«Пятый битл» — биографический фильм о жизни музыкального менеджера
Брайана Эпстайна. Режиссёром стал Джо Стивенсон, заменивший Йонаса
Окерлунда и Сару Шугарман по ходу съёмок. Главные роли исполнили Джейкоб
Форчун-Ллойд, Эмили Уотсон и Эдди Марсан.
Все фразы и цитаты
ОСНОВАНО НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ
Клуб «Кэверн».
Ливерпуль.
9 ноября 1961-го.
Момент, когда моя жизнь
изменилась навсегда,
и я точно понял,
в чём моё призвание.
Но я забегаю вперёд.
Для начала — небольшая предыстория.
1959 год.
Я работаю в мебельном магазине.
Это наше семейное дело.
Его открыл мой дед.
Он приехал в Англию,
практически не зная английского языка.
Дед передал бизнес моему отцу,
который собирается оставить всё мне.
Ему не нравится, как я выставляю товар.
Он говорит: «Брайан, мы не в театре,
ты продаёшь людям мебель».
Но времена меняются,
теперь нужно продавать мечту.
О, Роберт!
Это именно то, что я искала.
Проблема в том,
что сам я мечтаю о чём-то большем,
нежели всю жизнь продавать мебель.
ПЯТЫЙ БИТЛ
Долго мы тут ещё будем сидеть?
Служба была чудесная.
Вот время летит,
вы с братом уже совсем взрослые.
И Брайан превосходно ведёт дела в магазине.
А ты другого ожидал?
Он у нас талант.
Он продал зеркало, сказав покупательнице,
что та прекрасно в нём выглядит.
Он умеет продавать.
Вообще-то, я продал 2 зеркала и радиолу.
Яблоко от яблони недалеко падает.
Почему ты его прямо не похвалишь?
Он хвалит.
Правда.
Но раз уж мы об этом заговорили.
Я хочу попробовать что-то новое.
А! Как я мог забыть.
Ты же у нас неугомонный.
Все эти частные школы
тебе явно не пошли на пользу.
Он научился красиво говорить.
Ты радовалась,
когда он захотел стать модельером.
А что тут плохого,
у него к этому талант.
И поэтому он стал актёром.
Точнее, попытался.
Очередная блажь,
из которой ничего не вышло.
Он же учился в королевской академии!
Зато теперь он наконец-то нашёл то,
что у него получается!
- Если дашь мне сказать, я всё...
- Ну так говори!
Это он и пытается сделать.
Я хочу попробовать
продавать что-то другое.
Мы уже продаём
пластинки классической музыки.
Но я хочу продавать больше поп-музыки,
больше современных исполнителей…
Таких как Лонни Донеган,
Элвис Прэсли, Фрэнки Вон.
О да.
Ты знаешь, я люблю музыку и я знаю,
что сейчас слушает молодёжь.
Я уже советую покупателям пластинки,
которых у нас нет.
Что?
Я к тому, что мы должны
расширить ассортимент.
Чтобы покупатели шли к нам,
а не к конкурентам.
Я думаю, это прекрасная идея.
А ты, Гарри?
То есть, ты будешь
определять ассортимент?
- Да.
- Ты точно к этому готов?
Мне просто нужно время.
Но обещаю, ты не пожалеешь.
Я надеюсь.
Ну пойдём уже?
- Так я всё жду, пока ты...
- Куини, тише, не забывай, где мы.
За 2 года мы стали одним из крупнейших
магазинов винила в Северо-Западной Англии
и самым популярным местом
для ливерпульских меломанов.
Спасибо, Милли.
Девушки рассказывают обо всех новинках,
первыми покупают свежие пластинки.
И они же приводят в магазин парней.
Одни приходят ради музыки,
а другие — ради девчонок.
Те, кто приходит ради музыки,
мечтают стать британскими Элвисами.
Как видите.
Классика — вот это больше по мне.
Джаз.
Дело вкуса.
Поп-музыка.
Моя любимая и самая ходовая категория.
Особенно саундтрек к «Югу Тихого океана».
«Я вместе с шампунем смою мысли о нём».
Музыка — это не просто то,
что мы слушаем.
Она — часть нашего «Я».
То, что связывает всех нас.
«Любой винил из любой точки
менее, чем за 5 дней».
Это я придумал.
Это политика нашей фирмы
и повод для гордости.
Я угадал насчёт «Johnny Remember Me».
Мы продали 300 штук
и она до сих пор нарасхват.
У вас потрясающее чутьё.
И лучшие сотрудники.
Алистер Тэйлор — мой помощник.
Как насчёт чая?
А это что за отметка в книге заказов?
«My Bonnie — перезвонить в понедельник»?
Их выпускают в Гамбурге.
Я звонил агентам по импорту.
И?
Минимальная партия для заказа —
двадцать пять штук.
Перепевка народной песни на неизвестном
немецком лэйбле, того не стоит.
«Любой винил»?
Груз из Гамбурга идёт две недели.
К этому времени про них уже все забудут.
Пресса не согласна.
Не похожи на немцев.
Так они из Ливерпуля.
Они регулярно выступают в «Кэверн».
Пошли.
А как же чай?
Пошли!
Мистер Брайан...
Это мистер Брайан, я вам говорил.
Мы можем зайти?
- Конечно.
- Мистер Брайан!
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ
В КЛУБ «КЭВЕРН»
Извините. Извините.
Извините. Извините, спасибо.
Заблудились?
- Что?
- Вы заблудились?
Так это не филармония?
Давайте сюда пальто.
Иначе ему быстро ноги приделают.
Шикарная ткань.
Вы его на заказ шили?
Извините?
Проехали.
Большое спасибо!
Вот так и надо вести себя с дамой.
Смотрите и учитесь.
Извините.
Разрешите.
Мои пещерные обитатели!
Прошу минуту тишины.
Поднимите руки, кто забыл дома обед?
Специально для вас
у нас четыре свежих гамбургера!
Гутэн таг!
Ви гейт эс, либе фройндэн?
Давай потанцуем?
Знаешь, я лучше...
О, надо же, вы снова здесь.
Ладно.
И наша первая песня —
её же написали не мы?
Нет, не мы.
Её написал другой парень.
И вам она нравится, да?
Два, три, четыре!
Спасибо!
- У тебя есть зажигалка?
- Где-то посеял.
Куда я её сунул?
О, это обслуживание номеров.
Скорее обслуживание коморок.
Здравствуйте, меня зовут Брайан Эпстайн.
Здравствуйте, меня зовут Джон Леннон.
Меня — Пол Маккартни.
Я Джордж Харрисон, очень приятно.
- Пит Бэст.
- Можно зайти?
Тогда кому-то придётся выйти…
Шучу!
Ну, и что же вас сюда привело?
Ну…
Садитесь.
В нашем магазине, «NEMS», люди часто
спрашивают вашу пластинку, «My Bonnie».
И «Любой винил из любой точки».
Такова наша политика.
У нас не так много
записей местных групп.
У вас нет Билли Фьюри?
Нет, Фьюри у нас есть.
Извините.
Наши покупатели
интересуются вашей пластинкой.
И вы потрясающе играете.
- Потрясающе.
- Замечательно.
- Спасибо.
- Мы польщены.
Я пойду, вам же надо переодеться.
Во что?
Ну, спасибо, что зашли
и за добрые слова.
Спасибо вам.
Подкиньте пару шиллингов нашей Сирил?
Сирил — ваш менеджер?
Она гардеробщица, но у неё отличный голос.
Приходите послушать.
Заглянете ко мне в офис?
«NEMS» на Уайтчепел. Поговорить.
А давайте вы лучше вы к нам?
У вас есть офис?
Нет, но для вас сделаем.
- И ещё раз, вы правда играли потрясающе.
- Потрясающе.
Потрясающе.
Правда.
Тогда я вас жду.
- Да. Спасибо. Большое вам спасибо.
- Большое вам спасибо.
- До свидания.
- До свидания!
- Извините. Но они играют ужасно.
- Знаю.
Но ты видел?
Как они заворожили зал?
Вы серьёзно?
- Правда?
- Да.
Я бы хотел стать их менеджером.
Что?! Вы же сейчас шутите, да?
- Да они же просто четвёрка оборванцев.
- Исправим.
- Мистер Брайан, у вас же нет опыта!
- Научусь в процессе.
- А магазин? Кто им будет заниматься?
- Буду совмещать.
- Но вы ни разу не вели дела группы!
- Я верю в себя.
У них есть менеджер!
Аллан Уильямс!
Одни говорят, что это они
открыли «Битлз».
Другие — что по своей глупости
им отказали.
И только Аллан Уильямс
сделал и то, и другое. Аллан!
Прежде, чем ты что-либо скажешь,
они связаны контрактом.
Я не знал.
И спросить тебе тоже в голову не пришло?
Иначе ты бы знал,
сколько они для меня значат.
Я не сомневаюсь, Аллан.
Да, эти ребята мне очень дороги.
Я их нанял и лично отвёз в Гамбург.
И нанял их красить туалеты?
Да, но я об этом сто раз пожалел.
Старые граффити выглядели куда лучше,
но всё остальное в клубе
они расписали нормально.
Рад слышать.
Спроси кого угодно.
Любой скажет,
что без меня они бы были никто.
Не сомневаюсь.
Но я пригласил тебя потому,
что хочу стать их менеджером.
Если они согласятся.
Так могу я взглянуть на ваш контракт?
Думаешь, они станут
популярнее «The Shadows», да?
Для начала.
Так можно мне контракт...
Мы ничего не подписывали,
договорились на словах.
Но все расходы я оплатил
из своего кармана.
Бензин.
Билеты на паром до Гамбурга.
Аренда фургона.
Аренда инструментов.
И я так и не получил
свою комиссию в 10 процентов.
Мне должны 9 фунтов и 10 шиллингов,
и я всё больше сомневаюсь, что...
Если они перейдут ко мне,
то ты свою комиссию получишь.
Они вечно опаздывают!
И у них даже инструментов своих нет!
Представляешь!
Я приму к сведению.
Тебе стоит переименовать их в «Бутлз»,
потому что дальше этого пригорода
про них никто никогда не узнает.
- Спасибо. За...
- За что?
Играть они умеют, ничего не скажу.
Но на твоём месте
я бы с ними не связывался.
- Мистер Брайан, они здесь.
- Хорошо. Здравствуйте.
Проходите.
Здравствуйте.
Сейчас такое нечасто встретишь.
Мы не можем начинать без Пола.
Он купается.
Скоро придёт.
Он же опоздает.
Зато будет чистый.
Но пунктуальность — это очень важно.
Мы — рок-н-ролльная группа,
а не церковный хор.
Любите корриду, мистер Эпстайн?
Да. Люблю, я...
- Вам идёт.
- Эй, ребята!
Я просто часто бываю в Испании.
Это завораживает.
Человек и зверь. Игра со смертью.
Скорее погоня за смертью.
Вы прямо Эрнест Хемингуэй.
Так чего вы от нас хотите?
Я собирался спросить,
что я могу сделать для вас.
Нам ничего не надо, у нас всё есть.
Аллан Уильямс возил нас в Гамбург.
А Брайан Эпстайн отвезёт в Нью-Йорк.
Сколько вам заплатили за Гамбург?
Деньги не главное.
Это они вам так говорят.
Музыкальный бизнес — это прежде
всего бизнес, и деньги тут главное.
Знай я, что тут столько стиральных машин,
я бы помылся не дома, а прямо здесь.
Мистер Эпстайн обещает
отвезти нас в Нью-Йорк.
Правда?
Когда?
Вы безусловно талантливы.
И ваша энергия бьёт ключом.
- Это всё бабулины таблетки.
- И у вас есть чувство юмора.
Чёрт, Нэдди, он нас раскрыл.
Но ваш сценический образ.
В нём есть шарм.
Шарм!
Но вам как будто всё равно,
как вы выглядите.
- Фанаты не жаловались.
- Эти ребята из «Кэверн»?
Вы повежливее,
эти девчонки — наши будущие жёны.
Ну и что же вы хотите
от лохматых, неопрятных, неискушённых,
но талантливых и симпатичных ребят?
Хочу быть вашим менеджером.
- А какие у вас ещё группы?
- Не стану врать — вы будете первыми.
Мой магазин продаёт больше пластинок,
чем любой другой на Северо-Западе.
Я чую хит ещё до того,
как пластинка высохнет.
Да.
Я каждый день общаюсь с лэйблами.
И к моим рекомендациям точно прислушаются.
Что вас смущает?
- А вам с этого что?
- Двадцать пять процентов.
- Это нормально?
- Это честно.
И каждую неделю буду платить наличными.
Слушайте,
я пытаюсь вам объяснить,
похоже, не очень успешно,
что вы особенные.
Я никогда не забуду то ваше выступление.
У вас большое будущее.
И я обещаю за вами присматривать.
- Это ваш «зодиак» стоит на улице?
- Да. «Зефир-Зодиак».
Мы, кажется, покупали фортепиано
в магазине «NEMS».
Тогда мы практически родственники.
А мы купили у вас диван.
Мы с вами тогда кто?
Всё равно, что семья.
Только лучше. Никаких секретов.
Вот.
- Я его не подпишу.
- Мистер Брайан!
Если не понравится, разорвёте и уйдёте.
«Настоящий контракт заключён 01.10.1962
между “НЭМС-Интэрпрайзес-Лимитед-”...
Брайан!
Помогите!
А! Нет, пусти!
Прекрати.
- Идеально.
- Тебя не узнать.
Спасибо.
Видели Пита?
Идеально.
- Ничего себе.
- Джордж, тебе очень идёт.
- Я знаю.
- Оу.
- Теперь ты, Брайан.
- Ну нет.
- Давай-давай.
- Даже не вздумайте.
И все вместе.
Посерьёзнее.
Все разом.
Три, два, один.
- Поясной поклон.
- Это как?
Ладно.
Смотрите.
О! Браво! Просто прекрасно!
Восхитительно! Отлично, Брайан.
Волшебно.
Просто волшебно. Превосходно.
Ваша очередь, Пол.
Ладно.
Три, два, один.
Идеально.
Класс.
Ну всё, мы готовы.
Всё?
Спасибо!
Вы правы, в них и правда что-то есть.
И «NEMS» давно сотрудничает с «Decca».
Здравствуйте, ребята.
Привозите их к нам в Лондон.
На прослушивание.
Спасибо, Майк.
Спасибо.
Приехали.
Чёрт!
Всё затекло!
Вы за временем следите?
Ну да.
Когда мы выезжали, было лето.
Привет, Брайан.
Быстрее.
Мы вчера ходили в паб,
и опять платили мы.
- Сегодня моя очередь.
- Отлично.
Не брюзжи только.
Эй, Пит, скажи, ты сколько кофе перед
прослушиванием выпил? Ты куда так шпарил?
А ты себя слышал?
Конечно, нет,
потому что ты лупил как бешеный!
- Ребята, это было...
- О. Было что?
Да, вы были не на высоте,
но зато теперь у нас есть демо.
Демо. Класс, отлично.
Слышали? Молодцы, парни.
В следующий раз вам, пожалуй,
стоит получше разогреться перед игрой.
Да, потому что десятичасовая тряска
в ледяном фургоне
очень хорошо сказывается
на вокальных гармониях.
Но тебе-то откуда знать,
ты ехал на лимузине.
Я просто подумал,
что будет лучше, если...
Что? Если мы что?
Наденем другие галстуки?
Будем все кланяться одновременно?
Давай ты в следующий раз поедешь с нами.
Настроишь мою гитару?
Хотя, думаю, ты и этого не умеешь.
Ну хватит, Джон, перестань, правда.
Джон, пожалуйста, послушай...
Послушай, послушай.
Послушай, что говорит Брайан,
потому что он всё исправит!
Пит, у тебя есть верёвка?
Чтоб нас привязать?
Как вы будете управлять
своими марионетками без верёвочек?
Извини, Брайан.
Что теперь?
Ну, теперь...
Майк Смит поговорит с Диком Роуи,
который отбирает артистов.
Ясно.
А… Это тебе, держи.
Всё нормально.
- Спасибо.
- Да.
- Я сейчас.
- Хорошо.
Джон.
Никто не будет стараться ради вас так,
как ради вас стараюсь я.
Не забывай.
Да.
Я знаю.
У нас с ними встреча во вторник.
Они пригласили нас к себе
на выходные, за город.
Посмотрим, как пойдёт.
Как там тот новенький,
что у него с продажами?
Его пластинки хорошо раскупают,
так что у нас большие планы.
Вот и славно.
Мистер Роуи!
Наконец-то мы встретились лично.
О! Большое спасибо, что приехали.
Вы знаете Сидни Артура Бичера-Стивенса?
Это всё один человек?
Я глава отдела продаж,
очень приятно, мистер Эпстайн.
Может, закажем что-нибудь,
чтобы это отметить?
Вы продали много наших пластинок.
Но я здесь не поэтому.
А где Майк?
Это разговор не уровня Майка.
Вы превосходно ведёте дела,
мистер Эпстайн.
Вы один из наших лучших клиентов.
Я как раз говорил об этом.
Да, точно.
Благодаря моему чутью
я вижу хиты и умею продавать.
Если вы и дальше будете их продавать,
мы продолжим их выпускать.
И всё у нас будет отлично.
Это всегда непростое решение, но...
Я не понимаю.
- Что именно?
- К чему вы ведёте?
Мне кажется, что вы не хотите брать
мою группу к себе на лэйбл.
Вы прослушали демо?
Разумеется.
Я один из ваших лучших клиентов.
Это не повод
брать вашу группу к нам на лэйбл.
Я много лет занимаюсь поиском талантов.
Я знаю, как всё устроено, и что гитарные
группы скоро никто не будет слушать.
И мне не нравится их звучание.
Вы не понимаете от чего отказываетесь.
Послушайте, зачем вам это, мистер Эпстайн?
У вас процветающий бизнес.
Вы умеете зарабатывать и вести дела,
у вас безбедная устроенная жизнь.
Почему вы готовы спустить
уйму денег на кучку оборванцев?
Благодарю вас.
Извините, что отнял время.
Ну куда вы, сядьте, давайте поедим.
Я умираю с голода.
Да перестаньте!
Это просто группа!
Будут другие и гораздо лучше.
Эти ребята, моя группа,
будут известнее Элвиса.
Потрясающе.
Знаете, это вам стоит выступать на сцене,
а не вашим ребятам.
Юморист.
Официант, можно вас?
Брайан, это не конец света,
есть ещё много возможностей.
Я подвёл ребят.
Я подвёл папу.
И все они это знают.
И что?
Ты просто сдашься?
Помнишь, что ты сделал,
когда упал с велосипеда?
Попросил у вас машину?
Ты всегда отличался от других детей.
И сейчас ничего не кончено.
Отдохни, и завтра с новыми силами
принимайся за работу.
Я иду спать.
Нет.
Нет.
Нет.
Это же совсем не наш профиль, так?
Я говорю — нет.
Проводи.
Извините.
Я поговорю с людьми из «Парлофона».
«Парлофон»?
Они же выпускают комиков.
А мы — рок-н-ролльная группа.
Почему, я умею шутить,
только скажи, когда.
«Парлофон» — часть «EMI»,
и они расширяют ассортимент.
- Понимаю, это не лучший вариант, но...
- Скорее последний шанс.
Пусть хоть так.
Я подумал: пока вы будете в Гамбурге,
я с ними встречусь.
Ну, мы и так посмешище.
Пойдём до конца.
Джон, хватит.
У тебя усталый вид.
Да, выглядишь паршиво.
- У него просто лицо такое.
- А, ну да.
Я в порядке.
Спасибо, что волнуетесь.
Это что?
Эппи сидит на таблетках для похудения.
Для идеальной фигуры
и способности не спать круглые сутки.
- Как в той песне...
- Я просто высокий, и всё.
- Не делайте так больше.
- Почему? Что такого?
- Мне понравилось.
- Они так быстро не действуют.
На меня — быстро, Джон.
Может, он просто стройный от природы.
- От природы.
- Да.
- Вот и всё.
- И всё.
Ну, ладно, хватит острить.
ПАРЛОФОН
Так чего вы от меня хотите?
- Они покорили Ливерпуль, мистер Мартин.
- Джордж.
Джордж.
И вам лучше не упускать эту возможность.
Поясните?
Я знаю, что слушают люди, чего они хотят.
Если они покорили Ливерпуль,
то покорят весь мир.
У одного голос очень приятный.
- Вы, наверное, про Пола.
- А вот у второго — нет.
- Вы говорили с...
- Я говорил со всеми.
Они спрашивают: «Что покупают?»,
«На кого обратить внимание?».
Они не видят, что людям нужно это.
Я знаю, что они немного неотёсанные,
но играть они умеют.
И они сами пишут свои песни,
и отличные песни, и их будет ещё больше...
Всё это не гарантии продаж.
Но ведь вас же не только
продажи заботят, так, Джордж?
Вы продаёте комедийные записи,
и это очень прибыльный бизнес.
Но вы же учились на музыканта?
Музыка у вас в крови.
А эти ребята — вы ни разу
таких не встречали.
Они — настоящие.
Мир меняется.
И они это видят.
И вы, я думаю, тоже.
Вы — один из нас.
Я могу их прослушать.
Нас уже прослушивали.
Мы ходили на встречи.
У них плотный график. Если я их привезу,
то только по условиям контракта.
Значит, вам нужен контракт.
Контракт, по сути,
на одно-единственное прослушивание?
- Всё так, вы правы.
- Ладно.
Ладно.
Хорошо.
Когда вернутся, приезжайте в нашу студию.
Возле стадиона. На Эбби-Роуд.
Спасибо, Джордж.
Брайан.
Скажите, почему мы, почему я?
Вы выпускаете комедийные записи.
Спайк Миллиган, «The Goons».
А надо мной все смеются.
Мы друг другу подходим.
Международный оператор,
соединяю вас с Гамбургом.
Спасибо.
Гутэн таг!
Дас зинд ди кэфер!
Пол? Это Брайан.
Как вы там?
Неважно.
Ну что там с «Парлофоном»?
Мы пообщались.
Я не это спросил.
Я добыл контракт.
Вас взяли.
Ребята, нас взяли!
С нами подписали контракт!
Вы не хотели нас брать — выкусите!
У нас есть контракт!
Как я сказал — никаких секретов.
Но иногда приходится слукавить.
Вот только я не вынесу, если подведу их
и они снова разочаруются.
На этот раз всё прошло иначе.
Наверное, потому, что они играли в студии.
Или потому, что знают: дело в шляпе.
По крайней мере, они так думают.
Как бы то ни было, я не сомневаюсь,
что они «выстрелят».
Будем надеяться,
мистер Мартин со мной согласится.
- Ладно.
- Неплохо.
- Неплохо, ребята, очень неплохо.
- Сыграли её лучше, чем когда-либо.
Как вам, мистер Мартин?
Спускаюсь.
- Спускается.
- Ждём.
Глас с неба.
- Неплохо.
- Спасибо.
- Хотя Пит, мне кажется, немного торопился.
- Да, точно, Пит. Не гони так.
Вы о чём?
Неплохо. Даже очень.
У вас есть потенциал.
- Потенциал? Не преувеличивайте.
- О господи, я сейчас в обморок упаду.
Он у вас есть, и поэтому я скажу вам,
над чем надо поработать.
Пол, у вас хороший голос.
- О, спасибо!
- Хороший.
Да.
А вам, Джон, не хватает контроля.
Вы хрипите на верхних нотах.
Как будто полоскали горло гравием.
Дальше. Пит.
Как бы это сказать.
Вам недостаёт точности.
То, что звучит в клубе в Гамбурге,
будет ужасно звучать на записи.
Нужно больше чёткости.
Так. Джордж, вы превосходно держите ритм.
Добавьте немного живости.
Энергия ритм-гитары подчеркнёт вокал, и он
зазвучит ярче. И всё будет замечательно.
Вам надо найти это в себе,
а моя задача — вам помочь.
У меня, на этом, пожалуй, всё.
Вам что-то не понравилось?
Мне не нравится ваш галстук.
- Вам тоже?
- Я видел и хуже.
Ладно.
Так лучше?
- Гораздо.
- Да. Так лучше. Правда.
Ладно, ну что, ещё дубль?
- Да, давайте.
- Отлично.
- Хорошо.
- Отлично.
- Энергичнее, Джордж.
- А ты не хрипи на верхах.
- Очень смешно.
- Эй, я вообще-то, всё слышу.
Извините.
Надо прекращать по утрам
полоскать горло гравием.
- Ну что, с начала?
- И раз...
- В них и правда что-то есть.
- Да, это точно.
Но Пит.
Не знаю, он…
Что-то в его игре…
Он не подходит для работы в студии.
Ну, у вас же есть волшебный пульт,
там вон сколько кнопок.
Вы же наверняка можете что-то сделать?
Дело не в волшебных кнопках.
Они должны будут записать альбом.
А его игра на ударных
не подходит для записи.
А нам нужна пластинка.
Вам придётся принять решение.
- Как твоя мама, Пит?
- Хорошо. Да.
Наверное, странно, когда в таком возрасте
появляется маленький брат.
О да, расскажите мне.
Но вы меня не об этом поговорить позвали?
- Нет.
- Хорошо.
Пит, у меня для тебя неприятные новости.
Мы с ребятами приняли решение.
Мы ищем нового ударника.
Очень смешно, Брайан.
Ладно, парни, посмеялись и хватит.
Ты же это не серьёзно?
Это же розыгрыш, да?
Пит, ничего личного.
У нас начинается новый этап.
Ты слышал, что сказал Джордж Мартин...
Эй, эй, эй.
Подожди.
Брайан, ты что такое говоришь?
Я — это бит в «Битлз».
Это моё звучание!
Так сейчас все играют.
Ринго.
Ринго?!
Они играли с ним, когда ты болел,
и им понравилось.
Я болел, Брайан.
А не лежал при смерти.
- Пит, так устроен музыкальный бизнес.
- Бизнес.
- А Ринго...
- Ринго?!
Ринго мой друг.
Я тебе вот что скажу Брайан,
фанаты этого не забудут.
Пит, я хотел поставить тебя
в другую группу...
- Вы можете...?
- Нет.
Просто нужно время.
Фанаты тебя простят.
А он вряд ли.
Не волнуйтесь, он это переживёт.
Он сильный парень, он же из Ливерпуля.
Алистер, Ливерпуль выживает тем,
что не забывает.
- Ты там был?
- Да, я тоже ходил.
Выглядит замечательно, Фрида!
Витрина!
- Сорок девятое место в чарте, да?
- За столом никаких разговоров о работе.
- Я просто спросил.
- Это первая неделя.
- И сколько ты на этом зарабатываешь?
- Гарри!
- Что?
- Пенни за пластинку. Около пяти.
Клайв, перестань дразнить брата.
Они, конечно, не Фрэнк Синатра,
но песня очень хорошая.
Я позвонила на все радиостанции и попросила
их поставить её в эфир ещё раз. Дважды!
Надо потренироваться менять голос,
а то они меня уже узнают.
А мать Элвиса тоже звонила
на все радиостанции?
Встречу — спрошу.
Нам просто нужно время.
Продавал бы ты лучше мебель.
Стулья людям нужны всегда.
Гарри, хватит!
Брайан.
Не надо.
Самое сложное - это начать.
Я не ждал сразу один хит за другим.
Не сгущайте краски.
Опять без стука?
Ну, дверь была нараспашку, но я могу уйти.
Нет. Не надо.
Что у тебя?
Я просто подумал, вам стоит знать,
что «From Me To You» — номер один.
«Битлз» — номер один! А?
По-моему, это повод отметить?
Или ждёте первого сингла Присциллы Блэк?
Или следующего хита
«Gerry and The Pacemakers»!
«Как у тебя это выходит,
расскажи, в чём твой секрет?»
К нам пришли новые группы.
Наши музыканты распространяли ливерпульское
звучание по всем городам страны.
«Gerry and The Pacemakers» —
потрясающая харизма и всегда полные залы.
Мы взяли их вторыми,
но они первыми возглавили хит-парад.
- Не забывай!
- Эй! Не зазнавайся!
Ребята — не ссорьтесь!
Наша первая группа,
но вы и так про них всё знаете.
«Billy J. Kramer and the Dakotas».
Красавец и с роскошным голосом!
Томми Куигли,
он непременно станет звездой.
- Томми Куикли — звучит гораздо лучше.
- Да.
И моя любимая Силла.
Мёрси-бит.
Это слово сейчас
означает нечто совсем иное,
чем во времена, когда Ливерпуль
был всего лишь крупным портом.
Потому что теперь этот великий северный
город стал центром новой индустрии,
с которой ассоциируется даже в большей
степени, чем со своей архитектурой.
Привет, дорогая.
Ну?
Выглядишь сногсшибательно.
Это тебе.
Ну что ты, не стоило.
Разве я могу не принести цветы подруге,
которая выступает на разогреве
у британской группы номер один?
Да ни в жизнь, Силла Уайт.
- Я Силла Блэк.
- О, извини, забыла.
Я тоже всё время забываю.
Боже, я так нервничаю!
Не переживай.
Вспомни, как они торчали у вас в гостях.
Да, точно.
Если бы не Брайан, я бы до сих пор
работала гардеробщицей в «Кэверн».
Этот твой Брайан такой красавчик.
Да, в портовом районе таких не встретишь.
Он как кинозвезда.
Вы это про кого?
Вам нужно распеваться, мисс Блэк.
А. Поздно.
Это тебе.
О, ты меня страшно балуешь.
Пожалуйста, поставь их туда.
Конечно.
Удачи, Сил.
Или «ни пуха, ни пера».
Да, сегодня без перьев.
Зато в дорогущих колготках!
Пошли!
Выглядишь чудесно.
- Я говорил? Правда!
- О, спасибо!
Я просто пожелаю тебе удачи, Сирил.
Иди ты к чёрту, Ринго!
Я его прибью.
Они же не будут называть
меня «Сирил» на сцене?
Не будут.
Твой звёздный час.
Я люблю тебя.
Взаимно.
Вот только у меня есть парень,
это ты свободен.
Так.
В Лондоне я открыл наш офис возле театра
«Палладиум», в самом сердце Вест-Энда.
Группа набирает популярность,
а значит, нам нужно расширять штат.
Пресса, букеры, пиарщики.
Привет, Фелисити!
Доброе утро.
Финансы.
Авария.
Мэл Эванс и гастрольная команда.
А это — кабинет моего брата Клайва.
Он тоже директор, но в основном
он занимается нашими делами в Ливерпуле.
Всё в семью — папа доволен.
И за мной присмотр.
Но я и сам прекрасно знаю,
что нужно делать.
Давай ещё раз.
С самого начала.
Готовы?
Диктую.
КОРОЛЕВСКОЕ ЭСТРАДНОЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ
Все участники концерта
выступают бесплатно.
Деньги от продажи билетов пойдут в фонд
помощи людям из индустрии развлечений.
Я верно прочёл?
Марлен Дитрих тоже участвует
в Королевском эстрадном представлении?
Да, и Берт Бакарак, Стэпто и сын,
Бадди Греко и...
Так мы — единственные не из мира
богатых и знаменитых англичан?
Ну, Берт Бакарак вообще-то американец.
Да, это много меняет.
Но почему мы выступаем с этими звёздами?
Наши фанаты на это шоу не придут.
Да, на билет у них нет денег.
А пригласительные —
только для друзей принцессы.
Ну, Брайан с ней не знаком.
Знаете, в чём тут дело?
У тебя должно быть немерено денег.
- Спасибо, Джон, мы тебя поняли.
- Только не начинай.
Только там вот этого не надо.
Что «не надо»?
Забывать своё место?
Говорить о неравенстве?
Со сцены я могу говорить, что захочу.
Могу даже ругаться.
Нет.
И выругаюсь.
- Он шутит.
- Он может.
Он может.
Я выругаюсь — я решил.
- Он не шутит.
- О боже.
Наш выход!
Марлен, я иду к тебе!
- Удачи, ребята.
- Вон там принцесса!
Здравствуйте!
Спасибо.
И для заключительной песни
нам нужна ваша помощь.
Нет, Джон, не вздумай.
Пусть люди с дешёвыми билетами похлопают?
А остальные просто позвенят украшениями.
Спасибо.
Мы споём как раз про деньги.
Это уже не просто новая музыка.
Это новая Британия.
На очереди — весь мир.
Если ребята действительно хотят
продать много пластинок, то им нужно сюда.
Туда, где они смогут
стать мировыми звёздами.
Но сначала их должны увидеть
все и сразу.
И в этом нам поможет человек, чьё шоу
смотрят 50 миллионов зрителей.
Этот человек Эд Салливан.
Он самый младший, ему восемнадцать.
Спасибо.
Я взял на себя смелость и заказал за тебя.
Спасибо.
Сынок, это гамбургер, его едят руками.
Да.
Сколько тут мяса.
У нас тут так.
Ни одна из трёх ваших пластинок
не попала даже в верхнюю сотню чарта.
Здесь ещё нет, но мы только начинаем.
- Сколько концертов?
- Два, в Карнеги-Холле.
- Боитесь, что зал слишком большой?
- Нет, боюсь, что слишком маленький.
- А от меня вы что хотите?
- Три эфира подряд.
Для никому неизвестной группы из Англии?
Это вряд ли.
Они из Ливерпуля.
Вы это серьёзно?
«Кэпитол» выделил 50 тысяч долларов
на продвижение,
и я подписал контракт
на выпуск сувениров по всей стране.
Сегодня про них никто не знает,
а завтра они будут известнее Элвиса.
И когда люди будут спрашивать
«Где ты впервые увидел “Битлз”?»
Вы не хотите, чтобы ответ
был «На шоу Эда Салливана»?
Для вас это превосходная возможность.
Давай-ка я тебе кое-что объясню.
Это моя передача и мой город.
Если бы мне нужны были музыканты из Англии,
я бы их в два счёта нашёл!
Не пойдёт.
Слышал, вы были в Лондоне.
Правда?
И что же ты слышал?
Что вы едва...
не опоздали на рейс из-за моих ребят.
В аэропорту была толпа,
как будто встречали королеву.
Это «битломания».
Вы же платите звёздам
десять тысяч за вечер?
- Всё верно.
- Давайте так...
Вы платите нам десять за три вечера.
И мы хедлайнеры.
Парень, ты это сделал.
Нат Вайсс, мой американский бизнес-партнёр.
Человек с невероятной хваткой.
Парень, ну ты и ловкач.
Три шоу как хедлайнеры! Мазаль тов!
Вот только гонорар
всего десять тысяч долларов.
Брайан, вы выступаете
на самом популярном телешоу в стране.
Карнеги-Холл толпа просто снесёт.
Сначала нужно попасть на первую строчку.
Ребята волнуются, и я тоже.
Вижу, ты из тех,
у кого стакан наполовину пуст.
Все билеты купят.
Я себе уже купил.
Итак, тост за полный аншлаг
и новые возможности!
- Лехаим!
- Лехаим!
Париж!
Город веселья.
Весёлый ночью, весёлый и светлый днём.
Спускайтесь с небес и почувствуйте
себя настоящими парижанами...
Хорошие тут завтраки, правда?
Мне не нравятся,
у меня от них живот болит.
Почти попал.
Джон, передай мне те французские сигареты.
Они называются «Житан».
Переводится как «цыганка». В твоём стиле.
Кто бы говорил, мажор.
- На, держи.
- Спасибо.
Привет, Брайан.
«I Wanna Hold Your Hand»
на вершине чарта в Америке.
Наша песня возглавила чарт Америки!
- Да!
- В Америке!
Надо отметить!
Спокойно, ребята, спокойно.
- Битва подушками!
- Ну всё!
- Нет, стойте! Нет!
- Иди сюда!
Получай!
Оу! Я сейчас!
Это моя.
Брайан, отдай. Брайан, Брайан!
Вот тебе!
А теперь для молодёжи «Битлз»!
«Поздравляем с выступлением
на шоу Эда Салливана.
Искренне ваши, Элвис и Полковник».
Элвис!
И кроме него ту передачу посмотрели
74 миллиона американцев,
сорок процентов населения страны!
А «Вечер трудного дня» вышел в кино
как раз перед нашим прибытием,
так что насчёт гастролей я спокоен.
32 концерта, 25 городов, 31 день.
Это много, но у меня есть план.
Турне мы начали в Сан-Франциско.
Где фанаты буквально забросали
нас желейными бобами.
Шоу дважды прерывали.
Дальше был Вегас.
Неоновые огни, никаких часов,
и парней охраняла полиция с собаками.
Жаль только,
меня никто от казино не охранял.
Дальше в Сиэтл,
а оттуда — в Канаду, в Ванкувер.
Где выступавшая до нас группа жаловалась,
что их не слышно из-за фанатов «Битлз».
Извините, ребята!
И да, я знаю, что их любят, но продавать
простыни, на которых они спали?
Нужно сказать отделу сувениров.
Города начинают сливаться в один.
Мы побывали везде и не увидели ничего.
О боже, Филадельфия
спустя три дня после расовых бунтов.
Шеф полиции в панике заявил:
«Ваших фанатов слишком много!»
И нам пришлось везти ребят
в Атлантик-Сити в фургоне с рыбой.
Удачное, хоть и вонючее решение.
ЗОНА ДЛЯ ТЕМНОКОЖИХ
Нет, я ясно дал понять — мы не будем
выступать там, где сегрегация,
я указал это в контракте.
Промоутер в Джексонвилле, похоже, забыл.
Где бы мы ни были,
девушки пробираются мимо охраны
к нашему самолёту
и помадой пишут на борту «Я люблю Ринго!».
Честно. Расслабиться получается
только на высоте в 9 километров.
И наконец — безумное финальное
благотворительное выступление в Нью-Йорке.
Зрителей всего четыре тысячи,
но я давно хотел это сделать.
С возвращением, «Битлз»!
Поздравляем!
И на родине вас встречают так,
как не встречали никого и никогда!
Спасибо, что пришли.
День, когда твой первый сын женится, —
важный день в жизни каждого мужчины.
Ведь семья — это главное в жизни.
И только наблюдая, как растут наши дети,
мы по-настоящему понимаем ценность жизни.
Лехаим!
Так и знала, что ты здесь.
Вот это я понимаю приём.
Угощение, танцы и угощение.
Шикарно.
Когда Бобби сделает мне предложение,
я скажу «да», только если он согласится
на еврейскую свадьбу.
Это вряд ли.
- Кайфолом. Можешь меня отдать.
- Я никогда тебя не отдам.
Глупый, я не об этом... И к тому же,
папа свою роль никому не уступит.
Совсем как мой отец.
Для него это тоже важно.
А ты расстроен, я же вижу.
Я уверена, он ничего такого не имел в виду.
Может быть.
Он хочет, чтобы ты был счастлив.
Как твой брат и его жена.
- М. Что ж так холодно!
- Замёрзла?
А ты как думаешь, в таком-то платье?
Я окоченела.
Тоже мне, северянка.
О, ты джентльмен!
У тебя роскошные пиджаки.
О, и то твоё пальто мне тоже нравится.
Своей звезде я готов и его отдать.
Ой, замолчи, Эппи, ты и так много
для меня сделал.
Я всё жду, когда кто-то
включит свет и громко скажет:
«Ну всё, Сирил, отдохнула и за работу,
сэндвичи сами себя не сделают».
Так я, по-твоему, звезда?
Ты всегда была ею.
Это благодаря тебе.
Это всё твой талант,
а я простой менеджер.
А, не говори так о себе.
Мы знаем, сколько ты для нас делаешь.
Ты весь в работе.
И ещё ты красавчик.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
О. Красивый браслет.
Понравился?
Я просто влюбилась.
А кто дарит подарки тебе?
Мне - никто,
у меня слишком большие запросы.
Не отшучивайся, я за тебя волнуюсь.
Ты не пригласил никого на свадьбу?
Я был слишком занят приготовлениями,
я же шафер.
Ты всегда занят.
Я люблю, когда всё по-моему.
Тогда всё идеально.
Тебе нужен тот, Брайан,
кто был бы для тебя идеален.
Как Бобби для меня.
А ты заслуживаешь самого лучшего.
Ты хороший человек.
У тебя золотое сердце.
Подари его кому-нибудь.
Любой, у кого есть сердце,
меня обнял бы и прижал к груди,
может, это ты!
Иди сюда!
Ладно.
Тогда потанцуешь со мной?
Пошли!
Пошли!
И заодно научи меня, как держать
равновесие, когда тебя носят на стуле.
Вот это я могу устроить.
И пиджак я тоже забираю.
- Химчистка за твой счёт!
- Так, бокал, сумочка!
Всё, я готова.
Но ты точно подойдёшь?
- Через минуту.
- Хорошо.
Обещаю.
Прекрасно выглядите, миссис Эпстайн.
Как мистер Эпстайн?
Как всегда, весь в делах.
Мама, выглядишь чудесно.
Спасибо, Брайан. Привет.
Вот, это тебе.
О! Очень красивые, спасибо.
А где папа?
Ты же знаешь своего отца.
По выходным и так непросто,
а сюда очень далеко ехать.
Я знаю.
И как ты раньше ездил туда-сюда
каждую неделю!
И кстати, у тебя интересная рубашка.
Нравится?
Прислать папе такие же?
Да, это как раз в его стиле.
- Я думал, мы с ним разные.
- Ты прав, однозначно разные.
Но разные в хорошем смысле, надеюсь?
Мама, познакомься с моим другом.
Джон Эллингтон.
Очень приятно, мэм.
Очень приятно, мистер Эллингтон.
О, прошу, просто Тэкс.
Это был такой позор.
Ну...
это было двадцать лет назад.
Но я до сих пор помню его лицо.
Да.
Так вы актёр, мистер Эллингтон?
Просто Тэкс.
Тэкс очень талантливый киноактёр,
и мы теперь его менеджеры.
О, правда?
Брайан в юности тоже был актёром и даже
учился в королевской академии, он говорил?
Сказал.
Я могла видеть фильм с вашим участием?
Ну, может быть.
Я играл в эпизодах в Америке,
кино с Джоном Уэйном.
Ну, знаете, вестерн, ковбои, стрельба.
У вас такие, наверное, мало показывают.
Наоборот, у нас часто показывают вестерны.
Как назывался тот, на который мы ходили?
«Человек, который застрелил
Либерти Вэланса».
В «ABC» на Лайм-Стрит.
Это не он?
Нет.
И ещё один, тоже с Джоном Уэйном,
который снимали в Ирландии,
как он называется, напомни?
- «Тихий человек».
- «Тихий человек», точно. Фильм со смыслом.
Вы не в нём случайно играли?
А в Англии вы где-нибудь
сейчас снимаетесь?
Тэкс ходит на прослушивания,
мы ждём ответ.
Здесь невозможно пробиться,
здесь каждый чей-то сын или племянник.
Ну зачем же вы так.
Альберт Финни, Тэрренс Стэмп…
И ребята Брайана —
они тоже все из рабочего класса.
Это исключения.
Но они ведь тоже
не за один день прославились.
Нужно время.
Да, конечно.
Лонни...
Ну, если вы такой талантливый актёр,
то вы непременно скоро прославитесь,
ведь у вас лучший менеджер в шоу-бизнесе.
Да.
- Раз уж ты приехала.
- Да.
Поехали на студию, к ребятам.
Посмотришь на них.
Да? Я с радостью.
Как они?
Хорошо.
Сменили образ.
Он его использует.
Увидишь.
Ты сам все видел!
Она надо мной открыто издевалась!
- Ладно. А они как?
- У них всё отлично.
- Мне нравится. А что?
- Ринго!
Мы её тебе сыграем.
Хорошо.
Я буду ждать.
Брайан! Смотри.
Идея для обложки.
- Красивая рубашка. Где купил?
- Не говори ему!
- Я...
- Подожди, я угадаю.
Класс.
Ринго экспериментирует.
Он наш нос. Золотой нос.
О, брось.
Я всего раз.
Так, Джон, улыбнись.
- Повернись.
- Подожди.
- Тоже хочешь?
- Нет, я пас.
- На счёт три. Раз. Два. Три.
- Мой друг как раз ищет моделей.
Разрешите.
Красивая рубашка.
Отлично, Джон.
Теперь я.
О, привет! Какие люди.
Я еду в Манчестер.
Да. Я работал с ним.
Извини, я думал, это мой кабинет.
Извините.
Я просто…
Мне нужно поговорить с вами вот об этом.
Это моё распоряжение.
Да. Просто ваш брат, мистер Клайв,
интересуется, когда окупятся многочисленные
прослушивания Джона Тэкса Эллингтона
недельное жалованье в 50 фунтов?
Прошу прощения?
Это мистер Клайв сказал.
Чтобы я у вас спросил,
перед тем как он умчался в ярости.
Ясно.
Передай моему брату,
что я не обязан ему ничего объяснять.
Он хочет знать, с кем мы ведём дела.
- Мы ведём?
- Да.
Все подобные вопросы в фирме решаю я.
Как и все остальные.
Вам стоит с ним поговорить.
Нам не о чем говорить!
Я создал эту фирму.
Если моему брату есть что сказать,
пусть скажет мне в лицо!
Ребята закончили свой
потрясающий альбом «Revolver»
и на следующий день
мы улетели в Германию.
Рановато, да. Но в Гамбург
они вернулись как домой.
Только уже всемирно знаменитыми.
Из Германии мы летим в Японию,
где нас встречает тайфун — дурной знак.
И ещё до прилёта
нам поступают угрозы расправы.
Потому что японские промоутеры позвали
нас выступать в храме памяти жертв войны,
националисты просто в бешенстве.
Но ладно.
Дальше по графику — Филиппины,
чудесная страна,
где на наш концерт
продали 80 тысяч билетов.
Но когда я вежливо отклонил
приглашение на чай от Имельды Маркос,
жены президента,
то все как с цепи сорвались.
Мне пришлось извиняться перед ними
по телевизору, а они запикали мою речь.
«Битлз нас подвели! Битлз нас подвели!», —
скандируют в аэропорту.
Вооружённая охрана разбила инструменты,
схватила ребят и куда-то уволокла.
Кругом хаос, неразбериха,
что же я наделал?!
Мы снова в Америке,
и нам нужен тёплый приём.
Но как бы не так.
Интервью Джона одной английской газете
в Британии все восприняли спокойно.
Но если ты между делом скажешь,
что ты популярнее Иисуса, то в Америке...
твои пластинки начнут сжигать.
Вы волнуетесь из-за визита
«Битлз» в Америку?
Да, я волнуюсь.
И мы будем уделять
особое внимание безопасности группы.
Как Джон Леннон воспринял
всю эту критику?
Джон очень из-за этого расстроен.
А почему Джон сам не выйдет
и не ответит на вопросы?
Эй, Джон Леннон!
За эти слова ты сгоришь в аду!
Пошли, пошли.
Они меня распнут.
Ты же сказал газетчикам,
что популярнее самого Иисуса.
- Это была метафора.
- Как и распятие.
Всё будет нормально.
Обещаю.
Просто будь собой.
И ты их очаруешь.
- С этим надо заканчивать.
- Закончим. Но потом.
Нет,
я не про это.
Я про всё.
Гастроли.
Мы с Джорджем это обсудили.
Давай поговорим после пресс-конференции.
Ладно.
А ты пойдёшь?
Ты правда думаешь,
что я отпущу тебя одного?
Всё, пошли.
Если бы я сказал, что телевизор популярнее
Иисуса, никто бы и бровью не повёл.
Некоторые подростки говорят:
«Я люблю “Битлз” больше,
чем Иисуса Христа».
Что вы об этом думаете?
В своём изначальном высказывании
я говорил об английских подростках.
Что наша группа значит для них больше,
чем Иисус или религия.
Я не критиковал и не стремился принизить
роль религии, я просто констатировал факт.
Это факт, и это правда,
хотя скорее в Англии, чем здесь.
А остальные участники группы
могут что-нибудь сказать?
Ну. Христианство и правда в упадке,
и это ни для кого не секрет.
Понимаете, нам часто задают
такие вопросы.
Мы можем повести себя,
как это принято в шоу-бизнесе,
и ответить вам
расплывчатыми общими фразами,
что было бы нечестно,
а мы наоборот пытаемся отвечать честно.
Если вы хотите, чтобы мы отвечали,
как звёзды шоу-бизнеса, — не вопрос.
Но я думаю что и для нас, и для всех
будет лучше, если мы будем честны.
Даже если при этом
мы не всегда будем правы.
Мы говорим всё как есть, понимаете?
Поприветствуйте -
«Битлз» снова в Сан-Франциско!
И в понедельник, 29-го августа,
они дают большой концерт
на стадионе Кэндлстик-Парк.
Это главное событие месяца, если не...
Ешь, еда отменная!
Ты выглядишь ужасно.
Мне волноваться?
Да ты уже волнуешься.
Ничего не могу поделать.
Такой уж я.
И тебе бы правда поесть перед концертом.
Перед громким финалом.
Что?
Какой ещё финал?
Да что с тобой?
Они не хотят гастролировать.
Они вымотаны.
Они сами свою музыку
не слышат из-за криков.
А ты хотел группу без фанатов?
Я хотел, чтобы им не приходилось
ездить в бронированной машине.
Они больше не могут.
Они говорят, что музыка им опротивела.
Не пей натощак.
И что бы они ни сказали, в прессе
начинается шумиха и все сходят с ума.
Они хотят говорить о политике,
о гражданских правах.
А газетчики перевирают их слова,
и они не могут быть собой.
Постой.
А как же ты?
А с тобой-то что будет?
Что ты будешь делать?
Что я буду делать?
Да куча дел.
И музыкантов.
Я купил театр «Сэвилл».
Ангажировал «The Cream» и «The Who».
«Four Tops». Мы привезём их в Англию,
вот это будет здорово.
Я продюсирую пьесу Болдуина.
Думаю попробовать себя
в качестве режиссёра.
И снимешь Текса в своём фильме?
- Он хороший актер
- Хм. Я угадал.
- Но надеялся, что ошибся
- Не начинай.
О, Брайан.
Брайан.
Может быть, он и хороший актер,
но он точно использует тебя.
Ты говоришь, как герой Рэймонда Чандлера.
Пошли, выпьешь с ним, узнаешь его получше.
Ладно.
И, Нат, не дави.
Прошу.
А я прошу тебя поесть.
Всё.
Поел.
Тэкс?
Тэкс, мы с Натом пришли выпить.
Тэкс?
Ты здесь?
Он, наверное, куда-то вышел.
Как жаль.
- Ты что ищешь?
- Мой дипломат.
Там новый контракт для тебя.
Поехали, нам пора.
- Это может подождать.
- Нет, я должен его найти.
- Где ты его оставил?
- Он был на фортепиано.
- Сукин сын!
- Даже не заикайся.
Сукин сын!
- Что ещё там было?
- Бумаги. Контракты.
- Наличные.
- Наличные? Сколько?
- Брайан, сколько?
- Двадцать тысяч долларов.
Ты возил двадцать тысяч долларов
с собой в дипломате наличными!
Извини, парень, но ты самый
безмозглый умник, каких я знаю.
- Там были таблетки?
- Да ерунда.
- Не ерунда, здесь за такое сажают!
- Ты преувеличиваешь.
Брайан, очнись!
Он же теперь может тебя шантажировать!
О боже.
О нет.
Только не это.
Родители.
Они ни о чём не должны знать.
- Они меня убьют.
- Не убьют.
И группа. Ничего им не говори,
они ничего не должны узнать!
Брайан, успокойся, никто не узнает,
я всё улажу.
Я знаю парочку нужных людей, я им позвоню,
и они этого ублюдка вмиг разыщут.
Нет, Нат, не надо!
Правда, не обещаю,
что доставят его в товарном виде.
Нат, положи трубку!
Это моя вина.
Я так в него верил.
Так в него верил.
А у меня ведь работа, группа, родители…
Брайан, не вини себя.
Он заработал эти деньги.
Заработал?
Он тебя обчистил!
Он меня обчистил
и поставил под угрозу мою жизнь.
Брайан, перестань!
Нат, я не знаю, что делать.
Я не знаю.
Я всегда знаю, что делать,
но сейчас я не знаю, что делать.
Успокойся, всё образуется.
Всё будет нормально,
тебе просто нужен перерыв.
Ты себя загнал.
Тебе просто надо отдохнуть.
Слышишь?
Дыши.
Чёрт!
Да?
Все меня предают.
Да, я понял.
Нет, он не приедет.
Я совсем один.
Тебе нужно домой, Брайан.
Я совсем один.
Не плачь.
Всё образуется.
Карбитрал, Нембутал, Секонал,
Прелудин, Бензедрин, Дринамил.
Это очень опасный коктейль
антидепрессантов и ещё чёрти чего.
Я просто устал.
Вот и всё.
И я вижу у вас все признаки
хронического переутомления.
Вы перегружали свой организм,
и уже довольно долго.
Вам нужно взять паузу
и как следует отдохнуть.
Когда я смогу вернуться к работе?
28-го приём в честь выхода альбома.
Вы можете уйти отсюда в любое время,
но я бы посоветовала вам остаться у нас.
- Как ты себя чувствуешь?
- Гораздо лучше.
Я так рада, что ты вернулся.
Скажи, что мы сделали не так?
В смысле?
Мы тебе чего-то недодали, Брайан?
Нет, папа.
Мистер Брайан.
«Боттлз» пришли вас навестить.
Здравствуйте!
Он живой!
Привет, ребята.
- Джон, рад тебя видеть.
- Я вас тоже.
- О, Пол, ты тоже отпустил усы?
- Да. И мне нравится.
- Джордж, отлично выглядишь.
- Да. Спасибо.
- Мистер Старр!
- Мистер Эпстайн!
- Как всегда, выглядите безупречно.
- Спасибо.
Ну как вы?
Хорошо, спасибо.
И у меня есть предложение.
- О, предложение!
- Да.
Я согласен, Брайан.
Наконец-то.
Оно насчёт фильма.
Знаете, я, пожалуй, пойду.
Нет, Джордж, в этот раз
вам не нужно будет играть, обещаю.
А я бы не прочь сыграть.
- Джорджио, Джорджио, где же ты, Джорджио?
- Вот, смотрите, это сюжет.
Смотри. Брайан, они что,
собрались снимать про нас мультик?
Знаешь, а я вот даже ни капли не удивлюсь.
Вы взгляните. Вдруг понравится?
Мне понравилось.
Мне тоже.
- Мне нравится.
- Похож на моего пропавшего папу.
А, и ещё кое-что.
Я говорил с Би-Би-Си,
и они хотят провести первый в истории
прямой эфир с использованием
спутникового телевидения.
Для четырёхсот миллионов человек.
- Нехило.
- Нехило.
И угадайте,
кто будет представлять Великобританию?
Джеймс Бонд.
И я думаю, вам стоит
написать для этого песню.
А чем мы по-твоему полгода занимались?
Макраме?
Эй! Пол Макраме.
Неплохо. Мне нравится.
Просто я подумал — для мировой
аудитории нам нужно что-то простое.
Но глубокое.
Что миру нужно услышать прямо сейчас?
Алло, мир?
Перестань.
Алло?
Мама?
Мы собрались здесь,
чтобы проводить Хаима бен Айзэка
Гарри Эпстайна в последний путь.
Я попрошу родных усопшего
подойти для надрывания одежды.
Он, наверное, ужасно во мне разочаровался.
- Нет, он очень тобой гордился.
- Правда?
Да, правда.
Ты бы слышал.
«Это мой сын, поглядите, чего он добился,
простой парень из Ливерпуля».
- Он всем про тебя говорил.
- Но мне он не говорил.
Потому что не знал, как сказать.
Отцы и дети, вечная история.
Но почему он был так строг со мной?
Он...
всю жизнь старался избегать проблем,
а ты нарочно их искал.
Мы все старались держаться в тени, а ты,
ты тянулся к звёздам.
- Ты одна пару недель справишься?
- Не волнуйся.
Я приеду к тебе в Лондон.
Нам сейчас надо быть вместе.
Я нашёл идеальную квартиру.
Да. Жизнь продолжается.
Всё как раньше, Брайан.
Обещай мне, что будешь беречь себя.
Мама, за меня не переживай.
Это всё равно,
что попросить меня не дышать.
Я просто не хочу, чтобы ты был один.
Одиночество — это тяжело.
Мистер Брайан, сэр.
Я не ожидал вас так скоро.
Чего-нибудь хотите?
Как ваша мать?
Как она, справляется?
Она потеряла любовь всей жизни.
Я после похорон...
смотрел, как брат играет
с дочкой, Джоанной.
И…
Лонни.
Тебе не одиноко жить в чужой семье?
Конечно, бывает одиноко.
Но я благодарен за то, что у меня есть.
Вы – моя семья, которую я люблю.
Да.
Я к тому, что семья — это всё-таки
что-то особенное.
У вас есть семья.
Ваша работа – это ваша настоящая семья.
Отнести вашу сумки наверх?
Да, спасибо.
ЛЮБОВЬ
Джордж, тебе как, нормально?
Тут просто плохо слышно бас.
Можно погромче вывести?
- Проверяют. Отставь пока.
- Ринго, есть зажигалка?
Скажи режиссёру.
Хорошо. Ждём.
Здравствуйте. Привет.
Вам хорошо видно?
О, Брайан!
Всё-таки ты не смог такое пропустить.
Ни за что на свете.
Ещё бы, эфир для всего света.
Я готов к крупным планам,
мистер Де Мартин.
А? Ну, раз так, оставляю вас.
Ни пуха, парни!
- Эппи!
- Что?
Никуда ты не пойдёшь...
без объятий.
Давай! Иди к нам. Парни.
Ребята.
Вы самые лучшие.
Ты лучший.
Ладно.
Всё.
- Да.
- Да.
- Он расчувствовался.
- Далеко не уходи, Брайан.
- Я в аппаратной.
- Это далеко, Брайан.
Эта песня для тебя.
Мистер Брайан.
Нат звонит.
Давай.
Нат, ты смотришь?
Мы сделали.
Да, Куини, у меня всё хорошо, спасибо.
Да, сейчас дам ему трубку.
- Мама?
- Да.
Мама?
У нас сейчас эфир.
Ты смотришь?
Хорошо. Отлично.
И я тебя.
Знаю. Да.
Всё, пока.
- Всё готово?
- Да.
Начинаем?
Ладно, ребята, прямой эфир
через пять, четыре, три...
Сейчас вы вместе с миллионами
людей на всей Земле
станете участниками
исторического события.
Благодаря 4 спутникам, расположенным
на высоте в 37 тысяч километров,
первый в истории прямой спутниковый эфир
одновременно увидят
во всех уголках земного шара.
Спутники будут транслировать сигнал
в 14 стран,
а оттуда он будет передаваться
в 24 страны.
Миллионы зрителей, так же
как и вы прямо сейчас,
сидят возле телевизоров
и ждут начала трансляции.
Это самое важное событие
в истории человеческой коммуникации.
СПУСТЯ ДВА МЕСЯЦА
27 АВГУСТА 1967 ГОДА
БРАЙАН УМЕР ОТ СЛУЧАЙНОЙ
ПЕРЕДОЗИРОВКИ ЛЕКАРСТВАМИ.
ЕМУ БЫЛО 32 ГОДА.
«ЕСЛИ КОГО И СЧИТАТЬ “ПЯТЫМ БИТЛОМ”,
ТАК ЭТО БРАЙАНА». ПОЛ МАККАРТНИ
Всего месяц назад его постиг удар,
когда внезапно скончался его отец.
Друзья, общавшиеся с ним,
уговаривали его взять длительный отпуск.
Буквально вчера он сказал одному из них:
«Я просто счастлив».