Драма бывшей дворянки, ставшей в 30-е годы женой сотрудника НКВД, и
почти анекдотическая история о том, как для парада маршалу Буденному
готовили ретивого жеребца и, в конце концов, «подсунули» проверенную
кобылу.
Все фразы и цитаты
ПРОРВА
Ну, по коням.
А ну, пошёл, пошёл!
Рабфак!
Привет!
Ух ты! Это и есть Рабфак!
Хорош!
Тебя здесь нет,
И сердце так тоскует.
Мне без тебя грустно одному.
Тебя здесь нет,
И всё меня волнует.
Мне без тебя счастья не найти.
О, как хотел, чтоб дверь
Внезапно отворилась,
И ты вошла,
С собою счастье принеся.
Но тебя здесь нет.
Аня.
Оставь меня.
Саня!
Саня!
Тихо! Тихо! Тихо!
Саша!
Ну.
Опять...
А,..
Саша.
Вот дура!
Да. Докладывайте.
Как кал?
Как кал у Рабфака?
Чем пахнет?
Вызывайте специалистов.
И докладывайте всё. Докладывайте!
- Ой какая!
- Ну.
А ну, пошёл!
Мадам!
Вы свободны? Машина вас ждёт!
Съем!
Или увезу в Канны.
Анна, ты сегодня так опасна!
- Это мой друг.
- Коля.
Ты сегодня так опасна,
что я боюсь не удержусь, Анна!
О!
А ну-ка, Коленька, что-нибудь порочное!
А у меня новость. Я полюбил другую.
Полюбил страстно и порочно.
Порочное, Коля, порочное!
Её зовут Горбачевская.
Я уже рассказывал.
И какое дело! Четыре трупа.
Четыре трупа и никакого раскаяния!
Сытая, довольная тварь.
Аня, я стал поэтом монстра!
Эй!
Тихо, тихо, тихо, тихо. Тихо.
Семёныч, ну, сколько раз я тебе говорил,
повод надо прибирать!
- Да вот сам и прибирай!
- Прибирай повод!
Повторять!
Повторять.
Что же с тобой стало?
Ты скользкий мешок дерьма.
Ну, возьми же меня, наконец, а?
Возьми. Ну? Ну, ну, давай.
Ты можешь или нет? Ты, мерзкое,
скользкое животное! Ничтожество!
- Возьми меня, наконец!
- Ты что?
- А?
- Ты что?
Анна!
Анна, я...
Так всё-таки можешь?
Ничего не можешь!
Когда я смотрю на тебя,
мне становится плохо!
Ты, мёртвый лакей!
Вот сюда.
Я достал "Словарь синонимов",
но я положу его тебе в гроб.
Они два года искали повод после
письма к тебе этого Андре Жида.
- Жида.
- Да какая разница?!
И они его нашли. Узнал случайно. Скажи
спасибо, что я. Георгий тоже знает.
Они приготовили суд "с большой буквы".
Они сделают из тебя парашу. Ты понял?
Только побыстрее, я бегу.
Потому что нельзя сейчас в Москве
и стране просто так сидеть и писать.
Скажи спасибо, что я...
Они написали, что ты не гражданин.
Слушай, что я придумал. Мы...
Мы... Мы тебя спасём.
Мы с Георгием тебя выручим.
Мы не дадим им сказать ни слова.
Мы сами тебя шельмуем. Не по-ихнему.
Мы тебя осудим.
И ты отделаешься лёгким испугом.
Ты должен только одно - молчать.
Ты понял? Обещай!
Обещай мне только одно - молчать.
Иди домой. Я веду Георгия.
Они не дадут тебе писать.
Ты понял?
Раком встанешь, а не дадут.
Не понимаешь. Ты мёртвый, а!
Георгий просил дать ему
что-нибудь ненапечатанное.
Он сейчас пишет одну штуку. Настоящую.
Хочет сначала тебя почитать.
Я понимаю - я для тебя ничто.
Но тебя правда уничтожат.
Этот вечер я не могу отменить.
Вот, пожалуйста!
Вот: новый Главнокомандующий будет
выступать на новом коне вороной масти.
И он будет выступать,
если мне отдадут Бурдюка.
Поэтому этот вечер я не могу отменить.
- Громче сделай.
- Что?
Погромче.
Нет, не смогу.
Я не могу подвести страну! Понял?
Мне кажется, я никогда больше не смогу.
Надежда Павловна! Самой прекрасной
балерине от нашей организации.
Я, конечно, не имею отношения,
Надежда Павловна,
но вы так не похожи на всё.
Вообще ни на что?
Не умею я говорить эти ваши речи!
Ну просто здорово, товарищи!
Браво! Браво!
Браво! Браво!
- Давай.
- Сейчас, даём, даём.
Ну, дуй.
Ёлки...
- Браво!
- Спасибо, милая!
Горбачевская, ну...
Ну, как бы вам определить... Вот она
из тех, кто согласен на один процент.
Мне говорили, такие встречаются
среди смертельно больных.
- Доктор, сделайте мне операцию.
- Но, дорогая моя,
99 процентов, что операция не поможет.
И всё-таки сделает!
Ну, это как-то сложно.
Не, ну а внешне-то какая?
Ну, вот она такая...
Такая, продолговатая... Продолговатая.
Знаешь, в тюрьме без грима она похожа
на выцветшую такую, похудевшую матрёшку.
- Ну а любовь?
- Любовь... Вот так вот...
- Заманила, убила и расчленила,..
- На себе не показывай.
...предварительно ограбив,
четверых мужчин.
- Сколько?
- Четверых, да, мужчин.
Вообще-то, интересней было бы поспрашивать
этих четверых, зачем вот это?
Давай их вызовем, Василий.
Нет, нет. Видимо, она олицетворяет собой
специфический вид вожделения.
- Это какого же такого вожделения?
- Ну, советского вожделения.
Ага. Понятно.
Ммм, оливье вкусный!
Тебя здесь нет,
И сердце так тоскует.
Мне без тебя грустно одному.
Тебя здесь нет...
И что, вы намерены её защищать?
Да, непременно.
Я, знаете, предложил ей тот самый
процент, один, который может её спасти.
Спасти?
Да, мы откажемся от трёх из четырёх
трупов - они доказаны косвенно.
И если на свете возможен
один процент, то...
Моя подзащитная сделает так,
что её освободят вообще и насовсем.
- Вообще?
- Да. Я велел ей забеременеть.
Вы знаете, что она... что она сказала?
Она сказала "спасибо".
Жаль, что её не пускают
даже на прогулки.
Знаете, если я когда-нибудь кого-нибудь
убью, я обязательно приду к вам.
Ммм, Саша? Давай кого-нибудь зарежем
и придём к нему.
Ну нам-то не забеременеть.
А ты Василия попроси.
Идиот, идиот, но детей делает.
Вдруг, откуда ни возьмись?..
Я же просил петь по-русски.
Так сложно, да?
И не кури столько!
Совсем не сложно.
Я вообще скоро
не буду говорить по-русски.
Утро красит нежным светом
Стены древнего Кремля,
Просыпается с рассветом
Вся Советская земля.
Кипучая,
Могучая,
Никем непобедимая, —
Страна моя,
Москва моя —
Ты самая любимая!
Кипучая,
Могучая,
Никем непобедимая, —
Страна моя,
Москва моя —
Ты самая любимая!
...Сердце Родины моей!
Кипучая,
Могучая,
Никем непобедимая, —
Страна моя,
Москва моя —
Ты самая любимая!
...жену молодую,
На чужую жену молодую.
Чужи жёны хороши, пригожи.
Моя жена, шельма, не корыстна.
На работу она не завистна.
Молчи, молчи.
Всё.
Смотри, Аня - на коленях.
Приятно, когда твой муж на коленях.
Молчать!
Не надо, меня проводят.
Когда я пообщаюсь с твоими гостями,
я становлюсь пошляком.
Ушёл.
Тебя здесь нет, но сердце...
Аня. Анка!
- Дерьмо.
- Как жаль, что ты не спела!
Володя. Ну что, Владимир,
дадим ему Бурдюка, а?
- Кого?
- Ну, Бурдюка, тренера, а?
- Дадим!
- Дадим! Слово?
- Слово!
- Вот так!
- Василий!
- Владимир!
- Владимир!
- Всё нормально!
Вася,.. То есть, Саня!
- Смотри!
- Ну, всё.
Сам.
Аня!
Вот видишь, я еду за Бурдюком!
Хорошо.
Хорошо.
- Давай, давай, пошёл!
- Осади! Осади!
Тихо, тихо, тихо! Ух ты!
Бескозырка белая, в полоску воротник.
Пионеры смелые спросили напрямик...
Стоять!
Митя!
...белая, в полоску воротник.
Пионеры смелые спросили...
...напрямик:
Какого, парень, года, с какого парохода,
- И на каких морях ты побывал, моряк?
- Сосед!
- Что, милый?
- Твоя очередь полы мыть.
Понял, Вася, понял, понял.
Ну, изукрасят нежным цветом
Стенки древнего Кремля...
Митя!
Просыпается с рассветом
Вся Советская...
Доброе утро!
Утро красит нежным светом
Стенки...
древнего...
Вань, ну что ты затих?
На, на. На, милый. На, попей. Иди сюда.
- Так. Ну, что у нас?
- Читай.
- Дорогой, а если меня сегодня стошнит?
- Сегодня ничего не говори, пожалуйста.
Эх, она пошла!
Она пошла! Она пошла!
Дальше читай.
Я тебе завидую: ты этого ещё не читал.
А сейчас прочтёшь.
Это так! Это вот так!
Это вот так! Это так!
Эх! Эх! Она пошла!
Она пошла! Она пошла!
Ну, гражданка Горбачевская, особо
опасная и необъяснимая убийца, здрасте.
А что это с вами?
Хотели постричь,
дала только наполовину.
Ну, тогда докладываю.
Товарищ недопил компот.
А двое моих коллег с прошлого века
выразили своё восхищение
от того, что я занят вами,
к сожалению, письменно.
Знаете, с каждым разом изумление от встреч
с вами становится всё менее изумительным.
Мне почему-то больше нравится
рассказывать о вас.
Вы знаете, надо...
Что-то надо придумать.
- Вы как себя чувствуете?
- Хорошо.
Доктор сказал, что беременность
просто показательная.
- Что показательная?
- Ну, беременность.
- А вы что,..
- Вы же сказали, что я должна забеременеть.
А вы как? Вас же не выпускали
даже на прогулку-то.
Ну вот...
- Семь недель.
- А, срок семь недель?
Ху ты, чёрт...
Вы меня... Вы сейчас сбили...
- И что?
- Всё, меня выпустят.
Я приведу себя в порядок
и вас отблагодарю.
Да...
Мы с вами поужинаем. Хотите -
"Метрополь", хотите - прямо у меня.
Да нет, ну Господь с ним, с "Метрополем".
Я всё-таки мечтал, как я...
- Ну я знаю, что я у вас последняя...
- ...разнесу личность судьи.
И хорошо, я скажу
о беременности после суда.
И откуда вы знали, о чём вы мечтали?
Какая разница, перед кем вам выступать?
Действительно.
Приветствую.
Эй, а...
Под праздники уезжаете, да?
А кто же под праздники-то
из Москвы уезжает-то, а?
Мой муж умер.
Да? Это плохо.
Ну, ничего!
Жил, был король когда-то.
При нём блоха жила.
Да. Да-да-да-да, блоха.
Да-да-да-да...
Несмотря на то, что он был моим другом,
сегодня я обязан быть
искренним и принципиальным.
Нет, не так. Все считали его моим другом.
Поэтому я первым должен сделать заявление.
Друзьями быть легко,
гражданами - сложнее.
А кто должен расправиться с человеком,
нарушившим свой долг перед страной?
Друг.
- Почему?
- Что почему?
Почему?
Потому что... Потому что иначе
дружба с большой буквы
перестанет иметь тот великий смысл,
который должна иметь.
Который имеет...
Да, имеет. Хорошо.
- Нет. Нет, нет.
- Ну...
Товарищи...
Товарищи, я прошу дать мне право
лично уничтожить этого человека,
который до сих пор
оставался моим другом!
Хорошо.
Никто меня не насиловал.
Я сама себя хотела унизить.
Потому что я мразь.
Они всех их убили.
Всю мою семью.
Моих родителей,
родственников,
Всех.
А я живу с этими людьми.
Они бесполые. Но я им нравлюсь,
и они со мной спят.
И они все-все пахнут трупом.
Мой муж, мои друзья,
квартира, весь город.
Можно умереть,
и никто ничего не заметит.
Мой муж был там, где меня насиловали.
Он все слышал, мои крики, но не вошёл.
Он был рядом за стенкой, но не вошёл.
А я каждый день ем с ним.
Ощущаю его каждый день.
Скажи что-нибудь, а! Сделай!
Я хочу быть только с тобой. С тобой.
Я не знаю тебя, не понимаю.
Я даже не могу вспомнить твоё лицо, когда
тебя рядом нет, а хочу быть только с тобой.
Я падаю.
Я падаю всё ниже и всё быстрее.
А падать очень приятно.
Дыхание захватывает!
Гоша.
Люби меня.
Хотя бы за ум. Ненадолго.
Пожалуйста!
Не отталкивай меня!
Я стану целовать твои руки.
Не дай бог напился.
Он на самом деле ужасно уязвимый.
Ему же душно.
Идиот.
Думаешь...
Думаешь, он просто так повесил?
Он шутил. Он шутил. Как я это...
Как я сразу не догадался?
Какая глупость.
Вот теперь, именно теперь,
я гад буду, но я его спасу.
Гоша.
Гоша.
Знаешь,
что мне сейчас надо?
Эй, Гоша!
А почему тебя зовут Гоша?
У нас в поместье было много парней,
но ни одного из них не звали Гоша.
Может быть, ты француз?
Ты что, уходишь? А?
Гоша, подожди. Иди сюда.
Пожалуйста, прошу тебя.
Останься.
Почему ты молчишь? Почему
ты такой грустный? Слышишь!
Гоша!
Не уходи!
Стоять! Ты скотина, подлец!
Гоша!
Дрянь такая! Ненавижу!
Убирайся! Убирайся, чтоб я тебя
не видела никогда, гад!
А, дорогая соседка, доброе утро!
Ах, милая! Вы хорошо спали?
Я тоже, представьте себе!
Эй ты, сука! Брысь отсюда, пока жива!
Саша!
Зараза, зарублю! Готовься!
Саша! Саша!
Сука.
Сука.
Ты же знаешь,
что мне нельзя разводиться.
Никто тебя не насиловал, сука.
Проститутка дворянская!
Зачем?
Алло. А ну, что?
Да. Без изменений?
Ну, а может быть, так:
давайте вызовем оркестр.
Будем приручать
непосредственно к оркестру.
Ночью, сегодня. Сейчас. Да.
Да. Весь!
И до конца недели!
Всю последующую неделю, до победы!
Вот так! Докладывайте!
Анна! Это специально, чтобы встретить
двух единственных людей. Они не знакомы.
Это Анна, самая красивая женщина Москвы.
Я так и не успел тебе
ничего о ней рассказать.
- Лучше Горбачевской?
- Типун тебе.
Горбачевская - моё личное дело, а Анна -
это общая тайна и вечная страсть.
Её хотят даже коммунисты.
Если из тебя что-нибудь получится,
я разрешу тебе написать о ней два-три абзаца.
Аня, но какие это будут абзацы!
- А это мой друг, писатель. Познакомьтесь.
- Здрасте.
- Здравствуйте. Мы идём к Горбачевской.
- В тюрьму?
Её выпустили. Она забеременела.
О, помните, я говорил
про один единственный шанс?
Вы никогда ничего не помните.
Горбачевская дома!
- Дома?
- Вперёд к Горбачевской.
- Естественно. На ужин.
- Идём.
А сейчас пригласила к себе на ужин.
В тот же дом, в тот же час.
По-моему, на те же блюда.
Он специально идёт пешком, чтоб
опоздать, чтоб Горбачевская помучилась.
А я имею полное право. Я - не простой
убиваемый. Я - адвокат убийцы.
Вы похожи на мечту. Я никогда
не видел таких красивых женщин.
Стоп. Так, проводишь её.
В квартиру, не входи.
Там четыре комнаты гостей,
которые едят руками, рыгают.
Аня, а ты его не бойся. Он никогда
не пристаёт к красивым женщинам.
Он от них... Ах, он от них радуется.
Он же писатель.
- Вообще, я думал, мы гуляем.
- Да?
Послушай, мне не нравится,
что мы собрались втроём,
потому что я так хотел,
чтобы мы встретились.
Анна, я не сомневаюсь,
вы совокупитесь где-нибудь в подъезде
- или под мостом.
- Эй, писатель!
Вы никогда не сойдётесь на людях.
Вы сойдётесь пошло и один раз.
И вам сразу станет стыдно
друг перед другом.
Потому что вы будете мучиться,
вы оба будете думать:
а вдруг я не понравился.
Не джигитуй!
Осади! Осади, тебе говорят!
Повторять!
Пов...
Пов... Повторяй!
Что вы... Что вы, действительно?
Бурдюк, Бурдюк - ни хрена не может!
- А, держи, держи!
- Давайте ещё раз!
Зараза, кого взяли!
Кончайте свою музыку, сволочи вонючие!
Говорят, здесь будут
строить какой-то дом.
- Я никогда не жила у воды.
- И я.
Хорошо, что стихи читают на закате.
Я бы удавился, если б мне сейчас
стали читать стихи.
Кажется, кино снимают.
Как вы думаете,
они уже поужинали?
Она говорила им:
а ты мог бы отдать за ночь жизнь?
Согласитесь, господа,.. э-э-э, товарищи,
вопрос классический, вечный,
безукоризненно поставленный.
Как это у импровизатора?..
- У тебя есть Пушкин?
- Кто?
Понял.
А что там, тоже убийство?
Там Клеопатра, царица Египта,
за ночь обладания которой мужчины,
не раздумывая, шли на смерть.
- Нет. Что, правда?
- Правда.
Ну так напиши про меня!
Вот сейчас все брошу
и пойду про неё писать.
- Выпьем за нас!
- До дна.
Ты что, не москвич?
Нижний Тагил.
А я сразу догадалась:
ты когда волнуешься, ты окаешь.
Но я вообще не люблю москвичей -
они все какие-то воспитанные.
Прямо бы всех так и вырезала бы.
- Ну что, ложимся?
- Запросто.
Только потом вернёшься сюда на диван.
Хочу отоспаться,
а то ваша идиотская тюрьма...
Наверное, любишь кого-нибудь,
а она не даёт?
Ты такой прозрачный.
Как рыбка.
Ну-ка, ну-ка повернись! Повернись!
Иди ко мне!
- Я буду пятым?
- Седьмым.
Мама!
Молчи, сука, а то убью!
Понял, блядь?
Понял.
- Извините!
- Ничего.
Простите, задремали, знаете,
закрутились.
- Ага, ничего, ничего. Здрасте.
- Утро и ночь... Ничего?
- Мы вас не испугали?
- Нет, нормально все, спасибо.
- Все хорошо. До свидания.
- Извините. Извините.
Аня, у вас нет словаря синонимов?
Нужен синоним слова "прорва".
Знаете такое выражение: "в прорву"?
Мне нужно придумать название
для новой вещи.
Но "Прорва" - это не совсем ясно.
Я искал - бездна, пропасть...
Все не то, все не точно.
- А про что эта книга?
- Про то, что на самом деле в России.
Того, чего боятся все, - его нет.
Это условное.
Это не человек, и не понятие.
Просто ничто. Но ничто,
которое втягивает и уничтожает.
Как прорва.
Советским металлургам - слава!
Советским водникам - наш физкультпривет!
Юноши и девушки,
освоим парашютный спорт!
Если бы эта адвокатская гадость не сказала,
что я буду целовать вас в подворотне,
я бы вас поцеловала.
Поэтому эта гадость так и сказала.
- Я есть хочу.
- Наконец-то!
Первое разумное слово от самой
красивой женщины. Пойдём.
Уходите, у меня свидание.
Все её любят, кормлю я.
Скажите той, которую любите,
чтобы она вела себя хорошо.
Иди, бестактная.
Гоша!
Я купила хлеба, утреннего. Хочешь?
Гоша!
Мой родной!
Я больше никогда не пойду домой. Ты
просто не знаешь, какая я на самом деле.
Как же я измучила тебя, Господи!
Не надо на меня обижаться, Гоша.
Я очень виновата.
Прошу тебя, не сердись, пожалуйста.
Ну, не надо на меня обижаться.
Я не могу тебя сейчас терять.
Если тебе так нравится, что тебя
изнасиловали, не надо звать других.
- Что? Что ты сказал?
- А что, не нравится?
Ты спишь и видишь,
чтоб он тебя опять позвал.
- Что? Что я сплю и вижу?
- Что сказал.
Я не поняла, что ты мне сейчас сказал.
Повтори, пожалуйста, что именно я вижу?
- Что я сплю и вижу?
- Не нравится - значит, правда.
А ну, повтори ещё раз,
что ты сейчас сказал?
- А я не хочу.
- Не хочешь?
- Нет, ты скажешь! Ты, идиот!
- Ты что? Люди кругом!
А ты знаешь, что он заставил
меня делать? Ты! Ты! Ты!
Так, живо! Ну-ка!
- Пусти!
- Гражданин, пройдёмте!
Ну!
- Куда?
- Аня!
- И долго это продолжалось?
- Угу.
- Саша, ты знал?
- Угу.
- А где сидит носильщик?
- В Бутырке.
- Дай-ка папиросу.
- Вы же не курите.
- А что Анна?
- А что Анна...
Позвонила из больницы. Требует,
чтоб его расстреляли без суда.
Он что, такой необыкновенный?
Он действительно носильщик?
Проверяют. По виду - обыкновенный самец.
Зовут почему-то Гоша.
Я опозорен. Анна в больнице. Ай...
- Ну?
- Жеребец сошёл с ума.
Он не хочет ходить под оркестр.
Я прошу
удовлетворить моё прошение
об отставке. Я не...
Угу...
А расстрела ты не хочешь
в своей отставке?
Спокойно. Спокойно.
Время есть, выход тоже.
Мы же не можем сорвать парад, что бы ни
происходило в семьях у каждого из нас.
Предыдущий командующий
выступал на Марсельезе.
- Марсельеза в яблоках.
- Да, но она не боится оркестра.
- Думаем.
- Василий Алексеевич, вас к телефону.
Со своей стороны я могу обещать
молчание адъютанта главнокомандующего,
который приезжает с проверкой
через два дня.
Какое это бесстыдство,
сваливать на каких-то носильщиков
свои собственные ошибки, а?
Вася, Василий Алексеевич, минутку.
Парни!
Мороженое.
Я не хочу мороженое.
Я не хочу мороженое, потому что
я полюбила другого человека.
Мои поздравления.
Здорово!
Поговори, поговори.
Нищему пожар не страшен.
Говорит, не надо суда. Когда, говорит,
расстреляют, она поймёт, что она наделала.
- А у неё от побоев глаз вытек. Животное!
- Прекратить.
На воздух.
- Что-то случилось?
- Нет, не у меня. У одних моих знакомых.
Судьба других людей
действует очень сильно.
А что вы делаете, когда вам грустно?
Я читаю.
Читаете? Может быть.
Напишите мне список писателей,
которых мне нужно прочесть обязательно.
- Я так часто ловлю себя на необразованности.
- Я тоже.
Пушкин, Лермонтов,
Толстой, Чехов, Дюма.
Угу.
- Уже?
- Да, я запомнил.
А знаете, что делаю я,
когда грустно мне?
- У вас есть время?
- Конечно.
Тогда поехали.
Вы лучше расскажите, каких писателей
вы должны прочесть.
Толстой, Чехов.
- Пушкин, Лермонтов, Дюма.
- "У Лукоморья дуб зелёный"...
Знаешь ли, глаз не смыкая,
Сколько ночей я провёл?
Мысль о тебе любовью полна.
Мысль о тебе тревожит меня.
Счастье все моё в тебе,
В тебе, одной.
Слышишь ли ты меня, дорогая?
Песню любви пою для тебя.
Эти слова с этой мелодией слиты.
Как бы хотел,
Чтоб так же слились сердца.
Если же ты той песне не внемлешь,
И для тебя нет прелести в ней,
Муки придут, звуки умрут
И стих оборвётся.
Любви нашей песня не станет звучать.
Если б вы знали, как хочется иметь
свой дом. Свой настоящий дом!
Чтоб можно было выбежать из ванны
в спальню без халатика, извините.
А наш сосед дядя Коля - вечно пьяный.
Недавно привёл с собой каких-то двух
дам с Курского вокзала. Пили три ночи!
Притащили с собой какого-то щенка.
Щенок обгадил им всю постель.
Он выбросил его за дверь
и заперся. Нет его и нет.
Я хотела вызвать милицию - мало ли что.
А вчера выходит на кухню -
весь белый от ненависти, ширинка
расстёгнута, волосы дыбом - и говорит:
"Я вам что здесь, одна должна готовить?"
Вот.
Что у него там в мозгах произошло? Почему
он решил, что он - это она? Непонятно.
Вот вы смеётесь,
а между прочим, в его комнате
была моя детская.
Правда, я её почти не помню.
Мне не смешно.
Мне совершенно не смешно.
Если б вы знали, как болит сердце от того,
что в нашей жизни ещё так мало красивого.
Так много грязного. Но, может быть,
я смогу что-то для вас сделать?
Конечно, не сейчас.
Но если вы мне дадите хотя бы
недели две, то я очень постараюсь.
Нет.
Я вам запрещаю.
Дайте мне слово, что вы никогда, никогда
ничего не будете делать для меня.
Нет, этого я вам пообещать
не могу. Не могу.
Нет. Дайте мне слово, иначе я
запрещу вам видеться со мной.
О! Ну тогда конечно.
Ой, я не пью.
До дна, до дна. До дна. Вот.
Пять, четыре, три, два, одна.
Все, три минуты прошли.
Ну?
- А они читали обе повести?
- Они читали всё.
Георгий им давал твои дневники,
черновики репортажи.
Ну!
"Суд"
Не бойся. Я сказал, что я тебя спасу -
значит, я тебя спасу.
Картинка красивая.
Красивая, красивая. Особенно левая.
Ну неужели даже сегодня
меня нельзя оставить в покое?
Картинка красивая.
Пусть-ка мне кто-нибудь скажет,
чем мы здесь 4 часа занимаемся.
Глупостями мы занимаемся!
Молодости мы позавидовали.
Да хоть вы меня режьте, хоть ешьте,
но кому не хочется
сбросить лет так 10, ну, 20,
ну, 30 лет сбросить?
И позволить себе написать белиберду.
А вот эти пусть считают.
Да у меня вся жизнь впереди, да?
Я, может, вообще к письменному столу
больше не подойду.
А вот они пусть серьёзничают.
Товарищи дорогие, хорошо, что вот ему
такие мысли в голову не пришли.
А то, вы знаете, мы сидели
с вами здесь в дураках, да?
Хорошее было обсуждение, товарищи,
умное, социалистически правильное.
Ну, жаль, конечно, что объект
оказался посредственным.
Ну что ж, постреляли
по воробьям.
Но ведь как на Руси положено?
Взбесился парень - да женить его!
Вот и все проблемы!
- И женить можно, а?
- Да, черт побери, и на свадебку!
Горько!
Вот стервец рассмешил!
Вот видите - опять народ прав.
Слово имеет заместитель народного
комиссара по делам культуры.
Я думаю, меня здесь знают.
- Знаем!
- Знаем!
Сейчас на улице меня
чуть не смяли в толпе:
такое количество народа
съехалось в Москву на праздник.
Не жалко оказаться раздавленной
именно такой толпой.
Никогда наш народ не был
так един, как сейчас!
А чем же занимаются писатели,
подумалось мне.
Оказывается, судом.
Интересно, подумала я, каков же он,
наш социалистический суд писателей?
- Хотите тайну?
- Хотим! Конечно!
Знаете, кому было посвящено
первое стихотворение этого человека?
Мне!
Сколько нам было?
Нет сейчас больше тех стихов.
Другой праздник на улице.
И вот что я вам хочу сказать,
уважаемые писатели.
Тут один товарищ назвал моего
бывшего поэта посредственностью.
Не вставайте, я вас знаю.
Я читала ваши очерки в «Крокодиле»
и не знала, что вы вредитель.
Назови вы его посредственностью,
чем бы кончился ваш суд?
Пожурили, посмеялись и всё?
А ведь солгал товарищ.
Этот человек - талант!
И талант большой, каких не так уж много
среди нас. Среди вас.
И вы хотели допустить, чтобы он
продолжал писать на сторону?
Чтобы он своими руками отбирал
принадлежащее народу его творчество?
Да не судить его надо - стрелять!
- Правильно!
- Верно!
Да не судить его надо - стрелять!
...трижды женщина,
будь я трижды беременна!
Да будь я трижды женщина,
будь я трижды беременна,
я бы не погнушалась
своими руками отомстить
за попранные права советского народа,
у которого украдкой, жадно,
враньём и притворством
отобрали принадлежащее
народу творчество.
Обидно.
Обидно, что не нашлось ни одного
преданного делу Ленина человека,
у которого хватило бы духу
сказать правду.
Опять наркомат должен брать на себя
исполнение справедливых решений.
Но после праздника делом займётся бюро.
А от вас требуется решение
и постановление честное
и коммунистически принципиальное.
Ведь не он один должен остаться
в истории советской прозы.
Или я ошибаюсь?
Всё товарищи!
Ура! Ура!
Смотрите, Большой театр вон там!
Весь суд я представлял себе, что будет,
если я им скажу то, что я думаю. Уроды.
Я не хочу, чтобы моя значимость
определялась по тому,
как я буду вести себя
в день смерти Политбюро. Я хочу...
Я хочу жить независимо от величия
времени. Я судьба. Я личность.
И я имею право думать так, как мне
дано от Бога, а не так, как велено.
И как я сдержался! Но как они
тебя ненавидят, если б ты...
Знаешь, почему Георгий
назвал тебя посредственностью?
А потому что мне Братеевский
сказал перед судом:
покажите мне настоящего гения,
и я буду есть на нем огурцы.
Но только настоящего.
Ненастоящего не показывайте.
И Георгий отыграл. Если б ты...
Помнишь, ты один раз
сказал гениальную фразу?
Человечество ненавидит запах человека.
Это гениально.
- Это не я сказал.
- Это ты сказал.
Это не я. Я повторил.
- Это кто сказал?
- А вот это вас не касается.
Вас?
Ты ничего не понял!
А знаешь, что бы я сказал,
если б я был "вас"?
Я б сказал: слушай, ты, конечно, гений,
но ты идиот!
Не пиши им гениально, напиши им
интермедию, в конце концов!
Им всё равно! Им всё равно!
Но я так не сказал и не скажу.
Ну ничего, время лечит.
Главное, что ты опять можешь писать.
Давай.
Я тебя довёл, я...
Я спокоен.
Ай...
Знаешь что, у тебя есть
что-нибудь не напечатанное?
Прямо сейчас?
- Почему этот человек все время полы моет?
- Потому что моя очередь!
Вот это?
Я сейчас читать не буду.
- Хорошее?
- Нормальное.
Что-нибудь есть ещё?
Больше ничего нет.
Знаешь, напиши.
Напиши: посвящается моему другу, мне.
Если я для тебя что-то значу,
если ты, конечно, человек.
Спасибо!
Знаешь, ты...
Ты действительно гений. Я...
Я пойду сейчас, а то...
разревусь.
Нет, я сегодня брать не буду.
Я боюсь, что я потеряю на радостях.
Я лучше завтра к тебе заеду
на таксомоторе.
Кстати, завезу тебе словарь синонимов.
Пока, пока!
Я испугался!
Я испугался.
У вас в ящике письмо.
О, это Рабфак!
Это кто?
Марсельеза, товарищ адъютант.
- Что, вы покрасили Марсельезу?
- Так точно.
Но! Стоять!
Да...
Вы что,
вы думаете, командующий
не отличит кобылу от жеребца?
На этот случай у нас вызван
бутафор из Большого театра.
- Ну?
- Это наш второй экземпляр.
Первый находится
в данный момент на лошади.
Если маршал скажет,
мы удлиним, увеличим.
Обстановка... Виновные наказаны.
Бурдюк будет отправлен обратно.
- Василий в курсе. Выхода нет!
- Эх, если бы не Василий!..
В Ленинград!
А я иду в Нижний Тагил!
Эх! Айда со мной, а!
Ну и зря! Там, между прочим,..
вот такие рябчики!
Широка страна моя родная!
- С праздником!
- С праздником!
Много в ней лесов, полей и рек!
Я другой такой страны не знаю...
Назад! Назад! Нельзя!
Ну что? Вот люди, а!
Все будет нормально. Да.
Глаз скоро пройдёт.
Потом ничего не будет видно.
Зато никто не будет
приставать ко мне, наконец.
И нет больше проблем.
Гоша.
Гоша, Гоша.
Руки!
Гоша.
- Гоша, Гоша.
- Разговаривай!
Пошли!
Гоша... Гоша!
Нет, в праздник не выпущу.
Парад. Демонстрация.
Страна радуется.
- А может, сразу после демонстрации?
- И после демонстрации не выпущу.
Вот утром, может быть, выпущу.
- Я останусь здесь, подожду.
- Ну, жди!
Спасибо.
Тихо! 2 минуты осталось. Начинай!
- Тут дежурь...
- Одна сорок две. Одна сорок одна.
...........
Победа! Победа!
Братцы! Серега! Эх ты!
Саня, ты что! Саня!
Ну, ты удивил! Ты с ума сошёл!
Давай руку.
Кипучая, могучая,
Ни кем непобедимая,..
Теперь на карточку!
Страна моя, Москва моя,
Ты самая любимая!
Guten Tag. Guten Tag.
Guten Tag. Guten Tag.
А надпись сделаем такую:
С каждым годом тверже и
сплочённей наши ряды!
- Очень хорошо!
- А вы?
А я, к сожалению,
сегодня очень занят,
- ...Прасковья Николаевна.
- Жаль!
Внимание!
- С праздником!
- Здравствуйте!
Прошу. Вы знаете, у меня сегодня
удивительно счастливый день.
Я даже не знал, что в жизни
бывают такие счастливые дни.
Я очень рада.
У вас счастливый день,
а мне так грустно почему-то.
- Кажется, что солнце уходит навсегда.
- Ну, это кажется.
Вы не знаете всего,
и мне не хочется говорить о страшном,
но почему на свете существуют
такие уязвимые, такие красивые люди?
Почему они уходят
или умирают раньше других?
За мной ухаживал один писатель, а я даже
ничего не прочла из того, что он написал.
Я понимаю, жизнь не вечна.
Но почему для красивых людей
нельзя сделать исключение? Почему?
А хотите, я вас развеселю?
Знаете, чем кончился сегодняшний день?
Меня пригласили работать моделью
для одной статуй на ВДНХ.
Представляете, с меня
будут делать скульптуру.
- С вас?
- С меня.
Что ж, это очень почётно, хорошо.
Мерси!
Вот теперь я вас действительно удивлю.
Вот как я вас удивлю.
Зелёными просторами
Легла моя страна.
На все четыре стороны
Раскинулась она.
Над ней стальные соколы
И день и ночь парят.
Огни её высокие
Над всей землёй горят.
Огни её высокие
Над всей землёй горят.
Гремят победной песнею
Заводы и поля,
И мы, победой гордые,
- Парни!
- Тише!
Проходим у Кремля.
- Беги! Беги, идиот!
- Гражданка!
- Спрячься, Вася, куда-нибудь!
- Спокойно! Спокойно!
Заройся! Закопайся!
Тихо! Тихо, я сказал!
Пустите меня!
Я тебя очень прошу, давай хотя бы
сегодня обойдёмся без скандала!
- Куда? А ну-ка, в машину! Давай, давай!
- Пустите, сволочи!
В машину, быстро!
- Вася! Вася, миленький, беги! Беги!
- Дура! Что ты понимаешь?!
Дура, куда ж я побегу?!
- Пустите его, гады!
- Пошёл!
... поверь, родной, нельзя!
И мы, победой гордые,
Проходим у Кремля.
Наше знамя, шёлком шитое,
Пылает в вышине,
И лежат пути открытые
Для нас по всей стране.
И лежат пути открытые
Для нас по всей стране.
Куда б ты ни поехал,
Куда б ты ни пошёл...
Направо!
Заряжай!
Целься!
Огонь!