Кольцо из Амстердама (1982 год). Цитаты и фразы из фильма

«Кольцо из Амстердама» — советский художественный фильм, поставленный на киностудии «Мосфильм» в 1981 году Владимиром Чеботарёвым. Сценарий фильма основан на одной из сюжетных линий повести Олега Шмелёва и Владимира Востокова «Знакомый почерк», впервые опубликованной в журнале «Огонёк», а впоследствии выходившей отдельными изданиями.

Все фразы и цитаты

(милицейская сирена)
- Вот деньги, как в прошлый раз.
- Алло, Гутман, мы вас ждeм. Да.
Гутман просил немножко подождать.
По рюмочке кюрасао?
- А, можно.
- О'кей.
(звучит танцевальная музыка)
- Я хочу спросить.
- Слушаю, Альбатрос.
- А нельзя вместо долларов
бриллианты?
- Надо посоветоваться.
Прозит!
- Прозит.
(стонет)
- Что это?
Ой!
Есть тут кто-нибудь, а?
Эй! Есть тут кто-нибудь?!
(мужской голос):
- Одну минуту.
Здравствуйте.
- Что это значит?
- Сейчас всe объяснится.
Костюм этому господину.
Вы упали, пришлось отдать
в чистку.
- Да? Сколько сейчас?
- Местное время - пять часов утра.
- Вы что, зарезать меня хотите?
Мы уходим в семь.
- Времени действительно мало.
Одевайтесь.
Благодарю.
- Что вы хотите от меня?
- Одевайтесь, одевайтесь.
Я вам прочту кое-что.
Расписка.
"Я, Фастов Юрий,
штурман парохода "Альбатрос",
получил от Питера Гутмана
два бриллианта общим весом
в три карата.
За что обязуюсь передать Гутману
или его доверенному лицу
соответствующую сумму
в советских денежных знаках
или возместить
полезной информацией,
представляющей интерес для второй
договаривающейся стороны".
Обыкновенная расписка.
Ничего страшного.
Только подпись ваша подделана.
Мы взяли еe из гостевой книги Фреда.
- Что вам от меня нужно?
- Садитесь.
Ваша настоящая подпись.
Бриллианты вы получите
немедленно.
Но вы уже преступили закон.
Зачем же останавливаться на полпути?
Преступили,
когда вывезли отсюда доллары.
Я прочту вам заметку, напечатанную
в нашей вечерней газете.
В ней сказано, что советский моряк
Юрий Фастов,
рискуя жизнью, помог полиции
задержать опасных преступников.
Такая газета уже отправлена
на "Альбатрос".
Из полиции уже сообщили о том,
что, в связи с ранением,
вы прибудете туда
только сегодня утром.
Вас встретят как героя.
Я думаю, что это не помешает
для вашей дальнейшей карьеры.
Так что с нами стоит дружить.
Текст весь напишите своей рукой.
- А если не соглашусь?
- Не советую.
Прекрасные бриллианты.
Прекрасные.
Половину денег вы уже привезли.
Значит, за вами ещe половина.
- Я могу и не прийти больше
в Амстердам.
- Почему?
- Мало ли, мы ходим в разных широтах.
- Например?
- Ну, Хайфон, Карачи,
Гонконг, Куба...
- Ну, если до сентября вас
не будет здесь,
в сентябре я всe равно побываю
в Советском Союзе.
Значит, встретимся у вас.
- Как так - у меня?
- Ну не у вас дома, конечно.
Запишите сюда свой домашний телефон,
я позвоню вам.
Чтоб не было всякой путаницы,
запомните простую фразу:
"Вам передаeт привет из Москвы
Пeтр Иванович".
Это буду я или человек от меня.
И вот таких чемоданчиков, -
это простой чемоданчик, -
тем не менее, только два.
Один - у вас, другой - у меня
или у человека,
который придeт от меня.
Возьмите, это удобная вещь.
Несгораемый.
Камушки спрячем сюда.
В пасту для бритья.
Второй.
Вот так.
Ваши часы, паспорт, бумажник,
деньги, фотографии близких.
Это ваш друг?
- Да.
- Военный моряк?
- Да.
- Подводник?
- Как его фамилия?
- Соколов Александр.
- Вот меня, не лично, конечно,
а по роду моей профессии,
очень интересуют
некоторые подробности
службы Александра Соколова.
У него ведь нет, очевидно,
секретов от друга?
С вашего разрешения,
я возьму эти фотографии.
А бриллианты
открывают перед вами
возможность пожить
в своe удовольствие.
И многие из ваших сослуживцев
позавидовали бы вам.
- Навряд ли.
- Вы колеблетесь?
- Хотите завербовать меня?
- Откажетесь - вся жизнь рухнет.
- Как волка травите.
- По всем вашим законам, Фастов,
вы преступник, и сами отлично
это понимаете.
- Теперь компрометирующие
штурмана Фастова факты.
Сняты в один из его приездов
в Амстердам.
- Вы полагаете, Гутман,
что ваш Фастов
заслуживает серьeзного отношения?
- Фастов плавает по всему свету,
мистер Линч.
Хайфон, Карачи, Гонконг, Куба.
Даже просто как связной
он будет полезен.
- Этого мало.
Насколько я понимаю,
Фастов способен и на большее.
У него интересные
в нашем плане знакомства.
И голова на плечах у него есть.
- У предыдущего вашего агента Филина
тоже была голова на плечах.
И именно поэтому он в конце концов
послал вас к чeрту,
по идейным соображениям.
- У него больная печень,
так же, как и у вас, Кребс.
А Фастов здоров и любит деньги.
- Деньги - хороший стимул,
но не всемогущий,
когда дело касается русских.
В этом мы имели с вами
случай убедиться.
- Фастов достаточно завяз.
- Хорошо.
Начинайте с ним работать.
Но больше никаких валютных операций,
никакой контрабанды.
Отныне вы будете отвечать
за его моральную чистоту.
- Кребс, Восточный отдел
становится сегодня основным
объектом нашего внимания.
Так что старайтесь, Гутман.
Дополнительное финансирование
обеспечено.
(песня): - "Нет таких морей,
Таких архипелагов,
Нет таких портов
Вблизи или вдали,
Где бы не носили наших флагов,
Мы - морские жители земли.
Как бы ни болтало нас,
Как бы ни качало,
Мы плывeм над рыбами
От звезды к звезде.
Море начинается у родных причалов.
Море не кончается нигде.
Ждeм добро на вход,
Ждeм добро на выход.
Ждeм своих невест,
Жeн и матерей.
Но не ждeм ни милости, ни выгод
У разбушевавшихся морей.
Как бы ни болтало нас,
Как бы ни качало,
Мы плывeм над рыбами
От звезды к звезде.
Море начинается у родных причалов.
Море не кончается нигде.
Ничего, что есть
Приливы и отливы,
Лишь бы мы ни в чeм
Друзей не подвели.
И тогда считаем рейс счастливым,
Мы, морские жители земли.
Как бы ни болтало нас,
Как бы ни качало,
Мы плывeм над рыбами
От звезды к звезде.
Море начинается у родных причалов.
Море не кончается нигде."
- Эй, где ты там, добрый молодец?
А ну, выходи на свет божий.
- Вадим Петрович,
ну что ты кричишь?
- Вот это по-нашему, по-моряцки.
- Вадим Петрович, давай...
- Ты что, сдурел? Я же от души.
- У меня голова, понимаешь, трещит.
- Ну, извини. Поправляйся.
Слушай, а может быть?..
- Нет, спасибо. Иди.
- Да? Ну ладно.
(звонит телефон)
- Да. - Фастов, вы в состоянии
подняться на мостик?
- Могу, капитан.
- Тогда прошу.
Помнишь, в Бомбее мы
на либерийском танкере пожар тушили?
- Ну и что? - Кто тогда первый
на борт либерийца прыгнул?
- Ну, Фастов.
- О, Фастов.
А ты говоришь, Фастов уже не тот.
Что теперь скажешь?
- Выходит, ошибался.
- Ошибался...
(мысленно): - Не тот Фастов, не тот.
До последней точки дошeл.
Контрабанда, а теперь,
можно сказать, в шпионы завербовали.
Стоп. Почему завербовали?
Можно послать этого Гутмана
ко всем чертям.
Нет, они знают своe дело туго.
Возьмут за горло.
А если оставить всe как есть?
Ведь никто ничего не знает.
Подожди, подожди, не торопись.
До Таллина есть ещe время подумать.
И дeрнуло меня связаться
с этим Мишей.
- Приехал, ненаглядный. Привет!
Ну, как мужик, девочки?
(женские голоса): - Ничего.
- Весьма недурeн.
- У него жена уехала.
Он у нас на воле.
- Жена покинула его.
- Так это же прекрасно.
- Зойка, веди себя прилично.
- Тоже мне монахиня.
- Тихо, девочки. Ну, знакомьтесь.
- Лена. - Юрий.
- А это Зоя.
Крайне несерьeзная личность.
- А на каком корабле вы служите?
- На "Альбатросе".
- "Альбатрос", девочки,
в загранплаванья ходит. - Да.
- Ленуль, покажи дачу гостю.
- Что смотришь? Нравится?
- Пожалуйста.
- Ух ты.
- Ну что, нравится?
- Да.
- Ну так бери.
- Ну, спасибо.
- Бери, не стесняйся.
(Зоя): - Ребятки, за стол!
- Идeм?
- Ты здесь, ты сюда.
- Спасибо. Ух ты, вот это стол.
- Прошу.
- Мне - салат.
- Начнeм, пожалуй.
- А далеко ваша жена уехала?
- К моим старикам, в Горький.
А вы чем занимаетесь?
- Учимся.
- В Институте культуры.
- А у вас какая должность?
- Вот, я штурман.
- И далеко плаваете?
- А мы не плаваем, мы ходим.
- Можно?
- Да.
Последний год всe чаще в Амстердам.
- И за океаном бывали?
- Конечно, и не раз.
- Везeт же людям.
- Да, мне всегда везeт.
- Ну а куда же сейчас?
- А сейчас машина в ремонте.
- Надолго?
- Я думаю, месяца два прокантуемся.
- Валюту дают?
- А как же.
- Амстердам, Амстердам...
Завидую тебе белой завистью.
Слушай, а я читал, в Амстердаме
самые дешeвые в мире, кажется,
бриллианты.
- Не приценялся - не по карману.
- Ладно, братцы, хватит трепаться.
Давайте, взяли.
- Что будете?
- Всe равно.
- Ну что, предлагаю за моряков.
- За знакомство и за девушек.
- И за девушек.
- Прекрасно.
- Мишунь, а что насчeт музычки?
- Сейчас сделаем.
- Я налью?
- Угу. Спасибо.
(звучит танцевальная музыка)
- Здесь жарко. Пойдeм покурим?
- Пойдeм.
Ты не сердись,
мне надо домой наведаться,
а то как-то вот здесь неспокойно.
- Никогда не оправдывайся.
Можешь делать всe что хочешь.
Захочешь меня найти - найдeшь.
- Дай телефон.
- У меня нет телефона.
Через Мишу.
- Ага.
- Впрочем, запиши адрес.
- Давай.
- Я сама.
Вот.
И напишем так: "Леонид Иванович".
Для конспирации.
- Ну добивай меня, добивай.
- Ничего подобного. Просто хочу,
чтобы жена была спокойна.
Это впервые у тебя?
- Ну... ты не думай, у меня
возможности-то были.
- Не сомневаюсь.
А что ж ты терялся?
- Такая вот не встретилась.
Вот... А Мишу давно знаешь?
- Мишу? Да, примерно с год.
- А вы с ним?..
- Нет, он Зойкин приятель.
- Ага.
- Ну ладно, ты иди.
- А кто он по профессии?
Я как-то сразу не поинтересовался.
- Коммерческий директор.
- Да? А где?
- На заводе металлических изделий.
Но вообще, это ерунда.
Миша - большой коммерсант.
- Понятно.
- Ну всe, иди.
Нескромный вопрос, штурман:
много зарабатываешь?
- На жизнь хватает.
- А ходишь пешком.
- А у меня старый "москвичок".
Сейчас на "Волгу" собираем.
- И долго собирать будете?
- О! Боюсь, что долго.
- А ты попроси у Миши в долг.
- С ума сошла.
Мы с ним месяц знакомы.
- Да ничего страшного,
не беспокойся.
Он тебе и автомобильчик
без очереди устроит.
Опять же, жена будет довольна.
Правда, Миш?
- Для вас - всe что угодно!
Ну, в чeм вопрос?
- Да вот Юрочка хочет купить "Волгу",
а денег не накопил.
- Лена, ну что ты со мной делаешь?
- Спокойно.
- Сколько не хватает?
- Да оставьте вы с этой машиной.
- Перестань, я тебе говорю.
Сколько не хватает?
- Ну, четыре тысячи.
- Ой, трудновато, конечно.
Попробуем.
Организуем тебе "Волгу".
- А как я расплачиваться буду?
Какие сроки?
- Перестань ты. Что ты?
Договоримся, дорогой.
Проверь, что-то плохо заводится.
- Давай посмотрим.
- Ты в Амстердаме
никаких знакомств не завeл?
- Да нет.
- А я слышал, там, в капстранах,
наши деньги свободно ходят,
только надо знать,
к кому обратиться. - А-а.
Это уже называется
валютной контрабандой.
- Тоже мне скажешь -
валютная контрабанда.
Что ты. Сотню-другую обменял -
какое преступление?
Вот. На, посмотри.
Этот самый Фред в прошлом году
к нам туристом приезжал.
В ресторане познакомились. Ну, потом
домой в гости его к себе пригласил.
Нализались!..
Вообще-то, забавный мужик.
В 41-м его фашисты забрали,
попал к нам на Восточный фронт.
В плену несколько лет у нас был,
по-русски говорит.
В Амстердам меня приглашал.
Возьми адресок, возьми.
Намекал на советские деньги,
можно обменять.
Бери, пригодятся.
Да бери, бери.
Кстати, передашь от меня привет.
Ну, давай-ка ещe разочек
проверим на ходу, как там она.
(заводит машину)
- Слушаю, Альбатрос.
- Миша говорил, что у вас можно
обменять рубли на доллары.
- А зачем вам доллары?
- Ну, кольцо жене...
- Жене?
- Да.
- Хотите искупить вину?
- А... Да нет.
- И сколько у вас советских денег?
- Сейчас.
- Разрешите? Это ваша семья?
- Да.
- А это жена?
- Да.
- Красивая женщина.
А это сын?
- Ага.
- А это?
- А это мой друг.
- И сколько у вас советских денег?
- Вот - 300 рублей.
- Ну что ж, будем считать по курсу.
Это примерно 400 долларов.
- Вы хорошо считаете.
- Конечно. Я обязан хорошо считать.
В следующий раз привозите больше.
- То есть?
- Тысячу, две - сколько захотите.
- Шутите?
- Да зачем же? Привозите.
Здесь любая валюта ходит.
Надеюсь, о чeрном рынке знаете?
Мы еe там обменяем.
А это ваши доллары.
- Спасибо.
(мальчик учит вслух английский)
Валя, иди сюда.
Смотри, что я тебе привeз.
- Ой, какая прелесть!
- Да, ничего.
- Но это же очень дорого.
- А мы у себя вроде кассы
взаимопомощи организовали втроeм.
А эта очередь была моя.
Довольна?
Носи.
(мысленно): Думай, Фастов, думай.
До Таллина две вахты осталось.
Все люди как люди,
живут себе, трудятся. А я...
Лучшего друга предлагают предать.
Он к тебе всей душой, а ты...
- Вот такие же тапочки дают
в Шереметьевском музее
и в Воронцовском дворце
в Алупке.
- Тихо, тихо.
- Она у тебя что, за командира?
- Ей так нравится, я не хочу
разрушать иллюзий, понимаешь?
Володя, ну давай, иди помоги маме
накрыть на стол. Давай, иди.
Ну, вот так.
- Как тебе удалось собрать
всю эту красоту?
- А разве плохо?
- Почему же, очень даже шикарно.
И машина есть.
- Какая там машина -
старый драндулет.
Валя считает, что на центральную
улицу выехать стыдно.
- Престижность, значит, соблюдаете?
- А почему бы нет?
Ты свою двухкомнатную давненько,
наверное, на трeхкомнатную поменял?
- Ага. Скоро очередь подойдeт -
обещали дать.
- Ой, Сашок. Жизнь, милый мой,
это состязание на скорость.
- Выносливость, я тоже думаю,
качество не из последних.
- Да?
- Ну, впрочем, каждому своe.
Тебе всегда всe легко давалось.
- Ах ты!
Я рад, что ты приехал.
Давно ты меня не воспитывал.
Друг от друга за сто миль,
видимся раз в год.
- Мы, между прочим,
могли бы вместе служить,
если бы ты не подался
в свой торговый.
- О пострадавшем чаще всего
говорят "сам виноват".
- Всe готово, мальчики.
- Та-ак!
- Вот и шашлык.
Кстати, в собственном гриле.
- Ох, в самый раз, Валечка.
А то мы в моральном кодексе
заштормовали.
Привет!
- Привет.
- Ну, соскучился?
- Очень.
- Я тоже.
- Ну как ты тут?
- Ничего. Тебе сюрприз.
- Правда? Что же это нам приготовил
дорогой муженeк?
- Сейчас узнаешь. Ну, "Волгу" видел?
- Видел.
- Понравилась?
- Широкая.
- Ну что, шире моря?
- Я не мерил.
- Ну, вот...
- Это наша?
- Да, наша.
- Правда?
- Правда.
- А где же ты это?..
- В "Спортлото" выиграл.
- Хитришь, Юра.
- Честно.
Не одним же дуракам
всe время везeт.
- А ты ничего, молодец.
- Пап, разреши.
- Давай.
- Скорости, как в "Москвиче"?
Можно попробовать?
- Пробуй, пробуй.
Давай, смелее, смелее.
Вот.
(машина завелась)
- Ну хватит его баловать.
Давай, садись.
Поехали.
А ты ничего, молодец.
- Прости.
О, Вовка! Ну-ка, держи.
На. Держи.
Ты что не спишь, а?
А ну-ка, давай спать иди. Быстро.
- Первый час. Всe таскаешься.
- Ну извини, всe будет хоккей.
Я немножко задержался...
- У старшего механика
на дне рождения?
- Да. А где же ещe?
- Да он несколько раз звонил,
приглашал нас с тобой.
Странно...
- Когда выходила за тебя,
ты меня просил научиться ждать.
Научилась.
Только одно дело, когда ты в море.
А когда на берегу...
- Валя, я...
(песня):
- "Когда в разлуке день за днeм,
Зимой и летом сердце стынет.
И небо с морем - две пустыни
Сойдутся в сговоре одном.
Когда усталость в смутный час
Огнeм сомненья губы сушит,
Не отдавайте нашей суши.
Любимые, дождитесь нас.
Не отдавайте нашей суши.
Любимые, дождитесь нас.
В чужих морях снега метут,
Не мы дороги выбираем.
Но мы всегда считаем раем
Дома, где нас годами ждут.
И если запоздает март,
Разлуку нужно встречей мерить.
Не уставайте ждать и верить,
Любимые, дождитесь нас.
Не уставайте ждать и верить,
Любимые, дождитесь нас.
Никто не знает, почему,
С каких ночей ведeтся это.
Не дожидаясь до рассвета,
Взлетают лебеди во тьму.
Но вы не опускайте глаз,
Когда чужим теплом повеет.
Не уставайте ждать и верить,
Любимые, дождитесь нас.
Не уставайте ждать и верить,
Любимые, дождитесь нас".
(напряжeнная музыка)
- Что у тебя лоб-то заклеен?
- В подкидного дурака
на щелбан от скуки играли.
Здесь гораздо больше, чем ты думал.
- Да. Верно.
- Считаю, мы с тобой квиты.
- Я не понимаю, ты о чeм?
- Баста.
Всe. Финиш.
- У! Погоди, не торопись.
Такое дело провернул, а теперь...
- Не могу больше. Не могу.
Хватит.
- Ну ты, младенчик, нюни распустил.
Слюнявчика только тебе не хватает.
Ладно, я тебе должен деньги за это.
У меня сейчас столько нет.
- Так, деньги мне больше не нужны.
Я рассчитался с тобой. Всe, хватит.
- Юра, стой! Стой, я тебе говорю.
Опомнись, слышишь, ты!
- Миша!
Какая же ты скотина.
Человек выходит из дела.
Расплатился с тобой сполна, а ты...
Слушай, он всe подстроил
с самого начала.
И машину, и всe.
- С твоей помощью, девочка.
Ты что задумал?!
- Для себя я всe решил! А ты подумай!
- Что с ним? Не понимаю.
(вдалеке лают собаки)
- Миша! Миша! Куда ты?!
Вернись, Миша!
(тревожная музыка)
- Валя.
- Да.
- Ну как вы там?
- Всe в порядке.
- Володька спит?
- Нет, тебя ждeт.
- Валь, понимаешь, ну...
Больше не могу,
иду признаваться.
- В чeм признаваться?
- Береги Володьку. - Юра, в чeм?
- Тебе сообщат, узнаешь.
- Юра, что случилось?
- Садись, подвезу.
- Ничего, обойдусь.
- Подвезу!
Ты что задумал?
Ты что задумал?!
- Ах ты!..
- Что случилось?
- Я, кажется, убил человека.
- Майор Краснов.
- Здрасте.
- Вам нужно привести себя в порядок.
Опустились немного. Или нет?
- Наверное. Со стороны виднее.
- Садитесь.
Вы рассказывали следователю
о сделках с валютой
и драгоценными камнями.
Неужели Гутман не закрепил ваши
отношения каким-нибудь документом?
- Да. Он взял с меня расписку.
- Текст помните?
- Не дословно, конечно, но...
- Запишите.
Да, Фастов, наломали вы дров.
Вам сколько лет?
Ну, в общем, мы с вами
приблизительно ровесники.
Так что морали читать
вроде несподручно.
- Ну какая уж тут мораль?
- Вы этого Гутмана в лицо узнаете?
- Ещe бы.
- К вам придeт парикмахер.
Постригитесь, побрейтесь.
Пока - до свидания.
Скоро увидимся.
- Вы не очень-то себя утруждаете,
Джордж.
Ваши подопечные действуют беззубо.
Я не призываю вас включаться
в кампанию по борьбе
за права человека.
Пусть этим занимаются политиканы.
У нас с вами дело посерьeзнее.
Я дам вам конкретное задание.
- Слушаю, господин Гутман.
- 17 мая, возможно,
ваш знакомый, Андрей,
должен будет встретиться
вот с этим человеком.
Где удобнее устроить эту встречу?
Еe необходимо проконтролировать.
- Лучше там, где больше иностранцев.
Может быть, Новодевичий монастырь?
- Можно. Где это сделать удобнее?
- У Смоленского собора.
При входе, под аркой.
- Хорошо. У Смоленского собора,
в 12 часов, 17 мая.
- Здрасте, девушка.
- Здравствуйте. В одежде нельзя.
- Я понимаю, у меня здесь товарищ.
- Вы понимаете, нельзя в одежде.
- Девушка, да у него сын родился.
Понимаете? Подержите, пожалуйста.
Я сейчас. Спасибо.
- Только недолго.
- Товарищ полковник.
- Ну как?
- Только что из аэропорта.
Утром Фастову звонили,
сказали пароль:
"От Петра Ивановича".
Валентина Фастова сказала,
что муж в городской больнице, -
операция, аппендицит.
Завтра выписывается.
Сказали, что позвонят
послезавтра, в четыре дня.
Да, здорово здесь.
- Наш отдел здесь каждую субботу,
приходи.
С больницей не пересолили?
- Думаю, поверят.
Фастов в тюрьме сильно сдал.
Совсем ничего не ест.
Если пойдeт на свидание
с этим Петром Ивановичем,
всe будет натурально.
Раз человек из больницы...
- Между прочим,
как там на "Альбатросе"?
- Волнуются за него,
Геннадий Иванович. Это же моряки.
- Скажите - заболел.
Потом объясним.
Так кто же от Петра Ивановича?
- Фамилия Скейнс.
Живeт в гостинице "Виру".
Приехал туристом, по классу люкс.
Пробудет там три дня.
Потом Тбилиси, Киев, Москва.
Выдаeт себя за представителя
крупной фирмы.
- Что предлагаешь?
- Конечно, проще было бы устроить
Фастову со Скейнсом свидание.
И потом взять этого Скейнса
с поличным.
- Но ты ведь предлагаешь
совсем не это.
- Не это, Геннадий Иванович.
Есть одна мысль.
- Так...
Когда вылетаешь в Таллин?
- Сегодня вечером,
товарищ полковник.
(кричат птицы)
Посмотри на море, моряк.
Оттягивает.
Ну, это у меня лично.
А у тебя как?
Ты, конечно, понимаешь, что не ради
прогулки я тебя из тюрьмы взял.
По сюжету полагалось бы спросить,
осознал ли и прочее.
Давай напрямую.
Ты остановился в метре от черты,
за которой предательство. Так?
- Да, обратный билет оттуда
не выдают.
- Ну а если б можно было?
Если бы Гутмана не было?
Вот до какого момента
ты бы своe колeсико крутил?
- Трудно сказать.
Жил, как все,
как самый заурядный человек.
Даже жене не изменял.
На машину копил.
- Ну-ну. Дальше-то что?
- А дальше, как говорится,
красивая жизнь поманила.
А тут Миша этот подвернулся.
- Да, шальные деньги понюхал.
Смазливая девочка поцеловала -
и всe, готов.
- Было дело.
- Кстати, дружок твой, Миша Суликов,
давно на заметке числится.
Выздоровел он, между прочим.
Скоро будут судить.
- Гад он.
- Гад-то он гад, а вот тебя ввeл,
как маленького.
- А я сам на это напрашивался.
(тревожная музыка)
- Это он?
- Гутман.
- Спокойно, Фастов, спокойно.
Поехали.
- Да-да. Температура 37.
До свидания.
- Скажите, пожалуйста,
Юрий Фастов в какой палате лежит?
- 2-я хирургия, палата 14.
- А к нему можно пройти?
- А что к нему ходить,
он сегодня выписывается.
- Спасибо.
- Пожалуйста.
(напряжeнная музыка)
- Что-нибудь поесть, мам.
- Там в холодильнике, сам возьми.
- Ясно.
- Значит, выходит,
я во всeм виновата?
- Да нет же, нет.
Да кто тебя винит?
Кончилось всe это.
По-другому нам теперь с тобой
жить надо.
- Я опять устроилась на работу.
Медсестрой.
У тебя что, появился кто?
(звонит телефон)
- Алло.
- Здравствуйте.
Вам передаeт привет из Москвы
Пeтр Иванович.
- Слушаю вас!
- Это Юрий?
- Да. Кто говорит?
- Ваш хороший знакомый.
Вы что ж, забыли меня?
- Вы откуда звоните?
- Из автомата, с улицы.
Это неподалeку от универмага.
- Нам, наверное, лучше поговорить
не по телефону.
- Конечно.
Где мы можем встретиться?
- У меня машина. Минут через 15
могу быть на Ратушной площади.
- Прекрасно.
- Эх, не могу слышать
голос этого гада.
- Ну, голубчик, так не годится.
Тебе его и увидеть придeтся.
Но такой для дела ты не годишься.
Может, валерьяночки дать, а?
- Ничего, пройдeт.
- Это очень важно, Юра.
- Понимаю.
- Ну вот, возьми себя в руки.
Ну, ну!
- Ваша жена сказала,
что вам сделали операцию.
- Да. Аппендицит.
- Выглядите вы неважно.
- Спасибо. Наверное, не хуже,
чем после вашей малинки?
- Малинки? - Да, малинки, которую
Фред мне в рюмку подсыпал.
- Не понимаю.
- Ой, Пeтр Иванович,
не будем о болезнях,
о сногсшибательных таблетках.
Я думаю, вы не за этим
сюда приехали.
- Однако. Что это у вас за тон?
В Амстердаме вы говорили иначе.
Кстати, почему вы с тех пор
не были в Амстердаме?
- Ходили в английские порты.
Другой груз.
- Где мы?
- Здесь удобнее. В городской сутолоке
не очень поговоришь.
- С другом виделись?
- Заезжал ко мне ненадолго.
- На нашу тему говорили?
- Не стану же я так,
с бухты-барахты, допрашивать,
как по батюшке твоего командира
и что он предпочитает на закуску -
солeные огурчики
или треску под маринадом.
- Значит, пока ничего?
- Получили новую лодку.
Командный состав тот же.
- Когда вы его теперь увидите?
- Обещал на днях заглянуть.
- Деньги при вас?
- Человек, который реализует камушки,
немножко меня подвeл.
Но деньги будут.
- Хорошо. Оставьте их у себя.
Пригодятся для дела.
Но можете и тратить.
Значит, друг, говорите,
будет через несколько дней.
- Может, дня через три.
- Нам нужны сведения
об интересующих нас людях.
Конкретно - должность, звание,
контакты, пристрастия.
Моральный облик по вашим
советским меркам.
И пороки, которые не записаны
в анкете.
- Отдел кадров хотите
из меня сделать?
- Хорошо бы достать телефонные
справочники предприятий.
В частности, завода "Зенит".
Через пять дней я буду в Киеве,
потом несколько дней в Москве.
Впрочем, сделаем так:
вы смогли бы прилететь в Москву?
- Не трудно. У меня бюллетень.
- Отлично.
Я дам вам один московский телефон.
Хозяина квартиры зовут Андрей.
Скажете:
"Привет от Петра Ивановича".
А 17 мая, часов в 12,
в Москве,
у Новодевичьего монастыря,
вы встретитесь с ним
у Смоленского собора, под аркой,
и передадите
свою первую информацию.
- Ну и где же ты вчера пропадал?
- Тебе что, в письменном виде?
- Нет, не обязательно.
А позавчера вообще
после двух появился.
- Вот женщины. Любить не умеют,
а ревновать - каждая.
С пелeнок вас, что ли, обучают?
Ну в ресторане был с Джорджем,
в "Национале".
- Да...
Если бы твои знали, какую ты себе
здесь жизнь устроишь,
они не то что в Африку,
они бы даже в Сочи не поехали.
- Зато они вывели оспу
в третьих странах.
- Не остроумно. И вообще, ты
догуляешься со своим Джорджем.
- А что тебе Джордж?
- Мне ничего. А тебе вот что?
Тряпочки даeт для продажи?
Тоже мне нашeл благодетеля.
Ведь тебе 150 рэ в месяц присылают.
Ну неужели мало, а?
А это он тебе зачем приносит? А?
- Что, думаешь,
совсем ничего не секу?
Я ж никому не показываю.
- А эти зачем взял?
- Так, для общего развития.
- От тебя просто
с ума сойти можно.
Да ведь тебя не сегодня-завтра
из института выгонят.
Ты ведь лекции только по великим
праздникам посещаешь.
- Слушай, ну кто ты такая,
чтоб критику наводить?
- А Джордж твой кто?
Чего он к тебе пристаeт?
- Он студент.
Приятный собутыльник.
- Странный, знаешь ли,
возраст для студента.
А ты представляешь,
чем всe это может кончиться?
- Слушай, Нинон, кончай воспитывать.
Как-нибудь сам разберусь.
- Возможно.
Только смотри,
как бы поздно не было.
А знаешь, Джордж ведь мне тоже
тряпочки предлагал.
Да только не для продажи.
- Что? Когда?
- Выбирай, Андрей:
или я, или Джордж.
(тревожная музыка)
- Вы от Петра Ивановича?
- А вы Андрей?
- Мне сказали, вы должны передать.
- Но не сейчас.
Это ваш приятель?
- Первый раз вижу.
- Он мне не нравится.
Давайте проверим.
(напряжeнная музыка)
Стой.
Понял?
- За нами, что ли?
- Нас двое. За мной ещe никто
никогда не ходил.
- А за мной ходили?
- Чeрт знает. Свяжешься с такими.
Если не за мной - я позвоню.
А сейчас разошлись в разные стороны.
(звонит телефон)
- Алло.
- Андрей, привет. Как дела?
- Втравил меня, гори ты огнeм.
- Что такое? В чeм дело?
- За нами следили. За мной.
От самого Новодевичьего.
- Подожди, ты не устраивай истерику.
Что сказал тот?
- Если за ним никого, он позвонит.
С такими, как я,
он связываться не хочет.
- Может, это из Угрозыска?
Может, ты что натворил?
- Шмотками твоими торговал.
Хорошо ещe, литературу
не стал распространять.
- Больше мы не встречаемся.
То, что не успел реализовать, верни.
(короткие гудки)
(звонит телефон)
- Слушаю.
- Это от Петра Ивановича.
У меня всe в порядке.
Скажите, пусть сам старик звонит.
Когда понадоблюсь, буду в Москве.
Всe передам ему из рук в руки.
(короткие гудки)
- Да идите вы...
- Фастова я пока отправил домой,
в Таллин.
Гутман приезжает в Москву
из Киева сегодня.
- Ты уверен, что после всего
он захочет встречаться с Фастовым?
- Фастов чистый. Джордж тоже.
Я на Андрея, товарищ полковник,
разве что прожектором не светил.
Нарочно такую кепочку надел,
за километр видно.
- Да уж видел. ЧайкУ?
- Так что о Фастове у них и мыслей
не должно быть, Геннадий Иванович.
- Что за фигура - Джордж?
- Сейчас аспирант.
По специальности - славист,
но думаю, что главная
его специальность -
работа с молодыми людьми.
- У нас давно?
- Два года. И ни разу не засветился.
- Значит, твой расчeт был верный,
на Джорджа вышли.
- Стараемся, товарищ полковник, как
говорится, без ложной скромности.
- Шутить после будешь. Надо быстрее
разобраться с этим Джорджем.
- Разберeмся.
- А что этот молодой человек?
- Андрей?
- Да.
- Использовали по мелким надобностям.
Посылали проверять Фастова.
- Так. Значит, что у нас с тобой
получается...
Андрея мы от Джорджа отсекли.
Гутман на повторную встречу
с Фастовым, надо полагать, явится.
- Да, надо полагать.
- А вот этого Андрея, их связного,
надо бы поберечь.
- Думаете, лишний свидетель, да?
- За Андреем следят. Пришeл
на место свидания с провожатым.
- Вы уверены, что за Андреем?
- За мной нет наблюдения.
Я живу здесь уже два года
и не раз проверял.
- Что натворил этот мальчишка?
- Вам знаком термин "фарцовка"?
- Да.
- Думаю, тут именно такой случай.
- Не умывайте руки, милый Джордж.
Всe это не без вашего участия.
- Я, конечно, давал Андрею кое-что.
Ну а как же иначе? Садитесь.
Что сказал Фастов?
- Фастов передаст информацию
только вам. Ждeт звонка.
- У вас, кажется,
есть советский паспорт.
- Да, есть.
- На какую фамилию?
- Синельников.
- Телефон Фастова я вам дал.
Возможно, придeтся с ним работать.
Рекомендуйтесь ему Синельниковым.
О подробностях договоримся
по обычным каналам.
- Понятно.
- А мальчик для нас опасен.
Подумайте.
(звучит динамичная музыка)
(звонит телефон)
- Да.
- Алло. Это я.
Тряпочки из последней партии
реализовал?
- Да забери ты их, ради бога,
чтобы глаза мои их больше не видели.
- Ну что ж, мне это как раз подходит.
(выключает музыку)
Я с психопатами иметь дело не хочу.
- Ну и когда вернуть?
- Завтра утром.
- Ты что, с ума спятил?
Они же у меня
по клиентам разбросаны.
- Жду тебя на платформе в Подречной,
первый вагон.
- Когда?
- В половине седьмого утра.
- А что так рано?
- Мне так удобнее.
Значит, в половине седьмого.
(короткие гудки)
https://kinozal.tv/
- Ты не обижайся, Джордж.
Измучился я.
Хочу нормально жить,
чтобы не оглядываться,
кто за спиной стоит.
- Да? Это как же?
- Родителям надо прямо в глаза
посмотреть.
Приезжают они на днях в Союз.
- Ну что же, это дело твоe.
Так. Ну что, сюда пойдeм?
(напряжeнная музыка)
Давай.
(гудит поезд)
(милицейский свисток)
- Что у вас тут? Перебрали, что ли?
Так недолго и 15 суток схлопотать.
- Да что вы. Видно, человеку плохо,
надо помочь.
- Прошу предъявить ваши документы.
- Да.
Пожалуйста.
Прошу прощения. Ошибочка произошла.
- Спасибо.
- Помогите мне его
в поликлинику доставить.
- Вот так, ну-ка,
давай потихонечку...
- Я был вынужден вызвать вас сюда.
Это дело зашло слишком далеко.
Вы хоть понимаете, что вас хотели
столкнуть под поезд?
- Ещe бы.
- Где вы познакомились с Джорджем?
- В кафе "Лира".
Я с девушкой был, он подсел.
Начал угощать.
- Что же, вы от первого встречного
вот так вот угощение принимаете?
- Он как-то умеет по-свойски.
Неудобно было отказаться.
- Ну и дальше?
- Потом вещи стал давать на продажу.
Джинсы, ремни разные.
Выручку пополам.
- И всe?
- Собирались иногда.
- У кого? У вас?
- Да.
- Пить, гулять?
- Не обязательно же.
- Ну а что же ещe?
- Разговаривали.
- А о чeм говорили,
может, припомните?
- Охаивали всe.
- А вы, юноша, молчали.
Не пробовали даже возразить.
Ну ладно. Какие дела ещe были
с Джорджем?
- Один раз открытку просил написать
какому-то типу.
Один раз письмо пришло для него.
- Куда? От кого?
- Это как-то между прочим было.
Я не помню.
- И всe?
- Посылал в другой город человека
проверить, в больнице ли.
- Вы отдаeте себе отчeт,
на кого вы работали?
- Товарищ майор, не нужны они мне.
Видал я этого Джорджа.
Слабак я.
- Ну ладно.
Надеюсь, кое-что вы поняли.
Пропуск.
О том, что были здесь,
о нашей с вами беседе
не должен знать ни один человек.
Надеюсь, хоть это вы поняли?
- Понятно, товарищ майор.
- Иди.
(напряжeнная музыка)
- Разрешите?
- Пожалуйста.
- Здравствуйте, Юрий Викторович.
- Здрасте.
- Благодарю, я не пью.
- Даже сухого?
- Я вообще ничего не пью.
- Мороженое?
- Это - с удовольствием.
- Но учтите, сладкоежка хуже пьяницы.
- Учту.
Ну, как жизнь вообще теперь?
- Ничего, нормально.
- Принесли?
- Да.
- А в тот раз без этого приехали?
- С этим.
- Почему не отдали Андрею?
- Вы разве не знаете,
что тогда произошло?
- Знаю. Но, может быть,
это вам показалось?
- Не знаю, как у вас,
а у нас привидений не водится.
- Ну, спасибо.
Рад был встрече.
До свидания.
- Ну, посмотрим,
что нам прислал Гутман.
Так. "С вами свяжется
Синельников Виктор Петрович.
При необходимости
вызвать на встречу,
пишите ему на Главпочтамт,
до востребования. Пароль тот же.
Повторяю, больше никаких
валютных дел.
Да поможет вам бог. Гутман".
По-моему, всe идeт нормально,
Геннадий Иванович.
- Молодцы, не наследили.
- Да, вроде бы чисто.
- Ну что ж, остаeтся теперь
ждать Синельникова.
- Вам привет от Петра Ивановича.
Вы ждeте Синельникова?
- Да.
Никого за собой не привели?
- Всe в порядке.
Давайте.
- Не здесь.
Идите за мной.
- Что же, Фастов, подведeм итоги.
Вы своe дело сделали, помогли нам.
Но это ваш гражданский долг.
Теперь вам надо выяснять
свои отношения с законом.
- А что же дальше со мной будет?
- Ты пришeл с повинной, раскаялся.
Суд, насколько я разбираюсь
в Уголовном кодексе,
учтeт смягчающие обстоятельства.
Вернeшься на честный путь.
- Да я хоть камни готов таскать.
- Ну зачем же камни?
Ещe и на флоте поработаете.
- Главное, ты сам себя уже осудил.
Теперь начнeшь новую жизнь.
- Так, Фастов, на этом закончим.
Подождите майора Краснова
в приeмной.
- Хорошо.
- Значит, Фастова
из операции выводим.
Но после того, как он ещe один раз
сходит на встречу.
Любопытно, с кем его должен связать
Синельников.
(шум самолeтов)
(динамичная музыка)
(мысленно):
- Ну вот, проскочили на красный.
Создали аварийную обстановку
и для себя, и для других.
Мчимся по жизни и на светофоры
не оглядываемся.
Да, прав был майор Краснов.
Я у самой черты остановился.
А если бы проскочил?
 

////////////////////////////