Парень из нашего города (1942 год). Цитаты и фразы из фильма

«Па́рень из на́шего го́рода» — советский художественный чёрно-белый фильм 1942 года выпуска, снятый по мотивам одноимённой пьесы Константина Симонова.

Все фразы и цитаты

Петька!
- Давай, никого нет!
- Смотри лучше! -Никого!
- Во прыгнул!
- Повторим? -Повторим!
Вот видите, Женечка! А говорили,
что это безнадежная операция.
А больной будет жив! Это хорошо,
это очень хорошо!
Сейчас мы пообедаем,
а потом будем работать.
Аркадий Андреевич, вы же обедали
в клинике после операции.
- И я с вами обедала.
- Верно.
Тогда мы будем пить чай.
Тетя! Тетя!
- Мы же только что встретили ее
на лестнице. -Верно.
Ничего, будем пить чай
с тетушкиным вареньем.
Женечка, вы любите варенье?
В детстве все любят варенье.
Аркадий Андреич, вы меня уже
40 раз об этом спрашивали.
40 раз? Вот видите, Женечка,
какой я заботливый!
Тетка права, меня пора женить.
Женечка, как по-вашему, жениться
мне или нет?
Не знаю, как хотите, Аркадий
Андреевич.
Женечка, как мой практикант
и друг вы могли бы
в такую трудную минуту жизни
дать мне совет.
А вы спросите у Сергея Ильича,
ему всегда все ясно.
Сережки?
Он просто наймет карету. А Варька
свяжет простыни
и к нему вниз через окно -
и венчаться!
А я, как брат, в погоню!
Но только для виду,
догонять бы не стал.
Шут с ними, пускай венчаются.
Аркашка! Потрясающая новость!
Ну вот непременно потрясающая!
Товарищи! Я сейчас шла,
встретила директора.
Он мне сказал, что через
3 месяца, или даже через 2,
я еду в Москву в театральное
училище!
- Ух, Варька!
- Представляете?
А через 10 лет по городу будут
висеть афиши:
"Гастроли В.Бурминой".
Даже нет, "В.А.Бурминой".
И все будут спрашивать: "Кто это?
Кто такая Бурмина?"
А это я!
Ой, Аркашка, мне дурно.
Вы видите, Женечка, как изменчиво
женское сердце!
Она счастлива тем,
что покидает нас.
Ну хорошо, ее нескладный брат -
бог с ним!
Но Сережка! Сережка-то?
Аркашка, а Сережке ничего
не говори.
- Женя, у меня будет с Аркадием
мужской разговор. -Я сейчас.
Аркашка, я его так люблю!
Но мне хочется поехать в Москву,
даже если он не поедет.
Это значит, что я его не люблю?
Это значит, что ты становишься
большой, Варька.
Если веришь в себя, надо ехать
и ни о чем не жалеть.
А Сережка - он все равно
до тебя доберется!
Войдите!
Здрасьте.
- Володенька?
- Варенька!
Репетируешь, а? Артистка!
Володь, ты же хотел завтра
прийти.
- Я хочу с тобой переговорить.
- О чем?
О Сергее. Только ты одна можешь
на него повлиять.
- Что он еще сделал? -Он считает,
что ничего особенного. -Ну?
- Послали его на практику в школу
читать литературу. -Ну?
1- ый час он прочел о Достоевском,
а в начале 2-го заявляет:
Ребята! Достоевский, конечно,
гениальный писатель,
но я его не люблю.
- Ну да? Так и сказал?
"Поговорили о нем - и хватит.
Пойдемте на перемену, погоняем
в волейбол".
Варя, ну что ты смеешься!
Гоняли до самой перемены!
Ты, Варя, передай, что
его выгонят. Вот и все.
- Ладно, я ему скажу.
- Вот и скажи.
Ну а еще что?
А еще... я вот шел мимо кино,
там идет новый звуковой
художественный фильм
"Путевка в жизнь".
И я купил два билета
по 3.75 середину.
Пойдем, Варь, а?
- Володенька, мне что-то
не хочется. -Почему?
Войдите!
- Здравствуй, Варь.
- Здравствуй, Сереженька.
- Здравствуй, Володя.
- Здравствуй.
Нет, ну что ты.
- Что ты ему сказал?
- Так, пустяки.
Да нет, ну что ты!
- Что ты ему шепчешь?
- Я ему хотел тихо, а он...
Я ему сказал, чтобы он ушел,
чего он тут сидит?
- Уходи вон отсюда, слышишь?
- Видишь, тебе говорят - уходи.
- Я не ему!
- Ему, ему. Давай, иди-иди!
- Привет!
- Привет-привет, ладно.
Ты что, с ума сошел?
- А что? Ты хочешь, чтобы
он сидел тут? -Да.
- Так я его сейчас верну.
- Вот пойди и верни.
- Правда, хочешь?
- Конечно, нет.
- В чем же дело? Чего он ходит?
- Дружит со мной, вот и ходит.
Ха, дружит! Это он
из трусости говорит,
а на самом деле он ухаживает
за тобой! -А ты? Ты тоже ходишь.
Я другое дело, я прямо
говорю, что ухаживаю.
- А потом возьму и женюсь.
- Как это, возьмешь и женишься?
Я возьму и не выйду
за тебя замуж!
- А я подожду. -А я и потом не
выйду. -Я еще подожду.
- А я никогда за тебя не выйду!
- Выйдешь!
Я тебя знаешь как люблю!
Я для тебя все что угодно
могу сделать!
Даже глупость! Хочешь, сейчас
со 2-го этажа прыгну?
Ой, вечный ты хвастун!
Да не прыгнешь ты!
Ха, хвастун?
Ну что ж, пожалуй, верно!
- До скорого свидания!
- Ах!
Уходи сейчас же вон отсюда!
Сумасшедший.
- Ты не ушибся?
- Нет.
Во-первых, не так уж высоко.
А во-вторых, две недели
предварительной тренировки.
Ну ничего, не бойся, каждый день
не буду прыгать.
Скоро уеду.
Куда это ты уедешь?
Семь бед - один ответ. Вот!
Танковая школа. Омск.
Ой, как далеко!
Сереженька, зачем?
- Когда ты это решил?
- Давно, еще месяц назад.
- И все время молчал.
- Да я не знал, примут ли.
Опять бы все кричали,
что я хвастаюсь.
Сережа, тебе еще не скоро
ехать, да?
Завтра.
А как же я?
Так вдруг и так далеко...
Мне будет очень трудно без тебя.
Вот и хорошо.
- Что ж хорошего?
- А то, что трудно!
Значит, любишь меня.
Сейчас же уходи вон отсюда,
слышишь?
Вот что, или ты завтра
никуда не едешь,
или сейчас же отсюда уходишь.
Все наоборот. Завтра я уеду,
а сейчас я отсюда никуда не уйду.
Ну так я уйду.
Варя!
Когда весенний вечер нежно тает
И переходит в ночь, и яблони...
Сережа, не беспокойся,
придет-придет.
Помирю вас еще раз, так и быть.
Я ведь все-таки старший брат.
- Все хорошо, вот только поздно.
- Что поздно?
22 года - это не шутка.
Товарищ Луконин, порядки
комсомольской дисциплины,
стране нужны педагоги.
Дисциплина дисциплиной,
а в институт пошел зря.
- Почему?
-22!
Суворов, знаешь, к 30 годам
кем был?
Хотя нет, Суворов как раз нет,
он к 30 годам даже полковником
не был.
- Неважно, он не был, а я буду!
- Сережа, опять хвастаешь!
Да ты не смейся, Аркашка.
Я понимаю, смешно, конечно.
Еще форму не одел,
уже полководец.
Я не смеюсь, Сережа,
я думаю, нелепый ты человек.
Ты по школьной привычке натворишь
в армии черт знает что!
А в армии, Сережа, за это
не прощают.
В армии - нет. В армии я...
В общем, увидишь!
Ну, вагон номер 4.
Вагон номер 4, место 21.
Саратов - Омск.
Хоть бы ты ее увез с собой.
И тебе хорошо, и мне легче.
Я сейчас.
Вот так, сложил чемоданчик
и уезжаешь.
- Уезжаю, Варенька.
- Ну и уезжай, пожалуйста.
- Мне все равно, я тоже уеду.
- Куда?
В Москву, в театральное училище.
- Вот уеду и думать о тебе забуду.
- Вот и хорошо!
Вот кончу школу, приеду
и увезу тебя.
Никуда ты не приедешь.
Значит так. На вокзал пришла,
2 года ждать меня будешь,
а потом замуж за меня выйдешь!
А иначе...
Что иначе?
А иначе плохо мне будет жить,
Варя. Не делай иначе.
Сережа, нарзанчик на дорожку.
Билет! Сережа, билет!
Так, значит, вы приказали
искать брод,
а Луконин повел танк напрямик,
через мостик,
в результате чего и произошла
авария?
Да, я приказал искать брод. Я
считаю, товарищ начальник школы,
что временные мостики непригодны
для прохода танков.
Я этого не считаю.
Курсант Гулиашвили, вы видели,
как все произошло?
- Да. -Расскажите. -Луконин повел
танк, мост обрушился.
- Луконин 3 раза нырял, открыл
люк, вытащил водителя. -Ага, ну?
Это подвиг, если человек может
такое сделать.
Я вас прошу, товарищ начальник
школы...
Гулиашвили, я вас вызвал
не для того,
чтобы вы друзей выгораживали,
понятно? -Понятно.
- Что можете еще сказать?
- Ничего, товарищ начальник школы.
Я хотел сказать,
что такой человек,
который с риском для жизни...
- Можете идти, отдыхайте.
Товарищ начальник школы,
курсант Луконин явился
по вашему приказанию.
Вы получили приказ искать брод?
Да, товарищ начальник школы.
- Вы его выполнили?
- Нет, товарищ начальник школы.
Вы понимаете, что маневры -
это почти война?
Да, понимаю.
За невыполнение приказа
20 суток ареста.
Разрешите идти?
Нет!
Объясните, почему приняли
другое решение?
Я думал, товарищ начальник школы,
что маневры - это почти война.
А если бы я искал брод, я бы
не успел выполнить задачу.
Я считаю, что легкие танки могут
на большой скорости
проскакивать такие мосты.
Так почему же танк провалился?
Не знаю, товарищ начальник школы.
- И это все?
- Все, товарищ начальник школы.
- Скорость? -Третья.
- Газ? -Полный.
- Длина моста?
-6,20.
Так почему же танк провалился?
Не знаю, товарищ начальник школы.
Луконин, вы мне все говорите?
Все, товарищ начальник школы.
Врете!
Вы даже мне не сказали, каким
образом спасали водителя.
Я считал, что это к делу
не относится.
Как вы его спасали?
Сказать по правде, великолепно
спасал.
- Опять хвалитесь.
- Я не хвалюсь, так и было.
Я первый пловец по всей Волге.
Послушайте, Луконин, вы ведете
себя как мальчишка!
Утопили машину, чуть
не угробили людей,
а теперь что прикажете делать?
Под суд вас отдать?
- Товарищ начальник школы...
- Ну?
Я вас прошу, я не могу даже
подумать о том, чтобы...
Армия для меня - это все,
вся жизнь.
Я виноват во всем.
Но если мне будет позволено,
я докажу, что это случайность.
Сто раз рассчитаю, и докажу!
Послушайте, Луконин,
почему танк провалился?
И это перед самым выпуском
из школы! Идите.
Что, дорогой? Плохо?
Это ничего, пройдет.
А вот остальное все плохо, Вано,
очень плохо.
- Все объяснил начальнику?
- Все. Почти все.
- Водителя пожалел?
- Пожалел?
Я жалею, что его из воды вытащил.
Убить его мало!
А начальнику что ж говорить?
Мол, я не виноват,
водитель виноват!
Бензинопровод засорился.
А я где был? Где я был?
А танки все равно через такие
мосты будут перелетать!
- И через рвы будут перелетать!
- Верно!
Все будут делать!
Только я, пожалуй, больше этого
не увижу.
Почему, дорогой?
- Потому что выгонят меня
из армии. -Зачем выгонят?
33 несчастья у меня, Вано.
- От нее?
- От нее.
Да, скучное письмо.
- Полную отставку тебе,
дорогой, дают! -Да...
Почему отставку, кто тебе сказал?
- Русским языком написано.
- Мало ли, что написано.
Ясно, соскучилась, 3 года
не видались.
Все равно поеду в отпуск,
увезу ее.
- Вместе поедем, увозить будем.
Возьмешь с собой? -Возьму.
Только я теперь раньше тебя
в Москву поеду.
Как ты думаешь, Вано, отчислят
меня из армии, а?
Не знаю, дорогой.
Ты меня не утешай, ты мне
правду скажи!
- Правду?
- Да.
Боюсь, что отчислят.
Товарищ Луконин, куда идете?
Садиться, товарищ начальник
школы.
А, водителя пожалели?
- Пожалел. -Вот и посидите,
чтобы в другой раз
благородными чувствами
вовремя занимались.
- Разрешите идти?
- Угу.
Ну а если бы бензинопровод
не засорился? Прыгнул бы?
Обязательно прыгнул, товарищ
начальник школы!
Правильно! Танки могут прыгать!
Вот что, в Среднюю Азию
со мной поедете.
Мне прыгуны нужны, вместе
прыгать будем.
- Что, не хотите?
- Нет, я хочу, но...
В Москву собираетесь. Знаю.
Жениться? Слышал...
Ну что ж, дам неделю.
Поезжайте, забирайте ее с собой.
- Неделю?
- Что, мало?
Товарищ начальник школы,
вы ее характера не знаете.
Зато я ваш характер хорошо знаю.
Ну, дорогой, поздравляю
с приездом красавицы жены!
Вы даже на меня как следует
не посмотрели, Вано.
Не хочу смотреть, и так знаю,
что красавица. Хорошие глаза.
В такие глаза 1 час посмотреть -
и умирать не страшно.
Что вы на меня так смотрите?
- Вот вы какая.
- Что, не понравилась?
Нет, что вы! Я только хотел
сказать...
- Вы в наш театр приехали играть?
- Да.
Скажите, какой репертуар
вы больше любите,
современный или классический?
Ну Варька, кончилась, пропала!
Севостьяныч, прекрати культурную
беседу!
Сережа, не кричи на него
при женщинах.
- Он человек застенчивый.
- Неужели? -Очень.
Хоть будет рядом один застенчивый
человек.
Севостьяныч, если бы вы знали,
как мне надоели хвастуны.
Тумба-тумба-тумба-тумба
Шел Симон, купил лимон, вай-вай!
Упал Симон, сломал лимон,
вай-вай!
Плачет Симон, нету лимон,
вай-вай!
Не плачь, Симон, куплю лимон,
вай-вай!
Плачет Симон, нету лимон,
вай-вай!
Не плачь, Симон, куплю лимон,
вай-вай!
Аркашка!
Ну, а теперь за брата!
За брата! Не такой красивый,
но похож!
Когда я был доцентом,
меня не жалели.
Теперь я профессор. Так вчера
сестра на вокзале
сделала из меня носильщика.
Сегодня я метрдотель.
Когда я буду академиком,
меня превратят
в мальчишку на побегушках.
Но - сестра! Плохая, но сестра.
Пришлось провожать.
- Молодец, Аркашка!
- И все для тебя, Сережка.
Ну все, эти две обезьяны
как соберутся,
так сразу про все забудут.
Ну, Аркашка, рассказывай!
Как Женя?
Кончила институт, уехала
в Астрахань весною.
Это я знаю, я спрашиваю,
как она? Пишет?
Иногда.
Так. Значит, все по-прежнему?
Эх ты!
Сережа, я тебя категорически
прошу!
Скажи, зачем приворожила,
Коль я душе твоей не мил!
Скажи, зачем приворожила,
Коль я душе твоей не мил!
Не от тоски я так страдаю,
Не от тоски я загрустил...
Ну вот, Варька, наконец-то
мы и вместе.
Знаешь, я тебя теперь никуда
не отпущу, слышишь?
- А я вот возьму и уеду.
- Не уедешь.
Это смотря как держать будешь.
Ой, если так держать будешь,
то никуда не уеду.
Хотя ты, наверное, сам
куда-нибудь улетишь.
Тогда приехал на неделю, женился
- и опять год не виделись.
А ты что там делал без меня?
Командовал ротой, занимался
французским языком.
Ей-богу, я молодец.
Я, знаешь, делаю...
Опять хвастаешься? Вот ты бы
подождал, пока я это скажу.
Не могу ждать. Вот.
Ой ты мой француз!
У тебя ужасное произношение.
Да, она мне то же самое говорит.
Она? А кто она?
Моя француженка.
Понимаю. Вы, наверное, с ней
гуляли по какой-нибудь Тулузе.
Тулуза? А что, хороший город.
Наверное, там узкие улочки,
старые дома с черепичными
крышами.
Угу, металлургические заводы,
железнодорожный узел,
аэродром трансъевропейской
компании.
- Все знаешь.
- География - это не тайна.
Я вот думала-думала и решила:
надо же кому-нибудь
и у вас играть.
А ты будешь сидеть
в 1-ом ряду партера.
Я боюсь, теперь все время
буду сидеть...
Сергей, к телефону!
Да. Да, я. Есть!
Ну вот, придется уйти на полчаса.
Товарищ полковник, явился
по вашему приказанию!
Товарищ Луконин, я получил ответ.
Ваше ходатайство об отъезде
удовлетворено.
Благодарю, товарищ полковник.
Ничто не препятствует вашему
немедленному отъезду?
Ничто не препятствует,
товарищ полковник.
- Ничто не препятствует?
- Когда могу выехать?
- Завтра.
- Есть!
Сдадите роту старшему лейтенанту
Гулиашвили
и можете ехать вечерним
в Ашхабад.
Надеюсь, что питомцы Омской
танковой школы
ни при каких обстоятельствах,
даже самых чрезвычайных...
- Лучше поменьше разговаривайте.
- Есть, товарищ полковник.
Ну, сядем перед дорогой.
Зря не рисковать!
Знаю ваш характер.
Есть, товарищ полковник!
Вы прибалтийский немец, вы хорошо
знаете русский язык.
Понимаю. Он русский.
Во всяком случае, у него
русское упрямство.
Он целый день просидел
в разбитом танке.
Его взяли, когда он был
без сознания.
- Он русский и должен сказать
об этом сам! -Слушаюсь!
Добро пожаловать, приятно видеть
вас здесь.
Что же вы молчите?
Вы решили молчать и не хотите
разговаривать с нами?
Ах, вы не понимаете?
Он не понимает по-русски.
Так, может быть, вы француз?
Только откуда у вас тогда
такая рязанская морда?
Бросьте валять дурака, слышите?
Опять не понимаете?
Так вы француз?
Откуда же вы, француз?
Так. Хорошо.
Ну, где же вы жили
в вашей Тулузе?
Ах, это около старого моста?
Там нет никакого моста?
Вас не собьешь, вы даже
улицы знаете.
Но произношение!
Неужели вы думаете
уверить меня в том,
что у француза может быть
такое произношение?
Вас обучали французскому языку
где-нибудь в Нижнем Новгороде,
да?
Вы будете со мной говорить
или нет?
Я тебя русским языком спрашиваю!
Ты не знаешь русского языка?!
А слово "расстрелять"
ты понимаешь по-русски?
Научишься понимать, если я тебя
расстрелять прикажу!
Не забываешь, когда тебя бьют?!
Тебе недолго придется помнить!
Взять!
Нет.
Алексей Петрович!
- Здрасьте, Варвара Андреевна.
- Здрасьте.
Я получил записку, вы просили
зайти меня.
Да, я знала, что вы на спектакле.
Алексей Петрович, я уже
не та девочка,
которая приехала к вам полгода
назад.
Вы мне все можете сказать.
Скажите, там, где он сейчас,
там очень опасно?
Да, опасно.
Уже 7 месяцев...
Я сначала хоть получала письма.
Правда, в них ничего не было,
ни что, ни где.
Писал, что жив, здоров.
А вот уже три месяца
ни одного звука.
Алексей Петрович, если вы
что-нибудь знаете,
скажите мне сейчас!
Если он не вернется, этого от
меня ведь никто не скроет.
Варвара Андреевна, вы мне можете
верить или не верить,
но будет лучше, если вы
мне поверите.
Все будет хорошо.
Все должно быть хорошо.
Жена солдата в это верить должна.
Иначе нам жить нельзя, понимаете?
Понимаю.
- Варвара Андреевна, второй
звонок! -Сейчас.
Я очень хочу вам поверить,
Алексей Петрович.
Варвара Андреевна, разрешите
преподнести вам
по случаю дня рождения.
- Что это?
Зимой цветы? Спасибо, где
вы их достали?
А я в 5 знакомых домах все горшки
на подоконниках обстриг.
Вы извините, что такие
вот веточки.
Севостьяныч, милый, если бы
вы только знали,
что значат для меня сейчас
эти ваши веточки.
Варя, Варя, дорогая!
Все рыдали, Варя, сам рыдал!
Играла как этот, ну как его?
Забыл, кто. Но ты лучше.
Дай ручку поцелую.
Уже успел тебе свой веник
подарить, ботаник!
А мой подарок, Варя, не здесь.
Мой подарок у меня дома:
хороший стол!
Такой стол, Варя, чтоб за гостей
сам смеялся!
Такой день рождения тебе устроим,
Варя!
Спасибо, Вано.
Опять грустная?
Надо было сказать, что он
где-нибудь сейчас сидит один,
не спит, ее вспоминает,
улыбается.
Мы с тобой не думаем,
что он сейчас улыбается.
Мы не думаем, а она пусть думает!
Меркнут звезды, свеча догорает,
Я печально встречаю рассвет.
В ожиданье душа моя вся замирает,
А тебя, как вчера, снова нет.
- Товарищ капитан!
- Какой акт?
Какой там акт? Вовсе конец.
Раньше прийти не могли?
Понимаете, не мог.
Покараульте, пожалуйста.
Товарищ! Товарищ!
Удержала бы силой тебя.
Ранний голубь воркует по крыше,
Всюду голос твой чудится мне.
Сердцем знаю, что больше его
не услышу,
А увижу тебя лишь во сне.
Варя!
Занавес дайте!
На закате ходит парень
возле дома моего,
Поморгает мне глазами
и не скажет ничего.
И кто его знает, чего он моргает,
Чего он моргает, чего он моргает.
Не нравится мне, Петька, рыбу
подсечь не умеешь.
В 20 лет в экономический институт
пошел! Дурака валяешь.
А ты ведь тоже был
в педагогическом.
Я - другое дело. Я был - и ушел.
А ты не уйдешь.
- Не всем же военными быть.
- Всем!
Сначала непременно военным быть,
а потом делай что хочешь!
Да, я.
Только так, да, гипс.
Да, неподвижную повязку и груз.
Нет-нет, я приеду сам. Часа
через два.
Хорошо. Нет-нет, я заеду сам.
Аркадий Андреевич, почему вы
не хотите
отпустить меня из клиники?
Для вашей же пользы, Женечка.
Честное слово!
К вам здесь хорошо относятся.
Чем вам плохо?
- Плохо, я хочу уехать.
- Уехать?
Вы просто капризничаете.
Скажите прямо, что у директора
клиники скверный характер
и что вам не нравится его нос.
Хоть раз попробовали бы говорить
со мной серьезно!
Когда шутишь, веселее жить,
Женечка.
Просто я не хочу,
чтобы вы слушали
мои скучные рассуждения.
- А я хочу.
Я хочу...
...ничего я от вас не хочу.
Женечка, я провожу вас.
Что с вами, Аркадий Андреевич?
Откуда такая галантность?
Она к вам не идет.
Ну что же ты? Беги скорей за ней!
- То есть как?
- Очень просто.
Скажешь, что сумочку забыла.
Беги, беги!
Это же Варина!
Ну, Варина. Скажешь, что
перепутал, беги!
Здравствуй, дорогой.
Здравствуй. Сядь, посидим
немножко.
Нельзя сидеть, дорогой, всю жизнь
просидеть можно.
Смелым надо быть, Аркаша. Ты
слушай, я плохих советов не даю.
Но зато ты даешь
так много хороших,
что жизни не хватит их выполнить.
И на футбол я ходить должен,
и машиной управлять.
Вы все приехали, и я всегда
что-нибудь должен.
У тебя слишком кипучая энергия,
Вано.
А я тихий штатский человек.
- Дайте мне отпуск.
- Хорошо, дорогой. Сегодня уедем.
Как сегодня? Приехали на месяц,
пробыли 5 дней.
Что случилось? Война, что ли?
Не знаю, дорогой. Телеграмма
от старика.
Я вас любил,
безмолвно, безнадежно...
Ты что, Аркаша, грустный?
Заболел?
- Хуже.
- Заскучал? -Да.
Я не знаю, как будет потом, а
пока на 9 складных людей
обязательно попадется
один нескладный.
Не вообще нескладный,
я не жалуюсь.
Мне вчера письмо прислали, по
моему методу операцию сделали,
благодарят. Это хорошо.
Я не об этом.
Как ты думаешь, если 7 лет
дружишь с человеком,
а потом вдруг объяснишься
ему в любви.
Он ведь рассердится?
Скажет, что же ты 7 лет-то
думал, а?
Непременно рассердится.
Ой, Аркаша, как ты глуп.
- Просто неслыханно глуп.
- Почему?
Потому что она тебя сама
все эти 7 лет любит.
Да-да! Ну ничего, надейся
на меня.
Сережа, не вздумай ей сказать
об этом.
Обязательно скажу!
Завтра же займусь устройством
твоей свадьбы.
- Завтра? -Ну не завтра,
а когда вернусь.
Когда вернешься...
Сережа, я смотрю на твое
довольное лицо
и думаю: когда настанет
такое время,
что тебе приятнее будет сидеть
дома, чем ехать?
Никогда.
Аркаша, я сейчас уеду,
а ты побудь с Варей.
Хорошо.
А знаешь, вот ты сейчас уезжаешь,
а я даже не знаю куда, зачем.
Я все равно не хочу об этом
думать.
- Знаешь, о чем я сейчас думаю?
- О чем?
О том, как мы с тобой 1 сентября
в отпуск поедем,
по Военно-Грузинской дороге.
Утром проснемся, а кругом горы,
Казбек весь в снегу.
Мы будем с тобой все время
вместе.
- Хорошо, правда?
- Красота!
Не надо будет тебя провожать,
махать платком.
Я сама сяду и поеду,
а платками пусть машут другие.
Пусть, не все же мне...
Варя, я сейчас не очень надолго
уеду.
Не надо, Сережа. Ты же сам
не знаешь, на сколько.
Ну, Варя!
Я люблю тебя за то, что ты
такой вот.
- Я б другого и не любила.
- Варя!
И не смей меня утешать, слышишь?
Иди, а то опоздаешь.
- Придешь на вокзал?
- Приду.
Варя! Варенька!
У- у, ты стала совсем-совсем
маленькой.
Аркаша, это все неправда.
Не хочу, чтобы уезжал.
Хочу, чтобы всегда был со мной.
Внимание, говорит Москва.
Работают все радиостанции
Советского Союза.
У микрофона заместитель
председателя
Совета народных комиссаров
Союза ССР
и Народный комиссар
иностранных дел
Вячеслав Михайлович Молотов.
Это война...
Огонь!
Огонь!
Вперед! Третью скорость!
Есть!
Товарищ полковник, рация
вышла из строя.
Товарищ полковник, пушки
и пулемет разбиты.
Гусеницы есть! Нельзя из боя
выходить,
не поймут, повернут за нами!
Товарищ полковник, высоту взяли,
ровно в 8.00.
- Слышишь, Сережа?
- Ага. Хорошо.
- Я знал, что возьмем.
- Ничего, дорогой, все в порядке.
Потерпи немножко,
потерпи, дорогой.
Сейчас придет машина, увезет
тебя в госпиталь.
Ничего, дорогой, ничего!
Товарищ полковник! Сергей Ильич!
Что, плохо, Сережа?
Ничего, пройдет.
Я боялся, что ты низиной пойдешь.
Там удобнее.
- Да.
- Ты только молчи, молчи.
Настолько удобнее, что немцы
нас там и ожидали,
а ты прямо на холм,
где не ожидали.
Я знаю: питомцы Омской
танковой школы
там, где удобнее, не ходят.
Правильно?
Спасибо, Сережа.
Товарищ генерал-майор!
В чем дело?
Все в атаку пошли, а он лег
за бугор и остался.
Да, я - Мурманск.
Так чего же вы ждете?
Майор Гулиашвили, за мной!
Я Мурманск, я Мурманск, да-да,
есть, принимаю...
Подойди сюда.
Ты что же, сукин сын!
Ты знаешь, что теперь с тобой
сделать надо?
- Испугался.
- Я знаю, что ты испугался.
Я спрашиваю, что теперь с тобой
сделать надо, знаешь?
Знаю, расстрелять.
Эх ты, волжанин!
Из оружейной слободы.
Не было там таких трусов.
До тебя не было и после тебя
не будет.
И ты не будешь.
Испугался.
Отдайте ему винтовку.
Отведите его к капитану Синицыну,
скажите, что я приказал дать
ему флаг,
и пусть первым пойдет в атаку
и воткнет флаг
по ту сторону реки.
Повторить приказание!
Отвести к капитану и сказать, что
вы приказали отдать флаг,
чтоб воткнул по ту сторону реки!
- Так.
Ну, иди.
И если убьют, то умрешь
как человек.
А если останешься жить, то будешь
жить как человек.
- Понял?
- Понял.
Выполняйте приказание.
Приготовьте 5-ю палату
к приему раненых.
А выздоравливающих
переведите в 3-ю.
Антоненко, как сделаете это,
ложитесь спать.
Ну, час поспите.
Вы слушайте меня, я же профессор,
а вы ординатор.
Ну вот, отдыхайте.
Почему эта суровая личность
не смотрит в мою сторону?
Варька!
- Аркашка!
- Варька!
- Ты стал окончательно военный
человек! -А что?
Твой Сережка служил-служил -
и только полковник,
а я сразу - почти генерал.
Кто кому первый козырять должен?
Я ему или он мне?
Варька, Варька, почему ты здесь?
А я с концертной бригадой.
Я подумала: Сережина бригада на
фронте - и мы свою пошлем.
Мы вам, по знакомству, дадим один
концерт, и поедем дальше.
Ты просто хочешь быть поближе
к Сережке.
Разве за ним угонишься?
Танки - они всегда впереди.
А все-таки здесь тоже фронт.
И ты, правда, Аркаш?
А впрочем, Варя, госпиталь -
это еще не фронт.
Кончится война, посадят всех
врачей на автобус
и повезут по фронту на экскурсию.
И мы будем удивляться всему,
как настоящие штатские люди.
- Товарищ Бурмина, вас ждут.
- Сейчас иду.
Сейчас твоя художественная
бригада
весь мой госпиталь на голову
поставит.
Жди меня, и я вернусь,
Только очень жди.
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди.
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара.
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет.
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: -Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела...
Товарищи... это... я сейчас...
- Куда вы? Нельзя.
- Пустите меня.
Сережа, Сережа!
Сереженька!
Варя!
Варя, как ты сюда попала?
Я с концертной бригадой.
Нас 5 человек, мы по всем
госпиталям ездим.
А глаза-то все такие же.
- Только вот это ни к чему.
- Не буду.
Я вот тебя в своей части оставлю.
А им вчетвером придется
без тебя ехать дальше.
Ну да, оставишь.
37 атак у меня было, Варька.
И каждый раз вспоминал тебя.
Два экипажа у меня сменилось.
А я вот, видишь...
Варя!
Аркаша!
- Варя, уйди, а утром вернешься.
- Минуточку!
- Даю слово, ничего не случится.
- Хорошо.
- Все-таки попался я в твои руки.
- Попался.
Лучше бы ты мне не попадался.
Товарищи, дорогие, это мой муж,
он жив.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло!
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: -Повезло.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела ждать,
Как никто другой!
Имей в виду, я сейчас на тебе
отыграюсь за все.
Ты 10 лет устанавливал порядки
в моем доме.
Приезжал и уезжал, когда хотел.
А теперь я хозяин твоей жизни.
- Недельки три полежишь.
- Недели три?
Предупреждаю, если попробуешь
удрать -
догоню, свяжу и обратно
еще на месяц.
А помнишь, Аркаша, Саратов?
Тишина... Клиника...
Когда весенний вечер нежно тает
И переходит в ночь,
И яблони...
Странно, да?
Черт его знает, иногда
еще страннее.
В общем, ты прав, война
меняет человека,
заставляет его понять, что
в жизни важно, что не очень.
Верно, Аркаш, по себе знаю.
На войне мы забываем
все наши обиды, неудачи,
неурядицы.
Все, что можно забыть, забываем.
А помним только то,
чего забыть нельзя.
Родину свою помним,
земляков своих помним,
любовь свою помним.
Вот, пожалуй, и все, что помним.
Что помним, за то и умираем.
Верно, Сережа.
Я только здесь почувствовал,
что в жизни ничего откладывать
нельзя,
ни дружбы, ни любви, ничего.
- Знаешь что?
- Догадываюсь.
Да, я о Жене. Мне всегда
казалось,
что она только дружит
со мной. А я...
Потому молчал и ждал.
В общем, ты, конечно,
100 раз прав.
Когда я вернусь, ни одного дня
больше этой ерунды,
в первый же день приду и скажу!
Пускай решает.
Первые умные слова, которые
от тебя слышу
за 15 лет знакомства.
Хорошо, смейся-смейся.
Аркадий Андреевич!
Хорошо, иду. Потом договорим.
Нож.
Как больной?
Тупфер.
Не крути головой!
Снимите маску.
Теперь он будет жить.
Заканчивайте.
- Аркадий Андреевич! -Что
случилось? -Аркадий Андреевич!..
Аркадий Андреевич, может,
все-таки попробовать извлечь?
Зачем извлекать?
Будешь ковырять и что толку?
Дайте 3 минуты пожить спокойно.
А может быть, все-таки
попробовать?
Жалко вам меня, понимаю.
Но зачем глупости предлагать?
Вы же видите сами.
Поднимите голову.
Сережа?
- Аркаша...
- Все, Сережа, все.
Ты что его спрашиваешь?
Ты меня спроси.
Я же лучше знаю. Он ординатор,
а я профессор.
Аркаша, ты не дури, слышишь?
Что же вы стоите?
Сделайте что-нибудь!
Ничто не поможет.
Я же знаю, знаю...
Удерешь теперь? Сторожить
не буду.
Что молчишь?
Саратов... клиника...
И тишина кругом...
Сережа, Жене ничего не говори!
Пусть не знает,
а то еще хуже будет.
- Слышишь, Сережа, слышишь?
- Слышу.
Почему опустили голову?
Сбили? Сбили его, сбили, Сережа!
Так и надо, так и надо.
Ты их бей, бей, Сережа...
...сильнее...
Товарищ полковник!
Сафонов? Почему вы здесь?
- Вот привез вас и застрял.
- Как застрял? Почему?
Может, вам говорить нельзя,
поскольку вы больной?
В общем, окружили наших,
пробиться нельзя!
Сафонов, мне нужна машина.
Со мной поедете.
- Да, но...
- Отставить!
Слушай, Сафонов, через час
достань костюм.
Где хотите, украдите,
а достаньте.
Есть украсть, а достать!
А я боялся, хирург вас задержит.
Теперь не задержит.
Разобьем их, Сафонов?
Непременно разобьем, товарищ
полковник!
Разобьем их,
чтобы и памяти от них не
осталось, следов на земле.
Давай, Сафонов, газуй сколько
можешь.
Волжанин? Не узнаешь?
Ну как, воткнул флаг?
Не успел, товарищ полковник,
ребята обогнали.
- А это что? -Ходил в разведку,
захватил вместе с машиной.
А она тарахтит, не едет.
- Значит, трофей?
- Трофей, товарищ полковник.
Сафонов, посмотри, что там такое.
Развяжи ему руки, не убежит.
Из какой части?
Так-так, усы все те же.
И по-русски вы тогда понимали.
Ничего, у меня с ним
старые счеты.
Как видите, запомнил и еще долго
помнить буду.
Пришли на чужую землю,
здесь и останетесь.
Все останетесь!
А- а-а, опять не понимаете.
Сафонов, расстрелять его!
Отставить, Сафонов.
А нервы-то у вас оказались
слабее, чем у меня.
Молодец, Петька, большую птицу
поймал.
Он 5 лет тому назад,
когда грабил чужую страну,
в чине офицера был.
Теперь видишь, сколько нашивок
получил за это.
Сафонов, вези его в штаб.
Петька! Пойдешь со мной?
А возьмешь?..
- Товарищ полковник!
- Возьму.
Сережа, дорогой!
Ты на меня смотри, чего ты
в гимнастерку уперся.
Так ближе разглядывать!
Севостьяныч, что он
в самом деле!
- Сергей!
- Севостьяныч!
Товарищи танкисты,
боевые друзья мои!
Кругом немцы. В Липатово,
в Горбове, в Сосновке.
Если мы не можем прорваться
назад, надо идти вперед!
Надо вырваться и разгромить
фланги противника!
Если у нас нет бензина, надо
запастись им у врага.
Мы дрались здесь в трудное время.
И мы помним имена людей,
которых уже нет среди нас.
Но сегодня мы должны драться так,
как будто они все идут в атаку
плечом к плечу с нами,
как будто мы слышим их голоса,
видим их глаза,
которые не может ни закрыть
смерть, ни засыпать земля!
Вперед, за нашу землю!
За наш народ!
За великого Сталина!
Вперед! На мост!
Нет вам пощады! Нет и не будет!
 

////////////////////////////