«Стряпуха» — советский художественный фильм, лирическая кинокомедия
режиссёра Эдмонда Кеосаяна, поставленный по одноимённой пьесе Анатолия
Софронова. Премьера фильма состоялась в июне 1966 года.
Все фразы и цитаты
-Это бурда, гадость.
Это невозможно есть!
- Да что ж такое?! Бурда!
- Стряпуха!
ВОЗМУЩЕННЫЕ КРИКИ
-Вон он, девоньки! Держи!
- Стой, девчата! В чем дело?
- Народ на работу не евши выходит.
- Негоже это, Трофим Григорьевич.
- Уборочная в разгаре,
а тут про еду думай.
- Ну что вы, девчата!
Дед Слива кашеварил в кавалерии.
- От его кашеварства у девок рот набок
сводит. Либо подавай нам стряпуху,
либо сам становись за плиту.
НЕДОВОЛЬНЫЙ ГОМОН
-Цыц! Расшумелись.
Слово не дадут сказать.
Будет стряпуха. Поехали.
- Кто такая?
- С какой станицы?
- Когда будет?
- Завтра с утра будет стряпуха!
"Склонилась ивушка до самой
реченьки.
Ей тоже хочется на быстрину.
Она печалится с утра до вечера,
Все ждет, пушистая, свою весну.
Склонилась, тонкая, как небо,
чистая.
Но одиночество не превозмочь.
Ах, ива-ивушка, коса пушистая,
Как мне, красавица, тебе помочь?
Ах, ива-ивушка, коса пушистая,
Как мне, красавица, тебе помочь?
- Красота.
- Что?
- Во!
- Не пройдет.
- Чего?
- Пари держу.
-Спокойно.
Каша?
- Каша.
- И сало в ней есть?
- Нет сала, одни мослы.
- Ну, сало не сало, а подходяще.
- Для тебя неподходяще.
- Да? Я ж, между прочим, холостой.
- Оно и заметно.
-Да? Знавал я в молодости
одну кобылку...
-Я хоть и не кованая, но,
если подвернешься, зубы придется
собирать по одному с земли.
- Понял. В общем, так: мы с тобой
не беседовали, меня здесь
не было. Понятно?
- Ну как?
- Сельпо. Тундра.
-Ты чего это такая серьезная?
С тобой по-хорошему, душевно.
-Только за душу норовите
руками ухватиться.
- Тебя что, обидел кто?
- Он еще в проекте значится.
- Ну смотри, достанешься ты кому-то.
- Кому б досталась - на руках бы
носил.
- Во-во, поносил бы да выбросил.
- Перинку подстелил, чтоб обоим лечь.
- Угу. Э, душа!
- Мое дело - за плитой глядеть.
- Может, оно и так.
- Пусти, не твоя забота.
- Давай с пруда принесу.
- Пусти.
- Давай принесу.
- Серафим! Ты чего стряпуху обижаешь?
- Проходу не дают, юбочники.
-Эй, ты, слушай!
Где вы ее такую выкопали?
- Как она тебя назвала?
- Обязан я всякую клевету запоминать?
- Я извиняюсь, юбочником.
- Отдохни. Ты ее брехне поверил?
- Поверил не поверил, а за одну дужку
держались.
- Теперь алименты платить придется.
-Вот что, хлопцы. Вы Павлину
не обижайте. А тебе, Серафим,
нужно особо себя блюсти.
Предупреждаю, ты Галину не тревожь.
- Григорич, да ты что?
- Во-во, а уж стряпуху совсем обходи.
- Она фарфоровая, что ли?
- Фарфоровая. Вы же ее характера
не знаете. Она может
и побоище устроить.
Думаешь, почему она здесь объявилась?
Она у себя комбайнера половником
в состояние инвалидности привела.
- Красота...
- Это с чего бы?
- А вот именно, с чего?
Тоже, наверное, к ведерку потянулся.
Думает, раз вдова, так уж...
- Вдова?
- Эх вы, орлы...
Девке будет 24 года,
а хлебнула горюшка.
Встретила доброго хлопца, свадьбу
сыграли, а в прошлом году потонул он.
Судорога, что ли, ногу свела.
Одним словом, погиб парнишка.
Так что вы к ней повнимательнее.
А чего же ты хлопцам не наливаешь?
- Не просят. Налить, что ли?
-Если только самую малость.
- Устроилась как, Павушка? Не тесно?
- Спасибо, не тесно.
- Смотри, она девка с характером.
- Нам нечего делить.
-Закончим уборочную,
хату тебе поставим.
-На что она мне? Поживу у Варвары,
пока мужик ее с армии не вернется.
А там видно будет.
- Можно и так.
- Спасибо.
- На здоровье.
- А тут тебя никто не обижает?
- Да что вы, разве мы позволим?
-Если бы вам позволить,
так и вы б позволили.
Не обижают, Трофим Григорьевич.
Пошутила я давеча.
- Хорош!
- Может, еще?
-Нет, спасибо. Мне к полеводам
заглянуть надо.
Пчелка, подбрось-ка меня до бригады.
- Уже.
СИГНАЛ МОТОЦИКЛА
- А вдова-то ничего.
- Ладно, поехали.
-Ты обиделась на меня, что ли?
Я ничего такого.
-Да и я ничего. Извините,
Серафим Иванович.
Сказала, а сама не знаю зачем.
- Есть, конечно, люди,
которые не понимают женскую душу.
А должны. Только не подумай,
что я чего-то там, я ведь так.
В смысле... ну в чистом смысле.
-Андрей, увидишь Серафима, скажи,
чтобы после смены меня дожидался.
-А где же я его увижу?
Мы с ним врозь работаем.
Я у комбайна, а он на полевом стане.
- Где?
-Возле стряпухи околачивается.
-Вы, конечно, симпатизируете
Галине Дмитриевне.
-Она мне тоже. Но это другой
разговор. Ежели там кто-то цепляться
будет, ты мне только слово скажи,
и все. Договорились?
-Мужская дружба с бабьей -
тяжелое дело.
- Это на сладкое, что ли?
- Галя? А мы тут разговариваем.
Объяснились, значит.
- Для объяснений тоже место находить
надо. Каша-то подгорела.
- Ваша правда. Огонь сильный:
соломой топлю.
- Солома горит жарко,
да сгорает быстро.
- Солома, она, конечно, не антрацит.
- Чем кормишь?
- Что утвердили.
- А грязищу-то развела...
- Вытирала только.
Степь - пылюга летит.
- Как?
- А соли-то в борщ набухала.
- Зря, борщ хороший.
- Тебе, что ли, понравился?
- Да будет тебе, Галина.
Женщина первую неделю в бригаде.
- А тебе откуда известно,
что женщина?
- Галя.
- И что ты возле плиты околачиваешься?
- Что ты мне допрос-то учиняешь?
Кто я тебе?
- Ты что здесь наработала?
- А мне трудно вам перечить:
я младше вас.
- А ты годами не хвались.
Годы как дождь: идут-идут
да и проходят.
Чего он тебе тут говорил?
- Ничего особенного.
- Брось глаза-то прятать.
- Сказал, что любит.
- Кого?
- Да меня.
Что на завтра готовить?
Может, рагу?
- Да откуда ты такая взялась?
- Из Каневского района.
- Да кто ты такая?
- Вы же сами стряпуху просили.
- Так стряпуху, а ты-то кто?
- Я и есть стряпуха.
- Сказала бы я тебе, кто ты есть.
- Скажите завхозу,
пускай картошки пришлет.
- Не пойму я, ты в самом деле
дурочка или прикидываешься?
-Извините, гражданочка, бригада
Серафима Чайки тут располагается?
-Здесь!
Ты?
- Я.
Жеребец.
- Тебе там не хватило, сюда явился?
- Поверх головы хватило.
- Зачем явился?
- Ты думаешь, мне жизнь
была после побоища? Девки смеются -
со вдовой не справился.
Ребятишки игру изобрели в Казанца.
- Это как же?
-Завязывают глаза и бьют одного
прутьями. А тот должен отгадать,
кто ударил. Кого лупят, тот и
Казанец. Сотворила мне известность
на весь район.
- Мало тебе. Руки надо было перебить.
-Дорого бы обошлось.
Пришлось бы иждивенца брать.
- Нужны мне иждивенцы безрукие.
- Тебе и с руками нехорошо,
и без рук плохо.
- Да никакой ты не нужен.
Был человек, а вы все как репейник
в поле: кто поближе,
к тому и цепляетесь.
- Дело прошлое, но, между прочим,
я любил тебя, Павушка. Сказать
не успел. Огрела половником -
все слова заглушила,
все перепуталось.
-А ты бы сначала слова сказал,
а потом руками тянулся.
Я б, может, и подумала.
- Правда, Павушка?
-Остынь, Степан.
Но!
-Я просить тебя хотел. Ежели кто
узнает, что ты на моей голове
половник разломала, меня же смехом
изведут. Уборочная в разгаре,
подзаработать надо. А любовь прошла.
- Прошла?
-Прошла окончательно.
Можешь не беспокоиться.
- Казанец! Степан!
- Так точно, товарищ лейтенант.
-Ты смотри какой бравый, а!
Какими судьбами?
- К вам явился. Комбайнер вам нужен?
- Ну?
- Так вот он я.
- Ты смотри! Давай, брат!
Галя! Галина Дмитриевна!
Пополнение прибыло.
- Кто такая?
- Бригадир полеводов. Начальство.
- Кто?
- Хозяйка. У-у...
Знакомьтесь, гвардии старшина
Степан Казанец, вместе
в Германии служили. Комбайнер.
- Комбайнер?
- Так точно.
- Будем знакомы. Галина Сахно.
-Очень приятно, товарищ Сахно.
Степа Казанец.
-Прошу к столу.
- Начальство.
- А?
- Хозяйка.
- А-а... О! Пошли.
- Ты что гостя не накормишь?
- Девчата еще не обедали.
-Не отощают. У нас на первом
месте гостеприимство.
Кушайте на здоровье.
- Спасибо.
-Подумай, как летит время.
Три года, а кажется - вчера.
- Вы небось и симпатию свою забыли?
- Это ты брось, какую еще симпатию?
- В ресторане у нас официанткой
служила. Неужто не помните?
Матильдой звали.
-А-а, Матрена. Ну так это
так - дружба народов.
- Их либе.
- Чего?
- Люблю вас.
- Такого не было. Будет тебе.
Если по дружественной линии,
так это камрад!
- Хорош!
- Чего?
- Борщец.
- Может, еще?
-Не откажусь.
- Будет. У нас еще едоки имеются.
- Ты сказилась, что ли?
-У вас тут каждый день
люди прибывать будут.
Загодя предупреждать надо.
Вам что, еще добавки треба?
- Сытый я, сытый. Думал, еще возьму,
но ошибся в расчетах.
- Ну да. Ладно, пойдем-ка, Степа.
Вещички бросишь в вагончик.
- Спасибо.
- Тигра какая-то.
- Павлина-то? Ты, брат, с ней полегче,
а то она побоище устроить может.
- Ну да?
-Дело говорю. Она у себя в колхозе
половник об башку одному парню
разломала.
- Это кому же так повезло?
- Комбайнер какой-то.
- Вот я и говорю, тигра.
-Но... Будь здоров. О! Слышишь?
-Что за чувства
в сердце бродят...
-Андрей Пчелка. С трудовой
вахты возвращается.
- Веселая, видать, Пчелка.
- А ты послушай.
- где подружки с Пчелкой ходят...
- Про себя, что ли?
-Ну!
ХОРОМ: Две девчушки, две подружки,
Обе, две красавицы.
Обе, две поют частушки.
Выбирай, кто нравится.
-У одной глаза сверкают,
И другая чудная.
Вот она любовь какая -
Дело многотрудное.
-Не печалься, не кручинься,
Кровь у нас не рыбия,
Лет до ста мы сохранимся,
К тому времени выберешь.
- Девчата!
- Смотрите.
- Хорош, да?
- Это не ордена, значки.
-Ну что ж, здравствуй, Степан.
С возвращением, брат.
-Товарищ председатель,
что за новый хлопец?
-Чайка, объясни людям, иначе
до утра расспрашивать будут.
- Это, девчата, наш новый комбайнер.
- Звать-то как?
- Валяй сам.
- Степан Казанец.
- Женатый?
- Не успел еще.
-Забронируйте этого хлопца за мной.
-Извиняйте, граждане, извиняйте.
Товарищ председатель, опоздавшие
могут присутствовать?
- Садись, дед.
-Спасибо. Мария! Мария...
Здорово.
- Здравствуй.
- Дед.
- Что?
- Ты, случайно, не из кооперации?
- А что такое?
- Нет, ничего, дюже горилкой потянуло.
- Точно. Лихорадка колотит.
Принял порцию для профилактики.
Ты меня не нервируй!
- Кто на 5-м поле работал?
- Ну я.
- И сколько сделал?
- 13 кругов.
- Сколько же свалил?
- 20 га - маловато.
- У нас же обязательство, Серафим.
- Не волнуйтесь, Трофим Григорьевич,
все будет в порядке.
- Ну, добре.
Может, ко мне есть вопросы?
Задавайте.
-Трофим Григорьевич, про нормы
и уборочные планы мы все помним.
Я про другое сказать хочу. Ну почему
живем так скучно? Концертов нет,
кино последний раз месяц назад
крутили. Ну что, и дальше так будет?
-Да будет все. Я вам таких артистов
выпишу, что век будете благодарны.
А тебе чего, дед?
- Товарищ председатель, будь ласков,
скажи, а снижения цен
на горилку не предполагается?
-Боюсь, что нет, потому что
горилка - предмет роскоши.
-Какая же это роскошь?
Вот у нас в кавалерии случай был...
- Да знаю я, знаю.
- Так то другой случай.
-И этот тоже знаю.
Садись, не позорься.
- Чего тебе?
- Я хочу сказать,
до чего же нервный народ стал!
И это все - среднее образование.
-Ладно, товарищи, хватит.
Если больше нет вопросов,
давайте расходиться по домам.
- Ты что, дед?
- Мария, я хотел спросить.
- Ну?
- Может, ты согласна со мной на пару
одну ночку амбары покараулить?
- Ты что, сказился?
-Ни в коем разе. Гляди, кожух какой.
На обоих хватит, не застынем.
-Пусти, черт. Охальник...
-Не справляется она. Готовка
невкусная, неряха, пыль на столах.
-А ты ей помоги. Добро-то
ведь не забывается.
Ну пока.
Андрей, поехали.
- Степан...
- Да.
- Вы где остановились, в станице?
- Нет, здесь, в вагончике устроился.
- В вагончике? Негоже в вагончике.
- Конечно, не мешало бы найти старушку
подходящую.
- Так есть же старушка - моя мама.
Горница у нас свободная, верно?
Поживете, а там как хотите.
Мама за вами присмотрит.
- Я согласен. Мне когда заступать?
- А?
- Когда заступать?
- Утром.
- Один момент, за чемоданчиком сбегаю.
-Люди что думать станут, Галина?
Неудобно Казанца постояльцем брать.
-Ну что ж, спасибо, товарищ
лейтенант, за ласку и гостеприимство.
- Ну, пойдемте, Степа, пойдемте.
- До утра, товарищ лейтенант.
-Спокойной ночи.
Сослуживец...
-Запели песни, заиграли
Мои подружки по весне,
А я одна, одна в печали,
С тоской своей наедине.
ВМЕСТЕ: Глаза закрою, вспоминаю,
Как шла к тебе, струной звеня.
И вот живу, а все не знаю,
За что покинул ты меня.
Да как же так, да как же можно
Меня, как прутик, изломать?
-Ведь не цветок я придорожный,
Чтобы так грубо растоптать.
ВМЕСТЕ: Пройдет зима, весна настанет,
Заголубеет снова даль.
-А мне все ждать, когда растает
Моя студеная печаль.
Печаль...
- А это мы с отцом.
- Так. А это кто?
-Это мой брат.
Ой, не надо!
- Покажи, покажи.
- Ой, да не надо!
- Чего это у вас?
- Дарья Архиповна, кто это?
-Это же Галя маленькая.
Вся в саже вымазалась.
- Ну, мама!
- До чего была бедовая девка!
НАПЕВАЕТ "ТЕМНУЮ НОЧЬ"
- Давай-давай!
- Цыганочка!
ЦЫГАНОЧКА
-Пчелка!
Ты, это, вот что...
Ты этому новому комбайнеру...
- Казанцу, что ли?
- Ну да. Скажи, пусть завтра
в ночную смену выходит.
- Там же полный комплект!
- Переменим. Понял?
- Понял.
- Вот так.
- Ничего не понял.
-Серафим Иванович... Просьба одна
имеется... Пойдемте прогуляемся.
- Чего?
- Уж больно вечер хороший.
- Вечерок что надо.
- Ну так что? Пошли?
-Ничего себе вечерок.
Пойдем. Прогуляемся. Сейчас только
переоденусь, мне через час в ночную.
-Переоденьтесь, Серафим Иванович.
Я подожду вас.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Павлина, это что же, мы до самого
деда Сливы дошли?
- Ага.
- Так домой до утра не вернемся.
- А мне спешить некуда.
- Тебе... А мне в ночную.
-Ну если торопитесь, то идите,
я вас не держу. Идите.
-Идите... Куда? Я тоже еще успею.
-Вы бы рассказали что-нибудь,
Серафим Иванович.
- О чем?
- Биографию, что ли, свою.
-Какая у меня биография?
Родился здесь, жил здесь...
Служил не здесь, с Казанцом служил.
- Сослуживец, что ли?
-Что ли. Потом мобилизовался.
Вот и все. Интересно?
-Интересно. Очень даже интересно.
Ух как интересно, Серафим Иванович!
- Что это ты?
- Ой! Да поздно уже. Пошли домой?
- Давно говорю, что поздно.
- Пошли, пошли.
-Пошли.
- Ой! Склизко!
- Ты чего?
-Я щекотки боюсь!
-Ладно шуметь-то! Сама знаю,
открывать когда.
Каждый день одно и то же.
Куда торопятся, сами не знают.
Как будто подождать не могут.
Подумаешь, чуток раньше, чуток позже.
Ведь ничего же не изменится.
Вот народ пошел.
- Заходи, хлопцы!
- Здравствуй, Варенька!
- Привет.
- Пиво свежее?
- Свежее.
- Пару кружечек.
- Будет сделано.
- Кум, я для тебя.
- Извиняйте, граждане!
- Что "извиняйте"? Подождешь.
-Удивляюсь, никакого уважения
к пенсионному возрасту.
-Я тебя просила, чтоб ты
ко мне в этой шкуре...
-Точно. Налила бы ты мне,
Варенька, сто грамм беленькой.
- Сам знаешь, с утра не положено.
- Мне же с вечера амбар караулить.
- Не положено.
- Наливай пиво.
- Вот то можно.
- А туды?
-А то нельзя.
Куда тебя черт несет?!
- Так вот вы какой, дед Слива.
- А я, хлопчик,
тебя что-то не припомню.
- Это не беда. Зато мы про вас
очень хорошо наслышаны.
- Кто это - мы?
-Друзья Гришины, мужа Варвары.
Я в отпуск еду.
Варваре письмо от Гриши привез.
- А письмо, видать, недоброе.
Варвара гляди какая злая.
- Что ты, дед!
Я письма-то еще не отдавал.
- Почему?
-Не к спеху. Подожду,
пока народ разойдется.
- Долго ж тебе ждать. Варвара!
- Да чего тебе, дед?
-Иди сюда. Тут дружок
твоего Гришки дожидается.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- А я вам письмо от Гриши привез.
- Ой, а что же молчали?
Ой!
- Чего это?
- Обрадовалась.
- Пейте пивко. Свежее.
Чистое "Жигули".
- Ну как там наш Гришка?
Своих станичников не подводит?
- Ну что вы? Он отличник боевой
и политической подготовки.
- Весь в батьку! Ух, у него батька
такой рубака был! Ужас!
Между прочим, тоже из кавалерии.
- Да ну?
- Точно.
-Ой, дед!
- Доброе утро, Степа!
- Доброе утро!
- Давай я тебе солью.
- Не стоит затрудняться.
- Ничего-ничего.
- Ух!
Второй раз родиться можно.
-С солнышком вас, граждане.
Дарьюшка, у тебя уже
и самоварчик готов?
Налила бы рюмочку чайку.
- Никак на базар собрался?
-Угадала. Толку с них,
окаянных, никакого.
- Какой же толк от такой дохлятины?
- Дохлятина. Вот чего же и продаю.
- Дед, какие новости в станице?
- Никаких. Есть одна невеликая
новость. Но думаю, товарищ бригадир,
вам это будет не интересно.
- А может, интересно.
- Боюсь, что вы в поле без обеда
останетесь.
- Это почему же?
- Стряпуху встретил.
- Стряпуху?
Ну и что стряпуха?
- Встретил я, значит, стряпуху.
Идет как-то боком. Закутанная вся.
Я говорю: "Павушка, что с тобой?".
Она говорит: "Лихорадит меня.
К доктору иду". И пошла.
-Галина, ты бы поговорила с ней.
Слово какое теплое сказала.
Все же стряпуха у тебя.
- Стряпуха! Когда к нам появилась,
а уже подолом метет!
- Это в каком же смысле?
- В том самом.
- Зачем на женщину напраслину
наводишь? Зачем по-бабски
рассуждаешь?
-А что мне, по-мужски рассуждать?
- Слышал я, женщина она порядочная.
- Сказала бы я, но воздержусь.
-А напрасно. Вот когда я
воздерживаюсь, у меня настроение
потом делается такое поганое.
Дарьюшка, наливай мне что-нибудь
горяченькое. Что-то от этого чая меня
прямо в холодную дрожь бросает.
-Пей чай, старый!
Водкой по праздникам угощаем.
-По праздникам. А между прочим,
у стряпухи должна быть лихорадка.
Должна.
- Это почему?
-Сторожу я тут третьего дня у амбара,
слышу - смех, шутки у протоки.
Гляжу - двое: одна, по голосу видать,
Павлина, а другой голос не подает,
но по фигуре - Чайка.
- Чайка?
-По фигуре. Правда, луна вперемешку
с облаками. Но по фигуре Чайка.
- Ну и что они там?
- Они там купались.
Вода холодная,
с гор идет, а они купаются.
- Да тебе пригрезилось, дед.
- Так есть вещественные
доказательства: к доктору пошла.
- Брешешь. Там и перехода нет.
Чего их к протоке понесет?
- А вот чего не знаю, того не знаю.
Ну, спасибо, граждане, за чай,
за сахар. Можно было и покрепче...
- Другим разом.
- Другим разом.
Ну, бывайте, граждане.
До свидания.
-Слыхали, мама?
Вон они какие смирные-то!
-Благодарствую.
-Ох, Галя, ты с твоими переборами
в старых девах останешься.
- Опоздали, мама!
- Нашла чем хвалиться.
- Не хочу под мужиками ходить.
- Тебе уж и равноправия мало?
-А у них равноправие
до загса. Мои запросы выше.
-Доченька, у нас запросы одним
кончаются. А вот Чайка...
-Ой, да не говорите мне
о Чайке, мама!
Едва стряпуха появилась - куда там! -
сам в котел готов залезть.
К тому же купания ночные.
Нет, мама, не прощу я Чайке.
- Ой, бабы, глядите!
- Чего?
- А одеты-то чудно!
- Срамота!
- Господи! Это кто же?
- Сектанты небось.
- Почем?
- Что же, красавица, с "почем"
начинаешь? Может, я тебе курей даром
отдам, ежели ты понравишься.
- Да? А я могу еще нравиться?
- Отчего же! С тобой можно
на край света податься.
- Дедушка, а что это вы меня
все время на "ты" называете?
- Очень уж ты привлекательная дама.
-Да? Зайка, слышишь?
А ты заставляешь меня худеть!
-Ни в коем разе! Не худейте!
Хорошего человека чем больше,
тем лучше.
- Сдачи не надо.
Зай, забирай кур, и пошли дальше.
- Спасибо, папаша.
-Пожалуйста, для женского пола нам
ничего не жалко. Кушайте на здоровье.
ВЕСЕЛАЯ БАЛАЛАЙКА
И до чего же бабы пронырливые
бывают! Не то что с ночи,
с утра нашего брата мужчину волнуют.
Возьми эту Галину Сахно.
Что ей надо? За ней же такой
знаменитый бригадир ухаживает -
сам Серафим Чайка. А она за этим
новым комбайнером охотится.
Сегодня с утра его мыла,
полотенчиком белым обтирала,
за ушками щекотала и все
прочее остальное.
- Да ну!
- Не бреши!
- Ты про прочее не заливай!
- Что мыла - это не доказательство.
-А про свадьбу спрашивала:
где и когда - это не доказательство?
- Не может быть!
- Вот те крест.
- Ой!
- Я так скажу: Казанец - человек
видный. Но что в нем не хватает?
Он человек демобилизованный,
и в нем не хватает этакой
деликатности. А так в порядке.
- Таиска, слыхала?
- Нет.
-Галина-то наша - от Чайки
отвернулась, на комбайнера
глаз положила.
- Правда?
-Дуреха! Люди-то зря
чесать языками не станут.
-Ой! Прямо даже не верится.
ЭНЕРГИЧНАЯ МЕЛОДИЯ
ГОЛОСОВ НЕ СЛЫШНО
-Девчата! Слыхали? Галина-то
дитя ждет от Казанца.
- Здорово, дедуля!
- Здорово!
-Кружки!
- Серафим, выпил ты с горя, что ли?
- Это с какого же?
- В память о своем дружке Степане.
- Ты что?
-Господи! И до чего же мелкие пошли
казаки: ни веры тебе, ни совести.
Он же знал про твои дела с Галиной!
Что же он ее обхаживает? Божится,
что без нее жить не может.
Со всякой лаской к ней тянется.
- А ты видал?
- Видал.
Не то что видал, а даже
любовался любовными играми.
- Брешешь, дед!
- Вот те крест, не брешу.
ГЕРОИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Серафим, что с тобой?
Серафим, опомнись!
Серафимушка!
-"Я, Варенька, все время только
об тебе одной думаю. А в ночь
с субботы на воскресенье сон видел,
будто идем мы с тобой по нескошенному
лугу, идем молча, не спеша, и до того
нам хорошо, что сказать даже трудно.
Вдруг ты остановилась. Крикнула:
"Догоняй!". И как пустишься бежать!
Я за тобой. И кричу: "Стой!
Все равно догоню!
Стой! Слышишь?! Варвара!"
Совсем уж было догнал, только
чувствую, тормошит меня кто-то.
Открываю глаза - а надо мной старшина
стоит ср.. ср... срочник,
дежурный по казарме. И говорит мне:
"В одиночку противника преследовать
надо молча, дезори... дезрор..."
- Дезориентировать.
-"...дезориентировать его
и не открывать свое место нахождения.
А еще лучше выйти ему в тыл".
Варюшенька-Варвара! Знала бы ты,
как жду я не дождуся отпуска
своего... Я даже стишок написал:
Сердце стосковалося
По родным краям,
Недолго мне осталося,
Скоро еду к вам.
Так цвети ж, черемуха,
Отцветай скорей,
На побывку к Вареньке
Еду я своей.
Если тебе стишок понравился,
я продолжение сочиню.
Ну, до свидания, голубка моя
ясноглазая. Скоро у нас отбой,
и надо спать ложиться.
Целую тебя крепко, твой Григорий".
-Ну чего реветь-то?
Мы, девки, народ странный:
беда случится - ревем,
счастливые - тоже ревем.
- А вдруг его кто-нибудь отобьет?
Ты знаешь какой он видный!
- Будет тебе. Будет, чепуху болтать!
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Павушка!
Павлина!
Не спишь ведь, знаю.
Павлина, мне сказать тебе надо.
Слышишь, Павлина?
-Мама! Мама!
- Разговор есть, старшина.
- Время больно неподходящее,
лейтенант.
- В самый раз для нашего разговора.
Пошли.
Короче, старшина, съезжай со двора.
- Ты в хозяева метишь?
-Не твоя забота. Ты пришел
и ушел, а тут люди постоянно живут.
- На два фронта играешь?
- Что?
- По ночам в протоке купаешься?
- Ну было. Провожал девку,
она тонула - спасал, конечно.
- А смеялись почему?
- Щекотки боится.
- Дал бы тебе раз, чтоб не приставал
к кому не надо.
- Это тебе надо врезать.
Живут же люди, так нет -
лезут. Явился, стервец!
- Я стервец?
- Я, что ли?!
ВЕСЕЛАЯ МУЗЫКА
-Гришка приехал!
-Ой, Варюха! Радость-то
какая! Гринька приехал!
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Мы с Гриней всю станицу обошли.
Все его приветствуют.
Значками любуются.
- Варя! Варюха!
- Что тебе?
-Поздно уже.
-Павлина...
А что если нам Казанца пригласить?
- Зачем?
- А так просто. В гости.
- Не надо, Варя.
-А что же не надо?
Посидим, чаю попьем.
Ты вот только характер-то
не показывай. А за Гриню
не беспокойся, уж он найдет
о чем с Казанцом поговорить.
- Варя...
- Положись на меня.
- Нет.
- У тебя есть?
70.
- Ну-ка 70.
- Нету. Павлина, у тебя?
- Нет.
- Мимо.
- Павлина, мимо.
55.
Мимо.
Сейчас будет.
- Ваших нету.
- Барабанные палочки.
- Мимо.
- Да как же мимо? Вот же они.
Барабанные палочки!
- А, да, есть.
-Действительно, палочки...
барабанные...
- 98.
- А полковник Казанец,
случайно, не родственник тебе?
- Нет у меня таких родственников.
-А вы с ним и не похожи.
Он маленький такой и лысый.
Мало ли случаев. Дай, думаю, спрошу.
- Всякое бывает.
-86.
-ЧуднО! И как это раньше артиллерия
на конной тяге была? Вот "скорость"!
-Да, нынче тяга другая.
Не лошадиная.
-Нет.
-Ой!
Ты б чего-нибудь новенькое
рассказал. Про какие-нибудь ракеты.
-Варя, про ракеты нельзя.
Это военная тайна.
- Выйди.
- Куда?
- В другую комнату.
- А тут?
-Потом, потом, потом.
Гриня, а ты бы нам пластинку
какую-нибудь поставил.
-Правда! Чего мы без музыки сидим?
- 15.
- Варя, а что ставить?
-Ой, ничего без меня
сделать не может. Я сейчас.
- Чего ставить-то?
- Да любую, Гриня. Любую.
АРИЯ ТОРЕАДОРА ИЗ ОПЕРЫ "КАРМЕН"
ПАТЕФОН:
Тост, друзья, я ваш принимаю!
Тореадор солдату друг и брат.
Сердцем солдата я уважаю:
Он, как мы, в бой вступить
Всегда ведь рад!
-Тут, Павлина Григорьевна,
председатель все дознавался...
спрашивал, после уборочной тут
останусь или подамся куда...
Хату обещал поставить,
участок выделить.
- И что же вы ему ответили?
- Такое с плеча не решишь.
Вот думал посоветоваться...
ПАТЕФОН: Теперь твой черед.
Смелее! Вперед! Смелей!
- Я ночи не сплю.
- А кто же вам спать не дает?
-Ехал сюда, думал, поймем друг друга.
Но нет, не вышло.
-А вы что, на разных языках
с Галиной разговариваете?
- Не к ней я ехал.
- Ехал не к ней,
да прописался у нее.
- Временно! К тому же по ночам
мы в протоках не купаемся.
- А кто же купается?
- Может, приснилось деду?
- Мало ли что ему померещится.
-Мерещится...
Купались не купались -
это ладно, всякое бывает.
Только я так думаю,
Павлина Григорьевна, не тот мужчина,
который каждый раз попрекает,
а наоборот, кто простить
найдет в себе силы.
ПАТЕФОН: Затихло все кругом...
В жутком молчаньи
К вам бык прорвался,
Дикие глаза его горят
Страшным огнем.
-Я любил одну милую,
Дорогую, хорошую...
Сколько было ей сказано,
Сколько было расспрошено.
Я дарил голубые
Все цветы полевые,
Я ей сердце свое подарил.
Потому что любил,
Потому что я очень любил...
Но она не ответила,
Обманула, слукавила
И с любовью несчастною
Одиноким оставила.
Отцвели голубые
Все цветы полевые.
Я ей сердце свое подарил.
Так зачем я любил?
Так зачем я так сильно любил?
-Дурачок!
Что вечерять не пришел, Степа?
- Сытый я.
-А молчишь чего?
- Говорить не о чем.
- Да ты что?
- А что?
- Ты что ж, не любишь меня?
- Нет.
- Брешешь.
-Может, какие слова
понежнее знаешь?
- Врешь.
- Это более подходящее.
- Любишь, знаю, что любишь.
- А толку?
Тебя кто полюбил - истукан? Пугало
огородное? Человек тебя полюбил,
с руками, с ногами.
- Вот именно - с руками.
-В общем, если согласна,
давай поженимся.
-Поженимся... Один раз пришел -
давай, хватай. Не то девка,
не то вдова. Слова не спросил.
Что я тебе? Медведь и тот ветку
пробует, прежде чем сломать.
- Сказал же: виноват.
-Небось с бригадиршей другое
обхождение? А тут - кухарка,
стряпуха. Что тесто,
что сама - давай, лепи!
- Павлина.
- Нет, Степушка.
Кто-то сбрехал, а ты и поверил.
Что же ты ему ответил, Степан?
- О чем это ты?
-А помнишь, сказывал,
председатель остаться уговаривал,
хату поставить обещал.
- Так просто не решишь.
- А ты бы посоветовался.
- Не с кем.
Подамся я отсюда.
- Далеко?
- Кубань большая.
- Чем же тебе эта станица не подошла?
- Тесно тут. Нам тесно.
- Так уж и тесно, Степан?
ЗВУЧИТ ГАРМОНЬ И ПЕСНЯ "ИВУШКА"
- Ой, погоди-ка.
- Чего?
- Слушай, Андрей! Сейчас случай был...
- Ой, да знаю я.
- Так это другой случай.
- Тоже знаю.
-Склонилась, тонкая,
Как небо, чистая,
Но одиночество не превозмочь...
Ах, ива-ивушка, коса пушистая,
Как мне, красавица, тебе помочь?
Ах, ива-ивушка, коса пушистая,
Как мне, красавица, тебе помочь?