Полковник Квятковский (1995 год). Цитаты и фразы из фильма

Pulkownik Kwiatkowski

«Полковник Квятковский» — польский комедийно-драматический фильм режиссёра Казимежа Куца. Он был выпущен в 1996 году

Все фразы и цитаты

ПОЛКОВНИК КВЯТКОВСКИЙ
Польша, 1945 год
Лечь! Встать!
Лечь! Встать!
Кто его так разукрасил?
Закончили.
Его ГАЗик угодил на мину
в паре километров отсюда.
Это какой-то ГБшный
полковник из Варшавы.
Если бы мы ему что-нибудь испортили,
нам бы дали прикурить.
Мы никогда не портим, Розен.
Знал бы - пришил бы ему губу к носу.
Тихо!..
Вы помните, что завтра на комиссии
значится сержант Дудек?
Вы не дали мне забыть.
До встречи на комиссии,
Квятковский.
Приветствую!
Вопрос решён, Дудек.
Я тебе завидую.
Тебе тоже нужно демобилизоваться,
пока до тебя не добрались.
Вчера из моего батальона забрали поручика Лося.
Напился и сболтнул капитану, что был в АК.
Я не напиваюсь, Дудек.
Но всё равно долго здесь не выдержу.
Отойти!
Вы не знаете, что мы
не демобилизуем врачей?
Даже не мечтайте
о возвращении на гражданку.
Но я здесь прозябаю, пан майор.
Моя специализация - гинекология.
А что я здесь делаю?
Выполняю функции хирурга.
А теперь, когда реже надо
отрезать конечности, лечу даже триппер.
А там во мне женщины нуждаются.
Это Вы, видно, нуждаетесь в женщинах,
Квятковский.
Охота Вам там у них поработать.
Здесь нет места для шуток, пан майор.
Изнасилованы сотни женщин.
Даже старушек это не обошло.
Молчать, Квятковский!
Красная Армия не насилует!
А демобилизуем Вас тогда,
когда сами вырастим военных врачей.
- Через пять лет?
- Может, и через десять.
Вот это приговор!
В таком случае прошу
о внеочередном отпуске в Варшаву.
А что у Вас за обстоятельства?
Встреча с невестой.
Я думал, что она погибла.
Я должен её увидеть.
- Хочу жениться.
- Сразу жениться?
Ладно. Езжайте на своё свидание
в эти развалины.
Семь дней.
Только возвращайтесь вовремя.
Разве я похож на дезертира, пан майор?
"Товарищ майор", Квятковский.
С "панами" мы в армии
покончили раз и навсегда.
Так точно!
Если дезертируете,
расстреляю Вас без сожаления.
- До приятного свидания… пан майор.
- Какого ещё приятного?
Наконец я Вас вижу,
Квятек (Цветочек).
Здравствуйте, пан полковник.
- Как самочувствие?
- Плохое, Квятковский.
- Похоже, Вы неплохо зашили мне физиономию.
- Я старался.
Все глядят на меня, как на дракона.
Вы, наверно, тоже не любите госбезопасность?
Почему же? Каждый хотел бы
жить в безопасности.
Ездить безопасно,
чтобы не попадать в больницу.
Квятек, ездить безопасно мы будем тогда,
когда истребим врагов и разрядим мины.
Дайте мне что-нибудь от боли.
Пожалуйста.
Цибалгин, полковник.
Это не отрава.
Вы, наверное, занимаете высокий пост.
За кем попало телефон не тянут.
Я не стану рассказывать Вам строгие тайны.
У Вас, наверно, интересная работа.
Всё время в напряжении, в движении.
А что, хотели бы сменить
место службы?
Это возможно. Вы мне нравитесь.
Хорошие врачи для операций нам всегда нужны.
Нет, я только…
- Но я люблю приключения.
- Это трудное приключение, Квятек.
Тяжёлая работа по очищению.
Нужно истреблять, давить и умертвлять.
И всё тихо, без шума.
Думаете, Вам кто-нибудь
скажет доброе слово?
Вас боятся, ненавидят.
Всегда готовы всадить нож в спину.
Это служба отчаянных людей,
готовых за великое дело
отдать здоровье, жизнь и доброе имя.
А потом так… похоронят Вас у забора.
Это очень романтично,
пан полковник.
Романтично? Для такого
интеллигентишки, как Вы, Квятек.
А для простого человека вроде меня -
это тяжёлая работа.
Но кто-то должен убирать мусор.
Прямо мусор?
Каждый реакционный буржуазный
реакционист - это мусор, Квятек.
Остерегайтесь делать
неправильные вещи.
Вас вырастила буржуазная пропаганда,
поэтому Вы повторяете вражеские сплетни.
Вам уже донесли?
Нужно образовываться
политически, Квятек.
Беседа с паном полковником
меня просветляет.
Ладно-ладно. Не люблю подлиз.
Но, может, и из вас получатся люди.
Знаете, если Вам надоест в армии,
позвоните мне в Варшаву.
Проверим Вашу биографию, подумаем…
К Вам начальник управления, товарищ полковник.
- Пусть подождёт.
- Так точно.
Мне нужно позвонить в центр.
Будьте добры удалиться, Квятек.
Соедините с товарищем министром Радкевичем.
С министром Радкевичем!
- Капитан Квятковский, пожалуйста.
- Сержант Дудек!
Покажите малыша.
- Здесь мы имеем здесь дело с острой
incredibil idiotum. - Incrudo?
Пан майор, будьте добры посмотреть.
Membrum virile putrim.
Действительно.
Vacuum membrum clepitad.
Непригоден к воинской службе.
Минутку. Товарищ майор, чем он болен?
Дегенерация семенных придатков.
- Чем это грозит?
- Кастрацией.
Отрезанием яиц.
Вряд ли мы хотим
держать в армии евнухов?
Спасибо! Но ты уязвил
моё мужское достоинство.
Я сразу помчался к одной немочке, и…
жаль, что ты не мог этого видеть.
Для меня ты уже гражданский.
Завидую тебе.
Я у них выбил только 7 дней.
Завтра еду в Варшаву.
Погоди-ка… О, Боже!
Делаю тебе очень выгодное предложение.
Я еду в Варшаву на трофейном грузовике,
гружённом мебелью и другим имуществом,
очень ходовым в отстраиваемой Варшаве.
Сядешь рядом со мной, в кабине, как капитан
Возрождённого Войска Польского?
Я должен покрывать твою добычу?
Перед Советами я не…
Я знаю, что ты сможешь
правильно себя повести.
Доедем до Варшавы, как по маслу, а ты
получишь денег на развлечения в столице.
Зачем ты рвёшься из армии, Дудек?
Ведь тут лучший товар.
Денег у меня уже достаточно. Скучно.
Возвращаюсь в Прагу (район Варшавы).
- Вот там жизнь!
- Найдёшь мне гражданский костюм?
- Однобортный или двубортный?
- Всё равно, лишь бы шёл.
Можешь быть спокоен.
Ну, по рукам!
Разрешение на проезд есть?
- В задницу разрешения!
- Как это в задницу?
Я врач. Везу чудом добытую мебель
в больницу Министерства госбезобасности.
Им там негде зад примостить.
Понимаете, товарищ?
Спасибо, Анджей.
Если ещё что-нибудь будет нужно,
всегда можешь меня тут найти.
Следующий двор, направо, первый этаж.
На дверях надпись.
Тебе тоже спасибо.
- Дудек! Держись!
- Пока, Ендрек!
Добрый день.
- Добрый день.
- Поручик Седловский. Я из-под Лиды.
Квятковский.
- Замок Гедимина!
- Я его больше не увижу.
- Я учился там рисованию.
- Брали Берлин?
Добили мы антихриста в его норе.
Не бойтесь. Я обычный поляк.
В Казахстане я ел дерьмо.
Здоровье подводит.
- Меня должны уволить из армии.
- Да? И что? Будете дальше учиться рисованию?
Пойду в монастырь.
Пережду антихристов.
Это будет очень долгое ожидание.
Моё почтение.
Есть там кто?
- Можете мне помочь?
- Что Вы там делаете?
Радуюсь жизни!
Можете меня отсюда вытащить?
Сейчас. Подождите, пожалуйста.
Осторожно!
Спасибо большое!
Хотела узнать, что осталось от нашей квартиры,
зазевалась и провалилась, как дура.
Доктор Квятковский!
Кристина из квартиры напротив!
Я рад, что ты жива!
Я только что вернулась из Германии.
Мама уже не вернётся.
- Умерла? - Когда немцы объявили список погибших,
я знала, что она долго не проживёт.
Не хотела пережить отца.
Угасла в лагере.
- А как твои родители? Живы?
- Нашлись недавно. В Лодзи.
- Крыся! Ничего не ушибла?
- Я всегда падаю на четыре лапы.
Как ты похорошела!
Раньше ты меня едва замечал,
важный пан доктор.
Гонялся за какими-то девицами,
вместо того чтобы оценить,
какое у меня сокровище под боком!
- Было бы ухаживание - дверь в дверь!
- Третий этаж, налево.
Но ты тогда была слишком юной.
Крыся! Мы живы!
Крыся!
Мы живы!
Это нужно отметить.
Идем веселиться!
- Веселиться? На руинах?
- Приглашаю тебя на дансинг.
На дансинг? С ума сошёл?
Где ты найдёшь дансинг?
В кабаке на Торговой?
В отеле "Полония". Он уцелел.
Роскошный, как перед войной.
Приглашаю тебя на торжественный ужин.
Тоже мне идея: дансинг в руинах.
Там не слишком пахнет гарью?
Прости!
Спасибо, спасибо.
Когда я смотрю в твои глаза,
забываю обо всём на свете.
Это комплименты для каких-нибудь
девиц из довоенных шлягеров.
Тогда я прочитаю тебе настоящую поэзию.
Отбивная котлета с капустой.
Бифштекс с лучком.
Завитой зраз с кашей.
Из всего этого в армии дают только кашу.
Хочешь меня напоить?
- Сколько тебе лет?
- Скоро будет 20.
Обычно я использую вишнёвку
для соблазнения юных девушек.
И как правило добиваюсь своей цели.
Конечно, некоторым от этого
становится плохо.
Сегодня мне особенно
важно добиться успеха.
Разве это не слишком вульгарно?
Прости за цинизм. Буду соблазнять тебя
с исключительной галантностью.
Спасибо. Я тебя прощаю.
Какой странный мир! Нереальный.
Может, я снова проснусь в бараке?
Я реален. И хочу прекрасно
провести с тобой этот вечер.
Прости, я ненадолго
оставлю тебя одну. Ешь.
Двухместный номер
на одну ночь. Найдётся?
У Вас довоенные понятия.
Тут даже крысе негде прикорнуть.
Нет, я послевоенный.
Сейчас докажу.
- А теперь?
- На одну ночь?
- Сегодня на одну.
- Есть апартаментик.
Зарезервирован для посла Мексики,
который должен приехать послезавтра.
Очень люблю кактусы.
Отпусти!
Что же ты наделал!
Тебя или увезут, или расстреляют.
Знаешь, что значит "НКВД"?
Госбезопасность? Сейчас же к телефону!
Соедините с министерством
госбезопасности. Это срочно.
Будьте добры, с товарищем министром
Радкевичем. Это полковник Квятковский.
Нет, не будите его, дело того не стоит.
В таком случае, пожалуйста,
с товарищем министром Метковским.
Товарищ, ну не нужно, глупо вышло…
Метек, привет, это Анджей.
Слушай, тут был небольшой инцидент…
но уже всё в порядке. Извини.
Увидимся завтра. Пока.
Товарищ, выпьем за примирение.
Я полковник Кавалек.
Очень приятно.
Но сегодня вечером я ужинаю с этой дамой.
- Ты ГБшник?
- Потом я тебе всё объясню.
Я не могу пировать с полковником
госбезопасности. Скажи мне правду.
Ты ГБшник?
Я врач. Я никогда не буду полковником,
и тем более ГБшником. Идём.
Оркестр! Прошу играть!
- Боже! Тут даже есть ванная!
- Я знал, что этим тебя завоюю.
Можешь понежиться в ванне.
Знаешь, всё-таки есть в тебе
что-то от дешёвого бабника.
Прошу прощения…
Я прошу прощения, пан полковник.
Не могли бы Вы уделить мне две минуты?
А откуда Вы знаете, что я полковник?
Я слышала, как Вы звонили по телефону.
Я прихожу сюда каждый день.
Ведь здесь столько разных важных особ.
Но меня никто не хочет выслушать.
Входите, пожалуйста.
Садитесь, пожалуйста.
В чём дело?
Это… это какая-то ошибка.
Они арестовали моего сына.
Но он никогда ни в чём не участвовал.
Он хороший мальчик,
честный, понятливый.
Умоляю Вас, прочитайте это.
А почему Вы пришли с этим
ко мне, а не в управление?
Я хожу туда, но с тем же успехом
могла бы выбросить это в помойку.
Я подхожу здесь, в отеле,
к разным министрам, и…
никто не хочет на это даже взглянуть.
"Арестованный - это не ко мне",
и удирают, как дьявол от святой воды.
Боже! Я уберегала его всю войну.
Он даже от немцев из школы сбежал.
Даже из восстания вышел целый,
хотя сражался на центральном вокзале, а там был ад.
И теперь вы у меня его забираете?
За что, пан полковник, за что?
Где он сидит?
Говорят, он в тюрьме ГБ,
улица Кирилла и Мефодия.
Сенковский Ромек.
Ему только 17 лет.
Как такой ребёнок может угрожать
демократии? За что он страдает?
За то, что навестил своего
командира по восстанию?
Хорошо. Я это проверю.
Но ничего не обещаю.
- Спасибо, пан полковник!
- Нет-нет, не надо, не надо.
Большое спасибо!
Может быть, я приду через два дня?
Меня тут уже не будет.
Ждите дома известий, если они будут.
А теперь простите,
у меня больше нет времени.
Разве я могла представить, что,
когда придёт освобождение от немцев,
то мой сын окажется в тюрьме?
Я всё слышала.
Ну и что теперь?
- Как это что? Ничего.
- Как это ничего?
Ведь ты дал этой женщине надежду.
Ну а что я должен был сделать?
Признаться, что я не ГБшник? Крыся…
Выйди. Я хочу искупаться.
Крыся…
Ведь ты меня совсем не знаешь.
Ты думаешь, я бы не сумел
вытащить этого парня?
- Я не верю.
- Давай поспорим.
На что? Ведь у меня ничего нет.
Давай так. Если мне не повезёт,
я уйду отсюда с позором.
А если у меня получится,
ты меня полюбишь.
Боюсь, что ты ни сам не уйдёшь,
ни его не вытащишь, а сам сгинешь в тюрьме.
А этого бы я не хотела.
Дай мне шанс, Крыся.
Прошу тебя.
Ну, хорошо. Если спасёшь этого парня,
я полюблю тебя.
Крыся…
- Дай бутылку. - Не сейчас.
Тут беседуют мужчины. Исчезни.
Произвожу тебя в поручики.
С повышением, искренняя польская
рабоче-крестьянская морда.
Прирождённый ГБшник.
"Не аттестат, а искреннее желание
сделает из тебя офицера!"
Чёрт тебя подери! Я знал,
что ты не промах, но такой номер!
Сыграть в ГБ в центре города!
Чёрт подери! Не могу смеяться,
настолько я изумлён.
Звёздочки вырежешь себе
из американской жестянки.
- А я к своим добавлю две лычки.
- Так точно, пан полковник!
Есть дельные ребята.
Месяц назад дезертировали целой
компанией, теперь ищут занятие.
На кухню!
На кухню!
- Ты уверен в них?
- Ручаюсь головой.
- Но нужно им заплатить.
- Кто заплатит?
Да такой один, который сидит
в тюрьме на Кирилла и Мефодия.
- За что заплатит?
- За свободу.
Если удастся его оттуда вытащить,
он осыплет нас долларами.
- Долларами? Это какой-то шпион?
- Да не шпион. Вор.
Мародёрствовал в Западной Польше,
сколько мог, и нажил немалые деньги.
Ничего бы с ним не случилось, если бы
из-за жадности не обчистил виллу,
отведённую одному важному ГБшнику.
Тот поставил на ноги всех своих шпиков,
ну и это признали саботажем против демократии.
Его жена оплатит всю нашу операцию,
да и что-нибудь останется на чёрный день.
Я в доллары не лезу. Это твоё дело.
Оружие?
Парни возьмут ППШ, которые
забрали на память из армии.
А у нас будет по нагану.
Пригодился бы "Виллис" или ГАЗик.
На это может потребоваться время.
Уведём с базы или с улицы.
А удостоверения ГБшные?
Знаю одного парня, который сделает
даже грамоту английского короля.
Никаких фальшивых бумаг, Дудек.
Кто станет проверять вице-министра?
С охраной, с автоматами?
В самом деле!
Что-нибудь ещё?
Мне нужно какое-нибудь жильё.
Не буду же я жить в казарме.
Теперь всё.
Какой у меня сушняк!
Ну, тогда до вечера,
гражданин полковник.
Товарищ полковник, товарищ полковник.
Теперь мы все кругом товарищи.
- Таковы порядки в ГБ.
- Так точно!
Моё почтение, пан полковник.
Накрыть тот же столик?
Не нужно. Сколько у нас людей сегодня?
Семь. Три официанта,
четыре гостя и две девушки.
- Кто вас курирует?
- Капитан Бонкевич, с Кирилла и Мефодия.
А-а, этот… Ну?
Милости прошу, пан полковник.
И очень прошу простить за это
вчерашнее недоразумение.
Недоразумение? Меня рассекретили.
Все здесь знают, кто я такой.
Какие-то плачущие бабы
пристают ко мне у рецепции.
Приходится проникать через чёрный ход.
- А всё из-за какого-то там… Как его?
- Каролева. Но это хороший мужик!
Надеюсь, Вы не станете делать выводов?
А то, если начальство узнает,
то его отправят на восток.
- Да чёрт с ним. Хам и всё.
- Зато полезен.
Передал нам два "Студебеккера" в подарок!
- Вы занимаетесь транспортом?
- О, милости прошу!
О, я-то старый водитель и механик.
Перед войной в Лодзи чинил туристические
автобусы. Да, устраивали мы забастовки!
Ну, прошу, прошу.
С Каролевым приходится выпить.
Ведь мы от них зависим в плане моторизации.
И не только в этом.
А у нас в госбезопасности
очень не хватает транспорта.
Иногда прямо злость берёт,
что не на чем ехать.
О-о, ну так один приличный внедорожник
могу вам одолжить. Конечно, с возвратом.
Нет, ну конечно с возвратом.
Ведь через месяц у нас будет
внедорожников навалом.
Спасибо, товарищ.
Не знаю, как Вас отблагодарить.
Пусть госбезопасность будет обеспечена.
В конце концов, врагов-то у нас не счесть!
Хватит до конца жизни.
А что Вы думаете о Метеке Мочаре?
Я не раскрываю свои мысли. Из принципа.
Правильно. Очень правильно.
Вы не сердитесь,
что я вмешиваюсь не в своё дело,
но не нравится мне то,
что он вытворяет в Лодзи.
- Вы хорошо его знаете?
- С довоенной поры.
А что вам так конкретно не нравится?
Набил тюрьму людьми так, что не продохнуть.
Арестовывает подряд всех своих личных врагов.
Товарищи очень недовольны,
что он не даёт им работать в городе.
А город ведь всегда был за красных!
Я только Вам это говорю.
Речь идёт о благе нашей партии.
Очень хорошо, что Вы так откровенны.
Мочар? Интересно.
Разбойничий командир.
Играл в партизанщину.
- А Вы нет?
- О, простите.
Я находился в Советском Союзе.
А Мочар играл в партизанщину
и не заметил, что война закончилась.
Мы обдумаем этот вопрос.
О, нет, нет. Нет, товарищ.
Я за всё плачу, я плачу.
Ну, ещё раз очень прошу простить
за этого медведя Каролева.
Хотя девушка была красивая,
так что ничего удивительного.
Кстати, это личная секретарша.
Лучше всего делать вид,
что мы влюблены.
Но здесь я уже разоблачён.
Больше сюда не вернусь.
- Так куда подогнать машину?
- Сами заберём.
О, добрый день, доктор.
Хочу представить вам мою секретаршу.
Товарищ Кристина. Крыся, это мои люди.
Рад с Вами познакомиться.
Приятно взглянуть на милое личико
во время нашей тяжёлой работы.
А это, товарищ полковник,
наши добровольцы.
- Капрал Кровицкий.
- Произвожу Вас в сержанты.
- Рядовой Бидак.
- Произвожу Вас в капралы.
Знаете суть дела?
Да, мы должны изобразить ГБшников.
Нам это очень нравится.
Вы мой эскорт. Вам нельзя
отвечать ни на какие вопросы.
Полковник вам запретил.
Абсолютная секретность.
- Они это понимают.
- Так точно, товарищ полковник!
Оружие есть, это хорошо.
Но оно будет не заряжено.
- Как это?
- Ничего, никакой стрельбы, ноль.
Липовый полковник,
липовое будет и оружие.
Хватит того, что я вас напугал.
Мы действуем не силой, а только психологией.
В случае провала
поднимаете кверху руки и говорите,
что на улице остановил вас полковник
и взял под свою команду.
Да. Мы идём добывать "Виллис",
товарищ полковник.
- Есть кое-что на примете.
- Хорошо, ступайте. Лишним не будет.
Пока!
- Есть для меня жильё?
- Что?
- Жильё есть? - Есть, тут рядом.
Квартира соседа. Они уехали промышлять.
Есть телефон. Ловкач подключился
к какой-то важной конторе.
Можно звонить вечером или на рассвете.
Вот.
Потом вернёшься в армию?
Не знаю. Мне пригодилась бы
справка о невменяемости.
Изображаешь вице-министра ГБ,
но не можешь прикинуться психом?
У тебя получится.
Мой дядя был актёром, иногда играл в фильмах.
Помню, в какой-то сторожке
примеряли мундиры уланов.
А потом меня чуть конь не лягнул.
Хорошо, что вашей компании не нужны кони.
Видишь, Крыся, если надо,
я могу стать даже актёром.
Только здесь речь идёт не о славе и не о деньгах.
Моему дяде грозило только падение с лошади.
Ты отдаёшь себе отчёт в том, на что ты идёшь?
- Тебя так быстро страх обуял?
- Это я тебя спровоцировала.
Ты поддался амбициям.
Хочешь произвести на меня впечатление.
Это было глупое пари.
Откажись от этого.
Раньше рыцари ходили в бой
с именем возлюбленной на устах.
Теперь моя очередь.
А-а, теперь я понимаю, чего ты боишься.
Боишься, что меня не полюбишь.
Этого я не боюсь.
Я боюсь за тебя.
Сокол? Это Сова.
К вам идёт министр.
Квятковский. Ваш полковник
обещал мне внедорожник.
Сержант Томашек! Знаю,
товарищ полковник. Сейчас выдадим.
- Товарищ полковник, распишитесь.
- За кота в мешке?
Можете осмотреть.
Проверьте этот.
В порядке, товарищ полковник.
Скажите товарищу полковнику, что я верну
машину в безупречном состоянии. Трогай!
Капитан Бонкевич…
Управление? Я звоню
из министерства госбезопасности.
Передайте капитану Бонкевичу, что вам
предстоит сегодня неожиданный визит.
Полковник Квятковский.
Не хотела бы говорить больше.
В чине вице-министра. Не за что благодарить,
я делаю это для Бонкевича.
Но не говорите ему, что я звонила.
Ведь он мне нравится.
Браво, Крыся.
Можем открывать собственный театр.
Браво! Браво, товарищ секретарь. Браво!
Товарищ полковник! Докладывает заместитель
начальника управления, майор Ковальский.
Квятковский.
Ковальских и Квятковских много, как собак.
Я даже говорил товарищу Радкевичу,
что поменяю фамилию, но он не разрешил.
Ведь она хорошо звучит
с точки зрения пропаганды.
Такая настоящая польская фамилия.
Поручик Дудецкий, мой адъютант.
Даровитый чекист.
Пол должен блестеть, Ковальский.
И побольше зелёного.
Управление - это не морг.
Сделаем, товарищ полковник.
Прошу ко мне.
Садитесь, Ковальский.
Работой управления в целом довольны.
Однако знаем, что вы не вполне
контролируете ситуацию в городе.
До нас дошла информация,
что на вашей территории укрывается
много дезертиров из армии.
Мы их выловим, товарищ полковник,
но на это нужно время.
У вас слишком мало информаторов, Ковальский.
Нужно глубоко изучить среду реакционеров.
Население несознательно политически,
товарищ полковник. Упрямая масса.
Население можно убедить. Врагов - тоже.
Нужно только глубоко заглянуть им в биографию.
И?
Всегда найдётся какая-нибудь ахиллесова пята.
Я был на подготовке в Москве.
Товарищ полковник, мы стараемся
психологически воздействовать,
как советские товарищи.
Но не всегда психология помогает.
Времена революционные, Ковальский.
И мы ни у кого не будем просить прощения.
Нужно действовать метко
и не делать шума.
А! Есть тут у вас некто… как его?
- Сенковский Роман.
- Сенковский Роман, 17 лет.
- Есть такой гадёныш.
- Что у вас на него?
Угодил в засаду, которую мы устроили в доме
Рудека Богдана, офицера подполья.
- В чём он признался?
- Ну, пока только врёт.
Посидит - тогда признается.
Товарищ полковник, он член АКовской сети.
Сейчас говорит, что пришёл
узнать о здоровье этого Рудека,
раненого во время восстания.
Нехорошо, Ковальский, нехорошо.
- Нам придётся его освободить.
- Как это освободить?! Товарищ полковник!
Видите ли, Ковальский,
по поводу этого Сенковского
ко мне обратился очень заслуженный товарищ.
Семья этого Сенковского поддерживала
его во время немецкой оккупации.
Он обязан им жизнью.
Фамилию товарища я не называю, поскольку
вопрос конфиденциальный, понимаете?
Припугните сопляка и отпустите на волю.
Наверняка он пешка.
Уже получил по заднице.
Очень хорошо.
А, и чтобы его дело исчезло из документов.
Чистый лист, понимаете?
Пусть начинает новую жизнь.
А если что-нибудь натворит,
то посадим его надолго.
- Так будет честно?
- Честно, товарищ полковник.
Вот. А теперь покажите мне ваши казематы.
Товарищ полковник,
капитан Бонкевич.
Капитан Бонкевич,
участник битвы под Ленино.
Поздравляю, Бонкевич, поздравляю.
Это вспомогательные камеры.
Мы стараемся их быстро узнать.
Тот, в левом углу,- это Сенковский, товарищ полковник.
Дудецкий, тоже посмотрите.
Есть, товарищ полковник.
Тот, в очках, при галстуке - это Яблонка.
Посидит - зрение улучшится.
Это хорошо, Дудецкий.
Вы нашли своего человека.
Ведь это опасный бандит.
Ограбил ГБ во Вроцлаве!
Какой ещё опасный бандит?!
Это обычный мародёр и вор!
А на ту виллу он влез по ошибке.
Я его курирую и имею результаты.
- Он перебрасывал людей через границу.
- Тшш… Я в курсе этого дела.
- Он ничего об этом не говорил!
- Я ему запретил, понимаете, товарищ?
Выпустите его, Ковальский. И припугните,
что мы безжалостны к мародёрам.
- И ни слова о том, что он работает на нас!
- Так точно, товарищ полковник!
Оплатим ребят и оружие,
да и нам кое-что останется.
- Я не возьму ни доллара.
- Как это? Был уговор.
Яблонку выпустили, и жена расплатилась.
Тогда что мне делать с этими долларами?
- Кто там?
- Свои.
Привет.
Есть "Виллис", пан полковник.
Девка выманила сержанта,
а мы - хоп! И готово.
Ну а номера ещё сегодня перебьём.
Напрасный труд, ребята. Заканчиваем
нашу операцию и прощаемся.
Завтра вернём ГАЗик в часть.
Вы тоже заканчивайте с этим переодеванием.
И хорошо запрячьте ППШ.
Как это? Почему?
- Ведь так хорошо получилось.
- Получилось даже слишком хорошо.
А мы могли бы вытащить
оттуда ещё пару ребят.
Согласно обещанию, я тут.
Я очень рад!
Парень вернулся час назад.
Боже, как она была счастлива!
Жаль, что ты не видел.
Может, я сначала приготовлю кофе?
Это наш прощальный вечер.
- Первый раз слышу.
- Ну ведь ты должен вернуться в часть.
Я тоже, наверно, куда-нибудь уеду.
Отпороть тебе эти полковничьи лычки?
- Ты полюбила меня или нет?
- Ну ведь я проиграла пари.
Я не вернусь в армию.
Я принял мужское решение.
Я остаюсь вице-министром госбезопасности.
- Что ты собираешься сделать?
- Уеду из Варшавы. - А я?
Я боялась за тебя.
- Что с тобой?
- Прошу прощения.
Это здесь, товарищ полковник.
Не надо так ко мне обращаться, когда мы одни.
Надо, надо. Если я при них ошибусь, то конец.
Хвала Господу!
Ты уже не боишься?
Я боялась всю войну,
могу бояться и сейчас.
Отдел милиции в Гловине
Открывать!
Что тут происходит? Гражданская милиция
баррикадируется от граждан?
Вокруг города кружат банды,
товарищ полковник!
- Где эти банды?
- Неподалёку, в лесу.
А хуже всего - ночью.
Нас тут осталось только четверо.
А остальные что? Пали в бою?
Или обо*рались от страха?
Четверо сбежали в лес.
Мы ждём подкрепления из Лодзи.
- Телефон работает?
- Только что наладили!
Соедините меня с воеводским
управлением госбезопасности.
- Что вы тут делаете?
- Нахожусь тут. Во славу родины.
Грязно тут у вас.
Арестанты есть?
Один, но мы вечером отдадим его чекистам.
- Что он сделал?
- Поджёг комитет ППР.
- Один поджёг?
- Нет, но подвихнул ногу и попался.
Воеводское управление? Говорит поручик
Дудек из министерства госбезопасности.
К вам едет полковник Квятковский.
Предупредите товарища Мочара.
Да. Да, по поручению
товарища министра Радкевича.
Что?
Узнаете, когда приедет.
Пан полковник, скажите там в Лодзи,
что нам тут срочно нужны люди.
Дайте этого арестанта.
Будут вам люди. И будет комендант,
который не станет трястись от страха.
Я забираю его в Лодзь.
- Дайте мне его дело. - Нет никакого дела.
Мы должны были передать его в управление.
Но боялись выйти на улицу!
Вылезай, сопляк.
И чтобы я тебя больше не видел.
Вытури его отсюда.
Выстрелите в поляка?
Ну, давайте, стреляйте теперь.
- Чтоб тебя черти…
- Видишь, что значит иметь власть?
Можно одним щелчком
спасти человеку жизнь.
Стреляйте!
Сукины дети!
- Куда, товарищ полковник?
- В город.
А что Вы, товарищ полковник, там везёте?
- Наверно, сахар.
- Как это "наверно"?
Товарищ министр ничего не везёт,
а едет на инспекцию.
Это мы использовали возможность
для снабжения воеводского управления ГБ.
Освободите дорогу.
Простите, товарищ полковник,
тут кружат банды в разных обличьях.
Может, не пойдёшь туда, Анджей?
Ведь им хватит одного звонка в Варшаву.
Такой риск есть всегда.
Я должен потягаться с Мочаром.
Спорим, он не позвонит в Варшаву?
Никогда больше не буду с тобой спорить.
Ну, теперь у нас есть средства
для нашей патриотической деятельности.
Ты бухгалтер и кассир нашей фирмы.
- А контролёром будет твоя совесть.
- Так точно!
- Едем в Лодзь.
- Так точно!
Воеводское управление
госбезопасности в Лодзи
Зачем лезть в пасть бешеного пса?
Товарищ полковник Квятковский
к товарищу Мочару.
Прошу, товарищ полковник.
- Накормите мою охрану.
- Мы пригласим их в столовую.
- Приветствую, товарищ полковник.
- Добрый день, товарищ Мочар. - Прошу.
Товарищ Радкевич поручил мне нанести вам визит.
Я знаю, что Лодзинское воеводство - непростая местность.
Садитесь, товарищ.
Город пока выполняет функции столицы Польши,
и сюда понаехало разного сброда
с четырёх сторон света.
Но, к счастью, нас поддерживают рабочие.
Хуже обстоят дела на местности.
- Много лесов в воеводстве.
- И реакционных банд? - Да.
А Вы, наверно, недавно в министерстве?
Я никогда Вас раньше не видел
на совещаниях у товарища Радкевича.
Я только что вернулся из Москвы.
Ну, теперь мы чаще будем
видеться у товарища Радкевича.
Я его дополнительные глаза и уши.
- Безопасность в госбезопасности?
- Можно это так назвать.
Но не бойтесь, товарищ Мочар.
Я знаю о Вашем боевом прошлом.
- Выпьем по одной?
- Одну всегда можно.
Я не проверять Вас приехал.
Самое большее - помочь советом.
Дело деликатное.
Мы Вам полностью доверяем.
Но некоторые товарищи жалуются,
что не могут работать из-за Ваших арестов.
- Кто жалуется?
- Не важно.
Говорят, Вы сажаете слишком много людей.
- Их уже впихнуть некуда.
- Да, некуда.
И тюрьма, и лагерь уже забиты всякой мерзостью.
АКовцы, партизаны, старорежимные,
агенты буржуазной разведки.
- Реакционеры любых мастей.
- И так дальше, конца не видно.
А меня уже ожидают новые квартиранты.
Нужно заняться Польской народной партией.
Будем сажать. Но куда?
Но ведь новую тюрьму я для Вас
из кармана не выну.
Вы же знакомы с ситуацией.
Впрочем, я хотел бы ознакомиться
с этой Вашей заботой.
Разрешите, товарищ Мочар,
дать Вам дружеский совет.
Вообще-то я тут у вас по службе,
но так не совсем.
Лучше условимся,
что меня тут вообще не было.
Тогда, пока не дали совет, Вы есть.
А вообще-то Вас тут и нет.
Значит, я это вижу так.
Реакционеры распускают в стране и за границей
враждебные слухи о наших тюрьмах.
О Вас там тоже говорится.
Пока что мы вынуждены считаться
с буржуазным,
так называемым "общественным мнением".
По-моему, у Вас только два выхода.
Половину людей расстрелять… или освободить.
- Но товарищ!..
- Минутку!
В нашей политической ситуации расстрел
такого количества людей невозможен.
Сразу империалисты подняли бы шум.
Остаётся освобождение.
Во-первых, это разрядит вам ситуацию
в тюрьмах, а во-вторых облегчит работу.
А мы распространим на Запад известие,
что отпускаем даже врагов из-под знамён
Андерса, Мачека, Бур-Коморовского.
И значит, сведения о нашей
жестокости высосаны из пальца.
Но кого выпустить?
Следствие не закончено.
На мой взгляд, вы должны принять
пропорциональный подход.
Половина АКовцев, половина сопляков из леса,
половина крестьян, которые им помогали.
Половина партийных товарищей.
Выпущенных предупредить, что, если ещё раз
их поймают за антидемократический
заговор, то их подвесят за яйца.
- Понятно?
- Понятно.
Может, это и выход, но всё же выпускать - глупо.
А, коллега, конечно глупо.
Но не беспокойтесь заранее.
Наберёмся сил. Выловим всех из леса.
Укрепим границу,
работа пойдёт быстрее и легче.
А, может, посоветоваться с моим кацапом,
майором Невзоровым?
Зачем советоваться?
Он позвонит своему начальнику в Варшаве,
тот - начальнику в Москве, и начнётся буча.
А советские товарищи
очень не любят освобождать.
Всё же мы должны решать свои
вопросы самостоятельно, не правда ли?
Я тоже так думаю.
Тихо, спокойно приведёте
своё хозяйство в порядок.
Приятно Вам из-за давки
вытаскивать трупы из камер?
Это только мой совет.
Сделаете, как захотите.
Прошу на обед, товарищ.
Красивого сержанта с собой возите.
Очень преданна делу.
Сирота, к сожалению.
Дочь заслуженного товарища.
Не вернулся из Москвы после 37-го.
Это очень трудный вопрос.
А мы отпускаем даже врагов.
Это очень полезно в нашей ситуации.
Я страшно за тебя боялась.
Выпил на брудершафт с Мочаром.
Говорил с ним на "ты".
С завтрашнего дня будет освобождать.
И не позвонил в Варшаву?
Не только потому, что доверяет мне,
но потому, что он партизан
ППРовской Армии Людовой.
А эти, из Варшавы,- агенты, присланные
из Москвы. Не любят друг друга.
А я ему понравился открытостью
и осторожной неприязнью к Советам.
- И зачем мы полезли в эту "Полонию"?
- Чтобы развлечься.
Народный совет
в Томашуве Мазовецком
К начальнику управления.
Что вы тут за побои устраиваете?
Это управление или бойня?
А Вам, пан полковник, какое дело?
Товарищ полковник -
вице-министр госбезопасности.
- И не задавать глупых вопросов!
- Где начальник?
Капитан Яец!
Я Вас не ждал.
Я попросил товарища Мочара,
чтобы он вас не предупреждал.
Проведите в свой кабинет.
Разберитесь с этими своими мясниками, Яец.
Уже по стране разносится, что вы тут
зубы выбиваете и почки отбиваете.
Что это такое?
Вы хотите, чтобы вас с гестапо сравнивали?
Ну, нет, но…
Любой хам способен забить человека, Яец.
Но не в этом цель.
С ними нужно психологически, Яец.
Я не очень знаком с психологией, товарищ полковник.
Я не обучен, партия меня назначила прямо из деревни.
- Вы земледелец?
- Жертва эсплуататоров.
Я пас коров с десяти лет,
но кое-что о психологии знаю.
Ну как этой психологией можно
выбить из них имена и адреса?
Тут нужно с сочувствием, Яец.
Они должны понять,
какое несчастье навлекают на страну.
Ибо те, что пришли с востока,
могут навести тишину по-своему.
Кладбищенскую тишину.
Я должен говорить плохо о Советском Союзе?
Это может быть ключ для подхода к заключённому.
Нужно, чтобы он заплакал на Вашем плече
над судьбой несчастной отчизны.
Яец. Да? Кто? Сколько их? Ну, и что?
Вывозят - это их дело. Вас это не касается.
У меня нет времени, всё.
Воевать захотел, дурень, с Красной Армией.
Простите, товарищ полковник.
Назначить инструктаж работников?
А почему этот Ваш человек
хотел воевать с Красной Армией?
Ну, приехали в Спалу
и хотят вывозить мебель этого…
довоенного фашиста Мостицкого.
- Мебель президента Мостицкого?
- Да… Командует ими какой-то майор.
- Сколько до Спалы?
- Пара километров.
Как Вы на них наорали, пан полковник! Спасибо Вам.
- Это Вы звонили?
- Я. Не хотели помочь. Ужасно боятся русских.
Теперь-то помогут.
- Есть какая-нибудь гостиница?
- Спала - это здравница, есть пансионаты.
Советские уехали на запад.
Наверняка место найдётся.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Вы снова реквизируете?
- Хотим снять комнаты. Платим наличными.
Вы платите?!
Разные тут бывали с оружием,
но об оплате никогда речи не было.
Жизнь налаживается, дорогая пани.
О, пан поручик, Вы оптимист.
Но прошу, прошу, я покажу комнаты.
Что ты хотел мне сказать?
Что я люблю тебя.
Я не прошу тебя о признаниях.
Я хотела бы узнать, как ты
представляешь себе конец этой игры?
Я как раз планирую наше будущее.
Вероятно, есть две возможности:
нас или расстреляют, или повесят.
Есть ещё третья: нас вышлют
куда-нибудь на рудник под Магадан.
- А где это?
- На Охотском море.
Я многого наслушался об этом курорте.
В армии, от бывших курортников.
Там дохнут глубоко под землёй.
Мы не можем как-нибудь найти дорогу обратно?
Я бы так хотела пожить в меру нормально.
Очень высокие запросы.
У меня есть дядя в Англии.
Будем двигаться на юг,
в сторону чешской границы.
Пока что там проще всего перейти.
Может, у нас получится.
Или нет…
Поскольку наше будущее туманно,
сами устроим себе "хеппи-энд".
- Ну что, Яец? Защитили мебель?
- Да, товарищ полковник.
Передадим в повятовый комитет ППР.
Им там не на чем сидеть.
А, может, себе комнатку допросов
обставите в стиле ампир?
Это очень неразумно, Яец,
очень неразумно.
Как это будет выглядеть,
что член Рабочей партии
восседает на позолоченной мебели?
Ну, действительно, неразумно.
Тогда что делать?
Позвоните в музей, в Лодзь.
Пусть пришлют человека, чтобы забрал мебель.
Вы за это отвечаете. Честь имею!
Отставить!
Ни слова о моём вмешательстве.
Сразу же реакция стала бы очернять
Красную Армию - что крадёт всё, что можно.
- Меня тут вообще не было, Яец, понял?
- Понял, товарищ полковник!
Вот. И чтобы на вас не было доносов,
что истязаете людей.
Учитесь психологии допросов, Яец.
Берите пример с товарища Дзержинского.
Так точно, товарищ полковник!
Если вы едете в Кельце, можете
столкнуться с вооружёнными бандами.
Мы едем в Ченстохову.
Холера! Там тоже рыщут партизаны!
Туда как раз высылают батальон
Корпуса внутренней безопасности!
Крыся, Дудек, Кровицкий
идут со мной к ксёндзу.
- Остальные могут помолиться.
- Так точно!
- Мы хотели бы обвенчаться.
- Что?!
Ведь вы не из нашего прихода.
Наш приход в Варшаве сгорел,
а этот костёл нам нравится.
Я не уверена, что это лучший хеппи-энд.
Без предварительного объявления я не венчаю.
А тем более людей незнакомых и вооружённых.
Оружие мы оставим в ризнице.
На объявления у нас нет времени.
Венчаться хотим сейчас же.
- А метрики о рождении у вас есть?
- Простите, ксёндз, метрики тоже сгорели.
Я должен обвенчать неизвестных людей,
без объявления, без метрик о крещении.
Ваш орёл потерял корону.
Ещё хорошо, что остались перья и хвост.
Мы не уйдём отсюда, не обвенчавшись.
- Вы мне угрожаете?
- Мы не хотим жить в грехе.
Не понимаю. Почему вам так нужно обвенчаться?
Ведь вы пренебрегаете верой?
Потому что в Польше действителен только церковный брак.
Вы хотели это изменить.
Ввести гражданские браки.
Откуда же? Ксёндз, если уж свадьба,
то только в костёле.
- И чтобы орган играл? - Конечно.
Настоящее венчание, торжественное.
Вот незадача! Три дня назад
ГБ арестовала органиста.
- За что? - Как христианин,
он дал приют паре человек.
Если его ещё не расстреляли, он сидит
у них в городке в 6 километрах отсюда.
- Ну так что с нашей свадьбой?
- Ну что ж… Если органист вам сыграет…
Поручик Дудецкий, едем!
Крыся, помолись за наши души.
Я должен вас ещё исповедать!
Народный совет
и управление ГБ в Славкуве
Слушаюсь!
Что вы мне тут за диверсии устраиваете?
Посадили сельского органиста, да?
- Он прятал лесных бандитов.
- А бандитов поймали?
Одного, раненого.
Признался, что ночевал у органиста.
А Вам, товарищ, какое дело?
Товарищ полковник - ваш очень
высокопоставленный начальник из Варшавы
и инспектирует воеводские
управления госбезопасности.
Простите, товарищ, я не ожидал.
Проезжаю через село и вижу вопящих баб.
Вы, наверно, не знаете, что для них
значит костёл без органиста?
Молятся и проклинают госбезопасность!
Есть директива - церковь не трогать!
Вы, наверно, не заметили, что товарищ Берут
ходит крестный ход на коленях!
Я заметил, товарищ полковник.
Но за укрывание бандитов
закон предусматривает суровое наказание.
- Закон - для нас, товарищ… как Вас?
- Капитан Стефанчук!
Так вот, Стефанчук. Закон мы
применяем тогда, когда нам удобно.
И поэтому для общественного спокойствия
можем прикрыть наше чуткое око,
когда какой-то там глупый органист кормит
пару сопляков или выхаживает раненого.
У них такие старомодные привычки:
голодного накормить, раненого перевязать.
Что вы хотите? Чтобы село
перешло на сторону реакции?
Но это село и так на стороне реакции.
Тем более! Мы должны действовать так,
чтобы их перетянуть на свою сторону.
А своим глупым арестом вы
убеждаете их, что мы их враги.
Весь этот район опасен, товарищ полковник.
Удивительно, что вам удалось там проехать.
Банда Вацека сидит в лесу
в паре километров оттуда.
- Мы ждём подкрепления из Кельце.
- Покажите, где они сидят.
Вот тут, как раз у этого села.
Завтра на рассвете окружим их со всех сторон.
Я запросил два батальона КВБ.
Чтобы арестовать этого органиста,
мы одолжили у армии броневик.
Банда Вацека исчезнет,
а село останется, Стефанчук.
Время уходит, Стефанчук.
Образовывайтесь политически!
Поручик Дудецкий заберёт у вас органиста.
Отвезём его в село и передадим ксёндзу.
Покажем великодушие властей!
Это опасно, товарищ.
Я бы в это село пока не ехал.
Я обещал людям органиста и слово сдержу!
И давайте договоримся, Стефанчук:
органиста у вас и не было!
Что Бог соединил, да не разделит человек.
Брак, который вы между собой заключили,
я от имени католической церкви
подтверждаю и благословляю
во имя Отца, и Сына, и Духа Святого, аминь.
Время нынче военное, только недавно перестали падать бомбы.
Поднимаю тост за счастье молодой пары!
И ставлю 100 долларов против 100 злотых,
что чету Квятковских ждёт сияющее будущее. Сто лет!
Сто лет! За здоровье молодой пары!
"Сто лет, сто лет, пускай живётся нам!"
Я выпил за их здоровье от всего сердца,
ведь меня вытащили из застенка.
Бог вас благословит при условии,
что перестанете грешить, дети мои.
Поднимите руки вверх
в знак мира.
Кто это у Вас, ксёндз, в гостях? Большевики?
- Ты наставил на меня оружие, сынок.
- Ведь это холопы Москвы!
- О, простите. Я ничей не холоп.
- Входишь в ГБ, как домой, а?
Ты, братец, какой-то важный ГБшник из Варшавы.
Браво! Я вижу, у вас свои информаторы в повяте.
Сейчас перестанешь смеяться!
Показывай, братец, документы!
Зачем тебе документы, Вацек?
На улицу московского гада и того!
К сожалению, у меня нет документов.
Можете на моей могиле написать "Н.Н."
Мы ничего не напишем на твоей могиле.
Выбросим тебя на свалку!
Меня первую убейте.
Это я затащила его к алтарю!
Мы вместе исповедовались в грехах.
Я бы никогда не полюбила убийцу.
А тут ещё сука!
Я не позволю, чтобы вы
этих людей хоть пальцем тронули.
Уходите и дайте нам спокойно
закончить свадебный вечер.
Вы защищаете ГБшника, убийцу поляков?!
Я бы хотел, чтобы все ГБшники были такие, как он.
Влево давай!
Я отойду…
Я всё время боюсь, что это всё
слишком легко у тебя получается.
В Чешском Тешине пересядем на поезд.
А потом уже всё будет хорошо.
Жаль покидать Родину.
Стой, стой! Стоп, товарищи!
Русские едут!
"Бонжур", "бонжур", товарищи!
Товарищ полковник, наши союзники
охотно оказали нам помощь.
Кроме бензина, уступили нам
американские мясные консервы.
Это уже твой отдел, Дудек.
Ребята!
Идите сюда.
Нам нужно найти
подходящее место для ночлега.
А не лучше ехать сразу к границе?
Это, возможно, наша последняя ночь
на Родине. Скоро окажемся на границе.
Дальнейшие действия
я считаю слишком рискованными.
Даже эти дураки из ГБ наконец
разберутся, кто я на самом деле.
И всё-таки удалось кое-что
сделать на благо отчизны.
И было даже немного смешно.
Поручик Дудецкий выплатит
вам выходное пособие,
а потом каждый решит, что делать дальше.
Или зароет форму, оружие и
постарается смешаться с гражданскими.
- Или…
- Повесится на ближайшем дереве.
Да, это тоже выход. Трусливый.
Для искателей приключений
есть лучшие перспективы.
Вырваться из-под власти ГБшников и идти.
Мир большой.
Пока границы не прикрыты.
Но предупреждаю: путь будет нелёгкий.
Если мы покинем Родину, не сможем
рассчитывать на возвращение в ближайшие годы.
А почему не уйти в лес?
Ведь там полно наших.
У нас есть ППШ. Патроны Вы нам
добудете в ближайшем отделе ГБ.
- Может, дождёмся?
- Чего? Чего, дорогие мои?
- Ну как это? Войны с Советами.
- И генерала Андерса на белом коне?
Если бы был хоть процент надежды,
что кто-нибудь выгонит Советы из Польши,-
я сам отвёл бы вас в лес.
Мир уже навоевался. А нами уже
давно перестал интересоваться.
Никакой войны не будет.
Погодите, полковник, сделаем ещё что-нибудь!
Ведь так нельзя.
Мы уже столько сделали!
Уйти в лес и всё!
- Что это? Вывозят?
- Ввозят. Репатрианты из-за Буга.
Анджей! Не вмешивайся в это!
- Вы откуда?
- Из-под Тернополя.
- Долго в дороге?
- Больше четырёх недель.
- А сколько тут стоите?
- Скоро пятые сутки.
- Куда едете? - На запад.
А где этот запад - чёрт его знает.
От вагона отойти не дают. Мы сдохнуть
должны в этой незнакомой стране?
Пан офицер, у нас скотина дохнет.
Слышите этот предсмертный рёв?
И молока не даёт, ведь откуда? И что нам -
с голода подыхать, камни грызть или что?
Тут только бедные люди,
у них ничего нет, а вокруг глушь.
- Пан офицер, помогите.
- Где комендант транспорта?
- Там, там.
- Простите…
Что тут происходит?
А что я могу, пан полковник?
Сказали ждать - вот и ждём.
Вчера привезли хотя бы
немного хлеба. А сегодня - ничего.
Скот вывести из вагонов попастись -
строго запретили.
А Вы себе так спокойно играете на гармони?
С голоду - уже привык.
Поручик Дудецкий, дайте эти
американские консервы.
Но товарищ полковник!
Их ждут в управлении!
- Немедленно принесите банки!
- Так точно.
А Вы, пан органист,
поделите их справедливо.
Так точно!
Чёрт подери! Как ревут коровы!..
Что у вас тут за бардак? Почему этот
транспорт три дня стоит на станции?
Линия занята, пан полковник. Не пускают.
И что? Никто не помогает - гмина, повят?
Были тут вчера из ГБ, спрашивали
о настроении репатриантов.
Но когда послушали
этих людей, коров - тут же смылись.
Соедините с повятовым
управлением госбезопасности.
- С управлением ГБ!
- Дайте мне начальника управления.
Начальник? Это полковник Квятковский
из главка. Из министерства ГБ.
Берите сейчас же машину
и приезжайте на станцию!
- Какая это станция?
- Водна.
Водна! Это ваш район, так?
Так что живо! Жду.
Это грех - возить людей хуже, чем скот.
Потому что люди терпят больше, чем скот,
не ревут, ведь выиграли войну.
Капитан Малец. Товарищ полковник,
Вы по поводу этого транспорта?
А Вас это не касается?
Этих людей выгнали из дома.
Они возвращаются на Родину.
Чтобы сдохнуть? В поле?
Я не влияю на расписание движения
поездов, товарищ полковник.
Значит, должны получить влияние, Малец.
Своим бездействием Вы даёте
прекрасные аргументы реакции.
Вот, мол, как народная власть
занимается репатриантами.
Даёт им помереть в чистом поле
от голода и жажды!
И всё, конечно, свалят на госбезопасность:
что ездим по стране,
арестовываем людей, пытаем.
Но палец о палец не ударим,
чтобы помочь бедным переселенцам.
- А как тут помочь, товарищ полковник?
- Не знаете, как? Я вам покажу.
Дудецкий! Идём.
- Куда должен ехать этот транспорт?
- В Катовице и Ополе.
- Заблокируйте путь до Катовице.
- А как? - Как?!
Вы должны задержать
все советские транспорты.
Говорите, что пускаете поезд
со скоропортящимся грузом.
Который ещё сегодня ночью
должен прийти в Ополе.
Это дело высшей
государственной важности!
Узловой станцией управляют советские.
Наши там ничего не решают.
Ответят, чтобы я их в зад поцеловал.
Да? Тогда скажите им, что к задержанию
их транспортов вас принудил пистолетом
польский вице-министр госбезопасности.
Если они хотят катастрофу, то получат.
А потом их расстреляет НКВД.
- Боже мой!
- Звоните!
- А вы бегом к машинисту.
Пусть греет котёл. - Так точно!
Садитесь, Малец.
Видите, Малец, в этом бардаке
только решительность приносит результаты.
Вам, товарищ полковник,
легко так говорить.
Я для этого слишком мелок.
А, вот это - только капля в море.
Но ведь я не могу быть всюду.
Да! И чтобы мне тут
другие транспорты не зимовали!
Постараюсь, товарищ полковник.
Вот. А в воеводское управление
можете написать,
что ваша жёсткая позиция спасла
репатриантов от голодной смерти.
- Так точно… Как это? Ведь это Вы…
- Меня тут вообще не было, Малец.
Что бы там в Варшаве подумали товарищи?
Что вице-министр регулирует движение
на вашей захолустной станции?
А-а, понятно, товарищ полковник.
- Есть тут какая-нибудь гостиница?
- Есть. Гостиница "Под орлом".
- Но люксов там нет.
- Люксы были для эксплуататоров.
А в Сопротивлении спали на голой земле,
Малец. Мы переночуем "Под орлом".
Тогда, может, я побегу и приготовлю ночлег?
- Я не стану врываться туда к Вам,
товарищ полковник. - Станете, станете.
Тогда я оставлю своего
заместителя, поручика Жуска.
Он поведёт, покажет дорогу.
Приветствую!
Приветствую пани!
Пан полковник! Паны!
Всё готово. Я велел натопить печи.
- Ведь тепло.
- Не повредит!
Простите, может, это слишком смело, но…
Могу я обратиться с просьбой?
Обращайтесь!
Начальник управления ГБ
реквизировал всю гостиницу
для Вашего размещения на сегодняшнюю ночь.
Я понимаю соображения безопасности.
Но живёт тут моя старшая сестра,
выселенная с Волыни.
Она плохо себя чувствует,
два дня не встаёт с постели.
Мне придётся вынести её
на руках куда-то, непонятно куда…
- Ваша сестра не будет нам мешать.
- Большое спасибо. Прошу.
Обязательно нам платить за эту гостиницу?
Да. Мы не станем жить за счёт бедных людей.
Но так мы создаём слишком хорошее мнение о ГБ.
Это непатриотично.
Исключение - это не правило. Скажи хозяину,
что твой полковник - оригинал и чудак.
За наше будущее и ваше здоровье!
Мы тебе очень обязаны - Крыся и я.
Да ну там. Это мне подфартило.
Где ещё найти другого такого, как ты.
Что-то меня воротит от водки.
- А ты не…
- Может быть…
Каждый вечер пишешь и пишешь.
Ты случайно не графоман?
Ведь ещё ничего не почувствуешь…
Что это?
В этой гостинице тоже истязают?
Это сестра хозяина.
С ней что-то плохо.
- Что с Вами?
- Больно, очень больно…
- Анджей!
- Не знаю, что делать. "Скорой" нету.
Я кое-что понимаю в болезнях.
Похоже на аппендицит.
Есть тут где-нибудь больница?
Быть-то есть, но не очень.
Гнойное воспаление.
Необходима аппендэктомия.
- Вы врач, пан полковник? - Это Вы врач!
Нужно немедленно оперировать больного.
Но я не хирург. Я дежурный врач.
- А где хирург?
- Исчез. Его ищет ГБ.
Но мы отсылаем на операции в Сосновец.
Положите её в операционной.
Гной у неё выльется!
- Вы хотите, чтобы она тут померла?
- А что я должен сделать?
Курва мать! Готовьте операционную.
Я буду оперировать.
Вы, наверно, шутите.
Ведь вы не хирург!
А, может, хирург?
Нет, простите, прошу показать
какой-нибудь диплом или свиде…
Вот мой диплом.
Если будете препятствовать, я отстрелю
Вам сначала левое ухо, а потом правое.
Обожаю точно стрелять.
Пошёл!
Пан, подождите в коридоре.
И всё-таки вы хирург, пан полковник.
Это только одна из моих специальностей.
Я человек Ренессанса.
Надеюсь, что Вы, доктор,
умеете делать перевязку.
И вынуть дренажную трубку,
когда будет нужно.
Постараюсь, пан полковник.
Всё в порядке. Через десять дней
сестра вернётся в гостиницу.
Не могу оправиться от изумления!
Говорили, что ГБ всё может,
но вот это - действительно…
Останьтесь с ней сегодня на ночь.
И смачивайте ей губы.
Спасибо большое!
- Второй взвод! Прикрыть левый фланг!
- Так точно!
Удираем, Анджей. Уже этот номер
с репатриантами мне не нравился.
Слишком разошёлся, пан вице-министр.
Удирай один, Дудек. Оставь машину в лесу,
переоденься и едь в Варшаву.
- А ты?
- Я вернусь в гостиницу.
- С ума сошёл?
- Там моя жена и мои люди.
Но чем ты им поможешь?
Тебя схватят и застрелят.
Если кому-то удастся выскользнуть,
приедет к тебе в Прагу (район Варшавы).
- Крыся?
- Крыся - важнее всего.
Будь спокоен. Но подумай ещё раз.
Это глупость - самому лезть им в лапы.
Ты же не рассчитываешь на их великодушие?
Держись, Дудек.
Вас везде ищут, товарищ полковник.
К Вам приехала какая-то
большая шишка из Варшавы.
С такой свитой?
Боятся мародёрских банд.
- Держитесь, ребята.
- Вы держитесь, пан полковник.
Проходите, полковник.
Рад снова тебя видеть, Квяткосек. Садись.
Хорошо у меня зажила физиономия?
Я как раз читаю твой дневник.
Превосходное, захватывающее чтение.
Даже просится на остросюжетный фильм.
Воображение-то у тебя есть.
Ты нас немного разозлил.
Но лично я тобой восхищён.
Как только мы тебя разоблачили,
я сразу попросил товарища Радкевича,
чтобы он передал мне твоё дело.
За тобой мог бы приехать
кто-нибудь вспыльчивый,
и - раз-два-три -
Квяткосек лежал бы в земле.
Действительно, мне повезло.
А какую прекрасную концовку ты сотворил
с этим транспортом репатриантов!
Квятек, тебе надо идти в актёры.
Если бы не война и не ваша власть,
я бы никогда не открыл в себе этого таланта.
Метек Мочар со слезами на глазах рассказывал,
как прекрасно ты играл свою роль.
Я бы и сам купился.
Достаточно памяти,
наблюдательности, рассказов людей,
которые прошли через ваши руки
и руки ваших начальников с востока.
Но, видимо, я недостаточно хорошо играл
эту роль. Мочар позвонил в Варшаву?
Метек посчитал тебя специальным
уполномоченным товарища Радкевича.
Даже не упомянул о тебе в рапорте.
Тебя сгубила глупая случайность.
Тебя разоблачил армейский сержант.
Если бы ты не одолжил у них "Виллис",
то развлекался бы ещё
какое-то время за наш счёт.
Только мы, пан Квятковский,
напрочь лишены чувства юмора.
В этом я не сомневаюсь, пан полковник.
Жаль, что ты не позвонил мне тогда.
Может, не был бы вице-министром, но…
Но сотрудником специальных органов.
А так - глупый провал…
Мне долго пришлось убеждать товарищей,
что такого талантливого человека, как ты,
жаль было бы сразу расстрелять.
Ну ведь ты заслужил пулю, а?
- Не думаю.
- Но ты, наверно, понимаешь, Квятек,
что вице-министра Квятковского
дольше быть не может.
Останется капитан Квятковский, врач,
который на пару недель
продлил себе внеочередной отпуск.
К сожалению, Квятек, во-первых,
ты дезертир, которого ищет жандармерия.
Во-вторых, не можем же мы
выпустить тебя на волю.
А в-третьих, никто из повятовых
функционеров, кроме разве что Мочара,
не должен узнать, что вице-министр
Квятковский - это комедиант и аферист.
Был полковник Квятковский - и нет его.
Переведён. Уехал на подготовку в Москву.
- Я бы предпочёл не в Москву.
- Я догадываюсь, Квятек.
Сами тобой займёмся.
Нету Квятковского. Но может быть
Ковальский или Малиновский.
Вы хотите предложить мне должность
вице-министра под другой фамилией?
Чувство юмора не оставляет тебя
даже в трагической ситуации. Это хорошо.
Всё зависит от твоего поведения.
Моё поведение зависит от вашего поведения.
Доктор, твой выбор невелик.
Посадим тебя в холодильник
на достаточное время.
Сможешь подумать и выбрать:
или пуля в башку, или почётная служба в ГБ.
Нам нужны интеллигентные люди.
Ты сам знаешь, какие у нас кадры:
или тупицы, или садисты.
А это тяжёлая служба -
я говорил тебе в больнице.
Но ведь она нужна нашей
демократической Родине.
И какая прекрасная цель:
счастье трудящихся в городах и весях.
- Что будет с моей женой?
- Сядет в женскую тюрьму.
А в чём дело? Ведь нету семейных камер.
Она беременна. Только гестапо
сажало беременных женщин.
Ошибаешься, Квятек.
Не только немцы сажали беременных.
Такая практика известна в Европе издавна.
Родит в тюремной больнице.
Если вы до срока не вытряхнете из неё ребенка.
А, интеллигент нашёлся, гуманист.
Ладно, я питаю слабость к тебе.
Что там с моей физиономией?
Ты мог её так испоганить,
что меня бы и мать не узнала.
- Это было бы недостойно врача.
- Да что ты тут заливаешь про достоинство?
Тут революция, красавчик.
Ну, хорошо.
Я проявлю великодушие.
Твоя милая пани не сядет при условии,
что забудет полковника и вице-министра,
а будет любить Квятковского-осуждённого.
Ведь кто-то должен приносить
Вам передачи в тюрьму.
- Пора ехать, Квяткосек.
- Я хотел бы попрощаться с женой.
Хорошо.
Дай пистолет.
Кобуру оставишь себе для декорации.
- А где патроны?
- Их никогда не было.
Я, как врач, органически не переношу стрельбу.
Ну и паяц же ты, Квятек!
Ладно. Можешь идти попрощаться с женой.
Вы нескоро увидитесь.
Я тебя жду, Квяткосек.
Ты пришёл!
Почему ты от них не скрылся?
- Я еду с ними, Крыся. Ты остаёшься.
- Почему меня не забирают?
По причине особой любезности к дамам.
Полковник Кизиор (Выпивоха)
не такой хороший актёр, как я.
Не верит ни одному моему слову.
Поэтому ты должна сейчас
со мной отсюда выйти.
Забудь весь этот маскарад.
Этого карнавала вообще не было.
- Свадьбы тоже не было?
- Ну, конечно была!
Ты вышла замуж за доктора Квятковского,
который продлил себе отпуск.
Когда отсюда выйдешь, беги в больницу,
найди хозяина гостиницы.
Пусть он сразу снарядит
тебя в Варшаву. Вот деньги.
Найди Дудека, он поможет тебе устроиться.
- Ты уверена насчёт ребёнка?
- Меня всё время поташнивает.
Я знала, что у нас не получится выехать за границу.
Но я не жалею. Оно того стоило!
Погоди!
А мы не можем выскочить в окно?
Они оцепили всю гостиницу.
- Думаешь, надолго тебя посадят?
- Я думаю, меня не выпустят.
Чёрт! У нас даже нет свадебной фотографии!
Такой тебя запомню до самой смерти!
Не надо этого пафоса…
Когда я тебя увижу?
Я верю, что ты вырвешься.
Я постараюсь.
Моя жена решила немедленно
покинуть эту гостиницу.
- Собирается ехать к тётке в деревню.
- Я рад. Желаю счастливого пути. Прошу.
Прошу Вас помнить, пан полковник,
что он сделал для вас много хороших дел.
Мы не забудем, милая пани.
Крыся!..
Салют!
Малец! Только решительность даёт результаты.
Так точно, товарищ полковник!
Я рад, что ты нашёл время
для визитов в здешнем управлении.
фильм основан на реальных событиях
 

////////////////////////////