«Песни Абая» — советский художественный фильм, снятый режиссёрами
Григорием Рошалем и Ефимом Ароном в 1945 году на Алма-Атинской
киностудии художественных и хроникальных фильмов.
Все фразы и цитаты
ПЕСНИ АБАЯ
Ну как, Нифонт Иванович?
Пожалуй, этот курган интересней
других, Ибрагим Кунанбаевич.
Вот, извольте посмотреть.
- А это..?
- Кремневый наконечник стрелы.
Вещь эта весьма древняя.
На грани каменного века.
А межу тем, кости коня.
Железная узда.
И золото.
Культура более высокая,
чем кремневая стрела.
Должно быть, древних казах долго бился
за эти степи и их полудикими обитателями.
Как мы с вами и думали,
Ибрагим Кунанбаевич.
Это казахи, целых 3 женщины на свете.
Все три должны были родить.
Одна рожала - за землю
схватилась, и от нее пошли китайцы.
Земли много - народа много.
Другая рожала - за дерево
схватилась, о нее пошли русские.
Песен много - народа много.
Третья рожала - за коня
схватилась, от нее пошли казахи.
Народу много - коней много.
Век живи - век учись.
Я не люблю смеяться глядя на смерть.
Прав Сулиман, таков удел.
Закон судьбы - закон жестокий.
Всему есть час, всему
предел, и предугаданные сроки.
Бесцельно бродит человек
по длинной сумрачной дороге.
За годом год, за веком век,
в тоске, сомненье и тревоге.
Как мрачно.
А знаешь, что сказал Омар
Хайям, смотря на череп?
"Мы - цель и высшая
вершина всей вселенной,
Мы - наилучшая краса юдоли бренной,
Коль мирозданья круг есть некое кольцо.
В нем, без сомнения,
мы - камень драгоценный".
- Не правда ли, Нифонт Иванович?
- Абсолютно правильно.
Где нет смелости - искусство дремлет.
Кокпай, возьми. Я
кое-что исправил у тебя.
- А Айдар где?
- Айдар?
Он в чужом ауле обедает.
Боюсь, как бы этот чужой
аул не стал ему родным.
А ты нам не прочтешь, отец? Прочту.
Новое?
- Да, новое. "Весна".
Как весенней порою шумят тополя!
Ходит ветер, цветочною пылью пыля.
Все живое обласкано солнцем степным,
Семицветным ковром зацветает земля.
Сколько птицы в любом приозерном краю,
Тронь осоку - и лебедь пойдет в высоту.
Айдар! Айдар! Ажан! Скачи, скачи!
Аул Абая близко, там спасение!
Солнце мое, зачем мне
спасение, если ты погибнешь?
В арканы коней!
Ты опозорила память своего мужа!
Ты сбросила траур вдовы, змея!
Никогда он не был для меня живым!
Зачем мне оплакивать покойника?
Бесстыдная!
Если умер мой брат, ты
должна стать моей женой!
Таков закон!
А ты, как собака, сорвалась с цепи!
Украл жену из моего рода?! Собака!
Убейте меня, если вам нужна кровь!
Айдар неповинен!
(говорит на казахском языке)
Слепые руки уводят разум с дороги.
Выпороть это несчастье!
- Вы ученики..!
- Абай, за кого вы заступаетесь?
Где его род? Со всех земель выгнали!
Стойте!
Стойте!
Зачем ты явился?
Что тебе надо?
Справедливость!
Айдар мне дороже брата!
Дороже детей и родных!
Вот этот дороже вас всех?
Крупинка алмаза - дороже груды камней.
Я заступник! Абай-ага... Дорогой мой.
Какой позор! Святые предки!
Кто говорит: "Я заступник", тот принимает
на себя ответственность за преступление!
Я знаю закон.
Отвечаешь имуществом и жизнью?
Отвечаю жизнью и имуществом.
Если ответчик Абай - я согласен.
Ажар будешь охранять ты в своем ауле.
Айдара получите вы
из моих рук в день суда.
А сейчас отпустите их.
Солнце мое! Айдар! Радость ты моя!
Прости меня! Прости! Прости! Прости!
Он думает, что вырвал их из
петли, а я надел петлю на его шею.
Страшно...
Абай, любовь сильнее меня.
Суди меня, как отец.
Как отец я тебя осуждаю,
все скрыть от меня.
До суда ты не выйдешь со
своей юрты, как я не войду к тебе.
Я знаю, тебе тяжело.
Но разве мы не берем тяжесть
на душу ради тех, кого мы любим?
Оставь Айдара. Во имя его самого.
Ты должна выйти за меня!
Таков закон!
Я не буду помнить вину твою передо мной.
Я сам люблю Абая.
Моя сестра Марьям - невеста его сына.
Ажар, ты ставишь стену между ними!
- Ажар!
- Успокойся, Нарымбет.
Она человек.
А человек не может оказаться камнем.
Ну?
Зачем мне жить?
Зачем ты пришла в наш аул?
Что тебе надо?
- Вот.
- Что это?
Это Абиш.
Мой брат велел
разорвать его, но я не могу.
Передай его Абая.
Нарымбет сказал, что никогда
не выдаст меня за сына Абая.
Что мы теперь с ним враги.
Что теперь будешь делать, Магиш?
Я никогда не откажусь от Абиша.
А если он еще год не приедет с Петербурга?
Я буду ждать еще год.
- А если два?
- Буду ждать два.
Но ведь ты сама говоришь, что твой
брат никогда не отдаст тебя в наш аул.
Я убегу, как убежала Ажар.
Магиш!
Магиш!
Вот.
- Что это? Абиш.
Магиш принесла.
Передайте Абай-ага.
- Абай-ага.
- Подожди, подожди.
Ну, говори.
Пока я не найду Абай.
Постой-постой, не пугай меня.
Ты темнее тучи.
Дай-ка домбру.
А с степи полетит черный ветер сдобы.
Подожди-подожди. Послушай, как поют.
Ты поставил себя под
удар из-за этого безумца.
Разве безумие жажда счастья?
Какое это счастье, когда
нас сжигает, как огонь?
Стихам нужен размер, а чувствам мера.
Неверно, Шарип.
Кто знает, какой мерой измеряются чувства.
И сердцу открывает жизнь.
Айдар услышал тайную песню жизни, Шарип.
Пусть она жестка и дика.
Но они сейчас святыня для народа.
И народ пойдет против нас.
Я боюсь этого, Абай-ага.
А ты не бойся.
Народ не пойдет против правды.
Гроза очистит воздух.
Слишком трудно стало дышать. Орошай.
Эрден хитер и зол.
Беспощадно гонит этот полк,
кров Айдара по всем степям,
А сам занимает земли
этих несчастных тружеников.
Вор издевается над ограбленным
за то, что у него нет земли.
Что ты скажешь на это?
Они хотят убить Айдара за то,
что он горячее их умеет любить.
Я поговорю с ними на суде.
Я даже стал моложе. Я ночью писал стихи.
Послушай.
Юности жаркий огонь, Сердце его запылало,
Страсть его пламенный конь,
Мчит по вершинам скал.
И мчит за ним злой человек:
"Эй, попробуй свой коготь на мне!"
Но не мни зеленый побег,
Не тронь его по весне.
Что это? Посвящается Айдару? Да.
Ну, как он, Шарип?
Не знаю. Ну что ты все сердишься?
Я знаю тебя, знаю. Ты любишь его.
Пойдем, посмотрим, что с ним.
Абай-ага!
Вот! Вернул фотографию.
Он теперь не выдаст
свою сестру за твоего сына.
Вот оно как?
Когда появляется солнце, озаряется небо.
Когда появляется солнце, озаряется небо.
Да, да, да.
Да...
Давно ты у нас не была, Зейнеп-джан.
Многое изменилось за это время.
Да, мир не стоит на месте.
На берегах полноводного Иртыша. Все
громче звучит могучий голос Брижан Сан.
Я выучила для тебя его песни.
Соловьем разливается великий акын.
Он тебе шлет привет и домбру, Абай.
Благодарю друзей за дорогие подарки.
Мы будем рады твоим песням, Зейнеп.
Вся степь ждет твоих песен.
Только боюсь, что вы заняты другим.
- Зейнеп-апа.
- Что Зейнеп-апа?
Какой это суть завтра?
Что это выдумали?
Где Айдар?
Он не смеет выйти из своей юрты.
Брови ее, как летящие стрелы.
Глаза ее, как летние ночи.
Улыбка ее, как брызнувшее солнце!
Это Ажар!
Нет, не Ажар. Я поговорю с ним.
Он откажется от любви, если любит тебя.
Это не должно быть!
Мы будем жить!
Мы будем...
Нет!
Что ты тут бормочешь?
Злой дух вселился в тебя, что ли?
Зейнеп-апа!
- Может быть ты и раскаялся, и молился?
- Я?!
Я не молился! Я писал! Слушай!
Слушай.
Над степью ветер не взлетает,
Притихло все, земля рыдает.
Но беспощадный Кынгырбай.
Махнул рукой стылой стаи.
Сердца влюбленные пронзают:
"Прощай, Енлык", "Кыбыт, прощай".
Теперь невесту опускает,
Склонился к ней, ее ласкает.
"Мы будем вечно жить, Енлык!
Любовь вовек не умирает!
Любовь, как солнце воскресает".
Мертвый на траву поник.
Лучше мне не жить.
Ажар.
- Магиш! Солнышко ты мое!
Что это? Это книга Абая. Возьми.
Может, она успокоит тебя.
Возьми.
Родная моя, простишь ли ты меня?
Твой брат сказал, что я воздвигаю
стену между тобой и Абишем.
Простишь ли ты меня?
Вижу беду для тебя, Абай.
И долг мой - дать тебе совет. Говорите.
Сын Кнонбая, потомок Кынгырбая.
Понимаешь ли, куда ты
идешь, защищая Айдара?
Я делаю то, что велит мне долг и совесть.
Смеем ли мы восставать против законов?
- Кто мы?
- Люди.
Законы творит человек.
И человек изменяет
законы, когда приходит время.
Законы вечны, говорил
наш предок Кынгырбай.
И не человеку их изменять.
Именем Кынгырбая
отнимают у человека радость.
Отнимают любовь. Отнимают песню.
Что еще хотят отнять у человека
именем Кынгырбая, скажите.
Вижу, не уговорами, ни
советами, решится дело судом.
Позови своего бия-спорщика.
На суде говорить я буду сам.
Ты не можешь говорить.
Отсекают голову, но не отсекают язык.
Ты назвал себя ответчиком.
А как же ты будешь
выступать бием-спорщиком?
Вот ваши книги, Нифонт Иванович.
Дарвин, Реберг, географический вестник.
Вот рукопись Чернышевского.
Вы как будто прощаетесь со мной.
А ведь раньше осени вы не избавитесь
от меня, Ибрагим Кунанбаевич, нет.
Я с вами не прощаюсь.
На всякий случай.
Здесь просто несколько поручений.
Семипалатинск.
Географическому обществу, две-три заметки.
Несколько слов о происхождении казахов.
Переводы: Пушкин, Лермонтов,
Крылов и народные сказки.
Это Потанину. Покажете, когда увидитесь.
Да вы что, завещание, что ли
пишите, Ибрагим Кунанбаевич?
Или вы думаете, что завтрашний суд...
В стране Индерланд, в город
Лейбенбург-су, под названием инквизиция.
И впрямь инквизиция.
Неужели вы думаете, что эта
инквизиция может посягнуть на вас?
Впрочем, чему я удивляюсь?
Пушкин убит на дуэли, Лермонтов тоже.
Чернышевский стоял у позорного столба.
Шевченко был в ссылке.
Совсем недалеко от нас с вами.
Вы не в плохом обществе,
Ибрагим Кунанбаевич.
Вы ж тоже, Нифонт Иванович?
Разве инквизиция может помешать
нашей обычной партии в куманаб ходить?
В доктор и позитивист, мой
друг, волнения оставьте поэтам.
Почему у человека все пальцы разные?
Кто знает?
Были они сначала одной длины.
Большой сказал: "Убьем!"
Аллах отрубил ему голову.
Указательный сказал: "Можно,
пожалуй, убить, можно, пожалуй, не убить".
Аллах и его укоротил.
Средний имел чистое сердце и ясный ум.
Он сказал: "Не надо
убивать, живому жить надо".
Аллах его сделал выше всех.
Безымянный кричит: "Убьем, не
убьем, какое Аллаху до этого дело?"
Аллах его немножко прижал.
А мизинец выскочил вперед, так кричит:
"Затащим в пустыню,
убьем, всё себе заберем!"
Аллах его сделал меньше всех и все слабей!
О чем тебе думать?
Разве им дотянуться до тебя?
Если ты выше их, лучше их.
Постой-постой, я сейчас запишу.
Первый раз слышу. Потом запишите, потом.
Ходите.
Да, это очень хорошо.
Только я знаю другую сказку.
Вот прошу, взглянуть на этот палец.
Грубый, коренастый.
Работяга.
Эдакий варсак среди прочих пальцев.
А ведь без него ничего не
сделаешь и ничего не удержишь.
А вот когда все пальцы вместе, а
этим скрепить, получается кулак.
Кулак.
А ведь кулаком можно и ударить.
когда народ един - он сила.
Только нужно, чтобы вот это коренастые
работяги не были загнаны в тартарары.
А когда завтра вы будете говорить
на холмах вражды, вас услышат.
Далеко услышат, Ибрагим,
вы мой, Кунанбаевич.
Вся наша безбрежная и
многострадальная Русь услышит.
Обещаю вам это.
А ведь завтра я не буду бием.
Ответчик не может выступать на суде.
Ах вот оно что...
Ходит слух, что Абай не
будет выступать на суде.
Это лживый слух.
Нет, ответчик не может выступать бием.
Уж не тебе ли придется заменить его?
Твое имя станет в один ряд с именем Абая.
- Я всегда с Абаем.
- Даже теперь?
Когда он идет против тех,
кто управляет народом?
От ырдына до царя?
В вашем ауле проживает Долгополов.
Его превосходительство господин губернатор
предает этому чрезвычайное значение.
Сегодня Абай защитит
Айдара, пригреет Долгополова.
Завтра жены будут управлять родом.
Овцы - пастухами, дети - аксакалом.
Я знал твоего отца, Шарип.
Он дважды ходил в Мекку.
Разве твой путь - путь Абая?
Ты и теперь сын своего отца.
И теперь в твоем сердце закон и Мекка.
Я то ведь знаю.
Я никогда не пойду против Абая.
Зачем тебе идти против Абая?
Иди рядом, но не иди вместе...
Разве у тебя всё еще
не окрепли свои крылья?
Не Абай, а ты можешь
стать во главе каравана.
Выбирай. Подумай. Ответа сейчас не надо.
Поймем на суде.
Прощай, радость моя!
Прощай, моя звездочка!
Спасибо за книгу Абая!
Мы приедем за тобой!
Вражда двоих - беда двоих!
Вражда многих - бедствие народа!
Почему же не знает камень,
тот кто породил вражду многих?
Скажете, времена изменились?
Нет, не изменились.
Также восходит солнце, также светит луна.
Скажете, мода изменилась?
Нет, не изменилась!
Предок мой - казах!
Вы сегодня вырвали из моих рук невесту!
Сегодня посмеялись над трауром!
Завтра плюнете в могилу моего отца!
Да уж погибнут двое
презренных, чтобы жил народ!
Пусть умрут собачьей смертью!
Слово другому бию.
Говорите.
Он разорил чужое гнездо, - говорите вы.
Пусть так.
Он разбил твердыню закона.
Не спорю. Но, кто всё это сделал? Айдар.
Но имя Айдар - это значит венец!
Сам Абай называет Айдара венцом акынов.
Он поэт!
А поэты пылкие.
Айдар горит любовью. А любовь пылка.
Страсть не думает и не оглядывается.
Как же вы не пощадите Айдара?
Здесь идет спор не о
любви, а о преступлении!
Ты сам признал, что Айдар посеял вражду!
Что он нарушил закон!
А что ж нам спорить об Айдаре?
Нет, мы будем спорить о нем!
Айдар пришел к нам из
чужого обнищавшего рода.
Айдар просил защиты у Абая.
Это значит, он просил защиты
у Эрдена, у меня, у всего рода!
Вы хотите убить Айдара!
Убьете с ним вместе
славу и доброе имя рода!
Ни тебе защищать честь нашего рода!
Она завещана нам предками!
Кого из них народ называет святым?!
Кынгырбая!
Кынгырбая!
А что он сделал, когда Енлик и Кебек
своей преступной любовью вызвали вражду?!
Он казнил их! И
разметал по степи их прах!
Так решил тогда наш род!
Ты говоришь, Айдар соловей народа?
Твой Айдар волк, рыскающий по степи!
Кто отозвался на его злобный вой?!
Это Абай! Что ты знаешь об Абае?!
Замолчи, Шарип!
Ты сам гнилой лист гнилой ветки!
Ты не бий!
Ты такой же преступник, как Айдар!
Такой же виновник смуты
среди народа как Абай.
Я требую ответь тебя - Сабая.
Проклятый!
Слово другому бию.
Говорите.
Шарип! Шарип! Он умер или спит?
Говорите!
Я жду!
Шарип, говори же! Может он думает?
Что ты понимаешь?
Скажет аксакал в третий раз и кончено.
Победит Эрден.
Говорите! Несчастье! Гонишься за Айдаром!
Почтенный судья!
Бывает ли на одной свадьбе две невесты?
Чего ты хочешь?
Сложно ли разбирать в одном суде два дела?
Бывает ли так?
Нет, не бывает!
Тогда скажите еще, как же может
один бий привлекать к ответу другого бия?
Правильно ли это? Нет.
Тогда верните мне право говорить!
Пусть говорит Абай!
Ты ответчик, ты не можешь говорить!
Но ты Шарипа сделал ответчиком.
Кто же будет говорить за нас?
Пускай Абай говорит!
Скажи, аксакал.
Абай прав!
Говори, Абай.
Я буду говорить о бие,
который лжет на суде!
Эрден, ты звал народ
идти по стопам Кынгырбая?
Да.
Пусть так.
Ну, кто же не знает, как
любишь ты наслаждаться чаем.
А Кынгырбай считал чай греховным напитком.
И назначил 20 палок тем, кто его пьет.
А ты вот сам часто выпиваешь
несколько самоваров в жаркую погоду.
Ну так признайся нам, сколько ты
заслуживаешь палок в такую жару, а?
Эрден приводил в пример
убийство Енлик и Кебек.
И опять солгал!
Енлик и Кебек, уверял он
вас, были убиты народом.
В этом убеждал вас Эрден.
Пускай же скажут все старики,
как они оплакивали этих казненных.
И как проклинали злодея!
Не святым называли Кынгырбая! Кабаном!
Пусть кто-нибудь скажет, что это неправда!
Дай Бог счастья твоему пути, Абай.
Берегись, Абай!
Если мертвецы не могут постоять
за себя, то за них вступятся живые!
Остается одно, сесть на
коней, чтобы биться с тобой!
Я буду биться с тобой другим оружием!
Я открою народу истину!
Он узнает правду о тебе!
Эрден, на чьей земле стоит твой аул?
А колодец твой как называется?
Бобомпай - это имя старухи, бабки того
Айдара, которого ты хочешь умертвить!
А земля эта - земля его предков!
Ты говоришь она твоя?!
Ну уж, ты не обманешь народ, Эрден!
Справедливости требую я!
Не умножайте горе народа!
Не осуждайте невинных!
Не убивайте песню!
Не убивайте любовь!
Слушай народ, сколько невинной крови!
Требуй жизни Айдару и Ажар!
Обращайся к суду!
Я все сказал вам, а вы решайте, аксакал.
Спор окончен! Время намаза!
Нифонт Иванович!
Абиш, откуда?
Прямо из Петербурга!
Как стрела из лука!
Что это такое?
Средневековье в полном цвету.
Судят Айдара. Убил?
- Нет.
Любил.
Поворачивай!
Вот они, мои далекие бери.
Еще до сих пор охотятся за скальпами.
А ты-то там?
- Там. Прости мне.
Виновны ли Айдар и Ажар?
Да, виновны! Они нарушили закон!
Но прав Абай!
Время не стоит на месте!
Пусть живут!
Ты первый начал.
Ты все еще при имени Абая теряешь разум.
Молчи!
Отойди от меня!
Я так измучилась в ожидании счастья.
Оно свалило меня с ног, Айдар.
Сын мой родной!
Абиш!
Какой счастливый день!
Запомним его.
Я думаю, Айдар тоже
его не забудет никогда.
Похудел, Абиш. Будто выше сделался.
Куда?!
Куда?
К ним?! Они надругались над нашей честью!
Идем. Идем, сестра. Я три года ждала его.
Три года.
Абай-ага! Абай-ага, прости меня еще раз!
Прости! А еще называешься поэтом.
Марьям, ты только посмотри, как он сияет!
Как солнце!
Здравствуйте, Марьям.
Здравствуйте.
Привет перелетным птицам в родной степи!
О, вы похудели! Ну, что ж, кумыс!
Кумыс и кумыс!
Шарип, спасибо!
Я никогда не прощу себе
свои ошибки, Абай-ага.
Я не обвиняю тебя, Шарип.
Бывает.
Ты хороший певец. Только жаль...
Этот старый лгун Эрден, сегодня
говорил с большей страстью, чем ты.
Как же писать стихи без
убежденности и страсти?
Подумай хорошенько.
Кончился суд на холмах вражды.
Теперь будем судить на холмах дружбы.
Пускай тот кто смел в стихах
и мыслях, будет смел и на коне.
Тот кто первый поднимет
домбру, первым будет читать.
Ну, читай, Абиш. Читай.
Я давно оставил стихи для
артиллерийской науки, отец.
Уступаю счастливому жениху и поэту.
Из тьмы веков, из дальней дали,
Куда придут со всех сторон,
Все те, кто радости не знали,
Кого судьба и люди гнали.
Кто ждать и верить перестали,
Кто плетью, горем обожжен.
А Кынгырбай кабан кровавый,
Побит в грязищи и дрожи.
Храпит и падает на травы,
И черной тушей лежит.
Хорошо.
Что с ним, отец?
- Ни слова не сказал.
- Лучше б он кричал.
Кричащий в гневе смешон,
молчащий в гневе - страшен.
Ты не доволен мной? Я осуждаю тебя!
Твоя поэма - грязный
плевок на могилы предков!
Вчера ты меня защищал,
а сегодня осуждаешь?
Может быть ты и вчера..? Не клевещи!
Завидуешь мне? Завидуют тому, кто лучше.
А ты хуже убийцы.
- Ты губишь Абая.
- Шарип!
Он идет за тобой, как мудрый
слепец за преступным поводырем!
Ты его ведешь к пропасти! Проклинаю!
Проклинаю!
Привет роду бурсаков на земле Абая.
Дай Бог счастья твоему пути.
Ну что не встреча...
Значит, вы уже не учитель, Оспанов?
Чудная карьера для студента университета.
Что толку перебирать, кто чего достиг?
И то правда.
Больно здесь?
- Нет? Дыши, глубже.
Вот так.
- Значит, я должен уехать?
- Да.
Ну что ж, я другого ничего и не ожидал.
И немедленно.
Таков приказ губернатора.
Нет уж, немедленно я никуда не поеду.
Разве что только после свадьбы.
Старейшины негодуют.
Его превосходительство стал на их сторону.
Вот вам и ваше превосходительство!
Я не могу допустить!
С людьми вашего положения
я привык разговаривать без
психологических тонкостей.
Если вам не нравится мой ответ,
можете применить силу и так далее.
А сейчас, очень прошу, не мешайте
мне заниматься текущей практикой.
Это черт знает что!
Завтра вас поволокут отсюда силой!
Не бойтесь, господин
Оспанов, это не адская машина.
Пробуем обыкновенный фейерверк.
Баке, что у тебя там такое?
Пробую, как завтра играть будет.
Немного много селитры, однако, положил.
Баке! Баке, дорогой мой!
Что с тобой? Что?! Стой. Постой!
Я черный, как шайтан!
Ласточка, когда же нам
с тобой запоют эти песни?
Я словно бабочка ночная,
сгораю на твоем огне!
Ты на любовь не отвечая,
сжигаешь только крылья мне!
Даже в такую минуту у тебя нет новых слов!
Когда ты наконец напишешь
что-нибудь новое, бедняжка?
Это моя бабушка подарила мне.
Китайская мазь.
Говорят, она возвращает годы.
Ажар!
Это Абиш привез мне.
Называется "Ландыш".
Из Петербурга.
Ты только понюхай.
Это тебе, возьми. Возьми.
Я вам спою новую песню, о девушке.
Песня "Татьяна".
Что это за песня, Зейнеп-ага?
Писал ее русский акын.
- Пешкин.
- Не Пешкин, а Пушкин!
Я и говорю, Пешкин.
А перевел Абай.
Что ты плачешь, Магиш?
Он совсем, совсем меня не любит.
Да, этот Пушкин хорошо
знал сердце казахской девушки.
Спасибо Абаю.
Абай не вечен, здоровье его кривое.
Что ты смотришь на меня волком?
Я тебе принес радостное известие.
Твои стихи и статья будут
напечатаны в "Казань".
Получил вчера сведения.
Ага. Все предопределено.
Ты будешь звездой...
Спасибо тебе.
Ты вовремя привез это письмо.
А вот Абай...
Абай не хочет меня понять.
Шарип, ты помнишь наш разговор?
У Эрдена.
Помню.
Стань во главе каравана.
Что вы хотите от меня?
Говори.
Ничего.
Что это?
У тебя болят уши.
Я хотел облегчить твои страдания.
Это превосходные капли.
Одной меньше - они лечат,
одной больше - они убивают.
Такие капли всегда хорошо иметь при себе.
Ты хочешь, чтоб я убил Абая?!
Шарип! Шарип!
Волос не должен упасть с головы Абая!
Неужели для вас там Абай
только акын, а не светоч народа?
Светоч, который чадит и отравляет народ!
Я очищу его.
Он будет гореть моим пламенем.
Ты говоришь, что это помогает от боли?
Ну, что ж...
Что дарит поэт?
Я тебе подарю, Ажар, стихи о твоем муже.
Приходит неведомый мир,
Над миром царит тишина.
И плещет певучий родник,
Душа и чиста и ясна.
Поэт сквозь века и туман,
Стремит свой орлиный полет.
Что правда и что обман
Увидит он и поймет.
Он дерзок, в нем сердце горит.
Язык его смел.
Он пишет и говорит, как думал и как хотел.
Как думал, и как хотел.
Спасибо, Абай-ага.
Вы так вознесли Айдара,
что у меня замерло сердце.
Шарип!
А ты что подаришь, Шарип?
Или ты все еще сердишься на весь мир?
Я был слеп в гневе, Абай-ага.
Спор сильных укрепляет дружбу.
И мне было тяжело, Шарип. Забудем?
Было зло, но нет зла не
несущего за собой благо.
Пью за благо.
Пей.
Ух!
Как во сне!
Звезды были на небе, а теперь в воде. Ух!
Я уже видел однажды подобные катания.
Но там они летали гораздо выше.
Вот и солнышко зажгли, ехать пора.
Терпите.
Ехать пора.
Ведь приказано губернатором:
"Незамедлительно, не глядя
на ночь, везти".
Терпите, ваше благородие.
Терпение украшает. Держите-ка.
Второй раз с вами езжу,
и всегда такая морока.
Легче робу арестантам по этапу отправить,
чем вас одного доставить по назначению.
Баке, зажигай!
Ехать пора!
Глядите в ту сторону.
Ой, как стреляют.
Ну вот и мой прощальный фейерверк.
Правда, дыму было больше, чем огня.
Извините.
Немного много, однако, селитры положил.
Как говорит наш друг Баке.
Может быть, мы не увидимся больше.
Может быть, придется мне считать
версты бесконечных российских
дорог, до самого полюса.
Среди писем привезенных
Абишем, есть письмо моей жены.
Вот здесь она пишет, вот:
"Привет моим замечательным друзьям,
гражданам великолепной республики..."
Не волнуйтесь, господин Оспанов.
"...Республики Абай.
Это остров возрождения в океане степей.
От всей души желаю, чтобы ее
границы беспредельно расширялись".
Разве она не права?
Ну, друзья мои...
До светлых, неминуемо светлых дней.
Вот теперь можете
волноваться, господин Оспанов.
Прощайте, Нифонт
Иванович, хороший мой друг.
Не стоит огорчаться из-за
таких пустяков, как география.
Ведь всегда остаются
близкими наперекор географии.
До свидания.
Ваше благородие, я к вашим услугам.
Покорнейше благодарю, господин ссыльный.
Пожалуйтесь.
Прощайте. До свидания. Счастливого пути.
Нифонт Иванович! Нифонт... Айдар...
Ты права, Ажар, не могу встать.
Счастье мое, что с тобой?
- Тревожно мне на сердце.
- Что с тобой?!
Будьте счастливы, друзья!
Абай-ага! Абай-ага...
Я здесь, родной мой. Что с тобой? Скажи.
Абай-ага...
Ажар...
Какая маленькая земля,
нам не хватило на ней места.
Не верь...
Не верь!
Абай-ага.
Что это такое? Почему набег?
А Абай преграждает нам дорогу.
Вы мой род опозорили!
Зачем тут все собрались?
Смеяться?!
Кровью ответите!
Нарымбет, нет нашего Айдара...
Нету...
Мертвый пускай отвечает перед Аллахом.
А ты отвечай за живых!
Султан присудил, я отдал.
Теперь сестру и невесту держите.
Я не хочу, чтоб она жила с вами!
Отдайте сестру! Ступай, Марьям...
Иди, забудь меня.
Не проклинай меня, Марьям.
Нет человека, который больше
меня желал бы тебе счастья.
Желаешь счастья, и гонишь?
Я не давал тебе счастья, Марьям.
Мне скоро нечем будет дышать.
Всё съела проклятая болезнь, вот здесь!
Иди.
Между нами смерть.
Смерть...
Между нами только смерть, Абиш...
Зачем же ты молчал?
- Значит любишь.
- Больше жизни.
Ты любил и молчал? Я не мог говорить.
Я не смел нанести такой
удар моему отцу, и тебе, Магиш.
Иди. Проклинай меня, но уйди!
Нет-нет, я люблю тебя.
Именем Айдара, именем великой любви
Ажар, я клянусь, сохраню тебя для
себя и для твоего отца, для жизни.
Дорогой мой муж, я люблю тебя.
Нарымбет-ага, Марьям не поедет домой.
Она моя жена.
Прими нашу дружбу, Нарымбет.
И прости нам твои огорчения.
Поздно! Поздно! Я ослепил судью.
Суд свершил Аллах!
Восставший против его закона погиб!
По его закону! Конец вам! Конец!
Напрасно спрятался, бай.
Тебе не уйти от ответа! Я здесь!
Мне незачем прятаться.
Только слово, отец!
Прикажи, Абай-ага!
Дай только знак!
Хоть глазом, мизинцем, один, Абай-ага!
Ни одна капля крови не должна пролиться!
Это моя воля.
Ты хочешь убивать, Эрден.
Ты хочешь, чтоб пролилась кровь.
Чем больше мертвых, тем
просторней тебе в степи.
А вы, чего вы хотите
от меня? Я знаю тебя.
И тебя знаю.
И тебя, Нарымбет.
Нищета сгорбила и пригнула
ваши спины, обзор ослепила.
Голод и холод тащатся
всюду по вашим спинам.
Вы поднимаетесь на варсаков. За что?
За то, что они обмануты,
ограблены и не видят света, как и вы?
За что вы нас ненавидите?
Мы хотим, чтобы по всей
земле уважали имя казах.
Надвигается буря! Удержите ее!
Как ветер летит время,
как волны гонит поколения.
Куда?
К великому берегу счастья.
Казахи, друзья мои, разве не вы
сквозь вечное горе стремились к нему?
Верьте, идите с нами вместе к счастью.
Откройте глаза!
Услышьте нас!
Заткнуть ему глотку! Нет! Нет! Нет!
Убьете Абая! Не слушайте его! Бейте!
Убили!!!
Не могу так!
Как жить в этом краю?
Не видят, не слышат...
Не слышат, не видят.
Вот кровь Нарымбета, он
пролил ее, защищая тебя, Абай.
Абай-ага...
Абай-ага.
Абай-ага... Абай-ага, уйдем.
Уйдем из этого проклятого логова!
Я возьму повод твоего коня.
Я тебе заменю Айдара, Абай-ага.
Уйди, Шарип.
Абай-ага...
На тебе кровь, Шарип.
Не на халате!
Посмотри мне в глаза! Смотри!
Уйди.
Будь проклят из рода в
род, если ты это сделал.
Фараон, ты владыка земли,
Взял владыка мечты и надежды.
Мои песни топтали и жгли.
Надо мною глумились невежды.
Но когда пирамиды твои,
Ветры времени прахом овеяв.
Легкокрылые песни мои,
Будут вольными птицами реять.
Будут звоном звенеть золотым,
Будут звать и дождутся ответа.
Фараон - это призрак и дым,
Я поэт и останусь поэтом.
Это она об Айдаре. Читай. Читай.
Спасибо.