налетел, герой.
- Так я же его локтем в лоб
зарядила.
В общем, я хочу реальных дел,
чтобы опасность, чтобы криминал...
- Чтобы отец твой в гробу
перевернулся.
Он тебя мне доверил, я ему обещал
тебя около себя держать
и контролировать ситуацию.
Вот я еe и контролирую.
Вот что у тебя там на участке,
рассказывай... докладывай!
- Банда хулиганов.
- Так.
- Отбирают сумки у пожилых женщин.
- Сумки.
Дальше, дальше, дальше.
- Я же говорю, банда. - Так.
- Стас... ну, оперативные работники,
обещали помочь. Завтра.
- Обещали, очень хорошо.
Очень хорошо, помогать надо.
Надо помогать.
Тем более, у тебя опыта работы
в Москве и нет никакого.
Подмосковье - это тебе не Москва.
(звонит телефон)
Алло. Да, я.
Ограбление? А где?
Ясно. Выезжайте. Да.
Вот как раз Стас звонил.
Ограбление. Выезжают.
- Какой? Адрес какой?
- Воронкова, 5.
- Ах! Так это же мой участок,
я с ними. Можно?
В смысле, разрешите
выехать на место!
- Действуй сообща, сообща.
- Ага.
- Уже можете сказать,
что пропало?
- Да ничего. По крайней мере,
все ценные вещи на месте.
- Тогда что искали грабители,
как вы думаете?
- Ну учитывая последние
телефонные звонки...
Просто дело в том, что мне звонят
с требованием что-то вернуть.
Какой-то оригинал. Только я
не понимаю, о чeм идeт речь.
- Даже не можете предположить?
- Думаю, это как-то связано
с моим отцом.
Мой отец - профессор Руденко,
искусствовед.
И, возможно, папа что-то взял
и не успел вернуть.
Полгода назад его не стало.
Сердце, знаете ли.
- Простите, а ваш отец - это случайно
не тот самый Руденко?
- Тот самый.
Профессор Руденко, ведущий
специалист в области антиквариата:
автографы, рукописи,
идентификация подписей.
Такое ощущение, что тут просто
какие-то варвары прошлись, гунны.
Вы там точно всe хорошо фиксируете,
все детали записываете?
- Не волнуйтесь, всe зафиксировано.
- Подождите, а это что?
- Стас, я тут нашла между книг.
Что это?
- Можете сказать, что это?
- Это же...
Это же письма Гоголя и Тургенева.
А откуда они тут?..
- То есть вы хотите сказать,
что это не ваше?
- Я этого не видел никогда.
Может быть, отец с этим работал.
- А почему они тогда были спрятаны?
Куда же вы? Осмотр квартиры
ещe не закончен.
- Эксперт закончит.
- Тогда я с вами.
- Нет.
Для тебя есть очень
ответственное задание.
Его можно доверить только тебе,
понимаешь?
Нужно составить опись
всех повреждeнных предметов,
оценить их материальный ущерб.
И вообще, опись всех ценных
вещей в доме.
Вдруг всe-таки что-то пропало,
понимаешь?
- Да она же влюблена в тебя
до потери сознания, вообще.
- Да ладно.
- Да бесит.
- Ань, да какая разница?
Ты посмотри на неe.
Это ж танк, бульдозер.
Она всe сметeт на своeм пути.
- Ну... - Ань.
- А?
- Я люблю тебя.
- Да? - Угу.
(Аня смеeтся)
- Прибор письменный.
- Начало 20-го, австрийская бронза,
не штамповка, авторская работа,
там подпись мастера имеется.
Редкая вещь.
Скажите, а вы давно работаете
в полиции?
А часто приходится ловить
преступников?
Вы принимали участие в облаве?
- Пепельница.
- Со спичечницей.
Тоже бронза.
Ар-нуво, реставрированная.
- Ар... чего?
- Нуво.
А вам стрелять доводилось?
У вас пистолет есть?
- У меня есть 20 минут, я опаздываю
на тренировку.
Не мешайте мне.
- Хорошо.
Скажите, а допрос подозреваемого -
это же такая психология,
игра ума, тонкая вязь мысли.
Вас этому обучали?
- Какая вязь? Вы в бреду?
Это что?
- Да кошелeк бальный, одномонетный.
- Как?
- Ну как?
Засовывали за корсаж,
раньше с сумками не ходили.
И давали прислуге на чай.
А вот составление профайлов,
психологический портрет
правонарушителя -
это же отдельная профессия? Знаете,
смотрел передачу и там видел...
- Так, всe, подписывайте.
И хватит тарахтеть.
Ну подписывайте.
- Просто, понимаете, я всегда мечтал
стать полицейским.
- Болтунам в полиции не место.
(звуки борьбы)
- Э, э, Броня! Ты полегче.
Сейчас мне перекалечишь всех.
Ты чего это разошлась-то?
Может, обидел кто?
- Меня?!
- Броня? А ты куда это?
Рабочий день окончен.
- Да... хочу документы почитать,
поработать немножко.
- Эх...
Да не почитать тебе,
не поработать надо.
Замуж тебе надо, чтоб дом, семья,
дети, муж, в конце концов.
- Ой.
- Эх ты.
- Семeн Кузьмич, вы... вы человек.
- Давай домой. Отдыхай.
Да, как на новом месте устроилась?
- Да нормально.
Квартира хорошая, мне нравится.
А вещей у меня, сами знаете,
кот наплакал.
- Ну да.
- Можно, Игорь Васильевич?
- Да.
- С новостями к вам.
- С новостями можно.
- Письма, найденные в квартире
Руденко,
по базе проходят как украденные
в музее Саранска.
- Ух ты. Вот те на.
Ничего себе поворот.
Этот Руденко, насколько я понял,
учeный с мировым именем. Был.
Как эти письма оказались
у него в квартире?
(по ТВ): "-Я предупреждал, комиссар,
что вы тоже несeте ответственность.
Но вы не сделали выводов.
В городе паника, ужас, совершено
новое преступление, а вы здесь...
чeрт знает чем занимаетесь.
Я завтра же дам телеграмму
в министерство и спрошу,
кто будет отвечать за всe это.
- За что?
- За то, что преступник до сих пор
находится на свободе,
а вы не можете
или не хотите арестовать
этого бродягу с собакой, который...
- Который что?
- Который совершил
новое преступление".
- И тогда вы решили
действовать
в одиночку.
Тыщ, дыщ, дыщ!
Вышлите подкрепление,
вышлите подкрепление!
Тыщ, дыщ, дыщ!
(говорит с выражением):
Ты слишком много знаешь...
(звонит телефон)
Ты за это заплатишь...
(слышит голос в трубке):
Я тебя убью...
- Валентин Руденко?
(нормальным голосом):
- Ой. Да. Здравствуйте. Это я.
- Вас беспокоит следователь Вдовцов.
Я хотел бы поговорить с вами лично.
(Валентин): - Да, слушаю.
- Можете прийти ко мне завтра?
(Валентин): - Могу, конечно.
- Хорошо, пишите адрес.
- Так, коллеги, информирую. Главк
крайне интересуется антиквариатом.
Изъяли письма, найденные
на квартире Руденко.
Они собирают все материалы по делу.
- А кто будет руководить
расследованием?
- Старший следователь
подполковник Вдовцов.
- А, Игорь Васильевич? Это серьeзно.
- Угу.
И вас тоже привлекут к делу,
Торсунов.
- А меня? Я же хожу на лекции
по истории искусства.
- Да-да, и вы тоже будете вместе
работать с Торсуновым.
Дело государственной важности.
Исторические ценности должны быть
возвращены в музей и...
В общем, возвращены.
- А... а я? А меня?
- Товарищ лейтенант, а у вас же
на участке дел невпроворот.
Вы с бандой хулиганов разобрались?
- В процессе.
- Вот постарайтесь побыстрее
закончить ваш процесс.
Так, все свободны, можете идти.
Так.
Броня, даже не начинай,
даже не начинай, всe.
- Семeн Кузьмич, ну это же
реальное дело!
Вы же сами сказали, государственное.
- Ну.
- К тому же нечестно:
письмо я нашла!
Я справлюсь, ну вот увидите!
Я первая найду этого преступника.
- Ну хорошо. Давай, иди.
- Спасибо!
(интригующая музыка)
- Добрый день!
- Гражданин Руденко?
- Именно он.
- Присаживайтесь.
- Благодарю.
Я вас слушаю.
- Ну что же, попробуем побеседовать.
Итак, в вашу квартиру проник
неизвестный злоумышленник.
Вы нам сообщили, что вам поступают
последнее время звонки
с требованием вернуть оригинал.
Скажите, это может быть как-то
связано с теми письмами,
которые были обнаружены
в вашей квартире?
- Всe может быть.
- Угу.
А есть какие-то предположения,
кто мог проникнуть?
- Есть.
- И кто?
- Злоумышленник.
- Логично. С этим не поспоришь.
Ну что же, откуда у вас
письма Гоголя?
- Письма...
- Стоп!
Только не надо мне рассказывать,
что вы состоите в переписке.
У вас всe в порядке с головой?
- Ну... не жаловался.
- В таком случае
прекратите паясничать.
Вы что, не понимаете, в каком
положении вы находитесь?
У вас в доме обнаружены
украденные из музея письма,
а вы хаханьки разводите.
- Подождите, как украденные? Кем?
- Все эти вопросы я могу смело
адресовать вам.
- Но я не знаю...
- Так, ну-ка, давайте серьeзно.
- Здравствуйте, мамочки.
- Здравствуйте.
- Я ваш новый участковый. Участковая.
Бронислава Николаевна Зыкова.
- Очень приятно.
- Пришла знакомиться.
- Очень хорошо, а то у нас тут
всe время у гаражей шпана трeтся.
- Про шпану отдельно.
Сейчас очень важный вопрос.
Скажите, кто вчера гулял во дворе
с 12:00 до 16:00?
- Мы с Риточкой гуляли.
- А вы видели какого-нибудь
незнакомого человека,
который бы входил вон в тот
подъезд?
- Мы в песочнице играли.
Вроде никого не видели.
- А кто ещe у нас тут наблюдательный?
Кто гулял, играл?
- Дядя выходил в капюшоне.
- Ты точно помнишь, девочка?
- Угу.
- Точно.
- Был тут такой.
В капюшоне на глазах,
в очках тeмных.
Высокий, атлетического телосложения.
Но он здесь не живeт,
я его первый раз видела.
- В первый раз. Хорошо.
- Давайте ваш пропуск.
- А уже всe?
- А вы что, хотите, чтобы я до утра
тут с вами сидел? Давайте, давайте.
- Нет, просто давайте ещe поговорим.
Ведь это странно, что в квартире
ничего не взяли,
там же полно антиквариата.
- Это мне известно и тоже странно.
Идите, гражданин Руденко.
У меня очень много работы.
- Так вот и я про работу. Я работаю
продавцом в магазине антиквариата.
Я очень много общаюсь с людьми,
я интересуюсь психологией
и очень наблюдательный.
Я могу быть вам полезен.
- Я не понимаю, почему вы
всe это мне говорите.
- Возьмите меня на работу,
пожалуйста.
На любых условиях.
Внештатно, без зарплаты!
Послушайте, я всe на лету схватываю.
Я знаю три языка. Я...
- Да прекратите. Вы в своeм уме?
В конце концов, это даже смешно.
- Нет, это не смешно.
Меня отец всему научил.
Я много знаю, я вам пригожусь!
- Вы что, русских сказок, что ли,
перечитали? Пригодится он.
Куда я вас возьму?!
На какую работу?
Ну-ка. Ну-ка, положите на место!
- Стойте, да тут же на фотографии
видна подделка. Вот.
Бумага в уголке раскрошилась,
а должна не крошиться,
а распадаться на волокна.
Она не может быть изготовлена
в 16-м веке.
Кто-то явно неумело работал
с материалами.
Тот, кто не знает истинного рецепта.
Хотя на взгляд обывателя
или даже коллекционера
письмо выглядит безупречно.
А здесь?
Смотрите, какой красный цвет. Такого
красного не было тогда ещe в России.
Этот цвет добывали из персидских
жучков.
Их растирали в пыль, делали кармин,
очень стойкая краска получалась,
но специфического оттенка.
И такой оттенок можно увидеть
на восточных рукописях,
но никак не на старорусской грамоте.
Так что это явно современные
добавки в краску.
Если вы сделаете
химический анализ...
- У вас есть сейчас время?
- Однозначно.
- Да пожалуйста! Какие секреты?
Никаких секретов.
Я вам сейчас всю отчeтность
принесу за год.
А хотите, за два?
- Давайте.
- Вы знаете, мы уже 20 лет на рынке.
И никогда никаких претензий
не имели!
В тeмных делах мы не были
задействованы.
Это наш принцип такой, да.
У нас самые квалифицированные
реставраторы, самые лучшие.
Он, ага. И вы знаете...
Вот, вот, смотрите.
Нам благодарственные грамоты
прислали. Из музеев.
Да, из аукционного дома.
Из галереи. А это нам частный
коллекционер прислал.
- Это всe, конечно, прекрасно,
но вы упомянули отчeтность.
- А, да.
Мы сейчас работаем
с государственными организациями.
Они нам доверяют.
У нас реноме.
- Так, стоп. Кто занимается кадрами?
- Я.
У нас самые лучшие мастера,
самородки.
- В последнее время новых самородков
не брали на работу?
- Нет, мы уже пять лет никого
не набираем.
Мы уже укомпоновались все.
Они у нас все проверенные.
- Где хранятся вещи, которые вам дают
для реставрации?
- В сейфе.
- А у кого есть доступ к сейфу?
- У меня и у моего заместителя.
- Вроде не вскрывался.
- Я бы хотел вас познакомить с одним
коллекционером.
Вы же разбираетесь
в экспертизе?
- В целом да, неплохо разбираюсь.
- Ну и прекрасно.
Если в коллекции этого собирателя
есть ещe подделки -
ну, в смысле просто подделки -
это бы существенно помогло
в том деле, которым я сейчас
занимаюсь.
Вы меня понимаете?
- Я понял. Всe сделаю.
(домофон): - Кто там?
- Это Вдовцов.
- Что, Игорь Васильевич, серьeзно
заинтересовались старыми рукописями?
- Что вы, слава Богу, нет.
Исключительно из производственной
необходимости.
- Какая интересная вещь.
Чувствуется влияние готики.
Писал какой-то заезжий монах.
Шрифт, смотрите, какой.
- Молодой человек - специалист?
- Любитель.
- Виктор Петрович Немировский.
- Давно хотел с вами познакомиться.
Папа мне о вас много рассказывал.
Валентин Руденко.
- Вы сын Руденко?..
Так какой же вы любитель?
Пойдeмте, я вам кое-что покажу.
У меня есть удивительная вещь -
грамота Боголюбского.
Взглянете?
- С удовольствием!
- Ага, сейчас ещe трое из домового
комитета подойдут.
Вот еще что сказать хотела: у нас
с этажей цветы воруют.
Наверное, Лидка с седьмого этажа.
А может быть, и хулиганы эти.
А что, берут, а потом на рынке
продают.
- Ой, Бронислава Николаевна,
опять лифты испоганили.
Расписали всe под хохлому.
Сил нет, помогите, пожалуйста!
Что делать? Всe время хулиганят,
хулиганят. Помогите, пожалуйста.
- Что-то наши опера опаздывают.
Наверное, дело срочное.
- Вот кошмар какой.
- И не говорите.
- Не нравится мне этот директор,
суетится много.
И ключ от сейфа только у него
с замом. (звонит телефон)
Надо эти две кандидатуры
отработать по полной программе.
- О, опять Броненосец. Соскучилась.
- E-моe! Мы же обещали ей помочь
с этими хулиганами.
Да, Бронислава. Мы уже в пути.
Будем минут через пять-десять.
- Да-а.
- Слушайте, Валентин,
вы там как рыба в воде.
Немировский от вас в восторге,
он от вас просто не отходил.
- Очень знающий человек,
прямо настоящий собиратель.
Мозг учeного, исследователя,
прямо вот старая закваска.
- Почему вы не занимаетесь
экспертизой?
- Отец хотел, но я...
- При таких знаниях,
при намeтанном глазе...
Знаете, мне кажется,
вам это всe нравится.
- Нравится, но мне кажется,
у меня другое призвание.
Ну, вы понимаете?
- А вот и наши лучшие опера.
- Господи, березка-тополeк.
- Мы попали.
- Да я вижу.
- Добрый день, милые дамы.
(все здороваются)
- А мы вот как раз обсуждали...
Про сумки, я говорила.
- Да-да, помню.
И кто у нас пострадавший?
- Я пострадавшая.
- Да мы все тут.
- То есть у вас у всех как минимум
украли по одной сумке.
- Да, было.
- Было дело.
- Тогда едем в отделение
писать заявления.
А почему вы этого раньше не сделали?
Или хулиганов покрываете?
Хочу вам напомнить о существовании
административного штрафа
для тех, кто даeт ложные показания.
- Штраф от 2000 рублей, кто не знал.
- Сколько?
- Да.
- Ну что, едем писать?
- Никуда мы не поедем.
У меня с памятью плохо,
я таблетки пью...
- Ой, а у меня давление.
- И со зрением беда, минус восемь.
Нет, извините.
- А у меня давление.
- А у меня внучек дома.
- Всe ясно.
- Ну как же? Вы же...
- Бронислава, на секунду.
Бронислава, ты пойми,
тeти на пенсии, им скучно,
а ты ведeшься.
Делом займись.
Если есть свободное время,
сходи в кино,
книжку почитай, честное слово.
- До свидания.
- Хорошего дня.
(все прощаются)
- Ну, делом - так делом.
- Мы мастерские по первому плану
отработали. Пока зацепок нет.
Но по персоналиям ещe пройдeмся.
- Есть ещe идея.
- Излагайте.
- Надо копнуть частных реставраторов.
Выяснить, кто из них
грешил фальшаками.
- Кто с чeрными дилерами работал,
у кого репутация подмочена.
- Вы Вдовцову свои мысли излагали?
- Ещe не успели.
- Ладно, я тогда сам доложу.
А вы продолжайте работать.
- Тогда начнeм со списка кандидатов.
- Да, хорошо.
Игорь Васильевич,
желаю здравствовать.
- Стас, прекрати.
Стас, не здесь.
- Нуво, деко... Голову сломаешь.
Здрасте.
- Привет.
- Тихо. - Что?
- Ты слышишь шаги?
Шаги командора.
- Не страшно. - Пусти. (Аня смеeтся)
А-а...
Ха, шнурок развязался.
- Так надо воском смазывать,
тогда развязываться не будет.
Или на два узла. Дай я.
Вот так.
- Спасибо.
- А я хотела тебя спросить.
- Насчeт расследования?
- Да, почти.
Как понравиться мужчине?
Ну, чтобы он обратил на тебя
внимание.
- Какому мужчине?
- Ну, коллеге по работе.
- Хм, такой проблемы у меня ещe
не было.
В смысле, я могу на своeм
примере объяснить.
- Да, да, да. На своeм, да, ага.
- Я, например, люблю, если женщина
готовит пирог с капустой,
или если она умеет танцевать.
- Что?
- Стeп.
- Стeп?..
- Угу. - Ага.
- Ну, я пойду работать?
- Да, да, да. Конечно, да.
- Да. Пока.
(Аня смеeтся)
- Стeп? Ты серьeзно? (смеeтся)
- Да.
- Представляешь себе?
- Ань.
- А?
- У тебя ножницы есть?
(весeлая музыка)
- У меня другое призвание.
Ты думаешь меня напугать? Ха-ха!
У тебя ничего не выйдет.
Джо Билл не такой.
Джо Билл один охотился в джунглях.
Джо Билл один брал банду мексиканцев
с шестью пулями в барабане. Ха!
Правосудие должно свершиться.
Тебе меня не остановить. Ха-ха!
Придeтся пристрелить тебя.
(женщина кричит): - Ой! Ой, мамочки!
- Не надо. Нет, не надо.
Помогите! Грабят!
- Подождите, я не хотел вас пугать.
- Помогите!
(тревожная музыка)
- Так. Раз, раз...
Раз, два, три.
Раз, два... три.
(женский голос):
- Бронислава Николаевна!
Бронислава Николаевна!
Подождите.
Какое счастье, что я вас встретила!
- Что такое?
- Тут такое происходит. Такой ужас!
У меня сердце чуть не выскочило.
Пойдeмте со мной!
Вы вооружены, я надеюсь?
И пистолет у вас есть?
Потому что у него тоже есть.
Пойдeмте.
- Да что, что случилось-то?
- Я вас умоляю, пойдeмте!
Это криминального вида тип.
С ним надо бороться,
он вооружeн!
Пойдeмте скорее, вообще,
что-то надо делать!
- Извините, это всего лишь трубка,
это не оружие.
Вы понимаете, просто репетирую роль,
как-то вошeл в образ, разыгрался.
Так что извините. Я могу идти?
- Угу.
- Вы что? Я же сказал, это всего лишь
игра, я извинился, я же не бандит.
- Это уже не игра, дебил!
Где рукопись? Отдай рукопись.
- Какая... рукопись?
- Представляете, иду, а тут какой-то
Джо. Сам себя так называл.
Тихий дворик и - пожалуйста,
убийца!
И вы знаете, смеeтся так неприятно,
как Фантомас.
Вот там, вот.
Вот там, в подворотне, вот там.
И не бежит, гад!
Совсем распоясались.
- Оружие на пол, руки за голову,
быстро!
- Оружие... Вы что?
Ой, это вы? А это я.
- В ногу стреляйте. В ногу стреляйте!
- Оружие, я сказала.
- Да нет у меня никакого оружия.
На меня на самого напали,
он туда побежал.
- Врeт он. Он один был.
- Да тихо. Лицом к стене.
Руки за голову.
- Вы меня не узнали, да?
Это я, Валентин, Валентин Руденко.
Помните ограбление в квартире?
(женщина):
- Вот, ограбление. Я же сказала!
- В отделе поговорим.
Руки за спину.
- Я не вру.
Он правда с ножом туда побежал.
(стук в дверь)
- Да-да, войдите.
- Вечер добрый. Всe в делах?
- Вы тоже, я смотрю, не отдыхаете,
Игорь Васильевич.
Проходите, присаживайтесь.
Чайку, кофейку?
- Давайте и того, и другого.
В одну чашку. Чего нальeте.
- Тогда моего фирменного.
- Толковые у тебя опера,
Семeн Кузьмич.
- Да и предшественник не жаловался.
А я, знаешь, честно говоря,
ещe не разглядел. Не разглядел.
- Идея. Есть у меня паренeк один.
- Так.
- Странноватый, но очень знающий.
Сын Руденко.
В теме антиквариата сечeт,
как никто другой.
- Вот как?
- Я вот чего думаю...
Может, его прикрепить
к твоим операм?
Пускай повертится.
И им полегче будет.
- Угу. Ну, давай чайку.
Вот конфеточки, конфеточки.
- Мм... Чабрец.
- Чабрец.
- За раскрываемость.
- Хорошо.
Конфеточки.
- На диете я. Не люблю сладкое.
И знаешь ещe что, последить бы нужно
за пареньком этим.
Какой-то он подвеянный.
Письма эти краденые
у него на квартире нашли.
Вот такая петрушка.
- Вот как?
- Надо бы его связи посмотреть,
вдруг куда приведут, а.
- Толковый вариант.
Но есть другой.
Момент...
Броня, ты где?
Понял, хорошо.
Пойдeм, кое с кем познакомлю.
Так.
Игорь Васильевич, заходи.
- Здравия желаю.
Вот допрашиваю преступника.
- Игорь Васильевич, добрый вечер.
- Ну вот, собственно, мой паренeк.


Серия 2

ТВЦ
- Что здесь происходит?
- Допрашиваю подозреваемого.
- В чeм?
- В угрозах. Вооружeнных.
Пугал старушку.
- Да не думал я никого пугать.
Это какая-то ошибка,
ну у меня же даже оружия нет.
У меня же только... вот.
Вот. И всe.
Ну, я вспомнил один полицейский
детектив. Там...
- Опять драмтеатр?
- Не думал я пугать никакую старушку.
И потом, на меня на самого напали.
- Кто напал? Как?
- Мужчина какой-то.
Требовал рукопись вернуть.
Высокий такой, здоровый.
Только я лица не разглядел,
потому что он против света стоял.
- Дальше.
- Ну а дальше меня арестовали.
- Задержали.
- Ну да. А он убежал.
- Ну пишите, пишите это всe
в заявлении.
Вообще-то я приехал говорить
с Семeном Кузьмичeм о том,
чтобы сделать вас внештатным
сотрудником по делам,
связанным с антиквариатом.
- Меня?..
- Его?!
- Да. И твоим напарником, Бронислава.
(радостно):
- Меня?
Ну, здравствуй, напарник!
- Семeн Кузьмич, да не нужен мне
напарник. Я и сама справлюсь.
- Нужен. Опыт будешь передавать,
"зелeного" обучать.
И присматривать за ним надо.
А кому, кроме тебя, доверить?
Парень - кладезь знаний.
И потом, ты же сама хотела
поучаствовать в этом деле.
Ну, антиквар.
Почти профессор.
У него есть чему поучиться.
- Но он какой-то странный.
- И подозрительный.
Вот тебе задание: понаблюдай за ним,
посмотри, с кем общается. И вообще.
Между прочим, письма-то у него
дома нашли. Краденые. Поняла?
- Ясно. Будет сделано.
- Угу.
- Валя? Ты вообще на часы смотрел?
Ну и что на этот раз?
- Я провeл ночь в участке.
Ну, полночи.
- А-а, вот оно как. Что так?
- Костя, ты знаешь, кто перед тобой?
- Ну вообще-то догадываюсь.
Мой сотрудник.
- Нет. С сегодняшнего дня не твой,
а сотрудник органов.
- Что?
- Органов.
Ну, пока внештатный,
но есть перспективы.
- Валя, ты в своeм уме?
- Да.
Его как раз и оценили - ум.
Мои знания нужны людям!
- А здесь они, значит, уже не нужны,
то есть клиенты - не люди?
- Да нет, люди, но тут другое.
Я начну консультантом, а дальше...
(изображает вертолeт)
Над нами вертолeты. Дыщ, дыщ!
- Валя, значит так, слушай,
мой дорогой. Это всe несерьeзно.
Вот здесь стабильная
конкретная работа,
на которую, между прочим,
я тебя взял по блату.
Во-первых, потому что ты мой друг,
во-вторых, сын многоуважаемого
мною учителя,
ну и, в конце концов, просто
чертовски талантливый парень.
И что, теперь всe это -
псу под хвост?
- Нет, Кость, я всe это ценю,
но...
Но это судьба! Я давно мечтал.
- Значит, так. Хватит валять дурака.
Валя, ну ты же прекрасно понимаешь,
ты уникальный,
у тебя ум, знания, глаз, память.
Ну таких, как ты, просто больше нет.
- Костя, мне правда очень приятно.
Вот и в полиции это тоже заметили.
- Что с тобой разговаривать,
ты меня не слышишь.
- У-у! Дыщ, дыщ!
А вот, знаешь, есть такой анекдот.
Верблюжонок спрашивает у мамы:
"Мама, скажи, а зачем нам на спине
два таких некрасивых горба?"
Мама отвечает: "Сынок, мы - корабли
пустыни,
мы идeм по песку много дней,
нам нужна вода".
Он говорит: "Хорошо, мама.
А зачем нам такие корявые,
некрасивые ноги и узлы на ногах?"
Мама отвечает: "Мы корабли пустыни,
мы идeм по песку, там одни колючки".
Он говорит: "Хорошо.
А зачем нам всe это в зоопарке?"
- Ты это к чему?
- А к тому,
что есть такая пословица:
"Бархат на портянки".
На кой чeрт им в этих органах
твои уникальные способности?
(быстрая музыка)
- А... вы мне обещали показать,
как вести протокол.
- Значит, так. Протоколы пишу я.
Ты стоишь, слушаешь, не мешаешь.
- Бронислава, но я должен
быть знаком с процедурой.
(вскрикивает от боли)
- Сядь, не мельтеши.
(звонит телефон)
- Я отвечу? Пожалуйста!
Да.
(шeпотом): Вдовцов!
Да, Игорь Васильевич.
Хорошо. Да, уже осваиваюсь.
Ой, очень интересно.
Бронислава мне всe рассказывает,
вводит меня в курс дела.
Что? А, реставраторы?
Лучше спросить Костю Болотникова,
он с ними дела ведeт.
А вообще папа работал с Сенько.
Сергей Сенько. Очень талантливый
реставратор.
Да. Что? Вас.
- Здрасте, Игорь Васильевич!
- Добрый день!
У меня просьба к вам, почти личная.
(Бронислава): - Я вас слушаю.
- Займите нашего паренька чем-нибудь.
Ну чтобы и вам полезно,
и он без дела не болтался.
- Поняла. Так точно, будет сделано.
До свидания, Игорь Васильевич!
- Ну?
- Собирайся, Валентин, идeм.
- Куда? Преступников ловить? На дело?
- Ага.
- А у меня ж оружия нет.
- Константин, вы знаете многих
реставраторов,
а есть кто-то, с кем вы постоянно
сотрудничаете?
- Ну, безусловно.
Ведь у каждого реставратора своя
собственная специализация.
Ну вот, например, подобные
дефекты я отдаю одной даме.
У неe золотые руки.
Фамилия - Воронцова, графиня.
Ну здесь что - так, мелочeвка.
- Угу.
А вы бы не могли назвать имена
серьeзных реставраторов,
которые, что называется,
из-под руин могут поднять?
- Белышев. Турусов, например.
Но он больше по графике.
Потом ещe Егорченко.
- И ещe кто-то?
- Ну...
- А некий господин Сенько?
- Да. Ну конечно.
Он очень сильный реставратор.
Один из лучших.
С ним даже работал мой учитель.
Руденко.
Ну, давайте, я вас угощу кофе.
- Нет, спасибо.
Расскажите о каждом названном вами
реставраторе.
Кто из них лучший?
Кто любит деньги?
Может быть, кто-то из них
работает с "чeрными" дилерами
или занимается изготовлением
подделок?
Что?
- Ну, как вам объяснить...
Я хотел бы пока остаться в своeм
бизнесе и на покой не собираюсь.
- Вы намекаете, что...
- Нет, я прямо говорю,
что такой информацией
я не обладаю.
- Мужчина в органах не должен быть
хлюпиком.
Тут все проходят специальную
подготовку.
- Какую?
- Такую. (удар)
Реакции ноль. Ты бы хоть блок
поставил.
- Видите ли, Бронислава,
я не умею блок. Ну не учили.
- А чему ж тебя учили-то?
- Латыни, греческому и санскриту.
- Плохо. Мужчина должен быть
бойцом! И женщина тоже.
Надо тренироваться.
- А как?
- В зале. Сейчас идeм на тренировку.
Будем изучать боевые искусства.
- Я с радостью. Спасибо вам,
Бронислава. Вы очень любезны.
- И знаешь что, называй меня на "ты",
а то я как-то напрягаюсь.
И лучше Броня.
- Хорошо.
Ой...
- Проходите. Сейчас закончу.
Сохнет. Ещe минут десять.
Садитесь, ждите.
Так, так, так.
Так вы не за бумагой?
За мной?
- А есть за что?
- Ну знаете, у вас всегда
найдeтся за что.
- Не нужно демонизировать органы.
Мы пока просто поговорить.
- "Пока". Звучит многообещающе.
Что вас интересует?
- То, чем вы занимаетесь.
- Реставрация.
- Я так понимаю, вы делаете
старые бумаги? Зачем?
- Не делаю, а отливаю. И не спрашиваю
у своих клиентов, зачем.
Это их вопросы.
Они мне платят, я работаю -
и, заметьте, законов не нарушаю.
Это всего лишь состаренная бумага.
Может, они подарочные сертификаты
под старинные грамоты делают?
Мне-то что.
- А это что?
- Это разбавители, в общем, химикаты,
всe, что мне нужно для работы.
- А вот это?
- Это валики.
Вам рассказать всю методологию?
- Не нужно, мы найдeм специалиста.
- Могу себе представить.
- Вы один из лучших реставраторов.
Об этом нам сказал сын
профессора Руденко.
- Профессор Руденко... Вы знаете,
Руденко был моим учителем.
Высочайшей культуры человек.
- Да, Константин Болотников
тоже так считает.
- Валентин сказал, что его отец
не раз обращался к вам.
- Ну, иногда.
(тревожная музыка)
То есть часто. Платил не много,
но регулярно.
- Достаньте, пожалуйста, документы,
которые вы так тщательно прятали.
- Когда? - Пару минут назад.
Или мне самой?
- Нет, нет, нет.
(тревожная музыка)
- Угу. Всe ясно.
Давайте-ка проедемся с нами.
- Куда?
- Пока недалеко, к следователю.
- Борьба дзюдо основана
на принципах знания анатомии,
равновесия и перехода
от одного приeма к другому.
Дзюдо позволяет защититься
от противника,
вооружeнного холодным
и огнестрельным оружием.
- Понятно.
- Внимание! Переходим к практике.
Ударь меня в грудь.
- В грудь?
- Ну! Бей!
- Бронислава, я не могу бить женщину.
- Я не женщина, я противник.
Ну давай.
- Ну как же? Вы настоящая,
живая женщина.
Я, например, заметил, что вам
нравится Стас.
(удар)
- Ой. Не рассчитала.
Вот бестолковый, а.
Я же сказала: ставь блок.
И на "ты" общаемся, понял?
- Я хотел бы знать о тех заказах,
которые вы получаете.
Когда-нибудь вы занимались
подделкой рукописей?
- Ну что вы! Никогда.
- С другой стороны, было бы
удивительно,
если бы вы ответили
утвердительно.
Но, может быть, вы знаете того,
кто занимается?
- Увы.
- Ну-ка, вот про это поподробнее.
- Ну, что тут скажешь.
Заказал человек копию. Копию!
- Кто заказал?
- Я понятия не имею.
- Как так?
- Этот заказ был от Руденко.
Он заплатил деньги, а я выполнил
работу. Вот даже вернуть не успел.
- Ага, и с тех пор они лежат у вас
на рабочем столе. Полгода.
- Да, с тех пор так и лежат.
(звонит телефон)
(удар, вскрик)
- Ну, давай, следи за моими
движениями. Двигайся, давай.
- Стараюсь, но вы очень
стремительная.
- Ты мужик или нет? Бей!
- Не могу...
- Я же сказала, я противник!
- Ой, больно...
- Ой, не знаю, что из тебя получится.
Где вас берут, таких мужиков?
Всe, дыши. Слабый вы пол!
(охает)
- Броня, а тебе в какую сторону?
- Мне туда.
А что?
- А я тебя провожу.
- Э-э! Это я тебя провожу.
А то ещe рухнешь по дороге.
- Но я же мужчина.
- Я целый день это слышу.
Но пока не верю.
- Зря ты так. Не всегда мужчина
должен быть сильным физически.
- Всегда.
- А интеллект?
- Ну, эта штука полезная.
- А знаешь, что объединяет
интеллектуалов и качков?
- Что?
- Любовь к хорошей кухне.
Вот как это не банально,
но абсолютно любого мужчину можно
соблазнить вкусной едой.
- Любого?
- Без сомнения.
(задумчиво):
- Он же говорил про пирог...
- Что?
- А я хорошо готовлю...
(мелодичная музыка)
- Алло! Игорь Васильевич,
добрый вечер! Это Валя Руденко.
Вы мне звонили, но я не услышал.
Да, извините.
Консультация? Пергамент?
Да, конечно. Без проблем.
Да, ага. До свидания.
(стук в дверь)
- Да-да, войдите.
Кто там? Броня?
- Пирог с капустой. Угощайтесь.
- А что вдруг?
- Именины.
- Подожди-подожди, у тебя именины...
- И сегодня тоже.
- А-а. Ну, ставь.
Хм. Спасибо, спасибо.
Мм...
- Ну как?
- Угу, угу.
Броня, ты вот что...
Короче, ты для меня как дочь.
Я тебе прямо скажу.
Вкусно, очень вкусно. Но вот этим
сердце его не завоюешь.
- А почему?
Он же сказал, что любит пирог.
- Господи, он любит пирог!
(включается поющая рыба)
- Вот. Вот. А если он тебе скажет,
что он оперные арии любит,
ты что, петь, что ли, начнeшь?
Да замолчи ты!
- Ну могу.
- Чего "могу"?
- Но он про оперу ничего не говорил.
Про степ говорил.
Ну, у меня пока ещe не очень
получается. Пока.
А он, правда, любит оперу?
- Броня, ты...
(звонит телефон)
Алло! Да, я слушаю.
- Петь - это я люблю.
- Я... Так точно! Да. Да.
Да, я...
Да подожди ты!
- Привет! Вот, как ты любишь.
- Что это?
- Именины. Пирог. Капуста.
- Спасибо, я попозже съем.
(тревожная музыка)
- Тихо, не дeргайся!
Оригинал у тебя? - Нет...
- Только не лей мне в уши,
что у сынка профессора.
Я всe проверил: он либо у тебя, либо
ты знаешь, где он. Говори, паскуда!
- Нет, не знаю, честное слово...
- Ладно, допустим.
Но если ты, отстойник, в полиции
откроешь рот,
знай, тебе здесь никто
не поможет. Усeк?
- Усeк. Не открою.
(слышна сирена)
- Твою же мать! Я тебя предупредил.
- Напишешь рецептик?
- Стас, а как продвигается
расследование?
Ну, по поводу тех рукописей.
- Нормально идeт. Сенько допросили.
- А-а. Какие новости?
- Да пока никаких. А что?
- Да просто интересно.
- Всем привет!
- Привет!
- Здорово! Угощайся. Вкусняшка!
- Вкусно.
- Ну... ну нет!
(вздыхает)
- Стас, выйди, пожалуйста,
на минутку.
- Ты... ты троглодит!
- Броня, это восхитительно!
Я тебе не льщу.
Кто нужно, тот оценит.
- Уже не оценит.
- Слушай, а у меня вот здесь
первое серьeзное задание.
Вдовцов попросил сделать
экспертизу.
- Броня... Бронь!
Броня! Броня, да что с тобой?
- Отстань!
- Ему что, не понравилось, что ли?
Ну значит, он не гурман.
Он тогда вообще в кулинарии
ничего не понимает.
- Куда ты меня тащишь? Ну что?
- Ну ты понял, да?
- Ты о чeм?
- Ну как о чeм? С пирогом.
- С каким пирогом, Ань?
- Стас, с капустой.
С ручника-то сойди.
- Ань, ты о чeм?
- А может, ему капуста не нравится?
Или тесто? Может, он тесто не ест?
Бережeт фигуру, сейчас это модно.
- Замолчи.
- Броня.
- Да тихо, я сказала!
- Значит, так. Весь отдел сегодня
целый день гудел,
что БронЯ приготовила пирог
с капустой специально для тебя,
чтобы поразить тебя своими
кулинарными способностями!
- О, Боже... А я не понял.
- Но в целом мне даже нравится,
что у меня есть соперница.
Это как-то заводит.
- Да? Тебя это заводит?
- Угу.
(тревожная музыка)
(напряжeнная музыка)
- Ну знаете ли, прям в отделе!
(удар)
Ух!
(интригующая музыка)
(Аня покашливает)
(Валентин):
- Броня!
Бронислава!
Бро-ня!
Бронь...
(Бронислава всхлипывает)
Ну не расстраивайся ты так.
Ну у человека вкус такой дурной.
С другой стороны...
(на латыни): Эррарэ хуманум эст.
- Чего?..
- Ну, человеку свойственно ошибаться.
Латынь.
Слушай, есть предложение.
Давай, я эту Аню отобью
у твоего этого... предмета.
- Какого предмета?
- Да у Стаса твоего.
Я еe отобью, и путь будет свободен.
У тебя не будет препятствий. А?
- А ты...
не такой удод, как я думала.
(звонит телефон)
- Вдовцов.
Кто ко мне просится?
Сенько? Ну, пусть проходит,
выпишите ему пропуск.
(интригующая музыка)
(игриво): - Анечка!
(холодно): - Анна.
- Ну да. Анечка, скажите, это вы
изъяли эти документы у Сенько?
- Ну да. А что? Нет, я знаю, что вы
теперь внештатный сотрудник, но...
- Ну, я, видите ли, пишу экспертизу
по просьбе Вдовцова.
А вы очень правильно сделали.
У вас очень острый глаз.
Скажите, раз вы так наблюдательны,
быть может, вы заметили что-то
ещe необычное в квартире Сенько?
- Ну, а там для меня других нет,
там всe необычное:
какие-то валики, краски, прессы.
- Ну да, конечно.
Для непосвящeнного
всe это таинство.
Но если вы хотите, я вам могу
всe объяснить. - Угу.
- Мы задержимся вечером после работы,
и я вам всe расскажу.
- Угу. Спасибо. В другой раз.
Очень много работы.
- Угу.
А...
До свидания.
(Стас): - До свидания!
(Аня смеeтся)
- Ну чего ты?
- Так что случилось?
Что за срочность?
- Случилось. Но давайте я по порядку.
- Ну давайте по порядку.
- Дело в том, я не хотел, конечно,
об этом говорить, но придeтся.
В общем, покойный профессор Руденко,
как бы это вам помягче сказать,
занимался не вполне
законными делами.
- Конкретнее.
- Ну вот я и говорю.
Вы меня прошлый раз
об этом спросили.
Короче, он менял оригиналы
на качественные подделки.
И вообще, продавал эти фальшивки
со своими экспертизами.
У него же имя! Никто никогда
не заподозрил бы.
- И вы создавали эти подделки?
- Да, и я в том числе.
Но сбывал только он.
Я работал только по заказу.
- Вы сказали "в том числе".
Кто-то ещe трудился на этом поприще?
- Кто-то ещe трудился, но я не знаю.
Мне профессор никогда об этом
не говорил,
а я никогда его об этом
не спрашивал.
- Так, петрушка какая.
Кто-то ещe же был вовлечен в этот
процесс, не мог же Руденко сам.
- Кто-то ещe, да, был вовлечeн.
Но я не знаю, честное слово.
И вот.
- Это что?
- Это два последних заказа Руденко.
Я сдаю добровольно. Запишите.
- Так что же всe-таки произошло,
господин Сенько?
Почему вы сами пришли?
(жалобно):
- Тут такое дело...
На меня напали
прямо около дома.
Я боюсь. Я хочу в КПЗ.
Мне страшно.
(пьяный): - Куда вы меня привезли?
Дай позвонить!
- Броня! Бронь! Ты домой?
- Да.
- А что делать будешь?
- Да ничего особенного.
- Но ведь чтобы не было скучно,
у человека должно быть хобби.
Вот я, например, изучаю
криминальные истории.
Ну, в основном, конечно,
по фильмам, книгам.
Знаешь, сколько было ошибок
у Конан Дойла?
Взять, например, вот эту собаку
Баскервилей, светящуюся в темноте.
Если бы господин писатель знал
химию, он бы учeл,
что белый фосфор безумно ядовит.
Если им намазать собаку,
она бы давно уже сдохла.
И вообще, он на воздухе меняет
свои свойства и окисляется.
- Ты что, ещe и в химии разбираешься?
- Да это школьный курс.
- А-а. А у меня тоже есть хобби.
- Какое?
- Такое.
- Ага, не хочешь рассказывать?
Ты, наверное, лобзиком пилишь?
- Что?
- Ну выпиливаешь там всякие фигурки -
медведей, коз?
Шутка. Пошутил.
- Понятно.
- Знаешь, Бронь,
а я ведь говорил с Аней.
Ну вот в этом, в игривом тоне.
И мне показалось, что это
не оставило еe равнодушной.
- В смысле, она не является вот
этой вот неприступной стеной.
То есть шанс есть.
- Угу.
(мелодичная музыка)
Угу.
М-да.
Игорь Васильевич, добрый вечер!
Это Руденко. Да. Я посмотрел.
Посмотрел.
Ну что, у нас палимпсест.
Палимпсест.
Да я не выражаюсь, я объясняю.
Это следы предыдущего текста,
понимаете?
В общем, раньше так делали:
из-за дороговизны пергамента
смывали старые буквы
и наносили новые.
Да. Только в нашем случае текст уже
современный. То есть наших дней.
Да, и на приборе это тоже видно.
Угу. Да. До свидания.
- Понимаете, Игорь Васильевич,
в этой отрасли может ошибиться
даже специалист.
Вы знаете историю известного
голландского фальсификатора
ван Мегерена?
- Нет, просветите. Ну, если это
имеет отношение к делу.
- Он был гений, но непризнанный.
И вот он решил, что лучший способ
зарабатывать деньги -
это не копировать известные работы
великих мастеров,
а писать новые, а потом
обнаруживать
ранее не известные картины
в частных коллекциях.
А, каково? Суперидея?
- А эксперты?
- Правильный вопрос.
Эксперты все, как один, признали
полотна оригинальными.
Вермеер, Халс - кого он только
не подделывал.
Во время Второй мировой войны
одно такое полотно попало
в коллекцию к Герингу, который
был большим ценителем искусства.
- Да? Не знал.
- А уже после войны в связи с этим
ван Мегерену
было предъявлено обвинение
в том,
что он продал фашистам
национальное достояние.
Ему грозила смертная казнь.
Что остаeтся художнику?
Он признаeтся, что это полотно
подделка, и автор - он.
Только ему, естественно,
никто не верит.
Ну, иначе все эксперты
с мировыми именами просто...
- Ошибались.
- Да.
Он же что делал?
Он брал старые полотна,
ну, то есть холсты уже имелись,
соскабливал с них старую краску,
перерабатывал еe и снова писал.
То есть краска, получается,
тоже старая. Ну и, конечно,
уникальный талант копировать
манеру великих досконально.
По тем временам определить подделку
было практически нереально.
- А сейчас?
- Сейчас тоже непросто,
но сейчас есть лазер, рентген,
химический анализ.
Ну, как бы уровень-то выше,
но всe равно
всe это можно обойти
при определeнных навыках.
- Подождите. А что же этот голландец,
он доказал своe авторство?
- Да. Он предложил эксперимент
и за шесть недель написал
новое полотно Веермеера
под постоянным контролем
экспертов. Я же говорю: гений!
- Посадили?
- Да, всего на год.
- Занятная петрушка.
Ну что, суть я усeк.
Часто определить подделку
нереально или почти нереально.
- Или нужна дорогостоящая экспертиза
в лучах, но: вас я утешу.
Вот смотрите, тут та же самая песня:
основа взята старая, только на ней
то ли ничего не было нанесено,
то ли написанная часть оторвана.
Ну, в общем, на листе старого
пергамента нанесeн текст,
который имеет отношение
к нашему с вами времени.
- То есть вот эта бумага, изъятая
у господина Сенько, подделка?
- Именно. А ещe смотрите,
заглавные буквы.
Я долго думал, что меня напрягает.
А потом понял:
лишние линии, завитушки,
искусно вплетeнные, но лишние.
Правда, я пока не понимаю,
зачем это надо и что это означает.
- Константин, нам нужно,
чтобы вы взглянули на это письмо
и сказали своe мнение.
- А откуда оно у вас?
- Из частной коллекции. Но человек
купил его на "Сотбис".
- Хм. Ну давайте посмотрим.
Так.
Ну, вообще, я не самый крупный
специалист по подделкам.
Так.
Ну, не знаю, я...
не могу точно сказать.
Сомневаюсь, но...
Да, да. Фальшивка, скорее всего.
- Вы говорили, что были учеником
профессора Руденко.
А вы хорошо знакомы с семьeй?
- Да, конечно.
А что? А что Руденко?
А почему вы спрашиваете?
- Всe, что вы рассказали,
очень интересно.
Но и у меня есть для вас важная
информация,
не знаю, правда, как вы к ней
отнесeтесь.
- Ну, я весь внимание.
- Дело в том, что господин Сенько
сообщил нам,
что заказы на подделки
получал от вашего отца,
профессора Руденко,
и довольно часто.
(тревожная музыка)
- Нет, это невозможно,
и этого не может быть.
- Ну, тем не менее.
- Да нет, это ложь. Я не верю.
- Ну, это только показания Сенько.
Знаете, что я хочу?
Я хочу, чтобы вы посмотрели письма
коллекционера Немировского.
Что вы скажете на предмет подделки.
- Хорошо, я посмотрю, но какая связь?
- Господин Немировский? Здравствуйте.
Следователь Вдовцов беспокоит.
У меня вопрос. Скажите, пожалуйста,
кто посоветовал вам отдать
купленные на "Сотбис" письма
в реставрацию?
Ах, так?
Профессор Руденко...
- Работаешь?
- Угу.
- Чего у тебя там? Ну покажи, покажи.
Ух ты! Самообразование -
это вещь хорошая.
Но самое главное, чтобы
основное дело не страдало.
- Так я ж сдала отчeт.
- А? А, ну да.
В общем это, послушай меня, девочка.
Я пришeл, чтобы сказать...
Стас ко мне пришeл, рассказал,
что ну как это...
ну что ты проявляешь к нему
заинтересованность.
Довольно странно. Ну в том смысле,
что он растерян. Вот.
- А-а.
Пожаловался, значит.
- Нет, ну не то чтобы пожаловался...
- Вот же... мужики пошли.
А в лицо он мне не мог сказать?
Сразу к начальству бежать.
- Ну он ко мне не как к начальнику,
а как к твоему старшему... другу.
Да правильно ты всe говоришь!
Не мужик он.
И вообще, плюнь ты на него и забудь!
Да ещe, знаешь, сколько у тебя
таких будет. О-о!
Ну чего, Бронечка?
Ну, послушай меня.
Другой тебе мужчина нужен.
Настоящий, без этих вот фокусов.
И потом, парфюм у него какой-то
противный. У него бабский парфюм.
Бабский парфюм у него.
- Вдовцов это. Там Торсунов
вернул письма?
Отлично. Занесите в мой кабинет,
пожалуйста.
- Вы понимаете, что это бред?
Мой отец...
Да у него безупречная репутация.
Он учeный, он не делец!
- Я понимаю. Но есть факты.
(стук в дверь)
Да.
- Разрешите?
- Давайте, давайте.
Спасибо.
Вот, взгляните.
Я понимаю, что, наверное,
нужна детальная экспертиза.
(усмехается):
- Да нет, не нужна.
Вот характерная точка Грозного.
Он не так ставил.
Он всегда съезжал ниже строки.
А тут чeтко в двух местах:
вот и вот.
- Да вы просто кладезь.
- Папа не мог этого не знать.
Он меня всему научил.
На мeртвого, конечно,
легко всe повесить.
Он же не может оправдаться.
- Я понимаю ваши чувства,
но есть ещe факт наличия
украденных из музея Саранска
писем у вас в квартире.
Если ваш отец причастен,
то эти ниточки легко увязываются.
- Я уверен, что это какая-то ошибка.
Отец тут ни при чeм. И я это докажу.
- Да, Кость. Мне тоже надо
с тобой поговорить.
У меня голова идeт кругом,
это дурдом какой-то!
Дождись меня, я сейчас буду.
(напряжeнная музыка)
- Следователь мне сказал,
что мой отец
причастен к бизнесу по изготовлению
и сбыту подделок!
Ты понимаешь? Мой отец!
- Да, опер меня тоже расспрашивал
про твоего отца. Ну и семью вообще.
Напирает на то, что мы давно
знакомы и дружим.
- Они что, думают,
что ты тоже в деле?
- У меня же магазин, клиенты.
И вообще мне его тон не понравился.
- Нет, это безумие какое-то!
- Откуда они вообще всe это взяли?
- Показания Сенько. Да мало ли,
что он вообще говорит!
Кость, ты же знал отца.
Он же кристальной честности человек.
- Я убеждeн, что всe это полная чушь.
- Именно. И мы должны это доказать.
Это хитросплетeнная паутина.
Кому-то всe это выгодно.
Пожалуйста, ты должен мне помочь
всe это распутать
и доказать, что отец непричастен.
- Конечно.
Конечно, Валь, я сделаю всe,
что от меня зависит.
- Спасибо.
Слушай, мне пора бежать,
потому что меня Бронислава ждeт.
Я тебе ещe позвоню.
Давай, спасибо.
(Бронислава):
- Вот непутeвый...
- Извини. Извини, я тут.
- Чтобы это было последний раз.
Ты на работе.
- Угу.
- Пойдeм.
Так, идeм по жалобе жильцов.
- Угу.
- Соседи сверху устраивают
постоянные драки.
Те уже несколько раз писали
заявление,
но соседи пьянки-гулянки
не прекратили.
- Ага. Ну, будем разбираться.
- Будем.
Валентин, сбегай, пожалуйста,
в отдел,
принеси мою папку синюю со стола
и возвращайся вот в этот дом,
второй подъезд, 7-я квартира.
Только быстро.
- Одна нога здесь, другая - там.
- Давай.
(тревожная музыка)
Так.
(тревожная музыка)
(пишет номер):
У 067 КН 750.
Так.



Серия 3

ТВЦ
- Ну Сергей Леонидович, я пошeл
вам навстречу,
оставил вас по вашей
просьбе в КПЗ.
- Простите, не по просьбе,
а после моего признания.
Вы имели полное право меня
задержать.
- Равно, как и право отпустить вас
под подписку. - Угу.
- Вы что, торгуетесь со мной?
Вы будете отвечать на вопросы?
- Хорошо, спрашивайте.
- Как Руденко доставал оригиналы?
Ведь чтобы сделать подделку,
нужно иметь перед глазами оригинал.
- Я же вам говорил, у меня был свой,
так сказать, фронт работы.
- Сергей Леонидович, сказали "А",
произносите "Б"!
Я вас слушаю.
- Я могу только догадываться.
Кое-что он брал в провинциальных
музеях. Там легче скрыть пропажу.
Да и опись экспонатов в таких местах
не всегда имеется.
Ну и ещe кое-что - из частных
коллекций.
Но тоже у не слишком известных
коллекционеров.
Вы знаете, Руденко был вхож
в самые закрытые дома.
- Ну дальше, дальше.
- Потом оригинал дорого продавался
крупному,
желательно не светящему своe
собрание коллекционеру.
Ну, и подделки тоже разлетались
по коллекциям.
- М-да, неплохой бизнес.
Но ведь кто-то должен брать
оригиналы в музее.
Не сам же Руденко.
Он же не вор-профессионал.
- Да. Не вор. Был... один человек.
Он мог, знаете, любую штуку
вытащить. Виртуоз.
Ну и наводчик, в том числе.
Ну всe, больше я ничего не знаю,
честное слово...
- Наводчик, говорите?
Тут мои сотрудники списочек
составили с фамилиями.
Посмотрите глазами.
Знакомые, наверняка, найдутся.
(слабым голосом):
- И?
- Ну а мы посмотрим, чьe поведение
нам покажется подозрительным.
Заодно проверим ваше желание помочь
следствию.
- Хорошо.
(быстрая музыка)
- Добрый день.
- Здрасте!
Альбом-книжка. Между прочим,
19-й век.
Вы оценИте, как сохранилась обложка.
- Слушайте, не морочьте мне голову.
Переплeт-то перетягивали.
Сколько вы за неe хотите?
- Ну как знатоку - восемь.
- Не смешите меня.
- Ладно. Шесть.
- Три. Красная цена.
- Только для вас - пять.
- До свидания!
- Ладно, три пятьсот.
- Три. И все довольны.
- Жучило...
- До свидания. Благодарю вас.
- Ценная вещь, а взяли по дешeвке.
- Простите, мы незнакомы.
- Господин Плющев? Добрый день!
- О, Бельский. И фамилия громкая,
и дела были громкие.
Нет, эпатажник - не наш клиент.
- Наш поскромнее.
Может, вот этот вот?
Тятьков. Одна кража из музея.
Нет, ну этот больше по иконам
специализировался.
- Да нет, он грубо работает.
Наш-то, он профессионал.
Смотри, до сих пор же ничего
не обнаружили.
- Слушай, может, мы его зря тут ищем?
- Не понял.
- Может, нет его тут?
Может, его ни разу не ловили.
Поэтому и нет его тут, в картотеке.
- Очень может быть.
- Ну.
- Ты про Колю-Парадокса слышал
что-нибудь?
- Нет.
- Есть такой закулисный герой
преступного мира. Легенда.
Одиночка.
Никто его поймать не может.
- И что, даже никакого фотопортрета,
что ли, не имеется?
- Нет. Маскируется он виртуозно.
Был бы актeром, стал бы народным.
Может выкинуть всe что угодно.
- Поэтому Парадокс?
- Поэтому не поймали.
Очень нестандартно он мыслит,
всe как-то...
А специализируется как раз
на предметах искусства.
- Ну да, ясно, тяга к искусству.
Понятненько.
И что, никакого словесного описания
даже не имеется?
- Ну так, очень приблизительное.
Слушай, а вызови-ка сюда Валентина.
- Руденко, что ли?
Вызову.
Так, Руденко ко мне.
Он у Брониславы в кабинете.
Побыстрее.
- Как тебе вообще этот Валентин?
Есть к чему придраться?
- Ну, я просил Брониславу за ним
приглядеть. Пока никаких зацепок.
- Очень он был расстроен
подозрениями насчeт отца.
Мне искренним показался.
Или он из той же актeрской школы,
что и Парадокс.
- Выз?.. Ой.
Здрасте, Игорь Васильевич!
Точнее, здравия желаю!
- Ну ладно, вы присаживайтесь.
- Садись давай.
- Скажите, имя Коля-Парадокс
о чeм-нибудь вам говорит?
- Нет.
(с надеждой): Что, будем брать?
- Будем искать.
Приметы, правда, очень такие...
высокий, атлетически сложен
и с головой любит что-то
вот такое вот делать.
Ничего не напоминает?
- Послушайте, что вы так
сопротивляетесь?
Вы видели наши документы,
не надо так волноваться.
- Я не понимаю вообще, чего вы
от меня хотите. Вообще, в чeм дело?!
К тому же я не Плющев.
Моя фамилия Куделько.
- То, что вы взяли фамилию жены,
сути дела не меняет.
Кстати, зачем вы это сделали
после 20 лет брака?
- Это моe дело! Захотел и взял.
- Хорошо, хорошо,
у нас свобода выбора.
Мы просто хотели побеседовать.
- Не о чем мне с вами беседовать.
И вообще, я буду разговаривать
только в присутствии адвоката.
- Какой ужас!
- Что?
- Вот и я тоже спрашиваю:
что же вы такого совершили,
если при простой беседе
с представителями органов власти
вы требуете адвоката?
Эх, Господи... идeмте.
- Ну что, ты узнал что-нибудь?
Ага. А дама? Ну что она?
Ага. Спасибо.
Я пробила номера машины,
которая следила за тобой.
- И что?
- Машина перепродавалась много раз
по доверенности. Зацепок никаких.
- Понятно.
Странная история.
Скажи, а ты уверена, что следили
именно за мной?
- Я что, похожа на шутницу?
- Ой, ни в коем случае. В этом
вопросе у меня сомнений нет.
Слушай, а может, проще:
оповестить ДПС, остановить машину
и всe выяснить?
- Можно. Но никак. Ты же сам просил
никому ничего не говорить.
А без распоряжения начальства
нас даже слушать не захотят.
- Ну просто вдруг тебе показалось?
- А у меня есть другая идея.
Надо этого твоего преследователя
взять, так сказать, на живца.
- Согласен! Кто за живца?
- Ты. Пиццу будешь?
- Я вам повторяю: я давно
не занимаюсь антиквариатом.
Ни, так сказать, рукописями,
ни предметами искусства.
А это - исключительно для себя.
В личных, так сказать, целях.
- Интересное кино получается.
- В смысле?
- Вы сменили фамилию, ушли
из бизнеса.
- Да.
- Что случилось?
- Возраст, мой друг. Возраст.
- Не слышал, чтобы на пенсии меняли
фамилию.
- Мне всe-таки кажется, что вас
что-то сильно напугало. Что?
- Почему вы так решили?
- То есть у тебя есть
конкретный план?
- Угу.
Давай ещe раз, конкретно.
Что тебе говорил тот, кто напал
на тебя?
- Он просил, вернее, требовал
вернуть оригинал.
- Вот. Оригинал. Чего?
- Бронь, вообще-то всех интересует
ответ на этот вопрос.
- А я знаю. Ответ.
- Ты знаешь?..
- Ну, предполагаю.
Это письмо Грозного, которое взяли
у Немировского.
(тревожная музыка)
- Значит, ты тоже думаешь, что мой
отец..?
- Давай ешь пиццу, а.
- Да нет, спасибо, угощайся.
- А я расходую много калорий -
тренировки.
Ну... ну я не знаю, причастен ли
твой отец к этому или нет,
но злоумышленники - тот, который
преследовал тебя
и который напал на тебя - искали
именно это письмо.
- С чего ты взяла?
- Мы найдeм письмо и докажем Стасу
и его этой крале, что мы круче их.
Понял?
- Моя задача - доказать,
что отец
не имеет к этой истории никакого
отношения.
И если мне это удастся, то я буду
очень крутым!
- Значит, у нас с тобой одна цель.
Они думают, что письмо у тебя.
Где ты можешь хранить его?
- Но у меня нет этого письма,
я уже говорил.
- Ну а надо, чтобы думали, что есть.
- Знаете, что я думаю?
- Что?
- Вот вы - известный искусствовед.
- Да.
- Специалист в области антиквариата.
- Угу.
- Статьи пишете. - Ну это, собственно
говоря, не противозаконно.
- Конечно, нет. Но для того, чтобы
написать статью,
нужно увидеть предметы
своими глазами.
- Конечно.
- Посидеть в архивах. - Да.
- Попасть в запасники музеев, верно?
- Верно.
- Да. А статьи ваши
в основном касаются
экспонатов провинциальных музеев.
- И что?
- И что характерно, спустя какое-то
время
именно из этих провинциальных
музеев
обязательно что-нибудь пропадает.
Кто-то очень незаметно, даже
искусно похищает экспонаты.
(заикается):
- Я не понимаю, на что вы намекаете?
- На то, что вы наводчик.
Или, скажем, разведчик.
- Я требую адвоката.
- Да сколько угодно!
А пока расскажите мне,
какова роль в этой цепочке
Руденко.
- Я ещe раз повторяю, без адвоката
ни на один вопрос отвечать не буду.
- В таком случае, вы погостите у нас
ещe 24 или 72 часа,
после чего мы снова пригласим вас
вместе с вашим адвокатом.
- Я... я не могу.
(со слезами): Поймите, я боюсь
замкнутого пространства!
Я старый, я больной человек.
Слушайте, давайте без этих ваших
штучек.
И, между прочим, у меня диабет
второй группы.
Я в детстве болел эпилепсией.
Я прошу вас, не надо камеры!
Я, правда, очень боюсь замкнутого
пространства! Ну.
Мне надо позвонить! Я имею право
на один звонок.
- Я выезжаю. Встретимся на месте.
(тревожная музыка)
(Валентин):
Здравствуйте!
- Вечер добрый.
- Сейчас до улицы Ногинской
к складам индивидуального
хранения. Знаете?
- Найдeм, не вопрос.
- Угу.
- Там немного подождать - и обратно.
- Хорошо.
(напряжeнная музыка)
- О, чeрт!
- Машину ищете? Могу подбросить.
- Ну... да. Мне до центра надо.
(усмехается)
- Договоримся.
А ну стой!
- Пусти! Пусти! Я не поеду с тобой!
Не поеду я с тобой, пусти!
- А ну стоять!
На! На!
(звуки драки)
На! Сволочь!
Да пусти ты, уйдeт же, ну!
Уходит! Давай быстрей в машину!
Ну что ты встал, как вкопанный?!
(напряжeнная музыка)
Колeса спущены!
- Кем?
- А ты не догадываешься?
- А когда он успел-то?
- Если б ты не был такой тютей,
я бы поймала его!
Ну зачем ты бросился на его, а?!
- Броня, я себя чувствую виноватым.
- И что?
- Ничего. Буду стоять у тебя
под дверью, пока не простишь.
- Ну стой.
- У меня уже насморк. У тебя
в подъезде холодно, я замерзну.
Ну можно хотя бы чайку попить?
- Так, давай прямо.
Ты ко мне в ухажeры набиваешься?
- Да что ты, Броня, Бог с тобой.
Нет, конечно. Я, правда, замeрз.
У меня даже в мыслях не было.
Честное слово.
- Значит, ухаживать за мной нельзя?
Даже в мыслях.
Я не женщина, я урод, я шкаф!
- Да нет же, Бронислава. Ну...
Ну я не в этом смысле.
Я в смысле, что мы с тобой коллеги,
напарники, полицейские.
Крутые опера. В будущем.
Ну, Броня, ну нет. Ты очень даже
женщина.
Просто... большого размаха.
Бронь, ну открой.
Ну прости меня.
Да, кругом я виноват.
Ты права, я - бестолочь.
Ну и ладно, буду спать у тебя под
дверью, на полу, пока не простишь.
- Я тебя не приглашала!
- Ой! Господи!
- Был только насморк,
теперь и шишка будет.
- Слушай, сейчас я холодное принесу.
Я постелю тебе на диване в комнате.
- Ничего себе!
- Вот холодное, приложи.
- Спасибо.
Боже мой... вот это выставка.
Это ты сама всe это сшила?
- Сама.
- А... можно?
Это... это потрясающая работа.
Просто уникальная. Вот хоть сейчас
в музей обувного дела.
Где ты научилась?
- Папа научил.
Он у меня сапожником был.
- Это фантастика!
Я понял, это и есть
твоe тайное хобби. Да?
- Пойдeм чай пить.
- Подожди, Бронислава.
У тебя талант.
Это просто чудо какое-то.
А куда ты всe это деваешь?
- Ну, в семьи отдаю малоимущие
и в детдом.
- Броня... Ну у меня просто нет слов.
Ты удивительная женщина.
Уникальная.
(Бронислава вздыхает)
- Пойдeм чай пить. У меня торт есть.
- Подожди.
Там сегодня у складов...
Это был Парадокс.
(со слезами): - Я больной человек,
у меня есть справка.
Я ни за кого не хочу отдуваться,
вы должны меня понять!
- Я понимаю.
- Вот.
И потом, я не терплю одиночества,
а этот ваш дежурный со мной даже
разговаривать не стал.
Говорит: "Не положено".
- Давайте ближе к делу.
Вы сами просились на беседу.
- Да. Но я требую гарантий!
- Так, это к страховщикам.
Рассказывайте.
- Хорошо. Вещи брал Коля-Парадокс.
Я ничего не брал. Я только намекал,
где и что можно взять.
Я ничего не брал! А после реализации
получал небольшой,
я подчеркиваю, небольшой процент.
Я вообще не при делах!
- А кто при делах?
- Профессор.
- Руденко?
- Да.
Его задача была продать
коллекционерам, дать экспертизу.
У него же реноме.
- Подробней можете о схеме?
- Господи, ну какая здесь схема?
Я вам всe только что рассказал.
Самые дорогостоящие артефакты
он продавал за границу.
Там, естественно, не было никакого
шанса, что они всплывут.
Фальшаки, естественно, возвращались
в музей.
И, естественно, с его экспертизой
никто не догадывался.
- Умно. Думаю, они и сейчас
не в курсе.
- Конечно. А оставшиеся фальшаки
он продавал музеям,
частным коллекционерам,
естественно, с экспертизой Руденко.
- Понятно. Бизнес.
- Да.
- Так. А что вы скажете про письмо
Грозного Елизавете Английской?
Что-нибудь слышали? Где сейчас может
быть оригинал?
- Нет. То есть я, конечно, слышал,
но где оригинал, я понятия не имею.
А вообще, думаю, даже, может быть,
он уже и не в стране.
Я, честное слово,
не знаю!
Ну я клянусь вам здоровьем.
Жены.
- А что вы так нервничаете?
- Что?! А вы посидите всю ночь
в камере вдвоeм с диабетом,
вот тогда я на вас посмотрю.
Хорошо. Хорошо, я согласен
на сотрудничество. Я весь ваш.
Только я прошу вас, ну не сажайте
меня больше в клетку, как хомяка!
Это невыносимо!
- Хм.
Эй, напарник! Ты что, ночью не спал?
- Да спал, но просто твой винтажный
диван давно пора сдать на перетяжку.
- Так, если не перестанешь кидаться
словами, которых я не понимаю...
- Ты меня нокаутируешь.
Извини, неудачная шутка.
Ладно. Винтажный - бывший в моде
когда-то давно.
- Это папин диван.
- А-а.
- Слушай, и не рассказывай никому
про ботиночки.
- Конечно, нет. Это же твоя жизнь.
- И про то, что мы Парадокса
упустили, тоже молчи.
- Вот в этом не сомневайся.
Я до сих пор себя чувствую
виноватым.
- Это правильно.
Ну ничего, мы ещe им покажем!
Что я, хуже еe, что ли?
- Ты про кого? Про Аню, что ли?
- Угу.
- Броня, ты должна понять,
ты не хуже, ты самобытнее.
Стас не может тебя не заметить.
То есть я хотел сказать, что...
за любовь надо бороться.
Еe нужно добиваться. Если это
реальное, настоящее чувство.
- Настоящее. Но он такой...
Ну... не совсем такой,
какой я думала.
Хотя нет. Он такой.
Такой, какой надо.
Он такой правильный.
- Броня, прости, слово "такой"
очень содержательное.
Мне сложно понять, что ты хочешь
сказать.
- Ну, он мужчина, только не знает,
как это показать.
- Умело скрывает. Угу.
- Ну и что должна означать эта ваша
реакция?
- Нет, вы знаете, я это первый раз
вижу.
- Но это подделка или оригинал?
- Вы знаете, если это фальшак,
то очень качественный.
Нужна экспертиза.
У себя в квартире я бы поколдовал
и сразу бы вам сказал.
Но если это подделка,
то точно не моя.
- Ну и что вы хотите сказать, что
кто-то это делает лучше, чем вы?
(усмехается)
- Погодите-погодите, есть прокольчик.
(нюхает)
Чем пахнет?
- Да ничем особенным.
- Вы принюхайтесь.
- Обоняние - не мой конeк.
Чем пахнет?
- Едва слышно. Сера.
Пергамент-то обработанный,
состаренный.
Молодец, хорошая работа.
Красавчик!
- У вас есть подозрения,
кто может быть этот специалист?
- Нет, предположений нет. Но знал бы,
пожал руку. Крутой мастер.
- Угу.
- А ты что тут роешься?
- А я ручку ищу.
- Из ящиков не таскают такие,
как ты. Держи.
- Спасибо.
А ты искусством интересуешься?
Может, лучше у меня спросишь?
Я тебе с радостью расскажу.
- А вот и спрошу. Вот это вот - что
это?
Вот это вот искусство, оно же
стоит миллионы долларов. Рехнуться!
- В общем, Плющев готов нам помочь.
Жуликоватый тип, но, похоже, реально
боится камеры, поэтому готов на всe.
- Нам надо, чтобы он дал подробное
описание внешности Парадокса.
Составите фоторобот.
- Это сделаем.
- И вот ещe одна история.
Очень увлекательная.
В музее города Святопавловска
пропали две ценнейших рукописи
времeн Владимира Мономаха.
Сотрудники музея оказались
бдительными,
заметили почти сразу,
забили тревогу.
- Опять Парадокс погулял?
- Вероятно. Сейчас не об этом.
Рукописи эти через некоторое время
были обнаружены в дипломате,
забытом в поезде неким пассажиром.
Вернулись в музей. В общем,
все счастливы.
- Так и в чeм проблема?
- А проблема в том,
что мне кажется, что в музей
вернулись подделки.
Ну, чтобы не вызывать подозрений.
А оригиналы рукописей ушли
какому-нибудь важному дяде.
- Примерно такую же схему
нам описывал Плющев,
только без истории с дипломатом.
- Угу.
- В общем, рукописи мы изъяли.
Нужно их отправить на экспертизу.
- Надо ещe проверить, это единичный
случай,
или такие случайные возвраты
происходят часто.
- Ну, конечно.
Нет, вообще мне странно:
все, как один, говорят о Руденко.
- Что доказывает его причастность.
- Может быть. Может быть.
- Ну, поп-арт Энди Уорхола и его так
называемые "картины"
мы с тобой можем даже
не обсуждать,
потому что к искусству это не имеет
никакого отношения.
Ну так - эпатаж, перформанс,
провокация,
мета эпохи, не более того.
- Но тут написано, что...
- Тут написано то, что выгодно тем,
кто качает из этого деньги,
и тем, кто делает из этого моду,
и тем, кто поднимает цены
на бесчисленный мусор,
скупаемый богачами - жертвами
рекламы и собственного тщеславия.
- Но эти картины, они же в музеях
висят!
(на латыни): - Хомо сум эт нихиль
хуманум а мэ альенум путо.
- Чего?..
- "Я человек, и ничто человеческое
мне не чуждо". Латынь.
А коллекции в музеях формируют тоже
люди, которые также подвержены моде,
влиянию авторитетов
и псевдоавторитетов.
- Но они же специалисты!
- Да нет, Броня. Они люди, живущие
в своe время,
а время уже диктует моду,
тенденции. Понимаешь?
Вот раньше на Тибете было принято,
если девушка выходила замуж
девственницей, то женатую пару
изгоняли из селения.
Ну, неприлично. Так говорили
авторитетные ламы.
А на Руси чeрные зубы были
признаком богатства,
потому что только богатые люди
могли есть сахар.
И дочек богачей с чeрными зубами
брали замуж охотнее.
Вот такая была раньше мода.
Сейчас, конечно, всe это кажется
дикостью.
Так что, Броня, всe пройдeт.
Всe пройдeт.
(звонит телефон)
Да, Игорь Васильевич.
Свободен.
К двум? Да-да, успею.
Угу.
Извини, Вдовцов вызывает.
Так что... Мне ещe пару дел надо
закончить. Ну и я пошeл.
А мы с тобой ещe обязательно
пообщаемся. Спасибо.
- Голова!
Интересно...
Про Тибет...
- Надо проводить спектральный анализ.
Я без спектрометра ничего не могу
сказать на глаз.
Нет, конечно, если бы это
принесли не вы,
я бы наверняка сказал,
что это подлинная вещь.
- Вас что-то беспокоит?
- Да нет, ничего. Давайте начнeм
со спектрометра.
Можете меня подождать буквально
несколько минут?
- Хорошо. А можно у вас посмотреть
фарфор?
- Да, конечно, только аккуратней,
он очень хрупкий.
- Хорошо, конечно.
- Он занервничал.
- Ну не знаю.
Ах! Посмотри, какая красота!
Вот ты спрашивал меня, что я хочу
на день рождения. Нравится.
- Да нет проблем.
- Ах, нет, не надо, не дари, иначе
машину придeтся продавать.
- Но вы взяли Мейсона, который
лимитированный выпуск,
именной экземпляр,
выпущенный специально по заказу
Екатерины Второй.
Надо отметить, что Екатерина была
большой ценительницей Мейсона.
- А-а, ну если Екатерина Вторая...
- Ну, а насчeт рукописи - увы, это
подделка.
Есть компоненты современного
происхождения.
Мне очень жаль.
- Хотите что-то ещe сказать?
- Понимаете, я уже держал в руках
эту рукопись.
Я лично показывал еe одному моему
очень важному клиенту.
- Так. И он еe не купил?
- В том-то и дело, что он еe купил.
- Как она попала к вам?
- Мне еe принeс профессор Руденко.
- И вы не стали проводить экспертизу?
- А как я мог проводить экспертизу,
если Руденко - мой учитель?
Ученый с мировым именем
и суперэксперт.
К тому же к рукописи
прилагалось заключение,
а я знаю, что Руденко всегда
проводил спектральный анализ.
- Опять этот Руденко.
- Простите, я не понимаю...
- Минутку, подождите, а если
клиент купил рукопись,
как она оказалась в музее?
- У нас.
- У нас.
- Я точно убежден, что мой клиент
не перепродавал рукопись,
поэтому у нас остаeтся только
один вариант -
что это очередной экземпляр
фальшака.
- Есть идея, кто бы это мог сделать?
- А Сенько? Он мог?
- Вполне. Он талантливый человек.
- Ясно. А фамилия Плющев вам
о чeм-нибудь говорит?
- Есть такой персонаж, да.
Ну, вращается в околоантикварных
кругах, пишет статьи.
Нет, в общем, неплохие, но в целом
он странный тип. А что?
- Ну, просто...
- Да нет, просто мы читали его статьи
о рукописях
и думали привлечь его
как эксперта.
- Не стоит. Профессионал он слабый.
(мелодичная музыка)
- Валентин!
Мне неприятно вам об этом говорить,
но мои сотрудники показали
эти документы
вашему приятелю,
Константину Болотникову.
По спектральному анализу это -
подделки.
- Ну, вероятно.
- Но вот что сказал Константин:
он уже видел одну из этих грамот
раньше и даже продал еe клиенту.
А принeс еe ему ваш отец,
со своим заключением.
- Костя так сказал?
- Ну видите, это указывает на то,
что,
извините, судя по всему, ваш отец
участвовал в этой афере.
Кстати, очень хорошо придуманной.
- Костя, ты уверен в том, что сказал
полиции?
- К сожалению. Как ты понимаешь,
я сам не могу до сих пор осознать
всe это.
Вроде бы работаю, а голова всe
об одном.
- Неужели мой отец...
Господи, я сойду с ума.
Кто мог на него работать?
Кто мог делать эти фальшивки?
- Ты меня спрашиваешь?
- И вообще, где это чeртово письмо,
которое все ищут?
- А кто это - все?
- Можно ещe?
- Конечно. Валечка, ты, пожалуйста,
держи меня
в курсе всего, что происходит.
Ты и твой отец - ну, мы всe-таки
не чужие люди,
и мало ли, вдруг я чем-то
могу помочь.
- Конечно, Кость.
Большое тебе спасибо.
Ты настоящий друг семьи.
Спасибо.
- Итак, друзья, я хочу
предложить вам план.
Предлагаю обсудить достоинства
и недостатки.
- Используем Плющева?
- Умница, молодец.
Плющев должен связаться
с Парадоксом. Парадокс ему доверяет.
- Возможно. Но Плющев провeл
у нас сутки.
- Навряд ли Парадокс об этом знает.
- Да, сомнительно. Но Плющев должен
сообщить подельнику,
что у него есть заказ, клиент
и наводка.
- А есть наводка?
- Есть.
Небольшой, но уникальный музей
в Затаинске.
- И что нужно взять в этом музее?
- Одну из первых юридических грамот
Владимира Волынского
о передаче прав на княжение
Мстиславу Даниловичу.
1287 год. Уникальная вещь.
- Думаете, клюнет?
- Ну а почему нет? Лeгкая добыча.
- Вдовцов, конечно, голова.
Музей в Затаинске...
Ты знаешь, какая там охрана?
Проще простого.
- Слушай, когда Парадокс придeт,
надо его грамотно прищучить.
- Да, а Плющев, кстати, уже сообщил
ему о том, что у него есть заказ.
- А что это за грамота Волынского,
ты вообще в курсе?
- Не знаю. Надо посмотреть
в интернете. - О'кей.
(голос Ани):
- Вдовцов решил вопрос с охраной?
(голос Стаса): - Конечно.
Он же не первую операцию проводит.
Охрана будет ослаблена,
ну и мы на подхвате.
- Но взять мы его должны на предмете,
иначе ничего не докажем.
Он наверняка в несознанку уйдeт,
ну и у нас ничего на него не будет.
- Да не волнуйся ты.
Всe будет хорошо.
- Валь, ты чего там? Ты же документы
понeс на экспертизу. - Чш-ш...
(громко): - Я не пойму,
что ты машешь руками-то?
- Тихо!
- Ой. Ты чего?
(сдавленным голосом
что-то бормочет)
- Что происходит?
- Отрабатываем... приeмы...
самообороны.
- Ага.
- Молодцы.
- Я же говорила: учись ставить блок.
На.
- Ты понимаешь, они тоже решили
работать на живца.
- Ну ты-то живец неудачный.
- Да не я живец, а грамота
Владимира Волынского.
13-й век, раритет.
Хранится в музее в Затаинске.
Парадокс сунется туда, а там...
- Мы!
Это была наша идея, взять Парадокса.
И у нас почти получилось.
Так что это наше дело,
и мы будем там.
А ты знаешь этот музей?
- Само собой. И у меня есть
кое-какие идеи.
- У него какая-то патологическая
страсть к перевоплощению.
Видимо, комплекс несостоявшегося
артиста:
любит костюмы менять, усы клеить,
парички надевать.
- Он точно будет крутиться возле
грамоты.
Он?
- Да нет, вроде не он.
Этот как-то и похудее, и ростом
поменьше.
Нет, кажется, не он.
- Отошeл мужик. Похоже, не он.
- Я свяжусь с охраной.
Говорит лейтенант Фетисова.
Что у вас там?
Ничего подозрительного?
- У нас тишина.
- Хорошо. Продолжайте дальше,
смотрите внимательно.
Он особо опасный тип.
Всe по плану.
- Принято.
(срабатывает сигнализация)
- Так это другой зал!
- Ты думаешь, это он?
- Сигнализация сработала
в другом зале.
(пищит сигнализация)
(напряжeнная музыка)
- Ты откуда взялась?
- Ты что, витрину трогала?
- Я ничего не трогала.
Я просто посмотреть хотела.
- Посмотреть? А чего сигнализация
воет тогда? - Я не знаю.
- Да ты нам операцию срываешь.
Ты... Броненосец!
- Что происходит?
- Это он? Он? Парадокс? Он?
- Ну подождите,
витрина-то не вскрыта.
- Он выходит из зала. Проверьте его.
Задержите его. Задержите!
- Поздно. Это Парадокс.
- Господин Парадокс!
А куда же вы, а?
(напряжeнная музыка)
- Вы что тут совсем, что ли,
обалдели уже?!
Он у вас из-под носа
экспонат увeл!
Какого рожна вы смотрели?
Камеры вам на что?
- Это всe Броненосец, точнее,
Бронислава.
Она нас отвлекла - трогала витрину.
Завыла сирена, и мы побежали
в ту комнату.
- Какая Бронислава? Откуда она здесь?
Что вы мне голову морочите?
- Вот и мы не поняли, откуда.
- Так, значит, Бронислава.
- Угу.
- Стоп! Руденко где?
- Эх!
- Ну что?
- Не видишь?
- Ясно. Значит, ушeл.
Ну всe, это конец.
Вдовцов нас на тряпки порвeт.
- Порвeт.
- Ну, Бронь, не расстраивайся.
Может, ещe не всe потеряно.
- Ну прямо линь какой-то.
Просто выскользнул у меня из рук!
- Ну да, слинял.
- А вот и герои дня!



Серия 4

ТВЦ
- Итак, дорогие мои коллеги,
позвольте спросить, что вы здесь
делаете?
- Мы тут пытаемся ловить преступника.
- Вот, пожалуйста!
Да вы сорвали нам всю операцию.
- Меня сейчас интересует другое.
Откуда вы узнали, что мы проводим
здесь операцию?
- Это всe я.
- Что - я?
Говорите яснее! Что за детский сад?
- Случайно в коридоре отдела услышала
об операции
и попросила Валентина
мне помочь.
- Нет, наоборот, это я случайно
услышал об операции и попросил...
- Нет, я.
- Да нет, я.
- Я.
- Нет, я, говорю. - Хватит!
Прекратить цирк!
Значит, так. Валентин, вы от работы
отстраняетесь.
Если нужна будет ваша
консультация, я вам позвоню.
А вы, Бронислава, отправляетесь
на участок.
И чтоб больше никакой
самодеятельности.
(Валентин): - Но, Игорь Васильевич!
- Я всe сказал, ясно?
- Игорь Васильевич, но у нас был
хороший план!
- Я видел ваш план в действии.
Всe, свободны.
А вы? Тоже мне, профессионалы!
Обсуждать операцию в коридоре.
Вы бы ещe на вокзал поехали,
в громкоговоритель обсудили!
- Броня, не переживай. Мы ещe...
(Стас):
- Что ещe? Вы уже.
- Тоже мне, профессионалы!
Такие вообще в органах не нужны,
никчeмные люди.
- Мы ещe посмотрим, кто тут
непрофессионал, кто тут никчeмный.
- Стас, пойдeм, вообще не о чем
разговаривать. Всe!
- Мы...
- Броня, не переживай.
Не надо, они того не стоят.
- Привет.
- Привет.
- А ты что такой?
- Какой?
- Такой... нахлобученный.
- Так нахлобучили.
За неудачную поимку злоумышленника.
Представляешь, хотели поймать
известного вора, а он взял и слинял.
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
- Константин, я к вам.
- Да, я вас слушаю.
- Я у вас тут брал
пару недель назад...
Помните?
- А, да-да-да. Конечно, я помню.
Пойдeмте ко мне в кабинет,
спокойно всe обсудим.
Валечка, посидишь тут десять
минут без меня? - Угу.
- Я хотел бы вернуть.
Срочно деньги нужны.
Дело в том, что мне предложили...
- Да, да, да.
- Ой, извините, извините, пожалуйста.
Предложили уникальный экземпляр.
Великолепное издание.
Пойдeмте ко мне в кабинет. Спасибо.
- Добрый день.
Пожарный инспектор Мячиков.
Хотелось бы проверить состояние
вашей противопожарной системы.
- А, хорошо. Пять минут
подождите меня, пожалуйста.
- Да.
- Я сейчас. Пойдeмте ко мне.
- Хорошо, хорошо.
- Да ты же упрямая, как...
Тебе ж как об стенку горох!
Я ведь доверял тебе, а ты...
- Но я хотела как лучше.
- Да я тоже хотел как лучше,
когда разрешил тебе ввязаться
в эту историю!
Всe, больше никаких рукописей,
писем, антиквариата!
Дуй на участок, работать. Всe.
- Но, Семeн Кузьмич!
- Без всяких "но"!
На участок, работать!
Прекрати покрывать своего этого
напарничка.
- Но он тут ни при чeм!
- Ах ты, упeртая.
Да он же развeл тебя, как ребeнка!
Этот Валентин твой, эстет, мать его!
Он же точно здесь при делах, а ты...
Вот ты мне скажи, ты всe-таки
витрину руками трогала?
- Семeн Кузьмич, нет.
- Вот!
А почему тогда сигнализация завыла?
Кто еe включил, а? Он точно тут
при делах, твой Руденко.
И Вдовцов это сразу понял. А ты...
Эх, тютя ты доверчивая, тютя.
- Позвольте узнать, что за раритет
вам предложили?
- Вы не поверите. Древности
российского государства Солнцева.
Это того стоит.
- Не сомневаюсь.
А вы знаете, что
Фeдор Григорьевич Солнцев
сделал пять тысяч рисунков?
Пол-России человек объездил,
а в издание вошло
всего 700 зарисовок.
Очень обидно, да?
- А... где другие рисунки?
- Ну, поштучно разошлись. Какие-то
просто не дошли до нашего времени,
какие-то в частных коллекциях,
в музеях.
У меня вот несколько имеется.
- У вас?
- Валентин Руденко.
- Я очень рад. Вы - сын?
- Сын. Позвольте ещe узнать,
а что за рукопись вы купили у Кости?
- Пожалуйста, я покажу.
Это письма великого князя
Константина Павловича
к его будущей жене полячке.
И еe письма.
Какая, я вам скажу, была любовь.
- Да-да.
Князь умер в Витебске от холеры.
А княжна Грудзинская отрезала
свои шикарные волосы
и положила ему в гроб
под голову.
Сама умерла через несколько месяцев.
Да...
Современники называли еe Ундина.
Потрясающая женщина.
- Да, она очень его любила.
- Угу.
- Хотя поляки категорически
пытаются не замечать
эту историческую персону.
(звонит телефон)
- Извините.
Я вас слушаю. Да.
(Валентин фотографирует)
Конечно, не сомневайтесь.
- Ну, в общем, всe в норме.
Всего доброго.
- До свидания.
- Я обязательно вам перезвоню.
Так вот, эти поляки...
- Я свободен.
- Да-да, я иду. Извините, очень
приятно было с вами познакомиться.
- Аналогично.
- Идeм?
- Да-да, идeмте.
- Аккуратнее.
(тревожная музыка)
(интригующая музыка)
- Вот он.
(звонок в дверь)
Броня, как хорошо, что ты пришла.
Я тебе сейчас такое расскажу!
- Я уже наслушалась, хватит.
- Я, кажется, понял.
- Я тоже. Так, я тебе кто?
- На... напарник.
- Так что ж ты меня паришь?
- По-моему, ты сейчас скаламбурила.
Не очень удачно, но тем не менее,
динамика налицо.
Ты мне объясни, что ты как с цепи-то
сорвалась?
- Это ты мне объясни.
Ты меня за дуру принимаешь, да?
- Нет, конечно, с чего ты решила?
- Ты меня использовал.
Ты все знал с самого начала. Это ты
включил сигнализацию в музее, да?
Признавайся.
Скажи, Парадокс - твой подельник?
- Нет. Кто тебе всe это наговорил?
- Песни мне пел про искусство,
а сам вор!
И сын вора. Предатель!
Видеть тебя не хочу.
- Бр... Броня...
(звонит телефон)
- Вдовцов.
Слушаю, товарищ полковник.
Да, я знаю, это моя вина.
И моя ответственность. Я отвечу.
Пропажа рукописи - подсудное дело.
Я понимаю, но еe должны вернуть.
Ну потому что это был заказ
нашего информатора.
Ну, как только расплатится.
Есть, товарищ полковник.
Торсунова и Фетисову ко мне, быстро.
- Привет. Хотя уже виделись.
- Слушай, штучку одну нашeл,
хочу тебе показать.
Интересно твоe мнение.
- А, да, конечно, с удовольствием.
Что там у тебя?
- Да знакомый попросил посмотреть
акварель.
Понимаешь, интересно, это конец
девятнадцатого или уже двадцатый?
Просто меня сомнения берут.
Понимаешь, рядовая вещица,
неизвестный художник, "НХ".
Но время есть время.
- Угу.
Ну что ж, вещь профессиональная.
И рука похожа на всех сразу. - Угу.
- Валечка, ну ты же лучше меня
в этом разбираешься.
Если бы я продавал, конечно,
я бы сказал, что это конец 19-го.
- А если покупать, то начало 20-го.
(Костя смеeтся)
- Ну это же бизнес.
- Ну да.
- Тему дня слышал?
- Какую?
- Грамоту Волынского
умыкнули из музея.
- Да ладно, правда?
(тревожная музыка)
- Нет, шутка такая.
Говорю тебе, украли.
- Смело. Вещь знатная.
- Самая древняя русско-юридическая
грамота,
дошедшая до нашего времени.
- Угу, только в комплекте
ценится больше.
- В комплекте?.. В каком комплекте?
- Ну, грамота давалась на княжение
вместе с кольцом. Ну ты же знаешь.
- А, ну да, да, знаю, ага.
А кольцо уцелело или нет?
- Уцелело.
- И ты знаешь, где оно?
- Знаю.
У меня.
- Ребят, я тут снова рассматривал
план музея.
Отметил места, где находились
наши сотрудники.
И я не понимаю, как Парадокс
мог ускользнуть.
Если ему только кто-то не помог.
- Думаете, у него были сообщники?
- Я не исключаю такой возможности.
Кто-то же включил сигнализацию.
(хором): Руденко.
- Ну, может быть.
Брониславу я в расчeт не беру.
Он еe мог просто использовать.
- Тогда нужно...
- Тогда нужно отслеживать
его передвижения и контакты.
Каким-то образом на него должен
выйти... - Парадокс.
- Вот именно.
И Плющева ко мне пригласите.
Необходимо вызволять грамоту
Волынского.
- Как? Парадокс наверняка не пойдeт
с ним на встречу.
Он же ведь понял, что это подстава.
- Тем более, наверняка захочет
пообщаться с предателем.
Тут мы его и...
- Ну что, Валечка, не возражаешь?
- Ты меня подсадишь
на хороший коньяк.
- Ну, это не самое страшное.
- Немного резковат, но в целом хорош.
- Ну что, Валечка,
скажи мне, откуда у тебя
перстень?
- Так отец купил.
Он тебе не показывал?
- Нет.
- У одного коллекционера,
потомка Мстислава Даниловича,
князя Галицкого.
- У Мстислава не было потомков.
- Как не было?
- Ну ты же знаешь, я интересуюсь
историей.
Род Мстислава прервался,
и наследников у него не было.
- А-а.
- Ну, наследников, может,
и не было,
а кольцо Волынского есть.
Лежит себе спокойненько
в отцовском тайнике.
Кстати, там ещe одна штучка
имеется.
Письмо одного русского царя.
Угу. Налей-ка мне ещe!
- Так, так, так, так!
Броня, Броня, Броня!
Броня! Броня, давай перейдeм
к спаррингу.
Так, так, так. Так, так.
Алик, Алик, иди.
- Нет, нет, она ж меня сметeт.
Я под цунами не полезу, нет.
- Все вы, мужики, одинаковые.
Только языком молотить горазды,
а сами или трусы, или предатели.
(напряжeнная музыка)
- Ну и что, архив.
- Ну да. Звоним шефу.
- Угу.
(в трубке): - Вдовцов.
- Игорь Васильевич, это Стас.
Он зашeл в архив.
Пока больше ничего подозрительного.
- Архив? Как раз очень подозрительно.
Отличное место для встречи.
А Парадокс, он на то и Парадокс,
что может войти куда угодно
и в каком угодно виде.
Дуйте туда, быстро.
(Аня): - Уже бежим.
- Добрый день.
Мне передали, что вы хотели
поговорить, господин Руденко.
Знавал вашего отца.
Замечательный был учeный.
- Спасибо. Очень приятно.
У меня вопрос. Я занимался
старославянскими рукописями
и наткнулся на кое-что интересное.
Вы не могли бы мне помочь?
- Буду рад оказаться полезным.
- Я хотел бы узнать о наследниках
князя Мстислава,
и как можно подробнее.
- М-да... Вы же разбираете
старорусскую вязь?
- Безусловно.
- Ну, тогда следуйте за мной.
(Аня): - Упс.
(Стас): - Куда это он?
(Аня):
- Понятия не имею.
- Что-то мне это не нравится.
Простите? - Да?
- А что у вас там?
- А там хранилище.
Вход по пропускам
или в сопровождении сотрудника.
- Спасибо.
- Хранилище.
А если он опять заменит
какую-нибудь рукопись?
А если он папин бизнес продолжает?
Пойдeм.
- Да, всe это очень познавательно.
- Так, сюда нельзя, молодые люди,
нельзя сюда. - Нам можно.
Вы на каком основании дали
постороннему человеку читать
манускрипт?
- На том основании, что он посетитель
архива,
уважаемый человек, профессионал.
- Да, но вы должны контролировать
каждое его действие
и ни на шаг от него не отходить.
- А я что делаю, по-вашему?
Стою рядом, наблюдаю.
И потом, что происходит?
Вы что, подозреваете меня в чeм-то?
Или господина Руденко?
- Благодарю. Я нашeл то, что искал.
Всe в порядке.
И извините за действиях наших
блюстителей закона.
Они сейчас гипербдительны.
Вы, наверное, в курсе, в городе ищут
банду грабителей музеев и архивов.
Так что все начеку.
- Банда грабителей? О Боже...
- Да. Так что поблагодарим органы
за бдительность. Большое спасибо.
- Пожалуйста.
- Всего хорошего.
- Хорошего дня.
- Угу.
М-да...
- Итак, вы меня подозреваете, да?
В чeм, в пособничестве Парадоксу?
- Он не смог бы уйти сам.
Ты помог ему и включил сигнализацию,
чтобы нас отвлечь.
- Это смехотворное обвинение.
Ничего я не включал.
- Ты был там и ты притащил
туда эту... Этого Броненосца.
- Не надо так выражаться о моей
напарнице.
Я запрещаю так о ней
говорить, ясно?
- Я напуган.
- Короче, к тебе больше нет доверия.
И Вдовцов, кстати, тебе тоже
больше не верит.
- Отлично. Значит, у меня только один
выход:
доказать, что я здесь ни при чeм.
Собственно, как и мой отец.
- О'кей.
- Так и сказал? Он что-то знает.
Значит, так: ставим наблюдение
за квартирой Руденко.
Вот ещe что, приглядите
за Болотниковым на всякий случай.
Нет, я не уверен, что младший
Руденко причастен к ограблению.
Может, это те, кто крутится
вокруг него?
Ну, может, кто-то его использует.
Работайте.
(интригующая музыка)
- Ты думаешь, он при делах?
- Я думаю, куда он едет.
Твою налево!
- Ой.
(Стас): - Эй, убирай свой трактор,
освободи дорогу. Убирай!
- Да сейчас, погоди ты.
- МВД!
Убирай!
- Всe, ушeл.
Потому что нельзя быть таким хитрым
и влезать в душу!
Потому что нельзя верить мужчинам!
Потому что все женщины -
идиотки доверчивые.
Потому что я...
Потому что я люблю свою работу!
Никому не позволю испортить
мне карьеру.
Впереди у меня только удачные дни.
(звонок в дверь)
- А, я так и знал. Секунду.
Сидячих не бьют, подожди.
Я не сын вора. Я знаю, кто за всем
этим стоит.
И, пожалуйста, помоги мне его
поймать?
А то в одиночку мне не справиться.
- Заходи.
- Вот.
- Ну и что?
- Ты что, не видишь? Герб.
- И что?
- Опять - что.
Правильный вопрос: чей?
- Ну чей?
- Вот.
Древнего боярского рода
Болотниковых.
Понимаешь, в своe время род
разделился. Ну, поссорились родичи.
Род разделился на две ветки,
и у каждой ветки есть свой герб.
- Я не понимаю. То есть?
- Представители сильной ветки
живут во Франции.
Среди них серьeзные люди:
художники, писатели, учeные.
И даже один певец есть,
контратенор, очень известный.
В общем, ветка сильная,
потомками богатая.
- А вторая? - Вот, начинаешь
задавать верные вопросы.
Вторая ветка - это захудалый род.
И Костя Болотников - как раз-таки
из этой слабой ветки.
Ну недаром тщеславие -
это смертный грех.
Не удержался человек
и вписал вензель со своими
инициалами К.Б. в герб. Вот.
- Так это что же, получается,
что этот он подделывал?
- Именно! А дальше ещe интереснее.
Нальeшь чайку? С бутербродиком?
- Вы кого-то ждeте, Константин?
(напряжeнная музыка)
- Господи Боже мой,
вы меня напугали.
Ой, прямо какой-то криминальный
детектив. Вас не узнать.
Я думал, вы опять явитесь
в виде пожарного инспектора.
- Смена имиджа -
часть моей профессии.
Вы мне лучше расскажите,
что у вас за срочность такая.
Я не люблю сюрпризы.
- Это очень важно.
- Важна системность, Константин.
Я хожу за вашим Руденко,
отслеживаю письмо Грозного,
жду, когда Руденко проколется.
А он проколется, всe по плану.
А тут вы мне: "Срочно взять"
грамоту Волынского".
Да меня самого чуть не взяли.
Что за подстава, а?
Кто ментам слил информацию?
- Вы же умный человек,
вы же понимаете,
что мне это выгодно в последнюю
очередь.
- Плющев. Я так и думал. Сволота.
- А он куда-то делся, я не могу
его найти.
- Аналогично.
Слинял куда-то и заныкался.
Ладно. В этот раз у вас
что за срочное дело?
- Понимаете, одну вещицу хочу.
Вот, посмотрите.
- Эффектная вещь.
- Вот! Вот, да!
Я за этим перстнем пять лет гоняюсь.
- Это ваши проблемы, Константин.
Слишком много ментов
вокруг вертится.
Я делаю работу на Грозного
и сливаюсь.
- Да нет, вы не поняли.
Письмо там же, где и перстень,
в том же тайнике, у Руденко.
Он сам проболтался.
Так что одним выстрелом
двух зайцев, понимаете?
Мне очень нужен этот перстень.
И это моя последняя просьба.
Я плачу тройной тариф.
Ну так что, вы согласны?
(напряжeнная музыка)
(Валентин):
- Понимаешь, я сказал Косте,
что перстень на княжение у меня.
- А он у тебя?
- Да нет, конечно.
- А где же он?
- Понятия не имею.
Он исчез несколько лет назад.
Тогда я подумал, что...
Что я столько и за неделю не съем.
Броня, остановись.
- Угощайся. - Спасибо.
Так вот, дальше ещe занятнее.
Я подумал, что он должен
заинтересоваться.
А выяснилось, что Костя считает себя
наследником князя Мстислава.
Князь в браке детей не имел,
зато имел сына от дочери боярина
Бородникова. - Болотникова.
- Я ж забыл сказать, что фамилия
со временем претерпела изменения
и из Бородниковых превратилась
в Болотниковых.
Только до этого нужно было
ещe докопаться, понимаешь?
Именно поэтому Костя считает свой
перстень наследным,
и он нужен лично ему.
- Ух ты! Как же ты это выяснил?
Где это написано?
- В старорусских грамотах.
Я ходил в архив, я всe узнал.
Костя очень давно интересуется
своими корнями,
и все генеалогические неточности
воспринимает очень болезненно.
Надо было сразу сообразить,
а я тормоз.
Знаешь, догадываться начал тогда,
когда ещe изучал грамоты,
изъятые у Синько - там в заглавных
буквицах лишние элементы были.
Тогда я не понимал, зачем.
А сейчас всe понимаю.
- А с виду такой честный.
- А, Бронь, честный антиквар,
как ворона-альбинос,
случай довольно редкий.
Но я не могу поверить, что Костя,
лучший, любимый папин ученик...
В голове не укладывается.
- Что же тут не укладывается?
Такие деньжищи, такой бизнес
развернуть!
А если ещe и дело в предках тут...
- Да, похоже, не даeт ему покоя слава
Болотниковых, ну, французской ветки.
Понимаешь, его талант ничуть
не меньше, только другого плана.
Имя засветить довольно сложно.
Но он нашeл выход.
- Надо звонить Вдовцову.
- Бесполезно. Он мне не верит.
Придeтся нам с тобой самим брать их.
Ну, Парадокса и Костю.
- Нужен план.
- Броня, так план-то уже в действии.
- Слушай, когда ты вообще
эту колымагу уже поменяешь?
Я вообще не понимаю, как можно
ездить на правом руле.
- Да что ты понимаешь?
Это же Япония, старик.
- Япония...
- Ты мне скажи, ты серьeзно думаешь,
что к нему в час ночи кто-то
в гости придeт? Или он к кому-то?
- Нет, я, наоборот, думаю,
что мы напрасно здесь загораем.
- Вот-вот. Ещe курить хочется.
- А у меня, как назло, сигареты
закончились, нет ни одной.
- Слушай, а может, пока суть да дело,
я сгоняю, а?
- А давай.
- Слушай, Лeх, а ты можешь ещe кофе
захватить? Там аппарат за углом.
А то я засну, к чeрту.
- Не вопрос.
- Фигня эта колымага.
(интригующая музыка)
Не спится, старая?
Ох...
(динамичная музыка)
(напряжeнная музыка)
(Бронислава вскрикивает)
- Отпусти, ну! Ай!
(звуки борьбы)
(Бронислава стонет, кашляет)
(тревожная музыка)
(Валентин вскрикивает)
(Парадокс): - Где перстень?
- Какой... перстень?
(Бронислава кашляет)
(кричит):
- Валя!
- Ты мне ещe расскажешь,
какой перстень!
(голос Брониславы):
Валя, проснись! Он здесь, Валя!
- Мне же больно.
- А мне обидно на тебя, сосунка,
столько времени тратить!
Давай перстень и письмо.
Давай, пошeл!
Чтобы, как говорится,
два раза не вставать.
- Так...
Так.
Ну же.
(в трубке):
"Абонент временно недоступен".
- Я надеюсь, ты капучино взял?
- Конечно.
Чего он свет зажeг?
Бессонница, а?
- А бес его знает, может,
в туалет пошeл.
- Подожди, а в подъезд
никто не заходил?
- А, только старушенция какая-то
прошаркала. Еле ластами двигала.
- А-а.
(напряжeнная музыка)
- Семeн Кузьмич, ну возьмите же
трубку. Семeн Кузьмич!
- Ах ты ж глист!
Ты что, думаешь, сбежишь от меня,
или тебе эта твоя баба поможет?
- Где перстень?
- Валя! Так.
(звонит телефон)
- Эй, ты звук, что ли, не выключил?
- Вдруг по работе.
- Ночной Броненосец
нам не помешает. (смеeтся)
- Да что ж такое-то, а?!
Дверь проклятая, дверь!
(Валентин хрипит)
(слышен щелчок)
(удар)
- Это... Это же письмо Грозного,
то самое...
Ах ты! Ага.
Так... Броня? Что такое?
Алло.
(Бронислава): - На Валю напал
Парадокс, а меня заперли в ванной!
Семeн Кузьмич, скорее!
Семeн Кузьмич, мы в доме у Вали.
- Я еду, еду.
- Скорее. - Еду!
- Ммм... Пенка самая крутая.
- Ну да. (звонит телефон)
- Да. Мы тут.
Чего? Мчимся.
Помчали, быстро наверх.
- Неужели бабка?
- А ведь еле шкандыбала.
Дай сюда! Ты меня достал, щенок.
(щeлкает нож)
Я больше не шучу.
Быстро дал!
Молодец.
(напряжeнная музыка)
А теперь - перстень.
- Глотку перережу. Где перстень?
(удар)
- Броня...
- Дверь у тебя крепкая.
- Ну да, дуб. В смысле дерево, дуб.
Здорово ты его. Спасибо.
А я тут письмо нашeл... Грозного.
Оригинал.
(звонок в дверь)
- Откройте, полиция!
- Открывай!
- Откройте немедленно!
(смеются)
- Вовремя.
- Ну я знаю, да, я лоханулся
с этим гербом.
Но я не смог удержаться.
Я рисковал, впал в азарт,
как говорится.
- Профессор Руденко так же догадался?
- Да я не знаю как.
Но у него нюх был сумасшедший.
Понимаете, Валька, он талантливый,
нет, даже очень,
но у его отца был ещe и опыт,
глаз насмотренный,
а это, знаете ли, иногда важнее
способностей.
В нашем деле - особенно.
- То есть он вас вычислил и..?
- Нотации читал, к совести взывал,
упрекал. В общем, всe как положено.
Но главное, он забрал оригинал
Грозного и спрятал у себя.
Я просил вернуть, ну, по-хорошему,
но он - ни в какую.
Не знаю, что он собирался делать,
но в органы он не пошeл.
Хотя я боялся.
- Ну, может быть, рассчитывал
как-нибудь вернуть владельцам.
- Не знаю, в общем, я пришeл
к нему
и стал снова просить вернуть
письмо.
Но он разнервничался,
сердце прихватило.
Это только потом стало известно,
что это инфаркт.
- Так, значит, это он из-за вас...
Вы ведь требовали, а не просили, да?
Наверняка. Он хотел вам помочь.
Хотя мог бы сдать вас в полицию.
Но этого вам мало показалось. Вы ещe
на умершего все стрелки перевели.
Конечно, какой с мeртвого спрос?
Благодарный вы ученик, Константин.
Молодец. Мастерски всe провернули.
Но только Валентин под ногами
путался.
- Давайте только без морализаторства,
ладно?
Ученик, член семьи...
В нашем деле - каждый сам за себя.
- Ну хорошо, раз вас это раздражает,
обойдeмся без морали.
Но ведь Валентин-то вас обыграл.
Неплохо он всe это придумал
с перстнем, а?
- Ну да. Тут я не удержался.
Но всe, что касается Болотниковых -
это моя слабость.
- Это я уже понял. А что грамота
Волынского, она у вас?
- Грамота? Ну откуда?
- Из музея. Парадокс передал.
- Ищите.
- Найдeм.
Только зачем она вам,
раз перстня уже нет?
- Ну это пока нет. (усмехается)
Но кто знает.
- Далеко вы заглядываете.
Я бы на вашем месте воздержался.
Кто знает, что решил суд.
- Ну, посмотрим.
Перстень же была моя цель.
А ваш Валька, ну выстрелил он,
ну случайно попал в яблочко.
- Да нет, выстрел был не случайный.
Валя вас вычислил, придумал план.
Ну, этот, с перстнем.
А вы и повелись. Ну. ещe Плющев.
- Сдал? - Сначала он пытался
нам сдать только Парадокса.
Под тем предлогом, что за всей
компанией стоял профессор Руденко.
Вас покрывал.
Но теперь он молчать, конечно,
не будет - раз каждый сам за себя.
- Не сомневаюсь, этот напоeт.
- Ну, в общем, ваше будущее
представляется мне
гораздо менее радужным,
чем будущее Валентина.
Такие специалисты, как он,
нам нужны.
Хотя, если вы отдадите нам своих
покупателей,
то я, может, попытаюсь для вас
что-нибудь сделать.
- Я жить хочу.
Ну пусть пока и в тюрьме.
- Ну что сказать, молодцы!
Такую операцию разработали!
Горжусь. Горжусь!
- А вы говорили...
- Ну, ошибался. Виноват, виноват.
(говорит на латыни):
"Эррарэ хуманум эст".
- Чего?
- Человеку свойственно ошибаться.
Латынь!
- А, это да.
Латынь - это... это...
В общем, так держать, ребята.
Валентин, извини за подозрения,
извини. Всe.
Молодцы!
(смеются)
- Чествование героев?
- Здравия желаю.
- Позвольте присоединиться.
- Так точно, Игорь Васильевич.
- Молодцы, не ожидал.
Вы могли бы, по крайней мере,
поставить всех в известность,
чтоб так не рисковать. Но я понимаю,
результат есть результат.
- И ведь, главное, Грозного отыскали.
- Это да, но ведь дело
ещe не закончено.
Ни Болотников, ни Парадокс не хотят
давать контакты покупателей.
Но Парадокс, наверное,
ничего не знает. - Может быть.
Но пока, к сожалению,
оба молчат как рыба об лeд.
Придeтся самим крутиться.
И второе: грамота Волынского
так и не найдена.
- А Костя не говорит, где она?
- Нет.
И времени на еe поиски
у нас очень мало.
Поэтому предлагаю это дело передать
проявившим себя оперативникам.
Нашим молодым сотрудникам.
Мы тут с руководством
кое-что для вас придумали.
Потрудитесь пока оперативниками,
ну а дальше будет видно.
- Ух ты, мы теперь оперативники!
- Подождите, Игорь Васильевич,
ну а как же участок?
Участок-то?
- Ну нужны нам новые кадры, нужны.
Тем более вот дуэт, смотрю,
состоялся. Поздравляю.
Завтра ждут вас на совещании
в главк.
Всего хорошего.
- Такие вот мы никчeмные люди.
- Да.
(весeлая музыка)
- Ну что, надо отметить наше новое
назначение, напарник, а?
Пойдeм в кафе?
Как ты на это смотришь?
- Это можно. Э, ты руки-то убери.
Ты что, забыл? У нас исключительно
деловые отношения.
Напарник!
- Конечно, ничего не изменилось.
- Броня... Броня, полегче,
а то придeтся работать одной.
- Напарник!
(лирическая музыка)

 

////////////////////////////