Прощание славянки (2011 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссёр: Владимир Янощук

Жизнь не балует Альбину, начальницу маленькой железнодорожной станции. Она вкалывает с утра до ночи, чтобы прокормить семью – взрослую дочку и вечно безработного мужа. Но, вместо благодарности, Альбину ждет удар – оказывается, муж целыми днями занят вовсе не поиском работы, а романом с молоденькой продавщицей! Вдобавок ко всем несчастьям, на героиню сваливается новое: сошедший с московского поезда пассажир «с высоты столичного жителя» требует выдать ему билет из брони – он, кажется, уверен, что может купить всю станцию с работниками в придачу.. Однако, когда у москвича крадут деньги с документами, он ведет себя столь неожиданно, что заставляет Альбину посмотреть на него новыми глазами…

Все фразы и цитаты

Детский голос:
- "Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы,
Ехал поезд запоздалый.
Из последнего вагона
вдруг посыпалось зерно.
Пришли куры - поклевали,
Пришли гуси - пощипали.
Пришел слон - потоптал.
Пришел дворник - разметал.
Поставил стол и стул
и стал писать письмо:
"Дорогой жене и дочке.
Тирли-точки, тирли-точки.
Шлю чулочки, шлю чулочки.
Тирли-точки, тирли-точки.
А чулочки непростые.
Тирли-точки, тирли-точки.
А чулочки золотые.
Тирли-точки, тирли-точки".
Запечатал и отправил".
(Звонок будильника)
Диспетчер: "Внимание, пассажиры,
на первый путь прибывает
пассажирский поезд номер 16
Орск - Москва.
Будьте внимательны и осторожны.
Стоянка поезда - одна минута".
- Спасибо. До свидания.
- До свидания. Счастливо.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры.
Будьте внимательны.
С 1-го пути отправляется пассажирский
поезд номер 16 Орск - Москва".
ПРОЩАНИЕ СЛАВЯНКИ
- Вот. По-моему, очень хорошо.
Тебе нравится?
- Да.
- Есть у меня вкус или нет?
- Конечно.
- Может, ты красный хочешь?
- Можно и красный.
- Нет, красный не подойдет.
Так хорошо. Этот лучше.
- Вы что, свадьбу играете?
- У Паши собеседование
сегодня на комбинате.
- Он так пойдет?
- Нет, он еще брюки наденет.
Новые ботинки наденет и пойдет.
Слушай, я наметаю, а ты подошьешь.
- Нет, мама, сама.
Сама вечером сделаешь.
- Аня, ему сейчас идти. У меня
времени нет. Я вчера поздно пришла,
без ног совсем. Надевай.
Она вчера пришла в три часа ночи,
а потом еще сидела за компьютером.
- Да что ты, в конце концов?
Пусть она делает то, что хочет.
Слушай, может, давай я в понедельник?
Я им позвоню.
- Паша, мы тебе работу полгода ищем.
- Аля, я же не виноват, что здесь
дыра. Я что, мешки должен таскать?
- Можно и мешки потаскать.
Некоторые таскают.
- Ладно, все, хватит.
Что ты заводишься?
Мешки. Я, между прочим, инженер.
- Отлично, шикарно. Такой красавец!
В этом костюме тебя точно возьмут.
Ты сам тоже побойчей, Паша, побойчей.
Трудовую книжку нашел?
- А?
- Один спит все время, другая вообще
не спит. Ты трудовую книжку нашел?
Аня! Ань!
- Чего?
- Я в "Уюте" отложила обои,
съездишь - заберешь.
- Мама, почему он не может съездить?
- Он не может. Не может, потому что
опять засмотрится на какой-нибудь
спиннинг или еще что-то, и все.
Так, ты на туфли просила, вот.
Этого хватит, я думаю.
- Спасибо.
- Не забудь, что завтра
вы оба помогаете мне клеить обои.
- Аля, так завтра же у меня рыбалка.
Может, отложим эту затею с ремонтом?
- Ой, что-то я забыла...
- Мама, пусть он сам обои клеит.
А то он целыми днями сидит,
ничего не делает вообще.
Это его квартира -
пусть сам и делает ремонт.
- Это наша квартира, Аня.
Прекрати говорить ерунду. Мы семья.
Не могу вспомнить...
- У меня папа есть.
- И где он, твой папа? Папа...
Так, все. Пока.
Не забудь обои забрать из "Уюта".
- Алло. Да, привет.
Так это же замечательно.
Значит, увидимся.
Обязательно. Все. Все, жди.
- Как нет билетов?
А когда следующий на Москву?
- В десять. Что же вы, мужчина,
с поезда-то сошли?
- Так, это для вас не имеет никакого
значения. У вас бронь должна быть.
- У Альбины Ивановны.
- А это кто такая?
- Начальник станции. Вот как раз
она в восемь обход будет делать.
Дождетесь ее, там все и выясните.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры,
по второму пути проследует
товарный поезд. Будьте осторожны".
- Бардак у них здесь.
- Чуть левее. Чуть левее, да.
А сейчас вверх немножко.
Вверх чуть-чуть. Вверх.
Нет, вниз. Вниз, влево.
Влево, влево. Вот так.
И вниз опусти немножко.
Вот, хорошо. Чуть-чуть вниз, да.
Да-да, вот так лучше.
Подними вверх, вверх чуть-чуть, да.
Вот. Нет, опять. Вниз...
- Серега, спасибо.
- Вася, ты взял?
Так, Витек, еще левее.
Еще левее и вверх.
Нет, еще чуть вверх. Вот так.
Все, порядок. Витя, давай, вешай.
Я пойду, мне еще бойлер
проверить до Альбины надо.
- Так подожди. Сейчас закончим,
вместе пойдем проверим.
- Так ты минут через 15 приходи.
- Понял.
- Понимаешь, а я пока сам проверю.
Повесите - и приходи.
- Хорошо.
- Ну все.
- Эй, Степаныч, а я?
Я тоже хочу с вами проверить.
- Альбина же увидит. По очереди давай.
Здесь же кто-то должен быть.
- Витя, день еще длинный. Вешай.
- Знаешь, Саня, мне такой сон
сегодня приснился странный:
будто я маленькая
еду в поезде и считалочку говорю.
"Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы.
Ехал поезд запоздалый".
- Там потом прилетели гуси,
пощипали-пощипали.
- Пришли слоники - потоптали.
Вот. К чему бы это?
- Да, Степаныч,
старый хрыч, туда же.
- Девочки, Альбина едет.
- Здрасте, Альбина Ивановна.
- Здравствуй, Соня.
Что мафия? Сбежала?
- Нет, мафия бессмертна.
- Да, у нас все по плану, не волнуйся.
Я просто заскочил по дороге
в одно место.
- Не повесили еще?
А ты думаешь, Бочкин,
что на станции Лошково тебе выдадут
квартальную премию?
Чтобы к московскому повесил.
- Да, я обязательно успею.
Поезд через два часа.
(Телефонный звонок.)
- Да, слушаю. Да, Антон Миронович.
Обход делала. Да. Хорошо, поняла.
Поняла, надо ускорить ремонт
вагона-ресторана. Да. А что стряслось?
Все понятно.
- Привет. Что случилось?
- Да Антон Миронович совсем
помешался на этом вагоне-ресторане.
- Да он на Вальке помешался,
а не на ресторане.
Ведомости подпишешь?
- Конечно.
- Ну что, как Пашке костюм?
- Ой, отлично. Такой класс.
Представляешь, еле уломала
его сегодня идти на собеседование.
Ничего не хочет.
Ремонт буду делать.
- Господи, когда ты все успеваешь?
И на работе, и дома... С ума сойти.
- Здравствуйте. Вы Алина Ивановна?
- Нет.
- Что значит - нет?
- Это значит, что я Альбина Ивановна.
- Хорошо. Это сейчас не имеет
никакого значения. Послушайте,
я отстал от поезда. Мне срочно нужен
билет на Москву на ближайший поезд.
- Вообще-то, вы не отстали,
а сами сошли. И стучаться надо.
- Так, девушка, а можно сейчас
не влезать в наш разговор, хорошо?
- Так, успокойтесь.
У вас что-то случилось?
- Слушайте, какая разница?
- Большая разница.
Потому что я сейчас вам выпишу билет
из своей брони...
- Правильно.
- А вы опять сойдете с поезда. И что?
Потом ко мне придет человек, которому
действительно надо будет ехать,
и я не смогу ему дать билет.
- Вот именно.
- Так, девушка, я уже во второй
раз прошу вас, пожалуйста,
не надо влезать в наш разговор.
Оставьте нас двоих. Будьте добры.
- Я рядом.
- Видите ли, я очень тороплюсь.
Мне нужно срочно попасть в Москву.
Хорошо. Почем у вас тут эти, как
вы изволили выразиться, особые случаи?
Здесь, в вашем Лошково,
сколько я должен заплатить?
- Так. Выйдите.
- Слушайте, мне нужен билет.
- Надя, вызови милицию.
- Не надо. Не надо милицию.
Не надо никакой милиции. Вообще,
вы обязаны мне выдать билет.
Вы сидите здесь для того,
чтобы гражданам выдавать билеты.
- Я сама решу, для чего я здесь сижу,
ладно? И не надо мне указывать.
Освободите кабинет.
- Ах так? Хорошо. Хорошо.
Знаете, вы кто? Вы начальница лошков.
Вот так. Дайте пройти.
Дайте пройти, я прошу.
- Пожалуйста, пожалуйста.
- Это что такое? С какого он?
- С московского.
- Понятно, конечно. Ладно,
пусть остывает. Потом отправим.
- Нахал какой-то.
- Дорогой Вася.
- Чего ты, Степаныч?
- В этот прекрасный день хочется
пожелать тебе, как говорится,
не только большого человеческого
счастья, успехов в труде,
сбывания всех твоих несбываемых...
несбыточных мечт.
Но и... А вот, Василий,
и мечта твоя несбыточная идет.
Вася, за тебя.
Привет, начальство.
Бойлер немного травит.
- Аля, бойлер травит.
- Все будет в ажуре.
- А ходовая?
- Ходовую делаем.
- Делаем, Аля.
- Делаем.
- Опять пьете. Ой, Степаныч,
доиграешься, доиграешься.
После отправления московского
все ко мне, на планерку. Жду.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры.
На первый путь прибывает пассажирский
поезд номер 3, Оренбург - Москва.
Стоянка поезда - пять минут".
- Слыхала? Антошка с проверкой будет.
Ему вагон-ресторан покоя не дает.
- Ресторан ему покоя не дает...
Валька ему покоя не дает,
она ж его любовница.
- У них никакой работы нет,
вот они Вальку
и ремонтируют по очереди.
Курочку! Купите курочку! Горяченькая!
- Пивко, пивко холодненькое!
- Покупайте.
- Давайте, ребята, весело с песнями.
Далеко не убегать. Нургалиев!
Осторожно. Боже мой.
Боже мой. Сколько стоим, Оленька?
- Пять минут, Дмитрий Сергеевич.
- Это хорошо. За пять минут,
Оленька, можно многое успеть.
Нургалиев, иди сюда.
- Девушка, возьмите до Москвы, а?
Девушка, возьмите до Москвы? Заплачу.
- У меня начальник поезда едет.
В седьмой идите, скажете - от Ольги.
- А где седьмой?
Горгона.
- Я в седьмой.
- Хорошо, Сан Саныч.
- Привет, Сан Саныч. Как дела?
- Альбиночка, звездочка моя,
поезжай вместо меня,
а я вместо тебя подежурю.
Ревизоры эти проклятые
всю плешь проели своими проверками.
- Видишь, в кепке там? Безбилетник.
Скандалист. Не сажай его.
А то он еще твоих
ревизоров строить начнет.
- Понял.
- Дима.
- Елки...
Аля.
- Ой!
Вот это... Привет.
- Слушай... Привет.
Так заикой можно сделаться.
Сколько лет прошло?
- Ну... пятнадцать.
- Да.
А ты что, работаешь тут, что ли?
- Да.
- В форме.
- Ты тоже.
Изменился.
- Подполковником стал.
А ты вот не изменилась совсем.
- Да ладно.
- Правда.
- Не изменилась... Прекрати.
- Извини. Бойцы, по вагонам.
- Вот зараза,
разогнал голодных солдатиков.
- Глянь, как Альбина-то
на него размякла.
- Мать моя женщина,
а это не бывший ли ее?
Слушай, он у нее вроде военный был.
- А я уже пять лет как развелся.
- Другую нашел, понятно.
- Чего тебе понятно? Сразу "понятно".
Не сошлись мы с ней.
- Да это тоже не ново, знаешь.
- Анька-то как?
- Вспомнил. Анька умница, красавица.
И в институт собирается.
- В институт?
Так ей в Москве надо поступать.
Так я помогу. Серьезно.
- Дима...
- Что такого?
- Давай так. Ты нам уже помог
очень сильно, мы без тебя
как-нибудь разберемся.
А что? Что?
- Ничего. Ты-то как? Ты-то как?
- Я хорошо.
- Есть кто-нибудь?
- Сейчас это имеет какое-то значение?
- Да, имеет.
Знаешь, я много думал о нас.
- И?
- Как все вышло, про тебя, про Аньку.
Я виноват перед вами.
Виноват. Прости, прости меня.
- Не будем об этом, ладно?
Ты вот лучше курочку в дорогу возьми.
Ты же любишь курочек-то.
Мафия, обслужите пассажира.
- Не надо, не надо.
Да не надо, я в ресторане питаюсь.
- Возьми пивка, командир.
- Да я не пью.
- Холодненькое.
- Мороженое есть?
- Антонина, мороженое!
Сколько тебе?
- Не знаю. Давай все. Все что есть.
На. Сдачи не надо.
- Давай все.
Он уже расплатился.
- А семечек хотите?
- Все, спасибо, не надо.
- Отстань от них, отстань. Пошли.
- Ребятам, а то загнал их, знаешь.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры,
до отправления поезда Оренбург -
Москва осталась одна минута.
Будьте внимательны и осторожны".
- Ладно. Чего ты стоишь? Иди.
- Помнишь, как мы в театр ходили,
мороженое ели?
- Помню.
Ой, беги ты на поезд. Опоздаешь.
Уйдет поезд-то!
- Уйдет?
Так, может, не ушел еще?
Диспетчер: "Будьте внимательны,
с первого пути отправляется
пассажирский поезд..."
- Иди-иди.
- Аля, там на планерку все собрались.
- Иду.
- Мужик-то у тебя ничего.
- Был когда-то.
- Да ну? Что я, не видела,
как он на тебя смотрел?
- А он не только на меня так смотрит.
- Да?
- Не расстраивайся,
у тебя же Пашка есть.
- Быстрей, быстрей,
там уже планерка идет.
Нормально, да?
- А деньги, деньги, Степаныч?
К Альбине, все - к Альбине.
- Так, а теперь что касается
вагона-ресторана.
Нельзя выпивать в вагоне-ресторане!
Ничего смешного.
Василий, это тебя касается.
Нельзя выпивать в вагоне-ресторане,
который ты еще не починил,
в конце концов, Вася. Это цинично.
Я правда никогда не думала,
Василий, что ты циник.
- Аля, так я не циник.
Я просто хотел, в смысле...
- Не надо, не надо, не надо. Не надо
оправдывать свое разгильдяйство.
Оправдать можно все. И потом, что
ты оправдываешься? Ты же не мальчик.
Ты не в милиции, в конце концов.
Где механик?
Где Степаныч?
- Степаныч? Так он, Аля,
цветы покупает.
- Зачем?
- Ну как...
- Можно?
Можно, Альбина Ивановна?
Дорогой Вася, в этот прекрасный
день хочется пожелать тебе
не только большого человеческого
счастья, успехов в труде,
но и сбывания всех
твоих несбываемых мечт.
И от имени нашего коллектива
поздравляем тебя с днем рождения.
- Васенька, с днем рождения.
- Спасибо.
- Представляешь, сегодня с утра
с дочкой ругалась - так забыла ему
подарок взять - две книжки купила.
А пришла на работу - вообще забыла,
что у него день рождения.
Еще и наорала, при всех.
Что со мной?
- Аля, бес попутал.
Соблазнила меня, зараза.
- Альбина Ивановна,
я тут кроссворд почти доразгадывал,
одно слово осталось.
Может, подскажете?
- Какое?
- Столица Мадагаскара.
- Антананариву.
- Спасибо.
- У меня пятерка по географии была.
- А у меня по географии всегда
твердый трояк. Зато теперь
я все города и реки знаю -
из-за кроссвордов.
- Да у нас и рек-то не осталось,
степь только.
- А чего, степь тоже хорошо:
никаких преград, свобода, простор -
иди куда хочешь.
- Иди куда хочешь. Отлично.
- Альбина Ивановна, давайте помогу.
- Альбина Ивановна,
дайте мне, пожалуйста, билет.
- Пожалуйста, подождите
меня в зале ожидания.
- Конечно, только имейте в виду,
пожалуйста, что я жду вас уже 3 часа.
- И вы, пожалуйста, имейте в виду,
что я вам вообще ничего не должна.
Могу показать положение
о железнодорожной станции. Показать?
- Спасибо, не надо мне
ничего показывать.
Я просто хочу, чтобы вы
уделили мне чуточку своего времени,
вот и все.
- Сейчас я решу свои проблемы,
займусь вашими. Вы просто
не чувствуете, что ведете себя
беспардонно. Вы обзываетесь все время,
вы плохо относитесь к людям.
Я не понимаю, почему-то вы всех
подозреваете, что все продается,
что все покупается. Как вы так можете?
Просто немножечко на будущее
я вам советую: будьте понаблюдательнее
и иначе старайтесь общаться с людьми.
Потому что общаясь с людьми
по-человечески, вы можете многого
добиться иначе. Конечно,
я сейчас выпишу вам билет,
но единственно для того, чтобы просто
больше с вами не встречаться никогда.
- Ну что, меня это абсолютно устроит.
Хотя, Альбина Ивановна, а может,
на прощание выпьем с вами мировую,
так сказать, в середине рабочего дня?
- Кассир Надежда Калмыкова,
просьба пройти на свое рабочее место.
В кассу.
- Благодарю вас.
Только уж позвольте, Альбина Ивановна,
и я вам дам один совет:
вы уж не переносите свои личные
неудачи на окружающих вас людей.
Вы же сами просили,
чтобы я был наблюдательнее. Спасибо.
- Здравствуйте, Антон Миронович.
- Здрасте.
- Аля, Антон Миронович приехал.
Он в вагон-ресторан пошел.
- Бойлер травит.
- Ну что, где он?
- Антоша.
- Вот тебе! Колоскова,
почему такой бардак?
Почему у тебя бойлер травит, а?
- Чинят же. Ремонт.
- Он-то? А чем, интересно, он чинит,
где у него инструмент? В штанах, да?
- Нет.
- Да.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры.
По второму пути..."
- Иди за мной, Колоскова.
- Я тебе говорил сегодня утром, а?
Я ж тебе говорил сегодня,
что у нас ситуация аховая.
Или, может, я тебе не говорил,
зачем нам нужен этот вагон?
Колоскова, может, ты не услышала,
что в этом сраном вагоне
много лет назад Олег Олегович
познакомился
со своей будущей супругой.
Я тебе еще раз сейчас объясняю,
Колоскова: в этом сраном вагоне они
решили устроить серебряную свадьбу.
И мало того, будет все начальство.
Я приезжаю: смотрю, а никто - ничего.
Ты первая полетишь, Колоскова. Первая!
Если о себе не думаешь, обо мне
подумай, о людях своих подумай,
Колоскова. Ты их премии лишишь, дура!
Олег Олегович всем за этот вагон
премию обещал.
В общем так, Колоскова, мы с тобой
будем в итоге работать знаешь кем?
Стрелочниками - стрелки переводить:
дождь, снег, а мы - раз-раз, раз-раз.
Но ты, если хочешь, будешь работать,
а я стрелочником не буду.
В общем, все, Колоскова.
Альбина: - Была семья - и нет.
Надя: - Да все они одинаковые.
Верить им нельзя.
- Если не верить, то как жить?
- Может, потому я одна и живу.
- А Васю-то ты любишь.
- Ага.
Только он с тебя глаз не сводит.
- Ты попробуй его как-нибудь лаской,
заботой, вниманием привлечь.
- Ты своего козла много привлекла
заботой, лаской, вниманием?
- Нет, ужасно другое: что первый мой,
Димка, тоже ведь мне изменил,
и я тогда так мучилась.
Все время думала: что я не так
сделала, что, почему, зачем?
И решила, что я просто очень жесткая
была и командовала много, и мы вот...
Думаю: нет, в другой жизни
все будет иначе.
И когда этот появился,
я думала, все ошибки учту.
Вижу, назревает какая-то конфликтная
ситуация, я так себе:
"Молчи, Аля, молчи".
Ведь все видела, понимаешь?
Молчала, прощала - ничего не помогло.
Все, ладно.
Ужас. Даже выговорилась,
а легче все равно не стало.
Давай работать.
Ой, я не могу.
Ну что, работают они там?
- Ага, они как про премию-то услыхали
по громкой связи, к вагону бросились
как сумасшедшие.
- Дурни. Что с ними делать? Что?
А вы что ж не уехали-то?
- У меня на перроне пиджак украли.
Я при посадке
его стал в сумку укладывать,
а в это время у вас этот бред
объявлять стали. Все стали слушать.
Я тоже заслушался, а у меня там все:
деньги, билет, документы, телефон.
- Вот, приехали. В 8 последний пойдет.
- Мне теперь в Москву не надо.
Мне теперь - обратно в Орск.
- Хорошо, зайдите ко мне,
я выпишу вам бронь.
Езжайте уже куда-нибудь.
А... И как вы купите билет?
Денег-то теперь... да?
О господи... Не знаю,
тогда пишите заявление в полицию.
- Да нет, спасибо.
Пока я тут сидеть ждать буду,
они мой пиджак без денег найдут.
Мне, между прочим, работать надо.
- И что предлагаете?
- Ничего я не предлагаю.
Ладно. Извините.
- Ну что с ним делать?
- А что с ним делать?
Пусть билет покупает.
Деньги ему пусть высылают.
Нечего варежку разевать.
- Что ты такая злая-то?
Ведь никто не застрахован,
и с тобой такое тоже может случиться.
Ой, какое-то несчастье,
а не пассажир. Где он там?
Так, послушайте, насчет денег.
Я могу вам одолжить.
Серьезно. Потом просто пришлете мне.
- Спасибо, не беспокойтесь.
Я как-нибудь сам решу этот вопрос.
- Как?
- Это не имеет значения.
- Хорошо.
(Свистит.)
Почему не разгружаем?
У меня сейчас тепловоз приедет.
- А кем я тебе его разгружу-то?
У меня грузчики забухали.
Дай уж до завтра постоит.
- Да какое "до завтра"?
Нет, невозможно. У меня путей нет.
Отправляем обратно в Суворино.
- Куда обратно-то? Это ж гидрофосфат.
У меня комбинат простаивает,
мы его неделю ждали.
- И что делать? Разгружай сам.
К восьми должен освободить.
- Как я один к восьми управлюсь?
Дайте хоть людей. Я заплачу.
- Да нет у меня никого.
- Давайте я помогу. Сколько заплатите?
- А сколько надо?
- Я не знаю. Тысячи три дадите?
- Трешку много. Давай две?
- Давайте две.
- Погоди. Я сейчас спецовки принесу.
(Звонит телефон.)
- Алло.
Алло?
Мужской голос: - Альбина Ивановна.
- Нет, это старший кассир Калмыкова.
А кто это?
- Это Чупров.
- Ой, здравствуйте, Олег Олегович.
А Альбина Ивановна вышла:
у нас пассажира обокрали.
- Отлично. У вас еще
и пассажиров грабят.
Передайте, что вагон должен быть
готов завтра утром ровно в 9:00,
иначе в отношении нее
будут сделаны выводы.
- Конечно, конечно, Олег Олегович,
я обязательно передам.
- Вот дом, пятая квартира.
Она сейчас, наверное, на работе.
- Ничего, разберемся.
- Внимательно проверяйте
дату и фамилию.
- Спасибо.
- На здоровье.
- Надюша. Приятного аппетита.
Кто звонил?
- Да ничего страшного,
московский припаздывает.
- Понятно. Ешь, ешь.
- Спасибо.
- Здрасте.
- Здрасте.
- А вы кто?
- А вы?
- А я к Ане.
- Ага.
Аня! Там к тебе какой-то военный.
- Кто?
- Привет. Здорово!
(Звонит телефон.)
- Да, слушаю.
- Мама, привет.
- Привет, Анька.
- Папа приехал.
- Как это "приехал"?
- Взял и приехал.
- И что он делает?
- Да с Пашей разговаривает.
Мама, ты когда придешь?
- Да я не знаю. Поздно, наверное.
Аня, слушай, мне надо
с тобой поговорить.
Ты не могла бы приехать?
- Хорошо.
Ладно, мамулечка, я тебя целую.
Ладно, давай, пока. Пока.
- Да... Ну и дела.
Я же сразу заметила, как он на тебя
тогда у поезда-то смотрел.
- И что теперь делать?
Он ведь там сидит.
- Ничего страшного. Пусть сидит.
Ты, главное, сейчас коней не торопи.
Пусть они там посидят,
по-мужски поговорят.
- Да о чем им говорить-то?
- Да бог их знает. Это не важно.
Н-да, завела мужичка с пол-оборота,
за три минуточки.
- Ох господи, что ты говоришь? Какие
три минуты? Мы с ним три года прожили.
- Ну и что? Как у тебя там?
Шевельнулось что-нибудь?
- Прощения попросил и...
- Счастливая ты, Алька. Это ж надо, а?
Одного только отправила -
другой тут как тут.
- Принимайте вагон, Альбина Ивановна.
Да и Васю бы надо отметить.
- Ой-ой-ой, без слез не взглянешь.
Н-да...
Степаныч, давай, зови мужиков.
- А...
- Ну что? Сначала поможем,
потом отметим.
- Не нужен нам никто. Сами закончим.
- Мне путь освобождать надо.
- Не беспокойтесь,
ко времени управимся.
- Спасибо большое, Альбина Ивановна.
Сколько с меня?
- Да ты с ним рассчитайся сначала,
а я потом уже с тобой разберусь.
- Слышишь, погоди немного.
Уж подмога идет.
- Работу закончим - тогда передохнем.
- Очень классно, папа. Спасибо.
- Паша, как тебе?
- Нормально.
- Что "нормально"?
- Слушай, давай я тебе
еще фотки покажу?
- Да, тащи.
- Аня! Аня! Слушай,
обалденно все приготовлено,
просто потрясно.
- Да, папа, я только разогрела,
это мама все готовила.
- Не верю.
- Вот, смотри.
- Слушай, Паша, тебе повезло,
я поздравляю.
- Вот, видишь: ты, мама...
- Слушай, я не знаю, как на все это
Альбина отреагирует.
- Как надо, так и отреагирует.
- А, вот ты.
- О, ты что, и пассажиров
этим кормишь?
- Обойдутся. Я день рождения
любимого племянника отмечаю.
- Тетя Любочка, мое солнышко.
- Дома еще стол накрыт,
так что всех после работы ждем.
- Пассажира позвали?
- Артурчика? Конечно позвали.
Хороший парень, кстати.
Работать любит.
Мы его сейчас в душ отправили.
Ну что, мы славно поработали
и славно навернем.
- Так, а без тоста же нельзя,
правильно? Нельзя.
Кто скажет тост? Кто скажет тост, а?
Витек, может быть, ты скажешь?
Ты же самый младший. Говори.
- С днем рождения!
- О, прекрасный тост.
- С днем рождения.
- Добрый вечер.
- О, Артурчик. Помылся.
- Рубашечка моя подошла.
- Это вам.
- Спасибо. - Поздравляю.
- Спасибо. Спасибо.
- Артур, ты садись. Садись.
- Ты присаживайся, да. Садись.
- Ругался весь день - намаялся, да?
- Слушай, Артурчик,
а ты бы к нам переходил, а?
Давай у нас оставайся.
На хрен тебе эта Москва сдалась, а?
Смотри, сколько у нас работы, всего.
Вот, смотри: икру жрем ложками почти.
Альбина Ивановна, возьмем его к себе?
- Здрасте. Я не опоздала?
- В самый раз.
- Нормально.
- Вася, это тебе.
- А что это? Ладно, потом.
Так, давай сюда, сюда.
- Ой, я же хлеб забыла.
- Я предлагаю выпить
за нашу прекрасную,
за нашу добрую и дорогую
Альбину Ивановну.
- Да прекрати! Ну что ты говоришь?
- А чего? Чего?
- У тебя же день рождения.
Зачем?.. Так, все.
Дорогой Васечка, ты особенный человек.
И мы тебя все любим, да, Надя?
- Да, он такой.
- За тебя!
- Давайте, давайте.
- Будь здоров. - С праздником.
- Спасибо, спасибо.
Моя хорошая, Артурчик, Валюха.
Ну, еще? Еще по чуть-чуть.
Поехали. Вот.
- Только много не пить сегодня:
завтра к трем вагон сдавать.
- Ах, да мы по чуть-чуть.
Степаныч: - Валюша тут все помоет,
и ту-ту. Да, Валюша?
- Вообще без проблем.
- Альбина Ивановна, хочется
пожелать вам счастья в семейной жизни.
Это главное. Потому что...
Потому что счастье в семье -
это залог счастья.
- Тетя Люба.
- Спасибо за цветы. Очень приятно.
- Что вы, это вам спасибо.
Помогли на билет заработать.
- Да не за что.
Степаныч!
А что с бойлером-то? Еле теплый.
- Нормальный бойлер.
Нормально. К трем часам
все будет в ажуре.
- А ходовая?
- Это... Алечка, ходовая...
Все нормально,
я же шплинт новый купил.
Степаныч: - И колпак!
- И колпак. Алечка, пойдем покажу.
Артурчик, пять секунд.
Пойдем, шплинт покажу.
- Алечка, вот смотри:
шплинт тут поставил новый.
Новый шплинт. Вот.
И здесь все детали новые поставил.
Вот шланги, шплинт -
все как ты просила.
Нормально держится. Аля! Аля!
Тут, понимаешь, такое дело...
Выходи за меня замуж.
- Вася, ну ты что?
- Подожди, Аля.
- С ума сойти.
- Я твое семейное положение
и ситуацию твою тяжелую знаю.
- Ой... Вот откуда?
- Аля, ну деревня. Деревня, Аля.
В деревне все туда-сюда... Аля,
а замуж тебе за меня сейчас выйти -
самое выгодное дело. Серьезно.
У меня есть и дом, Аля.
Дом у меня большой.
И дочку свою забирай.
Мы Аньке... Я Аньке... Подожди.
Я Аньке свою комнату дам.
Дам комнату. У меня, конечно,
уюта никакого нет, Аля,
но мы создадим. Ты что, я ж не просто
так, я ж собирал, подкопил чуть-чуть.
- Вася, спасибо тебе, но...
Ну, Вася, ну ты что? Ну что ты...
- Аля, я с работы уволюсь.
Я уволюсь с работы.
Я понимаю: неудобно мужем командовать.
Это ж неудобно.
А я в Суворино поеду,
там механики нужны,
везде, я узнавал. Кому мы не нужны?
- Вася, ты очень хороший, но давай
лучше друзьями останемся, ладно?
- Аля, вот давай по порядку.
Если тебе надо подумать,
ты подумай, Аля, подумай.
Подумай. Люблю я тебя.
Вот что мне делать?
Как мне быть?
Степаныч: - Ну кто там в гости-то
приглашал? Вася! Василий, ты где?
- Аля, пойдем?
- Не получится у нас ничего, Вася.
Я...
- Я же не курю. Аля, даже не курю.
- Я не люблю тебя.
- Понятно. Понятно.
Гусь свинье не товарищ.
- Слушай, днем Олегович звонил.
- Да ладно. Что хотел?
- Сказал, чтобы вагон
к девяти был готов.
- Почему к девяти? К трем же готовили.
- Поменяли.
- Вот так - бац! - взять и поменять.
Ой. А ты Альбине-то сказала?
- Нет.
- А что так?
- А хрен на нее.
- Да ладно. А где Вася?
Вася!
- Говнюк.
- Вася! Нет Васи. Слился Вася.
С Альбиной вашей.
Он что, не понимаю, к ней подкатывает?
Пойдем.
Степаныч: - Валя, долго ты там?
Валя: - Да идем, идем.
Сейчас, мы идем!
- Ты иди. Я сейчас сумочку
заберу и догоню тебя.
- Давай.
- Давай.
- Сейчас!
- Ой. Вы меня напугали сейчас.
- А вы меня.
- Вот, пришла.
- Слушай, Валя, я анекдот вспомнил.
- Ну?
- Короче, идет поезд
Москва - Киев, и в вагоне...
- Слушай, я вагон не закрыла.
Сейчас вагон закрою и вернусь.
- Давай-давай, закрой.
- Я сейчас приду.
- Только хорошо закрой, Валя,
а то еще украдут.
- Они хотя бы убрались?
- Конечно убрались.
Они же вас боятся. Любят, но боятся.
- А вы что здесь делаете?
В котлах разбираетесь?
- По первому образованию, думаю,
разбираюсь неплохо. Я инженер-механик
тепловых установок.
- А по второму?
- По второму...
Склонен думать, что я неплохо
разбираюсь в людях.
- Психолог?
- Точно, угадали.
Правда, спортивный:
готовлю спортсменов к рекордам.
- Чтобы с ума не сошли от радости,
что прыгнули выше головы?
- Ну, что-то вроде того.
- А по третьему?
- По третьему?..
По третьему я, вероятно, полный идиот.
Не важно.
Вот теперь вас начальство
не будет ругать,
а то они вас уже застращали совсем.
- А вы думаете, что я боюсь?
- Конечно не боитесь.
Вы никого не боитесь.
Вы совершенно нормальный,
вполне самодостаточный человек.
- Очень хорошо,
что я произвожу такое впечатление.
- Вот, пожалуйста, кипяток.
- Спасибо.
- Надеюсь, это спасибо
от "Российских железных дорог"?
- Не надейтесь. От меня лично.
Альбина.
- Артур.
- Да. Билет взяли?
- Да.
Надюша в этот раз была
ко мне очень благосклонна.
Да, я уезжаю утренним поездом.
- В 5:50 который, да?
- Да.
- Конечно, понятно.
У нас, знаете,
с гостиницами очень сложно.
Давайте тогда, вы здесь, а я...
Тоже где-нибудь...
- Спасибо.
- Не за что.
- Спасибо, Альбина.
- Что-то я не пойму - мы едем, что ли?
- Вообще-то похоже.
- Ну да.
Как это?
- А что?
- Да не знаю я.
- А что же делать?
Я пойду посмотрю.
Закрыто.
- Ключ нужен.
Сейчас будет стрелка.
Если не переведена, укатимся вперед,
а там ремонт путей. Так.
Вагон с рельсов сойдет!
Стрелку направо надо.
Господи, я не знаю, что делать!
- Я понял. Понял.
- Артур!
- Жив?
- Вроде жив.
- Спасибо.
- Не стоит.
- Вы когда прыгнули, у меня прямо
сердце так - ох.
- Да я 5 лет со сборной по гимнастике
работал, так что насмотрелся.
Вроде пригодилось.
- Художественная, наверное?
- Да.
- Там железка через лес,
через 15 минут Иван поедет
на тепловозе из Суворино.
Надо его перехватить. Единственный
шанс вагон на станцию вернуть.
- Да.
- Вы со мной, или?..
- Конечно с тобой. Куда ж я денусь?
Слушай, дай водички, пожалуйста.
- Сейчас.
- Что-то я не понимаю -
что за интриги там?
С кем Вася мутит?
- Вася отличный парень.
- Отличный, мне тоже кажется,
именинник.
А почему она его динамит?
- Она такая женщина.
- Женщина...
- Слушай, Валя.
А ты меня будешь вспоминать?
- А то. Конечно буду, Гриша.
- Слушай, Валя, я интересный мужчина?
- Конечно. Ты классный.
Я тебя, знаешь, еще когда заприметила?
- Когда?
- Тогда, в тот раз,
когда ты бойлер травил.
- А, когда я бойлер чинил.
- Когда ты бойлер чинил.
- Слушай, Валя,
а пассажира куда мы денем?
- Куда? А мы сейчас его
переселим на вокзал.
А то жирно больно. Что это он
в вагоне будет ночевать?
Это что ему здесь, отель, что ли?
- Кто он такой,
чтобы в вагоне ночевать?
Кто он такой?
- А где вагон?
Угнал он вагон.
- Как это - угнал?
- А где вагон? Сладенький мой,
хороший вагончик.
- Зачем он его угнал-то?
- А где?
Вот тут стоял, здесь - и нет вагона!
- Валя, не расстраивайся, не плачь.
Ничего, я сейчас разберусь.
Слышишь? Надо Альбину найти.
Валя, жди меня! Я вернусь.
Жди, Валя, я быстро.
- Антоша, пупсик, вагон пропал.
- Да. А на юге звезды очень...
(Чихает.)
- Будь здоров.
- Спасибо.
- ...низко, прямо как
будто они над тобой.
О, вот и Иван.
- Говорят, когда звезда падает,
надо желание загадывать.
Я столько раз загадывал -
никогда не сбывалось.
- Потому что они очень быстро падают.
Если желание не готово, то не
успеваешь его просто произнести.
- Понятно.
- А я передачу смотрела: в Африке
одному племени вообще запрещали
смотреть на звезды.
- Это почему?
- Я не знаю, чего они там боялись.
- Альбина Ивановна,
что вы здесь делаете?
- Ой, Иван, не поверишь - с ума схожу.
- Давай на пятый, там вагон заберем.
(Звонит телефон)
- Дежурный по станции
Чупракова слушает.
- Чупракова, что там у вас за ЧП?
Почему Альбина не отвечает?
Где вагон-ресторан? Пропили, сволочи?!
- Да вон он на месте стоит
на четвертом пути.
- Как стоит? Вы что мне голову
морочите? Нет вагона!
- Да как нет? Антон Миронович, есть.
- Чупракова, халатность покрываешь,
да? Ты у меня попляшешь.
Вы у меня все попляшете! Всех выгоню!
- Придурок. Вагон уже снится.
- Я тебя что-то спросить хотела,
но забыла.
Не важно.
- Значит, действительно неважно.
- Здравствуй, Аля.
- Добрый вечер.
- Я не помешал?
- Да нет.
- Аля, извини, можно тебя на минутку?
- Я сейчас.
- Что?
- Вернулся?
- Да, вернулся, но ненадолго.
Мы уезжаем, Аля.
- Интересно, куда?
- Ты не поняла.
Я Аню в Москву забираю,
мы уезжаем с ней вдвоем.
- Слушай, ты... Проваливай отсюда.
- Она хочет поступать в Москве.
- Мы разберемся.
Мы сами как-нибудь
без тебя разберемся.
- Мы с ней сейчас уезжаем.
- Что значит "сейчас"?
Как это "сейчас"? Я не разрешаю.
Я не разрешаю! Я запрещаю.
Запрещаю, и все!
- Она взрослый человек,
она принимает решения.
Что значит "ты запрещаешь"?
- Слушай, ты что приехал?
Ты приехал отнять у меня дочь?
Ты сволочь, просто сволочь! Мало того,
что ты мне всю жизнь испортил
своими изменами.
- Какими изменами? На себя посмотри!
У тебя вон мужик дома сидит,
а ты здесь болтаешься по перронам
непонятно с кем, непонятно на кой.
- Извините, вы не правы.
- Да отойди ты.
- Я говорю, вы не правы.
- Ты меня достал. Понимаешь это?
- А я говорю, вы не правы!
- Отвали!
Диспетчер: "Внимание, пассажиры.
На первый путь прибывает
скорый поезд номер 14, Оренбург -
Москва. Стоянка поезда - 1 минута".
- Мамочка, мамочка, прости меня,
пожалуйста, я поступать поеду.
Папа сказал, что все устроит, поможет.
- Аня, мы же с тобой договорились:
на следующий год.
Что ты делаешь, как же так?
Так нельзя.
- Мамочка, я не могу, понимаешь?
Я здесь с ума сойду.
Отпусти меня, пожалуйста, мама.
Отпусти меня, пожалуйста.
Мамочка, я тебе позвоню. Прости,
некогда говорить, извини, пожалуйста.
Я приеду к тебе на каникулы,
поступлю - и приеду.
Прости, мама! Я люблю тебя!
- Все будет нормально, не волнуйся.
Все нормально. Мы позвоним, обещаю.
- Я люблю тебя, мамочка.
- Аля, она на тебя похожа.
- Что, болит?
- Да ничего уже.
- Я вспомнила,
о чем спросить тебя хотела.
- Почему я в Москву ехал?
- Почему ты здесь сошел?
- Как у тебя в считалочке-то?
"Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы.
Ехал поезд запоздалый".
И вот в этом поезде ехал я.
И вышел на станции Колошино.
- Хорошо.
Очень хорошо.
- Давай-ка и выпьем за твою станцию.
Хорошо живете.
- Ну!
- Держи. За твою станцию.
- Ну, говори.
- Вообще-то я ехал к сыну,
которого не видел уже три года.
Сейчас ему 15.
Десять лет назад мы развелись с его
мамой, и он уехал жить со мной в Орск.
- А я с Оренбурга.
- Серьезно? Смотри-ка, соседи.
А три года назад приехала
Нинка - это моя бывшая жена -
и забрала его в Италию.
- В Италию?
- Да.
- Зачем?
- Она у меня спортсменка.
Гимнастка, кстати.
- А, да, помню.
- И, ты знаешь,
встретила там такого настоящего
итальянского богатого мафиози.
- Мафиози?
- Чего смеешься?
- Я девчонок так своих
называю - "мафиози".
Ну, говори. Говори, пожалуйста,
я тебя очень прошу, говори.
- Что же ты меня так расспрашиваешь?
- Пожалуйста, говори, Артур,
я тебя очень прошу.
Просто чтобы я о себе
не думала - не могу...
- Аля, я прошу тебя, сядь.
Сядь, успокойся.
Сядь, сядь. А то я тебе
больше ничего не расскажу.
Сядь.
- Угу.
- Кстати, давай выпьем.
Знаешь, за что?
- За что?
- Давай за наших детей, а?
- Давай.
- Аля, Аля, упокойся, Аля!
Аля, я же видел,
какой он - резкий, злой.
Нормальный упертый сильный мужик,
поверь!
Он твою дочку в обиду не даст.
Давай. За детей - до дна.
Слушай, как у нас с тобой все похоже.
Если бы ты знала, как я переживал,
когда Нинка Юрку увезла.
- Юрка твой - он сам захотел уехать?
- Не знаю я. Она, главное,
так неожиданно заявилась в Орск
и соблазнять стала:
Италия, футбол, теннис, море...
Что, говорит, он в твоем Орске увидит?
Перспектив никаких, провинция.
И ведь права была.
Ему вон 15 лет,
а он уже пол-Европы объездил.
Да и твоей дочке будет хорошо.
Москва - столица, образование получит.
Ты к ней сможешь поехать,
не то что я в Италию:
визы, границы, таможни...
Три года его не видел!
А ты села в поезд и поехала.
Что, я не прав?
- Конечно.
- Конечно.
- Ну что, еду я к Юрке.
Мы же хотели с ним целый день
по городу гулять.
Я в Москве сам 5 лет не был.
А главное, вечером на футбол.
Юра мой обожает футбол, представляешь?
Главное, сборная играет!
- Ну и что, все равно проиграют.
- Перестань. Проиграют, не проиграют.
Мальчишки на стадионе за наших,
за своих поболеть!
Он всех игроков знает. Ну вот,
еду я, вдруг звонок - Нина звонит.
Говорит: "Все, взяли билет
на утренний самолет, улетаем".
Я говорю: "Как? Как, Нина?!
Мы же обо всем договорились!"
Она говорит: "Все, Артурчик,
хотел с сыном повидаться -
нужно было билет на самолет брать,
не экономить".
Я разозлился, трубку бросаю.
Иду к проводнице, спрашиваю,
когда ближайшая станция.
Она говорит: "Через два часа".
Я доехал, выхожу в вашем Колошково.
Вот, выхожу.
Твоя "мафия" пиво мне предлагает,
я туда-сюда.
Юрка позвонил, говорит:
"Папа, все отлично.
Отложили рейс, вылетаем вечером".
Я говорю: "Прекрасно".
- И это...
- Я к тебе побежал.
- Да-да.
А я на тебя наорала.
- А я на тебя.
- Ты вообще меня обозвал!
- Горгоной!
- Горгоной!
- А ты не хотела билет мне продавать.
- Не хотела?
- Не хотела продавать!
- И потом ты еще так ругался.
- Ладно, перестань.
- Ругался, ругался.
- Я на самом деле понимал,
что у тебя тоже что-то произошло.
Рассказывай, что.
- Нет.
- Рассказывай.
- Да у меня просто катастрофа!
- Ну чего?
- Серьезно, катастрофа.
- Муж, что ли, ушел?
- Нет, не муж ушел.
Я ушла!
- Что, серьезно?
- Да, так прямо - раз! - и ушла.
- Ну ты даешь.
- Конечно, не так, как хотела.
Хотела немножечко по-другому уйти.
Я хотела знаешь как уйти?
У нас раньше, когда поезда уходили,
все время "Прощание славянки" играли.
А когда Антон Миронович пришел,
он "Прощание славянки" отменил.
Он говорит: "Что это вы?
У вас промежуточная станция.
Что это за самодеятельность?
Вы дезориентируете пассажиров".
В общем, отменил это все.
А мне бы очень хотелось именно
так уйти - под "Прощание славянки".
(Напевают марш "Прощание славянки".)
Бах - и ушла!
А вместо этого стою в подъезде,
плачу в вонючем подъезде,
а потом так поднимаю глаза,
а на стене написано: "Валя - дура".
Если одну букву убрать,
получится "Аля - дура".
И я смотрю и думаю:
"Правда, Аля, ну ты дура!"
- Перестань.
- Правда.
И имя у меня такое дурацкое - Альбина.
Мне все время, когда это слышу,
кажется, что это не ко мне,
а к какой-то огромной бабище
обращаются: "Альбина!"
- У меня, что ли, хорошее имя - Артур?
Артурчик...
Очень приятно, Артурчик.
- Альбина!
- Артурчик!
- Альбина!
И фамилия тоже у меня дурацкая -
Колоскова.
- Правда, что ли?
- Да.
- Слушай, а я Васильков.
- Не может быть!
- Правда!
Васильков и Колоскова...
- Встретились...
Вместе: - В Лошково!
- Скоро твой поезд.
- Поехали со мной.
Поехали.
- Нет, нет, нет. Это невозможно.
- Почему?
- Как? Нет, невозможно.
- Поехали.
- Ну куда?
- В Орск, ко мне.
Почему?
- Ну как?
Как ты себе это представляешь?
- А что?
- Я не могу уехать.
Что же я, все брошу
ни с того ни с сего?
- Действительно ни с того ни с сего.
Ладно, я понимаю.
- А почему ты обижаешься?
А? Я не могу. Если что-нибудь
случится, меня отдадут под суд.
- Аля, ты не смеши меня.
Что тут может случиться?
- Что угодно.
- Что, Аля?
Васька напьется?
Антошка Вальку застукает?
Тебе же Степаныч сказал:
"Все в ажуре", Аля.
Раз и навсегда в вашем Колошино
все всегда будет в ажуре!
- Колошково, вообще-то.
- Тем более.
Я не знаю, Надьку на свое место
назначь. Вон, девка спит и видит,
чтобы начальницей станции стать.
Ты что в своей жизни видишь, Аля,
кроме поездов? Одни поезда туда-сюда,
туда-сюда мелькают, Аля!
"Пассажирский поезд 607, Оренбург -
Москва отправляется с 3-й платформы".
Вот это твоя жизнь, Аля. А я тебе
предлагаю жить по-другому. - Как?
- Двигаться вперед! Понимаешь?
Вперед двигаться, как в спорте!
Скорость набирать день за днем,
рекорд за рекордом.
Рекорд за рекордом. Понимаешь?
Жизнь - это борьба, Аля.
- Спортсменов своих так настраивай.
Накачивай их: "Жизнь - борьба!"
Я устала от борьбы, понятно тебе?
Потому что вот так вот устала, и все!
Покоя хочу, покоя.
Женского счастья. Понимаешь?
(Звонит телефон.)
Ах, как они меня достали.
Да-да-да, женского.
Пошлого и дурацкого.
Да?
- Альбина Ивановна.
- Здравствуйте, Олег Олегович.
Я слушаю вас.
- Альбина Ивановна, а что
у вас там за ЧП случилось?
- ЧП? Очень интересно.
Нет у нас никакого ЧП.
- Очень странно. Мне сказали, что
было. Альбина Ивановна, вам передали,
что вагон должен быть
готов к девяти утра?
- Вагон готов, можете принимать.
И вообще, счастливо оставаться.
Диспетчер: "Внимание, пассажиры.
На первый путь прибывает
пассажирский поезд
Санкт-Петербург - Орск".
- Поехали. - Куда?
- В Орск.
- Какой вагон у нас?
- Туда.
- Здравствуй, Альбиночка.
- Здравствуйте, Альбина Ивановна.
- Прощай, мафия.
- А что это "прощай"? Куда это она?
- Ой, подожди.
- Ты что, Аля?
Что еще?
- Подожди.
- Аля!
- Сейчас.
Я сейчас.
- Что это? С чемоданом...
(Звучит марш "Прощание славянки".)
- Спасибо тебе, моя дорогая.
- Да не за что. Что пассажиру сказать?
- Ничего не говори. Так скажи:
"Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы".
- Ладно, счастливо.
- Пока.
- Пока-пока.
- Господи, воскресла.
- Во дает Алька. Покаталась маленько.
- Здравствуйте, Альбина Ивановна.
- Здравствуйте.
- Аля, это ведомости
за прошлый месяц, подпиши.
- Альбина Ивановна.
- Хорошо, Альбина Ивановна.
- И еще. Пиши заявление
об увольнении по собственному желанию.
- Как скажешь.
- В общем, Аля, молодец, не подвела.
Молодец. Кстати, это премия.
Премию выписали на всех, так что ты...
Я сейчас в Москву, в центр.
Но я о тебе не забыл.
Это тебе от меня. Давай.
- Да ну тебя. Все...
- Ладно, извини.
(Слышен гудок.)
- Антошка на жесткой
сцепке Вальку повез.
Голос Альбины:
"Рельсы, рельсы, шпалы, шпалы,
Ехал поезд запоздалый.
Из последнего вагона
Вдруг посыпалось зерно.
Пришли куры - поклевали,
Пришли гуси - пощипали,
Пришел слон - потоптал,
Пришел дворник - разметал,
Поставил стол и стул
И стал писать письмо:
"Дорогой жене и дочке.
Тирли-точки, тирли-точки.
Шлю чулочки, шлю чулочки.
Тирли-точки, тирли-точки.
А чулочки непростые.
Тирли-точки, тирли-точки.
А чулочки золотые.
Тирли-точки, тирли-точки".
Запечатал и отправил".
 

////////////////////////////