Северная сторона (1-2 сезон, 1990 год). Цитаты и фразы из сериала

 

  Главная      Разное

 

     поиск по сайту           правообладателям           

 

   

 

  

 

 

Северная сторона (1-2 сезон, 1990 год). Цитаты и фразы из сериала

 

«Северная сторона» (англ. Northern Exposure) — американский комедийно-драматический телесериал, созданный Джошуа Брэндом и Джоном Фолси, и транслировавшийся на телеканале CBS с 12 июля 1990 по 26 июля 1995 года.


Все фразы и цитаты

 

Серия 1

Вы только поймите меня правильно.
Я вовсе не придуриваюсь.
Анкоридж конечно не Нью-Йорк, но и
не какая-то там Камбоджа, ведь так?
А знаете сколько в Анкоридже
китайских ресторанов?
Пять.
Кроме того 14 кинотеатров, два
практически кошерных деликатесника,
а что касается холодов,
в среднем температура только
на 5 градусов ниже чем в Индиане,
несмотря на разницу
в количестве осадков.
Имбирное пиво и ещё один
виски для бизнесмена.
Тем не менее,
Аляска в мои планы
никак не входила,
но я всегда считал, что
медицина это моё призвание,
ещё с тех пор, как я играл в доктора
с Кати Каплан во втором классе.
У меня было желание, способности.
Не было только денег.
А знаете сколько стоит
обучение в медицинском вузе?
Очень много.
Я знаю, о чём вы подумали.
Стипендия, правильно?
Давайте взглянем правде в глаза.
Еврейские доктора вовсе
не вымирающий вид.
Три доллара, пожалуйста.
Итак, 75 заявок на стипендию,
74 отказа - только один прошёл.
Аляска...
Что Вы имеете в виду?
Штат согласился финансировать
мое медицинское образование
в размере 125 000$.
В свою очередь,
я согласился быть их контрактным рабом
в течении следующих четырех лет.
Что?
Вы когда-либо были на Аляске?
Да уж конечно. За какого
придурка вы меня принимаете?
Элейн, третьекурсница с юрфака
Нью-Йоркского университета...
Мы с ней побывали прошлым
летом. И нам даже понравилось.
Ну, не то чтобы уж очень,
но мы решили, что это
вполне выполнимо.
Что Вы говорите?
Что Вы пытаетесь сказать?
Вы пытаетесь мне что-то рассказать?
Удачи.
Джо! Извини, это просто
дурдом какой-то.
- Рад снова тебя видеть.
- Спасибо.
- Как долетел?
- Неплохо.
Прекрасно! Проходи.
Я всё взял.
Мне надо пару дней на
обустройство в квартире.
Ну там, знаете, телефон,
кабельное, и всё остальное.
Пока я не приступил
к работе в больнице.
Джо, у меня сногосшибательная новость.
Джоел. Правда?
Приходилось бывать во
Французской Ривьере?
- Во Франции?
- Мы с женой поколесили по Европе.
Побывали и на Французской
Ривьере, и на Итальянской.
А затем рванули в Скандинавию,
она сама датчанка, из моделей,
по пути заскочили в Швейцарию.
- Звучит заманчиво.
- Думаешь?
На самом деле я очень разочаровался.
Правда? Почему?
Потому, Джоэл, что если
ты побывал на Аляске,
а я говорю сейчас о настоящей Аляске,
всё остальное бледнеет в сравнении.
Но вернемся к моему сюрпризу для тебя.
Ты нам не нужен.
Вы это о чём?
Джоел, ты ненужный. Лишний.
Вы меня разыгрываете, да?
Нет, но мы и так превысили бюджет.
Да и врачей у нас больше чем надо.
Прекрасная новость!
То есть Вы хотите сказать...
- я вам не нужен?!
- Именно.
Прекрасная новость!
Таким образом принято решение
устроить тебя в Сисили,
который находится в таком месте,
которое мы, жители Аляски,
называем Ривьера Аляски.
Идеальная погода, умопомрачительные
пейзажи, магазины, питание...
Аспен по сравнению с этим
местом просто дыра.
И где этот Сисили находится?
- Недалеко от Анкориджа.
- Ага.
Мы там организовали
Вам жилье и офис,
да и городок чрезвычайно взбудоражен.
Ну ладно, а...
- что если мне не понравиться?
- Просто уедете.
Давайте-ка начистоту.
Если мне не понравится,
- я могу уехать?
- Запросто.
Ну... вроде бы неплохо.
Великолепно.
- Доктор Флейшман?
- Да?
Привет. Я - Эд.
- Как насчёт рэпа?
- А что такое?
Вы как? Увлекаетесь?
Не особенно.
Ага вот она. Ричард Берри.
Классика R&B.
Вы ведь доктор, да?
Да. Послушай, а где это мы?
Не такой доктор как
Тони Грант. Она на радио.
Помогает решать личные проблемы.
"У него синусовая тахикардия.
Срочно нужен рентген,"
"шейный отдел, грудная клетка
и брюшная полость"
"Вызовите ортопеда для
осмотра ноги и пульманолога."
"Скажите им что здесь воздух в плевральной
полости, возможно осожнение из-за осколка."
Сент-Элсвер. Обожаю этот сериал.
- А где...
- Пока!
Ты куда?
Домой.
Да ты шутишь? Ты должен привезти
меня к мистеру Миннифилду!
А кассеты можешь вернуть позже.
Эй! Эй! Эй!!
О боже!
Доктор Флейшман!
Миннифилд?
А ты из какого именно района
Нью-Йорка, сынок?
- Флашинг.
- А где это? В Бронксе?
Квинс. Хорошо знаете Нью-Йорк?
Нет, я бы так не сказал.
Провёл некоторое время на
Восточном побережье,
в основном в Вашингтоне.
Сателлайт Бич, Флорида.
Я был в Нью-Йорке
один раз, на параде.
- Парад "Мейси"?
- Серпантинный.
Проехался по Пятой Авеню на заднем
сидении открытого кадиллака.
- Я был астронавтом, сынок.
- Правда? Серьёзно?
Присаживайся.
Ничего себе, невероятно. Я никогда
раньше не встречал астронавтов.
Я помню, смотрел их миссии как ребёнок.
Приходилось выходить в открытый космос?
Послушай-ка меня...
Джоел, хочу воспользоваться
возможностью
первым поприветствовать тебя здесь.
Когда я узнал, что мы можем
заполучить доктора из Нью-Йорка,
надо ли говорить,
что я до потолка подпрыгнул.
Вы ребята делаете выдающуюся работу.
Спасибо.
Здесь много возможностей, Джоел.
Когда я впервые приехал
сюда 20 лет назад,
здесь были только дикие места,
где никогда не ступала
нога белого человека...
с самого начала времён!
И первое что я сделал -
купил 15 тысяч акров земли.
Второе, что я сделал -
основал радиостанцию
и газету. Зачем?
Коммуникации.
Если человеку есть
что сказать или продать,
будет лучше если всё необходимое
для этого он найдёт здесь.
И ей-богу, у меня было это,
и всё ещё есть.
Джоел, у нас просто
выдающийся городок,
готовый занять достойное место в мире.
У нас здесь природные
ресурсы, обширные земли,
дикая природа, которые только
и ждут заботливого хозяина.
А теперь, Джоел...
теперь... у нас есть ты.
Ну-ка, сынок.
Давай-ка пройдёмся.
И это Вы называете город?
Именно так.
Это Сисили.
Рослин и Ши основали
город 97 лет назад.
Несмотря на слухи и инсинуации,
они были просто хорошими друзьями.
Хиппи был здесь проездом
и нарисовал эту картину.
Он был такой укуреный,
что забыл про апостроф и С.
Мне самому пришлось их втискивать.
Я одного не пойму.
Где же всё остальное?
Всё это скоро будет, сынок.
Макдональдс, торговые
центры, кафе,
всё это здесь будет.
Может не сегодня,
возможно и не завтра,
но будет.
Я могу это гарантировать.
Сукин сы...
Я же сказал Эду чтобы
он здесь покрасил.
Здесь одной покраской не обойтись.
Сынок, я и представить себе не мог, что здесь
ничего не будет готово к твоему приезду.
Моему приезду сюда?
Это мой офис?!
Несколько занавесок, парочку чучел
на стену, и можно приниматься за дела.
Да ладно, сынок. Ты лучше присядь.
Расслабься. Прочувствуй обстановку.
А я тем временем разузнаю куда
эти чёртовы индейцы подевались.
- Кто Вы?
- Мэрилин.
Я по поводу работы.
- Телефон?
- Вон там, на стене.
Пита Гильяма, пожалуйста.
Пит? Джоел Флейшман.
Да, я в Сисили. Я здесь осмотрелся.
Я всё посмотрел, тщательно всё обдумал
и взвесил. И решил - я хочу уезхать.
Нет, у меня нет с собой контракта,
я сейчас в баре неизвестно где.
Что?
Что там указано?!
Нет, нет, послушайте.
Вы же сами сказали, если мне
не понравиться, то я могу уехать.
Нет, мне не "не нравится".
Я ненавижу здесь всё!
Я требую немедленного уезда!
Ну конечно, это ведь не Вам а мне
придётся проторчать целых четыре
года в этом богом забытом
свинарнике в окружении
грязных ублюдочных жлобов.
Выслушайте меня,
Я - дипломированный хирург,
выпускник Колумбийского университета.
Я проходил практику
в больнице Бет Зион,
одном из лучших медицинских заведений
в Нью-Йорке. Да и во всём мире.
И я ни при каких обстоятельствах,
не собираюсь провести лучшие годы
моей жизни в наихудшем месте на земле!
Дайте мне договорить,
если вы думаете...
Оплаченный звонок
от Джоела, пожалуйста.
Привет дорогая.
Да, я здесь.
Послушай, гм...
Да нет, очень мило.
Сделай одолжение,
посмотри в моём контракте
есть ли там пункт по поводу конкретного
места проведенния медицинской практики?
Ну это... в общем...
в пригороде Анкориджа...
Думаешь сможешь сделать
это для меня? Сегодня.
Да, конечно.
Сладенькая, я тоже очень скучаю.
Мой номер 907-555-7823.
Буду ждать твоего звонка.
Да, хорошо. Нет, я тоже.
Ладно.
Женщины.
Желудок беспокоит. Газировка есть?
Газировка?
Ну да.
Газировка. Это такая
вода с пузырьками.
Привет. Слышал новый
альбом Бел Бив Дево?
Что?
Думаю, что он скоро
станет платиновым.
Морис прислал меня посмотреть
есть ли у тебя 16 ящиков лайма
для фестиваля, Холлинг.
Я не смог достать лайма.
Пришлось взять апельсины.
Сойдёт.
Нет ли у Вас случайно аспирина?
Я собирался позвать Мориса
и сам ему об этом сказать.
Ты собирался позвать Мориса?
Я подумывал об этом.
Не думаю, что тебе
следует это делать.
Делать что?
Звать Мориса.
Это ещё почему?
Это его выведет из себя и он
просто вышибет тебе мозги.
Придётся тебя хоронить, а твои похороны
испортят нам всем фестиваль.
Я приму это к сведению, Эд.
Всему своё время и на мой взгляд,
сейчас самое время для меня и Мориса,
выяснить наши отношения раз и навсегда.
Очень надеюсь, ты этого не сделаешь.
Ладно, увидимся позже.
Вы здесь уже несколько часов.
Должно быть нагуляли зверский аппетит.
Спасибо. Сколько я должен?
Нисколько.
- Джоел Флейшман.
- Холлинг Винкуер.
Приятно познакомиться.
Послушайте,
я так понимаю Вы слышали
мой недавний разговор...
В любом случае, без
обид. Я был просто...
немного...
немного расстроен,
в этом всё дело.
Так и не удалось
переговорить с адвокатом?
Нет, не поговорил.
Ну Вы же понимаете,
это очень сложное дело,
да и требуется некоторое
время чтобы разобраться.
Кроме того ещё эти экзамены у неё.
Желаю удачи.
- Мистер Винкуер?
- Холлинг.
Не против если я
задам личный вопрос?
Валяй.
Почему Морис хочет тебя убить?
Ну это длинная история.
Видишь вон ту девушку?
Она прелесть, загляденье
просто, не так ли?
- Само собой.
- Первая красавица из Нордвест Пэсидж.
Морис собирался на ней жениться.
Мы с Морисом были
лучшими друзьями.
Как и многие другие,
он и Шелли проводили
здесь уйму времени.
Однажды Шелли появилась
в баре без Мориса,
и сказала мне, если я только
захочу, она будет моей...
Я захотел.
С тех пор,
Морис сюда и носа не кажет.
Он сказал, что если я только
попытаюсь заговорить с ним,
то он вышибет мне мозги.
О как.
И вы с тех пор не разговаривали?
Ни разу.
Может что нибудь ещё, Джоел?
Нет, ничего не надо. Большое спасибо.
Алло.
Да, подождите секундочку.
- Доктор Флейшман?
- Клэм Тильман! К телефону!
Доктор Флейшман?
Я - Мэгги О'Коннелл.
Да, и что? Клэм Тильман?
- Вот Вы-то мне и нужны.
- А что это за имя такое Клэм?
А полное как? Клэмтон? Клэмлок?
У меня очень мало времени...
Вы Клэм? Надолго не
занимайте телефон.
Я жду очень важный звонок.
Ну знаете, если Вы предпочитаете
провести ночь здесь а не у меня
- Я бы не стала Вас тревожить...
- В какой путяге Вы учились?
Конечно, я вовсе не хочу указывать
как Вам правильно вести дела,
но эти Ваши раздражительно-агрессивные
манеры просто отталкивающие.
- Послушай, приятель...
- И второе. Я помолвлен
с просто сногосшибательной девушкой,
так что сделай одолжение
и занимайся своими делишками
где-нибудь в другом месте!
Я не проститутка... придурок.
Я твоя квартирная хозяйка.
Послушай, я вовсе не хотел грубить.
Если бы сразу сказала что и как,
то не было бы такого казуса.
Кстати, я очень благодарен
за помощь с багажом!
- Разжигаешь огонь?
- Ага.
Хорошо, а то здесь прохладно.
А как вы обогреваете?
Так и обогреваем. А на кухне
есть ещё дровяная печь.
А где взять дрова?
- Наколоть.
- А.
Знаешь, это место действительно
очаровательное, как бы...
по-своему, в некотором роде.
Вообще-то,
я не очень хорошо во
всём этом разбираюсь,
но могу сказать, что личность...
Так что, э...
так значит штат платит арендную
плату за моё проживание здесь?
Морис мне платит.
Какая интересная профессия.
Это инвестиции. Я летаю.
Вы стюардесса? То есть, извиняюсь,
бортпроводник. Каких авиалиний?
У меня свой самолёт. Я пилот.
- Вот это да.
- Это, конечно, не 747-й.
Я летаю на аэро-такси.
- Чистое постельное белье - в шкафу.
- Прекрасно.
Послушайте, а телефон работает?
Это на тот случай вдруг проголодаюсь
и захочу заказать доставку на дом.
Послушайте, я дико
извиняюсь за эти хихоньки.
Я завтра уезжаю и у меня не будет
возможности толком попрощаться,
ещё раз спасибо за гостеприимство.
Спокойной ночи.
Как быть с этим,
- мусорным мешком?
- Просто выставить на задний двор.
- Это же гигантская крыса!
- Она самая.
О боже, о боже мой...
О боже, боже, боже!
Господи!
Доктор Флейшман, вы так и бежали
всю дорогу до самого города?
- Ага.
- Но это же семимильная пробежка.
- Ага.
- Вы должно быть хороший бегун.
Не бегал вообще
после седьмого класса.
- Тогда просто воды?
- Да.
Нет, дайте мне рогалик
и сливочный сыр.
Что за рогалик?
Я просто возьму вяленую
говядину, хорошо?
Возьмите со специями.
Это будет три доллара.
Послушайте, я тут услышал краем уха
- что первый автобус отправляется сегодня.
- Сегодня?
- Да.
- Нет, не слыхала ничего такого.
- Может хотите расписание?
- Да.
Что вы все здесь делаете?
Они ожидают приёма у доктора.
Ну, а... это...
Да, я - доктор, но...
Мне очень жаль, но я
не смогу никого из вас принять,
потому что... я здесь не остаюсь.
Видите, вот у меня автобусное
расписание, так что...
Кроме того, я то доктор,
но я как бы не совсем...
Я совсем не доктор.
Да, вот так вот,
Считаю, что я не вправе
налаживать отношения
в ситуации, которая...
ведёт в никуда, так что...
очень приятно было познакомиться,
удачи и всего вам наилучшего.
Располагайтесь.
Никакой работы!
Один, два, три, четыре,
пять, шесть, семь,
восемь, девять, десять.
Номер один!
Итак, на что жалуетесь?
Мне нездоровится и у
меня высокая температура.
Так, и давно это у Вас?
Около трёх лет.
Вы действительно горячий.
Смерим-ка температуру.
И как, чёрт побери, мне это
сделать без термометра?
Никакой работы.
Можно было просто
привезти это на тележке.
Посидите вон там несколько минут.
Номер два!
Привет. Оба-на, и что это?
- Это бобёр.
- Правда?
Да, я видел таких на канале Пи-Би-Эс.
- У Вас какой номер?
- Шесть.
Выйдите отсюда номер шесть
и ждите своей очереди как все.
- Извините. Так что Вас беспокоит?
- Думаю у него болят зубы.
У бобра?
Ну да. Он в последнее время
совсем не грызёт древесину.
Номер шесть, я же Вам сказал
выйдите отсюда и ждите
своей очереди как все.
Если Вы не сядете на место,
я выгоню Вас отсюда.
А теперь займёмся бобром,
но я, правда, не дантист.
Не могли бы Вы хотя бы осмотреть его?
Хорошо. Поднимите ему губу.
Господи.
Номер шесть,
у Вас же кровотечение.
Весь пол в крови.
Мне приходилось видеть такой калибр.
В спецвыпуске криминальных новостей.
Хотя в наши дни в обычных больницах
мы каждый день видим то же самое.
Это оружие выбирают
сутенёры, наркодилеры
и бандиты не доставшие АК-47.
- Мне перевязать?
- Нет, спасибо. Я и сам могу перевязать.
Так кто Вас подстрелил?
Жена.
За что?
Она говорит,
"Скандалы на тебя уже не действуют."
- Что?
- Мы женаты уже 17 лет.
Ничего себе.
- Здравствуй, Эд.
- Привет, Уолтер.
Здравствуйте, доктор Флейшман.
- Что случилось?
- Эдна меня подстрелила.
- Вот это да.
- Эд, что ты здесь делаешь?
Ах да, Морис хочет с Вами поговорить.
Скажи пусть возьмёт номерок.
У меня как раз приём больных.
Ладно. Я подожду.
- Бывай, Уолтер.
- Пока.
- Пока, Мерилин.
- Пока, Эд.
Присаживайся, сынок.
Приходилось бывать на охоте, Джоел?
Только в районе Ист-Сайда.
За скидками.
Знаешь, Джоел...
на мой взгляд, самая важная
вещь в мире - это дружба.
Я никогда не верил, что нужны
подписанные соглашения
когда соглашение скреплено
незыблимым рукопожатием.
Сдержать данное
слово - это дело чести.
Я говорю об обязательстве, сынок.
О соблюдении законов.
Я уверен, что твои
родные назвали бы это
"Этика Отцов".
Улавливаешь мою мысль?
Ну я думаю что да.
Ты подписал контракт, Джоел.
И что намного важнее...
ты слово дал.
И я намерен добиться от тебя
соблюдения этого слова. В рамках закона.
А если понадобится,
то и невзирая на закон.
- Вы мне угрожаете?
- Если у тебя есть малейшее понятие о долге
то есть такая вещь как 125000$,
которые добрый люд Аляски потратил
на твоё медицинское образование.
Поскольку и я заинтересован,
Флейшман,
это и мои деньги.
Что Вы там себе возомнили, Миннифилд,
я Вам не какой-то там поц только
что приехавший с оленей фермы.
Я из Нью-Йорка.
В полночь я прогуливался по 42-й Стрит,
а уже в 2 часа ночи
я на Лексингтон авеню.
Мне приходилось иметь дело
с упёртыми таксистами,
так что даже не пытайся давить на меня
этим крутым ковбойским дерьмом.
Не испугаешь!
Не-е-ет!
Таким образом, после
медицинского колледжа,
мы с Элейн переехали к ней
и я смог закончить свою
последипломную практику.
Элейн из Бруклина, Канарси.
- А ты из...
- Гроссе Пойнта.
Мичиган, ну да точно.
Гроссе Пойнт.
Ну не дурацкое ли название
для богатого города?
Так значит, ты бросила колледж
и приехала сюда с альпинистом...
Он был аспирантом.
Писал книгу по скалолазанию.
Книгу, ну да точно.
Гора чего-то-там...
Гора моего Предчувствия.
Что здесь смешного?
Так что там с ним в горах случилось?
На самом деле он никуда
не поднимался. Он ушёл.
- Он свалил от тебя?
- Нет, он не свалил от меня.
И вообще, это не твоё дело.
У нас с ним была просто дикая страсть.
- Ты просто струсила, да?
- Нет, я не струсила.
Он мне нравился, даже очень.
Я просто... не любила его.
Даже так?
К тому же...
- Он умер.
- Умер?
Умер, в смысле скончался?
- О-о.
- Что ты хочешь сказать этим "о-о"?
Я его не убивала.
Мы были на леднике.
Я шла не останавливаясь.
А он решил отдохнуть...
и замёрз...
- Что такое?
- У тебя самые красные губы что я видел.
Я хочу сказать у Элейн
тоже губы красные,
но не думаю что я когда-либо видел
такие же красные как твои,
за исключением, может быть,
воздушных шариков на дне рождения.
Да ты пьян.
Не без того,
но ты понимаешь, что ты красива?
Не так чтобы очень,
но ты определённо
хорошенькая...
В хорошем смысле.
- Я оплачу счёт.
- Не в этом дело...
Доброе утро.
Где это я?
У Мэгги. У неё сегодня
утром доставка почты.
- Не против если я...?
- Без проблем. Угощайся.
Кто ты?
Рик.
Она оставила ключи от своей машины.
Она не думала, что сегодня у тебя
будет желание бежать трусцой в город.
Мы с Мэгги этой ночью
спали в одной постели?
Нет. Мы с ней спали в другой комнате.
А...
О!
Эй, Мерилин.
Сколько можно тебе повторять.
Последний раз говорю: нет никакой работы.
И, пожалуйста, прекрати улыбаться?
Ты всё время улыбаешься.
- А он что здесь делает?
- Она снова за старое.
Бога ради! А в этот раз чем она тебя,
разделочным ножом?
Швейцарским. Она подкралась ко мне.
Если бы я не зарыл ружьё,
я был бы сейчас мёртв.
- Дай мне ключи, Уолтер. Это моя машина.
- Кто Вы?
- Через мой труп.
- Жена шестого.
- Ну если ты так хочешь, Уолтер...
- Эй, эй!
В чём проблема?
В нём. Он проблема.
Да ты мне все нервы вымотал.
Ты мне всю душу испоганил, Уолтер.
И я этого так не оставлю.
- Может хватит уже!
- Сначала я тебя прикончу!
- Так ты этого хочешь? Ну, давай!
- Ану тихо!
Это мой кабинет!
Люди болеют, их ранят, калечат.
С этим всё понятно. Такова жизнь.
Поверьте, ведь всё можно
решить по-другому.
А знаете как близки Вы были
к тому, чтобы стать убийцей?
Если бы нож не попал в лопатку
или не отскочил бы от ребра,
Вы могли бы проткнуть
ему аорту или лёгкие.
Если бы очень сильно не повезло,
Вы могли бы повредить сердечную мышцу.
Если бы и это не прикончило его,
Вы могли бы повредить спинной мозг,
сделав его беспомощным как
перевёрнутого на спину жука.
Я и понятия не имела,
что всё так сложно.
Очень сложно.
Итак, я ещё раз спрашиваю: что натворил этот
человек, чтобы заслужить кровопускание?
- Он меня не замечает...
- Я же говорил тебе...
Эй, эй, эй.
Я пробовала по-хорошему,
пробовала по-плохому,
пробовала сводить всё в шутку.
Я дошла до ручки, Уолтер.
Если я тебя не убью,
я даже не знаю
что я с тобой сделаю.
- Номер девять?
- Номер шесть.
Я её не слушаю, потому что,
что бы я ни сделал всё не так.
Она не хочет чтобы я пил в постели,
я не пью в постели.
То ей не нравится, что
я встречаюсь с друзьями,
то жалуется, что я
слишком много сижу дома.
Таким образом, я на неё забил.
Ну и что же нам теперь делать?
На мой взгляд у вас
три выхода из этой ситуации.
Развод, раздел имущества или вы можете
начать разговаривать друг с другом.
Кто за развод?
Кто за раздел имущества?
Ну, тогда...
Это телефон?
Это определённо телефон.
Ну, начинайте разговаривать.
Да? Элейн!
Да, я знаю что я не в Анкоридже.
Почему я в Сисили на Аляске?
Ну это долгая история.
Я обещаю, что всё
объясню когда вернусь,
но для меня самое важное сейчас
то что написано в моём контракте.
Ага?
Ага.
А.
А если я уеду?
10 000$ или 18 лет в тюрьме...
И 18 лет в тюрьме?!
Они всё ещё разговаривают.
Я зашью ему рану.
Нет.
Всё нормально. Я сам.
Минуточку внимания!
Город Сисили приветствует всех вас
на девятом ежегодном
летнем фестивале Вандерленд.
Мы очень рады приветствовать
наших друзей из Мидлчёрч,
которые приехали чтобы
отпраздновать вместе с нами
несмотря на расстояние
в 300 миль по прямой!
Здравствуйте, доктор Флейшман
Лось-бургер или
хот-дог из оленины?
Лось-бургер.
И я рад возможности находится здесь
с вами, чтобы отпраздновать этот факт!
Желаю всем хорошо провести время.
Наслаждайтесь едой,
напитками и общением,
развлекайтесь по полной!
Да здравствует Север!
А сколько времени сейчас в Нью-Йорке?
Около полуночи.
Я так думаю,
Вы бы сейчас могли возвращаться
из кино со своей невестой.
Возможно зашли бы в маленькую
кафешку выпить чашечку эспрессо,
взяли бы воскресный
выпуск Нью-Йорк Таймс,
и несколько свежих, горячих
рогаликов на завтрак.
Звучит заманчиво.
А откуда ты знаешь о рогаликах?
Я смотрел про Манхеттен.
Думаю, Вуди просто гений.
Морис?
Мне нечего тебе сказать, Морис.
Но я должен поговорить с тобой.
Как она?
Замечательно.
Мне тебя очень не хватает, Морис.
Скучаю по тем временам.
Всё перевернулось вверх тормашками.
Притяжение.
Оно удерживает твои корни в земле.
В космосе нет притяжения.
Просто отталкиваешься -
и летаешь в воздухе.
Как это, Холлинг?
Что?
Когда тебя любят.
Как Вам лось-бургер?
- Немного непривычный привкус.
- Ничего, привыкнете.


Серия 2

Это был совершенно обычный
летний день 1976 года.
Я, 15-летний подросток,
и мой старший и лучший друг, Дикки Хиз,
только что угнали со стоянки автомобиль,
и, от нечего делать,
забрались в дом на Фокс-Хилл Лэйн.
Пока Дикки шарил наверху
в поисках драгоценностей,
Я вошел в гостиную,
где стырил золотую ручку
и серебряный портсигар
и познакомился с книгой, окончательно
и бесповоротно изменившей мою жизнь.
Итак, этим утром Крис
не станет мучать вас
прогнозом погоды, сообщениями
о пробках и местными новостями.
Он возьмет в руки полное собрание
сочинений Уолта Уитмена.
"Когда во дворе перед домом
цвела этой весною сирень
И никла большая звезда
на западном небе в ночи,
Я плакал и всегда буду плакать -
всякий раз, как вернется весна.
Каждой новой весной эти
трое будут снова со мной!
Сирень в цвету, и звезда,
что на западе никнет,
И мысль о нем, о любимом.
- АААА!
- Всё чисто, я проверил.
Что ты делаешь в моей спальне?
Хоть бы постучал, прежде
чем ломиться в дом!
- Индейцы не стучат. Это грубо.
- Нет? А что же они тогда делают?
Вставляют ключ.
У тебя что, есть ключ от моей спальни?
Вообще-то это ключ от моего дома.
У большинства людей одинаковые ключи.
Не надо так беспокоиться о замках.
- Я хотел бы договориться о встрече.
- С доктором?
Ага.
Без проблем. Воспользуйтесь
ключом, зайдите в мой офис
и впишите свое имя в журнал.
А, извините, я забыл.
Никакго журнала нет.
Мэрилин им не доверяет.
Так что просто напишите свое имя на стене.
Врач нужен не мне, а моему дяде.
- А что случилось?
- Он заболел.
О, нет!
- Моему туалету пришел конец.
- Я знаю, ты говорил.
Вообще-то это не совсем так.
Если честно, он никогда и не работал.
Возможно, это его нормальное состояние.
А что с ним?
Что с ним? Откуда мне, черт
подери, знать, что с ним такое!
А если подумать?
Ты же доктор. Ты умен, ты просто
великолепен. А у туалета мозгов нет.
Мне кажется, это довольно
сложная проблема.
Ну мы же не говорим о
болезни "среднего туалета".
Я пытаюсь тебе сказать, что мой
туалет в очень, очень плохом состоянии!
Ты пытался его починить?
Да, я его слушал стетоскопом!
Я тебя третий раз прошу!
Я не могу жить без туалета!
Холлинг годами обходился без туалета.
Так ведь, Холлинг?
Под кустик. Никаких горшков.
Слушайте...
Я же не гризли, в конце концов.
У меня был друг, который
присоединился к Корпусу Мира.
И даже в Африканской Народной
республике у него был туалет!
То, что произошло в Африке -
просто ужасно.
Это одна из причин, по которой
я перестал убивать "крутых".
Мой туалет к твоим услугам, Джоэль.
Потом, когда я сидел в колонии
для несовершеннолетних,
эти стихи открыли художника во мне.
Я был застигнут врасплох
неожиданным ударом надзирателя,
который сообщил мне, что гомоэротические,
противоестественные, порнографические
сантименты Уолта Уитмена были
и останутся под запретом
в учреждении, главной целью которого
является перевоспитание трудных подростков.
Этот Уитмен, Большая Медведица человечества,
восхищаясь достоинствами других людей,
стал для меня величайшим
потрясением и заставил
меня взглянуть другими
глазами на гомосексуалистов.
Дядя, что ты делаешь?
Высматриваю камнешарок.
У них как раз сезон миграции.
У них есть много причин для драки,
но пока, кажется, никто не жалуется.
Ты не получил моего сообщения
насчет встречи с доктором?
Миссис Анку что-то такое говорила,
но я подумал, что ты нашел бы меня,
если б это было действительно важно.
А прямо сейчас нам важно снять кору.
Знаешь, если мы не уйдем
сейчас, то опоздаем,
а доктор Флейшман -
очень привередливый тип.
Две красные ивы - и все.
Потом мы пойдем за малиной,
пока медведи не устроили себе пир.
Ты не пойдешь?
Как я могу? Я и так перегружен делами.
Это же недолго. Дядя...
Сегодня уже пора охотиться.
Еще я обещал Джулии Чигляк, что завтра
принесу ей кору красной ивы от мигрени.
Она не станет принимать аспирин. Даже если
знает, что эффект будет тот же самый.
Джулия Чигляк может подождать денек.
Не с ее болячками и болями...
Может быть, ей лучше пойти
на прием к доктору Флейшману?
Привет, Эд.
Устраивайся поудобнее.
Может быть, принести тебе чашечку кофе?
Или скамеечку для ног?
Нет, спасибо. Может, позднее.
Дядя не придет.
Твой дядя...
- Так. А почему? Не любит врачей?
- Он им не доверяет.
- А почему?
- Он сам врач.
Правда? И кто он по специальности?
- Ведун.
- Куда ведун?
- Как куда?
- Он ведун?
Да.
- То есть, твой дядя ведун?
- Скорее, знахарь.
Кроме шуток. Я бы хотел
посмотреть, как он работает.
Он уже очень давно не практикует.
По-моему, он заболел.
Интересно, чем?
Он ослаб. Тетя говорит,
что у него в моче кровь.
- Я бы хотел его осмотреть. Приведи его.
- Он не хочет.
Он старейшина. Я думаю, ему кажется, это
плохо отразится на его положении.
Слушай, кровь в моче - это
может быть очень серьезно.
Я знаю, и вы это знаете, но
у него же все-таки репутация...
Да, но я хотел бы увидеться
с ним как можно скорее.
Моя тетя приглашает вас
на обед завтра вечером.
На обед?
Да. Так вы сможете
увидеть его и осмотреть.
Он знает об этом?
Нет.
...музыке ткацкого челнока,
Из темной сентябрьской полночи...
Убирай отсюда свою задницу!
- Морис...
- Я сказал, быстро убери свой зад со стула!
Я оценил твой наряд
для починки туалета...
Мы с Риком собрались встретиться.
Я здесь только потому, что знаю, что ты
способен бесконечно жаловаться и ворчать.
У вас же есть туалеты в Нью-Йорке?
Я пытался починить его, но
не очень-то в этом разбираюсь.
Правда?
И что ты узнал?
Прости, если моя некомпетентность как-то оскорбляет
уверенность жителей Аляски в своих силах.
Почему ты не звонишь в Анкорадж? Скажи им,
что я не подхожу и меня переведут...
А, Флейшман, ты хочешь сказать, что если
будешь достаточно долго играть в "некомпетентность",
мы тебя пожалеем и вернем в Нью-Йорк?
Послушай, О'Коннелл,
Почему ты тогда так уперся в свою
беспомощность?
- Я не могу починить туалет, значит, я беспомощный?
- Ты этим просто упиваешься.
Ты хочешь поговорить о беспомощности? А кто
так нуждался в докторе, что взял и такого?
А это разве не верх беспомощности?
Раб беспомощности... Просто наркоман!
Отлично повеселиться! Скажи Рику,
пусть забегает в любое время,
чтобы я заштопал все раны,
оставшиеся после твоих каблуков.
Безнадежно беспомощен!
Я все возьму на себя. Морис Миннифилд - не
тот человек, который бежит от ответственности.
То, что вчера звучало на волнах моей
радиостанции - позор.
Заслуживает Уитмен того, чтобы
находиться в зале славы или нет -
решать стервятникам и книжным червям.
Но "Minnifield Communications Network"
никогда не будет сторонницей
скандалов или охоты на тюленей.
Это Сицели, Аляска,
а не Сан-Франциско.
Речь окончена. Теперь послушайте мелодию
из бродвейского мюзикла "Поцелуй меня, Кейт".
Слова и музыка Коула Портера,
которому исполнилось бы сто лет.
Эта песенка украсит ваш день.
А-а...
У-у...
Просто лед!
Великолепно! Это...
- Как раз к завтраку.
- Спасибо, я завтракал.
- Как дела?
- Все отлично.
Подтяни.
- Здесь?
- Да.
- Как голова?
- Ну, не сказал бы, что хорошо...
Ты уверен, что вытащил все
стекляшки из моей головы?
Да вроде бы. Морис запустил
в тебя увесистым стаканом.
Ага. Когда я был маленьким,
то всегда хотел все разбить.
У Мориса трудный характер.
Да. Жаль, что тебя выгнали.
Ну, знаешь, теперь у меня больше
времени заниматься искусством.
А, я понял... Работы по металлу.
Мне нравится придавать ему
форму, полировать, сваривать.
Интересно. А ты не
занимался кузовной работой?
Фактически, это моя профессия.
Ну и как насчет этого?
У тебя все будет в порядке.
Да?
Мне кажется, ты великолепный слесарь.
Нет, боюсь, что нет.
А что, у тебя проблемы?
Да нет, просто мой душ...
Он, знаешь ли...
Нет напора.
Да, нет напора.
Так что это всего лишь
вопрос водного давления.
Звучит приемлемо.
А что с душем у тебя?
А, у меня его нет.
Нет душа? Ну, ванна...
Тоже нет.
А где... где же ты моешься?
Под умывальником?
Нет, в озере.
- В озере? В этом озере?
- Да.
А как же зимой? Оно что, не замерзает?
Не совсем так. На пару месяцев оно
покрывается толстым слоем льда,
но уже в марте его легко можно разбить.
Может, тебе стоит поговорить с Мэгги?
Она лучший слесарь в Сицели.
Эй!
Это Джоэль, Минди. Минди, Джоэль.
- Останешься на завтрак?
- Да, заходи.
- Нет, мне уже пора идти.
- Приятно познакомиться.
Кто это?
Минди?
Она отсюда?
Нет, она из Бостона.
Где ты нашел ее?
В лесу.
В лесу? В этом?
Ага.
Ты нашел такую девушку,
из Бостона, в этих лесах?
Да.
А что она здесь делала?
Просто гуляла.
Если дело не в давлении,
ты можешь взять
"Сделай сам" в библиотеке.
- Здесь есть библиотека?
- Спорим?
Позвольте мне кое-что
вам рассказать, ребята.
Гриссом, Гленн, Карпентер и Миннифилд
пришли к этому на
побережье мыса Канаверал.
Скотти нравилась "Вестсайдская история".
Гасу - "Парни и куколки".
А Джонно, да, Джонно
был поклонником мюзикла "Brigadoon".
Что касается меня, я знал, что никто из них
рядом не стоял с "Я и Король".
Небольшое дополнение:
Юл Бриннер мог бы стать асом.
"I Whistle A Happy Tune",
"Hello, Young Lovers",
"Shall We Dance?"
Это посвящается тебе, Скотти.
- Могу я вам помочь, доктор Флейшман?
- Просто смотрю...
Если вы ищете Уитмена, то его
не возвращают уже три месяца.
Вы шутите!
Интересная сексуальная жизнь как ничто
другое способна заставить людей читать.
Вообще-то я ищу не Уитмена. Мне нужно
что-нибудь по слесарному делу.
Что-то определенное?
Да. Я возьму все, что у вас есть.
У нас есть секция слесарного дела.
- Доброе утро, Рут-Энн.
- Минутку, Мэгги.
Вот только заполню карточку
мистеру Флейшману.
- Что ты читаешь?
- Не твое дело!
Обиделся?
Да нет. Просто думаю, что мои
книжные интересы тебя не касаются.
Как хочешь.
- Как там туалет?
- Чудесно.
- Никаких проблем?
- А они должны быть?
Нет, пока ты помнишь, что надо дергать за
ручку после того, как сходил на горшок.
Остроумие аляскинца остро как кинжал.
Оно вскрыло меня как банку сардин.
Я уничтожен. Я посрамлен.
Что же в тебе раздражает меня?
Я тебя просто привлекаю. И это
заставляет тебя стесняться.
Твое чванство.
Вот ваша карточка, Джоэль. Вам нужно
переоформить ее через три года.
- Не думаю, что это мне понадобится.
- Удачи вам с починкой.
Знаешь, как она назвала меня?
Наркоманом. Наркоманом беспомощности.
- Она так тебя назвала?
- Да.
Наркоман, одуревший от беспомощности.
Как будто мой мозг скис от глупости.
Ты ей врезал?
Нет, не врезал.
Давай-ка посмотрим.
Пусть я буду проклят, если еще
хоть раз попрошу ее о помощи!
- А что ты будешь делать с душем?
- Починю, что же еще?
Интересно, насколько это сложно? Это
система, такая же, как и тело человека.
И все это, скорее всего, похоже на
закупоренную или дефектную артерию.
- Может, там змея?
- Змея?
Это возможно? Такое разве случалось?
Им нравится гнездиться
под сливным насосом.
А может, и нет...
Еще кусочек, Джоэль?
Нет, спасибо. Если только капусты.
- Божественная еда, миссис Анку.
- Спасибо.
Странно, сколько всего ты теряешь,
когда покидаешь цивилизованное общество.
Я и не думал, что здесь
может быть полковник.
Дядя Анку прилетел сюда из Анкораджа.
Я думал, что ты предпочтешь
тюлений бифштекс.
Большое спасибо, мистер
Анку. Я благодарен вам.
Мой племянник сказал, что вы доктор.
Ага.
- Где вы получили образование?
- Нью-Йорк, Университет Коламбия.
Лига Плюща. Хорошая школа.
Но футболисты никудышные.
Да. Досадно, конечно...
Дядя Анку - тоже доктор.
Ты говорил. Где вы учились?
У своего отца.
- Он тоже был доктором?
- О, да. И его отец тоже.
Я хотел ездить на собаках, но они
настояли, чтобы я избрал эту профессию.
Я не думаю, что вам что-либо
известно о медицине индейцев.
Ничего.
Вы когда-нибудь видели фильм
"Маленький большой человек?"
- Это фильм с Дастином Хоффманом?
- Классный актер!
Там был чудесный грим.
Помните сцену в вигваме со знахарем
и больной беременной девушкой?
Да, как раз перед появлением кавалерии.
Я, в основном, этим и занимаюсь.
Сжимаю руку пациента, приободряю его.
Это можно назвать психологией.
Обычный корешок может
послужить лекарством.
Это для меня обычное дело.
Первое эмпирическое правило моего отца:
"Не причиняй вреда".
Безусловно.
В тяжелых условиях организм действует как
удивительный самовосстанавливающийся механизм.
Мой племянник и жена
обеспокоены моим здоровьем.
Ну...
И у них есть веская причина.
У меня было недомогание,
и я принимаю меры...
Как сказал доктор Флейшман, тело - это
самовосстанавливающийся механизм.
Останетесь на десерт?
Или вы предпочтете сауну?
Баня чудесная. Лучше, чем на 92 улице.
Что это? Дуб?
Кедр.
Я не думал, что это входит
в индейские традиции.
Это единственная сауна, изготовленная
на заказ в Арроухед Канти.
- А откуда она у вас?
- Миссис Анку выиграла ее в лотерею.
В Фейрбанксе. Она заняла
третье место в регионе.
Ей везет.
Вот почему ей достался я.
Мне всегда нравилось слушать музыку,
но Морис вечно играет на моих нервах.
Не надо было ему увольнять Криса.
Послушайте, Анку, обед был великолепный.
И все это просто невероятно.
Но я пришел сюда по другой причине...
Эд говорил мне, что у тебя
проблемы с сантехникой.
Да.
У меня они были, пару
раз, может быть. С сауной.
Она была с гарантией,
но сервис находится в Финляндии,
поэтому мне пришлось чинить ее самому.
Да? И как вам это удалось?
Я был знаком с одним парнем из Чикаго.
Его звали Боб Янг.
Этот Боб Янг любил ловить лосося.
Он рыбачил и с другими,
но всегда возвращался ко мне,
потому что со мной у него
был самый лучший клев.
"Как так получается, Анку?
Почему мы поймали так много рыбы?"
Он спрашивал меня снова и снова.
Наконец я сказал ему.
"Боб Янг", сказал я.
"Это потому, что я думаю как рыба".
Когда мы были на реке, я спал,
как лосось глубоко в воде.
То есть вы думаете как рыба,
чтобы поймать рыбу?
Да.
И вы думаете как сауна,
чтобы починить сауну.
Это ведь шутка, да?
Нет.
Боже мой!
ААА...
- Доктор Флейшман!
- Привет, Эд.
Вы выглядите усталым.
Ну, я всю ночь пытался думать как душ.
Может, вам стоит начать с вещей попроще?
Например, с крана или с раковины?
Что я могу для тебя сделать, Эд?
- Что ты думаешь о моем дяде?
- Он интересный человек.
- Немного эксцентричный, но...
- Нет, я хочу знать, что с ним?
Откуда мне знать? Мы же были в бане.
Эд, я терапевт, а не телепат.
Я не могу думать как пациент,
чтобы понять, чем он болен.
Ему следует прийти ко мне на прием.
Пожалуйста, не надо этих северных размышлений.
Я не понимаю фильмов Бергмана.
Твоя тетя сказала, что у него в моче кровь.
Ты понимаешь, насколько это серьезно?
Кровь в моче - очень серьезная штука,
а он думает, что все в порядке.
Он не придет. И я ничего не могу сделать.
Мне все равно, что ты сделаешь, но ты
должен привести его ко мне на прием.
Что?
- Что?
- Он не придет.
Заставь его. Я знаю, что он хитрый
старикан, но ты должен его обмануть.
Сделай все, что сможешь.
Ладно? Договорились?
Что, Эд? Что я должен сделать?
Можешь снова попробовать?
- Что, Оклахома? Карусель?
- "Kiss me, Kate", стороны А и Б.
Так-так-так...
Посмотрите, кто к нам прилетел!
Ладно тебе, я вывихнула колено.
Правда? Не очень сильно болит?
У меня слабый коленный сустав. Все было
нормально, но вчера я вывихнула ногу.
Так, давай посмотрим.
Так больно?
Нет... Да!
Знаешь, я жутко стесняюсь.
Расслабься. Для этого нет никаких причин.
Я доктор, а ты
- моя пациентка. Так больно?
Нет, все в порядке.
То есть не больно.
Как это случилось?
Мы с Риком танцевали, и мы с моей
ногой повернули в разные стороны.
- Значит, вы, ребята не вальсировали, а?
- Боюсь, что нет.
- Глупо с твоей стороны.
- Прошу прощения?
Ну, танцевала и вывихнула колено.
Звучит совершенно идиотски.
Конечно, кто я, чтобы критиковать тебя?
Я даже туалет починить не могу.
Как ты там меня обозвала? Наркоман?
Нет, торчок... Торчок беспомощности.
Так.
- Ну что, тебе весело?
- Весело?
Ну, ты должен был это
сказать. Ты это сказал.
Так что теперь просто
сделай назначение, и я пойду.
А, таблеточки! Нет проблем.
Только это как-то не согласуется
с имиджем Амелии Эрхарт...
Я познал и люблю...
Ну и черт с тобой, Флейшман!
А ты проверяешь уровень
давления перед тем, как встаешь?
Чтоб ты сдох!
Еще четыре негра погибли в
южноафриканском шахтерском городе...
Дэн выглядит очень усталым,
тебе не кажется?
Да, похоже.
Наверно, слишком много работает.
Но я полагаюсь только на себя.
- Как насчет сауны?
- Нет, Анку. Спасибо. Это вызов на дом.
Послушай, кровь у тебя в моче -
это очень серьезно.
- Вы думаете, я не знаю этого?
- Конечно, знаете.
Доктор Флейшман, все
находится под контролем.
Это всего лишь рак простаты.
Что привело вас к такому заключению?
Я видел сон.
Я прочел по чайным листьям.
Чайным листьям?
А также я был у специалиста в Анкорадже,
когда ездил за цыпленком.
Ясно?
Вам нужно удалить простату.
Сама собой она не исчезнет.
Это говорите вы.
Дух играет важную роль в нашей
болезни и в нашем здоровье.
Так же, как наше тело и разум.
Вы умеете танцевать?
Ну, да... немного...
Не очень хорошо...
А что?
Доктор Флейшман, я всегда
считал танец лушим лекарством.
Позвольте мне показать,
что я имею в виду.
Так. Смотрите на меня.
Теперь попробуйте вы.
Спасибо, но у меня обе ноги - левые,
а что такое ритм, я вообще не знаю...
Ничего страшного.
Хорошо.
Так.
Сильнее сгибайте колени.
У вас хорошо получается.
Будем петь дальше?
Продолжайте, я сейчас вернусь.
Как мэра Сицели, меня попросили
провести эту встречу, на которой
вы сможете передать пожелания
руководству нашей радиостанции,
так как Крис Стивенс был уволен.
Достаточно уже того,
что сюда пришел Морис.
Морис, почему бы тебе не
выйти сюда и не взять слово?
Мне очень приятно присутствовать
на этой маленькой встрече.
Я знаю, что настали нелегкие времена.
Один из нас, Крис Стивенс, совершил
ошибку и должен за это заплатить.
Все вы знаете меня как правильного парня.
Я могу пошутить, как и все вы.
Но нарушение есть нарушение.
Как уже было сказано, я готов
выслушать любые ваши идеи
о том, как нам улучшить
нашу радиостанцию.
Это Ширли подняла руку?
Ширли, как дела?
Я принесла петицию с 376 подписями
за то, чтобы вы вернули Криса.
Да!
Хорошо.
Спасибо.
Меня тошнит от "Порги и Бесс".
Нас тошнит от "Карусели".
Нас тошнит от "Бригадуна".
Нас тошнит от "Kiss me, Kate".
- Нас тошнит от мюзиклов!
- ДА!
Нас тошнит от того, как ты читаешь
книги и от твоих тупых шуток.
Нас тошнит от твоего скучного
голоса. Убирайся из эфира!
Нам нужен Крис Стивенс!
Верни Криса! Верни Криса!
Так, давайте кое-что проясним.
Я вам не деревенщина!
Если вы думаете, что я испугаюсь угроз
и тактики давления со стороны неблагодарной
толпы, вы ошиблись адресом.
Это моя радиостанция.
И если я хочу, чтоб играла "Порги и Бесс",
пока стадо не придет домой,
так оно и будет.
Убирайтесь из церкви!
Анку?
Эй! Мне кажется, я слышал шаги внизу.
- Доброе утро, доктор Флейшман.
- Ну-ка. Что там написано?
Это вопрос с подвохом?
Там написано "Закрыто". "Закрыто" означает
"Закрыто". Иди домой на пару часиков.
Позволь мне доесть этот
черствый пончик с миром.
- Что?
- Что сказал дядя Анку?
- Он сказал, что я приходил осматривать его?
- Нет.
Тогда как ты узнал?
Ну, я подумал, что вы окажетесь
настолько хорошим человеком...
Чего? И что?
Ну, будете испытывать чувство вины...
Вины?
Так, я закончил с твоим дядей.
Знаешь, что он сказал?
Он будет учить меня танцам,
если я принесу свои кассеты.
А затем он извинился и оставил
меня в одиночестве читать
Каталог Наркотических Препаратов.
- Он тебе его всучил?
- Да.
- И что нам теперь делать?
- Что делать?
Теперь ничего.
Позволь мне попробовать объяснить
тебе процесс лечения, Эд.
Ладно.
Будь я в Нью-Йорке,
я бы сидел в кондиционированном, полностью
оборудованном офисе на Ист-Сайде.
Три, может, четыре дня в неделю.
Пациенты бы приходили, я бы их осматривал,
а потом выписывал бы счет. А они
взамен давали бы мне кучу денег.
Но сейчас я не в Нью-Йорке
и не на Стадионе Янки.
Но игра та же самая,
и правила не изменились.
Доктора не гонятются за пациентами.
Вызов на дом, как молоко в бутылках -
вещь давно забытая.
Джоэль.
Эд.
Привет, Морис.
Там написано "Закрыто", Эд.
Я понимаю.
Мы закончим, когда ты откроешься.
Нет, Эд, не закончим. Мы УЖЕ закончили.
Ну, тут стало получше.
Хороший слой краски на этой стене...
Пол...
не слишком прогибается.
- Как тут с розетками, сынок?
- Розетками? Нормально.
Ага, отлично.
Да.
Я смотрю, ты убрал отсюда эти отбросы.
- Что вы задумали, Морис?
- Зайди-ка сюда.
Присядь.
Я не видел тебя вчера
на городском собрании.
Я был в гостях у индейца.
А.
Мы не очень давно знакомы, Джоэль.
Но я получал удовольствие от наших
диалогов последние две недели.
Я думаю о тебе как об очень близком по духу
человеке. Мне кажется, ты чувствуешь то же.
Недавно вы чуть не снесли мне
голову дробовиком. На лодке.
А, это...
Ничего личного, сынок.
Ты же не в обиде.
Но после всего, что вчера
устроили в церки эти неблагодарные!
Они меня просто заклеймили!
Морис, могу я быть честным?
Ты не подходишь для радио.
Твой музыкальный выбор... мм...
Просто ужасен.
И твоя личность похожа на жидкий
кислород... или маслины.
Или на чашку крепкого кофе.
Своеобразный вкус.
То есть, ты хочешь
сказать, что я своеобразен?
Ну, в каком-то смысле.
Вы же знаете, что в вашей
власти вернуть Криса.
Я не могу сделать этого, сынок.
У меня тоже есть своя гордость.
Вот, значит, к чему все сводится?
Вы, Мэгги, Крис, Анку...
Кто был последним?
- Простите, мистер Анку.
- Доктор Флейшман.
Какой приятный сюрприз.
- Вы собирались прийти?
- Нет.
Я думал о вас и решил зайти.
Ваша жена сказала, что вы здесь.
Понятно.
Знаете слово из четырех букв,
"острое замечание".
Укол?
Конечно.
- Вы решаете кроссворды?
- Иногда.
- Нью-Йорк таймс, я полагаю?
- Конечно.
Карандаш?
- Ручка.
- А.
Может, вам будет удобнее,
если вы разденетесь?
Слушайте, я знаю, что вы
не просили меня приходить.
И я говорил себе, что не стоит наступать
дважды на одни и те же грабли...
Но вы умрете, если не будете лечить рак.
Все мы умрем.
Я знаю, что все мы когда-нибудь
умрем. Но вы выбираете смерть.
И это не дает мне покоя, потому
что вы доктор, и вам лучше знать.
Я занимаюсь медициной почти 50 лет.
Я всегда обращался к солнцу.
Чаще всего люди поправлялись.
Иногда нет.
Но они всегда слушали меня, верили мне,
и я всегда лечил их своим способом.
Я лучше умру, чем опозорюсь перед ними.
О чем вы говорите?
Вы скорее умрете, чем опозоритесь?
Да никто не выбирает смерть!
Это глупо, это безумие! Вы либо
сошли с ума, либо вы трус.
И мы оба знаем, что вы не сумасшедший.
Это просто гордыня, Анку. Тупая гордыня.
Когда я рос в Оклахоме,
по субботам я ходил в кино.
Моим любимым актером был Джон Уэйн.
Не имело значения, вестерн
это или военный фильм,
я смотрел все подряд.
Кроме "Quiet Man". Он вгонял
меня в смертную тоску.
К девяти годам я ходил и говорил как Дюк.
Но однажды стены рухнули.
Я играл в войну с ребятами Маршалла,
Джеффом и Джедом, в лесу Бейли.
И Джефф бесцеремонно сказал,
что Джон Уэйн дерется не сам.
Не он наносит, не он принимает
удары, не он падает.
Я чуть не пришиб Маршалла, прибежал
домой и расспросил отца, правда ли,
что Джон Уэйн дерется не сам.
И он сказал, что это правда.
Джон был морим кумиром, а ребята Маршалл
показали, что у него глиняные ноги.
Я не стану плеваться, если Уолт Уитмен
занимался сексом сам с собой.
Или что Гувер брал больше, чем отдавал.
Или что Айк был верен Мейми.
Или что Бог знает чье достоинство
пострадало от пони или от бутылки.
Нам нужны герои.
Мы нуждаемся в людях, которых можем
уважать, в которых можем верить.
Людях, которые выше.
Мы не можем рубить их ноги просто
чтобы доказать, что они такие же как мы.
Так, Уолт Уитмен был извращенцем,
но он был лучшим поэтом Америки.
И если бы он стоял сегодня здесь,
и кто-нибудь обозвал его кобелем
или гомиком, в лицо или
за глаза, то этому человеку
пришлось бы держать ответ передо мной.
Конечно, все мы люди.
Но среди нас, черт возьми, есть те,
кого принято называть героями.
Тема закрыта.
Открыто.
- Доктор Флейшман?
- Мистер Анку?
- Как поживаете?
- Чудесно, отлично.
Я передал жене суть нашего разговора.
Она на вашей стороне.
Гордость - это сильнейший наркотик, но он
не приносит пользы аутоимунной системе.
Вы не хотите присесть и преломить
со мной сэндвич с салями?
Я не могу. У меня есть система.
Может быть, когда я вернусь из
больницы, вы сможете впихнуть его в меня.
Несомненно.
Мы должны попрощаться.
Ты очень симпатичный парень,
но она немного о тебе думает.
Вы это поняли?
Если хочешь поймать рыбу, думай как рыба.
Что тебе нужно?
Я кое-что тут забыл... Я могу вернуться.
Побыстрее, я занят.
У тебя скрытый ум, Морис.
Он похож на воды Биг Мадди.
Очень сложно увидеть его дно.
Он глубок там, где ты
думаешь, что он мелок,
а мель там, где, как ты думаешь, глубоко.
- Тебе захотелось получить еще одну взбучку?
- Нет, сэр, ни в коем случае.
Морис, послушайте, все,
что я пытаюсь сказать -
я никогда не хотел сокращений в сочинениях Уитмена.
Но я вижу в глазах других
людей, что некоторые
понимают это совсем не так... Я не...
Я не хотел бы, чтобы люди читали
Уитмена по неправильной причине,
и уж конечно я не хочу
убивать в человеке ребенка.
Ты совершил ужасный поступок, Крис.
Я знаю.
Прости.
И?
И?
И?
И я прошу прощения...
Не знаю. Что?..
Ты ведь хочешь вернуться на работу?
Точно.
Ладно. Все заслуживают
второй шанс. Он твой.
А, персональное замечание.
Я бы хотел похвалить тебя за ту
замечательную подлянку... Удар исподтишка.
Я его почувствовал.
Даже звезды видел.
Ну, не совсем звезды, скорее, светлячки.
Морис...
Спасибо.
Да, ладно.
Привет.
А, это ты.
- Который час?
- Около 11.
Что там случилось?
Дракон под кроватью?
Я принес мазь для твоего колена.
А.
Как оно? Колено?
Все в порядке.
Я бы не перестал, будь я на твоем месте.
- Что?
- Танец.
Значит, твое колено время от времени
отвинчивается? Хорошенькое дельце!
Элейн любит танцевать.
Но, знаешь, у меня...
Как в пословице, обе ноги левые.
Конечно, если бы это преподавали
в медицинском училище...
Может, мы стали бы лучшими врачами...
Ты напился, Флейшман?
Нет, не знаю, я... немного...
Не знаю. У меня тоска по дому.
Должно быть, этот чистый
воздух, эти яркие звезды...
Я не могу заснуть без бензина, шума,
движения, психов на улице...
Мэг?
Что там такое?
Вызов на дом.
- Ты заболела?
- Нет.
Так, тогда увидимся в спальном мешке.
Ну, так или иначе...
Сейчас мне пора домой.
Позвони мне, если
лекарство не подействует.
Может, я приторможу
завтра и починю твой душ...


Серия 3

Ау!
Соупи?
Эй, Мэгги. Иди сюда.
Привет, ребята.
Соупи, тебе нельзя это поднимать.
Я должен кормить детей.
Дай сюда.
Привет.
- Я всю дорогу думала о тебе.
- Рад слышать.
Тебе не понравится, что я скажу,
но ты же знаешь, ты слишком стар,
чтобы лазить по деревьям.
Я пробовал заняться альпинизмом.
- От этого в ушах было как-то странно.
- Ага...
А чертова вода всегда слишком
холодная чтобы плавать.
А ты не пробовал
почитать хорошую книжку?
Если бы я хотел стать овощем,
я бы валялся на траве.
Да ну тебя.
Надо выбираться отсюда
пока не поднялся ветер.
- Привет, Мерилин.
- Мерилин, будь добра, проводи Соупи
Ты знаешь, который час?
Я прошу прощения. Мы добыли пледы
для праздника подношения даров.
- О, понятно.
- А еще Соупи хотел пролететь над пиками,
так что мы выбрали живописный маршрут.
- Ты злишься?
- Злюсь? Конечно, нет.
Я люблю сидеть без дела и смотреть как Мерилин
просматривает мой каталог Шарпер Имидж.
- Если ты вдруг не заметила диплома
в моем кабинете, я - врач.
- Правда?
Даже если я тебе не нравлюсь,
отнесись с должным уважением
к годам, которые я провел в медицинской школе
Ты пытаешься мне сказать, что в
городе с населением 815 человек
и 16-ю часами света в день ты не
можешь впихнуть всех в расписание?
Это дело принципа.
Видишь ли... хм, смотри.
"Здравствуйте, меня сбил автобус"
- это причина, по которой можно опоздать на прием
Но не "Я решила сделать маникюр"
У меня нет маникюра! А если бы меня сбил
автобус, я бы не опоздала, я бы отменила!
Она - та еще штучка.
- О, да!
- Со вздорной женщиной не соскучишься.
Да? Да будет вам известно.
Со скучными душевной беседы не выйдет.
Но и о них можно много сказать.
- Итак, Соупи, как идут наши дела?
- Медленно.
Когда именно мне ожидать улучшения?
Глубокий вдох.
Еще раз.
Я давно сказал, перелом бедренной кости
- не шутка. В вашем возрасте...
"В моем возрасте"?
Фу, ненавижу эти слова.
Даже если бы вам было тридцать,
у вас серьезно поврежден нерв.
Улучшение наступит очень
нескоро. Откиньтесь назад.
Как идет лечение? Вы делаете упражнения?
Упражнения? "Доить сурка пальцами ног"?
Вам нужен хороший уход. Будет трудно,
даже если серьезно лечиться. Так.
Толкайте.
Хорошо. Обувайтесь.
Я знаю, вы любите независимость, но вам
было бы лучше переселиться в город.
Нет. По мне здесь слишком людно.
Можно переехать к родственникам
Мой ближайший родственник
живет в Дейтоне.
Я бы к нему не переехал, даже
если бы он жил в Белом Доме.
А что будет, когда вас засыпет снегом? Или,
не дай Бог, поскользнетесь и упадете на льду?
- Я поразмыслю над этим.
- Соупи, я серьезно.
Я только что осмотрел ваше бедро. Вам не
становится лучше, вы не следуете рекомендациям
Вам пора задуматься о будущем. Прошу вас!
- Знаете, а вы правы.
-Да?
Да.
Я поеду домой и займусь этим.
Пора подумать о будущем.
Хорошо.
Но только если вы пообещаете
сделать то же самое.
Единственное будущее, о котором я хочу думать,
так далеко, что мне понадобится телескоп
Скажите док, вы случайно не женаты?
Нет. А что?
Просто любопытно. До свидания,
доктор Флейшман.
Дать вам острый нож, доктор Флейшман?
Нет. Лучше бензопилу.
И не будете ли вы добры
сказать мне, что это за гарнир?
Я спрошу.
- Соупи просил передать тебе это.
- Что это?
- Записка.
- Я только что с ним виделся.
Ты завтра должен приехать к нему домой.
У него для тебя есть грязная работа.
Ты читал мою записку?
Он сказал мне, что там написано.
Ты должен поехать к нему домой.
Я умею читать, Эд. Спасибо.
- И как, черт возьми, я должен туда добираться?
- Ну, Мегги может тебя подвезти.
Я ее спрашивал. Она скзазала:
"Будь готов в 6 утра"
Замечательно. Спасибо.
- Что-то не так?
- Все прекрасно.
Жду не дождусь проснуться на рассвете и
забраться в летающую жестянку... спасибо...
...с женщиной, которая мечтает, что я
подцеплю долгую и тяжелую болезнь,
чтобы проделать грязную
работу для старикашки,
который не слушает, что я ему говорю, а потом
злится на меня, потому что не идет на поправку
Мечта всей моей жизни.
Даже не знаю, смогу ли уснуть.
По-моему ты пропустила несколько
воздушных ям. Не промахнись на обратном пути.
Как же ты выжил в Нью-Йорке?
Я ездил в общественном транспорте.
Там не надо пить драмамин.
Привет, ребята!
"Привет, ребята"? Они скалят зубы.
Они мечтают о твоей бедренной кости,
а ты говоришь "Привет, ребята"?
- Соупи, это Мегги.
- И Джоел.
- Соупи?
- Соупи?
- О-оу.
- Что?
Не заходи сюда. Тебе не нужно это видеть.
Прекрати, Флейшман
- О Боже.
- Он мертв.
Я вижу.
Он надел костюм?
Только посмотри, он повязал галстук-
бабочку. Он даже начистил ботинки.
Он оставил записку.
"Дорогие Мегги и Джоел. Простите, что втянул
вас в это. Но я не хотел лежать тут до тех пор,
пока кто-нибудь почувствует запах."
- Мегги.
- Что?
Он пахнет Олд Спайс. Он побрился,
чтобы покончить с собой.
- Кажется, мы нашли орудие убийства.
- Смотри, куда направляешь эту штуку.
Его завещание в том ящике с другими
бумагами и бутылкой вина, чтобы мы
могли залить горе
- Красное или белое?
- У тебя извращенное чувство юмора, Флейшман!
Человек расфуфырился, чтобы убить себя,
а извращенное чувство юмора - у меня?
- Скажи мне, что он просто спал с этим.
- Он хочет, чтобы мы положили туда его прах.
Вау. Я никогда... Он даже уборку сделал.
Надо погрузить его и его вещи в самолет
По-твоему это нормально?
Послушай, Флейшман, Соупи жил
как хотел, и умер как хотел.
Тебя ничто не смущает?
В чем дело, Флейшман, ты же врач,
ты что, никогда не видел мертвецов?
Да, и мне противно, я не люблю,
когда люди кончают с собой.
Если опустить этические соображения,
это как минимум невыгодно.
У него все было хорошо, пока ты не
предложил ему задуматься о будущем
Я имел в виду трость.
"Я лишь сожалею, что Хелен, Моя
возлюбленная жена на протяжении 42-х лет
не переехала со мной на Аляску."
"Мы это обсуждали, но она всегда находила
оправдание, чтобы не сдвинуться с места."
"Потом она умерла."
"Так что я решил сделать это за нас обоих
и наслаждался, черт побери, каждой минутой"
"Это позволило мне стать тем человеком,
которым я всегда мечтал быть -
отшельником в хижине,
у черта на куличиках"
"Прилагаемые деньги я
оставляю бару Холлинга ,
в надежде, что выйдя отсюда, вы пойдете
выпить стакан-другой за меня"
"Я также хочу, тчобы Холлинг проследил за
моей кремацией, инструкции прилагаются."
Я пропущу инструкции, если вы не против.
Будь добр.
"Что до остальной моей собственности,
Крису я оставляю свою обширную коллекцию
неизвестной музыки кантри и блюграсс..."
Вау.
"...которую он поставит в память
обо мне в шоу Утро с Крисом."
"И я хочу, чтобы все послушали.
Вам понравится."
- "И наконец..."
- Наконец!
"...остальную собственность,
состоящую из 100 акров
и стаи хаски-чемпионов,
я оставляю своим душеприказчикам..."
Ну, что? Мы что, по-твоему
по губам читать умеем?
Ну, здесь сказано: "доктору Джоелу
Флейшману и Мегги О'Коннел".
- Стоп. Ты, наверное, ошибся.
-Нет. Здесь твое имя, черным по белому.
О чем это вы? Я его почти не знал.
С чего ему оставляь мне
что-нибудь, тем более - почти все?
- Может, ты ему нравился.
- Это безумие. Мы были едва знакомы.
- Ты что-нибудь знаешь об этом?
- Я знаю, в это сложно поверить, Флейшман,
но мы с Соупи никогда о тебе не говорили.
- Да? Хорошо. А о чем вы говорили?
- Это не твое дело.
- Что ты пытаешься скрыть?
- Человек, умерший человек,
упомянул тебя в завещании,
а ты думаешь, что здесь
прячутся скрытые мотивы.
Я знаю, он думал, что ты - доктор
Франкенштейн и сможешь его вернуть.
Ты что-то вбила ему в
голову, О'Коннел. Что?
- Ты невыносим.
- Он что, был не в себе?
Соупи, в отличие от тебя, был добрым,
щедрым, чудесным человеком.
Кем бы он ни был... пора расходиться.
Я не могу понять. Зачем
ему что-то мне оставлять?
Он даже за лечение ни разу не заплатил.
А теперь я унаследовал 100
акров грязи и стаю волков.
Мы унаследовали.
Стая таких собак принесет десять,
может, двенадцать сотен долларов.
Чудесно. Немножко работы и можно
считать, что я унаследовал комплект
зимних покрышек.
Я подумала, мы могли бы открыть
заповедник и назвать его в честь Соупи.
Заповедник? Чтобы жители Аляски
могли стать поближе к природе?
А что не так?
Ничего. Это оригинально, как раз то,
что нужно для такого крупного города.
Ладно, забирай мою долю, только
назови детский зоопарк в мою честь.
Знаешь, зачем он так со мной поступил?
Готов поспорить, он разозлился, когда я
сказал, что он старик.
Ему было 82. Что еще я мог сказать?
Конечно, Флейшман. Он покончил с собой
только чтобы испортить тебе выходные.
- Хорошо, скажи мне, зачем.
- Тебе назло.
По-моему, ты попал в точку.
Ферлин Хаски. "Почему я тебя терплю?"
Да, вот что значит любить музыку кантри.
Сколько жизни, честности, страсти.
"Она играет в одиночку, я пью двойной".
"Я единственный мамин чертенок"
Крис, если ты выпустишь в
эфир эту чушь в шесть утра,
ты увидишь перед собой больше стволов,
чем в Национальной Стрелковой Ассоциации.
И мой будет первым!
"Счетоводство" значит,
что мне нужны эти счета..
Если бы они не были нужны, это
называлось бы счетовыбрасывательство
или счетозабывательство.
Вас хочет видеть вождь Ронконхома.
- Какой вождь?
- И его друг Фред и их бухгалтер.
Доктор Флайшман? Я
- Вильям Кейсбеар.
Это вождь Ронконхома и его друг Фред.
Я представляю финансовые
интересы их племени.
Вы первый пациент, который
пришел на прием с бухгалтером.
Вождь не болен. Он заинтересован в
покупке у вас земли Сандерсона.
Правда?
Секундочку.
Доходы племени основываются на
нефтепроводах и правах на разработку ресурсов.
мы собрали пакет ценных бумаг,
значительный даже по меркам Уолл-стрит.
Нам хватило ума не связваться с Джинни
Мейс или бросовыми облигациями.
В результате мы попали в довольно
неудачный класс налогообложения.
Мы считаем, что ваша земля может стать
тем укрытием, которое нам нужно.
Каким образом?
Бурением на нефть, поиском
новых минералов, урана, газа.
Откровенно говоря, на той земле нет
минералов. Ни газа, ни нефти.
- Мы знаем.
- Налоговое укрытие?
Правительство побуждает нас
начать неприбыльный бизнес.
Все согласны, что земля некудышняя, так
что договориться о цене будет несложно.
У меня есть партнер, а она вбила
себе в голову идею о заповеднике.
Возможно, вам удастся ее переубедить.
Не знаю.
Если она что-то вбивает себе
в голову, то вбивает намертво.
Доктор Флейшман...
Позвольте спросить...
кто лучше знает, как управлять
этой землей? Вы и ваш партнер?
Или люди, которые жили и умирали
на этой земле тысячи лет?
Все верно, но...
Это вопрос справедливости,
вам не кажется?
Да, справедливости и пятидесяти тысяч.
Пятидесяти ты... Пятидесяти тысяч чего?
Долларов.
С такой горостью мелочи приятно будет
вернуться в Большое Яблоко через пару лет.
Я обдумал твою идею.
- Ты думаешь это глупо.
- Нет, это не глупо.
Это немножко абсурдно и смешно,
но не лишено разума
- Что тебе нужно Флейшман?
- Ничего. Я просто...
Я просто хочу, чтобы ты подумала и о
других вариантах использования земли Соупи.
- Например?
- Эм...
Я не знаю, но я думал, чтобы
мы не делали с землей...
"Мы", Флейшман?
Насколько я знаю, ты всего лишь препятствие,
партнер исключительно на бумаге.
Вот, значит, как ты считаешь?
Не более чем помеха?
- В какой-то мере.
- В какой-то мере? Нет, давай, говори.
Хорошо. Ладно, Флейшман.
Вот я веду грузовик,
и вижу знак "оползень" или
"дорожные работы" и это - ты.
Ладно. Хорошо, О'Коннел.
- Хорошо. Хочешь знать, что я думаю?
- Не очень.
Мы должны вернуть эту змелю
ее исконным владельцам.
Мы должны отдать ее индейцам.
Я что, пропустила как
тебя ударили по голове?
Я серьезно. Я думал об этом весь день.
По-моему это было бы правильно.
Не согласна?
Да.
Да. Я просто...
Просто что? Что?
- Ничего.
- То есть ты согласна?
- Да.
- Хорошо.
Я не стану нагружать тебя формальностями.
Я все возьму на себя. Идет?
Флейшман?
Я действительно... удивлена,
что ты об этом подумал.
Помехи тоже иногда думают.
Натуральный источник. Никакого покрытия.
Абсолютно нет искусственного освещения.
- Круто.
- Это невероятно.
Все такое настоящее.
Настоящий город Аляски.
Да, город небольшой, но у нас
скоро будет видео-магазин.
Посмотри на эту грязь.
Великолепная грязь.
Она такая... Такая... влажная.
- Влажная?
- Круто.
Эд, что это за грязь?
Это вопрос с подвохом?
Сними грязь, и его ноги тоже.
- А о чем все-таки кино?
- Это не кино, это документальный фильм.
Да? Я эти люблю.
Животные убивают друг друга.
Лысый мужик продает страховку.
Ну, это и есть телевидение.
Самобытность.
Все должно быть очень личным,
но сохранить ощущение размера.
Что это за фильм, где
Джон Вейн ищет девушку?
Там не видно атаки индейцев,
а только слышно барабаны.
- А потом пустая хижина.
- Что это? А...
Искатели, Джон Форд.
Элейн, где ты была?
Я все утро пытался.
Какая распродажа в Барниз?
Правда? Какой бежевый пиджак?
Стопроцентный шелк? Сколько?
Вау!
Ладно, слушая. Я попрошу
тебя сделать еще одну покупку.
Найди мне юриста. Хорошо? Самого
лучшего. Нет, ничего не случилось.
Я собираюсь избавиться от контракта.
Мне плевать, что дорого. Слушай.
Елейн! Я здесь нашел золото.
Точнее, оно само меня нашло.
Неважно. Кажется, я знаю как
выбраться из этой богом забытой дыры.
Слушай, мне пора идти. Да, мне пора.
Посмотри, что можно узнать, и
не жалей денег. Ладно? Хорошо.
Это второй душеприказчик,
доктор Джоэл Флейшман.
Привет.
Это Ким Чанг и Лори Баттон.
Они снимают фильм о Соупи.
Фильм? Почему?
Мы из Кеньон-колледжа. Доктор
Сандерсон был нашим благодетелм.
Докто Сандерсон?
Соупи 20 лет был профессором в Кеньоне. У него
была степень доктора по теологии и мифологии.
В Кеньоне он легенда.
Некто по прозвищу "Соупи"
- дважды доктор?
Сначала стены под разными углами.
А потом, с приближением, голову лося.
- Ты знала, что Соупи был профессором?
- Все знали.
-Я не знал.
- А ты не спрашивал.
И что? Холлинг бывший госсекретарь?
А Эд из ЦРУ?
Что еще я не знаю, потому что не
догадался спросить? Что смешного?
Ты, Флейшман.
Так. Веки крупным планом.
- Веки опускаются?
- Больше нет.
Так. Хорошо.
Снято! Да, не забудь снять
пепельницу из козьего копыта.
Прошу прощения. Это так интересно.
Можно я буду смотреть?
Да, конечно.
Ага.
Что? За две спальни, без швейцара?
Нет, нет, так не пойдет.
Да, открыто.
- Привет.
- Привет.
- Надеюсь, ты еще не ужинал.
- Э... нет.
Отлично. Я принесла праздничный ужин.
- Что мы празднуем?
- Заповедник.
Джои?
- Не говори мне, что ты передумал.
- Нет, конечно, нет.
Послушай, дорогая, мне пора бежать.
Мы можем найти что-нибудь получше.
- Да. Поговорим позже. Хорошо.
- Пока.
Я подумала, мы могли бы
назвать его Лес в Сто Акров,
как в Винни-Пухе.
Ты, наверное, думаешь, что это глупо.
- Что глупо?
- Лес в Сто Акров, Винни-Пух.
Нет. Мне всегда нравился Иа-Иа. Да.
В детстве, я брал пример
с Кристофера Робина.
Ты выглядишь...
Что?
Ничего. Ты хорошо за собой следишь.
- Я похозяйничаю на кухне?
- Она в твоем полном распоряжении.
Я принесла вино,
которое нам оставил Соупи.
Я уже ничего не помню
о винах. Это хорошее?
Неплохо. Лафит-Ротшильд 1975.
Да, одно из лучших вин всех времен.
По крайней мере из французских.
Была очень теплая осень.
Знаешь, я обычно не пью, но...
Я быстро глупею, но... Для вина
за $200 я сделаю исключение.
- Почему ты разбираешься в винах?
- Чтобы производить впечатление на других врачей.
Вау!
Два бокала, и ты увидишь
меня в новом свете. То есть...
Ну, ты поняла.
Все, finito vino.
Ты был прав об этом вине.
Да. Закон средних чисел.
Я должна извиниться.
То есть, я не всегда отношусь к
тебе как к большому препятствию.
Просто ты представляешься как этакий...
высокомерный, безчувственный эгоист,
который ни разу в жизни не
задумался о другом человеке.
И я хочу извиниться за то, что никогда
не думала о другой стороне.
У тебя красивые руки
Никогда не замечала.
Врачи обычно заботятся о своих руках.
Что еще я упустила?
Я не знаю, но, Мегги, послушай, э...
я... я...
Во-первых, я рад, что ты
довольна этим заповедником.
И очень здорово, что ты
допускаешь вероятность
что я не худший человек на свете,
но мне начинает казаться,
что, наверное, э...
наверное, я должен кое-что прояснить.
Что?
Несмотря на то, что есть другая
сторона меня, та, которая тебе нравится,
есть и еще кое-что.
О чем это ты?
Я хотел сказать, что, э...
Человек всего лишь человек.
человек, э...
человек может ошибиться в оценке,
человек может изменить привязанность...
Ты понимаешь о чем я? Люди... человек...
Человек может свернуть не
туда в критический момент
- Да. Я понимаю.
- Понимаешь?
Да. Ты думаешь, что я
пытаюсь тебя завлечь.
Но я не пытаюсь.
И даже если бы пыталась это... это вино.
- Мне пора.
- Нет, нет, подожди, стой, подожди.
По-моему ты не понимаешь,
что я птытаюсь сказать.
Я пытался прояснить кое-что
по поводу нас и земли.
Я хотел сказать, что я ни в чем не
пытаюсь тебя обвинить.
- Нет?
- Нет.
А.
Но, для ясности, что сейчас произошло?
Ну... Кажется я с тобой заигрывала.
Ты со мной заигрывала
и... я тебя остановил?
Ну... Да.
Кажется.
То есть ты хочешь сказать, что если бы
я не сделал чего-то что я сделал...
- Ты это делаешь сейчас.
- Да?
- Ага.
- О.
А ты можешь сказать, что
я делаю? Я знаю только что...
мы просто сидели и...
Спокойной ночи, Флейшман.
Соупи говорил мне, что он любит
музыку кантри за ощущение мифа.
Герои и злодеи, добро
и зло, хорошо и плохо.
Главный герой забредает в бар, который
видится ему микрокосмом большой картины.
Он размышляет над своим
существованием и спрашивает себя:
"Кто эта красотка в красном платье?"
Между тем, классическая композиция
"Pee Wee King and the Golden West Cowboys".
- Спасибо.
- Пожалуйста.
Шелли, будь добра, сделай чуть
потише, пока я не сошел с ума?
Хорошо.
Скажи когда.
Отлично.
Доктор Флейшман, мы приготовили
бумаги. У вас есть минутка?
Да, но вам не кажется, что это стоит
обсудить в более уединенном месте?
Это секрет?
Нет. Это бизнес, которым я
обычно занимаюсь не в баре.
Мы думали, вам не
терпится получить деньги.
Извините. Извините. Доктор Флейшман?
Это вы извините. Я беседую с вождем.
"С вождем"? Вы вождь?
Великолепно. Снимай их обоих.
- Просто продолжайте чем вы там занимались.
- Я так не думаю. Эд?
Да.
Эм, Лори, я не думаю, что нам стоит
беспокоить доктора Флейшмана,
он из Нью-Йорка, у них
особое отношение к папарацци.
Я не так хорошо знала Соупи. Разве что
он часто приходил сюда завтракать.
Он всегда заказывал одно
и то же, одноглазого Джека.
Это тост с дыркой, а под ним яичница,
так что выглядывает желток.
Это должно быть похоже на глаз,
так и получилось название.
А сверху плавленный сыр, потому и "Джек".
Только Соупи всегда
заказывал американский сыр.
Одноглазого американца.
Звучит не очень вкусно.
По-моему.
Вы знаете о Соупи что-нибудь такое,
чего не знает больше никто?
Ну...
Я, наверное, не должна этого говорить, потому что он
не сможет сказать что-нибудь в свою защиту,
но...
Соупи не верил в заменитель сахара.
Мегги, расскажите нам о настоящей Аляске.
- Прошу прощения?
- В поисках чего вы сюда приехали?
Вообще-то я приехала сюда не одна.
Да, с тем парнем, что сорвался со скалы.
- Нет.
- С тем, который не проснулся на леднике.
- Откуда вы знаете?
- Из дневника доктора Сандерсона.
А.
Я даже не знала, что у него была жена.
Не знала до похорон.
В папке есть ее фотография, да?
- Почему вы снимаете без ламп?
- Мне нравится естественное освещение.
- Нравится, почему?
- Оно отражает действительность.
Ох.
- Она похожа на меня.
- Странно, вы похожи как две капли воды.
В дневнике он писал, что вы
похожи не только внешне.
- В каком смысле?
- Что он писал?
Он сказал, что вы обе пели
свою собственную песню.
- Что это значит?
- Я не знаю.
Соупи писал, что Хелен была более
беззащитна, чем вы, но вы чаще рискуете
- Кроме...
- Кроме?
Кроме мужчин.
И я не знаю. Я никогда об этом не
задумыалась, пока Соупи не сказал.
То есть, я думала об этом,
но никогда не понимала так ясно.
- Что скажешь?
- По-моему, это очень хорошая идея.
- Ты уверен?
- Абсолютно.
Мы говорим об одном и том же?
Твой заповедник. То,
что мы здесь сделаем.
Нет.
Нет, я хочу знать, считаешь ли
ты, что сказанное Соупи, правда.
А о чем?
Я убиваю мужчин?
Или это совпадение, что каждый мужчина,
с которым я встречаюсь, умирает?
А, об этом.
Ну, может быть ты просто...
меняешь что-то во вселенной.
Что я делаю? Встречаюсь с
мужчинами, которым желаю смерти?
- Джоел?
- Да.
Только сейчас я начинаю думать,
увидев его с другой стороны,
что все может получиться, если
его не собъет большой грузовик.
Да, да. Левее!
Левее для тебя, да. Два шага.
Прошу прощения. Что вы делаете?
- Замеряем.
- Это я вижу. Зачем замеряете?
Новым хозяевам нужна карта границ,
прежде чем они начнут прокладывать дорогу.
Каким новым хозяевам? Какую дорогу?
Расскажи нам о земле Соупи. Что
заставило тебя отдать ее индейцам?
Я уже сказал, я не
склонен давать интервью.
Я не очень хорошо говорю с
публикой, может, мы могли бы...
- Что это?
- Цитата из любимой книги Соупи.
Она обобщает его чувства к земле,
которую он вам отдал. Прочитайте?
Ох. Ах. Да. конечно.
Судя по всему, это высказывание
вождя Шиатла, датированное 1852.
Начинать? Хорошо.
"Президент в Вашингтоне извещает нас
о том, что он хочет купить нашу землю."
"Но как можно купить
или продать небо, землю?"
"Земля не принадлежит человеку,
человек принадлежит Земле."
"Все связано, как кровь,
которая объединяет нас всех."
"Человек не плел паутину
жизни, он всего лишь нить ее."
"Что бы он ни делал с паутиной,
он делает это с собой."
"Наша судьба загадка для нас самих."
"Что случится, если все
буйволы будут убиты?"
Или какой-нибудь меркантильный,
сребролюбивый, недальновидный недочеловек
продаст ее другим меркантильным,
жадным недочеловекам,
чтобы они насиловали землю,
покрывая ее цементом, с одной лишь
целью - платить меньшие налоги?
Я знаю твои причины, все 50 000.
Половина из которых, кстати, мои.
Не то, чтобы я к ним притронулась.
Невероятно, я-то думала,
что ты не безнадежен.
Потому что я не видела более гнусного,
вонючего набора молекул чем ты!
Мегги. Мегги, подожди!
Это было потрясающе!
Ты все записал?
Мегги, Мегги! Мегги, подожди.
Меня бесит не только
твое вранье и махинации
А вообще твое... все.
Хочешь поговорить о "вообще всем", а?
Тебе плевать, что чувствуют другие.
Ты думаешь только о себе,
Нью-Йорке и своей бесценной карьере!
Слушай, Мать-Тереза, я не выходил из
самолета со словами: "Я - Маркус Велби,
добрый доктор и рубаха-парень".
Я планировал заниматься
своими делами в Анкорадже,
но из-за контракта меня
обманом сослали в эту тундру.
Так что если я не очень честным
путемпытаюсь восстановить справедливость...
Скажи, где "Медждународная
Амнистия", когда речь заходит обо мне?
Значит ты моральный
урод и сам это признаешь.
Так послушай меня, мальчик.
Это тебя не извиняет!
Соупи ошибся!
Ошибся в чем?
Что за...?
Что ж, чудесно.
Прекрасно, замечательно.
Спасибо, О'Коннел. Это восхитительно.
Холлинг, расскажите
нам о настоящей Аляске.
Эм... Я не совсем понимаю,
что вы имеете в виду.
Вы можете перевернуть правую
руку и показать мозоли?
Молодец, Эд.
Вы можете вспомнить какой-нибудь случай,
иллюстрирующий, за что Соупи любил Аляску?
Было время, когда он участвовал
в собачьих беагх в Идитароде.
Он считал это метафорой
для путешествия героя в
первобытность, чтобы найти себя?
Эм...
Он считал, что это здорово.
Соупи говорил, что Аляска
- это не штат, а состояние души.
Состояние души - это вздор.
Вам бы не мешало избавиться от красивых
картинок, которые Соупи вбил
в ваши умненькие студенческие головки.
Аляска - это не убежище от мира,
Аляска и есть мир.
Здесь есть теплые местечки,
есть холодные местечки.
У нас есть рестораны. У нас
есть отели. У нас есть магазины.
Здесь можно жить в палатке, кататься на
лодке, заниматься подледным ловом.
И это лишь капля в море того,
что здесь будет через пару лет.
Нет, люди не хотят трудностей.
Люди хотят чистых полотенец.
А от людей вроде Соупи Сандерсона,
которые рассказывают всему миру, что
на Аляске живут деревенщины в хижинах,
у меня задница болит!
- Эд?
- Ой.
Простите.
Прошу прощения, мистер Миннифилд.
Вы не могли бы все это повторить?
Да, конечно. Э...
На чем я остановился?
На том, что у тебя болит задница.
В продолжение концерта памяти Соупи
Сандерона, одна из любимых композиций Соупи.
Мне и самому она нравится. Литтл Джимми Диккенс
"Возьми старую холодную картофелину и подожди".
Так.
Ну, я считаю так,
если ты здесь на четыре года или на
четыре недели, ты здесь прямо сейчас.
И если ты где-то есть, то ты
должен быть там, потому что...
важно не то, сколько ты здесь
пробудешь, а что ты здесь сделаешь,
а потом, когда ты уедешь, станет ли это
место лучше, от того, что ты здесь был.
Я ответил на твой вопрос?
Да нет, не совсем.
- А что был за вопрос?
- Что мне сказать Мегги?
Я не знаю.
Было бы лучше, если бы я спал не в собачьей
конуре. Я даже думать нормально не могу.
Я думаю, тебе просто нужно быть честным
Не ходи вокруг да около...
Скажи все прямо.
Я знаю.
Я бы сказал ей, что у нее красивые губы.
Эй, О'Коннел.
- Что тебе нужно?
- Я просто хочу поговорить.
Ну так говори.
Ты не могла бы положить топор?
Пожалуйста.
Сходимся.
Это тебе.
Что это?
Предложение вождя Ронконхома
на покупку собственности.
- Сколько у тебя копий?
- Я сказал им, что земля не продается.
Можешь его спросить.
Послушай, э...
Я много думал о том,
что ты сказала и э...
и кое-что было в точку.
Да.
Многое.
Почти все. Все, кроме "вонючего".
Моюсь я регулярно.
И что я по-твоему должна сделать?
Отпустить тебе грехи?
А ты крепкий орешек, тебя не расколешь.
Ну, не знаю. Однажды вечером
ты очень старался это сделать.
Когда ты собирался сказать мне правду?
За завтраком?
Я и пытался сазать тебе правду, ясно?
Не очень сильно, но пытался.
Послушай...
Извини за тот вечер,
но если мне не изменяет память, и я
и моя щека занимались своими делами.
Не мог бы ты сделать одолжнение
и не напоминать мне об этом?
Тем вечером была бутылка вина. И все.
Я предупреждал, я не умею пить.
У меня есть невеста.
У тебя есть этот... Рик.
Мы друг друга ненавидим. Ничего не было
Мегги?
Все в порядке. Все в порядке, Флейшман.
- Я...?
- Нет, дело не в тебе.
С чего ты взял, что все, что происходит,
имеет отношение к тебе?
Я расстроена из-за... себя,
Флейшман, а не из-за тебя.
И из-за того как... безгранично
Соупи любил свою жену.
И видел ее во мне.
Во мне, Флейшман.
Вот почему я расстроена. Так что,
сделай одолжение, помолчи.
Эм...
Который час?
Почти десять.
- Ой, нам пора.
- Пора куда?
Соупи хотел чтобы мы
утром развеяли его прах.
- Развеяли где?
- Над пиками. Это было в письме, помнишь.
Над пиками, в смысле над горами?
То есть, туда можно добраться
только на том маленьком самолетике?
Да.
Я думаю, ты сможешь сделать это без меня.
Соупи хотел, чтобы мы сделали это вдвоем.
Соупи был в состоянии стресса.
Он не мог ясно мыслить.
Доктор Флейшман, склонитесь над урной,
как будто прощаетесь с Соупи.
- Тебе будет приятнее сделать это самой.
- Забирайся!
Может, вы сделаете более грустные лица?
Или, там, поплачете?
Отстань, Эд!
Не волнуйся. Сегодня прекрасный день.
Все пройдет идеально гладко.
- Мегги, прекрати!
- Прекратить что?
Я осознал.
Что осознал? Это всего
лишь легкая турбулентность.
Вот они, пики.
- Что?
- Пики. Прах.
Ладно, хорошо. Хорошо,
урна может пригодиться.
Флейшман!
Боже!
Я, конечно, врач.
Я работаю с такими вещами, которые другим
людям покажутся абсолютно отвратительными.
Я не ханжа, особенно в таких
вопросах, честное слово.
Мне просто не нравятся останки
во рту. Даже тзнакомых людей.
Ким сказал, у меня глаз
оператора. Сам сказал.
Я чуть не расстался с завтраком
когда эта Полли Пьюрбред решила
отомстить на высоте в 5 000 футов.
Честно скажу,
эта женщина и клятва Гиппократа не
уживаются вместе в моей голове.
Я мог бы стать Бергманом севера.
Аляска же севернее Стокгольма?
И какое мне вообще до этого дело?
Рано или поздно мы с Элейн поженимся и
у нас будет трое испорченных детишек,
которые поступят в частную школу.
И общаться я буду только с одним вождем
- главным врачом акушерства и гинекологии.
Или, может, неврологии
Нет, те ребята - психи.
Они сказали, я могу считаться
вторым ассистентом режиссера.
То есть я уже им считаюсь.
Мы будем воспитывать детей и
ссориться из-за родственников.
И украсим дом искуственным мрамором.
И только каждый раз, когда я
открою бутылку хорошего Бордо,
будут просыпаться далекие, тошнотворные
воспоминания о сумасшедшей, которая
пыталась меня убить,
только потому что я поддался и
позволил ей поцеловть меня в щеку.
Я это переживу.
Наверное, я теперь никогда не смогу
смотреть на мир по-старому.
Она тебя поцеловала?!


Серия 4

Впереди! Впереди! Эд!
Эд! Эд!
Ты что, не слышал, как я ору "Впереди?!"
Мячик упал прямо перед тобой!
Знаю, видел. Потом он отскочил
и покатился куда-то туда.
Ты поднялся сюда по какой-то причине или
просто в лесу сегодня слишком скучно?
Да нет, там все как обычно.
Ты знаешь, что те ребята, которых
я впервые встретил на уроках анатомии,
сейчас играют на Силвер-Лейк.
Изучают курс акций на бирже,
отправляют пациентов друг другу...
Но самое ужасное
- они совершенствую мастерство игры.
А мне даже негде тренироваться...
Я его нашел.
А что толку-то?
Продолжить бы эту игру в
Нью-Йорке... как и свою жизнь.
- Знаешь, что бы я сделал?
- Ты о чем?
Положи дерн вдоль всей этой дороги,
и у тебя будет настоящее поле для гольфа.
Да, поставим ветряк и назовем его
мини-гольф Флейшмана.
Да, они здесь.
Да, они подают сигнал отсюда.
Не знаю, они улыбаются и все время
кланяются, так что я думаю, все в порядке.
Можешь начать обратный
отсчет в любое время. Ладно.
Это был мой работник с радио.
Вы что-то сказали, мистер Чиба?
Лишь то, что большинство пансионатов
мистера Мацуто находятся на Большом Острове.
Да? Я был на Гавайях.
У них есть солнце и вода,
но вы можете взять весь Большой Остров,
плюхнуть его на вершину горы Мак-Кинли
со всей его лавой, и у вас еще
останется место для лепрозория.
- Сбавьте тон.
- ... Мацуто и мистер Винсент Чиба.
Привет, ребята!
Нравится, да?
На Гавайях устроили бы пир и
зажарили в вашу честь поросенка,
Но у нас на Аляске есть то, за что
клиент будет платить бешеные деньги -
то, что нужно для отдыха - простор.
Вы понимаете, что я
имею в виду? Простор...
- Что с ним?
- Его сейчас стошнит.
Не в машине!
Эй, доктор Флейшман, сколько
раз в день вы моете руки?
Хороший вопрос.
Не знаю. Скорее всего, это зависит от
количества пациентов: 5, 10, 50...
- Вы пользуетесь "Wash'n'Dris"?
- Когда ем жареные ребрышки.
Мы его используем во время работы. Он
смывает жир, и руки хорошо пахнут.
Серьезно?
Так или иначе, позвольте мне
рассказать вам о процедуре.
Для каждого нового пациента я завожу
карточку и провожу медицинский осмотр.
У меня болит живот
и меня часто тошнит.
Я вам сочувствую. Как
долго это продолжается?
- Примерно два месяца.
- Ясно. Это может быть вирус.
И у меня два раза не было месячных, и я
сделала анализ, ну, когда писают в чашечку...
- и оно посинело...
УЗИ дало бы вам точный ответ,
но провести его я не могу,
Так что возьму на себя смелость
предположить, что вы беременны.
- Я тоже так считаю.
- О-о.
Это незапланированная беременность?
Вы не хотите...
- Нет!
- Что нет?
- Что вы хотели сказать?
- Вы не хотите снять куртку?
- Ладно.
- Хорошо.
- Пожалуйста, ложитесь.
- Да.
Устраивайтесь поудобнее.
- Итак, что за проблема у вас, Шелли?
- Холлинг.
- Он не хочет ребенка?
- Нет. Может быть.
Я не знаю... Он еще не знает об этом.
Сегодня утром он увидел чашечку, но я сказала,
что Рут-Энн дала мне средство для туалета.
Я думаю, лучше сказать ему.
Садитесь, пожалуйста.
- А вы не можете сказать ему, доктор Флейшман?
- Не думаю, Шелли.
Будет гораздо важнее,
если это скажете вы.
Почему бы вам не сдать
еще один анализ мочи?
И я выпишу вам витамины.
А это брошюра о дородовом уходе,
я хочу, чтобы вы ее прочитали.
- Хорошо.
- Так...
не пить, не курить, и никаких
диких скачек. Договорились?
И никакого секса?
Только для меня.
Мне плевать, чем он занят, я
хочу его видеть, и НЕМЕДЛЕННО!
- Что случилось?
- Не хочет дожидаться своей очереди.
Джоэль, этот человек болен.
Его стошнило в моем Кадиллаке.
Вся приборная панель в рисе!
Так.
Мистер Чиба, мистер Мацуто.
Это доктор Джоэль Флейшман.
Рад встрече с вами.
Присаживайтесь.
Мне жаль, что вы заболели.
- Что вас беспокоит?
- У него расстройство желудка.
- Это началось во время полета с Гавайских островов.
- А.
Скажите ему, что возможно, это из-за
турбулентности или обеда в самолете.
но я осмотрю его, просто
чтобы успокоиться.
Скажите ему, что доктор Флейшман являет
собой тип предприимчивого молодого специалиста,
избранного застолбить участок прямо
здесь, на берегу Аляскинской Ривьеры.
Скажите ему, что меня удерживают
здесь против моего желания.
Нет ничего, с чем бы не мог
управиться этот молодой человек.
Если вам нужен Кадиллак, отправляйтесь
в Детройт, а если доктор - езжайте в Нью-Йорк.
Скажите "А-а".
- А-а.
- А-а.
Аккуратней, сынок. Ты осматриваешь
очень ценные гланды.
- А чем вы занимаетесь, ребята?
- Грузоперевозки.
- Грузоперевозки.
- И доки.
- Доски?
- Доки.
- Доки.
- Да брось ты, Флейшман!
Просто у мистера Мацуто
разнообразная сфера деятельности.
- А еще он воском занимается...
- Он хочет построить в Сицели санаторий.
- Серьезно?
- Если мы сможем решить денежные вопросы.
Мы решим денежные вопросы.
Да, это будет ультрасовременный гостиничный
комплекс на 1000 комнат, с бассейном,
конюшней, теннисным кортом,
полем для гольфа с 18 лунками...
- Полем для гольфа?
- Да.
Простите, одну секунду.
Скажите, чтобы он разделся.
Я хочу войти в долю.
Это для меня выход.
- Просто выслушайте меня, слушайте!
- Что?
Санаторий такого масштаба будет нуждаться
в высокооплачиваемом враче, так?
- На что ты намекаешь?
- Я буду работать на полную ставку за хлеб и воду.
- А что взамен?
- Ммм...
Сокращение срока моего пребывания
здесь до года. А что смешного?
Вам же нужен своего рода
агент по продаже этой земли?
Я горожанин, я профессионал,
и я отчаянный!
Знаешь, в этом есть некий смысл, сынок.
Я идеальный прототип нового, усовершенствованного
современного жителя Аляски.
Когда имеешь дело с такими людьми,
самое главное - это подписать договор.
Тебе придется сделать все возможное, чтобы
культурный барьер был разрушен, и сделка состоялась.
- Ты готов к этому?
- О, да!
Обожаю суши.
- Шелли, ты страдаешь.
- Страдаю?
Думаю, да.
Как бы ты сказала своему старику
о том, что твоя моча посинела?
Это зависит от типа мужчины,
с которым имеешь дело.
Если он романтик, подай эту новость на
ужин при свечах с бутылкой вина.
Холлинг предпочитает
разливное пиво.
Или, если он музыкант,
пригласи его на концерт.
Или, если он высокомерный
зазнайка-профессионал из Нью-Йорка,
возможно, тебе захочется
воспитывать детей в одиночку.
Но такой человек как Холлинг -
вежливый, зрелый, мужественный...
Прямой подход будет лучше всего.
- Ты думаешь, просто сказать ему?
- Просто скажи.
- Хорошо.
- Хорошо.
Пошли, ребята!
Никогда не торгуйся с ними, не поворачивайся
к ним спиной и не упоминай о Перл-Харборе.
- Хорошо.
- Корми и пои их, пока они не напьются,
и заплати за них по счету, пока
они не расплатились за тебя.
А, отлично! Вот и наш мэр.
Холлинг Винкур, я хочу, чтобы вы поприветствовали
двух особенно дорогих наших гостей.
В любом случае, это всего
лишь почетная должность.
Джентльмены, входите и
чувствуйте себя как дома.
- Что, черт возьми, случилось?
- Она беременна.
Беременна? Кто?
- Шелли.
- Моя Шелли?
Мистер Миннифилд?
Мистер Миннифилд!
А, да. Джентльмены,
пожалуйста.
Что произошло? Он рассердился?
Нет, бросил свои дела и ушел.
- Тогда почему она плачет?
- Ты никогда не слышал о гормонах, Флейшман?
Это что, викторина?
Да, я слышал о гормонах.
Эстроген, прогестерон, тестостерон -
которые, несомненно, контролируют и тебя.
- Хочешь знать, что я думаю?
- А мне что за дело?
- А мне какое дело до твоего дела?
- Послушай, О’Коннел...
Ну и наломал же ты дров...
Я знаю...
Я никогда не представлял
себя женатым,
Но я бы не женился ни
на ком... кроме тебя.
Шелли, милая, ты
выйдешь за меня?
Ладно.
Морис, что ты делаешь?
Наши мальчики беспокоятся.
Саке - не самый мой любимый напиток.
Пейте маленькими глотками.
Если мы собираемся заключить с
ними договор, тост просто необходим.
Ладно, надо, значит, надо.
Простите за задержку.
Микроволновка корейского производства!
О-о...
Скажите мистеру Мацуто, что, как доктор,
я не могу рекомендовать ему ликер,
Но, как друг, я хотел
бы провозгласить тост
за долгое и плодотворное
сотрудничество.
Я должен вам это сказать, ребята.
Вы живучи, как муравьи.
45 лет назад мы вас в муку размололи.
А теперь вы - фактические собственники
Азиатско-Тихоокеанского региона.
Со всеми потрохами.
Лехаим!
- Лехаим!
- Лехаим!
И вы знаете, как нужно
обращаться с женщинами.
Я хочу сказать, вы, ребята,
установили отличный стандарт.
- Что Морис имеет в виду?
- Как они могут врезать вам по яйцам,
если они идут в
шести шагах позади.
Конечно, они могут всадить
нож в спину и выдрать сердце...
Да...
Но, все-таки...
Я когда-то привез Шелли в город.
Я первым встретил ее после того, как
была выбрана мисс Нортерн Пассаж.
Я был членом жюри.
Она не была самой красивой девушкой,
но в ней было что-то такое...
Вы поняли, о чем я?
Ну...
Простите,
я пойду, посижу-подумаю...
У меня газы от теплого ликера...
Простите.
Морис! Ты же начал
говорить тост! В чем дело?
Дело?
Дело в том, что она бросила меня ради него,
а теперь она носит его ребенка.
Вот в чем дело.
Мы видели спутниковую тарелку.
Мы сможем поймать чемпионат по гольфу?
Вы, ребята, балдеете от гольфа, да?
- Какой глубины будет лунка?
- 4 дюйма, диаметр 4,5 дюйма.
Я должен поблагодарить тебя, Эд. Отличная идея.
Мистер Мацуто под впечатлением.
Да, я ее стырил из журнала
Нешнл Джеографик, посвященного Исландии.
Все эти бугорки разгладятся прежде,
чем ты занесешь руку для удара.
Мистер Мацуто уже строит планы на поле с
36 лунками, все с покрытием, конечно.
- И с водостоком - для санатория.
- И ты будешь там врачом?
Лечащим врачом.
Такова моя стратегия.
"Врач по месту жительства"
в первоклассном доме отдыха.
Как Гофер в "Лодке любви?"
Гофер был экономом.
А сейчас он... кто?
- Конгрессмен.
- Точно.
Плохо, что сериал имел такой успех.
Он мог бы быть уже экс-президентом.
Айзек был барменом, а капитан
Стубинг был капитаном.
Да. Эд, ты проделал огромную работу.
Но ты еще должен
соединить эти стыки...
- Соединить стыки!
- Интересно, что ей нужно?
Я не собираюсь оправдываться перед тобой!
А ты не видишь ничего грязного в
расстилании здесь зеленого коврика?
Для тебя - коврик, а для меня - 355-ярдовое
поле с двумя песочницами и нужным уклоном.
А почему бы тебе тогда не натянуть над
деревьями тент и не выкрасить его в голубой цвет?
- Неплохая идея.
- Осуши озеро, залей его бетоном.
- Побросай туда картонных рыбок!
- Ты пришла сюда поливать меня желчью?
- Ты идешь на свадьбу.
- Я? Почему?
Холлингу все равно, кто будет его шафером.
А Шелли выбрала тебя.
- Почему?
- Ты ее О-Би.
- Что?!
- Просто будь там вовремя, Флейшман.
- И постарайся быть повеселей.
- Есть еще приказы?
- Шелли хочет, чтобы Морис спел.
- Не рассчитывайте на него.
- Почему?
- Он погряз в переговорах с японцами.
- Слабое оправдание. Позаботься, чтобы он был там.
- А ты, почему не можешь?
Ну, ты же шафер. Сделай хоть
что-то, чтобы заслужить уважение.
- А ты тогда кто?
- Подружка невесты.
Тяжкий крест!
Ты будешь на церемонии с Крисом?
- С Крисом?
- Он получил работу.
- Работу?
- Он ответил на объявление в "Роллинг Стоун".
- "Роллинг Стоун"...
- Перестань повторять за мной, как попугай!
Это раздражает, а у меня аврал!
- Мне нужно составить меню.
- Тебе это доставит удовольствие...
Нет. Терпеть не могу свадьбы.
Я не собираюсь оправдываться перед тобой.
- Папа!
- Малышка моя!
- Где дядя Барт и тетя Люси?
- Им пришлось остаться на рыбной фабрике.
Вот так бывает, когда твоя девочка
узнает о ребенке во время нереста лосося.
Папочка, твой будущий зять -
Холлинг Винкур.
Холлинг, это мой папа,
Горман Тэмбо, твой будущий тесть.
- Как дела?
- Рад знакомству, сэр.
- Просто Холлинг.
- Холлинг.
Ну, разве он не лучший?
Мне надо сходить к Бетси Палмер,
подогнать платье.
Почему бы вам пока не поболтать
и поближе познакомиться.
Я постараюсь вернуться
как можно быстрее.
Пока.
Мм... Может быть,
хотите сделать заказ?
У вас есть виски Драмбуи?
А-а... Нет.
Ну, тогда сойдет любой напиток.
Знаете, по правде говоря, я...
я надеялся, что Шелли выйдет замуж
за того... астронавта.
Вы когда-нибудь видели Мориса?
Я признаю, что у Мориса...
не все вальты в колоде,
но зато у него много денег.
Я согласен, что для такого
отца как вы просто странно
выдавать единственную дочь за
совершенно незнакомого человека.
Не совсем. Шелли ушла из
дома, когда ей было 14.
и она уходила еще пару раз.
- Вы были женаты?
- Нет, нет, не был.
Я разводился четыре раза.
- В любом случае, удачи вам.
- Спасибо. Большое спасибо.
Но не думаю, что я в этом нуждаюсь. Я хочу,
чтобы вы знали: мы с Шелли очень любим друг друга.
И я хочу по всем правилам
попросить руки вашей дочери.
Сколько вам лет?
62.
Мистер Мацуто со всем уважением говорит
вам, что вы слишком высоко поднимаете голову
и неправильно держите клюшку,
но для него большая честь
сыграть с вами еще раунд.
Ну, вы можете сказать мистеру Мацуто, что
для меня большая честь оказать честь ему.
Ловкий ход, Флейшман.
Пытаясь облапошить этих ниндзя
ты напряжен как стринги на борце сумо.
- Я даже и не пытался.
- Но, позволяя им побеждать,
ты внушаешь им ложное
чувство превосходства.
Сколько еще ждать?
Эти парни меня бесят.
поставим печать после завтрашней
прогулки по реке с этими Вингом и Вонгом.
Завтра? Завтра Шелли
выходит замуж.
- И что?
- Она хочет, чтобы вы пели на церемонии.
Ну, не думаю, что у меня это получится,
если я собираюсь провести весь день в другом районе.
- Думаю, нет.
- Ты правильно думаешь.
Послушай, Морис. Меня
бросали. Всех бросали...
И что же делать брошенным?
Я им желаю всего
хорошего. Правда!
Если она хочет жить над баром с парнем,
который не верит в силу оружия,
если она там будет
счастлива, то и я рад.
- Прости, я опоздал.
- Где он?
Ты должен был его
привести. Где он?
- Морис просил передать вот это...
- Не Морис. Холлинг!
- Холлинг? Холлинга здесь нет?
- Шафер должен привести его, Флейшман!
Тебя волнует только езда на велосипеде
и игры на пластмассовом поле!
- Мэгги...
- А на нее тебе плевать!
Послушай, О’Коннел...
Мэгги, доктор Флейшман не виноват
в том, что Холлинг не пришел.
Если ты сейчас уйдешь,
то успеешь в ночную смену.
- Нет, не надо так, Шелли.
- Она права. Не надо так думать...
Ты же знаешь Холлинга. Наверно,
он просто забыл, сколько времени.
Даже часа не прошло...
Я везде посмотрел, его нигде нет.
Так...
Так, мне надо идти. Подержи секунду.
никаких соглашений, если они означают
"звенья одной цепи, соратники".
Этот гольф в бурю означает
"полнейшее, абсурднейшее безумие!"
Да ладно, сынок. Посмотри на них!
Крякают как утки на болоте.
Я говорю о себе!
Джоэль, если я не ошибаюсь, я не просил тебя
о помощи. Ты сам напросился, я прав?
Да, но...
И ты первый раз проворачиваешь
крупное дело с важными шишками.
Конечно, там немного сыровато,
и ты можешь подцепить насморк,
но мой прогноз: этой сделке
будет ярко светить солнце.
- Неужели?
- Да.
- И когда эта сделка состоится?
- Скоро. Доверься мне.
- Да, но...
- ШШШ.
Это Крис, и у нас телефонный звонок.
- С кем я говорю?
- Джувелс, выше по течению реки.
- Джувелс, чем вы занимались сегодня?
- Я ходил к мысу Бейкера, искал Холлинга.
- Он там обычно отдыхает с...
- Ближе к делу, Джувелс...
И увидел пару пустых банок из-под пива
и использованные презервативы.
Никаких следов Холлинга. Никаких намеков. Он
сейчас на полпути к Северному полярному кругу.
Где ваше сострадание?
Да я весь день сострадаю!
Просто я не любитель распускать нюни.
Ты знал, что Холлинг не
доведет свадьбу до конца?
Шелли и Холлинг были
обречены с самого начала.
Они никогда не подходили друг другу.
Он не знает, почему она меня бросила.
Шелли не бросала Холлинга.
Это он сбежал.
Я увидел это в ее глазах, когда она
выходила из твоего кабинета.
- Это было утреннее недомогание.
- Я ничего не имею против Холлинга.
Но однажды, рано или
поздно, она опомнится
и вернется к моему порогу.
Ваш удар, доктор Флейшман!
(играет музыка)
Ты их перепутала.
Но думаю, что это съедобно.
Ты что-то не в духе
сегодня, а, Шелли?
Сгинь!
Привет, Шелли.
Прости за вчерашнее.
- Вчерашнее?
- Да, понимаешь...
Что?
Ну, что оставил тебя
одну... на свадьбе.
А, это...
Я просто потерял счет времени.
- Я поняла.
- Я был на Криппл-Крик.
Я писал картину.
Надеюсь, она удалась.
Это скопа, отбрасывающая
тень на скалу.
Черт, Шелли!
- Ты спятила!
- Угадал.
Ну, у тебя есть на это
право... Я так считаю.
Считаешь?!
Ты считаешь?!
Меня так в жизни не оскорбляли!
Мог бы предупредить меня!
Я что, девчонка?
Если ты женишься на мне, потому
что обязан, сначала подумай!
Я хотела, чтобы ты женился на мне, потому
что наши чувства взаимны.
Да.
Ты можешь думать, что, раз ты старше,
то ты знаешь больше меня.
Ну, в каких-то случаях так и есть...
Но я читаю журналы.
Смотрю телевизор.
И я знаю, как люди
относятся друг к другу.
Еще полдюйма, и это обернулось
бы ужасной трагедией.
- Шелли точно целится.
- Вам очень повезло.
Рана не очень глубокая,
и шрам будет незаметен.
Спасибо, Джоэль.
Мне не представилось возможности поблагодарить
тебя за то, что ты был моим шафером.
- Ну, почти не представилось...
- Я рад, что почти был твоим шафером.
Джоэль, могу я с тобой поговорить?
Конечно.
Меня нелегко испугать, но...
Понимаешь...
40 лет я жил сам по себе,
и жизнь была чудесной.
Но теперь...
- Что? Что "теперь?"
- Она лучше...
- Чудесно. И в чем проблема?
- Я родился в Юконе.
- Я был единственным ребенком.
- Угу.
Мой отец сыграл в ящик,
когда ему было 104.
- Правда?
- Мой дедушка, земля ему пухом,
преставился в возрасте 106 лет.
С другой стороны,
мама умерла в 42 года.
А бабушка - в 44.
И никто из мужчин в нашей
семье не женился дважды.
Винкуры, на протяжении поколений,
известны как однолюбы.
- И я тоже.
- Шелли от вас без ума.
Я знаю, Джоэль. Знаю.
Но это не изменяет тот факт,
что я собираюсь жить еще 45 лет.
Что, если Шелли не будет со мной в конце?
Ей 18, Холлинг!
Через 45 лет ей будет 63.
Если отбросить всякие глупости,
у нее впереди долгая и счастливая жизнь.
Можно думать так...
Но жизнь - суровая хозяйка, Джоэль,
что, если с ней что-нибудь случится?
Я хорошо помню, как
страдали мой отец и дед.
Они прожили в одиночестве
последние 60 лет своей жизни.
Без женщины, которая
дала бы цель их жизни.
И я пообещал себе, что никогда не женюсь,
чтобы не проходить через
то, что пережили они.
Не то, что я запретил
себе влюбляться...
Тут у меня все шло гладко...
До сих пор.
- Спасибо, увидимся.
- Ага.
Эй, Флейшман!
Снова свадьба.
- Холлинг и Шелли?
- Нет, Флейшман. Лорел и Харди.
Завтра в пять. Приди туда с достоинством.
С достоинством? Я? На что ты намекаешь?
- Опоздал, жениха не привел, носки кошмарные...
- Эй, моя невеста дала мне эти носки.
Ты шафер, я - подружка невесты.
Мы должны задавать тон, подавать пример.
Я хочу сказать, что через годы,
когда мы останемся друг для друга
лишь неприятным воспоминанием,
мы сможем сказать, что помогли создать чарующую,
захватывающую атмосферу. Понял? Что ты говоришь?
Когда там у них начинается
медовый месяц?
Чудесно. Ты сидишь в
своем проходе, а я в своем.
Погоди, погоди! Да стой!
Ты права. Ты права.
Я с тобой согласен.
Как приглашенные на свадьбу,
мы должны прийти вместе.
И забыть, что мы не
выносим друг друга.
Хорошо.
- Прости за носки...
- Я не отдавал их в прачечную две недели.
Ну, они отлично смотрятся
в тренажерном зале.
А что насчет тебя? Кажется, ты
собираешься жениться в Нью-Йорке?
Я и Элейн? Да, Нью-Йорк,
жители Большого Яблока...
- А ты?
- Рик и я?
- Да.
- Да, конечно. То есть, возможно.
Как знать? Но, почему бы и нет?
- Я не знаю. Нет причин.
- Ладно.
Пошли.
- Морис?
- Шелли!
- Не будешь возражать, если я войду?
- Да, конечно.
Не спрашивай, знает Холлинг, что я
здесь или нет, потому что он не знает.
Не пугайся, это просто бизнес. Партнеры.
Знаешь, что у меня есть на второй полке
в холодильнике? 6 месяцев лежит.
Пепси-Шерри-Лайт. Для тебя.
Спасибо, но я с него бегаю в туалет.
Соскучилась?
- Как живется?
- Все отлично.
За исключением всяких женских дел...
А-а... Ты... выглядишь
очень хорошо, Шелли.
- Ты заставляешь мой желудок бурлить.
- Ну, это начало, дорогая...
Я хочу сказать, что приехать к тебе было
нелегко... И не ты заставил меня сделать это.
Я и не думал об этом...
Я просто счастлив как Панч,
что ты вернулась, Шелли.
Я считал дни, зачеркивая
их один за другим.
Морис...
Ты хочешь, чтобы я
помог тебе выговориться?
Ты хочешь вернуться домой к папочке?
Нет! Я хочу, чтобы ты
пел на моей свадьбе.
- ЧТО?!
- Это много значит для меня и Холлинга.
Он сбежал от тебя! Он оставил
тебя стоять у алтаря опозоренной!
Он вернулся. И вновь попросил меня прийти
к алтарю завтра. И я вновь согласилась.
- А ты чего ждал?
- Ну...
Не знаю...
Я думал, что мы... ты...
- Я думал, что я...
- Подцепил бы меня?
НЕТ!
Ну, не сразу же...
Шелли! Шелли, пожалуйста!
Сядь...
Ну, я... надеялся,
что мы подурачимся...
Но не раньше, чем я расскажу
тебе, как скучал без тебя,
как много думал о тебе,
и как мечтал о твоем возвращении...
Тогда, в часовне,
когда все искали Холлинга,
я думала о том, что Холлинг
сам о себе хорошо заботится,
но если Морис отказывается
от шанса спеть на публике,
значит, он все еще
сходит по мне с ума.
А теперь ты говоришь,
что не только без ума,
но еще хочешь, чтобы я вернулась?
Да.
Разве полутора лет недостаточно,
чтобы в кого-то влюбиться?
Подожди минутку, Шелли. Это не просто
любовь. Я хотел жениться на тебе.
Прости, Морис. Ты не можешь жениться на мне,
потому что завтра я выхожу за Холлинга.
К тому же, нечего точить
на меня свой член,
когда я жду ребенка от Холлинга.
Это ужасно, и я себя
чувствую просто дико...
Проклятье, ничего не понимаю! Я же лучше!
Ты должна это признать!
Может, ты и лучше.
Но для меня лучший он.
Прости, Морис.
Прошу прощения,
но меня ждут два бизнесмена, с которыми
я собираюсь заключить сделку.
Что мне всегда нравилось, Морис,
это когда ты пел под
пластинки с мюзиклами.
Эй! Вы не можете свалить!
Мы же не подписали контракт!
Давай! Одна песня, Морис.
Give the kid a break.
To have wings on your heels
on the chance that you'll meet
Жаль, что твой отец
не может остаться.
- Мы всегда сможем послать ему фото.
- Да.
Холлинг здесь, Шелли здесь, он здесь...
Надел приличные носки...
- Взял кольцо?
- Да.
- Покажи.
- Оно в кармане.
- Покажи!
- Я не собираюсь его тебе показывать. Ради Бога...
В подобных случаях, когда
мысли мои обращаются к свадьбе,
я думаю о Далай-ламе, Папе
Римском, Марии Терезе -
людях духовных, никогда не
сделающих этот шаг...
С другой стороны, есть Элизабет Тейлор
и Микки Руни, которым всегда было мало...
И какова же мораль?
Мы собрались здесь, чтобы пожелать
нашим друзьям долгой и счастливой жизни.
Шелли Тэмбо, берешь ли ты этого
человека в законные мужья?
- Пока смерть не разлучит вас.
- Ага.
Холлинг Винкур, берешь ли ты эту женщину
в законные жены и будешь ли ты ее любить
пока смерть не разлучит вас?
Холлинг?
Холлинг?
Я бы хотел поговорить с Шелли...
Наедине.
- Что ты сказал ему, Флейшман?
- Ничего!
Это уже интересно.
Ты обещал! Ты поклялся жизнью!
Я знаю, но позволь мне
сказать то, что я должен.
Хорошо. Что ты должен сказать?
Не секрет, что говорить я не мастак...
Но...
Был момент, когда все нам улыбались,
а Морис заливался соловьем,
а ты смотрела на меня...
и мы стали единым целым.
И я могу сказать тебе...
Ты - самое прекрасное в моей жизни...
И я буду любить тебя, Шелли,
и лелеять тебя,
и защищать тебя и твоего маленького,
пока смерть не разлучит нас.
Не имеет значения,
кто уйдет первым.
Но... не заставляй меня это делать.
Мы собираемся вернуться к присутствующим?
Да.
Это была самая прекрасная
не-церемония, которую я видела.
Она почти такая же высокая, как и он.
- Что будем делать с рисом?
- Сделаем пудинг.
Я знаю, что два года - это долго, но, может,
мне скостят срок за хорошее поведение?
- Может...
- Флейшман?
Морис! Тебя-то я
и хотел увидеть!
Элейн, дорогая? Морис пришел.
Нет, это Холлинг. Морис
- это мой партнер.
Ты помнишь. Он хотел
снести мне голову.
Да. Да.
Позволь мне получить последнюю
информацию. я перезвоню.
Да, я тоже.
Почему ты не у Холлинга вместе со всеми?
Я там был, пока Крис не стал
изображать Оззи Осборна.
Позволь мне задать тебе вопрос, Джоэль.
Как ты думаешь, Шелли
хотела, чтобы я спел?
Да, все этого хотели, Морис.
- Какие новости о японцах?
- Они смылись.
- Они что?
- Смылись.
- Такое иногда случается, сынок.
- Случается?
После горы суши, моря саке и
гольфа под ливнем?
Что я могу сказать? Ты же
не хочешь спутаться с такими?
"С такими"?
С какими такими?
Ну, тогда я скажу так.
Если ты с ними связался,
считай, ты переспал с суши.
- Привет, Морис.
- Привет, Эд.
- Мне пойти прогуляться?
- Нет, я уже ухожу.
Морис, я хотел тебе сказать, что мне правда
жаль, что девочка не досталась тебе.
Я болел за тебя.
Спасибо, Эд.
Память о той девочке, которая шла
по подиуму на конкурсе красоты
в купальном костюме
с диадемой на голове.
Никто не сможет у меня ее отнять.
- Все в порядке, Флейшман?
- Что тебе нужно, Эд?
- Поле для гольфа попахивает...
- Почему?
Ну, дождь, нет водостока,
и оно заплесневело.
Но я думаю, мы что-нибудь
сделаем завтра.
Ну, доброй ночи, доктор Флейшман.
Это Элейн. Меня нет дома, но вы можете
оставить сообщение, и я перезвоню...


Серия 5

Это "Утро с Крисом".
Особый день для особых песен.
Эта для вас, Док.
Кто вставил бомп в
бомп-а-бомп-а-бомп?
Кто вставил рам в
рам-а-дам-дин-дон?
Кто вставил боп в
боп-ши-боп-ши-боп?
Кто вставил дип в
дип-ди-дип-ди-дип?
Кто этот человек?
Я хочу пожать ему руку,
Он заставил мою малышку в меня влюбиться
Да
Когда моя малышка услышала
"Бомп а-ба-бомп а-бомп
а бомп-бомп"
Каждое слово нашло отзвук в ее сердце
А когда она услышала, как они поют
"Рам-а-лам-а-лам-а
лам-а-лам а-дин-дон"
Она сказала, что мы никогда не расстанемся
Так кто вставил бомп в
бомп-а-бомп-а-бомп...
Когда ты пожил где-то довольно
долго все становится...
Не скажу, что лучше,
нет нужды впадать в крайности,
но твоя повседневная жизнь
становится более... привычной.
Ты начинаешь узнавать лица -
что объяснимо, так как это единственные
лица, которые ты теперь видишь.
Но местные жители знают меня,
и знают, что прошло два месяца
с тех пор как мы с моей невестой
Элейн виделись в последний раз.
Конечно, мы регулярно говорим по телефону,
и я даже послал ей пару писем.
Но письма от одиночества и междугородние
звонки - жалкая замена хорошему поцелую
и крепким-крепким объятиям.
Та, что они изо всех сил стараются
устроить хорошие выходные.
Холлинг отвезет нас в свой
любимый живописный уголок,
где мы сделаем романтичную фотографию,
для открытки на Новый год,
Крис Стивенс запустит несколько
наших любимых песен в утреннем шоу...
Даже Мерилин пообещала не сводить
меня с ума, так что у меня все прекрасно.
А у вас - нет.
- У вас есть что-нибудь от горла?
- Вы ни разу не сглотнули за 10 минут.
Плохой знак при температуре 38.
Замечательно!
Простите. Оно само
пройдет через пару дней.
Но у меня рейс до Анкориджа и обратно.
Ну, вам лучше его отменить.
Я не могу. Мне заплатили вперед.
Ну, если вы взлетите в негерметичной
кабине с заложенным носом,
вы легко можете непоправимо
повредить барабанные перепонки.
Может, я несовременен, но я не
думаю, что риск того стоит.
У вас должно быть что-то,
что поставит меня на ноги.
Кроме всего прочего, мой
замечательный рецепт куриного супа,
но все что мы можем сделать,
это дать вирусу пройти самому.
Девять лет в игре и я ни разу
не подводил пассажира.
- Скажите ему, что это указание врача.
- Ей.
Уверен, она вас простит.
Бедная девочка летит аж из Нью-Йорка.
А бедную девочку случайно
зовут не Элейн Шалман?
Поразительно.
Нет, нет... Это мою невесту вы
не сможете привезти. Это невозможно.
Я бронировал место у Чарльза
Мерфи и сыновей, а вы...
- Рэд - это кличка.
- А сыновья не могут вас подменить?
Мартину четыре, Бретту два...
Мне сказали, семейное дело
даст мне конкурентное превосходство.
Я заплатил вперед!
Указание врача.
Должен быть кто-то, Эд. Как насчет
Чарли Бейтса? Он хороший пилот?
Когда трезвый.
Никаких пьяниц, никаких
преступников и никого по имени Мегги.
Ее настоящее имя Мери-Маргарет.
Ты должен понять, Элейн - хороший
человек. Слишком хороший.
Мелочный и мстительный человек вроде Мегги
с удовольствием разорвет ее на
кусочки, чтобы отыграться.
- Она это сделает?
- Уж поверь мне.
Мой пилот только что зашел на посадку.
Привет, Рик.
Дон Джонсон слегка вышел
из моды, но тебе идет.
Что?
Я в затруднительном положении, что ты
делаешь в ближайшие несколько часов?
- Сплю.
- Спишь?
Да. Я летал к Кодьяку, над озером Пинго,
до Кеная, потом до Сиварда,
до Талкетны и назад, и все в один день.
Что может убедить тебя сгонять
в спасательную операцию до Анкориджа?
Да, сейчас. Подержи мое место, лады?
Спасибо, Рик. Загляни в офис,
когда снова отравишься.
Кажется, Холлинг не сможет завтра
отвезти вас на прогулку.
Кажется, Элейн тоже не
сможет на нее попасть.
- А где будет Холлинг?
- В постели.
- Ну, вы даете!
- Нет, он болен.
А Холлинг если болеет, то серьезно.
Если живешь правильно, и держишь свои негативные
флюиды при себе, никогда не заболеешь.
- Я загляну к нему.
- Правда?
Чарли Бейтс три месяца как завязал.
- Он свободен?
- Да.
Но его самолет не выйдет
из мастерской до вторника.
Так. Ладно.
Определенные слова были сказаны в отношении
кондиционера, и я об этом сожалею.
Продолжай.
Полагаю, ты тоже сожалеешь о некоторых
красочных фразах, сказанных тобой.
Дальше.
Элейн сегодня прилетает в Анкоридж.
- Во сколько?
- В 2.15.
- Ну, думаю мне пора.
- Подожди... Ты это сделаешь?
- Хочешь договориться с кем-нибудь другим?
- Нет, нет, это здорово. Просто...
Что?
Будучи моей невестой,
Элейн мне очень дорога.
Я надеюсь.
Я не хочу, чтобы вы перемывали кости по дороге.
И постарайся оставить при себе всякие ненужные
замечания и фальшивые мнения обо мне,
или какие-нибудь... свои
важные дела во время полета.
Повзрослей. Тебе нужен пилот, я пилот.
Это деловая договоренность.
- Точно. Это просто бизнес.
- Именно.
Поэтому ты заплатишь мне вдвое.
Джоуи! Где весь снег?
И эскимосы, и иглу, и ледники?
Э-ге-гей!
Привет, дорогая.
Страшновато лететь над теми пиками
через все эти воздушные ямы, а?
- Проще простого, когда у тебя классный пилот.
- Поездка так же хороша, как и пассажир.
- Я что-то пропустил?
- Да. Меня.
Это неправда.
Я беспокоился о тебе.
- Я привезла все, что ты просил.
- Я готова это подтвердить.
Помоги ей.
С ее расценками, она может сама донести.
Что ты имеешь в виду?
Она сделала мне скидку в 50%
- Правда?
- Да. Мило, правда?
Посмотрим, вот оно... А это тебе.
Неизвестный библейский факт: когда
Моисей вел израильтян из рабства,
он на самом деле искал бутерброд с копчёной
говядиной на ржаном хлебе от Стейдж Дели.
- Моя Элейн заботится обо мне, или как?
- Ты везучий человек, Флейшман.
Ну, Мегги, увидимся
сегодня, скажем, в 6.30?
6.30. Здорово. Пока.
Если это так серьезно,
давай позвоним и отменим.
Нет, мы это преодолеем.
Прости. Я думала, вы приятели.
Что с ней не так?
Начнем с того, что ее бой-френд
из старого рода казаков.
Ну, по-моему, Мегги великолепна.
Она напоминает мне Кейт Грубин,
после того, как ей поправили нос.
Не знаю, она просто
гладит меня против шерсти.
Но... надеюсь, ты все еще
помнишь, как меня надо гладить.
Ой, Джои, ты так напряжен!
Это Аляска. Она абсолютно сковывает мою
центральную нервную систему. Ох...
Тогда, может, и правда
отменим встречу вечером.
- Эд?
- Ты, должно быть, Элейн.
- Что ты здесь делаешь?
- Ты нужен Морису.
Видишь? Вот почему у меня за спиной
должна быть лучшая юридическая фирма.
А зачем именно я нужен Морису?
Он болен.
Ох.
- Они с Крисом у тебя в офисе.
- Крис тоже болен?
Криса тошнит. Морис болен.
Добро пожаловать в Сисели.
Не беспокойся обо мне. Я поужинаю
с Мегги, устроим девичник.
Эй, ты великолепно выглядишь.
Вы слушаете шоу "Утро с Крисом".
Это Эд вместо Криса, который проснулся
сегодня с плохой стороны кровати,
а потому попросил Вилла Каттера подменить
его, но Каттер слег с температурой.
Как и Анни Хендрикс, и Холлинг
Винкур и Билл Кейсбеар,
так что я вызвался
провести эфир по заявкам.
Так что если вы хотите
что-то сказать или услышать,
вы можете это сказать или услышать здесь,
на коммуникационной сети Миннифилда.
И... Я надеюсь, вам всем станет лучше,
а тебе, Морис, вдвойне или втройне.
А вот то, что я хотел сделать
очень давно, поехали...
Дооооброе утро, Сисели!
Нью-Йорк, Нью-Йорк,
большой город мечты,
Но все в Нью-Йорке
иногда не то, чем кажется,
Тебя могут одурачить, если ты издалека,
Но я здесь по праву и все здесь знаю.
Слишком много, слишком
много людей, слишком много.
Слишком много, сликшом
много людей, слишком много.
Кхе!
Доктор Серрано, я знаю, что сезон гриппа
официально начнется только через два месяца,
но расскажите это людям, которых
всю ночь тошнило в моей ванной.
Если бы вы знали, какой аромат сейчас
доносится из моей приемной,
вы бы оценили всю деликатность
ситуации. Мерилин!
Это говорит человек, который
сумел работать на Кони-Айленде.
Что-то отвратительно воняет. Побрызгай
дезинфектантом, только лимонным, а не хвойным.
На чем я остановился? Ах, да.
Нет, в клиническом
смысле эпидемии еще нет,
но никто из этих людей не привит,
и им необходимы некоторые вещи,
относящиеся к большинству типичных
медицинских процедур 20-го века...
Подождите.
Мерилин!
Это зловоние усиливается. Будь добра!
Я положу трубку через минуту.
Я не могу ждать, пока
документы поспеют за вирусом.
Мне нужна медсестра, уже вчера,
пакеты препаратов для капельниц,
цистерны куриного супа
авиапочтой из Бруклина,
и я должен пообщаться с невестой.
Она приехала на очень короткий отрезок
времени и она не звонила, так что...
Пожалуйста, все, что можете сделать,
что ускорить процесс, поторопитесь.
Спасибо.
Мерилин, что...
Что вы делаете? Что...
Что они делают?! Что это? Дайте сюда!
Дайте это. Извините... Уф!
Прекратите! Что это?
Древнее семейное лекарство.
Пахнет как лосиный навоз! Что там?
Хай-йо-хай-йо-ип-се-най-йо.
- Что?
- Лекарство нашего племени.
Пожалуйста, применяйте свое хай-йо
снаружи, там, где я его не почую.
И вымойтесь, все! Я дам полотенца.
Где полотенца?
- О чем ты думала?
- Я просто им помогала.
Это что, врожденная логика? Если чувствуешь
себя отвратно, то и пахнуть должен так же?
Оно работает.
Мерилин, я доктор медицинских наук,
человек науки и здравого смысла, и знаний.
На меня могут подать в суд за нарушение
профессиональной этики за лечение
вирусной инфекции при помощи...
Что было в этом ведре?
- Если ты мне не скажешь, клянусь, я...
- Цветы для Джои Флейшмана.
- "Джои"?
- Просто дай им полотенца.
Джои?
Элейн?
Иди сюда.
Здравствуйте, доктор Флейшман.
Здравствуйте, мисс Шалман.
Рад вновь видеть вас.
Я нагрела тебе местечко.
То самое, о котором я думал весь день.
- Заметил кое-что новое?
- Ты сделала татуировку?
Да. Но я говорила о кондиционере.
- Кто его повесил?
- Мегги.
- Она была здесь?
- Ты с ней только что разминулся.
Она повесила его без
проблем, без комментариев?
- Тебе повезло с хозяйкой.
- Повезло?!
Если бы мы были в Нью-Йорке, я бы подал
на нее в суд за враждебные
намерения и пренебрежение.
Джоель!
Она назвала меня патологическим
невротиком, ясно?
Ты же знаешь, как меня бесит неправильное
использование медицинской терминологии.
Я знаю. Но пользоваться кондиционером
на Аляске это чересчур.
- Жужжание меня убаюкивает.
- Но мы должны как-то беречь энергию.
Последнее, чем я сейчас хочу заниматься - это
обсуждать идеи Мегги о сохранении ресурсов.
А первое что?
Уже не помню.
Ну, почему бы тебе не прилечь сюда,
чтобы я освежила твою память?
Ты понимаешь, как близка была к тому,
чтобы убить мои романтические намерения?
- Как близка?
- Очень.
Как близка?
Джоель...
- Ближе не бывает.
- Твой дружок-индеец стоит на пороге.
- Эд?!
- Простите, доктор Флейшман.
Морис собирает
экстренное собрание города.
- А я-то тут причем?
- Вы - главный оратор.
Мне не нравится больной город.
Это плохо для бизнеса, это плохо для
морального духа, это плохо для здоровья.
И мы привезли сюда этого человека, чтобы
мы были здоровы, и вот мы все болеем!
И мы имеем право знать, почему
ты так бездарно нас подвел!
Так, хорошо. Спасибо за это
любезное вступление, Морис.
Просто отвечай на вопрос.
Ладно, хорошо.
Да, я отвечу. Я отвечу.
Думаю, первый вопрос состоит в том, почему
нет ни одного лекарства против гриппа.
Ну, избегая жаргона и банальностей,
настоящий ответ состоит в том...
Черт его знает.
Исходя из этой посылки, второй вопрос:
есть ли что-то, что мы в медицинском
сообществе - то есть я -
можем сделать для вас, зараженных,
в ближайшие 36-48 часов,
или до тех пор, пока вирус не поймет, что
нашел более развитую иммунную систему?
Ответ - чертовски мало,
но я могу ответить на ваши
вопросы спокойно и доступно.
А какой вид вируса у нас ходит, Док?
Это отличный вопрос, Холлинг.
Вирусы гриппа называют
по месту их происхождения.
Шанхайский грипп, Гонконгский грипп,
Русский грипп, Вестчестерский...
- Так это может быть Русский грипп?
- Конечно.
Я никогда не доверяла Горбачеву.
Все знают, что гласность - ерунда.
Секундочку... Одно никак
не связано с другим.
Перестройка тоже полный провал!
- Вся коммунякская система несостоятельна!
- Это к делу не относится!
Очень грустно, что единстсвенная надежда
СССР на мировое господство
в том, чтобы послать стаю больных
птиц через Берингов пролив.
Не говорите глупостей! Это не политический
заговор, а медицинская проблема.
- Тебе легко сказать!
- Что это должно значить?
Это значит, что твой дед
был, наверное, троцкистом.
А твои родители ходили на митинги
в защиту Джулиуса и Этель Розенберг!
Морис?
- Мы устали лежать без дела!
- И мы устали от заразы!
Мы хотим ответов, и прямо сейчас!
Почему бы тебе не поехать
и не привезти лекарство?
Люди становятся противными,
когда болеют, но они не специально.
Но вы не отступили, доктор Флейшман,
и, несмотря ни на что, я думаю,
все узнали сегодня много нового.
- Правда?
- О, да.
Я не знал, что была борьба за
власть после смерти Андропова.
Спокойной ночи, Эд.
Если появятся срочные сообщения,
которые ты сочтешь своим долгом
доставить, подсунь их под дверь, ладно?
- Хорошо. Поспи.
- Только если не выдержу.
Есть ли здесь сексуальная женщина,
поблизости от этих губ,
в ожидании теплого тела и
великолепного любовника?
О, нет.
Позвольте уточнить, доктор Серрано.
Вы отказываете мне в помощи
и технической поддержке
пока какой-то сопливый лаборант в
Анкоридже не подтвердит мой диагноз?
Мне плевать, что это ваш племянник!
Этот город на грани кризиса.
События выходят из-под контроля.
Я работаю с истеричными,
потенциально опасными пациентами,
считающими меня главным
агентом КГБ на Аляске.
Это не смешно. Как и ночное бдение
рядом с невестой, под которой от пота
промокли три простыни,
а я ничем не могу помочь.
Элейн, ложись в постель.
- Мне нужен чай.
- Я принесу тебе чай.
Я вполне способен вскипятить чайник.
Не плачь. Пожалуйста, Элейн, прошу тебя.
Ты знаешь, как я огорчаюсь,
когда ты плачешь. Перестань.
Послушайте, я перезвоню.
Да, будьте добры. Спасибо.
- Дорогая, извини.
- Прости.
- За что?
- Я испортила все твои планы.
Эй, эй!
И мы не увидим любимую панораму
Холлинга. Какая ерунда.
Купим открытку.
Слушай, важно только то, что мы вместе.
По крайней мере, в ближайшие 30 секунд.
- Я должен идти в офис.
- Я знаю.
Может, я смогу попросить кого-нибудь
принести тебе большую кастрюлю куриного супа.
- Как тебе это?
- Ннн...
Что? Что случилось?
- Мне кажется, я тебя подвожу.
- Эй, эй...
Это очень заразная инфекция.
Почти все в городе ее подхватили.
Кроме Мегги.
- Да, одно удивительное исключение.
- Два удивительных исключения.
- Как это понимать?
- Никак. Никак не понимать.
- Нет, говори. Что она тебе сказала?
- Это просто наблюдение.
Послушай, Элейн Шалман,
дочь Чарльза и Максин Шалман,
я буду любить тебя в радости и
болезни и, желательно, в здоровье,
на Манхеттене, желательно в
верхне-западной части, всю свою жизнь.
Не Мегги О'Коннелл, так что
нет причин к ней ревновать.
Я не ревную.
Да, был сумасшедший вечер с бутылкой
Божоле, но ничего не было.
- Я знаю.
- Знаешь?
Ты тогда был так опозорен и так виноват
из-за той грязной сделки с землей,
что не понял, что она с тобой заигрывает,
до тех пор пока она не направилась к выходу.
Мы жарили зефир.
Это просто вырвалось.
Какое глупое и удобное стечение обстоятельств!
Мы сравнивали свои самые
досадные истории,
и над этим было весело посмеяться.
Ты такая ловкая, О'Коннелл.
Я благоговею пред тем, как ты
просчитала и воспользовалась ситуацией.
У тебя недосып, или
ты уже дошел до ручки?
- Ты так набилась к ней в друзья...
- Нет, это неправда.
- Как ты заняла все ее время...
- Ты был на работе. Ей было скучно.
А потом - гвоздь программы - как
ты ловко посеяла мысль о том,
что, возможно, между мной и
тобой есть что-то симбиотическое.
- Размечтался.
- Ты отрицаешь, что подрываешь наши отношения?
Прекрати обвинять меня в
своих личных проблемах, ладно?
Каких личных проблемах? А?
У нас их не было, пока ты не появилась!
...в прямом эфире шоу
"Утро с Крисом". Представьтесь.
- Это Джоуелс с реки Каяк.
- Привет, Джоуелс, как дела?
Паршиво, с большой буквы П.
Да, так везде. Что я могу
для тебя сделать, Джоуелс?
Я не согласен с последним звонившим.
Даже если доктор Флейшман некомпетентен,
это не причина отправлять его в Сибирь.
Где все?
Какое облегчение. Я ожидал полную
комнату кашляющих борцов за свободу.
Серьезно, где все?
Что, никто не пришел на прием?
- Они знают, что вы ничем не можете помочь.
- Так, не стоит говорить так буквально.
Давай позвоним доктору Серрано.
Он только что звонил.
"Извини, руки склеены скотчем.
Уехал на рыбалку". Это шутка?
Мерилин, я чувствую запах?
Ты приготовила порцию
хай-йо-хай-йо, так?
Мерилин!
Я разве не говорил, что мы не имеем
права, в том числе морального,
прописывать лечение
неизвестного значения?
Вы его не прописывали, я прописала.
Скольким людям ты его дала?
Пяти?
Десяти?
Всем?!
Хорошо, послушай. Возможно, если бы я знал,
что входит в это твое семейное лекарство,
я смог бы установить его химический состав.
Так что просто скажи мне, что туда входит.
Пахнет, как отходы животных.
- Ты не знаешь, или не хочешь говорить?
- Я знаю, но вы не хотите знать.
Идет куриный суп, с пылу с жару.
Ой, выглядит не очень аппетитно.
Так готовят в баре Холлинга.
Немножко жирный, а?
- Может, я потом съем.
- Хорошо.
Все еще слабость, а, малышка?
Как говорил мой дядя Лу:
Если бы мне было хуже, я бы умер,
если бы мне было лучше, это был бы не я.
Это, должно быть, самые тоскливые
романтические выходные в истории.
Самое неприятное, что
завтра у меня самолет домой.
Так. Все. С меня хватит. Отчаянные
времена требуют отчаянных мер.
- Снимай сорочку.
- Ой, дорогой, я не в настроении.
Давай, я тебя кое-чем натру.
Одну секундочку.
- Так, давай.
- Уф! Пахнет омерзительно!
- В этом часть его обаяния.
- Что это?
Это тоже часть его обаяния. Никто не знает.
Это называется хай-йо-что-то. Это...
Это гомеопатическое средство.
Один из тех загадочных составов, которыми
индейцы лечатся от всех болезней.
О, да. Мегги рассказала
мне все об этой штуке.
Садись. Она рассказала?
Да, она удивлялась, почему ты раньше не
воспользовался этими органическими снадобьями.
Ну, хотя бы снять симптомы
и избавиться от самых чокнутых пациентов.
Так Мегги заставила тебя усомниться
в моих медицинских навыках?
Ты не видишь, что она делает?
Не видишь, как она пытается нас разлучить?
Она как Глен Клоз в Роковом Влечении -
снаружи очаровательная и милая,
но внутри она одержима и помешана.
Ты отдаешь себе отчет в том, что
с тех пор как я приехала на Аляску,
у нас не было ни одного разговора, который
не закончился бы спором о Мегги?
Я все сказал. Видишь, какая она подлая?
- Мне жаль, что я об этом заговорила.
- Мне тоже. Но у меня есть идея.
Во имя спасения того времени, что у нас
осталось, позволь мне натереть тебя этим,
а потом я разведу уютный огонь в камине,
и мы свернемся под пледом
и поговорим о Нью-Йорке и самых лучших
событиях, которые у нас были за все эти годы,
и мы постараемся не упоминать ужасное
слово на букву М до конца выходных, хорошо?
- Ты изменился, Джои.
- Нет, не изменился.
Не изменился, честное слово. Я все еще
я, и ты все еще ты, и мы все еще мы.
Единственное отличие - это место.
Если бы мы были на Манхеттене,
мы бы не спорили из-за чепухи,
не сомневались в наших отношениях,
и не ели бы куриный
суп из кастрюли, правда?
- Вряд ли.
- Ну, конечно, нет.
Мы были бы слишком заняты жизнью, о которой
оба мечтали с тех пор, как были детьми.
О жизни... Подержи это.
Жизнь, которая будет такой
полной, такой насыщенной,
что Аляска останется
лишь тусклым воспоминанием,
которое никогда больше не
вторгнется в нашу повседневную жизнь.
Правда?
Крис Стивенс!
Что ты делаешь в Большом Яблоке?!
- Я заменяю Ларри Кинга на этой неделе.
- Хорошо поднялся, надо будет тебе позвонить.
- Хорошо. Как жена?
- Навеки верна.
Ну, передай ей привет
и поцелуй от меня сестру.
Передам. Только, о чем это
ты, Крис? У меня нет сестры.
Это что, неделя встречи бывших
жильцов? Что ты здесь делаешь?
У нас соревнование по
ходьбе в рамках гонок Идитарод.
Собираем деньги для русских эмигрантов.
Где я могу записаться?
Мы с женой поддерживаем всю благотворительность,
какую можем - это объединяет.
Передай ей привет. И поклон сестре.
У меня нет сестры.
- Добрый день, доктор Флейшман.
- Холлинг.
- Привет, мальчики.
- До свидания, Мисс Шелли.
- Шелли? Это Шелли?
- Да, несомненно.
Вижу, кооператив принял нового
жильца, пока я был в отъезде.
- Она девушка по вызову, сэр.
- Правда?
- Но она практикует безопасный секс.
- Это очень важно.
Я не хочу превращать этот
сон в социальную рекламу,
но хороший un cazz' с презервативом
тоже хороший un cazz'.
Так что Вуди заходит на 12-ом этаже.
Даже не ждет, пока я закрою двери.
Он говорит "Эд, я прогорел, Эд."
"Мои фильмы умирают в кассах,
Эд. Мне нужен соавтор".
"Я просто уже не смешной".
Бедный зануда. И что ты ему ответил?
Ну, я сказал, что прочитаю его
биографию в Киркгаарде и свяжусь с ним.
Если я когда-нибудь проснусь,
пообедаем вместе.
Чао, бейби
Здравствуй, Мерилин.
Спасибо.
Привет, дети.
Идите сюда, маленькие эскимосы.
Привет. Что у нас на ужин?
Кастрюля куриного супа и шоколадный лось.
Ммм. Никто не делает хай-йо-хай-йо-ип-се-най-йо
соус, так как ты, Элейн
Какой ты милый, братец.
Братец?
Мегги?
Это ты?
Хей, большой мальчик. Я по тебе скучала.
Хочешь выйти на крышу, или ты
хочешь сделать это в атриуме,
или ты хочешь сделать это в иглу?
- Минуточку...
- Ты так напряжен.
Твои пациенты ценят те часы, что ты
тратишь, чтобы обмануть страховые компании?
Мегги...
Чертовски хорош!
- О, нет. Только не ты!
- Да. Я лучше не буду подходить близко.
Как ты себя чувствуешь?
Ничего смертельного.
Но тебе не нужно снова заражаться.
Нет. Но это лосиное втирание
действительно очень помогло.
Скорее, твоя болезнь прошла своим чередом,
но, может, в ней и есть целебная сила.
- О вчерашней...
- О... Извини.
- Ты первый.
- Я просто...
Ничего.
- Этого раньше не случалось.
- Ты устал. Тебе нужно было поспать.
Да, да. Я был в таком напряжении.
Я знаю.
Только потому, что мне стало лучше, нет такого
закона, что ты должен действовать по требованию.
Но я хотел.
Я ужасно тебя хотел.
У меня был очень странный сон...
Все нормально. Иногда сложно
неожиданно переключать скорость.
Да. Все было очень неожиданно. То ты
потеешь, как африканский кабан,
а в следующую секунду
стягиваешь с себя рубашку...
- Твой завтрак остывает.
- С таким горлом я, честно говоря, есть не хочу.
- Во сколько мой самолет?
- Я не знаю.
Рэду Мерфи лучше, так что мы встретимся
с ним в баре Холлинга, чтобы договориться.
- С кем?
- С Рэдом Мерфи, пилотом,
которого я нанял с самого начала.
- Я возьму чемодан.
- Нет, я его возьму.
Не пугайтесь, вы все еще слушаете
шоу "Утро с Крисом и Эдом",
невоспетым героем "КВН Радио".
Зажигай, Эд.
Да, одни большие ботинки стояли без дела,
а у меня всегда в запасе большая нога.
Это для тебя, Элейн.
Ты очень милый человек,
так что не обижайся, если эти
деревенщины окажут тебе холодный прием,
за то, что ты связалась
с врачом-коммунистом.
Послушайте, юная леди,
я выбрал лучшего из тех, кого предлагали
лучше медицинские вузы Америки
и привез вашего паренька сюда.
- Лесть ни к чему не приведет, Морис.
- И то, что он не потерял голову,
когда все эти сломались
перед легкой иллюзией гриппа,
лишь показывает, как хорошо я
могу оценить качества работника.
Спасибо за хорошую работу.
Элейн, было приятно познакомиться.
Приезжайте в любое время.
А теперь прошу меня
извинить, кажется, Холлинг
приготовил для меня
тарелку свежей курицы.
Твой столик ждет тебя вон там, Морис.
Я должен извиниться, Док. Отправить эту
индейскую девочку было мужественным шагом.
Это был шаг отчаяния, и она
сделала его за моей спиной.
- Это было чудесное исцеление.
- Ну, я бы так не сказал.
Но я рад, что всем стало лучше.
- Вы должны им ужасно гордиться.
- Я горжусь.
У тебя чудесные друзья.
Друзья? 24 часа назад они хотели
депортировать меня во Владивосток.
- Мегги была права.
- Я думал, мы договорились.
Договорились. Прости,
что я подняла эту тему.
Хорошо.
- Права в чем?
- Я не хочу об этом говорить.
Мы не будем об этом говорить.
Я лишь хочу знать: права в чем?
Она сказала, что ты классный парень.
Она считает, что ты забавный
и остроумный, и сострадательный.
И?
Не "и". "Но".
А.
Она не понимает, почему ты
не даешь никому послабления.
Почему ты не можешь проявить гибкость. Почему
ты считаешь, что у всех есть задние мысли.
Почему ты не можешь
быть непосредственным.
И почему ты не видишь всей
красоты, которая тебя окружает.
И, честно говоря, я не
знала, что ей ответить.
Ну, детишки, готовы к выезду на природу?
Не думаю, Холлинг.
- Бедная Шелли.
- Наконец подхватила грипп, а?
Утренний кашель.
Я готов выехать, когда скажете.
Мы бы с удовольствием.
Но я не думаю, что у нас есть время.
Конечно, есть.
Правда?
У вас уйма времени.
Это очень живописное место, Холлинг.
Сделай нам чудесную открытку
"Привет из потустороннего мира".
Я в смятении, Джоель.
Обычно воздух здесь прозрачен как хрусталь.
Что это за звук?
Какой звук?
- Этот звук.
- Ты об этом...
Да. Похоже на...
Хотите кофе и пончиков?
- А вишневого пирога нет?
- Нет, но есть банановый крем.
- Эй, Джоуи, что держит эта дама?
- Какая дама? Где?
По-моему похоже на корягу.
- Как странно.
- Не так, как булыжник в коробке.
Встаньте там, а я
сделаю меткий выстрел.
Это смешно. Ничего не получится.
Может, и нет. Но очень часто,
Джоель, то, чего ты не видишь,
раскрывает сознание для воображения.
Возьмите, к примеру,
мифы о сотворении мира.
Кто бы стал это выдумывать,
если бы кто-то был там и все видел?
Вот почему это все
так безумно интересно.
Сьюзан Сонтаг говорила, что иконы по
сути фашистски по той же самой причине.
- Что это за причина, Элейн?
- Просто сделай эту чертову фотографию, Холлинг.
- Улыбайся, Джои.
- Чиииз!
Можем встретиться на полпути.
Можем встретиться в Денвере на праздники.
День благодарения, Пасха, Рош-а-Шана...
Я уже по тебе скучаю.
Да. Я тоже.
Эти выходные, все что было.
Знаешь, так не должно было случиться.
Ага.
Я знаю.
Да, попрощайся за меня с Мегги.
Обязательно.
Хорошая у тебя сестра.
Она мне не сестра, а невеста.
Привет.
Привет.
- Хорошо пахнет.
- Лимон.
- Пациентов нет?
- Всем стало лучше.
Здорово. Замечательно.
Эм...
Мерилин, перестань тереть пол на
секундочку, чтобы мы могли поговорить.
Часть меня хочет поднять трубку и сообщить
в Новоанглийский медицинский журнал,
что я наткнулся на революционное
лекарство от острого гриппа.
Другая часть меня отдает себе отчет в том, что
если я попытаюсь опубликовать научную статью,
где задокументирую целебные свойства
хай-йо-хай-йо-ип-се-най-йо,
я потеряю то зыбкое положение, которое
занимаю в медицинском сообществе.
Знаешь, что может помочь
избежать риска быть осмеянным?
Нет.
Если бы я смог проанализировать
химический состав этой лосиной гадости,
мы могли бы продать формулу ведущей
фармацевтической компании, и за большие деньги.
Мы были бы равноправными партнерами. Ты могла
бы вложить свою долю в бюджет племени,
Я бы взял свою половину и
уволился до конца жизни.
Звучит заманчиво?
Здорово. Так, думаю, нужно
начать с самого начала.
Ты скажешь мне в точности,
что ты кладешь в это снадобье.
И мы сможем понять, почему
оно так причудливо пахнет.
Мерилин?
Мерилин?
- Что?
- Это Мегги.
Входи.
- Ой, ты плохо выглядишь.
- Да. Я чувствую себя отвратительно.
Ты, правда, ужасно выглядишь,
как смерть после перегрева.
Да, да! Я болею, чего ты ждала?
- Не вовремя, а?
- В каком смысле?
Все болеют, приезжает Элейн...
Кстати, она замечательная.
Да, я это знаю.
Да, спасибо, что ты была с ней так мила.
Да. Знаешь, она была бы хорошей сестрой.
- Что это значит?
- Ничего.
У меня двое братьев. Было бы здорово
иметь такую сестру как она, вот и все.
А.
- С тобой все будет в порядке?
- Да.
Я приготовил себе куриного
супа, горячего чая...
Мог бы воспользоваться
хай-йо-хай-йо-ип-се-най-йо от Мерилин,
но, кажется, он уже закончился.
Что?
- Это...?
- Хай-йо-хай-йо-ип-се-най-йо.
Где ты его достала?
Я взяла немножко для себя, на случай,
если подхвачу грипп. Но не подхватила.
Да, я заметил.
Хочешь, я намажу тебя всего?
Да, это было бы...
Ты это сделаешь?
Не мечтай, Флейшман.


Серия 6

Сто... девятнадцать...
- С половиной.
- С половиной.
Ммм...
Посмотрим... Значит, на
9 фунтов за этот месяц.
Что означает, что к моменту появления
малыша ты поправишься на 80 фунтов.
- Что означает только одно...
- Это мальчик?
Сбавь обороты. Ты просто ешь немеренно.
- Хочешь назад свой завтрак?
- Я хочу, чтобы на тебя налезали твои джинсы.
Я думала, что они сели...
- А все остальное в порядке?
- Ага.
- Мои груди растут.
- Так и должно быть.
Как будто их накачивают,
понимаешь? Как шину.
Холлинг говорит, что мои соски
твердые, как сапфиры.
Ну... да... Это вопрос?
- Они не могут стать такими большими, что лопнут?
- Конечно, нет.
Слава Богу!
- А у тебя есть что-нибудь съестное?
- Нет, ты же съела мой завтрак.
Если хочешь, можешь его запить
тем, что осталось от моего кофе.
Нет... Спасибо.
Ничего личного, доктор Флейшман,
но вы наливаете мало молока.
Еще один малюсенький вопрос,
Шелли, и ты свободна.
Нет, нет!!! Прошу вас, доктор
Флейшман, только не это!
- Тихо...
- Пожалуйста!
Закрой глаза. Все закончится
раньше, чем ты это почувствуешь.
Это необходимо?
Я просто ненавижу иголки.
Страсть как ненавижу их!
Я понял, но другого способа
взять кровь просто нет.
В прошлый раз я этого не сделал,
потому что ты обещала, что в этот раз...
Я знаю, но...
А вы не можете взять анализ у кого-нибудь
другого и сказать, что это моя кровь?
Ты же знаешь, что нет.
Шшш...
В аптечке тебя ждет батончик "Марса".
Батончик "Марса"...
- Можно закричать?
- Я закрою дверь.
- Какой шум!
- О чем это ты?
Она очень мелодичная. У индейской музыки
есть своя особенная лиричность.
Звучит, как будто люди разбрасывают
вокруг помойные ведра!
Просто кошачий концерт!
- Мне нравится...
- Заменить на мюзикл? На "Карусель?"
Мне нравится, когда ты ставишь
пластинки в прямом эфире.
Когда общаешься с людьми...
- Я ставлю пластинки, ты управляешь станцией!
- Ставь Шуберта!
Ставь Эдит Пиаф! Ставь что-нибудь,
в чем есть хоть какой-нибудь смысл.
Я ставлю что хочу, мы ведь так договорились?
Нет, мы договорились, что ты ставишь что
хочешь до тех пор, пока я терплю это!
- Такой уговор? Перебьешься!
- Ладно, разговор окончен!
Сделай одолжение.
Эд! Эд!
С тобой все в порядке, Эдди?
А?
По доброте душевной и
вопреки голосу разума,
я позволил тебе подняться сюда и использовать
мой "Макинтош" для работы над сценарием.
И что же явилось результатом
моих благих намерений?
Я вижу черный экран и впустую
потраченное электричество!
Эд, у тебя что, творческий кризис?
- Наверно...
- Творческий кризис, чушь собачья!
Дай плейбою "пушку", машину.
Добавь туда милашку
- и ты получишь фильм.
Секс и убийства.
И скоро твоим именем назовут сэндвичи.
- Ты будешь доедать картошку?
- Неа.
Не против, если я доем?
- Холлинг говорит, что ты
участвуешь в конкурсе танцев.
- Да.
Ты можешь научить меня хипп-хопу?
Это индейские танцы.
А.
Не страшно...
- Могу я вам чем-то помочь?
- Я ищу Шелли Тамбо.
Она на кухне.
Передайте, что ее пришел повидать Уэйн.
- А она в курсе дела?
- Конечно.
- Что ты тут делаешь?
- Я могу задать тебе тот же вопрос.
Я здесь живу. С ним.
- Я так и понял.
- И что все это значит?
"Ты такой инфантильный, Уэйн".
- Ты инфантильный, Уэйн.
- Возможно, так и было.
- Но сейчас я возмужал.
- Ну, допустим.
- И тут же прибежал, даже не предупредив.
- Мне ни разу не попался телефон.
- За все 600 миль?
- И я страшно спешил.
Шелли, я еще не имел удовольствия
познакомиться с твоим другом...
Близким другом. Это Уэйн. Холлинг.
Как поживаешь, Уэйн?
- Все же, как ты меня нашел?
- Синди сказала, что ты здесь.
- Она тебе сказала?
- Ладно, молодежь, наверстывайте упущенное.
Она знала, как я рассердилась на
тебя из-за того, что ты вышиб Джимми.
Только потому, что он сказал,
что у меня милые ножки!
Мне было не по дороге домой с Бакки.
Я не успела убраться подальше от тебя!
Отлично! Я счастлив!
- Зачем же ты меня преследуешь?
- Я вовсе не преследую тебя.
- Я хочу жениться на Синди.
- Синди?
Да. А она хочет за меня замуж.
- Правда?
- Правда.
Но она моя лучшая подруга, Уэйн!
Была. Вы с ней не виделись 18 месяцев.
Но ты всегда говорил, что я милашка,
а она - качок.
Она сбросила вес, и ее
лицо стало симпатичнее.
- Сейчас она гораздо красивее тебя.
- Ну, тогда ты и в самом деле должен на ней жениться.
Но я надеюсь, что она понимает,
какой ты еще ребенок!
Но я ведь не могу жениться на Синди,
пока не разведусь с тобой!
Я не думаю, что мне нужен врач для продления
лицензии пилота. Это просто для подстраховки.
Давление в норме, нет ожирения,
идеальное зрение,
идеальные зубы, идеальная...
Идеальная что? Что это такое?
- Что это?
- Это? Прыщик.
- Нет.
- Как это нет? Я думал, это прыщик.
- Нет.
- А что это?
Это дерматофиброма. Образование...
- Опухоль, ты хочешь сказать?
- Ага. Тепло?
- Нет.
- Как давно вы ее заметили?
Не знаю. Может, несколько месяцев.
- Она изменяла форму или размер?
- Без понятия.
Я бы не беспокоился об этом. С возрастом
в нашем организме развиваются кисты.
Мы не знаем точно, почему это
происходит, но обычно они неопасны,
и, похоже, у вас легкая форма.
- А что если нет?
- Я уверен, что так и есть.
- А если нет? Если это рак?
- В принципе, это возможно.
За свою карьеру я видел их множество, и
только в одном случае она была злокачественной.
И с тем человеком все в порядке?
- Нет, но...
- Нет? Он умер?
- Да, но...
- Сколько он прожил?
- Полгода, но...
- Полгода?
Рик, не сходи с ума. Это практически...
- Мэгги и я вместе уже год...
- Ну, ну, и что?
До меня было еще несколько, Джоэль.
- Ну, она не ребенок все-таки.
- Я хочу сказать, что я не первый.
А-а.
Я не говорю, что как-то связано...
но парни умирают из-за нее.
Это факт. Я не придавал этому
значения, но они-то умирают.
Вы не против, если я уберу цисту
и отправлю на биопсию?
В сложившихся обстоятельствах... Возможно...
Вы можете сделать это немедленно?
- Ты забыла мне сказать, что замужем?
- Да.
Не говори, что ты ничего не забывал...
Но мы почти женаты, Шелли!
Чуть-чуть не считается,
что в игре, что в женитьбе.
Кроме того, мы с Уэйном
на самом деле не женаты.
- Нет?
- Конечно!
У нас не было ни свадьбы, ни чего-либо
подобного. Я даже платье не надела.
Был только судья, которого мы разбудили
среди ночи, потому что Уэйн напился пива.
Он был на взводе после какой-то
идиотской хоккейной игры,
и все наяривал и наяривал, и я сказала "да",
просто чтобы он заткнулся.
- Что?
- Там уже целая толпа...
Ничего, подождут!
Ну ладно!
Ладно, я признаю...
Я втюрилась в Уэйна,
но мы же были школьниками.
То, чем мы занимались в машинах,
мы делали не сердцем,
не так, как я и ты.
- Я...
- Что?
Мне плохо уже от того, что я украл тебя
у Мориса. Я не знал, что ты еще и замужем.
Ты не крал меня, Холлинг!
Я пришла к тебе, потому что хотела.
- Может, хоть что-нибудь скажешь?
- Это неправильно!
Не знаю...
Почему ты так переживаешь из-за этого?
Мы же любим друг друга!
Уэйн приперся сюда только потому,
что ему нужен развод.
Если бы не это, ты
никогда бы о нем не узнал.
Я не думаю, что прилично
жить с женой другого.
Что ты хочешь сказать, Холлинг?
Я думаю, что возможно, нам стоит пожить
отдельно до твоего официального развода.
Ты серьезно?
Хорошо.
Я просто возьму вещи и уйду на время.
Нет, это твой дом. Уйду я.
Мне надо работать.
Злокачественная меланома - очень редкая
форма рака. Невероятно редкая.
По статистике, вероятность возникновения
составляет 100:1...
- Вы говорили, 1000.
- Простите, вы правы, 1000:1.
- Вы с ними встречались прежде?
- Да, однажды.
- И пациент...
- Мертв.
- Да, но...
- Как только попадет в легкие - мне крышка.
Да, но статистика на вашей стороне.
Ну...
Что "ну?"
Ну, ясно, что это много шума из ничего.
Ты просто сделал из мухи слона.
- Доктор Флейшман говорит, что у тебя ее нет.
- Возможно, нет.
Он сказал "по всей вероятности".
Шансы 1000 к одному. Почему
ты должен быть одним из тысячи?
Это просто смешно. Ты не можешь быть тем
единственным. Когда мы узнаем точно?
- Принести еще?
- Да, легкое, а то я нажрусь.
- Спорю, она прекрасная официантка.
- Да.
Она может удерживать на руке
6 тарелок, 5 чашек и 5 блюдечек,
и ничего не уронит
- и все это одной рукой.
- Она еще так делает?
- Что?
Ну, с чашками и тарелками?
Иногда.
Она поправилась на пару фунтов. Ей идет.
- Она беременна.
- Вы отец?
-Ага.
- Я сам должен был...
Я думал, что так и есть. Точный удар прямо
в яблочко. Она вам рассказывала?
Конечно, нет! Зачем ей!
Моя жена, ваш ребенок.
Что, этот мир катится в пропасть?
Ну, как бы то ни было,
я должен вас поздравить.
- Я благодарю вас.
- Она хоть вспоминала меня? Уэйн Джонс.
Никогда.
Парень, раз она так взбесилась,
то обязательно затаила злобу.
- Сколько тебе лет?
- 20.
Это совсем не то, что 19.
- Она еще увлекается хоккеем?
- Хоккей с шайбой?
Да. Я хоккеист.
Стал бы я до сих пор играть
за "Флеймс", если бы не она.
Она веревки из меня вила.
Я не хотел драться или "вставлять".
Я не хотел раскалывать черепушки.
Вместо того чтобы учиться рисовать, я
ударился в загул и опустился до отбросов.
- Позор...
- Когда я, наконец, получу этот развод,
я собираюсь накрячить какую-нибудь
"шишку" из высшей лиги.
Я дам такого щелчка, что
вы не поверите, мистер!
Она была никудышной женой, знаете?
Но у нее изгибов больше,
чем на кубке Стэнли.
Неспецифический уретрит.
Это не так важно, но вам
следует накрывать сокола.
- Вы знаете, о чем я говорю?
- Да.
Эй! Эй! Я тут иду!
Ты не должен так разговаривать
с терапевтом. Так же, как и ты, приятель!
Не могу дождаться, что затащу этого психа в
кабинет. Я припас для него бариевую клизму.
Я тебя познакомлю с Дональдом
Трампом, это мой лучший друг!
- Ты знаешь Дональда Трампа?
- Я начинал с ним.
Ого, приятель.
Спасибо.
Все в порядке.
Привет, Эд!
Ты хочешь сказать мне, что ее
соски тверды, как два сапфира,
она ест, как две лошади,
ее груди растут не по дням, а
по часам, и она не беременна?
- Совершенно верно.
- Джоэль, ты уверен?
- Разумеется.
- Как это возможно?
Ложная беременность весьма необычный
случай. Практически невероятный.
Но очевидно, ее тело
убедило себя, что беременно,
со всеми физическими
проявлениями беременности.
Однако, анализ крови показывает,
что она не беременна.
И боюсь, результат окончательный.
Однако, это не причина
полагать, что в следующий раз
вы не будете беременны на самом деле.
Так или иначе, все к лучшему.
Я бы не хотела принести на свет ребенка,
когда его папочка не знает,
любит ли он его мамочку.
Просто потому, что мамочка замужем!
А вы?
- Спасибо, что позволила мне остаться, Мегги.
- Нет проблем, Шелли.
Рик уехал по делам в Фербанкс,
так что я рада компании.
А сколько времени займет этот развод?
Не знаю. Есть будешь?
Нет. Спасибо.
Как только я выяснила, что не
беременна, аппетит сразу пропал.
- Почему они такие?
- Кто?
Парни.
Они намного лучше меня.
На все у них есть правила, которые не
имеют никакого отношения к чувствам.
А когда ты нарушаешь какое-нибудь из этих
маленьких глупых правил, они разваливаются на куски.
Да. Рик считает, что я думаю, будто он
поехал в Фербанкс по делам.
Как будто я не знаю, что он на
самом деле делает в Фербанксе.
А что он там делает?
Он думает, что я убиваю его, так же, как и
всех предыдущих парней. А я тут ни при чем.
Просто мне не везет с мужчинами.
Они делают глупости и умирают, а я потом
должна чувствовать себя ответственной за это?
Конечно, нет!
Если бы Уэйн умер, Холлинг
бы сочувствовал мне.
Но раз он жив, Холлинг злится на меня,
а ведь сам даже не разобрался.
Мужики никогда ни в чем не разбираются.
Им это только кажется.
- А ты знаешь, кто понимает?
- Девушки?
Никто. Никто ничего не понимает,
но женщины, по крайней
мере, это чувствуют.
И не петушатся по пустякам.
Если это Холлинг, скажи ему что-нибудь.
- Это Уэйн. Моя жена здесь?
- Что тебе нужно?
- Я хочу поговорить с тобой, это все.
- Только никаких глупостей!
- Слышал?
- Да. Я не буду.
Впусти его.
Все в порядке, Мегги.
Можешь нас оставить.
Просто спусти Фэнга, когда Уэйн выйдет.
- Фэнг.
- А кто это?
Питбуль-убийца.
Если я закричу, пристрели его.
Слушай...
Мне жаль, что твой старик вышвырнул
тебя, потому что я тут появился.
- Он старик, Шелли.
- И?
У него в роду долгожители.
Хотя... ты даже не
знаешь, о чем я говорю.
Я слышал, что ты не беременна.
Я не собираюсь лгать тебе. Когда я услышал,
что ты беременна, то ужасно себя почувствовал.
Я подумал, как этот старикан смог сделать
то, чего я не могу. Не смог.
- Помнишь?
- Конечно, помню. Я еще не впала в маразм.
Ты вышла за меня, потому
что думала, что беременна?
Нет!
Не то, чтобы это
случилось сейчас, но нет.
Похоже, ложная беременность появляется
у меня каждый раз, когда я влюбляюсь в парня.
Не знаю, почему. Это не поддающийся
научному объяснению факт.
Ты хочешь сказать, что влюбилась в меня?
А ты думаешь, стала бы я
заниматься любовью с тобой в пикапе,
не думая о свадьбе,
если бы я не любила тебя?
- Шелли?
- Что?
Я решил дать тебе еще один шанс.
То есть я хотел забыть тебя,
но ты моя жена, и намного симпатичнее Синди,
так что поедем домой прямо сейчас...
Я не собираюсь ехать домой! Я уже дома!
Я - единственный достойный мужчина здесь.
Я тебя прощаю.
Прости себя, Уэйн!
Хорошо. Просто успокойся.
Подумай о том, что я сказал.
Шелли, мы женаты. Мы муж и жена, помнишь?
Ты же не настолько рехнулась,
чтобы забыть обо всем этом?
К тому же, этот парень тебя вышвырнул.
Шелли, у тебя самое прекрасное
тело из всех, кого я знаю.
И я собираюсь снова
начать играть в хоккей.
Разве ты не помнишь,
как приходила на матчи?
Я никогда не хотел разводиться с тобой.
Вся моя игра пошла наперекосяк, потому что
я только и делал, что думал о тебе.
Послушай, бак доверху
заполнен бензином, и я готов.
Я подумаю.
А я смогу увидеть тебя до
того, как ты дашь ответ?
Что-то типа свидания?
Какое же это свидание
- мы же женаты.
Да, точно.
Лучше иди, Уэйн.
Я в замешательстве.
Спокойной ночи, Шелли.
Спи крепко, не позволяй
клопикам кусаться.
Спокойной ночи, Уэйн.
Я ценю то, что ты не приставал.
Да.
- Выглядит отлично!
- Я не в настроении, Флейшман.
Я серьезно. Это комплимент.
- Да?
- Да.
В честь чего?
У тебя такая же красивая
прическа, как была у Дороти.
Хамилл.
Да ладно, ты же помнишь.
Инсбрук, зима 76.
Сердце Америки.
Не знаю, кто из нас проиграл,
я или Джим МакКэй...
Я буду счастлива, если мы начнем
представлять себе неосуществленные мечты.
Представь себе роскошную шевелюру!
Ты катаешься на коньках?
Ты здесь по какой-то особой причине?
Я бы хотел, чтобы ты пошла
со мной индейскую церемонию.
Ты идешь?
Да.
Почему бы и нет? Я признаю, что обычно не
марширую под звуки малого барабана,
но там Мэрилин, а раз Рика нет, я
подумал, что тебе нужно с кем-то петь...
И что это значит? Это
замечание насчет Рика?
- Какое замечание?
- У Рика небольшая опухоль.
- Да.
- Ни больше, ни меньше.
Я не хочу, чтобы ты делал из мухи слона.
Слушай, я пришел просто...
Опухоль появляется у тысячи
человек каждый день.
Они появляются у людей, которых я никогда
и не видела. Кто-то умирает, кто-то нет.
Так всегда и бывает...
- Я знаю. Я доктор, помнишь?
- Готово.
Мне очень хорошо с тем, с кем я
сейчас, и, единственное, что я скажу -
Рик уехал из города не в какую-то
выдуманную поездку в Фербанкс,
а чтобы избавиться от меня, Флейшман!
Опухоль у него!
- Слушай, О’Коннелл, я не знал, что ты...
- Заглохни, Флейшман, договорились?
Я говорил, что установил новый рекорд?
8 двойных фэтбургеров за полтора часа.
И?
И, никто так не умеет есть, как Уэйн!
На свете есть вещи поважнее гамбургеров.
Я знаю. Хоккей и секс. Но на планете
порой достаточно комнаты для разговора...
Помнишь, Шелли?
- Что?
- Наша песня. Они играют нашу песню.
А, да.
3 часа, парень с девушкой одни
занимаются любовью на бильярдном столе?
Если этот тип не перестанет пялиться на
тебя, я ему глаз на жопу натяну.
Когда же ты повзрослеешь?
Я больше не твоя игрушка.
Но ты моя жена! И если он не превратит
пялиться, я ему глаз на жопу натяну!
Ладно, играет наша песня.
Знаешь, я сохранил нашу
свадебную фотографию, Шелли.
Синди не нравилось, что она висит в машине,
и я повесил ее в баре у Келлера.
Давай танцевать в обнимку.
Холлинг?
Что за парень?
Почему он измазал
кетчупом всю задницу Шелли?
А-а!
Что с тобой?
- Больно?
- Нет.
- А так?
- Нет.
- А-а!
- Тихо, тихо...
Я уже сталкивался с подобными случаями,
но, то были трупы в морге,
и у меня был ломик.
- А раньше такое случалось?
- Однажды. Медведь пытался оторвать мне голову.
Но такой боли я не припомню.
Я думаю, вам лучше жить с Шелли.
Джоэль, возможно, я не смогу
есть, спать, поворачиваться ночью,
но Шелли - замужняя женщина, и ее
муж в городе.
Он приехал, чтобы получить развод, и Шелли
не только согласилась, она хочет этого развода.
Они танцевали, как
говорится, щека к щеке.
Точно? Может, они решили просто
потанцевать, как в старые добрые времена?
Глядя мне в глаза, скажи, что
вы не любите друг друга.
Подожди. Ты порвал с Шелли в
момент, когда она легко ранима.
Она чувствует себя неловко.
- А что бы сделал ты, Джоэль?
- Что бы сделал я?
Если бы и твоя невеста оказались
в таких же обстоятельствах?
Что бы я сделал, если бы муж Элейн
объявился прямо перед дверью в мою квартиру?
А...
Интересный вопрос, Холлинг.
Я был бы просто счастлив
ответить на него,
но мы - не жители Аляски. Мы из
Флашинга, Куинса, Нью-Йорка.
Такое просто не может
случиться в Нью-Йорке.
То есть может, но такого
просто не бывало...
Что бы я сделал, если муж Элейн
появился перед моей дверью?
Отстань от нее.
- Кто это сказал?
- Я сказал.
Отстань от нее.
- Она не принадлежит тебе, она моя!
- Она мне не нужна, идиот!
Она нужна Холлингу.
Он теперь ходит без ствола.
Мы с ним приятели.
- Добрый вечер, Шелли.
- Ты.
Что с тобой? Уэйн уда...?
Нет-нет, ничего такого.
Просто шею переклинило, вот и все.
Я был бы рад поговорить с тобой.
Ну...
Ладно.
- Как там продвигается развод?
- Развод? Мой?
Ну... да.
- А что?
- Я пересмотрел свои взгляды на эту ситуацию.
Я думаю, что под влиянием обстоятельств мы
должны по-другому взглянуть на нашу свадьбу.
И вернуться вместе.
- Да?
- Да.
- Почему?
- Ну...
Уэйн - прекрасный молодой
человек с блестящим будущим,
но у него был такой вид,
когда вы танцевали...
Я бы не хотел, чтобы у
него появились плохие мысли.
- Какие мысли?
- Ты знаешь.
Что мы позволим, чтобы такая тупая штука
как свадьба встала между нами.
Ты что, шпионил за нами?
В своем баре?
Нет.
А почему ты говоришь "такой вид?"
Все же, он мой муж.
Я не считаю то, что случилось,
серьезным, в отличие от тебя.
- Прежде считал...
- Может, я не хочу разводиться.
Может, я поеду в Саскачеван с Уэйном.
Если я не могу положиться на тебя, когда
возникает такая мелочь, как муж,
что произойдет, если
случится что-нибудь серьезное?
Так что забудь обо всем, Холлинг.
Мне плевать, если твоя
шея никогда не пройдет,
потому что ты все равно
переходишь дорогу, глядя направо.
Как продвигается кино?
Фигово. Не думаю, что я и новый
Голливуд запрыгнем вместе в постель...
- Что?
- Да знаешь, блокбастеры...
Кассовые сборы сто миллионов...
И все, что им сегодня нужно
- это сиськи.
- Я не думаю, что это для меня...
- Жаль это слышать.
Спасибо.
На MTV говорят, что все
началось со Стивена и акулы.
Потом появились пришельцы, и Джордж
дал нам Р2Д2, Индиану Джонса...
Бэтмен, Дик Трейси.
"Развлечения сегодня" называет все это
"высшим пилотажем".
- Мммм...
- Да, мммм...
Я не думаю, что я такой ас...
Погоди-ка, а как же Вуди Аллен?
- А что такое?
- Ты вроде говорил мне, что он гений.
Да, Вуди - это мое! Энни Халл, Манхэттен,
Воспоминания звездной пыли...
Плюс "Хватай деньги и беги" и "Бананы".
Пока он не стал
стыдиться казаться смешным.
Не говоря уж о
"Преступлениях и проступках".
Я о нем не слышал.
Это лучший фильм 89 года!
По крайней мере, я так считаю.
- А он остался на кассетах?
- Не знаю.
Но смысл в том, что Вуди Аллен не пишет
блокбастеров, но Голливуд его любит.
Пиши как он.
Ты имеешь в виду кино о нервных
интеллектуалах в Нью-Йорке?
Нет. Пиши как он.
Давай историю в том же стиле.
Он пишет о том, что знает.
Слушай, Вуди Аллен - еврей,
и он из Нью-Йорка, так?
Возможно, поэтому он об этом
и пишет, ведь он все это знает.
Ты хочешь сказать, ему это легко?
Да. Примерно.
Эй, Дэйв, я не мгу есть этот завтрак.
Эти яйца выглядят по-идиотски.
А где маленькая круглая
косточка в ветчине?
Шелли!
Что? Мне нужно работать.
Я хочу гамбургер. А еще я хочу
знать, поедем ли мы в Канаду.
- А это не может подождать?
- Нет, я проголодался.
Дэйв, нужен бургер. Без рогов.
- Я не вернусь.
- Хочешь, чтобы я остался здесь?
Нет. Между нами все кончено.
Назови хоть одну вескую причину.
Я не обязана.
Я просто больше не люблю тебя.
Мне жаль, но это так.
То есть...
Я просто не могу сблизиться с человеком, к
которому у меня нет никаких чувств.
Шелли, я поставил новые амортизаторы,
сейчас там мягче, чем на водяной кровати.
Извини.
Уберите, я не могу сейчас есть.
С другой стороны, у нас есть Саскачеван.
То есть, нет, мы потеряли его.
Пока ты не появился.
По крайней мере, мы останемся друзьями.
- Ты понял?
- Думаю, да.
И потом, Синди всегда тебе даст...
- Да?
- Она всегда готова.
Да, она та еще штучка. Я тут самый крутой
парень из всех, включая Грецкого.
- Я, правда, была рада тебе, Уэйн.
- Правда?
Да. Но мне нужно работать.
Я думаю, я должен ехать.
Вернусь к Синди.
Да.
Кстати, Шелли, я немного
потратился на бензин...
Пока, Уэйн.
Когда я говорил, что узнаю о
результате биопсии в 11 часов,
то имел в виду "около 11 часов".
- То есть 11.15, 11.30...
- Ладно.
- Ясно.
- Все понятно.
Так что, если вам куда-то нужно, я
свяжусь с вами, как только что-то узнаю.
- Ничего страшного.
- Без проблем.
Свяжитесь с Серрано, и скажите,
что я сейчас подойду.
Ну, а как там Фербанкс?
Чудесно. Одна из тех
неизбежных 24-часовых скачек.
Вы же знаете, какова жизнь пилота на
Аляске. Сегодня здесь, завтра в Фербанксе.
По-моему, Рик отлично
ее назвал: неизбежная.
- Лучше и быть не может.
- Да.
А, а я рассказывала, что
говорила вчера вечером с мамой?
- Правда? И как она?
- Отлично. Чудесно.
- Тебе привет.
- И ей тоже.
Когда я ей рассказала о твоей
шишечке, знаете, что она ответила?
- Нет.
- Нет.
Будь я проклята, если она не сказала
правильную вещь. Знаете, что?
- Нет.
- Нет.
Она сказала, что мы все
преодолеем, и будем счастливы.
Как она говорила? Какая фраза?
Похоже на "мост над мутными водами".
или "челюсть сломана,
но дружба стала крепче".
Она сказала: "Вдвоем вы преодолеете
это, и останетесь единым целым".
- Ну, разве не прелесть?
- Обожаю Мамочку!
Да.
Серрано на первой линии.
У нас только одна линия.
Фил. Джоэль.
Да, что там у тебя.
А.
Ага... ага.
Угу.
Ага.
Да, хорошо. Спасибо, Фил.
Да.
Вы здоровы.
- Слава Богу!
- Слава тебе, Господи!
- Слава Богу!
- Слава Богу!
- А теперь я выпущу пар!
- Что?
Ты думал, что это из-за меня,
и сбежал, точно заяц.
- Мэгги, я думал...
- Проклятье О’Коннелл снова наносит удар?
- Мэгги, любимая, у меня была опухоль.
- У тебя была шишка, в которой ты пытался
обвинить меня!
Так что лети отсюда в Анкоридж,
в Ном или в Тимбукту, мне плевать!
Позволь мне кое-что сказать: может быть,
ты и не умираешь, но обязательно помрешь!
Мэгги, любимая...
Мэгги!
Я слышал, Уэйн поехал обратно в Канаду.
Кто-то в ошейнике решил
поговорить со мной?
- Потому что мне нечего сказать ему...
- Шелли, дорогая...
Не смей говорить мне "Шелли, дорогая".
То, что Уэйн уехал, ничего
не изменит в наших отношениях.
Я не стану связываться с
мужчинами до конца дней своих!
Но я признаю, что был неправ.
Уже слишком поздно. Ты
вычеркнут из моей жизни.
А-ааа. О-оооо.
Ты в порядке? Положи голову на стойку.
А... Да.
- Лучше?
- Угу.
Чуть-чуть левее, вот так...
Да.
- Лучше?
- Ага.
Означает ли это, что мы
можем снова жить вместе?
Нет. Я делаю это только
потому, что не люблю боль.
Я чувствую сильную боль, и
это касается не только шеи.
Ты должен был подумать об этом раньше.
Шелли, пожалуйста! Я человек,
голова которого на барной стойке.
Ты потерпел поражение, Холлинг.
Я и представить не мог, что буду
увиваться за замужней женщиной.
- Я сказала...
- А-а.
Я забыла.
Я знаю.
Я был бы верен тебе во всех испытаниях.
Я сожалею, что порвал с тобой,
я показал себя полным дерьмом, Шелли.
- Я тебе в отцы гожусь...
- В деды.
И я с ума по тебе схожу.
Я прожил всю жизнь на воле,
а сердце мое оставалось закрытым.
А потом появилась ты и свела меня с ума.
И теперь я не знаю, как мне жить дальше.
Я не могу ни видеть, ни думать.
Я не знаю, кто я и во что я верю,
Без тебя все это не имеет значения.
Я могу не знать, как жить с тобой,
но жить без тебя я не смогу.
Прости, что я забыла, что замужем.
И что касается меня и Уэйна,
он, больше чем вдвое, моложе тебя.
И вдвое хуже тебя как мужчины.
Почему ты сидишь точно позади меня?
Кто умер и сделал
тебя вождем? Я занял места.
У вас с Риком все в порядке?
- Это что, викторина?
- Прости, молчу...
Спасибо! А теперь для Энзо
и коренных американцев!
Превосходно! Духовное пение
в лучшем проявлении!
Все веселятся?
Чудесно. Прежде, чем мы
перейдем к нашим знаменитостям...
У меня где-то тут припрятано несколько
шуток, так и рвутся наружу...
- Он издевается?
- А ты чего ожидал, Сидящий Бык?
- Я думал, это церемония.
- Нет, это больше похоже на шоу.
400 лет назад индейцы
стояли на Восточном побережье
и смотрели на первые корабли.
И один индеец сказал остальным:
"Вот в чем наша проблема.
У нас нет закона об иммиграции".
Привет!
До того, как в наши дома была проведена
канализация, мы проводили церемонии на улице.
Но однажды появилось электричество,
и я повесил лампочки во всех садовых туалетах.
и стал первым индейцем,
электрифицировавшим резервации!
Я пошел...
Итак, без лишних
проволочек, поприветствуем
маленькую леди с
колокольчиками на ножках!
Дамы и господа, мисс Мэрилин Вирлвинд!
"Мой фильм".
"18-летний индеец по имени Эд
живет в городе Сицели".
Это на Аляске, и живут там 839 человек.
Здесь есть бензоколонка, парикмахерская,
Бар Холлинга и супермаркет.
И всем здесь хорошо живется вместе.


Серия 7

Это "Крис утром".
Столбики ваших термометров сегодня поднимутся
от прохладных 47 градусов до 60. Наслаждайтесь,
ибо недалек тот час, когда Сицели облачится
в снежную мантию и унты.
А теперь о ситуации на дорогах.
Мэгги О'Коннелл промчалась по Главной
улице на немыслимой скорости.
А теперь - заявка от доктора Флейшмана, сказавшего,
что эта мелодия прекрасно сочетается с его завтраком.
Мы уже затерли эту пластинку,
доктор...
Привет, Мэрилин.
Она здесь.
Отлично! Наконец-то, О'Коннелл!
Давно пора!
Прости. Я торопилась изо всех сил.
- Бублики? - Это не простые
бублики, это нью-йоркские бэйглы!
- Лук, корица, ржаной хлеб...
- А говорят, что это вода...
Ты заставил меня сделать двухчасовой
пробег до Анкориджа из-за бубликов?
Это должны были быть
медикаменты!
Кто это тебе сказал?
Уж точно не я.
- А что я должна была думать?
- Ладно тебе, расслабься.
Тебе хорошо заплатили, это дорогого
стоит. Поживи хоть немного нормально.
Твоя проблема в том, что ты не выделяешь
время на то, чтобы насладиться ароматом хлеба...
Я им наслаждаюсь, когда пеку! А не звоню за
5000 миль из-за бутербродов!
Офис доктора Флейшмана.
Пит Гиллиам на первой линии.
Мэрилин, у нас одна линия.
Пит. Как живется в большом городе, ты,
лживый, убогий, коварный сукин...
Нет. Нет, проехали...
Категорически! Плевать я хотел на то, что
в моем контракте... Я не знаю, где этот Босбург.
Бозвелл. Извини. Я уверен, что это чудесное
место с не менее чудесными людьми...
У меня полно пациентов. Мой адвокат говорит,
что ты зашел слишком далеко.
Условия нашего контракта были
нарушены...
Гиллиам! Гиллиам!
Где Бозвелл?
По шоссе 90, мимо
лесопилки,
- мимо санатория...
- Далеко?
- Шесть часов, плюс-минус...
- Ясно.
Сегодня вечером я и ты, мой железный
конь и дорога в Бозвелл. Что ты скажешь?
Нет. Я иду к шаману.
Я буду учить детей основам гигиены. Мне
нужен ассистент.
Шаман - неотъемлемая часть жизни
нашего племени.
Ладно, замечательно, чудесно.
Спасибо огромное.
А что конкретно ты делаешь у шамана?
Болтаю, ем, тусуюсь.
Мы беседуем с Джанет Локкерби из
Лос-Анджелеса.
Все вы помните Джанет. Она здесь
выросла.
Сейчас она строит истребители "МакДоннелл
Дуглас". Как жизнь, Джанет?
- Привет, Крис!
- Салют. Откуда ты звонишь?
Я звоню из машины, застряла тут в пробке
на шоссе Сан-Диего.
- Без шуток - звучит отлично.
- Я очень скучаю по Сицели, Крис.
Серьезно? А по чему ты скучаешь
особенно сильно?
Не знаю. По чистому воздуху, наверно,
и еще по отцу.
По жареной оленине, по "Крису утром",
по ямочке на твоей...
Эй, эй, Джанет, кончай...
Мы тоже соскучились. Что я могу сделать для
тебя этим чудесным аляскинским утром?
- Сегодня у моего папы День Рождения.
- С Днем Рождения, Рэй!
Если можешь, поставь что-нибудь из Глена
Кэмбелла, чтобы поднять ему настроение.
Уже врубаю, Джанет!
С Днем Рождения, папа!
I've been walkin' these streets so long
Singin' the same old song
I know every crack
in these dirty sidewalks of Broadway...
Морис?
Морис, ты что?
Все нормально?
Да, да,
все чудесно.
Что это за парни?
Что происходит?
Малькольм...
ушел от нас...
Жаль это слышать.
А...
Кто это - Малькольм?
- Мой брат.
- А-а...
Морис... Мне...
Мне правда жаль... Я даже не знал,
что у тебя есть брат.
У меня был брат.
Малькольм... Чертов
Миннифилд.
Последний из вольных пташек...
Доброе утро, Мэгги. Сегодня в меню
бэйглы.
Лук, ржаная мука,
что там еще?
- Булочка с луком.
- Да, точно, булочка с луком.
Спасибо, не надо.
В Бозвелле есть посадочная полоса,
О'Коннелл?
А что? У них там залежи
плавленого сыра и копченой лососины?
Нет, мне нужно провести там
урок гигиены.
- Хорошо. Гигиена необходима.
- Ты меня просветила!
Ты здесь, чтобы помогать жителям
Аляски,
чей тяжкий труд дал тебе возможность
закончить медицинский колледж, так помогай.
- Может, ты подбросишь меня туда?
- Мне казалось, ты терпеть не можешь маленькие самолеты.
Не так сильно, как 12-часовую
тряску на колесах.
- И ты можешь помочь мне там.
- Я? Помочь ТЕБЕ?
Ну, тебе же надо чем-то заняться,
пока я там с ними вожусь.
Я ничего не смыслю в гигиене.
В этом ты превзошла меня.
- Холлинг.
- Что такое, Эд?
Ну...
Ну... что такое?
- Да что такое, Эд, в чем дело?
- Джесси вернулся.
Ты уверен?
- Вот черт!
- А кто это - Джесси?
А ты не можешь просто оставить его в покое?
Ну, дать ему спокойно пройти.
Не могу, Эд. У нас с ним
соглашение.
Я думаю, он хочет расставить все по местам
раз и навсегда.
Какой Джесси?
Эд, берешь машину. Мы
выступаем на рассвете.
- Да, сэр.
- Да что за Джесси?
- Медведь Джесси.
- Джесси - медведь?
Не какой-то там медведь.
МЕДВЕДЬ.
Значит, Бозвелл...
Международный Аэропорт Бозвелла. Похоже,
багажа у них много не бывает.
- Привет, ребята.
- Добро пожаловать в Бозвелл, доктор Флейшман.
- Спасибо.
- Мы высоко ценим мнение эксперта.
Разумеется. Для начала я хочу одобрить
ваш выбор - прийти сюда сегодня.
Хорошее здоровье подразумевает
гигиену... Я бы хотел начать
с объяснения начальных аспектов
личной гигиены.
- Гигиены?
- Да, гигиены.
- В чем дело?
- Это курсы дородовой подготовки матерей.
- Да нет, это не так.
- Слушайте, мистер...
- Доктор.
- Какая разница!
Я с самого начала не хотел сюда тащиться,
но она сказала, что я должен.
- И я здесь.
- Ну, это просто замечательно.
И если вы не будете учить тому, что я видел
в 30 с чем-то, я хочу получить назад свои деньги.
Безусловно, доктор Флейшман ошибся, но он
здесь, мы здесь, и...
если вы хотите, чтобы это были курсы
дородовой подготовки, вы их и получите.
Итак, без лишних проволочек,
доктор Флейшман...
А, ага, ладно...
Посмотрим...
Есть четыре слова, которые вам нужно знать,
чтобы правильно подготовиться к родам.
Записывайте, леди.
Сделайте... мне...
эпидуральную анестезию.
- Холлинг, это твое ружье.
- Да, Эд.
Я думал, что в этот раз мы будем следить
за Джесси с камерой.
Эд, я "в завязке" с 88.
С тех пор я не убил никого крупнее
водяного паука.
Но сейчас... Сейчас все по-другому.
Это Джесси.
Холлинг, я знаю, что ты сейчас
скажешь:
"Это опасно. Женщинам тут не место".
Но я иду с тобой.
- Шелли, ты не можешь.
- Я думала всю ночь.
И мне кажется, есть вероятность того,
что ты можешь не вернуться.
- Я вернусь.
- Возможно.
Но Джесси чуть не убил тебя. Я не могу
допустить, чтобы ты уехал "в закат".
- Я еду с тобой.
- Это будет нелегко.
Я знаю. Но это, быть может, один из
последних моментов твоей жизни, Холлинг.
Когда ты застрелишь Джесси,
или он покалечит тебя...
Я хочу быть там, рядом с тобой.
Это так много значит для тебя?
Ты для меня очень важен.
Я иду туда, куда идет моя любовь.
- Дышите вы отлично.
- Хорошо.
Но, судя по семейному анамнезу, вам
необходимо пройти стресс-тест.
Знаешь, Джоэль,
много лет я вел хозяйство с тем, чтобы
накопить хоть какое-то состояние.
Теперь, с уходом Малькольма,
мне даже думать противно о том,
что правительство будет наживаться
на моей счастливой судьбе.
Знаешь, Джоэль, "вашим" всегда
везет с деньгами.
Как ты думаешь, что я сделаю
со своими капиталами?
Если бы "нашим" везло
с деньгами,
я бы был сейчас где-то на Парк-Авеню,
вливая эстроген в богатых вдовушек, а не торчал бы здесь.
Я всегда думал, что Малькольм унаследует
все мое состояние, он единственный, кто у меня был.
А ты не думал о том, чтобы превратить дом
в музей?
Нет, нет.
Нет, музей - место для реликвий,
костей и наскальных рисунков.
Нет, я хочу, чтобы мое наследие жило.
Росло.
Мой народ всегда умел
сажать деревья...
Нет, деревьев тут достаточно.
Нет, мне нужен преемник.
Тот, кто будет носить имя
Миннифилда.
Я бы попробовал, но в Куинсе меня ждет
компания старичков, у которых есть деньги...
Это плохо...
Ну, спасибо, Джоэль.
Почему Джесси, Холлинг.
Почему ЭТОТ медведь?
Холлинг предпочел бы не говорить
об этом, Шелли.
Ладно.
Но ты-то не против?
Джесси впервые вторгся в жизнь Холлинга
летом 84.
Он с ревом спустился с гор, сожрал
половину скота,
а другую убил для
забавы.
Холлинг разбудил меня в два
часа.
Он, я и собаки преследовали Джесси
в лунном свете
в Затерянном Каньоне.
Мы с Джесси не могли видеть друг друга,
но ощущали его присутствие.
Вдруг Джесси оказался позади нас.
И, пока я бежал, перерезал глотки
собакам одним взмахом лапы.
Затем он повернулся к Холлингу,
но его ружье заклинило.
Холлинг здорово пострадал
от этих когтей.
132 шва на спине.
133.
А, так вот что такое у тебя
на спине.
Том, спасибо за корзину с фруктами.
Когда ты в печали,
яблоки в самый раз...
Нет, еще не знаю.
Да, постараюсь найти как можно быстрее.
Да, хорошо.
Слушай, Том!
Мне надо бежать.
Любовь к маленькой женщине...
Да.
Да. Ладно.
Я перезвоню.
Адвокаты.
От них разит мертвечиной.
Знаешь, что случилось прошлой ночью?
Молния ударила в дерево рядом с моим
трейлером, так что...
Я был бы счастлив, если бы ты одолжил мне
несколько баксов, чтобы починить его, потому что комары...
- Что?
- Как ты сказал, откуда ты, сынок?
- Уиллинг, Западная Вирджиния.
- Почти рай на земле...
Да... А у тебя там есть родные?
Нет... нет. Отец и мать...
покинули нас.
- Насовсем?
- Да. Они... умерли.
Хорошо.
Сумасшедшие в семье были?
Без понятия...
Вроде все нормальные...
Неудачники, но нормальные. А что такое?
Хочешь обеспечить мне медицинскую страховку?
Все это принадлежит мне, сынок.
До самого горизонта.
15000 акров.
15000 акров возможностей.
Новостройки, курорты,
дороги.
- Аллеи.
- Виноградники.
Знаешь, виноград, красное винцо...
У тебя что, в роду были
пьяницы?
Парочка.
В чем дело, Морис? Ты же привел меня сюда
не для того, чтобы показывать красоты природы?
- У меня проблема, Крис.
- Что за проблема?
- Мне нужен сын, сынок.
- Что?
Мне нужен кто-то, кто продолжит
род Миннифилдов.
Тот, кто примет ключи от королевства и
использует их, чтобы открыть двери в будущее.
И, после долгих размышлений, я пришел к
выводу, что этот человек - ты.
- Так. Ты издеваешься, так?
- Я никогда не издеваюсь, когда речь идет о моем состоянии.
Хорошо, а почему именно я, Морис?
Потому что...
у тебя никого нет, и у меня
тоже никого нет.
А вместе мы можем составить семью.
Я предлагаю тебе дом, Крис. Корни.
Удачу.
Что скажешь?
Не знаю. Я не знаю, Морис...
Посмотри на все это.
Империя Миннифилда может
стать твоей.
- Что скажешь-то?
- Морис, да ладно тебе!
Я хочу сказать, все эти представления о нас,
об отце и сыне...
- Тебе не кажется, что это не совсем тот случай?
- Черт возьми, нет!
Ты на меня работал. Я тебя давно знаю.
Ну, так что скажешь, Крис?
- Черт побери, попробую!
- Это мой сынок!
Добро пожаловать в семью.
- Ух ты, он большой.
- Это он?
- Он.
- Джесси? А как ты узнал?
Пальцев не хватает.
Не хватает?
Холлинг отстрелил Джесси два пальца.
- Это он?
- Он.
- Откуда ты знаешь?
- Это чутье.
Так... Расположимся здесь.
- Холлинг?
- Да, Шелли.
Ты самый великий из всех охотников
на гризли.
Но почему ты опустил ружье?
В ту ночь, когда я отстрелил Джесси пальцы,
я спал в ботинках.
Я увидел сон.
Я был в глухом лесу,
когда внезапно услышал их.
Я приоткрыл один глаз, и увидел,
что все они идут ко мне.
Джесси возглавляла
эту свору.
Все звери, убитые мной:
лоси, кролики, олени
и сотни медведей.
Все они, дыша гневом,
надвигались на меня.
Правда?
Нет, это был сон.
Но это заставило меня принять решение.
Пока росомаха может вышибить мои
мозги так же легко, как и я ей,
мое ружье не выстрелит.
Исключение я делаю лишь для
Джесси.
Нам нужно лечь рано,
хорошо выспаться, чтобы на рассвете
начать охоту на Джесси.
- Передай печенье.
- Конечно, сынок.
Ешь досыта, сын.
Там еще много...
- Спасибо, Морис.
- Крис?
Не возражаешь, если я пересяду
поближе?
Нет, иди сюда, Морис.
Отличное печенье, Морис.
Я всегда был сам по себе...
Крис?
- Да, сэр?
- Не называй меня так.
- Что?
- Сэр. Не называй меня "сэром".
- Хорошо, Морис.
- И так тоже.
- Что "тоже?"
- Морисом.
- Но это же твое имя.
- Я знаю.
Слушай, Крис...
как ты думаешь, мог бы ты...
называть меня...
папой?
М- м...
Знаю, звучит странно, и на первый взгляд
кажется неестественным,
но, может быть, ты хотя бы
попробуешь?
Проверишь, как это звучит в твоих устах,
прежде, чем сказать "нет".
Ладно.
Папа.
Да! Это же несложно, так ведь?
Да нет, несложно.
Ну,
а как...
- Как дела в школе, сынок?
- Морис, я же не школьник!
Я знаю, просто хотел проверить,
как это звучит.
Мой отец всегда говорил так за обеденным
столом. "Как дела в школе?"
Он говорил о работе, а потом Малькольм и я
рассказывали ему о школе.
- Конечно, в основном говорил Малькольм.
- И что же он делал, твой старик?
Детали для самолетов и деньги.
Он проектировал детали для
"Духа святого Луи".
- Правда?
- Да.
По воскресеньям они обедали
с Доном Дугласом.
Единственное, о чем мы говорили дома,
это самолеты и полеты.
Должно быть, он гордился тобой,
когда ты стал космонавтом.
Не совсем. Малькольм и отец
думали по-своему.
Как они полагали, я был мусором
в корзине.
Ха.
Я понял, о чем ты...
Знаешь, я никогда не жил
надеждой на будущее...
Ты будешь, сын, будешь.
Запомни мои слова.
Время поднять бокалы.
За отцов и детей.
За крепкие узы, и за обязательства,
которые не могут быть нарушены.
6.15, рыбки мои.
Проснись и пой!
Я чувствую запах оладьев.
Мама выжимает апельсиновый сок.
Папа собирается на работу. Сегодня в
"Крис утром" День Семьи.
Давайте поможем нашим родителям.
Уберемся в комнате.
Принесем папе газету.
Отправим бабушке обещанную кассету
с детишками.
Я тут нагрел местечко.
Может быть немного грязновато.
Сейчас Джесси, наверно,
думает об отдыхе,
сидит своей толстой задницей
на гладких камнях в холодном ручье...
- Джесси любит лосося на завтрак.
- Мы пойдем к реке через солончаки.
Если мы пойдем вверх по течению тем путем,
который ты предлагаешь, долгим, это займет часа два.
Потому что я так хочу.
Когда этот медведь будет у меня на мушке,
я хочу, чтобы солнце было
позади меня.
Холлинг, дорогой?
Я тут!
Гаси костер, Эд.
Мы уходим.
Хорошо.
Холлинг?
Привет.
Эй! Я слушал твою передачу. Ты просто
заставил меня позвонить родителям.
- Хорошо. Надеюсь, теперь они счастливы?
- Да.
- Ты слышал о нас с Морисом?
- Да, что-то такое слышал.
Ну, и что ты думаешь?
Что я думаю? Да...
Даже и не знаю... Звучит...
Слушай, я не... Мне бы не хотелось
вмешиваться в семейные дела других людей.
Но как это случилось?
Ладно, я расскажу тебе, Джоэль.
Мы хорошо начали...
Отлично.
Конечно, у нас возникали разногласия,
это естественно для
процесса адаптации.
Но ты же не переедешь к нему, а?
Нет, не думаю.
Просто Морису стало одиноко прошлой
ночью, но сейчас он один.
Да ладно, он все время
в одиночестве.
Я знаю. Но вчера ему было более
одиноко, чем обычно.
Крис! Как хорошо, что я тебя нашел!
Я хочу кое-что тебе отдать.
Что, Морис?
Это все твое, сын.
Что?
Только без телячьих нежностей, ладно?
Я полночи думал об этом.
- Это твой Кадиллак.
- Да, верно.
Ты же за руль никому не позволял
садиться.
Знаю, знаю.
У Роя Роджерса был Триггер, у Одинокого
Рейнджера был Сильвер, а у меня - мой Кадди.
Но у меня есть то, чего у этих
парней никогда не было.
У меня есть сын.
- Ты в этом уверен, Морис?
- Я получил эту машину в качестве подарка
от большой фирмы в Хьюстоне.
Это что-то вроде
знака признательности...
И сейчас я передаю его тебе
в качестве символа благодарности.
Подарок отца сыну.
Давай, сынок.
Катайся с ветерком.
Запрыгивай!
И заводи ее, посмотрим,
что она сделает!
Парень, это так странно...
Видеть другого у штурвала после
стольких лет.
Даже если он твой родственник.
- Эй, погоди-ка, я с тобой!
- Пошли, Джоэль, прокатимся!
Спасибо, я только что
пообедал.
- Эй, Флейшман.
- Чего?
Я подумала о тех
занятиях...
- Я не говорю тебе, что нужно делать...
- Это хорошо.
Но все дело в том, что я считаю,
что ты поступаешь подло.
- Я что?..
- Ты пудришь тем женщинам мозги,
заставляя их рисковать,
используя анестезию,
чтобы избежать боли
при рождении детей.
Естественное деторождение -
это не для всех.
То есть ты такой же, как и все
американские акушеры-женоненавистники.
Во-первых, я не акушер.
Во-вторых, я люблю женщин.
Большинство женщин.
И, в-третьих, это
жестокая Америка.
Дородовая подготовка -
это не ерунда.
Этот состояние души. Это
помогает женщинам бороться со стрессом.
Да откуда ты все это знаешь?
Может, у меня и нет ребенка, Флейшман,
но я узнаю его, когда вижу.
Это что, острота?
Представьте свое любимое место.
Чистое поле. Тихое озеро.
Место, где вы расслабляетесь,
где вам уютно.
Так. Теперь вы можете открыть глаза.
Ну, где вы были?
- Вы?
- Я?
- Чесал за ухом поросенка.
- За ухом?
- Ну, знаете, когда они беспокоятся...
- Замечательно. А вы?
- Я была с ним.
- Совместная фантазия.
- Трогательно.
- А как насчет вас, доктор Флейшман?
- Где были вы?
- Я?
Мм...
На Ист-Сайде, наслаждаясь кошерными свиными
ребрышками у Шмульке Бернштейна.
Народ, мне не хочется прекращать этот
разговор, но нам нужно лететь.
Прежде, чем мы уйдем, у вас есть ко мне
вопросы как к доктору?
Как я узнаю, что уже пора?
Поверь мне, все матери это знают.
Как же тут светло.
Я привыкла, что он это говорит. Во сне
он говорит чье-то имя.
- Я привыкла думать, что это женщина.
- Джесси?
Да. Я говорила себе, что это
просто д-ж-е-с-с-и.
- Он близко, Эд? Да?
- Да, близко.
Я чувствую его, Эд. Внутри себя.
- Холлинга?
- Нет, Джесси.
Эд, я никогда не испытывала ничего
подобного!
Быть здесь, в лесу, с человеком,
которого я люблю.
Я знаю, как это назвать,
это...
так великолепно.
Шел, милая?
Иду, милый.
Пора идти, Эд.
- Хорошо. Скажи Холлингу, что все готово.
- Хорошо.
- Приветик.
- Привет.
Забирайся.
Я составила эту петицию.
Тут сказано, что нижеподписавшийся находится под
угрозой ядерной войны,
и мы верим, что что-нибудь
будет сделано.
- Ты думаешь, это так просто?
- Это доказуемо.
Я не знаю, насколько это хорошо, но...
Я думаю, это отличная идея.
Подпишешь первым?
Знаешь, сейчас рановато.
Ты можешь разбудить людей.
Да.
Пойдем, Макс.
Знаешь, это идеальный пример взаимоотношений
между отцом и сыном.
Но это же был дедушка.
Какая разница!
Поколения, знаешь ли...
Душевные разговоры,
треп о правде жизни...
Мое любимое на эту тему
- "Бонанза".
Старый Бен Картрайт.
Это был семьянин.
Растил из мальчишек мужчин.
Хосс.
Маленький Джо.
- Отчаянный парень.
- Пернелл Робертс.
Да, точно.
А ты знаешь, почему они были вместе и в
радости, и в горе?
М- м?
Потому что они могли положиться друг
на друга, вот почему.
Как здесь - на Ричарда Килли.
Когда этим ребятам был нужен дедушка,
они всегда знали, где его найти -
прямо здесь, за кухонным столом.
Они могли говорить с ним о чем хотели -
о школе, спорте, ядерной войне.
Он во всем знал толк.
Ты понимаешь, о чем я толкую?
Да.
- Ну, в любом случае...
- Мне надо бежать.
- Я ухожу.
- Что, у тебя какие-то планы?
- Да, у меня свидание.
- О, это отлично, сынок.
Хм...
Тебе нужны карманные или
деньги на бензин?
- Нет, все отлично.
- Ну и хорошо.
Запомни, сынок,
семена прорастают.
- Крис, что случилось?
- Не получается...
- В чем дело?
- Не знаю.
Я все думаю... о семенах.
Я просто не могу этого сделать.
Все хорошо. У тебя
нелады в семье?
Да.
Прошу прощения...
Доброе утро, Эд.
Заходи.
Я тут побродил по округе.
Никаких следов Джесси.
- Что?
- Да, он ушел.
- Должно быть, почувствовал нас и смылся.
- Вот черт!
- Ты не виноват, Холлинг.
- Он был у меня на мушке,
а я позволил ему уйти.
- Да ладно, все хорошо.
- Да, Холлинг. Он вернется.
Если враг вторгается на твою территорию,
это что-то значит.
Это был вызов.
- А я не пришел.
- Это ложь!
Ты решил его убить и подготовился к встрече
с этим медведем один на один. Так, Эд?
- Точно.
- Я так горжусь тобой, Холлинг.
Горжусь тем, что могу сказать, что
ты мой муж.
Эд, тащи верное ружье Холлинга.
Хочу запечатлеть этот момент.
Запомни, как мы рука об руку
стояли перед лицом врага.
И жили, чтобы рассказать об этом.
О...
А сейчас?
Ты не такая уж плохая...
- Как тут надо играть?
- Все просто. Тебе надо всего лишь ударить по мячу.
- Нет, я не про "что" делать, я про "как".
- Что значит "как?"
- Почему мы так оделись?
- Крис...
Ты не можешь стать Миннифилдом, считая,
что армрестлинг - это писк моды.
Итак, крикет был изобретен англичанами
больше века назад.
Он подпадает под категорию
"игр на газоне".
Морис, посмотри-ка.
У меня накрахмаленный воротничок.
- Да, это все часть программы, сын.
- Какой еще программы?
Крис, я не могу передать тебе
свои гены.
Но я могу и покажу тебе лучшие
вещи на свете.
Не знаю... Я не знаю...
Чем бы ты хотел заниматься?
Играть в поло?
Нет, мне кажется, поло не для меня. Я просто
хотел бы заниматься тем, что делал до этого.
Я знаю, что это не
Миннифилдский стандарт, но...
для Стивенсов это
в самый раз.
Мы, кажется, обсуждали
различное происхождение...
Нет, никаких оскорблений, но...
ты отпрыск двух
обкурившихся блох.
Но теперь ты вошел в семью Миннифилда,
а это другое дело...
Давай, положи шарик, ударь по нему, и
посмотрим, может, у тебя кровь поголубеет.
Нет-нет-нет.
Ты же не на горшке сидишь.
Согни колени.
Согни колени.
Спину держи прямо.
Хорошо. Хорошо...
Немножко натянуто,
но это только начало.
Нет... это уже конец.
- Что? Ты о чем?
- Я попробовал, и мне не понравилось.
- Выбываешь из игры?
- Точно.
- Но Миннифилды так не поступают!
- Наверно.
А Стивенсы поступают. Мы отовсюду уходим,
если ты не в курсе. Школа, работа.
Ты сам сказал. Единственное, что нам
удается - это пьянство.
- Считайте себя дисквалифицированным, юноша.
- Да засунь ты это все, папаша!
Хорошо. Отлично дышите.
Очень хорошо.
Так, тренируемся, сколько времени
осталось до следующих схваток.
Ты мог бы поучаствовать. Может, проявишь
хоть какой-нибудь энтузиазм?
- О-о!
- Смотри-ка, как реалистично.
- Кто этот талант?
- О-о!
Эй, вы в порядке?
- Что случилось?
- Пора...
- Нет, это Ньюсвик.
- Нет, пора рожать.
Я уверен, что ваши друзья поддерживают
вас в этом деле,
- но на тренировках необязательно так громко кричать.
- Я рожаю.
- Я что-то упустил?
- Она же беременна.
- Она рожает.
- Это как это?
Хотя... не буду спрашивать.
Вы просто кошмар для портного.
Спасибо.
Дайте мне те подушки.
У нас роды.
- Сейчас? Здесь?
- Спокойствие, О'Коннелл.
- Думайте о приятном месте...
- Мне нужна анестезия!
Холлинг.
Холлинг.
Холлинг.
- Что-то не так.
- Где? Чего?
Нет, Флейшман. С самолетом все
в порядке.
Так в чем же дело?
- Сегодня мы приняли роды.
- Я бы не справился без тебя.
Ты пришла учить их чистить зубы
ниткой, но отлично справилась.
- Серьезно?
- Да. Просто потрясно.
Ну, знаешь ли, и ты не был
так уж плох.
- Ты отлично смотрелся с ребенком на руках.
- Отлично?
Да. Можно сказать, естественно.
- Правда?
- Ага.
А я?
Ты... ты выглядела спокойной.
Серьезно?
Да.
Спасибо.
Морис?
Джоэль.
Я проезжал мимо и заметил огни.
Прохладно, чтобы ездить с открытым
верхом, не так ли?
Я просто решил... напиться мягкой
летней ночью.
- Зайдешь?
- Нет.
Хорошо у тебя, Флейшман.
Ты тут обжился, хотя здесь пробыл
всего пару месяцев.
- Тебе что-то нужно?
- Нет, нет.
Я так понял, ты сегодня отработал
свое содержание.
Впустил в мир нового
ребенка...
Да.
Человек умирает...
Ребенок рождается.
Жизнь продолжается...
Знаешь, как звучит девиз Аляски,
Джоэль?
- "Не чини, пока не сломается?"
- Нет. "В севере будущее".
Это и мой девиз.
"Стрелка компаса указывает на удачу".
"Направление на завтра".
"Лось в каждой кастрюле,
снегоход в каждом гараже".
Космос, сынок.
Жизненное пространство.
- Построить дом, вырастить сына...
- Ты работящий человек, Морис.
Генерал в историческом сражении.
Если кто-то перестроит Аляску, это ты.
Добрые слова, сынок.
Но империя Миннифилда не соберет урожай
за одно поколение.
Да, я слышал, что у вас с Крисом ничего
не получилось Мне жаль.
Может, тебе открыть фонд?
Фонд Миннифилда. Они есть у Рокфеллера,
у Гетти.
Нет, я пришел к другому выводу, Джоэль.
Правда? К какому?
Я решил жить вечно.
Похоже на план.
Пойду-ка я.
А,
пока не забыл, Джоэль.
Кто сегодня родился? Мальчик
или девочка?
Мальчик.
Сын.
Снег?
Снег пошел?
Снегопад.


Серия 8

Когда на горизонте появляются очертания
полной луны,
кто-нибудь обязательно позвонит и скажет:
"Крис, как насчет этой штуки?"
Я обычно отвечаю что-то пафосное, типа:
"Это восхитительная ночь для танца под луной".
Или: "Я счастлив, что Ночное солнце
вновь взошло".
Но, зная, как порой мы ворочаемся
в кровати,
боясь уснуть,
я даже и не думаю о том, что этот
парень на луне хранит наши лучшие сны.
Разумеется, нет. Скорее, он издевается.
И, пока его большой приятель пакует
чемоданы и "голосует",
отложите кухонные приборы и останьтесь
наедине со своими любимыми.
Если вам настолько повезло, что они
у вас есть.
Увидимся утром, ребята. Или при лунном
свете. Как повезет.
Смотри, когда я качаюсь, мои
бедра поворачиваются,
голова наклонена, а плечи
я держу ровно.
Это классический вариант. Колени слегка
наклонены, когда ты сводишь их вместе.
плечи расслаблены, держи твердо,
но подвижно, и все получится.
О.
Это так и должно быть?
- Я никогда не умел играть в гольф.
- А ты пробовал?
Нет. Там одни сплетники, да и ближайший
корт за 600 миль отсюда.
Ты кое-что упустил. Гольф - не игра,
а смысл жизни.
Тусоваться с людьми в веселых
штанишках?
Это не все. Есть что-то исцеляющее
в том,
что ты проводишь время на открытой
лужайке, но
этого не понять тем, кто в гольф
не играет.
- Ага.
- Эй, Эд.
Что это?
Это след?
- Вроде след.
- Кажется, свежий.
Не то, чтобы я знал, как выглядит свежий
след, но, похоже, это он и есть.
Что? Ну что?
Что не так?
Это след ноги.
Кааак от ноги гризли?
Нет.
Больше похоже на босую ногу.
Погоди-ка. У кого же может
быть такая нога?
И кто будет бродить по лесу
босиком?
Я не думаю, что кто-то упоминал
об Адаме...
Адам? Кто это, Адам?
- Ну, я сам его никогда не встречал.
- Кого?
- Это не "кто", а "что".
- Ладно-ладно. Спасибо за уточнение.
Мы говорим о реальном существе
или это сказки вроде оборотней
и вурдалаков?
- Говорят, он существует на самом деле.
- А как он выглядит?
Он большой...
широкоплечий...
Верзила с маленькой головой.
Зеленый.
Это монстр Франкенштейна.
Ну, наверно... Но я же сказал,
что никогда его не видел.
Может, его и нет вовсе.
А-а как же этот след?
- Шелли, дорогая.
- Да, Рут-Энн?
Мясо не режется.
- Может, все дело в ноже?
- По-моему, нет.
Прости, что заставляю тебя подавать мне
ужин в восемь утра,
но эти лунные дела перевернули
все с ног на голову.
Вы видели его взгляд
вчера ночью?
- Чей, дорогая?
- Человека на луне.
Уставится вниз, сам с яблочный пирог.
Как будто его выгнали...
Я не могу спать.
Я не могу есть.
Если так пойдет дальше, мне придется
идти к доктору Флейшману.
Кофе воняет рыбой.
У Дэйва выходной.
Дайте человеку расслабиться.
Дэйв отправился исследовать
ручьи Брукс Рэндж.
- И никому не сказал?
- Нет. Просто поднялся наверх и пошел налево.
Сказал, что должен внаглую
пойти туда, где не ступала нога человека,
чтобы хорошо выспаться.
Ну, лично я могу вынести дождь,
снег и холод,
но спать при свете этой луны -
все равно что под лучом прожектора.
О, черт подери! Эд!
Беги к Крису и скажи ему, чтоб
вытащил затычки из ушей!
Прежде, чем я потеряю аппетит
и рассудок.
А Криса нет.
Да я знаю, что ЗДЕСЬ его нет, но
говорит-то Крис! Я не могу перепутать.
Я хотел сказать, что он записал утреннее
шоу вчера вечером, так что он может работать дома.
Морис, может, ты не будешь
сразу кричать, а?
- У нас договор, Крис.
- Я знаю.
Я оставляю тебя в покое и позволяю
управлять радиостанцией.
Я оставил тебя одного, а
ты что натворил?
А ты торчишь тут со своей...
- Что это за хренотень?
- Аврора Бореалис. Северное сияние.
Я знаю, что такое "аврора бореалис", Крис.
Я рассматриваю ее вблизи.
Не нравится?
Как я могу критиковать то,
чего не понимаю?
Если ты собираешься называть ЭТО искусством,
то ощутишь на себе всю полноту моих сомнений.
Эй, я ценю это, Морис.
- Что это?
- Млечный Путь. Если закончу, конечно.
Вот почему я записал передачу.
Я не мог заснуть.
Я хотел закончить эту штуку до того,
как погаснет северное сияние.
Я оценил твое сооружение,
но северное сияние будет тут СИЯТЬ, независимо
от того, где ты находишься.
А я плачу тебе за то, чтобы ты был на
радио. Вживую. И пока еще УТРОМ.
Ты прав.
Ты прав.
Эй, Челси!
Если мы не увидимся до твоего отъезда,
спасибо за... Ну, ты понимаешь.
Крис... Где ты
ее подцепил?
А, на мысе Бейкера. Мы договорились
насчет гранита для моей Луны.
- Ты нашел ее на мысе Бейкера?
- Ага.
Ну и нюх же у тебя, сынок. Ты находишь девчонок,
точно свинья трюфели.
- Морис.
- Ха-ха-ха. Нет.
- Иди и переоденься.
- Хорошо.
Мэрилин, мне кажется, нужно еще
раз повторить объяснения насчет порядка.
Когда я прошу карточку пациента,
мне не нужен план дороги к его дому.
Мне нужна его медицинская карточка.
Я же врач.
Конечно, это тонкая грань, но,
думаю, ты понимаешь различие между ними.
- Кто следующий?
- Ренджер Бернс.
- Где он?
- Не здесь.
Да, я вижу.
И где же он?
Гора Хинлоу?
- Простите.
- Да?
Где я?
Я задаю себе этот вопрос с тех пор,
как сюда попал.
Мы где-то в районе чертовых куличек.
О.
А где это на карте?
Эд! Этот парень заблудился. Поговорите с Эдом,
он местный, хорошо ориентируется.
Отлично. Спасибо!
- Классный мотоцикл!
- Спасибо.
Новая кожа?
Да.
Вы заблудились?
Нет, просто не знаю, где я.
- Вы в Сицели.
- Си?
- Аляска.
- О.
На мысе Новой Ривьеры
Аляски.
Слушайте...
Вы черный.
Да?
У нас тут жил черный лесоруб,
но он уехал.
Почему?
Я думаю, он не любил пить пиво
и драться.
Отлично.
Чудесно.
До встречи, Джефф.
Кроме лекарств для Бернса, доктор
Флейшман, мы можем чем-то помочь?
Посмотрим. Снотворное
"Соминекс".
Простите, все продано.
- Ну, тогда зубная паста.
- Хорошо.
Шнурки, почтовые марки,
пару засовов и что-нибудь типа
охранной системы.
- Кто-то болтает об Адаме?
- Адаме?
- Я без понятия...
- Люди в нашем округе уже 15 лет
подозревают в каждом преступлении,
увечье и воровстве
кого-то, кого никто никогда
не видел.
- Это смешно.
- Но все-таки лучше узнать.
Однако, кто-то или
что-то,
с огромными ногами...
забрался к Белле Хубли и забрал ее вместе
с кухонным комбайном и Библией.
- Привет.
- Доброе утро.
- Как дела?
- Все отлично. Спасибо.
Тут клиент, который утверждает,
что у него отличный завтрак.
Он не ел два дня, Холлинг.
- Два дня?
- Я вообще-то ехал.
- И не знаю, сколько времени прошло.
- Привет всем!
Что предпочитаешь с утра, Крис? Яйца?
Бекон?
Лунную Сонату?
Больше никаких записей. С этого момента
только живое радио.
А о чем ты говорил утром? Юнг и...
как называется это... второе?
- Коллективное бессознательное.
- Они гастролируют или просто записывают альбомы?
- Я что-то пропустила?
- Я читал Юнга,
его учение о человеке и символике всю
неделю. Могла и понять это.
- Так это был ты?
- Да.
Интересно.
Очень интересно.
- Вы читали Юнга?
- Нет.
Но я видел странные сны.
Очень странные.
- И я.
- Все видели.
Юнг говорит, что сны - это низкие и высокие
частоты звуковой системы в целом.
Тогда ты, возможно, понимаешь,
о чем я говорю.
О безумии.
Ты живешь себе в Портленде.
Просыпаешься и идешь на работу в
налоговое управление.
Потом ты видишь сон, ты думаешь, что сон,
но не уверен.
Ты бросаешь работу и покупаешь Харлей,
хотя боишься мотоциклов.
Потом ты едешь на север,
не имея представления о цели,
но знаешь, что нужно ехать и ехать.
И когда ты обнаруживаешь, что потерял
всякую связь с окружающим миром,
ты обнаруживаешь, что очутился в Сицели, на
берегу новой Ривьеры Аляски.
- Вы меня понимаете?
- Да. Разумеется.
- Правда?
- Да.
Еще кофе, Крис?
Да. Спасибо, Холлинг.
Сэр?
Да, пожалуйста.
Хорошо.
Ты выбрал такой замок.
Идеальный. Как раз то, что нужно.
Как насчет задвижек на окнах?
Ты самый законченный параноик из всех,
кого я встречала.
Прошу прощения, О'Коннелл, но паранойя
предполагает психоз с повышенной подозрительностью.
Нет никакого психоза в том, чтобы принять
разумные меры предосторожности.
- Разумные?
- Да.
Против чего? Бугимена, который
прячется в кустах?
Можешь пойти на поляну и посмотреть
на следы, которые Эд, индеец,
клянется, что не знает,
кому они принадлежат.
А потом, глядя мне в глаза, скажи, что
Адам - плод воображения горожан.
- Нет никакого Адама.
- Посмотри мне в глаза и скажи это.
- Флейшман.
- Посмотри мне в глаза.
- Пока.
- Ты не можешь.
- Смогу, если захочу.
- Не можешь.
- Доктор Флейшман?
- Ренджер Бернс?
Приятель, у тебя красные глаза.
Я думал, ты от меня отказался.
Я было так подумал, когда
поехал по этой вашей...
Было бы ошибкой называть ее дорогой.
Там одни кочки, не говоря уж
о камнях. Вы справились лучше, чем большинство.
- Да? А как вы узнали?
- Я наблюдал за вами последние мили.
- Вы видите так далеко?
- Ну, когда не такой туман,
можно видеть на 100 миль на север, 200
миль на... на запад,
и где-то на 220-251 милю на... на юг
и на восток.
Все зависит от климатических условий
и атмосферных явлений.
- Юг... Там юг...
- Я могу представить. Должно быть, стоит посмотреть.
Да, когда вы можете это сделать. Почему бы
вам не пойти и не посмотреть?
Отличная прогулка. Пока мы поднимаемся,
туман рассеется.
- Ладно.
- Сюда. Пошли.
Ну, замечаешь отсюда что-нибудь
необычное?
- Необычное? Что именно?
- Не знаю... Большое... зеленое.
Я вижу много деревьев.
Да. Там их полно.
Честно говоря, я не видел таких панорам
с тех пор,
как потерялся на смотровой площадке
Эмпайр Стейт Билдинг.
Но это место стоит того, чтобы ехать к
нему три с половиной часа.
Извини, я должен был сам приехать
в город за оборудованием,
но не могу покинуть свой пост.
Почему?
Никогда не знаешь, где
начнется пожар.
- Это верно, но...
- I mean...
Даже думать не хочу, что случится, если я
буду смотреть не в ту сторону, а где-нибудь загорится.
А в Анкоридже еще удивляются,
почему у меня голова болит.
Это большая... ответственность - сидеть в
ожидании происшествия. Напряженная работа.
Да. Конечно.
Разумеется.
Это очень сильные таблетки, с ними надо
поосторожнее, ладно?
- Уже уезжаешь?
- Лучше мне вернуться домой застветло.
Все будет в порядке.
Еще полнолуние.
Ну, понимаете...
Шоу Леттермана...
Полагаю, я смогу вернуться
по этой так называемой дороге?
Да. Я послежу за вами часик или
около того.
О. Большое спасибо.
Это вам спасибо, доктор Флейшман.
Наш разговор заставил меня
почувствовать себя...
намного... чище.
Хорошо.
Эй, знаете,
можно вас спросить?
Если начнется пожар, и вы его заметите,
то пожарных-то все равно нет.
Я пытаюсь вдолбить этим в Анкоридже то же
самое, но никто меня не слушает,
а я пишу им и пишу, но они
не отвечают.
- Нет, я... Это должно...
- Я тут сижу в кресле,
задницу просиживаю, а им плевать,
что у меня башка трещит!
Ну...
может быть, таблетки помогут.
Я думал, чтобы поместить Большую Медведицу
и новые созвездия там,
но я проверил по книге, и там нет
никаких созвездий.
Ты обдумываешь эти рисунки?
Ну, я еще не закончил.
А почему я?
Это напоминает северное сияние с
живыми красками.
- Это невероятно.
- Замечательно.
Нет. Бернард, я назвал скульптуру
"Аврора Бореалис".
Это переводится как северное сияние.
Интересно.
А как насчет медных дисков
по контуру?
- Это может сработать.
- Выступы?
У меня целая сумка выступов, которые
я еще не трогал.
Я могу помочь тебе закончить.
Я не могу тебя просить.
Да я никуда не собираюсь.
По крайней мере, не думаю,
чот собираюсь.
О, Боже! Боже!
Боже!
Так.
Так. Ладно.
Спокойствие.
Спокойствие.
Только спокойствие.
Эй!
Эй! Ренджер Бернс!
Ренджер Бернс! Эй!
Бернард... Трефы, бубна,
черви, пики...
Все это вернется...
Но ты играешь в бридж?
- Мой отец был заядлым картежником.
- И мой.
Он часто брал нас на игры.
Думаю, бридж был одной из них.
- Мы можем играть и разговаривать.
- Только без ставок.
Ты не против, если я закрою занавески?
Луна светит слишком ярко.
Бернард, связь - ключ ко всему.
Важно, что мы оказались на одной волне.
- Точно.
- Так. Я пасую.
- Пас.
- Пас.
- 13 очков, 5 карт...
- Две трефы.
Две трефы. Пас.
Три трефы.
Пас.
- Тройка не козырь?
- Да!
Отлично!
- Таак.
- Тебе ходить, Мэгги.
- Сбрасываю.
- Только не опять!
Бью карту, хожу дамой,
а потом - козырем.
- Мы продули.
- Или нас надули.
Просто новичкам везет.
Может, обеденный перерыв
вас остудит, ребята?
- Я все еще думаю об Авроре Бореалис.
- У меня руки чешутся вернуться к этой Авроре.
Я понимаю.
- Надеюсь, еще сыграем?
- Спасибо за игру. Пока!
Пока!
Эй! Что ты там делаешь?
Что ты там делаешь, эй!
Эй!
Нет, нет! Вернись! Ты куда?
Вернись! Грабь, если хочешь, но не
оставляй меня тут одного!
Пожалуйста!
Боже ты мой!
Выходи из машины.
Как хочешь.
Эй, ты!
Эй, подожди! Ты куда?
Стой!
Я и не думал, что тут можно жить.
Я удивлен, что ты не...
что у тебя нет документов.
То есть похоже, что ты пересек
два часовых пояса, чтобы добраться сюда.
Если бы не луна, я бы потерял тебя.
Ты двигался...
- Замолчи.
- Да-да. Молчу.
- Садись.
- Без проблем.
Как вкусно пахнет...
Я не ел с тех пор как...
Мне не нравится, когда ко мне
вторгаются люди.
Я не люблю людей! Ты человек,
а я не люблю людей!
- Ты меня понимаешь?
- Я могу это понять.
Правда, правда, могу.
- Северная Итальянская кухня?
- Отдай мне! Отдай!
Кухня Калифорнии?
Ты хочешь умереть?
Ты этого хочешь?
Это рецепты сычуаньских
блинчиков.
Ты знаешь, кто я?
Ты понимаешь, что я говорю?
Ты знаешь, кто я?
Нет.
Я - Адам.
А я шеф-повар.
- Что?
- Ты не Адам.
Как это я не А...?
Я - Адам!
- Да нет же.
- Да!
- Нет!
- Да!
- Мне нужно как-то это доказать?
- Адам - большой, грозный, дикий...
Может, я бы тебе поверил, но он не тот
парень, который будет варить лапшу в котелке.
Так. А что, если я тебя убью?
Хорошо. Хочешь быть Адамом, отлично.
Приятно познакомиться, Адам.
Приглашаю тебя к себе домой.
Устроим пикник.
Пикник так пикник. Может, позанимаемся
на твоей паршивой поляне для гольфа?
Боже ты мой!
- Пора на боковую.
- Хорошо. Я послежу, чтобы огни горели.
- Мы займемся ими с утра.
- Я предпочитаю работать без остановок.
Зачем?
Мы и так опережаем график. К тому же
ты совсем не спал.
С тех пор, как уехал из Портленда,
пять дней.
- Пять дней назад?
- Да.
- Я начал работать над ним пять дней назад.
- Думаешь, это совпадение?
Не знаю, но ты, наверно, ужасно устал.
Я мало сплю. Наверное, это наследственное.
Мой отец страдал бессонницей.
- Это тяжело.
- Можно заставить бессонницу работать на тебя.
Он был водителем, и это ему здорово
помогало в ночных поездках по стране.
Да, мой папа тоже много поездил. Он
продавал открытки.
Но он много спал.
- Это вопрос выбора.
- Ну...
Самый большой минус в том, что
если не спать, не будет снов.
Это мои сны будили меня.
Да?
Как это?
С тех пор, как я уехал из Портленда,
все вокруг похоже на сон.
Приезд в этот город, встреча с тобой, эта
скульптура, не говоря уж об этой чокнутой луне.
Самый большой мой кошмар в том,
что я уснул,
а когда я проснусь, ничего этого
не будет.
Я понимаю, в чем твоя проблема.
Как у Юнга,
бессознательное раскрывается через
образы наших снов,
которые выражают наши глубинные
страхи и желания.
- Это Юнг сказал?
- Да. Я думаю, что Юнг.
А может, Винсент Прайс.
Знаешь, у себя в Нью-Йорке
я считался знатоком дим сум.
Что?
А обязательно говорить
с набитым ртом?
Просто... Эта лапша просто объеденье,
где ты научился так готовить?
Мое прошлое принадлежит только мне,
и больше никому, ясно?
Хорошо.
Только такой же военнопленный
может понять, почему я провел
последние 15 лет жизни
- в уединении на Аляске.
- Вы были во Вьетнаме?
- Я сказал, никаких вопросов!
- Все. Простите.
Да, я был там.
Я был там, когда началось наступление
на Тет,
я был там, когда пал Сайгон.
И я был там, взбивая соус,
посылая воздушные поцелуи своей любовнице,
когда пришел Чарли и все там разгромил, включая кухню.
Она научила меня всему, что я знаю
о приготовлении птиц.
И я сказал, что не хочу
говорить об этом.
Прости.
Я хотел отделить... А что это
за приправа?
Это тмин. Все в порядке?
Ты доволен?
Это тмин!
Я понял, что это тмин.
Конечно.
Это мне напоминает одно местечко, которое
открыла Элейн еще до того, как оно стало популярным.
Кафе "Пять Ароматов".
Да. Точно!
Это меня устраивает.
Слушай, Адам, я понимаю, тебе не нравится,
когда я лезу в твои дела,
но как мог человек, живущий черт знает где,
слышать о забегаловке на Манхэттене?
Шеф-повара там зовут
Джоджо Тсенг.
- Правда?
- Да.
Он был в моем классе в Бременском
Институте в Буффало.
Он там воровал мою телятину.
И теперь говорит об этом
направо и налево, большое вам спасибо!
- Ты учился готовить в Буффало?
- Никаких шуток насчет Баффало.
А разве ты не говорил, что прячешься здесь
последние 15 лет?
Ты начинаешь действовать мне
на нервы.
Хорошо.
Хорошо.
- Ты не должен терпеть неудобства из-за меня.
- Все нормально.
У тебя кровать, у меня - сумка
и очки.
Лучше бы мне лечь на полу, потому что
я все равно буду сверлить взглядом потолок.
Никаких возражений.
Тебе будет удобно.
Я не устал.
Устанешь.
Дыши глубоко.
Дай глазам отдохнуть.
Ха.
Сладких снов.
Пять! Четыре! Три! Два!..
- Кристофер! Кристофер Робин!
- Да, мама!
Твой папа опять забыл свои мячики.
Папа! Папа!
Ты опять забыл мячики!
Бернард!
- Крис, что ты тут делаешь?
- Папа опять забыл мячики.
Полный болван, что еще говорить?
- А что у тебя с прической?
- Я похож на худого Барри Уайта.
- Ага, похож.
- Мне плевать на сны.
Ты не можешь контролировать то, как выглядишь,
люди вокруг творят настоящий дурдом...
Прости, я не знал, что это
твой сон.
Это мой повторяющийся сон, в котором я
добиваюсь внимания отца.
Тогда что ты делаешь в грузовике
моего отца?
Хороший вопрос. Может, лучше спросить
его самого, кто кому приснился?
- Прости пожалуйста, а ты его видел?
- Нет.
- Думаю, ты выиграл.
- Он не мой отец.
Вы кто?
Привет, ребята.
Я - Карл Юнг.
Я многое знаю о коллективном
бессознательном,
- Но без понятия, как водить грузовик.
- А-а!
- А!
- А!
- Эй!
- Эй!
- Ку-ку!
- Ага!
Угу.
Хочешь сигарету?
Не курю.
И я.
- Ух.
- Эй...
- Ай.
- А-а.
Это северное сияние как-то влияет
на психику...
Ага.
А как это происходит?
Это просто предположение, но думаю, что
электроны и протоны с Солнца
задерживаются в поясе Ван Аллена, а потом
оказываются в полярных регионах,
где сталкиваются с другими частицами
и создают великолепное свечение.
А мы-то здесь при чем?
Клянусь, приятель, не знаю.
- Так нормально?
- Нет. Слишком много тмина.
Так-так-так.
Надо убавить огонь.
Хорошо, расслабься.
Подержи-ка это
аккуратно.
Это ложка, ясно?
Ложка, а не иголка.
Прости, я понял, понял.
Адам?
Кофе без кофеина.
Постоянно.
Эй, Адам!
Адам?
Адам?
Эй, Адам?
А. О. О...
Да.
Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!
Ура!
Большое...
Как это называется?
Аврора Бореалис.
Я бы ее назвал
"Ржавчина и колеса".
Я без ума от нее!
Мне все нравится!
- Ты серьезно?
- Мне нравится ржавчина.
Я люблю луну.
И я люблю звезды.
Ты бы видела, как они играют в бридж.
Здоровенная.
- Отличное шоу сегодня, ребята.
- Спасибо.
Скажи мне, Мэгги, ты что-нибудь поняла
в этом сооружении?
Не уверена, но мне оно
нравится.
- Эд.
- Привет, доктор Флейшман.
Посмотрите, кто выжил после первой
ночи в бункере!
Ты видел, какая была луна?
Я почему-то подумал о тебе.
- Это хорошо, Эд?
- Посмотрим в следующий раз.
Я его видел! Он настоящий!
- Серьезно?
- Он был так близко, как ты сейчас.
Ого! А на что он похож?
Он и впрямь волосат.
Ух ты!
- Кто?
- Адам!
Адам? Кто видел Адама?
Так... Хорошо...
Слушайте...
Я знаю, что это звучит глупо,
но моя машина сломалась ночью, и Адам
выбрался из леса, чтобы ее починить.
Но сначала он накормил меня самым
первоклассным обедом
с тех пор, как я покинул Манхэттен.
Он тебя накормил обедом?
Скорее, это похоже
на поздний ужин.
Смейтесь в свое удовольствие, но он там
был, и я там был, и он существует.
Сынок, если ты собираешься разорвать
наш контракт
с помощью этого бреда, у тебя
ничего не получится.
Да я вам правду говорю!
Он резал мясо с Беллой Квизинарт.
Он забрал Библию, потому что она лежала на
кухне, а он подумал, что это кулинарная книга.
- Кулинарная?
- Да. Он их собирает. Это звучит дико...
Ты пробовал этого тунца?
Послушайте же меня! Вы должны
меня выслушать!
- Я тебе верю, Джоэль.
- Ты? Почему?
- Это доказывает твое определение Адама.
- Что значит "определение?"
Крис говорит, что Адам - воплощение
Снежного Человека.
Или он заблудшая душа, которая
по каким-то причинам
решила порвать с людьми.
- Да, точно!
- Мои аплодисменты!
Морис, тут творится какая-то
чертовщина.
Мой отец постоянно был в отъезде. Каждый
год он пропускал мой День Рождения.
- Совсем как мой!
- Правда?
Это просто ужасно. Каждое третье июля его не
было дома. Я себя чувствовал вдвое старше.
- Ты родился 3 июля?
- 3 июля 1963.
- Что?
- Я родился 3 июля 1963 года.
У тебя есть фото отца?
Одинаковые фотографии.
Это означает, что когда отец оставлял маму
и меня на недели, он был...
- С нами...
- Это делает отца
Путешественником!
Я подозревал что-то не то, когда
они сели играть в бридж.
Для меня это слишком...
Если я познакомлю тебя с Адамом,
ты мне поверишь?
Давай короче, Флейшман.
Я рос, глядя в ночное небо и мечтая,
что там есть что-то...
- Недостающее.
- Да.
Эти огни чудеснее, чем я себе
представлял.
Да. Такое даже во сне не увидишь.
- Волки молчат.
- Да.
Знаешь, Бернард, я всегда думал,
что у меня есть брат.
И я думал, что ты черный.
Если у тебя будут проблемы с налоговой
службой...
Я не плачу налоги.
- Ты собираешься в Портленд?
- Хоть сейчас.
Ух ты...
Посмотри на них.
Вспоминай меня, когда будешь
смотреть на эти огни.
И ты. Ты можешь их видеть пять
дней в году.
- Надо только понять какие...
- Какие пять дней?
Заранее не узнаешь.
Нужно просто смотреть.
Флейшман.
Зачем мы сюда пришли?
Адам!
Ни зги не видно, доктор Флейшман.
Это так странно.
Адам!
Адам?
Не понимаю.
Это же было здесь...
Тут пусто.
Я иду домой.
Пошли, Флейшман.
Пойдем.
Может, это был сон?
Что это?
Ничего.
Ничего, да?
Это, по-твоему, ничего?
Это пресс для чеснока.
Это пресс для чеснока!
Пресс для чеснока!
Пресс для чеснока!


Серия 9

Это "Крис Утром". Обычная погода
для этого времени года.
Может, кто-то из вас слышал, что
миленькое кипарисовое деревце на озере Кипнак
рухнуло ночью в прошлую пятницу
и в лепешку расплющило мой трейлер.
Так что мне придется присоединиться к быстро
размножающемуся племени бездомных.
Это плохая новость, а хорошая в том, что
мне больше не придется просить подбросить меня на работу.
Благодаря щедрости Мориса Миннифилда, я,
за скромный вычет из зарплаты,
буду жить здесь, на станции, до весны,
когда смогу починить свой чудесный домик.
Спасибо, Морис! К другим
важным новостям...
Собственность Сицели, доктор Флейшман,
планирует двухнедельный отпуск,
чтобы повидаться со своей
невестой Элейн в Большом Яблоке.
Передай от нас привет, док!
Аляска оплатила образование Джоэля,
теперь он возвращает долг
при помощи самых современных
медикаментов.
Немного дорожной музыки
для дока.
С трудом верится, что он прожил с нами
жалкие шесть месяцев.
Время летит, а, Джоэль?
Недостаточно быстро.
Если ты будешь колотить по трубе
гаечным ключом, оно пойдет быстрее?
Это как раз то, о чем я мечтал,
когда учился в Колумбии.
Что буду работать в комнате, где пальцев
от холода не чую.
- Не так уж и холодно.
- 40 градусов внутри!
Ты не учитываешь холодный ветер,
который дует изо всех щелей!
Если ты снимешь свой "тулуп", то
акклиматизируешься.
Наука считает, что моя
кровь загустеет?
Как у машины? Чем холоднее,
тем больше вязкость масла.
А вот у меня отличная, жидкая нью-йоркская
кровь. А у тебя, возможно, крови нет вовсе.
Отвянь, Флейшман, просто
дай мне таблетки.
Нет проблем. Думаю, Рик благополучно
минует снежный туман.
Кроме секса есть и другие способы
подцепить инфекцию, Флейшман.
- Да, но это самый прикольный.
- Что? Это твое хобби? Думать о моей половой жизни?
Ты сама начала этот разговор, О'Коннелл. Я
лишь ссылался на тот факт, что столкнулся
с твоим парнем в парикмахерсокй.
- Знаешь, в чем твоя проблема?
- В том, что мой мочевой пузырь просто не
может доехать до доктора в Анкоридже.
Ты ушла в глухую оборону. Ты так старательно
защищаешься, что создаешь вокруг агрессивную реальность.
По две каждые четыре часа.
Помочись сюда.
Думаю, Рик вернется.
Ваша почта.
Ладно, но если ты выиграешь,
я возьму половину, договорились?
Мне почти дали золотую карту.
Прямиком в Сакс...
Фонд выпускников...
Классный журнал, отлично!
Ему три месяца.
Доставлено на собаках!
Элейн, здравствуй!
Здесь холодно.
Процесс займет какое-то время.
- Просто акклиматизируйся.
- Акклиматизируйся!
Рундук ледяной!
Дорогой Джой, привет!
Слушай, мне очень жаль, и в других
обстоятельствах я сказала бы тебе об этом лично.
И я знаю, что время влияет на все.
Нет. Все что угодно, только не поездка
в Нью-Йорк! Только не это!
Но я все приготовила. Я достала тебе билеты
на "Отверженных", лучшие места - 6 ряд, центр.
- Да!
- И доктор Блум может поставить тебе
коронку 18-го в два часа.
И я думаю, что твоя мама уже скупила
все мясо в магазине в Квинсе.
Как ты думаешь, она правда доводит его
до состояния шнурков?
То есть, с одной стороны даже хорошо, когда
ты можешь наматывать еду на вилку.
Ах, как тяжело это писать! Ненавижу!
В любом случае, Джойи, не знаю, как еще тебе
сказать то, что я хочу, так что скажу прямо.
- Я повстречалась с человеком...
- Дэнни Голдмэн.
Нет, это не Дэнни Голдмэн. Я знаю, ты думаешь,
что я втюрилась в него еще в 9 классе,
хотя не знаю, как ты мог подумать, что я
могу остаться с человеком, который называет меня "Леньстер".
Он немного старше меня.
Вообще-то, намного старше.
Не знаю, может, мне
нужна отцовская любовь.
Он тебе понравится, Джоэль. Он очень милый.
Очень добрый. Очень хороший.
Его зовут Двайт. Он федеральный
судья в Луисвилле.
То есть был. Сейчас он в отставке и все свободное
время посвящает рисункам акварелью.
На юридическом я взяла академ и переехала
в Кентукки, чтобы быть рядом с ним.
Я знаю, что когда ты привыкнешь к этой
мысли, все наладится само собой.
Нет!
Смотри не замерзни там.
Мне жаль. Элейн.
Эй, Флейшман.
Что, цвет не тот?
Мне нужно немедленно уехать.
Уехать? Что?
Ты куда? У тебя же
моя чашечка!
Что это?
Эй, ребята, только посмотрите!
Зарбитрон Си-10.
В зале собраний в нашем племени стояла
похожая штука.
- Что это такое?
- Привез спутниковую тарелку для Шелли.
- Она больше, чем твоя тарелка, Морис.
- Черта-с-два.
Я уверена. Посмотри.
Да всем известно, что размер не
имеет никакого значения.
Все зависит от качества приемника,
маленькая леди.
- Где ты ее откопал?
- Взял у строителей в Чилкуте.
Они закончили строительство дороги от
Кэнду до озера Блайндмена.
- Дорогу из ниоткуда в никуда?
- Точно.
Шел? Милая, можешь выходить.
Что это? Холлинг, скажи, что это.
- Уже можно открыть глаза?
- Можно.
- Это спутниковая тарелка.
- Точно.
- Для меня?
- Двести каналов.
Я знаю, что ты всегда хотела повидать
весь белый свет.
Теперь ты сможешь увидеть его не выходя
из дома и со мной рядом.
Просто дух захватывает!
Не стоит стучать, Эд.
Просто заходи.
- Привет, доктор Флейшман.
- Эд, не надо... Я занят.
- Вы чистите печь.
- И что?
- Вы же не готовите.
- Эта печь - вместилище заразы. Она покрыта
бактериями и остатками пищи.
Мне надоела бесконечная плесень.
- У вас, значит, все хорошо?
- Да, хорошо. А у тебя?
Да.
Я просто хотел узнать, если вы здесь,
ну, все ли у вас в порядке.
- А почему не в порядке?
- Ну, я слышал об Элейн.
Что она влюбилась в старикана.
Ты слышал про Элейн?
Откуда ты узнал про Элейн?
- Мне сказала Мэрилин.
- Мэрилин сказала? А она откуда узнала?
Она прочла письмо. Вы оставили
его в офисе.
- Мэрилин прочла письмо? Мое личное письмо?
- Ага.
Это защищенное государством, частное,
личное письмо.
Тут хоть кто-нибудь знает, что
такое конфиденциальность?
Вы можете пойти и вернуть ее,
как Дастин Хоффман в "Выпускнике".
"Элейн! Элейн!"
Он стучит в стекло,
и она здесь в подвенечном платье.
И он запирает дверь крестом,
чтобы никто не мог войти.
Если уж в этом конкретном сценарии есть
крест, то я несу его на себе.
Мэрилин сказала, что когда ты вышел из
офиса, у тебя был вид как у тех,
кто уходит в пургу и не возвращается.
Слушай, Эд, я не хочу лгать тебе. Я был
в шоке. В шоке. Это был удар.
Но я успокоился. Я сказал, Джоэль,
возьми себя в руки.
Ты неправильно на это смотришь.
Я хочу сказать - Нью-Йорк открыт для тебя.
Ты один. Ты гетеросексуал.
Ты доктор. Ты еврей!
И Аляска открыта для тебя.
И я был прав. Поверь мне, я своего добьюсь.
Я должен отбиваться от женщин.
Каких женщин?
Ты только посмотри!
Мы в Сицели, на Аляске,
на том берегу Тихого океана, смотрим
итальянскую передачу о покупке китайской еды.
У меня был такой кот. В детстве.
Маленький Эдгар.
- Мне не верится, что он домашний, Эд.
- Нет?
Мне кажется, это чей-то завтрашний
ужин.
А.
Эй, Эд, многое из того, что мы едим,
неприемлемо у других народов. Лось.
Олени карибу, медведи, тюлени.
Хотел бы я так круто драться.
- Холлинг?
- Мм?
Uno mas, por favor.
Si, si, si.
Это было давно, зимним днем,
когда я и мой лучший друг,
Грег "Веселый Король" Джордж,
обокрали "Сэм Блейд Рекордс" в Уиллинге,
Западная Вирджиния.
Вернувшись к Джорджу, мы, целые и невредимые,
весь день слушали краденые записи.
Мы посвящаем эту композицию тебе,
Веселый Король,
отбывающий последние пять лет из
десяти в федеральной тюрьме в Ломпоке.
Помните, что лучший способ избавиться
от зимы - это прожить ее.
Как у Юнга, "Ваш взор станет ясным лишь
тогда, когда вы сможете заглянуть в свою собственную душу".
Вы слушаете Кей-Бир, Сицели,
Аляска.
Это "Крис утром" и сегодня у нас блюз.
Крис!
Доктор Джоэль. Как дела?
Неплохо, неплохо.
А ты?
Всё отлично. Спасибо.
- Как ты так ловко управляешься с девчонками?
- Девчонками?
Ну да, девушки. Две ноги, юбка.
А, да, да. Я слышал о вас и Элейн.
- Да? И?
- Двенадцать лет, парень.
Ты думаешь, что знаешь ее, а потом - бац!,
и она покончила с тобой корявым письмом.
- Не принимай близко к сердцу...
- Я только что получил под зад от женщины,
которая обещала носить моих детей.
И мне советуешь не принимать это
близко к сердцу?
Эй, брат, отказ - это только
одна сторона медали.
- Но все эти вещи типа "инь и янь"...
- Они либо уравновешены, либо их нет.
А если их нет, значит, их нет.
Это извечная экология любви.
Так. Но тебе же не приходилось присматривать
за седьмой сестрой?
Седьмой сестрой?
На Востоке есть что-то вроде высшей школы
женщин, как у Рэдклиф, Уэллсли.
Да-да. Я сейчас встречаюсь с
аспиранткой из Свартсмора.
- Свартсмор в Свартсморе в штате Пенсильвания?
- Ага.
Что девушке из Свартсмора делать
на Аляске глухой зимой?
У нее практика по изучению ритуалов
Тсимшианских индейцев Метлакатлы.
Приезжает ее подруга из
этой... цветной школы.
- Какой еще цветной школы?
- Браун.
Браун? Она учится в
Университете Брауна?
- Круто. Это же Лига Плюща.
- Эй, сегодня у Холлинга в 7 часов.
Может, присоединишься?
Я приду.
Доброе утро, Шелли.
Вставай!
Не мешай, ладно?
Она всю ночь просидела перед
телевизором.
Джон Карсон, Адам 12.
Когда я проснулся, то слышал,
как играют японский гимн.
Кофе. Кофе!
Кофе!
Голова разламывается.
Боль идет отсюда сюда.
И это не болевой зародыш,
а огромный, взрослый болевой нарыв.
- О-о! Который час!
- Десять минут девятого.
Ура! Я еще успею на "Анжелика,
любовь моя!"
Это самая жаркая мыльная опера
в Пуэрто-Рико, Холлинг.
А.
Кажется, что она спала не раздеваясь.
Она вообще не ложилась
в постель.
Эй, Морис.
Я плачу этому парню хорошие деньги.
И слушаю тот депрессивный хлам, который он
ставит в эфире.
Доброе утро, Морис.
От этого блюза я начинаю
впадать в депрессию.
- Что, Крис в плохой форме из-за
проблемы с домом?
Нет. Ему нравится жить на станции.
Вечером в среду у меня передача с Си-Би-Эс.
Крис обычно заходит и мы обсуждаем
большие картины.
Я стараюсь подготовиться к сражению.
Вчера я запасся цыплячьими крылышками со
специями, которые он любит.
Он не появился и не позвонил.
Большую часть ночи Крис провел здесь.
- Здесь?
- Да. Мы собираемся тут посмотреть
телевизор.
Эд, сегодня по ящику будет кое-что,
что тебе покажется интересным.
Называется "Незамужняя женщина".
Забегай.
- И я пожарю ребрышки.
- Спасибо, Морис.
Но знаешь, мы собираемся посмотреть
регби.
Регби.
Так ты любишь регби?
Нет, я тут вроде как
болею за компанию.
Ага.
Ты так совсем сотрешь кончик кия.
Девочки, мела много не бывает.
Четвертый шар в угловую лузу.
Всегда мечтал это сказать.
Мне казалось, что ты спец в пуле.
Только с тех пор, как живу в Сицели.
Здесь это часть культуры.
У меня есть отличная тема для твоей работы.
"Пул как ритуал в первобытном обществе".
Встань сюда, пожалуйста. Из-за тебя я
кажусь коротышкой на фоне тех женщин. Спасибо.
Веселый парень.
- Да! Я его забил!
- Это был третий шар.
- И что?
- Ты говорил, четвертый.
- Брось его.
- Я имел в виду третий! Третий!
Нет, это был великолепный удар, и я
хочу, чтобы ты его повторил.
Спасибо, конечно, но на сегодня
лимит исчерпан.
Я этим займусь, а тебе
ничего не достанется.
Я еще вернусь.
Сочувствую насчет твоей девушки.
- Никакой выпивки, пока на антибиотиках, О'Коннелл.
- Это имбирный эль.
Мне намного лучше, спасибо.
- Слушай, мне жаль, что у вас с Элейн...
- Что бы это значило?
Не надо принимать все в штыки. Я
сопереживаю, Флейшман, ты мне симпатичен.
- Так что ты пытаешься сказать, О'Коннелл?
- Ничего.
Нет, мне знаком этот взгляд.
Это жалость, правда?
Посмотри на себя. Ты такой трусишка, что
даже не можешь позволить своему телу замерзнуть,
пока не найдешь кого-нибудь тепленького.
Слушай, О'Коннелл, в отличие от большинства
твоих приятелей, Элейн жива.
Она совершила ужасную ошибку, о
которой будет жалеть всю жизнь.
- Эй, Джоэль.
- Привет, Рик.
- Мои соболезнования насчет вас с этой, как ее...
- Если Элейн счастлива в руках человека,
который спокойно посылает невинных
детей на каторгу, кто я, чтобы ее судить?
- После вас.
- Ты сегодня работаешь за двоих.
А где Шелли?
Отдыхает.
У нее страшно болит голова.
Всем привет.
- А разве ты не лежишь в постели, Шел?
- Неа, я уже в порядке.
Отлично. Нужно сделать 16 лосьбургеров для
Дэйва. Мне нужна твоя помощь.
- Прямо сейчас не могу, Холлинг.
- Не можешь?
- Сейчас 7:30.
- 7:30.
А что у нас в 7:30, Холлнг?
Ну, иногда в это время нужно
подлить пива в третью бочку.
- Колесо...
- Какое колесо?
Колесо Фортуны!
Пэт и Венна?
Помнишь, она была в таком же
платье, только в красном.
Я же никогда не мог смотреть это шоу, Шел.
Ладно, если делать лосьбургеры
тебе нравится больше,
чем смотреть, как Венна переворачивает
буквы, валяй.
Но Мерв Гриффин говорит, что
никто на свете
не смог бы переворачивать буквы так,
как это делает она.
И он владеет отелями в Атлантик-Сити.
$500.
"С".
Да, два "С".
- Твой заказ.
- Спасибо. Вот что мне нравится в
Становлении Самоа.
Мид не остается вне культуры
общества и наблюдает.
Она надевает юбочку из травы и
покачивает бедрами как все остальные.
Один проф из Колумбии сделал целью жизни
найти неточности в ее работе.
Я хочу сказать, зачем портить работу всей
жизни из-за пары фактических ошибок.
Слушай, хочешь потанцевать?
Я танцую намного лучше, чем играю в пул.
Я лучший, да?
Ничего личного, Джоэль,
если бы мы были в городе, я бы с радостью
пошла с тобой прогуляться.
- Здесь есть какое-то "но"...
- Я проехала 5 000 миль
не для того, чтобы быть с парнем, который
мог бы учиться со мной вместе.
Мы увидимся с вами вновь на
Колесе Фортуны. Пока.
Снова отставка, Флейшман?
Она совершила самую большую ошибку
в жизни.
До завтра сеансов не будет,
доктор Флейшман.
Сожалею насчет девушки.
Наконец-то я тебя нашла, Флейшман.
Тори? Тори Гоулд?
Ты мог бы еще долго увиливать,
а, Флейшман?
Ты никогда не мог поставить себя на
место другого человека.
В школе мы придумали тебе прозвище.
Ты знал об этом?
"Плут". Минди Гинн, Одри Гудвин и я.
Я никогда не давал каких-то
обязательств, Тори.
Вечно ты беспокоишься только о себе,
Флейшман.
Играешь в уголке.
Сам за собой присматриваешь.
Спорю, ты думал, что я закончу свои дни
в жилом квартале Бенсонхерста, да?
Да ладно, мне ты можешь сказать правду.
- Да.
- Я живу в Швеции, Джоэль.
Скандинавия.
И там нет авеню "J".
Я не думала, что захочу жить в
таком огромном доме, но мне нравится.
Веранды, вид на море.
Наш повар готовит такое
чудесное мясо ренсадель.
Я хочу сказать, я вышла за необыкновенного парня.
Он владеет главной шахтой
в Текстроне.
Он похож на одного из этих
бородатых северных богов,
Его зовут Ларс.
Я часто вспоминаю тебя, Плут,
и беспокоюсь.
Скоро 30, одинок, живешь в хижине...
посреди продуваемой всеми ветрами,
безмолвной, замерзшей тундры.
Ну, не могу заставлять ждать Соню,
мою массажистку. Адье, Джоэль.
Погоди-ка! У многих парней
много девушек, Тори!
Ты кто?
- А на кого я похож?
- На меня.
Я думал, мы договорились, что
не будем больше этого делать.
- Чего этого?
- Этой зависимости от чужих суждений, боязни
отказа, насмешек.
Это табу.
Мы контролируем рассудок,
но не чувства. Джоэль,
мы обсуждали, обсуждали, обсуждали
эту тему.
- Но ты уже в третий раз получаешь отказ.
- Третий? Правда?
В 17 лет, когда нас не приняли в Гарвард.
Мы не очень легко это пережили.
Нет. Честно говоря, мы были
в шоке.
Мы прошли 63 квартала под дождем,
точно зомби.
От Зибара до 12-й улицы.
Нас почти сбили три раза.
Мы пролили виноградный сок на рубашку
на Тайм-Сквер.
Сколько еще раз нам оказываться
униженными?
- Я так не говорил!
- Слова, Флейшман.
Это просто слова, и, честно говоря,
меня от них тошнит.
"Нам нужно несколько дней, чтобы
собраться с духом.
Мы достойны этого, мы подадим апелляцию
и пройдем".
Мы были близки к тому, чтобы все это потерять.
После Гарвардской травмы все висело на волоске.
А сейчас мы сидим в кино и беседуем
сами с собой. Разве это не прогресс?
Разве это не катарсис? Плюнь на все.
Будь благороднее. Делай то же, что и другие.
- Я не приспособлен!
- Что же будет, Джоэль?
Нам почти 30. Тридцать.
Мы пытались лечиться,
а знаешь, что самое страшное?
Мы слабеем. Нам нравится
такая жизнь.
Мы неслись сломя голову,
а придем
к деградации мозга и нервному
расстройству к сорока годам.
К сорока.
- Подлинное кольцо с бриллиантом стоит дороже...
- Ага, ага.
В "Куда угодно с чаем Кэдди" мне нужно
приехать в сервис или они приедут сами?
- Шел.
- Хорошо, дайте мне один из тех...
О, посмотри на этот, в форме сердца,
цирконий, три карата.
- Это будет отлично смотреться с моей
диадемой...
- Шелли?
Погоди секунду. Я только закажу
тебе крутейший кошелек.
Изумительное сочетание ткани и исусной
имитации крокодильей кожи.
- Ты не собираешься спать?
- Секундочку, милый.
Может, я возьму еще пару чемоданов
с кодовыми замками.
Вы еще здесь? К коале прилагаются
батарейки?
Хорошо, и это тоже. Пусть
нам доставит Федерал-Экспресс.
А сколько у вас времени?
2:28?
Можете капельку подождать?
Ребенок плачет.
Девушки часто странны,
но жить ты не можешь без нас.
Мы сладкие сэкси-красотки,
но с нами шутить нельзя:
любая девчонка из чувства
мести веревку совьет из тебя.
Возьмем твою тачку и деньги,
до нитки тебя оберем.
И если как раз нам твоя одежда -
тоже с собой заберем.
Все, что ты покупаешь -
ты покупаешь нам!
Такие мы... девчонки
Девчонки...
Зацени!
О, моя бриллиантовая диадема!
- Шелли!
- Привет, милый!
- Что это за барахло?
- Это то, что мне прислали.
Это похоже на хот-дог, но не он.
Догадайся, что это?
- Это телефон.
- Я заказала его для тебя.
Посмотри.
Ты ее поливаешь, и на ней растет трава.
И вскоре у тебя будет цветник в форме верблюда.
Что-то я не вижу у него горба...
О, нет, это должен был
быть бык Брахмы.
- Сколько же все это стоит?
- 4 000, плюс-минус.
Шелли, это же деньги, которые мы
откладывали на медовый месяц.
Да, но мы не женаты.
Так в чем же дело?
В том, что я сижу тут и жду, когда
поднимется цена на нефть?
Дело в том, что ты только и делаешь,
что смотришь проклятый ящик!
Да ты хоть знаешь, что такое идет
по этому ящику?
В нем умещается весь мир.
Башни Фолти и Крысиный Патруль!
Непоказанный эпизод Люси.
Классика! Программы из Мозамбика и Венесуэллы,
Пакистана...
И мы можем увидеть их, Холлинг.
Вместе.
- Ты же не хочешь ничего смотреть со мной.
- Это не так.
Ну ладно, Сегун.
Но ты же его не смотришь...
- Смотрел.
- Нет.
- Смотрел.
- Когда доктор Килдар поцеловал японскую
принцессу,
а самурай увидел это из-за дерева,
убил он его или нет?
Да или нет?
- Я не помню.
- Ну конечно!
Ты не знаешь, а знаешь, почему так?
Потому что ты все проспал!
Он же идет 6 часов, Шелли!
Я могу простить и забыть многое,
Холлинг Винкур.
Но не скупость и не безразличие к миру,
в котором мы живем.
Сегодняшний день на Кей-Бир пройдет под
лозунгом "Любовь - это боль". Музыка для
успокоения разбитых сердец.
Посвящается тебе, доктор Джоэль.
- Спите, доктор Флейшман?
- Нет.
- Вы в постели. Вы заболели?
- Я не хочу вставать.
- План А не сработал?
- Неа.
Переходим к Плану Б.
Ей нравилось так смотреть на часы.
Она не смотрела на них сверху
вниз, как все люди.
Она поднимала свою маленькую ручку
и подносила часы к лицу.
Элейн?
Однажды мы пошли на постановку Шекспира
в парке.
Ты в парке вместе с людьми, которые
пришли посмотреть "Отелло".
Это здорово.
Потом мы посидели в летнем кафе.
Я заказал холодный капуччино
с молоком. Все было так романтично...
На ней был жемчуг и черное платье,
которая она любила надевать.
Ей очень шло.
На плечах были узкие полоски.
Как же она их называла?
"Спагетти".
- А что потом?
- Что?
Что вы делали потом?
Пошли вместе.
Это был чудесный день.
- А знаешь, что самое ужасное, Эд?
- Что?
- В отсутствии концовки
- А что такое "концовка?"
Концовка?
Ощущение конца...
Есть начало, середина, конец.
Концовка.
Конец.
Ладно. Представь, что ты смотришь кино.
Я?
- Представь, что смотришь.
- Какой фильм?
Все равно. Это не важно.
Ладно, пусть будет "Плата за страх".
- Ив Монтан.
- Точно.
Бензин горит, и он несет нитроглицерин.
Бац! Они отрезают последние 15
минут фильма.
- Это было бы ужасно.
- Конечно ужасно.
Это концовка.
- В некотором роде...
- Последние 15 минут вашего с Элейн фильма.
Да.
- Она хоть раз его выключала?
- Пока нет.
Я с ней поздоровалась первой,
она только огрызнулась.
Она не любит, когда ее отвлекают
от мультфильмов.
Скажу тебе правду, Мэгги,
я беспокоюсь за Шелли.
Я не думаю, что телевизор
хорошо влияет на нее.
Ты пытался поговорить с ней
на эту тему?
С ней не так-то просто поговорить.
Но я обязательно это сделаю.
- Ну.
- Что "ну?"
- Он просто лежал.
- Кто?
Доктор Флейшман.
С болью в сердце.
Он сказал, что самое ужасное в том,
что не было концовки.
- Чего?
- Концовки.
- Эд, ты о чем?
- О концовке.
Их фильм оборвался за 15 минут до конца.
А.
Мы должны помочь доктору Флейшману
с этой концовкой.
- Мы?
- Почему?
Мы ему обязаны. Я хочу сказать, Элейн
там, а он здесь.
Если б мы не затащили его сюда, спорю, она
бы не бросила его из-за того судьи.
Это просто смешно.
Он страдает, Мэгги.
Что, нет билета, а?
Это все, что мне нужно знать.
Но у меня был билет, когда я
садилась на поезд.
Может, ты кого-нибудь и сумеешь провести,
но я-то тебя знаю, Флейшман.
Что это?
- Чем, по-твоему, ты занят, Флейшман?
- Ничем. Просто лежу.
- Ты уже достаточно долго держишь всех в заложниках.
- Я знаю. Прости.
Эд волнуется за тебя и пытается заставить
переживать и всех остальных.
- Ты права. Прости.
- Значит, твоя девушка тебя бросила. Отлично!
Иногда нужно не распускать сопли, а
брать себя в руки. Будь мужчиной!
Я говорю это себе последние
15 лет.
Ясно, ладно. Отлично.
Я сделал анализ твоей мочи, чтобы убедиться,
что антибиотики назначены правильно.
Он там, можешь посмотреть, если хочешь.
- Конечно.
- Они похожи на пятнышки плесени.
Хотя это и есть плесень.
Твоя плесень.
Видишь, одно меньше других?
Я испробовал на нем твой антибиотик,
и оно перестало расти.
Значит, лекарство помогает.
Как твое самочувствие?
- Намного лучше.
- Хорошо. Я рад.
Ладно.
А ты не можешь выключить свет?
Что? Конечно.
Спасибо.
Шелли.
Шелли, я бы хотел поговорить с тобой.
- Я смотрю "Магнум".
- Вот об этом я и хочу с тобой поговорить.
О чем, Холлинг?
Шелли, мне кажется, у нас проблемы
с телевизором.
Это у тебя проблемы.
Ты злишься, потому что
я хочу смотреть программу из Пуньджаба,
а не МакГайвера.
Что ты выбираешь,
шпагоглотателей и заклинателей змей из
Нью-Дели или МакГайвера?
Шелли, ты все время смотришь "ящик!" Ты
не ешь, ты не спишь.
Я не думаю, что ты с этим справишься.
Нет. Да.
Конечно, я справлюсь.
Вперед! Не смотри.
Спорю, ты не протянешь и пяти минут
без телевизора.
- Протяну!
- Давай.
Видишь?
Не о чем волноваться!
Star Trek:Next Generation, 7:00.
7:30, La Nouveau Monde.
8:00, National Audubon Society:
Sea Turtles and Ancient Nomads.
8:30, So Ist Das Leben.
9:00, El Corazon y La Pistoleta Negra.
10:00, Fujiko Fujima Kagekiyono.
10:30, La Strada dell'amore-
Эд, на табличке на двери написано:
"Закрыто", ты не видишь?
Простите, что побеспокоил, доктор, но
вы должны пойти со мной в бар Холлинга.
- Зачем?
- Для концовки.
- Что?
- Думаю, будет лучше, если вы просто пойдете.
Не очень подходящее время. Я достал подшивку
"Медицинского журнала Новой Англии" за три года.
Подожди, пока я дочитаю.
- Ладно, я подожду.
- Располагайся.
- Крис.
- Привет, Шел.
- Можно войти?
- Конечно, заходи.
У меня проблема, Крис. Я шла и думала,
шла и...
Мне нужно исповедоваться.
Шел, это возвышенное, теологическое
дело, и я в этом не очень-то силен.
Я отвечал на объявления в конце
"Роллинг Стоун".
Но ты же был в роли священника
на нашей почти свадьбе.
- Да, но...
- Ты самый близкий к Богу человек в Сицели.
- Шел...
- Я принадлежу к католической вере,
а когда католик в беде, он приходит к
священнику и исповедуется.
Я хочу, чтобы ты выслушал мою исповедь.
Послушай...
Простите меня, отец мой, ибо я
грешна. Прошло уже
9 лет с моей последней исповеди.
Вы спросите меня, как я согрешила.
Хорошо. В чем же ты грешна, Шелли?
- Не надо называть мое имя.
- А, прости.
В чем же заключается ваш грех, мэм?
Я слишком много смотрю телевизор, отец мой,
И я не могу остановиться.
Когда я с Холлингом, я думаю
о телевизоре.
Когда я работаю, то думаю о телевизоре.
Когда я с друзьями, то хочу смотреть
телевизор.
Я не так уж его и люблю, но я
так паршиво себя чувствую,
и единственный способ от этого избавиться -
посмотреть телевизор.
Не имеет значения, что это за программа.
Герои Хогана, опера, я смотрю все подряд.
Вы знаете, что я имею в виду, отец мой?
Нет, я спокойно могу обходиться
без телевизора,
за редким исключением.
Почти все свободное время мы с Холлингом
посвящали сексу.
Я не думаю, что это грех, отче, хотя
мы были всего лишь почти женаты.
Но сейчас мы им больше не занимаемся.
И... Я потратила деньги, отложенные
на медовый месяц,
которого у нас не было, потому что
на самом деле мы не женаты.
Но Холлинг прав.
Дело не в этом.
Я больше не разговариваю с друзьями.
И... я солгала.
Я сказала незнакомому человеку по
телефону, что плачет мой ребенок.
Это звучит, как будто ты подсела, Шелли.
- Не Шелли...
- Подсела?
Ты хочешь сказать, зависимость?
Наркомания?
Есть ли кто-то, то есть, подумай,
есть ли в твоей семье кто-то,
у кого такая же проблема с телевидением?
Нет, я так не думаю.
Кроме, как я сейчас вспомнила,
кроме отца.
Когда его отвлекаешь во время "Вражды",
он замахивается на тебя.
Это может быть наследственность.
Велика вероятность того,
что это не только твоя вина.
- Правда?
- Да.
Нужно лишь сразу же узнать об этом.
Боже, мне намного лучше.
Правда? Отлично.
Это все?
Нет, ты должен дать мне молитвы или
что-нибудь, чтобы я могла получить прощение.
Я ничего такого не знаю...
Зато знаю буддистский ритуал.
Круто.
Представьте, доктор Флейшман.
Вы сидите в кафе на Парк-Авеню
и Тайм-Сквер.
Поезда метро ходят туда-сюда под
вашими ногами.
Туман на Верразано Стрит Бридж.
Проехало такси с желтыми шашечками.
Бам! Оно сшибло торговца кренделями на углу.
Он падает, проклиная его
нерожденных детей.
И Солнце медленно опускается за
Статую Свободы.
Эд, ты куда?
Эд, все это просто дико.
Холлинг, твой черед.
Ага, Эд.
Холлинг! Аккуратнее!
Что происходит?
У меня нет молока, поэтому пришлось
обойтись взбитыми сливками.
- Это кофе со льдом.
- Наслаждайся.
- Все нормально, Эд?
- Отлично, Холлинг. Хорошая работа.
Мэгги, теперь ты.
Флейшман, ты мой должник.
Что это ты делаешь, О'Коннелл?
Это мое воображение или
сейчас минус 20?
- Ты кажешься мне знакомой.
- Еще бы, Флейшман!
Ты меня знаешь всего-то 8 месяцев.
Платье.
Ты похожа на Элейн.
Я и есть Элейн.
Изображаю Элейн.
- Давай. Начинай действовать.
- Ты Элейн?
Да, вперед, Флейшман. Изгоняй ее из
своего сердца. Скажи то, что должен.
То есть мне говорить тебе то, что я
должен сказать Элейн?
Слушай, Флейшман, мы и так уже натерпелись,
так что завязывай быстрее.
Мне это не нравится, а до тебя ничего не доходит.
Так что поторопись, потому что я замерзаю.
Вперед!
- Погоди-ка. Концовка?
- Спроси Эда.
Мы должны были продолжить самый чудесный
день с Элейн.
Должно быть, ты чего-то не успел сказать тогда.
Это твой шанс.
- Это смешно!
- Не дури!
- Я должен...
- Открыться...
Тебе?
Ладно. Извини.
Честно говоря...
- Что?
- Ничего.
- Просто...
- Смелее!
Я никогда не был сексуально привлекателен
для тебя.
- Что?
- Для нее, Элейн.
Не был? Как это?
Ну, понимаешь, секс у нас не был...
То есть все было хорошо, но
он не был таким...
- Что?
- Ты же не хочешь это слушать.
Хочу. Для концовки.
Продолжай.
- Секс должен быть диким, правда?
- Диким?
Без ограничений, свободным.
Мы же животные, верно?
В конце концов, все мы волки
в овечьих шкурах.
Я всегда хотел большего.
- Большего?
- Да.
Не чаще, я не говорю об этом.
Хотя и это было бы неплохо.
Я хотел, чтобы он был сильнее.
Я хотел быть
за пределами себя, за пределами
своего тела.
Я хотел, чтобы секс был похож на риск. Как
будто спасаешься от смерти.
Ух ты!
- У тебя все нормально?
- А что?
Ну, минус 20, а на тебе ничего нет.
Я на минутку.
Концовка состоялась?
Не совсем, но мне лучше.
Хорошо. Что теперь?
Можно купить тебе пива?
Если мы будем пить внутри.
Холлинг, тебя хотят видеть.
Привет.
- Холлинг.
- Шелли.
О, Холлинг.
Прости, что потратила деньги на
немедовый месяц.
Прости, что разрушила твою
сексуальную жизнь.
Все в порядке, Шелли.
Ты был прав.
У меня проблема с телевизором.
- Но я с ней справлюсь.
- Это хорошая новость, Шелли.
Но ты должен мне помочь.
Как с M&M's?
Помнишь, как ты прятал их от меня
и давал понемножку?
Ты будешь смотреть на меня,
как ястреб из телевизора.
Ты можешь быть великолепной, Шелли.
Ты одолел Джесси.
- Я собираюсь выключить его, Холлинг.
- Умница.
Я это сделаю.
Я не могу.
Шелли, дорогая.
Я здесь.
- Рядом с тобой.
- Хорошо.
Давай.
Да.


Серия 10

Эд, это ты?
Может, зайдешь и поужинаешь с нами?
Хватит на всех.
Нет, спасибо.
Рут-Энн достала новые кассеты Спенсера
Трейси, я хотел их посмотреть.
Тихо! А еда-то у тебя есть?
Да. Предостаточно.
- Спокойной ночи.
- Доброй ночи, Эд.
Многие люди рассуждают так же,
как и я.
Мы не язычники.
Если я прав, вы к этому близки, и я
доказал свою версию.
Мистер Харгрейвс, если вы попадаете в
беду в возрасте 11-12 лет,
у вас есть мама и папа,
с которыми можно поговорить,
и они приласкают вас.
Вы можете представить себе страх и одиночество
мальчика, которого не любят и не понимают?
Для этого бедного ребенка
вся жизнь - тюрьма.
Я хочу, чтобы у них был дом,
где они могут жить,
где они могут учиться.
Город для мальчишек, которым
управляют они сами.
Неужели это ничего не стоит?
Это "Крис Утром" вещает для вас на волне
Кей-Бир, Сицели, Аляска.
Мы находимся в сердце округа Арроухед.
В 49 штате сегодня чудесный день.
Бодрящий, чистый, живительный
и не загрязненный токсинами.
Знаете, ночью я видел
совершенно дикий сон.
Я работал на конвейере вместе со своей
первой любовью, Лесли Фергюссон,
и мы собирали механических лягушек, которые
одновременно поют и прыгают.
Говорят, что сны - это окна души.
Всмотритесь, и вы увидите, как она устроена.
Я не понимаю, что значит конвейер, да и
лягушки сбивают с толку,
но Лесли Фергюссон была
яркой и настоящей.
Первая любовь.
Она была у каждого из нас.
Как бы то ни было, это
посвящается тебе, Лесли.
- Есть здесь кто-нибудь?
- Прошу прощения?
- Эй!
- Извините...
Я заблудилась.
Привет, простите
за беспокойство,
но как мне добраться до
шоссе номер один?
Оно проходит прямо через город.
С вами все в порядке?
- Ммм...
- Так значит, мне на юг?
С вами точно все в порядке?
Ну, спасибо.
Простите, что помешала.
- Морис Шевалье?
- Луис Джордан.
Мило. Мне нравится.
Пока.
B-7.
G-54.
N-36.
G-51.
- Доброе утро, Эд.
- Доброе утро, тетушка.
- B-3.
- Сыграешь в бинго?
- Нет, тетушка.
- I-24.
Зачем только я села играть?
- Мне никогда не нравилась эта игра.
- O-68.
- Тетушка?
- Да, Эд.
Ты можешь рассказать о моих родителях?
- N-37.
- Мы тебя нашли. Ты об этом знаешь.
Завернутым в одеяло.
В куртку.
В куртку из кожи тюленя.
- Куртка, одеяло... Какая разница?
- I-28.
- А где точно меня нашли?
- На поляне.
- Вниз по реке.
- Легкое Перо нашел его.
Не Легкое Перо, а Танцующий Ветер.
I-13.
- Тебя нашел Быстрое Облако.
В кустах около хижины.
- Он сам мне сказал.
- Ты веришь Быстрому Облаку?
Быстрое Облако думал, что он
Джо ДиМаджио.
Он заказал бейсбольную форму в Сирсе и ходил
по городу, напевая,
"Дайте мне поиграть в бейсбол".
Ты можешь рассказать мне о матери?
- У меня голубые глаза.
- Твоя мать была белая женщина.
- Учителем в Скегвэе.
- Не учителем, а миссионером.
- N-44.
- А отец?
Вы можете хоть что-нибудь мне рассказать?
Как его звали?
- Смит.
- Смит?
Смит.
- Смит.
- Z-7.
Привет, Крис.
Что случилось?
Зуб болит?
Горло?
А, голос пропал.
Они кладут в коробку лишние части
нарочно, чтобы вы попсиховали.
Что это за фиговина? Она похожа
на берцовую кость?
Нет. Скорее, она похожа на копчик
орангутанга.
А сколько зубов у этой штуковины?
30. Я считал.
А куда девались еще 2 зуба?
У нас должно быть 32 зуба.
Что, он сначала сходил к зубному, а
потом его отправили мне?
Что?
Ч-что случилось? Ты заболел.
Тебя тошнило?
- Нет.
- Он потерял голос.
Ты потерял голос?
Как это?
Ты... Что?
Ты... Ты...
Боль в груди?
Косточку проглотил?
Нет-нет-нет. Ты...
Язык. Задыхаешься. Что? Ты...
Ты... бежал... упал...
Не можешь выдохнуть.
Да, такое возможно.
Сильно ударился копчиком.
Прекрасная женщина забрала его голос.
Да. Конечно.
Это как? Она что, просто
взяла и забрала его
голыми руками?
Нет...
Она... что?
Своей красотой.
Так. Спасибо, Мерилин,
спасибо тебе огромное.
Я позову тебя, если будет нужно.
Нужно не будет, но все равно спасибо.
Крис. Послушай.
Ты можешь потерять голос, если
будешь всю ночь кричать.
Ты можешь потерять голос из-за вируса,
обычно называемого "ларингит".
Но не можешь...
Не можешь... Ну-ка сядь!
Ты не можешь потерять голос из-за того,
что увидел прекрасную женщину. Держи.
Скажи "аа".
Даже на хрип не можешь раскошелиться?
Ирония судьбы, тебе не кажется?
Ди-джей теряет голос.
Эд.
- Привет.
- Вы кто?
Меня называют Тот, Кто Ждет.
Я дух.
Дух - это в смысле призрак?
"Дух" мне нравится больше.
Что ты здесь делаешь?
Что тебе нужно?
Я присматриваю за тобой.
Я знаю, что ты сражаешься с болью.
Мне кажется, я могу тебе помочь.
Не понимаю.
Помочь мне?
Ты же хочешь узнать
о своих родителях?
- Ты можешь это сделать?
- Но насколько сложно это сделать?
Это важный день для тебя, Эд.
Великий поиск - это одно из самых важных
событий в жизни человека.
В былые времена
двое индейцев были проводниками белого
человека, когда он искал золото.
И находили его, как ты,
должно быть, знаешь.
Мы всегда были хорошими искателями.
Что?
Здесь мы играли свадьбы.
Все так изменилось.
А там мы собирались, прежде чем
отправиться на охоту.
Мы готовились и пели песни.
Что такое "химчистка?"
Это место, где можно постирать
одежду в специальной машине.
- И высушить?
- Ага.
Там тепло. Ты можешь оставить
одежду на ночь,
и она станет намного мягче.
Что? Здесь что-то было?
Что-то важное?
Дерево.
- Священное дерево?
- Нет,
просто дерево.
Прежде чем мы начнем,
неплохо было бы
тебе чем-нибудь подкрепиться.
Поиск важно начинать на сытый желудок.
Доброе утро, Сицели.
Это Холлинг Винкур.
Как многим уже известно,
ди-джей, которого вы обычно слушаете,
Крис Стивенс, потерял голос.
Так что я его заменяю.
Я... я должен был помочь...
Я должен был помочь Шелли с завтраком.
Ведь это - самая важная часть меню.
Я...
Прекрасная незнакомка
в красной парке,
которая проезжала через Си...
которая проезжала вчера через Сицели,
пожалуйста, пожалуйста, свяжитесь
с радиостанцией.
Вы нечаянно забрали с собой то,
что вам не принадлежит.
Тебе должны понравиться блинчики.
Болтунья немного пережарена,
глазунья лучше.
- А гамбургеры?
- Неплохие.
А что такое "гамбургер?"
Мясо. Его сначала мелко режут,
а потом готовят и кладут на булочки.
Они похожи на хлеб, вкуснее,
когда они с сыром.
- Привет, Эд.
- Привет, Шелли.
- Как обычно?
- Да, пожалуйста.
- Чизбургер?
- Чизбургер звучит неплохо.
Фри?
Фри? Картошка?
- Ее хорошо есть с кетчупом.
- Эд, с кем ты разговариваешь?
С Тем, Кто Ждет.
А.
Она не может тебя видеть.
Белые люди могут быть слепы.
- Почему?
- Потому что я для них мертв.
Я пытаюсь дозвониться в Центр по контролю
заболеваний в Атланте, но там уже час занято.
Ты можешь в это поверить?
Атланта, Джорджия!
Я не могу дозвониться в главный
городской центр.
Ты думаешь, это из-за
вчерашней песенки Шермана?
Я не думаю, что твоя потеря голоса заразна,
но всякое бывает...
Я должен тебя изолировать.
Эй, Эд.
- Нет, погоди!
- Что?
- Тут занято.
- Ладно.
Ладно, не бери в голову.
Этот шатается. Ты не можешь занимать два
места, Эд, это против правил.
Кто здесь сидит?
- Где он? В туалете?
- Прямо здесь.
- Кто?
- Тот, Кто Ждет.
- Тот, кто что?
- Ждет.
Это индейский дух, как призрак.
Ты не можешь его видеть, потому что белые
люди слепы, и для вас он мертв.
Я слышал, что с тобой случилось, Крис.
Очень жаль.
Что случилось?
Он потерял голос из-за красоты.
- Это старая проблема.
- Держись, Эд.
Ты разговариваешь с пустым стулом.
- Это не очень хороший знак.
- Вот и мы... Один для Эда,
а другой для нового невидимого
друга Эда.
Спасибо.
Добро пожаловать.
Ладно. Я беспокоюсь о тебе, Эд,
серьезно.
С точки зрения психологии,
твое поведение не совсем нормально.
Давай, попробуй, это вкусно.
Я больше не ем, а просто вдыхаю аромат.
Крис, ты не хочешь?
Ему больше не нравится есть. Он
предпочитает вдыхать аромат.
Я пошел...
Пока, доктор Флейшман. Не ваша вина,
что вы не можете его видеть.
Скажи своему другу,
что лишь одно средство поможет,
если он потерял голос из-за красоты.
- Какое?
- Он должен найти самую красивую девушку
в деревне и пленить ее душу.
Он говорит, что тебе надо найти самую
красивую девушку в городе
и переспать с ней, если ты хочешь вернуть
свой голос.
Не смотри на меня.
Это он сказал.
Это... Холлнг Винкур...
на Кей- Би-Эр.
Крис! Ты там?
Не хочу отвлекать от завтрака,
но я ни бум-бум в музыке.
Что мне сейчас делать?
Эд, ты веришь, что все на свете живое?
Небо, деревья, скалы?
- Да.
- Хорошо.
Ты думал о том, что
ты скажешь,
когда мы найдем твоих родителей?
Не знаю.
"Привет. Как дела?"
Мне кажется, я хотел бы знать,
как случилось, что они бросили меня.
Это подходящее место.
Думаю, здесь мы получим ответы.
Давай спросим.
Кого?
Сначала я спрошу у ветра.
Дух ветра,
кто родители Эда?
- Что он говорит?
- Шшш...
Ветер не знает.
Или ветер не хочет нам отвечать.
Ветер может быть упрям.
Бесполезно его спрашивать.
Мы спросим у воды.
Да, давай спросим у воды.
Что теперь?
Сначала мы спрашиваем,
а затем слушаем.
Скажи нам, дух воды,
кто родители Эда?
Ну, что говорит вода?
У нас возникла небольшая проблема.
Я никогда не был хорошим оратором.
Конечно, говорить в микрофон - не совсем
публичное выступление.
Но несмотря на то, что я
не вижу их,
я чувствую, как они слушают.
Люди сидят в машинах,
оружейных магазинах,
в парных.
Все они ждут, когда
зазвучит твой голос...
А получают мой.
Крис, у тебя талант,
настоящий дар.
Ну, по крайней мере, был...
Добрый вечер, Крис, Холлинг.
- Налейте мне стаканчик побольше.
- Сделаем.
Ужасно, что произошло этим утром, Крис.
Я так понял, тебе навредила красотка.
Я прав?
Да, она зашла, поздоровалась,
а потом вышла с твоим голосом.
Так все было?
Выпей пивка. Может быть,
это как-то поможет.
Твой стаканчик, Морис.
За твой голос, сынок.
Может, он вскоре вернется.
А если нет - ищи работу.
Она, должно быть, и впрямь
особенная, а?
Скажи-ка, Крис, ты знаешь легенды
о короле Артуре?
Король Артур, сэр Ланселот,
сэр Гэвейн, Дева из Озера.
Есть одна легенда, которая напоминает
мне твой случай.
Кажется, сэр Гэвейн ехал лесом
и услышал женский голос,
молящий о помощи.
Он пришпорил коня и скакал до тех пор,
пока не увидел прекрасную женщину,
стоящую на поляне.
Видение.
Он так в нее влюбился, что
отпустил свою охрану.
Он поступил легкомысленно,
и это была его ошибка.
Ведь когда он приблизился к ней,
она превратилась в колдунью, в ведьму.
Заколдовала его.
Она забрала его отвагу, Крис.
Это худшее, что может произойти
с мужчиной, Крис.
После этого сэр Гэвейн бежал со всех ног
от великих сражений.
От одного взгляда дракона
он писал в доспехи.
Он был опозорен.
Все рыцари Круглого стола
потешались над ним.
Даже старый Мерлин был озадачен.
После этого он просто на
куски разваливался.
Но это не грустная история, Крис,
ведь у нее счастливый конец.
В конце концов, сэр Гэвейн вернул свою храбрость.
Знаешь, как он это сделал?
Он переспал с прекрасной женщиной.
А утром, когда он проснулся, раз -
его смелость вернулась.
Да. Есть над чем подумать.
План действия.
Лучше, чем сидеть и жалеть себя.
С чайником разговаривать и то веселее, сынок.
Удачи тебе.
Невероятный день.
Я должна была лететь в Питерсбург
за запчастями для снегоходов
и доставить их в Якутат.
Все шло чудесно, но на полпути
к Якутату упаковочный ящик открылся,
и мне вдруг пришлось управлять самолетом,
который ведет себя как подстреленная чайка.
Вдобавок, я обещала Морису,
что починю обогреватель на станции.
Займусь им завтра, хорошо?
Крис.
Ах, да.
Плохо, что ты не говоришь...
Ну, когда-нибудь он вернётся.
Извини, Крис.
Они принадлежали моему отцу и
приносили ему удачу. Хочу, чтобы ты их взял.
Без твоего голоса в нашем обществе
образовалась дыра.
Большая черная дыра в
самом центре Сицели.
"Где Рик?"
А, он полетел насчет нефти в Валдез.
Они пытаются доказать, что там
ничего не произошло.
А что?
Знаешь, иногда, когда ты вспоминаешь
какое-нибудь событие,
то понимаешь, что все было не так,
как ты думал.
Прекрасная девушка вторглась в твою жизнь.
Ты влюбился.
Или?..
Возможно, это было лишь
детское увлечение.
Или краткий миг влюбленности.
Ты узнаешь это место?
Не думаю.
Здесь ты был принят в племя.
Древнее изречение гласит, что
если ты вернешься
туда, где стал мужчиной,
то вспомнишь, что нужно,
чтобы быть счастливым.
Но я ничего не помню.
Это изречение всегда казалось мне
бессмысленным.
Но я думал, что стоит попытаться.
Когда люди из племени принесли тебя сюда,
тебе было три года.
А была здесь собака?
Собака? Не знаю.
Может быть, да.
Я помню, как сидел под солнцем,
а собака тыкалась носом мне в лицо.
Мне это нравилось.
Это могло быть здесь.
Каждый человек рассказывал тебе
историю племени. Историю.
Они и не ожидали, что ты
запомнишь все.
Они лишь хотели,
чтобы ты слушал.
А когда они закончили,
то стали
передавать тебя от мужчины
к мужчине.
Чтобы ты считал каждого из них
своим отцом.
Вспоминаешь?
Те истории...
А те мужчины - твои отцы.
- Мы узнаем здесь что-нибудь?
- Да.
Доброе утро, Морис.
Я говорил с другом из Нью-Йорка.
- Специалист по горлу в Бет Сионе.
- Да?
Он сказал, что человек может потерять
голос из-за шока.
- Это правда?
- Ну, иногда неожиданно седеют волосы...
Еще он сказал, что голос обычно
возвращается, но не всегда.
О.
Было несколько редких случаев...
Когда жертвы немели навсегда.
Я думаю, не нужно об
этом рассказывать Крису.
- Могу я задать тебе вопрос, Флейшман?
- Конечно.
Когда ты впервые увидел Элейн,
ты почувствовал боль?
- Боль? Физическую?
- Да.
Что-то в этом роде.
Это было похоже на острую тревогу.
Боль в животе,
как будто меня укололи.
Да, боль. Точно.
Знаешь, что Эйнштейн не думал
о своей теории относительности?
Он ее почувствовал.
Он ехал в трамвае в Вене
или еще где,
и вдруг она обрушилась на него.
Бам!
Всем своим весом.
Он был в восторге, но его тошнило.
Ему пришлось сойти,
пока его не вырвало.
Да? Интересный рассказ, Морис.
Когда Холлинг впервые
увидел Шелли,
у него был прострел.
Я сидел здесь. Он не мог
повернуть голову два или три дня.
- Шею просто заклинило.
- К чему ты все это говоришь, Морис?
Кажется, сильное чувство
иногда наносит удар.
- Доброе утро, доктор Флейшман.
- Привет.
Спасибо, Шелли.
- Погреть, Морис?
- Конечно, я об этом не знал.
Привет, Крис.
Прости, что так поздно.
Ждешь кого-то к ужину?
Меня? А как же обогреватель?
"Я буду счастлив принять сегодня
такую гостью".
Это очень мило. Но ты не должен
был так усердствовать насчет ужина.
"Мне приятно твое общество. Ты - одна из
моих лучших друзей в Сицели,
но мы еще никогда не ужинали вместе".
Займусь-ка я обогревателем.
Бывает, что он забивается,
и починить его несложно.
Я его продую.
Обычно на этом работа
и заканчивается.
Но не в этот раз.
Труба проржавела, придется менять.
"Пожалуйста, не нужно работать. Расслабься
и позволь мне позаботиться о тебе".
"Сердце может чувствовать только
если работает мозг".
Это ведь Юнг?
Кришнамурти?
Пахнет чудесно.
Морковка... отлично.
Я люблю морковь.
"Не обязательно оставаться, если ты не
хочешь. Я не обижусь".
Издеваешься? Мне почаще нужно
чинить твой обогреватель.
"Тост за самую прекрасную женщину
в Сицели".
Шампанское.
Какое наслаждение.
Доктор Флейшман, вы хотели
меня видеть?
Как там поживает твой невидимый
друг, как-его-там?
Тот, Кто Ждет. Спасибо, отлично.
Могу я спросить, давно ли вы знакомы?
- В этом времени - несколько дней.
- "В этом времени?"
Ну, ему 256 лет.
Возможно, до этого мы встречались
пару раз.
Эд, могу я быть с тобой откровенным?
- Конечно.
- Мы одни?
Ага.
Ты когда-нибудь слышал о
бредовом поведении?
Воображаемое исполнение желаний?
Нуждается в подавлении?
А, это когда вы чего-то хотите,
но не желаете в этом признаться даже себе.
Точно. Ты хочешь узнать, кем были
твои родители. Тебе нужно узнать.
Я не психиатр, но думаю, что ты
создал Того, Кто Ждет в своем сознании.
Я имею в виду, ты думаешь, что он
существует, но на самом деле его нет.
Хотя ты абсолютно в этом убежден.
Эд, это скользкая дорожка. Люди,
которые видят вещи, которых не существует,
кончают свои дни в Беллевью.
Это лечебница для людей с
психическими расстройствами.
А, для психов.
Ладно. Давай разберемся.
Главное, что нужно помнить - разум,
как и тело, может излечить себя.
Ты просто должен успокоиться
и взять себя в руки.
Ясно.
Эй, Эд, этот доктор
слишком много думает.
В этом его беда.
- Он думает, что я спятил.
- Что?
До свидания, доктор Флейшман!.
- Пока, Эд. До свиданья, Вождь.
- "Вождь?"
Я думаю о том, что нам делать
с этими массовыми галлюцинациями.
Такие вещи известны. Приводишь людей
в темный, мрачный дом,
и вскоре им слышится звон цепей
и мерещатся привидения.
Это понимают политики, рекламные
агенты. Мы внушаемы.
Нас можно убедить в чем угодно.
Ты услышала хоть слово из того,
что я говорил, О'Коннелл?
- Внимаю каждому слову, Флейшман.
- И?
- Я думаю, ты читаешь слишком много
учебников по психологии.
- Правда?
Моим мыслям недостает изысканности?
Вам не хватает интеллектуальной
мощи, мисс О'Коннелл,
нобелевский лауреат в области философии
и ядерной физики?
Не смеши меня.
Будь поосторожнее.
Ты почти доконала бутылку пива.
- Кажется, я засек чье-то самодовольство.
- О чем ты?
От твоей улыбки Мона Лиза занервничает
В чем дело?
Ты грезишь наяву. Я и не знал, что у тебя
есть внутренний мир. Что за тайна?
- Ничего.
- Давай, колись.
- Это не твое дело...
- Но?
Но у меня вчера был очень интересный
ужин с Крисом.
- Интересный.
- Да.
Расшифруй "интересный".
Удивительный, непредсказуемый...
Интересный.
Кажется, я засекла чью-то ревность,
Флейшман?
Ревную? Я? С чего это?
С чего мне ревновать? Я больше
думаю о том, как дела у Рика. Помнишь такого?
Здоровый парень с мозгом на шасси.
Зачем я тебе это рассказываю?
Я не должна была этого делать.
Я не собираюсь ничего тебе говорить,
просто к сведению,
Крис считает, что я прекрасна.
Что в этом смешного, Флейшман?
Это очень смешно, О'Коннелл.
Крис решил переспать с тобой только потому,
что считает, что это единственный способ вернуть голос.
Ну, и у кого здесь галлюцинации?
Это правда. Спроси его. Кто-то рассказал
пустил идиотский слух о том, что
чтобы вернуть голос, он должен переспать
с самой красивой девушкой в городе.
А вот и он.
Единственный человек, который может заниматься
любовью беззвучно.
Ты думаешь, я не понимаю,
что значит для него голос?
Ты думаешь, что я не женщина?
Позволь мне кое-что сказать тебе,
Флейшман. У меня были мужчины,
которые с ума по мне сходили.
Я не какая-то плоскогрудая
Лига юниоров.
И не какая-то там дешевка.
Завтра у меня в 8 вечера.
Он не будет говорить, Флейшман.
Он будет петь!
Как Паваротти!
Это хорошо.
- Почти тепло.
- Да.
- Я здесь влюбился.
- Здесь?
Когда здесь было поле.
Очень давно.
Я был примерно твоих лет.
Я вернулся домой после трех
дней охоты.
Три дня один среди деревьев.
Я огляделся и увидел
прекрасную женщину,
которая выехала на коне из леса.
Я узнал ее.
Она была одной из молодых девушек племени.
Но прежде я не замечал,
насколько она красива.
Она меня не видела.
Она думала, что одна.
Она отпустила лошадь,
и позволила ей бегать по полю
и щипать траву.
Она просто стояла там
и смотрела, улыбаясь.
Через некоторое время она
хлопнула в ладоши,
лошадь вернулась к ней.
Она села верхом
и отправилась обратно в лес.
- А что с ней было дальше?
- Я женился на ней.
У нас были дети.
Это как-то связано с моими родителями?
Нет. Просто вспомнилось.
Я устал, Эд.
- Я посплю.
- А ты спишь?
Не совсем.
Я просто закрываю глаза
и ложусь.
Старые привычки нелегко бросить.
- Мне погасить огонь?
- Оставь. Он мне нравится.
Он поднимает мне настроение.
- Ты же не думаешь, что она это всерьез?
- Кто знает?
Это касается целого нового измерения.
Я не говорю, что понимаю женщин,
но,
может быть, она делает это ради нас?
- Ради нас?
- Да. Ради города.
Нам необходим Крис на радио.
У нее кишка тонка.
Вот и он!
- Удачи, дружище!
- Я не верю! Вот бесстыжий!
Удачи, Крис.
Ты справишься.
Ни фига. Он на это не пойдет.
Это слишком унизительно.
Он отступится. Он
не сможет, вот увидишь.
Или она не откроет дверь. Она не откроет.
Притворится, что ее там нет.
Боже мой!
Кошечка Мэгги!
Не верю!
Он вошел!
Они хотят это сделать!
Они хотят это сделать!
Сынок, даже здесь, в пустыне,
женщина делает то, для
чего она создана.
Эй, Крис, как дела?
Спасибо, как это мило!
Присаживайся.
Расслабься.
Сегодня утром я ездила на рыбалку
на озеро Катилак.
Лед очень толстый. Мне пришлось потратить
полчаса, чтобы только лунку просверлить.
Здесь, наверное, полгорода собралось.
Животные.
Налить тебе чего-нибудь?
Да? Нет?
Ну,
полагаю, следует начать.
"Тебе не обязательно это делать".
Я знаю, но я хочу.
Честно. Это правда.
Для тебя, для города,
из-за Флейшмана.
Спасибо, но я не чувствую себя красивой.
Я чувствую себя смешно.
Никаких записок, Крис, больше
никаких записок.
Договорились?
Ладно, поехали.
Готов?
Так.
Боже мой!
Прости, Крис,
я не могу этого сделать.
Можешь назвать меня слабачкой,
недотрогой. Я-я...
Господи, я бы с удовольствием помогла тебе,
но я просто не могу!
Я не могу. Прости.
Нет, подожди.
Я отказываюсь доставить ему радость.
Она просто аморальна! Вот и все!
Она на все способна!
Как я мог убедить себя в том,
что у нее может быть хоть какое-то
понятие о приличиях!
Перестань, сынок.
Ты все не так понимаешь.
Она просто старается сплотить наш город.
Мы говорим не о чувстве долга, Морис.
Мы говорим о похоти!
Опустились! Ниже некуда!
Это животная страсть!
Я не могу переспать с тобой.
Ничего личного.
Но мы что-нибудь придумаем.
Должен же быть какой-то способ...
Давай так.
Ты не можешь получить свой голос назад,
пока я не отдам его сама.
И только я одна могу спасти тебя?
Ты веришь в это?
Сейчас я верну тебе голос.
Твой голос вернулся к тебе?
Да.
Они веселятся?
Это что, Олимпийские игры?
Эд.
- Я должен идти.
- Куда?
Назад.
Хорошо.
Но я еще не узнал, кто мои родители.
Мне жаль, Эд.
Раньше мне не приходилось сталкиваться
с такими трудностями во время поиска.
Я хотел бы быть
более полезным.
Да все нормально. Ты же дух, а не Бог.
Ты старался изо всех сил.
- Я тебя подвел.
- Нет, мне намного лучше.
- Правда?
- Да. Я был рад, что ты пришел.
У тебя есть друзья, Эд.
Это много значит.
У тебя все будет хорошо.
Просто помни, что нужно смотреть на дорогу.
И она приведет тебя туда, куда
ты хочешь попасть.
Счастливо, Эд.
- Привет, Морис.
- Шелли.
Что случилось?
Шелли, помнишь, как я привез тебя
сюда из Доусона?
Конечно.
Ты привлек меня своим Кадиллаком, Морис.
- Это был прекрасный день.
- Да, я думал, что влюбился, но теперь мне кажется, что нет.
Да?
Все чувствуют боль, когда влюбляются, Шелли.
А я не чувствовал. Я был счастлив.
- Я чувствовала.
- Ты?
У меня были колики, помнишь?
Мне пришлось пролежать почти
всю поездку.
Ты останавливался и давал мне Маалокс
и Пепто-Бисмоль.
Но ничего не помогало.
Не помогало?
- И еще у меня болела голова.
- Да?
- Сильно?
- Ужасно.
Пока мы сюда ехали, я думала, что
у меня воспаление мозга.
Почему ты не рассказывала мне об этом?
Мне не хотелось портить
тебе настроение, Морис.
Мне нужно все это отнести,
пока оно не остыло.
Может, это не я тебя достала, Морис,
но ты уж точно меня доконал.
Мне было просто паршиво половину
времени, пока мы были вместе.
После моей недавней стычки с немотой,
я подумал, что могу поделиться с вами
своими размышлениями о речи.
Не принимайте этого всерьез,
друзья мои,
но если музыка - это дорога к сердцу,
как полагал Вольтер,
речь - это дорога к другим людям.
Живите в тишине - и вы будете
жить в одиночестве.
- Крис.
- Привет.
Я пришел посмотреть, как тут
поживает старый голос.
- Спасибо, отлично.
- Хорошо. С медицинской точки зрения.
- Будут заявки?
- Что?
- Ну, ты понимаешь.
- А, нет, спасибо.
Итак...
Ты вернул голос...
Да. Громкий и чистый.
Все потому что ты...
Ну, как все прошло? С ней?
Она стонала?
Не бери в голову.
Прости, что спросил. Ты прав,
это личное.
- Проехали.
- Ладно.
А все-таки стонала...
Мы все носим боль в сердцах.
Любовь, боль и красоту.
Они всегда вместе,
как аккуратный чемоданчик с секретами.
Жизнь - это грязное дело.
Ее непросто понять.
Она полна неожиданностей,
плохих и хороших.
Как бы то ни было, Мэгги,
если ты слушаешь,
это для тебя.
Вам помочь?
Нет, спасибо, я почти закончил.
Вы живете поблизости.
Недолго. Теперь я живу
в Фербанксе.
Спасибо, что остановились.
- Смит.
- Эд.
Приятно было познакомиться.
Застегнись, идет еще один холодный фронт.
Смит?


Серия 11

Знаешь, кто ты?
Ты кретин. Ты полный кретин!
Лабрадор рождён для воды.
Ты когда-нибудь видел его лапы?
У него же перепончатые лапы!
Встань и скажи мне в лицо, что немецкая короткошерстная
плавает так же хорошо, как лабрадор!
Давай! Вставай!
Еще кто-то в этом заведении хочет высказать
свое мнение по данному вопросу?
Кто из вас считает, что лабрадор -
не лучшая в мире охотничья собака?
- Кто?
- Еще пива.
- Мне кажется, ты достаточно выпил.
- Что?
- Ты слышал.
- Я сказал, что хочу еще пива.
- Шелли, принеси этому человеку куртку.
Шелли.
Никто не выкинет меня из бара.
Уйди сам, и не придется.
Все равно, чертовски жарко здесь было.
Боже!
Это было чудесно.
У меня мурашки по коже.
Честно, Холлинг.
Я уже собралась кричать.
Это было так... здорово.
Мне тоже было хорошо, Шелли.
Ты знаешь, что меня заводит?
Что завело...
Ты не испугался.
- Это было просто невероятно круто.
- Испугался?
Этого отморозка и всего прочего,
ты ведь стоял прямо против него.
А, это...
Однажды, на домашней игре, Бобби Трейвис
прицепился ко мне на стоянке.
А Уэйн побежал за ним и врезал
ему по челюсти.
Но Бобби был всего лишь придурком.
Кроме того, его застали врасплох, так что
Уэйн вовсе не тянул на героя.
Но ты...
У того типа был охотничий нож.
- Он мог тебя убить.
- Я просто сделал то же, что и любой на моем месте.
Ничего подобного!
Такое видишь в кино,
но не в жизни.
И, если подумать, то мне сказочно
повезло, что я могу идти домой вместе с тобой.
- Мм...
- Что?
Хм?
Да что?
- Твоя штучка.
- А что с ней?
- Выглядит забавно.
- Забавно?
Не похоже на то, что у Уэйна, или
у Томми, или у Билли...
Там есть такой... воротничок.
- Ты о крайней плоти?
- Ага.
А почему тебе не сделали обрезание?
Не знаю. Не сделали, когда я родился.
Ммм.
Шелли, раньше это тебя не беспокоило.
Это меня и не беспокоит.
На меня напал жор.
У нас больше не осталось
пирожных?
Как насчет перекуса на скорую руку?
Я пойду вниз. Принести тебе яйцо в маринаде?
Осторожнее, тут, кажется, лед.
- Мог бы предложить помощь!
- Тебе?
Нашей Каламити Джейн, носительнице
духа первопроходцев?
- Я бы не хотел оскорбить тебя.
- Ну зачем ты родился, Флейшман?
От комара пользы больше, чем от тебя.
- От личинки, от глиста!
- Пока, О'Коннелл.
У них был соус-маринад и
сушеные томаты,
но не было грибов шитаки.
Леонард Кек уже возмущается. Он
хотел приготовить му шу цыпленка на воскресный обед.
У меня есть письмо для тебя.
Вот оно.
- Это от папы.
- Дороти Бауэр извинилась,
что по ошибке захватила его со
своей почтой в прошлом месяце.
Она вернулась только сегодня.
Надеюсь, ничего срочного.
Он ловит лосося на Кордове.
Кордова? Он наверняка приедет сюда
навестить тебя.
- Да.
- Жаль, что Рика здесь нет.
- Угу.
- Я уверена, что твой отец был бы рад встретиться с твоим кавалером.
- О, Боже...
- У меня есть раскладушка. Можешь взять ее на время.
Боже мой!
- Доброе утро, Джоэль.
- Привет, Холлинг. Чем могу быть полезен?
Дай-ка подумать. Шея немного беспокоит
меня последнюю неделю.
- Ага.
- И еще иногда у меня тик под глазом.
- Так...
- И я хотел бы сделать обрезание.
И время от времени в колено стреляет.
- Что?
- В колено постреливает.
- Нет. Перед этим.
- Я думал об обрезании.
Обрезание? Как обрезание?
Во имя земли, зачем тебе это?
Ну, во-первых, я слышал,
это более гигиенично.
Да. Это спорный вопрос, Холлинг.
Во-вторых, я слышал, что это стильно.
Стильно? Что, как гофрированные брюки?
Как сережки?
А разве большинству мужчин твоего поколения
не делали обрезание?
Не знаю, может быть. Это зависит
от того, откуда ты.
- А ты?
- Да, но это другое дело.
- Я еврей. У нас это обязательно.
- Ясно.
Мне было 8 дней, Холлинг.
Я был младенцем.
В любом случае, у меня не было выбора.
Отец держал меня, а мать плакала.
Нельзя меня сравнивать с тобой, 63-летним
мужчиной, который решил сделать обрезание
только потому, что это стильно.
- Значит, ты против.
- Разумеется.
Для обрезания нет никаких медицинских
показаний.
Лично я против нецелесообразных
хирургических операций.
Ясно.
Позволь мне сказать еще кое-что
по существу.
Мы говорим об очень чувствительной
части тела.
- Да.
- У тебя будут швы.
Швы, Холлинг,
прямо там.
Итак?
В сложившихся обстоятельствах, я думаю,
это не очень хорошая идея.
Да. Мудрое решение.
Спасибо, Джоэль.
- Кто следующий, Мэрилин?
- Номер 9.
Номер девять.
- Я десятый.
- Что случилось с девятым? Где девятый?
Сэр, вы - номер девять?
Простите.
Эй!
Ого.
Это первый, кого вы потеряли?
Я его не терял. Я его и не трогал.
Он пришел на прием.
Он сидел в кресле.
Знаешь, смерть - забавная штука.
Она всегда бьет исподтишка. Всегда наносит
удар, когда не смотришь.
Ему нравились хорошие ботинки.
- Ты знаешь его?
- Нет. Никогда прежде не встречал.
- Ты не знаешь собственных пациентов?
- Он еще не стал моим пациентом.
И у меня есть ассистент, который думает,
что записывать имена необязательно.
- Она, должно быть, думает, что работает в магазине.
- Это номер 9.
- У него есть документы?
- Не знаю.
Лучше проверить.
Берись с той стороны.
- Ни за что, Морис. Я не собираюсь рыться в его карманах.
- Он же тебя не ударит, сынок.
Мэрилин, лучше запиши все.
Пачка жвачки "Джуси Фрут", осталось
три подушечки.
- "Джуси Фрут", три подушечки.
- Так.
- Маникюрные кусачки.
- Маникюрные кусачки.
Что это?
Что это? Что-то меня схватило!
- Надул я тебя, да?
- Просто поищи документы.
"Взять рубашку на понедельник".
- Есть у него бумажник?
- Нет, только это.
- Ну, одно мы знаем точно.
- Что?
- Не носит обручальное кольцо.
- Великолепно. Потрясающе.
- А кому мы должны сообщить об этом?
- Сообщить?
- Да, есть здесь коронер?
- Коронер?
- Сынок, где, по-твоему, ты находишься?
- Прости, совсем из головы вылетело.
Конечно, здесь нет коронера. Я уж
не надеюсь, что здесь есть гробовщик.
- Милт.
- Милт?
Милт Ваймен? Он же
таксидермист.
Я бы сказал, это делает из него
специалиста высокой квалификации.
- Маргарет!
- Папа!
- Вернусь через три дня.
- Эй.
- Орешек, как ты?
- Хорошо.
- Ты надела шапку!
- Да, и варежки.
Хорошо. Отлично выглядишь.
- Ба, да ты живешь в глухом лесу.
- Да. Но знаешь что?
Мы могли бы слетать на Каличак
и порыбачить.
Хватит с меня рыбалки. Я неделю
торчал на лодке,
слушая, как этот тип стонет,
что правление не выкупит контрольный пакет.
Как насчет Ногиак Глейсер?
Шикарная штука.
Я сказал, чтобы он подал в отставку.
Вот что я сделал из-за "Пинто Флэп".
- Папа.
- Маргарет, я хочу посмотреть, где ты живешь.
- И я хочу посмотреть на твоего парня.
- Ну, дело в том,
- что его здесь нет.
- А где он?
- Он в Анкоридже.
- Ты же не прячешь его от меня, да?
Нет, не прячу. А почему ты так думаешь?
Мы оба знаем, что я чувствовал по отношению
к твоим предыдущим парням.
Например, тот неудачник Брюс с книгой
"Гора моих опасений".
- Я пробовал ее читать.
- Я знаю, папа.
Знаешь, было бы здорово
встретиться с Миннифилдом.
Я говорил тебе, что видел его в '65 в
Детройте на том параде?
Да, но ты же знаешь Мориса.
У него радиостанция, газета.
- Он занятой человек.
- Плохо, что нет твоего дружка.
- Да...
- Когда ты написала, с кем ты встречаешься, я подумал:
"Слава Богу, хоть этот не псих".
Да ладно, не распускай нюни.
Ты понимаешь, о чем я.
Я с нетерпением жду встречи
с твоим доктором Флейшманом.
- Шелли, что это за яйца?
- Это омлет.
Знаешь, по вкусу как креветки.
Смешно.
- У тебя есть какие-нибудь соусы?
- Конечно.
Холлинг, где ты был?
Дэйв не появлялся.
Мне пришлось готовить завтрак одной.
Боже, это дурдом!
- Кто-то сунул пончик в тостер и его заклинило.
- Я ходил к Джоэлю.
- Все заказывают оладьи, а у нас всего две бутылки сиропа.
- Прости, дорогая.
- Ты ходил на прием к доктору Флейшману?
- Ага.
- Твоя шея опять не дает тебе покоя?
- Я ходил по поводу той проблемы, которую мы обсуждали.
- Какой?
- Ты предпочитаешь вырез "под горло" воротничку.
Понимаешь, насчет обрезания.
- Это не проблема.
- Кажется, она все же возникла, и я хотел бы ее решить.
Ты ходил к доктору Флейшману, чтобы
сделать обрезание?
Да, но...
- Ради меня?
- Да, но Джоэль сказал...
О, Холлинг! Никто прежде не делал
ради меня ничего подобного.
Ну, у Уэйна на руке была татуировка в
форме сердца с буквой "S".
- Но это... это просто...
- Дорогая...
...просто невероятно!
То, что ты сделал это ради меня.
О, Холлинг, я люблю тебя!
Я тебя люблю, люблю, люблю.
Это местный вариант морга? Выносить людей на
улицу и укладывать их на столик для пикника?
Мы использовали для этого морозильник
Холлинга.
Или сжигали их. Все зависит от желания
близких.
Почему же мы не положили его в морозильник
Холлинга?
Он битком. Охотничий сезон выдался
чертовски хороший.
- Ты мне говоришь...
- Поднимай!
Так что? Ты хочешь сказать, что мы не
можем убрать пару оленей?
Знаешь, сынок, здесь предпочтение отдается
еде, а не человеческим останкам.
Так что же ворчать по пустякам?
На улице как минимум минус семь.
Единственное, о чем нужно беспокоиться -
это как его сторожить.
Сторожить? Охрану выставить, что ли?
Морис, этот человек мертв.
- Куда он сбежит?
- Я говорю о волках, сынок.
- Волки?
- Да, волки.
Когда умер Джек Катлер,
мы забыли про него.
А ночью пришли волки и забрали
старого Джека прочь.
- Мы нашли только его ботинки.
- Привет, доктор Флейшман.
- Привет, Эд.
- Я слышал, вы потеряли пациента.
Я его не терял. Я даже не знаю кто это.
Похож на одного человека из Слитмута.
- Да?
- Но это не он.
В городе 850 человек и никто его
не знает.
Вот что я вам скажу. Я возьму штемпельную
подушечку и сниму отпечатки пальцев.
Может быть, в полиции есть
данные о нем.
Он похож на скрывающегося от
правосудия.
- Неужели?
- Да.
- Эд.
- Да?
Мы должны охранять этого человека.
Я хочу, чтобы ты нес первый караул
сегодня ночью.
Да, сэр, Морис.
Кофе, Холлинг.
Горяченный, огненный кофе,
пожалуйста.
Почему минус семь на Аляске холоднее,
чем минус семь градусов в другом месте?
Джоэль, я передумал.
Хорошо, разум, который может
изменить решение - здоровый разум.
На самом деле умственное развитие определяется
способностью адаптации к новым раздражителям.
Я решил пройти через это.
Ты же не собираешься...
Холлинг, мы же говорили об этом. Ты принял
мудрое, взвешенное решение.
- Что могло заставить тебя изменить его?
- Привет, доктор Флейшман.
Вы можете поверить большому Х?
Сколько парней позволили бы отпилить
кусочек самого дорогого,
чтобы показать своей малышке,
как ее любят?
- Не много.
- Когда мы пойдем смотреть снимки?
- Какие снимки?
- Ну, чтобы мы с Холлингом сделали выбор.
Когда моя подруга Пэм сломала нос,
доктор показал ей снимки носов.
Длинные и прямые,
курносые и вздернутые.
Шелли, обрезание - не
ринопластика.
О.
Тогда ладно.
Я собираюсь говорить с предприятием.
Вы, ребята, пользуетесь уважением.
Вы понимаете всю важность
хорошего проектирования.
Ягер не был космонавтом, но он
продает свечи зажигания в телемагазине.
Я не имею ничего против работы
на Детройт, Фрэнк,
но ты должен предложить мне товар,
который стоит продавать.
Лично я считаю, что у машин не было
приличного дизайна со времен "Торнадо".
- Эй, О'Коннелл, мне нужно спросить тебя!
- Морис, да ладно!
- Папа, идем. Почему бы нам не пойти ко мне?
- "Дженерал Моторс", "Крайслер"...
- У всех были прекрасные авто.
- А как же "Тандерберд?"
Да ладно, Фрэнк. Тандерберд -
это просто американская калька с БМВ.
О'Коннелл! Эй!
Смотри, куда едешь!
- Пошли, папа.
- Что это за торопыга?
- О'Коннелл!
- Кто-то тебя зовет.
- Я так не думаю.
- Это Флейшман. Фрэнк, приятно было поболтать.
- Я просто хотел спросить тебя!
- Не пропадай.
- Флейшман? - Ты глухая? Ты летала с парнем -
шесть футов, жует "Джуси Фрут", хорошие ботинки?
Дорогой!
- О'Коннелл.
- Ты вернулся!
- Почему ты не сообщил мне, что вернулся?
- Вернулся?
Ну что ты за кавалер!
Ты даже не думаешь о том, что у нас
близкие, доверительные отношения,
- которые мы тесно поддерживаем последние 6 месяцев.
- А?
Какое впечатление это произведет
на моего отца?
На папочку, который проделал такой путь,
чтобы встретиться с тобой, моим парнем, доктором,
- о котором я написала столько чудесных писем.
- А?
- Рад познакомиться, Джоэль.
- Привет.
Я знаю, что тебе пора возвращаться в офис, радость
моя, но надеялась, что мы сможем побыть вместе.
А если нет, уверена, что папа
поймет, какой ты занятой человек.
- Маргарет, меня не проведешь.
- Что?
- Я вижу, что тут происходит.
- Правда?
Ты пытаешься не подпускать меня к Джоэлю.
Она боится, что я тебя отпугну.
- А.
- Не волнуйся, Орешек, я буду паинькой.
- Орешек?
- Пойдем, я закажу тебе выпивку.
Вы прослушали адажио из 7 Симфонии
Бетховена.
Я думаю, что Людвиг обобщил
образ смерти в этом произведении.
Вы знаете, он почти потерял слух,
когда ее сочинил,
и я часто думал, не это ли помогло ему
настроиться на вечную тишину
загробной жизни.
Кстати, пока не забыл, изменился
график дежурств
охраняющих тело неизвестного.
Дорин Мэйфэйр присматривает за больной собакой
и не может дежурить в 7 вечера.
Рут-Энн, ты хотела, чтобы я напомнил тебе,
что ты дежуришь в 6 часов.
К приятным событиям, поздравления
и "лехаим" Холлингу Винкуру.
Послезавтра наш собственный доктор Флейшман
сделает ему обрезание.
Для тех, кто не знаком с этой
процедурой,
- обрезание - хирургическое иссечение
крайней плоти пениса. - Блин.
Так или иначе, Холлинг, если ты слушаешь,
не знаю, какие у тебя планы...
куда потом девать крайнюю плоть,
но, может быть, ты пожелаешь
сжечь ее под фруктовым деревом
по хасидскому обычаю.
Легкий поклон круговороту жизни
в природе.
Как бы то ни было, брат,
эта пластинка для тебя.
Блин.
Знаешь, Джоэль,
Маргарет такая капризная.
Она не ступит в дом, где
нет скатерти на столе.
- Мистер О'Коннелл...
- Фрэнк.
Фрэнк...
Мы отойдем на секундочку?
Только ненадолго.
Я голоден.
- Ладно, О'Коннелл.
- Так.
Просто так получилось, что в нескольких письмах
к отцу я упоминала, что мой парень был доктором.
Ты просто упомянула...
Ты просто упомянула, что твой парень - доктор?
Тихо! На полтона ниже.
Ты имела в виду меня? Меня?
Того, кого ты описываешь как человекообразного
эгоистичного интригана?
Того, кого ты несколько часов назад
ставила ниже глиста?
- Может, ты помолчишь на эту тему?
- Почему?
Почему ты ведешь такую извращенную
двойную игру?
Я не знаю, Флейшман. Возможно,
это ошибка в суждении.
Ошибка в суждении?
Это вранье, наглая ложь.
А почему ты "случайно" не упомянула
отважного Рика?
Слушай, моему отцу подавай
только "высший класс". Он просто помешанный.
Он посчитает Рика недостойным
его маленькой девочки.
Ты что, из Виндзора? Или из
Дома Романовых?
- Рик для тебя недостаточно хорош?
- Не для меня. Для отца.
Ты его не знаешь. Он был самым молодым
председателем правления в истории автопрома.
Знаешь автомобили с задней дверцей?
Это мой папа.
Да хоть "V-8". Жесткая, мастер-на-все-руки-женщина,
Мэгги О'Коннелл
врет папочке как шестилетняя.
Я и не ожидала, что ты поймешь,
Флейшман.
Наверное, у тебя вообще нет родителей.
Наверное ты
вылупился уже взрослым,
сразу из зародыша.
- Почему бы тебе не подумать о ком-нибудь
другом? - Не знаю, случайно о тебе подумала.
Я не предполагала, что вы когда-нибудь
встретитесь.
Пойдем, Флейшман,
всего-то пять минут?
Выпьем по чуть-чуть.
Подыграешь мне? Пожалуйста.
- Что?
- Где ты откопала эту дурацкую шапку?
Так, Флейшман.
Брось, фиг с ним.
Привет, папа, все нормально.
- Что там случилось?
- Да ничего. Правда, ничего.
- А где Джоэль?
- О...
Что происходит?
- Ну, папа, на самом деле он...
- Привет.
Я как раз собиралась сказать папе, что тебе
просто необходимо вернуться в офис.
Если дело в этом, то почему бы вам
не пообедать с нами сегодня вечером?
- Он не может.
- Не могу?
- У него срочное дело в Анкоридже.
- Нет.
- Да.
- Нет.
- Да.
- Как насчет 8 часов?
Отлично.
- Не задерживайтесь.
- Привет, Эд.
Здравствуйте, миссис Стаффл.
Не задерживайтесь.
Шанс будет у каждого.
- Кто-нибудь его узнал?
- Еще нет, Морис.
Чертово сборище.
Я думал, трагедия сплотит город.
- Здорово, Джордж.
- Привет, Эд.
- Привет, Агнесс.
- Посмотри на его руки.
Похоже, что он работал всю жизнь.
- Да.
- Ему, наверное, за 60.
Не задерживайтесь.
Я думаю, мы могли бы как-то помочь ему,
Рут-Энн, если бы кто-то вроде тебя оплакал его.
Все это покрыто тайной...
Не волнуйся, Рут-Энн.
Мы узнаем, кто он такой.
Я не о нем, Эд.
Я о жизни.
Как бы я ни старалась, я не могу
ее разгадать.
Увидимся, Крис.
Проходите.
Привет, Глэдис.
Когда Маргарет было пять, она заняла второе
место на конкурсе "Маленькая Мисс Великие Озера".
- Правда?
- Наши друзья говорили "Зачем ты впутал в это ребенка?"
Но это была ее идея. Она умоляла
нас, чтобы ей позволили принять участие в этом спектакле.
- Ты мне об этом не рассказывала, милая.
- Ну...
- Какую же песню ты пела?
- Я не помню, папа.
Ту, которую пела жена Энди Уильямса.
Женщина, застрелившая лыжника.
- Клодин Лонже "Love is Blue".
- Точно.
У Маргарет был прекрасный голос...
И немного тщеславия.
Орешек, а где скотч?
Скотч, да.
Я верил, что Аляска - это
что-то вроде этапа.
Когда она была маленькой, я брал ее в
походы, а она их терпеть не могла.
Любой шорох ночью - "Папочка, мне страшно".
- "Папочка, что это?"
- Мне тоже.
Извини, такое случается.
- Ты так красива в этом платье.
- Конечно, а разве нет?
Знаешь, тебе следует почаще
надевать платье.
Позволь людям оценить свою шикарную
фигуру.
Почему только я должен быть
таким счастливцем?
Ужин готов.
- Отлично.
- Да.
Мясо и кукурузная каша.
Это моя малышка!
Мэгги - просто чудо.
Все, что она делает - невероятно.
Она нас приучит есть горячий ужин
каждый вечер.
Не могу описать, какое счастье наконец
приволочь домой уставшие ноги.
- А вы давно живете вместе?
- Кто?
А, мы?
Я заметил в ванной лосьон после бритья.
Да не волнуйтесь, я не ханжа.
Вот мать Маргарет - это
другое дело.
Она благопристойная жительница Бостона.
Если она что-то узнает, она
епископу позвонит.
- Мясо великолепное.
- Что?
- Ты куришь?
- И что?
- Просто хотел сказать, я никогда не видел тебя курящей.
- И что?
Ты занимаешься спортом, Джоэль?
- Спортом? Я?
- Да. Чем ты увлекаешься?
А.
Ну, зимой - люжем.
- Люжем?
- Да, занимаюсь люжем.
- Это, кажется, сани?
- Да, но это зимой...
А летом я прыгаю с канатом.
- Что?
- Прыгаю с канатом.
Закрепляешь на ноге эластичный канатик
и прыгаешь с моста.
Знаете ли, Фрэнк, я очень устал от
контактных видов спорта.
То есть вы, конечно, можете подвернуть ногу,
вывихнуть колено, но можете ли вы умереть? Умереть?
Велико ли удовольствие, если в худшем случае
вы полгода проходите с шиной.
- Вы обсуждали свое будущее?
- Папа, хватит вопросов.
Я думаю, Джоэль уже
выдохся от долгого разговора.
Нет, твой папа верно говорит.
Он обладает отцовским правом.
Я уверен, вы хотите знать,
благородны ли мои намерения.
- И?
- И...
Мы с Маргарет очень серьезно говорили
о ее переходе.
Переходе? Куда?
- Ты ему не сказала?
- О чем?
Я еврей.
О.
Пациент - 63 года, белый.
Холлинг Винкур.
Мистер Винкур увлекается плаванием,
фотографией
и любит свежие морепродукты.
Сегодня я собираюсь провести операцию
на "петушке" мистера Винкура,
сделав его молодым и крепким.
Итак, без лишних проволочек,
наш дружок!
Скальпель.
Ой-ей.
О, нет!
- Его можно починить?
- Нет!
Когда тебе сделают обрезание,
Холлинг?
Завтра.
Ни пуха!
Холлинг?
- Да, Шелли?
- Ты поставил ЭТО на стол?
- Да.
- Посмотри, он же весь грязный!
- У тебя руки трясутся.
- Ну, здесь что-то холодновато.
Надень свитер, милый.
Знаешь, Мэрилин, по содержимому карманов
можно многое узнать о человеке.
"Джуси Фрут", например.
Что ты можешь предположить?
- Он любил жвачку.
- Точно.
Также этот человек не боялся
повышения уровня сахара в крови.
Я бы, например, держал в кармане
"Кэфри" или "Экстра".
- Мне нравится "Денти".
- Вот видишь.
Эти кусачки...
Это щепетильный человек.
Он следил за собой.
Но вот...
У нас появляется важная зацепка.
- "Забрать рубашку на понедельник?"
- Верно.
Если мы узнаем, откуда рубашка,
то узнаем, кто он такой.
Где можно оставить рубашку?
В химчистке, так?
- У нас нет химчистки.
- Точно.
Значит, можно исключить эту возможность.
Как насчет портного?
Может, ему надо было пуговицу пришить.
- У нас нет портного.
- Ладно, ладно, останься здесь.
Может, мы что-то нароем.
Предположим,
что у него была знакомая,
которая ему стирает.
Я пойду обедать.
Я хотела поблагодарить тебя за
вчерашнее представление.
- Я был великолепен, да?
- Ты был подл.
Ты пал так низко, что даже я
не ожидала.
Не думала, что ты можешь так обдурить отца.
Ты вел себя как злобный садист.
Ты на коленях должна меня благодарить. Тебе
был нужен идеальный парень, я его изобразил.
Как раз то, что папочка хотел для
своего маленького Орешка.
Ты этим наслаждался,
точно преступник.
Не я сплел эту паутину лжи.
Я не говорил твоему отцу,
что я твой суженый.
Я тоже не говорила "суженый".
Я сказала "парень".
- "Парень".
- Прошу прощения. Признал ошибку.
И то, что я сделала -
это совсем другое.
Да, это намного хуже.
Настоящий "пиар".
Платье, кукурузная каша.
И та сигарета... Это отвратительно,
О'Коннелл, моя одежда еще воняет.
Что плохого в том, чтобы позволять ему
думать то, что он хочет?
- Что в этом плохого? - Да ничего. Просто
он думает, что его доченька - Барби.
И что с того? Он живет в 4000
миль отсюда.
И это логическое обоснование?
Это объясняет твой поступок?
Слушай, я просто не хотела, чтобы он
беспокоился.
- О чем?
- Обо мне.
- И как долго все это будет продолжаться?
- Не знаю.
- Мне ехать к тебе домой на Рождество?
- Боже мой, нет. Я что-нибудь придумаю.
Доктор Колач из Джуно
на первой линии.
У нас только одна линия.
Алло. Это доктор Флейшман.
Так. Слушайте все!
Я только что говорил с медицинским экспертом
из Джуно по поводу вскрытия.
И он любезно согласился забрать тело.
- Что я такого сказал?
- Он наш! Он принадлежит нам!
- О чем вы говорите?
- У него доброе лицо.
Доброе лицо? Ты сказал, что он
выглядит как скрывающийся от правосудия.
Он всю жизнь трудился в поте лица.
Погодите-ка. Это что,
как-то влияет?..
Мы сидели с ним два дня.
Мы знаем его.
И мы не хотим отдавать его туда,
где никто о нем не позаботится.
Правильно!
Слушайте, я думаю, что все мы
пытаемся сказать,
что чувствуем некую привязанность
к этому человеку.
Мы его, конечно, не знаем,
но мы к нему привязались.
Он похож на пруд. Понимаете,
мы видим свое отражение.
Как бы то ни было, этот человек
заслуживает похорон со всеми почестями.
Наши зимние условия
исключают погребение...
Погодите, вы ничего не можете
сделать
с этим телом, пока я не выпишу
свидетельство о смерти.
А я не могу его выписать, пока не
узнаю, по какой причине он умер.
А я не смогу этого узнать, пока кто-нибудь
не проведет вскрытие.
- Тогда почему ты не делаешь этого?
- Потому что... у меня нет подготовки.
Ты недооцениваешь себя, сынок.
- Но я не патологоанатом!
- Тогда тебе придется что-нибудь придумать.
Но ты не отправишь его в Джуно.
- Точно! Правильно!
- Так и надо!
Хорошо! Хорошо-хорошо!
Я полагаю, что им не потребуется
все тело.
Могу я хотя бы послать им несколько
жизненно важных органов?
- А их вернут?
- Думаю, да. Я могу спросить.
- Ладно.
- Хорошо. Похороны неизвестного состоятся
сразу же после возвращения указанных
органов.
Вы подготовите речь? Хорошо.
Собрание объявляется закрытым!
Джоэль!
- Да! Да!
- Джоэль!
Джоэль, ау?!
Джоэль!
Холлинг, два часа ночи, что
ты тут делаешь?
Я решил немного прогуляться...
и хотел убедиться, что с тобой
все в порядке.
- Да, да, все отлично.
- Джоэль,
я не хочу, чтобы ты волновался
о завтрашнем...
- Ага.
- Конечно, это большая ответственность.
Но я пришел сказать тебе,
что все завтра пройдет "на ура".
- Холлинг, ты пьян?
- Знаешь, мы с петушком
пройдем все беды и горести вместе.
Все капканы... Только я, он
и полная луна.
- Какой петушок?
- Он не боится пары маленьких старых щипцов.
А.
А что до меня, то после свидания с Джесси
у меня остались 133 шва.
Меня зашила индейская женщина, которая
оперировала меня на краю плато.
Она сказала, что у меня очень
высокий болевой порог.
Слушай, Холлинг, в 133
швах нет никакой нужды.
И я дам тебе обезболивающее.
Джоэль, я знаю, что ты хочешь
проявить ко мне особую заботу.
Ты замечательный доктор,
отличный терапевт.
Могу я посмотреть на твои руки?
У тебя отличные руки.
Небольшие, но хорошие.
Холлинг, тебе вовсе необязательно
это делать.
Если ты сомневаешься, откажись.
Джоэль, я тебе сказал.
Не волнуйся.
Все пройдет "на ура"
Попробуй выспаться.
Кем же ты был?
Почему никто тебя не разыскивает?
У тебя не было ни семьи,
ни друзей.
Я и сам одинок.
У меня был брат, Малькольм.
Он умер в прошлом году.
Он задолжал мне 8000 долларов.
Восемь тысяч долларов, которые
я никогда уже не получу.
Я полагаю, ты думаешь, что 8000
не очень много значат для человека
с моим положением,
но это вопрос принципа.
Человек не должен покидать землю,
не закончив всех дел.
Он должен каждый день проживать так,
будто дан ключ на старт.
Каждое утро он должен спрашивать себя:
"Готов ли я к полету?"
Готов ли я?
- Они здесь.
- Заходите.
Шелли, там в углу какое-то тряпье.
Можешь начать с того, что порвешь
их на бинты.
Просто прикалываюсь.
У нас тут полнофункциональное обслуживание.
Холлинг, можешь снять трусы
и лечь на стол.
А ты не дашь ему какой-нибудь газ?
Не думаю, что это необходимо.
А ты, Холлинг?
- Нет, раз ты так говоришь, Джоэль.
- Тогда начнем?
- Это больно?
- Ну, у Холлинга высокий порог чувствительности к боли.
Я уверен, тебе знакома история Джесси.
Снимай штаны.
Подожди минутку.
Это все так быстро...
Шелли, у меня полный коридор пациентов.
Раз начали, так давайте закончим побыстрее.
- Ладно...
- Что это?
- Что?
- Здесь, на шее.
Э- э... ничего.
Холлинг, он доктор.
Это след от поцелуя.
- Я немножко увлеклась.
- Хм?
- Что?
- Когда это произошло?
- Позапрошлой ночью.
- И он не прошел?
- Ммм...
- Что?
- У него может быть геморагический диатез.
- Геммор... что?
Когда свертываемость крови
хуже, чем нужно.
Знаешь, в пенисе очень много сосудов.
Если у тебя проблемы с кровью,
нужно отнестись к этому серьезно.
- Да?
- Да, я не...
Я не могу провести эту операцию.
- Что?
- Я уверен, все будет в порядке, Джоэль.
Если бы существовала угроза жизни, при которой требовалось
хирургическое вмешательство, я бы сделал это немедленно.
Но это необязательная косметическая
хирургия. Я не могу этого сделать.
Я не могу подвергать твою жизнь риску.
Я знаю, как сильно ты этого хотел, Холлинг.
Я отвратительно себя чувствую.
Ты пришел ко мне с просьбой. С
одной-единственной маленькой просьбочкой.
А я что сделал? Я обманул тебя.
Ты знаешь, как я себя чувствую из-за этого?
Беспомощным неудачником!
- Ну...
- В колледже тебя к этому готовят.
Они говорят тебе, что будут ответственные
решения, придет время, когда
чья-то судьба будет в твоих руках, время,
когда тебе придется играть роль Бога.
Но ничто не может подготовить тебя к таким
моментам. Ничто.
Сможете ли вы когда-нибудь простить меня?
Сможете?
- Ну...
- Холлинг, я знаю, как ты подавлен...
Но, как говорила моя бабушка,
подарок не только то, что можно подержать
в руках, главное - забота.
И, по правде говоря, мне нравится
твой маленький воротничок.
- Правда?
- Ага.
- Серьезно?
- Он просто обалденный.
Джоэль...
Джоэль, мы тебя простили.
Маргарет, тебе не попадалась моя бритва?
О, я ее, наверно, положила в чемодан.
- Ты собрала мои вещи?
- Папа, я не хочу, чтобы ты пропустил самолет.
Маргарет, осталось еще три часа.
Я знаю, но в это время года...
лавины...
- Почему мне кажется, что ты хочешь избавиться от меня?
- Не говори глупостей.
Маргарет, если это как-то связано с Джоэлем,
хочу, чтоб ты знала: мне он понравился.
- Правда?
- Да.
Папа, а тебе не кажется, что
у него завышенная самооценка?
- Для молодого человека, как мне кажется, это простительно.
- И высокомерие?
Это тоже. Он мне понравился.
Очень понравился.
Папа, моего парня зовут Рик.
Он летчик.
Он не очень привлекателен.
Он не учился в колледже. И у него нет цели в жизни.
Ты бы его возненавидел.
- Что?
- Я солгала насчет Джоэля, папа.
Я знала, что именно с таким человеком ты
хотел бы меня видеть.
- Вчерашний вечер был спектаклем.
- Почему?
Почему? Потому что всю жизнь я ничего не
слышала от тебя кроме критики в адрес моих парней.
- Все они были недостойны.
- Ты права.
- Видишь?
- Что?
Ты меня представляешь в белых перчатках
и кожаных туфлях...
Маленькая папенькина дочка.
Это не я. И в этом нет твоей вины.
Виновата я.
Я в это играла. Показывала тебе то,
что ты хотел видеть.
Вот кто я.
Я живу на Аляске. Летаю на самолете.
Моего друга зовут Рик.
Я не готовлю и редко надеваю платье.
- Папа, я хочу сказать, что...
- Я знаю, что ты хочешь сказать.
Я не дурак, Маргарет.
Я обещал маме, что привезу пару
шерстяных мокасин.
Дай мне умыться, и мы заедем в маленький
магазинчик в городе.
- 18, 19, 20.
- Спасибо.
- Уверена, вашей жене они понравятся.
- Рут-Энн, есть у вас ватные палочки?
- Они в подсобке, Джоэль.
- Привет, Джоэль.
- О, Фрэнк.
- Я уезжаю. Возвращаюсь домой.
Приятно было познакомиться.
Ваша поездка была удачной.
Может, однажды мы с Мэгги приедем
в Гросс Пойнт.
Смешно. Ты думаешь, что
твои дети будут богаты,
и тогда ты перестанешь заботиться
о них. Но такого не бывает.
Мне намного лучше, потому что я знаю,
что у Мэгги есть на кого положиться.
Прыжки с канатом, да?
Тот факт, что мы не знаем этого человека
не имеет значения.
Ведь его опыт - это наш опыт.
Его судьба - это и наша судьба.
Как говорил Екклесиаст,
"Все суета сует".
Я думаю, что эта эпитафия подходит
нам всем.
Покуда все мы стремимся
за земными благами,
нас окружает слава,
семья и друзья.
Но перед лицом смерти мы одиноки.
Но в смерти есть уединение,
которого мы хотим добиться в жизни.
Я знаю, звучит иронично,
но такова истина.
"Мы понимаем, что все суета,
когда ничего не остается".
Иногда мне сложно угнаться за его
мыслями.
Хотите ли вы что-нибудь добавить?
- Мэгги.
Я бы хотела прочитать стихотворение.
"Не допускаю я преград слиянью
Двух верных душ!
Любовь не есть любовь,
Когда она при каждом колебанье
То исчезает, то приходит вновь.
О нет! Она незыблемый маяк,
Навстречу бурь глядящий горделиво,
Она звезда, и моряку сквозь мрак
Блестит с высот, суля приют счастливый.
У времени нет власти над любовью;
Хотя оно мертвит красу лица,
Не в силах привести любовь к безмолвью.
Любви живой нет смертного конца...
А если есть, тогда я не поэт,
И в мире ни любви, ни счастья - нет!
Она и правда классно пишет.
Ты в порядке?
Прах к праху, пыль к пыли.


Серия 12

Знаешь, что я думаю?
Мне кажется, они сделали это вместе.
В самом деле, они оба
его на дух не переносили.
Давай поспорим... на что угодно,
что они были в сговоре с самого начала.
Профессор Плам и миссис Уайт?
Да. Они же были повязаны.
Однажды мне пришлось оттаскивать
Полковника Мастарда от миссис Пикок.
Три карты, О'Коннелл,
место, оружие и убийца.
Один убийца.
Уже больше 10 часов. Мне пора.
Я же вижу все твои карты.
- Так не смотри.
- Не могу.
Может, включим отопление, О'Коннелл?
Я замерзаю. Можно надеть?
Не думаю, что стоит это делать.
- Что? Рик будет возражать?
- Нет. Это не его.
Ну так в чем дело?
Давай скорее. Я самолет пропущу.
Мы оба знаем, что это библиотека.
Это глупо, О'Коннелл, нельзя
играть в "Разгадку" вдвоем.
Конечно же, это Полковник Мастард
с подсвечником в библиотеке.
Может, теперь мы пойдем? Пожалуйста!
Я не хочу, чтобы ты уходил.
Останься.
Останься.
Останься...
Дайте мне какую-нибудь фигню.
Боюсь, у нас нет "какой-нибудь
фигни", доктор Флейшман.
Ну, тогда дайте мне какую-нибудь
туристическую фигню.
Леденцы в форме белой куропатки подойдут?
Это птица-символ штата,
в самый раз для туристов.
И они с марципаном,
так что это еще и вкусно.
Чудесно. Возьму три коробки.
Так.
Одна для твоих ребят и одна для...
Разве это не прекрасная мысль?
Я не удивлюсь, если она примет тебя
с распростертыми объятьями.
- Это не для Элейн, а для...
- Так-так...
Знаете, у меня ведь
полно друзей в Нью-Йорке.
Друзья из училища, из колледжа,
из... из Научного общества Бронкса.
И я еще общаюсь с Ричи Маркс...
У нас был бар-мицва. Там ставились
двойные пьесы синагоги Темпл Бет Шалом.
Да. Он хотел достать нам
билеты на Шанид О'Коннор.
- Она выступает в "Палладиуме".
- Замечательно.
Я даже не знаю, как все
успею за две недели.
Если ты едешь туда, какой
смысл возвращаться обратно?
Тебя посадят в тюрьму за
нарушение условий контракта.
Да. Веская причина.
- Доброе утро, Мэгги.
- Привет.
- Салют, О'Коннелл.
- Привет.
Твое кресло приехало. Старая развалина.
Мне пришлось помогать
выгружать его из машины.
Спасибо, спасибо.
Делаю запасы для своего небольшого
путешествия в Большое Яблоко.
Собираюсь нажиться на белых куропатках.
Хочешь коробку на память?
Всякий раз, откусывая голову куропатке,
будешь вспоминать меня.
Нет, спасибо. Пойду-ка к машине.
- Лучше попроси Рика помочь.
- Не могу, он на Алеутских островах.
- Я помогу тебе.
- Ты?
Конечно. Почему нет?
Затеваешь какую-то подлость, Флейшман?
Типа розыгрыша? Например, я помогу
тебе с креслом и нечаянно сброшу
его тебе на ногу?
- Да.
- Нет конечно!
Спасибо, Флейшман. Это...
Это очень мило.
Я это высоко ценю, просто у меня
уже выработался условный рефлекс,
и я могу никогда не выразить
свою признательность открыто.
Тебе, по крайней мере, потому что
ты подлый, двуличный корыстолюбец,
и я всегда думала, что ты
замышляешь что-то недоброе.
Можешь не благодарить.
Вернусь через 5 минут за марципаном.
Хорошо, Джоэль, я все упакую для тебя.
В плену карусели времени
мы совершили еще один круг и
приближаемся к очередной оргии в
честь Дня Рождения Сицели, Аляска.
Точно. Завтра - день Основания,
когда мы собираемся в церкви и отмечаем
тот знаменательный день 1932 года,
когда Сицели и Розлин остановились здесь,
на мысе новой Аляскинской Ривьеры.
И с честью вышли из тяжелого положения.
Это наглая ложь!
И никто не знает, что произошло в том
остановившемся в лесу автомобиле
с Сицели и ее самой лучшей подругой.
Черт подери! Я ему говорил, чтоб
он убрал эту лесбиянскую чушь!
Одинокие, тоскующие по дому,
выпили по паре глотков из фляжки Розлин.
Одно за другое... Да ладно,
мы все видели фотографию Сицели.
Конечно, она немного полновата,
с двойным подбородком,
но очень привлекательна,
в стиле Маргарет Тэтчер.
Это не чушь, Морис.
Сицели и Розлин
глубоко любили друг друга.
Вот почему они в первую
очередь приехали на Аляску.
Они не могли снискать одобрения
в обществе Биллингса.
Тогда почему, черт их дери, они
должны были найти его здесь?
Я ничего не имею против лесбийской любви.
Я сам иногда смотрю эротику.
Но почему поднялись Геката,
Персефона и, кто там еще, и сказали:
"Эй, ребята! Неужели это все,
для чего вы созданы?"
- Речь идет о великом таинстве...
- Вот оно!
Раз уж речь зашла о таинствах,
в эту среду в библиотеке Рут-Энн -
продолжение "Месяца Разорения и Смерти"
в киноклубе.
Сегодня смотрим "Авария на 10 Шоссе".
Взято из частной коллекции Эда.
Да, пожалуй, это были мои 15 минут.
Ингрид! Уже апрель?
Как быстро летит время. А кажется,
будто я только что уехала.
- Да.
- Привет, Эд.
- Я только что услышала твое имя по радио.
- Спасибо!
- Отлично выглядишь, Ингрид.
- Да и ты молодцом держишься, Морис.
Твой любимый снова вышел на лед?
Да. Зайцев прибавилось на 8 процентов.
Как это он не замерзает в этой
крошечной палатке?
Да он даже не чувствует холода.
До конца сезона
у него в голове будут сплошные
зайцы, зайцы, зайцы.
Я могу это понять.
- Какая помощь! Смотри под ноги!
- Сюда, сюда, сюда.
Спасибо. Интересно, из чего оно
сделана? Наковальню переплавили?
Молодец, Флейшман! Мои записи!
- Я надеюсь, к самолету ты относишься бережнее.
- Они были в алфавитном порядке.
Шикарно, О'Коннелл. Коул Портер.
Ты слышала, как Шанид О'Коннор поет
"You Do Something To Me?"
Это потрясающе.
- Ладно, где поставить эту штуку?
- В углу, если не трудно.
А, да. У алтаря.
Я считаю, что альбомы с фотографиями
- это шаблонно.
А. А скольких друзей ты потеряла?
Четверых.
Это и правда необычно.
Нет, я серьезно.
Я хотела использовать свечи, но
побоялась, что диорамы загорятся.
- Большая часть этих фигурок сделана из пастели.
- Из пастели?
Да, я расплавила ее
и положила в формочки.
А когда они остыли, я
их немного раскрасила.
А где ты достала пластиковые суши?
В Ситке.
Гарри вышел хуже всех.
Что бы я ни делала, тальк
все равно не похож на снег.
Хотя, Рой неплох.
Он любил эти калифорнийские булочки.
А почему тут кругом узор горошком?
- Это черные шляпы.
- Черные шляпы?
Символ... сам знаешь чего.
- Смерти?
- Точно.
А что означают эти макароны?
- Жестокость по отношению к другим людям?
- Ничего, Флейшман.
Ничего они не значат. Это макароны.
А что ты сделаешь для Рика?
Самолетик или мини-Солофлекс?
Очень остроумно.
А теперь поставь кресло под суши.
Ты удивительный.
Невероятный.
Яркий.
Лучше, чем Баззер?
Знаю, знаю.
Я не хочу, чтобы ты
говорила с ними обо мне.
У тебя же культ уединения.
Никаких обедов в гостях,
никаких прогулок по городу.
Мне нужно поддерживать твою репутацию.
Такая женщина как ты в таком городке...
Твоя репутация рухнет через неделю,
если они начнут чесать языками.
Ты сладкий.
Очень сладкий.
Как Джонно?
Морис, ты такой дурачок.
Спорю, в кровати он великолепен.
Скучный,
но очень, очень надежный.
И всегда сверху.
- Я прав?
- А что, если я не скажу?
А если я тебя заставлю?
У меня есть кое-что,
что пробьет твою броню.
Что ты делаешь?
Морис! Не надо!
Опять? Да ты просто дьявол.
Плохой мальчик, плохой.
- Пять. Четыре. Три. Два. Один.
- О, Морис...
Ключ на старт. Пуск!
Господи!
Раз, два, три, четыре.
Простите, я опоздал.
- Ваш ход, мистер...
- Стрейзанд.
Ваш ход, мистер Стрейзанд.
А!
Давай не будем говорить ему о крушении
самолета Анкоридж-Нью-Йорк.
Если он узнает, что умер,
весь вечер пойдет насмарку.
- Разве она не прелесть?
- Мэгги?
Мисс Скарлет.
Гиллиам, мне плевать, нравится
тебе или нет! Как скоро...
Я удивлен, что в Нью-Йорке кто-то...
Нет, я никогда не слышал
о докторе Дэвиде Гинзберге.
Гинзберг. Еврей.
Может, тебя это шокирует, но не
каждый еврей из Нью-Йорка знает
всех остальных евреев в Нью-Йорке.
Мы же не Братство, у нас
нет тайных рукопожатий.
Да не братья, а Братство масонов.
Ладно, проехали. Замечательно.
Жду не дождусь встречи с ним.
Ну, дела. На замену едет
доктор-еврей из Нью-Йорка.
- Этот вид мне знаком.
- Да?
Спорим на твои унты?
Доктор Дэвид Гинзберг. Бакалавр
искусств, Сити Колледж. Доктор
медицины, Университет Коламбия.
Знаю ли я таких ребят?
Я и есть такие ребята.
Он полюбит Сицели, Аляска.
- Здравствуйте, я бы хотела увидеть доктора.
- Это он.
Могу я вам помочь?
Можно поговорить с вами наедине?
Разумеется.
Мы раньше встречались, мисс...
Клочнер. Нет, я здесь проездом.
Бен на этой неделе считает зайцев.
Звучит интригующе. Кто такой Бен?
- Мой муж.
- А, понял.
Ну так в чем же заключается
ваша... проблема?
Не моя, а Мориса.
Мориса? Мориса Миннифилда?
- Прошлой ночью он вдруг начал храпеть...
- Погодите, погодите...
Простите, миссис Клочнер...
Я не хочу быть навязчивым, но...
просто хочу убедиться, что мы говорим об
одном и том же Морисе Миннифилде...
- Да, о космонавте.
- Хорошо. Просто хотел удостовериться.
Я крепко спала, но меня разбудил его храп.
Вообще-то, я подозревала,
что Морис храпит.
Я этого ожидала.
Странно, я даже рассчитывала на это.
Это так... Так похоже на Мориса.
Так или иначе, я проснулась
и посмотрела на Мориса,
но он вдруг перестал не
только храпеть, но и дышать.
- Погодите. Морис перестал дышать?
- Ну да.
Если бы я не стала трясти его,
боюсь даже подумать, что могло случиться.
Миссис Клочнер,
я понимаю, что это не мое дело,
но ради медицинского обследования,
были ли... другие подобные случаи,
замечали ли вы подобные расстройства раньше?
Да. Но в этот раз он впервые
на самом деле перестал дышать.
Ха.
Так...
Скажите Морису, чтобы он
пришел ко мне на прием.
Это невозможно. Он категорически
возражает против визита ко врачу.
Я знаю, что многого прошу, но не
могли бы вы поговорить с ним ради меня?
Конечно.
Это остановка дыхания во сне, апноэ,
несколько необычно для взрослых.
Дыхание прекращается на короткое время,
а потом вы снова начинаете дышать.
Это смертельно?
Только если вы совсем перестанете дышать.
Все люди любят.
Никто этого не замечает,
но когда сталкиваешься с этим, понимаешь,
что любовь и не должна проявлять чувства.
И я скажу вам почему.
Добрую половину времени
вы топчете чье-то сердце,
или кто-то оставляет
следы на вашем сердце.
Обычно этим занимается другой
человек, мужчина или женщина.
Но в данном случае, наших влюбленных
основательниц, Сицели и Розлин,
мучила крепко сбитая
трансвеститка Мораль.
Крис?
Привет.
Я просто репетировал
речь ко Дню Основателя.
Не знаю, может, стоило
обыграть тему "старых дев"...
Кажется, я не вовремя.
Нет-нет. Мне нужен перекур.
Заходи. В чем дело?
Я чувствую себя полной дурой,
задавая тебе этот вопрос,
но, если у человека есть...
предчувствие, что другой
человек вскоре умрет,
но они не слишком близки,
обязан ли, с точки зрения морали,
предчувствующий предупредить жертву?
Зависит от характера предчувствия.
Это из разряда "мурашки пробежали по моей
спине" или что-то более определенное?
Это сон. Повторяющийся сон.
Мы с Флейшманом играем в "Разгадку",
и он надевает черную шляпу.
Черную шляпу?
Боже ты мой...
А мне так нравился Джоэль!
Что это означает?
Мэгги, я думаю, твоя история
с мужчинами все объясняет.
А черная шляпа? Что должно случиться?
- Полет из Анкориджа в Нью-Йорк.
- Нет!
- Крушение самолета?
- Ага.
Я чувствую, что должна предупредить его.
- Или нет?
- Думаю, должна.
Я хочу сказать, если ты не скажешь ему,
и он погибнет в самолете,
- тебе придется жить с этим до конца твоих дней.
- Я знаю.
С другой стороны, что,
если ты скажешь ему,
он поменяет билет, и его
самолет как раз и упадет?
- Господи, об этом я даже не подумала.
- Да,
судьба может быть очень хитра.
Судьбой нам предначертано
закончить этот разговор
и принять решение, которое мы примем.
Так... так ты хочешь сказать,
что какой бы выбор я ни сделала,
все идет к тому, что он умрет?
Возможно. Предполагается, конечно,
что у тебя свободная воля,
но нельзя искать
спасение в предположении.
Значит, я должна сделать выбор,
а потом очень быстро
сделать противоположный.
Да.
Но возможно тебе
предначертано поступить именно так.
Она тебе сказала?
Морис, она переживала за тебя.
Закрой варежку, молокосос.
Если ты скажешь хоть слово,
бросающее тень на репутацию этой леди,
тебе придется отвечать передо мной.
Я буду хранить ее тайну до могилы.
Конечно. Секс со всеми
подряд - это дело рок-звезд.
Но у тебя есть мысли? Мысли какие-нибудь?
Какую длину члена должен
поддерживать космонавт?
Нет...
Длинную!
Ваш покорный слуга обычно воздерживается
от окунания фитиля в масло,
но Ингрид была поклонницей,
которой я никогда не мог отказать.
Миссис Клочнер - поклонница космонавтов?
Некоторые женщины, когда они видят
мужчину, храброго настолько, что он может
отправиться в тьму бесконечности
в легком костюмчике, -
я имел в виду большинство женщин
- они возбуждаются.
Возбуждаются, может быть.
Возбуждаются, хорошо.
Но это уже выходит за рамки...
Это... это...
Это настоящее возбуждение.
Морис, единственный способ узнать, есть ли
у тебя апноэ - это осмотреть тебя спящим.
- Нет, сэр. Ни в коем случае.
- Но Морис...
Ты думаешь, я собираюсь спать сном
ребенка, пока ты ползаешь вокруг меня?
Я просто хочу проверить твое дыхание.
Да, и посмотреть в мои уши, и лампочкой
посветить мне в нос, и Бог знает что еще!
Да я для этого и пальцем не пошевелю!
Как бы тебе понравилось,
если б я смотрел как ты спишь?
- Я бы не...
- Это просто нелепо!
Дело закрыто.
Там. Видите?
Работает.
Вы его починили!
Дайте человеку набор гаечных
ключей, и он починит что угодно.
Чуть-чуть подверну... Вот и все.
- Ну разве не красота?
- Красота? Вы бы еще позднее пришли!
Я звонил кое-кому аж 6 недель назад.
Вы откуда добирались, пешком из Нома?
Из Нью-Йорка. Ночной рейс из Кеннеди.
- Просто кошмар.
- Они показывали "Отмеченный смертью".
Вы мой сменщик, доктор Гинзберг?
Прошу вас! Терпеть не могу это "доктор".
Он хочет, чтобы его звали Дэйвом.
Надеюсь, вы не возражаете,
я тут осмотрелся.
- Тут была мебель. Я ничего не трогал.
- Я вижу.
Знаете, обычно я не
ввязываюсь в эти замены.
Говорите о Нью-Йорке,
что вашей душе угодно,
но у меня здесь обширная практика.
Я не могу согласиться.
Но когда они сказали "Аляска"...
Я имею в виду, мы говорим о
дикой природе. Я прав?
Мы говорим о нетронутой красоте.
Мы говорим о мечтах городского
мальчишки, ставших реальностью
на две фантастических недели.
Вы правда собираетесь здесь остаться?
- Конечно.
- А из какого вы района?
- Флашинг.
- Из Флашинга?
- Вы знаете Флашинг?
- Да, я оттуда. Угол 139 и Главной.
- У железной дороги Лонг-Айленда.
- Точно.
Вот это да! Мир тесен!
А.
Так, я, пожалуй, уберу это все с дороги.
Я просто положу это в...
Все равно выучу этот тлингит.
Доктор Флейшман, Дэйв останется здесь?
- Да-да, Дейв остается.
- Отлично.
Эй, Эд!
Какого ты мнения об этом Дэйве?
- Он очень милый.
- Да? И на чем основано это заключение?
На его доброжелательности.
Вдобавок, он отличный доктор.
- Да? И как же ты это узнал?
- Ну, он еврей... из Нью-Йорка.
Этот Дэйв еврей? Кончай трепаться.
У него нет пигментации.
У него корни блондина.
- Скандинавские?
- Корни волос!
Это еврей-самозванец, Эд.
Какой-нибудь вшивый трудяга,
который сменил фамилию "Гилмор"
на Гинзберг, чтобы взять кредит.
Еврей! Что за чушь такая!
Какой еврей похож на сантехника?
- Майкл Лэндон.
- Майкл Лэндон - еврей?
- Маленький Джо? Ты издеваешься?
- Нет.
Скажу тебе, что Гинзберг - не еврей.
Да что я нервничаю?
Я же уеду через два дня.
А, это ты...
- Я думала, ты внутри.
- Дэйв внутри.
Пойду поболтаю с ним, пока он здесь.
Пока.
Что такое, О'Коннелл?
Слушай, я знаю, что у тебя самолет
из Анкориджа в субботу.
И я в курсе, что мне надо доставить
тебя туда, но у меня командировка,
и когда я закончу, будет уже очень поздно.
Мне очень жаль, но тебе придется лететь
другим рейсом. Договорились? Спасибо.
Ты о чем? Сменить рейс?
- Я неделями планировал эту поездку!
- Прости.
У тебя командировка?
Что за командировка? Куда?
Это личное. Личная командировка.
Ты что, в химчистку собралась?
Ты лжешь, О'Коннелл!
Ты просто пытаешься
улизнуть от соглашения.
Нет никакой командировки. Ты просто
не хочешь везти меня в Анкоридж.
Последние 4 месяца я жил этой поездкой.
- Да знаю я, знаю!
- И что?
Это все из-за идиотского сна о том,
что твой самолет разобьется.
- Что?
- Ты слышал.
Ты хочешь отменить мою поездку
только потому, что тебе приснилось,
что мой самолет разобьется?
Да. Нет. Ты умер.
О.
- Я тебе снился?
- Несколько раз.
Так ты беспокоишься обо мне?
Беспокоюсь, Флейшман, беспокоюсь.
Подобное беспокойство люди испытывают
по отношению к любому живому существу.
- Я тронут.
- Не стоит...
Нет, я правда тронут.
Ты просто невероятный себялюбец,
ты в курсе, Флейшман?
- Ты и вправду беспокоишься обо мне.
- Чудесно. Просто потрясающе!
Хочешь потешить этим свое
мужское самолюбие? Валяй!
Но я тебя предупредила, и теперь
твоя жизнь в твоих руках.
В отличие от чьей? Твоей?
В это время года лучшее место
- это Югамак Пэсс.
Вставьте тент в сугроб, у вас
будет защита с трех сторон,
звезды так близки,
что их можно коснуться.
Разведите небольшой
костер, и, если вы сидите тихо,
сохатый придет посмотреть на свет.
Однажды ночью я видел четверых.
Убил всех без исключения.
Удачи!
У него оленьих рогов по самое не могу.
Вы не хотели бы подстрелить
парочку лосей в эти выходные?
- Вместе со мной, хотел я сказать.
- Спасибо, Дэвид.
Но несколько лет назад я начал
смотреть на мир глазами оленя.
Сейчас я стреляю дичь
только из "Фуджифильма".
Понятно.
- Доктор Флейшман?
- Эд.
Два средних лосьбургера.
- Спасибо, Шелли.
- Да не за что.
Ну вот, забыл, на чем остановился.
Ты сказал "доктор Флейшман".
Точно. Доктор Флейшман.
Эд?
Я вам нравлюсь?
- Конечно нравишься.
- Отлично.
Значит, вы продадите свой билет...
Ты мне нравишься, но не настолько...
Эд, мне никто настолько не нравится.
Я собираюсь в Нью-Йорк.
Я не изменю планы из-за
какого-то дурацкого сна.
Но вы были в Киноклубе. Вы же
видели "Эту прекрасную жизнь".
- Да? И что?
- Вы не помните?
Джимми Стюарт думал,
что впустую прожил жизнь.
А потом он увидел, как
влиял на других людей.
Просто представьте, каким
бы был этот город без вас.
Вы можете это представить,
доктор Флейшман?
Представьте. Я хочу сказать, вообразите.
Спасибо, Морис.
Я думаю, самое время произнести тост
в честь маленькой леди, которая
значит для меня ужасно много.
Мне кажется, ты точно
знаешь, о ком я говорю.
Да.
Спасибо.
Ты так добр ко мне, Морис. Просто...
Что? Что ты пытаешься сказать, Ингрид?
Я подумала, может, я останусь
сегодня в городе.
Сегодня? На ночь?
- Да.
- Ингрид, ты знаешь, что утром я лучше.
Это была прелюдия...
подготовка к главному событию.
Я просто не думаю, что...
Потому что не я управлял той ракетой?
Боже мой, Ингрид, я же не Шепард.
Ты же не думаешь, что я всю жизнь думаю
"Почему Эл, почему Эл, почему Эл?"
- Морис, это тут ни при чем...
- Все нормально, я был дублером.
Гриссом летал раньше меня.
Давай, скажи, что я был лишь вторым.
Морис, полеты тут ни при чем.
Вчера ночью ты перестал дышать.
И ты думаешь, дыхание Ширры
никогда не прерывалось? Подумай еще.
- Я просто беспокоилась, что ты можешь...
- Могу что?
Я беспокоилась, что ты можешь умереть.
Оставайся на связи.
Я же начал дышать и дышу, да?
Пока.
Что касается психо-сексуальных
наклонностей наших основательниц,
давайте просто скажем, что
они были очень, очень близки.
Я имею в виду, у них было счастье,
они были счастливы, а мы
счастливы, что они есть у нас.
Сицели и Розлин создали место, которое мы
называем своим домом, сладостным домом,
так запомните их какими хотите.
Они не станут возражать. Они мертвы.
Но пожалуйста, люди, помните их!
И пока наши мысленные
шестеренки крутятся, запоминая,
я бы хотел попросить
немного внимания для друга,
к которому мы привязались
за последние несколько месяцев.
Парень, которого мы знаем
как доктора Флейшмана.
Он должен уехать на две недели.
Так, кто знает о сне Мэгги?
- Ух ты...
- О...
Шелли!
Они выпытали это у меня.
Так, ладно, конечно, он может вернуться.
По правде говоря, если он не
вернется, у нас останется Дэйв.
Но мне бы хотелось
уделить немного времени,
чтобы отдать дань уважения
Джоэлю, пока мы можем это сделать.
Кто желает? Рут-Энн?
- Когда я вспоминаю доктора Флейшмана...
- Минуточку!
Ей приснился один дурацкий сон,
и что с того? Меня что, уже похоронили?
Но Джоэль, на тебе была шляпа.
Я думаю, что доктор Флейшман чудесный
врач и очень интересная личность.
И мне очень жаль,
что Элейн порвала с ним.
Я не могу помочь, но думаю,
знай она о катастрофе самолета,
она бы просто подождала его смерти.
Я считаю, что это было бы более тактично.
Мэрилин?
Он научил меня пользоваться
кнопкой удержания вызова.
Я всегда хотел побывать
на своих похоронах.
- Там можно узнать, что люди думают о тебе.
- Кто еще?
Шелли?
Доктор Флейшман мягкий и
добрый, приятный и честный.
Он хороший врач.
И он был для меня настоящим другом,
когда я думала, что беременна...
И когда поняла, что не беременна.
И еще он из этнической
группы, это очень круто.
- И он симпатичный
- Симпатичный? Правда?
- Очень симпатичный.
- Не заходи так далеко.
- Я согласна.
- Я нахожу его привлекательным.
Я только хотела сказать, что могу
понять, почему он приснился Мэгги.
Приснился! Один раз!
Эй, не смотри так на меня!
Вы, ребята, единственные, кто находит
его привлекательным. Я этого не говорила!
Знаете, я всерьез задумался
о крылатой колеснице времени.
Рано или поздно она
прокатится по всем нам.
Я это знаю, Морис.
Может, этому парню завтра придет конец.
Он может отправиться в полет
туда, откуда не возвращаются.
Мужчине, когда он отправляется в
последний путь, приятны слова женщины.
Это утешает его.
Сделай это по-своему, но помни,
ты можешь никогда его не увидеть.
Порядок!
А, прошу прощения. Я просто
развлекал их после прививки.
Ну, не надо ничего
останавливать из-за меня.
А.
Да все нормально. Уже почти обед.
Это дедушка Джим. Он умер.
Он очень хорошо выглядит.
Если встретите его,
передайте, что бабушка вышла замуж за
мистера Скиннера только из-за микроволновки.
Ну, Джоэль, я тоже отбываю.
Я заглянула на секундочку, передать Дэйву
овсяное печенье, которое испекла для него.
Овсяное... Мое любимое.
- Вы испекли ему овсяное печенье?
- Ага.
- Пока, Дэйв.
- Пока.
Я кое-что вам принесла.
Что ты пытаешься сказать мне?
Я что, поплыву в Нью-Йорк?
Это облегчит ваше
путешествие в загробный мир.
Ладно, ладно.
Вы выиграли. Я напуган.
Я признаю это. Я официально обеспокоен.
Сдаюсь. Оно того не стоит. У меня
есть гордость, но будь я проклят,
если соглашусь умереть за нее.
Что говорят в авиакомпании? Могу я
лететь по этому билету рейсом в 6 утра?
Это еще 600 долларов.
600 долларов? Только через мой труп!
Ладно, к черту все. Осмотри меня спящим.
- А?
- Все, что я говорил...
насчет крылатой
колесницы обрушилось на меня.
Мерзкое, проклятое движение...
И я решил, раз это важно для...
Ну, ты знаешь, о ком я говорю.
Можешь осмотреть меня сегодня.
Мы говорим об остановке
дыхания во время сна?
- Да.
- Я изучал апноэ.
Это своего рода хобби. Знаешь,
чаще всего это ошибочный диагноз.
Забудь об этом, Гинзберг. Морис
- мой пациент.
И я поставлю ему диагноз.
Он прошел через максимальное
аэродинамическое давление,
словно через бурный поток,
траектория оставалась правильной,
скорость - сверхзвуковой. Давление на
грудную клетку достигло уровня 6g.
Я понимаю, Пруст, Генри Джеймс -
эти парни могут усыпить меня.
- Но "Нужная вещь?"
- Шшш.
Сейчас самое интересное.
Ракета пошла вниз, а Гленна подбросило вверх
со звуком, напоминающим взвизгивание
поезда при торможении.
Не хочу портить этот чудный вечер, но от
этой "Нужной вещи" у меня будут кошмары.
А мы можем сразу перескочить
на стриптиз Салли Рэнд?
Так, Ингрид, мальчик нервничает.
Иди. Оставь нас вдвоем.
- Я готов...
- Спокойной ночи, Морис.
Если что, я в гостиной.
Спокойной ночи, Ингрид.
Джоэль, вот идет чудесная женщина.
Мне кажется, все это
отдает сентиментальщиной...
Нет. Это больше похоже на ласку.
- На ласку?
- Да.
Джоэль...
Речь идет о сексе, о
простом и грубом сексе.
Он может быть каким
угодно, но не ласковым.
То, что было у нас с Ингрид, сравнимо
с загруженным X-15,
который взрывается при
давлении в 57000 фунтов.
Сейчас ты можешь и не понять этого,
но когда ты будешь старым
медведем вроде меня,
то поймешь.
Извини.
Я забыл о катастрофе.
Бестактно с моей стороны.
Но знаешь, Джоэль, с другой стороны,
я завидую твоей кончине.
- Завидуешь моей смерти?
- Да.
Она приходит ко всем, сынок.
Знаешь, чего я боюсь больше всего?
Заснуть в дУше.
Что в туалете у меня
начнется сердечный приступ.
Апноэ.
Уйти с тихим стоном вместо взрыва.
Знаешь, Флейшман,
как ни посмотри,
- ты счастливчик.
- Счастливчик?
Ты будешь мирно рассекать пространство.
А потом вдруг "БАМ!"
Тебя срывает с места,
свист ветра в ушах,
повсюду холодный воздух, осколки стекла,
тьма надвигается на тебя со всех сторон.
А потом...
забвение.
Кругом лед, ничего кроме льда.
Насколько хватает взора - кругом лед.
- Лед.
- Конечно. Должно быть, полярная трасса.
Открою тайну.
У меня были сильные сомнения по
поводу полета на этом самолете.
- Вы не шутите?
- Вы верите в судьбу? В предопределение?
Нет. Я сторонница экзистенционализма.
Я тоже. Хотя, я больше склоняюсь
на рациональному гуманизму.
Милый мой, здесь и сейчас важно одно.
Люди должны расслабиться
и принять жизнь такой, как она есть.
Мне нравится ваша философия, миссис...
- Стрейзанд.
- Стрейзанд?
Стойте... Где же я слышал это имя?
Погодите-ка... Вы не...
Мы родственники по супружеской
линии, не по крови.
О. Позвольте, я закажу вам
выпить, миссис Стрейзанд.
- Конечно.
- Стюардесса?
- Салют, О'Коннелл.
- Шампанское?
Тебе пригодится вот это.
- Эй, а что это за штука у тебя на спине?
- Парашют.
Стой. Членам экипажа не положено
носить парашюты. Как, по-твоему,
пассажиры будут себя...
- О'Коннелл!
- Бон вояж, Флейшман.
Какая прекрасная девушка.
Бон вояж!
Джоэль? Джоэль?
Вставай, сынок.
Спина!
Ну, что насчет апноэ?
У тебя нет никакой апноэ. Я
следил за тобой шесть часов.
Твое дыхание идеально ровное.
Серьезно?
- Ингрид!
- Он... он здоров?
Абсолютно. С его дыханием все в порядке.
О.
Тогда почему бы тебе не сохранить
мой платок до следующего года?
- Я путешествую налегке.
- Путешествуешь?
- Чирки-свистуны скоро полетят...
- Так скоро?
- По крайней мере, я знаю,
что с тобой все в порядке.
- Я здоров как...
Простите. Черт!
Морис, ты часто имел дело с шерстью?
Единственное, что я помню,
это что мама связала мне шерстяной
свитер. когда мне было десять лет.
А что произошло после
того, как ты его надел?
По-моему, я впал в кому на три дня.
С сегодняшнего дня
придерживайтесь кашемира.
У тебя очень сильная аллергия.
Ты хочешь сказать, если мы
выкинем эту хреновину, то...
Конечно.
Мягкой посадки.
Отлично выглядит.
Очень уютно.
Мило. Очень мило.
Классное оформление.
Мне нравится твой стиль.
Извини, я думал, что ты...
Это так, мелочи,
чтобы я чувствовал себя...
Конечно же, я все это уберу, если ты...
В смысле, когда ты...
- Проехали.
- Я не трогал твои вещи...
- Ты благородный человек, Гинзберг,
настоящий принц.
- Спасибо.
- Желаю тебе нахэс.
- Спасибо.
"Нахэс" - это одно из тех слов,
которые часто слышишь,
но не понимаешь их значения.
Интересно, кто-нибудь знает?
А ты, Гинзберг?
- Ну, счастья, удачи.
- Ага.
Его появление датируется
12 веком, тогда нахэс
назывались пряники, которые
давали путешественникам.
Ладно, ладно! Просто
проверил, что ты не Гилмор.
Слушай, я знаю, как тебе здесь нравится,
каким классным все тебя считают,
но... планы изменились.
- Изменились?
- Да, да.
Я не знаю, как тебе сообщить, но у нас
небольшая проблема с графиком дежурств.
- С графиком?
- Было приятно познакомиться, Дэйв.
- Стой!
- Жаль, что ты не можешь остаться еще...
Слушай, я уверен, что доктору где-нибудь
в Йеллоунайфе необходима замена.
Береги себя.
- Будешь в Сицели - не теряйся.
- Джоэль, я не понимаю...
Пока, Дэйв.
Джоэль?
Джоэль!
- Ты стучал?
- Я тут бродил...
Ты давно тут стоишь?
Не очень. Пять или десять минут.
Хочешь войти?
Итак...
- Что "итак?"
- Ну, я просто никогда...
не был у тебя, понимаешь?
- Ну, неофициально.
- А.
Слушай, не хочу тебя задеть,
но была ли какая-то причина, по которой
ты была так обеспокоена моим спасением?
- Ведь мы с тобой не...
- Нет.
- И мы никогда...
- Боже мой, нет.
Ну так почему я тебе снился?
Не знаю.
Могу я предложить объяснение?
- Нет.
- Да ладно, О'Коннелл.
Просто признай, что в глубине души
ты что-то чувствуешь по отношению ко мне.
Я... Никаких чувств, Флейшман.
Я бы не стала определять их как чувства.
Они больше похожи на случайные... мысли.
- Мысли.
- Ну да, знаешь ли, мысли.
Ага, значит, ты думаешь обо мне.
Скорее это похоже на импульсы.
- Импульсы?
- Нет, мысли.
Ты имеешь в виду мысли как
случайные мысли или как фантазию?
- Мы можем сменить тему?
- Конечно.
Без проблем. Как я был одет?
- Все.
- Ну ладно, О'Коннелл.
- Согласись, что не хочешь, чтобы я ушел.
- Я этого не говорила.
- Ты хочешь, чтобы я улетел этим самолетом?
- Зачем ты так поступаешь, Флейшман?
Прикажи мне лететь тем
проклятым рейсом, и я полечу.
Ну?
Какого черта!
И не думай, что я так поступаю
потому, что я суеверен. Это не так.
Это потому, что я не могу оставить своих
пациентов с этим шарлатаном Гинзбергом.
Доброй ночи.


Серия 13

Зачем я тебя послушал
и притащился сюда.
- Здесь так красиво.
- В джунглях столько опасностей. Тарантулы.
Тропические болезни. А слоновость?
Нога распухает вдвое.
- Мы не сделали прививки.
- Какие прививки? Мы в раю.
Прикрой голову.
Наверняка тут полно обезьян.
Флайшман, расслабься.
- Ай!
- Что?
- Змея, Оконнел. Там змея.
- Какая симпатяга.
Не трогай. Она ядовитая.
Смотри. Яблоки.
Мм! Пипин.
- Нет, макинтош. Пипин зелёные.
- Попробуй.
Неплохо. Интересно.
Красный пипин. Я никогда...
- Что?
- Ты голый.
Верно.
Что?
- О!
- Вообще-то
мне не нравится, когда меня видят голым.
Я смущаюсь.
Но сейчас я не чувствую неловкости.
Да?
Мне это даже очень...
очень...
Эта чудесная песня напоминает нам о том,
что весна не за горами.
Персифоны возвращаются!
Здесь, в Сисили, лёд уже тает.
Совсем скоро страшный грохот
возвестит о начале схода льда.
Время безумия.
Время когда в каждом
из нас пробуждается зверь,
глаза сверкают,
и песня радости
неудержимо рвётся наружу.
И мы впадаем в экстаз.
- Привет, Рут-Энн.
- Доброе утро, Джоел.
- Как вы?
- Прекрасно.
- Есть почта для меня?
- Сейчас посмотрю.
Да. Счета.
И всё? Это всё?
- Я ждал что придут каталоги.
- Каталоги?
Ну да... Знаете, Мода Сезона,
- Эротическое бельё...
- Извините.
- Вот ваш журнал. Я его просматривала.
- Спасибо.
Подождите.
Он вам нужен для занятия онанизмом?
- Для чего?
- Эротических фантазий.
Мне? Нет. Вовсе нет.
Я хотел заказать маме халат.
Вот и всё.
Вам нужен более возбуждающий журнал.
- Возбуждающий?
- Вот Плейбой.
Илай Ньют умер за месяц до того
как кончилась подписка.
Да что вы?
- "Женщины Норвегии"
- Должен заметить
многие известные писатели
печатались в Плейбое.
Филип Рот, Норман Мейлер, Рохальд Дал.
А вспомните интервью Сантаро Исихаро?
Не переживайте. В это время года
у всех либидо выходит из под контроля.
Здесь статья о популярных сортах виски.
- Это любопытно.
- Сейчас принесу вам один забойный журнал.
Рут-Энн, не беспокойтесь.
- Привет.
- Привет!
Пришел... забрать почту.
- Да, а я...
- Принесла кассеты?
- Да.
- Есть что-то хорошее?
Да нет.
Ничего особенного. Бэмби,
Смерть в Венеции.
Бэмби? Я его не видел столько лет.
Особенно я запомнил эпизод
когда умирает мать.
- Да.
- Держите Джоел.
Развлекусь немного.
- Спасибо Рут-Энн.
- Не за что.
- Ладно, до свидания.
- До свидания.
И как тебе фильм Обольститель?
- Сообщение.
- Что это?
Лёд. Начинается сход.
Ничего себе.
Чертовски обидно, Джоел.
Я три месяца жил в нижнем Ист Сайде.
Там сплошные трущобы.
Самый неспокойный район Нью-Йорка.
- И у меня никогда не крали магнитолу.
- Отойди.
А здесь захолустье.
Люди приезжают на Аляску пожить в тиши.
Здесь не должно быть преступности.
Да не волнуйся ты.
Такое бывает каждый год.
- О чём ты?
- Когда тает лёд все сходят с ума.
Правда временно.
То есть кто-то украл мою магнитолу
из-за весеннего психоза?
Да. В прошлом году воровали фены.
Морис, временное помешательство
тут ни при чём.
Это сделал обыкновенный хулиган.
- Я хочу чтобы полиция провела расследование.
- Ты не можешь подать заявление.
А как же мои права гражданина,
налогоплательщика?
Ты не можешь подать заявление,
потому что у нас нет полиции.
Что?
О чём вы говорите? Должен
быть полицейский участок или шериф.
Хоть кто-то, где-то.
Джоел, не считая этого
весеннего помешательства,
в Сисили не бывает преступлений.
Несколько мелких краж не оправдывают
содержание офицера полиции.
Вы миритесь с преступлениями из экономии?
А как же принципы?
Как же закон и порядок?
Скорее это вопрос равновесия.
Свет против тьмы.
Добро против зла.
Если призвать сюда полицию
наверняка начнутся кражи.
Что за чушь. Меня ведь ограбили.
Послушай Джоел, если тебя это утешит,
я одолжу тебе магнитолу.
Меня утешит одно - билет
до Нью-Йорка в один конец.
Если тебя грабят, ты звонишь 911
и полицейские тут как тут.
Там они хотя бы существуют.
Извините.
Мне нужна ложка.
А ну повтори.
Неважно.
Бедняга Холлинг. Никто
не хочет с ним драться.
Все помнят о Фрице Хаймане.
Ему вынули скрепляющий
стержень из челюсти?
Он там навсегда.
Боже. Холлинг такой забавный
когда хочет подраться.
Я бы поколотила его,
но не могу оторваться.
От чего?
- Привет, Эд.
- Кто-то стащил магнитолу доктора Флейшмана.
Белые люди.
Они сходят с ума.
В прошлом году крали фены.
В этом приёмники.
По-твоему тут есть какая-то связь?
Нет. Нельзя слушать радио
когда сушишь волосы.
- Слишком шумно.
- Я видел фильм с Чарли Ченом. Ворнер Оланд.
Там люди таинственно погибали
в ночном клубе.
Старший сын не думал,
что там есть какая-то связь.
Но мистер Чен всё просёк.
- Молоко заказывал?
- Да. Спасибо, Холлинг.
Жаль, вернусь на работу.
Постой.
Спасибо.
Ты неотразима.
И деньги текут как вода.
Мы хотим тебя.
Мы так хотим тебя.
Не смейте даже думать об этом.
- Почему?
- Ведь это сон.
Тем лучше.
Никаких последствий.
Вы не понимаете. Мне ни разу не удалось
досмотреть до конца эротический сон.
Я всё время просыпался.
- Всегда.
- На этот раз всё будет иначе.
- Иначе?
- Обещаем.
Ладно. Ладно.
Устроим что-то вроде оргии.
В древнеримском стиле.
- Наденем тоги?
- Да.
Что это?
- Что?
- Этот звук. Странный звук. Он не из сна.
Я ничего не слышу.
Это была проверка. Вы правы.
Никакого звука.
- Так. Что теперь?
- Займёмся этим.
Здесь? Сейчас? Вот так сразу?
При включённом свете?
- Ты застенчив.
- Нет, просто я испытываю чувство неловкости.
Так лучше?
Гораздо. Попробую нащупать. Ты где?
Я думаю, что этот невероятный эротический
сон должен доставить удовольствие.
Принести какое-то облегчение.
Шелли, стейк совсем сырой.
- Извини.
- Ты читаешь книгу?
Да. Не могу оторваться.
Надо почистить гриль,
наполнить бутылочки кетчупом,
- но это сильнее меня.
- Д. Х. Лоренс? Радуга?
Обычно мы подкладываем эту книгу
под ножку кухонного стола.
Чтобы он не шатался.
И вдруг мне ужасно захотелось прочитать её.
- И как? Нравится?
- Не знаю.
Так много слов.
Вот послушай:
"молча он набросился на неё со всей
силой своей необузданной страсти...
"почти ненавидя её,
"наконец она отозвалась на его призыв,
"почувствовав нарастающее возбуждение.
"Её охватило желание, она начала
открываться навстречу ему
"мягко поддаваясь.
"Он подождал пока они
слились в единое целое,
И всепоглощающее
пламя страсти охватило их."
- О чём это?
- О сексе.
- Правда?
- Да.
"Всепоглощающее пламя страсти"?
Это о сексе.
Так, слушайте все!
И слушайте внимательно!
Эй! Вы там. Я вам говорю.
Какой-то подлый, жалкий, трусливый вор
только что совершил худшую
ошибку в своей жизни!
Этот чёртов сукин сын имел
наглость вторгнуться в мой дом!
И он посмел украсть мой
переносной музыкальный центр!
Украсть из моего дома!
Теперь и у вас проняло, Морис?
Попридержи язык, Флайшман!
Так вот, мои условия:
меня не будет в офисе в
ближайшие два с половиной часа.
Когда я вернусь, ровно в одиннадцать,
музыкальный центр должен быть на моём столе.
Ясно?
- Привет, доктор Флейшман.
- Эд!
Эд.
Сколько раз говорить.
Надо стучаться.
Ты должен стучаться прежде чем войти.
Я хотел задать пару вопросов.
- Вопросов? Каких вопросов?
- Ваша украденная магнитола.
- Она была немецкой или японской?
- Эд, у меня голова занята другим.
- Японская?
- Не знаю. Наверно. Скорее всего. Не знаю.
Если Блаупункт, точно немецкая.
- Слушай, я занят.
- Ещё один вопрос.
Магнитофон был с
автоматической перемоткой?
Послушай, Эд.
У меня в самом деле нет времени.
Вы расстроены, доктор.
Наверно своими вопросами
я задел вас за живое.
Да, я расстроен. А знаешь почему? Как врач
я понимаю что сексуальная разрядка
не является жизненно важной,
как вода или кислород,
но когда молодой здоровый
мужчина лишен этой разрядки,
он не способен радоваться жизни.
- Это всё сход льда.
- Должен признать
меня прямо таки одолевают плотские желания,
и думаю причина тому не сход льда.
А тот факт что я торчу в этом
Богом забытом месте уже 10 месяцев.
И за это время у меня ни разу, ни разу
не было интимной встречи
с противоположным полом.
Ооо.
Вот именно, "Ооо".
- Если хотите, могу помочь.
- Помочь?
У тебя что, есть женщины в запасе?
И много их?
- Есть одна девушка.
- Девушка?
- Да.
- Нет, не стоит беспокоиться, Эд.
Ты очень любезен, но нет. Спасибо.
- Она хорошенькая.
- Не сомневаюсь в этом.
Наверняка она красавица.
Но я сам могу найти себе девушку.
- Спасибо.
- Не за что.
Пока, доктор Флейшман.
"Макс ступил на свой корабль и
помахал всем рукой на прощание.
"Его странствие длилось год,
три недели...
"и один день.
"Он поспешил в свою комнату...
"а там на столе его ждал ужин.
Он был горячим."
Спасибо, мистер Сендак.
Вы напомнили нам о том,
что в каждом из нас живёт
неукротимый дух предков.
И время от времени
мы должны бросать вызов
нашей патологически банальной
и рациональной жизни.
Даже живя здесь, на Аляске,
мы не слышим зова природы.
Наш выбор - лев в зоопарке,
где он безопасен,
но не лев в джунглях,
где он может нас съесть.
Келе дамаж.
Какая скука.
Войдите.
- Морис Минифилд?
- Да.
- Сержант Семански.
- Надо же.
Я приехала из Сауда.
Проделала 500 миль.
- Премного вам обязан.
- Я занималась другим делом. Бурый медведь.
- Возможно бешеный. Затерялся на автостоянке.
- Шутите?
Меня оторвали от его поисков ради...
- украденной магнитолы?
- Вообще-то было несколько краж.
Не считаю возможным оказывать кому-то
предпочтение не смотря на знакомство.
Мне не нравится когда пускают в ход связи.
Я не пускал в ход связи.
Только намекнул.
- Мне нужно задать вам несколько вопросов.
- Конечно.
Но вот что я хочу сказать.
Как бы то ни было,
я рад что вы здесь.
Жители Сисили могут спать спокойно
зная что вы взялись за дело.
Холлинг, я просил виски, а это джин.
И что?
- Ладно выпью.
- О нет, не выйдет. Ты заказал виски.
Вот и требуй его.
Разозлись. Ударь меня.
- Я не в обиде.
- Ты мой последний шанс, Стив.
Неужели ты не понимаешь.
Круглый год я смирный.
Мухи не обижу.
Но раз в году, в это самое время,
я должен на ком-то отыграться.
Я должен вмазать кулаком...
кому-то прямо по зубам.
Я должен отдубасить кого-то.
Рад бы помочь тебе, Холлинг.
Правда. Но...
у меня и так перерасход
по медицинской страховке.
- Шелли, привет!
- Привет. Что у тебя?
- Лозания.
- Аппетитно.
И я приготовила лозанию.
И Рут-Энн, и Гэри, и Крис.
- Есть нож?
- Да.
Глазам не верю.
Неужели ты что-то приготовил?
- Да.
- Желе. Из концентратов.
Многие любят желе.
К тому же, все остальные
принесли лозанию.
- А что приготовила ты?
- Запечённого тунца. Что ты делаешь?
Кладу в желе банан.
А по-твоему что я делаю?
Банан кладут в желе
до того как оно застынет.
Ну прости. Если знаешь рецепт
приготовления желе, могла бы поделиться.
Ты совершенно не выносишь критики.
Как же тебе удалось закончить колледж?
Дурацкий вопрос.
Ужасно глупый. Может в самолёте
слишком большая радиация
- и у тебя мозги размягчились.
- Дай мне нож.
Мне он самому нужен.
Что с нами было?
Мы целовались. Мы с тобой целовались.
- Да, целовались. Но почему?
- Не знаю.
- Это я начал первым?
- Нет, возможно я.
- Прости, прости меня.
- Это ты меня прости.
Это ужасно.
- Непростительно.
- Невероятно.
- Это было сильнее нас.
- Ты прав. Послушай, мы взрослые люди.
- Давай поговорим.
- Да, поговорим.
Всё очень просто. Очень просто.
- Тебе нужна женщина.
- Верно. А тебе нужен мужчина.
- У меня есть мужчина. Рик.
- Вот и хорошо.
- Ты должен найти себе женщину.
- Я найду себе женщину.
- Значит решено?
- Решено.
- Вот и хорошо.
- Отлично.
Ну вот. Чай для двоих.
В такую погоду нет ничего лучше чая.
Заметили признаки взлома?
Да нет. Сахару?
Вы всегда оставляете окна
открытыми, мистер Минифилд?
Видите ли, у нас тут было спокойно.
До недавнего времени.
Послушайте, называйте меня Морис.
Да и сержант Семански не выговоришь.
Как вас называть?
- Офицер.
- Ладно, офицер.
Чаю. Без сахара.
Это "Джарлинг."
Прекрасный аромат... насыщенный.
- Печенье хотите?
- Не замечали подозрительной машины
неподалёку от дома?
Знаете, вы так преданы делу, офицер.
Такое редко встречается в наши дни.
А чем вы занимались прежде чем пошли
охранять закон и порядок?
- Служила в ВВС.
- Неужели лётчиком?
- Диспетчером.
- А я астронавтом.
- Конечно вам это уже известно.
- Что там?
- Спортивный зал.
- Потрясающе!
Да. Нет ничего лучше поднятия тяжестей.
- Только ты и боль.
- Хотите потренироваться?
Я на службе.
Давайте. Накачать мышцы никогда не вредно.
Это... против правил.
Да чего там.
- Ладно.
- Вот это дело.
- Сколько поставить для начала? 120?
- 220.
В самом деле?
Ладно. Сейчас поставлю.
Эд. Я передумал.
Когда я говорил с тобой,
это был момент отчаяния.
С тех пор у меня были разные мысли.
Это всего лишь свидание.
Привет, Бетти.
Она не говорит по-английски?
Почему ты мне не сказал?
Доктор Флейшман, это Бетти.
Привет. Привет.
Присаживайтесь.
Невероятно.
- Потрясающе.
- Что?
"Что?" Она тебе никого не напоминает?
Деми Мур.
Нет. Мэгги.
Не очень.
- Хочешь пить?
- Конечно.
Она выглядит в точности как Мэгги.
Посмотри на её нижнюю губу.
Зелёные глаза.
Со льдом?
Да.
Спасибо. Должен признать
у меня были сомнения.
Но скажу откровенно здесь
открываются такие возможности.
Мм. Как вкусно.
Очень вкусно.
Вы такая заботливая.
Такая чуткая.
Нежная. Нежная?
Эд, переведи что я сказал.
Не пойму как она ко мне относится.
Сейчас узнаю.
Пролетели, доктор Флейшман.
Может хватит?
Ещё пару раз! Один!
- Не растянете что-нибудь?
- Два!
Боже! Боже!
Это было здорово!
Послушайте, вам надо расслабиться.
Отдышитесь немного.
- Я приготовлю ланч.
- Нет, спасибо.
Никаких проблем.
Разогрею в микроволновке цыплёнка.
- Ещё отпечатки пальцев.
- Забудьте об этой краже.
После ланча мы пройдёмся
и я покажу вам пруд.
Мистер Минифилд, меня прислали
сюда по вашей просьбе.
- Я выполняю свою работу.
- На пруду полуметровый лёд. Отличный каток.
Начну с окон.
Может кто-то странно себя вёл?
Странно?
Вы имеете в виду транжирил деньги,
кутил в баре, пытался
купить новую машину?
- Что-то в этом роде.
- Нет.
Отвечайте как на духу.
Эта леди может размазать вас по полу.
Кто-нибудь предлагал
вам купить магнитолу?
То есть пытался ли
кто-то сбыть краденое?
Нет.
Кто вы?
Я Эд Чигляк. Тоже расследую это дело.
Мистер Чигляк...
оставьте это профессионалам.
Эта девушка выжимает
85 фунтов одной рукой.
Она скромна. Не смею хвастаться.
Но она чемпион по боксу
среди полицейских штата.
- Неужели?
- Три года подряд.
- Это правда?
- Ага.
- Могу я вас о чём-то спросить?
- Давайте.
Как насчёт боя со мной?
Холлинг, не стоит.
Она сильный соперник.
Я должен с кем-то подраться,
но никто не принимает мой вызов.
Конечно.
Спасибо.
Вы отдавали их в глажку?
Какие неумёхи. Смотрите,
они сделали двойную складку.
Это непростительно.
Должна быть ровная складка как эта.
Смотрите. Ей можно разрезать стейк.
- Вам не нужно этого делать.
- Нет, мне нравится.
К тому же представьте,
как вам будет приятно
надеть свежевыглаженную форму после боя.
146. Как раз моя норма.
Вы уверены, что одолеете его?
Знаете, у Холлинга хорошая реакция
и сильный удар правой.
Я разделывала парней и покруче,
и покрепче чем он.
Не сомневаюсь.
Знаете, Барбара,
когда этот вор прокрался в мой дом,
украл мою собственность,
он словно нанёс мне личное оскорбление.
Знаете,
я ведь был пилотом.
Не только в физическом смысле,
но и в метафизическом, духовном.
Я всегда жил так
словно я один в своей кабине.
Я, и только я, держу штурвал.
И вдруг
у меня появилась потребность
уступить свое место, сесть сзади
и передать управление вам, Барбара.
С вами я чувствую себя защищённым.
Принесу вам ещё одну.
Мерилин сказала,
что у тебя сейчас нет пациентов.
Знаешь, Флайшман,
мы откладывали неизбежное.
Чтобы поймать преступника
надо мыслить как он.
Доктор Флейшман?
Доктор Флейшман?
Наверно вам будет интересно узнать
что я выяснил по поводу кражи.
Наверняка вор заложил
мою магнитолу в Анкоридже.
Вот что я узнал: все украденные приёмники
имеют режим автоматической настройки.
Кроме двух.
У одного приёмника есть супер-бас,
и все, кроме одного,
японского производства.
- Теперь ясно?
- Что?
- Выстраивается схема.
- По-моему никакой схемы.
Верно. Смотрите.
Каждый флажок помечает место кражи.
Он крал где придётся.
Где придётся. Именно.
В этом прослеживается
определённая модель.
Буду держать вас в курсе.
Эд,
вряд ли это имеет какое-то значение
и в самом деле воздействует на психику.
Но всё таки, когда начнётся сход льда?
Как ты думаешь?
Скоро.
Скоро?
Очень скоро.
Начнём мы когда-нибудь этот матч?
Я готова.
Следи за его правой. Бей первой.
Не открывайся.
Ладно, Шелли. Начинаем.
Прикрывайся!
Давай, Шимански.
Ударь меня!
- Дорогой!
- Вот так. Отлично.
Дорогой!
Хорошая комбинация!
Брейк, брейк.
Разойдитесь. Брейк.
- Началось?
- Да, это лёд!
Лёд?
- Начался сход льда!
- Да. Наконец-то!
- Ну что? Продолжим?
- Что?
- Сделай стойку! Ты весь открыт! Давай!
- Не стану драться с женщиной.
Холлинг!
Холлинг! Скажи мне что-нибудь!
- Очнись. Ты слышишь меня?
- Скажи что-нибудь.
Назови свою фамилию.
Ну давай, Холлинг.
Холлинг. Сосчитай до десяти.
Как она ему вмазала.
Холлинг?
Слабак.
Итак, пришла весна.
И это значит что закончилась
пора временного умопомрачения.
Спасибо тебе, Матушка Природа.
Очень признателен.
Теперь мы снова станем жить той жизнью,
которую предпочитаем считать нормальной.
Но прежде чем всё вернётся на круги своя
хочу напомнить мужскому населению Сисили,
что завтра утром
состоится наш ежегодный забег.
Ну вот и всё на сегодня. Спите крепко.
Хороших вам снов.
До завтра.
- Ты меня вычислил.
- У меня было подозрение.
И я заглянул в трейлер.
Электрическая зубная щётка Рут-Энн.
Весна 88-го.
Да, сумасшедший был год.
Знаешь, какая связь?
Эти электроприборы
не должны быть насущно необходимыми.
А как ты догадался что это я?
Нашёл вот это
в машине доктора Флейшмана.
Карандаш?
Чернильный карандаш номер 2.
Такой же карандаш как и другие.
Здесь есть следы от зубов.
А ты вечно грызёшь карандаши.
- Многие грызут карандаши.
- Смотри под каким углом стёрт ластик.
Ладно тебе.
Ты понял что я украл всё это
по тому как стёрт ластик?
Я видел как ты вытаскивал
магнитолу Гэри Маккленана во время боя.
Ты видел?
Супер-бас. Отличная вещь.
- Что теперь?
- Что теперь?
Ты поймал меня с поличным.
Вот краденое.
Что ты собираешься делать?
Не знаю. Я не думал об этом.
А зачем ты это сделал?
Ради встряски, Эд! Встряски!
Она нам так нужна.
Даже здесь, на Аляске.
Надо напоминать людям что мир
непредсказуем и полон опасностей.
И в одночасье
они могут потерять всё. В один миг.
И ничего нельзя знать заранее. Я хочу
напомнить людям что хаос подстерегает нас
и готов поглотить в любой момент.
Вот почему.
Иногда, Эд,
иногда нужно сделать что-то плохое.
Чтобы ощутить что ты жив.
Должен признать, Барбара,
у вас сильный удар.
- Как рука?
- Лучше.
- Вы хорошо отгладили форму.
- Пустяки.
Так вы не хотите переночевать здесь?
Утром состоится забег всех мужчин Сисили.
- Не могу.
- Не подумайте чего плохого.
Наверху есть комната для гостей.
Полное уединение. Замок на двери.
- Меня ждут.
- Муж?
- Нет.
- Друг?
Две немецкие овчарки,
которые сгрызут диван,
если я не вернусь и не дам им еды.
Отличные собаки овчарки.
Послушайте, здесь неподалёку
есть небольшой ресторан.
Уютное местечко.
У них отличные вина.
- Ди Контини.
- Да, верно.
Мы их предупредили,
что отберём лицензию,
если они будут продавать
спиртное несовершеннолетним.
Я хотел сказать,
что когда я буду в ваших краях,
то мог бы пригласить вас пообедать.
Мы бы заказали Дельмонико,
посмотрели шоу.
Если пропажа найдётся,
я свяжусь с вами.
Барбара.
Я вот к чему клоню.
я бы хотел снова увидеться с вами,
но не как с полицейским.
Буду откровенна.
Я не могу уважать мужчину,
который гладит мои вещи.
Нет, нет. Я не такой.
То есть обычно я не такой.
Всё из-за этого чёртова льда.
Я вовсе не слюнтяй.
На моём счету 15 убитых
в сражении при Пусане.
Я вот что хочу сказать, Барбара.
Я чувствую восхищение,
огромное уважение.
И преклоняюсь перед вами.
Меня влечёт к вам.
Мне пора.
Закройте окна.
- Послушай, нам надо поговорить.
- Заходи, Флайшман.
- Он здесь?
- Нет, его нет.
Хорошо. Можно выпить?
- Пожалуйста.
- Послушай.
Вчера вечером произошли некоторые
события. Я никого не виню.
Мы уже всё обговорили.
Кто что сделал.
Согласен, это была случайность.
Но пора положить этому конец.
Это мешает моей жизни.
- Что?
- Ты. Я всё время думаю о тебе.
То есть не о тебе, а о твоём теле.
О твоей шее, твоих плечах, о сексе.
Всё время вижу этот твой взгляд.
- Меня волнует твой взгляд!
- Какой взгляд?
Тот что был вчера у тебя на кухне.
Я с пациентом, а вижу твоё бедро!
Еду на работу, а хочу целовать тебя!
- Ты говорила это прекратится со сходом льда.
- Должно прекратиться.
- Скорей бы!
- Флайшман, ты не один страдаешь.
- Представь себе, ты вторгся в мои сны!
- Да?
Да. Мы снова на кухне. Но только
на этот раз не можем контролировать себя.
- Я срываю твою одежду, а ты - мою.
- Правда?
Ты прижимаешь меня к стене
и не останавливаешься.
И я хочу этого.
Умоляю тебя не останавливаться.
- И ты продолжаешь продолжать.
- Да?
- Продолжаешь... пока... пока...
- Да?
- Пока... пока...
- Ну вот.
Ну вот.
- Разрядили обстановку.
- Да, было здорово.
Очень помогло.
Можно?
Ты ведь не куришь?
Ты ненавидишь дым!
- Всегда ворчишь, если я курю.
- Иногда я курю.
Особенно после хорошей... беседы.
- Доброе утро.
- Привет.
Привет всем.
- Привет, Холлинг. Холлинг!
- Как дела Джоел?
Хорошо. Как ты? Морис?
Готов к своему первому забегу?
Я участвовал в Нью-Йоркском марафоне.
Добежал до Гринпойнт авеню.
Ну, джентльмены. Пора.
Джоел, лучше глотни бренди.
Нет, нет.
Не хочу пить перед забегом, Морис.
Как знаешь.
Подождите.
Что вы делаете?
- Раздеваемся, сынок.
- Как? Почему?
Видишь ли, Джоел, в этом забеге
мужчины Сисили бегут нагишом.
- Нет.
- Это традиция, Джоел.
И вы собираетесь выйти за дверь
и бежать на глазах у всех
в такой жуткий холод в чём мать родила?
Я правильно вас понял?
Верно.
- Нет.
- Согреешься когда побежишь. Верно, парни?
Да! Пошли!
Какого чёрта.


Серия 14

Заказали "Денверское".
Гренок, бекон,
мясо, ветчина. Следующий!
Где фильтры для кофеварки?
Кто их убрал? Дэйв?
Они здесь, дорогой.
Вам что, больше заняться нечем,
кроме как смотреть на меня?
Следующий!
У всех бывают проблемы
со сном. В этом нет ничего необычного.
Где, черт, подери, чертово "Денверское?"
Дэйв?
И постарайся подать кукурузный хлеб,
который не раскрошится в руках.
- Ну, всё. Я ухожу!
- Отлично!
- Не моя вина, что тебя преследуют кошмары.
- Ты еще здесь?
Холлинг Винкур, это нужно прекратить!
Тебе нужна помощь.
Сходи к доктору Флейшману.
- Да от него пользы... как от козла молока...
- Ну сделай хоть что-то,
иначе ты так и будешь ворочаться
всю ночь с боку на бок.
Дэйв, погоди!
Дэйв, иди сюда!
- Николай!
- Шелли!
Я так рад!
Эй, Кристофер!
- Эй, мистер!
- Рад встрече!
Эд. Я прямо из России.
Перцовская водка.
Перцовка...
Кристофер Абрамович,
друг мой,
я привез тебе особый подарок...
Для твоей музыкальной коллекции.
Концерт Жозефины Бейкер
в Фолис Бержер...
Oh!
Николай Иванович, спасибо огромное!
- Шелочка!
- О, Николай!
А для вас, Маргарита-Маргариточка, шелковые
чулочки, которые так вам нравятся...
- со строчкой.
- О, Николай, зачем...
А вот и подарок для тебя, Эд.
Это... Это... А что это?
Часть истории кино.
Эта ермолка принадлежала дедушке
Вуди Аллена, Кантору Кенигсбергу.
Примерь-ка!
Отлично! Очень идет!
Эй, Холлинг, старина!
Как я рад тебя видеть.
И ты думаешь, что я про тебя забыл?
Нет. Тебе я привез охотничью
шапку своего отца.
Иван Борисович Аполлонов
был в этой шапке,
когда стрелял уток с Горьким
на Кавказе.
В ней он умер под Сталинградом.
И эту шапку он надевал, собираясь в лучшие бордели
Одессы, но это уже другая история.
Минуточку. Ведь еще не июль?
Нет, нет, моя набоковская прелесть,
еще нет.
- Коля, а почему ты приехал?
- Мммм...
Я ехал в поезде по Сибирским Альпам.
Мы повернули, и я посмотрел вверх.
И увидел луну.
Какая луна!
Большая и желтая.
Она чуть не разбила мое сердце.
И лунный свет падал на дорогу,
на темный лес,
высвечивал следы
мелких животных на снегу.
И я подумал про себя:
"Я хочу быть в Сицели.
Я хочу быть со своими друзьями".
Так что я рванул стоп-кран, поезд
остановился, и вот я перед вами.
Кроме того, Госконцерт отменил
все мои выступления.
Я всерьез подумывал о поездке
с Майклом Овицем.
А, как поживает старый бульдог?
- Морис пошел на рыбалку.
- Сейчас он на пути в Холодную Бухту.
Должно быть, костьми почуял,
что я приехал.
Выпьем!
За моих друзей!
- На здоровье!
- На здоровье!
Так, девочки, выходим на дорогу.
Рут-Энн, спасибо.
Всегда приятно иметь дело
с женщиной, которая знает,
что такое рыночная стоимость.
До встречи в следующем месяце,
отец Дункан.
- Я надеюсь к тому времени получить благовония для вас.
- Хорошо. Спасибо.
- Спасибо.
- Привет, Рут-Энн.
Здравствуй, Эд.
- Мистер Лэндон уже вернул "Потемкина?"
- "Потемкина?"
У нас же не фестиваль Русского кино.
- Случайно не...
- Да!
Николай здесь, в Сицели?
Лайтфезер Дункан, отложи
книги для дождливого дня.
Ни телеграммы, ни цветов?
И без предупреждения?
Отправляемся через три секунды,
Лайтфезер.
Иду, иду.
Николай, какой позор...
- Как он выглядит? Такой же красавец, как и всегда?
- Ага.
Коля, ты дьявол.
Я собираюсь закрыть магазин пораньше
и попрошу Долорес поправить мне прическу.
О, нет!
Лайтфезер!
- Так, посмотрим, догонишь ты ее?
- Я?
Да, ты, Эд.
Быстрее, быстрее, давай!
- Эй!
- Да?
Лайтфезер забыла метлу.
Лайтфезер, принесли твою метлу.
Ты забыла...
А теперь мне нужно ехать подметать
коровник.
Пробовал пить теплое молоко?
- Да.
- Да?
- Слушать Хулио Иглесиаса?
- Да.
- Считать овец?
- Я прекрасно сплю, Джоэль.
Но сон не приносит мне отдыха.
Кошмары мучают меня час за часом,
ночь за ночью.
Поезда, грозы, бекон,
небоскребы...
- Бекон?
- Жарящийся.
Енот... в шапочке для душа.
Неудивительно, что ты так измучился.
Но с таким давлением ты мог бы
жить вечно.
- Я сказал Шелли, что от тебя будет мало проку...
- Спокойно, Холлинг.
Я признаю необычность твоей проблемы.
- Но существует множество процедур. Мы
можем сделать энцефалограмму во сне.
Записать волны мозга во время
фазы "быстрого сна".
Могли бы, будь здесь цивилизация.
Или мы можем начать курс интенсивной
терапии по Фрейду.
Это займет лет 10-12.
И будет стоить тебе пару сотен тысяч.
- Или можешь воспользоваться этим.
- А что это?
- Валиум.
- Снотворное?
Очень мягкое успокоительное.
Выспишься ночью - и смотришь на мир
сквозь розовые очки.
Ты уверен, что это безопасно, Джоэль?
Ну, я не сойду с ума от таблеток?
Это валиум, Холлинг,
а не ЛСД.
Принимай их в течение двух недель.
- Я не буду видеть сны?
- Если и будешь, то только хорошие. Договорились?
- Договорились.
- Отлично.
- Ты - врач.
- Я - врач.
Доброе утро, Сицели.
Всем известно,
что мать-природа ненавидит покой.
Она всегда насылает наводнение или землетрясение,
гедониста, который все перевернет с ног на голову.
Угадайте, кого она ниспослала нам
прошлой ночью?
Правильно, нашего старого друга,
Николая Ивановича Аполлонова,
на несколько месяцев раньше,
и как раз вовремя.
Готовьте лучший борщ и начищайте
канифолью смычки.
А что касается меня, то я продолжу
читать "Войну и мир",
как только найду книгу.
Ну, а сейчас, товарищи,
привет и до свидания.
Привет и тебе, Эд.
Что случилось?
- Я влюбился.
- Влюбился? И кто же та счастливица?
Лайтфезер Дункан. Я встретил ее
у Рут-Энн.
То есть мы не встречаемся...
Мы просто посмотрели друг на друга.
Это потрясающе, парень.
Мои поздравления.
- Спасибо. А что мне делать теперь?
- Позвони ей.
- Пусть начнутся ухаживания!
- У меня нет телефона.
- А почему бы тогда тебе не встретиться с ней?
- О, нет.
Я же не могу заявиться к ней
без приглашения.
Понял. Тогда, может быть,
напишешь ей письмо?
- Письмо?
- Да, это хороший способ держать связь.
Существует целая эпистолярная традиция,
вспомни Зельду и Ф. Скотта Фитцджеральда,
и Роберта и Элизабет Браунинг.
Ладно. И что должно быть в этом письме?
- Ну, попробуй описать свои чувства.
- Так.
- Значит, чувства... И что я чувствую?
- Ну, например, ты не можешь дождаться встречи с ней.
- Точно.
- Время идет так медленно...
- Может, ты потерял аппетит...
- Точно, точно! Давай!
- Что?
- Пиши письмо!
Ты хочешь, чтобы Я написал письмо?
Ладно, я сам напишу. Только
говори мне, что писать-то.
- Нет, Эд. Не пойдет.
- Ммммм...
Ну пожалуйста, Крис.
Ты же так классно говоришь.
Лучше, чем все жители Сицели.
Ты же профессионал, ты много
знаешь о женщинах.
Да, это правда.
- Эй!
- А, доктор Флейшман.
Привет, Шелли. Я просто подумал, что
стоит зайти, узнать, как дела у Холлинга.
- Так как у него дела?
- Спит без задних ног.
Все в порядке?
Чудесно, чудесно.
Все просто замечательно.
Вы закрыты?
4 часа дня!
Закрыты?
Что там такое? Я слышу смех.
Ну... так и быть...
Раз ты один, думаю,
ты можешь зайти.
- А что тут такое?
- У нас праздник в честь Николая.
- Кто такой Николай?
- Пошли.
Эй, Джоэль!
Садись с нами и веселись!
Идем!
Выпьешь чего-нибудь, Джоэль?
Доктор Флейшман, это Николай
Иванович Аполлонов.
- Николай, это доктор Флейшман, наш врач.
- Здравствуйте, доктор.
- Николай Иванович Аполлонов?
- Да. Добро пожаловать на наше празденство. Присаживайтесь.
Николай Иванович Аполлонов?
- Крис, водки доброму доктору...
- Минуточку... Это...
Это удивительно. Невероятно.
Я просто в шоке!
- Я видел вас в Нью-Йорке пару лет назад.
- В Карнеги-Холле?
Да, точно.
Моя невеста, Элейн...
Вообще-то она бывшая невеста...
Она заставила меня пойти туда.
Не то чтобы я жаждал пойти туда, но ее мать,
большая ваша поклонница, заставляла нас.
Вообще-то я несколько
сомневался сначала, но...
вы были просто великолепны!
Вы просто великолепны!
Как вы здесь оказались?
Ваш самолет совершил вынужденную
посадку или...
Вы не пострадали, правда?
Что?
Джоэль, он приезжает каждый год.
- Сюда?
- Да.
- В Сицели?
- Да.
Я знаю, вопрос идиотский,
но зачем?
Зачем? Флейшман, в России этот
человек - икона.
Куда бы он ни пошел,
его преследует толпа поклонников.
В каком-то смысле он в плену
собственной славы.
- Да, здесь он может отдохнуть.
- Побыть собой.
- Без давления.
- Возьми пирожок.
Спасибо.
Что?
Морис! Мне сказали,
что ты на рыбалке.
Лодка потонула.
- Ты рановато приехал.
- Я тебе помешал?
Да нет, не помешал.
Это на Матушке-Руси ты кому-то
помешал. Просто позор!
Я слышал, тебя невзлюбили из-за
твоего распутного образа жизни.
А как насчет шахмат, Морис?
- Согласен.
- Ммм...
- Морис, садись.
- Да, давайте, ребята.
Преломим хлеб, пригубим вино.
Борщ фантастический.
Пожалуйста, Морис, ради меня?
Я закажу Кентукский бурбон
с простой водой.
Что тут такого?
- Они ненавидят друг друга.
- Почему?
Ну, во-первых, Николай все время
выигрывает в шахматы у Мориса.
А во-вторых, он троцкист.
Спой нам, Николай.
Спой!
Да! Просим!
Да!
Эй!
Холлинг! Шелли!
- Привет, доктор Флейшман.
- Доброе утро, Джоэль.
- Как наш пациент?
- Отлично!
Проспал 16 часов и даже не шелохнулся.
Так, милый?
Я не знаю. Я не помню.
- Холлинг!
- Холлинг?
- Извините.
- Его немного шатает.
- Я думаю, это с таблетки.
- Ну, я...
Очевидно, у тебя повышенная чувствительность.
Никаких проблем. Просто уменьшим дозу вдвое.
А смысл? Я не хочу всю жизнь
прятаться от своих снов.
Да что это за жизнь? Мне...
мне все равно.
Пусть приходят.
Пусть убьют меня, если им так хочется.
Мне уже все равно. Мне плевать.
А могут сны на самом деле убить человека,
доктор Флейшман?
Нет, Шелли, не могут.
Я так не думаю.
Привет, я Эд.
Я получил твою записку.
Подай мне то ведро, ладно?
- Что это?
- Это цветок.
А я-то надеялась, что ты
принесешь мне еще одно письмо.
Я видел тебя, когда ты работала
на молочной ферме.
Правда?
- У тебя была табличка с именем и розовая форма.
- Да, точно.
Ты немного поправилась с тех пор.
- Да, примерно на 10 фунтов.
- Тебе идет.
Спасибо.
Я сто раз читала твое письмо.
Я всегда ношу его с собой.
Ты знаешь толк в словах, Эд.
Спасибо.
Особенно абзац о мотоцикле...
"Могу ли я сравнить тебя со своим
"Харлеем?"
Ты намного обаятельнее и сильнее".
- Где же он?
- Кто?
Мотоцикл.
А, мне пришлось продать его.
Плохо.
"Твои хромированные выхлопные трубы,
своды твоих крыльев,
мощь твоего двигателя.
Я хочу ездить на тебе по горам,
сквозь бури,
через пустыни.
Я хочу чувствовать твой горячий, ревущий
двигатель под собой.
Я хочу ехать, ехать,
ездить на тебе вечно".
Ты хочешь?
Нет, ты.
А, да, точно.
Mmm!
Whoa!
Морис идет пешкой G-4.
Белый слон на E-7.
Он собирается поставить мат.
Почему он не пошел пешкой F-4?
На F-4 ее съедят.
- Слон.
- А.
Как ты можешь разгадывать кроссворд
в такое время?
Это называется
"зрелищный спорт?"
Я от весеннего ледохода получаю
больше удовольствия.
Ты делаешь большие успехи, Морис.
Я поражен.
Шах и мат.
- Подожди. Нет!
- Что?
- Прозвенел звонок, а потом ты сходил.
- Нет.
- Да.
- Ну и что? Я же выиграл.
Звонок и ход, звонок и ход.
Обычный русский лживый трюк.
- Ты проиграл.
- Меня обманули!
О, мистер Джимми Стюарт.
Мистер Джон Уэйн.
Американцы никогда не проигрывают.
А как же Аламо, последний бой Кастера,
Залив Свиней, спутник?
- Спутник?
- Да, спутник. Мы побывали там первыми.
Мы надрали вам задницу в космосе.
Это наглая ложь.
Ты называешь меня лжецом?
Я говорю, что ты лжец и мошенник!
Я вызываю тебя на дуэль!
Чудесно.
Тогда я тебя застрелю.
Я давно хотел это сделать.
Знаешь, в детстве я сломал ногу.
Мне пришлось проходить в гипсе полгода.
Она чесалась как ненормальная.
Я прокалывал гипс палочкой,
чтобы почесать ее.
- Я думал, что это блаженство.
- Я хочу ездить на тебе вечно...
Я хочу чувствовать твой горячий, ревущий
двигатель под собой.
Однажды зимой я пошел на охоту
с дядей Анку.
Мы неделями жили в лесу.
Шел дождь, снег,
было холодно.
Мы вернулись домой
и долго потели в сауне.
Я думал, что это блаженство...
Но это...
Боже, Боже, Боже...
Я хочу ехать на тебе по горам,
сквозь бури,
через пустыни...
Лайтфезер?
Да?
Ты не против, если мы сделаем это снова?
Говори...
Я хочу чувствовать твой горячий,
ревущий двигатель...
Говори!
О!
Сигарету?
Я не прикасался к ним 20 лет.
Но почему бы и нет?
Может, мне повезет, и я умру от рака.
У тебя душа русского, Холлинг.
- Я канадец.
- Чтобы обладать русской душой, необязательно быть русским.
У Дикого Била Коди
русская душа.
У Дилана Томаса,
у Аль Пачино.
А вот у Мориса не русская душа.
Пустая.
Песня без слов.
Я бы со стыда умер, будь моя жизнь
так же бесцельна, как его.
Ты и правда можешь умереть, Николай.
Морис хороший стрелок, да, Холлинг?
Все сегодня идет как-то не так.
Всякое бывает.
Отступить сейчас было бы трусливо?
Да. Да.
Умно, но трусливо.
У меня была обыкновенная душа.
Мне не снились сны.
Я крепко спал.
Восемь часов ночи.
Это было счастье.
Знаешь, что делал Толстой, когда
его мучили кошмары?
Он покидал свой дом...
Свой чудесный дом...
Бросал семью, книги, рукописи...
Он уходил в поле работать с крестьянами.
Весь день он пахал.
Молол зерно, пока не начинали
кровоточить руки.
А потом он спал.
И кошмары оставляли его в покое.
Может, и мне так сделать?
Работать, пока не упаду
от усталости.
Нет, Холлинг.
Он совершил безумный поступок.
Опрометчивый.
Он порвал со всеми, понимаешь?
Со всеми.
Достоевский - то же самое.
Он пошел работать в поле?
Нет-нет-нет.
Он проиграл все,
что имел.
Место для поединка было выбрано
шагах в 80-ти от дороги,
на которой
остались сани,
на небольшой полянке соснового леса,
покрытой истаявшим от
стоявших последние дни оттепелей снегом.
Если бы Пьер не женился... Если бы Элен
не изменила... Если бы Пьер не вспылил...
В нашей жизни так много "если".
В следующий раз нас ждет дуэль.
Какая ирония...
Этот вариант Вселенной мы
называем реальностью.
И вписываем в него нашу дуэль.
Это заставляет задуматься над тем,
кто же написал книгу о нас, да?
Эй, Эд. Как дела с Лайтфезер?
Замечательно.
Я хочу на ней жениться.
- Как быстро.
- Думаешь, слишком быстро?
Нет, я думаю, что
это здорово.
Свадьба у тебя в кармане.
Обзаведешься семьей, пару ребятишек...
- Это смысл жизни, ты знал?
- Да.
Я надеялся, что ты проведешь
церемонию.
Думаю, следующая суббота подойдет.
Это мне по душе.
Я вычитал у Рамакришны замечательный отрывок о
женщинах Ура. Думаю, это понравится Лайтфезер.
Знаешь, я ее представляю
жительницей Ура.
Она очень добрая.
Очень милая.
И сильная.
Вот почему мне нужно еще одно письмо.
Зачем?
Я буду просить ее руки.
А, так ты еще не просил?
Ну, довольно сложно думать о том, что
говорить, когда она рядом. Мне нужно письмо.
Слушай, рано или поздно
тебе придется жить вместе
с этой женщиной.
- Так?
- Рано или поздно
- тебе придется говорить с ней.
- Почему?
Почему? Потому что этим занимаются все
женатые люди. Они, знаешь ли, общаются.
Давай по-другому.
Уорд и Джун Кливер.
Они лежат в отдельных кроватях.
Сколько раз ты видел, как Джун склоняется
над столиком и говорит:
"Уорд, мне кажется, тебе стоит
поговорить с Бивером".
Я видел Бетти и Верна Качемак
в химчистке.
Они семь раз загружали машинку.
Они пробыли там около четырех часов,
и никто из них не произнес ни слова.
Ну, за исключением Бетти.
Она что-то хрюкнула,
и Верн долил в машинку
смягчитель воды.
Знаешь, в царстве животных
самец африканской птицы показывает свое
чудесное оперение только во время брачных игр.
А когда дело сделано - все, конец.
Понимаешь о чем я?
- Давай тебя женим.
- Отлично!
Знаешь, ей очень понравилась
та часть о мотоцикле.
Временами она даже изображала
шум двигателя,
когда резко повышаешь обороты.
Может, что-нибудь на эту тему?
- Джоэль, ты хотел меня видеть?
- Холлинг, привет.
Заходи, присаживайся.
Слушай, я тут сделал несколько звонков
насчет расстройства сна.
В Анкоридже есть клиника,
где делают ЭЭГ.
Их заинтересовал твой случай.
Я думаю, что мы съездим туда
и проведем там два-три дня.
Они могут провести полный набор тестов.
Спасибо, Джоэль, но в этом
нет необходимости.
Ты хочешь сказать, что спишь нормально?
- Нет.
- Сны отступили?
- Нет, они еще злее, чем обычно.
- Тогда в чем дело?
Холлинг, мы должны изучить
эту проблему.
Сон нужен человеку,
как вода или еда.
Джоэль, я изучаю ее.
Я все обдумал.
Правда?
Ты ищешь ответ в своих медицинских
книгах и журналах,
а ведь все это время он
был прямо перед нами.
- Все оказалось так просто.
- Ну и каков ответ?
Не переживай, Джоэль.
Я знаю, что нужно делать.
Холлинг, с тобой все в порядке?
Я волнуюсь за тебя. Депривация сна
- ужасная штука.
Ее используют как пытку, чтобы "сломать"
человека. И она может омрачить твой рассудок.
Никогда еще мой разум
не был так свеж.
Юкатакский эскимос не ест неделями,
чтобы достичь ясности ума.
Ладно, только пообещай мне,
если у тебя появятся странные мысли,
чувство угнетения, тревоги,
что-нибудь в этом роде, ты придешь ко мне.
Не как к терапевту, а
как к другу.
Я ценю твою заботу, Джоэль,
но я прекрасно себя чувствую.
Все будет в полном порядке.
Ну что, детишки,
готовы подзаправиться?
Да, сэр.
Отлично.
Возблагодарим Всевышнего за дары,
особенно за картофельное пюре
"Сидящий Олень".
Выглядит чудесно. Аминь.
Вперед, приступайте.
Эд, значит ты почти закончил школу.
Какие у тебя планы на будущее?
Ну, доктор, адвокат,
изготовитель свечей?
Ну, у меня нет каких-то определенных планов...
Отлично. Мне это нравится.
Мне нравятся люди без определенных планов.
- Я хочу быть режиссером.
- Это очень интересная профессия.
Эд, когда поедешь в Голливуд,
окажи мне услугу.
Попробуй улучшить образ духовенства
в кино.
- Ты видел "Город мальчиков?"
- Да.
Что-то в этом роде.
Что-нибудь позитивное.
- Мы оставили Пьера перед дуэлью с Долоховым.
- Потише, Сидящие Птички.
- Мы слушаем "Войну и мир".
- началось, когда он влюбился в Элен.
Со мной было подобное, только для меня
это был большой старый "Харлей".
Что за горячая машина! Я тоже
чуть не погиб из-за проклятого мотоцикла.
И тем же путем любовь Пьера сейчас
могла привести его прямо в ад.
Часть четвертая, глава пятая
"Войны и мира".
Противники имели право, сходясь до
барьера, стрелять, когда кто захочет.
Долохов шел медленно, не поднимая
пистолета, вглядываясь
своими светлыми, блестящими, голубыми
глазами в лицо своего противника.
Рот его, как и всегда, имел
на себе подобие улыбки.
"Так когда хочу - могу стрелять!"
- сказал Пьер.
Он собирается умереть завтра.
Он поет ковбойские песни.
- Это просто дико, О'Коннелл.
- Конечно.
По-другому и не скажешь.
Варварски.
Варварски.
Варваризм.
Но важно, что мы пытаемся понять
русскую душу.
Николай считает, что должен защитить свою честь.
Честь?
Ты про тестостерон?
Он же не граф Монте-Кристо.
Он певец.
Я не собираюсь спорить с тобой
по этому поводу.
Просто представь...
Двое лицом к лицу
в мрачном, застывшем,
голом лесу.
Морис не лучше.
Я сказал ему, что Холодная Война закончилась.
Холодные северные ветры
гуляют по бескрайнему, безмолвному серому небу.
Он сегодня весь день стреляет по мишеням.
Я думал, что он хочет пристрелить меня.
Каждый из них одинок,
смерть - единственный спутник,
они сражаются
как древние гладиаторы, как боги!
...грубою силою штыка
и кровь льется беззащитною рекою.
Молодые отъезжающие люди!
Выше подымите поруганную
честь русского оружия!
А тебя это заводит, О'Коннелл.
- Да нет же.
- Но ты цитируешь "Доктора Живаго".
Я всего лишь пытаюсь понять русский
склад ума, Флейшман.
Рут-Энн, подойди.
У тебя рациональный ум. Поговори
с Николаем, повлияй на него.
- Это просто трагедия, правда?
- Да.
Вот пистолет.
- Ружье?
- Да.
Он принадлежал моему второму мужу.
Завтра он пригодится Коле.
Ты даешь Николаю орудие
собственной смерти?
Николай может постоять за себя.
У него бронзовая медаль по греко-римской борьбе.
И вдобавок, Джоэль, у Николая
есть наглость.
Так. Цыпленок по-киевски.
Беф-строганоф, без гороха.
Шелли, ты знаешь этого человека лучше всех.
Пожалуйста, поговори с ним.
Будет очень хреново,
если он словит пулю.
Когда ты в последний раз видел парня,
который хотел, чтобы ему вышибли мозги просто так?
- Холлинг, ты там?
- Да.
Что случилось, дорогой?
Ты устал?
Нет! Не надо!
- Не надо что?
- Я знаю, ты любишь баиньки
под одеяльцем, и кушать с ложечки
со мной и мишкой.
Все это вернется, милый.
Мы добьемся этого.
ЭТО не способ...
Шелли, я не собирался убивать себя.
- Нет?
- Нет.
- Я собираюсь убить лося.
- Лося?
Да, лося.
Но ты сказал, что больше никогда
не будешь убивать животных.
Ты же поклялся перед
лицом Бога.
Да.
Я понял, что одна из моих проблем -
сидеть взаперти, точно домашний пудель.
Пора покончить с этим,
совершить что-нибудь дикое.
Как Толстой.
Ты "Крис утром?"
- Да, да.
- Привет.
Привет.
- Мы знакомы?
- Ты написал то письмо?
- Какое письмо?
- "Могу ли я сравнить тебя со своим "Харлеем?"
А, это письмо. Да, я.
Это чудесное письмо.
Никогда не читала ничего лучше.
Я хочу ездить на тебе вечно.
Да. Лайтфезер, послушай, мы же не хотим,
чтобы певцу стало стыдно за свою песню.
- Мне это понравилось. Скажи еще что-нибудь.
- Эй!
Какая ты сильная.
Слушай, я написал его для Эда.
Знаешь, это ведь чувства Эда
по отношению к тебе, а не мои.
Но я же мотоцикл, так?
Это были мои отражатели,
мои выхлопные трубы.
Да, но понимаешь,
это вопрос морали.
Я пытался помочь приятелю...
Не то, чтобы я не мог ударить
друга в спину.
Я так же виноват, как и любой другой.
Я просто не готов сделать это
прямо сейчас.
- Почему?
- Почему?
Потому что...
Без обид, Лайтфезер,
но в случае чего...
наш разговор сразу прекратится.
Это не от меня зависит,
для тебя это вопрос родов,
для меня - вопрос выбора. Каприз.
Ты думаешь, мне нравится, как
выглядишь ты или Эд?
- Мне нравятся парни, у которых мясца побольше.
- Тогда чего ты хочешь?
Я хочу слов.
- Слов?
- Горячий, ревущий двигатель...
"Заполняющийся топливом бак".
А, тебе нравятся слова.
Я не могла представить, что все это
можно сказать о мотоцикле.
Я думала, что мотоцикл - это
просто мотоцикл.
Нет-нет-нет. Писатели
веками занимаются этим.
Это называется "эротизация пейзажа".
От "Камасутры" до Генри Миллера.
Был даже французский поэт Бодлер,
который делал много интересных
вещей с мокрой кошачьей шерстью.
С мокрой шерстью?
Да. Слушай, а почему бы тебе
не присесть?
Лайтфезер, вот что я сделаю.
Я дам тебе список книг.
И напишу последнее письмо.
А потом ты пойдешь.
- Договорились.
- Хорошо.
Я собираюсь сравнить тебя с
летним днем.
Ха!
- На вкус и цвет товарищей нет.
- Ладно, пиши.
Иди.
До встречи.
- Привет, Эд, можно зайти?
- Нет.
- Все хорошо?
- Нет.
Слушай, друг, прости меня.
Ну да, ты написал те письма,
потом послал меня подальше, зная,
что понравишься ей больше.
Нет, все не так.
Хотя это не отговорка, ты прав.
Потому что я как-то повлиял
на события,
а потом произошла цепь случайностей,
и я... подставил тебя.
И прошу прощения.
Мне кажется, я тебя простил.
Все нормально, можешь с ней переспать.
- Я не хочу.
- Не хочешь?
- Нет.
- Почему?
Да с ней все в порядке.
Не пойми меня неправильно.
Такова судьба.
За все надо платить.
Знаешь, я всегда думал, на что
это будет похоже.
Но это было совсем не так...
Совсем по-другому.
Что? Что было?
- Секс.
- А.
Как "Чужой". Все мне говорили, какой это
классный фильм.
А когда я его посмотрел,
он оказался намного лучше, чем я
мог себе представить.
Я смотрел его четыре раза,
и каждый раз находил в нем
что-то новое.
Видишь что-то,
чего раньше не замечал.
Я любил фильмы.
А сейчас все это кажется мутью.
Послушай, что я тебе скажу.
Я знаю, что ты в это не поверишь,
я знаю, что тебе тяжело.
Но этот опыт станет воспоминанием.
Это правда.
Бывает, ты с ума готов сойти из-за
подобных вещей.
Но в конечном счете они становятся
лишь приятными воспоминаниями.
Я помню свое первое путешествие
в мир чувств.
Это было в Уиллинге, Западная Вирджиния,
трейлерный парк рядом с колонкой.
Мне было семь лет,
но я
знал о жизни почти все.
Они опоздали.
Пошли домой.
Морис идет.
Прекрасный день для смерти.
Где этот сукин сын?
Его здесь нет, Морис,
так что дуэль отменяется.
Доброе утро всем!
А, Морис, ты пришел.
Нет, не плачьте обо мне, мои любимые.
Я жил, я любил. Я в мире со Вселенной.
Я спел свою песню. Я видел восход солнца
над Мачу Пиччу и его закат над Акрополем.
Кончай трепаться, Николай.
Давай к делу.
Хорошо.
Если кто-то захочет помешать -
вперед!
Не позволяйте мне вставать между вами.
- Я не мошенник, Морис.
- Вполне возможно.
- Ты приносишь извинения?
- Да, да, он извинился!
Правда, Морис?
Да. Отлично.
Пожмите руки,
и пойдем по домам.
Не могу. Извини.
Где ты хочешь стреляться, Николай?
Вон там вроде неплохое место.
Как хочешь.
Это твои похороны.
Ребята, вы знаете, что может
сделать пуля?
Я был интерном в больнице Св. Винсента.
Я видел пулевые ранения.
Это не маленькая дырочка,
а огромная дырища.
Она пробьет кость, срикошетит
внутри тела. Знаете, какие повреждения она нанесет?
Ты уберешься отсюда, Джоэль?
Слушайте, она повредит важные органы:
печень, селезенку, сердце - вы умрете!
Вы умрете!
Ранение в легкое особенно ужасно.
Воздух выходит, у вас
начинается напряженный пневмоторакс,
легкое переполняется и взрывается,
а вы захлебываетесь собственной кровью.
Итак, правила просты.
На счет "три" делаешь десять шагов,
поворачиваешься и стреляешь.
Погоди-ка!
Ты что, содействуешь этому?
- Это работа секунданта, Флейшман.
- Ладно.
Я ухожу.
Надеюсь, что пуля попадет в желудок
или в кишечник.
И может, может быть, я смогу вас спасти,
если перитонит опоздает.
А?
- Это означает "удачи".
- И тебе.
Начинаем.
Один, два, три, четыре, пять,
шесть, семь, восемь, девять...
Стойте! Стойте! Стойте!
Это просто смешно!
Это спектакль для искушенных
зрителей.
Они знают, что Морис не собирается убивать
Николая, и им совершенно точно известно,
- что Николай не станет убивать Мориса.
- Минуточку, Флейшман.
Ты не можешь просто взять и сменить
декорации. Некому кричать "Снято!"
Джоэль прав.
Дуэль - это глупо.
Слушайте, неужели нельзя решить вопрос
мирно?
А как же пятая поправка?
Где у Николая начинает болеть зуб
и он отказывается стреляться?
Долгие разговоры ни к чему.
Что, если Морис промахнется и
убьет кого-то другого по ошибке?
Отлично!
Значит, теперь я остался в дураках?
Слушайте, если дуэли не будет,
какой во всем этом смысл?
Смысл? Смысл - в стремлении
человека к войне.
Но Джоэль просит нас объективно взглянуть на
происходящее и сказать "Достаточно". Я прав?
Слушайте, тут похолодало.
Почему бы нам не перейти к
следующей сцене? Было бы очень здорово.
Так.
Моя принцесса!
Мы поженимся?
Это моя девушка, ты, нечистый.
Так хорошо, когда к нам приезжает Николай.
Всегда происходит что-нибудь
интересное.
Молекулы перемещаются, а потом
все становится на свои места.
- Но мир уже не тот.
- Точно.
И вот еще что.
Мы получили передышку еще на год.
Холлинг!
Я чуть не свихнулась,
дожидаясь твоего возвращения.
Ты уже совершил что-нибудь невероятное,
как Толстой, дорогой?
Да.
- Что ты принес?
- Это молодой олень.
Шелли, я ждал в лесу.
Мое ружье было заряжено.
Я сидел с подветренной стороны в низине.
Я подготовился.
А потом почувствовал,
что хочу спать.
Не знаю, сколько я проспал,
но когда открыл глаза,
солнце уже садилось,
а он был тут.
- Ты не убивал его.
- Нет.
Но мне и не нужно было. Шелли, мне
не нужно было кого-то убивать там.
Мне просто нужно было уйти.
Шелл, я заснул...
и спал без сновидений.
Ненавижу признавать свое поражение.
Но ты был крут.
Ты взял быка за рога.
- Я не подозревала, что ты такой.
- Правда?
Да.
Так, Флейшман!
Ты обычно жалуешься то на одно,
то на другое.
Но в трудную минуту,
или когда ты делаешь прививку какому-нибудь
бедному ребенку, ты удивляешь меня, Флейшман.
Ты заигрываешь со мной?
Я просто говорю, что за
внешностью нытика и грубияна
я иногда вижу крошечный проблеск
почти мужества.
- Привет, Крис.
- Как дела?
Паршиво.
Но я думаю, что это даже хорошо.
Кажется, я уже начинаю переосмысливать
этот опыт.
Да. Ты был яблочным соком,
теперь ты яблочный сидр.


Серия 15

Плавно поверни на 60 вправо
и выравнивай самолет.
Надо выбраться на пару дней.
- Давно мы этого не делали.
- Да.
Куда-то, где прогревают полотенца.
Подожди-ка. 30 градусов влево,
высота ожидания.
- Как я держусь?
- Сдашь.
Но переспать с экзаминатором
все равно не помешает.
Полетели домой!
Что ты делаешь?
Индикатор.
Да. Он... красный.
Привет, Сицели! Проснись и пой!
Это Кей-Бир, Крис Утром.
Шелли уже приготовила завтрак.
Приходите в гости, я закажу вам
по завтраку.
Сегодня - запоздалые извинения
оклеветанному жареному цыпленку.
Люди, вы были правы.
Небо падает на землю.
Агентство НАСА сообщает, что 4 спутник
Дяди Сэма
летит по сходящей орбите
с высокой скоростью.
Другими словами, тонна разъяренного
космического мусора
возвращается домой со скоростью
15000 миль в час.
Это заставляет меня задуматься о...
О трицератопсах.
Спокойно жевали себе пальмочки,
когда с неба вдруг баам!
Паршивец метеор влепился
в матушку-Землю.
Ну, а дальше, как вам известно,
трицератопсы
и 175 миллионов лет эволюции динозавров
канули в Лету.
Итак, непоющему трицератопсу
и всем его родственникам
посвящается эта песенка.
А вот здесь - замечательная кровать.
Я говорил, что этому дому
будет присвоеен статус
исторического памятника?
Его первым владельцем был Иван Любов. Конечно, вы знаете,
кто это такой. Он сделал состояние на бобровых шапках.
Как бы то ни было, в 1911 он построил этот
"дом мечты" для своей невесты.
Это настоящий итальянский мрамор.
Здесь...
настоящие палисандровые полы...
и плинтусы из тика.
Чего только не сделает мужчина
ради маленькой женщины.
Все что нужно - это чуть-чуть подкрасить
и кое-где зашпаклевать. И можно смело въезжать.
Дайте нам секунду на размышление.
Мы готовы заплатить 44000.
Джентльмены, запрашиваемая цена -
55000.
Это не обсуждается.
Мы можем поднять цену до 46500,
но не больше.
Ребята, договорились!
Шелли?
Шелли, можно еще чашечку?
Ах ты, рогатая жба.
Нет, я медвежонок, которому
хочется меда.
Mmm-mmm.
Привет.
Звонили из Управления Авиации.
Ты сказала им, что я дальтоник.
- Да.
- Сказала им!
Слушай, Рик! Это было одно из самых
сложных решений в моей жизни!
Плохо уже то, что ты не допустила меня!
Зачем же ты еще и это сделала?
Это закон!
- Я же не дальтоник!
- Ах, нет?
- У меня просто небольшая проблемка с красным и зеленым.
- "Небольшая проблемка!"
Красный означает "стоп",
а зеленый - "движение".
Мэгги, они отберут мою лицензию!
Ну, мне очень жаль.
Ах, тебе жаль? Ты искалечила мне жизнь, и все,
что ты можешь сказать, это "мне очень жаль?"
Слушай, это я должна злиться. У тебя не было
права просить меня быть твоим экзаминатором.
- Ты знал, что ты дальтоник.
- Ты моя девушка. Мы живем вместе. Ты должна заботиться обо мне.
Я и так забочусь! Что, если я допущу тебя,
и ты попадешь в аварию?
- Что тогда?
- Я не имел в виду ТАКУЮ заботу!
Я имел в виду заботу как...
Так как ты должна!
Невероятно!
- Просто потрясающе!
- Мои глаза?
О'Коннелл.
Она тебя просто провалила.
Какое предательство!
- Только я не понял... Ты давно летаешь?
- Восемь лет.
- А разве тебя не осматривал терапевт?
- Осматривал.
- Так как же тебя допустили?
- Знаешь тест Ишихары на дальтонизм?
- Книга.
- Да.
- Я ее выучил.
- Серьезно?
- У тебя отличная память.
- Я могу что-нибудь сделать?
- Ничего.
- Ну, упражнения, специальные очки?
Рик, твои глаза в полном порядке. Ты просто
страдаешь дальтонизмом, то есть не различаешь цвета.
Как и многие мужчины...
Это врожденное.
Без обид, но лично я предпочитаю летать
с пилотом, который различает весь спектр цветов.
Так же, как если бы у меня была нейрохирургия,
я был бы похож на врача с 10 пальцами.
Стой...
можешь помечтать...
Если О'Коннел сделала такое
со своим парнем,
то что она сделает с "вешалкой?"
Ты еще помнишь это?
Да... ты...
Знаешь, что мы можем сделать? Мы могли бы
попросить всех горожан подписать письмо.
Когда закрыли шоу Кегни и Лейси, все
зрители написали туда, и их вернули?
Может быть, мы вернем тебе крылья.
Послушай.
Я бы так не расстраивалась.
У меня был брат, которого уволили с полуприцепа,
потому что его ударило тросом по голове.
И он сейчас счастливо живет,
продавая лампочки.
Холлинг? Я думаю, вам двоим
неплохо бы выпить еще по чашечке кофе.
Шелли, это Анита. Я познакомился
с ней в Номе в старые добрые времена.
- Мы не виделись... лет двадцать?
- Наверное, но кто считает?
- Анита, это моя Шелли.
- Здравствуй, милая.
- Привет.
- Она просто чудо! Так похожа на тебя.
Ты не говорил, что у тебя есть дочь.
- Я не его дочь.
Я его... что?
Она моя... почти жена.
Боже ты мой! Холлинг Винкур,
я должна была догадаться!
- Ты всегда был чертякой.
- Анита разводит лаек.
У нее лучшие ездовые собаки на всем Севере.
Никто не удержит вожжи лучше Холлинга.
Собаки просто обожают его. Бегут,
пока не свалятся. Садись с нами.
Я не могу...
У меня еще есть заказы.
- Ты была в Номе?
- Печальное зрелище, да?
Стариков уже нет.
- Да.
- Либо умерли, либо уехали, либо спились.
Да, это верно.
Посмотри на этого беднягу.
Просто любопытство
терапевта, интересующегося
психическими отклонениями в поведении.
Зачем ты это сделала?
Ты на него обиделась? Не хочет
работать по дому?
Как у дипломированного инструктора, Флейшман, у меня
есть обязательства, не зависящие от личной жизни.
Знаешь, что я думаю? Мне кажется,
ты пытаешься соревноваться с мужчинами.
- Не думаю, что мы тебе нравимся.
- Только ты, Флейшман.
То есть я знаю, конечно, что тебе нравятся
и будут нравится мужчины в постели.
Я говорю, что на самом деле мы тебе НЕ
нравимся. "Не нравимся" означает "не нравимся".
Если б ты не был таким чурбаном, Флейшман,
то мог бы понять мою позицию.
Давай я объясню тебе как можно проще. Рик может
разбиться насмерть, и тогда я понесу ответственность.
- Ага.
- Что "ага?"
Понял. Это тот сглаз. Проклятье. Они
помирают из-за тебя. Ты думаешь, Рик обречен.
Называть тебя чурбаном - значит,
оскорблять чурбаны.
У Брокколи мозгов больше, у брюссельской,
у цветной капусты.
Что?
Куда он делся?
Куда ты смотришь?
Так. Вот сюда.
Доктор Флейшман, вы должны
взглянуть на это.
- Я торопился изо всех сил.
- Я уверен, он бы это оценил, Джоэль.
Как? Как это произошло?
На него упал спутник.
Спутник? Спутник упал на Рика?
Ну, не весь спутник. Часть его сгорела,
но кусок был здоровый.
- Боже мой!
- Да, это проблема.
- Проблема? Что может быть хуже смерти?
- Пойдем-ка взглянем на него.
Господи!
Я был на войне. Я видел
множество различных смертей.
Но я никогда, никогда не видел
ничего подобного.
- Вы только посмотрите!
- Да.
Будто Рик со спутником...
как будто они...
Склеились. Срослись.
- Стали единым целым.
- Как такое могло случиться?
Это основы физики.
Вход в атмосферу.
Когда эта штука вошла в земную атмосферу,
она двигалась со скоростью 15000 миль в час.
Трение было ужасным, и эта
малышка раскалилась.
- Как же повезло Рику!
- Повезло? Да он умер!
Да, но скажи, многих ли убило
спутником?
Спорю, он попадет в Книгу Рекордов
Гиннесса.
Так, Джоэль, ты уже придумал,
как разделишь их?
Разъединить их?
А я-то тут при чем?
Ты думаешь, этому учат в медицинском колледже?
Тут нужен не доктор, а кузнец,
металлург.
Да, сразу не скажешь, где кончается Рик
и начинается спутник.
Полагаю, лучше просто признать, что
эти двое неразделимы.
Кто-нибудь скажет Мэгги?
Нет, и когда будешь с ней разговаривать,
будь потактичнее.
Ей страшно не везет с мужиками.
Минуточку! Подождите! Почему именно Я должен
сообщать ей? Я не собираюсь!
Ты же врач, сынок. Это
вроде как твоя сфера деятельности.
Привет, Мэгги. Как поживаешь?
Чего тебе?
Можно присесть?
Просто скажи, что тебе нужно,
Флейшман.
Я просто хотел извиниться...
за вчерашнее.
Проехали, Флейшман.
Что там надо починить?
- Что?
- Да ничего. Просто я вчера
наговорил всяких глупостей и
очень сожалею об этом.
Правда?
- И что?
- Да все, в принципе... и...
- Что?
- Ну...
Как дела?
Рик не пришел ночевать, ясно?
Если он хочет вести себя как ребенок,
пусть его!
Я имею в виду, раз я плохая,
значит, плохая.
Но я не хочу, чтобы на моем счету
была еще одна смерть.
То есть... Ладно.
Я это признаю.
Я телепат.
Я потеряла четверых парней. Четверых.
Знаешь, как это выглядит со стороны?
И, конечно, я спрашиваю себя: "Это я?
Это я что-то делаю?"
Ну что стряслось, Флейшман? Я же вижу,
что ты хочешь мне что-то сказать.
Да, да. Я хочу тебе рассказать...
- Что?
- Анекдот.
- Анекдот?
- Да.
Один человек поехал в командировку.
А своего кота оставил у друга.
Ну, он звонит другу и спрашивает:
"Как там кот?". А друг отвечает, что кот подох.
Этот человек говорит "Блин,
неужели нельзя сказато об этом как-то
потактичнее? Начать издалека?
Например, твой кот забрался на крышу,
черепица сгнила, и он упал?"
На следующий месяц он вновь
отправился в командировку.
Звонит другу и спрашивает,
как там мама.
А друг отвечает: "Она полезла на крышу,
а черепица сгнила".
Неплохо.
Рик забрался на крышу.
Я прежде не видел ничего подобного.
Бедняга Рик.
С этими штуками, торчащими из головы,
он похож на Статую Свободы.
Я не хочу, чтоб вы думали, что
такое часто случается.
Нет, сэр. Это впервые.
Сухая статистика гласит,
что Сицели - самое безопасное место
во всех Соединенных Штатах.
Что скажешь?
Восхитительно! Очень вкусно.
Думаю, можно было добавить
еще красного перца.
Морис, у тебя есть бальзамический уксус?
Вон там, на полке.
Так, ребята, все готово.
- Хочешь пасту, Рон?
- Конечно.
- Это ампир?
- А, нет. Это Country Friar.
А, я всегда их путаю. В нашем семействе
антиквариатом заведует Рик.
- Мощная коллекция, Морис. У него есть даже полное собрание Митци Гейнор.
- Да?
- И бутлег Этель Нерман.
- Я рад, что вам нравится хорошая музыка.
- Есть люди, которым на это плевать.
- Могу себе представить.
- А давно вы занимаетесь отелями? -
Вообще-то, это наша первая подобная авантюра.
Последние семь лет мы занимались собаками.
- Восемь.
- Восемь? Неужели?
- Так. В каком году мы познакомились?
- В '83. Мы встретились на Хэллоуине у Дэна Пресли.
- Это '84.
- Нет, в '84 мы были на "Русской Реке".
Точно. Всегда забываю
об этой вечеринке.
Эрик нарядился как Барбра Стрейзанд.
- Серьезно?
- Зато в прошлом году мы отдыхали на той маленькой кровати и завтракали в Сиэттле,
и решили, что нам по душе такая жизнь.
- Ага.
- Знаешь, Морис, переезд в новый город, новое занятие...
Это ведь большой шаг. Есть о чем
беспокоиться.
Но обычно встречается кто-то, с кем
мы налаживаем тесный контакт.
Мы были бы рады переехать сюда.
- Ты был против признания штата.
- Ничего подобного.
Холлинг Винкур, ты был против! Я же помню
ночь в "Последнем Шансе".
Ты твердил всем в баре, что в день,
когда Аляска станет штатом,
ты распростишься с природой.
- Ну, я...
- Минуточку.
- Я думала, что Аляска всегда была штатом.
- Нет.
- Не была до 1959.
- Просто задумайся, милая.
Мы ссорились и боролись, когда тебя
еще на свете не было.
Я знаю.
Я думаю, что то, что произошло с Риком -
это просто мрак!
Да. Ужасно.
Напоминает мне об Эбе Келлоге, которого
затянуло в конвейер на консервном заводе.
Пришлось изъять из партии сто
банок лосося.
Никогда не забуду его похороны!
Мы смотрели, как они зарывают
эти баночки!
Вы не проголодались?
Я принесу запеченных цыплят.
Помнишь день голосования?
Кругом был сплошной праздник.
Танцы на улицах.
Пламя костров освещало небеса...
А эти чудики в Фербэнксе покрасились в
золотой цвет в Чена Ривер.
Да, такое не повторяется.
Вы просто должны увидеть пивной бюст,
который нам вручили, когда мы обыграли Сессфорд.
Там были чуваки, похожие на группу
Мотли Крю.
И все просто надрались...
и сперли насадку пожарного крана.
Вот это была гулянка!
Это моя малютка!
- Сколько в тебе энергии.
- Конечно.
Я думала, ты выдохнешься после
сегодняшней трепотни.
Я обрадовался встрече со старой
знакомой.
Почему мы никогда так не разговариваем?
Как?
Как вы с Анитой.
- Мы же разговариваем, Шелли.
- Но не так.
Мы говорим только об оленине и соусах
и о том, какие липкие столы.
И никогда не разговариваем просто так.
Дорогая, это же не так.
Нет, так! Все, чего ты хочешь -
это просто лапать меня!
Ну сегодня мы же говорили о том, чтобы
заказать тебе новые туфли?
Это не считается.
Вы с Анитой говорили о друзьях и
о том, что пережили.
Я тоже хочу говорить об этом.
Шелли, родная. Мы знакомы с Анитой
уже сорок лет.
- И что?
- Не знаю...
Между вами есть разница.
Да ладно, Шелли. Разве мы не мило
болтаем прямо сейчас?
Рика сегодня убило спутником.
Да.
Я считаю, что ты эгоист.
- Привет, Гэри.
- Здравствуй, Мэгги.
Гэри...
Это для тебя.
Это печенье...
Овсяное... с изюмом.
- Спасибо.
- Я подумал, что ты проголодалась...
- Как у тебя уютно...
- Хочешь зайти?
Спасибо.
Гэри, не хочешь чаю?
- Я как раз собиралась выпить чашечку.
- Знаешь, Мэгги, мы с Риком были настоящими друзьями.
Я знаю, Гэри.
Прошлой зимой на рыбалке на озере Качуга
мы оба провалились под лед.
- Я потерял два пальца.
- Да, Рик рассказывал.
Дело в том, что... Если бы Рик мог говорить,
знаешь, что бы он сказал?
Я думаю, он бы сказал, что право первой
очереди принадлежит старине Гэри.
Какой очереди?
В тебя. Первый выстрел.
- То есть ты сейчас одна...
- Секундочку. Так ты пришел переспать со мной?
Я не боюсь,
даже если ты наводишь порчу.
Черт возьми! Я так давно один.
Две недели - и я был бы счастлив.
Рика еще не похоронили!
Я могу подождать пару дней, если
ты хочешь...
Я хочу, чтобы ты немедленно ушел.
У меня есть электричество, и мой
грузовик оплачен.
- Убирайся!
- Хорошо.
Еще один вопрос... Я давал Рику
набор гаечных ключей...
Уходи! Убирайся вон!
Когда я узнал о Рике, первое, что пришло
мне в голову, это фраза "Клаату барада никто",
эти бессмертные слова выключали робота
Горта в фильме "День, когда Земля остановилась".
Когда вышел фильм, роботы
существовали только в воображении.
Но сейчас, когда есть искусственный
интеллект,
электронные биоимплантанты,
сейчас мы не только создаем умные машины
мы сами становимся умными машинами.
Вы спросите, какое отношение все это
имеет к Рику?
Я просто подумал, что он может быть
новой ступенью в процессе эволюции.
Поясняю. Вчера,
когда милый цветочек, придуманный НАСА,
влетел в Рика,
он перешел границу между
человеком и машиной.
Он стал человеком будущего -
Хомо Новус!
Подумайте об этом.
Босс, что такое?
Я тут принес тебе кое-что. Мне
это больше не понадобится.
- Правда? Спасибо.
- Да. Японская посуда, макаронница, емкость для суфле,
- Подожди, это же твой гастрономический набор!
- С этого дня я перехожу на барбекю.
Ха!
Фондюшница.
Я провел немало веселых часов
с этой крошкой.
- Морис, у меня нет кухни.
- Ну, может, когда-нибудь...
И позволь мне добавить:
все великие повара в мире
были страшными бабниками,
настоящими охотниками за юбками.
- Понимаешь, о чем я?
- Кажется, нет.
Так оно и было, поверь.
Тебе нравится Джуди Гарленд?
- А Гвен Вердон?
- Да что случилось?
Крис, я сейчас перечисляю тебе исполнителей.
С чем они у тебя ассоциируются?
Думаю, с гомосексуалистами.
- Ну вот, дошло же!
- А это тут при чем?
Два извращенца, которых я, ничего не подозревая,
пригласил в дом,
дотрагивались до моих вещей, произведений
искусства, которые лично мне доставляли удовольствие!
А я, получается, был соучастником!
В голове Мориса Миннфилда не было ни одной
непристойной мысли о мужчине!
Был один...
тревожный сон, в котором я боролся
с Дэвидом Нивеном,
но клянусь, ничего такого не было!
- Я не хочу, чтобы хоть кто-то подумал, что я не
стопроцентный гетеросексуал! - Ты же это знаешь.
- Лучше оставь всю посуду себе.
- Да ты же меня совершенно не слушал!
Да слышал я все. Дело в том, что не
надо перегибать палку, Морис.
Ясно? Хочешь нарисовать образ человека,
довольного своей половой жизнью?
Черт подери, ты о чем?
Люди, ненавидящие "голубых", обычно
сами склонны к их ориентации.
Не переводи разговор на меня! Здесь
нет ничего ужасного!
Закон это допускает! Если тебе не нужна посуда,
хорошо, найду кого-нибудь, кому она пригодится.
Я могу тебе помочь, Шелли?
У вас есть книги по истории?
Да, вот здесь, рядом с теософией.
Я так давно не была в библиотеке.
В школе я ходила в библиотеку.
Но я просто сидела там.
Вот это хорошая книга.
Лукреция Мотт, "Ее история".
Она была одной из первых суфражисток.
А она страдала в 50-е?
Нет дорогая. Задолго до этого.
Я хочу почитать о 50-х.
Так, 50-е...
А как тебе эта книга?
Джон Фостер Даллес, "Угроза СССР
Западной Европе.
Стратегия и тактика сдерживания".
- Звучит неплохо.
- Тут не хватает пары страниц во второй главе.
- Прошлой весной крыша прохудилась, и на книги попала вода.
- Ничего страшного.
Это доклад Министерства сельского хозяйства
за 1957 год.
Абстрактный экспрессионизм.
"Великие бейсболисты.
История Микки Мэнтла".
- Что?
- Твои волосы.
- А что с ними?
- Как у тебя получился такой цвет?
- Это натуральный цвет.
- Как тебе повезло...
Я просто старая, Шелли.
Да. Это я и имела в виду.
Так. Пять футов и один дюйм.
Привет, Морис!
Так. Сделка отменяется. Вон.
- Морис!
- О чем ты?
Мы ничего не подписывали. Я передумал.
А теперь - убирайтесь с моей собственности!
- Почему? Что случилось?
- Я не обязан вам ничего объяснять!
- Мне кажется, обязан.
- Правда?
- Да!
- Хорошо.
Я открываю карты! Я видел Сицели.
И в этом видении не было места Острову Огня,
Сан-Франциско.
А еще там не было стилистов, дизайнеров,
флористов или собачьих парикмахеров!
- Дошло до вас?
- Будешь показывать нас в театрах, Морис.
- Я не шучу!
- Я же не собираюсь запрещать
пассивный гомосексуализм, у меня это
в порядке вещей.
- Сколько?
- Я не об этом!
Мы договорились на 46500.
- А если мы предложим 48?
- Я говорю о морали, а не о деньгах!
- Пятьдесят.
- Да вы же меня совсем не слушаете!
- Что скажешь, Эрик?
- Даже не знаю...
- Что ж, раз так...
- Что?
Мы согласны на запрашиваемую цену - 55.
- 55?
- И ни пенни больше, Морис.
- 55?
- Цена не изменится.
Это аванс.
Ты должен ответить до завтрашнего полудня,
иначе мы уедем.
55?
Всем привет.
Знаете, это была одна из любимых
песен Рика.
- Да. Эд, как там дела?
- Сейчас посмотрю.
Извините за задержку, но гроб Рика
нужно было подогнать по размеру.
Но думаю, он не обидится,
если мы начнем без него.
Ведь похороны важны в первую
очередь для выживших.
В данном случае, это Мэгги.
Ей пришлось выжить больше раз, чем она
хотела бы...
Я знаю, все вы помните предшественника
Рика, Дэйва.
Он уснул в горах и замерз.
Но до Дэйва был Глен. И Глен на своем
"Вольво" свернул не туда...
и умер на полигоне...
А до него был Брюс, жертва несчастного
случая на рыбалке.
А до него был Гарри.
Помните Гарри?
Он умер на этом... как его...
Как это называется?
- Пикник.
- Прости, не слышу.
- Пикник!
- Да. Картофельный салат...
Многие посмотрели бы на эту цепь
из пяти смертей и сказали бы:
"Это невероятно. Здесь творится
что-то очень странное".
Но я хочу сказать Мэгги от лица всех
присутствующих... Мы не считаем, что виновата она.
Мы не верим ни в какие проклятья.
Так, друзья?
Да ладно вам! Давайте громче!
Так, друзья?
Он здесь.
Аккуратнее!
Острожно. Полегче.
Держи его.
Ну и ну!
Рик здесь.
Отрежьте его!
Человек же умер!
Крис!
Умер человек!
А!
Шелли?
- Шелли!
- Здравствуй, дорогой.
- Ты...
- Ты предпочитаешь лук или маслины в мартини?
Маслины, наверно. Ты выглядишь
по-другому.
Я одолжила несколько вещей
у Рут-Энн.
Так как ты относишься к Этель
и Джулиусу Розенбергам?
- К кому?
- Это "ядерные шпионы".
Ужин готов.
Хот-дог и сыр в горшочке.
Шелли, уже полночь.
И что?
Ну, я подумал, может, ты хочешь немного
потискаться, ведь вчера ничего не было.
Жизнь - это больше, чем секс.
- Добавить кетчупа?
- Нет, спасибо.
Знаешь, мне кажется, что Грейс Келли
круче Одри Хепберн.
Плохо, что она не снимается.
Но ты-то должен это понять.
Она ведь вышла замуж за настоящего принца.
Это намного лучше, чем жизнь кинозвезды.
Помнишь ее подвенечное платье?
Оно, наверно, стоило кучу денег.
Хотя... если ты управляешь своей страной,
то можешь позволить такое.
Ты молчишь...
- Э-э...
- Эта вакцина Солка просто дрянь...
Я не думаю, что дети ее оценили.
Они еще маленькие. Они не знают, на что это было
похоже. Я училось с девочкой, у которой была косолапость.
Но это пустяк в сравнении с
полиомиелитом.
И знаешь,
Даллес был прав.
Мы на самом деле кинули Восточную
Европу на Ялтинской...
Я хочу сказать, нельзя же обвинять Венгрию
в том, что все наплевали...
Я бы тоже обозлилась, если бы какой-нибудь
хам вроде Хрущева стал мне говорить, что делать.
Да я бы его даже в Диснейленд
не пустила.
Холлинг?
- Холлинг?
- Ага.
У тебя есть мнение хоть по какому-нибудь
вопросу?
Я во все это ввязалась!
Я оделась, приготовила ужин, пытаюсь вести
светский разговор, а ты?
Ты сидишь тут как болван!
Мэгги, позволь дать тебе совет.
У меня был дядя, про которого говорили,
что он приносит всем несчастье,
пока он не выиграл в лотерею
на Октоберфесте.
Это был набор энциклопедий.
И после этого каждый говорил, что
он его лучший друг.
Да.
Мэгги, вот ты где! Я тебя ищу повсюду.
Мэгги, мне так жаль Рика.
- Спасибо.
- Знаешь, я надеюсь, что ты поужинаешь сегодня со мной и с Биллом.
- Не знаю, Вал, нет настроения.
- Но тебе же нужно есть, Мэгги.
Знаешь что? Я попрошу Билла приготовить
его знаменитый маринад для лосося.
- Пожалуйста, мне это совсем не трудно. Что скажешь?
- Ну...
Знаешь, было бы неплохо, если бы
Билл и ты...
поближе познакомились, побыли немного
вместе...
- Мы с Биллом?
- Прости, но кто знает? Одно за другое...
Ты считаешь, что у нас с Биллом интрига?
Ну, скажу тебе правду... Я видеть
его не могу.
- Ты хочешь, чтобы я его убила?
- Пригласи его на свидание. И все само получится.
Шелли, пожалуйста.
Шелли, я же попросил прощения!
Тунец, лосьбургер, спагетти
и фрикадельки.
- Шелли!
- Вы не передадите мистеру Винкуру, что я не желаю с ним разговаривать?
- А...
- Я слышал.
- Передайте, что у него был шанс поговорить вчера.
- Она говорит...
И, может быть, я не такая старая, как некоторые его
подружки, но могу поддерживать разговор не хуже остальных!
Шелли, это совсем другое дело!
Шелли, ты должна выслушать меня.
Если это из-за Аниты, то тебе
не из-за чего расстраиваться.
Шелли, можешь резать сколько угодно, но
ты все же выслушаешь меня!
Пусть ты не такая старая, как она, пусть у нас
нет общего прошлого, плевать!
Да хоть даже ничего общего!
Это не важно для меня!
Мне не нужен тот, с кем можно
ПРОСТО поболтать.
Боже мой, Шелли.
Ну поговорим мы, и что?
Что дальше? После разговора нужно
заняться еще чем-нибудь...
Понимаешь?
Я люблю тебя, Шелли.
Что с того, что ты на сорок
лет младше меня?
Я люблю твою юность.
Ты возбуждаешь меня 24 часа в сутки.
Я даже не знаю, куда мне деваться...
Я смотрю на тебя и клянусь,
что мне не важен твой ум.
Я люблю тебя за твое тело.
Правда?
Да.
О, Холлинг...
- Я собираюсь пообедать. Идешь?
- Который час?
- Около 12.
- Черт.
- А в чем дело?
- Это аванс за дом, 5000.
Он не стоит и сорокА, а эти люди
предлагают мне 55 тысяч.
Так в чем дело?
При 46 с половиной меня сдеживают
моральные принципы, Крис.
Но при 55 я сдаюсь.
Часть меня говорит:
"Возьми деньги, балда".
А другая возражает:
"Не продавай дом двум геям".
Ты все еще нервничаешь из-за геев?
Мне без разницы, какие извращения
творятся в их доме.
Я просто не хочу, чтобы они занимались
этим на моем заднем дворе.
Если я их впущу, они подготовят
позиции.
Не успеешь моргнуть - вся Сицели
будет завалена "голубыми".
Морис, раз ты так считаешь,
просто верни деньги.
Но они же переплачивают!
Мне ни разу не попадались такие покупатели!
Да.
- Может, тогда лучше взять деньги и не париться?
- Да?
Да. Только подумай: у тебя с геями
ведь много общего?
Погоди-ка! Если ты о кулинарии
и антиквариате...
Нет-нет-нет. Я говорю о твоей военной
традиции - дисциплина, честь, лояльность...
Да черт тебя дери! Ты о чем?
- Возьми, к примеру, янычар.
- Да?
Воинская элита Османской империи.
Пару веков они были самой безжалостной
и кровопролитной армией в мире.
- Ага.
- Они убили миллионы людей.
Захватили бессчетные города.
Пытали, насиловали, грабили.
И... ты утверждаешь,
что они были...
- Это общеизвестный факт. Они предпочитали мужское общество.
- Ха.
Если бы вы надули владельца квартиры,
у вас были бы сплошь спальни?
- Давай-ка освежимся. Шелли!
- Ага.
Еще кружечку для моих коллег.
Привет.
Терпеть не могу, когда ты куришь. Я когда-нибудь
покажу тебе картинку легкого курильщика.
- Если и это тебя не остановит...
- Ты зачем пришел, Флейшман?
- Рассказать еще пару анекдотов?
- Я сожалею о Рике. Правда.
Прости, что не нашел другого
способа сказать тебе...
Почему же ты не сказал по-нормальному? Лучше
иди, пока не получил по голове сейфом или пианино,
или тебя не шарахнуло молнией.
И ты веришь в эту чушь?
Веришь?
Эй!
Как врач, как ученый, я заявляю тебе -
нет такой вещи как проклятье.
Все, что происходит -
это теория вероятности,
статистической вероятности или
случайного события.
- Флейшман...
- Если человек засыпает во льдах...
то велика вероятность того,
что он замерзнет.
Аналогично, если человек сидит
на склоне горы,
существует вероятность, хоть и небольшая,
что на него упадет спутник.
Ты случайно общалась с этими людьми.
Их просто не подставили в уравнение.
- А ты подставил себя, мистер Всезнайка?
- Нет.
Скажу честно, даже больше...
Мне не нравится видеть тебя такой.
Это меня раздражает.
Не подумай ничего такого, но к твоему благополучию
у меня не только профессиональный интерес.
Я тебя не боюсь, О'Коннелл.
Все слышали?
Эй, я не боюсь Мэгги О'Коннелл!
Не боюсь! Я не верю в вуду!
- Флейшман, сядь.
- Давай потанцуем?
- Я не хочу.
- Это великая песня.
- Плевать.
- Если ты не пойдешь танцевать, знаешь, что ты сделаешь?
Ты вернешься к истокам -
к битве за род людской,
дабы вытащить его из мрака
невежества и суеверий.
А говоря "да" охотникам на ведьм и инквизиторам,
ты закрываешь дверь просвещению...
И ты... возвращаешься в мрачное средневековье.
Я делаю это не ради тебя, О'Коннелл,
а ради цивилизации.
Что ты сказала?
Пожалуйста?
Шелли.
Неплохо, Флейшман. Я удивлена.
Ведь когда ты ходишь, ты немного косолапишь,
ставишь носком внутрь правую ногу.
- В детстве я носил специальную обувь.
- Над тобой смеялись?
Нет, у меня были штыки-ботинки
как у Розы Клеб. Никто со мной не связывался.

 

 

////////////////////////////