Людмила Гурченко. Блеск и отчаяние (2015 год). Цитаты и фразы из фильма

Все фразы и цитаты

- Сто шестьдесят восемь, первый!
- Мотор!
(за кадром): - 1982 год. Подмосковье.
Лыткаринский карьер.
Первый съёмочный день
фильма "Вокзал для двоих"
режиссёра Эльдара Рязанова.
В работе самая пронзительная
финальная сцена.
Платон и Вера, задыхаясь,
бегут к воротам лагеря.
- Она получила всего вдосталь.
Всё, что может испытать
актёр или актриса,
она получила под завязку,
под полную завязку.
(за кадром):
- На улице сильнейший мороз.
Дубли бегущих героев
снимаются один за другим.
Неожиданно исполнительнице
главной роли, Людмиле Гурченко,
становится плохо: закружилась
голова, перехватило дыхание.
Другая бы на её месте отменила
съёмку, но только не Гурченко.
- Дело в том, что Людмила Марковна
маниакально упёртая в профессии.
Маниакально.
- Вот Люся абсолютно всё
делала на 100 %.
Это уровень и класс настоящего
актёра, настоящего художника.
- Сильный человек, очень сильный.
(за кадром): - О недомогании актрисы
знал только её гримёр.
Больше никто из членов съёмочной
группы ни о чём не догадывался.
Ведь играла она,
как обычно, блестяще.
ЛЮДМИЛА ГУРЧЕНКО.
БЛЕСК И ОТЧАЯНИЕ
(за кадром): - Успех Людмиле Гурченко
предсказал мэтр советского кино -
актёр Игорь Ильинский.
По говору Люси Ильинский безошибочно
определил её родной город Харьков,
а по манере игры - будущий талант.
Так и сказал: "Чую, после этой
картины ты будешь очень популярной".
Начинающая актриса Гурченко
восприняла эту новость спокойно.
Своего звёздного часа она ждала
с самого детства.
- Кроме как актрисой,
её представить никем невозможно.
Я не знаю, что было бы,
но просто этого быть не могло.
Она уже с шести лет знала,
что будет актрисой.
(за кадром):
- Маленькой Люсе крупно повезло.
Казалось, её путь к актёрству
был предначертан самой судьбой.
Отец обожал демонстрировать
родственникам и знакомым
свою артистичную дочурку.
А в войну в оккупированном Харькове
Люся заработала первую кастрюлю супа.
- Первый раз, когда её какие-то немцы
назвали "шаушпилер"...
Вот эта "шаушпилер",
или "актриса" по-русски,
никем другим быть не могла.
- Нет, невозможно представить.
Люсю вне актёрства
представить невозможно.
Просто даже... Нет, это невозможно.
(за кадром): - На сцену Люся рвалась
в первую очередь за тем,
чтобы дарить радость, чтобы делиться
своим хорошим настроением.
И в этом смысле
роль Леночки Крыловой
была для молодой провинциалки
идеальным стартом.
- Представьте себе,
что закончилась война, вам 10 лет,
а у вас "Серенада солнечной долины",
трофейное кино.
И, конечно, вас накрывает просто.
И находится ещё и Эльдар Рязанов -
гениальный и тонкий человек,
который вдруг эту историю...
продолжает в фильме "Карнавальная ночь".
(за кадром):
- После выхода фильма на экраны
20-летняя Людмила Гурченко
превратилась в национальную героиню.
Ей слали письма
со всех уголков страны.
Восторженные поклонники сутками
караулили молодую актрису.
Девушки сидели на диетах, мечтая
о тонкой талии, как у Гурченко.
Мужчины, в свою очередь,
просто мечтали о Леночке Крыловой.
- Пришла она в искусство
ещё и потому, чтобы быть узнаваемой,
ещё и потому, чтобы быть известной,
быть любимой.
Это свойства актрис, актёров,
которые приходят в профессию
за этим. И не надо лукавить.
Это тоже является,
как сейчас говорят, составляющей.
(поёт):
- "Я вам песенку спою про пять минут.
Эту песенку мою пускай поют!
Пусть летит она по свету,
Я дарю вам песню эту,
Эту песенку про пять минут.
Пять минут, пять минут,
Бой часов раздастся вскоре,
Помиритесь те, кто в ссоре".
(за кадром): - Людмилу Гурченко
буквально завалили предложениями
выступить на концертах.
"Песенку про пять минут"
она пела по несколько раз в день
в разных концах Москвы,
ей были открыты двери всех домов.
Заполучить себе в компанию молодую звезду,
пусть и провинциального происхождения,
считалось настоящей удачей
даже для золотой молодёжи.
- У моего брата, у Андрона,
собиралась такая богемная компания.
Довольно много было народу,
и пришла Люся.
И она меня поразила свой яркостью.
Облако такое влетело...
Пахучая, надушенная...
В абсолютно экстравагантной одежде,
по тем временам для меня.
И она пролетела мимо таким облаком.
И они там исчезли, в другой комнате.
Они там веселились.
(за кадром):
- Казалось, после такого дебюта
главные роли у Людмилы Гурченко в кармане.
Но удача отвернулась от молодой
звезды. Всё началось с фельетона,
опубликованного в "Комсомольской правде".
В статье артистку обвинили в рвачестве,
что она не гнушается зарабатывать
деньги на левых концертах.
В прессе развернулась
настоящая травля.
- Одни злорадствуют, и это правильно,
другие делают вид, что сострадают.
Но вообще-то, ведь никому
ни до кого нет дела.
Когда это индивидуум,
он должен пробиваться в одиночку.
А она одиночка
с ног до головы всегда.
(за кадром):
- Знающие люди перешёптывались:
молодая своенравная звезда
явно пошла на конфликт с кем-то,
имеющим рычаги воздействия
на общественное мнение,
и сверху поступил заказ -
зарубить Гурченко карьеру.
- Я думаю, что свои обиды
она несла всю жизнь.
И наверняка тех, кто не давал ей
работать, она тоже знала в лицо.
Потом, я думаю,
что Люся тоже в своё время
наделала каких-то ошибок
в отношениях с людьми,
потому что, попав откуда-то
на "Карнавальную ночь"
и проснувшись знаменитой, тоже,
наверное, маленечко сносило крышу.
И думаю, что это в определённом
смысле ей тоже помешало.
(за кадром): - Чтобы не сидеть
без дела, актриса устроилась
в Театр киноактёра, хваталась
за любые предложения в кино.
Но удовлетворения эта работа
не приносила.
Да, раз в год
она всё-таки снималась,
но большинство ролей
были эпизодическими.
И сама Гурченко называла их,
пользуясь терминологией
Фаины Раневской, плевком в вечность.
- Когда вдруг такая популярность,
а потом полная тишина,
всё нужно начинать сначала...
Этот звёздный билет обернулся потом
огромным количеством пустых лет.
Это была катастрофа.
(за кадром): - Семнадцать лет жизни
Людмилы Гурченко,
прошедших после "Карнавальной ночи"
без особых кинодостижений.
Судьба будто проверяла её на прочность:
подарила встречу с любимым мужчиной,
а потом заставила
пережить предательство,
позволила познать
радости материнства,
но превратила в мать-одиночку
с разбитым сердцем.
Судьба дала Гурченко шанс
попробовать себя
в лучших московских театрах,
но не дала главных ролей.
- Они были очень келейные, они очень
трудно пускали к себе чужаков.
А когда влюблённый в неё Кваша
говорил Ефремову,
чтобы она сыграла Роксану
с её говором, и не получилось,
это был большой для неё удар.
(за кадром): - Для многих актёров,
людей чувствительных,
только половины этих испытаний
было бы достаточно, чтобы сломаться,
потерять себя, но только
не для Людмилы Гурченко.
- Я не знаю насчёт согнуть и сломать,
но она была очень сильным человеком
и умела держать удар, однозначно.
Но так, чтобы она качала права,
я никогда такого не видела.
Она была очень достойным человеком.
(за кадром): - Судьба, наконец,
сжалилась над Людмилой Гурченко
в конце зимы 1973 года.
В тот холодный вечер артистка,
как обычно,
играла роль глупой сестры
в комедии "Дурочка" Лопе де Вега.
В антракте к ней подошёл
второй режиссёр с "Ленфильма",
удивлённо окинул взглядом
и сунул сценарий с главной ролью
в совершенно неожиданном
для Гурченко амплуа.
- Семнадцать лет не сниматься
и сохранить себя, форму сохранить...
Когда я увидел её
в фильме "Старые стены"...
Это немножко прилизанная,
такая странная женщина.
И жёсткая довольно. Какая там
"Карнавальная ночь"? Всё другое.
(за кадром):
- И Гурченко с головой окунулась
в чуждый ей мир швейной фабрики,
мир зрелой женщины-руководителя.
Первые репетиции давались
актрисе тяжело.
Все интонации, все жесты
были ей незнакомы.
Но Людмила не сдавалась.
- Она играла
совершенно новый характер.
Ведь это тоже
определённое бесстрашие.
Человек, который зарабатывал
свой авторитет, славу, популярность
песенками и лёгким жанром,
так сказать, "хи-хи, ха-ха",
который вдруг отказывается от него,
к этому тоже надо прийти.
А прийти к этому,
наверное, можно было
именно через те страдания,
которые она испытала.
(за кадром): - Чтобы приблизить себя
к 45-летней героине,
Людмила по два раза в день читала
сценарий, искала подходящий образ,
причёску, одежду,
репетировала походку,
становясь всё ближе к героине.
- Гурченко могла сжечь дом вообще,
отдать всё имущество,
поменять пол, цвет кожи,
если есть хорошая роль.
Она была в этом смысле
абсолютно безудержна.
(за кадром): - Впоследствии
на встречах со зрителями
Людмила Гурченко называла роль
в "Старых стенах" самой любимой.
Именно после неё блокада
в кино закончилась.
И приглашения на кинопробы
пошли одни за другим.
Но главное - произошёл слом шаблона.
Людмиле наконец-то стали предлагать
серьёзные роли,
а не только поющих
и танцующих девушек.
- Будучи даже школьником, я помню,
насколько на меня действовали
её драматические роли.
Для меня она всегда была
прежде всего потрясающей...
ну скажем так,
великой драматической актрисой.
- Мне очень нравился её
кинематографический период,
когда она переставала играть
весёлых и жизнерадостных девочек
советского времени, а стала играть
серьёзные драматические роли,
такие как "Двадцать дней без войны".
(за кадром): - Впрочем по иронии
судьбы на драматическую роль
в фильме Алексея Германа
"Двадцать дней без войны"
Людмилу Гурченко пригласили
по остаточному принципу.
Подготовка к экспедиции в Казахстан
шла уже полным ходом,
а из четырёх претенденток
не слетела только она.
И в холодный Джамбул
Гурченко ехала с тяжёлым сердцем.
Ей опять предстояло доказывать,
что она чего-то стоит.
- Сниматься у Германа даже в такой
маленькой роли, как я снималась...
Я уж представляю, что Люся...
Она не особенно восторженно
говорила о времени,
проведённом в этих вагонах,
в этой обстановке, во всём.
Но роль-то гениальная!
(за кадром): - Сюжет фильма требовал
от Людмилы Гурченко подурнеть,
выглядеть как женщина,
побитая жизнью, потрёпанная войной.
И она, главная модница СССР,
покорно согласилась на простенький
полушубок и прилизанные волосы.
- Будучи актрисой,
она всё время была женщиной,
женщиной, которая хотела нравиться,
которая умела это делать,
которая, в общем,
всё для этого делала.
И была обаятельна даже в тех ролях,
в которых она намеренно
себя уродовала,
потому что это было необходимо.
Но даже в этом она
находила возможность
себя как женщину-актрису подавать:
"А вот я и такой могу быть".
- Знаешь, о чём я всё время думала?
- Ну?
- Помнишь ту женщину,
которая провожала меня в поезде?
- Помню. Такая маленькая,
в шляпке, смешная.
- Зойка. Это жена моего отца, я её
всю жизнь ненавидела из-за мамы.
А сейчас она переехала в госпиталь,
устроилась уборщицей,
перевезла отца к себе,
ухаживает за ним.
Я ей говорю: "Может, мы тебе
чем-нибудь поможем?" Она: "Нет".
Матом меня! "Целый был -
ни с кем не делилась, а сейчас..."
Я тогда так обиделась,
заплакала, о-о-о...
А теперь, знаешь, думаю,
какая я была дура.
Как я могла не понять?
(за кадром):
- В этом же 1973 году
Гурченко приняла предложение сняться
в детской музыкальной сказке "Мама".
Этот совместный проект
СССР, Румынии и Франции
должен был стать достойным
ответом бродвейским мюзиклам.
Людмила Гурченко была в восторге
от своей роли Козы - тёти Маши.
- Её приглашали сниматься на роль
генеральши в "Механическом пианино".
Но она предпочла ей роль мамы
в фильме... "Коза" какая-то.
Нет, роль Козы в фильме "Мама".
Вот, правильно.
И мы потом всё время
над ней издевались:
"Ты генеральшу променяла на козу".
(за кадром):
- Партнёром Людмилы Гурченко
был молодой актёр Михаил Боярский,
который играл
её главного врага - Волка.
Артисты быстро нашли общий язык
и подружились.
Снимали легко и быстро.
Но продолжалось это ровно
до начала съёмок сцены на катке.
- В павильоне мы снимали каток.
Она - как коза на льду.
Естественно, она Козу играла.
Но я каким-то образом
держался на коньках,
а она совершенно не держалась,
всем кричала: "Не подходите ко мне!
Не подходите, иначе я упаду,
могу поранить кого-нибудь коньками!"
(за кадром): - Но клоун Олег Попов,
игравший роль Медведя,
не воспринял
это предупреждение всерьёз.
В результате,
не удержавшись на коньках,
он всей своей массой
упал на актрису.
- Людмила Марковна сказала:
"Уберите от меня детей подальше".
Помрежи выполнили,
и пошёл такой мат отборный,
который я не слышал
от "Пиратов Карибского моря".
Мощный совершенно!
(за кадром): - Боль была адской.
Как выяснилось позже,
у актрисы оказался
закрытый перелом со смещением,
грозивший инвалидностью.
Но Людмилу Гурченко
волновало совсем другое.
Приехавших врачей она первым делом
стала расспрашивать,
как скоро она сможет
вернуться к съёмкам.
- Её пытались поднять и никак
не могли сообразить, что происходит,
потому что у неё в колене нога
была согнута и чуть выше лодыжки.
И ещё висит конёк
и вот так раскачивается.
(за кадром):
- Вердикт был неутешительный.
После такой серьёзной травмы
на реабилитацию потребуются
в лучшем случае месяцы.
Так что,
помимо проблем со здоровьем,
тяжёлая травма означала ещё
и очередной простой в работе.
- У неё сразу испортились отношения,
раз и навсегда, с Олегом Поповым.
Она его предупредила: "Не надо
ко мне подъезжать, я не умею".
Но он не послушался её,
и такая трагедия случилась.
Действительно, трагедия.
Она не воспринимала
ни извинения, ничего,
потому что сломана была
не только нога, но и судьба отчасти.
(за кадром):
- Неутешительные прогнозы на будущее,
тяжелейшие операции одна за другой,
постоянные боли...
Началась долгая история
восстановления.
Людмила Гурченко
стоически переносила всё.
По привычке, стиснув зубы,
она не позволяла себе раскисать
и впадать в отчаяние.
- И она на костылях, я помню...
Первая встреча - издалека.
Я так знаком не был, я просто видел:
красивая женщина
в мучительном состоянии
на двух костылях входила
на "Мосфильм".
Я знал, что это Людмила Марковна.
Я со стороны смотрел,
у меня спазм стоял здесь.
(за кадром):
- Этот бой с судьбой Людмила Гурченко
проигрывать не собиралась,
ведь она знала,
что её ждут на съёмочной площадке.
Советская сторона предлагала
режиссёру найти другую актрису.
Но Элизабет Бостан пригрозила
в случае замены уйти из проекта.
- И они договорились с режиссёром,
что она будет сниматься,
на общих планах будет дублёр,
а на крупных планах - она.
Это очень заметно в фильме.
Она танцевала руками,
глазами, причёской, плечами,
но только до пояса её снимали.
Её закрывали дети, если нужно было,
белочки, зайчики и так далее.
(за кадром): - Первичная реабилитация
заняла больше года.
А от боли в ногах актриса
страдала до конца своих дней.
Но всегда будто забывала о них,
оказавшись в свете софитов.
- Очень памятны вот эти
"Старые клячи".
Идёт на высоченных каблуках.
А я-то знаю, ножки-то
после этих переломов...
Что-то срослось,
что-то не очень хорошо срослось.
На высоченных каблуках!
Стройная, подтянутая!
Съёмка окончена,
у нас какой-то перерыв.
Снимаются туфли, снимается паричок -
всё снимается.
Еле бредёт. Еле-еле.
(за кадром): - От половины
запланированных проектов
пришлось отказаться.
Кому нужна актриса-калека?
Полной неожиданностью
в этих обстоятельствах
стал звонок Никиты Михалкова.
Режиссёр срочно искал актёров
на нежданно образовавшуюся
картину "Пять вечеров".
Фильм нужно было снять в рекордно
короткие сроки - за 26 смен.
И времени на подбор актёров
и кинопробы не оставалось.
- Поэтому утверждение актёров
происходило таким образом...
Он позвонил, допустим, Любшину,
с которым не был близко знаком:
"Станислав Андреевич, нравится ли
вам такая пьеса?" Он говорит: "Да".
"А хотели бы вы в ней сыграть?"
Он: "Конечно, кто бы не хотел?" -
"Тогда утвердим".
То же самое было
со звонком Гурченко.
Тоже было приглашение такое:
"Не окажете ли вы
нам честь сыграть?"
(за кадром):
- Никита Михалков пригласил Гурченко
отнюдь не из-за сострадания
или желания протянуть актрисе
руку помощи,
а просто потому, что больше никого
в этой роли не видел.
- "Давай возьмём на главную роль
эту актрису,
потому что у неё
трудное положение", -
это, наверное, благородно,
но это немыслимо,
если ты реально не уверен в том,
что она должна это играть,
тем более такую роль.
(за кадром): - Людмила Гурченко
не могла ещё полноценно двигаться.
Нога начинала болеть
и от долгого сидения,
и от необходимости много ходить.
Но её состояние нисколько не мешало
работе на съёмочной площадке.
- Мы приезжали в павильон -
уже было темно,
вылезали из него - тоже было темно.
В общем, света белого не видели
в буквальном в смысле этого слова.
Тем не менее
все репетиции терпеливо...
И даже кадры, где она не была
занята, она подыгрывала партнёрам.
Никаких скидок ни на усталость,
ни на то, что она себя
не очень хорошо чувствовала,
потому что эта история с ногой...
Там у неё штырь стоял.
И на погоду она реагировала.
Но работала легко и... замечательно.
Результат на экране.
- Ну, знаешь, мне просто интересно:
какое ты имеешь право
со мной так разговаривать?
Почему я тебя должна выслушивать,
когда мне причесаться,
когда мне мыть посуду?
Вот я захотела сейчас,
я захотела сейчас, и я оделась!
Я захотела, и я причесалась.
Понятно?
(звонок в дверь)
Вот видишь, это он.
(звонок в дверь)
Ну пойди... пойди открой.
(за кадром):
- Людмила Гурченко любила говорить,
что в каждой сыгранной роли
есть частичка её самой.
Всех своих героинь
она обязательно пропускала
через собственную жизнь
и личный опыт.
- Вообще, в каждой картине она всегда
в сценарии что-то подправляла,
подгоняя не под себя, а под того
персонажа, в который она влезала.
Очень была требовательна
в этом смысле и...
убедительна и аргументирована.
(за кадром):
- На экране хорошо видно,
как Гурченко обжила комнату
своей героини в "Пяти вечерах".
На стенах висят фотографии
военных лет
из семейного архива актрисы.
И на одной из них запечатлён
её любимый папа,
всю жизнь мечтавший сняться в кино.
- Да, отец, конечно,
был кумиром всей её жизни.
По-моему, главной её любовью
в жизни был отец.
Она его безумно любила, и о нём
она бесконечно рассказывала.
- Почти каждое слово было про папу.
У неё была маленькая собачка,
тойтерьерчик,
которая досталась от папы.
Она схватила эту собачонку,
уже немолодую сильно,
как мы с ней, в таком возрасте...
Она сказала: "Я его так люблю!
Это папина собака.
Я его даже в попку могу поцеловать!"
И она его в хвост поцеловала.
(за кадром): - Именно папа
с детства твердил маленькой Люсе,
что быть ей актрисой.
Именно папа отправил её из Харькова
поступать в столичный
театральный вуз.
И именно папа никогда
не сомневался в её таланте.
- Когда вышла "Карнавальная ночь",
папа пошёл на премьеру
в кинотеатр в Харькове.
И раздавал автографы
на её фотографиях:
"Марк Гурченко, отец актрисы".
- Когда я вошёл в шляпе,
которая характеризует время, эпоху,
она лежала на кровати,
приготовленная к съёмке.
Посмотрела на меня и сказала:
"Господи, вылитый мой папа!"
Сказала она.
И всё, этого было достаточно,
чтобы просто быть любимым
всю оставшуюся жизнь.
(за кадром): - Поразительно, но даже
свой негативный опыт больной,
прикованной к постели актриса
умудрилась использовать в кино.
В 1992 году она попросилась
на роль актрисы-калеки
в фильме "Белые одежды",
снятого по одноимённому роману.
- Людмила Марковна сама попросилась.
Об этом факте мало кто знает.
В актрисе-инвалиде,
которую она передала через Туманову,
есть и сама Людмила Марковна,
её внутренние ощущения:
недожить, недолюбить.
В ней это было передано
в картине "Белые одежды".
(за кадром):
- Людмила Гурченко любила вспоминать,
что с 1975 года прошли самые
интересные пять лет в её жизни.
За это время она снялась
в 15 картинах,
сыграла 10 главных ролей,
активно участвовала в музыкальных
работах на телевидении,
сыграла Таю Соломину в эпическом
фильме Андрея Кончаловского.
И благодаря этой роли в 79-м году
побывала на Каннском кинофестивале.
- Давайте знакомиться.
- Давайте, Алексей Николаевич.
(звучит вальс)
- Не понял.
- А у нас тоже, в Елани, известно,
как в Сибири появляется бабник,
значит Алексей Устюжанин. Верно?
- Медсанбат, 2-й Украинский фронт,
43-й год. Верно?
- Нет.
- 53-й год, Мурманск, декабрь,
ресторан "Кавказский", мороз жуткий.
- Не помню, сдаюсь.
(Тая напевает вальс)
А, Сочи! 56-й год!
- Ха-ха! Нет!
- Пансионат "Октябрьский".
- Нет! Вон тот сарай!
Вы там меня... танцевать учили.
(Тая напевает вальс)
- Рая...
- Тая.
- Тофик, иди сюда, я тебя познакомлю!
(за кадром): - Ещё одна чёрная полоса
в её жизни закончилась.
Людмила Гурченко в прямом
и переносном смысле встала на ноги.
- Её жизнь, так сказать,
обстругала очень качественно.
Самое главное, что из полена
делался Буратино.
Но корешок...
сердцевина не сломалась.
Она обтёсывалась в общении,
в отношениях и так далее.
Но она всегда имела по любому поводу
своё собственное мнение.
Она никогда им не поступалась.
(за кадром): - Вместе с признанием,
опытом и уверенностью
вскоре пришло и нежелание
быть марионеткой в руках режиссёра.
Гурченко иронизировала,
что стала слишком много понимать
для своей зависимой профессии.
- Она не только актриса, она умела
режиссировать. Это дорогого стоит.
Не всякий актёр способен
срежиссировать свою роль.
И она могла просто
утвердить и доказать,
что её рисунок, её видение роли
не менее интересно,
чем драматурга или режиссёра.
(за кадром):
- В киносообществе пошли разговоры
о вздорном характере Гурченко.
Но она была остра на язык не только
к недостаткам окружающих её людей,
но и по отношению к себе самой.
- Мощнейшая самоирония.
Уж как она себя...
Уж как она себя!
Причём там особенно, видимо...
Я даже не знаю... Люся, не обижайся.
Мы скоро встретимся.
Вот прямо там,
где у неё были комплексы,
вот это место она всё время колола.
Она его резала, она его высмеивала.
Может быть, ей казалось:
"Лучше я, чем другие".
- У нас первая встреча была такая...
очень напряжённая.
Она сказала: "А, вы с этим
режиссёром работали, да?
Вы считаетесь его оператором?
Я терпеть не могу его
и вас заодно тоже".
Но потом мы с ней подружились.
(за кадром): - В то же время те,
кто нашёл с ней общий язык,
говорили, что с Людмилой Марковной
работать одно удовольствие:
так тонко она чувствует роль,
так хорошо разбирается
во всех нюансах киносъёмки.
- Она знала свой свет.
Она знала его настолько точно,
что она говорила:
"Как бы ты ни поставил свет,
я сяду так и повернусь так,
чтобы свет был мой".
- В общем, разрешите мне кинопробы
в вашей картине на главную роль.
- А сценарий читали?
- Потому я и здесь. Я же помню.
Кончилась война.
А мы жили в маленьком городе.
Там ателье открылось, гастроном.
Такие слова, ну...
Я их не слышала, в общем-то.
И моя мама влетела
и первая заказала себе платье,
такое роскошное белое платье
с чёрными пуговицами.
Отец обалдел, говорит:
"Как это можно: белое платье,
чёрные пуговицы? Отрезать!"
Она, конечно, подчинилась -
отрезала.
Я бы не подчинилась.
Да, но это не я.
- Вообще, в группе её очень любили.
И она это чувствовала. И в общем-то,
взаимностью отвечала.
Хотя человек она, может быть,
что касается работы, и конфликтный.
По поводу костюмов какие-то вопросы
иногда там возникали.
- У всех великих людей, считается,
сложный характер.
Да не сложный это характер,
это просто профессия, это работа.
Человек точно знает,
чего он хочет. Понимаете?
(за кадром):
- "Вокзал для двоих" -
это встреча Людмилы Гурченко
и Эльдара Рязанова на новом уровне.
Первое время режиссёр и актриса
приглядывались друг к другу,
притирались заново.
Но вскоре осознали,
что их вкусы и взгляды на искусство
почти во всём совпадают.
Благоприятные условия
позволяли актрисе
целиком сосредоточиться на роли,
показать лучшее,
на что она способна.
- Она стоит возле окна раздачи еды,
спиной к камере.
Я говорю: "Люся, а можете спиной
показать это ощущение,
что человек, который смотрит на вас,
вызывает у вас отторжение?"
И вот она спиной... Понимаете,
может быть, никто не замечает этого,
но я-то это видел.
Она спиной сыграла это неприятие.
Это было потрясающе.
- Когда она попадала в свою
атмосферу, в атмосферу своих людей,
то она - как цветок лотоса,
потому что лотос раскрывается,
а от взглядов закрывается.
Вот как ты посмотришь на него,
он будет закрываться. Какой человек,
что за биополе у этого человека...
Вот она такого плана.
- Что вы смотрите?
Да, пришла сама.
Почему вы молчите?
Будете потом вспоминать,
как застряли
на промежуточной станции.
Подвернулась вам
одна официанточка...
И завязался с ней не то чтобы...
Смешно, да?
Была она не так чтобы уж очень.
Но ведь дело было проездом.
(за кадром):
- Под интересы кино Людмила Гурченко
подчиняла не только свою жизнь,
но и жизнь окружающих.
Коллег по площадке она оценивала
исключительно по тому,
как они относились к работе.
Не переносила бездельников
и халтурщиков.
Делала всё, чтобы весь фильм,
а не только её роль, удался.
- Божественно себя вела как партнёр.
Она даже в чём-то мне
как партнёру помогла.
Вот не получается и не получается.
Она сняла с себя берет и сказала:
"Надень-ка этот берет".
Я надела этот берет.
И дальше уже неважно было,
как я играла, что я играла.
Уже ясно было - как корове седло.
И этот берет сразу сыграл.
- Сейчас я понимаю, что это просто
учебник, это учебник для актёра.
Её роли, то, как она играла,
и диапазон огромный -
комедийный, драматический.
Мне даже трудно сказать,
что сильнее действует:
там, где она как бы
даёт волю своей фантазии,
своему комедийному
актёрскому мастерству,
или там, где роль заставляет её
быть сдержанной, закрытой.
Всё очень сильно. Иногда счастливо
это соединяется в одном образе.
(за кадром): - Мало кто знает,
что Людмила Гурченко
снялась ещё в одном
фильме Эльдара Рязанова.
В первоначальной версии
любимой всеми картины
был большой эпизод с её участием.
- Это была картина "Жестокий романс".
Как ни странно, она там снялась.
И довольно большой эпизод был.
Это актриса, которая приезжает
в провинцию, её встречают.
И она садится за рояль,
что-то играет, поёт.
Это всё Рязанов благополучно
изъял из картины.
(за кадром): - Причина была
не в исполнительнице роли,
а в том, что этот эпизод нарушал
целостность пьесы Островского.
И Людмила Гурченко,
известная своей обидчивостью,
всё поняла и простила.
Простила она
и необычный режиссёрский ход
на съёмочной площадке
"Пяти вечеров".
Никита Михалков решил снять
важную сцену одним планом,
не предупредив об этом актрису.
- И вот мотор идёт,
Любшин сказал фразу, она ответила.
Он продолжает.
Команды "стоп" не было,
хотя на репетиции
здесь останавливали.
Отвечает, она текст знает,
он - дальше.
Так они сыграли всю сцену,
и она ничего не понимает.
Камера работает. Все стоят молча.
Полная тишина на площадке.
Как человек профессиональный,
она не может просто сказать:
"Что такое? Минуточку-минуточку,
здесь должно быть "стоп".
Это так точно попало
на её состояние.
Любая другая актриса,
наверное, оскорбилась бы:
мол, вы со мной как с ребёнком,
какими-то провокационными способами.
А она, наоборот, благодарила,
что очень здорово помогли.
(за кадром): - Говорят,
что судьба наказывает нас,
исполняя наши желания.
В юности Людмила Гурченко
так мечтала о славе,
а в зрелом возрасте
больше всего стала бояться
вторжения навязчивых поклонников.
Самым тяжёлым испытанием
для Людмилы Марковны
был проход через толпу фанатов.
- От зажима, что сейчас все будут
говорить: "Ой, дайте автограф!"
или: "Ой, как я вас люблю!",
или: "Гурченко, Гурченко!",
она от этого зажима...
Это надо было видеть,
как она продиралась,
спрятав голову,
в каких-то тёмных очках,
только не по земле ползла.
Я думала: "Ну Люся, с ума сошла".
- Жизнь актрисы всегда интереснее,
чем жизнь обычной женщины.
Хотя женщина может быть лучше,
интересней и так далее.
Но чем занимается актриса
и кого она сейчас любит,
кого она сейчас ненавидит - это
интересует публику прежде всего.
Даже своя собственная жизнь
не так интересна, как жизнь звезды.
- Пока!
(режиссёр):
- Водолазы под воду, начали все!
Лодка пошла! Поднимай декорацию!
В камеру никто не смотрит, товарищи!
Товарищ, товарищ!
Отплывите от Гурченко!
Автографы надо брать после съёмки!
Саша Михайлов, вынырнул!
(за кадром): - На съёмках фильма
"Любовь и голуби"
в Батуми к актрисе сквозь
милицейское оцепление
прорвалась незнакомая женщина
с одной целью -
самоутвердиться за счёт Гурченко.
- Подбежала к Людмиле Марковне,
схватила руку и говорит:
"Ой, любименькая, какая красавица!
Господи, как мы вас любим!
Все вас так любят, так любят!"
А сама так смотрит внимательно.
"Ой-ой-ой, сколько морщин-то у тебя,
смотри-ка. Да-да-да...
Ты, говорят, бабушка, я тоже
бабушка. Поздравляю, поздравляю.
Господи, как мы вас любим!
До свидания". И побежала.
И я вижу, Люся вот так побледнела.
И она вдруг навзрыд стала плакать.
Она так заплакала.
Я даже немножко...
Говорю: "Люся, что такое?"
Она: "Как я ненавижу вот этих,
как я их не люблю".
(за кадром): - Для многих актрис
возраст - это крест на карьере.
Но Людмила Гурченко решила
бросить очередной вызов судьбе,
отказавшись его признавать.
Она всегда следила за собой,
не давала собственному организму
никаких поблажек.
- Очень мало ела всегда,
безумно мало.
Глоточек чаю и печеньице.
- Она станок делала.
Она сохраняла себя.
Это каждый день было.
Она занята, она занята...
Она поднималась и часа
полтора-два занималась станком.
Поэтому у неё форма,
поэтому у неё такая тонкая талия,
поэтому такая фигура,
поэтому всегда в тонусе.
- Я вот сейчас тебя учу, говорю...
(плачут)
А сама, знаешь, как часто реву одна,
никто не слышит.
Но нельзя плакать, всё, нельзя,
а то тушь потечёт.
Работа впереди. И ты успокойся -
у тебя глаза потекут.
Ой, ты даже глаза не красишь. Нет?
- Нет.
- А напрасно, зря.
Надо быть во всеоружии.
- А как это?
- Вот так это!
Укреплять фасад надо. Лицо, лицо...
Следить за лицом надо.
В форме держаться,
красивой быть, да! Да...
- Люсю увидеть в неглиже,
что называется, это было невозможно.
Она приходила на съёмочную площадку,
на грим, в восемь утра.
И запрещала мне входить,
пока её не загримируют,
потому что она говорила
и потом в книге написала,
что ей отец говорил: "Люська утром -
полуурод, вечером - богиня".
Поэтому она предпочитала,
чтобы я приходил тогда,
когда она уже богиня.
Но всё равно
приходилось прийти раньше,
о чём-то поговорить.
Она ужасно комплексовала,
не велела смотреть,
а я сидел спиной к зеркалу,
мы о чём-то разговаривали,
пока её гримировали.
(за кадром):
- Главное отличие Людмилы Гурченко
от большинства
молодящихся актрис в том,
что её целью были отнюдь не мужчины.
- Не для личной жизни, нет,
а именно для работы.
Ей хотелось 10-15 лет,
которые она потеряла,
вот эти годы компенсировать.
И поэтому ей хотелось
казаться моложе, лучше,
но это всё исключительно
для зрителя,
исключительно для экрана, для сцены,
отнюдь не для себя как женщины,
чтобы понравиться какому-то мужчине.
Нет. Это всё было только для работы,
почему я и говорю,
что она актриса и никто более.
(за кадром):
- Как будто в пику судьбе,
именно в 90-е и нулевые
Людмила Гурченко,
как никогда, много пела и танцевала
на сцене и на экране,
снялась в новом фильме
Эльдара Рязанова,
не побоявшись в 65 лет
раздеться на экране,
запустила первый в России мюзикл
"Бюро счастья"
и не сдавалась возрасту.
- Действительно, уже возраст.
И неважно чувствовала,
и ноги болели. Её так придерживали,
когда она выходила на сцену,
и вдруг она сбрасывала всё -
и выходила молодая женщина,
стройная, подтянутая, тонкая.
И начинала танцевать, при том что
она тяжело шла за кулисами.
Вот это и есть феномен
нашей профессии,
которой она владела в совершенстве.
Она преображалась.
Вот это дыхание зала,
я уж не говорю про аплодисменты,
они её сразу излечивали.
И она выздоравливала моментально.
(за кадром): - Гурченко
легко давались и роль герцогини,
и роль официантки.
Спасибо пролетарскому происхождению.
Именно народная среда научила её
так тонко чувствовать людей,
а ещё никогда не сдаваться.
Даже будучи на грани отчаяния,
словно птица феникс,
она восставала из пепла, чтобы опять
блистать в лучах софитов.
- Люся - это абсолютная планета.
Она потрясающая совершенно,
невероятной силы таланта,
резкости, храбрости.
- Так, когда незнаком,
кажется: ну вот Гурченко...
А когда знаком, то понимаешь,
насколько это глубокий,
думающий, ранимый необыкновенно,
сложный человек.
- Уникальная совершенно личность.
Уникальная, ни на кого не похожая.
Не будет таких больше.
Она эксклюзив.
(за кадром): - Жизнь испытывала её
на прочность до последнего часа -
личными невзгодами, предательством
близких, вездесущими журналистами.
Но кино сполна отплатило ей
за преданность.
На экране Людмила Гурченко навсегда
осталась для нас пленительной,
вечно молодой женщиной.
 

////////////////////////////