При Загадочных Обстоятельствах. Кофе По-дьявольски (2008-2010 год). Цитаты и фразы из фильма

Режиссер - Максим Мехеда

Алексей Сирота – нетипичный следователь. Нетипичность Алексея выражается в его университетском философском образовании, любви к хорошему кофе и привычке раскрывать преступления путем логических рассуждений, а не сбора вещественных доказательств. Детектив в стиле ретро переносит нас в атмосферу советских времен, когда кофе варили в гастрономах, военные мечтали попасть в Восточную Германию, а за возможность купить новую мебель и машину люди были готовы на все...

Все фразы и цитаты

Виктор, а ты не думал жениться
на своей работе?
Я тебя разбудил?
Я не спала.
Не кури, пожалуйста, на кухне.
Карцер. Карцер.
Так что случилось-то, Иван Борисович?
Виктор упал с крыльца своего дома.
И разбился.
Наш Витька, что ли?
Вчера платье целый день ездили искали.
А сегодня всей семьей
сфотографироваться должны были.
Все должны были фотографироваться.
В цветочный магазин должны были заехать.
А потом сестру забрать.
Насколько я понимаю,
предсмертной записки нет?
Нет.
Капитан Сирота, возбуждайте уголовное дело.
А вы, Иван Борисович,
возьмите под свой контроль.
Представляете, Иван Борисович, моя собака
ночью рожала, а тут это…
Слушай, тебе щенки не нужны?
– Ну, я посоветуюсь с женой.
– Хорошо, хорошо, посоветуйся.
Марья Михайловна! Марья Михайловна!
Подождите. Подождите.
Извините. Сынок!
Марья Михайловна, пожалуйста. Пожалуйста.
[Вся наша партия, весь советский народ
живут одним делом: это дело]
[построения коммунистического общества.
Пути, ведущие к этой великой цели,]
[определены в программе Коммунистической
партии Советского Союза,]
[решениях съездов партии и пленумов ЦК,
встретивших всенародное одобрение.]
[И чем более крупные задачи ставит
перед собой советский народ,]
[тем ответственнее становится работа
партии, тем больше потребность]
[советоваться с Лениным. В решении
важнейших проблем современного]
[развития советской страны нам
оказывают действенную помощь]
[мысли Ленина, его богатейший практический
опыт творца и созидателя.]
[За время, прошедшее после смерти Ленина,
жизнь ушла далеко вперед.]
[Многое изменилось, возникло множество
новых явлений, проблем,]
[о которых тогда трудно было
даже догадываться. Но…]
Так, давай трафарет, намечаем все четко.
Подожди, не сразу, не сразу рисуй!
Давай… Не, ну подожди, что ты
мажешь сразу! Давай выше!
Ты видишь, на какой высоте звезды…
э-э… героя? Правее, правее!
Нет, левее! И вертикаль держи!
Вадик, ты издеваешься, что ли! Ровно держи!
Лестницу тоже нельзя было до крыши
у пожарников взять! Ай, йоханный бабай!
Слушай вертик… Вадик, выровняй выровняй!
Вертикальней!
Э-э-т! Во, во, вот так!
– Что, посетить должен?
– Что?
Я говорю, посетить должен?
Э… Да! Приводим, так сказать,
в соответствие.
Извините, пожалуйста, а не проще снять
портрет и где-нибудь в мастерской
пририсовать, ну то, что надо?
Вот вы соображаете, что будет,
если мы начнем портрет снимать?
Они… Народ подумает, что самого снимают.
Слушай, ты видел где-нибудь звезды желтые?
Вон посмотри зол…
Максим, дай ему золото, золото и…
Здравия желаю.
Капитан Сирота!
Здравия желаю, товарищ комиссар.
Как хорошо, что я лично могу
пригласить вас на политзанятие.
Визит товарища Брежнева…
Что вы все время улыбаетесь?
У вас объявление отлетело.
Здорово, Игорек.
Здорово.
Ты, когда успел-то?
Сиротинушка, у меня в столе два ящика.
Один с фотографиями,
а второй — с рамочками. Могу показать,
как ты будешь выглядеть.
У тебя уютно как-то.
У замполита просторно.
Сделай кофейку, будь другом. С сахаром.
И вот что.
Дело Виктора закрывай.
Как это закрывать?
Сегодня утром судмедэксперты
сообщили, что у Виктора
в результате спазма коронарных
сосудов головного мозга…
Короче, он потерял сознание.
Так.
Верхняя часть туловища резко пошла вниз,
перевалился через перила и упал.
Все в порядке.
Никто никого до самоубийства
не доводил. Несчастный случай.
А главное — мать получит полную
пенсию в связи с потерей кормильца.
Что, Сирота, есть сомнения?
Вы знаете, Иван Борисович, я в своей жизни
спазма сосудов головного мозга,
слава Богу, не получал.
Но вот несколько раз довольно
ощутимо получал по бестолковке.
И вот что характерно.
После удара у меня сначала подгибались
колени, и я приходил на копчик,
и только потом прикладывался
к асфальту головой.
Капитан, у генерала в приемной уже
очередь выстроилась из проверяющих —
разные там горкомы, надзиратели. Вот пойди
и поделись с ними своими соображениями!
Спасибо. Алло, да. Да, Петруша.
Понял, выезжаю.
Труп?
Возможно, убийство.
Зайдешь, когда вернешься!
Голова у него, понимаешь,
не так как у всех кружится!
– Здорово, орел!
– Здорово!
Ну что, личность установили?
А что там устанавливать!
Личность, известная всему району.
По-уличному — Фэд,
а по документам — Феликс Эдмундович.
Нифига себе! Дзержинский, что ли?
Та нет, попроще. Проглота.
Плохо. Чем занимался?
Согласно фамилии, заглатывал все
от бормотухи до политуры.
Слушай, а это что? Детишки жгут покрышки?
Да нет. «Жигули» час назад в обрыв слетели.
– ДТП?
– Да.
Здравствуйте. Чем порадуете, доктор?
Травма, полученная в результате
падения, несовместимая с жизнью?
Я тоже так сначала предполагал. Тем более,
что на покойничке нет живого места,
сплошные ссадины и царапины.
Но я полагаю, что он умер от
удара по гортани. Очевидно, ребром
ладони. Профессиональный удар.
У нас, медиков, это называется ларинкс.
Но я думаю, что это произошло не здесь,
совершенно где-то в другом месте.
А потом его уже, так сказать, готовенького,
мертвого, спустили с этого
обрыва сюда. Так что,
ищите и обрящете, как говорят
наши несознательные предки.
Спасибо. Ну ладно. После вскрытия
перезвоните, пожалуйста, ладно.
Да, конечно.
Вот кому в морг, а нам, Петруха,
на верхотуру. Спасибо. Да что ж такое!
Куда?
Туда, Петруха, туда!
Вот неугомонный! Что ж ему дома-то
не сидится? Иду!
Давай-давай!
Иду-иду! Давай-давай.
Думаешь, так просто?
Дополз? Давай дуй вниз за экспертами.
Надо тут осмотреться, зафиксировать.
А я там.
ДТП. А кто-нибудь что-нибудь видел?
Да самое обидное, что да.
Точнее присутствовали, но не видели.
Наши патрульные, козел их забодай!
Да, странный случай, как вот и летом:
"Волгу" вынесло на встречную прямо
под колеса "КАМАЗа" с песком. Вон там.
Вроде как в салон залетела оса
и вроде как ужалила ее в бровь.
Короче говоря, девушка замахала руками,
бросила баранку, понимаете?
Вот вся такая ситуация, ну, короче говоря…
Скажите, а нормальные свидетели есть у вас?
– Есть.
– Кто?
Есть один. Дачник проезжал по встречной.
Где он?
– Но, по-моему, он не в себе.
– А где он?
Так вот, короче, ей конец, а старикам —
первая группа инвалидности.
Здравствуйте, уголовный розыск.
Скажите, пожалуйста, вы видели аварию, да?
А, да.
Не могли бы рассказать,
как это происходило?
Перед тем, как машину повело,
вдруг все ее лобовое стекло
пошло трещинами.
Угу. А машина никакая не шла перед ней?
Мало ли там, может, грузовик там или…
– Вы имеете в виду камешек из-под колес?
– Ну да.
Нет, дорога была перед
"Жигулями" свободна и
никто не обгонял. Чертовщина какая-то.
Скажите, а человек никакой не шел
по трассе? Ну, или, может, стоял?
Я как понял, что машина в обрыв летит,
я сразу по тормозам. Выскочил, подбежал,
а он уже горит.
Понятно. Большое спасибо.
Товарищ майор, можно вас на секундочку?
Вы в курсе, кто по этой дороге
два раза в день ездит? Да?
Да, да.
Моя личная просьба, пожалуйста, сейчас
пускай ваши орлы спустятся вниз
и посмотрят, возможно ли
восстановить номер.
Пробейте владельца и
сразу же перезвоните мне.
– Хорошо.
– Всё. Спасибо.
Так ты что, получается,
дело Виктора не закрыл?
Нет.
Чертовщиной какой-то мне голову забил.
Где ты все это нарыл?
У Виктора в тетрадях.
Там описания этих странных ДТП.
Да и не только этих, Иван Борисович.
А на кой он этими гаишными ДТП
интересовался? Своих, что ли дел мало?
Я не знаю, Иван Борисович, я сначала
тоже подумал, кто знает,
может, для мемуаров, вот, а после
сегодняшней аварии на Куреневке
мне кажется, что это не так.
Извините, а рыба с луком?
Частная "Волга" сгорела в гараже
вместе с водителем.
Частный "Москвич" врезался,
двадцать копеек дай, просто в столб.
А "Жигули" какая-то нечистая сила
бросает с моста в реку.
Приятного аппетита.
Что общего?
Ну, во-первых, смерть водителей.
А, во-вторых, заключения технической
экспертизы. Сейчас покажу.
Вот закладкой заложено.
Машина находилась в исправном состоянии,
дорожное покрытие в пределах нормативов,
видимость хорошая, алкоголя и лекарственных
препаратов в крови погибшего не обнаружено.
Так по каждому эпизоду. Вы вывод прочтите.
Вывод: с большой долей вероятности
авария могла быть вызвана
внезапным сильным спазмом коронарных
сосудов головного мозга.
Привет от Виктора, товарищ подполковник.
Не доказательство!
Один был в гараже, двое за рулем,
а Виктор вообще сидел дома и курил.
Да, но он же не просто курил.
Он просматривал вот эти вот записи.
По этим трем якобы случайным происшествиям.
Ладно. Что там на Куреневке?
Да ничего. Завалили там
одного любимца судьбы.
Алкоголика?
Почему? Лауреат Ленинской премии.
В смысле?
Ну, владелец "Жигулей" был
Лауреат Ленинской премии.
Он практически в одиночку открыл
крупнейшее нефтяное месторождение в Сибири.
А что эксперты говорят?
Ну, что говорят… Говорят, что все,
все повреждения — результат падения
и взрыва с последующим возгоранием. Вот…
Нашел на месте ДТП.
Ну и что ты полагаешь
этим шариком сделали?
Засветили из рогатки в голову водителю
через открытое боковое стекло?
Да нет, проще, Иван Борисович.
Просто разбили лобовое.
И, что характерно, есть свидетель,
который видел, как за секунду до того,
как "Жигули" улетели в обрыв,
лобовое стекло пошло трещинами.
Детский сад какой-то!
Кстати, по поводу детского сада.
Рубль верните, Иван Борисович.
А! А я думал, это заклад.
Сказочник ты, Сирота.
А авария и впрямь дурная.
Нашего главного гаишника сегодня
с утра на Богомольца вызывали.
Поехал на служебной "Волге",
а через полчаса вернулся
в управу пешком. Личные вещи забрать.
Что ж такое-то, а?
Мне вот интересно,
как теперь В.В. на работу
будет ездить, по какой дороге?
Шути-шути. Что ж у нас получается,
было три закрытых ДТП
или даже четыре, а теперь — четыре
открытых дела по убийствам?
Пять, товарищ подполковник.
Тезку Дзержинского, Фэда забыли.
А, может, и все шесть, если Витя
не сам с балкона упал, а помогли.
Как?
Не знаю. Но я думаю, докопаюсь.
Здравствуйте.
Знаешь, что тебе начальство скажет?
Да знаю я, товарищ подполковник.
– Знаешь и настаиваешь?
– Так точно.
Ну, тогда пошли! Только потом не жалуйся.
Прошу! Разрешите?
Все! Концерт окончен. Ваши письма
и пожелания направляйте по адресу:
Москва, радио «Пионерская зорька».
Да, я слушаю!
Почему без предупреждения?
Нет, нет, конечно, пусть заходит!
Здравия желаю, товарищ генерал!
Здравия желаю.
Как продвигается следствие
по Куреневскому спуску, кажется?
Весь коллектив прилагает максимум усилий,
дабы не омрачить предстоящее событие.
Вы хотели что-то добавить? Товарищ…
Никак нет. Старший инспектор уголовного
розыска, капитан Сирота!
Наслышан.
Передвигаться по улицам вашего
города Леониду Ильичу небезопасно.
Да…
Разговор на эту тему я считаю бесполезным.
Всего хорошего.
Всего хорошего.
Вообще-то мне наплевать на этих московских.
Короче, ищи, где хочешь, как хочешь
и кого хочешь.
Но чтоб от этих «васильковых»
я больше не слышал никаких намеков!
Так точно!
Сергей Федорович.
Ему надо поднять еще три старых дела.
Да подымайте хоть сто тридцать три,
хоть сто сорок три!
Только не подводите ж самого…
– Разрешите идти?
– Да.
Кто там?
Здравствуйте, это милиция. Капитан Сирота.
Здравствуйте.
Здравствуйте.
Пожалуйста. Анастасия Афанасьевна?
Да.
Я касательно аварии, в результате
которой погиб ваш сын.
Дело в том, что просто вскрылись
некие новые обстоятельства и
вполне возможно, что виноват автозавод.
Наверное, я не буду вдаваться
в технические подробности.
Да вдаваться и не нужно.
Спасибо, я все знаю.
Я даже знаю, что ведется
повторное расследование.
А… разрешите войти?
Входите.
Спасибо.
А откуда вы знаете о расследовании?
Ну об этом рассказал мне ваш коллега…
Васька, брысь!
Ваш коллега — такой он,
невысокого роста, темненький.
Виктор?
Возможно, да. И это уже повторное
расследование или третье?
Нет, просто Витю перевели на другой
участок, и я принимаю дела. Поэтому,
если вам, конечно, не сложно, не могли бы
вы мне рассказать, что вы ему говорили?
– Да, пожалуйста, присаживайтесь.
– Благодарю вас.
Ну, вашего коллегу Виктора
интересовало буквально все.
Прежде всего — состояние здоровья
моего сына, пристрастие к алкоголю,
опыт вождения.
Так вот — Ромчик пива даже не пил,
не курил.
В 26 лет он получил премию
Ленинского комсомола и сразу же защитился.
В 26 лет — кандидат?
По нынешним временам редкость.
Кандидатом он стал в 24. А в 26 лет
он защитил докторскую по математике.
Его сам академик Боголюбов
телеграммой поздравил.
Потом ему предстояла годичная стажировка
в Англию, в Кембридж.
А после он должен был занять должность
заместителя директора института.
Скажите, а у вашего сына были враги?
Враги? Предостаточно.
А вы попробуйте провести у себя
на работе такой эксперимент:
скажите, что вы получили наследство от
дедушки-академика — двухэтажную дачу,
машина "Волга" с гаражом. Держу пари
на всю свою месячную генеральскую пенсию,
первая анонимка на вас придет
уже через неделю. Через полгода
по пустячному поводу вас выгонят
с работы и из партии.
А на следующий день придет участковый
с тем, что вы тунеядец
и "химия" по вас плачет.
Машина была не просто в исправности.
Я ее сам по винтику перебрал.
Заменил все, что вызывало
хоть наименьшее опасение.
Леша, пойдем в дом!
Понимаешь, я должен был погибнуть, я.
Но в то утро я очень плохо себя
чувствовал и за руль села дочь.
Ума не приложу, почему она закрыла
лицо руками, бросила руль.
А так все хорошо складывалось.
Сначала эта поездка в Алжир, повезло,
потом сразу Совет Министров —
хорошая должность, квартира,
дача, машина, карьера. И на тебе!
Как сглазили!
Вот она, как жизнь поворачивается:
растишь, растишь — на тебе!
Как будто сглазил кто-то!
Мы с отцом так радовались, так радовались,
что даже страшно было.
Вот и дорадовались.
Как будто бы сглазил кто-то!
Хорошая должность, квартира,
дача, машина, карьера.
И на тебе! Как сглазили!
Сейчас подавишься своей сигаретой!
Кому сказано — не кури!
Не тушите.
Я ж тебя просила водолазку мне достать.
Водолазка будет на следующей неделе.
– Тогда и принесешь.
– Принесу. Хорошо, договорились.
Пожалуйста, радио выключите.
Слушай, а ты кто такой? Что-то я не понял.
Что значит, выключите?
Тебе нормально объяснили — подавишься.
– Сережа.
– Подожди.
Чего молчишь?
Я тебя спросил — кто ты такой?
Конь в пальто.
Что-то я не понял, подожди!
В чем дело? Хулиганье!
Том, я к тебе завтра зайду! Сереж, пойдем.
А что вы говорили по поводу «сглазили»?
Что вы имели в виду?
– Что?
– Что вы имели в виду по поводу «сглазили»?
А, да, да…
Подбросили всякую дрянь под коврик. Стекло…
И разбитое зеркало.
Алло, привет.
Привет.
Оля, это я, Сирота.
Да, я узнала.
Олечка, скажи мне, пожалуйста.
Мне Витя перед тем, как он там…
Ну, говори уже.
Слушай, он ни на что не жаловался?
На здоровье?
Да нет, не на здоровье. Там, странное
поведение друзей или соседей.
Соседей? Ну, подбросил кто-то мусор
под коврик. Но это могла быть и детвора.
А что конкретно подбросили?
Окровавленные птичьи перья.
Подмели и ковриком прикрыли, да?
Наверное.
Олечка, спасибо тебе огромное.
Слушай, спасибо большое. Пока.
Спроси, зачем я к тебе зашел?
Зачем, позвольте поинтересоваться?
Генерал вызывает на кофе со скипидаром.
Кофе в чашке, скипидар в клизме.
И пистолет возьми. На всякий случай.
Зачем?
Вдруг застрелиться придется.
Я только на брудершафт с генералом,
Иван Борисович!
По всем курилкам, по кухням
только и трындят,
что в городе объявилась личность,
которая убирает людей
исключительно при помощи черной магии.
– Товарищ генерал…
– Молчать, Сирота!
Ты мне лучше ответь, ты
«Мастера и Маргариту», где читал?
Чего молчишь?
Я выполняю приказ, товарищ генерал.
Отвечай!
Как и все, в журнале «Москва».
Вот это правильно. Это можно.
А то мне объяснили, что
существует еще какой-то запрещенный текст.
Какая-то сволочь из-за границы привезла,
конторские с ног сбиваются.
Эти копии ходят по городу.
А тут у меня еще Сирота, видите ли.
Товарищ генерал, я немножко
не уловил связи…
Ты не лови связь!
Ты лови убийцу этого бомжа, Фэда!
А то, понимаешь, придумываешь разные
фантастические версии и треплешься о них!
Значит так — выговор у тебя есть,
строгач тоже,
неполное служебное соответствие я тебе
объявлял. У тебя две недели срока.
Если ты не раскроешь это дело и
не пресечешь антисоветские слухи —
в нашем ведомстве на одного капитана
милиции будет меньше. Дошло?
Так точно, товарищ генерал. Дошло.
И пробило. Разрешите идти?
Иди. Кругом!
– Сережа.
– Да?
Нет, нет, нет, Борисович…
Разрешите?
Вот то, что вы просили.
Свободен.
Мастер и Маргарита. Роман.
Алексей, ты на нашего генерала не серчай.
Он вообще мужик правильный,
а сыскарь из него был, как говорится,
Божьей милостью. Но с него начальство
не версии требует, а статистику.
Ты хоть понимаешь, во что ты
его втравил? Получается, что
милиция не раскрывает преступления,
а закрывает их без расследования.
Двадцать копеек-то дать?
Обойдусь.
Ты, Сирота, лучше женой обзаведись.
Хоть не будешь людей в кафе беспокоить.
Иван Борисович, я…
Товарищ подполковник…
Иван Борисович, я просто…
Я в порядке профилактики.
Не прибедняйся. Насчет новых методов
профилактики напишешь мне рапорт.
Сегодня же. А касаемо, кто тебя заложил,
так это небезызвестная
тебе Людмила Маевская,
присутствовавшая и созерцавшая.
Анаконда, что ли?
Она. Найди ее срочно и удели ей внимание.
Я утром оперативную информацию
агентуры просматривал.
Что-то она там под коньячок да под
настроеньице ляпнула своим приятельницам.
Агент не понял, но зафиксировал.
Черт его знает,
вдруг да прилепится к твоим
гаишным ДТП и самоубийствам?
В общем, все, что вы мне предъявите
это ложь, обман и провокация.
Я порядочная девушка и ничего
себе такого не позволяю.
Порядочные девушки спать
ложатся в девятом часу вечера.
– Ой!
– Чтобы с утра на работу идти.
А вы в это время только
на вторую смену заступаете.
Слушай, не бери меня на понт.
Я с такими людьми дружу,
знаешь, тебе куда твои погоны заткнут?
Кстати, о птичках. Что за люди?
Ага. Сейчас тебе и рассказала.
Ну, я думаю, расскажешь,
когда мой подарок увидишь.
– Куда?
– Пошли.
Нет, я туда не пойду. Нет! Ну ты чего!
Пойдем. Тебе понравится.
Да нет, я не могу! Слушай, у меня
нет времени! Мне завтра рано вставать!
У меня на овощной базе привозят
завтра картошку, понимаешь?
Морковку, капусту. Мне ж завтра надо
с утра, там овощная база моя, как же я…
Ты что, начальник, обалдел, что ли,
мать твою! Что за шутки?
За эти шутки свечку сегодня в церкви
поставишь. За здоровье своего участкового.
Который вот это вот ружье и два патрона
конфисковал у одной особы, с мужем которой
ты кувыркалась за счет семейного бюджета.
Подушка, кстати, играла роль твоей…
Ну! Без грубостей! Вы ее арестовали?
С какой стати? По какой статье?
Ну, так это же криминал!
Ну, во-первых, у нее есть охотничий билет.
Во-вторых, патроны были заряжены солью.
В-третьих, то, что участковый
встретил ее под твоими окнами —
это еще ни о чем не говорит.
А, в-четвертых, она призналась в том,
что хочет совершить мелкое хулиганство —
станок подпортить. Всего-то.
Всего-то!
Так что, учитывая все эти обстоятельства
и аморальное поведение госпожи Маевской,
мы ее отпустили на все четыре стороны.
Ружье, естественно, конфисковали.
Правда, у нее еще одно есть.
За мужем числится.
Как за мужем? Слушай, начальник,
надо что-то ж делать! Она ж ненормальная!
Под подъездом меня ждет сейчас. И ружье,
может быть, у нее не солью заряжено.
Она ж меня убьет, а?
Ну, вот когда убьет — тогда и дело заводить
будем. Может быть, даже убийцу найдем.
В общем, я вас предупредил.
Ходите осторожно, оглядывайтесь.
Вижу, что вам все понятно, да?
Я вас больше не задерживаю.
Очень хорошо. Вы свободны.
А я никуда не пойду. Слышите?
Я никуда не пойду. Ну как это.
Ну что это такое? Вот так наша
милиция нас бережет, да?
Почему я должен тебя беречь?
Вот ты, Маевская, меня совсем не бережешь.
Ничем помочь не хочешь.
Слушай, Сирота.
О-о, фамилию вспомнила — уже хорошо.
Да ладно! Дай закурить.
Ладно. Ну, я же не могу жить на
одну зарплату! Ну не могу, не получается.
Да мне вообще все равно с кем ты спишь.
Даже за какие деньги.
Мне-то от тебя не это надо.
И что тебе надо?
Ну, говори.
Скажи.
Ну?
Ты можешь мне помочь в одном
очень важном деле?
Могу.
Помнишь, ты мне говорила про людей,
которые… Ну там, внизу, в гадюшнике.
Которые могут сделать так, чтоб фраер
исчез, а менты ни о чем не догадались.
А-а! Пусти!
Я сегодня же отдам, не дергайся,
это ружье хозяйке, поняла?
Пусти! Ай, больно, больно!
С официальными извинениями! Ты особа,
подозреваемая в сокрытии крайне важной
информации, необходимой для следствия.
Поэтому быстро мне говори,
что, где и когда! Свои пять лет
ты уже заработала! Говори!
Хорошо, я расскажу! Пусти, мне больно!
Вот так. Говори!
В общем, это… Городские корты знаешь,
там баня есть.
Так.
Ну и в общем, эти клиенты мои, они как
нажираются — потом плачутся друг другу,
а я все слушаю, они думают,
что я сплю. Пусти!
Только охрану мне дашь, а то я боюсь.
Дам-дам-дам.
В общем, была как-то я там,
ну и слышала один разговор.
Спит. Умахал ты ее. Вот жеребец.
Та ладно.
Меня этот тоже умахал. Молодой.
Да ты знаешь. Совсем обнаглел.
Вчера подходит и говорит: шеф, а вам моя
Гертруда грудь не трет?
Может, назад вернете?
В смысле, Гертруда?
А ты что, не видел мою звезду
Героя Соцтруда?
Зависть, зависть. Сначала болтают,
потом анонимки, а потом, не дай Бог,
возмущенные письма от трудового
коллектива с подписями ветеранов.
Ты мою помнишь историю про сына?
Это когда его в загранку не пускали?
Угу. Там тоже один удачливый был.
Под ногами путался. Но все обустроилось.
Как?
Да тут и рассказывать нечего. Пожаловался
одному, поговорил с другим.
И как-то после сауны обнаружил
записочку в кармане —
что и когда нужно сделать, чтобы моя
проблема перестала быть проблемой.
И что?
Ну тот, который дорогу перешел
сыну — несчастный случай.
Сгорел вместе с машиной в гараже.
Дело закрыли.
А, ну так это ж криминал!
Какой криминал? Никакого криминала!
Колдовство, суеверие —
эта чепуха под статью не попадает.
Да-а…
Это все?
Все.
А кто записки передавал?
А я знаю? Может, банщик.
Ты мне вот что лучше скажи:
что мне с этой дурой делать, а?
С какой?
Ну этой, с ружьем. Она ж ненормальная!
Да, по-моему, обыкновенная женщина.
Борется за семейный очаг.
Борется. Не там бороться надо!
Если бы эти дуры хоть половину
делали со своими кобелями то,
что я с ними вытворяю, их мужики ко
мне б не прыгали, а при них сидели!
Борется она! Ну что мне теперь
сковородку в трусы пихать?
Сирота!
 

[Мы были первыми. И пришлось нам нелегко.]
[Надо было вырваться
из вековой отсталости.]
[Надо было преодолеть огромную
силу исторической инерции]
[и научиться жить по новым законам —
законам коллективизма.]
[И теперь, подводя главный решающий итог]
[шести десятилетий борьбы
и труда, можно за…]
Доброе утро.
Что ты все вокруг да около?
Мне нужен список постоянных посетителей
теннисных кортов, Иван Борисович.
Зачем?
Мы сравним его со списком
ближайшего окружения погибших.
Все. Как говорится, можно воду сливать.
Нам же самое главное — заказчика вычислить,
он нас сам на колдуна выведет.
Сирота!
Как говорит моя внучка, вот
смотрю я и удивляюсь на тебя.
Так понимаю, что список ближайшего
окружения погибших в ДТП ты уже составил?
Так точно, товарищ подполковник.
А список ближайшего окружения Виктора
ты тоже сочинил?
Да-а. Вижу, ремонт затянулся.
Здравия желаю.
Здравия желаю, товарищ генерал.
Присаживайся, присаживайся.
Работайте, работайте. Что ты куришь?
– Беломор.
– Беломор.
Именно «Беломор»? Как странно.
А что же Виктор курил?
А что это вы вдруг Виктора
вспомнили, товарищ генерал?
А помнишь, на кухне запах был какой-то
такой специфический, сладковатый даже,
я сказал бы. Как в церкви. Слушай, значит,
ты обещал подумать относительно щенка.
– "БТ", товарищ генерал.
– Что?
Ну, он курил «БТ», у него затушенный
окурок в пепельнице лежал.
Ну, что скажешь? Как?
– Ну…
– Все, я понял.
Можешь не продолжать.
Хорошо. Работайте, работайте.
Да, а с ремонтом, конечно, их надо
будет поторопить. И даже очень.
Накануне Виктору подарили пачку сигарет.
Светленькая, какие-то на ней две буквы.
«БТ».
И почему-то цифра 20.
Двадцать сигарет. Ты ее выбросила?
Нет. Когда ты с генералом ушел, ко мне
заглянул бригадир скорой помощи.
Там надо было уточнить фамилию Вити,
год рождения, точный адрес.
Вот… Ну а когда он все это записал
для документов, то он, знаешь, начал так,
ну, по карманам себя бить,
мол, забыл сигареты дома.
Ну а я взяла ему и отдала их.
И все. Вот и все.
[Марья Михайловна! Марья Михайловна!]
Так. Бригадир, санитар.
Нет. Санитара два. Все внизу.
А кто же сигареты-то забрал?
Сирота, ты к докладу у генерала готов?
Соответственно.
Соответственно чему?
Соответственно настольной книге
следователя, товарищ подполковник!
– Здорово, Игорек!
– Привет. Здравствуйте.
Сирота! Ты на свет родился, чтобы
над начальством издеваться или как?
Никак нет, товарищ подполковник,
родился точно не для этого.
Только потом попал на воспитание
в пионерский отряд
имени Павлика Морозова. А чё?
Портупей через плечо!
Генерал ждет нас с докладом,
а после этого нас всех троих ждут…
– Добрый день.
– Здравствуйте.
Ковер-то почистили уже?
Расшутился! Шуточки кончились!
Здравствуйте, товарищ комиссар! А вы
не скажете, скоро ремонт закончится уже?
С сигаретами шаткое предположение.
Вообще вся эта версия — бредовая. Но!
Но в ней что-то есть. Я имею в виду
записки. Ведь кто-то же их пишет?
И в нужный карман подбрасывает.
Да. Откуда же он знает,
где этот нужный карман?
А вся эта ваша чертовщина, о которой
вы мне рассказывали — все эти рыбки,
птички, спички, перья. Вы догадываетесь,
куда нам их воткнут, эти перья?
Предполагаю.
Но, товарищ генерал, я настаиваю
на разработке именно
данной конкретной версии.
Он настаивает. Иван Борисович, берите
руководство этой операцией на себя.
Но я вас очень убедительно прошу,
пожалуйста, без этих…
Без этого интеллигентского трепа
о колдунах и чертовщине!
Конкретно действуйте: искать и брать!
Слушаюсь.
Ищите этого почтальона!
Пошли!
Бодня! Открой!
Семен, я занят!
Он занят.
Здравствуй, Бодня.
– Я не понял!
– Сейчас поймешь!
Встать! Встать, сказал!
Вы свободны.
– Ну что, рассказывай.
– А?
Рассказывай, говорю.
Чего?
– Чего сказать нечего, что ли?
– А?
Я говорю, сказать нечего, чего ты акаешь?
Зачем ты его убил?
– Кого?!
– Его, сука, говори!
– Кого?
– Смотри-смотри в глаза!
Я не убивал!
Я не убивал никого!
Слушай, молодец, а.
Смотри, Петруха. Что у тебя?
А вот денежки.
Так, что тут у нас?
Деньги за что, за порнографию?
Нет! Нет, это… Записочки передавал.
Записочки передавал.
Какие такие записочки?
Мое дело маленькое. А люди очень большие.
Очень большие люди.
Кому передавал? Фамилия, возраст,
особые приметы, имя-отчество.
Я… Я… Я не знаю… Ну не знаю, честно.
Я не видел его никогда, я только…
Я только один разочек… Я п-по…
Не ори. Не ори.
Я по телефону только один разочек
слышал… Голос у него такой…
Бодня, ну ты понимаешь,
что твое дело-то — тухлое?
– Тухлое дело… Тухлое.
– Тухлое, да?
Так что давай спокойно, не торопясь,
все по порядку — кого, кому, куда и когда.
Давай.
Я из сумок и из карманов
ничего не брал. Ничего не брал.
Позвонил мне м-мужчина… н-не представился.
Сказал, чтобы я полез в свою тумбу,
а там два конверта, два конверта.
В одном деньги, а во втором — вот эти вот.
Вот эти записочки.
И говорит мне: если я в нужный карман
записочки положу, то деньги — твои.
Ну, в смысле, мои.
Сколько раз передавал записки, помнишь?
Да… Раз десять, м-может быть.
А кому передавал, помнишь?
Д-да… П-помню…
А когда последний раз передавал?
П-последний раз? Вчера.
Примерно хотя бы, что в записке
было написано, помнишь?
Текст… Там все время одно и
то же написано, там…
Если вы хотите, чтобы дьявол помог
вам в известной проблеме,
то записку с просьбой к нему надо
бросить в окошко в склепе возле
старой польской часовни на Южном кладбище.
Только деньги вперед, хорошо?
А то я вас знаю — потом исчезнете
и ищи вас ветра в поле… Пойдемте.
Когда бросить, помнишь? День, время?
Да. Помню. То ли в полнолуние.
То ли в новолуние.
В полночь. В полночь, точно. В полночь!
Позвонишь дежурному, пусть отведут его
в камеру, дадут бумагу, ручку.
Напишешь всех, кому и когда
передавал записки.
И… я могу быть свободен?
А куда тебе торопиться?
Ты хоть понимаешь, куда тебя везут?
Так это… один раз только было.
Меня тренер с работы попросил
сфотографировать его с дамой тайком
в таком виде. А потом исчез куда-то.
Уволили, что ли.
Это еще надо проверить.
[…борьбы и труда, можно с гордостью
сказать: мы выстояли!]
Здравия желаю, товарищ комиссар.
Капитан, вы, почему
не посещаете партсобрания?
Как бы вам попроще объяснить,
товарищ комиссар.
Вы знаете, дело в том, что все мои
клиенты — они люди, как правило,
беспартийные и политически неграмотные.
Не чувствуют тонкостей момента.
Иногда совершают преступления тогда,
когда вы назначаете партсобрания…
– Пошли! Машина ждет!
– Извините.
Но ты-то, ты чего лыбишься?
Много наливаешь. Воды не хватит.
Ладно, у нас там еще два ведра.
Не видно ни хрена.
Нам бы сюда хотя бы один бинокль
ночного видения.
Угу. Ты еще телевидение закажи,
которое футбол показывает.
Красота! Сидишь в теплой кабинке,
кофе по-сиротски
и наблюдаешь, как эти черти
в мячик не попадают.
Банщик-то не соврал.
Выворачивай! Выворачивай!
Сейчас!
Я еще раз повторяю вопрос
для особо непонятливых офицеров:
кто сорвал сопровождение наблюдаемой?
Товарищ генерал, я ж докладывал —
у нашей машины что-то с двигателем.
Почему возле ее дома вы не поставили
наблюдение? Ладно, вы проворонили проезд.
Но факт и время прибытия —
это что, по-вашему?
Виноваты, товарищ генерал.
Людей не хватает.
Думали, обойдемся
автомобилем сопровождения.
А у вас хоть хватило ума оставить засаду?
Так точно, товарищ генерал.
Ночью никто не явился, но днем, думаю,
он туда не сунется. Там участок
хоть и старый, но народ шастает.
Вот надеемся на сегодняшнюю ночь.
Вот надейтесь. Надейтесь!
Это все, что вам остается.
Товарищ генерал, я вам докладывал —
со служебным транспортом
в угрозыске катастрофа.
Приходится привлекать дружинников
с их личными машинами. Что прикажете —
такси брать или на велосипеде
погоню устраивать?!
Иван Борисович, Иван Борисович,
пожалуйста, не надо, не кипятитесь!
Да, вы докладывали. Я докладывал выше.
А там — еще выше.
Ладно, уж коль такая раздача пошла,
я сам эту даму возьму на себя.
А я на себя колдуна выманю.
Мать твою, а! Не территория,
смотри, а проходной двор!
В сауне — бордель со шлюхами,
в раздевалке по карманам шарят,
как в трамвае, в этом…
Как он называется? Крыжополь!
Да, ну что вы, ну что вы. Какой бордель
со шлюхами, какое — по карманам шарят?
У нас же своя проверка,
у нас же свой отдел кадров.
Да идиоты ваш отдел кадров!
Как можно было взять на работу
на такой объект ранее судимого человека?
– Ну а что!
– Да я вам больше скажу.
Вы знаете, откуда пришла
директива проверить и вас,
и, между прочим, вот эти ваши корты.
Ну? Да мы все исправим,
мы все наладим, что вы!
Главное, главное —
все приведем в соответствие!
Да мне соответствие это ваше вот
тут сидит. Что здесь такое?
Здесь ракетки у нас.
– Как вас зовут?
– Меня?
– Да.
– Дмитрий.
– Меня Алексей, очень приятно.
– Очень приятно.
– Дим. На «ты», ничего?
– Да, ничего, ничего.
Ты думаешь, мне вот эти вот ракетки,
хренетки, шминетки —
больше всех надо, что ли?
Да. И что?
– Ты ж вроде нормальный мужик, да?
– Я? Ну да, да.
Как ты думаешь, где ваш банщик сейчас?
– Банщик? Понятия не имею.
– В тюрьме!
Это из-за него весь этот кипиш-то начался.
Он что-то ляпнул, ушло наверх.
– Ну а мне здесь глотку драть, понимаешь?
– Ну.
В общем, ладно, нас с тобой это все
не касается. Для нас с тобой главное, что?
Что?
– А, привести все-все в соответствие!
– Правильно!
Да-да. Вот, вот мой кабинет.
– А здесь?
– Вот мой кабинет.
Так, спасибо.
– Дима!
– Да!
Ну давай так сразу:
на окна — железные решетки.
– Решетки?
– Железные.
Вот. Дверь обшить металлом.
Три дня сроку, приеду — проверю.
А то устроили тут не спортивный объект,
а сортир на станции Погребище.
– Простите.
– Да.
– Товарищ?
– Капитан.
Товарищ капитан, можно с вами поговорить?
– А вы кто?
– Я начальник охраны здесь.
А-а. Ну, давайте поговорим.
Вот сюда.
Благодарю.
Здравствуйте, Сергей Федорович.
Здравствуйте, Евдокия Платоновна.
Я надеюсь, неофициальное
приглашение достаточно оправдано?
И вам нужна какая-то срочная помощь?
Да. Я бы сказал, даже более того,
очень срочная.
Мой вопрос может показаться вам
странным и тем не менее:
вчера в полночь вы были на Южном кладбище?
Ну, поскольку вы меня об этом спрашиваете,
кто-то из ваших людей меня там видел.
Да. Да, наши люди.
Очень хорошо. Я была вчера
на кладбище. В полночь.
Конкретно — на польском
участке около часовни.
Ну а чтобы закрыть этот вопрос,
я скажу, зачем я туда ходила.
Только мне бы не хотелось,
чтобы завтра об этом узнали
все клиентки нашей парикмахерской.
Естественно, естественно. Я все понимаю.
Но выглядит все это как-то очень странно.
Ну а, что же тут странного?
Видите ли, мои друзья подтрунивают
надо мной, что я трусиха.
Ну вот я не выдержала и поспорила,
что в полночь поеду на Южное
и привезу им оттуда камешек.
Со склепа или с часовни.
Не скрою — было страшновато.
А камешек вы привезли?
Привезла.
Понимаю, понимаю.
Я ведь тоже капитан, как и вы.
Только вот майором уже никогда не буду.
Под хрущевские зачистки попал.
Может, слышали?
Слыхал.
Там розеточка.
Воткните, пожалуйста. Вон там.
– Я папочку положу, ничего страшного?
– Да-да, конечно.
Ну, я так понимаю, кофе вы жалуете?
Да, не откажусь.
А?
Тоже не откажусь.
Ну и правильно.
Что-то достали все.
Ну. Разве это еще достали?
Вот если б вы здесь хотя бы один
денечек вот на эту публику поглядели бы —
точно бы взвыли и за оружие схватились.
Ваше здоровье.
Вы какую публику имеете в виду?
Которая тут персонал
или которая ракетками машет?
Да персонал-то здесь причем.
Я про тех якобы спортсменов.
Знаете, чем они тут занимаются?
Говорят, вроде какой-то
у них тут клуб по интересам?
Да какие интересы, капитан!
У них весь интерес — завалиться в сауну,
нажраться, баб попользовать, а потом
плакаться, кто кому жить мешает.
Они эти ракетки свои по месяцам
из чехлов не вынимали.
А чего ж вы сюда этих девок пускаете?
А как не пустить?
Но вы же начальник охраны.
Ну. Ну попробую не пустить — меня ж
тут же и уволят. За честность. И все.
А потом. А потом даже носильщиком
на вокзал не взяли бы.
А пенсии ноль целых хрен десятых.
Потому как до армейского стажа
два месяца не хватило.
Вот и вкалываю тут на все, закрыв глаза.
Вы извините меня, пожалуйста.
Да ладно, чего там.
Мы вошли в вашу ситуацию. По нашим
оперативным данным, у вас есть проблема.
Конкретно — вас пытается шантажировать
порнографическими снимками тренер,
а, вернее сказать, бывший тренер, который
известен вам по теннисным кортам.
– Послушайте.
– Далее.
Некий инкогнито предложил вам,
если можно так выразиться,
необычную форму решения этой проблемы.
У нас есть свидетель, который передал вам
записку с соответствующими инструкциями.
Да, нам знаком текст этой записки
и нам известно то, что вы эти
инструкции скрупулезно выполнили.
Послушайте, Сергей Федорович.
Я вас очень прошу, пожалуйста,
войдите в мое положение.
Мало того, что я на виду,
еще и мужа планируют перевести в Москву.
Я вас понимаю. Мы постараемся
сделать все, что возможно.
Только ответьте мне на один вопрос:
почему вы согласились на это предложение?
А вдруг это был розыгрыш или афера?
Вы же знаете, как вот такими вот
мелкими вещами ломают карьеру.
Ставки высоки.
И потом, я слышала от нескольких
очень серьезных людей,
что колдун им кардинально помог.
Эта кардинальность иногда
кончается смертельным исходом.
Что?
Да-да, да.
Вы, вы шутите?
Нет. Нет, это не шутки.
Да как же… Мне же сказали, что это
колдовство — это что-то вроде гипноза!
Что. Ну, сделай, что тебе скажут,
потом заплати, сколько велят
и все, сделают так,
чтобы тебя не беспокоили.
Минуточку, минуточку. Что из этого следует?
А следует то, что колдун с заказчиками
связывался дважды?
Каким образом? Как это происходит?
Опять записка или телефонный звонок?
Господи, ну я не знаю, я не знаю.
Мне сказали, что свяжется и только.
Сказали, что это совершенно безопасно.
Евдокия Платоновна, пожалуйста,
успокойтесь. Успокойтесь, успокойтесь.
Если колдун вам позвонит вновь —
перезвоните мне. Хорошо?
Только не по «сотке». Все, все
будет хорошо. Все будет хорошо.
Все должно быть хорошо.
И что? Ни одна собака не пробегала?
Нет.
Интересно, куда ведет этот ход?
Куда-то ведет.
– Здравствуйте, Валентина Петровна.
– Здравствуйте.
Вот тебе, бабушка, и День Парижской
коммуны! Обалдуи из СИЗО проморгали!
Взяли передачу для банщика, паспорта
не спросив. Пацан принес.
Слезно просил передать отцу.
Подождите, а портрет они запомнили?
Да какой там портрет! Идиоты!
Говорят — раз вы его попросили подержать
до конца следствия,
значит, он никому не нужен.
Определили по специальности и рады.
По какой специальности?
В СИЗО— там же баня есть.
В общем, передача та с приветом оказалась.
Банщик с голодухи полкотлеты отхватил
сразу и с копыт! Еще вопрос, откачают ли.
– Буквально секунду.
– Хорошо, хорошо.
Значит так, товарищ генерал.
Котлету нужно отправить в Академию наук.
Помощи просить будем,
там аппаратура помощнее.
Голубчик мой, но хоть что-то
вы можете нам рассказать?
Что-то можно, но сложно.
Там мощнейший наркотик.
Работает галлюциногеном,
когда в меньшей концентрации.
Приблизительно как у Виктора.
В смысле, как у Виктора?
Я проверил кровь Виктора.
Там те же компоненты.
Это что же получается,
что банщик и Виктор…
Извините, товарищ генерал.
Да, вот что… Хорошо, голубчик мой,
вы свободны.
Об этом пока никому ни слова. Все остальное
напишете в экспертном заключении.
Да-да, конечно.
Ну что, капитан Сирота,
ты у нас самый умный?
Ответь, откуда этот колдун гадость
доставал или не колдун? А?
Я думаю, что он.
Ну, если у нас ее просто нет, так что,
выходит, он работал на ЦРУ?
Это же абзац! Полный абзац!
Конторские на наших поминках просто
гармошки все и баяны порвут.
А я думаю, товарищ генерал,
что кто-то из теннисистов помог.
Ну, они же имеют доступ к гениям,
которых потом сами и…
Теннисистов. А, ты знаешь, я вспомнил.
Да-да,
а ведь эти чертовы теннисные корты
уже всплывали у нас с наркотиками.
Да, было, было, было.
Это было лет пять тому назад, я помню.
Тогда это дело замяли почему?
Потому что дети, глупые, наивные,
ранее не судимые и все остальное.
Но начальника угрозыска тогда, я помню,
выгнали, потому что дети!
Дети, видите ли.
Помню, помню.
Слабые дети сильных родителей?
Ты вот что, ты мне не умничай,
а ты давай лучше расскажи мне
про этого тренера-шантажиста.
Одна женщина им интересуется.
А что про него рассказывать?
Устроился разнорабочим на стройку,
лопатой махать.
Мы наблюдаем. Будем ждать…
Где? В засаде? Угу.
Это хорошо. В засаде, в склепе номер три!
А насчет покушения на тебя.
Мы же к тебе такую наружку приставили,
как только ты на корты пошел.
Да такой наружки у самого
товарища Сталина не было!
Спасибо за доверие, товарищ генерал.
Спасибо за доверие! Да обвели нас просто,
как пацанов вокруг пальца,
ты представляешь, мы даже не то, что
на колдуна не вышли, не вычислили его,
мы этого пацана, который яд передал,
легко упустили. Так что,
капитан Сирота, где мы теперь находимся?
В склепе, товарищ генерал.
Вот-вот.
Да, я слушаю. Да!
Конечно, переключайте. Знаю.
Алло.
Здравствуйте, Евдокия Платоновна.
Говорите, говорите.
Сергей Федорович, нас никто не слышит?
Ну, если вы не по «сотке» , то никто.
Нет, я по-обычному. Он мне звонил.
Только что.
Что сказал?
Сказал, чтобы я сегодня заказала
заупокойную службу
по рабу Божьему… Ну, это…
Вы понимаете, да?
Заупокойную — по живому?
Ну вот. То-то и оно.
А послезавтра он мне скажет, куда
принести оставшуюся часть оплаты.
А что — был аванс? Вы же ничего
мне об этом не сказали.
Господи, ну я перенервничала.
А как он вас послезавтра найдет —
по телефону?
По телефону? Я не знаю.
Спасибо, спасибо, не волнуйтесь.
Может быть,
послезавтра он уже вас и не потревожит.
До свидания, до свидания.
До свидания.
Заказ принят. И бывшего тренера
завтра могут убрать. Вам ясно?
Будет сделано. И прикрытие,
и перекрытие, и обстава.
Иван Борисович, постарайтесь.
У меня на вас вся надежда.
Не подведите. Иначе по всем нам
закажут заупокойную.
Причем настоящую,
без колдовских извращений.
Строитель работает вот там вот,
на втором этаже.
Там, да?
Ты знаешь, Леша, у меня такое
дурацкое предчувствие,
что не мы на него засаду
делаем, а он на нас.
Предчувствие или факты?
Фактов нет, а предчувствие есть.
А самое паскудное, что мы слепого
понятия не имеем,
кто он, так сказать, по имени-отчеству.
Как в драке: бьешь в пустоту —
авось попадешь.
Значит, ночью он будет работать здесь.
Да.
Иван Борисович, мне кажется, что всех
наших сюда поднимать не надо.
– Можем спугнуть.
– Конечно, конечно.
Ух ты! Так-так-так… так, так.
Хм… Да…
Все правильно. Смотрите, если вовремя
потянуть за трос — щит уедет в сторону.
А вы, кстати, видели, что внизу находится?
– В смысле?
– Смотрите.
Ничего себе. Хитро придумано.
Хотя не ново. Впрочем.
Во-первых, он может под ноги посмотреть.
А, во-вторых, как тот,
который ловит, узнает?
Он же не будет тут маячить.
Да хрен его знает. Доживем — увидим.
Руки за голову.
Лицом ко мне.
Вот так сюрприз. Капитан.
Ну, раз ты здесь — значит, все знаешь.
Пошел!
Пойдем. Пойдем, раз все знаешь-то. Пойдем.
Куда пошел? Руки!
А куда?
По лестнице! Вниз по лестнице, сказал!
Да ладно, что ты волнуешься.
У тебя там десятки архаровцев,
чего ты так дергаешься-то.
Ну, пойдем, поговорим.
Руки!
Да ладно, капитан, что ты заладил —
руки, руки.
Куда я денусь, вон твои гаврики бегают.
Я тебе так скажу, капитан.
Только это не для протокола,
там я этого не скажу.
Жила-была одна спецгруппа
не так давно. Из одних сирот.
Убивали тех, кого нельзя
было убрать в открытую.
И находили неугодных кого где:
кого с инфарктом в поезде,
кого с пищевым отравлением
в ресторанном клозете,
а кто так — в поворот не вписался.
Кому же они были не угодны?
Подожди, не спеши.
А потом их всех при Хрущеве
пропустили через несчастные случаи.
Всех, слышишь! Одному повезло.
Раз повезло — так сидел бы
дома и не высовывался.
А ты не понимаешь, капитан?
Ну, раз не понимаешь — веди.
Не туда.
Стой!
Не стрелять!
Не стрелять!
Сирота! Сиротинушка!
Не стре…
Что?
Что?
Там заказчики? Сволочи.
Сирота, тебе нельзя вставать!
Это приказ! Приказ!
[Мы выдержали! Мы победили!]
[Мы победили в грозовые, тревожные годы
Гражданской войны]
[и вооруженной интервенции,
когда решался вопрос:]
[быть или не быть советской власти.
Мы победили в стремительные,]
[бурлящие годы первых пятилеток,
когда решался вопрос:]
[смогут ли рабочие и крестьяне нашей
страны, в отведенный им историей]
[кратчайший срок, заложить основы
социализма, превратить родину…]
 

////////////////////////////