Персональный ангел (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Игорь Нурисламов

Катерине Солнцевой, лучшему специалисту PR-агентства «Юнион», поручают «гиблое» дело: сделать судопромышленника Кольцова мэром крупного портового города. Кольцов — «тёмная лошадка». Он угрюм, закрыт и боится камеры, в отличие от общительного и улыбчивого действующего мэра. Но Катерина берётся за дело, в надежде сместить коррупционера Головина — он убивает город, разрешив вредное производство и свалку. Погружаясь в мрачное прошлое судопромышленника, Катерина обнаруживает — он скрывает какую-то страшную тайну и может быть причастен к торговле детьми… Однако… Кольцов ей нравится. А после того, как он спасает её во время покушения, устроенного таинственным врагом, окончательно убеждается — влюбилась. Но как быть, если Кольцов окажется чудовищем?

Все фразы и цитаты

Серия 1

(ворона каркает)
(мальчик испуганно кричит)
- Перестань.
- Попробую вытащить.
- Убирайся.
Что тебе нужно?
- Ты знаешь, что делать.
ПЕРСОНАЛЬНЫЙ АНГЕЛ
- Ты что, только вчера
на завод пришёл?
Мне тебя учить работать надо, да?
У тебя ЧП.
А я только сейчас об этом узнаю?
Может, включишь голову, наконец,
и начнёшь оперативнее принимать
решения? Правда?
- Лёша, привет.
- Игорь Вахтангович.
- Что, наш там опять спозаранку
колобродит?
- Так точно.
- Рано поднял?
- В четыре утра.
- Злой?
- Обычный.
- Понятно.
Это какая уже?
- Пятая. - О Господи.
- Если ты не в состоянии организовать
людей в цехе,
может, поищешь другую работу?
Всё, жду отчёт.
- Доброе утро.
- Что, принесли?
- Рекламное агентство "Юнион".
Директор Олег Приходченко.
Мы с ним работали в одной газете.
- Политикой раньше занимались?
- Нет, но, в принципе,
он человек с головой. Я могу...
- Игорь Вахтангович.
- Да.
- У нас не раскрутка звездули,
у нас выборы мэра.
- Я могу за него поручиться.
- Я не подопытная лягушка.
- Тимофей Ильич, Тимофей Ильич,
помнете...
помнете пиар-кампанию "Друбич Банк"?
- Помню, но это же совсем другое.
- Его вела Катерина Солнцева.
Она будет вести и наш проект.
(народ возмущается)
- Здесь можно?
- Давай.
- Здесь моя бабушка
в детстве купалась,
отец плавать учил. Понимаете?
- Катя, респиратор сними.
- Мы прямо воду из озера пили.
Дети целыми днями купались.
А сейчас вы понюхайте.
Вы понюхайте.
Люди уезжают отсюда. Понимаете?
- Неожиданное развитие событий.
Протестующих посетил мэр
Дальнеморска, Алексей Головин.
Снимай, снимай.
Алексей Михайлович,
Алексей Михайлович, здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Как вы можете прокомментировать
сложившуюся ситуацию?
- Сейчас мы подойдём к жителям
и всё... уважаемые жители,
давайте с вами успокоимся.
В лицо снимай. Ага, хорошо.
Уважаемые жители, я вас очень прошу,
пожалуйста, успокойтесь.
- Тише, тише, тише.
- Дорогие друзья,
сигнал от вас получен.
Господин Талалуев, скажите мне,
что у вас в районе творится?
- Сигнал заводу отправлен.
Скоро решим проблему,
товарищи, пожалуйста.
- Да вы это год назад обещали.
- Вы же понимаете,
что это не решается так быстро.
Нужно согласовывать...
- Но вы нам обещали.
- Вы видите, какие вопросы.
- Иди сюда.
- Подожди, подожди.
Петя, ты чего?
- Брось, Катюха.
Вырежут. Не твоё это шоу.
- А чьё?
- Выборы.
- Фу! Слушай, ты вообще уже.
- Что я могу сделать?
- Мы разберёмся, правда.
- Мы подписали. Они игнорируют.
- О-о-о... что, навоевалась,
Че Гевара?
- Олег, уйми своего зама.
- А ты чего такая злая?
- Ты представляешь, сюжет
об озере Головин проплатил.
- Хм... ожидаемо.
- Так нужно что-то делать.
Он убьёт город.
- У тебя есть возможность
всё изменить.
- Что это?
- Новый клиент. Посмотри.
- О Господи.
- Признала?
- Кольцов, владелец верфи
и прочих заводов, газет, пароходов.
- И новый кандидат в мэры
Дальнеморска, наш кандидат.
- Наш. Наш. Наш, наш.
- Вы спятили... оба?
- Что не так?
Что не устраивает?
Мы нашли клиента,
за встречу с которым бизнесмены
платят сумасшедшие взятки
его окружению. Послушай, на деньги
Кольцова вся наша лавочка будет
жить до второго пришествия.
Ты поняла?
- Это же гиблое дело.
Мы не занимались выборами.
Мы угрохаем свою репутацию,
останемся на бобах.
- Солнцева, договор подписан.
- Чёрт.
Почему вы так хотите денег?
- Начинай креативить или увольняйся.
- Олег.
- Олег.
- Катя, этот год мы пашем
на Кольцова.
- Заметь, не я это предложила.
Удачи.
- Солнцева.
- Олег, Олег, я понимаю,
вы друзья, но в этом деле нужен
профильный специалист.
- Катя - это условие Кольцова.
- Вот чёрт.
Откуда она его знает? А он?
(звонит телефон)
- Да, слушаю. А что с Кирюхой?
- Кто звонил?
- Уборщица.
- У тебя есть уборщица?
- Нанял.
У Кирюхи приступы обострились.
Чёрт его знает, на что аллергия.
Вот и приходится через день
квартиру вылизывать.
- Здрасте. - Здрасте.
- Здрасте.
- Кирюха.
- Тише, тише, тише, тише.
С мальчиком всё в порядке.
Я ему дал успокоительное.
- Спасибо.
Он так хрипел.
Он так кашлял, а я...
Я ничего не могла сделать.
Я не могла найти этот ингалятор,
лекарства.
- Всё, успокойся, успокойся.
Ты ни в чём не виновата.
Где платок? Вот.
Нет. Тогда сходи в ванну, умойся.
- Угу.
- Одна чайная ложка три раза в день.
Принимать десять дней.
А вообще, вам увозить его надо.
- Ага.
- С нашей экологией
только хуже будет.
- Угу, спасибо.
- Всего доброго. До свидания.
- До свидания.
- До свидания. Спасибо.
- Так, куда же, куда же они делись?
Так-так-так...
- Глянь, глянь в спальне у Яны.
Яна его спрятала, я видела.
- Да нет, это тебе показалось.
Она до сих пор не отошла
от той операции.
Бывают проблемы с памятью.
Здесь тоже, наверное, сунула
и забыла.
- Олег Николаевич.
- Да.
- Я что хотела сказать, жена ваша
навредить ребёнку может.
- Что вы такое говорите,
Дарья Ивановна?
- Я сегодня, когда она мне открыла,
вижу, мальчик синий весь лежит,
не дышит, я говорю: "Умрёт же,
доктора вызывайте".
А она говорит:
"Я сама его лечить буду"
и выгонять меня стала.
- Да, Яна увлекается этой
эзотерической лабудой, но...
Она бы никогда не смогла
причинить вред сыну.
- Катерина, глуши.
- Готово.
(собака скулит)
- Марья Дмитриевна, погляди на неё.
Она ещё думать изволит.
- И что? Молодец.
- Вот этот?
- Угу.
- И правильно делает.
А вот некоторые не изволят.
А им ещё доклад по гравитационным
волнам для Кембриджа писать.
А они отлынивают.
- Проницательная ты моя.
- Закругляйтесь, а то остынет.
- Между прочим, никто, кроме меня,
вот с этим антиквариатом
не справится. Понятно? И не спорь.
- Угу.
- Нет-нет, на 13.
- Вот этот?
- Ага, да, да, это самое...
Я тебе рассказывал историю про то,
как генеральный прокурор
мне задолжал?
Как-то он нас всех собирает
у себя за городом.
А он тоже любит раритеты.
И вот ломается его кабриолет.
А в это время его дочь начинает
рожать.
- Дмитрий, эту героическую историю
о спасении наследника прокурора
мы слышали не раз.
- Да-да, да. - Угу.
Я предполагал. Так, о чём это я?
А, хватит думать.
Мэром должен стать Кольцов.
Понятно, Катерина Дмитриевна?
За блинчиками сгоняй.
- Папа, если он не лучше нынешнего...
- Любой лучше этого
нынешнего взяточника.
- А может, кот Тимофей так же будет
набивать себе карманы.
- Кольцов богат. Зачем ему красть?
Вот сын Веры Владимировны работает
у него на верфи, говорит,
дисциплина железная.
Звонок зазвенел - перекур.
Другой - все дружно затушили
и на стапеля.
И попробует кто-нибудь опоздает...
- Полностью солидарен, мама.
- И жалованье отличное.
- А Головин что?
Вырубил парк под элитную застройку,
одобрил свалку около города.
А завод удобрений
какой год небо коптит?
- А завод разве его?
- Мама, завод его?
- По бумагам, разумеется, отпрыска,
балбеса этого Василия.
И вот что самое главное,
попробуй только заикнуться
об ужасающей статистике
по поводу онкологии и аллергиков,
сразу же говорят:
"Нет, все выбросы в норме".
А если делаешь
альтернативные замеры, говорят,
что это провокация.
Так что - лучше Кольцов.
- Папа, я не занималась
политическим пиаром. - Кофе.
- Научишься, освоила же пиар
после своей психологии.
- По-моему, это полное безумие.
Скажи своему Приходченко,
что ты этого не умеешь.
И не будь как мои студенты.
А то, знаете ли, придумают
себе опыт работы,
чтобы получить должность в Москве,
а потом, когда отовсюду уволят,
плачут:
"Нет денег домой вернуться".
- А она им посылает.
- Ну и что?
Человеку всегда надо дать
второй шанс.
- Только не такому, как Головин.
- Совершенно справедливо, маман.
- Папа, если из-за меня потонет
агентство,
я себе этого не прощу.
- А если упустишь шанс спасти город,
простишь?
- Внимание, так.
Хорошо.
- Тимофей, что случилось вчера ночью?
(фотограф): - Глаза не опускайте.
- Короткий освежающий сон.
(фотограф): - Так.
- Прекрати, пожалуйста.
Ты разбил зеркало.
- Случайно.
(фотограф): - Хорошо. Меняемся.
- А я слышала выстрел.
Давайте я сяду.
(фотограф): - Продолжаем, так.
- Тебе просто приснилось.
(фотограф): - Угу.
- Что происходит?
- Да, только в кадр смотрите.
- Тимофей, может быть,
тебе нужна помощь врача?
- Обойдусь.
- Так. Сейчас, секунду буквально.
- Я так больше не могу.
Мы стали чужими людьми.
Мне нужно с тобой поговорить.
- На сегодня всё. Спасибо.
(фотограф): - Хорошо.
- Стасик, и пришлите мне, пожалуйста,
макет номера на утверждение.
- Да, конечно.
- Говори.
- Тимофей, я хотела сказать,
мне просто нужен совет
по поводу нового номера.
- Не сейчас.
- Алло. Привет.
Я опять не смогла сказать ему.
- Молодец, что осталась.
Нам без тебя крышка.
Так что вот тебе первый бонус,
ешь печеньку. Это я сам готовил.
- Олеженька, я буду очень стараться.
- Да сделаем, сделаем.
Наизнанку вывернемся, но сделаем.
- А Лёша - это кто?
- Это...
- Минуточку внимания, коллеги.
Я рад вам представить
нашего сотрудника.
Вячеслав Панин,
консультант по выборам. - Зрасте.
- Олежа, это зачем?
- Здрасте. - Добрый день.
- Скворцов прав, какая-то
подстраховка нужна всё-таки.
- Олежа, я не собираюсь работать
под надзором чужого дяденьки
с чужими идеями.
- Ты сейчас опять?
- Опять. Или я отвечаю за процесс,
или нет.
- А это наша прима -
Екатерина Солнцева.
- Очень рад, что нам удастся
вместе поработать.
- Но я думаю, что не в этот раз.
- Екатерина.
Катя, если это так задело
твоё самолюбие,
я могу отдать
этого политолога под тебя.
- Ты знаешь что,
я в рецепт печенья
больше бы добавила сахара.
- А я - перца.
(Катя и Олег смеются)
- Пожалуйста, присаживайтесь.
Юлия Павловна Духовая,
начальник нашей пресс-службы,
сейчас подойдёт.
- Ага.
- Вон там - это она.
- А Кольцов нас представит?
- У него после эфира неотложные дела.
- Но мы ведь можем
поговорить с человеком,
которого хотим сделать мэром,
хотя бы в глаза посмотреть.
- Солнцева, захлопнись.
Вот отсюда прекрасный вид.
- Ближе можно?
Мне нужно видеть, как он думает.
- Подождите.
- Олег, извини.
- Мне нужно согласовать
со службой безопасности.
Алло, Лёша, что-что?
У нас проблема.
- Да, понял. Стойте. Сюда нельзя.
- Почему?
- Из соображения безопасности.
- Моей?
Не стоит волноваться.
У меня есть газовый баллончик.
- Вы не могли бы его отдать?
- Зачем?
А если террористы,
и вы не сможете меня защитить?
- Прошу вас.
- А-а... да больно. Пустите.
- Катерина Дмитриевна?
- Да.
- Я обеспечу вам любой уровень
безопасности, если пожелаете.
Садитесь.
Говорить будем с вами.
Вы журналист? - Да.
- Тимофей Ильич,
вы готовы пройти на грим?
- Конечно.
- Здравствуйте.
- Здрасте.
- Юлия Павловна.
- Сейчас всё решим. Идите.
Идите, идите.
Екатерина, здравствуйте. - Здрасте.
- Я - Юлия Павловна.
Может быть, хотели поближе
посмотреть, так сказать,
крупным планом? Пойдёмте.
- Но он сказал...
- А-а... это он шутит.
Юмор у него такой. Пойдёмте.
Может, вы ему понравились.
Тогда вам точно лучше уйти.
Тимофей Ильич будет волноваться.
(Звучит музыкальная заставка)
- Прошу вас.
- А...
- Внимание, до эфира 20 секунд.
- Лёша, подойди сюда.
- Все готовы?
- Где Катерина?
- Готовы.
Звук идёт.
- С вашим выдвижением связаны
большие скандалы в прессе.
Вы действительно имеете отношение...
- А чего он такой зажатый?
Это же прямой эфир.
- А что в этом такого?
Это же естественно.
Он человек.
- Но это просто смешно.
- Вы сформулируйте свои предложения,
мы обязательно их рассмотрим.
- Вы всегда были тёмной лошадкой.
Такая закрытость не мешает бизнесу?
(Кольцов): - Нет, не мешает.
- Ой, сейчас.
- Понято, Юлия Павловна. Спасибо.
- Вторая камера наезд.
- Спасибо.
- На этот шаг вас подтолкнуло решение
баллотироваться в мэры Дальнегрска?
- У нас принципы поднятого забрала.
- Что-то вроде выборы
с открытым лицом.
- Именно. Мы не скрываем
никакой информации,
отвечаем на любые вопросы,
взгляните.
- Тимофей Ильич, скажите,
пожалуйста, а это правда,
что вы начали свою
головокружительную карьеру
простым рабочим
на судоремонтном заводе?
- До рекламы мы должны закончить
весь первый блок. - Угу.
- Тимофей Ильич, так насколько правы
средства массовой информации?
- Екатерина, может,
вы всё-таки посмотрите?
- А почему он не улыбается?
- Первая камера.
- Кажется, что у него плохие зубы
или скверный характер.
И потом, долго думает,
от ответа уходит с грацией слона.
Да и вообще, его нельзя пускать
в прямой эфир.
- Хорошо, Катя, предложи что-нибудь.
А что с ним, с ним всё в порядке?
- Расскажите, пожалуйста,
историю вашего знакомства.
(за кадром доносится детский крик)
Тимофей Ильич, что с вами?
- Что с ним?
- Тимофей Ильич.
- Надо что-то делать.
- Быстро давай рекламу.
- Уходим на рекламный блок.
- А что с ним? С ним всё в порядке?
(ведущая): - Тимофей Ильич.
Тимофей Ильич.
- Куда?
- Мне нужно с ним поговорить.
- Это исключено.
- Юлия Павловна,
он же угробит эфир. Понимаете?
Он боится камеры, закрывается.
Я дам ему хотя бы основные
рекомендации.
- Давайте договоримся, Екатерина,
наша концепция - это естественность.
А вы занимаетесь организацией
мероприятий и освещением их в СМИ.
Это ясно?
- А, по-моему, задача наёмной
пиар-службы заключается не в этом.
- Прошу прощения, Юлия Павловна,
спасибо за консультацию.
Не смеем вас больше отвлекать.
Мы ещё тут осмотримся,
с вашего позволения.
- Я всё-таки надеюсь,
что мы сработаемся.
- Юлия Павловна, кофе.
- Внимание, три минуты до эфира.
Второй аппаратной приготовиться.
- Составишь мне сметы
на оборудование.
В твоих интересах это сделать
сегодня.
- Всё, спасибо.
- Тимофей, что случилось?
Мы очень долго договаривались
с каналом об эфире.
У шоу высокий рейтинг.
Ты прекрасно смотришься в кадре.
Чего ты встал и ушёл?
- Всё нормально. Сейчас продолжим.
- Я понимаю, ты устал.
Кругом кретины
и эти клоуны от Абдрашидзе.
Зачем, зачем ты их позвал?
Я бы прекрасно справилась
со всем сама.
- Юля, если бы я был в этом уверен,
я бы не звал специалистов.
- Специалистов, это кто, Солнцева?
Или у тебя к ней другой интерес?
- У меня интерес один -
это победа на выборах.
И я уверен, вы с ней прекрасно
дополните друг друга.
- Потому что такие вопросы нужно
решать лично со мной. Всё.
Лично со мной. Перезвоню.
Островая! Катерина.
- Я снова Солнцева,
если ты забыл, Гриня.
- Ай-ай-ай, не обижайся.
Это я тебя так троллю.
- Если бы я обижалась, мы бы с тобой
разбежались гораздо раньше.
- Да? Куда уж раньше?
Года со свадьбы не прошло.
- А если бы я знала,
что ты руки распускаешь,
так вообще бы за тебя не вышла.
- Всё, всё, всё, смотри. Мы квиты.
Кончай проповедь, Солнцева.
Какими судьбами?
- По работе.
- Какой?
Тайна мадридского двора, да?
- Угу.
- А я джекпот сорвал.
Хочешь, покажу?
Пойдём.
- Да нет.
- Пойдём, пойдём, пойдём.
- Но...
- Пойдём.
Сюда. Прошу.
- Головин?
- Головин.
Смотри сюда.
(на мониторе):
Безработица и криминал.
Город Дальнеморск находится
в десятке худших городов России.
Но вот кому выгодны эти
антирейтинги, и, самое главное,
соответствуют ли они правде?
Поговорим об этом с мэром города
Дальнеморска Алексеем Головиным.
- Здравствуйте, Григорий.
- Здравствуйте.
- Начну сразу с народной пословицы.
"На язык пошлин нет,
что хочет, то и лопочет".
- Ты двигаешь Головина?
- Полный пакет.
Второй выпуск пишу.
Смотри, как работает.
Моя школа.
- Ты даже стилиста взял?
- Это Васька, сын мэра, бестолочь,
думает, что модельер.
По крайней мере в его тряпках
Головин отличается
от этого унылого Кольцова.
- Островой, на грим.
- Да, конечно.
Кстати, не знаешь,
какой идиот его взял?
- Ну, а-а...
- Да ладно.
Ты, что ли?
(Островой смеётся)
Тебя хотя бы пытали,
а мучили любимую таксу?
- У меня бордер-колли.
Кончай издеваться.
Да, я знаю, кот Тимофей не подарок,
но мне интересно.
- Значит, жажда наживы. Класс.
- Можешь так думать.
- Всё.
- Совет: беги от него,
пока не поздно.
- Внимание, до эфира одна минута.
- С этим мешком даже я ничего сделать
не смогу.
Куда ты поставил? Вот зачем, зачем?
Хорошо же было.
- Ладно, ладно.
- Обратно ставь.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
Я вас долго искал
и долго выбирал десерт.
Только не говорите,
что вы не любите сладкое.
- Обожаю.
- Поздравляю.
- С чем?
- Выявлен внутренний враг.
- И что же тут хорошего?
- Не придётся вычислять
во время работы.
- Но я боюсь, что Духовая не даст
нам спокойно работать
и даже близко к телу не подпустит.
Но зато мэра будет пиарить
сам Островой.
- Ого! Да, вы правы.
Не вытянем.
Тогда пойдёмте.
- Куда?
- Как куда? К Приходченко. Сдаваться.
- Вы не так поняли.
- А чего тут понимать?
Пиарщицу, сделавшую
кампанию "Друбич Банка",
сдула какая-то помощница Кольцова?
- Вы знаете о "Друбич Банке"?
- Я очень многому научился
на этой кампании.
- Слава, неужели никто не видит,
что человек с таким обаянием,
как у нашего кота Тимофея,
не может быть политиком?
Никому неинтересно,
что у него под открытым забралом.
- Катя, все видят, но боятся Духовую.
Может быть,
она подруга жизни нашего кота.
- Значит...
- Нужно убедить Кольцова учиться...
- Учиться говорить на камеру.
(оба): В обход Духовой.
- Да.
(Островой насвистывает)
- Всё в порядке, она клюнула.
- Смотри, на неё весь расчёт.
Ты говорил,
в отношениях ей нет равных.
- Скоро окружение Кольцова начнёт
ей доверять,
допустят к нему, и наш информатор
будет в курсе всего.
- Хорошо бы её пристроить
к нему в постель.
Тогда будем знать
пикантные подробности.
- Это вряд ли.
- А что так?
- Она не содержанка,
чтобы с деньгами спать.
- А чего это мы закипели?
Бывшую жалко?
- Из-за её заявления меня выкинули
с канала,
пришлось из Москвы свалить,
проситься назад,
на родное телевидение. Вы что,
думаете, мне жаль её?
Нет, просто я хорошо её знаю.
- Да ты не волнуйся.
Сделаешь, как договаривались,
поставим у нас теликом командовать.
Но помни,
Головин ничего не должен знать.
И ускорься по второму направлению.
- Делается.
- Дарья Ивановна, а почему вы мне
раньше не позвонили?
Давно он у них?
(звучит магическое пение)
(Кирилл кашляет)
Кирюха!
- Папа.
- Ты чего, ты чего?
- Если я тебя ещё раз здесь увижу,
я тебе ноги вырву. Понял?
- Олег, я тебя умоляю,
пожалуйста, верни его.
Верни его, пожалуйста.
Ты не понимаешь,
Кирюшу таблетками не вылечить.
- Ты с чего это решила?
- У него повреждена аура.
Это всё из-за аборта,
который ты заставил
меня тогда сделать.
- Если ты сейчас пойдёшь с ним,
сына ты больше не увидишь.
- "Есть ли у вас план, мистер Фикс?
- Да, у меня три плана".
- Плановый техосмотр был?
- Конечно, Тимофей Ильич.
- Так почему ты вовремя...
- Да, в выходные увидимся.
Сейчас я не могу. Да ты чего?
Шеф рвёт и мечет.
Ага. Сейчас.
Вы куда?
- Алексей, вы меня не помните?
Хорошо. А так?
Я к Кольцову по поводу эфира.
- Катерина, мне кажется,
я доходчиво объяснила.
Все вопросы
и предложения через меня.
Но сейчас я не могу.
У меня совещание.
- Тимофей Ильич, поверьте,
это было досадное недоразумение.
- В башке у тебя досадное
недоразумение. Уволен.
- Я пожалуюсь в суд, попляшете ещё.
- Уволен, я сказал. Пошёл вон!
- Иди, иди, жалобщик.
- А это что такое?
- Компромат.
Кандидат в мэры выкидывает
людей с работы. Как объясните?
- Уберите это немедленно.
- Юлия Павловна.
Катерина, кажется, да?
- Да.
- Хм... а вы уверены,
что имеете право снимать?
- А если я хочу голосовать за вас?
- Справедливо. Он вор.
- Почти поверила.
- Зажал ремонт станков.
- В глаза смотрите,
а не как сегодня в студии.
- Рабочему руку чуть не вырвало.
Так лучше?
- Неплохо, но надо работать.
Когда первый урок?
- Я же вам объяснила.
В нашей концепции...
- Юлия Павловна, подождите минуточку.
Катерина, утром все ваши селятся
у меня на время кампании.
Завтра же и начнём.
До свидания.
- Запись.
- Да я не снимала.
И как нам лучше его подать: брат,
отец родной, заботливый хозяин,
он кто?
- Богатый самодур.
(звучит сигнал видеокамеры)
- Тихо.
Чтобы понять, на чём играть,
информации надо море.
- А у нас лужа, Кольцов очень закрыт.
- Плохо.
Из шкафа могут полезть скелеты.
Вот зачем ему геморрой с выборами?
- Отмывает чёрные деньги.
- Ты что-то нарыл?
- Слышала что-нибудь про "Гранд Эд"?
- Что за зверь?
- Кольцов там каким-то боком
вроде отели строит.
- Беспредел какой.
- Зря язвишь.
О нём слухи нехорошие.
- Кидают?
- Хуже. Торговля детьми.
- Нужно достать
как можно больше информации.
Ты понимаешь, что если это правда,
то его не в кресло мэра надо сажать,
а за решётку.
- Угу.
- Пойдём. Съездишь,
узнаешь про этот "Гранд Эд".
- Сегодня и поеду.
- Спасибо, Слава.
Надо в камеру.
- Итак...
- Итак, вы идиот.
- В каком смысле?
- В прямом.
Я считаю, что вы идиот.
Докажите обратное.
- Очень любопытный у вас тренинг.
Мы вам просто очень признательны.
Что ж...
- Нужно иметь факты?
- Да.
- Вот здесь пишут: "Кольцов один
из самых богатых людей России".
А теперь вопрос, скажите,
может быть такой человек идиотом?
- Идиотов с такими деньгами
не бывает.
- Бывает, но, скорее всего,
он уже мёртв.
А что, я не прав?
- Да, наверное, вы правы.
- Ага. Оп-оп.
- Давай, давай, давай. На!
- Неплохо, но ушли, потеряли контакт.
Долго думали. Зритель уже решил
за вас не голосовать.
Попробуем ещё раз.
Что-то не так?
- Я с детства не люблю камеру.
- Мы это исправим.
- Гол!
- Кирюха.
- Кирюша, тише.
(за кадром): - Не пойду, пусти.
Нет, никуда не пойду.
Не пойду!
(за кадром): - Герой...
Уже и про детство своё ляпнул.
Давай. Пусть она узнает,
кто ты есть на самом деле.
Давай.
- Тимофей Ильич, что с вами?
- Тимофей.
- Уберите ребёнка.
- Извините, Тимофей Ильич.
- Катерина Дмитриевна, я боюсь,
что такие опыты не для меня.
Извините.
- Извините, это моя вина. Пойдём.
- Олег, Олег, стой.
А при чём здесь ребёнок?
- Тимофей Ильич ненавидит детей.
- Откуда вы знаете?
Я поговорю с ним.
- Слушайте, я знаю о нём больше,
чем его жена.
И не стоит с ним разговаривать,
можете лишиться работы.
- И куда ты его?
- Домой, а там посмотрим.
- Да нечего смотреть.
Давайте к нам, в Немчиновку.
Родители будут только рады.
- Катя, он не поедет.
- Он правду говорит?
- Угу.
- Что же вы, мальчишки,
все такие пугливые?
Один без папки ни шагу,
другой от камеры шарахается.
- Катя, а что с котом Тимофеем,
дохлый номер?
- Нет. Страх из детства,
но в этом-то и проблема.
Сам он ничего не расскажет.
- Заставь копать Панина.
- Я его другим загрузила.
- Быстро ты его приручила.
- Он добровольно,
но я тоже кое-что нашла,
из чего следует,
что наш Кольцов свалился с неба.
- Как это?
- Ни в какой 43-й школе он не учился,
в ПТУ тоже,
о родителях ни слуху ни духу,
в 16 пришёл на верфь. И всё.
- Странно.
Детство - обычно безопасный период.
Чего он боится, что в детстве
в штаны, что ли, дул?
(Кирилл смеётся, звонит телефон)
Ой, извини.
Извини.
- Пойдём. - Угу.
Да, солнышко. Сегодня не получится.
А я тоже скучаю.
(Панин звонит)
- В общем, вляпались мы с тобой
в самый чёрный криминал.
Может, нас и вляпали в него.
- Молодой человек, колесо у вас
спущено, пробито, наверное.
- Спасибо. - Угу.
- Чёрт.
- Ну-ка... давай.


Серия 2

- Убирайся!
- Всегда будешь моим.
Ты никогда и никому не был нужен.
- Врёшь.
- Кроме меня.
- Врёшь. Врёшь.
- Это правда.
Где же она? Ма-ша.
Странно.
- Я тебя уничтожу.
- Только вместе с собой.
(Кольцов тяжело дышит)
(Диана плачет)
- Алло. Забери меня,
пожалуйста, отсюда.
Я не могу так больше.
Он болен.
Я очень боюсь.
- Это не то.
А больше нигде нет?
- А зачем?
Вы же всё равно правды не напишете,
даже если там что-нибудь
такое найдёте.
- Какую правду?
- Ему плевать на город.
Знаете,
сколько мы к нему обращались,
чтобы он помог нам с ремонтом?
Но зоопарк регулярно подкармливает.
Не знаю, может,
он дружит с начальством.
А мы, значит, хуже макак. Всё.
Кончился ваш Тимофей Кольцов.
Есть Илья.
- Можно глянуть?
- А зачем?
Вы же думаете что,
он родственник, что ли?
- Возможно.
- Вот, пожалуйста,
"Вечерний Дальнеморск", 1988-й год.
Номер 34-й.
Это же кому понадобилось?
Интересно. А?
- Тому, кто пытается скрыть правду?
(звучит звонок)
- Ты зачем пришёл?
- Помочь твоему сыну.
- Нам ничего не нужно.
- Выслушай.
Иначе погубишь ребёнка.
- А мы ведь с вами коллеги.
Вы журналистка?
- Да. И пишу об истории города.
А в библиотеке сказали,
что у вас есть редкий номер
"Вечернего Дальнеморска".
- Вас верно сориентировали.
Я ведь юношей пришёл
в газету фотокором.
С тех пор вот статьи со своими
фотографиями и собирал. Да.
Думал, стану знаменитым... оп,
фотографом.
А позвольте полюбопытствовать,
зачем ищут именно эту статью?
- Ищут?
- Вы не первая.
Когда-то мне за неё обещали
большие деньги, но я отказался.
- В статье может быть информация
об одной медийной персоне.
- Вот как, весьма сомнительно.
Это же кошмарная история.
Илья Кольцов, разнорабочий,
под Новый год запер
двоих детей в квартире
и где-то пил неделю,
а продукты дома кончились.
И братья стали есть обои,
вату из матрасов.
Спасли соседи. Вот.
Вот ваш материал.
- А как их звали?
- В статье об этом не сказано.
А я не помню.
Старший, кажется, был
школьного возраста, но сказал,
что в школу не ходит, а ходит
в зоопарк к какой-то Маше.
А она его и учит, и кормит.
- Машка? Помню, конечно.
В неё все наши мужики влюблены были,
добрая, весёлая,
Мартына обожала.
Она на переводчика училась,
а у нас подрабатывала.
- А где она сейчас?
- За бугром давно.
Свалила к своему иностранцу.
- Тридцать лет прошло,
а вы до сих пор о ней помните?
- Поди забудь, когда она каждый день
перед глазами.
- Как это?
- А вот как.
Мать честная, да вы с ней одно лицо.
- Тимка, я очень хочу
тебя взять с собой,
но я сейчас не могу.
Я обязательно вернусь за тобой.
Слышишь?
- Давай быстрей.
Поезд ждать не будет.
- Маша, Маша!
- Тимка, Тимка!
- Эй, ты чего?
- Тимка, Тимка, хороший мой,
я всегда, слышишь,
всегда буду рядом с тобой.
Ты слышишь меня?
- Диана увидит, да?
Да ей всё равно, где ты, с кем ты,
зачем туда ходишь.
- А ты знаешь?
- Ты же неслучайно пирс оставил,
когда дом строил.
Прошлое мучает, да?
- Что ты?
Я не похож на человека
с безоблачным детством?
- Я прочла статью,
которую ты потребовал изъять.
- Не сомневался.
- Жаль, так с головой сделать нельзя.
Вот они и мучают, кошмары,
снятся эти вонючие подъезды,
драки, куртка одна на всю жизнь.
- А мне поможет?
- Чёрт. Так...
- Ведь эта дочка профессорская,
она ведь временно заглушит боль.
Переспишь с ней?
- Ещё не решил.
- Я пойму.
- Юля, в последнее время ты слишком
много себе позволяешь.
- Кушай, мой хороший, кушай. Молодец.
Вот так.
- Спасибо, Степаныч.
- Да не за что, Тимофей Ильич.
Вы как обычно?
- Да.
- Тогда я через полчасика подойду.
- Угу.
Привет, Мартын, привет.
Ах ты, старый сластёна,
давно не виделись.
Знаю, что любишь, прости,
нет, не взял мороженое.
(за кадром из прошлого): - Тимка!
- А помнишь, как Маша тебя в первый
раз мороженым угостила?
(за кадром):
- Последний раз говорю, бери.
- Подачки не надо.
- Сам виноват.
Хотя лучше отдам Мартыну.
Ничего себе.
Неужели ты это сделал сам?
- Сам.
- Теперь-то можно тебя отблагодарить?
- Наверное.
- Ты мой маленький принц.
- А потом сказала:
"Может, и планету когда-нибудь
в порядок приведёшь,
как наш зоопарк".
А я нашу Машу встретил.
Нет, не саму, конечно, девушку,
очень похожую на неё.
Она не боится меня,
даже помочь хочет,
или мне кажется, не знаю.
Может, она ещё хитрее, чем Духовая.
Хотя я Юлю не сразу раскусил,
почти доверился, дурак.
Никто не должен знать, никто.
А Духовая права,
Катерина просто наваждение.
И, пока не вышла беда,
от него нужно избавиться.
- Рабочее название проекта
"Сияющий город".
Кольцов очистит Дальнеморск
от завода удобрений,
свалки, кладбища кораблей,
выведет родственников Головина,
ведь они позволяют загрязнять
окружающую среду.
Дальнеморск станет
экологически чистым городом,
превратится в курорт и...
- Это всё?
- Всё.
- Интересные идеи, я обязательно
их покажу Тимофею Ильичу.
Перейдём к текучке.
Катерина, вы интервью назначили
на "Восьмом канале"?
- Юлия Павловна, Кольцов не готов
работать с камерой.
- Это кто так считает?
- Это все видят.
- Хм... и что вы предлагаете,
взять и всё отменить?
- Нет, всё сделать самим.
- Хм... в смысле?
- Купить телеаппаратуру.
- Любопытно.
- А зачем нам такие ненужные траты?
- Но это всё выйдет намного дешевле,
чем всё время следить,
что натворили телевизионщики.
- Ага.
- Послушайте,
чтобы нравиться избирателям,
Кольцов должен тренироваться.
- Но Тимофей Ильич ясно дал понять,
тренингов не будет.
- Не было такого.
- Катерина.
- Я могу поговорить с ним лично?
- Нет, исключено.
Займитесь интервью. Всем спасибо.
- Угу.
- Катерина.
- Олежа, меня могут слить.
- И правильно сделают.
- Саш.
- Ай, всё, ладно. Целуйтесь здесь.
- Она ничего не покажет Кольцову.
Нужно самим.
Поговори с Абдрашидзе.
Олег, кот Тимофей единственный шанс
для города, для Кирюхи.
Ты понимаешь?
- Это война, Олег.
Твоя девочка это осознаёт?
- Игорь, ты же не этого боишься,
а того,
что придётся цапаться с Духовой.
- Ха, да ты прямо телепат.
- Для этого ты нас и нанял.
Мы ругаемся с Духовой.
Ты об этом капаешь Кольцову,
и он убирает Духовую.
- Мы когда с тобой
об этом договаривались,
всё немножко иначе было.
- А сейчас как?
- Она отслеживает каждый шаг.
И я не понимаю, может,
Кольцову это всё подходит.
- Давай тогда разбежимся,
только я тебе как специалист говорю,
кампанию она завалит,
а на тебя всех собак повесит.
- Рискованно, Олег,
рискованно и рано.
Вот, что я говорил?
Вот что она здесь делает?
(автоответчик): - Здравствуйте.
- Слава, привет.
- Я сейчас не могу ответить,
оставьте сообщение после сигнала.
- Мы пока не продвинулись,
но нам мешают.
- Кто?
- Информатор...
Информатор утверждает, что женщина.
- Помочь?
- Справимся.
- Так не тяни.
- Давайте поблагодарим человека,
без поддержки которого
этот праздник не состоялся бы,
главу холдинга
"Судостроительные верфи"
Тимофея Кольцова.
(звучат аплодисменты)
А теперь наш концерт продолжается.
Встречайте. Богдан Маргасян.
(звучат аплодисменты)
- Добрый день.
(поёт): - "Будто в страшном сне,
Захожу на борт корабля,
Что меня унесёт навсегда,
Корабля, что меня унесёт
Сквозь года".
- Тимофей, давай поговорим.
- О чём?
- О нас.
- Дома никак?
- Дома тебя нет.
- Говори.
- Пожалуйста, пойми меня правильно.
Я устала.
- Тимофей Ильич, извините.
Я договорилась, в антракте
необходимо дать парочку интервью
центральным каналам.
- Угу.
- Диана.
- Тимофей Ильич.
- Я разберусь. - Что?
- Там эта пиарщица Солнцева
сюда ломится.
- Гони её к чёрту.
- Понял.
(звучит песня): - "Там детство,
Юность и любовь
Волнует кровь..."
- Солнцева представила
свою версию стратегии.
- Толково?
- Самодеятельность.
Послушай, если мы собираемся
сотрудничать с "Юнионом",
пусть это будет Панин.
Он хотя бы консультант по выборам.
- Я подумаю.
(поёт): - "Моя надежда".
(звучат аплодисменты)
- Ты куда?
- Извините. Мне очень надо.
Простите. С праздником!
С Днём города!
(смех в зале)
Петь, плясать я не умею.
Вы уж простите.
Но я тоже про город так...
коротенько, минут на 40.
Держите.
У моего друга болен сын астмой.
Врачи говорят, что нужно уезжать.
И он не один такой.
Людей с болезнями лёгких
и онкологией стало много.
А знаете почему?
- Давайте мы оставим этот вопрос
открытым. А мы продолжаем.
- Завод удобрений,
от него город задыхается.
Но мы ещё можем спасти Дальнеморск.
Тимофей Ильич,
прочтите мои предложения.
Они застряли у вас в пресс-службе.
А горожане нас поддержат. Так ведь?
(звучат аплодисменты)
Ура! С праздником вас, дорогие!
Держите. Простите.
- А мы продолжаем наш вечер.
- Девушка, что же вы?
- Простите.
(сигнал сообщения)
- Так же нельзя.
- Наконец-то.
(видео): - В общем, вляпались мы
с тобой в самый чёрный криминал.
Этот дом всей областью
стороной обходят.
Местные говорят,
здесь детей покупают,
в детских домах или через Интернет,
у каких-нибудь алкоголиков
или наркоманов.
- Я собиралась прислать
после некоторой корректировки.
- Чтобы вся информация была
у меня сейчас же.
(видео): - Не очень-то похоже
на детскую экскурсию.
(автоответчик): - Здравствуйте,
я сейчас не могу ответить,
оставьте сообщение после сигнала.
- А когда, вы говорите, это было?
- Вчера.
- Скажите спасибо,
что ещё на меня попали.
- Спасибо.
- Да. Я к чему?
Мой сменщик,
у него баба такая же ревнивая.
Вы знаете, она один раз хотела
всю хату камерами обставить.
Это нормально, да?
- Только проверить, не врёт ли.
А то, знаете, командировка,
командировка.
А у самого телефон вне доступа.
- Конечно.
Вот, возьмите.
Изменял?
Так, может, ну его, этого бойфренда,
раз такое исполняет.
Давай в рестик сходим. Я Ахмет.
- Стоп.
- Чего?
- Стоп!
- Сейчас, ага.
- Есть вторая камера?
- Да.
- А-а... значит, муж с ним поговорил.
- А кто у нас муж?
- Волшебник. - Чего?
- Шварц, классика.
А тут одна дорога до трассы?
- Да.
- Ага, спасибо.
- Пацанёнок у наркоманки этой.
- Алкоголичка она.
- Раньше-то по двору бегал.
И вот нету. Продала ведь всё этим.
Не иначе.
- Некоторые пробовали жаловаться,
но без толку, то ли недостаточно
фактов, а может,
потому что сигналили анонимно,
боялись мести соседей,
а может, и полиция в доле.
- Так он в школу не ходил.
- Да они такие бухарики.
- Миха видел ведь, как его забрали.
Да ведь, Миха?
- Угу.
Меня мать с утра за молоком погнала,
вижу этого в машину чуваки сажают.
Я на велике за ними,
а тормознули вон у того дома.
- "Гранд Эд"?
(мальчики): Да.
А ещё я нашёл
одну интересную фотографию.
На ней изображено судно Кольцова.
Не очень-то похоже
на детскую экскурсию.
- Слушай, Шерлоку этому отнеси.
Если выступать начнёт, не трогай.
- Сделаю.
- А то, если шеф узнает,
что мы перестарались, всех разгонит.
- Да, да.
- Чего, сам поешь,
или тебя покормить?
- Дружков своих покорми.
- Борзый?
- Понятно, понятно.
- Слышь, бери, пока дают.
- Давай.
- Вы хоть с ней общаетесь?
- Так... не особо.
- Катя, ты как здесь?
- Тише.
- Уважаю. Спасибо.
- Бежим.
Быстрее. Давай.
- Сбежал. Вон они.
- Скорее. Осторожно.
- Стоять.
- Давай, давай в машину.
- Давай сюда.
- Вроде оторвались.
Сильно они тебя?
- Терпимо.
Давай гони, гони, гони.
(Катя кричит)
Гони!
- Приехали.
- Давай вылезай.
- Послушайте, вы не имеете права.
Да отпустите.
- Да, это я.
Тут ещё одна нарисовалась,
помогла бежать.
Екатерина Солнцева.
Ясно. Отпускаем.
Ты всё понял, Шерлок?
- Кто это был?
- Безопасники Кольцова
со своим шефом Дудниковым.
- Они что, тебя не узнали?
- Узнали.
- А почему тогда били?
- Испугать хотели, чтобы не рыл.
Они думали, я от мэра.
- Врач сказал, что травмы неопасны.
- Пронесло.
Это всё благодаря тебе.
(звонит телефон)
- Да.
- Солнцева, телик включи.
- Я иду на выборы с чёткой задачей.
- Чёрт.
Ты звонишь показать,
как он старательно гробит
остатки своего имиджа?
- Вообще-то, пропесочить за твой
концерт, но сначала посмотри.
(ТВ): - Я сделаю всё, чтобы воздух
и вода соответствовали
самым высоким стандартам.
Я уберу эту свалку,
кладбище кораблей и завод удобрений.
Дальнеморск будет курортом.
К нам ещё будут приезжать
отдыхать со всей страны.
(звучат аплодисменты)
Спасибо.
- Это ты придумала?
- Угу.
- Катя, ты прощена.
Возвращай Панина из ссылки,
и садитесь за программу.
- Поняла.
- Катя, ты обскакала Духовую.
Это нужно отметить.
К нам москвичи "Чайку" привозят.
Может, сходим?
- Конечно, как только поправишься.
- Чего ты паришься? Круто же всё.
- А если он людоед?
- Кольцов? Теперь уж не узнать.
Мы на мушке.
- Узнать. У меня осталась
одна секретная кнопка.
- Иди сюда, иди сюда.
- Не корми ты её со стола.
Она и так избалована
до невозможности.
- Извини.
Я за добавкой.
Чудесные у вас сырнички, мама.
- Куда? Столовая закрыта.
Выметайся.
- Грубо.
- Ой, ка мне надоел этот зверинец.
- Так давайте тогда сдадим
нас с ней на живодёрню.
- И сдадим, а то ускачешь
в свой Кембридж,
а мы тут с Катериной возись
с животиной.
- Так не впервой, справитесь.
(Катя сигналит)
- Пап, ты не ответил.
- Катюша, этот ресурс надо
использовать с умом.
Такой шанс даётся раз в жизни.
- Да ладно тебе.
Починишь ещё раз
прокурорский раритет,
может, спасёшь ещё одного
наследника. - Угу, шуточки.
- Да какие уж тут? Пап,
если Кольцов в чём-то замешан,
я уйду.
- Есть основания?
- Серьёзные. Позвонишь прокурору?
- Пожалуйста.
- Спасибо.
- А зачем три?
- А это для одной очень хорошей тёти.
- Кто она?
- Я тебя с ней познакомлю.
- Она будет колдовать,
как мама раньше делала?
- Нет, я хочу,
чтобы ты с ней подружился. Хорошо?
- Папа.
- Привет. Я - Диана.
- Кирилл.
- О, ты любишь Супер Мяу?
- Очень.
- А я в школе по нему
тоже с ума сходила.
Я же все серии наизусть знаю.
Смотри, что у меня есть.
Видно?
- Классно.
- Спасибо.
- Не кори себя.
Ты не виновата в болезни сына.
Это не твой грех.
Это грех твоего мужа.
- Кирюшу можно спасти?
- Можно.
- Что мне сделать?
- Отец не должен быть рядом.
Его грех разрушает ауру мальчика.
Их нужно разлучить.
- Как?
- Отвези сына в святое место,
место силы. Там он поправится.
Я помогу.
- Катерина Дмитриевна, на два слова.
Мне кажется, мы с вами находимся
в состоянии войны.
- Разве?
- Конечно.
Вы пытаетесь привлечь
внимание мужчины,
на которого у вас нет прав.
- Давайте не будем
обсуждать эту глупость.
- Почему же глупость?
Не нужно лезть на мою территорию,
иначе я вас проучу.
- А где эта территория, покажете?
- Не стоит со мной шутить.
Тимофей Ильич опасен в гневе.
Так что...
Лучше уматывай отсюда и поскорее.
- А на что ему гневаться?
- Хм... но повод же всегда можно
найти.
- Я вас поняла.
Необходима независимая оценка
загрязнения воды и воздуха.
- И донести результаты
до горожан и до Москвы.
- Пресс-служба мэра игнорирует
эти темы.
Если не удастся выйти на ящик,
то создадим свой Интернет-канал.
- Важный момент,
строительство медицинского центра
и санатория, -
тут требуется широкая огласка.
- Также можно объявить
конкурс для изобретателей
с хорошим призовым фондом
на создание установки
очистки воды.
- И начать с их помощью чистить
водоёмы,
что гарантирует нам положительные
отзывы избирателей.
- И ещё создать детскую
экологическую организацию.
Они будут проводить субботники.
Рабочее название "Маленький принц".
- А что, "Маленький принц" -
это хорошо, хорошо.
- Да, и победа у нас в кармане?
- Не совсем.
- А что ещё?
- Нужно ещё ухитриться - в телике
не выглядеть мешком с отрубями.
- Боюсь, это мне не под силу.
- Всё под силу, если хорошо учиться.
Юля Павловна, найдите, пожалуйста,
в графике ближайшее окошко
для нашего тренинга.
- Ну мешок. Это никуда не годится,
тем более с отрубями.
Согласны?
- Да.
- Согласны.
- Тимофей Ильич, может, обед?
- Да, Юлия Павловна, пора уже.
(видео): - Всё, Островая,
шагай по жизни смело.
- Это Григорий Островой,
известный телекиллер
и главный пиарщик действующего мэра.
(все): Горько, горько, горько!
- Скажи мне, я похож на идиота?
- Нет.
- Угу.
А с чего ты взяла, что,
прежде чем звать "Юнион",
Дудников не доложил мне о каждом?
- А об этом он тебе доложил?
Это с недавних съёмок
передачи с Головиным.
Ты уверен, что ей можно доверять?
Лерочка, можно мне воды?
- Юлия Павловна,
когда назначен тренинг?
- Его не будет.
- Но Тимофей Ильич сказал,
что готов заниматься.
- Разве? Вы что-то не так поняли.
- Он принял наше предложение.
- Слушайте, ваше предложение -
полнейшая чушь.
- Это его мнение?
- И его тоже.
- Где он?
- Уехал. Пойдёмте, раз все готовы.
- Она не догадывается?
- И не догадается.
Информатор говорит,
через три дня я буду знать
график Кольцова поминутно.
Вам останется только принять
контрмеры.
Только вот...
- Какие-то проблемы?
- Информатор побаивается.
Он постоянно с Кольцовым.
Подозрительно.
- И что ты предлагаешь?
- Я предлагаю поставить "жучок".
- Ставь.
- Видишь как, Мартын,
я ведь хочу ей верить.
А может, поговорить с ней?
Если врёт, я же сразу увижу.
Как думаешь?
А что, если, и вправду, врёт?
- Давай, давай мне.
- Пасуй мне. - Мне.
- Давай, давай. Кидай мне.
Мне давай.
- Давай, давай.
- Давай. Гол.
- Совсем играть не умеете.
- Ура!
- Подавай.
- Катя, давай, лови его. Гол!
- Держи. - Левее.
- Гол.
- Ура! Есть.
- Давай, давай.
- Лови, лови. Вот.
- Мне.
- Отбил. - Мне.
- Сейчас, мне давай.
- Есть!
- Есть.
- Так, я подаю.
- Гол!
- Не брызгайся.
- Нет, я.
(Катя): - Тимофей Ильич.
- Пасуй.
- Давайте к нам. А?
- Не отвлекайся.
- Тимофей Ильич, а вы, вы не играете?
- Кто, я?
- Да.
- Смотря на что.
- Давайте так, если вы проиграете,
то я возьму вас на тренинг.
- Что, прямо сейчас?
Ночью? Ночью?
- Да.
- Днём у вас на меня времени нет.
- Нет, нет.
- Тимофей Ильич.
Давай, давай.
- Ребята.
- Чёрт.
- Видали?
- Молодцы.
- Наш?
- Ваш.
- Лови.
- Ура!
- Вот чёрт.
- Ура!
Итак...
- Можно, да? Работаем?
- Угу.
- Итак, я идиот.
- Вы думаете, у меня в запасе
только одна провокация?
- Я рассчитывал, к ней, в общем-то,
и готовился. А разве нет?
- В камеру смотрите.
- Угу.
- Ваши схватили Панина. Зачем?
- Видимо, полез не туда.
- Например, в "Гранд Эд"?
- Например.
- А чем оно занимается?
(Кольцов тяжело вздыхает)
- Отвечу, но после вас.
- Учитесь вы, а не я.
- Это условие.
- Ладно.
- В каких отношениях
вы с Григорием Островым?
- Мы были женаты меньше года.
- А сейчас?
- А сейчас нас ничего не связывает.
- Спасибо за откровенность.
- Тимофей Ильич, вы обещали.
"Гранд Эд"?
- А-а...
А я такой фирмы не знаю.
Всего хорошего.
Спасибо за урок. Доброй ночи.


Серия 3

(звонит мобильный)
- Да.
(по телефону): - Здравствуйте!
Это Виктор Владимирович Боголюбов
беспокоит, генеральный прокурор.
Екатерина Дмитриевна?
- Да, я.
- Извините за поздний звонок.
- Ничего страшного, я не спала.
- Я по поводу Тимофея Кольцова
и его фирмы "Гранд Эд". - Ага.
(звук лифта)
- Диана?
А что это?
- Это моё.
- Ты уезжаешь куда-то?
- Нет. Я ухожу от тебя.
- А.
Когда решила?
- Давно.
Да, я всё хотела с тобой поговорить.
- Ну, давай говори.
Я слушаю.
- Ты мне, конечно же,
можешь сейчас не верить,
но я, правда, тебя любила.
Я видела, как ты мучаешься,
я очень хотела тебе помочь.
Но с тобой же невозможно жить.
Ты самый равнодушный ублюдок,
которого я когда-либо видела.
Дохода от издательства
мне вполне хватит.
- А-а.
- Я за тебя проголосую.
- Спасибо.
- Я уверена, что ты сможешь
поднять этот город,
но только теперь без моей помощи.
Твоя пресс-служба, я думаю,
найдёт что сказать
по поводу нашего развода.
И Юлечке передавай огромный привет.
Прости, я всего лишь женщина.
- Диана.
Он лучше меня?
- Нет.
Просто он человек.
Пока.
(голос мальчика за кадром):
- А-а! А-а-а! А-а-а!
(мужской голос):
- Ай-ай-ай-ай-ай...
Надрался.
А ведь так долго не пил.
Расстроился? Бросили?
Что?
Думал, купил жену - и всё?
Припарковал навечно?
А она даже от таких деньжищ ушла.
Жалкий мальчишка.
Ты ничего не можешь.
Работа тебя не спасёт,
профессорская дочка тоже.
Вспоминай, кто ты на самом деле,
тебе не уйти от себя.
Вспоминай, вспоминай! Вспоминай!
- А-а... А-а!
(плеск воды)
(детский голос):
- А-а!
(плеск воды)
(Кольцов кашляет)
- А вы как здесь?
- Шла к машине.
- Зачем?
- У нас шашлыки дома.
Родители уломали приехать.
А у вас, я смотрю, заплыв ночной?
- Да. Просто оступился.
- Ага.
- Ну... Спасибо большое.
- Тимофей Ильич.
Быть одному сейчас -
не лучший вариант.
- И какой лучше?
- Поехать со мной.
- О. Давай-давай-давай-давай. Давай.
Оп, тормози.
Отлично, глуши двигатель.
Катерина, приглашай гостей.
Добро пожаловать,
сейчас шашлычок уже будет готов.
(Мария Дмитриевна):
- Мм... Всё готово.
- Наверное, это была плохая идея,
Катерина Дмитриевна.
Может, мы вернёмся?
- Здрасте! Привет, Катюш!
Ну, прошу к столу, у нас всё готово.
- Это замечательная идея,
Тимофей Ильич.
(Мария Дмитриевна):
- Давай зови, зови их.
(отец Кати):
- Да что ж такое?
Молодые люди,
ну сколько вас ждать-то?
(щёлкает камера телефона)
- Держите.
- О, круто.
- А вы совсем не интересуетесь?
- Да нет, знаете, я как-то
к машинам равнодушен.
- Эх, жаль, жаль, жаль.
- Мам, поставь вашу любимую песню!
- С удовольствием.
- А я, знаете ли, грешен.
Эх.
Но иногда эта зависимость
приносит пользу.
(включает проигрыватель,
звучит музыка)
- Извините.
(отец Кати): - Да ничего-ничего.
- Шашлык у вас просто обалденный.
И огурчики хрустящие, как я люблю.
А знаете, как я получил
ранение в ногу?
Сидим мы с напарником в засаде,
он вышел за кофе, я тоже подышать,
смотрю: идут.
Я их врукопашную уложил,
а один меня за ногу укусил,
теперь шрам, представляете?
Капусточка у вас
просто замечательная.
- Да кушайте, кушайте.
- У меня мама такую делает,
только ещё бруснику туда добавляет.
- Пойдёмте?
- Здравствуйте.
- Здравствуйте!
Присаживайтесь, Тимофей Ильич.
(звучит песня на итальянском языке)
(отец Кати):
- Ну, вроде не догадывался.
Что ж поделать?
Яркое событие, сложно забыть
и непременно хочется
со всеми поделиться.
- Молодой человек, что же вы делаете?
Иди ко мне.
(собака лает)
(Кольцов): - Извините.
- Тимофей Ильич, признайтесь честно,
какова внешняя задолженность России?
(Катя посмеивается)
(Алексей посмеивается)
- Я не в курсе.
- Похоже, вас надо спасать.
- По-моему, готово.
- Ага.
- Ну неси следующую порцию.
Давай-давай.
- А кто они у вас?
- Они физики.
Папа руководит лабораторией,
пишет книги,
а мама работает вместе с ним.
- Здорово.
- Ну это как сказать.
Сколько себя помню,
вместо "Курочки Рябы" на ночь
я слушала, почему не упадёт
Пизанская башня,
и какое сечение у пирамиды Хеопса,
и от чего отрёкся Галилей.
- И стали пиарщицей.
- Вообще-то хотела стать психологом,
но попала в рекламное агентство,
и там мне понравилось.
Что именно?
- Превращать реальность в сказку.
- То есть вы моим избирателям
рассказываете сказки?
- Нет.
Я вам верю.
И хочу, чтобы вы победили.
(радио, женский голос):
- Всем доброй ночи! В эфире...
И гороскоп на завтра,
дорогие друзья.
Что же нас ждёт уже сегодня?
- Катерина Дмитриевна.
- А?
- А как вы придумали
этот "Сияющий город"?
- Проблемы очевидны,
решила, что вам подойдёт.
- Я похож на борца за экологию?
- В некоторых интервью
вы говорили о вреде свалки, заводов.
Мне Панин сообщил,
когда... собирал информацию.
- А. А что он вам ещё сообщил?
- Тимофей Ильич,
я не ищу на вас компромат.
- А что ищете?
- Это принятая практика.
Так мы стараемся обезопасить
себя и своих клиентов
от неприятных неожиданностей.
Из вас же ничего не вытащишь.
- В таком случае приношу извинения
за вашего коллегу.
(по радио): - Львы смело могут
обращаться к начальству с просьбами.
- Извинения принимаются.
- Эй! Эй, стойте, мужики!
Слушайте, до станции не подбросите?
- Это что за чёрт?
- Здесь недалеко.
- У него волына! Ложись!
(Кольцов): - На пол, на пол!
(автоматная очередь)
(Катя визжит,
шипит пробитое колесо)
(автоматная очередь)
(Катя кричит)
(Кольцов): - Осторожно!
(Катя кричит)
- А! - Сзади!
- А! Вижу!
(выстрелы)
(напряжённая музыка)
- Лёша.
Давай в машину.
Живей, живей, живей, давай, давай.
(Алексей): - Зацепили...
- Куда?
- На землю!
(выстрелы)
(Катя кричит от страха)
(мужской голос): - Давай-давай.
(Катя плачет)
- Лёш, ты как?
- Живой.
- Ударил тебя? Ну всё.
Ну всё, всё, всё. Всё.
Ну всё, всё, всё.
Катерина.
- Я здесь.
О нет, выключите, пожалуйста.
(Катя плачет)
- Извини.
Тук-тук. Есть кто?
Ну... Ну.
Ну всё.
(лирическая музыка)
Всё.
- Я должна тебя предупредить.
- Так-так.
- Я сто лет ни с кем не спала.
- М-м?
- Ну, в смысле, когда ложишься
и спишь до утра.
- Ясно. Подвох в чём?
- Я очень вожусь во сне.
- Я переживу.
- Ну ладно.
(интригующая музыка)
- Ты что, спать собралась?
- Ну да. А что удивительного?
Вот если б я сейчас
пустилась в пляс - это да.
(интригующая музыка)
(включает музыку,
звучит песня на итальянском языке)
- А я, пожалуй, пущусь.
(звучит песня на итальянском языке)
(Катя посмеивается)
- Боже, вот это номер!
- Это ещё только начало.
- Тебя бы сейчас в телик -
избиратель твой!
- В чём дело, куплю студию -
снимай себе на здоровье.
- А как же камеры? Не струсишь?
- Я?
Ну ты же у нас специалист.
Всё исправишь. - Тимыч, как же я
исправлю, если ты закрываешься, а?
- Я закрываюсь? - Да.
- Да я открыт!
- Мм?
(смеются)
Все страхи из детства.
Догадываюсь, оно было нелёгким,
но ты меня не бойся.
Для того чтобы победить,
нужно знать причину.
(звучит песня на итальянском языке)
- Я, кажется, Дудникову
забыл позвонить.
И надо предупредить всех:
в СМИ ничего не давать.
Скажу, чтобы тебя разбудили.
- Вот дура.
- Вы мне обещали,
что машина будет сегодня.
Что, я её год
должен ждать из ремонта?
- Поесть-то забыл.
- Ай. Прости, я тороплюсь.
Давай.
- Угу.
- Здравствуйте, а можно машину
на Большую Пушкарскую, 3?
Спасибо.
(напряжённая музыка)
(динамичная музыка)
- Папа! Папа!
- Кирюша.
- Папа!
- Кирилл поедет со мной.
- Я тебе его не отдам, ясно?
Ему нельзя быть с тобой, ты слышишь?
Это ты во всём виноват, ты спишь
с этой кольцовской подстилкой.
Кирюша, не надо идти к папе,
он хочет тебе зла,
он не хочет тебе добра.
Иди ко мне, пожалуйста.
- Папа хороший. Я не пойду с тобой,
ты меня хочешь убить.
- Ян. Тебе нужно лечиться.
Я позвоню.
- Ты что, не понимаешь, что мы
всё равно найдём Кирюшу?
У нас очень много братьев и сестёр,
а тебя просто сотрут в порошок!
- Алло, Кать, привет. Ты можешь
меня выручить с машиной?
А то моя застряла в автосервисе.
Подожди, как... обстреляли?
- И мне звонит мой информатор,
у него истерика.
Он говорит, что вы
обстреляли машину Кольцова.
- Ты его программу слышал?
Если он хотя бы половину сделает,
знаешь, сколько я денег потеряю?
- И вы что, решили его... убить?
- Предупредить, кучеряшка, напугать.
- Пока что вы напугали
только моего информатора.
Он уже вообще хочет соскочить.
- Угомони его, это твоя забота.
- Так.
Я на криминал не подписывался.
- Стоять!
На молоко. За вредность.
Спокойно.
У нас всё под контролем,
и даже лучше.
Твоя жена всё облегчила.
Я даже не ожидал,
что так быстро выйдет.
- Никто не ожидал.
(Олег):
- Слава богу, маму выписали.
Ей бы ещё полежать,
но она как узнала про Яну,
так сразу из больницы сбежала.
Не знаю, как там Кирюха без меня.
Он, конечно, любит бабушку,
но мало ли.
А если что,
подменишь меня в "Юнионе"?
- Угу.
- Кать, ну не мычи ты.
Поговори со мной.
Я и так себя скотиной чувствую,
а ты ещё добиваешь.
- Почему?
- Но это же я втянул вас всех в это.
Вот тебя вообще чуть не грохнули.
(всхлипывает)
- Катюш, ты...
(Катя плачет)
(плеск воды)
Катюш, что с тобой?
- Я переспала с ним.
- Он тебя обидел?
- Я люблю его.
Но я всё испортила.
Он страдает, а я с чего-то решила,
что он мне откроется.
Я сделала ему больно,
и вообще, он женат, Олежек.
Я знаю, что это непрофессионально,
но... я не смогу с ним
рядом работать, прости.
- Угу.
(тихая грустная музыка)
(отдалённый лай собаки)
- Давай выходи.
- Ой. - Бабуля!
- Кирюшенька.
Ой, кто это к нам приехал. - Привет!
- Радость ты моя, Кирюшечка.
- Привет, мамуля.
- Привет, сынок, привет.
- Как твоё сердце?
- А, нормально.
- Это вот Катя,
она сделает из Кольцова мэра.
- Здрасте.
- Ой, слушайте, я буду очень рада.
Ну, чего мы тут стоим?
Пойдёмте домой, я беляши напекла.
- Ура-а-а!
- Пойдём, мой хороший.
(женщина смеётся)
Идём, мой хороший.
- То есть всё, что я тебе сказала, -
это просто гормоны и дамские штучки?
- Кать. Нам не справиться.
Без тебя.
(отдалённый собачий лай)
(насторожённая музыка)
(отдалённый собачий лай)
- Независимая экспертиза показала
многократное превышение
вредных веществ в отходах,
которые сливает сюда завод.
Завод оштрафовали,
но он трубу не убрал.
Гарантий, что она не работает, нет.
Компания Тимофея Кольцова
взялась убрать трубу своими силами.
Когда вы планируете убрать трубу?
- Трубу мы уберём сегодня.
Очистку воды в озере
я уже взял под личный контроль.
- А...
- Извините, мне нужно работать.
Давай!
(машина сигналит)
- Местных сними.
- Кать, я был в телецентре,
там Островой что-то снимает.
- Ну, Слав, Островой -
пиарщик Головина, это нормально.
- Нет, там другое, съёмки закрыты,
нужно сказать Кольцову.
- Нет, подожди,
не сейчас, говори мне.
- Зрители подписывают
бумагу о неразглашении.
Там Островой, мэр и кто-то третий.
- Очень странно.
Они так долго молчали, а тут
какая-то секретная передача?
- Готовят сюрприз.
(заставка передачи)
- Мы вновь в студии
программы "Островой".
Сегодня говорим
о будущем нашего города.
И наш второй гость -
кандидат в мэры Дальнеморска,
который выдвинулся совсем недавно.
Встречайте: Тимур Кольцов.
Тимур Александрович Кольцов, 40 лет.
- Кольцов?!
- Только что не Тимофей.
- Забавно.
- Это что такое?
- Нет, это не мы.
- Островой уже так делал,
он путает избирателей.
- Мм, тем более могли и предугадать.
- Я не понимаю, зачем это Головину.
- Этот крендель должен
отвернуть часть избирателей
от нашего Кольцова.
(Саша): - Каким образом?
(Катя): - Сейчас увидишь.
- Я считаю заботу о здоровье
наших граждан задачей номер один.
Мы сделаем наш Дальнеморск
городом-курортом.
Я думаю, плюсы очевидны для всех.
- Это... клон Кольцова.
- Скорее, пародия.
(Островой):
- С чего же вы планируете начать?
- Ужасная экология, потому что
засилье промышленных производств.
Их надо сокращать.
Я начну с себя.
Выведу часть производств
в область или за границу.
(Головин):
- Подождите, а рабочие места?
- Люди будут ездить
работать в область,
а если кто-то не сможет, запустим
программу по переподготовке кадров.
- Это наш лозунг,
он превращает его в клоунаду.
- В этом-то и задача.
- Ну послушайте, но не все же идиоты.
Кольцова и его предвыборную
программу знают. - Ну и что?
Островой-то своего добьётся.
Главное - посеять сомнения
в правильности такой программы,
не так ли?
(Тимур): - Я сокращу расходы
на их содержание в разы.
Требуются решительные шаги,
а от городских властей
их ожидать не приходится.
- Ну, насчёт решительных шагов
вы-то не волнуйтесь.
Мы заложили в бюджет строительство
медицинского центра и санатория.
(Тимур):
- Хм, одних лечим, других калечим?
- Ха-ха! Тех, кто калечит,
мы уже наказали.
Завод по производству удобрений
давным-давно оштрафован.
Мы обязали их установить
мощную систему очистки.
Свалка и кладбище кораблей
будут обязательно ликвидированы.
И самое главное, мы решили объявить
среди изобретателей
конкурс на лучшую установку
по очистке воды.
- Это же мы добились того,
чтобы завод перестал гадить.
- Да. Да, это наши идеи:
медцентр, санаторий,
конкурс на установку.
(Тимур):
- Я считаю, что с этими мерами
вы опоздали как минимум лет на пять,
потому что сейчас
ситуация в экологии
требует не косметических
преобразований...
- Слав, не надо. (Тимур):
- ...а хирургической операции.
Да, вначале будет непросто,
но в итоге...
(шум дождя)
- Н-да, рейтинги не радуют.
Так, что мы имеем?
- Провал по всем направлениям,
даже по тем, которые провалить
нельзя было.
- Например?
- Ну, например,
Головин объявил конкурс
на лучшую утилизацию кораблей.
За три дня до того,
как мы должны были.
- Катерина, что скажете?
- Это не провал,
это роковое стечение обстоятельств.
(усмехается)
- Я не верю в стечение обстоятельств,
я верю в профессионализм,
а нас всё время опережают
на несколько шагов вперёд.
- Кто-то сливает всю информацию.
- Интересно кто?
- Мы обязательно проверим все каналы,
по которым мог быть этот слив,
в том числе и ваше агентство.
- Да ради бога.
- Послушайте, а может,
дело не в шпионаже?
А в том, что ваши идеи лежат
на поверхности и всем очевидны,
а следовательно, не имеют
конкурентных преимуществ?
- Юлия Павловна, знаете что...
- Солнцева!
Прекращай.
Лучше изложи своё видение,
как нам выйти из этой ситуации.
- Я тут всё написала.
Слав, прости, без тебя, так надо.
- Кать, а что это за номера?
- У тебя что, от мании преследования
крыша поехала?
Мы что, теперь будем общаться
друг с другом письменно,
как в кино про шпионов?
- Ну да.
Нас же теперь подозревают
в государственной измене.
- Я никого не подозреваю, я хочу
принять меры предосторожности,
чтобы каждый знал
ту часть информации,
которая необходима для работы.
- Это какой-то цирк с конями.
- Катюш, ты точно сошла с ума.
Ты себе-то доверяешь?
- Саш, я не могу работать, зная,
что всё станет известно той стороне.
- Кать, успокойся.
- Не надо.
Да, подозревать противно,
я это понимаю,
поэтому вы оставили это занятие мне.
Каждый думает друг на друга,
но помалкивает.
Пусть у меня будет трижды паранойя,
но отдавать свои идеи
Грине Островому я не собираюсь.
Пусть я лучше перестрахуюсь,
чем недосмотрю.
Всё, извините.
- Катя, вернись.
- Читайте,
и я жду ваши отзывы
в письменном виде.
- Но мне бы не хотелось,
чтобы Екатерина Дмитриевна
оказалась права.
(шорох у двери)
(стучат в дверь)
- Что здесь?
- Отзыв, в письменном виде,
как вы и просили.
- Прекрасно.
- Куда собираетесь?
- К себе в Немчиновку.
- На ночь глядя?
- Именно.
Видите ли, у меня
накопилось много работы,
начальство разнесло за то,
что плохо вас пиарю,
у нас падают рейтинги.
Вообще, мне нужно подумать
в спокойной обстановке,
а не в этой вот темнице.
- Пойдём.
- С чего бы это?
- Я тиран и привык, чтобы мои прихоти
выполнялись неукоснительно.
(Катя смеётся)
- Угу.
Ты прости меня.
Я не хотела тебя ранить, Тимыч.
- Тимыч. Ты меня
так странно называешь.
- Почему странно?
- Ну не знаю.
- Очень даже славно, по-домашнему:
Ти-мыч.
(Катя смеётся) Ты бы слышал,
как тебя зовут твои пиарщики!
- Да я знаю - кот Тимофей.
А когда злюсь - медведь-шатун.
- Откуда?
- Я всё про себя знаю.
- Это тебе так кажется.
- Подожди, подожди, подожди.
Самого главного не заметила.
- А что я должна была заметить?
Это... Это вода из озера?
- Угу.
- Запаха... Запаха, его же нет.
- Нет.
И?
- И...
Пятен нет. Она чистая?
Ты очистил моё озеро?
- Нет, не я, а победитель конкурса
очистительных сооружений.
По его чертежам мы сделали аппарат,
мальчишка просто молодец.
- Тимыч, ты чудо!
- Чудо - это ты и твоя идея.
- Я думала, нам озеро
никогда не вернуть!
Значит, здесь можно купаться,
как в детстве?
- Ну, я бы подождал: осень всё-таки,
да и чистит установка хотя и быстро,
но до полной очистки
ещё нужно время.
- Проверим! А!
- Кать!
Ну как вода в озере?
(Катя посмеивается)
Проверила?
Чистая уже?
- Да.
Только никак не согреться.
- Ах...
(Катя посмеивается)
- А ты чего так испугался?
Боялся, что уплыву?
Тимыч, не бойся.
Я от тебя никуда не денусь.
(мрачная музыка)
- Информатор звонил, но он психует.
Говорит, что мы спятили,
работаем топорно.
- Ну и что же?
- Ну и Солнцева теперь
всех подозревает.
- В этом и смысл, они перестанут
доверять друг другу.
Останется просто поссорить их
между собой и с шефом.
- Информатор боится, что
служба безопасности вычислит утечку.
- Если и вычислит, то Солнцеву.
Пока разбираются, поезд уйдёт.
- А.
- Одного скоро выведем из игры.
Второй, как я понимаю, на подходе.
- Он звонил, просил о встрече.
- Чудесно!
Скоро отвалятся и остальные.
- Никто не хочет решать
проблемы простых горожан.
Мы не позволим, чтобы нашим любимым
городом командовали коррупционеры.
Мало они у нас крови выпили!
На нас, на наше будущее,
на будущее наших детей им наплевать.
Но только все вместе мы сможем
им дать достойный отпор.
(зрители аплодируют,
мужские голоса): - Молодец!
- Молодец!
- Точно!
- За Кольцова!
- За Кольцова!
- Кольцов - наш кандидат!
- Спасибо. - Правильно!
(звучит цыганская песня)
(Кольцов):
- Хм. Забавно.
- Что вы себе позволяете?
- Садись.
(Кольцов посмеивается)
- Смотри.
Даже похож.
- Да.
- Ай... Интересно, чья была идея,
Острового или Головина?
- Извините, я не понимаю, вы о чём?
- Скажи, Тимур,
а избиратели вообще в курсе,
что ты не Кольцов, а Старопяткин?
- Ну, может, посчитал фамилию
неблагозвучной для политика
и взял псевдоним.
- Может.
(Катя): - Угу.
- Или от алиментов скрывается.
Он же злостный неплательщик.
Жена, двое детей - бросил.
- Да ты что?
- Да, сбежал. - Ах...
- А ещё смотри.
На его имя фирма зарегистрирована.
(Катя): - Ах...
- У фирмы проблемы с законом, давно.
- Сиди.
- Прекратите этот театр!
- Тихо.
- Ч-ш-ш.
- Что вам от меня надо?
- Нам надо, чтобы ты снял
свою кандидатуру с выборов,
иначе эта папочка прямо сейчас
отправляется в полицию,
и, будь уверен,
она попадёт в нужные руки.
- Угу. (Кольцов):
- И всё-таки я думаю, что Островой.
(звучит цыганская песня)
- Кирюшенька.
- Мама?
- Привет, мой хороший.
Я так соскучилась, иди ко мне.
- Нет.
- Иди ко мне, не бойся.
Поехали в зоопарк. Помнишь?
- Бабуля. - Помнишь, ездили с тобой
в зоопарк слонов смотреть?
- Нет.
- А там ещё тигры такие.
- Яна... Ты что здесь делаешь?
- Нина Васильевна, здрасте,
я за Кирюшей, мы поедем в зоопарк.
- Не пойду. - Я давно обещала.
- Уезжай, Яна.
Уезжай. Уезжай, слышишь?
(Кирилл): - Пусти.
- Да что ж это такое?
Да выпусти ты меня.
Выпусти меня, слышишь?
(Кирилл): - Я не пойду!
(Яна): - Пойдём, Кирюшенька,
пойдём, мой хороший.
- Сейчас я тебя... Ай!
- Бабуля!
- Ах... Ай!
- Бабуля!
- Ах...
- Ты... Ты что творишь-то?
- Отпусти! Не пойду!
- Не время сейчас сомневаться,
сестра. - Отпусти!
- Это бес в нём упирается, чует свою
скорую кончину на святой земле.
- Пусти меня!
- Садись в машину!
- Я не пойду! Отпусти!
- Садись!
- Тимофей Ильич, теперь пройдёмся
по вашим криминальным связям.
- Не скажу, с удовольствием,
но, видимо, придётся.
Хотя, знаете, я думаю,
что в своё время
на этой теме потоптались
все кому не лень.
- А наш мэр с господином Островым
решили реанимировать
призрак Кольцова-уголовника.
- Что вы говорите? - Итак,
что известно о вас на сегодня?
(шепчет): - Я, когда её предложение
прочёл, решил, что она чокнулась.
А потом уже
сценарий передачи глянул -
влюбился, честное слово, влюбился.
- ...а производство продадите.
(Кольцов): - А кому?
- Иностранцам, разумеется.
- Игорь Вахтангович,
такое ощущение, как будто вы
о каком-то блистательном
научном открытии говорите.
- Ну а разве это не блестяще,
Юлия Павловна, а?
Взять всю грязь, которую Островой
говорит по телику про Кольцова,
и выдать под новым углом, а?
(посмеивается)
(Духовая):
- И какого эффекта вы ждёте?
- Ну как какого, комического,
комического.
Все эти разоблачительные факты -
они противоречат друг другу
и звучат как анекдот.
- Да.
- Потому что заработали много-много
денег и решили, что всё дозволено.
- Купил? Так всё-таки
менеджер я неплохой.
- Я что-то запуталась.
- И я.
(смеются)
- Девка-огонь.
- Ну будем надеяться,
что это выстрелит.
(Катя): - То есть к этой
кошмарной городской свалке
вы не имеете отношения.
- Посмотрите. Посмотрите.
Даже идиоту станет понятно,
что нашего героя оболгали,
а он себя в обиду не даст, не даст,
а людям такое нравится, нравится.
Нравится это всё людям.
- А вы знаете, что в другом интервью
вас сравнили -
вы меня, конечно, извините -
с пауком, который опутал весь город.
- Каким образом? - Видимо,
речь как раз о том, что вы...
(женский голос):
- Дайте мне пройти! Дайте мне войти.
Я всё равно войду!
- Здесь же съёмка.
- Не трогайте меня!
- Тише, тише.
- Катя.
- Диана?
- Я не к тебе пришла. Где Олег?
- Он у себя в комнате работает.
Что случилось?
- Он у меня оставил свой телефон.
Звонила его мама.
Её ударили, и Кирюшу куда-то увозят.
- Это Яна? - Похоже.
(Катя): - Кирюша как?
- А можно узнать, что происходит?
- Пойдём.
- Диана, подожди.
- Что?
- Тимофей... Ильич.
- Олег. - Диана.
- Дело в том, что мы с Дианой
друг друга любим.
(Диана): - Господи...
- Это я понял.
Кто похитил вашего сына?
- Да у него жена ненормальная.
- Диана... - Она после аборта
вообще умом тронулась.
- Я за сумкой.
(Диана): - Что "Диана"?
У Кирюши астма,
ей какой-то целитель внушил,
что не нужны никакие
ни врачи, ни таблетки,
нужно спасаться только этой...
магией, колдовством всяким.
А у него астма, он задыхается,
он вообще умереть может.
Она его в школу не пускала,
она ему телефон не давала,
и теперь вообще мальчика похитили.
(Кольцов): - Она украла?
(Олег): - Да нет, вот этот целитель.
- Почему вы не спрятали мальчика?
- Он нервный очень.
Без меня с ума сойдёт, поэтому так.
Простите.
- Лёш, поехали, время уходит.
- Тимофей Ильич, может,
вам не стоит с нами?
Вы моих ребят знаете,
быстро всех найдём.
- В твоих ребятах я не сомневаюсь.
Сомневаюсь, что найдёте.
- Это почему?
- Этот целитель, скорее всего, прячет
мальчика на кладбище кораблей.
Там больше негде.
А это место
лучше меня никто не знает.
Поехали.
- Угу.
- Мама. Что, плохо?
- Таблетки рассыпались.
- Я вызову скорую.
- Рассыпались они.
- Где они, мам?
- Кирюша где? Кира где?
- Вот, я нашла.
(Олег): - А.
- У соседей.
(Диана): - Алло.
- Наливай.
- Да, пожилой женщине плохо.
- Где Кирилл? - Сердце.
- Я пыталась его остановить.
- Кудренковская, дом пять.
Спасибо. Ждём. - Я хотела
его забрать, он мне не дал.
Пожалуйста, я тебя умоляю,
пожалуйста, спаси нашего сына.
(плачет)
- Не уберегла я его, сыночек,
не уберегла.
- Пожалуйста.
(женский голос): - Ой, слушай,
а ты видел мой последний эфир?
- Да, видел твой последний эфир.
- Ну и как?
- Слушай, мне кажется,
ты там текст переименовала.
- Да ты что, я всю ночь учила.
- Ха-ха, ну немного
незаметно было, да.
(вибросигнал мобильного)
(женский голос): - Можно подумать,
ты сам учишь хорошо.
- Ну я не учу,
но, по крайней мере, я никогда,
никогда абсолютно
не подготовленным...
- А у меня эфир вообще-то скоро.
Ну, и кого мы тут высиживаем?
Чего ждёшь?
- Решался.
- Значит, если бы я тебя не спалил,
ты бы передумал продавать
информацию про Кольцова?
- Тише.
(щелчок фотоаппарата)
- Так. Вы прочешите берег.
- Ага, поняли.
- Остальные пошли за мной.
(Катя): - Кирюша!
- Кирилл!
(Катя): - Кирюша!
- Кирилл!
(Катя): - Кирилл!
- Кирилл! - Отзовись!
(Катя): - Кирюша!
- Кирилл!
- Кирюха!
(Катя):
- Кирюша!
Кирилл!
- Кирюха!
- Кирилл!
(Катя):
- Кирюша!
- Кирилл!
(Катя): - Ки-рю-ша!
- Кирилл!
(дребезжащий электрический звук)
(детский кашель)
(детский голос из прошлого):
- А-а! А-а!
(Кирилл):
- Ай!
(Кирилл кашляет)
А! Помогите! Мы здесь!
- Кирюша. Кирюша!
(Кирилл кашляет)
- Нож бросил! Бросил нож, я сказал!
Руки поднял, чтоб я их видел.
(звенит упавший нож)
Спокойно. Спокойно.
Тихо, тихо.
Субтитры подготовила Лахмоткина Н.М.
"ТВ Центр", 2021 год.


Серия 4

(Катя): - Вот, держи.
- Садись. - Держи, пей, пей.
- Голову аккуратно.
(Катя): - Тихо, тихо, тихо.
Хорошо.
- Кирюха!
- Папа!
- Как ты, всё хорошо?
- Угу.
(Кольцов):
- Олег Николаевич.
Вы можете с сынишкой
остаться в замке.
Его у меня точно никто не тронет,
заодно и врачи мои посмотрят.
Пока Дудников мой будет разбираться
с этим, может, он там не один.
(Олег): - Спасибо, Тимофей Ильич.
- Угу.
- Рад, что работаю с вами.
- Кирюшенька! - Мама?
- Кирюша, сыночек! - Яна.
(Катя): - Кирюша. Пошли.
- А кто с мамой?
- С Ниной Васильевной
осталась твоя Диана.
Пусти меня, пожалуйста.
- Не сейчас. Он боится.
- А когда? Когда?
- Когда ты поправишься.
- Ты меня бросаешь?
- Мы с тобой разведёмся.
Кирюха будет жить со мной.
Мы тебя очень часто будем навещать.
- А-а. Угу.
- Прости.
Всё хорошо?
(Катя): - Угу.
- Ты как?
Я люблю тебя, Тимыч.
Но я боюсь тебя
и не знаю, что с этим делать.
- Я тебя тоже боюсь.
И тоже не знаю, что с этим делать.
- Давай бояться вместе.
(Катя смеётся)
- И что же, он дрался
с этим целителем?
- Лично?
- Да он сражался, как лев.
- Хм, молодец твой Кольцов.
Похоже, я в нём не ошибся.
(Мария Дмитриевна): - Кхм.
- Кхм.
Маман, тефтели были,
как всегда, прекрасны.
Вынужден откланяться:
доклад не ждёт.
- Дотянул.
(Мария Дмитриевна): - Угу.
- Разрешите я оставлю это
без комментариев. Пойдём.
Ну, мой хороший.
(собака лает)
- Хм. Ой. Ой-ой-ой-ой-ой.
Мне тоже пора собираться.
Мы с девчонками намылились
в консерваторию.
- Дима отвезёт.
- Не надо, не надо, не трогай его,
иначе он вообще ничего не напишет.
Доеду на такси.
- Будь осторожна, Катенька.
- Ты о чём?
- О твоём Кольцове.
Он очень странный.
- Мам, он чудесный.
- Он тяжёлый.
- Лёгкий.
- Постарайся оценить трезво:
ты ему совсем не пара.
- Мам, да я не могу трезво,
я в него влюблена.
- Вся его притягательность -
в больших деньгах.
Я понимаю, в молодости
это имеет значение.
- Мам, да при чём тут деньги?
Я сама неплохо зарабатываю.
- Катя, это вещи разного порядка -
твой заработок и его состояние.
Ну только не прикидывайся,
что ты этого не понимаешь.
- Да мне уже кажется, что ты
прикидывалась, будто меня понимаешь.
- Я в восторге от того,
как он помог Олегу.
Но это ему ничего не стоило,
кроме синяка.
Он же не снял с себя
последнюю рубаху, правда?
Такие люди не умеют жертвовать.
И жену он простил
не из благородства,
а потому что он... равнодушный.
Ты привлекаешь его как объект,
как явление, совершенно недоступное
его пониманию.
- Мам, но если бы он захотел,
он бы получил десятки таких.
- То есть купил бы.
Что в нём кроме денег, Кать?
- Мам, но он... он стойкий,
талантливый, решительный, добрый,
хотя сам этого не знает.
А ещё он уверен,
что его невозможно любить.
- Ты ему рассказала о своих чувствах.
- Да, он жутко перепугался.
- Постарайся уйти без потерь.
- Мы всё раскопали про тебя, сволочь.
Тебя ведь за торговлю наркотой
в особо крупных закрыть хотели.
Так?
- Не знаю.
- Зато я знаю. Тебя отмазали.
И, скорее всего,
ты вот этим своим
колдовским цирком расплачивался.
- Я парня спасал от этой поехавшей.
Она же его бросить хотела,
увезти куда подальше.
Без денег, без еды и без лекарств.
Говорила, мол, больной сын
её с мужем разлучил.
(насторожённая музыка)
- Ты, гнида, у меня
за похищение ребёнка сядешь.
А на зоне потом разберутся,
зачем ты это сделал.
- Не надо.
- Ну?
Есть неплохой вариант для тебя.
Сдай заказчика.
- Нет.
(учащённо дышит)
Вы не понимаете. Если он узнает,
он убьёт и меня, и родных.
Это очень опасный человек.
- А не блефует ли, часом,
этот твой опасный человек?
- Он сказал, с пацанёнком
вообще не церемониться.
Просто запереть в машинном
отделении, а дальше как пойдёт.
Если помрёт, то даже лучше.
Он же думал, что его не найдут.
Там же никто не бывает.
- А зачем ему это?
- Трепать нервы отцу, чтобы ни о чём
не мог думать, кроме как о сыне.
Просто чтобы не мог работать.
- Это мэр, Головин?
- Я... я не могу.
- Ребята, давайте,
не стоим на месте, собираем.
- Это седьмой или восьмой мешок,
я уже не помню.
(Катя): - И не тяжело?
- Нет, прикольно, чисто стало.
Ну всё, я побежала...
(Катя): - А...
Набережной Дальнеморска давно
требовалась генеральная уборка.
Участники экоотряда
"Маленький принц"
не только взялись за это,
но и превратили скучное мероприятие
в соревнование,
а Тимофей Кольцов -
ещё и в праздник.
На его теплоходе все участники
отправятся в ручной круиз,
а маршрут выберут победители.
- Итак, победила команда... "Орики"!
(хором): Ура-а-а!
- Убирать городскую свалку
тоже будет "Маленький принц"?
- Ну, конечно, нет. Этой акцией мы
хотели ткнуть кое-кого из взрослых.
Дети справились, власти - нет.
- А свалка?
(дети хором): Ура-а-а!
(детский голос в прошлом):
- А-а-а!
(мужской голос):
- Мы команда, ребята, давайте!
- А свалка... уже закрыта.
Моя компания...
её полностью ликвидирует.
(мужской голос из прошлого смеётся)
(детский смех)
(Катя):
- Тимыч.
И если вас изберут...
- Если меня изберут,
я добьюсь, что бюджет,
выделенный на содержание чиновников,
будет урезан
в пользу очистных сооружений
и развития медицины.
Концерт закончен, всё.
- Сегодня весь день с детьми, ты стал
с ними спокойнее, что случилось?
- У меня случилась ты, мне теперь
никакой дьявол не страшен.
- О-о, а вы знакомы?
(мужской голос): - Главное, что
набережная нашего любимого города
вновь чистая.
Есть такое правило...
- Этот дьявол - он из детства?
Поэтому ты их так боишься, Тимыч?
- ...работа, но совсем не трудная.
- Скажи мне.
(мужской голос): - Так написал
Антуан де Сент-Экзюпери.
Но, как мы видим,
ребята из экологической организации
"Маленький принц"
доказали нам, взрослым,
что работа эта вовсе не скучная.
- Поехали.
(мужской голос): - С каким азартом
они принялись убирать этот мусор.
Ребята поделились с нами
своими планами.
- Катя. Подожди.
- Да?
(мужской голос):
- Впереди ещё городской пляж и парк,
работы там невпроворот.
Но мы не сомневаемся: с такими...
- Я... Вот, держи. (мужской голос):
- В будущем ребята хотят
снимать документальные фильмы
о своей работе.
- Открой.
(мужской голос): - На радио тоже
планируется программа
"Маленького принца".
Мы желаем ребятам удачи
в их благородном деле!
- Так удивительно.
Я такие камни
только по телевизору видела.
Ну как тебе? А?
- О. Прекрасно.
Просто прекрасно.
- А можно я их маме своей покажу?
(звук вращающихся бобин с плёнкой)
Я думаю, что ей очень понравится.
Тимыч.
Ты чего?
Тимыч.
- А...
- Что случилось?
- Прости, прости. Напугал?
Тебе лучше уйти.
- Что с тобой, хороший мой?
- Это называется кошмары,
ну, видения.
Теперь ты это знаешь.
- Часто они у тебя?
- Раньше каждую ночь, даже днём.
- Дать успокоительное?
- А, без толку это всё.
Успокоительное одно - это работа...
до потери сознания.
Сон... сон два часа,
а потом опять работа.
- Тимочка, бедный мой.
- С тобой кошмары стали уходить.
Но, боюсь, до конца они
не исчезнут никогда.
- Расскажи мне, пожалуйста.
- Извини. Я на воздух.
(лёгкий плеск воды)
Мне было девять, брату семь,
когда отец нас продал Михалычу.
Тот скупал детей у алкашей...
и держал на кладбище кораблей.
Михалыч делал деньги на таких,
как мы, которые никому не нужны.
Он снимал запрещённые видео,
потом дети исчезали.
Каждый раз, когда открывалась дверь,
я думал - за мной.
Но первым забрали брата.
Он был младше, он...
кричал, звал меня.
Я струсил. Он не вернулся.
(мальчик кричит)
А я смог выбраться - случайно:
пьяный сторож забыл закрыть дверь.
Михалыча задержала милиция,
но его быстро кто-то отмазал.
Нас втихую распихали по детдомам,
так, кстати, никто ничего не узнал.
Михалыч исчез.
Говорят, убили.
С тех самых пор один и тот же
кошмар: я предаю брата.
И страх камеры. Я не учёл этого,
когда решил стать мэром.
А ещё я боюсь детей.
Наверное, свихнусь от страха,
если они когда-то появятся.
Не уверен, нет ли у меня серьёзного
психического расстройства.
Зато у меня есть
персональный дьявол.
Приходит ко мне регулярно.
Он и сейчас здесь.
- Ах!..
(тревожная музыка)
(беспокойная музыка)
Я и выборы-то затеял,
чтобы избавиться от него.
Привычная работа уже не спасала.
Ну что?
- Родной мой.
Как же тебе больно.
Как же ты живёшь?
- Жив, как видишь.
- Какое счастье, что ты спасся.
- Я спасся, брат - нет,
как и остальные дети.
(грустная музыка)
- Ты не мог спасти их.
Зато сейчас ты спасаешь многих.
- Ты о чём?
- Я знаю, чем занимается
твой "Гранд Эд".
Мой хороший.
(щемящая музыка)
Я с тобой. Я с тобой, я люблю тебя.
Ты обязательно будешь счастлив,
я обещаю.
(тревожная музыка)
(голос Кольцова): - С тех самых пор
один и тот же кошмар:
я предаю брата.
И страх камеры. Я не учёл этого,
когда решил стать мэром.
А ещё я боюсь детей.
Наверное, свихнусь от страха,
если они когда-то появятся.
Не уверен, нет ли у меня серьёзного
психического расстройства.
- Хм. История вышла
прямо пальчики оближешь.
Теперь у него не останется
ни одного шанса.
- А подумают все на Солнцеву,
и докапываться никто не будет.
Ну понятно же, что от неё утечка.
Ну, продала, ну, согрешила.
Тем более она громче всех орала там:
"Шпионы, шпионы!" Почему?
Потому что рыльце в пушку.
- Смотри.
- Ах... Красотища.
- Да.
Кать!
- Ша-а-ах!
- Катя!
- Она в машине.
(напевая): Так, так-так-так,
так-так-так, что у нас здесь? Ага.
- Катя. - Ах, вот так вы пошли, да?
- Да. - Ага.
А если мы вот так вот пойдём? А?
- Господи... Ну что с тобой?
На. Держи.
- Я слабая, мам,
и мне не справиться с ним.
- С Тимофеем?
Ты всё-таки решила уйти?
- Нет, я всегда буду рядом с ним.
- Маман. Я в восхищении.
Поздравляю.
- Спасибо.
- Но я не знаю,
как мне помочь справиться
с его искалеченным детством.
- А что с ним случилось?
- Мам, я не могу.
Ты даже себе представить не можешь,
что ему пришлось пережить.
- Но ты любишь его?
- Да этого так мало, мам.
Я благополучная до мозга костей.
Помнишь, я любила копчёную колбасу,
но не любила шоколад?
- Конечно, помню,
ты раздавала его соседям.
- Да, это так далеко от его детства.
Но он не сдался.
Он создал себя заново
и всё равно страдает.
А я... Я легкомысленная
и не готовая к серьёзным жертвам
эгоистичная маменькина дочка.
Как мне вытащить его из этой
прОклятой войны с собой, мам?
(плачущим голосом):
- Я не знаю.
(автомобильный сигнал)
- По всему городу расклеено.
(Катя смеётся)
- Кать, не смешно.
Нужно готовить симметричный ответ.
Надо таких же листовок наклепать,
тогда сразу будет понятно,
что это просто милые шалости
конкурирующих штабов.
- Нет, Слав, Островой не дурак,
это не его масштаб.
Тут всё гораздо серьёзнее.
- А листовки тогда зачем?
- Для нас, для отвлечения внимания,
пока они готовят какую-то заваруху.
- И что делать будем?
- Нужен подстраховочный материал,
причём срочно.
А он у нас, к сожалению,
только один.
Поговорю с Кольцовым.
(Духовая):
- Екатерина Дмитриевна.
Нам нужно с вами поговорить.
- У меня встреча с Кольцовым.
- Поверьте, это в ваших интересах.
Речь пойдёт о вас.
(Катя): - К чему такая забота?
- На вас мне плевать.
Кольцов вами поиграется и выплюнет.
- Посмотрим. - Просто вы оказались
в нужное время в нужном месте,
когда у Тимофея начались проблемы.
- Послушайте, если вы хотите сказать,
что это вы ему нужны,
то я, пожалуй, пойду.
- Сядь!
Кольцов мне нужен мэром, и раз уж ты
временно занимаешь моё место,
я тебя использую.
- Как?
- Островой снял убойную программу
с компроматом,
а слил ему его Панин.
- Это же ерунда какая-то.
- Да? Ну смотри.
Панин твой друг,
Гриня - бывший муж.
Ты мне говоришь,
что у них там, и уходишь,
а я уже решу, как быть
с этой информацией.
- Вы напрасно стараетесь.
- Свою стометровку ты уже отбегала.
Прыгнула к нему в постель, и хватит.
Он не твоего поля ягода.
Признайся, он же даже как мужик
тебе не нравится.
- Видите ли, Юлечка,
вам, наверное,
даже в голову не приходит,
но Тимофей самый лучший
мужчина на свете.
И я буду счастлива,
если он станет отцом моих детей.
(Духовая): - Ага.
- И стометровки тут ни при чём.
- Вот-вот. Я не спортсмен.
- Давно ты тут стоишь?
- Порядочно. Панин сказал,
что ты здесь.
- Что ты с ним будешь делать?
- Поставлю в угол.
- Я серьёзно.
- Ничего он на меня не нарыл.
Пусть проваливает.
А вот к тебе вопрос.
- Какой? - Ты мечтаешь
сделать из меня отца семейства?
Как тебе в голову такое пришло? Как?
- Прости, я... Я сама не знаю, я...
- Открой.
- Вы уверены?
- В чём дело?
- Когда?
- Олежа, что случилось?
- Кать.
У нас беда.
- Этот вопиющий случай, когда от
голода чуть не погибли двое детей,
не имел для отца Кольцова
никаких серьёзных последствий.
Страну лихорадило,
и никому не было до этого дела.
И тогда произошло то,
что навсегда определило
личность и поступки
будущего кандидата на пост мэра.
Отец продал его некоему Михалычу -
уголовнику
с несколькими судимостями.
Он зарабатывал на беспризорниках.
- Тимыч, это не я. (Островой):
- Послушаем мнение профессионала.
(мужской голос): - Конечно,
такой страшный травматический опыт
в раннем детстве
не мог пройти бесследно.
(Островой): - Угу.
- Эта модель отношения к детям
как к товару - сначала в семье,
потом в заточении, -
а главное, ненависть
к своему мучителю,
видимо, трансформировалась
в желание занять его место.
(Островой): - То есть?
Вы хотите сказать, что он болен.
- Ну... Дистанционно ни один психиатр
не поставит диагноз.
(Островой):
- Я думаю, мы вас поняли.
- Тимофей.
- У нас есть доказательства того,
что фирма Кольцова "Гранд Эд",
возможно, имеет отношение
к торговле детьми.
Если я вас правильно понял,
опыт детства Кольцова мог повлиять.
- Что это за бред про детство?
(напряжённая музыка)
Откуда это всё выплыло-то, а?
- Это не бред. Об этом никто не знал.
- Ага. Кроме тебя.
Твой дружок не мог нарыть такое.
- Какой дружок?
Катя, кто слил информацию?
- Олег, это не я.
- Так это...
Так это ты с ним вдвоём мутишь,
что ли, с Островым? А?
(беспокойная музыка)
- Откуда ты узнал про детство?
- Да первый раз слышу.
Я материалы по "Гранд Эд" слил.
Гнида, конечно, Островой,
обещал же не светить мои записи.
(Панин вскрикивает)
- Слав, зачем?
- Да чтобы от твоего Кольцова
мокрого места не осталось.
После такого ему не отмыться.
- Давай его к Дудникову,
а там разберёмся. Давай.
- Кольцову конец,
его просто уничтожат,
и тогда ты... ты будешь со мной!
- Давай шагай, говорю!
(Панин): - А! - Ну иди.
(Духовая):
- Какая романтическая история.
Но если не Панин, то кто?
- Олег. Я никому ничего не сливала.
Ты мне веришь?
(лай собаки на улице)
- Юлия Павловна,
в комнате Екатерины Дмитриевны
ничего не нашли. - Ищите.
Лучше ищите.
- Ага.
(беспокойная музыка)
(Катя): - Понимая, что проигрывают,
конкуренты идут на крайние меры.
Покушение, к счастью, не удалось,
ведётся следствие,
однако конкуренты не оставляют
попыток уничтожить соперника.
Теперь, по их версии,
Кольцов - торговец детьми.
Данную ложь легко опровергнуть.
С нами на связи уполномоченный по
правам ребёнка города Дальнеморска.
- Компания "Гранд Эд" является
благотворительной организацией.
Она помогает детям
из неблагополучных семей
начать новую жизнь.
Их лечат, отправляют учиться,
а затем помогают в трудоустройстве
и социальной адаптации.
- Владимир Викторович,
я устала повторять:
я не продавала информацию,
это не в моих интересах.
- А кому вы говорили, что Кольцов
поедет с вашей дачи в день обстрела?
Друзьям, любовнику?
- Я ни с кем это не обсуждала.
Я сама была в той машине.
Тимофей Ильич спас меня от смерти.
Если бы не он, меня бы застрелили.
- Хорошо.
А кому вы сообщили эксклюзивную
информацию о Тимофее Ильиче?
- Никому, я уже об этом сказала.
Вы извините, но я устала,
у меня ещё море дел.
- А никаких дел больше не будет.
Кольцов отстранил вас.
(напряжённая музыка)
- Совсем?
- До конца расследования.
Вы только в обморок не падайте.
На его месте я бы вам так репутацию
испортил, вы бы всю жизнь помнили.
Мне нужно осмотреть
ваш телефон и сумочку.
- Вы всю мою комнату вверх дном
перевернули, ничего не нашли,
вам этого мало?
- Это была несанкционированная
инициатива Юлии Павловны.
- А телефон и сумка санкционированы?
- Приказ Тимофея Ильича.
- Ну что там?
- Нашли, Тимофей Ильич.
- Что?
- "Жучок" в телефоне
Екатерины Солнцевой,
всё как мы и предполагали.
Очень мощное
подслушивающее устройство.
- Ясно.
Кто заказчик информации, выяснили?
- Нет ещё.
- А чего вы радуетесь?
Выяснить и доложить, быстро.
- Слушаюсь, Тимофей Ильич.
(неприятный гул)
(неприятная музыка)
(напряжённая музыка)
(мрачная музыка)
- Уже месяц не утихает шум вокруг
покушения на Тимофея Кольцова.
Большинство полагает:
это результат нечестной борьбы
за пост мэра Дальнеморска.
Организаторы покушения
добились обратного эффекта.
Рейтинги показывают уверенный отрыв
судостроителя от своих соперников,
в том числе нынешнего главы города,
а Тимофей Кольцов продолжает
выполнять свои обещания.
- Было проведено много проверок.
В выбросах обнаружили
большое превышение вредных веществ.
- Алло. Это я.
У вас всё готово?
Отлично. Только проверьте,
чтобы без накладок.
(Кольцов в репортаже):
- Собственнику рекомендовано
оснастить завод
очистными сооружениями,
либо он прекращает деятельность.
- Хоть бы глаза поднял.
- В таком случае завод покупаю я
и делаю всё сам.
- Мам, подойди.
- Угу.
Катюша, кофеёк,
суахилийский, со специями.
Ты бы попила. А?
- Я не хочу пока, бабуль.
(собака скулит)
(звонит мобильный)
- У, зараза.
Игорь, ты сам подумай,
но это невозможно, Катя его любит.
- Какая, к чёрту, любовь?
На карту поставлены такие бабки.
- Подожди. Ну, посмотри.
Зачем она сохранила "жучок",
если знала,
что материал вот-вот выйдет?
Почему не осталась
ночевать у родителей,
если знала, что будет покушение?
А вот этот её последний
перестраховочный вариант -
он же побил все рекорды.
- А что ты от меня хочешь?
Сказать Кольцову: мол, верю ей?
Мол, не психуй, чувак? Что?
- Давай поищем, кто это мог сделать
и навести на Катю.
- Послушай, у нас очень мало времени.
У нас времени в обрез,
кто этим будет заниматься, Олег?
- Я буду заниматься.
И ты тоже будешь.
- Ч...
- Я тебя заставлю.
Я не дам вот так
Катю на растерзание.
Я уже и так её не смог защитить
от этого вашего Дудникова.
Ты вообще представляешь,
что с ней там сейчас происходит?
- Послушай, я делец,
не творческая личность.
Это вы привыкли там у себя...
фантазировать!
Истеричка!
Хорошо, я... Хорошо,
я поговорю с этим Дудниковым.
- Спасибо.
- Да иди ты.
- Катюшенька, айда с нами в Лондон.
- И что мне там делать, а?
- Продолжать учиться.
Повышать квалификацию пиарщицы.
Или пиарщика. Кто ты там у нас,
как это теперь называется?
- Катюша!
- Я сама не понимаю, пап. - Катя.
Звонят с работы,
говорят, ты сбрасываешь.
Просят ехать к ним. На.
- Бабуль, я там больше не работаю,
у меня запятнанная репутация.
- У тебя запятнанные мозги.
Иди и помоги Маше собраться.
- Угу.
- Ты должна ехать.
Все будут на набережной.
Кольцову надо помочь с речью.
- Бабуль, я не вернусь.
Я не смогу жить
с таким камнем на шее.
- Что ты знаешь
о камнях на шее, девчонка?
Немедленно умойся.
Надо иметь хоть каплю мужества.
- Но... - Не перебивай меня.
Ты бросила своих людей
в самый ответственный момент.
Да, Кольцов тебя отстранил,
ну и что?
Олег тебя не уволил.
- Бабуль, я не могла это вынести.
- Да.
А твой ужасный Тимофей
как это вынес?
В конце концов, ты бросила его.
А между прочим,
ему было тяжелее всего.
Ты ведь, кажется, говорила,
что любишь его.
Так?
(Мария Дмитриевна):
- Видишь, в каком она состоянии?
Поговоришь ты? Поговори ещё.
(отец Кати): - Да, да.
- Сегодня особенный день для города.
Многолетняя проблема -
гигантская свалка,
благодаря компании Тимофея Кольцова,
покидает Дальнеморск.
Здесь присутствует и основной
конкурент Кольцова - мэр Головин.
Сюда он приехал
со своим сыном, Василием.
А вот и Кольцов!
(женский голос): - Вот его машина!
- Посмотрите, как его
встречают дальнеморцы!
- Спасибо.
(скандируют): За Кольцова!
- Бать, пойдём. Пойдём.
- Угу. Хорошо.
(люди скандируют): За Кольцова!
За Кольцова! За Кольцова!
- Поговорить бы, Тимофей Ильич.
- Долго?
- Минуту.
- Ну?
- Неправ наш Дудников,
ошибся, нужно исправить.
- Время вышло.
- Я не отступлю.
Я боевой офицер и ничего не боюсь.
Я дал мужикам слово, что поговорю.
- Ну говори.
- Катерину подставили свои.
Наши видели, как в телецентре
Островой говорил
с одним из "Юниона".
(люди скандируют):
За Кольцова! За Кольцова!
- Солнцева.
- Что тебе?
- Уводи отсюда Кольцова.
- Почему?
- Его убьют.
- Кто?
- Дед Пихто!
Неужели ты не понимаешь,
что эти ваши фокусы с заводом
и свалкой даром не пройдут?
- Догадываюсь.
- Я подслушал разговор.
Кое-кто в бешенстве.
(Кольцов в микрофон):
- Но сегодня важный день.
- И обещал убрать Кольцова лично.
- Гриня, ты меня разводишь?
- Он заложил на сцене бомбу.
(беспокойная музыка)
Иди, иди, иди, я его отвлеку.
- И я вам обещаю: свалку мы с вами
больше никогда не увидим.
Но я хочу сказать: если бы не вы,
если бы не ваши...
- Да ты что?
- Да.
- Это Островой.
У меня есть
один очень важный вопрос.
- Это наша общая победа.
- Лёша.
- Катерина Дмитриевна, добрый день!
- Это он, он хочет убить Кольцова!
- Не могу сейчас говорить.
- Я понимаю,
но мне необходима гарантия
моей личной безопасности.
- Уходите все отсюда, слышите?
Уходите все, слышите, уходите!
- Всё-таки давайте я... Я вам скажу,
что я думаю по этому поводу,
а потом уже будем решать, хорошо?
(драматичная музыка)
- Что? А, хорошо.
(пищит дистанционное устройство)
- Бать, пойдём.
- Ты видишь, я разговариваю?
- Дома поговоришь. Пойдём, пойдём.
- Пойдём. Да.
(пищит датчик взрывного устройства)
- Здесь бомба! Уходите все!
Слышите, все отсюда, все отсюда!
(взрыв, Катя вскрикивает)
(люди кричат)
(звучит автомобильная сигнализация)
- О...
Ты опять меня спасла.
- Пришлось.
- Я думал, умру, когда Дудников
сказал, что ты...
- Тимыч, я думала, что умру.
Знала, что не поверишь.
Давай. - А я...
- Давай сюда.
- ...размечтался уже. - Осторожно.
- Почти тебе предложение сделал.
Думал: "Чёрт с ним.
Ну будут дети - пусть будут дети".
- Тимыч.
Я люблю тебя.
- Катя, выходи за меня, а?
- Я согласна, Тимыч.
- Правда?
- Да.
- После неудавшегося покушения был
арестован сын мэра Василий Головин.
Он запустил взрывное устройство
при помощи дистанционного пульта.
- Садись.
- Кольцов, пойдём.
Тимофей Ильич, как вы считаете,
мэр города виноват...
- Так, Юля, не сейчас.
- Слушай, заканчивай снимать.
- Тимыч, если Вася Головин заказчик,
то кто тогда подкинул "жучок"?
- А мы сейчас узнаем. Ну?
- Островой всё подтвердил.
Оказывается, они давно были знакомы.
- Он в машине?
- Саша, открывай.
- А...
(напряжённая музыка)
(неприятная музыка)
- Сиди.
- Саша, ты?
(Олег):
- А я всё никак не мог понять,
кто так хорошо
о моей семье осведомлён,
чтоб так ловко
Яне целителя подсунуть.
Ну что, Санёк, решил меня подсидеть?
- Да без тебя и без твоей пигалицы
в "Юнионе" всем бы дышалось легче.
- А ты, значит, на моё место.
- Да лучше тебя рулил бы.
Против мэра он воюет, ха.
Да Васька вас всех в пыль сотрёт.
У него и город, и Кольцов ваш
знаешь где?
Вот здесь, понял?
- Тихо, тихо.
- Куда?
- Прости.
(Саша):
- О! А! А!
(Саша стонет от боли)
- Отрыв от основного соперника,
бывшего мэра города Дальнеморска
Алексея Головина,
составил 23,7 %.
Тимофей Ильич,
акция прощания с городской свалкой
и покушения на вас -
именно это поставило точку
в предвыборной гонке?
- Ну насчёт точки я ничего не знаю.
Но я очень хочу верить, что мне
удалось убедить избирателей
в том, что я могу
быть полезен городу.
Я не позволю превратить
наш город в свалку,
для меня это принципиально.
Предположу, что не многим
со мной по пути,
а это значит, что путь
всё-таки есть, правильно?
- А ваша жена работает?
- Вовсю.
Она возглавляет мою пиар-службу
и спуску мне не даёт.
(Катя смеётся)
Ну что, все указания
выполнил в точности?
- Ой, даже лучше, Тимофей Ильич.
Всё так по-человечески
у вас получилось.
- Я старался.
Друзья.
Как хорошо, что я вас всех встретил.
Правда. Я безумно рад,
что меня окружаете именно вы.
Оказывается, у меня есть команда.
Да, ещё, вдруг я завтра забуду -
ну, заботы мэра, всё такое.
Спасибо вам большое. С победой, ура.
(Алексей): - Ура!
(хором): Ура-а-а!
- Ура.
- Ой.
- Мм... А мне когда результат
сообщили, я сначала даже не поверил.
(детский голос): - Мама!
- Думал, разыгрываете, такой отрыв.
(радостный детский голос):
- А-а! Не догонишь, не догонишь!
(другой детский голос):
- Мама! Мама! Мама!
(Кольцов за кадром): - Ой, сейчас
догоню, догоню. Вижу, вижу, вижу!
Ах ты! Осторожно.
А где наша мама? Где мама наша?
Вон мама. Давайте позовём маму.
Мама!
(дети): Мама! Мама! Мама!
(Кольцов): - Мы здесь!
 

////////////////////////////