Холодное сердце (2016 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Екатерина Двигубская

Анна и Михаил – счастливые родители, их дочке Юле уже десять лет. Девочка родилась с пороком сердца и едва не умерла сразу после рождения. Родители окружили Юлю заботой, любовью и привыкли исполняли любые ее пожелания. После трагической гибели мужа Аня полностью посвящает себя дочери, работает сиделкой и даже не помышляет о личной жизни. Тем временем из капризного ребенка вырастает эгоистичная, бездушная и расчетливая особа, умело манипулирующая людьми. Когда Аня встречает свою любовь – давнего друга мужа Пашу, взрослая дочь, привыкшая распоряжаться матерью, готова на все, чтобы не позволить ей стать счастливой. Есть ли пределы у материнской любви? И хватит ли Анне сил понять, что, отказываясь от собственного счастья, счастливым никого не сделать?

Все фразы и цитаты

 ХОЛОДНОЕ СЕРДЦЕ
Поют: - С днем рожденья тебя!
С днем рожденья, наша Юля,
С днем рожденья тебя!
- Ой, не могу поверить!
Как будто вчера это было:
такую маленькую принесли,
сладенькую такую. Уже десять.
- Помню, как мы за тебя переживали,
и потом эти два года
по больницам, консилиумы...
- Не помню больниц.
- Это правильно.
- Помню мою маленькую, крошечку мою.
Так хочется
тебя еще понянчить, поносить.
- Десять лет как один день.
Спасибо, Анюта.
- Ну что, кавалер, а?
- Бывает же, да?
Как в рекламе: дочке десять лет,
а он свою Анечку до сих пор
на руках носит, как вазу хрустальную.
Не то что мой.
- Я тебя умоляю!
У каждого свои проблемы. Еще бы
не носил, у нее же порок сердца.
Как она на одного-то решилась -
не понимаю. Ты не знала?
- Девчонки, подлить вам яду, а?
А что, нельзя просто так
за людей порадоваться, нет?
- Так мы и говорим:
как же так, единственная дочка.
Может, состругаете еще Снегурку?
- Состругаете?
- Друзья мои, минуточку внимания.
Я не мастак говорить,
скажу лишь одно: спасибо всем,
кто пришел на этот праздник.
И у меня есть тост.
За моих любимых девчонок! Ура!
Гости: - Ура!
- А вот это от нас с мамой
самый главный подарок.
Держи, это тебе.
- Тадам!
- А как же компьютер?
- Юля... Юлечка,
мы же договорились, еще 2 года.
- На 12 лет - компьютер.
- А ролики - это так здорово,
вместе будем кататься, да?
(Плачет.)
Аня, подожди,
сейчас поплачет и перестанет.
- Миша, так нельзя.
- Юль, ну, Юль...
Чего ты на холодный пол грохнулась?
А давай мы пойдем завтра...
С роликами вместе
в парк пойдем, давай?
- Не хочу я ни в какой дурацкий парк!
- Возьмем папу,
будем есть пирожные, мороженое
и на каруселях будем кататься.
- Сами катайтесь.
- Мне уже не верится,
что прошло 10 лет.
- А мне не верится,
что мы наконец-то вдвоем.
- Мама, нам с Алисой страшно,
пойдем ко мне.
- Юля, чего не спишь?
Юля, иди в свою комнату.
- Да, Юля, иди, пожалуйста,
я сейчас приду.
Нет, давай я лучше сама схожу.
Я сейчас вернусь. Ты не остывай.
Ну ты же уже взрослая,
большая девочка совсем.
Я же рядом сплю.
- Для компьютера маленькая,
а как спать одна - большая.
- Вот ты лиса маленькая.
- Давай в ладошки.
- Давай.
- Раз, два, три.
- Хоп, хоп, хоп.
- Хоп.
- Привет. Ну что вы?
Вы сегодня как сестрички прям.
Сестрички-косички.
- Мама, это же они меня все копируют.
- Разберемся. Анна Андреевна,
можно вас? - Да.
Да?
Что-то случилось?
- Да, случилось.
Вы ведь знаете, что у нашего
театрального кружка премьера? - Да.
Видите ли, в чем дело...
Мы решили, что главная роль
больше подходит не Юле, а Наташе.
- Как жаль.
Юля расстроится. Я, конечно,
поговорю и объясню ей все, но...
- Она уже знает обо всем,
и поэтому устроила Наташе травлю.
- Вы хотите сказать, что моя дочь?..
- Нет.
Просто ей достаточно кивнуть,
и все исполнят другие.
- Юленька, Юля! Детка, иди ко мне.
Скажи, пожалуйста,
ты ведь знаешь, что с Наташей?
Что она будет играть главную роль
в вашем праздничном спектакле?
- Ну и пусть играет, мне все равно.
Вот видите.
- Только теперь Наташа не сможет
выйти на сцену. Не так ли, Юля?
- Я же сказала, я ни при чем.
- Спасибо, мы все поняли.
До свидания.
- До свидания.
- Привет, олененок.
- Папа, ты грязный!
Бензином воняет. Фу!
- Не воняет, а пахнет.
- Здрасте, приехали!
А чем же я должен пахнуть?
- Паша, привет, как у тебя дела?
- Привет.
- Давно не виделись.
- Все по-старому.
Привет, Юля.
- И ты грязный.
- Привет.
- Знаешь, каждое утро его спрашиваю:
Павел, когда ты женишься?
- Когда ты женишься?
- Когда ты женишься, Паша?
- Слушайте, я вам уже устал
объяснять, не на ком.
Как твоя Аня, мне не найти,
а кого попало мне не надо.
- Подожди, у нас же есть...
- А Иру мне не потянуть. Все?
- Пойдем. Туфли, ты обещала.
- Обещала.
- Магазин закроется.
- О-о, туфли - это очень серьезно.
- Туфли - это очень серьезно.
Все, не задерживайся.
И...
- Пашу позови на ужин. - Да.
- Конечно.
- Пока.
- Пока.
- Рулевую рейку подтяну, и домой.
- Помочь, Мишаня?
- Да нет, минутное дело.
Паша! Паша!
- Сейчас, потерпи.
Вот. Давай-давай.
Жив?
- Да вроде.
Я думал, так только в кино бывает.
Вся жизнь в один момент
перед глазами пролетела.
И почему-то только одна мысль:
у Аньки-то кроме меня никого нет.
Вообще. Паша...
Если что вдруг, ты же присмотришь
за моими девчонками?
- Слушай, Миша, что за мысли?
- Да нет никаких мыслей.
Так, подумалось.
Давай к нам на ужин.
- Нет, давай в следующий раз.
Все, давай иди домой, женатик.
Давай, давай.
- Ты тоже не засиживайся особо.
- Мне-то куда спешить?
- Принцесса, да?
- Да.
- Привет.
- Вот это да!
Туфли для Золушки.
- Да.
- Папа, ну какой Золушки?
Это для принцессы!
- Ох, как же я мог забыть,
олененок мой любимый.
А смотрите, что я вам принес.
- Прощай, фигура.
По какому случаю праздник?
- Просто так.
- Что ты мне сегодня не нравишься.
У тебя все в порядке?
- Все прекрасно. Просто очень
соскучился. Иди ко мне.
- Ах! Мои любимые с клубникой!
- Сначала тефтельки, потом пирожные.
- Идите ко мне. Идите, идите.
- Мама, я тебе сто раз говорила:
я тефтели не люблю.
- Юля, что это за выкрутасы такие?
Всегда их любила.
Расскажи, что там в школе произошло?
Из-за чего сыр-бор?
- О господи. Проехали.
- Юля...
- Растет прям готовая артистка.
А мне все же интересно.
- Учительница сказала, что якобы Юля
настроила всех одноклассников
против Наташи, которая будет играть
главную роль принцессы.
- И?
- Что "и"?
Конечно, олененок
тут ни при чем, "и".
- Но а роль-то кто в итоге
получил главную?
Туфли не для той самой принцессы?
- Я же сказала: я ни при чем!
- Юля...
- Юля, во-первых,
не нужно кричать на папу.
А во-вторых...
- А во-вторых, мне не нравится,
что ты мне не доверяешь!
- Юляша, давай не будем дуться.
Давай по пирожному
и угостим твоих детей.
Алису угостим, зайца.
- Не хочу.
И вообще, в конце концов,
они бы поставили меня.
Синяк ни при чем, просто
она вообще не умеет играть.
Вы что, за них?
- Конечно, мы не за них,
конечно, мы за тебя - за самую
лучшую, красивую девочку на свете.
Да, Миша?
- Конечно, Юля. Конечно, мы за тебя.
- Ой! Я нечаянно.
- Ничего страшного.
Юля: - Какие некрасивые...
- Ладно, я в магазин. Быстро.
- Нет, Миша, стой, не надо.
Уже поздно. Какой магазин,
что ты говоришь?
- Да брось ты, разговоров больше.
Туда и обратно. - Миша, не надо.
- А я хочу! Хочу новые,
красивые пирожные!
- Она хочет новые, красивые.
- Мало ли что она хочет. Это слишком.
Правда, не надо. Я тебя...
Не надо никуда ходить.
- Все, не переживай.
- Миша, ну пожалуйста.
Ну не ходи, а?
- Пять минут.
(Напевает.)
- "Пойдем".
"Да, пойдем".
"А где Мона? Ой, вот ты. Привет!"
- Что сказал? Повтори!
(Телефонный звонок.)
- Ублюдки все. Отдай телефон.
Отдай телефон!
Урод!
- Что сказал?
- Мама, почему он так долго?
- Ой...
Я думаю, что закрыт на углу магазин.
Может, он пошел в супермаркет?
Господи, зачем я его отпустила, а?
- А ты ему позвони.
- Да я звоню ему и звоню.
Может, он просто не слышит телефон.
- Сам!
Валим отсюда.
- Сыночек мой...
Ему бы жить да жить.
Что же это такое делается-то?
Не уберегли.
- Все-все-все, успокойся, все.
Все-все-все, перестань.
Все хорошо будет.
Слушай, мы тут с Мишкой
на черный день собирали.
Вот, это наш НЗ, возьми.
- Паша, не надо.
Паша, тебе надо о себе думать.
Не надо. И так для нас много сделал.
- Тебе сейчас отдохнуть нужно
и в себя прийти.
Возьми.
Я Мишке обещал,
что буду о вас заботиться.
Если вам что-то понадобится,
можете на меня рассчитывать.
- Угу.
Спасибо. Спасибо.
- Пойдем в дом.
- Я сейчас приду.
Паша!
Давай, Юляша, иди к себе, ладно?
Я скоро приду. Мы сейчас
с бабушкой посидим еще немножко.
Ага? Давай, детка.
- Вот и помянули.
- Как вы, Тамара Львовна?
- Ты сама-то думала,
как дальше одна жить будешь?
- Не знаю.
- Ты-то молодая.
Это я вот не знаю.
- Ой, господи...
- Мой единственный сын.
И чтобы не на войне, не на пожаре.
Он не болел у меня даже никогда.
Чтобы от каких-то наркоманов!
Господи...
- Тамара Львовна, они будут наказаны.
- Да мне-то от этого что?
Ему-то от этого что?
- Вы можете не кричать?
- Нет, не могу не кричать.
А скажи лучше, что такое произошло,
что он ночью один на улице оказался?
- Пошел за пирожными.
- За чем?
- За пирожными.
Принес пирожные с клубникой.
Вкусные пирожные. Наверное.
Они упали на пол,
Юля расстроилась. Он ушел.
Хотела его остановить,
удержать, но...
Как чувствовала.
- Для Юлечки, стало быть,
за пирожными?
Любой каприз!..
- Вы можете не кричать? Она услышит.
- А я очень хочу,
чтобы она меня услышала.
Что из-за нее ее папа...
- Что "ее папа"?
- Погиб из-за нее!
И знаешь что?
Наплачешься ты еще с ней.
Ох как наплачешься.
- Неправда, что время лечит.
До сих пор не могу поверить,
что его нет.
- Слава богу,
тебе есть ради чего жить.
Да если бы не Юля, я бы вообще
еще тогда - сюда, к нему.
- Анюта, сними кольцо.
Семь лет прошло, ты как тень ходишь.
Это же не жизнь.
- Не жизнь?
Юля такая взрослая стала.
Даже не узнаю ее иногда. Она говорит:
"Зачем ходить на кладбище?
Мертвым это не надо".
- Не по годам.
- Она просто хочет казаться взрослой.
Она же еще ребенок совсем.
Просто она не понимает, что говорит.
- Дай бог, если не понимает.
- Аня, ты прости, но мне кажется...
- Ира. Ира, не начинай.
Я тебя очень прошу. Пожалуйста.
- Конечно, у нас про Юлю
или хорошо, или ничего.
- И как по-другому?
В 10 лет ребенок потерял отца.
Ты представляешь,
какая это травма для ребенка?
Отца потерять.
Тебе не понять.
- Действительно.
- Ира...
- Где уж мне? Я лучше пойду.
Привет.
- Привет.
Привет.
- Привет.
А мы поссорились.
- Разве ты умеешь?
- Я много чего умею.
Спасибо тебе, что пришел.
- Ну как я мог не прийти?
Годовщина же.
Семь лет прошло уже. С ума сойти.
Ты как?
- Хорошо.
Правда хорошо.
Жизнь идет, все...
Юля начала готовиться к экзамену.
Все хорошо.
- Да, я помню, ты говорила.
Мишка бы ей гордился.
- Да.
- Тебя подвезти?
- Я боюсь на мотоциклах ездить.
Я на маршрутке, спасибо.
- Я на машине. Пойдем.
- Ой...
Да ладно, я... Две минуты дойти.
- Надо.
- Паша! Хорошо, спасибо.
- Не за что.
- Пока.
- Мама, ну где ты ходишь?
Я полчаса стою жду.
Он уже с Алешкиной занимается.
- Прости, я ж на кладбище была.
Ты забыла, наверно.
- Прости.
- Учебники я забрала.
- Ты деньги взяла? Держи.
- Да. Он у себя?
- Да, у себя.
Ждет тебя, хочет поговорить.
Занимается с этой, которой
на базаре надо торговать,
а не в институте театральном.
А он что здесь делает?
- Невежливо.
- Да ничего страшного. Привет, Юля.
- Дядя Паша меня просто подвез.
- Здрасте. Давно не виделись.
- Ага.
Я что подумал - может, подвезти вас?
Я могу подождать.
- Что-то голова кружится. Не могу.
- Ты вообще ела сегодня что-нибудь?
- При чем здесь еда?
Я целый день в духоте, мама.
- Нет, мы, пожалуй,
лучше пройдемся после занятий.
А ты заезжай, если что.
- Ты идешь, нет?
- Да. Пока.
- Пока.
- До свидания.
- Юленька, подождите на кухне,
пожалуйста.
Ну, мамочка, будем говорить прямо:
я не думаю, что вашей девочке
имеет смысл идти с вокальным номером
на творческий конкурс.
Присаживайтесь.
Да и вообще, она рассматривает
какие-нибудь другие альтернативы?
- Я сейчас не уверена,
что я понимаю, о чем вы.
- Ну что ж тут непонятного?
Слух у нее, разумеется, есть.
- Да.
- Но вот что касается ее вокальных
данных, то они весьма посредственны.
- Нет, вы...
- Да и больших способностей
к перевоплощению я у нее не вижу.
- Вы, может быть, не в курсе,
но она училась в музыкальной школе,
закончила с отличием, и главную роль
играла в театральной студии.
- Ну кто же не занимался
самодеятельностью!
Это же не значит, что каждый
выбирает этот невероятно трудный,
но, конечно, прекрасный путь.
Ну а что касается способностей -
я уж не говорю о таланте...
- Я все поняла.
Возможно, вы что-то не рассмотрели
и она еще раскроется рано или поздно.
- Все возможно под луной,
однако если она решит,
я думаю, ей надо приготовить
что-нибудь: прозу, стихи, басню.
Но это уже, извините,
не моя специализация.
- Спасибо большое. Мы должны вам
за занятия. Спасибо. - Спасибо.
Боюсь, что ничем не смог вам помочь,
но ведь, знаете ли, правда в начале
пути - это весьма необходимо.
Ну, еще раз всего доброго, всех благ.
- Мама, ну что препод сказал?
- Что ты эту гадость ешь?
"Здравствуй, гастрит" это называется.
- Ладно, проехали. Что препод сказал?
- Он сказал, что можешь
не ходить к нему больше.
- В смысле? Все окей?
Мой алмаз не требует огранки?
- Да.
- На самом деле, все хорошо.
- Я подумала: на всякий случай, может
быть, нам подготовить что-нибудь еще,
чуть-чуть другое?
- В смысле, мама?
Подожди, я что, как дура,
выйду с басней, как все?
Нет. Нет, мама. Вокал - это то, что
нужно. Я в этом даже не сомневаюсь.
Там в комиссии
такая тетка сидит, Каминская -
мне говорили, что она срезает
еще до прослушки, если что-то не так.
Так что мне надо железно
"ш" и "р" поставить.
"Ш" и "р"?
- Да. Педагог говорит,
я шепелявлю, мама.
- Ты шепелявишь? - Да.
- У тебя все идеально.
- Нет, мамусь.
Это кажется, что идеально.
А он говорит, что надо позаниматься.
- Ну если он говорит...
Нет, ну если он говорит, то...
Сколько он берет?
- Ну, до фига.
Мама, но он профессор.
- Ага.
- Мама, смотри-ка, Павлова опять
замуж выходит. Обалдеть можно!
Петровская. Новая роль
у Игоря Рейха? Обалдеть.
На этом месте скоро буду я.
Ты себе представляешь?
Я лично представляю.
- И я лично тоже.
- Юлия Голубева. Или нет, давай...
Нет, псевдоним все-таки нужен!
- Нет.
- Ну согласись, ну все-таки сцена...
- Красивая фамилия - Голубева.
- Мама, красное платье, как я хотела!
Посмотри, я сейчас умру просто!
Зайдем померить, а?
Слушай, если я в нем приду,
мне даже рот открывать не надо будет.
Пойдем? Ты мне должна за опоздание.
- Я и не против. Тебе пойдет.
- Да?
- Мама, ну что ты?
- У тебя руки какие холодные.
- Мама, посуду бить - на счастье.
- Да?
- Да.
- Ага.
- Мама, об этом все знают.
Это знак.
- Знак?
- Значит, я точно поступлю.
- Ты точно поступишь.
Девочка моя.
- Поможешь мне с платьем?
Не могу завязать бант.
- Ага.
- Да? Пойдем.
Может быть, его вообще
куда-нибудь в центр?
Странно как-то смотрится, да?
Как думаешь?
А?
- Такая красивая девочка у меня,
такая ладненькая вся.
- Буду самая яркая.
- Самая красивая.
- Ириша, помоги мне, пожалуйста,
мне очень нужна работа.
- Слушай, у тебя и так два инвалида,
один Альцгеймер. Куда тебе еще?
- Мне срочно, очень нужны деньги.
Срочно.
- У меня есть один старик,
но он очень вредный. - Это неважно.
Правда.
Ира, прости меня.
Мне очень стыдно.
Не хотела тебя обидеть.
- Да что на тебя обижаться?
Давай, запоминай адрес:
Поселок художников, дом 3А.
- 3А. Ты что-то рано сегодня?
- Да я не могу, у меня уже
от этих задниц в глазах двоится.
- Ой, хулиганка. Пойдем ко мне тогда?
- Пойдем.
- Вот аванс.
- Тут значительно больше,
чем я ожидала.
- Я плачу за то, чтобы меня
не дергали по каждому поводу:
то упал, то бессонница,
то еще что-нибудь.
Я плачу за свое время. Это ясно?
- Это ясно.
- Вот и отлично.
А, да, имейте в виду:
у нотариуса записано все,
что есть в этом доме.
- Я не понимаю.
- Все вы отлично понимаете.
Итак, на всякий случай:
он недееспособен -
ни жениться, ни дарить
прав он не имеет.
- Можете быть спокойны.
(Телефонный звонок.) - Да, алло.
Я же сказал придержать акции. Да что
ж такое, не можете без меня ничего!
- Может быть, вы нас представите?..
- Давайте тут сами разбирайтесь.
Я сказал придержать!
(Стонет.)
- Здравствуйте.
Здравствуйте!
Вы слышите меня?
Громко говорит:
Давайте знакомиться с вами!
Меня зовут Аня.
А вас Сергей Яковлевич?
- Если ты думаешь,
что со мной, как с младенцем,
то можешь идти вон, вслед за ним!
Катитесь все отсюда!
(Тяжело кашляет.)
У меня пока слюни текут, а не мозги.
- А давайте вы не будете меня
вот так сразу выгонять?
Давайте попробуем, а?
Я обещаю, я подстроюсь.
Просто мне очень нужны деньги.
- Что, хорошо мой сын платит?
- Ну, даже слишком.
Давайте.
- Спасибо.
Спасибо.
- Нехорошо, что у вас
лекарства на свету.
- Ай, да и черт с ними,
от них толку никакого.
Память проклятущая...
Забыл, как тебя?
- Меня зовут Анна, Аня.
- Аня. - Ага.
- А что, Аня, семья-то у тебя есть?
- Дочка растет.
- А что ж муж-то такой, отправил жену
убогим задницы подтирать?
- Умер муж.
- Вдова, стало быть. Вот и я вдовец.
Жена в 88-м ушла.
Тоже один сына растил, растил,
и вот вырастил, вот!
- Слушайте, ну он же беспокоится,
заботится о вас, нанял сиделку.
- Может себе позволить-то.
- По крайней мере, он о вас думает,
Сергей Яковлевич.
- Место он себе в раю покупает,
подлец!
Ай, это я сам виноват.
- А давайте пойдем гулять, а?
Вы когда были последний раз на улице?
- Давно.
- Вот. А как собаку зовут?
- Марго.
- Марго. Марго, пойдем гулять?
Ну признайтесь, что красиво.
- Да красиво, конечно.
- Ну признайтесь, что рады,
что вышли гулять.
- Рад.
- Вот. У меня к вам вопрос.
- Давай.
- Помните, вы говорили про сына?
- Да. - Почему вы себя вините?
- Ну а кого еще винить-то?
Я был идеальным отцом.
Во всяком случае, я так думал.
Все лучшее Славику:
школа, плавание, институт.
До 12 лет ему шнурки завязывал,
господи боже мой!
Все соломку старался подстелить.
Ну жалко ведь,
сиротой остался, без матери.
Вот за двоих и любил.
Все для него.
- Ну вы же отец.
- Никита, иди сюда!
- Хочу мороженое!
- Конечно, для него. Жили для него.
- Вот ты и ответила на свой вопрос.
Продавщица: - Рабочий день закончен.
Мальчик: - Скажи, чтоб она открыла!
- Нужно очень много сил,
чтобы из маленького капризного сердца
выросла такая вот ледяная глыба.
Вот вы знаете, у неблагополучных
семей - у алкоголиков, например, -
дети бывают травмированы,
несчастны, озлоблены.
Но подлецов вы среди них не найдете.
Чтобы вот такое вот выросло, нужны
хорошие, очень хорошие родители.
- Знаете что, нам пора домой.
- Ну поехали.
- Марго, домой? А то погода портится.
- Да, а то все портится, портится.
И селедка портится, и газета
портится, и погода портится.
В первую очередь,
человеческое тело портится.
О душе я уже и не говорю!
Потому что вот в наше время, помню,
ох, бывало, что творили! И душа была.
- Зануда, точно зануда.
- Что выросло, то выросло.
- А в наше время, бывало...
- Анечка, а налейте
еще чайку немножко.
- Чтобы с "вы" на "ты" переходить -
такое со мной бывало,
наоборот - нет, если честно.
- А я ведь все вижу.
Ваши бы руки для поцелуя подавать
или цветы принимать.
Или в кабинете, чтобы вас
там по имени-отчеству, а вы...
- Ну какой кабинет, Сергей Яковлевич,
у меня же нет высшего образования.
Я же забеременела
на втором курсе мединститута,
и уже не до учебы было.
Потом сложная беременность, роды.
Потом детский сад:
день ходит, неделю болеет. Школа.
Ну, сами понимаете.
Можно я дам ей сушку? Хочешь?
На.
- Не балуйте вы ее.
- Она так смотрит.
- Все, сидеть.
Хорошо, значит, вам было
за мужниной спиной-то.
- Хорошо.
Я даже не думала никогда, что...
- А Сергею Яковлевичу - праздник.
Ладно, что вы со мной тут возитесь?
Идите гуляйте.
Молодая, красивая, одинокая...
Пока одинокая женщина.
- Знаете, я какой-то себя
мертвой внутри чувствую.
- Вот поверьте, поверьте,
все будет хорошо.
Все будет хорошо, дайте время.
- Да я не одинока, у меня есть дочка.
Я у нее, она у меня, в общем...
- Все ради дочки.
Для себя надо жить, дура!
Тебе хорошо - и дочке хорошо!
Знаешь что,
если б повернуть время вспять,
я прожил жизнь бы по-другому.
У меня после смерти жены
была одна женщина.
Как мы любили друг друга,
что мы творили!
Но я был слишком хорошим отцом,
чтобы позволить себе такую роскошь,
как любовь.
Ну а потом ничего не получилось.
Так что не делайте моих ошибок,
Анечка.
- Наконец-то, мама. Я думала,
что ты вообще не придешь.
- Привет. Извини.
- Почему так долго?
- Работа, Юль, работа.
- И что, операторы теперь
по ночам обзванивают?
- Нет, я взяла в архиве
документы на подработку.
- Так теперь каждый день будет?
- Юль, я буду стараться
приходить пораньше. Ты...
- Мама, у меня экзамены на носу,
а я ничего не помню! Понимаешь?
- Сейчас мы все повторим с тобой.
Я только переоденусь, и...
Не нервничай так, все хорошо.
Ты ела?
- Нет.
- Сейчас.
Юля: - Мамусь, ты скоро, а?
- Да! Иду, Юля!
- Мамуся!
- Я мимо проезжал, дай, думаю, заеду.
- Что ты оправдываешься,
я рада тебя видеть.
Как раз накрыла ужин.
Я просто готовлю на троих,
да еще с добавкой,
так что... А? Давай.
- Все-все, спасибо.
- Может быть?..
- Мне Ира звонила.
Сказала, что ты нуждаешься.
- Ой, Ирка... Ты больше верь ей.
Паша, у меня все в порядке.
У меня хорошая работа,
я зарабатываю много денег.
- Ты сама-то веришь, во что говоришь?
- Паша, у меня все хорошо.
Давно хотела тебя попросить.
- Что это?
- Это...
Мишины вещи.
Просто не поднимается рука вынести,
а смотреть на это уже нет сил.
В храм можно отнести. Да?
- Хорошо, конечно.
- Картошки?
- Класс! Вы тут надолго, извините?
- Привет.
- Здрасте.
- Заехал повидаться.
- Уже уходите?
- Юль.
- Мама, что "Юль"?
Или он остается?
- Юля...
- Что "Юля", мама?
Что он все ходит и ходит?
Интересно, а папа вообще знал?
- Что ты хочешь сказать?
- Ничего, мама. Не стыдно
папиного друга приваживать?
- Замолчи, Юля.
- В смысле - замолчи?
Ты мне кто? Ты мне отец?
Ты мне никто, понял?
Мой отец умер, и уже очень давно!
Интересно, он случайно умер или нет?
- Прости.
Юля, зачем ты так, а?
А?
Что случилось?
Что случилось, Юля? Что?
Подавилась?
Выпей воды. Юля, что случилось,
ты можешь сказать?
Ты можешь сказать мне?
- Я задыхаюсь, мама!
- Подожди, я сейчас скорую вызову.
- Ну что, доктор, что скажете?
- Валерьянки.
- Что - валерьянки?
- Вам валерьянки, а дочке - ремня
по заднице, чтобы мать не пугала!
- Подождите. Ей было плохо,
у нее был приступ.
- Психопатическая реакция, чтобы
обратить на себя побольше внимания.
Это обычное дело
в подростковом возрасте.
Правда, ваша что-то подзадержалась.
Ну не хотят наши дети взрослеть.
Синева вокруг губ.
А вы сердечница?
- Да.
- Вы наблюдаетесь?
- Да.
- Врачу покажитесь.
- Хорошо.
- А что, Алиска, вечерок задался.
- У нее был приступ,
уже не в первый раз.
- Но сейчас-то она в порядке.
Может, мне подъехать?
- Нет, она не в порядке.
Я не хочу больше провоцировать...
- Провоцировать?
- Да. Потому что у нее слабые нервы.
Она много пережила.
У нее сейчас сложный период в жизни,
и я очень тебя прошу, пожалуйста,
больше к нам не приезжай.
- Аня, послушай, тебе не в чем себя
упрекнуть, так же, как и мне.
Тем более я не могу вас оставить.
- Паша, я прекрасно сама справляюсь.
Спасибо тебе за все, не обижайся.
Пока.
- Пока.
- Мы заплетаем косы сУдеб и судЕб,
Рисуем жизнь свою,
не разбирая красок,
И не хотим избавиться от бед,
И не спешим избавиться от масок.
(Сигнал будильника.)
- Мама! Почему не разбудила?!
- Встала? Проснулась уже? На, на.
- Проснулась! Ты хотела,
чтобы я проспала, что ли?
- Завтрак на столе.
- Я не буду завтракать.
Без пяти, мама!
Как меня достал этот бант!
Не завязывается ничего! Где туфли?!
Ну что это такое? Блин!
(Плачет.)
- Все хорошо.
- Мама! - А?
Текст выучила?
- Да повторила, повторила.
Мама, ты бы губы накрасила, а?
"В человеке все должно быть
прекрасно". Между прочим, Чехов.
- Плохо выгляжу, да?
- Не плохо, но не шик.
О, все, такси приехало. Пошли!
Мама, господи, сколько народу!
Ты знаешь, кто это?
- Соня с курса?
- Соня. А рядом с ней - известный
режиссер. Похоже, Соня его дочка.
Вот тихушница! Надо с ней
подружиться, мама. Сейчас, погоди.
- Здравствуйте. Можно автограф?
- Софа! Здравствуй.
Юля, Сонина подруга.
Софочка, а что же ты не рассказывала,
что у тебя папа такой известный?
- Да вы что! Я думал, что нас
молодежь и знать не знает.
- Я все ваши фильмы пересмотрела.
Надеюсь, что с Соней мы когда-нибудь
будем у вас играть.
- Как знать?
Сейчас важно поступить.
Я по литературе не помощник,
а вот если творческий
экзамен, то обращайтесь.
- Правда?
- Хотя я уже устарел
со своими советами.
- Да что вы! Вы совсем не старый.
- Ай, погода отвратительная,
собака эта достала. Ты еще опоздала.
На полчаса опоздала!
- Да, опоздала, виновата.
У меня у дочки первый день экзаменов.
- Да это я так, ворчу.
А что, дочка, значит,
артисткой хочет стать?
- Да. Она, если что-то решила,
обязательно добивается.
Всегда так было. Мечтала все детство
о сцене, о цветах, о поклонниках.
- Ну, если в тебя, то толк выйдет.
Ты же красавица.
- Я вас умоляю! Красавицу нашли.
Нет, она прекрасная. Она, слава богу,
значительно лучше, чем я.
- У меня приятельница есть,
могу поговорить.
Она сценическую речь преподает.
Каминская. Может, слыхала?
- Слышала.
Да нет, она поступит, я уверена.
Но вам спасибо.
Да, Марго?
- Ну-ка это, разверни-ка меня.
Гульбанят уж, наверное,
отмечают, как вот эти вот,
хулиганы-то. Вот в наше время
за такое ох устроили бы!
- А в наше... Подождите, пожалуйста.
Сейчас, через минуту, приду, хорошо?
- А, хорошо, хорошо.
- Юля...
- Мама, ты что здесь делаешь?
Ты что, за мной следишь, что ли?
- Где платье твое?
- Неважно где.
- Ты мне скажи, а...
Ты мне не звонила? Ты прошла?
- Это что?
- Потом объясню. Ты прошла?
- Дома поговорим.
Я смотрю, тебя ждут. Все, давай!
Ребята, за мороженым, быстро!
- Да! Ура!
- Пам-пам-пам!
- Ай!
(Слышны шаги.)
- Привет. Ну что,
как все прошло? Рассказывай.
- Мама, это ты рассказывай.
Я чуть со стыда там не сгорела.
- Тебе значительно лучше так,
без этого грима демонического.
- Мама, ты понимаешь,
что все изменилось?
Говорят, что уже с первого курса
зовут на пробы, мама.
А если меня заметят,
я могу оказаться на обложке журнала
уже завтра, понимаешь?
Журналисты, интервью... А что я буду
говорить? Что моя мать - сиделка,
таскает на себе
каких-то мужиков старых?
Мама, ты чего?!
Говорила, в офисе работаешь,
на телефоне.
- Чтобы в офисе работать оператором,
нужно учиться.
А мне когда было?
- То есть я тебе мешала? Мама,
а я не просила, чтобы меня рожали.
- Юля, не говори глупостей,
я тебя прошу.
Я неважно чувствую себя сегодня.
В тот момент не было другого выхода,
ты прекрасно это знаешь.
Когда папа погиб, то... По-моему, мне
не в чем перед тобой оправдываться.
- Я хочу спать.
Завтра у меня второй тур,
и пожалуйста,
заведи нормальный будильник.
- Может, тортику?
- Да не хочу я тортик, мама.
- Ну что, что, что?
Сдала твоя актриса?
- Сдала.
- Сдала... А чего такая грустная?
- Да нет, все в порядке, просто...
Она сдала, остался еще творческий
экзамен. Я уверена, что она пройдет.
- Ну так беги, что ты тут
со мной валандаешься?
Отмечать, наверное, будете -
событие ведь.
- Боюсь, что я не приглашена.
- Ой.
- Что с вами?
- Нет, нет, ничего, ничего.
- Все в порядке?
- А, да, да, все хорошо.
- Давайте водички.
- Ты, вот, может,
еще один укольчик сделаешь?
Ну, чтобы спокойно спал.
- Нет, не сделаю.
- Почему?
- Потому что только что вам сделала.
Он еще не подействовал, видимо.
- Ай, ну ладно, иди уже, иди.
- Смотрите, я оставила вам все
лекарства у кровати, под рукой.
- Хорошо. Слушай, вот если...
- Вы должны будете выпить перед сном.
- Я выпью. Вот если б не ты,
я бы давно уже помер, и все дела.
- Перестаньте. Я просто хочу
забежать к Ире,
чтобы она выписала у врача вам
что-нибудь посильнее, хорошо?
- Ой, да иди ты уже,
господи боже мой!
- Вы точно в порядке?
- Да все хорошо.
- Вы мой ворчун, а!
Вот вы мне сегодня не нравитесь.
- Да все хорошо.
- Смотрите.
(Стонет.)
- Ну как там твоя, сдала?
- Представляешь, узнала вчера,
что я работаю сиделкой.
- Да ты что!
Какой кошмар, действительно.
Ты что, на панели, что ли, стояла?
Или корона с ее головы упадет,
что ее мать сиделкой работает?
Или, может, она думает,
что деньги на деревьях растут?
- Ира, ну не начинай.
- Угу.
- Я чего пришла к тебе:
Сергей Яковлевич совсем плох стал,
надо ему увеличить
дозу болеутоляющих.
- Ой, господи, бедолага...
Ладно, у главврача подпишу рецепт,
завтра тебе сама все принесу.
- Спасибо.
- Слушай...
Я бы тебе даже говорить не стала,
но тут мальчишка один есть с ДЦП.
Мать его хочет,
чтобы только ты за ним ходила,
но это, наверное, нереально, да?
- Нет-нет, давай.
Давай телефон. - Когда успеешь-то?
- Нет, я же... Ей нельзя отказать.
- Ой, Аня, Аня...
Вот же зараза! Не нравится ей,
что мать ее сиделкой работает.
Она вообще знает,
что ты на вес золота?
Вон, телефон с руками
и с ногами отрывают!
- Ира, не ругайся.
Давай, я побегу, а то мне надо
еще успеть шампанское купить.
- На горох ее надо, а не шампанского.
- Я тебя люблю.
- Пока. Кто там следующий
на процедуры?
(Слышны рыдания Юли.)
- Юля!
Юля, ты дома, а?
Олененок, а что случилось?
Девочка моя...
- Мама, угадай, что случилось!
Что случилось?!
Мама, не поступила я! Довольна?!
- Не может быть.
- Почему не может быть?!
Почему, мама?!
Потому что я такая талантливая?
- Да.
- Это только ты так считаешь, мама!
У них там все куплено,
у них там все по блату!
- Ч-ш, не расстраивайся...
- Что "не расстраивайся", мама?!
- Нет-нет, подожди, стой,
у меня есть одна идея хорошая.
Ну не расстраивайся ты раньше
времени, подожди, сейчас я...
Сейчас я что-нибудь придумаю.
Сейчас... Иди в комнату.
Алло. Сергей Яковлевич,
здрасте, это Аня, да.
Здравствуйте. Хорошо, спасибо.
Вы не могли бы мне дать номер
телефона? Помните, вы говорили
про приятельницу свою. Да. Пишу. Ой!
Пишу. Угу.
72-14, я поняла.
Спасибо. Да.
Спасибо вам большое. Хорошо.
- Здравствуйте. Здрасте,
вам звонили по поводу меня.
Я от Сергея Яковлевича.
- Ах да, Сережа. Как он?
- Он...
- Попросил за вас и бросил трубку.
Он не изменился.
- Ну да, он кремень.
Если честно, то он плох совсем. Врачи
говорят, что протянет совсем недолго.
- Ах, Сережа, Сережа...
Какая жалость.
Боже мой, если бы вы
видели его 20 лет назад!
Он мне однажды...
- Послушайте, а вы...
Вы та самая женщина?
- А он что, говорил обо мне?
- Да, он много говорил.
- Впрочем, уже не важно. Полагаю,
вы пришли не об этом говорить.
Что вы хотите?
- Да, я... Вы меня простите,
мне неловко очень.
Просто я пришла просить за свою дочь.
Она не прошла творческий конкурс,
и я вас очень прошу - пожалуйста,
помогите ей поступить. Она Голубева,
Юля Голубева. Может, вы помните ее?
- Милая моя, что я могу сделать?
- Ну, сказать нам, что не так.
Если вокал, то, в конце концов,
это не так важно для артистки,
а если дикция, то мы исправим дикцию.
- Ну при чем здесь дикция?
- Я вас очень прошу - пожалуйста,
помогите ей. Ее это убьет.
Пожалуйста.
- Знаете, что ее убьет?
Когда более талантливых ребят
будут звать, а ее нет.
Она продержится до первых этюдов.
А потом вы будете за нее играть?
И в карманы совать, чтобы ей хлопали?
Я вас спрашиваю! Уберите ваши деньги.
Я помню вашу девочку.
Заметная девочка.
Она преуспеет в моделях
или, не знаю, в личной жизни.
Уж поверьте, она весьма
и весьма... энергичная.
Но этого мало, это еще не дар,
вы поймите.
Неужели вам раньше
никто этого не говорил?
- Простите меня, пожалуйста.
- Алло, алло! Сонечка, да, привет.
Что? Кто тебе такое сказал?
Кто тебе сказал, что я не поступила?
Ты что, нет, нет, конечно.
Нет, я сама отказалась. Да-да.
Мне предложили проект. Рекламу.
Фирма какая-то итальянская,
очень известная -
сумка, сапоги, все такое...
Потом при встрече
тебе расскажу, хорошо?
Софа, извини, меня на макияж зовут.
Да, прямо сейчас. Давай.
Пока-пока. Целую тебя. Целую.
- Ты права, олененок, там...
Там все по блату.
- Ну конечно, конечно.
- Олененок, не переживай так, ну?
Поступим в следующем году.
Где наша не пропадала, да?
- Да, как я могла подумать,
что могу куда-то пробиться.
- Дело не в тебе. Ты самая у меня
красивая, самая стройная, самая...
- Откуда же мне быть самой стройной?
От осинки не родятся апельсинки.
От дочки сиделки.
А мне приходится врать
этим выскочкам богатым,
чтобы на посмешище себя не выставить.
Мама, вот если бы я была красивая,
если бы была из богатой семьи,
вот тогда, может быть, да.
У тебя даже мозгов не хватило
выйти замуж за мужика с деньгами,
а не за слесаря.
Не смей меня трогать. Никогда!
Поняла меня? Поняла или нет?!
Не трогай меня!
- Что?
- Микроинфаркт.
Для ее больного сердца
это очень плохо. Я бы эту Юлю...
- Можно к ней?
- Можно. Сюда.
Иди.
- Паша...
- Как ты? - Ага.
Я тебя прошу очень: позвони Юле.
Она не отвечает мне с моего номера.
Я просто Иру просила,
а она не хочет звонить ей.
- Хорошо, позвоню.
У меня телефон в куртке.
Я выйду и позвоню сразу, да?
- Мы с ней поссорились, и она ушла.
А я звоню - она не отвечает мне.
А ей домой надо.
Я тебя очень прошу, позвони ей.
Сейчас прямо позвони ей.
- Хорошо, сейчас позвоню.
- Давай.
- Ну ты кому звонишь-то?
- Как кому? Юльке, конечно.
- Юльке? Звонила я Юльке.
Трубку она бросает.
- То есть как это - бросает?
- У матери сердце рвется,
а у этой гадины вообще его нет.
Паша! Паша!
Ане не говори ничего.
- Ну понятное дело.
Ну... Абонент не абонент.
- Что?
- Абонент не отвечает
или временно недоступен.
Ты не переживай, она же не маленькая,
вернется, правильно? Да?
- Нет, я...
- Аня! Аня, тихо-тихо!
- Мне надо домой. Мне надо домой!
- Даже не думай!
До утра будем наблюдать
как миленькую. Ложись и успокойся.
- Аня, мы тебя никуда не отпустим.
- Ну что вы встали тут, а!
- Ну, давай ложись.
- Так, вот чай.
Только осторожно, горячий.
- "Номер не существует".
Что это значит?
- Она могла потерять телефон.
Или сменить сим-карту.
- Хорошо, а где она может быть?
- Может быть, у подруги.
А могла найти работу
и снять квартиру.
Судя по тому, что вещи забрала,
ей есть где их разместить.
Пей чай, а то остынет. Давай. Ну?
- Здравствуйте. Здравствуйте.
Это вас Аня Голубева беспокоит.
Скажите, пожалуйста,
а Юли у вас нет, случайно?
Просто я подумала...
Спасибо. Да, спасибо. До свидания.
Я обзвонила всех ее старых друзей,
ее нигде нет.
- Вы все поняли?
- Да, поняла.
Спасибо вам. До свидания.
- До свидания.
- Аня, куда едем-то?
- Я же говорила тебе:
в Тарасовку, в коттеджный поселок.
- Так, и?..
- Девочка эта, Соня,
с которой Юля подружилась
в институте, она дочка режиссера.
Я же тебе говорила, что в этом
поселке дом у них, из журнала.
- Угу, я понял.
- Папа уехал в Канны!
Дом в нашем полном распоряжении!
- Юля! Юля!
Слава богу, я тебя нашла.
Ты жива-здорова...
- Мама, что ты здесь делаешь?
- Юля, мы погорячились обе.
Поехали домой.
- Мама, домой я не поеду. Езжай, все.
- Ты здесь останешься?
- Да!
- Юля!
- Пойдемте, ребята, пойдемте.
Молодежь: - Гуляем!
- Так, вот тебе сок,
фруктовый салат - витамины -
и кофе.
Ты вообще ешь хоть что-нибудь.
Или ты себя голодом решила уморить?
- Я ее нашла.
- И?..
- Все в порядке.
- Ха, кто бы сомневался!
Знаешь что, ты пол-лета
не была у Сергея Яковлевича.
Я познакомилась с его собакой Марго,
я притащила ей мешок корма,
но ему, в отличие
от благодарной Марго, нужна ты.
Ты! Понимаешь?
- Что ты кричишь?
- Кричу, ты же ничего не слышишь,
до тебя невозможно достучаться!
Когда мне становится плохо, я думаю
о том, что кому-то в этом мире
еще хуже, чем мне.
Ты понимаешь, о чем я?
Знаешь что, так, вот тебе ампулы.
Не успеваю зайти к Сергею Яковлевичу,
отнесешь ему сама, поняла? Все.
А я уже опаздываю на слепое свидание.
- На какое?
- Вслепую. Ты не знаешь,
что это такое? Ты что!
Темная комната. Сначала заводят тебя,
потом двух незнакомцев...
- Ты серьезно говоришь?
- Шутка.
Все. Целую.
- Дурында, а!
- О господи. Слушай, что у тебя
за лестницы такие крутые, а!
Ой, Анька, ну не могу с тобой.
- Сергей Яковлевич, добрый день.
Это Аня.
- Сергея Яковлевича больше нет.
Он умер рано утром.
Поосторожнее там с косяками!
Сиделка мне больше не нужна.
- Алло, Ира. Привет.
Ты не знаешь, где Аня?
Где? У Сергея Яковлевича? Спасибо.
- Да, да. Все верно.
Отец умер сегодня утром.
Конечно. Уйди.
Не знаю, похороны еще не назначены.
Агентство будет заниматься
этим вопросом в ближайшее время.
Конечно, да. Конечно.
Обязательно сообщу.
(Собака скулит.)
- Аня! Аня!
Аня! Аня, ты слышишь меня? Аня!
Аня! Аня, слышишь меня? Аня!
Господи. Подожди, сейчас.
Черт!
Алло, скорая?
Скорее всего, отравление.
Какое-то болеутоляющее. Адрес?..
А... Апрелевка, Гагарина, 8.
Аня. Аня! Аня, не спи.
Я тебя очень прошу, не спи.
Послушай, родненькая моя.
Не спи, не спи, не спи.
Я тебя умоляю.
Посмотри на меня.
Не спи, не спи, не спи. Аня!
Слышишь меня, Аня?
Ну? Поговори, поговори.
Давай.
- Было очень больно.
И не было никого,
кому было бы больнее.
- Не засыпай, не засыпай.
Говори, говори, говори.
Все время говори. Слышишь меня?
- Я хотела...
Я так не хотела.
- Ну что, что?
- Я не хотела так жить, не хотела.
- Да что ты такое говоришь-то?
Ну как? Жизнь только началась.
- Я была...
- Тихо-тихо-тихо.
Не спи, не спи. Посмотри на меня.
- Я хочу, чтобы все кончилось.
- Смотри на меня все время.
И говори, говори, говори.
- Я была все время кому-то нужна.
А сейчас никому не нужна.
- Ты мне нужна, слышишь меня?
- Я была при ком-то,
а сейчас не при ком-то.
Я сейчас как бесполезная вещь.
- Ну какая ты вещь?
Ну-ка не спать. Не спать,
не спать. Смотри на меня.
Самое главное - смотри на меня.
Ты слышишь меня?
Открой глаза, посмотри.
Открой. Вот так вот. Вот видишь?
У меня управляющий очень плохой был,
очень много воровал.
Мне пришлось его уволить.
Тихо-тихо-тихо. Бизнес растет.
Одному мне никак не справиться.
Мне управляющий нужен, Аня.
- Ну? Ну?
- Управляющий?
- Управляющий.
Не спи, не спи, не спи.
- Хочу спать.
(Сирена скорой помощи.)
- Не спи, слышишь меня?
- Привет, Андрюха.
- Все очень изменилось.
- Ну а что мне еще оставалось делать?
Работа и работа.
- Я себе такого не представляла.
- Семь лет прошло с тех пор,
как ты была здесь в последний раз.
- Семь лет уже прошло?
Точно, мы же были здесь...
- Пойдем, покажу, что внутри.
Михалыч! Тормози.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте, Павел Сергеевич.
- Добрый день.
Осторожнее.
- Здравствуйте.
Это что?
- Это заправка кондиционера. Пойдем.
Саша! Так вот,
соседнее здание продается.
Что?
- Здравствуйте. Накладные.
- Вот думаю его приобрести
по дешевке и сделать там склад.
- Хорошо, склад.
- Но можно и кафе.
- Кафе тоже хорошо.
Пока меняют всякие запчасти,
можно, чтобы там водители пили. Чай.
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Что-то еще?
- Все.
- Все, работайте.
- Ага.
- Ну а это - ваше рабочее место,
Анна Андреевна.
Ага. Приступайте к обязанностям.
Смелее.
- Привет.
Слушай, как все красиво, обалдеть!
- Нравится?
- Да.
- Чувствуется женская рука, да?
- Да. Мне кажется, все клиенты ваши.
- Анна Андреевна!
А Анну Андреевну можно?
- Нет ее.
"Анна Андреевна" - обалдеть!
- Я не верю. Ты вспомни,
ты меня учила
счета за свет полгода заполнять.
А теперь я...
- Так научилась же, Анна Андреевна.
Ой, Анна Андреевна.
Вообще, совести у тебя нет.
- Почему у меня нет совести?
- Потому что я не могу уже
8 лет смотреть на это пальто.
Ты же зимой и летом одним цветом.
- Ира! Что ты мое пальто все время?
Красивое пальто, удобное.
- Ага, ага. Ты же начальник,
у тебя же подчиненные!
- Я утром на работе,
вечером на курсах.
- Вот именно, ты еще на курсах.
Анька, давай тебя приоденем, а?
Ну давай, давай! Давай!
- Слушай, ну ты вообще...
Я не помню, когда я последний раз
что-нибудь себе покупала.
Тем более такое неприличное платье.
- Платье вполне приличное.
А я помню когда.
- Как ты меня на это уговорила,
я вообще понять не могу.
- Знаешь, когда ты последний раз
покупала? 8 лет назад.
Зато не так давно кое на кого
ты потратила кучу денег
и скупила полмагазина.
- Ну не нуди, пожалуйста.
- Звонила?
- Нет.
- Я недавно видела в светской
хронике, она нашла подружку.
- Ну я тоже видела, и что?
В конце концов, она мечтала об этом?
Мечтала.
- Ну да. За нас.
- За нас.
- Здравствуйте, Дмитрий Алексеевич.
- Здрасте, Анна Андреевна. Можно?
- Да.
- Так.
Вот тут подпишите. Вот.
И да, и вот тут.
- Все в порядке?
- Просто вы сегодня так выглядите...
Здрасте, Павел Сергеевич. У меня все.
- Здравствуй.
- Все?
- Да, все, все, да.
- Потрясающе выглядишь.
- Спасибо.
- Прости.
Нет, ну это...
Нет, вернее, ты всегда
выглядела хорошо, но...
Сегодня - очень.
- Не смущай меня, Паша.
Это Ира все.
- Да. Скажи, ты отчеты видела?
- Да.
- Ну и что думаешь?
- Думаю, что бухгалтер понял,
что я пока ничего не понимаю
в его квартальном отчете.
- Ну это только пока.
Твой потрясающий вид сегодня...
Он сегодня кстати.
Ты знаешь, у меня сегодня
ужин с дилерами.
Хочу уломать их на франшизу.
- А что я должна делать?
- Ничего. Только улыбаться.
- Думаешь, они согласятся?
- Да.
Я бы на все согласился.
Ну, я же говорил.
Подписали договор,
не дождавшись десерта.
И это все благодаря тебе.
- Брось ты.
Ты просто выгодные условия предложил.
Я тут, уверяю, вообще ни при чем.
- Ну не скромничай.
Благодаря тебе все ладится,
все получается.
- Паша...
- Спасибо за ужин.
- Тебе спасибо.
Нет, на самом деле я тебя
благодарить должна за то,
что ты из этого болота меня вытащил.
Бизнес растет. Миша был бы рад.
Что случилось?
- Аня, я люблю тебя.
С самого первого дня
нашего знакомства.
Устал это скрывать,
устал сам себя обманывать.
Я... Я очень рад был
за вас с Мишкой, правда.
Честно, я был счастлив,
когда вы поженились.
Но все эти 8 лет...
После того, как его не стало,
я все надеялся.
Надеялся, как мальчишка.
Я знаю, что так не должно быть, знаю.
И как там говорят? Что на чужом
несчастье свое счастье не построишь.
- Паша, ты очень... Мише очень
повезло с таким другом, как ты.
Ты очень хорошим был другом ему,
ты мне есть... был другом.
Я не готова.
И я не уверена, буду ли я готова.
- Прости.
- Ты прости.
- Не могу. Не могу и не хочу
одна оставаться.
- Да ты не должна быть одна.
- Ой...
- Ты понимаешь, о чем я?
- Ира, вот только не начинай сейчас.
- Что "не начинай"?
- Слушай, ты вообще...
Ты себя давно в зеркале видела?
- А что?
- Посмотри, посмотри.
Видела?
- Ну.
- Паша уже из штанов выпрыгивает.
Он же любит тебя, Анька.
- Я... Я не могу.
- Почему?
- Даже думать себе об этом запрещаю.
- Почему?
- Мне страшно.
- Тебе что, жить страшно?
- Ты же живешь одна - и ничего.
- О, вот это не надо.
Одиночество - это, между прочим,
очень страшно, моя дорогая.
Придешь в квартиру, "ау" кричи -
никого нет, тебя никто не ждет,
ты никому не нужна.
И еще работу я потеряла.
- Как?
- А вот так.
- Тебя что, уволили?
- Сократили.
- Вот я эгоистка.
- Ой, все, не надо!
А то я сейчас начну вот здесь рыдать.
Все, не надо, не надо. Давай, все.
- А что? Эх!
- Ну!
- А что, действительно?!
Найдешь себе новую работу.
- Конечно, найду.
- Работы-то сейчас...
- Кстати. Вот, кстати, не скажи.
Ты знаешь, что сейчас происходит?
Куда ни сунься - 35, все.
Как будто в 35 жизнь уже закончилась.
Хоть прям в сиделки иди.
- Хорошая работа, между прочим.
- Не-а. Нянькой я не могу, ты знаешь.
Вот ты все как-то с улыбкой,
ты такая мягкая. А я как танк.
Понимаешь?
Я все через себя пропускаю,
все это горе человеческое.
И мне прям... Я вот твоего этого
Сергея Яковлевича прибила бы!
Он же вредный дед какой - невозможно!
Это же ужас какой-то.
- Зануда был.
- А тебе надо было
замуж за него выходить -
и была бы сейчас вдова богатая.
- Ужасная ты. Ну что ты говоришь?
- Ну ладно, ладно.
А Пашка твой, Пашка...
Пашка хороший. Такой...
- Голубоглазый, сексуальный, хороший.
- Хороший.
- Да, я.
Аня, я сам тебе хотел позвонить.
Ты меня прости,
я позволил себе много лишнего.
Поужинаем. А у нас что,
встреча назначена?
Аня, скажи, это свидание?
- Ну, шампанское, свечи, цветы...
Похоже на свидание.
- Тоже это не любишь?
- Что?
- Ну... Неловкое молчание.
- Можно просто чокнуться
и ничего не говорить.
- Прости, я просто не знаю,
что говорить.
- Давай просто чокнемся,
пока я не расплескала все шампанское.
Два бокала шампанского,
а я уже пьяная. Это какой-то кошмар.
Ресторан, цветы...
Звезды... Спасибо тебе большое.
- Особенно за звезды.
- А за звезды тебе особенное спасибо.
Я уже... не помню, как это было.
Просто мы когда с Пашей позна...
с Мишей познакомились,
то я забеременела сразу.
Юля родилась, все закрутилось вокруг.
Я никогда не позволяла себе осознать,
что я какая-то...
какая-то отдельно я.
Так нельзя говорить
на первом собрании?
- Угу. Родительском.
- Шампанское.
Шампанское.
А я боялась, что ты меня вчера
домой отвезешь и там оставишь.
А ты не хотел домой.
- Значит, не жалеешь?
- Нет.
Я от себя такого не ожидала.
И от тебя, между прочим, тоже.
- Да?
- Да. Да!
Кошмар. Как девчонка.
В квартире мужчины без зубной щетки.
Кошмар.
Кошмар.
- Знаешь что, переезжай-ка ко мне,
бери зубную щетку и переезжай.
- А я возьму и перееду.
- Переезжай.
- Точно уверен?
- Я не уверен.
- Серьезно так говорит, главное.
- Я правда не уверен - поместятся
твои вещи у меня в багажнике или нет.
- Мама, я соскучилась.
Я очень замерзла и потеряла ключи.
- Съешь ложечку. Бедная моя девочка.
Ну давай.
- Он меня просто использовал.
Просто использовал.
- Не переживай так, пожалуйста.
Он просто глупый,
просто инфантильный мальчишка.
- "Мальчишка"? Мама, он старше тебя!
- А сколько ему? Он кто?
- Какая разница теперь.
- Действительно, какая разница.
У тебя скоро очередь будет стоять
из новых поклонников.
Устанешь отбиваться.
- Мама, какие поклонники?
Мама, я беременна.
Я его ненавижу, мама. Я ненавижу его.
- Все будет хорошо.
- Бабушка Люба, пойдем в парк.
- "Бабушка"... Люба...
- Мамуся!
- Доброе утро.
- Доброе утро.
- Ты чего так рано встала?
- Ты куда собралась?
- На работу. Будний день.
Завтрак на столе, обед на плите.
Я поставила машинку стираться,
вещи повесь.
Так...
- Подожди, на какую работу?
Ты же не работаешь.
- Да ты же не знаешь ничего.
Там, где был шиномонтаж,
там теперь техцентр "Люкс".
- А, техцентр "Люкс"?
- Да.
- Тот, что в рекламе, что ли?
- Да.
Я там работаю теперь управляющей.
- Ничего себе!
Мама, как тебя на работу-то взяли?
- Павел позвал.
- Ах, Павел.
- Пожалуйста, встань сегодня на учет
к врачу, не забудь. Хорошо?
- Встану, встану.
Мама, у тебя есть знакомый юрист?
- Зачем тебе юрист?
Нам сейчас акушер нужен хороший.
- Есть юрист или нет, я спрашиваю.
- Есть. А тебе зачем юрист?
- Подожди, не уезжай без меня, ладно?
Я с тобой поеду.
А! Обалдеть!
Мам, это что, твоя, что ли?
- Наша.
- Да ладно?!
Мам, а дверь?
- Дверь. Ой, дверь!
- Круто, слушай. Дашь порулить, а?
- Позже дам порулить.
У меня в десять встреча.
А если мы хотим к юристу успеть,
то надо торопиться. Ой.
Пристегнись.
- Ну ты даешь, мама.
Не ожидала от тебя такого.
- Юля, у тебя все наладится.
Давай.
- Не сомневаюсь.
- Поехали.
- Погодите-погодите,
значит, вы намерены
этого человека призвать к ответу?
- Ну конечно. Я же на тот момент
была несовершеннолетняя.
А это срок.
- А вы неплохо подкованы.
- Мы сейчас выйдем на минуточку,
нам поговорить надо.
- Что? Сейчас.
- Юля, что ты задумала?
- Мама, я просто хочу ему объяснить,
что игры закончились и все серьезно.
- Тебе это зачем? Суды, нервотрепка.
Ты о ребенке подумала?
- Да я думаю о ребенке, мам,
я думаю в интересах ребенка.
Его ребенка. Всем детям
нужен отец, правильно?
Ну вот, не переживай, до суда дело
точно не дойдет, он же не дурак.
Пусть женится,
признает отцовство. И все.
- Юля, ты понимаешь, что это шантаж?
И что если тебя не любят,
ты не можешь заставить насильно.
- А он говорил, что любит.
Ему надо просто об этом напомнить.
- Вот список документов,
которые необходимо собрать.
Хотя я надеюсь,
у этого человека хватит ума,
чтобы не доводить дело до суда.
- Вот видишь, мама. Спасибо.
До свидания.
- Спасибо. До свидания.
- Лилечка, я все поняла,
спасибо вам большое, да, я помню.
Вы Павлу Сергеевичу передайте,
что я буду скоро. Да.
Я тебе сейчас пришлю номер телефона
врача, который Ира дала.
Ты не пугайся, там страшненький такой
роддом старенький, но врач лучший.
Туда тебя подвезу,
обратно такси возьмешь.
- Мам, я что, одна туда поеду?
- Я бы с удовольствием
с тобой поехала, Юля,
но у меня же работа.
Ты не переживай, все будет в порядке.
Ой.
(Юлю тошнит.)
Токсикоз. Началось,
я тебя поздравляю.
Давай, не переживай.
Садись. Воду возьми.
- Значит, задержка шесть недель.
Детские болезни, ветрянка, краснуха?
- Ветрянка была в три года,
краснухи не было.
- Отлично. Беременности, аборты?
Понятно. Ну пойдемте, посмотрим.
(Сигналы аппарата УЗИ.)
- Ну так и есть, шесть-семь недель.
Поздравляю.
Никаких отклонений не вижу,
все замечательно.
Можете одеваться, прошу.
Так...
- Жалко, что ничего не видно.
- Ну как же - не видно?
Восемь миллиметров.
Все отлично видно.
А вы знаете, что самое интересное
на этом этапе?
Это не то, что снаружи,
а то, что внутри.
Это вам уже не рыбка,
не головастик, это человек!
Человечище!
- Человечище!
- А кстати, именно в шесть недель
начинается кровоток в эмбрионе.
Вот, смотрите.
Печень, селезенка,
глазки наметились, ушки.
Ой, была бы у нас
аппаратура помощнее...
- Глазки, видишь?
- Мам, ты про справку спросила?
- Какую справку?
- Справка о беременности для суда.
- Ну хорошо, я сейчас подготовлю.
- Извини.
- Ничего.
- Как прошла встреча?
- Нормально. Как ты?
- Юля беременна,
отец ребенка ее бросил.
Она напугана, в отчаянии.
Справки, токсикоз.
- Я спросил, как ты?
- Я бабушкой скоро стану.
- А мы?
- Не знаю.
- Не знаешь...
- Паша, я тебя люблю,
но сейчас не самое лучшее время.
Правда, я...
Я же не могу Юлю бросить сейчас.
- Я все понимаю, не ребенок, Аня.
Я долго ждал, подожду еще.
К тому же это ничего не меняет
по большому счету, да?
- Угу.
- Может, поужинаем?
- Только я еще должна
успеть к юристу сегодня.
Прости меня, пожалуйста.
Завтра буду как штык, я обещаю тебе,
и мы поужинаем вместе.
И ты меня, может быть,
пригласишь к себе домой. Да?
Юля: - А может, мы пока начнем?
- Немного терпения.
Сейчас подойдет ваша мама,
я вам все объясню.
- Здравствуйте. Что-то случилось?
- Добрый вечер, Анна Андреевна.
Появились новости.
- Какие?
- Я не знаю, сочтете
вы их хорошими или плохими.
Истец не намерен заключать
брак с вашей дочкой.
Он отказывается признать отцовство.
И в его планы не входит
разрыв нынешнего брака.
- Он женат?
- Вы ему пригрозили?
- Да, он готов заплатить отступные.
- Хм. Вот как?
- Юля, я понимаю,
что это очень больно, но...
- А я хочу в 10 раз больше.
- А зачем тебе его деньги?
- Мама, например,
чтобы купить себе машину.
- У нас есть машина.
- Свою машину, мама. Свою.
- Ну что ж, значит, новость хорошая.
- Мама, что ты делаешь?
Ой, Алиска! А я тебя искала.
- Смотрю альбом с фотографиями.
Скучаю по тем временам.
- Я тоже скучаю.
- Это ты в парке первый раз пошла,
прямо первый шаг.
Это, помнишь, ты была снежинкой?
- Нет, не помню.
Ой, карусель. Вот это помню.
- Это. Тебе 10 лет было. Не помнишь?
- Ой, смотри,
а тут мы с тобой вдвоем.
Хорошее было время:
мы с тобой вдвоем и больше никого.
Да?
- Хорошее.
А интересно, какой он будет у нас?
Или она?
Кого хочешь: мальчика, девочку?
Я же сохранила твои вещи.
Я тебе показывала, нет? Не помню.
Это твоя первая...
Нет, это не первая, вот первая.
Первая распашонка,
самая такая маленькая.
- Мама, хватит!
- Это чепчик.
Тоже первый, между прочим.
- Мама, я не собираюсь рожать его.
- Что?
- Я не хочу становиться
жалкой матерью-одиночкой.
- Не говори так.
Юля, ты не слышала разве?
Это человек! Уже человек!
Он хоть и с наперсток,
хоть маленький, но человек.
Человечище!
У него есть сердце, у него душа есть.
В нем кровь моя есть, Юля.
Ты не имеешь права так поступать.
- Права?
- Права.
- Какое право, мама? Я не хочу сидеть
дома одна, жиреть, смотреть в окошко.
Ты будешь такой, а я? Что, куда?
- Я буду рядом.
- Целый год из своей жизни?
- Всего лишь год. Один год.
- А дальше?
- А дальше я возьму все на себя.
Юля, я тебя очень прошу, пожалуйста,
ты не можешь сделать аборт.
(Звонок в дверь.)
- Пришла? - Ага.
- Проходи.
- Паша...
- Проходи, садись, я сейчас.
Держи.
- А можно поговорим?
- Конечно.
- Просто я скоро
буду должна уйти с работы.
- Из-за дочки?
- Ага.
- Аня, ну...
Ну тебе же необязательно увольняться.
Можешь приходить и уходить,
когда захочешь.
- Нет, Паша. Ну я так не могу,
так нечестно.
Ты будешь на меня рассчитывать,
я тебя подведу, я так не умею.
Я кого-нибудь найду, обучу.
Я очень тебя прошу, отпусти меня.
Пожалуйста.
- Ну помнишь, совсем недавно
ты сказала, что стала сама собой?
Помнишь?
- Я должна.
- Ты же не меня подводишь,
ты себя предаешь.
- Я мать. Я в первую очередь мать.
И ты не поймешь, ты...
ты не понимаешь.
- Я все понимаю. Аня, ты права.
Ты прости, у меня много работы.
У меня же только работа, работа...
Пока.
Пока, Аня.
- Пока.
- Мамочка.
Мамуся.
- Напугала.
- Что так долго?
А я тебя ждала-ждала и заснула.
Можно я сегодня с тобой посплю?
- Юля, давай не сегодня.
- Почему?
- Потому что мне хочется
побыть одной сегодня.
- Мама, а я боюсь одна. Давай вместе.
Мама, давай понежимся, ну чуть-чуть.
Разувайся.
- Ой...
- Мама, знаешь, что меня утешает?
Что даже когда очень-очень плохо,
ты всегда со мной.
Всегда со мной.
Давай всегда будем вместе?
Не уходи никуда.
Давай все будет как раньше.
Мамуся.
Ну успокойся.
- О господи!
Двери открыты, как всегда.
Давай, пошли.
- Марго, пойдем, пойдем.
О-о! Ну слава богу! А то я тебе
уже и звоню, и на работу ездила.
- Привет. - Привет.
- Я же не слышу.
- Я говорю, куда пропала?
- Хватит кричать, сейчас уже слышу.
Я взяла отпуск. Садись.
- А, отпуск? - Да.
- Это ты называешь отпуском?
- Мама!
Мама, а долго еще? У меня уже голова
раскалывается от этого шума.
- На, держи.
- О, явление блудной дочери.
Поздороваться не надо, а?
- О, Маргоша! Привет-привет...
- Собаку не трогай.
- Мама, я в комнате, ладно?
- Юля, сок возьми.
- Спасибо, нет!
- Ой...
- Понятно.
А чего у нас свекольный сок?
Гемоглобин поднимаем?
- И лечим токсикоз заодно.
- А-а...
А чего ты мне раньше не рассказала?
- Потому что я знала,
как ты отреагируешь,
дорогая моя Ирочка.
Вот это выражение, я тебя
очень прошу, сейчас убери с лица. Да.
Ее бросил мужчина -
одну, беременную, и...
- И она к матери прискакала.
- Куда ей было еще скакать,
мне вот интересно? - Угу.
- Только тише говори.
- Чего тише?!
Я хоть правду тебе скажу.
А ты дура, потому что
у тебя только что началась
твоя настоящая личная жизнь.
Ты с Павлом поговорила?
- Вот...
(Юля закашливается.)
Сейчас.
Юля: - Мама, дай салфетки быстро!
- Ой, артистка...
Анна: - На, держи.
(Юлю тошнит.)
- О...
- Давай иди ложись в постель.
Я сейчас тетю Иру провожу и пойду...
- Чего "тетю Иру", ну? Аня!
- А ты кто?
- Ну что за "тетя"?
- Дядя, что ли?
- Я никак не могу поверить,
что она матерью станет.
- Вот она пока тоже в это
не может поверить. Поэтому я здесь.
- Ну конечно. А потом она ребенка
на тебя скинет. Такой уговор, да?
- Нет, она... Она сейчас так думает.
А потом, когда он родится,
она его увидит...
Я тебя уверяю, все будет хорошо.
- Ох...
- Юлечка, считай до ста,
как я тебя учила, да?
Юленька! Ну потерпи,
потерпи чуть-чуть.
Потерпи, все будет хорошо.
- Я не хочу! Больно!
- Я знаю, что больно.
Можно я с ней пойду, пожалуйста?
- Я не хочу, больно!
- Терпи, терпи... - Нет!
- Ну ты чего? - Волнуюсь.
- Не волнуйся.
Давай, иди, иди.
- Ой...
- У-ху-ху! Не ожидали?
- Поздравляю.
- Мы вас с утра ждем.
- Можно?
- Ах ты заинька... Ой, лапуля...
- Ой... Слушай, Аня, на тебя похож.
- Да не "похож", а "похожа".
Девка же у нас. - Как девка?
- На пятки позовете?
- А как же? Юля, ну...
- Ах! Какая прелесть! Розовая.
Ты выбирала?
- Я, я. Дорогие мои, я хочу
сказать тост. Прежде всего...
- Уснула?
- Сама иди посмотри.
- Я сейчас.
- Прежде всего - это здоровье.
А кстати, ты с именем определилась?
- Нет еще.
- Кормящим вредно, в молоко попадет.
- А вы уверены, что оно у меня есть,
тетя Ира?
Ваше здоровье.
- Паша, неси ружье.
- С удовольствием. Только нету.
- Я не могу.
- Все, давай пойдем.
- Давай. Пусть они... Да, все.
Давай собираться.
- А вы уходите?
- Ага, уходим.
- Жаль.
(Плач младенца.)
- Ой, батюшки мои, батюшки мои...
Ну что ты? Ну давай мы будем спать.
Давай мы будем спать.
Давай попробуем грудью покормить,
пожалуйста, а?
- Мама, нет. Я сказала, нет.
Я не хочу оправдываться.
- Ну нам не нравится смесь,
совсем не нравится эта смесь, да?
Не хотим мы ее есть совсем, мама Юля.
- Мама...
- Пожалуйста. А?
- Мне тоже много что не нравится.
Я не хочу, чтобы у меня была грудь,
как уши спаниеля.
И вообще, мама,
мне больно, понимаешь?
Сколько я буду
вот это носить? Сколько?
- Господи боже мой, ты что,
грудь перетянула, что ли?
Сошла с ума?
Девочка, ч-ш-ш...
- То, что я тебя послушала,
это была большая ошибка.
- Скажи, какая же мы ошибка?
Мы не ошибка, мы девочка.
Да. И мы улыбаемся.
Мы сейчас попробуем
чуть-чуть поспать.
Спим, спим.
А ты куда собралась?
- Мама, я уезжаю.
- Одна уезжаешь?
- Мне надо прийти в себя.
Я не хочу тебе мешать, мама.
- Юля, давай без глупостей,
я тебя очень прошу.
- Нет, мама, так будет лучше
для всех. Деньги у меня есть.
- Ну, ну. Куда...
- Вот.
- Что это?
- Отказ.
- Юля, сейчас, подожди минутку,
ладно, меня? Сейчас, секунду.
- Может, со второй дочкой
лучше получится.
- Юля... Юля!
(Ребенок плачет.)
Ч-ш-ш.
Нет. Ч-ш-ш.
Спасибо.
- Добрый день.
- Здрасте.
- Вы мать Юли?
- Да. А вы отец Сони,
правильно помню?
- Да. Я думаю, что заочно ваша дочь
представила меня конченым подлецом.
- То есть это вы?
- Да.
- А что вам нужно? Вы как меня нашли?
- Юрист дал мне ваш адрес.
- Ну не стоило, Юля уехала.
- Я знаю. Она на пути в теплые края.
- Не надо трогать колясочку.
- Требовала прислать еще денег.
Я, собственно, так и узнал,
что она не сделала аборт.
Нарушила наш договор
и опять меня обманула.
- А от меня вы что хотите?
- Увидеть дочь.
- Увидели?
Вы знаете,
если Юля будет вам звонить,
вы не утруждайте себя, не платите ей.
Нам... мне не нужны ваши деньги.
Вы меня простите...
- Да бросьте. Ну мы же оба знаем,
кто она такая.
Хотите услышать правдивую историю,
как все было?
- Нет, не хочу.
- От меня ушла жена,
от меня отвернулась собственная дочь.
И это достаточная плата за то,
что бедняжка, которой негде было
жить, сама залезла ко мне в постель?
Вы мне не верите?
- Я вам верю.
- Как ты?
- Я... Спасибо, потихоньку.
Часто вспоминаю Сергея Яковлевича.
Он говорил,
что младенчество и старость
похожи в своей беспомощности,
а между ними есть короткий миг,
когда человек сам способен
принимать решения.
И нужно успеть сделать
правильный выбор.
- Умный был человек.
- Ага.
- Ну, я-то свой выбор сделал.
А вот тебе его не дали.
- Не нуди.
- Ага.
- Можно я ресничку?..
- А она выросла.
- Да.
У нее до сих пор нет имени.
Я ждала, когда Юля вернется.
Это же все-таки право мамы. Или папы.
- Ну ты же с документами
тянуть не можешь? - Нет.
Я просто сегодня поняла,
что уже никто не вернется, и...
В общем, я была в органах опеки,
и мне сказали там, что...
Сказали, что...
- Ну говори, говори.
- Мне сказали,
что если бы у меня был муж,
то это бы значительно все упростило.
- То есть ты предлагаешь
мне стать мужем и отцом?
- Ну нет, если ты откажешься,
то я пойму.
- Корявенькое предложение.
Давай мы назад перемотаем,
и ты сделаешь это нормально.
- На колени встать?
Ты уверен?
- Ой! Да сиди.
Как назовем?
Может, Аней?
- Зачем?
- Ой, лучше молчи,
а то все испортишь.
- Крещается раба Божия Анна
во имя Отца, аминь, и Сына, аминь,
и Святаго Духа, аминь.
Держите, крестная.
Хорошее имя - Анна.
Так звали мать Богородицы.
Имя означает - "Божия милость".
Облачается раба Божия Анна
в ризу правды
во имя Отца и Сына и Святаго Духа.
Аминь.
Ризу мне подаждь светлу,
одеяйся светом яко ризою,
Многомилостиве Христе Боже наш.
Одевайте, крестная, рукава.
Благословен еси Господи Боже
Вседержителю, источниче благих,
солнце правды, возсиявый сущим
во тьме свет спасения,
явлением единороднаго
Твоего Сына Святаго, Твоего Духа,
и даровавый нам недостойным...
- Аккуратнее, уронишь!
- А почему он уронит-то?
Он знаешь какой отец!
- Да? - Да.
- Куда мы едем, а?
- Ох... Хочу в кафе!
- Значит, крестины мы дома делаем,
а отмечать в кафе поедем? Отлично!
- Захотелось в кои-то веки в кафе.
- Ты огонь женщина!
- Давай я. Что ты тащишь-то?
- Да я сама, сама.
- Вообще, хотела бы на Лазурку.
Там можно машину взять напрокат.
- Юля? Ты вернулась?
- Да, я вернулась.
Я как раз хотела тебе позвонить.
Это мой...
- Алик. - Алик.
- А это?..
- Алик. Это мама.
- Здрасте.
- Алик.
- Павел.
- Юля вернулась.
- Юля. Давно тебя не видели.
- А у нас тут крестины.
- Юлек, а ты чего молчала?
Сестренка! Как звать розовый комочек?
Так и съел бы.
- Не надо его есть. Это Анечка.
- Анечка.
- А что стоим?
Такое дело обмыть надо, да?
Анечка... Пойдем, я угощаю.
- Обмыть надо.
Алик: - Кому подлить? Коньяк уважаю.
Только такой беру.
- Мама, хочу фотографию.
- Она спит.
- Ну пожалуйста!
- Только голову держи, ладно?
- Сфотографируй нас с Аликом.
- Держи. - Не, я за рулем.
- Ну как мы смотримся?
- Хорошо.
- По-моему, чудесно.
Алик очень любит детей.
И вообще, семья для него -
это святое. Правда?
- Люблю детей. Желательно чужих.
- Чем занимаетесь, Алик?
- Да так, помаленьку.
- Мама, Алик из семьи Маликбековых.
У него папа владеет нефтью.
И Алик из Сочи.
- А ты? Чем тут в Москве
народ-то зарабатывает?
- Так, помаленьку.
- Алик, у мамы с дядей Пашей
тоже свой бизнес.
Свой техцентр, да? "Люкс".
Наверное, слышал.
- Уважаю. Юлек, мне пора - встреча.
Жду в гостинице.
У меня пол-этажа в "Империале".
Не стесняйтесь.
- Алик, ты такой щедрый.
- Нет-нет, сами справимся.
- Я же сказал - я угощаю.
- Спасибо, спасибо, очень любезно.
- Юлек, не задерживайся.
Жду в гостинице.
У меня сегодня на тебя большие планы.
- Хорошо.
- Дочку на свадьбу позовешь?
- Ира...
- Пока. Что?
- Давайте выпьем за крестины.
- Давайте.
- Скажи, а ты с этим - как его? -
владельцем нефти живешь в гостинице?
- Да.
Мамочка, я не хотела вас стеснять.
- Нас с Анечкой?
- С малюткой.
- Я поняла.
- Мамуся, я знаю, у тебя много
причин, чтобы на меня обижаться.
Но теперь все изменилось, правда.
Я встретила мужчину своей мечты.
И я была эгоисткой,
но теперь я другая, правда.
- Разбудим.
То есть ты с ним счастлива?
- Угу.
- То есть ты его любишь?
- Да.
- Я рада за тебя.
- Правда?
- Да.
- Ты на меня не обижаешься больше?
- Простите, что помешал.
Хотел спросить: чаю никто не желает?
- Я желаю.
- Нет, спасибо.
Мама, а он что тут делает?
Вы что, живете вместе?
- Тсс. Мы не просто живем вместе,
мы женимся.
- Поздравляю.
- Спасибо.
- Когда?
- Завтра.
У нас все скромно будет -
только друзья близкие.
И ты тоже приходи.
Спасибо.
- А я надеюсь,
вы тоже придете
на нашу с Аликом свадьбу.
- Предложение тебе сделал?
- Пока нет, но сегодня сделает.
Вы же сами слышали,
что у него на меня большие планы.
И семейное знакомство
как нельзя кстати.
Думаю, что это его как-то подтолкнет.
- Угу.
Удачно вышло с семейным знакомством.
- Я тоже за вас очень рада.
Свадьба в таком возрасте -
очень трогательно.
А может, сыграем свадьбу вместе?
- Как - вместе?
- Две свадьбы в один день.
Алик может это устроить.
- Ну на армянской-то свадьбе
мы никогда не гуляли, да?
Хлеб, соль, лаваш.
- Аня! Смотри, что нашел.
- Ой, спасибо.
Слушай, я думаю... Она будет с ним
действительно счастлива, а?
- Я вообще-то думал о том,
будешь ли ты счастлива со мной.
- Ах!
- Ну-ка примерь.
Примерь.
- Красивое.
Нет, это плохая примета -
перед свадьбой кольца примерять.
- Господи, опять предрассудки!
Дай руку.
Знаешь, что я решил? Юлька здесь
останется, а мы переедем ко мне.
Только если с нами Анечка поедет,
вещи в одну машину не поместятся.
- Нет. Я возьму только ее
и зубную щетку. Тогда поместятся?
Поместятся.
Юля... Я так понимаю,
что предложение он не сделал?
- Сделал, мама.
Лучше б ты не знала какое.
- Тихо, тихо. Хорошо. Тихо. Да.
- Мама, прости, что из-за меня
у вас все отменилось.
- Лучше подумай о том,
как ты будешь дальше жить.
- Знаешь, что он мне предложил?
- Что он тебе предложил?
- Групповуху, мама.
- Что предложил?
Наплюй и забудь. Иди сюда.
Ну-ка. У нас мама вернулась. Вот так.
Вот так ей головку держи.
Ой.
- Забавная.
- Я думаю, все к лучшему.
Будет у тебя теперь
возможность все заново начать.
- Что начать?
- Мамой стать. Полюбить и принять.
Я буду продолжать работать. Да?
У тебя все получится. Давай.
Девчонки...
- Анна Андреевна,
это отчеты за последние полгода.
Если нужны старые, я принесу.
- Леночка, спасибо большое.
Позовите всех на планерку,
пожалуйста.
- Да, конечно.
Здравствуйте.
- Здравствуйте.
Рад, что ты вернулась.
- Паша, я так соскучилась.
- Как Юля?
- Хорошо. Привыкает к Ане.
Все к лучшему.
- С этим что делать?
- Можно вашу руку?
Вместе: - Горько! Горько! Горько!
- Да? Я поняла, да, хорошо.
- Надо с управляющим поговорить.
- Сейчас, секунду подожди.
Да-да-да, все, договорились.
Соску потеряли. - Да?
- Уже нашли, слава богу.
Она, кстати, очень хорошо
справляется, на удивление.
Ты что говорил, я тебя перебила?
- Да нет, ничего особенного.
- Ну ты говорил что-то.
- О расширении я думаю, Аня.
Отчеты видела за последнее время?
- Да. - Ну?
- Хорошие отчеты.
- Хорошие.
- Надо расширяться. - Надо.
Ой, испугала.
- Паша... За тебя.
- Ну давай, только за нас.
- Прости. Ой, прости. Да, Юля.
Юля... Подожди.
Я не знаю, что у них случилось,
мне кажется, она просто паникует,
но нам лучше поехать все-таки.
- Аня, и запомни самое главное:
не позволяй собой манипулировать.
Хорошо?
- Ни за что.
Привет.
- Привет.
- Уснула? - Уснула. Она решила
свести меня с ума, по-моему.
- Я тебя поздравляю, ты справилась.
- Я справилась? - Угу.
- Посмотри вокруг.
Мама, посмотри на меня!
- Ну, чуть-чуть бардак.
Так бывает, Юля, со всеми поначалу,
ты привыкнешь.
- Нет, мама,
я не привыкну к этому никогда.
Что угодно, только не это, мама,
это не мое.
У тебя лучше получается.
- Юля, ну что
у меня лучше получается?
Ты прекрасно знаешь, что ты можешь
на меня рассчитывать всегда,
можешь мне позвонить, я всегда рядом.
Я помогу, когда надо.
Я же не должна быть вместо тебя.
Я тебе обещаю,
ты будешь очень хорошей мамой.
- Не буду я хорошей мамой! - Тише!
- Мама, меня тошнит...
меня тошнит от этих подгузников,
пеленок, распашонок,
кашек, какашек! У меня вот все где!
- Тсс! Тише. Разбудишь.
Тсс. Спокойно. Все хорошо.
Юля, я не могу сейчас оставить Павла.
Не могу и не хочу. Так что давай...
- Мамочка, ну подожди,
не оставляй меня одну,
не надо меня с ней одну оставлять,
пожалуйста, я не справлюсь.
Давай все будет как прежде,
по-старому.
- Как прежде не будет, потому что
ты стала мамой, а у меня есть Павел.
Я тебя люблю. Давай.
- Ты упрекаешь меня, что я вернулась?
А куда еще мне было идти,
как не домой? На панель?
- На панель не надо.
- Почему нет ни капли жалости?
У меня, вообще-то, депрессия.
Ты знаешь, что это такое?
- Я знаю.
- Ты меня наказываешь, что ли?
- У меня нет времени тебя наказывать.
Нам с тобой Аню надо растить,
а не об истерике и депрессии думать.
Я знаю, что мы сейчас сделаем.
Ира? Ира, прости,
что я тебя так поздно беспокою.
Скажи, пожалуйста,
ты ведь работу искала, правда?
- Что ты делаешь?
- Лучшее средство от депрессии -
это работа. Пока.
Ириша... Сейчас, подожди секунду.
- Мы расширяемся?
Значит, нам нужны новые сотрудники.
Да? Все, поехали. Поехали.
- Вот, это наш офис.
Здрасте.
Это рабочее место,
я вам все организую.
Вот компьютер.
- Девчонки...
- Ты уверена, что это хорошая идея?
- Но ты же взял меня, когда я дебет
от кредита не могла отличить,
а через три месяца я уже все знала.
А Юля умная.
Она умнее меня, между прочим.
- Это я знаю.
- Сейчас как ирония звучит.
- Не заставляй меня говорить то,
что ты знаешь сама.
- Паша, Юле нужен шанс.
Ну дай ей шанс начать новую жизнь.
Ты же сам знаешь,
что ее не возьмут ни на какую работу:
у нее нет ни образования, ни опыта.
Пожалуйста, а?
- А это все просто, я вам покажу.
Смотрите, вот это вносите в базу,
вот это и вот это... - Лена.
- Подожди.
- Лена.
- Саша, ты мне мешаешь.
Извините, пожалуйста.
- Жених?
- Саша. - Так мило.
- Ладно?
- Угу.
- Вот ты у меня самый лучший,
вот самый лучший мужчина.
Я тебя уверяю,
она справится - она умная.
- Все, пойдем поработаем.
(Звучит музыка.)
- О господи, эта неделя
никогда не закончится.
- Это какой-то кошмар! За последний
квартал так много навалилось!
Юленька, внесите, пожалуйста,
в базу данных.
- Лена, у меня компьютер
не работает - не могу.
- Извини.
Пожалуйста.
- Лена, я стажер - я не могу брать
на себя финансовую ответственность.
Вы делайте, а я посмотрю.
- Знаешь что,
ты уже неделю смотришь.
Я не могу делать твою работу.
У нас так не принято!
И надо уже как-то включаться.
- У кого это "у нас"?
Не у вас, Леночка, а у нас.
Ты, вообще, знаешь, кто я?
- Между прочим, Анна Андреевна
лично меня попросила
не делать тебе никаких поблажек.
- Ну и чего ты на меня
так вылупилась?
Я же не менеджер Саша
с селфи-палкой.
- Юленька, вас просят
к Павлу Сергеевичу.
- Вы, Леночка, об этом пожалеете.
Вызывали, Павел Сергеевич?
- Юля, не паясничай. Проходи, садись.
- Спасибо, я постою, Павел Сергеевич.
- Юля, недели не прошло,
а на тебя уже жалуются.
Что случилось?
- Павел Сергеевич,
я просто спросила Лену,
почему она так увлечена личной жизнью
в рабочее время,
вместо того чтобы меня учить.
Мама, ты вообще знаешь,
чем у тебя сотрудники занимаются
в рабочее время? Например, Лена.
- Ну, например, Лена
отличный сотрудник, хороший человек.
- У нас за все годы в этом коллективе
не было ни единого конфликта, Юля.
Если хочешь,
мы как одна большая семья здесь.
- Павел Сергеевич,
я больше всего на свете
хочу стать частью
вашей большой семьи.
Но я же не виновата, мама!
- Анна Андреевна, Павел Сергеевич,
извините, но у нас...
У нас тут небольшое...
- Дима, давай не мямли,
по-человечески.
- Простите. У нас тут небольшое ЧП.
Звонят клиенты... Вам бы лучше
корпоративную рассылку посмотреть.
- Лена!
- Спасибо, Саша.
Угу.
Леночка, ты что, увольняешься?
- Представляешь?
- Да, после такого позора...
В розовых панталонах ты еще ничего,
конечно, а вот в белых...
Это, конечно, уже слишком.
(Смеется.)
- Это все ты.
Без тебя тут было очень хорошо.
- А что я? Я что-то не помню,
чтобы я делала ночные селфи
с нашем менеджером.
- Да?
- Это, конечно, ваше личное дело,
но не дело наших заказчиков.
- Слушай, ну ты...
- Что смотрим?
Работаем, работаем.
- Надо клиентам разослать извинения.
- Ты серьезно думаешь, что наша Лена,
которая за все годы работы
не допустила ни единой ошибки,
могла случайно разослать
свои эротические фото?
В панталонах розовых.
Серьезно?
- Что ты хочешь сказать этим?
- Ты что, даже мысли не допускаешь?
- Мысли о чем?
О том, что Юля взяла
и влезла в чужой компьютер?
- Да.
- Во-первых, это непорядочно,
а во-вторых, она сидит
у всех на виду, в конце концов.
Как ты себе это представляешь?
- Я себе это очень хорошо
представляю. Очень хорошо.
Даже более чем.
- Конфетку не желаете?
- Я сладкое не ем.
- Ну, правильно.
- Мама, у тебя такой вид!
Давай лучше я поведу.
Давай ключи.
Мама, ну чего ты, а?
Расстроилась из-за этой, что ли?
Ну перестань. Незаменимых нет.
- Нет, все нормально.
Просто повздорили с Павлом немного.
- Из-за меня? Мама,
но я не виновата, что Лена так...
- Юля, давай не будем об этом.
Сцепление плавнее отпускай. - Черт!
Эта механика сбивает меня с толку.
Мама, может быть, купим автомат?
Ну что это? Ну кто в наше время
водит механику?
- Боюсь, что нашей с тобой зарплаты
не хватит на автомат.
А свои сбережения ты,
я так понимаю, уже потратила.
- Хм, у нас же есть деньги в фирме.
Она же наполовину твоя.
- Во-первых, мы сейчас расширяемся
и ждем кредит.
Во-вторых, финансовый директор
у нас Павел,
и я думаю, что вряд ли идея
покупки второй новой машины,
в то время как фирме нужны деньги,
приведет его в восторг.
Так что придется, дорогая моя,
ездить на механике.
- Сколько слов, чтобы скрыть
тот факт, что Павел жадный
и не отдает нам наши деньги, мама.
- Наши деньги?
- Угу.
- Юля, ты в уме?
Поехали.
- Тсс.
Ой, кто там к нам идет?
Кто там идет, зайка моя?
Это бабушка наша пришла.
- Здрасте.
- Бабушка пришла.
- Мама, я так устала.
У нас есть что-нибудь поесть?
- Девочка моя, солнышко мое.
- Руки. - Помыла.
- Давайте.
- Я соскучилась, хочется скорее
девочку мою взять на ручки.
- Ты мой хороший, мой золотой.
- Ела? - Ела, ела.
- Мама, мы будем ужинать?
- Тихо-тихо.
- Тихо-тихо.
- Как я рада, что ты у нас есть.
Лучше няни нам не найти.
- Ты мне платишь, как на Рублевке.
- Я там долг передала тебе.
Юля отдала?
- Пойду чай попью. Вам налить чаю?
- Так, ну все, самое дорогое
я передала в самые надежные руки.
Ты остаешься сегодня?
- Да, я сегодня дома.
- Ну хорошо.
- А тебе удачи на свидании.
Он, кстати, кто?
- Просто нереальное рыжее солнце.
Представляешь, познакомились в парке,
когда я с Анечкой гуляла,
а он - с внуком. А у тебя,
я смотрю, никакой личной жизни, да?
- А тебе удачи на свидании.
- Мой сладкий.
- Давай.
- Тихо-тихо, все, глазки закрываем.
Давай. Закрывай глазки, закрывай.
Юля: - Мамуся, что мы будем есть?
- Тихо!
Ты можешь не кричать? Ребенок спит.
- А спасибо?
- Спасибо?
- Лучше с ней не связываться.
- Саша, подпишите.
Доброе утро, Юлия.
- Доброе?
Понедельник, вообще-то.
Вы что, шутите?
- Подпишите, пожалуйста. Вот здесь.
- Где? - Вот тут, пожалуйста.
- Бедняга.
- У нас за последнее время
уволилось двое сотрудников,
причем очень крепкие профессионалы
и без объяснения причин.
Сейчас еще один уволился.
Все как-то в последнее время
наперекосяк. Клиенты недовольны.
Вся эта машина отлаженная
летит коту под одно место, Аня.
Ты же прекрасно знаешь, что со дня
на день нам оформят кредит.
Я надеялся, что мы с этой
командой сеть потянем.
- Ну, может быть,
конкуренты их переманивают
и им надо повысить зарплату?
- Зарплату? - Да.
- А тебе не кажется совпадением,
что все это началось,
когда сюда пришла Юля работать, нет?
Анна: - Ты на что намекаешь?
- Я тебе прямым текстом говорю,
что ее нужно уволить.
Услышь меня: нужно уволить!
(Всхлипывает.)
- Что случилось? Юля?
- Ничего, все хорошо.
- Юля, что случилось? Говори.
- Мама, я не хочу навредить,
но так получается.
Я увольняюсь.
- Ну, если ты так решила,
если у тебя не получается, то...
- Мама, я все делаю как надо.
Я им даю документы - они их теряют,
а потом обвиняют меня.
Откуда в людях столько злобы
и зависти?
Я за спиной только и слышу -
"мамина дочка, мамина дочка".
Я же не отнимаю у них их зарплату.
Вот заявление об уходе, я увольняюсь.
- Может, оно и к лучшему.
- Дело не только в Юле,
а в сотрудниках,
которые ее бойкотируют.
Поэтому происходят накладки.
Какой-то детский сад.
- Но это не детский сад, Аня.
Детский сад - это то что ты ей
продолжаешь верить, понимаешь?
Я настаиваю на том, чтобы она ушла.
- Нет, это невозможно.
Пусть сотрудники,
которые ей завидуют, уходят.
Паша, я тебя очень прошу. Я не могу
ссориться все время, ну правда.
- Неделя. Я даю тебе неделю.
Если ничего не изменится, я сам
ей сообщу о нашем решении. Ясно?
- Может быть, ты прав.
- У Иры личная жизнь,
так что мне придется ночевать дома.
- Мама, даже не думай.
- Что не думать?
- Я справлюсь сама. Езжай с Пашей.
- С Аней одна останешься?
- Ну, конечно, мам. Я что, маленькая,
что ли? Езжай. Давай ключи.
- Ты уверена?
- Да. Езжай, пока он не уехал.
Давай ключи, я сама доеду.
И вообще, выходные давайте
проведем вместе.
Я не хочу, чтобы вы ссорились
из-за меня.
- Отличная идея.
- Да? - Да.
- Ну все, беги.
Беги-беги, а то уедет.
- Паша! Паша!
Хорошо.
- Очень.
- Привет.
- Добрый вечер.
- Хочу вас познакомить.
Это мой Борис Иваныч.
- Очень приятно.
- Очень рада вас видеть.
- Ирина много рассказывала о нас.
А с Анечкой мы давно знакомы.
- Это наша Марго.
Практически член семьи.
- Представляешь, в кои-то веки
меня кто-то куда-то ведет, Аня!
- Я так за тебя рада!
- Слушай, давай отметим?
- Хорошая идея. Давай.
(Детский плач.)
- Вы о чем-то уже договорились?
- Да, сейчас узнаем.
- Что ты стоишь такая кислая
с листом на голове?
У нас идея: мы решили устроить ужин.
- Угу.
- Ну что ж, тогда всех
приглашаю к нам.
- А к кому это - к нам?
- К нам - это ко мне.
- К нам - это к Паше. Просто
Паша очень хорошо готовит плов,
а казан есть только у него. Свой.
- Ребята, только мы Марго отведем,
иначе она весь плов съест.
- Да.
- Скоро будем. Пока.
- А может быть, пока по мороженому?
- Хорошая идея.
- Кому какое взять?
- Мне эскимо.
- На твой вкус.
- Хорошо.
- Хотя, мам, я лучше сама выберу.
Ладно?
- Да.
- На самом деле я хотела
поговорить с вами наедине.
Простите меня, за то что в последнее
время я вела себя как дурочка.
Не держите на меня зла.
Знаете, глядя на вас, я думаю,
что если бы у меня был отец сейчас,
то моя жизнь сложилась бы
как-то по-другому.
- Будьте добры, пломбир и...
- Эскимо, пожалуйста.
Когда папа был еще жив,
я маленькая была и... Спасибо.
...Мы тоже гуляли по этому парку.
(Всхлипывает.)
- Все, все. Успокойся.
Все хорошо. Все, пойдем.
- Вы не сердитесь?
- Нет.
- Правда?
- Да.
- Помирились?
- Угу.
Держи. - Я так рада,
что вы наконец-то общий язык нашли.
- Будем надеяться.
- Что с ужином?
Я очень голодна, мама.
- Идем.
- Мам, Анечка прямо в кроватке
уснула. Ах, какая вкуснотища!
Боже мой! Мама, тебе так повезло.
У вас здесь так уютно.
Я, между прочим, у вас в первый раз
в гостях, так что...
- Ну, давайте.
- За вас.
- Спасибо вам огромное за вечер.
У нас просто с Боренькой
еще чемоданы не собраны.
Юлечка, мы можем
вас с Анечкой довезти.
- Нет, спасибо. Мы остаемся,
тем более что Анечка спит.
(Детский плач.)
- Ой, проснулась.
Все, целую.
- Давай, пока.
- Очень приятно было познакомиться.
- Спасибо за вечер.
- Я очень рада за вас.
(Детский плач.)
- Может быть, мы все-таки
вас отвезем?
- Да нет, спасибо. Я помогу
со стола убрать. Да, дядя Паша?
- Ну, все, хорошей дороги.
- Спасибо.
- Аккуратнее.
- Пока-пока. - Пока.
- Что-то она там долго.
Пойду посмотрю.
- Дядя Паша, знаете, у меня
раньше не было времени
сказать вам об этом, но я понимаю,
почему мама вас так любит.
Вы такой сильный,
такой привлекательный.
- Все? Спасибо.
- Это вам спасибо, дядя Паша.
- Тетя Юля, давай на ты, а.
Взрослые люди.
- Давай на ты. Давай на брудершафт.
Давай.
- Что это?
- Ты же сказал - на ты?
Ты будешь дальше делать вид,
что между нами ничего нет?
А как же там в парке,
когда ты меня обнимал?
Какая-то искра пробежала же?
- Слушай сюда, девочка.
Я люблю твою мать
и люблю ее безгранично,
любил твоего отца - это лучшие люди,
которых я знал.
И знаешь, о чем я думаю,
глядя на тебя? - Догадываюсь.
- Я думаю о том, как у них могла
родиться вот такая дочь.
- Да?
- Да.
Значит так: чтобы ни дома,
ни в офисе я тебя больше не видел.
Все, пошла. - Ты мне угрожаешь?
- Я тебя предупреждаю:
оставь свои игры.
- А если не оставлю? Тогда что?
- Ну ладно я,
я для тебя чужой человек,
но мать-то твоя здесь при чем?
Она ждет от тебя...
- Мама!
- Встань!
- Мама! Пусти меня! Пусти меня!
Мама, я должна была сказать
тебе об этом раньше.
Давно, мама.
Он приходил к нам домой,
когда тебя не было. Ко мне.
Мама, он угрожал мне.
Я боялась тебе сказать,
я видела, как ты его любишь.
Мама, ну я пыталась,
я пыталась тебе сказать.
Я же говорила:
не приводи его к нам в дом.
Мама, сегодня в парке, когда он
меня обнимал, ты видела его лицо?
Что, мама?
Мама, ты чего?
- Врача.
- Что?
- Врача.
- Сейчас, подожди. Подожди!
Мамуся, врачи сказали,
что все обошлось.
Почему ты мне раньше не говорила,
что у тебя уже такое было?
- Юля, а Аня где, с кем?
Ира приехала?
- С ней все хорошо, не беспокойся.
Хорошо, что у него хоть
хватило совести тебе не звонить.
- Не смей говорить о нем плохо.
- Ты мне не веришь?
Мама, мне, своей дочке?
- Юля, а что ты хочешь?
В суд на него хочешь подать?
В тюрьму посадить?
- Хочу ладошки.
- Выйдите из палаты немедленно!
Посещения прекращены.
Как вас вообще пустили?
- Во-первых, не кричите! Во-вторых,
это моя мать и я имею на это право!
- Юля, уходи, а? И не приходи.
Я не хочу тебя видеть.
- Попрощаться я могу?!
Отдыхай, мамуся.
Мы без тебя отлично справимся.
- Доброе утро, Юлия. Я пытался
дозвониться до Анны Андреевны...
- В больнице.
- В больнице? - Да.
- А Павел Сергеевич поручил
все вопросы решать через нее.
- Что?
- Его нет и не будет.
Он передал все полномочия
Анне Андреевне.
А вы разве не знаете?
- Нет, я в курсе.
Я временно буду исполнять полномочия.
И скажите об этом всем.
Зайдите ко мне в кабинет.
Забыла, как вас зовут?
- Дмитрий.
А мама меня звала Митей.
Можно?
- Конечно.
Я так рада, что мы наконец узнаем
друг друга поближе. Садитесь.
- Я принес тут подписать
кое-какие бумаги.
Я, правда, не уверен...
Может, все-таки стоит навестить
вашу маму в больнице.
- Нет, к ней никого не пускают.
Даже меня.
Что, вы сомневаетесь
в моих полномочиях?
- Нет, что вы!
Просто это такая ответственность.
Я не могу дозвониться
до Павла Сергеевича.
Может, я сейчас заеду к нему домой?
- Домой? - Домой.
- Сейчас?
- Сейчас.
- Насколько я помню,
ваш рабочий день до семи.
- Ой, простите, я что-то забылся.
- Ничего, ничего.
У нас с вами, Дмитрий,
очень много дел.
Чаю хотите?
- Да.
- Вы знаете, я давно хотела
вам сказать:
я очень ценю то, что вы, в отличие
от многих других работников,
никогда не были настроены
против меня.
- Нет, ну что вы, как можно?
- Хочу посвятить вас
в некоторые подробности
нашего семейного бизнеса.
К сожалению, дела обстоят
не так хорошо:
Павел Сергеевич все пустил
на самотек.
Как можно было все скинуть на маму?
Как?! Она же очень больна.
У нее сердце. Понимаете?
- Да, понимаю. Хотя нет.
- Я хочу как можно скорее
войти в курс всех дел.
Хочу быть для нее опорой.
Она на меня надеется.
Поэтому мне не обойтись без вас.
А ей не обойтись без нас. Понимаете?
- Понимаю, понимаю.
- Насколько я помню, сейчас стоит
вопрос о том, что делать с кредитом.
- Да.
- Расскажите.
- Сейчас.
(Звучит музыка.)
- Черт, где эта флешка?
Дмитрий, я думала, вы уже ушли.
Смотрю, у вас экран горит -
хотела выключить компьютер.
- Да, я уже собирался.
Мне кое-что нужно доделать дома.
А утром я все-таки заеду
к Павлу Сергеевичу домой.
- Какой вы ответственный сотрудник!
Наверное, поэтому вас так любят?
- Да я просто люблю свою работу.
- Какие у вас руки мужественные.
Не для офиса.
Другой на вашем месте
воспользовался бы ситуацией:
бери и беги - начальства нет.
Столько денег!
На всю жизнь бы хватило.
- Да что вы!
Для меня Павел Сергеевич
и Анна Андреевна как родные.
- Как семья?
- Да.
Ко мне никто так не относился
после того, как умерла моя мама.
Да и потом, зачем мне деньги?
Мне и так хватает.
- Я пошутила. Вы не воспринимайте
мои слова всерьез.
Вы домой?
- Да.
- Я тоже домой.
Подвезу вас?
- Да нет, я, пожалуй, сам, не надо.
- А все-таки?
- Кто вы и кто я!
Нет, мне недалеко, я доберусь.
- Уверены?
- Уверен.
- Точно?
- До свидания.
(Звонок в дверь.)
- Вы?
- Войти можно?
- А как вы узнали, где я живу?
- В отделе кадров, конечно.
Ты живешь с книгами?
- Да.
Но зачем?..
- На работе нельзя.
А сам бы ты меня к себе домой
никогда не решился пригласить.
Знаешь, что самое сексуальное
в мужчине?
Ум.
Женщины любят умных мужчин.
Особенно умные женщины.
- Да?
- Ну вас же совершенно
невозможно одних оставить:
ты в больнице,
Паша там горе свое заливает, а Юля...
Я вообще не понимаю,
как вы могли такое допустить.
- Что?
- Я в офисе была -
она там верховодит вовсю.
- Где?
- В офисе.
- Как - в офисе? А Аня с кем?
- Аня у меня дома.
- Ира!
- Я же сказала: меня не беспокоить!
- Привет.
- Мама? Привет.
- Неплохо устроилась ты, я смотрю.
- Ну, кто-то должен был.
Ты пришла - я теперь спокойна.
Я как раз собиралась уходить.
Поняла - не мое.
- А что твое?
Куда торопишься? К Ане, наверное?
Аня с Ирой, все в порядке.
- Здравствуйте. Мы из полиции.
Можно поговорить с руководством?
- Пожалуйста. - Скворцов Дмитрий
Алексеевич был вашим бухгалтером?
- Почему "был"?
- Ваш сотрудник погиб минувшей ночью.
- Садитесь.
- Я пойду?
- Как "погиб"? - Мы расследуем
обстоятельства его гибели.
- Слушайте, у меня в голове
не укладывается.
Он столько лет работал тут.
- А что вам известно о нем?
О его личной жизни?
- Да мне кажется, не было у него
никакой личной жизни -
он все время на работе.
Отличный сотрудник.
- Ну конечно отличный -
он обнулил счета вашей фирмы.
- Как обнулил?
- Со своего ноутбука.
- Подождите, нам большая сумма
поступила в счет кредита.
- Ну, видимо,
бухгалтер ждал свой шанс.
- Нет, это невозможно.
Нет, слушайте, Дима...
он очень такой... был...
Очень рассеянный.
Во всем, что не касается работы,
он очень непритязательный.
- Эта рассеянность стоила ему
шикарного будущего.
Судя по беспорядку в его квартире
и по собранному чемодану,
он намеревался оставить
непритязательную жизнь:
забронировал через интернет
билет в Таиланд.
Один билет в один конец.
И на сегодняшний день у него
были совершенно другие планы.
Я понимаю,
что вас волнует судьба денег.
Наши сотрудники займутся этим,
конечно, но...
Практика показывает, что бухгалтера
умеют спрятать свои деньги.
А не могло у него быть
подельника или подельницы?
Подумайте, вдруг что-то вспомните.
На Клайда он, конечно,
не похож, но как знать?
Вот мой телефон. До свидания.
- Спасибо.
- Опять уезжаешь?
- А ты как хотела? Ты меня упрекаешь,
ненавидишь меня, я тебе мешаю.
Я уезжаю, мама.
- На этот раз не выйдет, Юля,
ты слишком далеко зашла.
- Я не понимаю, о чем ты.
- Никому нет дела
до какого-то жалкого бухгалтера,
который настолько умен,
чтобы украсть деньги, много денег,
и настолько глуп,
чтобы так нелепо и сразу погибнуть.
- Я не понимаю.
- Ты все прекрасно понимаешь.
Такси ждешь?
- У меня полчаса еще есть.
- И ты действительно не понимаешь,
что все это шито белыми нитками,
что все это
просто вопрос времени, Юля?
Ты убила человека, Юля.
- Он сам виноват.
- Ты ради чего это сделала?
Ради денег?
- По-моему, деньги -
это не самая плохая компенсация.
- За что?
- За то, что одним - все,
а другим - ничего.
- Юля, у тебя было все,
что ты пожелаешь.
- Нет, мама, это у тебя было все:
работа, друзья, мужчины.
Двое тебя просто обожали.
А меня никто не любил.
Кроме тебя, конечно.
Мама, ну почему?
Ты у нас хорошая, ты у нас святая.
А я тогда в кого?
У меня даже материнского инстинкта
нет, который мне положен.
- Юля, что ты будешь потом делать,
когда деньги закончатся?
Ведь деньги рано или поздно
закончатся, Юля.
- Вернусь. Мама, я вернусь.
- А-а.
- Мама, я вернусь.
Если будут спрашивать, скажи,
что дочь всю ночь провела
у постели больной матери.
Не провожай меня. Пока.
- Что происходит? - Вы задержаны
по подозрению в убийстве.
- Я? Я не убивала никого, вы что!
Мама! Мама!
Нет, это не я! Это не я!
Мама, скажи, что это ты!
Ну скажи, что это ты все придумала!
Павел! Мама, он убил папу!
Он убил, не я!
- Привет.
- Ты одна?
- Одна.
Они под окном стоят.
Хочешь увидеть Аню?
- Не-а, не хочу.
Психушка - это лучшее,
что ты могла для меня сделать?
- Я ничего не делала.
- Значит, я ненормальная?
Но это же не так, мама?
- Конечно не так.
- Только ты так думаешь.
- Пусть так, я же мама твоя.
- У меня выступление в воскресенье.
Ко всем придут, и ты приходи.
И туфли те, с золотой пряжкой,
возьми с собой
и папе скажи, чтобы он приходил.
Скажи, чтобы не забыл.
- Папа не забудет.
- Ее признали невменяемой.
- Но это не так, Аня.
Или ты в это веришь?
- Она поправится.
Юля обязательно поправится.
 

////////////////////////////