Ставка больше, чем жизнь (1967 год). Цитаты и фразы из сериала
«Ставка больше, чем жизнь» (пол. Stawka większa niż życie) — польский
приключенческий сериал (1967—1968) режиссёра Януша Моргенштерна о работе
офицерa польской разведки Станислава Колицкого («Янек») под личиной
германского офицера Ганса Клосса во время Второй мировой войны
Все фразы и цитаты
Серия 1
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Первая серия:
Я знаю, кто ты такой
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Северин Бутрым, Мичислав Стоор,
Кшиштоф Хамец, Янина Боронска,
Алиция Зоммер, Виктор Нановски,
Анджей Май и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мичислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1941 год.
[тревожная музыка]
[плеск]
[пение птиц]
- Стой! [лязгание затвора]
Руки вверх!
Брось оружие!
- Я вам прочту ваши показания:
"Станислав Колицкий родился
17 декабря 1920 года в Костэжене.
Национальность - поляк.
В последнее время - студент
Политехнического в Гданьске."
- В последнее время - узник
лагеря в Крулевце.
- Да, да... "Узник немецкого лагеря,
задержан при попытке перейти
советско-германскую границу.
Допрошенный пограничной
службы показал,
что сбежал из лагеря с намерением
перейти границу СССР,
чтобы сообщить советским властям
о концентрации немецких войск
в окрестностях Крулевца,
и о возникших там слухах
о приближающемся нападении
немецких войск на СССР."
Это всё. Подпишите.
- Я также сказал, что если
начнется война,
то я хочу сражаться против
общего врага Польши и России.
- Хорошо, хорошо.
Вы скажете об этом там,
куда поедете.
- Куда поеду?
- Узнаете в свое время.
- В последний раз, Клосс,
вы остановились на том,
что поехали на каникулы
в имение родных вашего приятеля.
Как звали этого приятеля?
- Густав Эрлинг.
Ведь я вам уже говорил.
- Да, да, говорили...
Эрлинг - это, конечно,
тоже немец?
- Да. Его родители осели
в Литве раньше нас.
А когда мой отец строил
сахарный завод,
Эрлинги помогли ему,
предоставив большой заем.
- Расскажите теперь
об этих каникулах.
- Я приехал на станцию поздним
вечером - было уже 10 часов.
Меня ждала бричка... из имения.
- Пароконная?
- Не помню.
- Вспомните, это очень важно.
- Одноконная.
- А кучер?
- Кучера не было -
Густав приехал за мной.
- Как выглядела станция?
- Это - маленькая станция.
Перед ней росли высокие тополя.
Налево была деревня.
Направо - лес.
Дорога через лес была короче,
но Густав хотел показать мне озеро.
Потом я очень часто ходил
на это озеро с Эдитой...
[поляк думает:] "Очень важно
запомнить его движения -
одного внешнего сходства
недостаточно."
Клосс: -... а Эдита - это моя
кузина, далекая кузина.
У брата ее матери был
небольшой фольварк
недалеко от имения моего
приятеля - мы часто встречались.
Следователь: - Так, об этом
после, а теперь вернемся к дороге.
Итак, вы поехали через лес...
[шум запора двери]
- Ну и что?
- Постоянно одно и то же!
Два часа меня расспрашивали
о каникулах пятилетней давности!
Я с ума сойду! Зачем это
им понадобилось?
[выстрелы, взрывы]
[тревожная музыка]
- Мы должны организовать наш удар
в районе деревни Каменюшка.
Мы подтянем все наши силы.
Мы должны прорвать
большевистские укрепления
на небольшом участке.
Прорвавшиеся вперед
бронетанковые части, господа,
должны пройти 20-25 километров
вглубь обороны неприятеля
в окрестностях города Шапельникова.
Пользуясь неожиданностью,
подтягиваем наши тылы.
Условием успеха является
полная неожиданность для противника.
Всё ясно?
- Срок наступления уже известен,
генерал?
- В 4:30 утра, 7-го июля.
Конечно, командиры частей
получат запечатанные конверты,
которые они могут распечатать
только после получения приказа.
Наша разведка донесла, что
большевики сумели уже
оправиться от паники
первых двух недель
и пытаются организовать линию
обороны в районе речки Каменица.
Значит, только удар всех
наших сил позволит нам
выполнить задачу, поставленную
перед нами командованием корпуса.
Это всё, что касается
оперативных вопросов.
Теперь штурмфюрер Штетке
сообщит вам о мерах,
предпринятых для обеспечения
безопасности тыла.
- Сегодня утром я отдал
распоряжение
депортировать всю молодежь
на работу вглубь Рейха.
[тревожная музыка]
Солдат [по-немецки]: - Стой!
Солдат: - Быстрее!
[тревожная музыка]
Солдат: - Стой! [автоматная очередь]
- Неужели нельзя было подождать!
Солдат: - Стоять!
- Их радиолокационные машины
выслеживают день и ночь.
Я переношу радиостанцию
Пьяцеку.
Солдат: [кричит по-немецки]
- Я буду вечером.
- Ганс!
- Добрый день, дорогая.
- Кто это был?
- Кто?
- Как кто? Та девушка.
- Ах, та девушка - не знаю.
Я поднес чемодан - помог ей.
- Полька?
- Полька или русская -
я не спрашивал ее об этом.
- Красивая?
- Красивая, но Марта...
- Госпожа доктор, вас к телефону.
- Да.
- Увидимся вечером?
- Ну конечно!
- Ну, можем начинать.
- Пиши: "От Йот 23.
Немцы планируют атаку
на 7-е июля на 4:30
на участке Б-3.
Рассчитывают застать
врасплох.
Необходимо опередить их атаку
артиллерийским огнем."
Зашифруй и передай.
Сегодня утром начали работать
радиолокационные машины.
Будьте осторожны.
- Ты тоже будь осторожен.
- Сегодня я натерпелся страху
из-за тебя!
- Из-за меня? А... понимаю.
- Ничего ты не понимаешь,
речь не об облаве,
когда я разговаривал с тобой,
меня видела моя невеста.
- Невеста?
- А что, ты считаешь, у меня
не должно быть невесты?
Из-за Марты Бехер мне
завидует парочка офицеров.
Она - замечательная девушка,
но ревнивая.
- Нельзя ли эти радиолокационные
машины как-нибудь ликвидировать?
- Я подумаю, но это чертовски
рискованно.
Любая крупная акция исключается -
в городе находится специальная
группа СС.
- Какой-нибудь пожар в гараже?
- Знаешь, чем это кончится?
Уничтожением населения.
Штетке только ждет предлога!
[тревожная музыка]
[звонок телефона]
- Так точно, слушаю!
Так точно!
Всё в порядке. Концентрация
войск закончена.
Никакого движения
на стороне противника.
[выстрелы артиллерии]
С ума сошли! Ведь атака должна
была начинаться в 4:30!
[выстрелы, взрывы]
- Что?
Большевики за полчаса до
нашей атаки?
- Русские упредили наш удар
и вернули себе пару километров
территории.
- Старик нас за это по головке
не погладит!
- Его тоже не погладят.
- Господа, я не случайно вызвал
сюда вас обоих.
Случившееся сегодня
легло темным пятном
на историю нашей дивизии.
Мы должны смыть это пятно!
Прежде, чем это произойдет,
мы должны найти виновников.
- Моя специальная группа
в вашем распоряжении, генерал!
- Меня не интересует деятельность
специальных групп.
Это меня не касается, делайте
свое дело.
Меня интересует, господа,
вопрос утечки информации.
Невероятно, чтобы атака большевиков
именно в этом месте и за полчаса
до нашего танкового удара
была делом случайным!
Что вы об этом думаете, Клосс?
- Я согласен с вами, господин генерал.
- Этого мало!
Вы должны... Вы и вы, господин
штурмфюрер Штетке,
вы должны указать мне путь,
по которому информация,
известная только семи моим офицерам,
просочилась к большевикам.
Конечно, я никого не подозреваю,
но враг не дремлет!
Большевистская агентура рядом.
- Господин генерал, вы позволите...
- Слушаю.
Информацию о планируемой атаке
знали также в штабе корпуса.
И, конечно, я не обвиняю никого
оттуда, но...
- Я не исключаю такой возможности, но...
начать мы должны с собственного дома.
- Так точно, генерал!
- Клосс!
Вы - молодой офицер.
Вы недавно закончили школу Абвера.
Я думаю, что в этом деле
вы должны подчиняться
штурмфюреру Штетке,
как более опытному.
- Ну и что?
- Ничего. Вообще не передают.
- А что с шифром?
- Из штаба корпуса я получил известие,
что им тоже не удалось сломать шифр.
У нас было слишком мало данных.
Если бы нам удалось перехватить
все сообщения целиком...
- Понимаю.
Был тут лейтенант Клосс?
Марта: - Ты уходишь?
- Да, мне надо уже идти.
Неужели служба? Штетке ничего
мне об этом не говорил.
- Ты беседуешь со Штетке
о моем расписании занятий?
Не проще ли со мной?
- Он вызвал меня сегодня к себе
и провел что-то вроде
небольшого допроса.
Спрашивал, не заметила ли я
что-нибудь подозрительного...
- В моем поведении?
- Да нет, Ганс. Он спрашивал
вообще обо всех.
Впрочем, у него нет причин
выпытывать о тебе.
Он же знает, что мы любим друг друга.
- Забавно...
Он не говорил мне, что
собирается тебя допрашивать.
- Это его работа.
Простая формальность.
- Конечно.
- Если кто и может не доверять тебе...
- То, конечно, не ты, Марта.
- Я боюсь потерять тебя.
Вокруг столько красивых женщин, Ганс.
- Что вы мне принесли,
господин штурмфюрер?
- Мой начальник - штурмбаннфюрер Мюллер
из штаба корпуса утверждает,
что утечка не могла произойти у них.
- Жаль...
Это облегчило бы нам задачу.
Мне очень важно, господин...
штурмфюрер,..
чтобы удалось поймать этого болтуна.
- Вы думаете - это только
неосторожность?
- А что еще?
Ведь не могу же я подозревать
семерых офицеров
из моего ближайшего окружения!
- Вы в счастливом положении, генерал.
Я, к сожалению, должен
подозревать всех.
- Значит, восемь - ведь и меня.
- Штурмбаннфюрер Мюллер вас исключает.
- Что?
Вы посмели спрашивать обо мне?
Вы забываетесь, штурмфюрер Штетке!
Как вы смели? Как вы смели?
- Извините, генерал, но вы сами
упомянули себя.
- Хватит болтать! Мне нужны
конкретные результаты!
- В таком случае, я предлагаю
организовать в ближайшее время...
может даже сегодня, совещание
в том же самом составе, что прежде.
- Вы, кажется, всерьез начинаете
подозревать людей из моего окружения.
- Я просто не верю в чудеса, генерал.
Если нет этого болтуна среди них...
- Среди них?
"Среди нас" вы хотели сказать!
Ведь и вы были на том совещании.
- Себя я исключаю.
Если он среди них, то та радиостанция,
которая молчит уже три дня,
передаст вскоре после этого
мнимого совещания
соответствующее сообщение.
- Итак, господа.
Атаку назначаем на завтра, на 7:30.
На этот раз мы должны застать
большевиков врасплох.
Командиры отделений вскроют
запечатанные конверты в 5 утра.
- Хватит ли времени на
концентрацию войск, генерал?
- Начальник штаба гарантирует.
- Так точно!
- Ну всё в порядке, можешь идти.
Значит, ты думаешь, что это
совещание было провокацией?
- Я убежден.
Они хотели проверить,
не протекла ли информация
от кого-нибудь из офицеров,
присутствующих на предыдущем
совещании.
То, что я тебе сказал о
действительном размещении сил
передать завтра, когда угодно,
лишь бы после семи утра.
Сегодня - ни слова.
[птичий свист]
- Ну что?
- В пяти домах на этой улице
мы не нашли ничего,
зато здесь - вот это.
Поэтому я послал гонца.
- Знаешь, что это такое?
- Не знаю.
- А может ты знаешь,
откуда это взялось?
- Наверное, сын. Делал всякое такое.
Забавлялся с электричеством.
- Да, да. Сын, сын...
А где он сейчас?
- Не знаю. Уехал, когда
началась война.
Ничего не сказал, даже письма
не прислал.
- Где вы это нашли?
- В кухне, в мусоре.
- С начала войны не успела
убрать на кухне?
Этим мусором была радиостанция.
Скрывала шпионов?
- Нет, господин.
- Не притворяйся идиотом!
Это была радиостанция.
Когда и куда они пошли?
- Здесь никого не было.
- Слушай, старик, ведь ты
хорошо знаешь,
если мы заберем тебя с собой,
то от тебя мало что останется!
- Мы ничего не сделали!
- Господи! Боже, спаси!
Спаси нас, Боже!
- Это был задаток,
попроси его, чтобы заговорил.
- Господин, мы бедные люди.
- Говори!
Когда и куда пошли?
- Мы ничего не скажем.
- Угу...
Ничего не скажете...
Это значит, что, вообще-то,
вам есть, что сказать на эту тему.
Ну, хорошо.
Ваша шкура не пригодится нам
даже на подметки.
А мы и так узнаем.
Пошли.
- С тобой всё в порядке?
- Не понимаю, это был
единственный след.
- Ты - дурак, я их знаю,
они будут молчать.
- А я бы вытряс.
- Да, ты бы убил бы их,
а не вытряс.
Если они знают, где радиостанция,
то кто-нибудь из них пойдет,
чтобы предупредить. Гельмут!
Останешься, следи за ними.
И осторожней. - Так точно!
- И осторожней!
- Ушли.
- Куда ты идешь? Я пойду.
- Никуда ты не пойдешь!
Я - другое дело.
Женщина скорее проскользнет.
Их надо предупредить!
[тревожная музыка]
- Соедините с генералом!
- Он занят.
- Генерал велел мне разбудить
его даже среди ночи.
- А что, нашли радиостанцию?
- Да.
Случай помог.
[крутит ручку телефона]
[оживленная немецкая речь солдат]
Клосс: - Шульц!
Что тут происходит?
- Едем на акцию!
- Какую акцию?
- Обнаружили эту их радиостанцию!
Вы, господин лейтенант,
ничего не знаете?
- Знаю, а вы слишком много болтаете!
- Господин лейтенант, я же никому...
[быстрая музыка]
[тревожная музыка]
- Остановитесь.
Я вернусь сама.
[тревожная музыка]
- Собирайтесь! Идут!
- Пакуем!
- Не пакуй! Берите манатки
и быстро вниз!
[звук машины]
- Ну, что такое? Бегом!
- Шифры!
[звуки выстрелов]
- Господин штурмфюрер!
[кричит:] Господин штурмфюрер!
Что вы делаете? Там Ганс!
- Какой Ганс?
- Ганс Клосс!
Он пошел к девушке!
- Прекратить огонь!
- Прекратить огонь!
- Клосс! Ты окружен!
У тебя нет никаких шансов!
Даю тебе три минуты!
[выстрелы]
Стой!
Мне он нужен живым!
Ждем три минуты.
Приготовьте дымовые шашки.
Я выкурю его, как крысу.
[взрыв]
"Ты выиграл, Штетке...
Я рад, что мне удалось немного...
Ганс Клосс."
- Взорвал себя гранатой.
- В архив.
Нам не может принести чести то,
что именно в нашей дивизии
засел большевистский шпион.
- Достойно сожаления, генерал,
что засел он именно в Абвере.
А только бдительность службы
безопасности
позволила его ликвидировать.
Опергрупенфюрер Хайдлих
потребовал составить
специальный рапорт по этому поводу.
- Да, ну что ж... Я уже сегодня
могу вас поздравить с повышением.
Ведь это Ваша заслуга.
Ведь Вы его подозревали.
- Его проверяли в школе Абвера,
но в СС меня учили,
что никому не следует верить,
особенно слишком хорошим
офицерам, генерал.
- Вы преувеличиваете.
- Принцип оказался правильным,
генерал.
Мнимый Ганс Клосс был поляком,
советским агентом.
Он оставил нам что-то вроде
прощального письма.
- В архив. Я бы не хотел
возвращаться к делу человека,
который несколько месяцев
водил нас за нос.
- СД не позволит слишком долго
водить себя за нос, генерал.
- И кто бы мог подумать?
Он был такой симпатичный!
- Нордический тип. Совершенно
нордический тип.
С несомненной примесью
немецкой крови.
Вы должны признать, генерал,
что это была хорошо продуманная,
хорошо выполненная работа.
Славяне на это не способны.
- Так точно, товарищ полковник.
Он как раз у меня.
Так точно!
Ну?
Последний момент.
Ты можешь еще отказаться.
- Нет. Это шанс.
Теперь должно пойти легче,
чем в первый раз.
Они уже получили на съедение
фальшивого Клосса.
Теперь увидят второго.
Должны поверить.
Впрочем, я многому научился
за эти несколько месяцев.
Буду осторожнее.
- Воля твоя.
В случае нужды, можешь
на нас рассчитывать.
- Ну что? Решился?
Вот, держи - его шмутки.
Переоденься.
- Смотри, те, в камере, сидели
с ним несколько месяцев.
Они будут твоим алиби.
- А с ним что?
- Не бойся, он получит
одежду потеплее.
Там, где он будет дожидаться
конца войны, холодно.
- А теперь тебе придется пойти
в камеру и немного пожаловаться
на допрос, который ты
не можешь понять.
Он, обычно, жаловался на это.
- А вы?
- Ну что ж...
Фронт - в 27 километрах от нас,
через несколько дней мы сдадим
и этот город,
и, вероятно, отдадим еще
много городов.
Но потом мы вернемся!
Вернемся и погоним так,
что остановимся только в Берлине!
А по дороге - Польша, твоя Польша.
[выстрелы пушек]
- Слышите?
Удирают!
- Вот увидите, наши войска
войдут сюда завтра или послезавтра!
- Нас потащат дальше на восток.
- В этом балагане?
- Думаешь, удастся?
- Это - единственная возможность!
- Но почему за нами не идут?
Может нас определили на расстрел?
- Тем более надо рискнуть!
- А что стало с теми, кто сидел
до нас в этой камере?
- Их забрали неделю назад.
Наши должны быть очень близко.
Меня вот уже неделю не вызывали
ни на какие допросы!
[шаги]
- Если это только один, то...
- Выходи!
- Оставь!
Без шума!
[шум самолетов]
[свист бомбы]
[тревожная музыка]
- Конечно, господин полковник.
Да. Сейчас я их допрошу.
- Итак, господа, вы утверждаете,
что сбежали из советской тюрьмы
и 4 дня пережидали в подвале. Так?
- Так точно, господин штурмбаннфюрер!
- Вы отвечаете, как солдат.
- Я и есть солдат.
- Солдат?
- Так точно!
- Вас держали в тюрьме,
и не в лагере для военнопленных?
- Это долгая история.
Я закончил специальное военное
училище в Пайбеде.
Когда большевики заняли Литву,
мою семью вывезли на восток.
По дороге мне удалось сбежать.
Меня поймали, когда
я переходил границу.
Меня схватили в гражданской
одежде,
подвергли тщательнейшему
следствию...
- Мы поговорим об этом.
Фамилия?
- Ганс Клосс.
- Ганс Клосс...
- Так точно!
- Где-то я слышал эту фамилию...
- Может быть вы знаете кого-то
из моей семьи?
У отца было имение в Литве.
А может дядя Хельмут?
Он был окружным судьей
в Крулевце?
- Нет, нет, нет, нет... Это не то...
Но я постараюсь вспомнить.
Ваша фамилия?
- Лотар Байтц.
- Хайнри Фогель.
- Бруно Дрэйер.
- Так, вы понимаете, господа,
что я не могу вас отпустить
до тех пор,
пока с полной уверенностью
не установлю ваши личности.
- Когда вы впервые увидели Клосса?
- В марте или апреле, точно не помню.
- Вы видели его каждый день?
- Да, на прогулках.
Иногда в бане.
Несколько раз Ганс был
дежурным, раздавал еду.
- Понимаю.
Говорите, пожалуйста, дальше.
- Русские подозревали меня
в сотрудничестве с разведкой,
но у них было мало доказательств.
Вероятно, им не удалось схватить
Хоберта,
поскольку мне не устраивали
очную ставку с ним.
- Так...
Вернемся к Клоссу.
Можете ли вы с полной
уверенностью утверждать,
что между мартом, или, скажем,
даже апрелем этого года
и декабрем, когда в город
вошли наши войска,
Клосс не оставлял тюрьму?
- Могу поклясться!
- Итак, все началось с анекдота,
который вы рассказали
в ресторане, так?
- Это не анекдот, господин
штурмбаннфюрер.
Я рассказал только, что через
три месяца наши будут в Москве,
и через два часа меня арестовали.
Впрочем, русские немедленно
после начала войны
арестовали многих немцев.
На всякий случай.
- Сегодня из Рейха
приедет ваша семья.
Если очная ставка пройдет успешно...
- За это я спокоен.
- Теперь у меня к вам
еще один вопрос.
Подумайте над ответом -
это для вас очень важно.
Вы говорите,.. что вас
арестовали в июле, так?
- Да.
- Вы видели тогда Клосса?
- Да, конечно!
Несколько дней я сидел с ним
в одной камере.
Все ему сочуствовали, ведь его
вызывали на какие-то долгие проверки.
Собственно, неизвестно, чего
от него хотели.
Он мне как-то говорил, что
целый день рассказывал
о ревматизме своей тетки.
- Вы не заметили в нем
какого-то изменения?
- Вы думаете, что он мог
сломаться во время следствия?
- Может...
- Нет, это невозможно!
Клосс всегда был тверд.
Его искренние национал-
социалистические убеждения
помогали нам выстоять.
Он непоколебим и верил
в нашего фюрера и в победу.
Впрочем, это он напал на
охранника и был инициатором бегства.
- Вы сможете жениться,
господин Клосс.
[шум запора двери]
- Клосс, пошли наверх!
- Нам пришлось затребовать эту
папку из главного архива в Берлине.
Никогда не предполагал, что она
нам когда-нибудь еще понадобится.
Что я когда-либо встречу человека,
в которого перевоплотился
этот наглый поляк.
- Невероятно!
Совершенно невероятно!
[стук в дверь]
- Посмотрим, как он среагирует
при виде меня.
- Войдите!
- Клосс!
- Слушаю.
- В профиль.
Встань в профиль!
- Извините, господин штурмбаннфюрер,
я - немецкий офицер,
и не припомню, чтобы я пил
с этим господином на бундершафт!
- Прошу простить!
- Я думаю, мы можем показать
господину Клоссу
папку большевистского агента,
который 5 месяцев тому назад
попал нам в руки.
- Не знаю, известно ли вам,
как звать этого агента?
- Откуда я могу знать?
- Может у вас есть брат-близнец
или может быть вы знаете кого-то,
чрезвычайно похожего на вас?
- Кажется, я начинаю понимать.
Кто-то использовал мою фамилию,
замарал мое доброе имя.
Теперь я понимаю цель этих
многочасовых допросов,
когда от меня требовали описывать
с малейшими деталями всю мою жизнь.
Это чудовищно!
- Не нервничайте.
Коварство большевиков нам
известно давно.
- Вы верите мне, господа?
- Да. Нас нельзя обмануть.
У нас есть такой аппарат,
самый лучший в мире аппарат,
для выявления лжи.
Называется СД.
- Это моя единственная надежда.
Немедленно, как только
выяснится мой вопрос,
прошу направить меня на фронт.
Большевики должны мне
ответить за всё!
- Всё в порядке, Клосс,
но теперь возвращайтесь к себе.
А перед этим... садитесь...
Пишите:
"Ты выигал, Штетке." Прошу!
"Я рад, что мне удалось
немного вам помешать.
Я делал это ради своей Родины.
Я - поляк. Ганс Клосс"
- Я этого не подпишу!
- Спокойно, Клосс!
Это - чистая формальность.
Ваш двойник оставил нам
визитную карточку...
Вы можете быть совершенно
спокойны -
у нас - превосходные графологи.
Прошу!
Вы можете идти.
По-моему, они отличаются.
Решительно отличаются!
- Извините, господин штурмбаннфюрер.
Мы, к сожалению, не являемся
авторитетами в графологии.
Пусть уж лучше специалисты
установят:
писал ли эти записки один
человек или двое людей.
[стук в дверь]
- Минуточку.
[стук в дверь]
Сейчас открою.
- Доктор Хельмут Клосс?
- Да. В чем дело?
- Одевайтесь!
Одевайтесь, вы поедете в Россию.
- Это какая-то ошибка! Я - судья
окружного суда! Член партии!
- Это приказ!
- Дело плохо.
Взяли образцы почерка.
Если графолог Абвера сочтет, что...
- Голову вверх. Сообщу тетке Зузанне.
- Ведь это безумие!
Их графологи немедленно
докажут идентичность!
- Он пошел по собственному желанию.
Немцы убеждены, что наш агент погиб,
а уж этот должен быть
настоящим Клоссом.
- Что вы предлагаете?
- Связаться с Берлином.
Поднять наших людей.
Графологическая экспертиза
должна исключить...
совершенно исключить,
что этот текст писал
один и тот же человек.
- Поторопитесь!
- Извините, господин Клосс,
мы были вынуждены...
- Надеюсь, что это уже
последняя проверка?
- Да, да, я вам верю.
Мы все вам верили.
Закуривайте, прошу!
Прошу!
[тревожная музыка]
- Дядя?
Дядя Хельмут!
- Ганс!
Ганс!
- Мы так давно не виделись!
[шум метро, объявление по-немецки]
- Документы!
Доктор Вальтер живет на
Кингштрассе 11, 2-й этаж.
Между 11-ю и 13-ю никого
не бывает дома.
[шум поезда метро]
Всё в порядке! Спасибо.
- Для меня вопрос ясен -
показания Хельмута Клосса
были последним звеном.
- Они не виделись 6 лет.
- Ценю вашу осторожность,
оберштурмбаннфюрер,
но не преувеличиваете ли вы?
Мне важно не то, что Хельмут Клосс
узнал племянника,
а то, что Ганс узнал дядю.
Это очень важно.
- Не исключено, что советская
разведка раздобыла фотографии
членов семьи Ганса Клосса.
- Конечно, конечно...
Я не предполагаю, что
большевики столь глупы,
чтобы прислать нам
разоблаченного агента.
Так или иначе, труп идентифицирован...
[стук в дверь]
- Входите!
- Я же говорил, что я занят, Фритц!
- Ответ от доктора Вирта.
- Привести Клосса.
[тревожная музыка]
- Да, Клосс,..
нельзя изменить почерк.
Это выдаст любого.
Поздравляю, Клосс!
Искренне поздравляю!
Надежный доктор Вирт всё решил.
- У меня не было никаких сомнений!
- Примите и мои поздравления!
Мы еще сегодня обратимся
к командованию
с просьбой вернуть вам
ваше воинское звание,
ну и удовлетворим вашу просьбу
направить вас на Восточный фронт.
- Я сделаю все, чтобы смыть позор
с моего имени!
- А, собственно, ваше знание
языка наших врагов
и ситуации в России...
нам могли бы весьма пригодиться.
- Отчизне можно служить везде!
- За Родину!
- Товарищ полковник,
разрешите доложить!
- Говорите.
- Йот 23 опять передает!
Серия 2
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Вторая серия: Отель Эксельсиор
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Люцина Винницка, Халина Кошник,
Тадеуш Бартосик, Анджей Кониц,
Тадеуш Гвяздовски, Мечислав Каленик
и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анджей Кониц
1942 год.
[звон колокольчика у двери]
- Спасибо, до свидания.
- До свидания.
[звон колокольчика у двери]
- Твой отпуск по-прежнему актуален?
- Да. В субботу еду в Тюрингию.
- Нет, поедешь в Гданьск.
- Что-то случилось?
- Наша группа в Гданьске
парализована.
Шеф, то есть Первый, мертв.
Мы подозреваем измену внутри.
А теперь слушай внимательно:
В ближайшую среду в 18 часов
в отеле Эксельсиор в номере 217
будет Второй - заместитель.
Мы не знаем, кто это.
У тебя три дня, чтобы выяснить,
можно ли тебе туда идти.
- Кто об этом сообщил?
- Ты с ним встретишься.
Выйдешь из вокзала -
посмотри на план города.
["Данциг."]
- Извините, господин лейтенант, -
проверка документов.
- Пожалуйста.
- Спасибо.
- Отпуск?
- Вы, ведь, умеете читать, сержант?
- Все в порядке, господин лейтенант.
Приятных развлечений.
- Спасибо.
- Извините, проверка документов.
- Быстрее, быстрее, быстрей, господа!
В убежище! Прошу в убежище!
Прошу, пожалуйста.
Прошу, господа, туда, в убежище,
пожалуйста. Спускайтесь, пожалуйста.
Быстрей, быстрей, быстрей!
Фредерик! Ты тоже - в убежище!
- Но ведь кому-то надо остаться,
господин Вернер!
- Я сказал - в убежище!
- Вам же надо на крышу.
- Добрый вечер. Я хотел бы
снять номер.
- Пожалуйста, немедленно
в убежище. Прошу!
Номер, естественно, сдадим,
господин лейтенант,
но сейчас я очень прошу
вас - в убежище!
[сирена]
- О! К счастью, отбой!
Прошу прощения, господин лейтенант.
Фредерик, обслужи.
Мне надо пойти в убежище и сказать
нашим гостям, что тревогу отменили.
- Да, господин лейтенант,
сегодня нам повезло. Чем могу служить?
Советую апартамент с ванной,
с прямым городским телефоном,
но... в других номерах
тоже есть телефон,
но связь - через телефонную станцию.
Конечно, есть разница в цене,
но вы сами, господин поручик...
- Я только неделю в отпуске,
можно и апартамент.
- Вы правы, живем только раз.
Я дам вам 222-й на первом этаже.
Будьте любезны, заполните
регистрационную карточку.
- Кто там?
- Я принесла сапоги!
- Минуточку!
- Спасибо. Прекрасно вычищенны!
Большое спасибо!
[тишина]
- Простите, я забыла спросить,
когда мне можно будет убрать?
- Скоро.
Я тоже прошу прощения -
я забыл вас поблагодарить.
Пожалуйста.
- Большое спасибо!
- Добрый день, господин лейтенант!
Надеюсь, вам сегодня хорошо спалось.
Эти проклятые англичане оставили
нас сегодня в покое.
- Во время следующих налетов,
если они будут ночью,
прошу меня не будить.
- Вообще-то, должны
спускаться все, но офицеров,
которые приехали к нам на отдых,
мы, как правило, не будим.
- Это господин Гёрт?
Я звоню с вокзала в Оливе.
Все правильно.
Через час у кафедрального собора.
- Вы позволите?
- Пожалуйста.
- Простите, могу ли я
посмотреть вашу газету?
- Мне жаль, но это вчерашняя.
- У вас есть спички?
Вы закурите?
- Спасибо, я курю только сигары.
- Какой фирмы?
- До войны я курил Гаванские
фирмы "Педро Гомес".
- Хорошая погода.
- Да, в прошлом году в это
время шел дождь.
- Дождь со снегом.
- Всё в порядке.
Я думал, что я что-то перепутал.
"Кафедральный собор" означает
"двор Артуса".
А "через час" означает "немедленно",
но вы не подходили.
- Осторожность никогда не помешает!
Вы сообщили в центр, что шеф попался.
Откуда вы узнали?
- Обычным путем.
В тайнике, с помощью которого
мы всегда связывались с Гербертом,
с шефом, я нашел информацию о том,
что он мертв,
и что квартира, которую он снимал
на имя Эриха Копке провалена.
- Кто еще знал о тайнике?
- Только номер Второй.
- А вы знаете, кто это?
- К сожалению, нет.
Вы же знаете, как организована сеть.
Каждый из пятерки... знал только шефа
и не знал всех остальных.
Впрочем, они могли знать его
под разными фамилиями,
ведь он использовал не менее трех.
Номер Второй знал всех,
но о его функции знал только шеф.
- Что это за люди?
- Наши люди.
Например, учитель гимнастики
Дидерлих.
- Немец?
- Должен быть немцем, как и все тут.
Дидерлих - это просто Ян Верлач.
- Понимаю... Что вы знаете
о провале шефа?
- Пока ничего. В соответствии с
инструкцией,
немедленно после получения
этой информации,
я приказал всё остановить
и сообщить в Центр.
На вокзале, на карте, я поместил
треугольник и стал ждать.
- Вместе со Вторым номером
мы должны установить,
кто из оставшихся четырех провалил шефа.
- Мы не можем исключить случай.
- Конечно, но я не могу и шагу
сделать без Второго номера.
- А если это он засыпал?
- Исключено!
Тогда бы я с вами не разговаривал, или
только на очной ставке в Гестапо.
- Да... Это аргумент.
У вас назначен срок встречи
со Вторым номером?
- Да. Я приехал заранее,
чтобы осмотреться.
- Я проверю, что с сетью.
- До завтра.
Надо тщательно проверить -
всё ли на месте,
и, естественно, без риска.
Установить, не сменил ли
кто-нибудь адрес.
- Хорошо. Я оставлю сообщение
для вас на кладбище в Седницах,
могила семьи Фибиг.
Из главных ворот пойдете
по первой аллее направо.
[дверной звонок]
[дверной звонок]
- Иду! Уже иду!
Минутку! Уже иду!
Сейчас, сейчас!
- Добрый день!
- Госпожа Хайзер!
Добрый день.
Пожалуйста, пожалуйста!..
- Я только на минутку,
госпожа Клюге.
А где дети?
- Еще не вернулись из школы.
Пожалуйста, может быть вы присядете?
Извините за беспорядок.
Я работала в ночь и не успела
навести порядок.
Детям надо обед сварить
и опять на работу.
Выпьете чаю? - Да.
А это пирожные для детей,
госпожа Клюге.
- Вы балуете моих ребят,
госпожа Хайзер.
Не знаю, как мне вас
отблагодарить!
Еду я - на картошку зарабатываю.
Может я приду к вам в кафе -
убраться или домой - убраться?
- Это глупости, госпожа Клюге.
Садитесь.
- Я хочу вас спросить...
- Слушаю, госпожа Хайзер.
- Вы говорили, что в ваш отель
иногда приезжает
представитель мыльной фабрики -
датчанин или голландец?
- Да, да.
- Спасибо.
- Очень милый господин!
Всегда дает мне рекламные
кусочки мыла.
Вы, ведь, знаете -
в теперешние времена...
- Именно! У меня тоже закончился
запас мыла,
а то, что можно получить
в магазине, - не годится.
Дорогая госпожа Клюге,
если бы я познакомилась
с этим господином,
мне бы удалось что-нибудь
купить у него.
- Сейчас его нет, госпожа Хайзер,
но, как только он приедет,
я вам скажу.
- Я буду вам благодарна!
Прекрасный чай!
Но мне пора идти.
Спасибо, и поцелуйте детей.
Скоро я принесу снова...
что-нибудь вкусное.
Может вам пригодится
парочка марок? Могу одолжить.
- Госпожа Хайзер, вы знаете,
как мне тяжело.
Если бы вы в самом деле
могли, я отдам сразу после зарплаты!
- Пустяки, это не срочно.
- Не знаю, как мне благодарить.
Без вас мы бы давно...
- Ну хорошо, хорошо.
До свидания, госпожа Клюге.
- До свидания, до свидания!
До свидания!
[пение птиц]
[тревожная музыка]
- Опять ничего...
Бубе! Бубе!
Боже мой, Бубе! Спасибо!
Спасибо, господин!
- Следите за ним получше.
- Прошу, пожалуйста,
господин лейтенант!
Прошу, чем могу служить?
- Я немного похудел.
Вы не могли бы мне
этот мундир подогнать?
- Конечно, господин лейтенант,
с удовольствием!
- Прекрасный мундир, малоношеный!
- Такие времена.
Теперь редко приходится
ходить в парадных мундирах!
- Снимем мерку, господин лейтенант.
Вы, наверное, в отпуске? - Да.
- А может вы бы хотели переодеться
на эти несколько дней
в гражданскую одежду?
Чудесный костюм!
Как раз на вас!
Могу продать, сдать на прокат.
- Я часто скучаю по гражданской
одежде, но, думаю,
что теперь бы уже
не сумел в ней ходить.
- Понимаю, понимаю...
Мы, немцы, без мундира
чувствуем себя калеками.
Будет готово завтра.
- Уже завтра? Прекрасно!
У вас мало работы,
и это в то время, когда почти
все немцы ходят в мундирах.
- Вы сами сказали, господин
лейтенант,
что парадными мундирами
редко пользуетесь.
- Чудесный песик!
Извините, это нервы.
- Понимаю. Понимаю вас.
[апплодисменты]
- Хайль, Гитлер!
Здесь мы можем поговорить свободно.
Хорошее место.
- Да, прекрасная идея.
Что нового?
- У меня есть информация
относительно отеля Эксельсиор.
Шеф там снимал апартамент,
в котором появлялся раз в месяц
как богатый юнкер Фон Хаген.
- Какой номер?
- 217.
Мой информатор сообщает еще,
что они там в отеле по-прежнему
ждут господина Фон Хагена.
Отсюда следует, что Гестапо
пока не связало господина
Фон Хагена с господином Копке,
который совершил самоубийство
в своей квартире.
- Это что-то новое!
Откуда известно, что
это - самоубийство?
- Я получил сообщение от Второго.
Он установил со всей
определенностью,
что тут же, после приезда
Гестапо в квартиру шефа,
к дому подъехала машина
скорой помощи.
А потом тело было перевезено
в морг больницы Марии Магдалены.
Характерные признаки отравления
цианистым калием.
- Пошли в буфет.
Что у наших людей?
- Эмма Шмидт не сменила
ни квартиру, ни работу.
По-прежнему опекает ребенка
групенфюрера СС.
Ингрид Хайзер держит кафе
по тому же адресу.
- Я навещу ее.
Эрнст Пфэйфер переделывает
мне мундир.
А этот информатор из отеля
надежен?
- Помощник повара, поляк,
вывезенный сюда насильно на работу.
Он передал еще информацию,
которую я не очень понимаю.
А именно, он слышал, как один
из кельнеров
бранил директора отеля, а тот
слушал его спокойно, как овечка,
хотя известен тем, что
не цацкается ни с кем.
- Интересно...
Займись этим кельнером.
- Я узнал, что это лентяй, пьяница,
почти не выходит из отеля.
- Надо установить, с какого
времени он работает.
- Вы меня недооцениваете.
С 16-го прошлого месяца.
- То есть через два дня
после исчезновения Герберта.
Так может все таки Гестапо
связало господина Копке
с господином Фон Хагеном?
Послушайте...
Послезавтра, примерно в 18 часов,
надо будет обязательно
обезвредить этого кельнера.
Не надо ликвидировать,
достаточно споить его.
- Вы сказали мне очень много.
- И я вам доверяю.
- Но не совсем.
- Абсолютно.
Но мы оба знаем, что нам
нельзя сказать ни единого слова
сверх того, что необходимо.
Ну, пошли - перерыв кончается.
- Взгляните осторожно на лестницу.
Это она - Ингрид Хайзер.
- Раз, два, три, четыре!
Левой! Левой!
- Раз, два, три, четыре!
Левой! Левой!
- Браво! У сержантов не будет
трудностей с ними!
- Правда - они великолепны?
- Вы замечательный учитель,
господин Дидерлих.
- Вы меня знаете?
- Я хотел бы с вами поговорить.
Вы можете отпустить ребят?
- Конечно.
Дружина, стой! Разойдись!
Я слушаю. В чем дело?
- Но не здесь. Я офицер Абвера.
Вы поедете со мной.
- Конечно. Позвольте только взять
пиджак из школы, ладно?
- Пожалуйста. Я подожду вас
там, у машины. Поторопитесь.
Сильный парень! Даже глазом
не моргнул.
- А если он поедет с нами?
- Попробуем из него что-нибудь
вытянуть.
[тревожная музыка]
- Господин учитель, какой-то офицер
спрашивал вас. - Я знаю.
Господин Шульц, скажите,
пожалуйста, господину директору,
что мне пришлось уехать на пару дней.
Важное семейное дело.
- Хорошо, господин учитель.
[тревожная музыка]
- Господин учитель Дидерлих
вышел 10 минут назад, господин
лейтенант, -
вы не могли его не заметить.
- А есть тут какой-нибудь
другой выход?
- Есть - через котельную,
но зачем господину учителю
выходить через котельную?
Он сейчас уехал, но вернется
через несколько дней.
Мне передать ему что-нибудь?
- Нет, спасибо. Мне этого достаточно.
- Так мы договорились, госпожа
Клюге, да?
Ах да... Вы завтра работаете
в отеле после обеда?
- Утром. Если вам что-нибудь нужно...
- Нет, нет, пустяки.
Благодарю еще раз, госпожа Клюге.
Пожалуйста, обнимите от меня
детей и купите им что-нибудь вкусное.
- Что вы делаете? Правда не нужно,
вы так добры ко мне!
Если вам еще что-нибудь
потребуется, я всегда...
- До свидания, госпожа Клюге.
До свидания, спасибо.
- До свидания, я буду ждать!
- С сахарином или с сахаром?
- С сахаром...
и обязательно с улыбкой.
Вы не могли бы налить
вторую чашку?
- Вторую? Вы кого-то ждете?
Так ведь, остынет!
- Я жду вас! И приглашаю
на чашку кофе с сахаром.
- И с улыбкой?
- Конечно!
- А если придут другие гости?
- А, глупости!
- Хорошо. Но только на минутку.
[смеется]
Пожалуйста! [смеются]
Если бы меня увидела госпожа
Ингрид...
- Госпожа Ингрид?
- Мы в кафе Ингрид. Госпожа
Ингрид Хайзер его владелица.
- Хайзер?
- Да.
- Я знал человека с такой
фамилией. Он погиб.
- Муж госпожи Хайзер тоже погиб.
Он был офицером.
- Ну что ж, война.
Мой друг Отто Хайзер был
капитаном. Замечательный человек!
- Вы сказали Отто? Отто Хайзер?
Вы должны увидеться
с госпожой Ингрид!
Мужа госпожи Ингрид звали Отто,
и он был капитаном.
- Он погиб в кампании в Греции?
- Да, именно в Греции!
Вы должны... подождать
госпожу Ингрид!
- С радостью познакомлюсь
с женой моего друга!
Он ее очень любил. Показывал
мне фотографии. Она, ведь, красивая?
- Да, даже очень!
Вот и она!
Госпожа Ингрид, господин
лейтенант знал господина капитана.
- Добрый день.
Возьми мой плащ, Люци.
- Вы ко мне?
- Собственно, нет.
Барышня назвала вашу фамилию,
а я рассказал о моем друге.
Фотографии, однако, не лгали.
Вы, действительно, прекрасны!
- Отто показывал вам мои снимки?
- Да. Мы вместе были
в Греческой кампании.
- Садитесь, господин лейтенант.
Позвольте.
- Буду польщен!
- Бедный Отто.
Он был у меня в отпуске
за три недели до смерти.
Он боялся возвращаться -
предчувствие.
- Нелегко возвращаться из
отпуска.
Меня это ждет через несколько дней,
поэтому я рад, что познакомился с вами,
ведь, у меня тут нет никого близкого.
- Если хотите, я охотно буду
вашим гидом по Гданьску.
- Не смею просить.
- Люци, дай мне чашку кофе.
- Сию минуту, госпожа!
- Друзья моего мужа для меня -
самые милые гости.
Особенно близкие друзья.
- Когда мы можем увидеться?
- Если у вас свободен вечер,
может даже сегодня.
[тревожная музыка]
- Те самые ворота, господин
гаупштурмфюрер! Номер 66.
- Спасибо.
Вы меня подозревали, признайтесь?
- А вы меня.
- Только одно мгновение.
У меня есть цианистый калий.
- В такие минуты я не думаю
о цианистом калии.
Что с нашими людьми?
- У меня известие от Второго.
Завтра ждет в назначенное время.
Наш учитель гимнастики
сразу же из школы сбежал
на другую квартиру,
однако свою хозяйку
по прежнему адресу
он верно предупредил по телефону,
так как моему человеку она сообщила,
что он уехал на пару дней
к родным в деревню.
- Оставьте сообщение в его тайнике,
что это была только
учебная тревога.
Пусть возвращается в школу.
Следующий?
- Портной Пфэйфер не выходит
из магазина, живет там,
даже не пытается звонить
по телефону.
Мой информатор из Гестапо
его прослушивает.
Об Ингрид Хайзер у меня
нет известий.
Христьянсон - агент датской
фирмы и ездит по стране.
- Дальше.
- У Эммы Шмидт выходные
по средам. Завтра - среда.
- Немедленно сообщить,
если кто-то из нашей пятерки
будет пытаться искать связь.
Тот, кто будет пытаться найти
связь, тот и есть Второй номер.
- Добрый вечер, господин лейтенант.
К вашим услугам!
- Что слышно хорошего,
господин Фредерик?
- В газетах, как всегда в газетах:
снова успехи на фронте -
мы оторвались от неприятеля.
- Для вас, гражданских, отрыв
от неприятеля - вовсе не успех.
- Я не гражданский, господин
лейтенант.
Я помню, как в 16-м году
мы оторвались от французов.
Какая это была радость!
Но не будем говорить о войне -
на это будет время после победы.
- Прошу.
- Спасибо, господин Христьянсон.
- Спасибо.
- 223-тий...
- 223? Мой сосед.
- Раньше до войны 223 и 222
сдавали парочкам,
которым хотелось быть вместе,
но при этом нельзя, мда...
Вы, господин поручик,
догадываетесь, о чем это я?
- Так эти номера соединяются?
Я не заметил.
- Через балкон, господин
лейтенант. Через балкон...
- Тогда мне жаль, что господин
Христьянсон - не изящная брюнетка.
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, господин лейтенант.
[тревожная музыка]
[шаги]
[щелчки замков чемодана]
[шаги, звук двери]
- Что-нибудь случилось,
господин лейтенант?
- Вы не видели, здесь
никто не проходил?
- Нет, никто не проходил.
- А где тут служебная лестница?
- Там.
[звук спускающихся шагов]
- [шепотом] Быстро!
[лай] Голос: - Вольф! К ноге!
Извините, пожалуйста,
ради Бога, извините!
Ах, это вы, господин лейтенант!
Какая встреча!
Вольф, верно, вас узнал
и обрадовался.
- Это очень мило с его стороны.
- Э... Ваш мундир уже готов.
Но вы должны были зайти
сегодня, я ждал, но...
что за случай - наша встреча!
- Действительно, удивительный
случай!
- Мы приходим сюда ежедневно.
Это наша вечерняя прогулка -
Вольфу полагается немного свободы.
Когда вы желаете зайти за мундиром?
- Я зайду завтра.
Поздравляю с таким псом -
великолепно выдрессирован!
Спокойной ночи.
- Спокойной ночи,
господин лейтенант!
[собака лает]
- Господин лейтенант, вы здесь?
Что-то со мной нехорошо...
Только-что отсюда вышла женщина.
Я поклялся бы, господин лейтенант,
что не видел ее входящей!
Вас я видел направляющимся
наверх,
а тем временем, вы приходите
с улицы.
Всё это из-за этих налетов,
из-за недосыпания.
- Интересно... Можно позвонить?
- Пожалуйста.
[нажимает рычаг] - Нет сигнала.
- Опять, наверное, отключили.
Постоянно портится.
Господин Лемнер хотел поменять,
но вы же знаете, как теперь трудно
достать новые регламентации.
- Глупости, позвоню от себя
из номера.
Ведь, у меня прямая связь с городом.
[нажимает рычаг телефона]
[плавная танцевальная музыка]
- Что вы пьете?
- Что вы будете пить?
- Я - коньяк.
- А вы?
- Я тоже коньяк.
- Значит, два коньяка и одно пиво.
- Вы прелестно выглядите!
- Как бизнес, господин Христьянсон?
- Да, я не жалуюсь, не жалуюсь,
господин оберштурмфюрер.
- Прошу! За победу!
[Вместе:] - За победу!
- Выпьем еще?
- Вы расточительны, Ганс!
Знаете, сколько продовольственных
купонов вырежут за этот коньяк?
- Отпуск у меня кончается -
мне не надо экономить!
Кельнер!
- Куда вы едете?
- Пожалуйста, еще два коньяка.
В армии говорят: "к месту
дислокации моей части",
но вам - вдове немецкого офицера,
я могу сказать.
Я возвращаюсь в Генеральное
губернаторство.
- Ах, туда... Я вам не завидую!
- Именно потому, что я уезжаю,
я хотел бы вас кое о чем попросить.
Я хотел вас попросить
посвятить мне целый день.
Это будет самый прекрасный
день моего отпуска!
- С удовольствием, Ганс!
- Большое спасибо.
Я буду вспоминать это
с удовольствием. Значит, завтра?
- Вы застали меня врасплох, Ганс.
Завтра мне надо сделать
несколько важных дел -
отложим на послезавтра?
- А послезавтра, в свою очередь,
я не могу. А жаль...
А нельзя ли так устроить,
чтобы к 18 часам вы вернулись?
- Почему вы думаете, что я
должна вернуться к шести?
- Магазины открыты до 20 -
я думал, вы хотите что-нибудь
купить.
- Уже поздно.
Выпьем последнюю рюмку?
- Знаете, почему я согласилась
на сегодняшнюю встречу?
Потому что вы мне нравитесь.
Так нравитесь, что я...
не обращаю внимание на мелочи.
Ну, например, на ложь,..
которой вы меня засыпаете.
- Ложь? Не понимаю.
- Мой муж не был в Гданьске
за три недели до смерти, Ганс.
Мы, вообще, не виделись
с начала войны. Мы не жили вместе.
И он...
Он не мог показывать вам
мои снимки,
потому что он меня ненавидел.
Всегда.
- Ингрид...
- Пойдемте, Ганс.
Загляните ко мне в кафе
перед отъездом -попрощаться.
- Я вас провожу.
- Нет, спасибо, я сама справлюсь.
Прошу простить меня, Ганс, но...
на сегодня с меня хватит
вашего общества.
- Гестапо получило донос,
что в том доме кто-то слушает Лондон.
Ошиблись этажом.
У Герберта нервы были не в порядке.
Когда он услышал их за дверью...
- Понимаю.
Это наверняка?
- Да, как вся моя информация
из Гестапо. Скорее - да.
[пение птиц]
- Я получил новое сообщение
от Второго:
Христьянсон вернулся раньше
и остановился в отеле Эксельсиор.
- Знаю, в номере 223.
- Правильно...
Видите ли, на следующий день
после того дня, когда шефа арестовали,
когда он совершил самоубийство,
Христьянсон должен был
с ним встретиться
и передать ему важные микропленки
со снимками бассейна Рура.
Второй знал об этой встрече.
Ясно, что если бы Христьянсон
засыпал шефа,
то он не имел бы при себе
этих микропленок.
Второй это проверил. У Христьянсона
есть эти микропленки.
А что еще?..
Идя сюда, я случайно заметил,
что Эмма Шмидт
нанесла визит к Пфэйферу.
- Интересно...
Георг, теперь будьте внимательны.
Если я не приду на встречу
сегодня в 19,
это значит, что я попался.
Немедленно сообщите в Центр.
От меня они ничего не узнают.
Вы всё ликвидируете и порвете
связь со всей пятеркой.
- Да, но я надеюсь - вы как-то
застраховались?
- Я приду туда в последнюю
минуту.
Отодвинутая занавеска
означает "опасность".
- Как в романе...
А из этой Ингрид Хайзер
вы что-нибудь вытянули?
- Это, скорее, она из меня вытянула.
- Вы помните того штурмбаннфюрера,
с которым она была в театре? - Ну?
- По всей вероятности, она
его любовница.
- Хороший наблюдательный пункт -
постель штурмбаннфюрера.
- Ты снова пил, идиот?
- Послушай, Фриц...
- Молчи!
Я дал тебе этот шанс только
потому, что ты мой брат.
Офицер СС, допустивший, чтобы
фотографировали концлагерь,
и позволивший, чтобы эти снимки
попали на Запад,
заслуживает расстрела!
Ты понимаешь?
Только мои заслуги спасли
тебя, Эрик!
И моя верность фюреру!
- Я, ведь, объяснил, что не знал!
- Я читал рапорты - ты упился,
как свинья!
Если ты не перестанешь пить, Эрик...
- Обещаю тебе, Фриц.
Но, пойми, в этом... паршивом отеле
можно повеситься от скуки!
Это ужасно - увиваться вокруг гостей,
как будто я... простой...
осведомитель, а не штурмфюрер!
Чего мы ждем?
- Ждем парня, который сошлется
на фамилию Хаген
и снимет номер 217.
Только так мы выйдем на след
вражеской разведывательной сети.
Невиновные не отравляются
цианистым калием!
Этот глупый Копке умер прежде,
чем успел что-либо сказать.
Мы даже не знаем, на кого он работал.
Не знаем, какова была его функция,
с кем он был... связан!
Но, поймав того, кто снимет
номер 217, мы сможем накрыть всех!
И это будет твоя заслуга, Эрик!
Я скажу об этом рейхсфюреру,
и ты будешь прощен.
Но ты должен перестать пить!
- Но когда этот тип приедет?
- Не будь идиотом, Эрик.
Он может прийти сегодня,
а может прийти лишь через
два месяца,
но придет наверняка, придет!
А тогда хватит одного твоего
телефонного звонка.
[тревожная музыка]
Держись, держись!
Давай.
Слушаю вас! Мне очень жаль, но
у нас нет свободных номеров.
У меня здесь встреча с господином
Фон Хагеном. Он уже здесь?
Нет, он еще не пришел.
Но господин Фон Хаген предупредил вас?
А, да, да, да,.. действительно.
Господин Фон Хаген предупредил меня,
что я должен дать ключи любому,
кто сошлется на него.
Пожалуйста. Номер 217.
Первый этаж. Ванная, прямой
городской телефон.
Вы собираетесь остаться здесь на ночь?
Если да, то попрошу выполнить
формальности - зарегистрируйтесь.
Если я решусь остаться, то
зарегистрируюсь вечером.
Если кто-то еще придет к господину Фон
Хагену, впустите его,
а это - за следующие три месяца.
Господин Фон Хаген поручил мне
отдать вам.
- Большое спасибо.
Ну? Что с Эриком?
- Придет в себя к утру.
[нажимает рычаг телефона]
[нажимает рычаг телефона]
- Черт бы побрал этот телефон!
- Что случилось, господин Леннор?
- Простите.
- Слушаю?
- Извините, пожалуйста, что
я пришел раньше, но, боюсь...
- Входите.
Что случилось?
- Вертятся тут какие-то люди.
Я боюсь, они что-то знают.
- Это Вы предлагаете костяные
пуговицы к полушубкам?
- Да.
- Извините, я приняла вас за поставщика,
а вы - директор отеля.
- Это я... Прошу прощения.
[тревожная музыка]
- Ну да! Я совершенно забыл об этом!
- В чем дело, господин Лемнер?
- Иди к Эрику!
А какой телефон в 217-тый?
- 17-297.
Но этот аппарат...
- Включился. Иди и тут же возвращайся!
[тревожная музыка]
- Алло!
Ну почему вы кричите?
Что там происходит? Алло! Алло! Алло!
Что-то случилось в номере 217!
- Мужчина... Какой-то мужчина бежал в
сторону служебного выхода!
- Слишком поздно - успел сбежать.
Это был выстрел с близкого расстояния.
- Мы ничего не слышали.
- Да.
- Правда, господин Лемнер?
- Прошу всех выйти, выйти всем!
- Кто она?
- Поселилась несколько минут назад.
Сказала, что зарегистрируется только
вечером.
- У нас - постоянные проверки,
так что я позвонил, чтобы она побыстрее
выполнила эти формальности.
Вдруг она начала кричать, так что я
прибежал сюда.
Убийца, наверное, ждал ее.
- Пошли, господин Фредерик.
А вы позвоните в полицию
и ни в коем случае ничего здесь не
трогайте.
Хорошо, господин лейтенант.
- Что за времена!
Такая молодая, красивая женщина...
- Вы тоже видели этого убегающего
мужчину?
Я никого не видел.
Коридор был уже пуст, когда я туда
дохромал.
Это чертово напоминание из-под
Вардена...
Ну а потом вы, господин лейтенант, меня
догнали.
- Пять минут седьмого.
Я заскочил только
на минутку, так как
- договорился о встречи на
четверть седьмого - тут эта история.
Мне надо позвонить.
Телефон все еще испорчен?
- Нет, уже включился.
- Пожалуй, нет - нет сигнала.
- Молчит, как проклятый. Ничего не
понимаю!
Шеф звонил отсюда покойнице,
если можно так выразиться об этой
красивой женщине.
А знаете, господин... лейтенант,
я вам говорил, что мне
вчера привиделось,
что женщина, которую я не видел
входящей, вышла из отеля.
Побьюсь об заклад, что это та дама.
- Полиция сейчас приедет.
Господин лейтенант, можно вас на два
слова?
Это... вы предлагали мне
костяные пуговицы к дубленке?
- Пуговицы? О чем вы говорите?
- Вся эта история расстроила
- ваши нервы, - господин Лемнер.
Прилягте и отдохните.
- Да, действительно, я немного
расстроился.
Извините, господин лейтенант.
- Мне пора идти.
Я пришел в отель уже после всего.
В случае чего вы и Федерик можете это
засвидетельствовать.
Я вернусь через час.
- Да, хорошо, господин лейтенант.
- Хорошо, что вы уже пришли.
- Я беспокоился о вас - пришел раньше.
- Второй убит.
- Кто?
- Ингрид.
- Вы знаете, кто ее убил?
Да. Не знаю только еще почему.
Самое важное, что сеть чиста.
Измена пришла извне.
Ну, завтра снова за работу, Георг!
- Слушаюсь!
[звук самолетов, бомб,
сирена воздушной тревоги]
- А, это вы, господин лейтенант!
Что, не дали вам спать
эти английские бандиты?
Вы пришли на них посмотреть?
- Нет, я пришел поговорить.
Я торгую исключительно
пуговицами из перламутра.
Спокойно, Лемнер! Поговорим.
Почему ты ее убил?
- Она была агентом Гестапо.
- Лжешь! Это ты агент Гестапо.
Ты предал господина Фон Хагена.
- Нет. Правда.
Нет, этот штурмбаннфюрер говорил,
что пришли к нему совершенно случайно.
У него был дополнительный ключ от
217-го - от того номера.
В течение ночи они обыскали все отели,
потом забрали меня. Правда!
- Тебя били?
- Нет - показывали, как бьют.
Я был послушен господину Фон Хагену и
не предал его.
- Почему ты был послушен?
Не хочешь говорить? Я тебе помогу.
Господин Фон Хаген знал о тебе нечто,
а ты не хотел, чтобы об этом
узнало Гестапо.
И поэтому ты убил эту женщину -
ты боялся, что и она это знает.
Что это было?
Разведка, да?
- Да. Для французов.
Фон Хаген знал все и шантажировал меня,
а эту девушку забрало бы Гестапо,
и она все равно бы выболтала.
- Про тебя?
- И про вас тоже!
- Кто тебе помогал?
- Прислали Эрика, но
он упился, как свинья.
- Я не хочу тебя убивать - ты
сделаешь это сам.
[звук самолетов, бомбы]
Цианистый калий. Держи.
- Нет!
- Я кладу это сюда.
- Нет!
- У тебя - минута времени.
- Нет! Нет!
[тревожная музыка]
[кричит]
[кричит]
Серия 3
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Третья серия: Совершенно
секретно
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Ванда Коческа, Игорь Смяловски,
Леон Немчик, Эмиль Каревич,
Лех Ордон, Мариан Опаня,
Ежи Вальчак, Тадеуш Калиновски,
Мечислав Васьковски и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1942 год.
["Райль. Предприятие по производству
коробок передач."]
[хлопнула дверь, шаги]
- Пришли из Гестапо.
- Проси.
- Входите.
- Шарфюрер, подождите, пожалуйста,
в секретариате.
Прошу.
Доктор Пульковский, садитесь,
пожалуйста.
Кофе?
Рюмку шерри?
Значит, рюмку шерри и сигару.
Таких сигар вы давно не курили! Прошу.
Эти, из Гестапо, - настоящие ослы.
Мы бы давно уже договорились друг с
другом.
- Чего вы от меня хотите?
Я - инженер. Интересовался тем же
самым, что и вы.
Я еще до войны слышал о ваших работах.
Речь идет прежде...
- Я вам не помогу.
- Ведь я все знаю!
В 38-м вы запатентовали проект
реактивного двигателя.
А в 39-м...
Речь идет только о некоторых деталях
этого проекта.
- Я вам не помогу!
- Подумайте!
Гестапо вас искало уже давно!
Ну,..
за ваше здоровье!
- О моем здоровьи... позаботились
ваши друзья из Гестапо.
- Забудьте об этом!
Мы - из другой глины!
Мы будем работать вместе!
Не думайте о политике.
- А если я откажусь?
- Доктор Пульковский, ваша жена -
по-прежнему в Гестапо.
Подумайте. Я дам вам немного времени.
А пока-что вы останетесь здесь - на
территории завода. [взрыв]
[взрыв]
[звук сирены]
- Справились на пять!
Чего тебе надо?
- Видишь ли... Есть
более важное дело,
чем сегодняшняя диверсия
на заводе Райля.
У них Пульковский!
- Пульковский?
- Им занимается Райль.
- Пульковский не пойдет на
сотрудничество с ними!
- Ты так думаешь?
- Это порядочный человек!
- Недостаточно быть порядочным
человеком, чтобы выдержать.
Центр приказал освободить Пульковского
или...
- Что или?
- Нельзя его оставлять у них в руках!
А, кроме того, он нужен там.
- Понимаю.
- Когда ты получишь первое донесение от
Баси?
- Но если ей удастся, то в течение двух
дней.
- Это твои записи.
- Но потом я их уничтожаю.
Во-первых, мы не знаем Райли.
Но и у нас нет никакой информации о
заводе и о территории...
- Это как раз задание Баси
и этого... Казика Аконя.
Да, Аконя. Он хороший парень
- с головой на плечах!
- Ты бы поставил ему пятерку.
- Конечно. Впрочем, я ставлю отметки.
- Я догадался.
Я постараюсь добраться до Райля.
Как раз завтра будет случай.
[музыка вальса]
- Хайль Гитлер!
Хайль Гитлер!
Я счастлив, господин крайсляйтер, что
вы меня пригласили!
В порядке, Пушке! Вы здесь желанный
гость!
- Здравствуйте!
Крайсляйтер: - А где инженер Райль?
- Директор должен сейчас быть. Ди...
- Здравствуйте, господин Риолетто!
Я боялась... - Как же я мог не прийти?
Я уже давно не получал
более приятного приказа!
- Господин Пушке - заместитель нашей
знаменитости - инженера Райля.
- Добрый день. Добрый день.
Господин инженер, я думала - вы уже не
придете?
Я слишком люблю красивых женщин и
алкоголь!
- А, господин лейтенант!
Здравствуйте.
Господа, познакомьтесь: лейтенант
Клосс, инженер Райль.
- Выпьешь?
- Охотно.
- Спасибо.
- Совсем нет красивых женщин!
А это что за тип?
- Дорогие мои!
У нас в гостях - замечательный
специалист по оккультным наукам -
профессор Риолетто,
выступления которого видел
в Берлине сам фюрер!
Господин Риолетто не ошибается.
Господин Риолетто знает множество тайн
из прошлого и будущего.
А поскольку мы, немцы, - мистики,
господин Риолетто обещал провести
парочку маленьких опытов.
[удивленный смех, апплодисменты]
- Шарлатан.
Видал я и таких, и в Берлине!
А, Пушке!
Но, по крайней мере, в этом мундире вы
выглядите, как настоящий мужчина!
Ну, перестаньте хмуриться. Нас тут
позабавят фокусами.
- Но это не фокусы, это настоящая наука.
- [смеется] Настоящий прусак суеверный,
как африканец!
Ну, познакомьтесь, господа. Моя правая
рука.
- Лейтенант Клосс.
- Пушке.
[тревожная музыка]
[апплодисменты]
- Великолепно! Как вы это сделали?
- Прошу вас выбрать какую-нибудь карту,
подумать и сказать мужу, что вы
выбрали.
- Король Пик!
- Действительно, я выбрала короля Пик!
- Да, действительно, она сказала король
Пик!
- Как дети!
[удивленный смех, хлопки]
- Невероятно!
- Это, конечно, простые и несложные
трюки.
Оккультизм занимается проблемами
значительно более серьезными.
Если вы, господа, хотите...
- Мы на вас рассчитываем!
- Господин Риоллето, вчера бандиты
взорвали важные военные объекты.
Не будете ли вы так любезны...
- Вот именно!
- Мне понадобится
какой-нибудь предмет,
принадлежавший человеку,
который был на месте происшествия.
- Я вам дам...
Вот удостоверение одного из наших людей,
которые погибли.
Ну?
- Это не просто так. Это требует
времени.
Мне что-то мешает!
- Не понимаю?
- Я скажу.
Тут, в этом зале, есть кто-то,
кто принимал участие.
Кто знает,
знает наверняка!
- Просто смех! Я предпочитаю такие дела
доверять полиции.
- Шеф, может этот чародей поможет
Брунеру?
- Не морочьте мне голову, Глобель.
У меня другие заботы!
Пусть об этом беспокоится Гестапо.
Пошли.
Пойдем.
Чародей: - Пожалуйста, не опасайтесь -
я больше ничего не скажу.
Не будем портить себе вечер!
- Загляните ко мне - у меня есть
хороший коньяк!
- Охотно!
- Ну, а теперь... до свидания!
- Девушка?
- Вы угадали.
Если обо мне будет спрашивать... жена
нашего вождя, скажите ей, что...
А, скажите ей... всё, что угодно!
- Нашли что-нибудь?
- Есть улики.
- Видите ли, уничтожение пусковых
установок - работа не для сопляков.
Значит, они провели рекогносцировку -
добрались до завода Райля.
На нашей территории действует шпионская
диверсионная группа.
Таково мнение Берлина. Ваша голова...
- Моя голова крепко сидит на плечах,
господин крайсляйтер,
причем, без помощи... фокусника!
[музыка танго]
- Бася, ты чудесная девушка!
Я понимаю, что ты неохотно принимаешь
немцев, но я не занимаюсь политикой.
Мне все равно: Гитлер, не Гитлер,
я всегда буду заниматься своим делом.
Выпьем!
- Может потанцуем?
- Охотно!
- Помнишь, я увидел тебя в конторе?
- Ах, хватит с меня этой работы на
платформе!
- Дорогая, решено - можешь
вовсе не работать!
- Но я хочу работать!
- Может быть, у тебя есть какая-нибудь
бабка-немка?
Или какая-нибудь десятая вода на киселе?
- Зачем?
- Я бы сделал из тебя мою секретаршу.
Ну, скажи мне что-нибудь приятное.
- Ты мне нравишься, Эрвин!
- Вот видишь, эти дамы у крайсляйтера
тебе в подметки не годятся!
А секретарша у меня кошмарная!
Ты бы подписала фолькс-карту?
Может и подписала бы.
Ты очень разумная девушка!
Надо жить!
Если бы все поляки были столь же
разумны...
- [смеется] Это - танго. Ты танцуешь
очень быстро.
- Ваша свита как всегда безупречна!
Я бы охотно с вами поговорил!
Вы, ведь, не верите в тайные знания?
- А вы все знаете?
- Да, инженер Райль говорил слишком
громко!
- Скажите ему что-нибудь - переубедите
этого неверующего!
- Вас зовут Ганс Клосс.
Вы слишком трезвы.
Вы не пили. Вы не выпили ни одной рюмки.
Вас кто-то ждет.
Кто-то беспокоится.
- Кто?
- Он не хочет, чтобы я говорил, да?
- Да нет, пожалуйста!
Защищайтесь!
Вы откуда?
- Из Клайпеда.
- А, да, конечно...
- О, господин Пушке! Прошу, прошу к нам!
- Спасибо.
[дама смеется]
[дама смеется]
[насвистывает мелодию вальса]
[звонок в дверь]
[двойной звонок в дверь]
- Хорошего вкуса я от вас никогда не
ожидал.
Посылка домой. Ну да.
Вот чем занимаются испытанные немцы
вместо того...
- Извините, чего вы хотели?
- Говорится: чему обязан вашим
визитом?
А вы уже забыли.
Не бойтесь так, Пушке.
По крайней мере, хоть на некоторое
время перестаньте бояться.
- Надо собрать как можно больше
информации об этом Риалетто.
Вероятнее всего, он агент Гестапо.
Пусть кто-нибудь из ребят походит за
ним.
- Но самым подходящим был Казик.
Но с ним я увижусь только послезавтра.
- Со мной ты тоже увидишься только
послезавтра.
Это передай.
- Слишком много этих заданий.
- Можно вас подвезти?
- Извините, кто вы такой?
- Мы познакомились на заводе. Меня
зовут Риолетто.
- Ах да, действительно...
- Куда?
- Извините,.. на завод, господин
Риолетто.
- Пожалуйста!
[шум]
- Ты опоздала!
Я этого не люблю!
- Извини.
- Ты возбуждена.
С кем ты виделась?
- Ревнуешь?
- Пульковский в моем кабинете.
Приготовь кофе.
Я сейчас вернусь.
[закрыл дверь]
[тревожная музыка]
- Господин доктор, держитесь.
Мы вас освободим.
- Я не знаю, кто вы такая, кто вас
прислал.
Впрочем, все равно.
Мне уже ничем нельзя помочь.
Я должен согласиться.
- Еще только несколько дней.
- Моя жена, понимаете...
- Где вас держат?
- В подвале большого белого здания.
- Казик, я пошел на платформу.
- Если кто будет спрашивать, то вернусь
через час.
- Хорошо.
[тревожная музыка]
[Райль. Предприятие по производству
коробок передач]
- Руки вверх! Быстро, быстро!
Пропуск!
Ганс Мольке.
Аусвайс! Аусвайс!
Казимиш Штруханович. Краденый пропуск.
Ты работаешь на сортировке?
- Да.
- Иди.
Иди, иди. иди!
Быстро!
- Так что видите, они знают даже то,
что на заводе Райля у
нас теперь Пульковский.
- Понимаю.
- Их агентура работает лучше нашей.
Следствие по этому делу теперь
полностью передается в Гестапо.
Это вовсе не значит, что мы будем
стоять в стороне.
- Если ты что-то нащупаешь, Ганс,
я буду тебе весьма благодарен.
- Мое восхищение! Это не шутки,
господа!
Мы должны найти источник информации.
- Мы никогда не шутим.
- Раскрытие в сети - вопрос нескольких
дней или часов.
У нас - великолепный агент!
[Казик крутит ручку телефона]
Казик: - Тадек, дай мне начальника.
Алло! Добрый день,
господин начальник.
Так этот состав с пиломатериалами на
одной четвертой?
Ну, не знаю, как шеф мне сказал.
А этот новый?
Хорошо, я приду.
- Ну что, не предложишь мне сесть?
- Пожалуйста.
[гудок паровоза]
- Здесь можно говорить спокойно?
- Да.
[гудок паровоза]
- Почему вы это делаете?
- Немцы бывают разные.
Есть и такие, которым можно доверять.
- Но я-то вам не доверяю.
- А у тебя есть выбор?
- А у меня - выбор,
если я отдам тебе эти зарисовки, ну?
- Ты опоздал на три минуты!
- Ах, Ануш...
- Зарисовки принес?
- У меня есть кое-что получше!
- Подожди, подожди.
Так...
Ты, кажется, был прав.
Садись.
С какой паузой охранник появляется
между этими цехами?
- Он ходит здесь.
- В какие точно временные промежутки
он появляется в просвете
между этими цехами?
- Не знаю!
- Ну, значит, разведка проведена не
полностью.
Янек дал нам три дня на подготовку этой
акции!
Слушай, я хотел доложить тебе об успехе!
Я завербовал немца, работающего у Райля!
- Что? За два дня? Ну говори.
У тебя 15 минут.
Через полчаса здесь будет Янек, а потом
Бася.
- Я хотел бы, в конце концов,
познакомиться с этим таинственным Янеком.
- Закончил?
Сколько раз я тебе говорил, что нельзя
действовать без моего разрешения?
- Господи, если мы будем так
осторожничать...
Ты совершил ошибку. Ты разоблачен.
[стук в дверь]
[стук в дверь]
Открой.
- Кто там?
- Сантехник.
Вода протекает на первый этаж.
[тревожная музыка]
- Ну? Теперь поживем немного вместе!
Я надеюсь,.. вам не будет скучно?
[смеется]
Обыскать!
- На Воловую.
[тикание часов]
Что, беспокоишься? Ждешь кого-нибудь?
Ну, ничего, подождем вместе.
- Но я никого не жду!
Господа! Здесь произошла какая-то ошибка!
- Ну что ты! Мы не делаем ошибок,
не-ет!
Впрочем, ты сам убедишься.
Через несколько часов ты выложишь все
фамилии и адреса твоих друзей.
- Но я не знаю!
- Как это?
А кто передавал информацию с завода
Райля, а?
- Кто организовал нападение?
[тикание часов]
Главный: - Оставь, оставь! Все это
им может иметь значение!
[часы кукуют]
- Ты у меня еще затанцуешь!
Я и так узнаю, кого ты предупредил!
Так, ребята, ребята! Оставьте!
Они нам еще пригодятся!
- Что случилось?
- Воловая провалена!
Вероятно, засада. Эдвард влип.
- Как это могло случиться?
- Не знаю.
Могут что-то знать обо мне.
- Эдвард будет молчать.
- Надо отменить акцию.
- Пульковский в отчаянии, из-за
жены.
- Ты видела Казика?
- Нет.
- Надо еще сегодня узнать, что
с ним случилось.
- Хорошо, я пойду.
- Встретимся, как всегда, в мастерской
Сопучки.
Надо любой ценой узнать откуда у них
адрес Эдварда.
- Как Райль?
- Лучше не спрашивай.
Думаю, Янок, это будет мое последнее
дело.
- Хорошо. Я потом отправлю тебя в отряд.
[тревожная музыка]
- Слишком поздно - он нас заметил.
- Я его знаю.
- Здравствуйте! Вы позволите?
Я не знал, что вы знакомы!
Но, оказывается, лейтенант Клосс
знает всех интересных
женщин в нашем городе!
- Просто мне везет.
Я с вами прощаюсь. До свидания!
- До свидания!
С сегодняшнего дня я тоже перестаю
жаловаться на невезение!
- Хайль Гитлер!
- Без гимнастических упражнений, Пушке!
- Я хотел доложить, что разговаривал
со штурмбаннфюрером Брунером.
- Ну и?
- Его интересует ваша новая секретарша.
- Спасибо за лояльность, Пушке.
Молодые красивые женщины интересуют
всех!
- Полигон готов?
- Почти.
- Меня не интересует "почти"!
Нас сюда прислали для работы!
За недоработку я отсылаю на Восточный
фронт.
16 апреля в 10 утра я выезжаю с
доктором Пульковским на полигон.
Прошу приготовить охрану.
- Слушаюсь!
- Вы говорили с Пульковским?
- Э... кажется, он согласен.
- Кажется! Он технарь, а
значит, человек разумный.
Ну ладно, а теперь скажите мне, что у
вас... делал этот фокусник?
Я видел его в секретариате.
- Э... он... о-он тоже...
интересуется вашей секретаршей.
- Господин Пушке!
- Я ничего не сказал.
Барышня Бася... знает многих.
Например, лейтенанта Клосса из Абвера.
- Откуда эта информация?
- Я слышал, как Риолетто...
спрашивал барышню Басю о нем.
- Можете идти.
- Слушаюсь!
Хайль Гитлер!
- Послушай, Бася!
Я не люблю ни с кем делиться!
- Не понимаю.
- Прекрасно понимаешь!
Если я еще раз услышу про кого-то!..
[печатает]
[часы тикают]
- Вы, конечно, профессионалы...
Что, решил притворяться глухим?
[тикание часов]
На что вы еще рассчитываете?
- Я слушаю!
Что вас ко мне привело, господин Пушке?
- Спасибо, не курю.
Дело, с которым я к вам пришел, это...
это трудное.
- Мы и занимаемся трудными делами!
Прошу, садитесь!
Я пришел к вам, как...
честный немец.
- Давайте по-конкретнее,
господин Пушке.
- Некий Риолетто, фокусник, он -
английский шпион.
- Риолетто?
А почему вы не пошли с этим к Брунеру?
А может, вы с ним уже говорили?
- Мне казалось, что в этих делах Абвер
или Гестапо - это... одно и тоже.
- Да, но почему... вы пришли именно ко
мне?
- Я всё скажу.
- Именно это и нужно. Прошу!
- Слушаю!
- С Брунером я разговаривал вчера и
позавчера, но я... не отважился.
Я думал, что с вами мне будет легче,
и...
- Со мной не будет легче, Пушке! Ясно!
- Ясно.
- Ты был агентом Риолетто, да?
- В 39-м один тип одолжил мне деньги,
и... тогда явился... Риолетто
и потребовал взамен определен...
определенной информации,
но я... я не пошел на это!
Но что мне одолжили, я отдал приятелю.
У меня был приятель, и он с ним...
разобрался.
Теперь... теперь снова...
приехал Риолетто и требует...
чтобы я-я... Я боюсь!
Он меня убьет!
- Ммм...
Прекрасно! Великолепно!
- Вы думаете, что это шутки?
Вы мне мешаете работать!
- Не-ет, мы только охраняем вашу
работу!
- Я не хочу иметь с этим ничего общего!
- Э, глупости!
Пульковский сделает дело...
и Пульковского надо немедленно
ликвидировать.
Просто надо, чтобы вы... выжали из
этого поляка все, что он знает.
- Ведь вы же обещали ему, что он и его
жена...
- О-ой! Вы наивны, Райль!
[посмеивается]
- Да, еще одно...
Где вы познакомились со своей
секретаршей?
- Ее вы оставьте в покое!
- А, я вижу - вы ревнуете! [смеется]
- Бася! Можно тебя на минутку?
Выпьем, Бася!
Все это - свинство!
Садись, Бася, и пиши:
"В канцелярию фюрера.
Совершенно секретно!
Докладываю:
16 апреля мы начинаем...
испытания опытных реактивных
двигателей."
Написала?
- Да.
Польский инженер, доктор Пульковский,
[задумчиво] польский инженер, доктор
Пульковский...
- Я рад, что ты навестил старого друга!
- Ты не мог бы мне подарить
какой-нибудь бутылец из твоих запасов?
- Весьма охотно!
Но, ведь, ты не за коньяком пришел, а?
За твое здоровье.
Есть что-нибудь?
- А у тебя?
- Ну, может, и есть?
Тебя интересует секретарша Райля?
- Это - мелкая добыча! Она не очень
интересна.
- А кто?
- Тот, на кого она работает.
Тот, кто передает информацию от Райля
дальше.
- Ну, скажи, скажи!
- Не-ет, Герман! Надо что-нибудь и
себе оставить!
- Ну да...
- Что ты думаешь о нашем друге Пушке?
- Пушке?
Он пытался завербовать фокусника
Риолетто.
- Поторопись, Герман!
[тревожная музыка]
Бася [тихо]: - Янек!
Казика нет дома.
Мать ничего о нем не знает.
- Может, он попал в засаду?
- Слушай. Райль продиктовал мне
донесение рейхсфюреру.
16 апреля начинаются испытания
реактивных двигателей.
Пульковский едет с ними на полигон.
- Хорошо...
Это может быть для нас какой-то шанс.
Мы должны как можно скорее проверить,
кто такой Риолетто.
У меня был Пушке и признался в
сотрудничестве с этим фокусником,
который, якобы, является агентом
английской разведки.
- А что с ними?
- Ты думаешь о Казике и Эдварде?
Они, наверняка, ничего не сказали.
- Ты думаешь?
- Да.
В противном случае, нас бы уже взяли.
- Руки вверх!
Быстрее, Клосс!
Быстрее! Лицом к машине!
Да, Клосс! Я никогда не ошибаюсь!
Ну?
[выстрел]
[выстрел]
[заводит]
[стук в дверь]
- Прошу!
- Я пришел не слишком рано?
- Вы очень пунктуальны!
- Прошу!
- Спасибо!
Пунктуальнее, чем остальные ваши гости?
- Должна вас огорчить - мы будем
вдвоем.
- Вы даже не подозреваете, какую
доставили мне радость!
- Прошу!
- Спасибо!
- Но сначала...
вы должны немного поработать.
Я... хотела бы узнать...
что-нибудь... о себе...
Прошу вас.
- Этим занимаются, скорее, старые дамы.
Мне достаточно ладони, глаз...
или иногда какого-нибудь предмета.
- Какого предмета?
- Что-нибудь, что вы действительно
любите, что для вас ценно...
[стук в дверь]
Итак, все же мы будем не одни.
- Извините.
[испуганно вкрикивает]
- Молчать! Руки вверх!
- Но, господа! Я - итальянец и
оккультист!
Я не вмешиваюсь в ваши дела!
- Но пистолет-то у тебя есть! Ты,
Гестаповский шпик! Теперь одевайся!
- Помни! Молись, чтобы нам
больше не встретиться!
Ты, шлюха!
- Алло!
Говорит Барбара Речка.
Секретарь директора Райля.
На мою квартиру напали.
- Может успеем перекрыть им дорогу.
Сюда!
[тревожная музыка]
- Быстрее!
- Что вы хотите со мной сделать?
- Ты будешь ликвидирован за
сотрудничество с Гестапо.
- Пошел!
- Пожалуйста, не убивайте меня!
Я хочу говорить с командиром!
- Интересно, что б ты сказал нашему
командиру! - Не твое дело!
- Ну, ты, ты, ты! Я с тобой
на бундершафт не пил!
[выстрелы]
- Я бы хотел вас сердечно
поблагодарить!
Это была чудесная случайность!
- Мне сообщила пани Барбара.
Садитесь.
- Спасибо.
- А теперь, скажите мне,
пожалуйста, как они выглядели?
- Кто?
- Эти бандиты.
- Мне трудно описать. Я... нервничал.
- Лица, какие-нибудь
характерные детали?
- Не обратил внимания.
- Чего они хотели?
Я думаю, это было... обычное
бандитское нападение.
- Вы ошибаетесь.
- Наверное, я совершил ошибку?
- Да.
У меня был Пушке.
Его признания весьма интересны.
- Я думаю!
- Сегодняшнее происшествие, кажется,
подтверждает их.
Ваш провал памяти...
- У меня хорошая память.
В чем признался Пушке?
- Пушке?..
Пушке оказался многолетним агентом
английской разведки.
- А он и с Брунером говорил?
- Он говорил только со мной.
Надо торопиться.
Есть такие пасьянсы, в
которых только после того,
как карта перевернута,
видно - вышел ли пасьянс.
- Ну что ж, посмотрим, какие у нас
карты!
- Хорошо.
Попробуем сыграть вместе.
Пушке?
- Эта карта бита.
- Пульковский?
- Эта карта, пожалуй, самая важная.
[шум машины]
- Через три дня всё закончим.
Вы сможете вернуться к жене.
Это зависит только от вас.
Поднимите шлагбаум!
[выстрелы]
[шум мотора]
[выстрелы]
[шаги]
[петух кричит]
[коза блеет]
- Добрый день.
- Привет, Баська!
- Вы здесь?
- Пожалуйста, садитесь,
господин доктор!
- Что вы наделали?
- Вы же знаете, что моя жена...
- Очень жаль, господин доктор,..
но вашей жены нет в живых вот уже...
два месяца.
[тревожная музыка]
[выстрел]
["В канцелярию фюрера в Берлине"]
- Черт побери! Этот Пушке!
Я сам руководил операцией и ничего.
Ты был прав. Ты был совершенно прав -
надо было его брать!
- Сбежал?
- В определенном смысле...
Совершил самоубийство.
- А... твоя ловушка?
- [с иронией] Моя ловушка...
Моя ловушка остается.
И на нее вся надежда!
- Могли бы нас уже и сменить!
[звонок в дверь]
- Иди открой! [звонок в дверь]
- Здесь живет господин Каня?
Но, господа! Что случилось?
У меня... посылка для господина Каня!
Вот, пожалуйста.
- Давай сюда!
- Распишитесь, пожалуйста, я пойду к
себе.
- Ты останешься здесь.
- Ложись! [взрыв]
Серия 4
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Четвертая серия: Кафе Розэ
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Алина Яновска, Ионна Едлевска,
Барбара Климкевич, Иоланта Виолайку,
Януш Быльчински, Эдмунд Фетик,
Ежи Пшибыльски, Мечислав Войт и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анжей Кониц
1942 год.
Анонс: "Внимание, внимание!
Скорый поезд до Будапешта отправляется
с первого пути.
Занимайте места. Закрывайте двери."
- Дайте "Вохэт"!
- Кафе Розэ! Кафе Розэ! Кафе Розэ!
- [задумчиво] Кафе Розе.
- Это место свободно?
- Да, пожалуйста.
- Хайль Гитлер! Проверка билетов и
документов.
- Куда вы едете?
- Прочтите, пожалуйста.
- Вы вместе?
- Нет.
- В Будапешт?
- Да.
- Цель поездки?
- Еду к родным. Я - венгерка.
Мой муж работает в филиале
"Херменгер и Кверке" на
территории протектората.
- Все в порядке.
Желаю приятного путешествия!
- Хайль Гитлер!
- Спасибо.
Бензин надо экономить!
- Меня это не касается.
- Это касается всех немцев.
- Я не немец.
Позвольте представиться, Ван Клосс из
Гааги.
- Из Гааги?
Вы прекрасно говорите по-немецки!
- Вы тоже. Это необходимо в бизнесе.
- Я не знала, что голландцы...
- Умные голландцы сотрудничают с
Великой Германией.
- Умные венгры тоже.
Мой муж, например, - выдающийся
конструктор.
Он без колебания принял предложение от
"Херменгер и Кверке".
Прежде - это предприятие "Шкода".
- Вам не следует говорить об этом
постороннему.
- Думаю, я не выдала вам никакой
тайны.
И, вообще, боюсь, за информацию,
которую я могла бы предоставить,
ни одна разведка не заплатила бы ни
гроша.
- Никогда ничего не известно!
Разведка интересуется столь странными
вещами...
Им, например, могло бы быть интересно
то,
что ваш муж возвращается поздно домой.
- Как это... что он обо мне забывает?
- Это было бы интересно не только для
разведки.
Это очень важная информация...
даже для меня.
- [кокетливо] А.
[гудок поезда]
- Кажется, мы подъезжаем к венгерской
границе.
- Думаете, они будут проверять
чемоданы?
- Я не слишком часто езжу по этой
трассе.
Скорее, уж, вы должны знать.
- У меня к вам просьба.
Я везу немного сигарет,
немного больше, чем позволяет
таможенное правило.
Вы не могли бы взять...
несколько пачек... в свой чемодан?
- Ну конечно же!
[стук колес]
[гудок поезда]
- Попрошу документы!
- Пожалуйста.
- Пожалуйста.
- Марта Ковач.
- Да.
- Будьте любезны выйти в коридор.
А вы приготовьтесь к личному досмотру.
- Я?
Почему? Я не понимаю!
[шум поезда]
- Я никогда не забуду!
Вы мне спасли жизнь!
- Всего лишь несколько пачек сигарет!
[смеются]
- Вы часто ездите в Будапешт?
- Я?..
В последнее время... была...
- Дорогая госпожа Ковач, или как
там вас на самом деле зовут,
я уже давно перестал верить в сказки!
Особенно в эти - о контрабанде пяти
пачек сигарет.
На кого вы работаете?
Теперь уж, действительно, ничего не
должно помешать!
И предупреждаю: без криков и возни!
- Чего вы от меня хотите?
- Повторяю вопрос.
На кого вы работаете?
На англичан или русских?
- А если я скажу?
- Тогда останетесь в живых, а это -
много!
Вы - красивая женщина,
будете работать и на меня!
- "На меня"?
То есть, на кого?
- А вы...
предпочитаете узнать это в Гестапо?
Ну? Решайте!
- Лейтенант Клосс, меня зовут
Майснер. Можно войти?
- Пожалуйста, господин Майснер.
- Марта, оставь теперь нас одних.
Поздравляю, Клосс! Завербовать Марту
Ковач для сотрудничества с Абвером!
- Чувствую, я полюблю... голландцев!
- Отдайте эту игрушку, Клосс.
Пожалуйста, не сердитесь на эту
маленькую мистификацию!
- Понимаю. Еще одна проверка.
- Да.
Проверок никогда не бывает достаточно!
Вы знаете, какова ваша миссия?
- Я должен приехать в Будапешт и ждать
штурмбаннфюрера Майснера.
- Я несколько ускорил нашу встречу,
Клосс, ибо дело - срочное.
Как вы оцениваете Марту?
- Замечательно!
- Она получила задание завербовать вас
в Интеллидженс сервис.
В ходе миссии, которая ждет вас, у вас
будет больше таких искушений.
В Будапеште вы немедленно пересядете
на поезд в Стамбул.
- Это мне сказали еще в Берлине.
- Дальше вы поедете с немецким
дипломатическим паспортом -
мы не можем рисковать.
Торговая миссия: поставка джута.
А теперь - задание.
В нашем консульстве в Стамбуле завелся
английский агент.
Надо не только ликвидировать агента,
но постараться обезвредить сеть.
Вопрос деликатный.
Турция очень дорожит своим
нейтралитетом.
[шум поезда]
[восточная музыка]
- Как долго вы собираетесь пробыть в
Турции?
- Месяц, может меньше.
Это будет зависеть от того, успею ли я
сделать свои дела.
- Естественно, торговые дела.
- Да. Я - представитель Министерства
экономики Рейха.
- Предупреждаю вас,
что попытки заняться
какой-либо не торговой
деятельностью...
- Понимаю...
- Где вы собираетесь остановиться?
- В отеле.
Может быть, в немецком консульстве,
но, скорее, в отеле.
- Каждую неделю вы будете продлевать
визу.
[шпионская музыка]
Быстро!
[шпионская музыка]
[восточная музыка]
[тревожная музыка]
- Добрый день.
- Добрый день.
Могу... я чем-нибудь помочь?
- Нет, спасибо. Я ищу номер телефона
немецкого консульства.
[восточная музыка]
[шум машины]
- Всё, я устал.
На сегодня, пожалуй, хватит, а?
Выпьешь кофе?
- Как всегда кофе, господин
Христополис.
- Да, извини, я только на минутку.
Я только отнесу ракетки в машину.
Привет, чудесно выглядишь!
- Сколько?
- Пятьдесят.
- Дорого!
[шпионская музыка]
[восточная народная музыка]
- Это кафе Розэ?
- Мы открываем вечером.
Это - ночное заведение.
- Кого вы ищете?
- Мне сказали, что здесь можно
развлечься.
- Я сказала, что вечером.
- Кто вам это говорил?
- Мой приятель Фердер.
- У вашего приятеля хорошая информация.
Прошу!
- Прошу, садитесь.
Что вы хотите мне сказать?
- Не знаю, к тому ли человеку я
обращаюсь?
- Хорошая погода!
В прошлом году в это время шел дождь.
- Дождь со снегом.
- В порядке!
Чем я могу тебе помочь?
- Хайль Гитлер!
- Эльза, ты не знаешь, чего старик от
меня хочет?
- Он ждет вас.
[стук в дверь]
- Входите!
- Вы меня вызывали, господин консул?
- Да, садитесь.
У нас будет гость из Берлина, Виттэ.
Надо о нем позаботиться.
- Я получила информацию, что кто-то в
немецком консульстве
работает и на себя - взятки,
комисионные...
- Может, именно он
работает на англичан?
- Пожалуй, нет.
Они бы этого не позволили.
- Ты назвала фамилию Христополис.
Кто это?
- Грек, с турецким гражданством.
Сводник, посредник, продаст всех и вся.
Что касается консульства - сам
сориентируешься.
Я помогу, если тебе потребуется
какая-то особая информация.
Постараюсь выжать что-нибудь из
Гранделя.
- Ты знаешь консула?
- Да. Господин консул изволит меня
обожать.
[музыка играет, пока фигурка
поднята]
В последнем букете он
прислал мне вот это.
- Что это?
- Ключ. От его квартирки.
Пока что я еще не
воспользовалась...
[иронично] соблазнительным
предложением.
[музыка играет]
- Попробую осмотреться.
Надо будет сообщить англичанам,
чтобы они на какое-то время
утихомирили своего агента.
- Добрый день.
- Добрый день.
- Меня зовут Ганс Клосс. Я звонил час
назад.
- Господин консул ждет вас.
- Я очень рад! Я получил распоряжение
из Берлина,
чтобы оказать вам любую помощь, какая
потребуется.
- Я бы не хотел отнимать у вас время,
господин консул,
в моих делах мне потребуется, скорее,
помощь торгового советника.
- Советник Виттэ в вашем
распоряжении.
Будьте любезны заняться нашим гостем.
- С большим удовольствием!
- Пожалуйста, господа, садитесь.
Можно.
- Спасибо.
- Я хотел бы спросить...
разве Министерство экономики
недовольно моей деятельностью?
- Наоборот! Министр отзывается о вас в
превосходной степени!
Последний транспорт марганца - это был
настоящий шедевр!
- Я стараюсь. Мы все стараемся для
сражающейся Родины!
[тревожная музыка]
[стук в дверь]
- Входите!
Вы управляющий?
- Я хозяин пансионата.
Чем могу служить?
- Кто-то копался в моих вещах и
оставил эту идиотскую записку,
из которой я ничего не понял.
Пожалуйста.
[читает:] "Беспорядок
учинила полиция.
Ничего не нашли.
Будь вечером там, где ты был утром."
- Я приехал из страны, которая ведет
войну.
Я отдаю себе отчет в том, что у вас
действуют агенты разных разведок.
но в Берлине меня уверяли, что в вашем
пансионате
я не рискую нарваться на провокацию.
- Так точно.
Я не понимаю, как это могло случиться.
Я накажу обслугу, которая
пренебрегла обязанностями
и еще раз прошу прощения
за неприятности.
Больше это не повторится.
[стук в дверь]
Если вы не знаете... что сделать
с сегодняшним вечером...
- Знаю! И буду рад, если вас это не
будет интересовать!
[восточная музыка]
- Проблемы?
Аллах насылает проблемы,
Аллах освобождает от проблем.
- Вы не шутите, Христополис!
Нам придется на некоторое время
приостановить наш бизнес.
Вы знаете, что при мне вам неплохо...
живется,
и неизвестно, как будет с моим
преемником?
- Вас хотят отозвать в Рейх?
- Еще нет,..
но сюда приехал человек, который,
кажется, вынюхивает.
Человек, который... не понимает шуток.
- А в банкнотах он понимает?
Как вы думаете? Он отличит один доллар
от ста?
- Неплохая мысль!
Но, ведь, я не могу ему так прямо
предложить взятку.
А может, он из тех, кто не берет?
- Все берут, Виттэ! Вопрос только -
сколько?
Аллах запрещает пить, Аллах запрещает
курить.
Ну? Что еще запрещает Аллах?
Азартные игры. Вы не можете
проиграть ему немного денег?
[смеется]
- А вот и он!
Уже нашел дорогу.
[громко] Просим к нам, господин Клосс!
Прошу!
Прошу! Садитесь.
Познакомьтесь, господа! Господин
Клосс, прямо из Берлина.
Господин Христополис, который знает
все тайны этого города.
- Очень приятно! Это
вы посредничали
в той срочной закупке
марганцевой воды, правда?
- Всегда готов услужить моим немецким
друзьям, чем могу и как могу!
- И вы, в самом деле, знаете все тайны
этого города?
- Знаю, если это полезно,
и не знаю, если не надо.
- Я думаю, мы договоримся!
- Все зависит от товара.
[тихая восточная музыка]
- Арам.
- Вы снова выиграли, Клосс!
- Открываю.
- Сколько?
- Две.
- Сколько?
- Не надо.
- Пас.
- Пас.
- Пас.
- Открываю.
- Вхожу.
- Вхожу.
- Поднимаю.
- Сколько?
- Три.
- Две.
- А я три.
Двадцать.
- И шестьдесят.
- И сто восемьдесят.
- Открываю.
- Открываю.
- Две пары.
- Три восьмерки. Ваши пули биты.
[тихая восточная музыка]
- Посмотрел внимательно?
Можешь идти.
- Что ты вытворяешь?
Проиграл кучу денег.
- Я этого хотел.
Рано или поздно все узнают.
Кто-нибудь захочет мне одолжить.
- Англичане не пропустят такого случая!
- Ну что вы наделали?
Ведь, это он должен был выиграть!
- Вышло еще лучше!
У него нет денег.
Ему понадобятся деньги.
Добрый друг ему одолжит.
- Вы гениальны, Христополис!
- Я сообщила шефу о твоем приезде,
он обещал помочь.
- Свяжи меня с ним.
- Он сам тебя найдет.
- Это письмо было бессмысленно -
ненужная неосторожность.
- Какое письмо?
- Какая удача!
- Удача приходит, когда хочет.
О, госпожа Розэ! Позвольте представить
моего коллегу.
Он приехал из Берлина.
Вы простите, что я назвал вас
коллегой.
- Мы и есть коллеги. Очень приятно с
вами познакомиться!
Прекрасное заведение!
- Не забудьте, пожалуйста, о
завтрашнем приеме в консульстве.
- Конечно не забуду!
Я получила приглашение - буду
обязательно!
А вас приглашение ждет в отеле.
- Советую быть.
- Арам.
[апплодисменты]
- Браво, браво!
Благодарим за героическое поведение!
Это было замечательно!
Господин президент! Ваша супруга цела
и невредима.
- Большое спасибо!
- Спасибо вам, князь, от имени
консула за то, что вы захотели
привезти его на сегодняшнее торжество.
Он великолепен!
Хотя, должна признать, что я немного
боялась... за даму.
Напрасно. Арам всегда попадает туда,
куда хочет.
Кто этот...
молодой человек?
- Минуту, князь.
Господин Клосс, наш грузинский друг -
князь Мживонадзе
желает с вами познакомиться.
Господин Клосс приехал несколько дней
тому назад.
Представитель Министерства экономики.
- Я рад, очень рад, что смог с вами
познакомиться.
Мне приятно пожать
руку человеку,
который приехал из столицы Великого
Рэйха -
страны, которая несет огромное бремя
борьбы с большевизмом.
- Вам надо знать, Клосс, что князь
является потомком грузинских царей
и единственным легальным претендентом
на трон.
- Я польщен, князь!
- Прошу вас как-нибудь зайти ко мне.
Вы мне расскажете об успехах немецкой
армии.
Здесь... тот японец... Мне надо с ним
поздороваться.
Вы не проводите меня?
- Конечно, князь!
Извините, Клосс.
- Мне очень жаль, Клосс, что вчера...
- А, не о чем говорить!
- А... как у вас с деньгами?
- Признаюсь - не лучшим образом.
- Пожалуйста.
- Что это?
- Пять тысяч пиастров - то, что вы
проиграли.
- Не-ет, я не могу этого принять.
- Но это только в долг. Я не ставлю
вам срок.
Отдадите тогда, когда вам будет
удобно.
- Согласен!
- Здравствуйте, господин консул!
- Я рад, в самом деле, очень рад,
госпожа Розэ!
Прошу простить, но сейчас мне надо
заняться официальными гостями,
а настоящее удовольствие мне доставит
только ваше общество!
- Барышня Фон Тильден, проводите,
пожалуйста, госпожу Розэ наверх.
- С удовольствием, господин консул.
Здравствуйте!
Будьте любезны, идемте со мной.
- Конечно.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Клосс! Мы снова встретились!
- Я рада, что вы знакомы!
Клосс, прошу вас, займитесь самым
милым гостем господина консула.
- После этого цирка постарайся
увидеться со мной.
- А в чем дело?
- Не сейчас. Здесь не место для таких
бесед.
- Розэ! Как вы прекрасны!
Здравствуйте.
- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
- Я хотела бы снять номер,
одноместный.
- К вашим услугам. Вы иностранка?
- Да.
Вот паспорт.
- Спасибо.
- Не здесь ли остановился господин
Ганс Клосс?
- Сейчас посмотрю.
Да, в десятом номере.
Но сейчас его нет. Желаете передать
ему что-нибудь?
- Ах, нет, пустяки!
Увижусь с ним завтра.
[музыка вальса]
- Этот чемпион по ножам - ваш лакей?
- Да, и друг.
Он немой.
- Не хотел бы я быть вашим противником!
- За успех, господа!
- Господин консул!
- Что случилось?
- Госпожа Розэ!
- Что?
- Мертва.
- Что? Что такое?
- Там, там...
- Что случилось?
- Простите, князь. Клосс, прошу со мной.
- Я ее нашла. Виттэ и Христополис
возле нее.
- Мертва.
- К сожалению, Виттэ прав.
Господин консул, надо сообщить гостям,
что никому нельзя уходить до прибытия
полиции.
- Как это? Вы хотите впустить полицию
на территорию консульства?
- А вы видите иной выход?
- Да, вы правы. Займитесь этим,
а я, тем временем, предупрежу гостей.
[музыка вальса]
- Господа, я должен перед вами
извиниться,
но у нас большое несчастье!
Госпожа Розэ...
[тревожная музыка]
[восточная музыка]
[шум двери]
- Не двигайся!
[шаги]
[стук, музыка статуэтки]
[остановил музыку]
- Иди!
Йот 23!
Розэ говорила мне о тебе.
- Не понимаю!
- Хорошая погода.
В прошлом году в это время шел дождь.
- Дождь со снегом.
Розэ только-что убили.
- Что?
- Спрячь эти бумаги - вскоре
сюда может явиться полиция,
и сообщи шефу, что мне надо с ним
увидеться.
- Розэ получила материал.
- Какой материал?
- Компрометирующий одного из
сотрудников немецкого консульства.
Она сказала, что оставит его в сейфе,
в Центральном банке.
Здесь должен быть ключ.
- Вот ключ от квартиры консула.
Может, это он? Проверь.
- Я попробую.
- Наконец, где вы были, Клосс?
Инспектор спрашивал о вас!
- Кто-то повредил телефоны - пришлось
звонить из города.
- Клосс,.. то, что произошло, это
очень плохо.
[тревожная музыка]
- Турки могут объявить меня персоной
нон грата.
Меня может ожидать отставка или
что-нибудь похуже.
Я прошу вас быть откровенным.
Я не знаю, какое задание вы здесь
должны выполнить, и не хочу знать,
но я в этом городе - представитель
Рейха, и вы должны мне сказать,
по вашему ли это поручению?
- Вы, ведь, не думаете, что я убил
женщину,
которую видел второй раз в жизни?
- Клосс, я - старый сотрудник
дипломатической службы и знаю,
что вы - не тот, за кого себя выдаете!
Я понимаю, что в службе Гестапо...
- Даже если бы я был прислан
организацией,
которую вы так неосторожно назвали,
то вас это не должно интересовать.
Вы знаете, что я - представитель
Министерства экономики Рэйха,
и официально я могу вам сказать, что я
не убивал эту даму.
А с инспектором я только что
разговаривал. Прощайте.
- Клосс!
Убери это. [смеется]
Не ждал меня, да?
- Для какой разведки ты хочешь меня
завербовать сегодня?
- Я хочу тебе помочь.
Майснер легко позволил уговорить себя,
что моя помощь тебе необходима.
Вот письмо от Майснера.
- Ага!
Посвященный и подчиненная.
- Да.
Готовая выполнить все твои приказы,
Клосс.
Ты уже до чего-нибудь докопался?
- Я учавствовал в осмотре останков.
- Кто-нибудь из консульства?
- Нет, хозяйка ночного заведения.
- Подожди. Разве так носят салфетку!
- Эльза Фон Тильден, говоришь?
Надеюсь... ты ей себя не выдал?
- Снова экзамен?
- Эльза Фон Тильден - моя давняя и
добрая знакомая,
еще по работе в Анкаре.
Достаточно сказать, что это именно я
завербовала ее на работу в СД.
- У меня сейчас вырисовываются
некоторые концепции,
из которых вовсе не следует, что можно
исключить барышню Фон Тильден.
Конечно, это требует проверки...
- Ты думаешь об убийстве?
- Я думаю об измене.
- Со мной?
[восточная музыка]
- Я - Розэ Аренс. Это мой ключ от
сейфа 128.
Пароль - "Розэ". Пожалуйста, проверьте.
[восточная музыка]
- Господин Клосс? Чем могу служить?
- Извините, пожалуйста,
господин консул,
что после таких впечатлений я еще
беспокою вас, но дело - серьезное.
- Вот мои полномочия, выданные Главным
управлением безопасности Рэйха.
- Значит, я не ошибся...
Можно узнать, каково ваше задание?
Клосс: - На территории консульства
действует агент британской разведки.
Консул: - Это невозможно!
Клосс: - Мы установили это со всей
определенностью.
Агент действует в вашем окружении или
британским агентом являетесь вы.
Пожалуйста?
Успокойтесь! Это была только шутка!
А то, что вы искали в квартире Розэ
Аренс,
не имеет ничего общего с разведкой,
правда?
- О чем вы говорите?
Клосс: - Этот мелкий предмет у меня.
Это ключ от двери в некой квартирке...
Но оставим эту тему.
И я рассчитываю на вашу дружбу, господин
консул.
Взамен предлагаю свою.
- Спасибо, Клосс. Скандал в моей
ситуации...
- Вернемся к более важному делу.
Британским агентом является ваша
секретарша - барышня Фон Тильден.
Ну, пока это предположение, но
вскоре у меня будут доказательства.
[шпионская музыка]
- Есть кое-что для тебя.
Это было в банковском сейфе Розэ.
Шеф говорит, что тебя это заинтересует.
Красиво, да?
Торговый советник
немецкого консульства
скопил почти 100 тысяч долларов.
- Я сделал глупость.
Я думал, он работает на англичан.
Меня ввело в заблуждение его
предложение денег в долг.
Чтобы его прикрыть, я бросил
подозрение на секретаршу.
- А если попал в цель?
- Это было бы даже не так плохо!
Грандель, наверняка,
не скроет этого от нее,
и тогда англичане попытаются
меня ликвидировать.
- Это опасно.
- Зато я перестану блуждать в темноте!
Иди. На будущее, будь осторожней - не
приходи сюда.
У меня гость.
- Женщина из Гестапо как раз...
вышла из отеля.
Забыла! У меня кое-что для тебя...
от шефа. Презент!
[читает:] "Князь Мживонадзе заказал
сегодня корты на 12:00.
Он приезжает туда обычно с Арамом.
Думаю, он наш союзник.
Может быть, он сможет тебе помочь.
Проверь это сам.
Зажги лампу на письменном столе."
[восточная музыка]
- Что случилось?
- Послушай, Марта.
Если со мной что-нибудь
случится, помни,
что барышня Фон Тильден
- честная немка.
- Я говорила!
- Теперь я уже, наверняка, знаю,
кто является английским
агентом в консульстве.
- Он здесь.
- Кто?
- Не оборачивайся. Сидит за тобой.
Тот, за которым ты велел мне следить -
Христополис.
Я слышала, как он звонил
и договаривался с Виттэ
здесь встретиться.
- Марта...
- Да?
- Когда придет Виттэ, скажи ему,
что знаешь, кому принадлежит счет в
Центральном банке номер 1-15-15-87.
И исчезай.
Встретимся в отеле.
- Господин консул!
Только Клосс мог повредить телефонные
аппараты после смерти Розэ.
Вы помните, все были в зале?
Только... он один вышел под предлогом
сообщения в полицию.
- Это я его попросил.
- Но я думаю, что все-таки вы обязаны
сообщить об этом в Берлин.
У Клосса должно быть что-то общее с
этим убийством.
- Не учите меня, ладно?
Рапорты в Берлин... про нас...
будет писать Клосс.
Не будьте ребенком, Виттэ!
Клосс приехал сюда не за джутом.
Он - функционер Главного управления
безопасности Рэйха.
- Вы в этом уверены?
- Я видел его полномочия,
но я говорю вам об этом по секрету.
Поезжайте один, я немного пройдусь.
- Спасибо.
[тревожная музыка]
- Господин Виттэ?
- Да.
- Я хотела вам сказать, что знаю,
кому принадлежит счет в Центральном
банке номер 1-15-15-87.
- Что? Что с вами?
Что вам сказала эта прелестная девушка?
- Нет, ничего, ничего... А кто это? Вы ее
знаете?
- Ее знает ваш друг Клосс. Он только
что с ней разговаривал.
- Извините, Христополис, мне нужно
уйти - у меня срочное дело.
- Странно,.. ведь это вы хотели со
мной говорить.
- Не сердитесь на меня. Поговорим в
другой раз.
[тревожная музыка]
- Зачем ты сюда пришла? Что случилось?
- Информация была ложной. Князя нет на
кортах. Надо ему сообщить!
- Клосс уже ушел.
- К князю? - Да.
Я не могу... сам говорить с князем.
Я, ведь, остаюсь в Стамбуле.
[тревожная музыка]
[телефон звонит]
[телефон звонит]
[телефон звонит]
- Князь.
Ах, это ты, Арам.
Слушай внимательно и передай это князю.
Наш знакомый с последней фотографии
очень чем-то напугал немца. Запомни.
- Благодарю, Христополис.
[щелчок выключателя]
Голос 1:
"Барышня Фон Тильден,
дайте мне, пожалуйста, дела
иммигрантов с 1935 года."
Голос 2: "Они в вашем кабинете,
господин консул."
Голос 1: "Не могу их найти."
Голос 2: "Должны быть на второй полке
в шкафу, господин консул."
[тревожная музыка]
- Погаси лампу, Клосс!
Голос 1: "Не вижу."
Голос 2: "Я иду, господин консул."
[щелчок выключателя]
- Руки вверх, Клосс!
[тревожная музыка]
- Здесь ли господин Клосс?
- Увы, что-нибудь передать?
- Нет, нет...
- Кто вам сказал?
- Человек, который велел мне к вам
прийти, как к другу, без оружия.
- Что с Арамом?
- Жив.
Извините меня за ошибку,
из-за которой меня чуть было
не пригвоздили к стене.
На мою ошибку вы ответили ошибкой,
Мживонадзе.
Я был убежден, что вашим человеком
является Виттэ.
Теперь я все понял.
Барышня Фон Тильден должна замолкнуть
на 2-3 месяца.
чтобы Центр в Берлине понял,
что бегство Виттэ означает
конец агентуры в консульстве.
- Вы его ликвидируете?
- Нет.
Я послал предупреждение.
Должен понять и исчезнуть, а бегством
он признается в вине.
Спрячьте оружие, Мживонадзе.
- Я не спрашиваю, кто вы -
догадываюсь.
Мы - союзники.
Помогите мне заняться Арамом.
[тревожная музыка]
[стреляет]
[шум мотора]
- Рука!
Пустяки! Догоните его - Виттэ!
- Займитесь ею!
[шум машины]
- Клосс! Вы меня не узнаете?
- Это вы? Я думал, вы поймете добрый
совет!
- Прошу, садитесь, поговорим.
- О чем?
- Вы боитесь? Прошу!
- О чем вы хотите со мной говорить?
Правда, я вам должен 5000 пиастров.
Пожалуйста, вот они, нетронутые.
- Почему вы меня преследуете, Клосс?
- Вы убили Розэ.
Потому что боялись разоблачения.
А на эти 100 тысяч долларов, которые вы
украли,
вы можете устроиться и жить.
[шум машин]
- А где у меня гарантия, что вы будете
молчать?
- Гарантия?
У вас нет другого выбора, Виттэ.
Когда я пришел к выводу, что вы -
английский агент...
- Вы ошибаетесь. Я не английский
агент.
Я только хочу,.. как вы это... сказали,
удобно жить
и хочу иметь гарантию.
[тревожная музыка]
[удары]
[гудок паровоза]
[шум едущего паровоза]
[тревожная музыка]
[звук запущенного мотора
лодки]
[тревожная музыка]
[угрожающая музыка]
- Иначе было нельзя, Йот 23.
- Так это вы?
- Спасибо, шеф!
Серия 5
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Пятая серия: Последний шанс
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Эва Висьневска, Ига Цембжинска,
Игнаци Гоголевски, Кшиштоф Хамец,
Бронислав Павлик и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анжей Кониц
1943 год.
- Привет, Руперт!
- А, как дела, Ганс!
Что ты тут делаешь?
- Маленькая прогулка.
А кого это ты привез с такой помпой?
- На этой скромной вилле будет жить
большая надежда Третьего Рейха -
профессор Фон Кхенинг.
А это его дочка.
- Красивая девушка.
- Ты свихнулся!
Если хочешь, могу тебя познакомить.
Она будет у моей Ильзы.
- С большим удовольствием!
- Хайль!
[звонит]
[стучит]
[звук рулетки]
- Добрый вечер, капитан Руперт.
- Добрый вечер.
Кто вы такой? Что вам нужно?
- Меня зовут Шмидт, но это вам ничего
не скажет,
хотя наше знакомство началось очень
давно.
- Я вас вижу впервые.
- Это тоже правда.
- Вы снова проиграли?
- Вас это не касается!
В этом доме никого ни о чем не следует
спрашивать.
- Прошу меня простить. Надеюсь...
... вы проиграли меньше, чем в 37-м
году.
- Что вы хотите этим сказать?
- А как вы думаете?
В 37-м году вы оказали ценные услуги
польской разведке.
Вы получили тогда 12 тысяч марок за
план А.
- О чем вы говорили?
Это было даже больше, чем ваш проигрыш
у барона Фон Мальтке.
- Ничего не понимаю, но мы можем
объясниться в Гестапо.
- Замечательная идея!
Расписки, которые вы тогда
подписывали, попадали как раз ко мне.
- Чего вы хотите?
- Ну, это звучит разумнее.
Видите ли, нас интересуют испытания
Фон Кхенинга.
- [стук рюмки] Я этого не сделаю!
- Тихо!
Совершенно определенно вы это сделаете.
Ведь вас приставили к Фон Кхенингу.
Послезавтра вы сможете иметь план
полигона.
А потом только пустяк.
И слушайте внимательно!
[дверь хлопнула]
Янек: - Адам докладывал?
- Да.
Вчера он говорил с Рупертом.
- Это очень опасная затея!
- Ты не веришь Адаму?
Он - старый сотрудник Двойки. Мы
проверяли его многократно.
- Верю, не верю, дело в Руперте!
- А у нас нет выбора!
Известно, что Фон Кхенинг проводит
испытания
ракетных снарядов нового типа.
Нам нужно иметь планы и результаты его
испытаний!
- Да его стерегут почти так же, как
Фишера!
- Я знаю, что это трудное задание, но
мы должны его выполнить.
Завтра на встречу с
Рупертом пойдет Анна.
- Анна?
- Адаму надо на какое-то время
исчезнуть из Варшавы!
- Но почему именно Анна?
Ты вечно посылаешь ее туда, где самый
большой риск!
- Что ты так беспокоишься?
Ты, ведь, даже ее не знаешь!
- Знаю!
- Ты не должен этого делать.
Ты же знаешь законы конспирации.
- Знаю.
Когда она встречается с Рупертом?
- Завтра в 16 в кафе Мокка.
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
- Кажется, мы уже встречались в
Берлине год назад?
- Да, у Хорше.
- Ведите себя, как на свидании с
девушкой.
[тревожная музыка]
- Послезавтра здесь же, в то же самое
время.
- Пожалуйста, передайте своему
руководству, что послезавтра...
будет наша последняя встреча.
Больше я для вас ничего делать не буду.
[тревожная музыка]
- Это общий план полигона.
Если Руперт завтра передаст планы
пусковых установок,
то, собственно, у нас будет всё.
- Уж, больно легко всё пошло.
- Успех!
- Я боюсь таких успехов!
- Отец вас ждет!
- Добрый день, барышня Бенита.
- Уже 15 минут!
- Войдите!
Ах это вы!
Мне не нравится, когда офицеры,
предоставленные в мое
распоряжение, опаздывают.
- Извините, господин профессор.
- У нас очень мало времени.
Мы должны очень тщательно продумать
указания относительно охраны полигона.
- Слушаюсь!
- Рабочие группы приступят к работе
завтра.
Вы получите инструкции,
касающиеся расположения пусковых
установок.
Подойдите, пожалуйста, сюда.
Вы вчера пили?
- Нет... немного.
- Прошу воздержаться от алкоголя, пока
мы не закончим эту работу.
Это планы пусковых установок.
- Отец! Можно тебя на минуту?
Звонок из Берлина. Не могу переключить.
- Подождите меня, пожалуйста.
Это недолго.
[тревожная музыка]
[плавная игра на пианино]
- Вилли, перестань!
Прошу тебя, перестань!
[играет снова]
Ты был сегодня у Лотара?
Чего он от тебя хотел?
- Здесь я живу!
- А я - в нескольких шагах отсюда.
Я не знал, что мы - соседи!
- Вы не знали, где разместили
профессора Кхенинга?
Ваш приятель Руперт,
благодаря которому состоялось наше
чудесное знакомство, не сообщил вам?
Нет, а, кроме того, мы вовсе не
приятели.
Мы только знакомые.
- Спасибо за приятную прогулку!
- Спасибо, может...
может, вы зайдете ко мне на рюмочку
чего-нибудь покрепче?
- Нет, сегодня не могу - много работы
дома.
Но завтра... отца не будет - я буду
посвободнее.
Почему вы погрустнели?
Ведь, до завтра недолго! До свидания.
[тревожная музыка]
- Садитесь!
Под носом у Абвера действует
коммунистическая шпионская сеть.
На вас невозможно положиться!
Что вы знаете о Руперте?
- Немного. Мы не интересовались
Рупертом.
- А жаль!
В 37-м году Руперт оказывал услуги
польской разведке.
- Это интересно...
Вы думаете, что он по-прежнему
работает на них?
- Вы с ним дружите?
- Преувеличение!
Мы знакомы, вот и всё.
- Руперт говорил с вами о профессоре
Кхенинге?
- Да, он представил меня Бените
Кхенинг.
Что вы собираетесь делать?
- У нас свои методы.
Ну что ж...
Не слишком много я от вас узнал, Клосс.
- Это всё?
- Вы спешите?
- Нет, не спешу.
- Надо действовать осторожно,
этих... коммунистов...
очень интересуют
исследования
профессора Кхенинга.
- У вас есть задание для нас?
- Фишер Мне доверил безопасность
профессора,
и я не желаю, чтобы вы совали нос не в
свои дела.
Ясно?
- Ясно.
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
- Папиросы, папиросы!
- Новый "Курьер Варшавский"!
- Не ходите туда! Там облава!
[тревожная музыка]
- Подождите, пожалуйста, лейтенант!
[шум мотора]
[шум уезжающей машины]
[тревожная музыка]
- Извините!
- Возвращайся - Гестапо!
- Ну что?
Вы нас обманули.
А мы вам верили.
- Мы с ней договорились на 16 часов.
Она не пришла.
- А, может, вы успели ее предупредить?
Не стоит работать на два фронта,..
дорогой Руперт.
Вы должны найти эту девушку.
Это ваш... последний шанс.
- Анна, ты должна исчезнуть.
У Лоттара есть твое описание.
- Из Центра меня торопят.
Мы должны выполнить задание, мы должны
иметь эти планы.
- Виллу Кхенинга стерегут днем и ночью.
- Ну, так что же? Безнадежно?
- Есть одна возможность...
Сегодня ночью мне понадобится Анна.
- Только что ты сказал, что она должна
исчезнуть.
- Значит, исчезнет завтра.
- Хорошо.
- Не понимаю, о чем речь?
Что ты хочешь сделать?
[играет тихая музыка]
- Как хорошо, что у тебя сегодня
свободный вечер!
- Ты прекрасно танцуешь, Ганс!
- Ты тоже, Бэнита.
- Я очень редко танцую.
На школьных вечерах всегда сидела у
стенки.
- Почему?
Такая прелестная девушка...
- Лжешь!
- Бенита!
- Почему ты лжешь?
- Я говорю правду!
Я сказал об этом даже Руперту, когда
увидел тебя в первый раз.
- Ты был на вокзале?
- Нет.
Я видел, как ты выходила из машины
возле виллы.
Ведь, мы соседи!
- Ты хочешь меня споить, Ганс?
- Это плохо?
- Нет, ты прав.
Пьем!
У меня немного кружится голова.
- Дать воды?
- Да, пожалуйста.
[играет пластинка]
[пластинка кончилась]
- Поставь еще раз то же самое, Клосс.
Это так красиво!
[включил пластинку]
А теперь потанцуем, Ганс!
Танцуем!
[напевает мелодию с пластинки]
У меня красивый голос, правда, Ганс?
- Правда.
Все говорят, что одно только это
выходит у меня красиво.
[напевает мелодию с пластинки]
Поцелуй меня!
Какой ты несмелый, Ганс!
А теперь налей еще раз своей
некрасивой девушке,
которую ты заманил сюда.
- Ну что ты болтаешь, Бенита?
- Боже, как у меня кружится голова!
Весь мир так и вертится!
Что ты со мной сделал, Ганс?
Иди ко мне, Ганс! Иди!
- Не двигайся!
Не следует обманывать некрасивых
девушек!
- Ты с ума сошла?
Что ты вытворяешь?
- Я сказала не двигайся!
Отца действительно нет дома.
Он на приеме у генерала Фонкенхейма.
Ты прекрасно все продумал, Ганс!
На кого ты работаешь?
- Ты идиотка!
- Говори!
Считаешь, что немцы
проиграли войну, да?
Не хочешь говорить?
А откуда ты знаешь, что я не
согласилась бы с тобой сотрудничать?
Эти ключи ты мог бы получить иначе.
Говори!
Если не будешь говорить, я закричу!
Ты сотрудничаешь с Рупертом, да?
- Анна, помни.
Ты быстро пройдешь мимо часового. Я
буду тебя страховать.
Выйдешь из виллы через кухню.
- Я помню.
А если она кому-нибудь сказала, что
договорилась с тобой?
- Часовой будет клясться, что Бенита
провела ночь на вилле.
Пошли.
Пошли.
[тревожная музыка]
[шум мотоцикла]
- В Радоме явишься к Бартеку.
- Знаю.
- И ни в коем случае не появляйся
здесь!
Я чувствую, теперь у нас будут большие
неприятности!
- А что с этой девушкой?
- Пока что она в безопасном месте,
но Гестапо теперь задействует все, что
можно.
Это было не слишком умно!
- Что нам было делать?
- Не знаю.
Я боюсь за Янека.
- Позволь мне остаться в Варшаве.
- Ни в коем случае!
И не пытайся увидеться с ним!
- Теперь уходи.
- Стой!
Стой!
Иди сюда!
- Пустите меня! Я вас не знаю!
- Патруль!
- Пустите!
- Если дочка Кхенинга не найдется в
течение двух дней,
я не хотел бы быть на вашем месте!
Я допросил часовых.
Они клянутся, что Бенита не выходила
ночью из виллы
и к ней никто не приходил.
- Я в чудеса не верю! Эти часовые...
- Надежные люди, господин групенфюрер.
Многократно проверенные.
- Надежных людей не бывает!
А Бенита Фон Кхенинг?
- Она была нашим агентом еще во время
учебы в Политехническом, в Берлине.
- Могла она выйти из виллы незамеченной?
- Теоретически есть такая возможность,
господин групенфюрер.
Могла пройти через двор.
Но и тогда часовой должен был ее
заметить.
- Вы не справились с делом
чрезвычайной важности для Рейха
и для дальнейшего ведения войны!
Где у нас уверенность, что испытания
Фон Кхенинга
по-прежнему остаются тайной для врага?
Надо точно установить,
с кем Бенита Фон Кхенинг провела
вчерашний вечер.
Вы говорили, что на
приеме у Руперта
она танцевала только с
лейтенантом Клоссом.
Допросить его еще раз, прижать Руперта!
Ну, а арест этой женщины до того, как...
мы вышли на сеть,
я считаю самой серьезной ошибкой.
И вы за это в ответе! Только вы!
- Этот человек ошибся. Я его не знаю.
- Снова врешь.
Пойми, у тебя есть только один шанс -
сказать правду.
Мы хотим совсем немного - твои связи,
адрес.
- Я ничего не знаю.
Советую тебе подумать.
Ты знаешь, как выглядят люди, которые
говорят, что ничего не знают?
Кому ты отдала документы,
подготовленные Рупертом?
Говори!
Через час ты выйдешь на
свободу,
если скажешь...
где Бенита Фон Кхенинг.
[тревожная музыка]
- Я ничего не знаю о Бените Фон
Кхенинг!
- Ты упряма!
А я думал, ты будешь умнее.
Тем хуже для тебя. Через час ты
начнешь говорить по-другому.
Войдите!
- Пришел лейтенант Клосс!
- Пусть войдет. Забрать ее!
[тревожная музыка]
Через час привести обратно!
Красивая?
- Кто это?
- Из польской сети.
- Вы взяли сеть?
- Нет.
- Сказала?
- Скажет!
- Может не надо было ее брать?
- Это Я решаю.
- Конечно.
- Я вызвал вас сюда за другим.
Вчерашний вечер вы провели с Бенитой
Фон Кхенинг. - Нет.
Позавчера мы с Бенитой были на
прогулке.
А в чем дело?
- Прошу отвечать на вопросы!
- Мне не нравится такой тон!
- Привыкнете.
Откуда вам знать, что вы отсюда еще
выйдете?
- Думаю, все-таки, что выйду!
Прошу позвонить Бените и спросить ее.
- Бенита вчера вечером исчезла.
А вы - один из подозреваемых.
- Вы, наверное, шутите?
Как вы смеете... обвинять офицера
Абвера!
- Все в порядке, Клосс.
Садитесь, поговорим.
Пожалуйста!
[играет на пианино]
- Вы извините, у меня важное дело к
Вилли.
- Что вы сделали с той девушкой?
- Ты - дурак, слышишь Руперт? Дурак!
Кто тебе сказал, что ее надо
арестовывать?
Ты должен был только не спускать с нее
глаз!
- Я спрашиваю, что вы с ней сделали?
- Я решил устроить вам очную ставку.
Может тогда она перестанет отрицать?
- Я не хочу ее видеть!
Спокойно... Ты сделаешь то, что я
прикажу.
Исчезла Бенита Фон Кхенинг.
- А что с ней случилось?
- Ее похитили. Мы не знаем как.
И я подозреваю, что ты приложил к
этому руку.
- Ты мерзавец!
Жена: - Как вы могли?
- Не вмешивайтесь.
[тревожная музыка]
- Ты ликвидировал магазин?
- Магазин и все адреса, которые знала
Анна, я считаю проваленными.
- Анна ничего не скажет!
- Мы должны ее оттуда вытащить!
- Из Гестапо?
Ты сошел с ума.
Успокойся.
- Вы дурак, Лотар!
Лотар: - Эта девушка не хочет говорить.
А те, кого я взял в игорном доме,
скорее всего... ничего не знают.
- И что дальше?
Я только что говорил с Берлином.
Вы догадываетесь, что они сказали?
- Так точно, господин групенфюрер.
Итак?
- Сегодня ночью я
поговорю с ней еще раз.
- И потом она вообще уже не сможет
ничего сказать, да?
Слушайте внимательно, Лотар.
Если в самом деле эта польская сеть
похитила Бениту,
то я не имел бы ничего против, чтобы
предложить...
им обмен.
Например, Бениту Фон Кхенинг...
на эту девушку.
- У нас нет выхода на них, господин
групенфюрер.
- Эту девушку...
вы выпустите завтра утром.
[тревожная музыка]
Продавец: - Будет готово через два
часа.
- Можно позвонить?
- Пожалуйста.
- Агняшка? Это я, Анна.
- Анна, где ты?
- Не могу сейчас, за мной идут. Потом.
- Алло? Алло?
- Пыталась звонить из аптеки. Идет в
сторону площади Спасителя.
- Алло! Алло! Пыталась
звонить из аптеки.
Идет в сторону
площади Спасителя.
Повторяю, пыталась звонить из аптеки.
Идет в сторону площади Спасителя.
- Берлин дал им 24 часа на то, чтобы
найти Бениту.
Бесятся!
Фишер сказал Лотару, чтобы он
согласился на обмен.
Анна за Бениту Фон Кхенинг.
- Чепуха!
Как ты себе представляешь переговоры с
Лотаром?
Кто будет посредником?
А Бениту мы не можем выпустить -
слишком много знает!
Ты был бы разоблачен.
- Речь не обо мне, а об Анне!
- Речь о деле. Центр выражает тебе
благодарность за то,
что ты... добыл планы Кхенинга.
- Это не мне, это Анне.
- Агняшка!
- Звонила Анна!
- Так точно...
Пыталась связаться.
Да. Мы установили номер.
Мы их возьмем!
Так точно, господин групенфюрер!
- Ну, профессор... мы будем знать, что
случилось с вашей дочкой.
- Езжай в Радом... и не возвращайся без
вызова.
- Что с Анной?
- Анне я не могу помочь.
- Дай мне парочку ребят из
диверсионного!
- Нет!
- Дай!
Я пойду на квартиру Агнишки.
Анна, наверняка, еще раз позвонит.
Она должна попытаться.
Это единственный телефон, который она
знает.
- Квартира провалена.
- Нельзя нам ее так оставлять!
[тревожная музыка]
[посвистывание]
[насвистывает мелодию]
[тревожная музыка]
- Послушай, Анна.
Через 15 минут у ворот на Вилче 45.
Анна? Анна?
Пора!
[звон бокала]
[звонок]
[звонок]
[продолжающиеся звонки]
- Алло? Ну что там опять?
Так точно... господин генерал!
Это я
- Я разговаривал с Лотаром.
В память о твоем отце я даю тебе
полчаса.
Я думаю, ты знаешь,
что в твоем положении должен
сделать немецкий офицер.
Полчаса.
Полчаса, Руперт.
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
[автоматная очередь]
[стреляет] Беги!
[перестрелка]
- Садись!
Беги!
[визг тормозов]
[взрыв]
[шум мотора самолета]
- Я должен взять какую-то женщину.
- Возьмешь двух. Донесение.
Ну, садитесь, мои девушки!
- [кричит] Скажи Янеку!
Серия 6
Польское телевидение
представляет:
"Ставка больше, чем жизнь"
Шестая серия: Железный крест
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Владислав Ханьга, Тадеуш Бялошински,
Гюстав Люткевич, Бронислав Павлик,
Северин Бутрым и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1943 год.
[звук охотничьего рога]
- Титулом короля охоты вас наделили
совершенно заслуженно.
Я рад, что это именно вы, полковник!
- Мне немножно повезло.
Штандартенфюрер Дибелиус стрелял также
превосходно.
- Да, теперь прошу к столу.
А вот... вас прошу быть председателем
охотничьего ужина.
- Это честь для меня, дорогой кузен и
хозяин!
- Прошу вас!
[шум машины]
- Господин полковник, докладываю, что
генерал ждет вас.
- Сейчас?
- Так точно!
Просил прибыть немедленно.
- Генерал не оставляет своим
подчиненным слишком много времени.
Прошу простить, господа.
- Трудно, я знаю, что это значит.
Сам, ведь, служил в армии, Франца
Иосифа.
Прошу вас заодно передать привет
генералу. Надеюсь, он меня помнит.
- Генерал вспоминает о вас тепло.
Ну, идем, Клосс!
Мы даже не попробуем вашего
знаменитого бигеса.
- А я попробую!
И выпью за ваше здоровье!
[говор гостей]
- Правда, господин граф?
- У вас один кабан и две косули.
Или два оленя.
- Ну что ж, попасть с
двадцати метров...
- Сезон только начался,
а следующая охота...
- Ну, господин граф, в этой стране у
нас нет времени охотиться на дичь.
Мы охотимся на людей.
Извините..,
на недочеловеков.
Прозит!
[чихает]
[разговор, смех]
- Гауптштурмфюрер Лозе.
Как прошла охота?
Слушаюсь! Дорогу я знаю.
Через каких-нибудь полчаса.
Так точно!
[набирает номер]
Слушай, Каге. Дай мне шестерых
людей из наряда.
Да ничего особенного.
Как обычно, старик боится возвращаться
ночью.
Ладно.
Спускаюсь через пять минут.
Граф: - До свидания... Спасибо... До
свидания.
- Кажется, нет вашей машины? Я охотно
вас подвезу.
- Спасибо, если хозяин позволит, я
подожду.
- Конечно.
- Вы плохо себя чувствуете?
- О, я чувствую себя замечательно!
Не поверите - я давно не чувствовал
себя так хорошо!
- Я имел ввиду комнаты для гостей.
Впрочем, мне хоть утром приятней...
эти... поющие леса...
- Хорошо вам, господин граф, созерцать
красоты природы,
а я уже отвык от этого.
Даже не могу себе позволить поспать
этой ночью -
меня... ждет работа.
О, это черта настоящего немца - работа
прежде всего!
Обязанности на первом месте!
Если бы мои соотечественники принимали
это близко к сердцу,
история была бы к ним благосклонней.
Но мы любим болтать, митинговать...
- Ну что ж, вы также любите есть и
пить, а это мне в вас нравится!
- Ну так... может еще по капелюшке?
Чудесная наливка!
Франтишек делал ее по рецепту своей
матери,
которая была экономкой в имении моей
матери - графини Фон Эккендорф.
- Ну что ж, наливку со столь
замечательной родословной
я охотно попробую!
- Так вы... господин граф,
через свою мать - в девичестве Фон
Эккендорф
в родстве с Оберстом Райнером?
- Точнее говоря, только
доброжелательность господина Райнера
позволяет ему называть меня своим
кузеном.
Трудно назвать это родством.
- Но, ведь, в ваших жилах течет кровь
наполовину немецкая?
Я, вот, думаю,.. много это или мало?
- Достаточно, чтобы
завоевать благосклонность
и доверие немецких офицеров.
Если бы не фатальный результат мировой
войны,
может быть мы бы и служили в одном
полку.
Я помню в 13-14-м году,
когда я, молодой лейтенант гвардии,
служил в Вене,
уже тогда многие прогрессивные
немецкие офицеры
мечтали объединиться в одну империю,
естественно, под руководством
Вильгельма.
- А, и только наш фюрер осуществил
мечты ваших коллег.
И ваши тоже?
Я, вот, думаю, господин граф,
эти 50% немецкой крови.., которая
течет в ваших жилах...
- 49%, господин Дибелиус, 49!
В данный момент в моих жилах течет
по меньшей мере 1% алкоголя! [смеются]
Но я вас прервал.
- Ну, пустяки.
Мы еще вернемся к этому разговору не
раз.
Даю вам слово.
Вам еще надоедят разговоры со мной.
Вы себе даже не представляете, как я
умею надоедать людям... до смерти!
[шум машины]
Сколько у вас людей?
- Шестеро.
- Оцепить дом!
- Оцепить дом! Ты останешься здесь!
- А теперь, Вонсовский.., мы посетим
вашу ванную.
Идем, Лозе, увидишь кое-что
интересное!
[Лозе присвистывает]
- Тайник?
- Вы не знаете?
- Ну, в этом доме я бываю редко,
постоянно я живу в Варшаве,
а-а до войны я жил во дворце,
который сгорел в сентябре.
Это забавно, что старые дома всегда
скрывают какие-то тайны!
- Особенно, если на банкнотах есть
дата выпуска: 39-й, 38-й...
Ох, есть даже 40-й год!
- Очень много денег на первый взгляд.
- Пошли.
- Лакея тоже!
- Странный способ благодарить за
гостеприимство.
- Я тебя еще поблагодарю!
Графиня Фон Эккендорф
тебе мало поможет!
Ну что ж, Вонсовский,
все-таки не бедняга Райнер, а я -
штандартенфюрер Макс Дибелиус -
король сегодняшней охоты!
- Я разбудил наших техников.
Они со всей определенностью установили,
что и на банкнотах, и кассетах с
фотопленкой
есть отпечатки пальцев Вансовского.
- Только его?
- Есть и другие,
но, во всяком случае, не этого лакея.
Он, правда, ускользнул от нас, но я
отыскал его личное дело.
- Что на пленках?
- Это не любительские снимки с
экскурсии.
Какие-то планы... Мы еще не сумели
установить, что на них.
Какая-то система укреплений.
Далее - организационная схема
Берлинской полиции
и список фамилий офицеров в СД,
работающих в спецподразделениях.
Да...
Вот... и все, что мы знаем наверняка.
- Достаточно.
- Невесело.
Я, правда, ему не кузен,
никакого родства с графами не числю,
но... скажу тебе...
Впервые в жизни я рад, что мой отец
был колбасником, а не бароном.
- Наше родство, это...
- Да, я знаю, знаю...
Впрочем, дело не в родстве.
Достаточно будет тех отношений,
которые ты с ним поддерживал.
И не только ты.
- Вот именно. А ты тоже!
- Не будем об этом. Нечего считаться!
Большинство находящихся в Варшаве
офицеров, естественно, высших,
бывали у него на приемах.
Венский граф, черт побери.
Его дедушка, наверное, купил титул,
обогатившись на поставках для армии.
- Оставим это. Надо подумать.
- Как выйти из этого с честью?
Хорошо, повторяю, хорошо, что
Вонсовский знал многих,
более высокопоставленных, чем мы.
Надо это дело замять. В этом будем
заинтересованы не только мы.
- Мы арестовали агента.
Собственно, сам арест произвело
ведомство нашего друга Дибелиуса.
Но дело общее. Оно касается как службы
безопасности, так и Абвера.
Я хочу, чтобы это дело вели вы,
совместно с умным офицером СД,
имеющим многолетнюю практику в
уголовных делах, -
гауптштурмфюрером Лозе.
Порученная вам миссия очень важна,
чрезвычайно деликатна.
Именно поэтому я поручаю ее вам.
За успешное завершение этого дела
вы можете получить Железный крест.
Но провал будет стоить... дорого!
Очень дорого, Клосс!
- Я еще не знаю, кто арестован,
господин полковник.
- Опасный враг Рейха!
Эдвин Вонсовский!
- Неужели это тот самый Вонсовский, у
которого вчера вечером...
- Да!
Садитесь.
Мне нечего вас учить, Клосс, что при
нашей работе
в обязанности входит поддержание
отношений с людьми
чья репутация и деятельность...
- Конечно, господин полковник.
Я понимаю, что просто
господин штандартенфюрер и вы
следили за этим типом.
Лучше всего узнать подозреваемого
можно во время распития водки.
Совместного распития водки.
[звонок телефона]
- Райнер.
Да.
Есть моменты, переломные в карьере
любого офицера,
и горе тому, кто не заметит их вовремя.
Дибелиус только-что мне сказал, что в
найденных у Вансовского планах
есть схема расположения штаб-квартиры
рейхсфюрера.
- Кто он, этот Вонсовский?
- Старый сотрудник группы "Немцы".
Работал... в Берлине... и в Вене.
У него настоящие родственные связи с
аристократией.
Твердый орешек!
- И так глупо попался!
- Все мы когда-нибудь попадемся на
какой-нибудь глупости...
Ему никак нельзя помочь?
- У каждого риска есть свои границы.
- Мы давно уже их перешли.
- О том, чтобы его освободить, нечего
и мечтать.
Ты сказал "крепкий орешек"...
Видишь ли, есть одна возможность...
- Какая?
- Например, этот Дибелиус.
Подозревает всех.
- Известно, что Гестапо подозревает
всех.
- В том-то все и дело!
Даже тех, кто самым верным образом
служит Гитлеру.
Подозревает и тех, кого мы после
войны... будем судить.
Послушай, а этот Вонсовский...
мог бы стать партнером в одной очень
сложной игре.
- Можешь идти.
Садись!
- Я привык к иным формам... особенно
со стороны офицеров низшего ранга.
И, вообще, прошу прислать парикмахера,
чтобы я смог побриться.
А также прислать мне одежду и смену
белья.
- [насмешливо] А что еще?
- Без выполнения этих главных условий,
любые попытки вести со мной какие-либо
беседы обречены на фиаско.
Передайте это моему другу Дибелиусу.
[пощечины]
- Ты пройдоха!
Ты думаешь, мы тут с тобой для бесед
собрались?
Сейчас мы тебе докажем, что ты
ошибаешься!
От дубинок моих ребят помягчает даже
графская задница! [смеется]
- Курт! Можешь выйти.
- Как пациент?
Судя по твоему настроению, не слишком
разговорчив, да?
- Попробуй ты.
- Охотно!
Не хотите ли присесть, господин граф?
Рюмку коньяку?
- Натощак?
- Вам не принесли завтрак?
- Принесли какие-то помои. Я даже не
пытался пробовать.
Я пытался убедить вашего приятеля, что
до тех пор,
пока отношение ко мне не станет
надлежащим...
- Я думаю, нам удастся обеспечить вам
надлежащее отношение.
Ваше общественное положение, недавнее
еще влияние,
широкие, очень широкие связи, пожалуй,
дают нам право
на особый порядок ведения следствия.
Впрочем, вы, ведь, незаурядный шпион.
- Обвинение в шпионаже надо доказать!
Даже в Германии!
- С этим не будет больших сложностей.
В тайнике, обнаруженном в вашей ванной,
на найденных там
долларовых банкнотах
и катушках с пленками
были отпечатки пальцев.
Ваших пальцев, господин граф. Это
большая неосторожность!
Разве вас никто никогда
не предупреждал?
Например, тот, кто
доставил эти доллары?
- Да, я был неосторожен.
- Ваш лакей, Франтишек Мрожек, был
осторожнее.
Он не только успел удрать, но и не
оставил отпечатков пальцев.
Здесь, господин граф, было произнесено
слово "шпионаж".
Простите, вы думаете, это... правильное
определение?
- Не понимаю.
- Некоторые вещи, на первый взгляд,
похожи.
Я воспользуюсь медицинским сравнением.
Две совершенно разные болезни могут
вызывать очень похожие симптомы.
Неопытный врач, поставив диагноз,
выберет, конечно, болезнь,
встречающуюся чаще.
Судя по симптомам, такой врач сказал
бы: "Мы имеем дело со шпионажем".
- А что сказал бы хороший врач?
- Хороший врач тоже не
исключил бы такой возможности,
но подумал бы, не имеет ли
он дело с другой болезнью,
тоже тяжелой, а... может бы даже,
более тяжелой - заговором.
- Это очень интересно.
- Правда?
Особенно, если мы примем во внимание
гордость пациента,
из чего следует, что он рассчитывает
на чью-то помощь.
Но это невозможно, господин граф!
Единственный человек.., который может
вам помочь, -
это вы сами.
- Есть папироса?
- Есть, последняя.
- Ладно. Я сейчас вернусь...
Поработай немного один.
- Закурите?
- Спасибо.
- Я думаю, что мог бы обещать вам
хорошее отношение,
достойное вашего положения и
соответствующее вашему возрасту.
У вас нашли планы главной
штаб-квартиры СС и полиции.
Вы принимали у себя офицеров Гестапо и
Вермахта - ближайших сотрудников...
- Что вам нужно?
- Вы были сотрудником сектора "Немцы".
- И это вы знаете...
- Это знаю только я.
Подумайте. Разветвленный заговор
против одного из руководителей Рейха.
Любая фамилия звучит правдоподобно.
Я не требую от вас немедленного ответа.
Вы меня поняли?
- Да..,
господин лейтенант.
- Увести арестованного!
- Ну и что? Удалось?
- Думаю, удастся.
Надо только дать ему хорошую камеру
и... приносить еду из ресторана.
- На это должен дать согласие Дибелиус.
- Но если этой ценой он получит
информацию?
- Я слушал, как ты его прощупываешь.
Ну, у Абвера тоже можно кое-чему
поучиться.
Я не знал, что у тебя
медицинская жилка!
- Не только!
- Руки вверх!
Ах, это вы, господин полковник.
Извините, пожалуйста.
- Вы меня испугали, Клосс.
Я не думал, что вы уже здесь.
- Как видите, нам пришла одна и та же
мысль.
Вероятно, вы тоже хотели ознакомиться
с бумагами графа Вансовского?
- Вы нашли что-нибудь интересное?
- Я просмотрю это позднее.
Я разберу бумаги и, естественно,
представлю их вам.
Если только вы не захотите
ознакомиться с ними раньше?
- Нет.
Я полностью вам доверяю.
Но хотел бы вас кое о чем попросить,
Клосс.
Не официально - в личном плане.
- Слушаю, господин полковник.
- Если вы найдете какую-нибудь
корреспонденцию из Вены,
особенно от кого-нибудь из семьи Фон
Эккендорф...
- Вас понял, господин полковник.
- Я не хочу, чтобы у семьи,
с которой в родстве случайно
оказался этот негодяй,
были какие-то сложности или
неприятности.
- Тем более, что это и ваша семья,
господин полковник.
- Это не так важно.
Мы не можем допустить,
чтобы порядочные люди страдали только
из-за того, что этакий шпион...
- Значит, вы думаете,
господин полковник,
что тут речь идет о шпионаже?
- Вы в этом сомневаетесь?
- Да.
Собранные материалы
указывают на иной,
значительно более тяжелый
вид преступления
перед государством и фюрером.
На заговор.
- Дай Бог, чтоб вы ошиблись, Клосс.
Дай Бог, чтоб вы ошиблись!
- Теперь понимаешь?
- Понимаю.
Вонсовский назовет
фамилии людей,
которых мы вносим в списки
военных преступников.
Рискованная игра!
Ты думаешь, поверят?
- Те, кто не поверит, будут молчать.
Их парализует страх.
Я знаю этот механизм.
Материалы у тебя?
- Да, подготовлены давно и ждут
пересылки в Центр.
[читает:] Полковник Клюцкер?
- У нас не фигурирует.
Но разве это имеет значение? Тебе не
достаточно...
- Нет! Пусть это будут именно самые
худшие!
Пусть на собственной шкуре
почувствуют, что они создали.
- Полковник Райхенбах?
- Есть.
Ответственен за расстрел польских
офицеров в 39-м году в Катовицах.
Приговор вынесен в 42-м году.
- Генерал Веренгер?
- Есть.
Командир дивизии.
Велел без суда расстрелять
польских военнопленных под Купно.
- Майор Браун?
- Не интересует нас.
- Дибелиус?
- Думаешь, удасться разделаться с
самим шефом СД целой территории?
Заслужил!
Ну, держи. Всё его работа.
- "Майор Штуккард." Этого
не ищи у себя, я его знаю.
Отличается инициативой, не хуже
Липке.
Они сотрудничают.
- А твой шеф, Райнер?
Он у меня тут.
- Элегантный добродушный офицер
старой школы.
Тоже убийца?
- Был председателем особых судов в
Познани.
Подписывал исключительно смертные
приговоры.
Слушай, а среди гостей Вансовского не
было штурмбаннфюрера Вальда?
Мы в этом заинтересованы.
Он занимается Левым движением.
- Его в СС называли:
"Хельмут-виселица".
Он их много оставил.
Здесь нет его визитки, но...
ведь он мог бывать?
И, если Вонсовский признается...
- Помните, Лозе, что я не случайно
выбрал вас для ведения этого дела.
Дело в том, что мы должны сотрудничать
с Абвером.
К счастью, этот лейтенант, который
будет работать с вами,
говорят, дисциплинированный офицер, и,
как заверял Райнер,
умеет вовремя заметить границу,
которую даже самый лучший
офицер переступать не должен.
Да...
В документах дела, которыми наверняка
интересуется Берлин,
не должна оказаться
фамилия людей,
чья преданность фюреру
повсеместно известна.
Вам ясно, Лозе?
- Ясно, господин штандартенфюрер!
- И еще...
Но это уже между нами.
С нашими друзьями из Абвера надо быть
начеку!
Они охотно признаются в наших победах,
а еще охотнее записали бы на наш счет
свои... поражения.
- Благодарю за доверие!
- Доверие за доверие, мой Лозе!
Я надеюсь, что после этого дела
я смогу подписать приказ
о вашем повышении.
Вам давно полагается!
[стук в дверь]
- Прошу!
Надеюсь, завтрак вам понравился?
- Да. После хорошего завтрака хорошо...
думается.
- Прошу поближе!
- Спасибо.
После трубки думается еще лучше!
- Вы, наверняка, беспокоитесь по
поводу своего покинутого дома.
Я посетил его сегодня ночью,
осмотрел письменный стол.
Прекрасная старая мебель!
- Правильно.
Вы не теряете времени!
- Не могу себе этого позволить.
Среди весьма интересных документов я
нашел массу... визиток.
Не желаете взглянуть?
- Их было гораздо больше.
- Вас посещали многие немецкие офицеры.
Это те, кто нас интересует.
подобраны, естественно, в
соответствующем порядке.
- Этого я не знаю...
- Штурмбаннфюрер Вальд?
Но вы... могли его знать.
- Действительно..,
мог.
- Нам это очень важно.
- Понимаю.
[шаги]
- Ну и что?
Побеседовал с господином графом о
медицине?
- Не было нужды.
Господин граф решил говорить.
- Да.
Но прежде прошу кофе.
[набирает номер]
- Алло! Прошу стенографа в комнату 236.
Янек: - И кофе.
- Что?
Янек: - Не забудь о кофе для господина
графа.
- И кофе.
[телефон звонит]
- Дибелиус? Что нового?
- Начинает говорить, слышишь, Райнер?
Начинает говорить!
- Записал?
- Так точно!
- Где и когда вы познакомились с
полковником Райхенбахом?
- С господином полковником Райхенбахом
я познакомился в Граце в санатории
для высших офицеров.
Это было в феврале... Нет, простите, в
начале марта 40-го года.
Мы подружились очень быстро,
и как-то примерно через неделю после
знакомства
господин полковник пригласил меня в
свою комнату.
Там уже было несколько высших офицеров.
Мы говорили о плане нападения на
Россию...
Все присутствующие были
согласны относительно того,
что этот план - безумие.
[звонок в дверь]
- Прошу, господин лейтенант.
- Полковник Фон Райхенбах.
- Да, слушаю.
- Лейтенант Эрих Беме. Вы арестованы!
Отдайте мне пояс и револьвер.
Предупреждаю, что при малейшем
сопротивлении...
- Я не понимаю! Это какое-то
недоразумение! Это какая-то ошибка!
- Вот ордер на арест.
- Да... всё сходится, но...
Не понимаю!
- Прошу одеваться!
- Я немедленно пойду к генералу!
Я всё выясню!
- Эрнст!
- А вы, лейтенант...
- Эрнст, оставь лейтенанта.
Он лишь выполняет приказ.
- Ну?
Теперь-то вы будете говорить?
- Да.
- Ну, наконец-то.
Ну так... слушаю!
Ну говори!
- Что я должен говорить?
- Всё - фамилии, должности, звания...
- Это честные офицеры фюрера.
- Шутишь, Райхенбах, шутишь!
У тебя остался последний шанс, чтобы
вообще на что-нибудь надеяться!
Ну что, например, ты знаешь...
о Гансе Липке?
- Ганс Липке?
- Да.
Ну, не выкручивайся, Райхенбах!
Вонсовский тебя засыпал.
- Этот Абвер в самом деле слишком
много себе позволяет!
Им кажется, что они - государство в
государстве!
Арестовать моего штабного офицера, не
сообщив мне об этом!
[звонок телефона]
- Да.
Да. Пожалуйста.
Ну, наконец-то я вас нашел, Райнер!
Прежде всего, прошу немедленно мне
сказать,
по какому праву арестовывают моих
офицеров?
Так.
Да.
Понимаю вас, прекрасно понимаю, Райнер.
И полностью разделяю вашу позицию.
Простите мою вспышку.
Конечно это ясно, что в данной ситуации
вы не могли поступить иначе.
Хайль Гитлер!
Так вы, майор, пришли скулить, чтобы я
помог этому предателю?
Вы, кажется, с ним дружили?
- Где вы познакомились с Эдвином
Вансовским?
- Эдвином? Графом Вансовским?
Не понимаю.
- Отвечайте на вопросы!
Я повторяю: где вы познакомились с
Эдвином Вансовским?
- В Греце. Я вернулся с Греческого
фронта. Лечился... там.
Я даже удивился, что поляку позволили
лечиться в немецком санатории.
Но мне объяснили, что он в родстве...
- Хватит!
Мы хорошо знаем, с кем он в родстве.
О чем вы беседовали?
Мне трудно в настоящий момент...
вот так вдруг...
- Ну хорошо... Вы вспомните.
А если даже и не сможете вспомнить, то
мы вам в этом поможем...
Можете мне поверить, мы умеем это
делать.
- Увольте, я протестую!
Я немецкий офицер и не позволю...
- Позволите!
И советую вам забыть, что когда-то вы
были немецким офицером!
Вы теперь узник СД!
Итак.., с кем вы дружили?
- Я предложил присоединиться к
заговору Гансу Липке.
Во время одной из охот
Липке привез мне из Берлина схему
организации Берлинской полиции.
Липке потребовал, чтобы после
устранения Гимлера,
именно он был назначен шефом
Берлинской полиции.
[произносятся имена по радио]
- Приговорены и не подлежат
помилованию.
Призываем жителей города [по
радио:] принять все меры
и не допустить дальнейших нападений на
немцев.
Верховный командующий СС и полиции
Ганс Липке.
- Руки вверх!
- Хватит.
Вы дружили с Райхенбахом?
Райхенбах говорил вам, с кем он должен
был встретиться в Вене?
- Нет.
- О, нет?
Мне снова позвать эсэсовцев?
- Нет.
- Итак, у вас действует присяга.
Но, прежде всего, ты присягал, свинья,
на верность фюреру!
Эту присягу ты нарушил!
- Нет, это недоразумение, я ничего не
знал!
- Ничего не знал? Ты хочешь мне
внушить, что ничего не знаешь
о деятельности своего приятеля?
И что долгие вечера у Вансовского вы
посвящали покеру и девочкам, так?
Последний раз спрашиваю, кто еще?
- Генерал Варенгер.
- Какой генерал?
- Он не позволит, чтобы вы так с нами
обращались!
- Ты сказал: генерал Варенгер? Значит,
он тоже...
Значит, он тоже!
- Нет, это недоразумение!
- А сейчас, какую роль он должен был
играть в вашем заговоре?
- Это недоразумение, я говорю!
- Мне что их снова позвать?
- Нет.
- Итак?
Генерал должен был договориться со
своими друзьями в Генеральном штабе.
- Хватит.
Записал это?
- Да.
- Подпиши это.
Подпиши это! Мне их позвать?
- Ну как?
- Штукарт уже запел. Липке пытается
выкручиваться, но мы из него выжмем.
Ну, а тут как вот?
- Понемногу продвигаемся вперед.
Господин граф,
меня заинтересовало противоречие
между вашими показаниями и протоколом
обыска,
проведенного в день вашего ареста.
Так, штандартенфюрер
Марк Дибелиус
и присутствующий здесь
гаупштурмфюрер Лозе
констатировали в протоколе, что в
тайнике в вашей ванной
были доллары и катушки с пленкой.
- Я это подтверждаю.
- Знаю. Речь идет о сумме.
Когда вы решили
говорить, то показали,
что там было 10 тысяч
долларов и пленки.
- Да, две опечатанные бандеролью пачки
по 5 тысяч долларов каждая.
- Была только одна пачка!
- Могло ли случиться, чтобы вторая
пачка осталась незамеченной?
- Исключено! Вонсовский, вы, должно
быть, ошиблись?
- Я не могу ошибаться. Обе пачки в
день ареста привез человек,
которому я полностью доверяю.
- Фамилия этого человека?
- Я не знаю его настоящей фамилии.
Это тоже немецкий офицер. Это все, что
я о нем знаю.
- Там была только одна пачка!
- Ну, оставим это пока. Мы еще
вернемся к этому вопросу.
У меня тут еще одна неясность,
господин граф.
С помощью одного из своих друзей
вы переслали... инструкции группе
заговорщиков в Вене, так?
В показаниях, данных
вами три дня назад,
вы пропустили одну деталь.
Вы обошли молчанием фамилию посланца.
- Но этот человек не
знал, что он везет!
- Фамилия!
- Я бы предпочел...
- Фамилия, господин граф!
- Хорошо.
Это был ваш начальник.
- Кто?
- Полковник Герберт Райнер.
- Курт!
Вывести заключенного. Ты тоже можешь
идти.
- Вот теперь я понимаю,
что искал Райнер в комнате
Вансовского в день его ареста.
- Не могу поверить,
чтобы Райнер предал!
- Оставь, Ганс, это - факты! Мы не
можем уступать сентиментам!
- Что же мне делать?
Ведь я должен докладывать Райнеру о
каждом новом элементе следствия!
- Предлагаю исключить
Райнера из следствия
и доложить обо всем Дибелиусу.
Дибелиус?
- Когда я просматривал бумаги
Вансовского,
то нашел в его письменном столе две
расписки.
Одну на 5 тысяч марок, вторую на
2 тысячи долларов.
- Эта подпись?
- Дибелиус... должен Вансовскому?
- Понимаешь?
Я не хотел эти расписки прилагать к
делу.
Ты, ведь, не будешь упрекать меня за
это, Лозе?
Возьми их. Тебе виднее,
что с ними сделать.
- Хорошо...
Теперь еще только вопрос с
этими пропавшими 5000 долларов.
- Ведь, ты не хочешь сказать, что...
- Ну, не хотел бы говорить, но...
Ну.., не остается ничего другого, как
обратиться с этим прямо к рейхфюреру.
- В обход служебного пути?
А если мы ошибаемся?
Если, например, Вонсовский лжет?
- Я думаю, он говорит правду.
- Его показаниями обвинены более
десятка офицеров!
- Не беспокойся об этом, Ганс.
Я возьму это на себя.
Ты молод и...
- Так точно, господин рейхсфюрер!
Дело Вансовского разрастается все шире.
Я принял решение, чтобы ведущие
следствие офицеры
связывались непосредственно со мной, в
обход своего начальства.
Да.
Да.
Но, ведь, это герой Балканской
компании, награжденный фюрером.
Да... я понимаю...
Так точно! Это великолепная идея! Это
единственный выход! Хайль Гитлер!
- Генерал Варингер?
- Да, я вас слушаю.
- Позвольте, мы вместе с вами поедем в
штаб.
- Садитесь.
- Что случилось с моим водителем?
Отвечай! Ты оглох?
Куда вы меня везете?
Поворачивай налево!
- Он правильно едет, господин генерал.
Минутку.
[поют птицы, заводится мотор]
- Что это значит?
Где мы находимся?
Что это значит?! [выстрел]
[выстрел]
- Я забочусь о тебе!
Вонсовский показал, что по его
поручению
ты возил инструкции в Вену.
- Один раз. Я не знал, что везу.
Он мне сказал, что это какие-то
семейные фотографии.
- Я тебе верю, но эти...
- Заявляю тебе, что я не имел с этим
ничего общего.
Я знаю Вансовского, как многих других.
- Но многие другие уже сознались во
всем.
- Я не входил ни в какой заговор!
Опомнись, ты, опомнись!
Ты из Абвера?
Генерал Варенгер тоже повторял, что он
верен.
- Но, ведь, было объявлено, что его...
убили польские бандиты.
- Варенгер был героем Балканской
компании.
Нельзя было по-другому.
- Что ты предлагаешь?
- Есть выход...
Вансовского тоже должны ликвидировать
польские бандиты.
И не только его.
- Что это значит?
- То, что я сказал.
- Наших лучших офицеров, проявивших
такой талант, ты хочешь...
- Но меня тоже отстранили от следствия!
Послушай, Райнер.
Многие люди признавали свою вину под
влиянием моих уговоров.
Я тоже могу признать свою вину в
подобной ситуации.
И ты тоже.
- Я невиновен!
- А я тебе говорю, Райнер, что ты
признаешь свою вину.
Или согласишься на тот единственный
выход, который... нам остался.
- Сержант Майер явился по вашему
приказанию!
- Я вас узнал - вы были на Крите.
- Оба, господин полковник.
- Подойдите ближе.
- Завтра в 11 часов из здания Гестапо
выйдет тюремная автомашина.
Здесь на нее должны напасть поляки.
Партизаны или бандиты, как хотите.
Никто из находящихся в машине не
должен спастись,
особенно заключенный.
Время акции - одна минута. Хватит?
- Хватит, господин полковник!
- Снаряжение и одежду возьмете на
складе.
Сколько вас будет?
- Четверо.
- В случае неудачи, забудьте об этом...
разговоре.
Потому что... я ничего такого не
вспомню. Вы меня поняли?
- Так точно, господин полковник!
- Теперь всё. Можете... идти.
["Проход и проезд без особого
разрешения строго запрещен!"]
- Куда вы его везете?
- В тюрьму Абвера.
[шум отъезжающей машины]
- Почему это тюрьма Абвера лучше, чем
тюрьма Гестапо?
- Поехали за ними!
[тревожная музыка]
[шум машины]
[автоматная очередь]
[выстрелы]
- Я сяду в их машину!
[стреляет]
- Я их сразу узнал! Это были люди
Райнера!
Чтобы замять все дело, Райнер хотел
ликвидировать Вансовского и меня.
- Что с Вансовским?
- Он в больнице, тяжело ранен.
- Выживет?
- Выживет.
Ну и что с того?
Слушай...
Надо что-то сделать!
Надо обязательно что-то сделать!
Это замечательный человек!
- В больнице, говоришь...
Это дает некоторые возможности.
Там у нас есть свои врачи.
- Организуешь?
- Очень рискованно..,
но попробую.
Обещаю тебе, что попробую!
- Мы сделаем все, чтобы вас спасти,
господин граф.
- Я вам верю.
- Сосредоточьтесь, пожалуйста.
Вы должны сказать нам правду.
Всю правду о Дибелиусе и о Райнере!
- Они знали...
всё с самого начала.
Были активны,
обещали меня освободить, отбить...
[беззвучно пробует говорить]
- Он еще говорит!
- К сожалению, только бредит.
- Йохан! Прошу мне теперь не мешать.
- Слушаюсь!
[выстрел]
[тревожная музыка]
- Все в порядке, господин Вонсовский.
Сейчас мы отвезем вас в морг. Завтра
ребята переправят вас в лес.
- Уже умирая, Вонсовский серьезно
обвинил Райнера и Дибелиуса.
До сих пор у нас было несколько
доказательств,
но это признание поставило точки над
"i".
К сожалению, не было времени, чтобы
вызвать секретаря,
но свидетели Клосс и доктор Грубер
могут...
- Все ясно!
С этой минуты все следствие переходит
ко мне.
Вы, господин Лозе, до момента
поступления официального назначения
будете выполнять обязанности шефа СД.
- Слушаюсь!
А вы...
вы пока останетесь в моем распоряжении.
Мне нужен офицер связи и...
нет смысла посвящать кого бы то ни
было... в это дело.
И завтра вы полетите
со мной в Берлин,
чтобы доложить о
результатах следствия.
А, заодно, получите подарок...
По моему представлению наш фюрер
наградил Вас
Железным крестом!
Серия 7
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Седьмая серия: Двойной Нельсон
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Веслава Мазуркевич, Ива Млодницка,
Хенрик Бонк, Феликс Жуковски,
Александр Севрук, Адам Павликовски и
другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1943 год.
- Вы еще остаетесь, барышня Фромм?
- Да, надо закончить список для
Интендантства на завтра.
- Ваш отец будет недоволен.
- Мой отец горд, если я долго работаю.
- Я знаю генерала давно. Я служил под
его началом еще во Франции.
- Отец часто вспоминает о вас,
господин полковник.
- Пожалуйста, передайте ему привет.
Прошу вас, не забудьте о сургучной
печати на дверях кабинета.
- Да, господин полковник. Не забуду.
[хлопок двери]
[тревожная музыка]
- Ты три месяца в Берлине
и еще не нашел себе занятие
на вечер поинтересней?
- Еще нет.
Напомни мне завтра - я покажу тебе
парочку веселых мест.
- Офицер Абвера никогда не
должен быть уверен в том,
что он будет делать завтра.
[тревожная музыка]
- Спасибо. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
- Госпожа Эва Фромм?
- Да, а в чем дело?
- Вы поедете с нами.
- Закурите?
- Закурю.
- Нам очень жаль, что
приходится таким образом
обходиться с дочкой
генерала Фромма.
Однако, не думаю, чтоб нам пришлось
еще раз повторять этот сеанс.
- Нет!
- Вы сами видите, барышня Фромм, - это
только вопрос выносливости.
- Я... всё скажу.
- Прошу вас, садитесь.
Рюмка коньяку не повредит.
- Итак, я слушаю.
- Я... я не знаю этого мужчину.
Он пришел три месяца назад.
У него были деньги.
Потом исчез.
Я оставила сообщение в тайнике на
Остбанхоф.
- И там вы получали приказы?
- Да.
- А потом?
- А потом... потом за портретом
Фридриха Великого.
На втором этаже, в Министерстве.
- Там вы оставили микропленки с планами
Атлантического вала?
- Да.
- Свет!
- Пустой.
Успели взять, но когда?
- С того момента, когда ушла эта Фромм,
никто здесь не проходил.
- Фромм не лжет. Кто-то забрал
микропленки.
- Кто-то, кто работает здесь.
- Вы прочитали показания Эвы Фромм?
- Так точно!
- Вы работали в Польше, правда?
- Так точно, господин генерал!
- В связи с делом Эвы Фромм,
вы поедете в Лиско-Здруй -
это такой маленький городок...
Там есть также дом отдыха для немецких
офицеров.
Итак, в Лиско явился или явится агент
союзников - полковник Корнель.
Мы думаем... и даже уверены, что
Корнель
приехал на встречу со
своим Берлинским агентом,
который должен... был, вероятнее
всего,
доставить ему планы нашего
Атлантического вала.
- А это верная информация?
- В Лиско у нас свой человек.
- Ликвидировать Корнеля и его людей?
[генерал смеется]
- Вы работаете в разведке,..
а не в Гестапо.
Вот микропленки нашего Атлантического
вала.
- Не понимаю.
- Естественно, эти планы не имеют
ничего общего с действительностью.
Но мы хотим, чтобы англичане думали,
будто именно так выглядит наш
Атлантический вал.
Дезинформация - это одна из главных
задач разведки, поручик Клосс.
- Понимаю.
- Микропленку доставит Корнелю майор...
Ханна Бёзель.
- А мое задание?
- Поедете вместе.
- Майор Бёзель сыграет роль
английского агента,
завербованного в Берлине.
Представится Эвой Фромм.
Мы знаем их пароль, таким образом, она
сможет выйти на Корнеля,
а вы свяжетесь с нашим человеком.
Его зовут...
Плуш.
Но это не всё.
- Слушаю.
- Микропленки снимков, сделанных Эвой
Фромм с настоящих планов, не найдены.
Значит...
Да... Значит, к Корнелю явится кто-то,
кто опустошил тайник за портретом.
Их агент работает здесь на нашей
территории.
Надо его ликвидировать любой ценой!
А Корнель... должен вернуться в Англию
с фальшивыми планами.
Впрочем, детали вы обговорите с
барышней Бёзель.
[шум поезда]
- Хорошо, что ты такой интересный.
Это помогает в трудных заданиях.
- Любишь риск?
- Риск? Смешной вопрос!
Захватывающая игра!
Кроме того...
- Что?
- Сознание,.. что не многие мужчины на
фронте
так полезны Германии, как я!
- Соревнование с мужчинами?
- Может.
Охотно сыграла бы с тобой.
- Но мы играем по одну и ту же сторону.
Давно работаешь?
- В разведке?
Ты любопытный.
Но могу сказать.
С 38-го года.
Я немка... из Аргентины.
Знаю испанского, английского...
- Помогает. - Да.
Предупреждаю, у меня большие
способности к языкам.
Знаю даже польский.
[поезд останавливается]
Что это за станция?
- Не знаю, пойду посмотрю.
[гудок поезда]
- Я еду в Лиско. Увидимся через два
дня.
- Поляки, видно, вежливый народ.
Достаточно спрыгнуть на перрон,
тут же появляется некто и дает
прикурить немецкому офицеру!
- Наверное, тоже немец.
А ты наблюдательна.
- Да.
А теперь серьезно.
В Лиско мы не знакомы. Оба едем в дом
отдыха.
Всей акцией руковожу я.
- Так точно!
- И еще одно...
Помни, меня зовут Эва Фромм.
Любая ошибка может нам дорого стоить.
- Железнодорожники в Берлине
неправильно меня информировали,
поэтому мне пришлось сделать пересадку.
Янек: - Вы тоже едете в Лиско?
- Да. Мой первый отдых с начала войны.
Мне кажется, что я вас уже где-то видел.
Вы случайно...
не работаете на Фридрихштрассе?
- А я как раз там часто бываю!
Но позвольте представиться -
оберсоветник Гепхарт из Министерства
Пропаганды.
- Лейтенант Клосс.
- Мне очень приятно. Выпьем?
Мартель!
В Лиско ничего лучшего не найдешь -
ужасная дыра!
Я был там во время войны...
Красив только наш дом отдыха.
Когда-то там был польский санаторий.
Вот, пожалуй, единственная польза от
этого генерального губернаторства.
Прошу.
[шум машины]
- Могу предложить вам доехать на
машине.
Мой приятель - местный начальник,
прислал машину. Прошу!
- С удовольствием!
- [смеется] Люблю водить машину!
Это моя страсть! Самая большая страсть!
[пение птиц]
[стук в дверь]
- Войдите.
А, это ты!
- Я хотел посмотреть, как ты устроилась.
- Мило.
Но помни о том, что мы не можем
слишком часто встречаться.
- Ты не хочешь видеться со мной?
- Только когда это необходимо.
- Я предпочел бы чаще.
- Это что, объяснение?
- Когда ты туда пойдешь?
- Как можно скорее.
Надо быть там раньше, чем этот Третий.
Если их настоящий агент из Берлина
доберется туда до меня...
- Он уже может быть здесь.
- Я это учла.
Он знает пароль.
И, наверное, уже знает об аресте Эвы
Фромм.
Справлюсь.
А ты свяжись с Плушем.
Теперь иди - мне надо переодеться.
[тревожная музыка]
- Добрый день.
- Добрый день.
- Я от Йозефа.
Могу предложить "Гейзер Марвитан".
Мы покупаем только папиросную бумагу
"Люкс".
Пожалуйста, проходите.
Ты приехала из Берлина, да?
- Да.
- Сегодня доложу Корнелю, а завтра
тебе скажу.
Садись.
Выпьешь чаю?
- Охотно.
[тревожная музыка]
- Добрый день.
- Добрый день.
Возвращаетесь с прогулки?
- Да, мне нравятся эти польские городишки.
Знаете, здесь человек чувствует себя
так, как нигде в Германии!
- Свобода и власть.
- Да...
- Кофе, господин лейтенант? А может,
что-нибудь покрепче?
- Кофе. Вас зовут Плуш, правда?
- Да.
- Я от Курта из Берлина.
- Здесь нам нельзя говорить. Сейчас я
подам кофе.
Хорошо, что вы приехали - Корнель уже
здесь.
Я опасаюсь, как бы чего-нибудь... не
догадались обо мне.
Завтра в восемь на старой пристани. Вы
знаете, где это? - Найду.
- Садись.
- Как у тебя дела?
- Всё в порядке.
Пароль, который Лангеру сообщил Плуш -
правильный.
Меня приняли, как свою.
И свяжут с Корнелем.
- Ты думаешь, тот еще не явился?
- Наверное, нет.
Надо установить, кто это...
и ликвидировать его прежде, чем он
доберется до Корнеля.
А ты что скажешь?
- Я договорился с этим Плушем.
- Где и когда?
Завтра в восемь, на старой пристани.
- Это всё, что ты можешь сказать?
- Да.
- Ты недооцениваешь меня, Ганс.
У меня большой опыт.
Почему ты за мной следишь, почему ты
ходил за мной?
- Я боюсь за тебя.
Если они что-нибудь узнают, то тебя
могут ликвидировать.
- Не будь сентиментален.
И помни:
я не люблю, если что-то делается
без моего приказа.
Даже в личных вопросах решать буду Я.
[стук в дверь]
Спрячься в ванную - не хочу, чтобы
тебя видели у меня.
- Добрый день. Вы обещали выпить со
мной по рюмочке.
- Обещала и сейчас буду готова.
Подождите меня в баре, хорошо?
- Жду.
- Девочка моя, я уже сообщила Корнелю.
Теперь слушай внимательно...
Или нет - дай мне ту карту,
которая лежит на письменном столе
среди книг, с левой стороны.
Вон там, слева.
Вот тут дом лесника, на шестом
километре.
Очень хорошее место и безопасное.
Корнель очень обрадуется.
Но, девочка, будь осторожна.
Я знаю, это очень тяжело - всё время
среди немцев, всё время среди чужих.
Но это - великая задача! В самом деле,
великая задача!
[шум поезда]
- У меня осложнения.
- Что тебе известно?
- На Корнеля можно выйти только через
Центр.
На это нужно пару... дней.
- Это плохо. Положение опасное.
Корнель раскрыт. Его связь в городе -
тоже.
Эта Бёзель может добраться до него
сегодня или завтра.
- Что собираешься делать?
- Не знаю.
Не знаю еще, как предостеречь Корнеля
насчет Плуша и мнимой Эвы Фромм.
Потребуй от Центра новой связи, и еще
одно...
Постарайся узнать, кто такой
оберсоветник Гепхарт.
На сей раз Она за мной следила.
[собака лает, сверчок стрекочет]
[хруст ветки, шаги]
- Генерал выражает вам благодарность.
Ваша информация оказалась точной.
Вы оказали Германии большие услуги.
- Мы зас... [автоматная очередь]
[тревожная музыка]
- Ты здесь?
- Какой ты нервный, Ганс!
Что сообщил Плуш?
- Плуш ничего не сообщил.
Плуш... убит.
- Что?
Как это случилось?
- В тот момент, когда он ко мне
подходил, кто-то выстрелил сзади.
У меня не было никаких шансов схватить
его.
- Чудесно... И это говорит офицер
Абвера!
- Кому ты говорил о встрече с Плушем?
- Тебе.
- И больше никому?
- Не доверяешь мне?
- Я никому не доверяю.
Я слишком давно на этой работе.
- Это мог быть только тот, Третий - их
агент из Берлина.
Убери это. Не люблю, когда женщина
играет оружием.
- Немецким женщинам это к лицу!
Может, ты мне скажешь, что ты делал на
вокзале?
- Просто... я люблю вокзалы в
маленьких городках.
- И пожилых мужчин, дающих прикурить,
да?
- Когда у тебя встреча с Корнелем?
- Узнаешь, когда потребуется.
[стук в дверь]
- А ну-ка, спрячься!
Войдите!
- Хайль Гитлер!
Ну что, Клосс? Ты удивлен?
- Ты приехал меня заменить?
- Ну, не радуйся, я приехал на отдых.
- На такой, как мой?
- Не будь слишком любопытен.
Слушай, ты не видел Ханну?
Я не застал ее в номере.
- Я здесь!
- Я вижу, вы действительно отдыхаете.
Ганс, извини, мне надо поговорить с
Ханной.
[тревожная музыка]
[пение птиц]
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
[музыка танго]
- Любишь прогулки в одиночестве?
Я тоже.
Жаль, что ты меня не взял.
- Жалко.
- О чем ты думаешь?
- О том же самом - что
ты мне не доверяешь.
- Не будем больше об этом.
Ты мне нравишься.
- Как партнер?
- Может, как противник?
- Тебе не приходило в голову, что я
только выполняю приказы Лангера?
- Ты хочешь дать понять мне, что
Лангер мне не доверяет?
Я просила, не будем больше говорить о
работе.
Пусть тебе кажется, что мы
действительно в отпуске.
Такая чудесная ночь...
- И чудесная девушка...
- Спасибо, Ганс!
[Янек смеется]
- Есть также этот Третий...
- Слушаю?
- Три раза коньяк.
- Я хотел бы знать, кто он.
- Может быть, это ты?
- Ты с ума сошла.
- Может быть, оберсоветник Гепхарт?
А, может, кто-то, кого мы еще не знаем?
Но я узнаю.
[конец танца]
- Ну, мои дорогие, выпьем!
Генерал верит, что вы как следует
выполните свое задание
и найдете этого парня из Берлина.
- Найдем.
[веселая танцевальная музыка]
- Можно, господин оберсоветник?
- А, прошу, пожалуйста!
- Закурите?
- Спасибо, я курю только сигары.
- Но другие привычки у нас общие.
- Да? А именно?
- Мы оба любим долгие прогулки по лесу
в одиночестве.
- Не понимаю, о чем речь?
- Ни о чем.
Простите, мне к сожалению надо
вернуться к моей компании.
- Пожалуйста.
- Ганс! Ну, выпей, как следует!
Сегодня ты можешь себе это позволить!
- Ганс не будет пить, он будет
танцевать!
- Когда ты идешь к Корнелю?
- Опять ты о том же.
- Я боюсь за тебя.
- Поцелуй меня, Ганс!
А то, может, мне больше никогда
этого не захочется.
[говор людей, пение птиц]
- Добрый день.
- Добрый день.
- На прогулку?
- Можно и так назвать.
- А я только на машине люблю ездить,
а вы?
- Как-нибудь воспользуюсь!
- Пожалуйста.
- Спасибо.
[тревожная музыка]
- Я тебя ждала.
- Я хотел бы с тобой поговорить.
- Займитесь им.
- Давай!
[пение птиц]
- Пригодилось бы немного соли.
- Ну так, сбегай на кухню, на столе
лежит.
- Да там Корнель с этой девахой - не
хочу мешать.
- Не знаешь, когда Корнель улетает?
- Тише, не при фрице!
- Ему уже не долго жить осталось!
- Послушайте, я должен поговорить с
полковником Корнелем!
- [кричит] Вацек!
- Корнель велел его ликвидировать.
- Вставай!
- Ребята, поймите...
Эта женщина - немецкий шпион.
- Ладно-ладно, вставай!
[удар, вскрик]
Янек: Не двигаться! Руки вверх!
Повернись!
[угрожающая музыка]
К сожалению, придется тебе еще раз
приложить!
[угрожающая музыка]
[выстрел]
- Ты раскрыт и должен исчезнуть.
Ведь она пошлет донесение Лангеру или
уже послала.
- Хочу еще попробовать сыграть.
- У меня есть для тебя связь с
Корнелем.
- Слишком поздно. Корнель был нужен
вчера.
Ханна Бёзель расшифровала все его
связи.
- Так что ты собираешься делать?
- Рискнуть.
В этом деле еще много неясностей.
Если я ее ликвидирую раньше, чем она
пошлет донесение, - у меня будет шанс.
- Там же Больт.
- Есть.
- Ну?
- Видишь ли, мне кажется, что Ханна
Бёзель...
любит самую важную информацию
оставлять для себя.
Это, наверное, всё.
- Не совсем...
У меня есть для тебя кое-какая
информация об этом оберсоветнике,
если она тебя еще интересует.
- Интересует...
Говори.
Больт: - Клосс!
Выпьешь со мной, а?
- Выпью.
- Ты провел приятную ночь, правда?
- Может быть.
- Не смущайся, ты можешь гордиться -
майор Ханна Бёзель...
... это тебе не рядовая победа!
- Она у себя?
- Кажется да, недавно вернулась.
- Ханна говорила сегодня с Корнелем.
- Ах, Корнель...
Корнель отвезет англичанам нашу
легенду об Атлантическом вале.
Самое важное... - это узнать,
кто забрал из-под портрета микропленки
с настоящими планами.
- А я догадываюсь.
- Догадываешься? Говори.
- Подожди до вечера.
[стук в дверь]
- Войдите!
Больт?
Хорошо, что пришел. Я хочу с тобой
поговорить.
[угрожающая музыка]
Ты?
- Как видишь.
- Оставь это!
А теперь послушай.
Мы выйдем отсюда вместе.
Внизу в холле сидит Больт.
Если выдашь себя хоть одним словом, -
стреляю!
- Что ты хочешь сделать?
- Увидишь. Пошли!
А, заодно, объяснишь мне, почему ты
хотела меня ликвидировать.
- Вы на прогулку?
- На прогулку.
[пение птиц]
- Куда ты меня ведешь?
- Увидишь.
И не советую бежать - застрелю!
- Не бойся, от тебя не сбегу.
- Ты красиво всё разыграла -
хотела меня ликвидировать руками
польских партизан.
- У меня не было другого выхода.
- Говори - ты послала рапорт?
- Кому?
- Не притворяйся! Генералу Лангеру.
- Нет.
- Не успела на меня донести?
- Но еще успею.
- Поворачивай налево!
- Ты с ума сошел!
- Поворачивай!
- Направо!
- Ты ведешь меня к ним?
- Да, к Корнелю.
- Почему не застрелишь тут?
- Это не от меня зависит.
- Да?
Ну так, веди меня!
Ты привлекателен!
Днем это видно лучше, чем ночью.
Нравишься женщинам, да?
Я спрашиваю, нравишься ли женщинам?
Я ревную своих партнеров.
- Прекрати!
Ты ведешь себя так, как будто не
знаешь, что тебя ждет.
- А что меня ждет?
- То, относительно чего у тебя,
наверно, нет никаких сомнений.
- Ну, заканчивай, заканчивай!
Вчера вечером ты был склонен говорить
мне нечто совершенно иное!
- Я не испытываю уважения к врагам,..
однако тебя уважаю.
- Ну надо же! Наконец, что-то приятное
за две минуты до смерти!
- Стой!
- Я от Зубра.
- Зубр... вас приветствует.
- На одно слово.
Пожалуйста, отошлите этих ребят.
Они не должны знать слишком много.
А эта девушка - немецкий агент.
Ее зовут Ханна Бёзель.
Она раскрыла ваши связи. Я думаю, ее
надо ликвидировать.
- Ну, тогда пошли - чего-нибудь
выпьем.
Мой лесной дом гостеприимен.
Ребята, возвращайтесь на свои посты!
Ханна, наш гость устал.
Будь нашей хозяйкой!
- Охотно! Прошу!
[тревожная музыка]
Корнель: - В 38-м... английская
разведка направила ее в Берлин.
С этого времени, как ближайший
сотрудник... генерала Лангера,
она оказала неоценимые услуги.
Ханна носит звание майора армии Его
Королевского Величества.
- [смеется] Я попал впросак!
- [смеется] Мы тоже!
Ханна думала, что вы ее раскрыли.
Ну и решила вас ликвидировать, а
потом
доложить генералу, что именно
поручик Клосс
взаимодействовал с Эвой Фромм в
Берлине.
- А на кого, собственно, работала Эва
Фромм?
- Эва Фромм была нашим агентом.
Сделала снимки планов по поручению
Ханны,
но Ханна, к сожалению, не успела
забрать микропленку.
Кто-то ее опередил, и вся акция
сорвалась.
- Ну, не совсем сорвалась...
Эти микропленки... у меня.
[тревожная музыка]
- Кажется, это был Гепхард.
- Да...
Это очень хорошо, что на машине.
- Вы тут остаетесь? Надолго?
- Не знаю.
- Всё зависит...
- От кого?
- Извините.
Вы не очень-то торопитесь!
- Не нуди, Больт!
Налей мне - хочется чего-нибудь выпить.
- Мне сегодня звонили из Берлина.
Генерал ждет твоего рапорта ночью.
Что с Корнелем?
- Уедет с нашими фальшивыми планами.
- Чудесно... Мы не будем ему мешать.
Ну, а этот Третий?
- Скоро узнаете!
Пива, пожалуйста.
Гепхард!
[тревожная музыка]
Присядьте, поговорим!
Прошу.
Мне сегодня повезло. Очень повезло.
А вы не слишком метко стреляете,
господин Гепхард!
- Чего вы от меня хотите?
- Теперь уже немногого.
Где у вас это?
Уже в машине или всё еще у вас
в номере?
- Не понимаю, о чем речь.
- О мелочи.
Я вам расскажу одну историю.
Сентябрь 39-го.
Батальон пехоты 42-го полка занимает
населенный пункт - Лиско.
Лейтенант Гепхард и еще двое офицеров
квартируют в доме,
в котором находится великолепная
коллекция изделий из золота и серебра.
Они убивают хозяина и его семью.
Потом грузят экспонаты в машину.
Это огромное богатство, господин
Гепхард.
Но командир полка узнал обо всем.
Он поручает Гепхарду и его товарищам
отвезти сокровища в штаб дивизии.
Что было потом, господин Гепхард?
Через два дня... вы один-одинешенек
являетесь в штаб и докладываете,
что экспонаты попали в руки поляков,
а ваши товарищи погибли.
На самом деле,
вы закопали сокровища здесь
- в окрестностях городка.
И теперь хотите...
[выстрел]
[возбужденные крики]
[шум машины]
- Ты дал ему удрать!
- Далеко не удерет. Сообщи на посты.
Надо, чтобы его не поймали!
Этот побег должен быть смертельным.
- Внимание патрульным машинам!
Побег по шоссе А7, Д8, У9, ОИкс12.
Подключайте дорожные посты!
- Внимание, внимание! Всем постам!
Проехал населенный пункт
Аструбек.
[визг тормозов]
- Быстрее!
Быстрее! Быстрее, черт возьми!
Быстрее!
Не надо! Не надо,
я сам с ним... разделаюсь!
[быстрая тревожная музыка]
[автоматная очередь]
[визг тормозов]
[музыка танго]
- О чем ты думаешь?
О том, что завтра расстанемся?
- Это не важно.
Я привыкла к расставаниям.
Я думаю о той, которой мы уже не можем
помочь -
о... Эве Фромм.
Серия 8
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Восьмая серия: Большой провал
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Барбара Драпиньска, Барбара Солтысик,
Чеслав Волэйко, Эмиль Каревич,
Януш Клосиньски, Бронислав Павлик,
Богуслав Сохнацки и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1943 год.
[выстрел из пушки]
[звонок телефона]
- Да.
Спасибо.
Господин генерал, докладываю,
что испытания на 800 метров
закончились успешно.
- Спасибо...
Поздравляю, инженер!
- Это настоящий успех!
- Спасибо, господин генерал!
- Самое главное - позади.
Теперь вы должны, как можно скорее,
перейти к промышленной технологии.
На счету каждый день. О вашем успехе я
лично сообщу фюреру!
- Возвращаемся на завод?
- Да.
- Вы не рады?
- Если бы я знал, что мой танк
хотя бы на один день
приблизит конец войны...
- Вы, верно, хотели сказать, господин
инженер:
"если танк хоть на один день приблизит
нашу победу"?
- Победу? А разве конец войны - это
уже не победа?
- Вы правы, конец войны может означать
только нашу победу.
- Если бы я вас так не любил, то готов
был подумать, что...
- Я вас проверяю? Нет.
Для таких людей, как вы, проверкой
служит их дело.
- В самом деле? А если
бы я проектировал...
сельскохозяйственную технику
или портовые краны?
- Минутку, минутку... Портовый кран
"Майер" - это вы?
- Я уж и забыл.
А вы интересовались портовыми кранами?
- В 41-м я должен был защищать
дипломную работу.
- А теперь вы защищаете европейскую
цивилизацию.
Спасибо, Ганс.
Ганс, скажите, я могу
считать вас своим другом?
- Хотелось бы.
- Скажите мне и скажите мне правду: что
было в Гамбурге?
Для меня это очень важно. У меня там
жена и ребенок.
- Англичане и американцы бомбили
город, но это ничего не значит.
У нас превосходная противовоздушная
оборона.
- Вы не хотите мне сказать? Значит,
это правда...
- Я хотел бы для вас что-нибудь
сделать, господин инженер.
[тревожная музыка]
Дайте мне ваш домашний адрес, имена
родителей, жены, ребенка...
Я попробую связаться по армейской
линии.
Моя обязанность - обеспечить покой
великого немецкого ученого.
- Спасибо. Пишите: Гамбург..,
Вильгельмштрассе 12.
Спасибо.
Ну а вы?
- Я буду через полчаса.
Мне надо заскочить домой.
- Сыграем партию, правда?
- Вы меня, как обычно, обыграете.
Поехали.
[играет гармонь]
[звон монеты]
- А, пожалуйста, господин офицер!
- Все в порядке.
Сообщи Зузане, что заводом займусь я
сам.
Тем более, что я получил официальный
приказ обеспечить охрану прототипа.
Мне удалось добраться до
конструкторских чертежей
инженера Майера.
Я даже сделал снимки, но для акции
саботажа слишком мало времени.
Необходима бомбардировка
между окончанием испытаний
и демонтажом танка.
Точный срок я постараюсь сообщить.
- Передам. Связь через меня.
А теперь покричи.
Ведь, имеешь право - сидишь на кресле
дантиста.
[кричит]
- Слушай-ка, а ну-ка покажи...
Да, этот верхний третий у тебя
действительно начинает портиться.
Ты должен ко мне походить.
- Ни за что - я боюсь!
- Я сейчас сам приглашу.
[играет гармонь]
- Подожди немного.
- Давай.
Все в порядке.
[стук в дверь]
- Входите.
Вы ужасно долго заставляете себя ждать.
- Прошу прощения, я был в штабе.
В четверг должны быть какие-нибудь
известия из Гамбурга.
- Только в четверг?
К сожалению, это поздно. В четверг я
буду уже далеко.
- Может быть мне удастся ускорить...
Когда вы уезжаете?
- Ну, состав уходит в среду...
Час назад начали демонтаж, и
завтра ночью должно быть готово,
а в среду утром...
- Я попробую что-нибудь сделать.
Господин инженер, что вы сделали с
папкой, которую взяли из моей машины?
- С чертежами танка? Она в шкафу
несгораемом.
- Вы в нее не заглядывали?
- Нет... Но я не понимаю...
- Сейчас поймете.
Мы оба совершили чудовищную ошибку.
К счастью, мы доверяем друг другу.
Чертежи танка вот здесь.
- Могу дать вам слово офицера, что
только я заметил ошибку.
- Операция "Молния".
- Да.
Условное название одной из акций
против партизан.
Я предпочитаю не думать,
что могло случиться,
если бы это попало в
неподходящие руки.
- Но вы забываете, что мои
чертежи для неприятеля
во много раз больше ценны.
- Не будем считаться.
Я должен с вами проститься, господин
инженер.
- Так мы не сыграем партию?
- К сожалению.
- Запиши:
"Заводом займется лично...
агент Йот 23.
Известны конструкторские чертежи
прототипа Майера.
Саботаж изнутри в расчет не входит.
Необходима...
бомбардировка объекта.
Повторяю, необходима бомбардировка
объекта...
между окончанием испытаний...
и демонтажом танка.
Срок будет сообщен в отдельном
донесении."
- Вот очаги деятельности
бандитстких лесных групп,
снабжаемых Москвой и Лондоном.
Не буду скрывать, господа, что
их деятельность активизировалась
после Сталинградской трагедии.
Активизация бандитских групп отмечена
в квадратах: F5, K1, C3.
А следы бандитов отмечены в квадратах:
A1, A2, K4,
где до сих пор не наблюдалось никаких
инцидентов.
Вопрос ясен, господа... Всё ясно...
От снисходительности наглеют.
Небольшие региональные акции не дали
ожидаемого результата.
Нам необходимо сосредоточить усилия.
Ближайшие недели мы посвятим акции
очистки нашего тыла.
Сегодняшнее совещание - это обсуждение
наилучших методов,
направленных на выполнение задач,
поставленных перед полицией и службой
безопасности нашего округа.
Донесения наших агентов...
Донесения наших агентов с мест
подтверждают предположение
нашей радиолокации,
что на территории нашего округа
действуют две или три
диверсионные радиостанции.
Одну нам...
Да, одну нам... удалось
локализовать.
И если мы не ликвидируем ее немедленно,
то лишь для того, чтобы дать
возможность нашему агенту
раскрыть связь бандитстких групп с
городом.
- Если я правильно понял, господин
штурмбаннфюрер,
то вы располагаете агентом внутри
партизанского отряда.
- Иногда и нам кое-что удается, - не
только Абверу, Клосс.
[смех]
- С поздравлениями я подожду до
окончания всей акции.
- Только без местничества, господа
мои.
Ликвидация лесных банд, особенно
наиболее опасных,
выполняющих наряду с диверсионными
функциями...
- Нет охоты на небольшой покерок?
- Вы будете вечером у госпожи Кобус?
- Всей компанией - Кобус обещала много
выпивки.
- Жаль...
- А что, не можешь? Дела серьезные?
- Хуже!
Шеф посадил меня на этот завод.
- А, я что-то слышал...
Испытывают... испытывают
новый танк, да?
- Эй, ты не пытайся вытянуть из меня
военной тайны.
- Смотри-ка, Ганс, как это входит в
кровь и плоть! [смеются]
- [стучит линейкой] Брунер!
Вы могли бы мне и не мешать!
[тревожная музыка]
["Ян Сокольницкий, дантист"]
- Руки вверх!
[музыка вальса]
- Итак?
- Это богатые люди - я проверял.
- Сколько?
- Вы же знаете цену таких услуг: 10
тысяч злотых - тысяча долларов.
Я люблю круглые цифры.
- Граф хочет платить, но он в самом
деле не может.
Ведь, вы знаете так же хорошо, как
я, что она совершенно невиновна.
и для вас не опасна.
[стук в дверь]
Мои гости в нетерпении. Я сейчас
вернусь.
О, приветствую!
А где вы потеряли своего приятеля
Клосса?
- Минутку.
Мне пришлось посадить дантиста.
- Без моего приказа?
После трехчасового наблюдения вы
провалили явку!
Кто вас этому научил?
Может вам... наскучила жизнь в этом
спокойном городке?
Может вы стосковались по русскому
морозу?
- Нет, послушайте, пожалуйста!
Не было иного выхода!
Мои люди обратили внимание на
какого-то музыканта в этом дворе.
В какой-то момент ему бросили из
одного окна монету в бумажке.
Именно из этого окна.
Ну, мои ребята пошли за ним,
желая узнать, куда он пойдет,
ибо справедливо подозревали, что
бумажка может быть запиской.
Но мальчик... маленький мальчик,
который шел с этим музыкантом,
очевидно заметил, что за ними следят,
так как он вытащил из кармана
музыканта эту бумажку,
встал в воротах и зажег спичку.
Они пришли к выводу, что нечего ждать.
- А что это имеет общего с арестом
дантиста?
- Этот щенок удрал, а
донесение осталось, -
собственно, лишь одна фраза, а, скорее,
часть фразы:
"Янек сообщает, что транспорт 123-й
дивизии броне...".
И всё.
- А этот музыкант?
- Когда ребята начали стрелять в
паршивца, он крикнул, что-то музыканту,
и когда мои люди подбежали к нему, то
он уже был мертв.
Цианистый калий.
- Вы отлично показали себя и ваши
кретины!
Позволили удрать щенку и слепцу!
Ведь этот слепой удрал, вы понимаете,
Брунер?
Он от нас, попросту, наглым образом
удрал!
- Пойду к партизанам!
- Ладно, ладно...
А теперь ешь.
Ну что?
- Ничего, опоздали.
- Значит, Филипп...
- Да.
Ну что же, собираем манатки!
Вся операция провалилась.
Филипп был единственным человеком на
этой территории,
у которого была связь с Янеком.
- Клосс!
Вы выглядите, как настоящий партизан!
- Если у Гайбеля надежные
информаторы...
у меня не будет особых сложностей.
Мой польский тоже не вызывает
подозрений.
Скажу, что я поляк с Поморья.
- Да, но они не принимают любого, кто
к ним явится.
- Я приду к ним с оружием.
Вы думаете, у них много людей с
оружием?
А при первом же случае смоюсь.
- Да.
Вы идете на риск по собственной
инициативе.
Если получится, - повышение у вас в
кармане.
Ну, Ганс, я знаю, что вы это делаете
не ради повышения.
Понимаю, я не хотел вас обидеть, Ганс.
- Я постараюсь вернуться.
Думаю, я еще пригожусь!
- До встречи.
[тревожная музыка]
- Брунер!
Что вы с ним сделали?
Вы что, такое тупое животное, которое
умеет только бить?
Уйдите!
Прошу, садитесь. Пожалуйста, прошу!
Простите.
- Что?
- Простите, пожалуйста!
Ну что ж, сотрудников не выбирают...
Э... закурите, пожалуйста.
Я хотел бы с вами поговорить.
Но может... вы себя плохо чувствуете?
Может быть вы... предпочли бы отложить
этот разговор до завтра?
Я не люблю бить.
Мне не хотелось бы отдавать вас
снова в руки моего сотрудника.
Я - сторонник... разумных разговоров,
ведущихся разумными людьми.
Вы разумный человек, господин доктор?
- Да.
- Фамилия?
- Сокольницкий. Ян Сокольницкий.
- Значит, вы... не разумный человек.
- Но я, все-таки, не теряю надежды!
Я по-прежнему не теряю надежды!
Вы нас недооцениваете, господин
Сокольницкий!
А, нет, простите...
господин... Филипяк!
[тревожная музыка]
Юзеф Филипяк. Родился 9 мая 1900 года.
В 22-м году приговорен за
коммунистическую деятельность
к четырем годам,
в 29-м - на 5 лет.
Следующий приговор - в 36-м: 8 лет.
Партийный псевдоним - "Товарищ
Филипп".
Правильно?
- Меня зовут... Ян Сокольницкий.
- Мы оба знаем, что никакого
Сокольницкого не существует,
а ваша... кон-карта фальшивая.
Ну зачем упираться?
Я лично отношусь с уважением к
побежденным врагам.
Давайте не будем обманывать друг друга.
Вещи, найденные во время обыска в
вашем кабинете...
- Я ничего не знаю.
Я арендовал этот кабинет лишь на
несколько часов в день.
- Не будем детьми, господин Филипяк.
Если вы назовете нам фамилии своих
информаторов и сотрудников,
мы дадим вам шанс, хотя вы сражались
против нас.
Где радиостанция?
- Не знаю.
- Кто передавал информацию о
передвижении наших войск?
- Не знаю.
- Кто такой Янек?
[тревожная музыка]
- При таком положении...
нам надо выдвинуть посты еще дальше.
Скажем, на линию Войтовка-Домброва.
Обо всех передвижениях немцев,
даже самых небольших частей,
немедленно докладывать.
Объявить боевую готовность,
подготовить людей.
В любой момент место стоянки может
смениться.
Я еду сейчас устанавливать контакты с
Аковцами.
До моего возвращения командование
передаю Гжегожу.
Дженок и Войтек поедут со мной.
- Начальник, ну, отпустите меня, ей
Богу.
Что я, немец что ли, чтоб меня под
замком держать?
Господин комендант!
Люди в Кельцах ждут мяса! Товар у меня
протухнет! Ну, отпустите же меня!
- Убирайся к чертям собачьим!
- Большое спасибо!
- На место убирайтесь, и не сметь мне
уходить из сторожки!
- Господин комендант!
- Повторять не буду!
Ну что, господин Рудзинский? Что
случилось?
- Я молоко принес. Уходите?
- Быть может.
- А я?
Вы думаете, фрицы не узнают, что вы у
меня сидели?
Любая собака за пару злотых меня
продаст.
- Вы хотите с нами, господин
Рудзинский?
- А я знаю? Я стар уже.
Сорок лет я от этой лесной
сторожки никуда.
А этого Зайца вы не отпустите?
- Вас я бы тоже не отпустил. Никого,
так никого!
- Это ваш родственник?
- Ах, какой там родственник! Свояк.
Мясом занимается.
- Ну, мне пора. Если надумаете уйти с
нами...
- Я подумаю.
- Ладно.
[тревожная музыка]
- Стой!
Кто идет?
- Свой.
- Руки вверх! - Пароль!
- Кельце.
- Слушаю.
Слушаю вас.
Что вы хотите мне сказать?
Оставьте нас одних.
- А это кто?
- Вы можете говорить свободно - это
маленький мальчик.
Впрочем, спит, как суслик.
- Я хочу говорить с Бартеком.
- Я его замещаю.
Откуда вы знаете пароль?
- Я пришел по поручению Козёлка.
- В порядке.
Об этом деле вы можете говориль только
с Бартеком.
Он сейчас должен вернуться.
- Мне надо поговорить с ним до
полуночи.
- Понимаю. Подождите.
Возвращайтесь на пост. Позовите Марту.
- Не надо звать. В чем дело?
- У нас гость.
Ждет Бартека. Хочет увидеться с ним до
полуночи.
Понимаешь?
- А если Бартек... не придет до
полуночи?
- На вашем месте я бы это спрятал.
У Гайбеля в лесу свои люди.
- Мы уже на выходе.
- Познакомьтесь - это Марта.
- Янек.
- Садитесь. Мне еще надо кое-что
сделать.
- Больной?
- Нет, устал.
У него был... очень тяжелый день.
Чуть не засыпался.
"Люди Гайбеля ходят по лесу."
Что вы хотели этим сказать?
- Именно то, что сказал.
Марта: - Не верю, чтобы в нашем
отряде...
- Вы всё еще об этом?
Я вовсе не говорил, что это в Вашем
отряде.
Я сказал, что в каком-то отряде.
Впрочем, может это блеф.
Янек: Но у меня сейчас другая забота.
Нельзя ли кого-нибудь послать за
Бартеком?
- А ты куда?
- Сейчас вернусь!
[тревожная музыка]
- Мне надо увидеться с Бартеком до
полуночи.
Вы знаете почему?
- Догадываюсь.
- Если бы я был бестактным, то спросил
бы...
откуда у вас деньги на сигары
по 5 марок?
- Хм, а если я бы был бестактным...
- К счастью, мы оба тактичны.
Но в деле Филипяка нам это... мало
поможет.
Мы должны что-нибудь из него выжать,
прежде чем отошлем его в Варшаву.
- Групенфюрер должен это понять.
- На вашем месте я бы...
не расчитывал на понимание
групенфюрера.
Хотя он поздравил нас в связи с делом
Вольфа.
- Нет, смех меня берет, как вспомню,
как вы назвали этого парня - волк!
Нет, это чудная шутка!
Шутка тут мало поможет.
Ну, во всяком случае, Вольф сделал
свою работу хорошо.
- Практика у него была - работал в
польской разведке.
- А мы испортили всё дело!
- Если бы мы внимательно пригляделись
к этому кабинету дантиста,
то могли бы поймать... кое-что
побольше.
Но ликвидировать явку после нескольких
часов наблюдения -
это не называется хорошей работой,
Брунер!
- Не мне вам это говорить.
- Никто больше... и не попался?
- Этому Вольфу... надо еще
повынюхивать!
- Это он как раз и делает.
- Ей Богу! Я его разглядел!
- Ты уверен?
- Все ясно! [взводит затвор]
- Не смей мне стрелять! Если только...
- Пойдем навстречу Бартеку!
- Сейчас. Я хочу еще сказать кое-что
нашему гостю.
- Это он! Это тот немец!
- Документы!
- Ты с ума сошел, Гжегож!
Что это значит?
Янек: - Я жду Бартека. Этого вам
должно быть достаточно.
- Обыскать его!
[тревожная музыка]
- Я жду Бартека!
И вам советую тоже подождать.
Гжегож: - Тщательно обыскать!
[тревожная музыка]
- Просьба ко всем немецким властям,
гражданским, полицейским и военным,
предоставлять оберлейтенанту Гансу
Клоссу...
любую... помощь..,
которую он потребует во время
выполнения особой миссии.
Подписано: Родель, полковник.
- Этот листок... мы тебе на могилу
положим.
- Что можешь сказать?
- То, что уже сказал.
Я должен увидеться с Бартеком.
- Что такое "особая миссия"?
- Всё ясно, надо копать яму.
- Отведи его в подвал и хорошенько
стереги.
Только не смей без приказа! Без моего
приказа!
- Как хочешь, но я бы на твоем месте...
- Ты прав. Надо подождать
Бартека.
Он хотел с ним увидеться до
полуночи.
- Что-то тут не сходится!
Ведь там, в Абвере, тоже не идиоты
сидят!
- Господин комендант, вы его отпустили?
- Кого?
- Ну, этого... моего чертова свояка,
ну, Зайца, вроде?
- А, мешочника? Да что ты, должен был
сидеть.
- Нет его.
- Что?
Михал, ко мне!
Об этом торгаше мы еще поговорим.
Это вас не минует.
Берите немедленно людей! Надо занять
все выходы на шоссе.
Я пойду навстречу Бартеку.
Ты что тут делаешь? Возвращайся в
подвал.
Дай ему там что-нибудь пожрать.
[тревожная музыка]
- Будешь есть?
Ну что?
Ты думаешь, фриц, что тебе удастся?
Не расчитывай на это!
Из этого ствола тебя и прикончу.
Отправишься к чертям еще сегодня.
А знаешь ты, откуда он у меня?
Один мерзавец, такой же, как ты -
ж-жандарм.
По пьянке по детям, как по воробьям!
Уже землю ест.
- Дал бы папироску.
- У меня нет.
Сам бы закурил.
- У меня вот тут... Вынь.
[тревожная музыка]
[шум двери]
- Ну... стреляй!
Что не стреляешь, ты?
- Спокойно.
Через три минуты у вас сеанс связи.
Берите карандаш...
Пишите то, что я скажу, и зашифруйте.
Начинай: "Йот 23..."
- Йот 23?
- Приходится, черт возьми, вам верить!
У меня нет выбора. Пишите:
"Йот 23 требует..,
чтобы по объекту, обозначенному в
предыдущем донесении..,
была проведена бомбардировка не
позднее..,
чем в ночь со вторника на среду.
Абсолютно необходимо!
Комплект фотографий..,
касающихся дела М, в пути."
[тревожная музыка]
- Ну, быстрее!
Если у него хоть один волос с головы
упадет...
Франек: - Ну пошли быстрее!
Забрал мой автомат!
Как я теперь на глаза ребятам покажусь?
Ну я с ним разделаюсь!
Марта: - Всё в порядке! Тетка Зузана
поняла.
- Доложите Бартеку, что я должен с ним
увидеться завтра.
А, вообще-то, уже сегодня на явке
третьей.
Речь идет о Филиппе.
- А есть шанс?
- Лучше не знать.
- Простите.
Я передам Бартеку.
[тревожная музыка]
- Отдайте это Франеку.
Скажите ему, что... немец сбежал
и бросил оружие.
- Надеюсь, вы не сделали ничего
плохого Франеку?
- Можете быть за него совершенно
спокойны.
Я оставил его в очень удобном
положении.
- Франек!
[быстрые шаги]
- Я Бартек.
Вы хотели со мной говорить.
- Итак, как договорились.
Трое-четверо крутых ребят.
Подробности вечером.
Это на тот случай, если Филиппа будут
перевозить.
А того, который хотел меня
ликвидировать, и того мальчика...
- Всё в порядке. Перебросим их в
другое место.
- И помни о связи со мной.
Я не хотел бы еще раз искать тебя в
лесу.
Ну, до вечера!
- Но, старушка!
[шум самолетов]
[свист летящих бомб, взрывы]
- Так...
Понимаю.
[стук в дверь]
Войдите!
Не многое удастся спасти от завода!
Этот конструктор убит.
- Несчастный человек! Жалко его.
- Да всё потому, что советские агенты
черт знает с какого времени
работают под самым носом у Абвера!
- И под носом у Гестапо!
А что с той сетью у дантиста?
- Должно быть, их предупредили - никто
не попался.
- А может вы слишком рано взяли
дантиста?
- А что, надо было подождать, пока он
смоется?
Уж мы из него... всё выжмем!
Сегодня отправляем в Варшаву.
- А... как вы напали на след? Случайно?
- Не бывает случайностей, Клосс!
Просто наша агентура лучше работает,
чем у Абвера.
Мой агент Вольф... несколько месяцев
искал след.
- А если этот Вольф знает только
дантиста?
- Вольф работает по-прежнему.
Мы также не бездельничаем.
Нужно установить, кто такой... Янек.
[стук в дверь]
Войдите!
[тревожная музыка]
- Сказал что-нибудь?
- Фанатик...
- Вы напрасно упираетесь, Филипяк.
Мы и так... всё знаем.
Твой Янек тебя засыпал.
- Нет.
- Не веришь?
Мне показать тебе Янека?
Но тогда будет поздно, тогда у тебя не
будет никаких шансов!
Ну что? Привести его сюда?
- [смеется] Ну?
Ну, приведи его.
Ну? Приведи, ты! [смеется]
- Забери его!
[Филипяк смеется-кашляет]
- Ганс, встретимся вечером у
Ирминочки.
- Я заскочу туда позже.
- У этого дантиста, кажется, бывали и
немецкие офицеры.
Было бы хорошо, если бы вы проверили -
кто.
- А ваш агент Вольф может их описать?
- Я пригласила вас чуть раньше,
господин лейтенант,
так как у меня дело, которое
я хотела бы наедине...
- Я слушаю, если только смогу...
- Дело деликатное.
Могу вас заверить, что
останется между нами.
Пожалуйста, прошу.
- Вы слышали об аресте дантиста
Сокольницкого?
- Слышал, и что с того?
- В приемной у этого дантиста
арестовали моего родственника, Яна
Борецкого -
скромный, ни в чем не виноват, не
замешан ни в какой политике...
С делами дантиста он не имел ничего
общего.
- Но вы, наверное, знаете, что этими
делами занимается Гестапо.
Пожалуйста, обратитесь с этим к
Гайбелю и Брунеру.
- Это ваши друзья, они вас быстрее
выслушают!
- Вы знаете их дольше, чем меня.
- Моя кузина для спасения своего мужа
отдала бы всё свое состояние!
- Попытка подкупа? Не ожидал этого от
вас!
Мне не остается ничего другого,
как выйти и сообщить
Гайбелю о нашем разговоре.
- Но.., господин лейтенант, кто
говорит о подкупе?
Я обратилась к вам, так как эти из
Гестапо...
- Еще лучше!
Вы утверждаете, что немецкий
полицейский аппарат коррумпирован?
- Упаси Бог, господин лейтенант!
Я ничего такого не сказала!
Я правда не знаю,
как это выразить,
но... только хотела...
помочь моей кузине.
Господин лейтенант, пожалуйста, не
уходите!
Ведь вы... договорились
о встрече здесь с Брунером.
- Хорошо, если вы пообещаете мне,
что... [звонок в дверь]
Хозяйка: - Извините.
[набирает номер]
- Это лейтенант Клосс.
Я хотел узнать, что с моими часами?
- Будут в назначенное время.
Да.
Понимаю.
- Ну что?
- Всё в порядке.
[набирает номер]
Дайте Гжегожа.
Гжегож,
Янек даст вам обещанный картофель.
Посадить его на выгоне у леса.
Успеха!
- Мой знакомый, тоже из торговли -
господин Заяц.
А это лейтенант Клосс.
У господина Зайца дело к штурмфюреру
Брунеру.
Так что... я предложила ему подождать.
- Да, очень приятно. Я люблю разумных
поляков.
- Я рад, что вы, господин лейтенант,
считаете меня разумным.
- Кажется, я вашу фамилию уже где-то
слышал...
- Это забавно, так как мне
ваше лицо, господин лейтенант,
тоже кажется откуда-то знакомым.
Ну что ж, город-то небольшой.
- Прежде чем вы, господа, отыщете
общих знакомых, я сварю кофе.
Присаживайтесь, господа!
- Спасибо. Пожалуйста, садитесь.
- А, знаю.
Я вспомнил, где я вас видел.
Причем, не раз.
Представьте себе, мы лечили зубы у
одного и того же... дантиста.
- Правда?
Я вас не помню.
- Ну.., вы, господин лейтенант, не
обращали внимания на людей,
сидящих в приемной.
Впрочем, вы всегда... проходили без
очереди. Это совершенно понятно...
Я успел вылечить зубы. А вы?
У?
- Я тоже.
- Тем, кто лечился дольше... повезло
меньше.
Ну.., мне, к сожалению, пора.
- Что, вы уже уходите? Ведь вы хотели
подождать Брунера?
- Я вспомнил, что у меня срочное дело.
Я думаю, мы...
скоро увидимся, господин лейтенант.
[тревожная музыка]
- Мне тоже придется с вами попрощаться.
- Жаль...
- Не валяй дурака! Не валяй дурака!
Пошли, пошли!
Гайбель сегодня занят, всё равно тебя
не примет.
Успеешь рассказать ему о своей...
сенсации,
но сначала ты должен с нами выпить.
- Конечно, вы всегда успеете, господин
Заяц.
- Ну нет, Ганс, не смеши меня!
Ну и чувство юмора у Гайбеля, чтоб
назвать зайца волком! Ну надо же!
- Зайца волком?
- Да ведь... ведь это Вольф!
Вольф.
А что ты такой мрачный, Ганс?
Я должен выпить перед завтрашним
разговором!
Злейшему врагу не пожелаю встречи с
групенфюрером!
[тревожная музыка]
- Все точки заняты.
- Хорошо.
Войтек начинает первым.
- Слушаюсь!
[стук стаканов]
- Ну что это вы, господин Заяц,
притворяетесь, что пьете?
- Господин лейтенант, мне нельзя.
- Можно, можно!
Если я говорю, значит, можно.
Ну, до дна! Не обманывать!
- Ну, Брунер, пей!
- Зиг Хайль!
- Пей, Заяц! Пей, Вольф!
За твою сенсацию!.. Пей!
- Мне уже пора уходить.
- Никуда ты не пойдешь!
Никуда не пойдешь.
Ну, пей, Заяц! Пей!
- Господин Брунер.
- Что?
- Я больше не могу!
- Можешь, пей!
- Мне нужно к Гайбелю.
- Что?
- Проводите меня.
Этот Клосс...
- Что этот Клосс?
- Он... [удар]
- Вот свинья!
Мог меня забрызгать!
Никакого уважения к немецкому мундиру!
- Нет, ну я не могу смотреть на битого
человека! Не могу!
Если бьет кто-то другой...
Ирминочка!
Отведи меня в ванную.
[тревожная музыка]
- Что случилось?
Что с вами происходит?
Господин лейтенант! Вы всегда такой
спокойный...
Что вы с ним сделали?
- Ничего с ним не будет.
Через три дома отсюда - часовая
мастерская.
Вы пойдете, постучите в окно три раза
и отдадите эту записку.
- Не понимаю!
- Можно многое выиграть или всё
потерять. И Яна Борецкого тоже.
[тревожная музыка]
[стук в окно - 3 раза]
[стук повторяется]
[напевает] Ба-ля-ля-ля,
ба-ра-раа-ра-рара...
Ба-ра-ра-рии-ра-ра-ра...
Ну, кулачок у тебя не слабенький, Ганс!
Никогда не подозревал в тебе этого!
- Отучится раз и навсегда...
оскорблять мундир немецкого офицера!
- Да!
- А то, что он с вами работает...
- Правильно, правильно!
Я, по существу, никому не верю!
Абсолютно не верю! Абсолютно!
- Хэндэ хох!
- Руки вверх!
Вы что, не понимаете?
Выше, выше, выше руки!
[автоматная очередь]
[шум машины]
[автоматная очередь]
[крики на немецком: Ахтунг!..]
[перестрелка, немецкая речь]
[партизанская музыка]
- Хайль!
- Ну... Хоть что-то вы на себя надели!
Нет более жалкой картины, чем немецкий
офицер в исподнем!
- Мы сами уцелели.
Забрали только мундиры.
- Вы позволили забрать!
- Гаупштурмфюрер Брунер вел себя очень
смело! Пытался даже стрелять, но...
- Мда... Это она сделала.
Всех надула!
Кто бы мог ожидать?
Ирмина... Кобус.
[партизанская музыка]
На русский язык фильм озвучен
по заказу Общественного
Российского Телевидения.
Серия 9
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Девятая серия: Гениальный план
полковника Крафта
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Масей Дамецки, Здзислав Мрожевски,
Юзеф Нальберчак, Йоанна Йедрыка,
Ян Энглерт, Анджей Юрчак и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Януш Моргенштерн
1943 год.
["Приказ о смертном приговоре за
нападение на Эмиссионный банк"]
["Улица Шлиская 11"]
- Ты опоздал, Янек.
- Да. Все уже у тебя?
- Ну, почти все.
- А информация из Белостока?
Это особенно важно!
- Иоанна еще не приехала.
Наверно, поезд опоздал.
От Бжозы - данные о втором броске
группы армии "Центр".
От Завиша - дислокация танковой
дивизии "Грос Дойчланд".
Да, приехал связной из Львова -
смена кадров в полиции СД на этой
территории.
- Сейчас... напишу донесение.
Послушай, Войтек,..
Иоанна не должна больше ездить по этой
трассе.
Надо ее перебросить в другое место.
- Да, я об этом уже думал. Это ее
последняя поездка в Белосток.
Выпьешь чаю? А может, что-нибудь
покрепче?
- Зашифруй это и передай.
А Иоанна должна...
отдохнуть какое-то время.
[гудок поезда]
- У меня хорошая колбаса! Хотите?
Я сейчас был в селе...
думал, что ничего не достану - в избах
толчея, как в магазинах!
- Торгуете?
- Да.
- У меня есть друг, который тоже
торгует, сахарином.
- Нет, сахарин щас не идет. Щас,
знаете ли,..
на село возят иглы и нитки - крестьяне
шьют.
Да нет, в этой области я уже
специалист.
У меня свои заказчики, поставщики.
Можно приспособиться при некоторой
ловкости и чуточке везения!
[шум поезда]
- Вижу, вы вошли во вкус в торговле?
- Ну.
- Так, после войны пойдете в Институт
Торговли?
- Нет, охотнее всего я бы пошел в
Медицинский или куда-нибудь.
На этой трассе я еще не встретил ни
одного врача. Врачей - кот наплакал.
Но нет, я разных людей встречаю,
знаете.
Один, например, актер, впрочем,
хороший, ну, так...
перехватил у меня в последний момент,
знаете ли, полтуши свиной.
У меня денег столько не было. Набил
цену и выиграл вот!
Опять же, один доктор римского права -
как мы с ним вырвались из облавы,
тот привел меня домой,
а его жена, знаете ли, - доцент
философии, гнала самогонку, вот!
А вы... тоже торгуете?
Попутчик: Что случилось?
- Ничего.
Пожалуйста, отнесите это на улицу
Шлискую 11, квартира 19А.
Скажите: меня прислал мужской портной
Тадеуш.
- Ну что?
- Пожалуйста!
Может, ничего не случилось.
Может, я ошибаюсь.
Если это не правда, буду ждать вас у
вокзала, под часами.
- Идите быстрее!
[тревожная музыка]
Это она! Взять ее!
Вставай!
[стучит]
Голос: - Войдите.
Подойди ближе.
Еще.
Как тебя зовут?
- Иоанна Перковска.
- Повтори.
Ну, не слышу!
- Перковска.
- Пропуск...
Разрешение на выезд в Генеральную
губернию...
Все печати на кенкарте...
На рабочей карточке.
Бумаги в порядке.
- Вот именно, это ошибка!
Этот человек ошибся!
- Такие бумажки ты можешь показывать
жандармам, а не нам!
А может, ты не знаешь, идиотка, что ты
в Гестапо?
Может, не знаешь,
что все твои документы
наглым образом старательно подделаны?
Наш железнодорожник был прав.
Он узнал тебя!
Он говорит, что ты четверть часа
держала его под дулом пистолета,
когда вы по-бандитски напали на наш
поезд.
Это было пару месяцев назад,
но он узнал тебя.
И я не удивлен.
- Это ошибка! Я не знаю, о чем речь.
- Вы слышали о полковнике Крафте?
- Кажется, я слышал эту фамилию.
- Я направляю вас в его распоряжение.
Это - поощрение.
Из школы Крафта идут, как правило, на
повышение.
- Вы меня направляете в школу?
- Но не в качестве студента.
Я говорю "школа", но Крафт свое
заведение называет Оксфордом,
ибо готовит джентльменов.
Вы еще... не поняли?
- Людей, которых мы посылаем...
- Думаю, что не только на
родину джентльменов,
хотя, наверняка, и туда также.
Что скажете?
- Попробую!
- Желаю хорошей службы и успехов!
Надо бы обмыть наше прощание -
мне с вами хорошо работалось!
До встречи!
[тревожная музыка]
- Явка №1 провалена.
- Поехали к Войтеку.
Ну? Что случилось?
- Кондуктор Белостокского поезда
сообщил нам,
что арестовали какую-то женщину.
Это была Иоанна.
- Что она знала?
- Знала адрес на Шлиской,
меня, Тадека.
Могла что-то знать о тебе.
А кроме того, она... везла
зашифрованное донесение.
- Я говорил, что ее надо снять с этой
трассы!
- Что уж теперь говорить...
Что делать?
- Попробую установить, что знают в
Гестапо.
- Это будет нелегко.
- Надо сообщить в Центр и предложить
сменить шифр.
Ты можешь организовать наблюдение
за явкой на Шлиской?
- У нас там есть рядом еще одна
квартира.
Поставлю Тадека - пусть следит.
- Опасно - немцы могут обыскать весь
дом.
- Конечно могут... Могут!
Слушай...
Нельзя ли что-нибудь предпринять
в деле Иоанны?
- Господин майор Хорст?
Говорит Клосс.
Господин майор, можно мне пригласить
вас завтра на ужин?
Спасибо, мне также замечательно
работалось с вами.
Конечно! С девушкой?
Естественно, пожалуйста!
Я?..
У меня нет. Ну, что делать?..
Ну да, у Хельды - масса приятельниц.
Так может...
Герда Лешке? Это, кажется, милая
девушка?
- Лейтенант Клосс?
- Да.
- Полковник Крафт вас ждет.
[тревожная музыка]
- Я много о вас слышал!
Вы довольны перспективой нашего
сотрудничества?
- Конечно, господин полковник!
- Вы знаете польский язык, правда?
- Знаю.
- Фольклор?
- Тоже.
- А антинемецкие анекдоты?
- Некоторые, господин полковник.
- Постарайтесь собрать этого как можно
больше. У меня тут, видите ли...
воспитанник, подготовка которого
требует особой тщательности.
В течение многих лет...
он, правда, был поляком,
но теперь он - немец.
Понимаете?
- Так точно!
- Сейчас я вам его покажу.
Присмотритесь к нему как следует,
а потом доложите о своих впечатлениях.
Входи!
Познакомтесь, господа!
Это тот самый Эрик Гётинг, о
котором я столько говорил.
С той минуты, когда он понял, что в
его жилах течет немецкая кровь,
он нам... во многом... помог.
[лирическая музыка]
- Подожди минуту, я сейчас вернусь.
- Куда ты идешь?
- К девушке!
- Дурачишься?
- Конечно!
- Ну правда, куда ты идешь?
- В этом доме живет один очень хороший
портной.
Я шью себе фрак!
- Когда ты, наконец, станешь
серьезнее!
- Когда надену фрак!
- Дурачок...
- Это правда ничего серьезного!
[тревожная музыка]
Ну что? Долго ждала?
- Можно получить послезавтра.
- Нет, не надо!
Нужно было сначала спросить!
- Ну, почему?
- Ты придешь сюда еще?
- Почем я знаю!
Но это правда - ничего серьезного!
- Это именно Эрик Гётинг -
воспитанник и агент полковника Крафта.
Девушку я не знаю.
А этот пожилой господин возле списка
жильцов... -
это сотрудник Абвера... с многолетним
стажем.
- Это значит...
- Это значит, что наш адрес на
Шлиской знают.
[тревожная музыка]
- Иоанна выдала!
- Видимо... Но я не всё понимаю.
Собственно, я ничего не понимаю!
- Но...
- Не понимаю, почему не сделали обыск?
Почему не устроили засаду?
Почему этот парень пришел с девушкой,
а за ним притащился этот из Абвера?
- Охрана?
- Возможно.
Наверно, Эрик должен быть агентом -
хотят проникнуть к нам.
А может...
- Что может?
- Полковник Крафт не дал мне
никакого определенного задания,
только показал мне Гётинга.
А теперь мне кажется, что речь шла о
том,
чтобы Гётингу показать меня!
- Думаешь... - вышли на след?
- Ничего не знаю.
Они знают адрес на Шлиской.
Что с донесением, которое везла Иоанна?
Надо предупредить Центр.
- Я уже доложил.
Центр очень интересует школа Абвера.
Они в ней чуют что-то.
- Понимаю.
- А может... тебе следует исчезнуть?
- Из игры так легко не выходят!
Организуй наблюдение за девушкой и
этим Гётингом.
А потом посмотрим!
- Значит, ты уверен, что это он?
- Нет никаких сомнений!
Одно и то же лицо.
- Порт Пахлави.
- Место загрузки транзита.
Закачка нефти происходит, главным
образом, в Ободании, банда Машури.
Основной трубопровод из Гарсарана идет
через Курамабан.
- Псевдоним человека, который тебе
помог? Быстрее, быстрее!
- Поручик Елин.
- Надо всегда быть готовым к смене
темы!
[тревожная музыка]
- Результаты занятий?
- Очень хорошие, господин полковник!
- У вас мало времени!
Сегодня каждый час на вес золота!
- Так точно!
[музыка танго]
- Ну, наконец ты здесь!
- МЫ здесь.
- Он обольщал тебя?
- Боже, как ты любопытна!
Ты обольщал меня?
- Может!
- Лейтенант был одним из самых
привлекательных моих офицеров!
За ваше здоровье, Клосс! За успех!
[музыка танго]
- Устал?
- Нет, упаси Боже!
- Идем, потанцуем?
- Посидим еще минутку.
- Но не будем больше говорить о
Гестапо.
Впрочем, если хочешь, можем говорить
даже и об этом.
Ну?.. Что тебя интересует?
- Ты меня интересуешь, Герда!
- Это хорошо!
Выпьешь со мной?
[музыка танго]
Йохан!
Познакомтесь, господа!
- Лейтенант Клосс.
- Данэ.
Налейте мне.
Хорошо, что я тебя встретил, Герда.
- А что случилось, Йохан?
Ничего...
Одна девушка...
вскрыла себе вены.
Наверное уж никогда не узнаем,
как ее... звали на самом деле.
Ну? Потанцуем?
- Не выходили?
- Нет.
- Если девушка пойдет одна...
ты пойдешь за ней.
- Ладно.
- Если не вернусь до коммендантского
часа...
- Ты что, уходишь?
- Да, я обещала Криске, что помогу ей
плащ укоротить.
- Если засижусь, то останусь там
на ночь.
- Ты что, дурака валяешь?
- Она меня просила!
- Интересно, а... та девушка тоже ехала
к подружке, чтоб ей плащ укоротиь?
- Какая девушка?
- Такая же, как ты - юная и красивая.
Ее взяли.
Слушай, ты убеждена в том, что стоит
рисковать?
- В облаве тоже можно попасться.
- Но также отлично можно сломать ногу
на ровном месте!
Какого черта лезть туда, где и так
ясно, что ты ногу сломаешь?
Перестань... ногти грызть!
Ты уже достаточно разносила эти
листовки! Пусть другие рискуют!
- Другие!.. Есть и такие, кто хочет
только выжить, да?
- Да, хотят выжить!
А тебе бы хотелось иметь какого-нибудь
чертова героя!
- Хватит!
- Прости.
- Я тебя тоже не спрашиваю, зачем ты
ходил на Шлискую.
- Но пойми, это совсем другое дело!
- Вот видишь!
[тревожная музыка]
- Пожалуйста!
- Привет, Войтек!
Что с Иоанной?
- Выпьешь пива?
Докладывай. Что знаешь о девушке?
- Не слишком много.
Ее зовут Барбара Бажемска.
Сирота. Дворник мало что знает о ее
семье.
Парень переехал к ней недавно.
- Связи?
- Ходила на Маршалковскую к некой Эве
Войтович.
Я стоял в воротах и видел,
как несколько молодых парней
входили в ту же квартиру.
Войтек...
Что с Иоанной?
- Так... Несколько парней входили...
Ну, не исключено, что девушка -
подпольщица. Надо это установить.
- Если она - подпольщица, то уже
их и раскрыла.
- Не совсем понимаю...
Если он такой хитрый агент, как
говорил Янек, то девушка...
- Или ничего не знает,..
или выполняет его задания.
Слушай, Войтек...
Что с Иоанной?
- Иоанна погибла.
- Пожалуйста отдохните. Сейчас
закончим.
Каждая деталь важна!
Да... Тебя будут экзаменовать даже
ночью!
Адрес?
- Бенедиктинская 6.
- Почему ты ее оставил?
- Я не бросал ее. Она была арестована
оккупационными властями.
- Плохо, плохо! Никто в Польше не
говорит "оккупационные власти"!
- Понимаю, - немцами.
- Фрицами, гитлеровцами!
- Просто: "они ее арестовали".
- Понимаю.
- Псевдоним?
- Об этом не было речи!
- Рефлекс, словно рефлекс!
Ты должен знать ее псевдоним.
Даже если в информации есть пропуски,
ты сам должен их заполнить!
Надо рисковать!
Ну, а теперь скажи мне о ней, как ты
тепло, душевно...
- Я ее очень любил!
- Надо же подчеркнуть: э... была очень
красивой,
заботилась обо мне,
была патриоткой...
Ну, на сегодня хватит. Ты свободен.
Как вам понравился наш подопечный?
- Я еще слишком мало имел с ним дело,
господин полковник.
- Вам хочется поскорее, правда?
- Нет, но я хотел бы знать свою задачу.
- Ожидание, лейтенант Клосс,
часто бывает самой трудной
задачей офицера разведки.
- Знаю, господин полковник.
- Но вы любите работу, правда?
Ну ладно, ладно.
Сначала вы поговорите немного с
Эриком... на тему польских отношений.
Потом проверите его знания реалий.
- А не пригодились бы, господин
полковник,
какие-нибудь практические занятия?
- Что вы под этим понимаете?
- Ну, я даже не знаю. Вы этого Гётинга
отпускали в город.
Получают ли они
какие-нибудь пропуска
или, может быть, какие-нибудь задания?
- Почему вы об этом спрашиваете, Клосс?
- Мне показалось, господин полковник,
что я его видел на улице.
Только несколько иначе одетого.
[тревожная музыка]
- О, ты уже здесь?
- Еще здесь.
Представь себе, полковника
Крафта вовсе не удивило
то, что я видел Эрика в городе.
Ни малейшего удивления!
Что-то мне кажется, что мое назначение
в школу Абвера...
- ...это твое последнее назначение в
немецкой армии?
Я сказал Тадеку о смерти Иоанны.
Ты не знаешь, как она вела себя во
время следствия?
- Мне не удалось ничего вытянуть из
Герды.
Говори, что дало расследование?
- Парень, которого, как ты выяснил,
зовут Эрик Гётинг,
был сегодня еще раз на улице Шлиской.
Потом весь день не выходил из квартиры
своей девушки.
- Что?
Ты скажи своим ребятам, что если им
дано серьезное задание...
Эх вы!
Эрика Гётинга я видел сегодня вечером
в школе Абвера.
Даже идиот догадался бы, что один и
тот же человек
не может быть сразу в двух местах!
- Стэфан дежурит у калитки.
Я могу его вызвать.
- Вызови его!
[свистит]
- Я не верю, чтобы ребята подвели!
- Не веришь!
Они твердят, что он весь день был на
Бенедиктинской,
а я видел его у Крафта.
Понимаешь? Видел!
Янек: Ты уходил сегодня с поста?
- Янек, ей Богу! Весь день стоял у
дома этой девушки!
Но ведь я не впервые этим занимаюсь!
Янек: - Ты уверен, что он никуда не
выходил?
- Могу поклясться!
Янек: - Возвращайся на пост.
- Слушаюсь!
- Ну?
Объясни мне - как получилось, что этот
парень был сразу в двух местах?
Или это Стэфан,..
или...
- Что ты хочешь этим сказать?
- Ничего... Пока что ничего.
Существует еще одна возможность...
- Ну как?
- Я хотел доложить, что оба -
девушка и парень,
находятся сейчас в квартире девушки
на улице Бенедиктинской.
Местный сторож утверждает,
что парень выступает под именем
Вацлава Славиковского.
[тревожная музыка]
- Послушайте...
Завтра задействуем явку на Шлиской 11.
- Меня прислал мужской портной Тадеуш.
- Всё в порядке.
- Я должен был это здесь отдать.
- Минутку. Прошу вас.
Кто вам это дал?
- Одна девушка, в поезде.
Ее арестовали.
Она сказала мне, чтобы я отдал,
вот я и... отдаю.
Я не хочу иметь с этим ничего общего.
- А каким образом была арестована
девушка?
- Ну... Жандармы вытащили ее из купе.
На нее указал... какой-то немецкий
железнодорожник.
- И она успела дать вам этот листок?
- Ну да!
Так я пойду?
- Минутку. Сюда.
- Ну что ж, Эрик Гётинг?
Я должен признать - ты замечательно
сыграл свою роль!
- Я не Эрик!
Я не Гётинг!
- Закончим эту комедию!
Передо мной незачем играть!
- Я ничего не заметил.
Похоже на то, что парень пришел сюда
один.
Еще ничего не известно.
Наблюдай за 19А, а если заметишь
кого-то...
то задействуй охрану.
- Хорошо.
- И смотри на окно 19А.
А если увидишь опущенные шторы... -
парня следует ликвидировать.
Естественно, не здесь.
- А девушка?
- Решение не принято.
- Значит, ты утверждаешь, что ты не
немец и тебя не зовут Гётинг?
- Да.
- Значит, ты в сговоре с польскими
бандитами?
Кто тебя сюда прислал?
- Я ничего не знаю.
- Но мы знаем всё!
- Как выглядела эта девушка?
- Я не знаю.
В поезде было темно,
я даже не видел... ее лица.
- Советую тебе подумать!
Единственное спасение для тебя -
говорить правду!
Ты утверждаешь, что твоя фамилия
Славиковский?
- Вацек.
- А как зовут твою девушку?
Не хочешь ничего говорить, да?
- Я ничего не знаю.
- Операция отменяется!
Тадек, иди за ним!
[шум двери]
- У меня для тебя кое что есть!
Иди сюда.
Колбаса от Данки!
Чай тебе сделать?
Что стоишь?
Где ты был?
Снова ходил на Шлискую?
Зося просила, чтобы мы приехали к ней
в деревню. Поедем?
Что с тобой?
- Нет, ничего.
- Как ничего? Я же вижу!
- Я не могу тебе об этом сказать!
- Ну, как хочешь!
- Ну, Баська. Ты и так ничего не
поймешь!
Если я тебе скажу, что меня нашли,
так что?
- Действительно, ничего не понимаю!
Я только знаю, что ты вечно хочешь
остаться в стороне.
Ни в чем не участвуешь!
- Я думал, что меня потеряли,
что обо мне забыли. Я был счастлив!
- Я знала, что это не могло получиться!
- А почему нет свинины по карточкам?
- Потому что последняя свинья
записалась в фольксдойче.
- Нет, так анекдоты не рассказывают.
Тебя это должно забавлять!
Правда, Клосс?
- Конечно.
- Ну? Подсуньте нам что-нибудь!
- Как должен выглядеть настоящий
нордический тип?
- Блондин, как Гитлер,
худой, как Геринг,
высокий, как Гебельс.
- Достаточно, можешь идти.
Вы ждали настоящего задания.
Сегодня вы его получите.
- Я слушаю.
Но сначала еще пару деталей...
Эрик Гётинг подписал фолькс-карту
еще в 39-м году.
Он из Острув-Великопольского.
Его матерью была полька,
отцом - немец.
Впрочем, обоих уже нет в живых.
У Эрика есть только брат... - близнец,
который не захотел подписать
фолькс-карту, удрал и спрятался от нас.
Скрывается. Конечно, мы нашли его без
труда.
Теперь его зовут Вацлав Славиковский.
Это фамилия матери.
Он живет здесь с одной девушкой -
Барбарой Бажемской,
которая, кажется, работает в подполье.
У парня нет тесных связей,
но считается добрым поляком.
Мне пришла в голову... гениальная идея.
Итак, на место честного поляка
Славиковского...
мы поставим нашего Эрика Гётинга.
Они похожи, как две капли воды!
- Замечательно! И что дальше?
- Правильный вопрос!
То, что я вам сейчас скажу,
относится к глубочайшим тайнам нашей
разведки.
Вот уже несколько недель мы
не получаем от нашей разведагентуры
в Сирии и Палестине развернутой
информации.
Я решил послать туда Эрика Гётинга
как... Славиковского.
Понимаете?
Разведка союзников может его
проверять...
- Гениально!
Как вы хотите это сделать?
- А вот это и есть ваше задание!
Надо только, чтобы эти двое юношей
поменялись ролями,
причем так, что Эрик Гётинг станет
Славиковским...
Ну а... Славиковский...
- Понимаю.
А Гётинг что на это? В конце концов,
речь ведь идет о его брате!
- Я обещал Эрику, что его брат...
переживет войну.
- И сдержите свое обещание?
- Не имею ни малейшего желания!
Надеюсь, лейтенант, что вы достаточно
давно работаете в разведке, чтобы...
не поддаваться сентиментам.
Надо сделать всё... для достижения
цели!
- Я того же мнения, господин полковник.
- Изучите это, пожалуйста,..
а потом явитесь ко мне.
[стук в дверь]
- Что случилось?
- Кажется, я теперь знаю всё!
- Я поручил Клоссу особо
ответственное задание.
Вы дали ему прекрасную оценку.
Вы ее подтверждаете?
- Да!
- Ну, хорошо...
Я не имею ничего против него,
но этот Клосс слишком... наблюдателен!
Он случайно встретил человека, о
котором до сегодняшнего дня
не должен был... ничего знать.
- Значит, вот о чем речь.
О Шлиской ничего не знают.
- Наверное, нет.
Видишь ли, Крафт - очень опасный
партнер!
Он из старой школы Абвера.
- Что собираешься делать?
- Еще не знаю.
По плану Крафта, Славиковский
должен погибнуть,
а его девушку мне
приказано арестовать.
- Что будем делать с девушкой?
- Надо что-то придумать. Она, кажется,
из армии Краёвой.
- Вроде бы...
Но ты ведь знаешь, все контакты с ее
руководством...
- Понимаю.
Надо ее отправить в лес.
- Как?
- Как, как!
Пусть Тадек отвезет ее на пункт
переброски.
А ты должен поговорить со Славиковским.
Объяснить ему.
- Думаешь, согласится?
- Должен согласиться! Ставка высока!
У нас есть шанс расшифровать немецкую
агентуру на Ближнем Востоке.
- Это здесь.
- Когда вернешься?
- Поздно. Нужно еще подождать тираж.
- Знаешь,.. я боюсь за тебя!
- Глупенький!
Когда всё это кончится, - перестанешь
бояться!
Ну, иди!
Иди!
- Что вы здесь делаете?
- Спокойно, парень! Всё узнаешь.
Чай у тебя есть?
- Есть.
- Я принес немного сахара.
Ну, завари.
А я тут подожду.
- Вы выбрали место для операции?
- Так точно!
Трехэтажный дом в предместье.
Шефская 10.
- Превосходно!
Итак, пункт первый плана...
Ну? Входи!
[шаги]
Садись.
Напишешь письмо брату.
"Я должен с тобой обязательно...
увидеться...
Речь идет о моей жизни...
Приходи завтра в 4 вечера
на улицу... Шефскую 10...
Номер... квартиры...
- 22.
- Номер квартиры 22."
Так... Этого достаточно.
Спасибо.
- Я могу быть спокоен
за судьбу своего брата?
- Я не люблю таких вопросов!
Моего слова тебе должно быть
достаточно.
Это большая квартира?
- Четырехкомнатная.
Охрана, как договорились,
останется внизу.
- Вы справитесь, Клосс?
- Справлюсь, господин полковник!
- Я не хотел бы оказаться на вашем
месте, если операция не удастся.
Из этой квартиры Эрик Гётинг должен
выйти как Вацлав Славиковский.
Вацлав... Славиковский!
- У меня для вас письмо от Вацека.
- Что с ним случилось?
- Он получил новое задание.
- Где он сейчас?
- Я отведу вас туда, где вы будете его
ждать.
- Но я... должна...
- Квартира провалена.
Вам нельзя туда идти.
- Но я... должна...
- Ничего вы не должны!
Пойдешь со мной!
[играет аккордеон]
- Хайль Гитлер!
- Ты пунктуален!
- Вацек уже здесь?
- Да.
- Мы встретимся?
- Нет необходимости. Входи.
Садись, Гётинг.
Поговорим.
- Как это должно произойти?
- Очень просто!
Переоденешься в обноски своего брата
и выйдешь отсюда как Вацлав
Славиковский.
И с этой минуты начнется твоя работа.
- Понимаю.
- Чего мы ждем?
- Люблю таких циничных юношей!
Ты, конечно, знаешь, что будет с твоим
братом?
- Знаю... Он переживет войну.
- Ошибаешься!
Твой брат будет ликвидирован.
- Что вы сказали?
- То, что слышал!
- Ведь полковник Крафт поклялся!
- Крафт?
Ты еще веришь этой
старой свинье?
Не успел научиться, как
следует поступать?
А кто выдал гимназическую
организацию в Хойницах
местному Гестапо?
- Я вам...
Я вам...
Я всё расскажу полковнику Крафту!
- Ты так думаешь? Попробуй!
Такой негодяй, как ты, не должен
слишком переживать
по поводу смерти брата!
У тебя на совести достаточно!
- Вы - предатель!
Я прекращаю операцию!
- У тебя еще есть время.
Ты можешь кое-что в жизни
исправить.
- Ты - предатель!
[играет аккордеон]
[автоматная очередь]
- Это должно было случиться.
Но не мы его застрелили.
План полковника Крафта был прост.
Это ты должен был выйти отсюда в
его мундире
и быть ликвидирован, как Эрик Гётинг.
- Но что мне теперь делать?
- Возьми себя в руки!
Ты теперь немецкий агент ФГ89.
- Так... Пожалуй, это всё, Эрик.
Через два дня ты можешь отправляться в
путь. Но еще одно...
Явки и пароль, которые я тебе сообщил,
составляют самую глубокую тайну!
Никому ни слова -
ни преподавателям в школе,
ни лейтенанту Клоссу!
- Слушаюсь!
- Ты не спросил меня о брате.
Это хорошо, что ты меня не спросил.
- Я знаю.
Видел плакаты.
Его убили польские бандиты.
- Вот именно, его убили польские
бандиты.
А мы хотели, чтобы он выжил!
Да... Еще одно...
Сбежала эта девушка.
Как это могло случиться?
Не понимаю!
- Я тоже не понимаю.
На русский язык фильм озвучен
по заказу Общественного
Российского Телевидения.
Серия 10
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Деcятая серия: Именем Республики
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались: Болеслав Плотницки,
Владислав Ковальски,
Игнаци Маховски, Мечислав Стоор,
Йозеф Новак и другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Януш Моргенштерн
1944 год.
[тревожная музыка]
[звонит]
[звонок в дверь]
[звонок в дверь]
[звонок в дверь]
[звонок в дверь]
- Счет за газ, господин граф.
- Ну что, Адам?
- Всё в порядке.
- Спасибо.
- До свидания.
- До свидания.
- Слушаю?
- Два пива.
- Заплачу.
- Срочно!
- Сейчас отнесу.
[звонок]
- Скавронек! [звонок] Иди открой!
Только без шуточек!
- Добрый день!
- Добрый день.
- Мой костюм готов?
- Через неделю будет готов.
- До свидания!
- До свидания.
- Давай!
Дай-ка это сообщение!
- На этот раз не принесла.
- Где оно?
- В жилетке!
Здесь.
- А теперь иди работать.
Твои клиенты не должны
ничего заподозрить.
- Вот так удача!
"Подводная лодка U278
вчера торпедировала часть конвоя,
идущего в Архангельск."
- Я читал.
Лейтенант, так что же делать с этой
неуловимой радиостанцией?
- Постарайтесь ее обнаружить.
- Это не так просто!
Она выходит в эфир каждый вторник,
но в разное время.
Кроме того, сеансы связи очень
короткие.
- Надо нащупать систему.
Наверняка должна быть какая-то схема.
- Известно, что она действует в
квадрате 400 на 400 метров.
А это - девять улиц и несколько...
многоэтажных домов.
- Прошу запомнить, самое главное -
нащупать систему.
[телефон звонит]
- Бюро доставки, Була, слушаю?
- Хотел бы перевезти 2 тонны угля.
- Какой адрес?
Хорошо, хорошо.
[оживленная музыка]
[шум двери]
- Передал сообщение о лодке U278?
- Конечно.
- Вчера эта лодка напала на конвой,
идущий в Архангельск.
Информация от внутренней службы Абвера.
- Может что-то не получилось?
- Проверь, получили ли они в Центре эту
информацию или нет.
Это очень важно!
- Что еще?
- Радиостанция пока в безопасности.
Они никак не могут определить систему
радиосеансов.
- Садись.
Съешь что-нибудь?
- Съем. [тревожная музыка]
- Ну? Кажется, успешно?
- Я бы сказал - намечается прогресс,
господин штандартенфюрер.
Мы установили, что Станислава Заремска
связана с неким Адамом Прухналом.
- Вы считаете, что он и есть этот...
Йот 23?
- Пожалуй, нет.
Информация, идущая от Йот 23-го
указывает на то, что он
очень хорошо информирован.
Что он каким-то образом связан с
армией.
- Что?
- Мы расшифровали его рапорт,
в котором он сообщает об успехе лодки
U278,
а в последнем отчете разведки Вермахта
об этом - ни слова.
- Это интересно... Прошу садиться!
- Спасибо.
- Подозреваете кого-нибудь?
- Пока нет.
Но уверен, что именно этот Прухнал...
доведет нас до цели.
Он работает инкассатором в газовом
хозяйстве.
Обслуживает Центральный район.
Если он, то... достаточно установить,
где он бывает 4 раза в месяц,
так как рапорты от Йот 23-го приходят
регулярно каждую неделю.
- А может, просто взять этого
инкассатора?
- В сеть попадется одна плотва,
а щука уйдет.
А эта щука очень опасна, господин
штандартенфюрер.
- Ну, хорошо...
Действуйте!
- Так точно!
- Выпейте со мной!
- Спасибо. Давно не виделись!
- Вы неплохо устроились,
а меня всё время перебрасывают
с места на место, с места на место!
Вы знаете, сколько наших погибло в
Югославии?
- А завтра нас высылают на Восточный
фронт.
- Наверное, на новых территориях без
нас не обойтись.
- Лучше бы мы понадобились
где-нибудь в другом месте,
подальше от большевиков!
- Сильно сказано!
Но советую вам держать язык за зубами!
- Привет, Нельман!
Что нового?
Удалось установить систему радиосвязи?
- У нас сложности...
Гестапо забрало наших людей.
Стетке организует крупную акцию.
Хотят прочесать огромный район.
В первую очередь, проверят тех,
кто пользуется светом,
газом и чем-то там еще.
- Это интересно!
А о каком районе идет речь - не знаете?
- Вы думаете, что это что-то даст?
Эти гестаповцы поймали пару
молокососов
и теперь считают себя гениями
контрразведки!
- Вы, кажется, недооцениваете
Стетку!
- Эта игра слишком затянулась!
Вы копаетесь в бумажках, а этот
Йот 23-й до сих пор не пойман!
Их Центр может заподозрить, что мы им
подсовываем фальшивую информацию!
Мы оба мечтаем поймать эту щуку,
но ваш метод пока не
приносит результата!
- Есть некоторые сложности, господин
штандартенфюрер.
Этот инкассатор за месяц ни к кому не
приходил, даже и по второму разу.
Видно, их сеть отлично
законспирирована,
но это только вопрос времени.
- А его как раз нет, Стетке!
Придется вам поднажать!
- Есть одна мысль...
- Ну?
- Но это довольно рискованно!
Если...
мы вызовем этого Йота 23-го по радио
на встречу с представителем Центра
для получения особо-важной информации.
- Прекрасная идея, Стетке!
- Можно?
- Прошу!
- Спасибо!
- Мы с тобой где договорились?
- Не нервничай!
Я сюда прихожу только как
Виталис Казимирус -
консультант по оккупированным
Литовским землям.
Документы очень хорошие. Слушаю?
- Центр прислал вызов.
- Знаю, сам расшифровывал.
Ты должен прийти с цветочком в петлице.
Куда ты его засунешь?
- Я об этом цветочке как раз и думаю...
Что-то он плохо пахнет.
- Думаешь, провокация?
- Вот именно!
Ты в своих людях уверен?
- Поводов для сомнений нет.
- Значит, я пойду.
Жди сообщение у себя в бюро.
- Хорошо.
- О, прошу прощения!
Спасибо. До свидания.
- До свидания.
- Клосс!
[играет пианино]
Прошу садиться!
- Спасибо.
Что нового?
- Сейчас увидите!
Выпьем что-нибудь?
- Нет, спасибо.
[музыка пианино]
[музыка]
- Извините.
[оживленная музыка]
- Они знают нашу станцию и шифр.
- И давно?
- Вот уже три недели.
- Ну да...
После того, как наши не
получили информацию...
о подводной лодке, это
следовало ожидать.
- Центр может потерять ко мне доверие.
- Успокойся, ты столько лет работаешь.
- Вот именно!
Столько лет - пора уж где-то и
споткнуться.
А кто спотыкается, тот может и предать.
- Глупости!
Никто тебя не подозревает.
- Не известно!
Ты заметил, за тобой болтается
какой-то паренек в беретке?
- Это моя охрана.
- Предположим, ты не в счет.
- У меня - система. Четыре квартиры
на четыре фамилии.
- Прухнал тоже, пожалуй, не в счет.
- Это твой связник?
Единственный.
С другими не встречаюсь, хотя их знаю.
В случае провала все должны
встречаться в Кшишове.
Прухнал...
инкассатор по газу...
всё время в разъездах.
- Немедленно предупреди его -
кажется, за ним следят.
Я случайно узнал, что Стетке планирует
большую акцию.
И его интересуют именно инкассаторы.
Но пока я хотел бы послать через него
еще одно донесение.
- С ума сошел!
Станцию накрыли!
- Вот именно!
Хочу подкинуть Стетке работы на пару
деньков.
Передай, что Йот 23 не мог прийти на
встречу,
так как выезжал по делам в Штетен.
Попроси, чтобы назначили новую встречу.
Потом исчезни.
Отправляйся к Стефану и организуй,
как можно быстрее, новую
связь и новых людей.
- Не возвращаться?
- Нет.
Сменишь климат.
[оживленная музыка]
- Ты еще здесь?
- Отдала?
- Да, всё в порядке.
- Не совсем...
Шэф очень обеспокоен.
Выйдешь так, чтобы тебя никто не видел.
Плащ лучше не надевай.
- Думаешь, за нами следят?
- И давно. [звон стекла]
Без паники!
Вон тот тип, наверняка, шпик.
Я им займусь.
Пока!
[тревожная музыка]
- Остановитесь здесь, пожалуйста!
Нет-нет-нет, чуть подальше.
Знаете, эта пачка такая тяжелая.
Вы мне не поможете?
- Хорошо.
- Руки вверх!
[выстрел]
- Лейтенант Нейман!
Я посмотрел ваши рапорты.
Вы обратили внимание - станция
работала 18-го в 18?
- Думаете, это как-то связано?
- Кто знает?
Но стоит задуматься.
Завтра - вторник. Это день
их выхода в эфир.
Если вам удастся, то неделя отпуска у
вас в кармане!
- Стетке! Это переходит
все границы!
Как вы смели арестовывать
мою секретаршу!
- Как вы знаете, Йот 23-й сообщил,
что в прошлый вторник
был по делам в Штетене.
Это наводит на мысль, что мы имеем дело
либо с немцем, либо кто-то... на
службе у немцев.
Поэтому, всех, кто был во вторник в
Штетене, пришлось арестовать.
А так-как госпожа Эльза...
- Я сам туда ее посылал!
А вы бы, лучше, позаботились
о поимке Йота 23!
- Господин лейтенант,
боюсь вам придется заглянуть к шефу
по поводу моего отпуска.
- Нашли систему?
- Прошу.
Знаете, это было так просто!
Достаточно... взглянуть на календарь.
Впрочем, признаюсь, это было с вашей
подсказки.
- Время совпадало с числом?
- Нет, это время восхода и захода луны.
В одну неделю - в момент восхода,
в следующую - в момент захода.
Поэтому-то время постоянно изменялось.
- Поздравляю!
- А сегодня луна всходит...
- В 10:47.
- Надо звонить шефу!
[тревожная музыка]
[звонок]
[звонок]
- Шарфюрер Вунг, служба СД!
- Хайнц!
Не двигаться!
- Что, черт возьми, происходит?
- Я выполняю приказ начальства.
- Спасибо, Нейман.
- Лейтенант Клосс,..
вы знаете, в чем ваша заслуга?
- А вы что, контролировали
эту радиостанцию?
- Поздновато вы догадались!
- Нейман давно ее искал!
- Но мы нашли раньше!
- Но не удосужились
известить об этом Абвер!
Когда вы перестанете относиться к
службе, как к частной лавочке?
- Где этот портной?
[тревожная музыка]
- Не спорю.
По началу вам кое-что удалось.
Вы накрыли их радиостанцию...
Но я еще тогда говорил -
надо было схватить этого Скавронека!
Наши парни из него всё бы вытрясли!
Но вы решили поступить по-своему.
А здесь вам не то место, где годятся
ваши методы, Стетке!
- Вы одобрили этот план, господин
штандартенфюрер.
Скавронек согласился дезинформировать
свой Центр, ради спасения жизни.
- Но этот Йот 23 еще работает!
И будет продолжать работать!
- Если бы не этот инцидент с Абвером...
- Шутки в сторону!
Это надо было предвидеть!
Надо ликвидировать всю эту шпионскую
сеть - официантку и инкассатора!
Они, наверняка, что-нибудь знают...
про Йот 23!
- К сожалению, господин
штандартенфюрер,..
это невозможно,..
они скрылись.
- Что?!
Нам удалось установить, что Прухнал
сел в коляску нашего агента,
которого... потом нашли мертвым.
Я не могу понять, как это произошло!
Наверное, они обнаружили слежку?
- Кажется, Краковский климат вам не на
пользу!
Придется отправить вас на Восточный
фронт.
Надеюсь, что там вы пригодитесь!
- Господин штандартенфюрер...
- Вон!
[сирена, тревожная музыка]
[испуганные крики]
[немецкая речь]
- Постарайся выбросить оружие.
Есть шанс, только надо торопиться.
Отодвинься назад. За мной - окошко в
подвал.
[немецкая речь, женский крик]
- Лезь первый.
[немецкая речь, лай собак]
[лай собак]
[лай собак, тревожная музыка]
- Мне бы надо туда.
- Приказ - никого не пропускать!
- У меня важное дело в одном из этих
домов!
- Нельзя!
- Даже офицерам?
- Даже офицерам!
["Йозеф Подлазински, пенсионер"]
[звонок телефона]
[телефон звонит]
[длинные гудки]
[телефон звонит]
["Бюро доставки, Франц Була"]
[длинные гудки]
[тревожная музыка]
"Жду."
- Что с ним?
- Спит.
Три дня пробирался на сборный пункт.
Голос: - Адам!
Слушай, Адам.
- Да.
- Пойдешь с ребятами на дело.
- Снова на железную дорогу?
- Нет, ждем гостей с неба.
Обозначьте место посадки и будете
нести охрану.
[автоматная очередь]
[выстрелы]
[автоматная очередь]
[шум самолета]
[шум падения]
[шум самолета]
- Гасите костры!
[шум мотора самолета]
- Долго вас ждали!
- Хорошо, что вообще долетели!
Плохо дело...
Если всё так, как вы говорите,
то станцию накрыли намного раньше.
- Фальшивые донесения идут уже
6 недель.
- Но радио работало только
для агента Йот 23-го...
Как это может быть?
- Очевидно,.. это необязательно
Йот 23-й,
хотя,.. всё указывает на него.
Может, это кто-то другой?
- Они все здесь, кроме Йозефа и Ромека.
- И Йот 23-го.
- Давай их сюда, по очереди.
[наливает]
- Ты Стасю не видел?
- Вон она!
Тебя там Стефан ждет.
- Хорошо.
- Срочно!
Ну как?
- Так ты говоришь, что тебя
предупредил Адам?
Стася: - Да.
- Сказал, что за тобой следят?
- Да, он сказал: "Уходи!".
Мы должны были встретиться на станции
в Прошеве,
и он, наверное, там ждал меня.
- А у Скавронка всё было по-прежнему?
Ничего подозрительного не заметила?
- На окне... не должно быть занавески,
если что-то случилось.
Я проверила - она на месте.
- А...
А ты знаешь, кто это Йот 23?
- Нет, не знаю.
- Ты говорила, что знаешь только Адама
и Скавронка.
А тебе знакома фамилия Падлесински?
- А, это кузен, брат Адама, пенсионер.
Он приходил к нам несколько раз в кафе.
- Хорошо...
- Стася ничего не знала о Падлесинском.
Она думает, что это мой дядя.
- Когда он встревожился?
- В прошлый вторник.
- Сказал, что за ним следят?
- Велел мне скрыться и взять с собой
девушку, если я ей доверяю.
У меня не было повода ей не верить!
- Но перед этим приказал передать еще
одно сообщение?
О чем, не говорил?
- Я всегда получал зашифрованный текст.
Чего вам от меня надо?
- Радиостанцию накрыли!
Понимаешь это?
Кто-то выдал!
- Я - нет...
Если бы я... работал на Гестапо,
то выдал бы Падлесинского.
Я, ведь, единственный, кто знал все
его четыре адреса и фамилии!
Если меня подозреваете,..
ну... не знаю...
- Успокойся!
Что-то мне... во всём этом не
нравится.
Иди к лошадям.
Пришел Ромек,.. из охраны Йозефа.
Видел, как его брали.
Интересные вещи рассказывает!
- Я выглянул в окно и увидел на углу
нескольких эсэсовцев.
К ним подъехал офицер и что-то им
говорил.
Это был он.
- "Он" это кто?
- Йозеф никогда его не называл.
Может, у них какие-то дела были...
Виделись они часто.
Я думал, он работает на Йозефа.
- А теперь что думаешь?
- Кажется, он руководил всей акцией.
Ведь, никого не проверяли, брали всех
подряд.
Охотились на Йозефа, иначе зачем был
там этот офицер?
- Ну, хорошо. Можешь идти.
И позови сюда Скавронка.
- Я, как раз, передавал,
когда начали ломиться в дверь.
Ясное дело, что это были немцы.
Первым делом, согласно инструкции,
я стал уничтожать шифры.
Книжку с шифрами... бросил в печку.
А там еще было донесение, которое я
только что принял,
а печка в кухне погасла.
А тут и... немцы ввалились.
- Это был Вермахт?
- Да. Несколько солдат и два офицера.
А потом пришел еще один, в черном
мундире, - гестаповец.
- Гестапо и Вермахт одновременно?
- Не знаю. Я об этом не задумывался...
Как вошел гестаповец, видно, старше по
чину,
один из офицеров... стал по стойке
смирно...
и стал рапортовать.
Я даже... помню фамилию...
Лейтенант Клосс.
Они отвлеклись, а я через окно
на балкон и выскочил.
- Как вы назвали немецкого офицера?
Повторить вы можете?
- Да, да-да. Фамилия - Клосс.
- Как он выглядел?
- Высокий... Блондин.
- Можете идти.
Несомненно, это был...
Янек...
- Минуточку. Я не очень понимаю!
- Всё становится на свои места...
Входит,
попадает в руки Абвера или Гестапо.
Отпираться невозможно, а жить...
очень хочется - молодой еще!
Ну и ему...
подсказывают выход,..
и работает дальше...
Работает дальше, как ни в чем не
бывало.
Ну, под их руководством, разумеется!
А результат... Результат известен -
получаем фальшивые донесения.
- Зачем же тогда он ликвидирует...
радиостанцию?
- А там не идиоты работают!
Радисту позволяют скрыться,..
и мы, таким образом, узнаем,
что Клосс уничтожил станцию,
и доверять ему больше... не стоит.
Так что,.. - всё ясно!
Да...
Ну что ж, выхода нет.
- Агент, перешедший на сторону врага...
смертельно опасен! Его надо
уничтожить!
Обязательно!
Для этого мы здесь.
- Хотелось бы услышать его оправдание!
- Сожалею, но нет ни времени, ни
возможности устраивать суд.
За измену Родине...
кара одна.
- Кто за это?
- Другого выхода нет...
Для исполнения приговора предлагаю...
Ромека и Зенека.
[кудахтанье, блеяние козы]
- Что случилось?
- Муж нашел вас вчера возле путей.
Убежали с поезда, да?
- До Стрешова далеко?
- Километров 15.
- Лошади есть?
Отвезите меня. Я заплачу.
- Дело не в деньгах.
А вчера вы так выглядели, что у вас,
вроде, и денег-то нет.
- Извините.
[тревожная музыка]
"Жду."
[скрипка играет]
[выстрел]
[выстрел]
- Так...
Теперь он будет осторожней!
- Обычно, ходит без охраны.
Вчера был у тайника. Может, еще раз
придет?
- Нет, пожалуй, не придет или придет с
охраной...
Так... Выходит он из дома и что дальше?
- Ну и идет, как вчера шел.
Потом... поворачивает вправо.
Тут всегда скрипач стоит.
Потом... проходит перекресток.
- Хорошо.
Здесь будем его ждать.
- Стой!
Пароль!
- Не знаю пароля.
Спасибо.
- До свидания.
- Веди к Стефану! Быстро, быстро!
- Товарищ майор!
Ребята в лесу поймали одного типа.
Пароля не знает,
говорит, должен повидать Стефана.
- Привести.
- Йозеф!
А мы тебя уже похоронили!
Всё в порядке?
Ну, садись.
- Подожди.
Там сидит некий Скавронек, портной.
Он меня не знает, а я его знаю.
Будь с ним поосторожнее, хорошо?
- Можешь говорить спокойно,
у нас гости из Центра. Познакомься.
- Мы с Йотом 23 установили,
что этот человек
работает на немцев
под их контролем.
- А Йот 23?
- Что?
- Случилась страшная вещь...
- Что такое?
- На основании имеющейся информации мы
установили, что предатель...
это... Йот 23!
- Чепуха!
Немцы накрыли этого Скавронка прямо
при рации, и он всё выдал!
- Но мы уже послали людей для
ликвидации предателя!
- Отмените приказ!
Надо ехать в Краков!
Немедленно ехать!
[тревожная музыка]
- Именем Польской Республики!
[выстрел]
[выстрел]
[выстрел]
[выстрел]
- Удрал, как трус!
Если Ромека только ранило...
- Успокойся. Ничего другого
мы сделать не могли.
Проклятье!.. Как бы узнать, что с тем?
- Ромек выстрелил несколько раз.
Не знаю, попал ли?
- Выполнили задание?
- Напоролись на Гестапо. Ромек погиб.
- А он жив?
- Не знаем.
- Йот 23 чист! Это была ошибка!
- Что? Какая ошибка?
- Сейчас у него есть телефон.
Я ему ни разу не звонил...
но попробую...
[телефон звонит]
[телефон звонит]
- Слушаю. Лейтенант Клосс.
На русский язык фильм озвучен
по заказу Общественного Российского
Телевидения.
Серия 11
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Одинадцатая серия: Пароль
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Лидия Корсаковна, Элиаш Куземски,
Лешек Хардеген, Анджей Полковски,
Леонард Питрашак и другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Анджей Кониц
1944 год.
"Внимание, внимание!
Скорый до Берлина отправляется от 2-го
перрона в 11 часов 15 минут.
Посадка заканчивается. Двери
закрываются."
- Сообщение из Франции.
В тюрьме, в Сан-Желе...
сидит заместитель...
командира группы "Норд" Богдан Поляк.
Надо его отбить.
Пароль для контакта с местными:
"В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль.
Сузанна любит их только осенью.
Присылает тебе свежую партию."
Тот, кто обратится, знает дату приезда
и то, что вы - офицер.
- Спасибо.
[шум поезда]
[крики чаек, шум прибоя]
- Уже подъезжаем, господин лейтенант.
[музыка в ритме вальса]
- Ну что, лейтенант? Нравится вам
Сан-Желе?
- Так себе построечка.
- Замечательная построечка!
Очень важная в нашей системе обороны,
и помните, что эти спокойные рыбаки...
очень хорошо стреляют.
- Я помню, господин майор.
- Наш отдел Абвера здесь поработает.
- Можно?
- Вы знаете лейтенанта Клосса?
- Нет, господин майор.
- Будете работать с ним.
Он едет как раненый в Польше при
бомбежке поезда.
Приедет через два дня.
Прошу не мешать, лейтенант.
[музыка вальса]
- Извините, господин лейтенант.
- Слушаю.
- Разрешите присесть?
Я недавно из Кракова и никого здесь не
знаю.
Моя фамилия Ормелл.
Выпьете рюмочку?
- Нет, спасибо.
Моя фамилия Фон Форман, и я люблю
одиночество.
- Я понимаю, господин лейтенант.
Так вы приехали позавчера?
- Да.
Вас, я вижу, ничто не смущает.
- Тысяча извинений!
В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль.
- В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль?
Зачем вы мне это говорите?
- Сразу видно, что вы во Франции
только два дня!
На Пляс Пигаль лучшие не каштаны а...
бордели...
- Меня это не интересует.
- Так,.. извините, господин лейтенант.
[шаги]
- Ну, наконец-то! Хьюго ждет!
- Ну, и что?
- Плохо! Сказал пароль не тому, кому
надо.
- Каким образом?
- Всё сходилось.
Он единственный приехал из Польши два
дня назад, то есть 3-го мая.
Молодой лейтенант.
Работает в Абвере. Других подробностей
мы не знаем. Ведь так, Джин?
- Так.
- Попался?
- А черт его знает!
Я сказал, что на Пляс Пигале есть
бордели. Он пошел за мной.
Кажется, я от него отвязался, но не
уверен...
- Успокойся.
Никого не видно.
Сюда столько людей приходит!
Обсудим нападение на тюрьму.
Надо перевезти оружие для людей из
лагеря.
- Я помню!
Но для пользы дела Хубберт уже не
может участвовать в деле.
- Но он - единственный,..
который так знает немецкий!
И если остановят...
- Ясно. Я должен ехать!
- Хорошо... Во сколько поезд?
- Завтра, в 11:30.
- Еще один пост - и мы на месте.
- Где этот пост?
- Сейчас, за поворотом.
- Документы!
- Что везете?
- Женщин на рынок.
- А это что?
- Молоко.
- Молоко?
[выстрел]
[перестрелка]
- Без сознания. На вопросы не отвечает.
- Никого больше не взяли?
- Нет.
Остальные удрали на грузовике.
Только этот остался.
- Так вы говорите, господин Форман...
- Меня зовут Фон Форман,
господин майор.
- Так вы говорите, господин Форман,
что этот парень в мундире
из организации "Тод" показался вам
странным и даже подозрительным?
- Так точно, господин майор.
- Как звучала фраза?
- "В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль."
А потом добавил, что на Пляс Пигаль
есть бордель, так?
Давайте...
его осмотрим!
- Агония.
- Сделайте ему укол!
Любой, чтобы он только заговорил!
Мертвые меня не интересуют!
Быстро!
Скорее! Скорее!
- Где я?
- Ничего не получается.
- Попробуем...
простейшим способом!
Спирт?
- Это его убьет!
Даже одна капля - это смерть!
- Господин майор.
- Что вы хотите сказать, лейтенант?
- Ничего, господин майор.
- В Париже...
лучшие каштаны на Пляс Пигаль.
- Сузанна любит их только осенью.
Присылает тебе свежую партию.
- Всё, господин майор.
- Чтоб вас черт побрал!
- Вы для меня будете просто "лейтенант
Форман"!
Без всяких там "Фон"! Надеюсь,
понятно?
Вернемся к нашим делам.
Вы должны завязать здесь знакомства,
господин Форман,
и почаще вставлять в разговор этот
пароль.
Что? Не нравится вам это задание?
Если кто-то ответит, то прошу
немедленно доложить мне.
- Слушаюсь, господин майор!
- Попался тут к нам один, по кличке
Богдан. Большая шишка.
Пока молчит, но он у меня заговорит!
Этот "Пигаль" может помочь мне.
Надо проверить.
[музыка в ритме вальса]
- Ну? Ваше здоровье, господин
лейтенант!
Только во Франции понимаешь, что такое
жизнь!
Вино, женщины... В той проклятой Польше
и на улицу выходить не хотелось!
- Давно приехали?
- Два дня назад. Был в Париже.
Фюрер прав - это, конечно, гниль, но
попробовать стоит...
- В Париже...
лучшие каштаны на Пляс Пигаль.
- Каштаны? На Пляс Пигаль?
Я не ем каштаны, лейтенант.
- Сразу видно, что вы...
недавно во Франции!
[шепчет]
[смеется]
- Я жду вас уже неделю,
лейтенант Клосс!
- Я был в госпитале, господин майор.
- Что такое?
- Рука, но сейчас уже всё в порядке.
- Хорошо.
Меня зовут Элберт. Без "Фон".
Я из Гамбурга, из простой мещанской
семьи и не люблю аристократов.
- Я тоже их не люблю, господин майор.
- Ну, вот и познакомились.
Для нашей работы чистые руки и
деликатные манеры - это лишнее.
- Так точно, господин майор.
- У моего отдела... здесь двойное
задание:
охрана укреплений от диверсантов в
этом районе,
и организация... переброски на другой
берег.
Учим людей, которые устроят в Англии
небольшую заварушку.
Вы тоже этим займетесь.
А для компании...
прихватите Формана.
Фон Формана.
Его папа был генералом,..
но он так высоко не прыгнет.
Вы меня понимаете?
- Понимаю, господин майор.
- Нашла это в Париже специально для
вас!
Правда красиво?
- А сколько стоит?
- Ну, не так дорого.
Сколько лет вашей жене?
- За сорок.
- А фигура?
- Она покрупнее вас.
- В таком случае, всё очень хорошо!
Ей понравится!
А какие духи вы любите?
- Которыми пользуетесь вы!
- Это будет стоить подороже...
немного. [стук в дверь]
Прошу!
- Принесли рыбу, госпожа!
- Приходите сегодня вечерком...
Будут гости.
- А потом?
- А потом...
мы отметим наш договор.
- Узнала что-нибудь?
- Нет. Не знаю даже, жив ли Хубберт.
Сказал ли им что-нибудь?
- Умер.
Мы наладили всё-таки связь!
Если Хубберт...
проболтался, - может быть... очень
плохо.
Надо будет ненадолго затаиться.
- Надо его предупредить!
- Как это сделать? Как?
Если бы Центр прислал данные пораньше!
- Как его зовут? Как выглядит?
Я попробую это сделать.
- Это - легкомыслие!
- Кажется, французы осторожнее
поляков?
Сейчас я бы этого не сказала!
[стук в дверь]
- Прошу!
- Позвольте, я представлюсь, господин
лейтенант. Меня зовут Фон Форман.
Эллерт сказал мне, что мы будем
работать вместе.
- Очень приятно. Прошу вас, садитесь,
лейтенант.
- Вы первый раз во Франции?
- Да, до войны никак не мог выбраться.
- А я был в Париже. Перед войной.
С отцом. Жили рядом... с Пляс Пигаль.
Там лучшие каштаны.
В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль.
- Сузанна любит их только осенью.
- Присылала тебе свежую партию.
Кажется, мы понимаем друг друга,
лейтенант Клосс.
Тебя зовут Ханс, да?
- Да, Ханс.
Что ты должен мне передать?
- Ты опоздал! Сильно опоздал!
- А в чем дело?
Прошу!
- Господин лейтенант Форман,
к господину майору.
- Встретимся вечером в казино.
[тревожная музыка]
- В этом доме живет старая женщина.
Передней дверью не пользуются.
[покашливание]
- Извините,.. вы хозяйка этого дома?
Мне здесь выделили жилье.
Вы что, не понимаете?
- Прошу закрыть дверь и окно,
лейтенант.
- Мне сказали, что хозяйка... -
пожилая женщина.
- Я не хозяйка.
Я узнала, что в этом доме выделены
комнаты немецкому офицеру.
Немецкому.
- Вы - не хозяйка, тогда...
что вы здесь делаете?
- Окно было открыто - я вошла через
окно.
В Париже лучшие каштаны на Пляс
Пигаль.
- Не понимаю.
Вы что, пришли сюда, чтобы сообщить о
каштанах на Пляс Пигаль?
- Не издевайтесь, лейтенант!
Две последних фразы пароля вы знаете
не хуже, чем я.
- Пароля?
Пароли используют, главным образом,
разведчики.
Если вы не объясните мне, что
происходит,
я прикажу вас...
немедленно арестовать!
- Вы чересчур осторожны, лейтенант
Клосс.
Или вы уже проявили неосторожность?
К вам уже обращались с этим паролем?
Пароль кто-то выдал!
Каждый, кто его произнесет, -
провокатор!
- А вы?
- Вы меня найдете на вилле Ле Труа.
Туда можно приходить спокойно - там
бывают многие немецкие офицеры.
- Я не понимаю, о чем вы говорите.
- Когда поймете, - приходите.
- А если я прикажу вас арестовать?
- У вас еще будет время для этого!
В Париже лучшие каштаны на Пляс Пигаль!
Сузанна любит их только осенью.
Прислала тебе свежую партию.
В будущем я буду навещать вас без
всякой нервотрепки.
Я привыкла к обществу немецких...
офицеров.
Форман: - В Париже лучшие каштаны на
Пляс Пигаль.
- А что это должно означать?
- Очень странный ответ.
Утром... ты отозвался безошибочно.
Думаю, майора Эллерта очень
заинтересует, что...
есть еще кто-то, кто тоже знает...
пароль.
- Какой пароль?
- Считаешь меня дураком?
Тебя кто-то предупредил, да?
- Предупредил? О чем предупредил?
- Слушай... внимательно!
Пароль знали только двое: Эллерт и я.
Допрашивали мы одного парня, который
нам его сообщил.
Я ясно выражаюсь?
А?
- Да.
- И мы ждали появления того, кто знает
отзыв.
И появился ты. Мне достаточно сказать
Эллерту...
- Думаешь, он тебе поверит?
- А ты считаешь - не поверит?
Так или иначе, твоя карьера окончена!
Я люблю ясность! На кого работаешь?
- Доложил Эллерту?
- Время еще есть.
Но его не так уж много,
так что лучше поторопись!
- Чего ты хочешь?
- Допустим, я не хочу докладывать
Эллерту...
Допустим, я не хочу тебе мешать...
Видишь? Я раскрыл карты!
Теперь ты!
- Шантаж.
- Фон Форман никогда не пачкал руки
шантажом!
Может, я попросту не верю в победу
Великого Рейха,
Гитлера, Эллерта и всей этой банды.
Может, я готов... работать против них?
Но я ставлю условие:
во-первых, ты с кем и на кого
работаешь?
- Ты думаешь, я отвечу?
- Нет, не думаю, что сразу ответишь.
Но выхода у тебя нет.
И еще одно...
Наше имение в Пруссии требует больших
расходов.
В интересах немцев сохранить его в
целости.
Требуется 10 тысяч... долларов.
- Дорого себя ценишь!
- Я и тебя дорого ценю! Думаешь,..
что не стоишь дорого?
Даю тебе... два дня.
Послезавтра жду доллары и
информацию.
- А если нет?
- Ну что ж, грустно будет сообщить об
этом Эллерту!
А если вы вдруг захотите меня убрать,..
или это сделают французские
партизаны,..
я оставлю подробное описание нашего с
вами разговора.
После моей смерти майор Эллерт его
получит.
Так что, заботься обо мне,.. как о
себе.
[мужской смех, музыка]
- Ну, господа! Конец забавам!
Девочки! Пора по домам!
- Вы мне обещали, вы мне обещали!
- Вы пьяны, капитан! Абсолютно пьяны!
Все пьяны!
- А что же он?
- Капитан! К кому вы ревнуете!
Одни заботы! Что мне с ним делать?
До завтра, капитан!
Завтра вся Сан Жель будет знать, что у
меня... - новый любовник!
- Сообщила Хьюго о нашем плане?
- Сообщила.
Теперь ты мне веришь?
- Что сказал Хьюго?
- Колеблется... Решение еще не принял.
- Когда он появится?
- Он здесь!
- Ваша затея рискованная. Очень
рискованная!
Но другого выхода нет.
Я согласен,.. но последнее слово за
Джин.
- Обо мне не беспокойтесь!
Если это спасет... Богдана...
- Что с ним?
- Он жив... Пока жив.
Это всё, что я знаю.
Эллерт его допрашивает, но ничего не
может вытянуть.
- Не считайте Эллерта идиотом.
Помните - мы играем в тёмную.
- Давайте поспорим, что Форман еще не
успел договориться с Эллертом.
Не исключень, что Форман работает на
Гестапо, а шантаж - это провокация.
Так или иначе он знает достаточно,
чтобы его... ликвидировать.
- Надо ударить первыми!
- Уточним место и время перевода.
Вместе с Форманом подготовьте приказ
о проведении операции.
Как повеселились, лейтенант?
Я знаю, где мои офицеры проводят ночи.
- Кстати, я хотел бы об этом
поговорить.
- Я не претендовал на роль советника
в любовных делах.
Микрофильм? Что там?
- Фрагмент плана переброски
диверсантов в Англию.
- Откуда он у вас?
- Результат бурной ночи.
Нашел в пудренице некой Джин Молли.
- Она это заметила?
- Я отрезал кусочек для проверки.
- Это удача, Клосс!
К плану имели доступ трое:
я,.. вы,..
и лейтенант Форман.
Как вы думаете,
кто его выдал красавице-француженке?
- Выводы делайте сами, господин майор.
- Не надо сердиться, Клосс.
Вы проделали отличную работу...
Вы..,
я..,
и Форман...
Вы это принесли мне... - остается
Форман!
А больше никто не имел доступа к плану!
- Он был всё время у господина майора.
- Да, я знаю.
Ваше предложение?
- Наблюдать и ждать.
Сменить время и место переброски и...
не сообщать об этом Форману.
- А, может, взять госпожу Молли?
- Боюсь, что у нас нет улик против
Формана.
- Дальнейшие указания потом.
Вы свободны.
Эдда и Франц немедленно ко мне!
[стук в дверь]
Войдите!
Я тебе уже говорил, Франц, - смени
этот плащ!
Любой француз сразу видит в тебе
нашего человека!
- Так точно, господин майор!
- [передразнивая] "Так точно, так
точно!"
Стучишь копытами, а дела не делаешь!
У меня для вас задание.
Проследи за ним, Эдда.
- Можете на меня положиться!
- Есть!
Лучших агентов у Эллерта нет.
Посмотри внимательно!
Теперь иди. У нас 12 часов времени.
Надо объявить тревогу во время развода.
Остальное наше дело - ты и я.
- Этот лейтенант идет сюда.
Я с ним вчера договорился. Иди.
Избавься от этих двоих. Они
сообщат Эллерту, что ты скрылась.
Я буду тебя ждать здесь. [стук в дверь]
- Пожалуйста!
- Меня зовут Фон Форман.
Вы удивлены моим визитом?
- Визиты немецких офицеров...
меня уже давно не удивляют.
Прошу вас, проходите!
- Оставь нас одних, Джин.
- Прекрасная квартира!
Прекрасное место!
Приходит сюда полгарнизона,
и никого ни в чем... не подозревают.
- Никого.
Вы слишком самоуверенны!
- Фон Форманы всегда...
в себе уверены! Ну?
Так что?
- Я принес деньги.
- Речь шла о десяти тысячах!
- Вот как?
А тут нет и половины.
Можешь обманывать Эллерта или этих
ослов из Гестапо, но не меня!
Даю время до 23:00. Жди меня у себя
дома.
В 23:30 меня ждет... Эллерт.
Запомни.
- Эта ваша Молли исчезла!
Мои агенты шли за ней, но она их
оставила с носом!
Надо было ее брать!
- Лейтенант Форман был
у нее сегодня в обед.
- И вы тоже, Клосс!
- К сожалению не слышал, о чем они
говорили.
- Пошли! Может ее схватим.
Может она дома?
[шум машины, тревожная музыка]
- В окнах темно.
[звонит]
- О, как я рада! Прошу, заходите!
В чем меня обвиняют?
В нелегальной торговле?
- Этим займется французская полиция!
Даю вам шанс... Фамилии?
От кого вы получили микрофильм,
который хранили в пудренице?
Для кого хранили? Место встречи?
Способ передачи?
Не будем... тратить время.
- А если я не скажу?
- Выбора нет, Джин!
Это я нашел микрофильм.
Мы знаем, что ты работаешь на англичан.
- Не скажешь... -
узнаешь, что такое адские муки.
- Скажу!
- Хорошая девочка!
Я был уверен в этом!
Такие, как ты, быстро ломаются!
Давно на них работаешь?
- Нет... Два-три месяца, не больше.
Я ведь только передаю информацию.
- Ясно. Кому? Как?
- На дороге в Доувиль есть такой
маленький домик.
Тайник под лестницей.
Там беру указания...
и оставляю... сведения.
- Кто тебе дал микрофильм?
- Я... не знаю, как его фамилия...
Немецкий офицер.
- Никого и ничего не знаешь, да?
И хочешь, чтобы я тебе поверил.
- Я говорю правду!
- Убеди меня в этом!
[тревожная музыка]
Что это?
- Свидетельство о получении.
- Получении чего?
- Даты доставки людей... и снаряжения.
- "Поляна возле Гарниха.
12 мая... в 4:15,
красные огни..,
завтра... утром...".
Завтра утром!
Прекрасно!.. Прекрасно!
Будешь работать на нас и не пожалеешь!
Клосс!
У нас мало времени!
Майор: - 25 километров.
Янек: - Полчаса езды.
- Полчаса езды и английская посылочка
у нас в руках!
Окружим эту Гарниху так, что мышь не
проскочит!
- А что с Форманом?
- Всему свое время, лейтенант!
Теперь так.
Поднять гарнизон, выезд в 1:00.
Занять места в 2:50.
Рапортовать о готовности отряда в 3:00.
Подготовить приказ... и
разослать командирам отделений.
Вы поняли?
Спасибо.
Янек: - Не зажигай свет!
- Ты здесь?
- Здесь.
- Форман не приходил?
- Нет, а что?
- Он исчез.
Должен был быть у Эллерта в 23:30.
Если придет - плохо, не придет - его
показания лягут на стол Эллерта.
- Что же делать?
- Если б знать, что делает Форман и
что думает Эллерт!
Надо его окончательно убедить.
Всё еще торчат!
- Нервничаешь?
- Немного.
Джин.
Будь осторожна и сразу после
операции
уходи с ребятами в лес. Здесь уже
делать нечего.
- А ты?
- Я останусь.
Только подстрахуюсь.
Этот Форман...
- Хотела бы я с тобой встретиться,
когда...
всё кончится.
- И я...
я тоже, Джин.
- Да...
Только я, наверное, буду уже...
очень старой...
[посмеиваясь] Совсем старой!
[стук в дверь]
- Войдите!
- Господин майор, приказы разосланы,
получение подтверждено.
К операции всё готово!
- Хорошо!
Скоро двинемся.
Я получил важное сообщение из Англии.
На те участки побережья, которые вы
указали, подтянуты Британские войска.
- То есть, мадемуазель Молли не врала?
- Не врала. Формана я выслал в штаб
дивизии, чтоб не мешал.
Должен вернуться до нашего отьезда.
Тогда я с ним решу.
- Не рано ли?
- Нет, лейтенант Клосс.
У меня свои хамские методы и, как
видите, результативные.
- Господин майор, а может, пока его
нет, обыскать... его вещи?
- А не плохая мысль!
Хотя вряд ли он что-нибудь хранит дома.
А знаете, как зашифрован офицер,
связанный с нашей Молли?
"Йот 23".
- Клосс!
Ключ, наверное, у Формана.
Когда его возьмем, откроем эту
коробочку.
Хотите попробовать?
- Да.
- Прошу.
Кажется, этот Форман не так уж прост,
и мы ничего не найдем!
Я никогда не доверял Прусской
аристократии!
Но связаться с Англией - это уж
слишком!
Ну, открыли?
- Нет, еще нет.
- О! Кажется, наш друг наконец-то
приехал! [шум мотоцикла]
Майор: Темно, ничего не видно.
Нет, это курьер.
Ну, что там?
- Конверт.
- Оберните руку платком - сохраним
отпечатки пальцев.
Вот, значит, как!
Ему платили... За деньги работал!
Доллары... Хорошенькая сумма!
Пальчики-то, конечно, проверим,
но это уже формальность.
Теперь Фон Форману не выкрутиться!
Только надо его дождаться.
Я буду у себя в кабинете, а вы
проследите за погрузкой.
- Слушаюсь!
- Через час жду у себя.
[тревожная музыка]
- Ты? В чем дело?
- Ждал тебя. Я, как видишь, точен.
- Поторопись, меня уже ждет Эллерт.
- Сначала пойдешь со мной.
- Куда?
- Увидишь.
- Шутишь? Деньги можешь дать мне
позднее.
- Идем!
- Не вздумай стрелять!
- Ты погорел! У Эллерта столько на
тебя!
- Что именно?
- Работа на иностранную разведку.
Показания Джин Молли,
доллары с твоими отпечатками пальцев
и микрофильм с инструкцией.
- Ты забыл о моем письме.
- Оно у меня.
[тревожная музыка]
[крик]
- Быстрей! Быстрей!
Следующий!
А остальные?
- Уже отъехали.
- Формана еще нет. Не будем его ждать.
Есть кому встретить, когда вернется.
- По сообщению госпожи Молли...
груз прибудет через 15 минут.
Хороший улов намечается!
- Господин майор!
- Ну, господин Клосс, сейчас мы
услышим шум самолетов.
[шум мотоцикла]
[взрыв]
[автоматная очередь]
[выстрел]
[автоматная очередь, звон стекла]
[перестрелка]
- Костры гаснут.
Ну, если она нас обманула...
- Господин майор!
Это они развели костер - пекли
картошку.
- Взять их!
Ну? Что там еще?
- Господин майор! В городе напали на
тюремный фургон. Отбили заключенного.
- Богдана?
- Так точно, господин майор!
- А лейтенант Форман?
- Его нет в городе, господин майор.
- И не будет!
Это Йот 23. Опять он нас обманул.
Но больше ему не щеголять в немецком
мундире!
На русский язык фильм озвучен
по заказу Общественного Российского
Телевидения.
Серия 12
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Двенадцатая серия: Измена
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались: Беата
Тышкевич, Рышард Филипски,
Войцех Дуриаш, Артур Молодницки,
Мечислав Яновски и другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Анджей Кониц
1944 год.
- Взять его живым!
"Внимание! Внимание!
Скорый поезд из Цюриха
прибывает на третий перрон.
Будьте внимательны. Отойдите от края."
[шум прибывающего поезда]
[гудок поезда]
- Не стрелять!
[выстрел]
Не стрелять! [выстрелы убегающего]
"Внимание! Внимание! Скорый поезд из
Кракова прибывает на первый перрон."
[выстрел]
[выстрел]
[шум прибывающего поезда]
[выстрел]
- Спасибо вам, пани Кильт.
Это мы виноваты, что он удрал.
- Надеюсь, вы меня
простите, господин Шабе?
Меня могли узнать.
- Надеюсь, нет.
Завтра всё сделаем тоньше.
- Дай это Бог. А теперь быстро в театр -
через 20 минут у меня выход!
А эти цветы можно взять?
- Конечно.
[аплодисменты]
[шум двери]
- Вы - адьютант генерала Болта?
- Так точно! Лейтенант Столп.
Господин генерал кланяется и
просил узнать: когда в Стокгольм?
[включила вентилятор]
- Послезавтра утром.
А вам всё надо знать?
[женский голос:]- Клосс!
Как приятно вас видеть!
- Вы сегодня отлично пели! Спасибо.
- Это вам спасибо.
- Мы идем в кабачок "Золотой дракон".
- Вы, конечно, с нами?
- Отметим мое последнее выступление?
- А я думал...
- Всему свое время, мой дорогой!
[музыка танго]
- Вы, по-моему, слишком смелы,
господин лейтенант.
Мы только вчера познакомились.
- У нас просто мало времени.
- И вы надеетесь его не потерять зря?
- Стараюсь.
- Не выйдет, - послезавтра я уезжаю.
Встретимся в Стокгольме может быть?
- В Стокгольме? Если только после
победы.
- Вы верите в победу?
- Я - немецкий офицер!
- А я - гражданка Швеции. Как же мне
не верить?
Вы рассердились?
- Вы так красивы, что на вас нельзя
сердиться!
- Мой сладкий!
[конец танца]
[аплодисменты]
А почему вы такой грустный, господин
полковник?
- Жаль, что ты уезжаешь!
- Да, завтра... Когда я вас увижу?
- Не знаю, вернусь ли я в Берлин.
Не люблю я этот город.
- Воспоминания?
- Как вам сказать...
- Я... тоже часто думаю о Гейне.
- Не надо об этом!
Выпьем!
- О, извините!
- Какой вы несносный!
Почему они делают такие большие
перерывы?
- Кто?
- Как это кто? Кто!
Оркестр!
- Кристин, дорогая, успокойся!
- Извините.
Пойдем, Берта, - поправим грим.
Прошу прощения, господа.
- Приветствую, господин полковник!
Как веселимся?
- Спасибо.
- Мы еще не знакомы.
- Лейтенант Клосс.
- Очень приятно. Вы, кажется, недавно
в Берлине?
Поздравляю с подружкой! Не буду мешать.
Пора за работу! Хайль Гитлер!
- Странно, что вы не знакомы.
- Кто это?
- Штурмбаннфюрер Фриц Шабе - правая рука
Мюллера... для грязной работы.
- Не понимаю, господин полковник.
- И очень хорошо.
Прошу извинить!
[начало нового танца]
- Наших дам еще нет?
- Еще нет.
Господин полковник.., а
кто такой этот Гейне?
- Жених Кристин, Гейнс Бомелт.
Погиб в Польше.
Она не может его забыть.
Когда приезжает в Берлин, -
останавливается в его квартире.
- Ах так!
Полковник: - Может, все-таки выпьем?
- Я была здесь год назад с Гейне.
Мы пили красное вино.
Во время последнего отпуска он хотел
сыграть свадьбу.
А я... отказалась.
Не могу себе этого простить!
- Хватит уже! Что за грустные мысли!
Выпьем, и господа пригласят нас
танцевать!
[звук воздушной сирены]
Голос: - Все в убежище! Все в убежище,
поскорее!
[звук сирены]
- До свидания!
Берта: - Пока, дорогая!
- Этот налет весь вечер испортил!
- До свидания, до встречи!
- Вы меня не пригласите?
- Не могу.
Могу уделить вам два часа перед
отъездом.
- Два часа?
- Да.
Завтра, в половине седьмого, у
кинотеатра "Рома".
До свидания.
- До свидания.
- Может и не пойдем в кино.
[шум за дверью]
[стук в дверь]
- Входи.
Садись. Чаю выпьешь?
- Спасибо, Оскар.
Не получилось.
- Плохи мои дела!
Старею!
Всё больше боюсь.., а это плохо!
Страх притягивает несчастья.
- Может, сменить место передачи?
- У меня кроме тебя никого нет.
Ты не можешь.
Мне тяжело.
Кто потащит эту тяжесть?
Нас подгоняют.
Кристин Кильт не должна дожить до
завтрашнего утра.
- Что нового?
- Сегодня приехал Роберт, и Кристин...
должна была его ждать... на вокзале.
Охрана не успела вовремя.
В пивной один железнодорожник...
рассказал о стрельбе на Остбанхоф.
Я проверил.
Роберт погиб.
Живым не дался.
Послезавтра приезжает связной из
Кракова.
Он передаст документы.
- Я успею его предостеречь?
- Как?
Они не знают, где он договорился о
встречи с Кристин.
Знают только, что послезавтра утром.
Связной знает ее, а она его.
- А когда стало известно,
что Кристин - предательница?
- Только вчера. Думали, - она -
отличный связной, и вот...
- Она обо мне знает?
- Если возьмут парня из Кракова...
Это - поганое задание, Ганс..,
но в Берлине нет никого другого,
сам знаешь.
- Знаю.
И я это сделаю.
Сейчас ее адрес у меня есть.
[тревожная музыка]
[стучит]
- Это вы?
Вы, однако, очень храбрый!
Ничего не получится!
Даже самый привлекательный мужчина не
может сюда войти в это время.
- Я только хотел...
Голос: - Кристин!
В чем дело, Кристин?
- Ничего, тетя. Господин ошибся.
- Но завтра, в половине седьмого?
- Да.
- Так... Завтра надо получше
подготовиться.
- Госпожа Кильт вела себя
великолепно!
Ума не приложу, как он всё сообразил?
- Эта деликатная работа не для тебя,
Фриц.
Завтра пойдем вместе.
Госпожа Кильт сделает то, что от нее
требуется, и может ехать в Швецию.
- Ты ее отпускаешь?
- С красивыми женщинами надо быть
поласковей.
Она сама к нам обратилась.
Может, еще и пригодится.
Что она делала вечером?
- Была в "Золотом драконе" со Шмеком и
с тем лейтенантом... э...
Клоссом.
- Ей незачем общаться с кем-либо из
Абвера!
- Добрый день, Ганс! Что слышно?
Собрался в кино?
- Да.
- В милой компании?
Не теряйся, мой дорогой. У тебя мало
времени!
- Почему?
- Скажу по секрету..,
я видел на столе у шефа подготовленный
приказ.
С Берлином - всё, возвращаешься в
Польшу.
А хотел бы в Стокгольм, да?
- Почему?
- Она же туда едет?
- Кто?
- Хватит притворяться! Красивая
певичка, госпожа Кристин Кильт.
С ней стоит раз показаться, и весь
Берлин о тебе будет говорить!
Это же ясно!
[тревожная музыка]
Дворник: - Добрый вечер!
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
[шаги, тревожная музыка]
- Это вы стучали сегодня ночью?
Что вам угодно?
- Я застал госпожу Кристин?
- Она же договорилась с вами у
кинотеатра. Не знаю...
- Она не пришла.
- Очевидно, передумала.
Оставьте ее в покое, молодой человек!
Она думает только о моем племяннике -
о нашем бедном Гейне.
- А можно узнать, куда она пошла?
- Не знаю!
Сказала, что вернется не позднее, чем
в 9:15.
- Пива.
- Слушаюсь, господин лейтенант.
[тихо] Не надо сюда приходить.
Через час я буду дома. Что случилось?
- Приказ не выполнен. Она жива.
- Ой, простите, господин лейтенант!
[тихо] Центр не успел предупредить -
связником будет женщина.
Я принесу вам другое пиво!
[тихо] По документам Эльза Шмидтке.
- Через минуту будем в Рейхе!
Уже граница.
- Да мы всё это время были в Рейхе!
Вся эта земля - немецкая.
- Прекрасно! Немецкая.
- Граница. Проверка документов!
Спасибо.
Госпожа Эльза Шмидтке?
- Да.
- Вы до Берлина?
- Да, до Берлина.
- Всё в порядке.
- Спасибо. Хайль Гитлер!
[танцевальная музыка]
- Ганс!
Ты один?
- Да.
- А где Кристин?
- Не знаю.
- Не знаешь? Ну так выпьем?
Рюмку для господина лейтенанта!
- Спасибо.
- Было тут Гестапо. Искало тебя.
- Меня?
- В общем-то, искали Кристин Кильт...
- Я ее не видел. А зачем она им?
- Мне не сказали.
Очень нервничали. Допрашивали дворника
у дома.
Кристин ушла - еще не было семи.
Дворник видел, что подъехала машина,
но он не уверен, - села ли она в нее.
- Господа из Гестапо часто ищут тех,
кто уже давно у них.
- И так бывает, но сейчас Мюллеру
Кристин нужна позарез.
Ты что, ничего не знаешь?
- Не знаю.
Я посчитал, что она раздумала со мной
встретиться.
- И решил развлечься в "Золотом
роге", да?
- Теперь и я начинаю нервничать!
- Основания у тебя есть.
Скажу больше: она, ведь, и с Мюллером
договорилась.
И к нему, кажется, тоже не пришла.
- Тебе всё известно!
- Почти... всё.
А вот и Фриц Шабе.
[танцевальная музыка]
- Я вас искал!
Где Кристин Кильт?
- Я бы тоже хотел знать!
- Я не шучу. Это государственное дело.
И разговор у нас... официальный!
- Вы не могли бы сказать, что
происходит?
- Это излишне. Нам нужна Кристин
Кильт, понимаете?
- Может, она пошла куда-нибудь?
К знакомым или к подруге?
- Сейчас уже 22 часа.
Самое позднее - в 21:15 она должна
была быть у себя.
Когда вы ее видели в последний раз?
- Вчера вечером.
Мы договорились встретиться сегодня
в половине седьмого у кинотеатра
"Рома". Она не пришла.
- Что делали потом?
- Пошел к ней домой.
Мне сказали, что она ушла без 15-ти
семь, предупредив, что идет в кино.
- И на свидание не пришла?
- Я это уже говорил.
- Лейтенант Шульц и лейтенант Клосс
встретились здесь, конечно, случайно.
Господа из Абвера любят ночные
рестораны!
- Конечно, а вы считаете, что в этом
есть что-то предосудительное?
- Мы найдем Кристин Кильт. Смею вас
уверить!
Янек: - Готов вам помочь.
- Будет хорошо, если не будете мешать!
Если кто-то из вас что-то припомнит,
прошу тут же доложить.
Надеюсь, у нас еще будет... о чем
поговорить!
- Мне кажется, лучше всего, если мы
здесь чуть задержимся.
- К сожалению, мне уже пора.
- Как хочешь,.. но советую остаться.
Это хороший совет, мой дорогой.
Ни одна женщина не стоит того, чтобы
ради нее рисковать карьерой.
- Даже карьерой? Ты, видно, много
знаешь!
- Нет, приятель. Я понятия не имею,
где сейчас находится госпожа Кильт.
Но где бы она ни была, не стоит ее
искать.
Она тебе так нравится?
- Я пошел.
- Выпей!
- Нет.
У меня к тебе просьба - одолжи мне
свой мотоцикл.
- Бери.
- Спасибо.
[стук]
- Добрый вечер! Портье сказал, что вы
еще здесь.
- Это вы! Я спешу, меня уже ждут.
А в чем дело? Вы должны были
встретиться с Кристин.
- Кристин исчезла! Ее ищет вся полиция
Берлина.
Вас никто не допрашивал?
- Нет.
Садитесь, пожалуйста.
[тихо] Какие-то люди были у директора.
Может, поэтому?
Вы тоже ее ищите?
- Да.
- Официально?
- Госпожа Берта, кто приходил вчера в
гримерную Кристин?
Я боюсь за нее!
- Полковник Шмек.
Тот, с которым мы были в "Золотом
драконе".
А до этого...
- А до этого?
- Лейтенант Столп. Но он очень
недолго.
- Кристин давно знает Столпа?
- Она... знала генерала Болта.
Столп - его адьютант.
Вы, ведь, знаете, что Гейне служил под
командованием генерала Болта?
- Так, скажите, а что случилось с
Гейне?
- Вы извините, лейтенант, но это никак
не связано с исчезновением Кристин.
- Боюсь, что ее похитили.
- Что?
- Так что говорите.
- Гейне... служил в Варшаве.
Он был отличный парень!
Его нашли изуродованным на одной из
улиц.
Поляки!
- Поляки...
Понимаю.
- Ты готова?
Что вы здесь делаете?
- Уже ничего. Спокойной ночи!
[шум мотоцикла]
[шум двери, тревожная музыка]
[быстрые шаги]
[тревожная музыка]
- "Кирстховен".
[звук быстрых шагов]
[звук двери]
- Руки вверх!
Не поворачиваться!
Где Кристин?
Отвечай!
Стреляю, а потом вызываю Гестапо!
- Не знаю! Я выполняю приказ.
- Чей приказ?
- Генерала Фон Болта.
- Что тебе приказано найти?
Ну?!
- Карточки.
[тревожная музыка]
[шум мотоцикла]
- К дежурному офицеру!
- Господин лейтенант!
- Хочу доложить о деле
чрезвычайной важности
генералу Фон Болту.
- Генерала нет, он уехал.
- Звоните ему домой. Я - лейтенант
Клосс из Абвера.
[телефон звонит]
[телефон звонит]
- Фон Болт.
Да.
Я сегодня больше не принимаю.
Да.
Ну, хорошо, хорошо.
Дайте ему трубку.
- Докладывает лейтенант Клосс.
Речь идет о задании на Шансон
Штрассе,
которое вы поручили
своему офицеру.
- Приезжайте.
- Генерал Фон Болт старается
установить контакт
с резидентом американской разведки в
Стокгольме Кирстховеном.
Этот Кирстховен уже дважды пробовал
договориться с немцами.
Я докладывал об этом в Центр.
Посредником была Кристин Кильт.
- И продала Болта Гестапо.
- Может, еще нет.
Но Болт узнал о ее сотрудничестве с
Гестапо.
- Думаешь, он ее прикончил?
- Скорее всего, спрятал.
- Значит, наша связная в безопасности?
- Ты не знаешь, как они поведут игру.
Это надо переписать...
и расшифровать.
- Откуда это у тебя?
- Нашел у Кристин. В пояске ее платья.
Это - старый способ! Сообщи в Центр,
что он уже раскрыт.
И будьте наготове всю ночь.
- Ясно. Куда сейчас?
- Меня ждет генерал Фон Болт.
[шум мотоцикла]
- Лейтенант Клосс к генералу!
- Господин лейтенант Клосс?
- Так точно.
- Лейтенант Столп, адьютант генерала.
Господин генерал ждет.
- Войдите.
- Господин генерал, лейтенант Ганс
Клосс.
- Почему вы меня беспокоите ночью?
- Что случилось с Кристин Кильт,
господин генерал?
- Не понимаю, почему вы меня
спрашиваете?
Ну?
Решительнее, лейтенант!
- Представим себе, что то, что искал
ваш адьютант, лейтенант Столп,
оказалось в посторонних руках.
- Столп?
А чего он мог искать? Столп?
- Это... вы должны знать, а не я.
- Ерунда!
Или вы немедленно объясните мне, в чем
дело, или покиньте мой кабинет!
Что за кошки-мышки?
Я ничего не понимаю!
- Это опасная игра, господин генерал!
Нельзя ее доверять людям, которые вас
могут подвести.
- Нельзя давать офицерские звания
молокососам!
Вас не учили... доверять начальству?
Всё, что я делал, я делал для величия
Германии!
- Верю.
- Что вы знаете?
- Более, чем достаточно.
- И хотите сообщить Гестапо?
- Я хочу знать: здесь ли Кристин Кильт,
и что вы собираетесь с ней сделать?
- Ничего вы не узнаете!
Можете идти!
[уходящие шаги, шум двери]
[набирает номер]
[шум уезжающего мотоцикла]
- Приготовил, что тебе приказано?
- Так точно!
- Следуй за мной!
- Так точно!
- Оружие взял?
Надо взять!
[шум металлического запора двери]
- Уберите это отсюда!
Уберите!
- Успокойся!
Я - не Гестапо, но с такими, как ты,
разговаривать умею!
[шум запираемой двери]
Столп: Следи за ней!
[плачет]
Столп: - Привести ее, господин генерал?
Болт: - Нет, я сам спущусь.
- Открыть!
- Идите наверх!
Я позову вас, когда потребуется!
- Как вы можете!
Как вы смеете держать меня здесь!
- Вы сами виноваты!
Вы сотрудничаете с Гестапо?
- Да, но не в этом вопросе.
- Что вы сказали обо мне... Мюллеру?
- Ничего.
- Вы думаете, я вам поверю?
Где то письмо, которое вы должны были
доставить в Стокгольм? В Гестапо, да?
- Нет.
Оно у меня дома. Я с Гестапо только
против поляков!
Я думала, что вы, как командир Гейне,
будете мне... доверять!
- Вы сотрудничаете с Гестапо.
С Гестапо, которое убило Гейне!
- Его убили поляки!
- Это... официальная версия.
Гейне был предателем.
Работал на поляков, и Мюллер его
ликвидировал,
но у меня иные претензии к Гестапо!
- Но почему вы молчали?
- Это не важно.
- Выпустите меня!
- Сначала скажи: где письмо
Кирстховену
и какова во всем этом роль лейтенанта
Клосса?!
- Ничего я не скажу! Ничего не скажу!
- Я ждал тебя, Ганс! Тебя срочно
вызывает шеф!
- Шеф?
- Да, - адмирал. Поторопись.
- Господин лейтенант?
- Лейтенант Ганс Клосс к господину
адмиралу!
- Прошу за мной, господин лейтенант!
Господин капитан! Лейтенант Клосс к
господину адмиралу!
- Прошу за мной, господин лейтенант!
Господин майор! Лейтенант Клосс к
господину адмиралу!
- Господин адмирал, прибыл лейтенант
Клосс.
Слушаюсь, господин адмирал.
Прошу вас, лейтенант.
- Подойдите ближе!
На кого вы работаете?
- На вас, господин адмирал!
- Почему вас интересует Кристин Кильт?
- Я в нее влюблен!
- Вы - идиот, господин лейтенант!
- Так точно, господин адмирал!
- Это мы установили. А теперь быстро,
что вам известно?
- Я знаю, что генерал Фон Болт
послал лейтенанта Столпа в
квартиру госпожи Кильт.
Я догадался, что она находится у
генерала и поехал к нему.
- Вы его шантажировали?
- Столп признался, что искал у госпожи
Кильт какие-то записки.
Я подумал, что это любовные
послания генерала,
а я очень ревнив,
господин адмирал.
- Вы лжете, Клосс!
Вы, ведь, не такой идиот, каким хотите
казаться!
Мы оба знаем, что там написано!
Надеюсь, вам теперь всё ясно?
- Так точно!
- А вы не хотите доложить об этом еще
куда-нибудь?
Не советую!
- Я умею молчать, господин адмирал!
- Вы уже обо всем забыли!
Запомните только мой приказ: больше вы
не ищете Кристин Кильт!
Понятно?
- Так точно!
- И советую влюбиться в другую особу!
Можете идти.
- Ну, наконец-то! Ты забыл отдать мне
ключи.
- Да, действительно. Извини.
Спасибо. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи.
Приятных сновидений, Ганс!
[шум мотоцикла]
- Лейтенант Клосс!
Я вас уже час ищу!
Мюллер хочет с вами говорить!
- Сейчас?
- Немедленно!
[стучит]
Охранник: - Прошу успокоиться!
Что случилось?
- Я задыхаюсь! Выпустите меня!
[шум отпираемой двери]
- Приказ генерала. Ничего не
поделаешь!
Хотя вы и очень красивы...
- Хоть откройте окно!
Там же решетки, - я не убегу!
[тревожная музыка]
[телефон звонит]
- Адьютант генерала Фон Болта
лейтенант Столп слушает!
Столп: Так точно! Так точно!
Столп: Хорошо... Да...
[тревожная музыка]
[шум двери]
- Ну, наконец-то, господин лейтенант
Ганс Клосс!
Прошу садиться.
Что сказал адмирал?
- Не очень-то тепло вы принимаете
гостей, штардантенфюрер!
- Заткни пасть! Я знаю, что ты был у
адмирала. Что он сказал, говори!
- Ничего из того, что вас заинтересует!
- Ты наглец!
Шабе, скажи ему, что мы делаем с
наглецами...
- И теряете тех, кто хочет с вами
сотрудничать!
- [с иронией] Слышал, Шабе?
Он хочет с нами сотрудничать!
Что тебе сказал адмирал?
- Спрашивал, не знаю ли я, где Кристин
Кильт.
- Так, значит?
Почему она его интересует?
- Видно, Шульц доложил ему о ее
исчезновении.
- Что ты сказал?
- То же, что могу сказать тебе, - что
ничего не знаю.
- А что ты делал... весь вечер?
- Был в театре, спрашивал о Кристин,
потом был у нее дома - никого не
застал.
Погулял по улицам.
- Это всё?
- Всё!
- Может, закурите, лейтенант?
- Спасибо.
- Исчезновение Кристин Кильт может
нам... дорого обойтись!
[тревожная музыка]
[шаги]
[шум машины]
[шум мотоцикла]
- Работаете вместе?
- Не болтай чушь! Садись, Ганс!
- Садись!
Вылезай!
- Шульц, скажи ему, чтобы не валял
дурака.
- Убери пистолет, Столп.
Открывай!
- Теперь говори, что сказал Гестапо!
- Спокойно, Столп.
Что ты сказал Мюллеру, Ганс?
- Ничего не сказал.
Через час сами в этом убедитесь -
Гестапо не поедет к генералу.
- Это уже не важно. Эта дамочка
упорхнула.
- Ах, значит, всё-таки она была у Болта?
- Можешь радоваться.
Это ты помог ей удрать!
- С ума сошел!
- Хватит шутить, Ганс! Где она?
- Когда она удрала?
- А письмо? Это ты нашел письмо!
- Допустим.
- И что с ним сделал?
- Хватит с ним разговаривать!
Надо его прикончить -
он слишком много знает!
- Не мешай! Слушай, Ганс.
Мне будет неприятно, если...
- Если вы меня убьете, а
письмо попадет к кое-кому.
- Если ты работаешь на Мюллера, то...
- Убери пистолет, Столп.
Я не работаю на Мюллера!
Вся ваша конспирация - это детские
игрушки!
Если бы я работал на Мюллера, то не
приехал бы сюда!
Убери оружие!
Когда она убежала?
- Полчаса назад.
- Отвезите меня в город и
возвращайтесь на службу.
Там хоть польза от вас будет.
Стыдно за вас, господа офицеры!
[шум поезда]
- Нет ли у вас огонька?
- Прошу вас.
- Спасибо.
Мы, кажется, опаздываем?
- Да, минут на сорок.
[тревожная музыка]
[тикание]
- Алло! Кто говорит?
- Госпожа Кильт у себя дома.
[шаги]
[звонок в дверь]
Мюллер: - Ну, наконец-то!
Где вы были? Что с вами случилось?
У нас мало времени - отвечайте!
- Мне нечего сказать.
- Как это, нечего сказать?
- Оставьте меня в покое!
- Надо немедленно ехать на вокзал!
Прошу быстро переодеться.
Сегодня будем более осторожны.
- Не расчитывайте на меня!
Кристин: Никуда я не поеду!
Никого не выдам!
Не расчитывайте на меня!
Мюллер: - Что вы сказали?
- Я больше на вас не работаю!
Это вы убили Гейне!
Мюллер: - Кто это сказал?
Кристин: - Не важно кто!
- Вы думаете, от нас легко отделаться?
Вы многого не понимаете.
- Я - гражданка Швеции!
- Шведское гражданство не поможет!
Три минуты... даю на переодевание!
- И не расчитывайте! [выстрел снаружи]
Мюллер: - Что там происходит, Фриц?
Фриц: - Да пришел этот Столп. Я его
пригласил наверх...
- Уходим!
- Нет.
Фриц: - ...а он выхватил пистолет и
застрелился. Нечистая совесть!
- У нас три минуты! Прошу за мной!
- Нет!
- Фриц, объясни ей, что пора ехать.
[тревожная музыка]
[взрыв, звон стекла]
[шум поезда]
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного Российского
Телевидения".
Серия 13
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Тринадцатая серия: Без инструкций
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли лейтенанта Клосса:
Станислав Микульски
В ролях: Густав Луткевич,
Витольд Пыркош, Зигмунд Маланович,
Лешек Хердеген, Анджей Богуцки,
Здислав Маклакевич и другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Януш Моргенштерн
1944 год.
["Внимание! Посторонним
вход запрещен!"]
- Итак, когда же, господин профессор
Поршатт?
- Мы займемся этим сразу же после
проверки механизма,
наводящего ракету на цель.
- Много ли это времени займет?
- Господа! Заверяю вас, что мы
постараемся
сделать всё, как можно быстрее.
Но сами понимаете... -
это только первые пробы.
Нужно было... раньше об этом думать!
Интерферометр Мехельсона известен уже
лет 50.
Дело только в его...
усовершенствовании.
Я хочу создать прибор,
который поднимет температуру светового
пучка... до солнечной!
[бой часов]
["Лондон"]
- Это здесь.
Сначала я не обращал внимание на
рапорты летчиков,
но они стали повторяться.
Было замечено что-то похожее на ракету
или снаряд.
Одному летчику удалось
сфотографировать
огненный спиральный путь такого
предмета.
Предмет направлялся к самолету,
и при попытке летчика уклониться, как
бы менял траекторию.
- Что значит менял?
- Он преследовал самолет.
- Что вам еще известно, полковник?
Ведь, худшее вы оставили на десерт?
- Пришли по этому делу два рапорта от
Зет 82. Он работает...
- Он работает медленно слишком!
- Зет 82-й доложил, что речь идет
об опытах профессора Поршатта,
любимца Гитлера.
Поршатт работает, видимо, над новым
оружием,
которое назвал "лучи Йот".
- Что это, полковник Никольс?
Управляемая ракета или снаряд
типа Фау 1 или Фау 2?
- Зет 82-й не смог это уточнить.
Знает, что здесь нет ничего общего с
Фау 2.
Может быть, это... концентрация
световых лучей?
- Где работает Поршатт?
Где его лаборатория?
- Где-то здесь.
- И мы будем бомбить где-то здесь?
Вы знаете, что случится, если они
закончат работы до нашего вторжения?
- Зет 82-й молчит, мы потеряли с ним
связь.
- Ну? Дать еще?
Говори, если хочешь жить!
Что ты знаешь о профессоре Поршатте?
Твой криптоним! Еще упрямишься?
Ведь ты подписал шпионской кличкой
рапорт, спрятанный в зажигалке!
Может быть, ты и зажигалку не можешь
припомнить?
Ну?
Сначала нам расскажи, кого ты провожал
в Альдам?
Как зовут того мужчину?
Тебе это надо, Ганс?
Ну что же, попросим господина... Зет 82
рассказать нам всё о своих английских
дружках.
Губерт!
Возьми этого парнишку на пару минут,
потом доставь его обратно.
И попроси фройляйн Ляун.
Фройляйн Ляун - ассистентка профессора
Поршатта.
Ну, скажем, скорее приятельница, чем
ассистентка.
Сейчас, когда профессор Поршатт уехал,
она живет одна... на его вилле.
Охотно с нами сотрудничает.
- А куда уехал Поршатт?
- Не только ты хотел бы это знать!
У Поршатта очень важное задание.
Одно скажу тебе Ганс: сам Фюрер на
него расчитывает!
- Фройляйн Ляун видела того мужчину в
Альдаме? [стук в дверь]
Это она тебе скажет сама. Прошу!
- День добрый!
- Добрый день!
Лейтенант Клосс.
Я рада с вами познакомиться!
Лёзе рассказывал о вас.
- Пожалуйста, садитесь.
- Что вы еще хотели узнать?
- Нас интересует мужчина, которого
вы видели позавчера в обществе...
- Винарта?
Должна сказать, что Винарт мне сразу
показался подозрительным.
Мы познакомились в кафе, и он стал
ухаживать за мной.
А я не люблю назойливых мужчин!
[смеются]
Он всё время расспрашивал.
Хотел узнать, где сейчас профессор.
Это у меня то? [смеются]
Два дня назад я заметила его на
остановке.
Он был... с молодым мужчиной.
- Вы узнали бы этого мужчину?
- Вряд ли... С трудом...
Было темно!
Они поехали в Альдам и там
расстались, у казармы.
Вчера я должна была поздно вернуться
домой. Винарт это знал.
Но я вернулась раньше и застала, когда
он шарил в столе профессора.
Он пытался запугать меня.
Забыл, что такие женщины, как я,
всегда вооружены!
[смеются] Да...
Это вроде всё.
- Ну что ж...
Благодарим вас, фройлин Ляун.
- До свидания.
- До свидания.
- Губерт! Арестанта сюда.
[тревожная музыка]
Лозе: Сажай его!
Ну? Теперь всё скажешь?
Ну? Что ж ты искал у Поршатта?
- Управляемые снаряды.
Место... производства.
- Господин...
- Молчать! Прервать допрос!
- Он только начал сознаваться...
- Прервать допрос!
Увести арестанта, дать ему есть,
вызвать доктора!
Без моего приказа не допрашивать!
- Господин майор...
- Молчать, Лозе!
Мне нужно подумать.
Вам тоже бы не помешало.
Кто приказал вам, Лозе?
- Вы были в Берлине. Мне доложили об
английском шпионе.
- Кто доложил вам это?
- Марта Ляун, секретарша Поршатта.
- В чем признался?
- Как раз он начал говорить,
наверно бы признался.
- Вы, Лозе, идиот!
Фамилия, место службы!
- Лейтенант Ганс Клосс.
Разведцентр Кольберт, в настоящее
время спецгруппа Альдам.
- Зачем вы его привели?
Янек: - Возникла опасность, что...
- Вас не спрашивают!
- Из показаний Марты Ляун следовало,
что английский шпион был связан
с кем-то из спецгруппы разведки.
- В Альдаме готова наша группа для
заброски в Англию.
- Я сам этим займусь!
Все меры, что необходимы, предприму я
сам.
Вы хорошо меня поняли, господа?
[звонит]
- Вы к доктору Растель?
- Да.
- Вы не знаете?
- А что случилось?
- Это было вчера. Он разбился на
машине недалеко от моста на месте...
[тревожная музыка]
["Доктор Растель погиб. Нужны новые
контакты. Йот 23"]
[тревожная музыка]
- Продолжайте, Вильдан.
- Панцернаки - девять малокалиберных
пуль, пробивающие панцирь.
Обычный пистолет, калибр 5.
Две мины сильного действия с часовым
механизмом.
Радиостанция.
Янек: - Так. Фамилия?
- Боб Тэйлер. Работаю в доках Габер.
Сейчас я в отпуске. Еду к матери в
Лондон.
- В порядке.
Ваша подготовка закончена.
Вскоре вы окажетесь на территории
врага - в Англии.
Подробные инструкции вам даст майор
Форбах.
Шлессер, у кого из них вчера была
увольнительная?
- У Штрайта.
- Где ты был?
- В городе, в кафе на Микенштрассе.
Я там встречался со своим знакомым.
- Он проводил тебя сюда?
- Да.
- Плохо!
Никто не должен видеть, как вы входите
в это здание!
Прошу продолжать занятие.
[тревожная музыка]
["Йоган Штрайт"]
- В городе 12 районов: Кэмден, Гринвич,
Хэкней...
- Спасибо. Вы свободны.
- Когда их будет инструктировать майор
Форбах?
- Завтра. Руководителем группы
назначен Штрайт.
Это всё, что я знаю.
Нам даже не сообщили, куда их
посылают, когда и с каким заданием.
- Нам этого и знать не надо.
- Молодчина этот Штрайт! Он лучше
всех, кто был здесь до сих пор.
- Откуда он?
- Из Гамбурга.
Его хотели послать на Восток, но
передумали. Помните?
- Нет.
- Как нет?
- А, верно! Вас тогда здесь не было.
Честно говоря, тем, на Востоке, не
повезло.
Почти вся группа замолчала.
- Штрайт часто получал увольнения?
- Часто, всегда, когда хотел.
- Куда он ездил?
- Не знаю. Лично я не знаю.
- Мог он, например, ездить в
Арнсвальде?
Там, говорят, очень красиво.
- Арнсвальде?
У меня там знакомая. У нас служила.
Очень хороша!
Герда Тильзер.
Я часто там бываю.
Прекрасный курорт...
Яхты, байдарки...
- Вас к телефону.
- Слушаю!
[женский голос:] - Лейтенант Клосс?
- Да. Кто это говорит?
- Я Марта Ляун. Вы меня помните.
Очень прошу вас прийти ко мне.
Это важно, очень важно!
- По этому вопросу прошу вас обратиться
к оберштурмбаннфюреру Клейсту.
- Я звонила, ему некогда. Сказал, что
у него нет времени,
а мне очень страшно! Приходите скорее!
- Хорошо, прийду.
[шум двери]
- Я ждала больше часа!
- Прошу вас, садитесь.
У нас, случается, ждут и подольше!
Ну, и чего вам нужно?
- Меня зовут Верта Фон Лютвиц.
- Ну и что?
- Два дня назад недалеко от госпиталя
разбился автомобиль.
Привезли тяжелораненого мужчину.
Это был доктор Растель.
Я его знала - иногда его приглашали на
консультации.
Это был хороший врач. Он умер.
- Ну и что дальше?
- Вы нетерпеливы и невежливы!
Так вот, доктор Растель перед смертью
пришел в сознание.
Мог говорить, но не мог двигаться.
Мы были в палате одни.
Когда я нагнулась, чтобы ввести ему
морфий, он сказал:
"Сестра, откройте мою врачебную
сумку.
В коробке со шприцами лежит записка.
Прошу вас, достаньте ее...
и сожгите при мне."
Я нашла эту записку - кусочек бумажки,
покрытый цифрами.
Он смотрел с ненавистью, когда я ее
прятала.
Вот она.
[набирает номер]
- Шорт... Ко мне.
Почему вы с этим пришли ко мне только
сейчас?
- Сначала - долг перед больными,
потом - перед государством.
- Сестра, прошу вас навсегда забыть об
этом. Хорошо?
- Уже забыла.
- Спасибо.
Шорт!
Поставь своих людей на голову, но
пусть расшифруют этот паштет.
А я пока нанесу визит одному доктору,
которого, к сожалению,.. нет в живых.
[звонит]
[звонит]
[тревожная музыка]
["Профессору Поршатту, Арнсвальде"]
[выстрелы]
- Прошу ближе, господин лейтенант.
Что это столь важное вы собирались мне
сообщить?
- Марта Ляун убита!
Я нашел ее на вилле профессора
Поршатта.
- Правда, это и есть столь важно?
Вас так... потрясла ее смерть, что вы
пришли прямо ко мне?
- Ведь она работала на Гестапо!
- Первый раз слышу!
А вы, Лозе, знали?
- Я ее как-то допрашивал,.. и всё!
- Когда я выходил из виллы, в меня
стреляли!
- Ах, так!
А что вы там делали?
А, может, это вы убили... бедную Ляун?
- Господин оберштурмбаннфюрер,
я пришел сюда, потому что считал
своим долгом.
На виллу Поршатта меня вызвала по
телефону Марта Ляун.
Она была очень взволнованна!
- А!.. Вы опекаете взволнованных
женщин!
Да вы просто рыцарь, Клосс!
- Стараюсь!
- Вы избежали смерти, лейтенант.
А смерть, порой, настигает слишком
усердных.
Что ж касается... этой Ляун,..
может, это любовник, или напали
бандиты...
А, может, чересчур много знала!
Сообщите уголовной полиции.
- И сказать, что вас не интересует
расследование?
- Ничего не сказать!
А вы, я вижу, не очень догадливы!
Давно в разведке?
- Третий год.
- Достаточно, чтобы поглупеть.
Сообщите в уголовную полицию, не
морочьте мне зря голову!
Понятно?
- Так точно!
- И не усердствуйте, Клосс!
[плеск воды]
[шум прибоя]
- Согласно инструкции, разделимся!
В трех милях отсюда есть старый ветряк.
Ждите там до завтрашней ночи.
А если кто влипнет, - остальным
выполнять задачу по инструкции!
А теперь спрячьте понтон и скорее
сматывайтесь!
[шум прибоя]
[музыка британский марш]
- Сержант Вайт докладывает: всё в
порядке, господин полковник!
- Садитесь.
- Этот тип сошел с ума!
Он твердит, что высадился с немецкими
шпионами.
Я проверил - его зовут... Боб Пирсон!
Все его бумаги в порядке...
- Где это я? Я же просил вас,
чтобы вы отвели меня в полицию.
- Вы в местном штабе Гражданской
обороны.
Чем вы докажете сказанное вами?
- Вот.
- Действительно... Вы доказали.
Вайт!
Надеть наручники!
[тревожная музыка]
- Слушайте, Вильден!
Вы окружены!
Если через три минуты не выйдете, мы
откроем огонь!
Мы знаем о вашем задании всё!
Предупреждаю, выходить с поднятыми
руками!
[тревожная музыка]
- Давно я таких не курил!
- Вы можете их курить до самого конца
войны - вы это заслужили.
Мне сейчас доложили о захвате ваших
сообщников.
Что вас склонило перейти на нашу
сторону?
Ждете награды? Ненависть к режиму?
- Полгода назад меня завербовал ваш
агент - Зет 82.
Я был тогда слушателем разведшколы в
Кольберге.
- Что вы знаете о Зет 82?
- Винерта взяли.
Его выдала Гестапо Марта Ляун -
секретарша и ассистентка
профессора Поршатта.
- Значит, это правда...
Вы знали, что Зет 82-й интересуется
Поршаттом?
- Да.
Марту Ляун убрал я.
Испугался, что она... может выдать
меня.
За несколько дней до своего ареста Зет
82-й успел передать мне микрофильм.
- Зет 82-й сказал вам, что заснято на
этой пленке?
- Нет. Я знаю только, что она связана
с работами Поршатта.
Винерт мне сказал, что это очень
важно,..
и что вы знаете, в чем там дело.
- Спасибо, Штрайт или Пирсон, как вам
больше нравится.
Завтра вами займутся наши офицеры из
американской разведки.
[набирает номер]
Простите, что помешал, но у меня
крайне важная новость.
Это "где-то", о чем я сообщал в
последнем рапорте,
и то, что должны разбомбить наши
самолеты называется Арнсвальде.
[звонок телефона]
- Алло!
Герда?
Даю.
- Слушаю?
Не ожидала, что вы так скоро приедете!
- Мы с лейтенантом Шлессером закончили
большую работу,
и я решил немного подышать свежим
воздухом.
- Значит, отпуск? У меня
предложение.
Мы тоже закончили одну работу.
По этому случаю у нас сегодня
вечеринка.
И, если у вас не будет других
занятий...
[музыка танго]
- Осмотрели городок?
- Да, до вечера было много времени.
Только что тут смотреть? Рынок и две
улицы крест-накрест.
А сразу за рекой - территория,
недоступная для туристов.
Кругом посты, собаки...
- А я работаю там.
- Ах, так это из-за вас там
такие меры предосторожности?
- Может быть!
- Не понял?
- Перейдем на "ты".
Жаль, что я не встретила тебя раньше!
- Это мы исправим!
- Нельзя. Я выйду за Артура.
Он будет чудесным мужем!
А ты не годишься в женихи.
[Янек смеется]
Слишком быстро заводишь знакомства.
- Блицкриг - наша немецкая черта!
[музыка, нарастающий гул самолетов]
[выключила музыку, гул самолетов]
- Слышите? Они летят!
[взрывы бомб, сирена воздушной тревоги]
- И они бомбят!
- Действительно!
- Надо пойти в бомбоубежище!
- Мы можем спокойно пить - город не
тронут. У них объект получше!
- "Объект получше" - ты хорошо сказал!
- Прекратите! Вы совсем пьяны!
Английские самолеты бомбят наш завод,
убивают немцев, а вы...
- Там нет ни одного немца.
Весь этот завод построили мы.
Там только фанера и бревна, глупышка!
- За меткую бомбежку!
[шум самолетов, падающих бомб]
- Первый заход эскадрильи уничтожил
объекты в зоне А.
После второго удара
взлетели здания,
отмеченные знаками
B1, B2, B3, B4.
Конструкции под знаками Икс... и Зет
напоминали ракетные установки.
На каждую квадратную милю
мы сбросили 78 тонн фугасных
бомб и 12 тонн зажигательных.
- Им понадобится несколько месяцев,
чтобы построить всё заново.
- Этот Штрайт нам очень помог!
- Штрайта еще нужно хорошенько
проверить!
- У вас есть сомнения?
- Да.
Ему удалось вывернуться после ареста
Винерта.
И потом, зачем он убрал Марту Ляун,
если она ничего о нем не знала?
- О! Вышло!
- А что ты загадала?
- Это моя тайна!
- Как здесь красиво!
- Боже, что бы я дала за то, чтобы
здесь был мой Гейне!
Я боюсь за него! Всё время думаю о нем!
- Теперь можешь не бояться!
Если они верят, что разбомбили
лабораторию профессора Поршатта,
то твой Гейне на какое-то время в
безопасности!
- Вы знакомы с профессором?
- Я нет, но с ним знаком мой Гейне.
Профессор Поршатт - великий ученый.
Он спасет Германию!
А Гейне - его правая рука.
И если бы я могла написать ему,
что и его девушка сделала что-то для
безопасности профессора и его самого.
Но нельзя - военная цензура!
Его даже нельзя навестить, хоть это
так близко...
- Близко?
- Да!
- Тсс! Враг не спит!
- Здесь нет врагов - все свои!
- Герда права, осторожность всегда
нужна!
Ко мне, например, приходят письма на
номер полевой почты 2912.
И никто, даже родные не знают, где
это - в Германии или в России,
просто "2912".
- 4854. Проклятый номер!
Каждый день пишу этот "4854"!
А я так хочу быть с моим Гейне!
- Скоро, Ева! Очень скоро война
кончится!
- Со Штрайтом гениально задумано,
господин оберштурмбаннфюрер!
Если б я знал раньше!
- То не наделали бы глупостей!
- Жаль мне немного Марту Ляун.
Она была хорошим агентом.
- Красивая!
Вам всегда жаль красивых женщин?
Пришлось приказать Штрайту
ее ликвидировать.
Слишком... много знала!
Было бы неплохо, если б за одно погиб
и этот... Клосс!
- А он ни о чем не догадывается.
- Это точно? Вы проверяли?
- Да. По службе - безупречен.
- Он, действительно, настолько туп или
притворяется?
А... как там с делом доктора Растеля?
- Ну... Пока не продвинулось.
Я тщательно обшарил всю квартиру и
ничего не нашел.
А та... радиостанция молчит.
- Мало успехов у нас в последнее
время, Лозе!
К моим вы тоже не причастны.
- Господин оберштурмбаннфюрер, я...
[стук в дверь]
- Войдите!
- Господин оберштурмбаннфюрер,
расшифровали!
- Прочтите!
- "Сообщаю инструкцию для связного.
Зоопарк. Крайняя скамья. Вольер около
жирафа."
- Лозе,..
это ваше задание.
Мы не знаем ничего,.. а можем узнать
много.
- Так точно!
[тревожная музыка]
- Вот, господин лейтенант,
как вы и просили,
я принес список частей с номерами
полевой почты от 4800 до 5000.
- Спасибо. Ах, да...
А что с той инструкцией об охране
секретных объектов?
- Не знаю. Я правда не знаю.
- Зато я знаю, что она исчезла.
А что будет, если она попадет в руки
врага?
Ведь, я Вам поручил расследование
этого дела.
Только из чувства дружбы к вам я еще
до сих пор не написал рапорт,
но послезавтра я буду вынужден это
сделать.
- Стараюсь, господин лейтенант!
- Я сказал послезавтра!
[шум двери]
[тревожная музыка]
[шум машин]
- Быстро, быстро, ребята! Шевелитесь!
Ходите, как сонные мухи!
Впереди еще три поездки!
[тревожная музыка]
Застегнуть карман!
Вы не видели профессора?
- Он у себя, но он не сможет вас
принять сейчас - у него совещание.
- Мне именно туда.
Коммутатор?
Дайте секретариат профессора.
Абуш? Говорит Кэмпке.
Я послал к вам оберлейтенанта Крафта
из Шетинцкого разведцентра.
Он проверит выполнение инструкции
МГ 06.
Да.
Унтерштурмфюрер Абуш?
Надеюсь, вас предупредили
о моем визите?
- Прошу вас, Крафт.
Да, верно, оберштурмбаннфюрер только что
звонил.
- Устройство, упомянутое в инструкции
МГ 06 находится, наверное, не здесь?
- Конечно нет.
[нажимает рычаг телефона]
- Прошу менее важные дела пока
отложить.
Я хочу знать о размещении зарядов в
различных отделах.
- Три дня назад здесь была комиссия.
- Комиссия дала рекомендации.
Хочу проверить как они выполнены.
Идемте.
- Профессор Поршатт запретил.
- Идемте!
- Предупреждаю, профессор взбесится!
[тревожная музыка]
- Положи трубку!
Где?
- В третьей.
- Пароль на сегодня?
- К сегодняшней дате прибавить семь.
[щелчок]
["Внимание! Стекло разбить только по
приказу имперского министра!"]
[шум реактивных двигателей, взрывы]
[звон сирены]
[взрывы, звук сирены]
[взрыв]
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного Российского
Телевидения".
Серия 14
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Четырнадцатая серия: Эдита
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли капитана Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Александра Заверушанка,
Ирена Шуровска, Эмиль Каревич,
Юзеф Костецки, Станислав Зачык
и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анджей Кониц
1945 год.
[завывание ветра]
- Как это было?
- Бандиты, господин майор.
Подкрались к мосту во время смены
караула.
- Потери?
- Один солдат.
Он первый их заметил, они - его.
- Что было дальше?
- Мы открыли огонь из
пулеметов, господин майор,
но было темно, не видно.
А потом приехали наши со станции. Вот
тогда-то и был взрыв.
Бандиты успели подложить взрывчатку,
господин майор.
Разрушений почти нет.
Один бык повредили. Мост проверен - в
порядке.
- Спасибо, сержант.
Пойдем, Клосс, осмотрим этот мост.
Ведите!
- Слушаюсь!
[немецкая речь]
- Вот здесь, господин майор.
- Да это пустяк! А пути?
- В порядке, господин майор!
- Я думаю вот о чем, Клосс...
Они прошли сквозь минные поля,
а, ведь, этот единственный подход к
мосту от реки должен быть заминирован.
- Он заминирован.
- У них был план?
- Это не исключено.
- Это уже вторая попытка взорвать
мост. Зачем это им нужно?
- Вполне понятно! Одним ударом - мост
и пути!
Здесь - наша кратчайшая дорога к
фронту.
- Всё ближе этот фронт, а, Клосс?
А вот год назад мы были еще...
А,.. едем!
Янек: - Остановитесь.
Мне надо кое-что здесь выяснить.
- Тогда до встречи вечером!
- До встречи!
Будет много выпивки!
- Нам только это осталось!
[тревожная музыка]
[стучит]
- Снова промах! Кого вы посылаете на
этот мост?
Взрыв только облицовку сорвал с быка и
всё!
- К седьмому января...
Центр требует, чтобы с этим мостом мы
управились... к седьмому января.
- Свяжи меня с Бартеком.
Я сам с ним поговорю!
- Я рада, что вы приехали!
Вы очень симпатичная!
- Давай перейдем на "ты".
Меня зовут Эдита.
- А меня Грета.
Но я буду спать там!
Иногда ко мне приходит кое-кто...
Я не хочу, чтобы он ошибся.
Не скромничай! Покажи, что у тебя?
Идиотка, которая здесь жила перед
тобой,
дышать мне не давала - всё ей
мешало:
табачный дым, беспорядок в комнате...
Я как-то взяла ее полотенце, так она
меня чуть не убила,
но Герман ее успокоил! Больная!
Красиво!
Здесь все становятся больными!
Дашь мне?
Нет - мала.
Угрюмый город!
Постоянные разговоры о бандитских
налетах,.. -
каждый день из наших кто-то гибнет.
- Знаю,..
я здесь была.
Не люблю я этот город!
- К счастью, парней здесь хватает!
Чем ближе к фронту, тем интереснее
случаются знакомства!
- А этот, что здесь?
- Познакомлю...
Гауптштурмфюрер СД Герман Брюнер.
А, по правде говоря,.. мне нравится
совсем другой.
Может, потому что он меня не замечает?
Оберлейтенант Клосс.
Блондин, высокий...
- Как его зовут?
- Ганс Клосс.
Ты его знаешь?
- Боже мой, Ганс!
Столько лет!
Узнает ли он меня?
- Ты его знаешь, да?
Эдита, прошу, познакомь нас, умоляю!
Он - камень, а не мужчина!
- Ну, узнаёшь?
- Это какой-то сопляк!
- Он был таким в 36-м году.
"Эдите, которую всегда буду помнить.
Ганс."
Похож?
- Немного.
У тебя будет возможность проверить,
сдержал ли он слово!
- Курт, отнеси бутылки домой,
а одну можешь взять себе -
выпьешь за мое здоровье!
- Спасибо большое!
- Смотри, чтоб квартира блестела!
- Так точно!
- О, привет, Ганс! Ты слышал, что нам
сегодня устроили партизаны?
- Только пытались. Я был там с Брохом.
- Да, я с ним сегодня говорил. После
Нового года покончим с ними!
- Господин оберлейтенант, вас к
телефону!
- Оберлейтенант Ганс Клосс?
Говорит Эдита Ляуш. Эдита Ляуш!
- Да, Ганс, ты не ошибся, это я!
Не ожидал, да?
Ну, просто случайность.
Я так счастлива! Я непременно должна
тебя увидеть!
Слушай, может быть мы вместе
встретим Новый год?
- Конечно, Эдита, с удовольствием!
Хотя, по правде, я очень боюсь встречи
с тобой!
Столько лет прошло.
В последний раз мы виделись,
наверное,..
Да, ты права, - в 36-м во время
каникул!
Да,.. помню.
Ну конечно я помню, Эдита!
Очень прошу, забирай с собой и подругу!
Я живу в красном доме около почты.
Пиши: "Квитова 4, 2-й этаж."
На дверях - табличка.
Я очень рад!
Итак, в 11?
До свидания!
[тревожная музыка]
Эдита Ляуш... Младшая дочка тети
Хильды...
- Да, господин оберлейтенант?
- Нет, нет, ничего!
- Господин оберлейтенант, вы хотели
рассмотреть проект конструкции.
- Потом.
Янек: Черти принесли кузину Ганса
Клосса!
Подруга детских лет...
Каникулярная симпатия... Только всего
и помню!
Зашифруй и передай сверхсрочно:
"Всё об Эдите Ляуш".
- Ты что, лучшего времени не нашел?
Они сейчас перепеленгуют!
Мы можем передать лишь в
случае тревоги!
- Сейчас и есть тревога! Я должен
получить ответ сегодня, до 22-х!
А теперь вы, Бартек.
Мост нужно взорвать в ближайшие три
дня.
Потом прибудут части СС и полиция со
всего округа.
Хорошо бы объединить взрыв моста с
крушением воинского эшелона.
Вот данные об эшелонах на ближайшие
три дня.
Немцы не будут ждать удара
сразу после нашей неудачи.
Это надо использовать.
- Сделаем.
- Помни: два - три дня. И чтобы
отвлечь,
устрой какую-нибудь операцию в
нескольких километрах отсюда.
Проделай это вместе с другим отрядом.
- Хорошо.
- Вот теперь всё.
Да,.. мы должны сменить пункт связи.
- Снова часовщик?
- Да.
Ну, выпейте... за Новый год...
и за мою встречу с кузиной!
- Смотри!
Может это провокация?
- Смотрю. Уже четыре года!
- Нашему Гансу будет нелегко!
- Он не видел Эдиту в мундире...
Забавно, какой же я была тогда?
- Он никогда не видел взрослой Эдиты!
Ты, верно, носила косички?
- Скажи, какой он теперь?
- Я же говорила, - высокий,
симпатичный, блондин.
Да ты сама увидишь!
Не удивлюсь, если он не узнает, кто из
нас - его Эдита!
- Не забывай, он ее любил!
- Ты слишком сентиментальна для нашего
времени!
- Скорее, Курт!
- Слушаюсь, господин оберлейтенант!
[звонок в дверь]
- Кто это в такое время?
Для гостей еще рано... Открой, Курт!
[мужской голос]- Добрый вечер.
- Добрый вечер.
[мужской голос:] - Я принес будильник.
Господин оберлейтенант просил починить.
Курт: - А, спасибо.
Принесли от часовщика будильник.
Вы сами его отдавали в починку?
- Конечно, совсем забыл!
Солидный мастер обещал, что сделает.
И слово сдержал.
Ну, Курт, ты постарался! Ты свободен
до утра!
Пойдешь к своей Анетке?
Это для нее.
Ей полагается Новогодний сувенир!
- Спасибо!
Веселого Нового года, господин
оберлейтенант!
- Катись!
[тревожная музыка]
"У тетки Хильды - ревматизм.
Последняя встреча - в 36-м.
Последнее письмо - в 38-м году.
В имении дяди Вейсенберг - катания на
лодке...
немного по озеру, признание - под
кустом сирени."
Наш Ганс Клосс был сентиментальным...
"У тетки Хильды - ревматизм..."
Последнее письмо - в 38-м,
последняя встреча - в 36-м...
"в имении Вейсенберг".
Вейсенберг... Вейс... [звонок в дверь]
Янек: Прошу!
Приветствую вас, майор!
- Угадайте, что я принес!
- Шампанское! [смеются]
Чудесно!
Простите, я закончу
ремонт будильника -
немного в этом разбираюсь. Садитесь!
- Спасибо. Ну, шампанское - пустяк!
Я принес вам новость и потому
пришел... пораньше.
Итак, мой милый друг,
официально это через пару дней,
но уже сегодня могу вам сказать,..
Поздравляю вас, Капитан Клосс!
- Спасибо.
- Вы не рады?
В вашем возрасте!
Мне 43 года, а я...
- Вы замечательный офицер, майор!
- Спасибо.
Когда-то я служил в Генеральном штабе.
У меня был свой взгляд на вопрос о
войне с Россией.
Как свидетельствует наш сегодняшний
опыт, прав был я, а не они.
Иван готовит новое наступление.
Полгода к нему готовится.
Снова зададут нам трепку!
- Сегодня я хочу забыть, что служу в
контрразведке,
и не хочу, чтобы мне об этом напоминал
друг,..
которого я... люблю и ценю.
- Спасибо, Клосс.
К счастью, алкоголя хватит, чтобы
забыть об этом..., хотя бы сегодня.
Шнайдер опаздывает...
- Сейчас подойдут мои дамы.
- Женщины? Немки?
- А это будет мой сюрприз.
Представьте, Брух, меня разыскала
кузина - моя первая любовь!
Мы не виделись 8 лет и я боюсь.
- Ну, ясно! Красивая?
- Не знаю. Тогда ей было 13 или 14
лет,
короткие косички, коленки вечно в
ссадинах - любила лазить по деревьям.
[звонок]
[тихо] Это, кажется, они!
Вы их, майор, встречайте, а я пока
спрячусь!
Майор: - Прошу вас, прошу, входите!
Пожалуйста, будьте, как дома!
- Эдита!
- Ганс!
- Я так сильно постарел?
- Ганс!
- Вы очень изменились, лейтенант!
- Прости меня. Это Грета. Я о ней как
раз и говорила.
Прошу вас, познакомьтесь.
- Добрый вечер!
А откуда вам знать, что я изменился?
- Я видела фото.
- Какое фото?
- То, что ты мне прислал с экскурсии в
Кеннигсберг в 36-м, помнишь?
- Прости, Эдита, - уже столько лет...
Простите, от волнения я забыл вас
представить.
Мой друг - майор Брох.
- Оставим их, Грета.
Пойдем - встретим последнего гостя,
который опаздывает.
Оставим их одних.
- Как здоровье тети Хильды?
- Ты помнишь маму?
Она тебя часто вспоминает.
Бедная... Она теперь совсем не встает.
- Всё тот же ревматизм?
- Ты и это помнишь, Ганс!
Я думала, что ты нас совсем забыл.
- Я ничего не забыл.
Я очень любил тетю Хильду...
и... одну из ее дочек!
- Помнишь, о чем мы говорили в лодке в
последнюю ночь перед твоим отъездом?
- Разве я могу это забыть, Эдита?
- Дядя Вольфганг сказал, что ты
влюбился в одну девушку
и поехал к ней в Данциг.
- Старая история! Бог с ней!
- Всё же что-то было - ты перестал
писать мне.
Во время войны ни разу не написал.
Мы думали, что когда большевики пришли
в Литву...
- Я удрал из эшелона.
Раздобыл шведский паспорт и перебрался
в Германию.
- Подумай, если б не этот случай...
Ведь, меня могли перебросить в любой
другой город.
Ты женился?
- А ты вышла замуж?
- Замужних не берут на вспомогательную
службу!
- Я тоже дождусь сначала победы.
[шум гостей]
У меня к тебе просьба.
Идут наши гости. Будь сегодня хозяйкой
дома!
- С удовольствием, Ганс!
[разговор, смех Греты]
- Ну, освежили воспоминания?
- Да. Я получила звание хозяйки дома.
- О, есть патефон, поставим пластинку!
- Эдита!
Что за встреча!
- Капитан Шнайдер!
Сегодня - день сюрпризов!
Ведь мы не виделись...
- Четыре года, Эдита! Как раз...
Вы еще похорошели!
Поздравляю, капитан Клосс, - вас с
повышением,
а себя - с удовольствием встретить
здесь фройляйн Эдиту!
Первый раз мы виделись в довольно
неприятных обстоятельствах...
- Господа, идем к столу - надо
встретить Новый год!
Давайте встретим Новый год!
- А пока поприветствуем
гауптштурмфюрера Брюнера!
Нехорошо, Клосс, нехорошо!
Устраиваешь прием, а забываешь о друге!
Но Брюнер алкоголь и женщин чует за
километр! [смеются]
- Входи, ну входи, Брюнер!
- Искал его, нашел тебя!
- Гауптштурмфюрер Герман Брюнер.
А это - чудом найденная кузина и
симпатия нашего хозяина - Эдита Ляуш.
[звон стекла]
- Герман, береги хрусталь!
[будильник звенит]
- Господа, полночь!
За новый, 1945 год!
- За фюрера!
- За чудо-оружие!
- За победу!
[сирена воздушной тревоги]
- Тревога!
- Все - в убежище!
[вой сирены]
- Брр! Как холодно!
- Неудачный Новый год!
Проклятый первый этаж!
Так тянет от пола, а эта полька
опять не протопила печь!
Завтра она у меня получит!
Ну...?
Как там с любовью?
- Не знаю.
- Если он тебе не нравится...
- Отдать тебе? Я подумаю.
Как же холодно!
Возьми свое одеяло и иди ко мне -
так будет теплее!
- Иди Ты ко мне - моя кровать шире!
- Ах ты!..
- Заодно погаси свет!
- Ты хитрая!
- Подвинься! [смеются]
[тревожная музыка]
- Как кружится голова от шампанского!
- Может, не от шампанского?..
- [вздыхает] Подумай, столько лет
прошло!
- А мне он нравится живым, а не на
фото!
[звон стекла, автоматная очередь]
[тревожная музыка]
- Это в меня!
Стреляли в меня!
- Так что вы делали после налета?
- Я уже вам сказал!
Вместе с Клоссом и Шнайдером мы
проводили девушек.
Клосс устал и пошел сразу к себе
домой, а я еще проводил Шнайдера.
- И по пути, наверное, беседовали?
О чем?
- Вам следовало бы спросить,
не встретили ли мы возле того дома
каких-нибудь подозрительных типов.
- Извините, майор, я сам знаю о чем
спрашивать!
Я хочу знать, о чем вы говорили,
потому что сперва болтают, потом
подкладывают бомбу или стреляют.
- Это еще что?
- Ну, ну, садитесь, майор.
Не надо всё принимать на свой счет.
Итак, о чем вы... говорили?
- Я уже вам сказал.
Я точно не помню. Говорили...
о 41-м годе,..
о днях, когда мы продвигались по 50 км
в сутки.
- О! Это опасная тема!
- Те, что не нюхали пороху,
преувеличивают опасность,
но Шнайдер и я - мы старые фронтовые
офицеры,
и нам не раз грозила настоящая
опасность. Еще вопросы?
- Шнайдер уже был в этом городе в 41-м.
Вспоминал об этом?
- Я не пойму, к чему вы клоните?
Если вы подозреваете Шнайдера, то
заявляю вам...
- Мне не интересны ваши заявления,
майор.
Пока это всё. Спасибо.
Хайль Гитлер!
[набирает номер]
Э... Попросите Эдиту Ляуш.
[тревожная музыка]
[звон дверного колокольчика]
- После налета на мост исчез один наш
человек - Флорен.
- Он знал обо мне?
- Немного.
- А много и не надо!
После налета никого не взяли.
Постараюсь еще проверить.
Есть связь с соседним отрядом?
- Да.
- Нашу операцию привяжем к проходу
эшелона М 19, идущего из Рура, -
оружие и снаряды. На нашей станции он
будет в 23:19.
Послезавтра немцы усилят оборону. Нам
остается только завтрашняя ночь.
Ты спросил в соседнем отряде, -
стрелял ли кто-нибудь
из них в Эдиту Ляуш?
- И не мы, и не они.
Кто-то по собственной... инициативе.
- По собственной...
Но кто?
- А как она?
- Пожалуй, всё в порядке.
За восемь лет человек меняется
необычайно!
Мне кажется, она ничего не
подозревает... или очень хитра!
А знаешь,.. мне эта девушка
нравится.
Чертовски нравится!
- Мне непонятны ваши вопросы. В меня
стреляли! Стрелял враг!
А что здесь общего с моей работой,
с моим послужным списком?
- Дорогая фройляйн, предоставьте знать
мне!
[телефон звонит]
Да, слушаю.
Что? Его еще нет?
Попробуйте еще. Ищите, я жду!
Итак, во вспомогательные части вас
призвали в 40-м году, так?
- Да.
- Где вы служили?
- В Польше, в России, во
Франции, теперь снова в Польше.
- А "в Польше" значит где?
- Здесь, в этом городе.
- Когда это было?
- В 41-м, я вам говорила.
Мне кажется, что...
- Что вам кажется?
- Нет, нет...
Ну что, у вас есть еще вопросы?
- Да.
Когда в последний раз вы видели Клосса
до вашей встречи здесь?
- Давно, 8 лет назад. Я была тогда
подростком.
- Ну, и что вы, не переписывались?
- Нет.
- Ну, вы, наверное, ему рассказали о
ваших... приключениях?
Во время службы бывают разные истории.
- Нет. А почему вам это интересно?
- Теперь уже так, в личном порядке.
Вероятно, очень интересно встретить
кого-то близкого,
которого не видел столько лет?
- Да.
Война меняет людей...
- Но, ведь, меняет не внешне?
- Внешне тоже.
У меня есть фото, где он снят 8 лет
назад. Трудно узнать.
- Трудно узнать?
У вас хорошая память!
Давно знакомы со Шнайдером?
- С моего первого приезда в этот город
в 41-м.
Была здесь недолго - неожиданно меня
перевели в другой город.
До сих пор не знаю, почему.
- Так...
Ну что же, большое спасибо, фройляйн
Эдита.
Поймите... Поймите, в нашей работе...
нашей службе приходится расспрашивать о
разном...
Это кажется странным, но служит
хорошей цели.
- Да. Надеюсь, вы поймаете бандитов,
которые в меня стреляли.
Хайль Гитлер!
- Хайль Гитлер!
[набирает номер]
Попрошу капитана Клосса.
- Капитана Клосса нет.
Так точно!
- Наверное, я не дождусь.
Скажите капитану... Ну, наконец вы!
- Слушаю, майор?
- Представьте себе, этот Брюнер...
- Простите.
Рауман, будьте добры, велите принести
нам чаю.
- Так точно, господин капитан. Я сам
принесу.
- Я вас слушаю, майор.
- Представьте себе, что этот идиот
Брюнер
подозревает, что я стреляю в немецких
девушек!
- Чушь! Вы знаете их методы!
Эти ядовитые вопросы: "С кем вы
говорили? О чем?
Что вам известно о Шнайдере? Эдите?
Клоссе?". Что это?
- Ну что же, Брюнер обязан найти
виновного.
- Зачем же он ищет его среди нас?
[телефон звонит]
Ну, мне пора, Клосс. До свидания.
- До свидания и не переживайте так,
майор! [телефон звонит]
Слушаю! Капитан Клосс.
- Ганс? Это ты, Ганс? Наконец-то я
поймал тебя.
Слушай, мы взяли партизана,
ну, одного из тех, которые вчера
пытались взорвать мост.
При нем нашли схему... минных полей.
Да, да.
Я бы очень... хотел, чтобы его
допросил ты.
Приходи поскорей. Жду, Ганс.
[тревожная музыка]
- Господин капитан, я забыл доложить,
что вам звонили по телефону.
- Прошу, прошу, садитесь, господин
Шнайдер.
Давно вы знаете Эдиту?
- Что это, допрос?
- Ваша обязанность, капитан Шнайдер, -
точно отвечать на мои вопросы.
Мы схватили бандита. При нем нашли
схему минирования района моста,
а ведь такая схема находилась в вашем
сейфе.
- Не только у меня, господин
гауптштурмфюрер.
А также в штабах корпуса дивизий, в
разведке и у вас в Гестапо.
- О, не ожидал я такого ответа от
человека,
который бывал частым гостем полковника
Фон Шофера.
- Фон Шофер был моим начальником,
господин гауптштурмфюрер.
Я не мог знать, что он изменил фюреру.
Чего вы, собственно, ждете от меня?
- Видите ли, это другое дело.
Я жду от вас... ответов.
Давно знакомы с Эдитой Ляуш?
- Мы познакомились в 41-м.
- Точнее. А где и при каких
обстоятельствах?
- Здесь, в этом городе.
Мы виделись два или три раза.
В первый раз мы встретились при особых
обстоятельствах.
- Именно?
- Мы жили в большом доме на рыночной
площади.
Я - на первом этаже, она - на третьем.
Весь второй этаж занимал местный
руководитель. Как его фамилия?..
- Это не важно. Не в этом дело.
- Стараюсь быть точным.
И вот однажды ночью был совершен
бандитский налет.
- Ну, наверное, поляки?
- Да.
Руководителя не было.
Убили его жену и забрали драгоценности.
Говорили, большие драгоценности.
Это было в след за очисткой города от
местных евреев. Говорили, что...
- Ну, руководитель славно поживился!
- Это Вы сказали.
Эдита Ляуш возвращалась ночью со
службы.
И в подъезде или на лестнице - точно я
не знаю,
встретила убегающих бандитов.
Один из них был в военном плаще.
Он выстрелил в нее.
Она бросилась к ближайшей двери...
- Так...
А вы не видели этих бандитов?
- Меня разбудило грохотание в дверь.
Это была Эдита.
Я, конечно, сообщил в жандармерию, но
было уже поздно.
- А что вам рассказала Эдита?
- О чем?
- Ну, об этом налете, конечно.
- Больше ничего.
Потом, я этим делом не интересовался.
А вскоре Эдиту перевели. Встретились
мы лишь вот позавчера.
- С Клоссом вы о ней не говорили?
- Может, об этом ты спросишь меня,
Герман?
- А, ты здесь, Ганс! Пришел.
Прошу тебя, входи. Входи, входи.
Мы, собственно, уже закончили.
Правда, капитан Шнайдер?
Брюнер: Хайль Гитлер!
- Хайль Гитлер.
- Так... Я хочу, чтобы ты допросил
того партизана.
Между нами, это дело касается и тебя.
- Ты мог бы говорить яснее?
- А.., и на то время придет, придет!
Прошу тебя, садись.
Видишь, мне кажется, что показания
этого бандита заинтересуют... тебя.
- Это всё странно, Герман.
Ты допросил Шнайдера, Броха,..
но даже не установил, сколько
человек...
учавствовало в нападении на Эдиту Ляуш.
- Теперь это не важно.
Слушай Ганс,
наверное, Ляуш рассказывала тебе как
кузену из своей симпатии о себе,..
о своих переживаниях...
- Ну, что из того? За восемь лет много
чего произошло.
А что тебя интересует?
- Конечно то, что касается враждебных
действий против... Германии.
- Не понимаю.
- Берегись, Ганс!
- Чудесная сигара!
Жена или знакомая?
- Мне не до твоих шуток!
- Да, но ты шутишь!
- Нет, плохи твои дела!
Я сказал, твои дела плохи!
- Да, ты сказал.
- Ну и что, тебе интересно, почему?
- Надеюсь, ты мне скажешь!
- Что, свидание у тебя?
- Возможно.
- Видишь ли, всё зависит от тебя.
Если будешь умным...
- Такие шуточки, Брюнер, не для меня!
Забыл с кем говоришь?
Или выкладывай, в чем дело, или не
морочь мне голову!
[набирает номер]
- Кунце. Ввести арестанта.
Прошу.
[тревожная музыка]
Васек, повтори капитану всё, что ты
мне сказал.
- Постой, я сам его допрошу.
Я вижу, что ты обходился с ним гуманно.
Фамилия?
- Васек Винценты.
- Профессия?
- Был официантом.
- Когда?
Брюнер: - А на что это?
- Допрос веду я!
Ну и когда?
- До 41-го года.
- А потом?
- Я скрывался. Был партизаном.
- Как зовут командира отряда?
- Бартек.
- Сколько сейчас людей в отряде?
- Человек сто будет.
- Сто, говоришь...
Твоя задача в операции?
- Провести отряд через минные поля.
- Где Бартек взял схему?
- Ему дал свой человек у немцев.
- Где он встречался с ним?
- Верно... на станции, но...
- Что но?
- Уже с ним не встречается,
господин капитан. Засыпался тот.
- Ты всё сказал, что знаешь?
- Я ничего не скрыл!
Я жить хочу, господин капитан!
Бартек сказал: "Здорово, что та немка
вернулась. Хорошо работала!"
[тревожная музыка]
- Прикажи его увести, Герман.
- Кунце! Увести арестанта.
Как это он сказал?..
"Здорово, что та немка вернулась. Она
хорошо работала!"...
Ты заметил?
- Я заметил!
Заметил ещё кое-что...
От него несло водкой!
С каких пор Гестапо поит водкой своих
подопечных?
Ты просчитался, Брюнер!
Но ты можешь отступить пока не поздно.
Это останется между нами.
- Сейчас, сейчас, сейчас, сейчас...
О ком же он еще сказал? Сказал, что тот
засыпался.
Не знаешь, кого он имел в виду?
- Не будь смешным, Герман!
- У меня его показания
запротоколированы.
Сперва кто-то засыпался...
потом немка... Видишь, Ганс?
Эдита Ляуш, твоя кузина, которую ты
встретил через много лет...
- Мой совет - не спеши,..
а то, смотри, забредешь в тупик!
[тревожная музыка]
[музыка вальса]
[шум двери]
- Это ты, Курт?
- Я, господин капитан!
Я достал те сигареты!
- Спасибо. Сходи еще разок к
часовщику -
будильник опять ни к черту!
Завтра до полудня пусть починит.
Я приду за ним.
И скажи, - если еще хоть раз, то я...
Сам знаешь, что сказать.
- Так точно, господин капитан!
А это - ключи.
- Спасибо.
[музыка вальса]
[телефон звонит]
Слушаю! Капитан Клосс.
Это вы, капитан Шнайдер! Добрый день!
Изрядно помучил вас наш общий друг!
Не переживайте!
Хорошо...
Хорошо...
Хорошо, буду у вас на работе завтра в
девять.
До свидания. Спасибо за доверие!
[музыка вальса]
[звонок в дверь]
Янек: Эдита! Как я рад!
Снимай пальто.
- Мне скучно без тебя!
Мы так редко бываем вместе - ты вечно
занят!
Ну, поцелуй меня!
Нет, не так!
- Послушай, Эдита...
Помнишь, мы встречали Новый год?
Брюнер, когда тебя увидел, уронил
бокал.
- Так что же? Ты ревнуешь?
- Вы знакомы?
- Как тебе сказать... Мне кажется...
Нет, нет...
- Тебе грозит опасность!
- Оставь, Ганс!
Я так рада, что ты здесь!
Сегодня без тебя мне было бы плохо.
- Мне тоже, Эдита.
Я близок был отчаяния,
Мне не хватало сил...
- Это Гейне!
Ты цитируешь Гейне?
- Действительно! Застряло,
верно, в памяти еще со школы.
- Ты учил эти стихи?
- И ты их знаешь?
- Мама любит Гейне.
- Это плохо?
- Не знаю...
Порой,.. ты кажешься мне очень
странным!
Совсем не похожим на Ганса, которого я
помню!
На Ганса с фотографии.
Похоже, что я не могу обладать двумя
Гансами одновременно, -
куда-то пропало твое фото.
- Как пропало?
- Вероятно, - Грета. Она часто роется
в моих вещах, потом всё вверх дном.
Спешила на свидание с Брюнером, искала
какую-то мелочь.
- Ты проверяла?
- Ганс! Что с тобой?
Ты такой ревнивый?
Сколько лет у меня было только твое
фото, а теперь ты здесь, живой...
- Пойми, Эдита! Кто-то стрелял в тебя,
роется в твоих вещах...
Я за тебя боюсь!
- Ганс, кавардак был в стиле Греты!
Поверь мне!
Ты правда за меня боишься?
- Очень, Эдита!
- Правда?
- Правда!
- Но здесь мне ничто не грозит?
- Приезжайте через неделю - всё будет
готово.
- Через неделю, значит... А как с этим?
- С чем?
- Дешевле никак нельзя?
- Нет, не выйдет. [колокольчик двери]
- Ну что ж, ладно, пускай... До
свидания.
[колокольчик двери]
- Нагнал ты на него страху, как вчера
твой солдат на меня!
- Я спешу, говори!
- Ладно, но сегодня - базарный день. В
любой момент могут войти.
Флориан нашелся - он ранен в ногу.
Потащился на явку в Горбатку.
Раньше сообщить не мог.
Васек был официантом.
Работал на Гестапо с начала оккупации.
Партизаны приговорили его
к смерти - он удрал.
Мы нашли дворника того дома, где был
налет.
По нашим сведениям, ни одна
организация к нему не причастна.
Просто... бандитская работа.
- Меня интересует тот дворник.
- Он придет сюда в шесть. Как раз
будет готов твой будильник.
- Не испорти его совсем!
- Нападение на мост мы подготовили.
Ликвидируем сразу все три поста.
- Пока!
[звон дверного колокольчика]
[стрельба, завывание ветра]
- Алло! Алло!
Нас обстреливает большой отряд, не
меньше двух взводов.
Пришлите срочную помощь!
Пришлите срочную помощь!
Алло!
[стрельба]
Алло! Да, защищаемся! [взрыв]
- Держитесь! Я посылаю вам два
взвода СС!
Алло!
Алло! [нажимает рычаг телефона] Алло!
[завывание ветра]
[кричит на немецком] Schnelle!
/Быстрей!/
- Сержант, что здесь происходит?
- Едем в Горбатку, господин капитан!
Бандиты напали на комендатуру!
- А кто вам приказал оставить посты
возле моста?
- Из штаба, господин капитан.
Мы должны помочь СС, -
сами не справляются.
- Ах, из штаба... Порядок. Успеха!
- Да. Слушаюсь.
[смеется] Ганс!
Какой ты холодный!
- Мороз!
- Я боялась - ты не придешь.
- Я же обещал.
- Опять мне плохо.
Не знаю, что со мной.
Ты слышал, что бандиты...
- Они любят такую погоду!
- После несчастного Нового года мне
всё время страшно!
Я зла на себя - немецкой девушке
нельзя поддаваться настроениям, правда?
[телефон звонит]
- Да?
Комендатура железной дороги.
Да, приняла.
18-тый пройдет по графику.
Хайль Гитлер!
- Что-то новое?
- Нет, всё в порядке.
А я нашла твое фото!
Было в письмах от мамы.
- Да? Дай мне.
- Только покажу, ведь это мне на
память!
- Какой я был молодой... неоперившийся
сопляк!
- Когда... я смотрю на тебя, мне
кажется, что...
Нет... Лучше быть таким, какой ты
сейчас.
- Спасибо.
Нам надо поговорить.
- Серьезно?
- Очень серьезно!
Тебе грозит опасность!
- Знаю, чувствую!
Любому немцу в этой стране грозит
опасность.
- Нет, я не о том. Я о Брюнере.
Чего он хочет от тебя? Он тебя
ненавидит!
- Сама не знаю... Нет, невозможно...
Порой, мне кажется, что я схожу с ума!
Не верю самой себе!
Нет, я ошибаюсь...
- Говори!
- Я не знаю, должна ли я даже тебе?
Это было 3 года назад.
Я видела... [выстрел]
это лицо доли секунды.
Нет,.. конечно, я ошибаюсь.
Наверно, ошибаюсь.
- Это было здесь, в городе.
Когда грабили руководителя, какой-то
тип стрелял в тебя!
- Знаешь?
- Я много знаю, Эдита.
А после расстреляли 50 поляков.
- Что мне какие-то 50 поляков?
Тогда убили немку! Ты понял? Немку!
Ради обычного грабежа!
Ее муж сейчас большой начальник в
Берлинском Гестапо.
- Ты тогда видела Брюнера, Эдита.
- Нет, невозможно, понимаешь?
Невозможно!
Брюнер - офицер Гестапо и старый
эсэсовец!
- Одним убийством больше...
- Что ты сказал, Ганс?
[шум двери]
- А... ты здесь, Ганс!
Я был уверен, что встречу тебя!
- А вот я тебя здесь не ожидал!
Мне кажется, что в тот момент, когда
бандиты стреляют по нашим солдатам,
шеф Службы Безопасности должен быть
совсем не здесь.
- Ну, у Службы Безопасности различные
задания, Клосс.
Фройляйн Ляуш, вы арестованы!
- Я?.. Как вы смеете!
- Хугарт.
- Герман!
Вели этим двоим ждать за дверями.
- Что за шутки, Ганс?
- Это - хороший совет.
Потом будет слишком поздно!
Может, ты и меня решил арестовать?
- Ладно. Пять минут, Ганс.
Ни секунды больше!
Выйдите, закройте дверь. Ждите внизу.
- Что всё это значит?
- Эдита, работай. Не мешай нам.
Скажи мне, Брюнер,.. как поживает
Васек?
Наверно, он уже мертв? Не ждал,
бедняга, что так окончит!
- Он был уже не нужен. Следствию -
конец, показания - в протоколе...
Это Шнайдер дал бандитам схему минных
полей,
а она с давних пор - его любовница
и сообщница.
- Как вы смеете! Это ложь!
- Знаешь, как бывает? Слишком много
знала.
Шнайдер, боясь, что мы нападем на
след, велел ее убрать.
Ну что ж, фройляйн Ляуш, пошли!
- Постой, Брюнер!
Скажем, ты арестуешь фройляйн Ляуш и
Шнайдера.
Это твоя новая идея. А у меня - другая.
Представь себе,
что некий высокий чиновник Главной
Службы Безопасности в Берлине узнает,
что у тебя хватает денег курить сигары
ценой 10 марок за штуку до сих пор,
спустя три года.
- Что ты городишь, Ганс?
- Я взвешиваю шансы.
Интересно, Васек тоже участвовал в
убийстве жены руководителя?
А кто стрелял в Эдиту?
Васек или ты?
- Руки вверх! Оба!
- Ганс, это был он! Это он!
- Выше, выше ручки, фройляйн Ляуш!
- Я сказал, Эдита, не вмешивайся.
Она очень нервная, Брюнер. Ты тоже.
- Руки, руки, руки, Клосс!
- Ты меня считаешь идиотом?
Если со мной что-то случится: скажем,
меня укокошат бандиты,
нужный рапорт пойдет до Берлина... с
описанием одного налета.
- Никто не поверит!
- Убери пистолет, Брюнер!
Убери свою погремушку пока у меня есть
охота с тобой говорить!
Я достал показания живого свидетеля -
дворника дома, где совершено
ограбление.
Его искал ты, а нашел я!
Ему показали 10 фотографий, он выбрал
одну.
Угадай чью?
- Чего ты хочешь?
- Чтобы ты убрал оружие,..
сел в машину и занялся делом, на
которое послал людей.
- Как? Позволишь ему...
- Эдита, я просил тебя!
А ты, кажется, что-то хочешь сообщить
фройляйн Эдите?
Этот рассказик о фройляйн Ляуш и
капитане Шнайдере
был, конечно, шуткой?
- Да,.. конечно!
Это - недоразумение! Простите!
Ну что же, мы, как будто бы, друг
другу сказали всё?
- А я не всё!
- Эдита!
- Слушай, Ганс.
Какие ты мне даешь гарантии?
- Никаких!
Всё зависит от тебя. Если будешь
умным...
- Помни, Ганс, что я всегда был тебе
другом!
Не буду мешать. Хайль Гитлер!
- Хайль Гитлер, гауптштурмфюрер Брюнер.
- [плача] Ганс!
Как это мерзко - ты спас меня,
но я не могу молчать!
Этот человек должен понести
справедливую кару!
- Говоришь, справедливую?
Ты что, ничего не понимаешь?
Ты подумай, Эдита?
- О чем ты это, Ганс?
Ты спас меня, и я люблю тебя!
- Ты видела всё, видела человека,
который представляет Германию
и тех 50 убитых!
- А что мне они? Это были поляки,
понимаешь?!
- Если б меня здесь не было, ты
погибла бы по дороге в Гестапо
при попытке к бегству!
[телефон звонит]
- Да, слушаю. Комендатура станции.
Поняла. Я пишу.
"Задержать на станции... воинский
эшелон М 19.
Пропустить товарный поезд 21 142,
везущий рабочих на стройку
прифронтовых укреплений."
Так точно, поняла. Передам.
- Что это значит, Эдита?
- Ничего.
Поезд, что на подходе, будет задержан
на станции.
Мы пропустим поезд с рабочими. Он
уйдет первым.
- Ты этого не передашь!
- С ума сошел! Я получила приказ!
- Под угрозой - жизнь сотен людей!
Положи трубку, Эдита!
Встань!
Отойди!
[нарастающий шум поезда]
[взрыв]
- Ты знал!
- Да, я знал!
- Чего ты ждешь? Стреляй. Стреляй!
Может... ты мне предложишь
сотрудничать?
Хочешь, чтобы я вместе с тобой убивала
немецких солдат?
Янек: - Гитлеровцев!
- Если бы я даже стала их ненавидеть...
- У тебя нет выбора - нарушен приказ!
Брюнер тебя уничтожит!
- Брюнер - убийца, но он немец, а ты...
- Так скажи ему!
- Да, скажу!
Ну, стреляй!
А,.. не можешь!
Я знаю, ты - поляк!
- Да!
- [плача] Ганс! Я люблю тебя!
Успеешь, беги!
[шаги]
- Мост!
- Брюнер!
Всё, о чем вы говорили с ним, не имеет
значения!
Ты заплатишь за убийство той женщины!
А ты... [выстрел]
- Она предала Германию!
[тревожная музыка]
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного Российского
Телевидения".
Серия 15
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Пятнадцатая серия: Загон
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли капитана Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Халина Коссобудзка, Иоланта Зыкум,
Люцына Сухецка, Эмиль Каревич,
Станислав Зачык, Ержи Калишевски,
Богдан Лысаковски и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анджей Кониц
1945 год.
[шум машины, пение птиц]
- К кому?
- А почем я знаю?
Велели сюда.
Подождите!
Майор позовет.
- Поди-ка сюда.
Закурить есть?
- Есть, а что?
- Ты из запасного?
Значит,.. порох ты еще не нюхал?
Тебя это удивляет?
Слабые.
Огонек есть?
Давай. Дай сержанту прикурить!
- Сержант, к майору!
- Смотрите. За два дня мы замкнем
кольцо окружения вокруг Тольберга
и выйдем к морю. Да, -
вы будете там раньше.
Вам уже сказали, в чем дело?
- Сказали, гражданин майор!
Будет сделано!
- Выйдете из леса в 10-ти километрах
западнее города.
Потом укроетесь в подвале разбитого
дома на Кайзерштрассе 30.
Будете в распоряжении нашего агента -
Йот 23.
Без его приказа передатчиком не
пользоваться. Ясно?
- Ясно, гражданин майор!
А как я его узнаю?
- Посмотрите на эту фотографию.
- Капитан.
- Мы его ценим выше - у нас он майор.
Объявление: "Внимание! Внимание!
комендант полиции и СС города
Тольберг
приказывает, чтобы завтра,
то есть 18-го марта 1945 года,
женщины и дети до 15 лет
явились к 6-ти часам утра в порт
для эвакуации за линию фронта.
Все мужчины от 15 лет до 60-ти должны
сегодня явиться в комендатуру города.
Повторяем..." [повтор объявления]
- Хайль Гитлер!
- Хайль Гитлер!
Полковник здесь?
- Нет, я тоже его жду.
Я рад, что мы можем поговорить и о
себе!
Паршивая ситуация, а?
- Да уж...
- И что ты решил?
Я тебя спрашиваю.
- Ничего. А ты, Герман?
- Ну что... Завтра могут отрезать
выход к морю.
- Не исключено!
- И что? Пойдем, как овцы, под нож?
- Боишься?
- А ты?
- А к чему ты клонишь?
- Может... стоит подумать о
собственной шкуре?
Может быть мы...
У меня есть идея, Ганс...
- Если хорошая, доложи Броху.
- Ты шутишь.
Я предлагаю союз!
- Фюрер категорически отвергает
предложение сдать город.
Мы получили приказ: "Ни шагу назад!".
- За нами - только море.
- Да, только море...
Докладывайте, Клосс!
- Уже несколько часов тишина.
С Востока и Запада мы отрезаны.
Сегодня утром танки противника вышли
на Штеттинское шоссе.
Они прорвутся к морю - мы потеряем
последний путь отхода.
- Устаревшие сведения, Клосс. Они вышли
к морю 2 часа назад.
Все пути отрезаны.
Докладывайте, Брюнер!
- В городе всё спокойно.
- Ты велел расстрелять 20 человек!
- Да, утром, в порту.
Одни здоровые мужчины.
- И несколько женщин!
- Ну, дальше.
- Завтра уйдут последние суда.
- А что с тем заводом?
- Всё подготовлено к эвакуации.
Профессор Гласс и машины отплывут
завтра.
- Фюрер придает этому делу большое
значение.
Вы за него отвечаете, Брюнер!
- Так точно! СС займет порт.
- Порт займут армейские части.
Ваше дело - завод.
- Как прикажете,.. но я боюсь...
- Это всё, Брюнер. Спасибо.
До свидания.
[доносится объявление об
эвакуации]
- У вас что-нибудь есть?
- Нет. Собственно, нет.
Поздравляю вас с назначением
командиром обороны Тольберга!
- Вы шутите. Ведь, это не надолго.
- Что вы решили?
- Выполнить приказ.
[доносится объявление о мобилизации]
- С ними?
- Их я пошлю на канал - там брешь.
- С чисто военной точки зрения...
- Знаю. И что?
- Вывод напрашивается сам!
- Я бы не хотел, чтобы сделали его вы!
Именно вы!
Никакой ответственности я не несу!
Я только выполняю приказы!
У вас есть предложение?
- Нет.
- Тогда это всё.
Жду донесений с 5-го участка.
- Так точно!
- Это распоряжение прошу передать
через заводскую радиосеть.
К 4-м утра я пришлю грузовики.
- Ведь, вы знаете, сколько работы с
демонтажом?
- Чего не успеем, - уничтожим.
- Фройляйн Грета!
А что будет с рабочими?
- Не понимаю, о ком вы?
Об иностранных рабочих? [смеется]
Ну, не беспокойтесь. Их я беру на себя!
- Прошу это передать, чтобы немедленно
прочли по радио.
И всё-таки я хочу знать, что с ними
будет!
- Это вас действительно интересует,
профессор Гласс?
Охрана СС приедет завтра с грузовиками.
Не хватает людей.
Оружие раздадим немецким рабочим... и
инженерам.
Ну и они... покараулят ваших любимцев.
Прошу приготовить ваши чемоданы.
[тревожная музыка]
Радио: "Внимание, внимание!
Иностранные рабочие первой и второй
смены!
Комендант приказал:
Без особого разрешения запрещается
выходить с территории завода!
Все попытки саботажа и нарушения
приказов будут караться смертью!"
[тревожная музыка]
- Ну, как жизнь?
- Да так, боле-менее.
- Рука?
- В порядке. Это был только вывих.
Парашютной практики маловато.
- Рапорт отправил?
- Да.
Не ищут?
- Пока, наверное, нет.
Что сообщают?
- Завод должен оставаться
неповрежденным.
Не допустить эвакуации
профессора Гласса,
оборудования, рулевых устройств Фау 2.
Легко сказать!..
- Дальше.
- Назвать слабые места обороны.
- Доложи...
Канал.
В двух километрах от завода.
Сегодня в ночь или к утру
этот участок займет батальон
фольксштурма.
- Так точно. А что с заводом?
- Пока не знаю.
К нему подхода пока нет. Доложи, что
я... пойду к Глассу.
- Да, еще сообщили, что сын
профессора Гласса, - Курт, -
у нас в лагере военнопленных.
- Вот это важно!
- С ума сошла?
- Это рисовал Курт!
Хочешь здесь оставить?
Тебе всё безразлично!
- Успокойся.
- Обо всем забочусь я!
- Успокойся!
- Если бы ты хотел, ты бы Курта
освободил от армии!
Сын твоего шефа служит в Берлине, а
наш сын... О, боже!
- Перестань!
- Наконец, явилась!
Куда ты провалилась?
Я тебя проучу!
- Не тронь!
- Какая я несчастная!
Пакуй фарфор! [плачет]
[звонок в дверь]
- Хотел прийти какой-то... капитан
Клосс.
Проводи его в кабинет.
- Добрый день.
- Добрый день.
- Могу я видеть профессора Гласса?
- Да, прошу вас.
[тревожная музыка]
- Рюмочку коньяку?
- Спасибо.
- Еще французский!
Последняя бутылка.
Если не ошибаюсь, вы работаете в
контрразведке?
- Да.
- Что нужно от меня контрразведке?
Извините, капитан, но у меня
действительно мало времени.
- Понятно. Закурите?
- Американские?
Трофейные?
- Допустим.
Вам приказано эвакуироваться?
- Вы знаете?
- Да, знаю.
Ну что ж...
Путь морем не назовешь безопасным, но
если удастся...
- Что вы имеете в виду?
- И, если удастся, то вы
продолжите свои исследования.
Прекрасные перспективы!
- Может вы всё таки скажите, чем
вызван этот ваш визит?
- Это не так просто, профессор...
Этот год у вас в своем роде юбилейный,
правда?
- Вы, верно, шутите, капитан?
- Десять лет назад доцент Гласс
провел несколько месяцев
в Берлинской тюрьме
за помощь, оказанную коллеге.
- Об этом знают все.
- Да, конечно.
Потом вы - замечательный физик,
безропотно служите этой империи,
Награды, ордена... и этот завод.
- Удивляюсь вам, капитан!
Неужели вас обязали проверить мою
лояльность?
- И вот я думаю, осталось ли... в вас
что-нибудь от тех лет?
Ведь лучший ваш друг, доктор Барт...
- Хватит!
Думаю, у немецкой контрразведки есть
работа поважнее,
чем беседа о моем прошлом!
- Безусловно!
Доктор Барт был расстрелян в Гамбурге.
- Провокация?
- Представим себе, что кто-нибудь вас
спросит:
"Профессор Гласс, считаете ли вы, что
следует эвакуироваться?".
- А представим себе, что
так поставленный вопрос
я повторю в Гестапо!
- Тот, кто спросит, наверняка уверен в
своей безопасности!
- Блеф, капитан!
- Посмотрим, когда раскроем карты!
- Я люблю рассуждать теоретически.
Ведь я, собственно, математик.
Конечно, тот, кто спрашивает, должен
предложить какие-то гарантии.
- Речь идет о гарантии выжить?
А если спрашивающий даст вам только
шанс?
Единственный возможный в данной
ситуации.
- Это слишком туманно, молодой человек.
Ну, допустим, что я не фанатик,
и теоретически... мог бы рассмотреть
отдельные предложения...
- Это дает надежду!
- Но только лицам, имеющим
на то полномочия.
Ну, а затем... А затем существует
долг, верность...
- Долг... И потому - согласие на всё?
- Вы переходите допустимые границы.
Вы рискуете!
- Разговор... теоретический.
- Ах, даже так!
Теперь вы отступаете.
Даже говоря теоретически, мне надо
знать, что я не покупаю кота в мешке.
- А если так?
Вы рассмотрели бы конкретные
предложения?
- В известных границах.
- Требуется одно - никуда не уезжать.
- Кто требует? Кто услышит мой
ответ?
- Что вам известно о вашем сыне?
- Боже мой! Вы что, знаете о Курте?
Говорите!
Он исчез три месяца назад. Он жив?
- Он жив.
Но он в плену.
- Это точно? Кто вам сказал?
- Ответ, по-моему, излишен.
Надеюсь, вы поняли?
- Ну да, пожалуй, понял...
- А если этот разговор вы кому-то
передадите...
- Дальше не надо. Я понял всё.
- Эта война безжалостна, профессор.
Снаряды, сделанные на вашем заводе,
падают сейчас на Лондон.
- Хватит!
Перестаньте!
- Хорошо.
Не думаю, что вас оставят в покое,
если вы завтра не явитесь на корабль.
Я предлагаю встретиться на углу
Померанштрассе, скажем, часа так...
- Проводи господина капитана.
- До свидания!
Ты здесь живешь?
- Да. Это окошко в сад.
- Важное дело. Надо вечером
встретиться.
Пока, Агнишка!
- Пока!
- Помог бы!
- Не нужно. Мы остаемся здесь.
- Что ты сказал?
- У меня хорошие новости!
Наш Курт жив. Он в плену.
- Я знаю ее еще по Варшаве.
Она прекрасная девушка.
И это для нас шанс, ведь, она связана
с заводом. Доложи:
"Приступаю к операции Гласс".
Опять нечего курить!
Бери, принесу побольше.
Только осторожно с огнем!
- Буду осторожным!
- Держись!
- Смотри, не спеши!
Налево, налево! Ну?
Осторожней!
- Сашко, давай тележку!
- Хорошо... Вот так...
Потихоньку...
Взяли...
- Куда ты пропал? Я тебя искала!
- Тихо, нас могут увидеть! Что
случилось?
Ну?
- Я слышала, как Гласс
говорил с тем офицером.
Привезли винтовки - их раздадут немцам.
Потом придут эсэсовцы и вас...
- Я всё понял.
- Ты должен бежать!
Я принесу одежду моего
брата и сделаю пропуск!
Я буду ждать на улице!
- И стану я издали глядеть,
что сделают с другими?
- Как?.. Ты не хочешь жить?
- Где эти винтовки?
Голос: - Довжек!
Ты должна узнать, где эти винтовки!
Слышишь?
[тревожная музыка]
- Потом... концлагерь, завод...
А тут Глассу понадобилась служанка.
- Понимаю.
А что с ребятами из нашей группы?
- Меня взяли до восстания.
Они остались там.
- Мда...
Остались...
[шум грузовых машин]
Слушай, Агнишка.
Иди на завод и скажи своим,
что их операцию нужно связать
с действиями на фронте.
В 2:45 пусть снимут часового у главных
ворот и подождут нас.
Мы встретимся в 2:30 у входа.
- Это всё?
- Да.
Лучше много не говорить!
- Фриц! Вставай!
Ты просил разбудить!
[тревожная музыка]
Фриц! Ты где?
Фриц!
Фриц!
Фриц!
Открывай!
[стук в дверь]
Хозяйка: - Открой! Сейчас же открой!
Открой!
Почему ты закрылась? Кто у тебя был?
- Никого не было.
- Ты врешь!
Кто-то был! Я слышала!
Где мой муж? Где профессор Гласс?
- Вы говорите, что здесь был капитан
Клосс?
- Да.
- Зачем?
- Не знаю.
- А о чем они говорили?
- Я не подслушиваю, штурмбаннфюрер!
- А жаль!
А потом профессор Гласс пошел к себе
отдохнуть, да?
- Да. Он был очень взволнован, хотел
остаться один.
Я была в комнате рядом. Думала о Курте.
- О Курте? Кто этот Курт?
- Наш сын.
Мы думали, что он погиб, но муж
сказал, что Курт жив.
Он в плену.
- А когда ваш муж узнал об этом?
- Не знаю.
- Жаль, что вы ничего не знаете.
Когда он вам сказал об этом?
- Сразу, как только вышел тот капитан.
- Как только вышел капитан Клосс.
Вы точно в этом уверены?
- Да. И сказал, что мы не будем
эвакуироваться.
- А... И не будете эвакуироваться?..
[телефон звонит]
Слушаю. Брюнер.
Нет.
Да. Да, да.
Я понял. Хорошо.
Спасибо.
Фрау Гласс, мы, немцы, должны быть
стойкими.
Ваш муж, профессор Гласс,..
умер. [тревожная музыка]
- Боже!
[плача] Боже!
- На пятом участке тихо.
- Пока тихо.
Наверное, так и начнется не раньше
5-ти утра.
Надеюсь, они захотят обойти канал.
Да, наши радиопеленгаторы засекли
неприятельский передатчик.
- Здесь? В городе?
- Да, да, здесь в городе, в квадрате
Кайзер и Поменштрассе.
Если они раскрыли систему нашей
обороны...
- Передают?
- Да. Мы перехватили их рапорт.
Отдел шифров работает над ним уже два
часа.
Наша контрразведка плохо действует,
Клосс!
Через полчаса Фолькенхорн начнет
прочесывать этот квадрат.
- Пойду на 5-тый. Буду докладывать по
телефону.
- Что, спешишь, Ганс?
- Да, спешу.
- Боюсь, что тебе придется задержаться.
Я хочу в вашем присутствии, господин
полковник,
задать несколько вопросов капитану
Клоссу.
- Что это значит?
- Сейчас всё объясню.
Что ты делал сегодня под вечер, Клосс?
- Мне не нравится твой тон, Брюнер!
- Излишняя впечатлительность!
Чем ты был занят, Ганс, от 17:00 до
20:00?
- Ни на один твой вопрос не отвечу,
пока не узнаю, в чем дело!
- Хороший метод!
- Скажите, наконец, в чем дело?
Клосс здесь с 21:00. Нет времени на
глупости!
- Хорошо, сейчас скажу.
Сегодня убит профессор Гласс.
Надо сейчас доложить фюреру.
Вы понимаете?
- А причем здесь Клосс?
- Клосс - последний, кто видел
профессора живым.
- Вы были у него?
- Да, был.
- Так...
А зачем?
- Профессор - мой старый знакомый.
- Неправда. Фрау Гласс сказала, что
видела тебя первый раз в жизни.
- Возможно.
- О чем ты с ним говорил?
- Я зашел с ним попрощаться.
- И в результате этого прощания
профессор Гласс решил не выезжать, да?
Что ты знаешь о его сыне?
- Ничего.
- Ты лжешь!
- Берегись, Брюнер!
- Прекратите, господа!
Не время для ссор!
Нужно сейчас же найти убийцу
профессора Гласса!
- Где тело?
- Рядом, в моем кабинете.
- Разрешите, господин полковник?
- Хорошо.
- А что с радиостанцией, полковник?
- Через полчаса взвод жандармерии,
взвод из батальона Фолькенхорна
начнут прочесывать этот квадрат.
- Ну и что?
- Ничего.
- Фрау Гласс опознала мужа.
- Да. По куртке и по брюкам.
Этот человек старательно изувечен,
господин полковник.
И мне непонятно зачем?
И рубашка надета наизнанку.
[тревожная музыка]
- Профессора нет на заводе, фройляйн.
- Я знаю. Он велел взять портфель.
[звук шагов]
[условный стук в дверь]
- Собирайся! Сейчас сюда нагрянут
немцы!
- Через 10 минут мне выходить на связь!
- Рапорт еще не передал?
- Нет.
- Операцию на заводе начнут в 3.
Ах, чтоб!.. Мы не успеем
предупредить Центр!
- Уходите! Я передам рапорт.
- С ума сошел?
- Надо сообщить время операции, а то
наши на заводе погибнут!
- Хорошо, рискнем.
- Почему ты не хочешь сказать, кто ты?
- Не могу, верьте мне!
- Ладно, Агняшка. Нам терять нечего,
тем более, что можем
спасти людей и завод!
Этот город после войны будет
принадлежать Польше!
[тревожная музыка]
- И всё-таки вам лучше уйти, гражданин
майор.
- Еще 4 минуты.
- Чертовский риск!
- Ладно, спокойно, брат.
- Винтовки в караульной. Их пока
не раздали. Может, успеем.
- С людьми говорили?
- Я отобрал 10 человек.
- Из Югославии? - Готово.
- Мы тоже выбрали десятерых.
- В 2:45 Вацек и Сашко убирают
караульного.
Попробуем взять винтовки.
А теперь, все - по рабочим местам.
Пойдем в секретариат. Моя немчура
подпишет тебе пропуск.
[тревожная музыка]
- Начинай.
- Я - "Висла 5". Я - "Висла 5".
Я - "Висла 5".
- Иди. Иди, не бойся!
Здесь никого нет. Она уже давно пошла
за одеждой для меня.
- А почему она это делает?
- Откуда я знаю?
- А я думаю, что она тебя любит. А ты?
- Агняшка! Ты, ведь, знаешь,
что я люблю только тебя.
А она... еду мне приносит.
Про винтовки Она узнала.
Агняшка,
кто он, тот наш человек?
- Он поляк, а носит форму немецкого
офицера.
Он сказал: только ликвидировать
караульного. Это всё.
- Ясно.
- Груль 45-32, Кёнинг 36-38, Шмидт
40-42!
- Кагло - вниз, ты - туда, остальные -
за мной!
[звук бегущих солдат]
- Один. Попробуем!
[тревожная музыка]
[шаги]
- Переоденься, быстро!
- Что вы еще можете сказать о том
немецком офицере?
- Ничего. Я сказала всё, что знаю.
- Фройляйн Решка,
связавшись с поляком, вы опозорили
немецкую расу!
Вы знаете, как наш закон карает за
подобные преступления?
- Да, господин штурмбаннфюрер...
- Но, искренне признавшись,
вы свою вину искупили.
Вы не любите поляков, да?
- Ненавижу!
- Ее показания позволят уничтожить
нашего опасного врага.
Я думаю, господин полковник, что мы
должны от имени фюрера
простить Грету Решка.
- Да.
- Благодарю вас!
- Я могу идти?
- Конечно!
Прошу, подождите в моем кабинете.
Ну, господин полковник, он - опасный
серьезный враг!
- Да, если это всё правда.
- Вы никого не подозреваете?
Как я припоминаю, вы с ним даже...
дружили!
- Ну, это трудно назвать дружбой, и
всё же мы...
- Оба думаем о Клоссе!
[тревожная музыка]
[слышны артиллерийские выстрелы]
- Ну, ребята, загружайся!
- Полковник у себя?
- Так точно!
Быстрей, быстрей!
- Вставай!
Вставай!
- Ну зачем разбудил?
Мне еще спать полтора часа.
- Йот 23 сообщает из Тольберга!
- На войне любое донесение уже
опоздало на 2 часа.
Дай сигарету.
Ну и что наш славный Йот 23?
- В три начинают операцию на заводе.
- Много поспешили! Нервы!
- Немцы пока не ждут
наступления через канал.
Они там укрепятся только утром.
- Зови Подгурского. Попробуем. Там
на заводе немного продержатся.
- Ладно.
[тревожная музыка]
- 2:40. Пора!
[автоматная очередь]
- Руки вверх!
[звон ключей]
[тревожная музыка]
- Как зовут офицера, с которым ты
договорился?
- Не знаю никакого офицера.
- Как там было?
- Та полька ему сказала, что придет их
человек в немецкой форме.
- Если всё скажете... у вас будет
возможность остаться в живых.
Как его зовут?
Где винтовки?
- Ищи сам!
- Этого уведите.
- Нет! Нет!
- А, француженка!
Твой парень? Пойдешь вместо него.
- Сволочь!
- Даю вам три минуты времени.
- Караульного сняли.
Я иду!
[автоматная очередь]
- Стоять! Руки вверх!
[шаги, тревожная музыка]
- Ты здесь, Ганс!
Хорошо я всё устроил!
А вот и его девушка!
Поставьте ее к стенке!
А ты, Ганс, полюбуйся на них. Как?
Я не проигрываю последней битвы!
Ты - дрянь!
Ты - крыса! Бежишь с тонущего корабля
к врагу!
С каких пор им служишь?
- С самого начала, Брюнер.
С первых дней.
Я - офицер польской разведки.
- Так...
Тогда ты-то нам всё и выложишь!
- Ты уверен, Брюнер?
- Господин штурмбаннфюрер!
Порт заблокирован!
- Всех вывести!
- Ликвидировать?
- Я дам приказ.
- Я - "Висла 5". Я - "Висла 5".
Я - "Висла 5". Я - "Висла 5".
Я - Висла 5. Йот 23 арестован на
заводе.
Необходима срочная помощь!
Повторяю,
Йот 23 арестован на заводе. Необходима
срочная помощь!
- Не нравится вам блокада порта?
Некуда удирать?
- Думаешь, я не успею?
Не обольщайся! [взводит затвор]
Твое положение куда хуже!
Я успею расчитаться и с тобой, и с
теми!
Но сперва я хочу с тобой побеседовать.
Садись, Ганс.
- Закуришь?
- Ты изменил тон?
- Нет. Изменились обстоятельства.
Мы - офицеры одной и той же службы
могли бы договориться, а, Ганс?
Есть предложение.
- Не нужны мне твои предложения!
- Утром я предлагал тебе союз. Ты не
хотел.
Тем хуже для тебя!
А теперь у меня кое-что есть.
[плеск воды]
То, за что англичане и американцы меня
озолотят.
У меня...
Гласс!
- Я догадывался. Ты разыграл убийство.
Хотел Гласса вывести и продать.
Ну и каналья же ты, Брюнер!
- Да, но где он,..
знаю только я!
Не глупи, Ганс, ведь Гласс у меня!
Понимаешь?
- Возьми микрофон, вызови того, кто
минировал завод!
- Я не сделаю этого.
- Микрофон!
- Инженер Кроль, зайдите в дежурную!
- Повтори!
- Инженер Кроль, зайдите в дежурную!
- Повернись!
Спросишь, где пульт управления минными
зарядами!
- Господин штурмбаннфюрер, Кроль сбежал!
- А где пункт управления минной зоной?
- В кабинете Гласса.
[выстрел, шум падения]
Взорвать завод!
- Поляки!
[автоматная очередь, шум борьбы]
[автоматные очереди]
[перестрелка]
Янек: - Не стреляй!
[автоматная очередь]
Где Брюнер?
[стучит]
[шум машин]
[пение солдат на польском]
- Спасите!
Спасите!
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного Российского
Телевидения".
Серия 16
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Шестнадцатая серия:
Операция "Дубовый лист"
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли капитана Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Януш Палушкевич, Станислав Ясюкевич,
Аугуст Ковальчик, Анджей Красицки,
Тереза Каминьска, Тадеуш Юраш,
Стефан Шрамель и другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Януш Моргенштерн
1945 год.
[удаленный звук артиллерии]
- Господин генерал,
докладываю о прибытии капитана Клосса
и лейтенанта Дэне.
- Благодарю.
За то, что сдали большевикам деревню
Кляундорф
лейтенанта Калерта отдать под суд и
расстрелять!
- Калерт не мог там удержаться!
Он занял для обороны самые лучшие
позиции.
- Вы говорите "лучшие"?
Ну, может быть, но он поступил так
вопреки приказу.
Господин лейтенант Дэне пришел к нам
из СС, не так ли?
- Так точно, господин генерал!
- Следовательно, вы знаете, что
означает невыполнение приказа?
- Так точно!
- Вы арестуете Калерта.
Заседание трибунала и приведение
приговора в исполнение
не должно занять много времени.
- Так точно!
- Благодарю, вы свободны.
[шум бронетехники]
А, слушаю?
- Обе опоры моста заминированы.
- Порядок. Мост мы взорвем только в
последнюю минуту.
- Господин генерал, считаете, что они
прорвут нашу линию обороны?
- Я так не считаю. Я предусматриваю
каждую возможность!
Да, река - наш последний шанс
удержаться
при натиске их танковых группировок.
Мне не хочется думать о том, что
случится, если мост окажется...
в их руках.
Дальше.
- Согласно приказу,
полк пехоты укреплен
двумя батареями
противотанковых орудий.
Полк тяжелых танков переброшен за реку
в район леса Вайперт,
как подвижный участок дивизии.
- Порядок.
Мы подтянем еще батальон пехоты и
направим его в район леса Вайперт.
Пожалуй, там еще достаточно места.
Как вы думаете?
- Господин генерал, вы думаете о
круговой обороне?
- Если мы получим такой приказ, как...
Можете быть свободны.
[удаленный шум артиллерии]
- Господин капитан,.. что с
лейтенантом Калертом?
Вы не хотите со мной разговаривать?
Брезгуете француженкой?
- Что вам надо?
- Я люблю его.
Вам этого не понять!
- Мне неприятно, Симона, то, что я
не могу вам помочь.
- А он считал вас своим другом!
Впрочем, у вас дружба не в счет!
А Дане?
- Он тоже не поможет.
- Может, он лучше вас?
Человечнее?
- Добудь что-нибудь поесть!
- Господин лейтенант...
- Слушаю.
- У меня к вам огромная просьба.
- Да.
- Речь идет о Калерте.
- Поговорим.
Мне, пожалуйста, коньяк и
что-нибудь... горячее, есть?
- Для вас найдется!
- А что касается... Калерта...
Если вы будете добры и милы...
[звонит]
- Здравствуйте.
- Добрый день.
- Это вы навещали в Берлине тетю Эльзу?
- Да. Тетя Эльза живет на
Александр Плац.
Пожалуйста.
Всё в порядке. Пожалуйста, входи.
Я рад, что ты пришел!
Нам теперь очень нужна твоя помощь -
завтра начинаем операцию "Дубовый
лист".
- Что это за операция?
- Как? Ты не знаешь?
- Нас перебросили позавчера.
Пароль я получил от связного в
последнюю минуту.
- Операция "Дубовый лист"
запланирована несколько недель назад.
Завтра утром в 4 часа, на запад от
леса Вайперт,
высадится группа наших парашютистов с
заданием захватить мост
и удержать его до подхода наших
подразделений.
Задача заключается в том, чтобы немцы
не успели уничтожить этот мост.
Парашютисты доберутся до реки через
лес Вайперт.
- Надо немедленно отменить операцию!
Со вчерашнего дня там расположился
танковый полк!
А через час туда прибудет еще и
батальон пехоты.
Мы должны изменить весь план!
- У нас есть сведения, что этот лес
чист.
- Был чист, до вчерашнего дня.
- Теперь я уже ничего не могу
изменить.
- Ты что, хочешь, чтобы люди погибли?
- Знаешь, в чем дело?
Связной, которого забросили месяц тому
назад,
устроился в городишке в 15-ти
километрах отсюда.
И я даже не знаю - где.
- У тебя есть с ним связь?
- Да.
У нас там свой человек по фамилии
Вайс, живет на Бунтсландштрассе 28.
Только с его помощью мы передадим
сведения связному!
- Надо ему сообщить!
- 15 километров отсюда.
Поезда не ходят.
- Сколько у тебя людей и какие?
- Новые.
Я здесь не с сегодняшнего дня работаю!
Ты знаешь, как отсеиваются люди!
Из тех мало кто остался!
Не дождались. И я тоже не знаю,
дождусь ли?
- Не боишься держать эту фотографию
на виду?
- Это всё, что у меня осталось.
- Итак, какие у тебя люди?
- Ну, есть Янка, полька.
Работала у соседей, но соседи...
удрали.
Мой внук, Эрвин... Ну, еще несколько
поляков.
Но я не успею так быстро предупредить!
- Хорошо...
Сразу же после моего ухода
пошли эту Янку и своего внука
с донесением к Вайсу.
Пусть они идут разными дорогами.
По крайней мере, один из них
должен добраться.
- Эрвин!
Забеги за Янкой, и приходите сюда
вместе!
- Это будет не так просто!
- А как мы узнаем, что донесение
отправлено и операция отменена?
- Ежедневно в 20 часов в зоне 15 МГц
наши передают 8 тактов полонеза А-dur
Шопена.
- А что это означает?
- Есть полонез - операция состоится.
Не будет полонеза - операция отменена.
- А, понимаю.
Эрвин: - Дедушка!
- До встречи!
- Войдите в дом!
Переоденься в это!
- Зачем? Сейчас?
- Так надо.
Пойдете к Вайсу и скажете ему, что
операцию "Дубовый лист" нужно отменить.
Повторите!
- Нужно отменить
операцию "Дубовый лист".
- Не понимаю!
- Ты и не должен понимать!
Помните, от вас многое зависит!
- Господин Томаля, я не могу!
Мой хозяин убежал, но сказал,
что вернется. Что будет, если...
- Он уже никогда не вернется!
Ни он, ни...
Пойдете врозь.
Тогда больше шансов, что донесение
будет доставлено.
- Хорошо.
- Будьте осторожны, дети!
Поспешите!
- Девушка! Девушка, ты одна?
- Одна.
[шум бронетехники]
Почему мы стоим?
- Не знаю. Видимо предусмотрен отдых.
- Я должна идти дальше!
- Зачем спешить? Теперь не надо никуда
спешить!
Подожди, посмотрю.
- Бабушка!
Бабушка!
- Что случилось?
- Бабушка, это ведь полька Гинтеров!
- Полька! Вот почему ты не хотела
тянуть тележку - своих ждешь!
А где у тебя тут буква "П"? Где?
Там полька, убегает! Может это шпионка?
- Стой!
Стой!
[щелчок затвора, автоматная очередь]
[автоматная очередь]
[автоматная очередь]
[стук в дверь]
- Войдите!
- Я хотела извиниться за ту сцену в
казино. Я была расстроена.
- Не важно.
- Я поэтому и пришла.
Помогите мне!
Невозможно, чтобы вы были так
безразличны!
- Я говорил же, Симона, что ничего не
могу для него сделать.
- Вы не хотите рисковать!
А Дане обещал, если Калерт попадет к
нему...
- Вы ему не верьте. Он тоже не сможет
помочь.
- Я знаю, что... даром ничего.
Сколько раз вы говорили, что я
красивая!
- Иди к генералу, Симона, и не
обольщайся - нет никакой надежды!
- Вы пожалеете!
А когда придут русские, будете просить
о помощи!
- Вспомнила, что ты француженка?
- Я всегда об этом помнила!
- Эй, ты! Иди сюда!
Фамилия!
- Эрвин Пушке.
- Сколько тебе лет?
- Шестнадцать.
- Стыдно! Твои родители воюют,
защищая Отчизну, а ты что?
Залезай в машину!
Скорее, скорее!
[тревожная музыка]
[звонит]
- Ну, господин Вайс,.. а кто эта
девушка?
- Я ее не знаю.
- Моя фамилия Кнох.
Запомни эту фамилию!
А твоя фамилия?
Как фамилия?! Кто тебя сюда прислал?
Кто... тебя сюда прислал?
[полонез Шопена по радио]
[стук в дверь]
- Войдите!
- Господин капитан, вас господин
генерал вызывает - совещание.
- Хорошо, сейчас приду.
[полонез Шопена, выключил]
- Приказ фюрера гласит:
"Ни шагу назад!".
Кто отступит - будет расстрелян!
По делу Калерта сообщаю, что слов на
ветер не бросаю.
Кто говорит об отступлении, тот
пораженец!
Так, теперь к делу.
Господа Вальтер и Кёлер... выезжают в
пехотный полк.
А вы, капитан Клосс,.. проведете
инспекцию в районе леса Вайперт.
Прошу помнить, что
мост будет взорван
только в момент непосредственной
угрозы вражескими танками.
- Так точно!
- Я думаю, что до этого не дойдет,
господин генерал.
- И я так думаю, лейтенант.
Но во время войны надо предусмотреть
каждую возможность.
- Так точно!
- Лейтенант Шрам,
вы сообщите своим саперам,
что мост будет уничтожен только
по моему личному приказу.
Если надо будет отдать такой приказ,
то я отдам его в соответствующий
момент.
- Так точно!
Всё, господа. Вы свободны.
О результатах проверки доложить завтра
утром на совещании.
[тревожная музыка]
- Сигнал был!
Операция не отменена.
- Знаю. Я слушал.
- Где те двое?
Где твои связные?
- Я боюсь за них!
Если они не добрались до Вайса...
Я не должен был их посылать!
Янек: - Нужно обязательно отменить
операцию!
- Уже поздно!
Надо было мне пойти!
- Погрузка в 4:00...
Надо что-то придумать.
Ты говорил, что у тебя в распоряжении
есть какие-то люди. Где они?
- Они здесь. Ждут.
- Давай их сюда!
- Ты хочешь раскрыться?
- Теперь это уже не имеет значения!
- Ребята, идите сюда! Входите!
- Спокойно, ребята!
Янек: - Входите, входите! Сейчас нет
времени на выяснения!
Оружие есть?
- Да, немного.
- Хорошо.
Никаких документов сделать не успею.
Если задержат, будете выкручиваться
сами.
Мне надо немного белой краски или мела.
У тебя что-нибудь найдется?
- Да, найдется.
- Всё спокойно?
- Так точно!
- Где начальник караула?
- В караульном помещении.
Янек: - Быстро!
[тревожная музыка]
Берите, сколько надо.
- Шесть комплектов достаточно.
- Пойду узнаю, что со связными.
- Значит, Бунтсландштрассе 28,
два коротких звонка, один длинный.
Фамилия - Вайс.
- Ладно, посмотрю, может мне еще
удастся отменить операцию.
Если они не высадятся, то закопайте
мундиры в первой же глубокой яме.
А если высадятся, то знаешь пароль?
- Знаю.
- Документы!
- В порядке.
- 19-тая танковая.
- Минутку...
- Где здесь Бундсландштрассе?
- Прямо и направо.
[тревожная музыка]
[звонит]
[выстрел]
[звон стекла, стреляет]
- Стой!
Быстро поехали за тем мотоциклом!
Поехали, давай!
Здесь проезжал мотоциклист в плаще?
- Проезжал, этой дорогой.
- Документы проверил?
- Фамилию не помню.
Капитан, 19-тая танковая.
- А номер мотоцикла?
- Мне кажется, что WX, в начале "6" на
конце "3".
- Сойдет и столько. Поехали!
[полонез Шопена по радио]
- Долго еще ждать?
А что с Янкой?
Почему ее до сих пор нет?
- Янка выполняет Свое задание.
Я думал, что обойдется без нас.
Наверное, этой войне и мы нужны.
- Я хочу воевать, только дайте оружие.
С меня хватит этого ожидания!
- Внимательней, ребята!
Будьте осторожны!
Это лес Вайперт.
А в нем - немецкие части.
Здесь, в замке, расположен штаб.
Река, мост.
Сейчас на краю этого леса высадятся
наши парашютисты,
чтобы успеть захватить этот мост до
того, как немцы его взорвут.
А чтобы дойти до моста, они должны
пройти через этот лес.
- Сколько будет наших?
- Не знаю. Думаю, что немного.
- Перестреляют нас, как уток!
- Мы с вами и несколько парашютистов
должны переодеться в немецкую форму.
Остальных проведем через лес, как
пленных.
- Проведем, а может и нет.
Вы, Томаля, не думайте, что я паникую!
Я хотел после войны остаться в этом
городе.
Он должен стать нашим!
Вы сами говорили!
- Ну что ж, я тоже не прочь пару лет
прожить здесь, но...
[шум мотоцикла]
Передали?
- У Вайса засада!
- Теперь я уже один...
Ты видел моего внука?
А Янку?
- Может быть их что-то задержало в
дороге?
Я убил гестаповца. Кажется, меня не
заметили.
- Они могут тебя узнать, уходи с нами!
- Нет.
Ночью я должен ехать с проверкой в лес
Вайперт.
В штабе буду только утром.
До утра меня не найдут.
С мостом дело обстоит так. Саперы ждут
приказа генерала.
Без приказа они его не взорвут,
поэтому, прежде всего, вы должны
добраться до штаба.
- До штаба?
- Да.
Чтобы сделать невозможным
этот приказ.
Подумай,.. сколько наших могло бы
погибнуть в бою за этот мост...
У них там сильная оборона и хорошо
подготовленные огневые точки.
А штаб...
Неожиданность дает большие шансы!
- Но это - безумие!
- Согласен, безумие.
А какой штаб дивизии ожидает
нападения с тыла?
Поторапливайтесь!
Поторапливайтесь.
Я жду вас.
Дане: - Я знаю Париж и француженок,..
но ты не бойся, одна не останешься!
- Как это одна?
Ты думаешь о Калерте?
Меня тебе не достаточно?
А может, я хуже его?
- Ты же обещал!
- Ничего я не обещал!
Но даже если бы обещал, то что?
- Подлец!
[смех Дане]
Ты еще пожалеешь! Клянусь!
- Пароль!
- Дубовый лист.
- Порядок.
Докладывайте.
- Ситуация изменилась.
В лесу Вайперт расположилась немецкая
танковая часть.
Соберите людей, мы должны
посоветоваться, а я изложу наш план.
[удаленные артиллерийские выстрелы]
- Это чертовски рискованно!
А нельзя миновать этот лес?
- Исключено! Мы должны быть готовы ко
всему!
- Сколько людей вам нужно для
переодевания?
- Не менее троих, и чтобы один из них
хотя бы немного говорил по-немецки.
Но надо спешить! Мы должны дойти
прежде, чем наши начнут.
- Инжеяк, Козил, Косовяк, ко мне!
- Боже мой!
- Ну ладно, ладно! Вы знаете немецкий?
- Так, говорю... Ведь так, гражданин
капитан, мой дед Котовец...
- Хватит, переодевайтесь!
Вы, Инжеяк?
- Я только "готт" и "яволь"...
- В случае чего - рот на замок!
И Косовяк тоже. Ну, поехали!
- Помогите им!
- Капрал, построить колонну!
- Слишком всё аккуратно! Они совсем не
похожи на пленных!
- Снять ремни, передать оружие!
И пусть кто-то из вас хромает.
Всё должно выглядеть неряшливо!
Понятно?
- Готовы?
- Так точно!
- Поворачивай.
Что происходит?
- Господин лейтенант! Докладываю, что
мы захватили польских парашютистов!
- Где? Здесь?
- Да. Они высадились
на западном краю леса.
- Командир?
- Я не понимаю по-немецки.
- Покажите документы!
- Мы ведем в штаб дивизии.
- Где документы?
Лейтенант: Где документы?
- Есть закурить?
Эй, закурить есть?
- Побыстрее... Давай, давай...
О, у тебя русский автомат?
- Русский автомат - очень хороший,
господин лейтенант!
- Пошли!
[тревожная музыка]
- Сержант!
Поляки?
- Поляки. Парашютисты.
- Зачем вы их ведете? Прикончить на
месте!
- Приказ командования - отвести в
штаб!
- Я бы с ними не цацкался! Но если
приказ, значит - приказ!
- Пошли!
- Нет, это невозможно! В моей дивизии
такое не могло произойти!
- Но мотоцикл был из 19-той танковой!
- Я прикажу проверить в полках.
- В полках уже действует Гестапо.
Речь идет о штабных офицерах.
- Курт!
- Мы знаем, генерал, что... это фронт,
но мы действуем и на фронте.
- Кто из офицеров сегодня ночью
пользовался служебным мотоциклом?
- Капитан Кёлер, господин генерал,
капитан Клосс, лейтенант Вальтер,
лейтенант Дане.
- Лейтенант Дане нас не интересует,
но остальных офицеров
вам, господин генерал, придется
вызвать сюда.
- В моей дивизии к лейтенанту Дане
отношение такое же,
как и к другим офицерам,
штурмбаннфюрер!
- Кнох.
- Кнох.
И поэтому...
да, через 15 минут они Все будут здесь.
- Коньяк?
- Можно водку.
- У нас гости.
Гестапо.
Разыскивают какого-то офицера, который
скрылся от них на мотоцикле.
Кажется, опасный шпион...
Янек: - Ну и что?
- Как вы думаете, если бы я им
помогла...
они бы освободили Калерта?
- Почему вы меня об этом спрашиваете?
- Потому что я недавно
видела офицера,
который стирал регистрационный
номер на своем мотоцикле.
Это был номер...
[артиллерийские выстрелы]
Опять они!
И это как раз здесь!
Неплохо информированы!
[артиллерийские выстрелы, шум
самолетов]
- Это ты!
[выстрел]
- Вы меня тоже застрелите?
[шум артиллерии, самолетов]
- Вы сегодня ночью выезжали?
- Да.
- А вы, капитан?
- Я был в лесу Вайперт.
- Вас тоже не было ночью в штабе?
- Нет.
- Господин генерал, докладываю, что
штурмбаннфюрер Кнох убит.
Его нашли в казино.
- Господа,.. прошу за мной!
Генерал: Не трогайте пистолет!
Генерал: Вы всё время были в казино?
- Да.
- Вы знаете, кто это сделал?
- Знаю.
- Прошу показать убийцу.
- А вы освободите лейтенанта Калерта?
- Калерт расстрелян.
Еще вчера.
[тревожная музыка]
- Это он!
[выстрел]
Это был Дане!
- Врет!
Это она убила Кноха!
Это она работала на большевиков и
поляков!
- Ее нет в живых, но перед смертью она
сказала многое!
Для меня слишком даже много!
- Ведь вы же не верите, что это я убил
Кноха?
- В штаб.
- Сюда.
[стрельба]
- Господа, по местам! Клосс, за мной!
[перестрелка]
- Соедините с полковником Хайнцем.
Полковник Хайнц убит!
Да.
Так точно!
Неприятельские танки прорвали нашу
линию обороны, генерал.
- Руки вверх!
- Попросите вызвать начальника охраны
моста.
- Я не сделаю этого.
- Ваше сопротивление бессмысленно.
Быстрее, генерал!
- Соедините с лейтенантом Шрамом.
Говорит генерал Пфистер.
Приезжайте в штаб.
Да. Немедленно.
Я был терроризирован недопустимым
образом,
и это во время войны между
цивилизованными народами!
- Господин капитан!
- Пошли!
А ты сторожи их. Это ценная добыча!
- Бежим, генерал!
[звук перестрелки]
- Они здесь!
Вы спасли мне жизнь.
Только дело в том...
- Буду ли я молчать?
Конечно, господин генерал.
У вас, ведь, не было другого выхода.
Бежим!
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного Российского
Телевидения".
Серия 17
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Семнадцатая серия: Встреча
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли капитана Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Барбара Хоравянка, Барбара Брыльска,
Анджей Заорски, Барбара Рахвальска,
Ежи Рэдван, Зигмунт Зинтель и другие.
Оператор: Антони Войтович
Директор: Мечислав Вайнбергер
Режиссер: Анджей Кониц
1945 год.
[тревожная музыка]
[стреляют]
- Вы прекрасно говорите по-немецки,
господин майор!
- Повторяю вопрос: где Ринг спрятал
архив Центра "Восток"?
- Не знаю.
- Отвечайте!
- Он приехал в Бишопсфельде, я дал
ему бензин.
- Это мы знаем.
У кого он там останавливался?
- Там у него родственники - аптекарь, и
тоже Ринг.
- Куда поехал потом? Направление?
- Не знаю. Больше ничего не знаю!
- Ведь Ринг кого-то оставил там?
- Там родня...
- Я не о родне!
- Да, я понял.
"Я оставил там пса,..
он будет сторожить."
Так он сказал.
- Увести пленного!
- Ну и что?
- Он, кажется, ничего не знает.
- Надо найти архив!
В нем есть также имена агентов,
оставленных в Польше.
Да, вернулся Новак.
В озере найдены трупы убитых мужчин.
Может это подскажет нам след?
Но если мы будем искать
неосторожно,..
тот, кто связан с Рингом, может архив
уничтожить.
- Я понимаю.
Ну что ж, есть только один способ,
полковник...
Да?
Как вы?
Сможете? Это огромный риск!
Вы раскрыты.
- Бишопсфельде занята нами.
- Ну, продумайте убедительную версию.
Уходили вдоль Одера. Скрывались в
лесах.
Всё должно быть очень тонко!
Поручик Новак в вашем распоряжении.
[шум проезжающего мотоцикла]
[солдаты поют по-польски]
- Отойди от окна!
Вчера у Паснеров нашли оружие!
Ходят по домам!
- Пусть, наконец, придут!
Сидим здесь, как крысы!
Загнанные крысы!
- Господин Шенк, вы хотели посмотреть
продукты.
Господин Шенк обещал что-нибудь
достать! Правда, фрау Берта?
- Да, господин Шенк обещал.
- Схожу за картошкой.
- Будь осторожной, Инга!
Лучше, чтобы тебя не видели.
- Вы тоже боитесь?
[стоны]
[тревожная музыка]
- Господин Миллер! Что с вами?
Что с вами случилось?
- А, это ты. Ты, дитя.
Пожалуйста, спрячь меня...
где-нибудь... где нибудь.
Спрячь меня, спрячь,.. скорее.
[закрыла дверь]
Твой дядя... был там. Твой дядя,
Инга...
Стрелял он в меня...
- Что вы говорите?
Твой дядя... Я помню его... ребенком.
Надо, чтоб ты об этом знала.
Для этого я и приполз.
Никому ни слова об этом. Ни слова.
- Как это было?
- Подъехали к пристани...
потом...
сначала они... застрелили тех,.. что
плыли с ящиком.
Но ты, Инга,.. никому ни слова!
Никому, ничего!
Не уходи, Инга! Не уходи!
- Я сейчас вернусь!
Пусть это кончится!
[плачет] Пусть наступит конец!
- Успокойся, ведь ты взрослая девушка!
- Фройляйн Элькен права, Инга.
Нужно переждать.
- Переждать! Переждать!
Всё твердите одно и то же!
Все вы трусы!
Вы тоже!
Кто снял портрет фюрера?
Кто сжег "Майн Кампф"?
- Я должен сохранить аптеку до
возвращения твоего отца и выжить!
- Трус!
Все немцы трусы! Умеют стрелять только
в калек!
- Что ты сказала? Если бы это слышал
твой отец или дядя!
- Не говори о дяде! Слышишь?
Никогда о нем не говори!
- Что случилось, Инга?
- Оставьте меня!
Можете не бояться - я никому не скажу,
кто вы!
- Я - медсестра из Штутгарта.
Мои документы в порядке!
[стук в дверь]
Откройте дверь, Шенк.
[стук в дверь]
- Эта девушка накличет на нас беду!
- Если вы всю войну продавали
таблетки,.. - вам ничто не грозит!
- Хайль Гитлер!
- Кто вы? Что вам здесь надо?
- Если бы меня поймали русские, они
спрашивали бы не так.
Давно они здесь?
- Здесь поляки! Они ищут таких, как вы!
Навлечете беду на нас!
- Обо мне не тревожься!
- Ах так!
Кто такой? Как тебя зовут?
- Вильгельм Шенк.
- Ты немец?
- Конечно!
- Покажи, как должны приветствовать
немцы.
Ну?!
- Хайль Гитлер!
- Оставьте!
Допустим, мы окажем вам
гостеприимство...
- От чьего лица вы говорите?
- Хотите его прогнать?
- Нет...
- Тогда сидите тихо!
Но мы хотели бы знать, с кем мы имеем
честь?
- А вы кто такая?
- Штурмфюрер Анна Мария Элькен.
Последнее место службы - Герлиц.
- Капитан Ганс Клосс.
Недавно еще офицер контрразведки при
штабе 175-й дивизии.
- Группа армии "Центр"?
- Вы превосходно информированы!
- Почему вы попали именно сюда?
- Допрос?
Мы были в окружении. Пытались
вырваться.
До Одера шли в форме, потом каждый, кто
как мог.
- И случайно набрели на этот дом! Да?
- Я не смог больше идти.
Я увидел вывеску "Густав Ринг".
Полковник Гельмунт Ринг из той же
службы, что и я. Довольна?
- Вы знаете дядю?
- Чудесный человек!
- [иронично] Чудесный!
И вы такой же чудесный? И вы стреляете
в калек?
- Что ты болтаешь, Инга!
- Нельзя так говорить о дяде!
- Нельзя? Так знайте же, он стрелял в
немца!
- Ложь!
- И он стрелял в немца на пристани!
- Кто тебе сказал?
- Кто этот немец?
- Я здесь за твоего отца и дядю.
Говори!
- [плача] Что вам от меня нужно?
Я не скажу!
- Оставьте девушку!
- Не вмешивайтесь - это семейные дела!
- Я сказал прекратите допрос!
Захочет - сама расскажет!
Что это за чушь? Инга никому ничего
говорить не станет, правда, Инга?
- Правда!
Вы, наверное, очень устали?
- Три ночи глаз не сомкнул.
- Я отведу вас в комнату своего отца.
- Спасибо.
- Это вам спасибо!
- Не за что!
Надо держать себя в руках!
И еще одно...
Тому человеку, о котором ты говорила,
грозит большая опасность!
- Почему?
- Он, ведь, говорил о расстреле и еще
кое о чем?
- Откуда вы знаете?
Вы там были?
- Нет.
Но если что-нибудь случится, приходи
ко мне!
[тревожная музыка]
- Ехали автострадой на Вольтхоф,
товарищ капитан.
Каменецкий открыл огонь, и тут
из леса выехали "Фердинанды".
- Майор у себя?
- У себя, но он вас... выкинет.
- У меня нет приказа, и пока я его не
получу, буду сидеть в этой дыре!
- У нас оголено правое крыло.
Наша линия обороны прорвана - эта
танковая группа фельдмаршалла Шёрнера!
- Откуда он взялся, этот чертов
Шёрнер, не понимаю!
- Свяжись с дивизией.
- А если этот штаб уже переместился?
- Так или иначе я должен получить
указания!
И пусть Каменецкий удерживает Калькоф!
- Не удержит.
- Это вы? Чего вы здесь болтаетесь?
Мне нужны противотанковые пушки, а не
офицеры для спецпоручений!
Что надо?
- Я хотел связаться с командующим
дивизии.
- Я б тоже хотел!
А вы знаете, что здесь твориться?
Прорвались танки Шёрнера!
- Это очень важно, товарищ майор!
- Сейчас всё уже не важно!
Отступаем на север вместе со штабом!
Можете идти.
[тревожная музыка]
- Капитан Клосс!
- Что вы здесь делали?
- Не будем играть в жмурки!
Изображаете честного немца, да?
- Яснее?
- Представим себе, что капитан Клосс,
вместо того, чтобы храбро пасть или
гнить в плену,
окажется в приятной нейтральной стране
с бумажником, полным денег.
- Очень заманчиво!
- Скажем,.. кто-то предложит вам
продать бумаги,
сейчас бесполезные вашему шефу -
полковнику Рингу.
Бумаги, которые он где-то здесь
спрятал.
- Почему именно здесь?
- Не притворяйтесь, Клосс!
Это ясно из слов Инги.
Вас сюда прислал Ринг, да?
И вы знаете - где!
Можно много заработать!
Много долларов, Клосс!
Ну?
- Идем!
- Если вы меня убьете,.. это вам
ничего не даст!
- Идем!
Быстро!
Не задерживаться!
- Любите стрелять в спину!
- Не болтать!
[шаги, шум двери в коридоре]
[тревожная музыка]
[тревожная музыка]
[дверь закрылась]
[стучит]
[стучит]
- Инга! Боже ты мой!
- Рехнулась?
- Что случилось?
- Они убили его!
- Что ты говоришь?
- Этот бедный калека с пристани!
Я нашла его вчера, когда шла в погреб
за картошкой.
Он просил его спрятать! А я, глупая,
вам сказала!
Это кто-то из вас!
- Это... сделали поляки!
- Поляки! Это не поляки стреляли на
пристани, а мой дядя!
Любой из вас мог это сделать!
Это дядя оставил вас здесь, чтобы вы
стерегли аптеку!
Ты тоже знала моего дядю!
Ты убила Миллера!
Ты выходила ночью! Я не спала, я
видела, как ты выходила!
- Эта девушка свихнулась!
- Какая же я была дура!
Этого я вам не прощу!
- Теперь справедливости нет. Теперь
здесь поляки!
- Пусть поляки, но теперь я знаю,
какие немцы!
[громкий стук в дверь]
- Этого следовало ждать!
- Ну, быстро ручки!
Кто из вас зовется Клоссом?
Только без выкрутасов!
- Я.
- Ты? Сразу видно - настоящий фриц!
Обыщи его.
- Целый арсенал!
- А кто из вас хозяин квартиры?
Ты?
- Нет, я только помощник аптекаря,
господин офицер,
а хозяйка - вот эта фройляйн.
- Ну, если я еще хоть одного у тебя
найду...
узнаешь!
Ваше счастье, что мы не фрицы!
Они за такое всех бы... к стенке!
Пошел!
- Его кто-то выдал!
Его кто-то выдал!
- У них чертовский перевес!
- Да, да, да, да, но увидишь,
через два дня...
- Гражданин майор, "Фердинанды" на
окраине! Каменецкий отходит на север.
- Быстро к Берецкому! Пусть займет
позиции на краю леса! Быстро!
- Не удержим город!
- Не удержим! Сам знаю, что не удержим!
- Гражданин майор, хочу вам сообщить...
- А вы что здесь делаете? А ну катись!
Что там с этим... с этим Клоссом?
- Нет никаких известий.
- С Клоссом?
- Да.
- Кто-то подбросил эту записку
караульным.
- "У профессора Ринга прячется немецкий
офицер Клосс."
- Я сказал, чтобы привели его сюда.
Если не успеют, то пусть расстреляют
по дороге.
- Гражданин майор, это измена!
- Что? Что ты сказал?
- Клосс - это наш человек!
- Ну тогда бегом, черт бы тебя побрал!
[взрывы]
[пулеметная очередь]
- За мной! Скорее, скорее!
- Ранек, ну чего мы ждем? Прикончим
его к чертям!
- Ну ты, фриц, к стенке!
- Вы совершаете ошибку!
Ведите меня к командиру!
- К стенке!
- Ранек, он говорит, как свой!
- У нас с тобой приказ!
- Ребята, вы знаете, кто я?
- Стой! Кто вам позволил?!
- Не кричи, у них был приказ.
Вот мои документы и оружие.
- Дайте. - Пожалуйста.
- Подождите меня рядом в воротах.
Бегом, бегом! Быстро!
- Ты во время появился, чтоб тебя
черти взяли!
- Господин майор, мы отступаем.
- Я останусь здесь.
Доложи, что Рингом заинтересовалась
американская разведка.
Архив, вероятно, на пристани.
Я должен обязательно найти это место!
- Ну, проваливай!
- Я останусь с вами!
- Проваливай, я сказал!
А этих двоих нужно отослать в тыл, и
чтоб молчали, как камень, ясно?
- Ясно, гражданин майор!
[взрыв] - Танки!
- Ну что же... Ваши документы в
порядке.
Поедете в штаб фельдмаршалла Шёрнера.
- Так точно!
- Почему вы скрывались здесь?
- Я пытался пробраться в Дрезден,
но не хватило сил.
- Вы были в 175-й дивизии?
- Так точно!
- Я знаком там со многими.
Вы знаете Брюнера?
- Знаю.
Штурмбаннфюрер Герман Брюнер - вместе
работали.
- Что с ним сейчас?
- Не знаю.
- Переоденьтесь.
У вас тут друзья есть?
- Я скрывался в доме семьи полковника
Ринга.
- Знаю Ринга. Ну что ж...
У вас - несколько часов.
Мы здесь долго не задержимся.
- А какова сейчас ситуация?
- Наша группировка идет на помощь
Берлину.
Фюрер обещал применить новое...
оружие!
[играет торжественная музыка]
[выключила музыку]
- Не радуешься?
- Не умею!
Кто-то вошел!
- Тебе показалось, никого нет - ни
Шенка, ни фройляйн Элькен.
Сегодня - большой день!
Только тот капитан не дождался.
- Может быть он жив?
- Жаль тебе его?
- Убери пистолет!
- Уже доложил?
Тебе говорю! Стой!
- Ты давно работаешь на Янки?
- Гитлеровская гадина!
- Спасибо, Инга.
- Вас отпустили?
- Я сбежал.
- А она хотела вас убить!
- Оставь нас одних. Ничего не
случилось.
- Как не случилось? Я слышала!
Слышала, как вы сказали: "Работаешь на
Янки"!
- Инга!
- [иронично] А я вас так ждала!
Убийцы и шпионы!
[шум машины]
Янек: - Приехал полковник Ринг.
Плохо ты сыграла!
- Не ожидала, что вернется.
Ну, иди, доложи своему начальству!
- Инга скажет.
- Это ты донесла обо мне полякам?
- Я.
Я знала, кто ты такой.
- Здравствуй, Инга!
Я вернулся раньше, чем думал!
- Не трогай меня!
- Что с тобой?
Не понимаю.
- Ты стрелял в Миллера?
- Он жив?
- Ты велел его добить ночью!
- Всё в порядке.
Потом объясню.
- "В порядке"! Как ты можешь так
говорить?
Он мне всё рассказал!
- А это кто?
- Это капитан Клосс.
Беседует с американской
шпионкой, штурмфюрером Элькен!
Я только что спасла ему жизнь.
- Иди к себе и не выходи.
- Я имел честь быть вам
представленным, господин полковник.
- Хороша пташка!
Уже начали допрашивать, капитан Клосс?
- Да. Хочу доложить...
- Минутку.
Ты немка?
- Я офицер американской разведки.
- Прекрасно...
Их внедряли в СС. Как мы могли
выиграть войну?
Зачем ты приехала в Бишопсфельде?
- Мои шефы поручили мне повидать
полковника Ринга.
Они расчитывают на ваш разум,
полковник.
Дайте мне сигарету.
Ты спрятал на пристани архив!
- Молчи!
- Хочешь отдать документы полякам?
- Никто не узнает, где они!
А тебе - конец!
- Поляки найдут документы, и ты
пойдешь под расстрел!
А я даю тебе шанс!
Если отдашь архив нам, получишь
гарантию безопасности.
И твой офицер тоже.
- Берта! Где Шенк?
- Исчез куда-то с утра, господин
полковник.
- Запри ее в чулан и карауль!
- Слушаюсь, господин полковник!
- Частная тюрьма?
- Ирония?
- Нет, утверждение.
- Я много о вас слышал, Клосс.
А как вы здесь оказались?
- Пробрался.
- Это я знаю. А в этом доме?
- Я считал, что семья полковника Ринга
не откажет мне в укрытии.
- И всё?
- Всё.
- Ну, допустим.
- Думаю, что теперь и вы не захотите
от меня избавиться.
- И не подумаю!
Везет же вам, Клосс!
Каково ваше мнение?
- У меня его нет.
Я - немецкий офицер.
- Не глупите, Клосс!
Вы знаете, что это за документы?
- Хотите их отдать американцам?
- Мы оба понимаем, что это шанс.
- Верите американским гарантиям?
- Я ни во что не верю, но это шанс!
- Это измена!
Полковник Ринг! Я стреляю быстрее вас!
- Хорошо.
Садитесь.
Измена...
Не люблю я громких слов!
Вы этого не говорили, Клосс.
- Пусть так - я этого не говорил.
Ясно одно - вам надо со мной
договариваться,
так как я случайно узнал многое. Но вы
должны мне дать гарантию!
- Точнее?
- Я буду с вами заодно, если скажете,
где спрятаны документы.
- В другой ситуации я велел бы вас
расстрелять,
но мы достанем их вместе.
- Если я не узнаю, где вы их спрятали,
то американская шпионка вместе с моим
рапортом
будет передана в штаб группы Шёрнера.
- Это блеф!
- Нет!
Просто я не хочу остаться в дураках.
- Слово немецкого офицера!
- Вы шутите, господин полковник!
- Документы...
на территории старой пристани.
- Это известно даже
американской разведке!
- От Инги, да?
Миллер ей всё рассказал.
Инга знает, кто его убил?
- Нет.
- А вы?
- Знаю.
Где документы?
- Хорошо.
В сарае, справа от входа, под старой
лодкой.
- Доказательства?
- На этот раз шутите вы, капитан Клосс.
- Берта!
Приведите сюда фройляйн Элькен.
И что-нибудь нам выпить.
Пожалуйста, садитесь.
- Дайте сигарету.
Всё очень просто.
Багаж загружаем в машину как можно
скорее,
пока здесь еще находятся ваши части,
и едем на запад.
Думаю, что нам без труда удастся
достичь границы американской зоны.
Там мы подождем.
Потом я всё устрою.
Грузовик и охрана есть?
- Спокойно, спокойно, фройляйн Элькен!
А гарантии для нас?
- Гарантии?
Перевезете архив и сдадитесь
американцам.
- Я должен быть уверен!
- Никто не уверен, полковник! Я тоже!
К тому же, у вас нет выбора.
- Мы еще можем бороться до конца!
- За фюрера и 3-ю Империю? Пожалуйста!
- Я могу уничтожить архив и убрать вас!
- Что вам это даст?
- Подайте третью рюмку, Берта.
Куда вы, капитан Клосс?
Через час мы выйдем отсюда все.
Нас будет ждать грузовик.
- Уже успели его подготовить?
- За меня не беспокойтесь!
- И за меня вы можете быть спокойны,
полковник Ринг!
- Когда Инга сказала о пристани?
- Вчера.
- Был при этом Шенк?
- Был.
- А Клосс?
- Был.
Не доверяете ему, да?
- Клоссу той пристани уже не видать!
- Берта!
Берта!
Ты не видела Берту?
Тебе надо бежать, Инга!
- Я никому не верю!
Боже мой, никому!
- Знаешь, почему погиб Миллер?
Много знал!
Видел, как выгрузили ящики и закопали
на пристани.
- Неправда! Они их затопили!
- Ты тоже много знаешь, Инга!
Уйди так, чтобы тебя никто не увидел!
Спрячься где-нибудь!
- Никуда я не пойду!
- Это преступники, Инга!
- Немцы?
- Да, немцы!
- Если я должна бежать от немцев, то
куда мне деться?
Ведь есть истинные немцы!
Те, что не убивают! Не плетут интриг с
американцами! Они борются!
- Фройляйн, сюда! Сюда! [смех]
- Поехали!
Вы к кому?
- К кому-нибудь из офицеров.
Я Инга Ринг.
- А, к штурмбаннфюреру. Прошу.
Господин штурмбаннфюрер, еще одна
женщина.
[тревожная музыка]
- Я знаю! Это вы убили Миллера!
Нет!
Нет! [выстрел]
Клосс!
Клосс, где вы?
Инга!
- Брось оружие!
- Вы с ума сошли, капитан Клосс!
- Я сказал брось!
Руки вверх!
Вы просчитались! Меня не так легко
убрать!
- Сейчас подойдет грузовик.
- Вы никуда не поедете, полковник Ринг!
- Где Инга?
- В безопасности.
- Руки вверх!
- Что здесь происходит?
- Хотели меня убрать? Руки вверх,
фройляйн Элькен!
- Капитан Клосс рехнулся!
- Если знаешь, где архив, прикончи
его - поедем вдвоем!
- В грузовике - мои люди, а где архив,
знаю только я!
- Ринг забыл о Берте Шёнке.
- Хочешь нас отдать в Гестапо?
- Не двигаться!
[тревожная музыка]
- Ты вел себя вполне прилично, Клосс!
А ты - изменник, Ринг!
Фройляйн Элькен...
Я знал давно, кто вы такая! Гадина!
[выстрел]
Конец изменникам!
И тем, что знали слишком много:
Миллер, Берта, Инга.
Теперь и ты.
- Потом! Скорей в машину!
[два выстрела]
Быстро!
- Ты знаешь, где ящик?
- Знаю.
И знаю, что он попадет, куда нужно!
- Что это значит?
- Еще не догадалась?
Эта партия, союзница, уже разыграна.
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного
Российского Телевидения".
Серия 18
Польское телевидение
представляет фильм:
"Ставка больше, чем жизнь"
Восемнадцатая серия: Разыскивается
группенфюрер Вольф
Сценарий: Анджей Збых
Композитор: Ежи Матушкевич
В роли капитана Клосса:
Станислав Микульски
В фильме снимались:
Юзеф Дурьяш, Венчислав Глински,
Виктор Гротович, Фердинанд Матысик и
другие.
Директор: Мечислав Вайнбергер
Оператор: Антони Войтович
Режиссер: Анджей Кониц
1945 год.
[автоматные очереди]
[выстрелы закончились]
- Уже идут!
- В порядке!
- Всё?
- Мне это не впервые!
Облиты бензином и подожжены.
Курт!
Всем в машину!
- Разве война кончилась? Почему стоите?
- А вам какого черта надо, господин
генерал!
- Клосс!
Записать фамилию мерзавца!
- Можете не писать, капитан, -
господин генерал запомнит!
Я полковник Люцке.
- Если сейчас вы не двинетесь, я
отправлю вас под трибунал!
- Двинемся,
я только что велел
залить воды в баки,
а то у меня бензина - на три
километра для одного танка!
- Клосс, едем!
- Куда?
- Американцы подходят к городу!
Мы получили приказ подбить эти танки!
- Я отменяю приказ! Кто вам его дал?
- Приказ группенфюрера Вольфа: "До
последнего солдата!".
- Я командую обороной города!
А вы вовсе не солдаты, вы просто
горстка взбесившихся щенков!
Ваши фауспатроны не задержат ни одного
танка!
А из вас сделают мармелад! Марш по
домам!
- А приказ фюрера?
- Считаю до трех!
Положить оружие, к стене и домой,
быстро!
- "Беру на себя всю власть в городе.
Пока жив хоть один немецкий солдат...
Группенфюрер Вольф."
Знаете этого Вольфа?
- Нет. Говорят он вчера прилетел из
Берлина.
- Вы, ведь, тоже были в Берлине?
- Да, но неделю назад,
а с того времени...
- Постарайтесь наладить какую-то
связь, Клосс.
Ведь я должен знать, с кем защищать
мне этот город.
Радио: "Говорит Гамбург! Говорит
Гамбург!
Ко всей Германии! Ко всему немецкому
народу!
Солдатам и гражданскому населению!
Передаем чрезвычайно важное траурное
сообщение.
Сегодня утром прервалась жизнь
фюрера Великой Германской империи...
Адольфа Гитлера.
Он погиб на посту, до конца борясь
против большевизма.
Погиб как солдат,
с оружием в руках защищая столицу
Великой Германии - Берлин.
По завещанию фюрера принимаю власть.
Гроссадмирал Гёнец."
- Это конец!
Не быть обороне города!
- Конец.
Но до того, как войдут сюда американцы,
Вольф пошлет на смерть несколько сот
щенков
и с ними дезертиров, которые не
вынесли всего этого!
- Так...
Даю вам, Клосс, задание -
последнее в этой войне.
Соберите сколько-нибудь танкистов из
тех, что еще хотят носить оружие,
оцепите дом Гестапо и никого не
выпускайте до прихода американцев!
Пусть поймут, что армия всегда была
против этих... бешеных псов!
- Всегда?
Или с тех пор, как всем стало ясно,
что война проиграна?
- Вы утомлены.
Мы все утомлены!
- Еще один вопрос, господин генерал.
На здешнем заводе работало около 500
пленных - русские и поляки.
Завод непосредственно подчинен Вольфу.
Я боюсь за этих пленных!
- Я лишаю Вольфа власти!
Армия, и только она может говорить с
американцами!
Выполняйте приказ!
[звучит реквием по радио]
[шаги, шум двери]
- Господа! Армейцы окружили дом,
поставили пулеметы!
- Ах, паршивые свиньи!
Хотят нас продать американцам!
- Верниц прав!
Продадут нас американцам!
Олерс, говорил же я тебе, надо
поспешить с теми!
- Во-первых, никто об этом не знает, а
во-вторых, был приказ!
Приказ группенфюрера Вольфа!
Мы не могли поступить иначе!
- Верно, верно...
Мы только выполняли приказы.
Мы не можем отвечать за решения
начальников!
Пусть отвечает группенфюрер Вольф!
- Сначала они должны его поймать.
А это не так-то просто!
[веселый американский марш]
[посвистывает]
[стук в дверь]
- Войдите!
А, привет, привет!
Лейтенант Люис.
Временный босс этого
склада хлама!
- Капитан Робертс, капитан Карпинский
из специальной службы.
- А, понимаю, понимаю.
Меня предупредили, что вы приедете.
Ну что ж, первый этаж
свободен, выбирайте комнаты.
К сожалению, секретарш нет!
- У нас уже свои едут.
- А что приготовили к нашему приезду,
кроме комнат?
- Я отделил офицеров - они занимают
одно крыло,
а в других помещениях - рядовые.
Не исключено, что среди рядовых
скрываются офицеры.
- Да, не исключено.
У вас здесь, кажется, полный комплект
местного СД?
- Да, генерал Вильман сделал нам
подарок!
- После полудня возьмемся за работу.
Представьте нам список офицеров армии
СД.
Что известно о советских и польских
пленных?
- Ну, наверное, их вывезли.
- Вряд ли.
- Давайте выпьем!
- Шрёдер!
- Между нами, странные у них манеры!
Ведь они должны начать с меня,
не правда ли, Клосс?
Я здесь выше всех чином!
- Надо было бы меня расстрелять там, у
костёла.
Вот тогда бы они вами
заинтересовались.
Их интересуют убийцы.
- Они презирают изменников.
Вы ответите за то, что велели оцепить
наш дом, помешали обороняться!
За то, что сдали город!
- Я привык, чтобы ко мне обращались
"господин генерал"!
Я беру на себя ответственность за всё,
что сделал.
И вам придется за всё отвечать,
штурмбаннфюрер!
- Господа, вас слышит караульный!
Не время и не место для ссор!
- Фаренверст!
- Ищут Вольфа.
- Фамилия?
- Фаренверст. Отто Фаренверст.
- Военный чин?
- Штандартенфюрер.
- С какого года в партии?
- С 1933-го. С 1936-го - в СС.
- Семейный?
- Женат.
Четверо детей.
- Ход службы?
- С 38-го в СД.
Я служил только на землях Польши и
России.
В американцев и англичан никогда не
стрелял!
Я только выполнял приказы начальства!
Знаете, наверно, как это в армии?
Что касается личной инициативы...
- Встать!
Вы знали группенфюрера Вольфа?
- Да.
- Внешность?
Блондин.
Рост - метр восемьдесят. Около сорока
лет.
- Он в лагере?
- Не знаю.
- Советую сказать правду!
- Не знаю, не видел!
- В городе было 500 советских и
польских пленных.
Что с ними случилось?
- Не помню.
- Будет лучше, если вы припомните!
- Довольно! Можете идти.
Похоже, что тебя интересует только
Вольф и эти... 500 пленных.
- А тебя?
- Меня?
Я уже знаю, что с ними.
Час назад я допрашивал
эсэсовца-связиста.
Вольф велел их ликвидировать.
Что? И ты только об этом говоришь?
Тот немец видел Вольфа?
- Нет. Он случайно включился в
телефонный разговор и слышал приказ,
касающийся расстрела тех пленных.
- Кто же всё-таки видел Вольфа?
Олерс, Верниц,
Фаренверст и Лейбов.
Только они.
Даже шофер, что привез его с
аэродрома, убит.
- Я с ними поговорю.
- Нечего тебе спешить!
Даже если ты найдешь Вольфа, придется
отдать его русским.
Его ищут, чтобы судить за преступления
на Украине.
- И мы ищем военных преступников!
- Да.
Конечно...
Ты безнадежно близорук, Карпинский.
Ты всегда был таким.
- Лопата... Метла... Лопата...
- Метла.
Лопата... Метла...
Лопата... Метла.
Лопата... Лопата...
Метла... Метла... Лопата...
Метла... Метла.
Стоять!
Хорошо, немец, хорошо!
Если будете так работать, как он,
награда...
Награда!
- Имя?
- Ганс.
- Вы работали в военной разведке?
- Так точно.
- Где?
- В Польше, в России, во Франции, в
Германии.
- Значит, везде, да? А где дольше?
- В Польше.
- Мы с вами коллеги, господин Клосс!
В каком-то смысле, конечно.
Оба мы профессионалы.
Я думаю, вы понимаете ситуацию, и
надеюсь расскажете нам
о многих интересных... вещах.
- Не понимаю.
- На Востоке у вас была неплохая
разведывательная сеть, верно?
- Верно.
- Вот...
У вас хорошая память?
- Очень плохая!
- На этом свете ничто не делается
быстро!
Наверное, я не ошибусь, если скажу,
что ни вы и ни я
не имеем большой охоты слишком долго
сидеть в этом лагере.
И с удовольствием вернулись бы
скорей домой, правда?
- Вы знали группенфюрера Вольфа?
- К сожалению, нет.
- К сожалению?
- Вольф - военный преступник.
Он дал приказ уничтожить польских и
русских пленных.
- Вы знаете это?
- Знаю.
- Я вижу... - господин Клосс -
противник гитлеровцев!
С каких пор?
- Вольф, скорее всего, в этом лагере.
- Я в этом не очень уверен.
Почему вам так хочется, чтобы Вольф
был найден?
Что - старые счеты между разведкой и
Гестапо?
- Вам, наверное, хочется...
- Предлагаете союз?
Мы были бы к нему готовы, но не только
и не в первую очередь в деле Вольфа.
Вы понимаете?
Понимаете!
- Вы раньше не встречали Вольфа?
- Я слышал о нем.
- А эта четверка из местного СД:
Олерс, Верниц, Лейбов, Фаренверст,
сотрудничала с ним и раньше?
- Да. Они должны его знать.
Должны знать имя, под которым он
скрывается.
Разве что...
- Что?
... один из них - Вольф.
- Господа, уже закончили?
Я рад встретить немецкого офицера,
так охотно помогающего в
розыске военных преступников!
Господин Клосс,
прошу принять нас всерьез.
Нас нельзя обмануть.
Можете идти.
- Ну?
Как он тебе нравится?
- Как знать?
Может он действительно хочет помочь
нам найти Вольфа?
- У тебя навязчивая идея!
Вольфа Мы отыщем!
Меня интересует другое...
Хочет ли он нам продать то, что знает?
Или же...
- О чем ты?
- Немцы не ценили славян и их разведку.
И дорого заплатили!
[звук сирены]
- Надо принять решение - остаемся
здесь или бежим?
Дело, как-будто, ясное - бежать,
но здесь есть опасность: вдруг нам
это не удастся.
А ведь люди с чистой совестью,
которых можно винить только за то,
что выполняли приказы,
бежать не должны.
Вы понимаете?
- А какие шансы побега?
- Со мной разговаривал штурмбаннфюрер
Брюнер.
Ему удалось добыть форму и бумаги
какого-то убитого.
Вместе с ним - несколько наших людей.
У них татуировка - они боятся осмотра,
поэтому Брюнер и предлагает бежать.
- Вы хорошо его знаете?
- Ручаюсь за него.
Но, несмотря на это, я против побега.
Разве что при 100%-ной гарантии...
Уж лучше сидеть здесь и смотреть, как
американцы ищут Вольфа!
- Верно. Но мы должны быть
готовы к тому,
что нас без конца будут
о нем расспрашивать.
- Ясно. А что они знают?
- Если сейчас немного, то вскоре
узнают всё.
Представляете, что грозит Вольфу?
Если соберут все материалы:
Белоруссия, Поморье...
Если его поймают...
придется отдать его тем.
Помните об этом, господа!
Давайте кончим этот разговор.
- Я говорил со штабом,
у них уже был русский офицер из
Миссии.
Требуют выдачи Вольфа. А мы что?
- Спокойно!
Мы его найдем!
Может, стоит заглянуть в архив СД?
В их персональные дела?
Конечно, если они попадут нам в руки.
- Почему ты тянешь это дело?
- Я не тяну.
Просто у меня есть более важные дела.
- Более важные?
Видел бы ты трупы этих пленных!
Горы полусожженных людей, а тот, кто
за это в ответе, - здесь, в лагере!
- Возможно, здесь.
Но здесь также другие, которые были на
Востоке,..
и знают о вещах... нам очень нужных.
- А что нам очень нужно?
- Скажи, а ты случайно не ошибся,
решив работать в спецслужбе?
- Я нет.
А ты, пожалуй, да.
[крик] - Налево!
Вперед марш!
На месте!
Кругом!
Вперед марш!
Стой!
[посмеивается]
Ловите!
[смеется]
- Сперва упрекали в подлости нас,
а теперь подличают сами!
Вы, верно, понимаете, Клосс, что
половина этих солдат - эсэсовцы,
а не какая-нибудь мелочь.
Сняли форму и теперь плюют на то, во
что нам велели верить столько лет!
- А вы давно перестали верить?
- Да. А это важно?
Сейчас я сам не знаю, когда.
- Со Сталинграда, да?
После первой хорошей взбучки?
А, может быть, еще позже?
- Давайте оставим. Важна суть дела.
Война проиграна,.. но это не последняя
война в истории нашего народа!
- Вы действительно считаете, что можно
начать всё с начала?
- Вы знаете, под каким именем
скрывается Вольф?
- Зачем вам это надо?
- Его надо найти!
- И отдать американцам?
- Не притворяйтесь глупеньким, Клосс!
Нужно иметь в руках козырь.
- Чтобы спасти собственную шкуру?
- Честь немецкой армии! Достоинство
немецкого солдата!
Не будете с нами?
- Нет.
- Говоришь, что зовут тебя Фогель, что
ты фельдфебель,
а вот один из твоих дружков тебя
предал!
Я нашел записку в дверях моего
кабинета, и в ней написано,
что ты никакой не Фогель и не
фельдфебель, а офицер СД!
- Меня зовут Фогель.
- Мда...
Велеть бы тебе раздеться, поднять лапы
да взглянуть на твою эсэсовскую
татуировку!
Да вот противно, и так видно, что это
правда!
Я разбираюсь в людях!
Уж если я - хозяин кабачка в Техасе,
так... знаю, кто есть кто!
Стоит только посмотреть на твою
морду, сразу ясно,
что автор записки написал правду!
- Я был фельдфебелем и выполнял
приказы.
- Да, да, да, да...
А в записке сказано,
что как раз выполнял приказы-то ты в
концлагере!
А знаешь, что там внизу сидят два
парня,
которые только и делают,
что ищут таких вроде тебя?
Но...
я могу забыть про записку, правда с
одним условием.
Догадываешься, какое условие?
Догадываешься? Молодец!
- Я понял, господин лейтенант.
- О! Это ответ,
которого я ждал!
Чтобы глаза и уши были открыты! Понял?
Чтобы здесь был порядок - никаких
побегов!
Если увидишь, где говорят двое, ты там
будь третьим! Тебе ясно,..
Герр Шихель?
- Так точно, господин лейтенант!
- Ну ладно, ладно, ладно, ладно.
Завтра на поверке назначу тебя
убирать кабинет.
Назначу, ясно, не одного тебя.
У нас должны найтись...
пять минут, чтобы ты мог... один на
один передо мной отчитаться.
Ну, а теперь проваливай!
- Ты знал, что существует приказ
взорвать завод?
Ты знал, что пленные будут уничтожены?
- Я не знал.
Вольф сказал, что заводом и пленными
он займется лично!
- Невиновность! Тебе Вольф ничего не
сказал?
- Я занимался хозяйственными делами!
- Циклон для газовых камер ты
доставал, хозяйственник? Я это знаю!
А теперь скажи мне, где Вольф?!
- Не знаю.
- Два дня назад,
перед капитуляцией, он прибыл из
Берлина и не покидал вашего здания!
- Было много работы.
- Работы?
29 смертных приговоров за
дезертирство!
Последних три - за 5 часов до прихода
наших войск!
- Я ничего не подписывал!
- Покажешь нам его!
- Шесть тысяч человек! Как его найти?
- Я облегчил тебе работу!
Пошли!
Смотри!
[тревожная музыка]
- Среди них нет группенфюрера Вольфа.
- Татуировка у него была?
- Может и была.
Вам его никогда не найти!
Никогда!
[тревожная музыка]
- Господин капитан!
Нам надо поговорить!
- Пошли в здание.
- Нет - два слова.
Может быть, здесь даже лучше!
- Слушаю.
- Хочу вам помочь найти Вольфа.
- Почему?
- Допустим, мотивы неизвестны.
- Скажите,.. что знаете, а остальным
займусь я сам.
- Знаю немного, почти ничего.
- Тогда что вам нужно?
- Пустяк - помощь, если будет нужна.
Я хочу провести небольшой опыт.
- А, собственно, кто вы?
- Тот, кто хочет вам помочь найти
Вольфа. Разве этого мало?
- За какую цену?
- Чтоб о нашей беседе никто не узнал,
даже...
- Капитан Робертс, да?
- Обойдемся без имен!
Мы понимаем друг друга.
- Не пойму, что ему от нас надо?
- Откуда я знаю! Сказал, что это
срочное и важное дело.
- Не люблю я этих типов из разведки!
- Ну, послушать, что он скажет, мы
можем!
- Идет!
- Господа, я пришел вас предупредить!
Группа офицеров, во главе с генералом
Вильманом,
которая два дня назад изменила идеям
нацизма,
хочет выслужиться перед американцами.
- Вильман еще до этого выслуживался и
поймал нас, как крыс!
Вы случайно не знаете, кто из его
офицеров...
выполнял этот приказ?!
- А это важно?
Вильман решил выдать американцам
группенфюрера Вольфа!
- Пусть его сначала найдут!
- Почему вы пришли именно к нам?
- Вы были ближайшими сотрудниками
группенфюрера,
и только вы можете ему помочь!
- Вы имеете в виду побег? Но как?
- Я бы не пришел сюда, если б не был
уверен, что побег возможен.
Один из моих солдат работает в
котельной.
Люк для кокса - за оградой.
Выход с той стороны хорошо
замаскирован.
- Откуда вы знаете?
- Вчера ночью я был в городе!
- И вернулись?
- Да.
В квартире моих друзей нас ждет
гражданская одежда и документы.
Мы можем просидеть там несколько дней
или сразу пробраться к нашим.
- А вы знаете, где наши?
- Война еще не кончена! Пока последний
солдат...
- Стоп! Мы знаем, Клосс.
Мы сами сочиняли эти сказки!
Сейчас надо спасать свою шкуру!
- Почему вы так стараетесь? Причина?
- Офицером, выполнявшим последний
приказ Вильмана, был я.
- Ты - свинья!
- Тихо!
Я знал это.
Хорошо, что вы сами сказали!
Я ждал этого.
Когда мы можем бежать?
- Хоть завтра!
Сразу после вечерней поверки мы
спрячемся в котельной,
потому что позже у дверей встанут
караульные.
Для большей уверенности, пусть
группенфюрер придет последним.
- Хорошо, Клосс.
Завтра, в 21:15, в котельной.
Пошли!
[тревожная музыка]
- Оставь!
Возьми пустые, принеси из буфета
полные. Быстро, быстро! Я жду!
Ну как?
- Побег - сегодня ночью! Шесть
человек, одни шишки!
Освободят меня с первой группой?
- Если не соврал!
Нет.
Я сам справлюсь!
[тревожная музыка]
- А!
Капитан!
Уже...
домой захотелось?
Один?
Может, кто еще?
Говори!
Карцер!
Хлеб и вода!
Поспишь на бетоне, тогда...
заговоришь!
Увести!
- Нам повезло!
Если бы те не поспешили,..
то мы все бы попались!
- Я бы не попался!
Я знал, что это так кончится!
- И нас не предупредили?
- Я узнал в последний момент!
Бежал, чтобы вас... остеречь, но
увидел, что его уже уводят.
- Думаете, что кто-то из нас?
- Есть кое-кто, кто нам всё объяснит!
Скажите моим легковерным коллегам, кто
такой Ганс Клосс!
- Кто велел вам арестовать Клосса?
Почему вы мне тут же не сообщили о
доносе?
- Готовился побег!
- Не было побега! Вы слышите?
- Вы хотите сказать, что меня обманули?
- Сейчас же выпустить Клосса!
Докладывать мне обо всем, прежде чем
примете любое решение!
- Что у вас с этим Клоссом?
Люис его сажает, вы его выпускаете...
- Эксперимент.
- Сами придумали?
- Надеюсь, не станете возражать?
Он может нам помочь.
- Достанет документы группы "Восток"?
- Мне нужен Вольф!
- Господин лейтенант! За что?
Господин лейтенант!
- Никто не пытался бежать!
Никто не пытался бежать!
- Господин лейтенант! Я сам видел, они
сговаривались!
Капитан Клосс и другие! Я сам видел!
- Нужно было тогда!..
- А мы вас ждали!
Мы знали, что вам удастся выбраться.
- Я ничего им не сказал!
Ни вас, ни группенфюрера они не
подозревают.
- Мы вам верим, Клосс! Мы верим, что
вы хороший немец!
Чудесный коллега! Блестящий офицер!
- Не время шутить, господа!
Только пятеро знало точное время побега!
Среди нас предатель!
- Представьте себе, что и мы пришли
к тому же самому выводу!
Мы даже знаем, кто предатель!
- Клосс!
Привет, старый дружище!
- Привет, Брюнер!
Не ожидал тебя здесь встретить!
Тебе давно пора висеть!
- Но и твоя жизнь - на волоске!
На этот раз я уже не промахнусь!
Что, Ганс?
- Не всегда всё удается - можно и
оступиться!
Жаль только, что я не поймал Вольфа.
- Его никто не поймает!
- Может, доставим ему перед
смертью удовольствие и скажем,
где группенфюрер Вольф?
- Не надо. Я знаю.
- Знаешь?
Кончай его, Брюнер!
- Ну, пора подвести черту, Ганс!
Помнишь кузину Эдиту? А Тольберга?
В третий раз не уйдешь!
[стреляет]
Люис: - Скорей, скорей! За мной,
скорей!
Люис: Скорей! Скорей! Быстро!
[тревожная музыка]
- Кто здесь стрелял?
- Кто стрелял?
Ведь знаете, что долго валять дурака
вам не удастся!
Отвечайте на вопрос!
- Капитан Клосс.
- Клосс?
- Где он?
- Вышел!
Зачем нас об этом спрашивать?
- Как тебя зовут?
- Брюнер.
Штурмбаннфюрер.
- А может группенфюрер Вольф?
- Нет, спросите лучше Клосса.
- Мы спросим и его, но сперва Ты нам
должен всё рассказать!
- Мне нечего рассказывать. Я только
выполнял приказы.
Ведь я не убил Клосса!
[тревожная музыка]
- Сейчас они прибудут!
Штабу армии пришлось согласиться
на приезд в наш лагерь
двух господ из Аэльбы.
Они утверждают, что группенфюрер
Вольф, которого мы им обещали выдать,
находится, якобы, здесь.
- Этого мы не знаем!
Мы тоже искали Вольфа, но найти его не
удалось.
- Напрасно я вам доверился! А вас
провели, как... ребенка!
- Я сделал всё, чтобы найти Вольфа.
- Да не в этом дело!
Это скандал! Большевики знали больше,
чем мы!
- Наши союзники.
- Не только... союзники!
Если Вольф действительно
находится здесь,
то вы, мистер Карпинский,
вернетесь в штаты!
- Я только об этом и мечтаю, господин
генерал!
[стук в дверь]
- Войдите!
- Приехали!
- Вы знаете, зачем мы здесь, генерал?
- Знаю. Прошу!
- Это вы?
- Ну, этот раунд ваш!
- Следующий тоже!
Я, господа, взял у вас в долг шинель и
привез ее.
Верните кому следует, хорошо?
- Вы считаете, что в нашем лагере
скрывается группенфюрер Вольф?
Нам это не известно.
- Прошу привести четырех гестаповцев:
Олерса, Лейбова,
Фаренвертса, Верница.
- Лейтенант Люис!
Я всё знаю о вашем побеге, майор.
Не хотел бы иметь вас противником!
- Это зависит от вас, господин
генерал!
- Ну так, выпьем за нашу победу!
За нашу... общую победу!
За мир! [звон бокалов]
[тревожная музыка]
- Так кто же из них, майор?
- Минутку, господин генерал!
Встаньте в таком порядке:
Верниц,
Олерс,
Лейбов,
Фаренверст.
Верниц,
Олерс,
Лейбов,
Фаренверст.
Вот группенфюрер Вольф!
Мы требуем их выдачи!
Им не удастся свалить свои злодеяния
на мифического шефа!
На русский язык фильм озвучен
по заказу "Общественного
Российского Телевидения".