Смерть шпионам. Скрытый враг (1 сезон, 2013 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Пальмов

На территории Польши, оккупированной немцами, действует разведшкола, готовящая диверсантов. У каждого из них свои жизненные обстоятельства, заставившие служить врагам. Группу из шести человек отправляют в советский тыл, чтобы уничтожить важный стратегический мост в районе Житомира. Через этот мост в направление фронта идет основной поток военной техники и боеприпасов Советской Армии. Уничтожение моста позволит нарушить «кровоснабжение» действующей армии накануне наступления. А в это время в расположении советских войск работают капитан НКВД Александр Галимов со своей помощницей младшим лейтенантом Любовью Липинской, вместе с которой он пытается предупредить диверсию. Но и среди своих им приходится преодолевать служебную бюрократию, происки тайных и явных недоброжелателей, и разбираться в собственных сердечных симпатиях. В действиях диверсантов нет слаженности и порядка, слишком разная оказалась у них мотивация и подоплека. Кто-то из их добровольно работает на немцев, кто-то хочет использовать заброску для перехода на сторону Советской Армии, а кто-то решает использовать немцев в своих собственных корыстных интересах. Но, тем не менее, группе диверсантов удается вплотную подойти к выполнению главного задания. Решающая операция обойдется СМЕРШевцам не только ценой подвига, но и личным выбором и жертвой.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Сам-то я, почитай, уж двадцать лет
тут живу. Как обженился, так и остался.
Так что, всю округу хорошо знаю.
Вон там, за просекой.
– Уверен?
– Да точно, там!
Говорю ж тебе. Ребятишки с хутора пошли
на рыбалку и увидели этот ихний
самолёт-то. А с него два парашютиста, ну,
как грибы белые, разве перепутаешь с чем.
Тебе, отец, на маслобойне надо работать.
Это почему ж, позволь спросить?
Гладко стелешь. Сразу на
диверсантов замахнулся.
Я ж, мил человек, не за ордена
и не за деньги. За землю нашу.
Тихо! Оставайся здесь. За мной.
– Здравствуйте.
– Здравствуйте.
Документы, пожалуйста, предъявите.
Документы. Сейчас.
Это можно. Пожалуйста.
Вы не из Веснянок случайно идёте?
Да нет, из Погорелок. Мы в район
за лекарствами. Жена слегла,
хозяйство стало. А что, случилось чего?
А то, мы спешим.
Переживаешь, небось, за мамку-то?
Товарищи, у нас времени мало.
Её лихорадка мучает. Ради Христа!
Понимаю. Сами спешим, но мы в Погорелки,
там ведь мост ночью сожгли,
а на мельнице мука для отправки на фронт.
Не знаете, мельница-то в порядке?
Не знаю, мы на окраине хутора. Ну, что,
сынок, пойдём. Бог в помощь, товарищи!
Ну, а папку-то, твоего, как звать?
Дяденька, спасибо! Но я не его сын.
И не с Погорелок. Я с хутора.
Он хотел, чтоб я его к станции вывел.
С ним ещё один был, он где-то в лесу.
– Понятно, парень. Связать!
– Есть.
Я это, насчёт того-то, сразу смекнул.
В Погорелках-то нет ни моста, ни мельницы.
Чужак, значит. А этот здоровый кабан,
ой, поломал бы он вас.
Вовремя ты, отец, спасибо тебе!
Ты за маслобойню меня извини.
С тобой ведь, оказывается,
и в разведку можно.
Ладно, чего там. Но, если надо, завсегда.
Ну что, это второй. Значит, всех поймали.
Знают черти, куда копытом бить.
Смотри, мост, продсклад и станция.
Фронт от тыла хотят отрезать.
Да, на этой ветке военные эшелоны,
как пироги на сковородке.
Успевай переворачивать.
Если рванут, полетят наши головы.
Так ведь, товарищ комиссар?
Ты, Розгин, за свою голову переживаешь
или за нашу страну?
За Родину, конечно.
Оно и видно. От других групп
сведения поступали?
Пока нет. Оперативников разослали
по всему району. Ждём.
Как вы считаете, убийство Пантелеева и
высадка диверсантов, это звенья одной цепи?
Или это совпадение?
На войне все случайности закономерны.
Пошлю Галимова, пусть пороет.
У него нюх на этих паразитов.
Кстати, о закономерности. Вам мат.
Повязка тебе не поможет, если ты
не будешь меня слушать.
Вывих плечевого сустава, дело серьёзное.
Может, уложить тебя в палату
в приказном порядке, на недельку,
товарищ капитан?
– Шутишь?
– А что,
пойду к твоему начальству, так и доложу:
капитан Галимов тяжело травмирован,
требуется постельный режим. Вот тогда-то
ты меня и научишь стрелять.
Обещал же. Ой, бегаешь вечно по своим
лесам. Заглянул бы, спросил, как дела.
Вот вылечишь меня, обязательно загляну
и спрошу тебя, как дела.
А ты спроси. Авансом.
А у меня всё по факту. Ой.
Всё, если ты закончила, мне пора.
Мне ещё отчёт надо писать.
Саша. Приходи ко мне сегодня ночью,
я одна на дежурстве.
Розгин мне бутылочку вина подарил.
Розгин! Чего это он тебе вино дарит?
Саша. Так ты придёшь?
Ну, ты же мёртвого уговоришь.
Всё, мне пора. Спасибо за помощь.
Смотри-ка, а! Герой! Дай, я тебе помогу,
а то сейчас второе плечо вывихнешь.
Здравия желаю!
Здравия желаю, товарищ
комиссар госбезопасности!
Надымил тут. Туши свою коптилку,
дышать нечем. Саша, спасибо за работу!
Парашютисты уже дают показания,
но у нас ещё одно ЧП.
Во взводе охраны моста убит наш сотрудник.
Лёша Пантелеев? Дела! Да у них там
сроду ничего не случалось.
Ну, случилось. Ножом, в бойлерной.
Нехорошая цепочка проявляется.
Сначала эта высадка, а теперь и убийство.
Отправляйся туда немедленно,
помощника я тебе дам.
Вы же знаете, товарищ генерал,
я привык один работать.
Без возражений! Она будет вести
протокол расследования.
Она? Это что, женщина?
А тебя удивляет это слово? Спасибо скажи,
будет с кем нежным словечком перемолвиться.
Она сейчас в столовой, перекусит с дороги
и к тебе. Младший лейтенант Липинская.
Любовь Андреевна.
Я с ней в сорок первом работал, у неё
ещё сын тогда под бомбёжкой погиб.
А теперь ещё и муж. Прошу внимания!
Это линия фронта, это мы.
Других путей для эшелонов, кроме этих
железнодорожных путей, нет.
Мост и станция — это сердце!
И наша задача не дать врагу провести
операцию по их уничтожению.
Копни там поглубже!
Думаете, крот?
Возможно.
Понял! Разрешите идти?
Иди, Саша.
Орёл.
Кровь из носа, а всю информацию
мне каждые два часа на стол.
– Есть.
– Дай, закурить.
А как же коптилка?
Да, не язви ты, майор. Дай папиросу.
Прошу.
Направо! К месту занятий, бегом марш!
Всё! Всё! Всё! Отлично, Пашкова!
Все сюда!
В чём ваша ошибка? У вас в руках оружие,
а в башке пусто.
Так не пойдёт. Оружие, продолжение
не только вашего тела, но и мысли.
А на это мозгов пока не хватает.
А вот у Пашковой сработало.
У неё в грудях локаторы.
Она ими кого хочешь запеленгует.
Смирно! Вольно!
На учебную площадку шагом марш!
А это компотик яблочный.
Очень вкусный, будете?
– Сухпай?
– Нет, яблочки настоящие.
Мы их у местных закупаем. Они их мешками
тащат, у них от этого добра сады ломятся,
а хлебушка по несколько месяцев не видят.
Так что, мы им хлебушек,
они нам яблочки, а мы вам компотик.
Выгодная сделка. Я попробую.
На здоровье!
Ну что, Любовь Андреевна,
как вам наши харчи?
Получше, чем в сорок первом, правда?
Товарищ капитан, младший лейтенант
Липинская в ваше распоряжение прибыла.
Да брось ты, Люба.
Здравствуй, старая знакомая!
Не такая уж и старая.
Вместе будем работать.
Какими судьбами к нам занесло?
А у нас судьба одна. Родина приказала,
младший лейтенант Липинская выполнила.
А ты на Родину всё не сваливай.
Должна быть собственная инициатива.
Без этого никак.
Ну, что ж, не буду мешать, доедай,
я тебя подожду на улице.
Я быстро.
– Липинская.
– Что?
Липинская Любовь Андреевна.
Красивая женщина.
Начальство решило, что Галимову нужен
помощник. Работы тьма тьмущая.
Будут работать вместе днём и ночью.
– Марьяночка, я после отбоя к вам зайду?
– Зачем?
Марьяночка, ну перестаньте.
Вы не нужны вашему Петрарке.
Он у нас трудоголик,
круглосуточно арбайтен.
Ловит шпионов. Это вам. Трофейный.
Опять со склада?
Разведчики своих секретов
не раскрывают. Ну, так как?
А никак! Виктор Валерьянович, у вас есть
травмы? Вам нужна моя медицинская помощь?
Я тоже очень арбайтен,
и шоколад свой заберите.
Простите, конечно, если обидел,
но шоколад-то тут при чём?
Правильно. Шоколад ни при чём.
Вставай!
Присаживайся!
Что будешь? Водку или коньяк?
Коньяк.
Как группа?
Сброд.
Сейчас приходится довольствоваться
и этим. А ты, кем себя считаешь?
Да. Ты за Россию.
Идея, это очень хорошо, Савельянов,
но твои предки продали свою Родину.
И теперь побираются по всей Европе,
рассказывая басни о своём царе,
о великой России. Коммунисты, вот настоящая
сила. Её-то мы и должны сломить.
Вы назад, в ту страну не вернётесь!
Германия — вот нация будущего.
Я сомневаюсь. В Кузьменке и в Колядко.
Уголовники, люди ненадёжные.
А я сомневаюсь во всех.
И даже в тебе. Учти это!
Считаешь себя выше этой шайки?!
Вот, это инструкция.
– Разрешите идти?
– Иди.
Подожди. Я, я ценю твою преданность,
но учти, гордыня к добру не приведёт.
От своих же и получишь нож в спину. Иди!
Не рад?
Да нет.
Значит, всё равно.
Я рад тебя видеть, правда.
Просто понимаешь, я привык один.
Одинокий волк, вернее волкодав.
Так ведь тебя называют.
Я слышала про диверсантов. Ты молодец!
Но, тебе не кажется странным,
что они были вдвоём, и у них не нашли
взрывчатки. По-моему, это кукушки.
И если это так, то это не цветочки,
не ягодки. Пристреливаются они.
Что молчишь? Я ведь и по губам читать
умею, но в голову-то залезть трудно.
Извини, задумался.
Ты права, это наблюдатели.
Двое с рацией, с картой местности,
высадка на объект, сбор разведданных.
Передача на базу и обратно.
Меня другое волнует.
Раньше они по углам и кустам прятались,
а теперь в наглую прут.
Вон местных под дулом по дорогам водят.
Припёрло видно совсем.
Это точно. Ты как?
Слышал про твоего мужа.
Привыкла уже. Целый день на ногах,
ночью сплю, как убитая.
А вот просыпаться страшно.
Да… Опять меня в эти края занесло.
Стой! Проезжайте!
Здравия желаю, товарищ капитан!
Старший лейтенант Козырев! С приездом!
Заждался, обед, так сказать, стынет.
Всё по высшему разряду, но с учётом
военного времени, конечно.
Младший лейтенант Липинская,
мой помощник.
Проводите, пожалуйста,
на место преступления.
Сразу к делу? Одобряю! Доступа посторонним
нет, периметр охраняем строго.
У нас ведь отродясь такого не было.
Мы, мы только по уставу живём,
ни шагу в сторону. Всё время прямо.
Всё?
Так точно! Прошу.
Товарищ старший лейтенант, за время
дежурства происшествий не случилось.
Серьёзно? А это?
А это, ещё до меня.
Вольно!
У вас дверь открыта?
А у нас всегда открыта. Петли прогнулись.
Но, я взял на заметку, исправлю.
Окна?
Окна закрыты наглухо. Даже задвижки снял.
Он мог уйти только через дверь.
А во дворе у вас там всегда полно народу?
Но я лично опросил всех солдат.
Никто диверсанта даже в глаза не видел.
Диверсанта? С чего вы взяли,
что это диверсант?
Ну, а кто же. Наши все проверены.
Я за всех ручаюсь.
Они у меня все, как на ладони.
У меня глаз-алмаз.
Солдаты прозвище дали — зри в корень.
Кто первым обнаружил труп?
Я.
И молчите до сих пор!
При каких обстоятельствах?
Виноват, товарищ капитан, но я его
ещё живым застал.
То есть, на последнем дыхании.
Я к нему, а он: Валя, Валя. И помер.
Валя?
Валя. Это жена, в Абакане
проживает с детьми.
Кухонный. Ваш?
Ну, это трудно сказать.
Надо ревизию делать.
Ну, так сделайте ревизию. Глаз-алмаз.
Разрешите идти?
Идите! Боец!
Слушаю, товарищ капитан!
Принеси простынь и накрой тело.
Есть!
Думаешь, кто-то из своих?
Сначала надо выяснить — за что.
Мой сотрудник, работал под прикрытием.
Очень хороший парень.
Я в такие совпадения не верю.
Я тоже не верю.
Сгорело начисто.
Местные, Люба, не станут жечь
костёр у моста. Охрана увидит.
Пацаны обычно картошку пекут. Шелухи
нет, зато огарков от бумаги достаточно.
Впопыхах жёг. Непрофессионал.
Ветер с самого утра гуляет.
Что это?
Ветер. Спасибо, дружок.
«…ицкий Алекс…» Что ты об этом думаешь?
Кто-то сжёг эти бумаги, стараясь что-то
скрыть. Не досмотрел немного, спешил.
А вот у нас времени достаточно.
Пойдём-ка, к Козыреву заглянем.
Проверим личный состав.
Галицкий Александр Петрович.
Галицкий. Извините, товарищ капитан.
Синицкий Александр Григорьевич,
Криницкий Алексей Валерьянович.
Есть такие. Отличные ребята.
Можно поговорить с этими
отличными ребятами?
Я имел в виду, что без нарицаний.
Всех троих звать?
Да, только по очереди.
Дежурный! Галицкого, Криницкого,
Синицкого ко мне, срочно. Давай!
Сейчас придут. Может, чаю хотите?
Или насчёт обеда надумали?
Картошечка с маслом, ну и, всё такое.
Вы, Козырев, никогда
не дослужитесь до капитана.
У вас в подразделении убийство, а вы о еде.
Ну, а как же. С дорожки и
не подзаправиться. Непорядок.
Знаете, товарищ капитан,
мы хоть и на войне,
а закон гостеприимства никто не отменял.
А вы хвостом не крутите! Вас, между
прочим, из списка никто не вычёркивал.
Из какого списка? Товарищ капитан,
я же вам только помогаю. Вот.
Ты чего не спишь?
Это же Вальд. Ты что, с ума сошёл?
Найдут этот блокнот,
нас вместе с блокнотом вздёрнут.
А может, и не найдут. Этот блокнот нам
ещё жизнь спасёт, если дело выгорит.
Дай сюда! Это… Ты же нам смертный приговор
рисуешь, ты это понимаешь или нет?
Страшно?
Страшно, Коля. Страшно. Эти же упыри
расстреляют и фамилию не спросят.
Ну, значит расстреляют.
А не эти, так те.
Ты что, передумал? Коль, ну…
Ну, мы же не предатели.
Мы же к своим хотим вернуться.
В конце концов, ну там же тоже не дураки
сидят, ну должны же понимать.
Я кровь проливал на фронтах!
А я, Гриша, в плен без сознания попал,
очнулся в лагере уже.
А сюда я по доброй воле пошёл.
Думаешь, забудут?
У немцев был, значит, уже предатель.
Так ты, что же, поезда будешь взрывать их?
Нет, Гриша, не буду. Только боюсь,
что на слово нам уже никто не поверит.
А вот это… Это уже что-то.
А это зачем?
Ну, смотри. Найдут так — точно до своих не
доберёмся. А так — уже сказочный уродец.
И только я знаю, что нужно
стереть. Понятно?
Ага.
Ложись, отдыхай.
Немцев надо подоить хорошенько.
Надо.
Насвистим, что антисоветский отряд
сколачиваем, железнодорожников подкупаем.
На это они точно раскошелятся.
У них деньжата есть, много.
Насвистим.
Я опять в зону не хочу. Хочу дело
сделать и деньги получить.
И что потом?
Не знаю. Может, в Германию заберут.
И что будешь делать в той Германии?
Семью заведу. По-человечьи жить стану.
С фрау.
А что? Немцев война сильно подкосила.
Так что, теперь мужик в цене,
тем более с денежкой.
Ну, хватит! Отбой. Скоро вылет.
Криницкий Алексей Валерьянович,
в каких отношениях был с Пантелеевым?
Терпеть не мог. Не люблю людей, которые
вынюхивают всё, в душу лезут.
А чем же больна ваша душа?
Моя душа ничем не больна.
А вы к чему клоните?
Послушай, меня внимательно, рядовой!
Если ты сейчас, здесь будешь заговаривать
зубы, твоя душа будет болеть в карцере!
Когда последний раз ты видел Пантелеева?!
До обеда в казарме.
При каких обстоятельствах?
Он что-то в дневник записывал.
Меня увидел и спрятался. Всё.
Правда. Ну, правда!
Синицкий Александр Григорьевич?!
Так точно.
Что делал сегодня после обеда?
Мне незачем убивать Пантелеева.
При чём здесь Пантелеев?
Почему так волнуешься?
Да потому что вам всё равно, что я скажу.
Троих расстреляете, всё равно
один окажется убийцей.
Ну, я вижу, ты для себя всё решил.
Арестуем, обвиним, расстреляем.
А раз решил, поедешь с нами.
Стойте! Вам, наверное, Козырев рассказал
о нашей ссоре с Пантелеевым.
Да, рассказал, а ты сейчас повторишь.
Упустишь хоть одну деталь,
сгниёшь в штрафбате.
У Пантелеева в подушке лежал блокнот,
я немного почитал, там…
Там много всего было, а он…
Ты подумал, что он стукач?
Так точно. Он увидел, началась драка, я
ударил, он в ответ. Знаете, как это бывает.
Что успел прочитать?
Там было о Галицком, о его брате.
Вроде как, он перешёл к Власову.
Товарищи, я…
Я в штрафбате не выживу.
Я здесь хорошо буду служить!
Хватит скулить! Неси службу достойно.
И чужие вещи не трогай, за это
морду набить мало, понял?
Спасибо, товарищи.
Что делал после обеда?
Ну, что делал. Вернулся в казарму
после наряда, отдыхал.
А дневальный видел?
Его начальник послал крыльцо красить.
Только он не признается, запрещено
дневального с поста снимать.
Ну, значит, не видел.
Ты ведь в пищеблоке служишь?
Да, хлеборезом. А что?
Врёт он всё про дневального! Врёт!
Дневальный всё время на посту был.
Да, у вас во всём порядок. Вон крыльцо
краской благоухает, красота!
Дневальный под присягой
подтвердит ваши слова?
Кто мог подумать, что такое случится.
Людей не хватает. Ну, пришлось
дневального под покраску поставить.
Виноват. Снимут меня теперь,
ну и сам виноват.
Ножи проверили?
Конечно. В хлеборезке
одного ножа не хватает.
А что хлеборез?
Рядовой Галицкий. Нормальный парень.
Да у вас все нормальные парни!
А в подразделении труп!
Глаз-алмаз сбой дал или
у самого рыльце в пуху?!
Да вы что, товарищ капитан! Как можно!
Я же предан вам! То есть не вам лично,
а стране вашей. Ой, нашей стране. Я свой!
Я советский! Я же, и словом, и мыслью,
всё время думал, как надо.
Я же только по линии партии…
Но! Но! Но! Обороты-то сбавьте.
Вы тоже этот нож могли взять.
Мог. Но не брал я его!
Я его не брал! Не брал я его!
А знаешь, что я думаю, Галицкий?
Я думаю, что это ты убил Пантелеева.
Твои товарищи сказали правду, а ты
ведь у нас сам себе на уме. Дай руку.
Дай, дай! Хлебом пахнет.
Я ж говорил, я хлеборез.
И костром. Интересный листочек, правда?
Листок из костра, который ты сжёг
за забором, сразу после убийства.
Я знаю точно, что Пантелеев раскопал
информацию о твоём брате,
который перешёл к Власову. Ты Пантелеева
убил, завладел блокнотом. И сжёг.
Когда в части заговорили об убийстве
Пантелеева, я тут же начал искать блокнот,
мне о нём Синицкий рассказал. Я решил
уничтожить все сведения о брате
и сжёг блокнот в лесу. Но…
Но Пантелеева я не убивал.
Ну, это было так себе, неубедительно.
Ты ещё о ноже забыл рассказать.
Каком ноже?
Вот зараза, третий час ребят уже мучает.
А Козырев перед ним, как собачка
дрессированная прыгает.
Нет жизни нашему брату.
Плюнешь не в ту сторону,
замучаешься особистам отчитываться.
Ну. Пороху не нюхали,
а гонору на весь взвод.
Смотри, Галицкого взяли, гады!
Товарищ комиссар, мне нужна вся информация
на Галицкого Александра Петровича,
рядового взвода охраны моста. Нет.
Нету пока результатов расследования.
К сожалению. Хорошо приеду, доложу!
Люба, собирайся, мы едем. Люба. Люба!
– Что?
– Что с тобой?
Прости, задумалась.
Какое-то странное ощущение, как будто
за мной всё время кто-то наблюдает.
Хотя, наверное, показалось. Меня же
здесь никто не знает. Прости!
От этих допросов устала,
голова идёт кругом.
Ловко ты его с костром.
В управлении дожмём и дело закрыто.
Непростое это дело.
Пантелеев узнал всю подноготную
Галицкого, это факт.
Только вот убийца ли Галицкий, это вопрос.
Кто ж тогда убил?
Я не знаю! Надо вести расследование.
Я готова!
Кавалеристы, Сталин дал приказ.
Кавалеристы, зовёт Отчизна нас.
Пашкова, ты парашют проверила?
Тебе-то, что?
Беспокоюсь о твоём молодом здоровье.
Такое тело должно приносить радость людям.
А так, кольцо заклинит и…
Какая же это радость.
Нож убрал!
Не на базе! Сдуйся, белый конь!
– Вот именно, что не на базе!
– Ты, что делаешь?!
Ты отстраняешься от боевого задания!
Сдурел? Я же пошутил!
Корешам на зоне будешь тыкать!
Сейчас научишься летать без парашюта.
Команды нужно выполнять!
– Понял?!
– Да понял я, понял!
Марьяночка.
Кто там?
Это я.
Что вам нужно?
Ну, я же говорил, что после отбоя зайду.
Уходите, уже поздно.
Марьяночка, я приготовил вам подарок.
Здесь духи. Настоящие.
Уходите.
Вот стерва. Марьяна, открой дверь!
Я не люблю, когда мне перечат!
Я ведь всё равно никуда не уйду!
По Галимову сохнешь?
Так я и не таких делал!
Я любого здесь могу под трибунал отдать.
Идите к двери.
То-то.
Кобенится еще…
Ещё раз ты в мою сторону,
хоть глазом поведёшь,
я тут же доложу об этом товарищу комиссару.
Огонь-баба.
Майор, зайди ко мне!
Здравия желаю, товарищ комиссар второго
ранга! Пока порадовать ничем не могу.
А мы не в детском саду, и ты не Дед Мороз,
чтоб меня радовать. Что по делу Пантелеева?
Подозреваемого Галицкого Галимов
везёт к нам. С утра будем допрашивать.
Убит сотрудник НКВД, а ты с утра.
Допросить сразу же.
Срочно примите все меры
к раскрытию преступления!
Так точно, товарищ комиссар!
Как сам-то? В этой ссылке привыкаешь?
Ну, чем дальше от штаба, тем люди лучше.
Ну, не ершись! Сам виноват, меньше
начальство будешь критиковать.
Раскрой дело, верну тебя обратно в штаб.
Я не тороплюсь. На свежем
воздухе живётся легче.
Да, не можешь ты спокойно доложить,
даже мне. Найди убийцу! Отбой.
А ты чего такой мокрый?
Дождя вроде не было.
У меня был. Зачем вызывали?
Галимов везёт подозреваемого
в убийстве Пантелеева.
Допроси его не с утра, а сразу же
по прибытию. Из штаба покоя не дают.
Будет сделано. Разрешите идти?
Да.
Тихо. Тихо, тигрица. Свои.
Отпусти!
Что? Испугалась? Что ж ты, Пашкова,
а если б коммунисты?
Зверь баба.
Где остальные?
Ну, зачем они нам. Нам же с тобой
и так весело, правда?
Только посмей.
Что случилось? Где Зайцев и Беляев?
В километре отсюда, ветром отнесло.
Парашюты спрятали?
Да.
– Рация?
– Цела.
По одному за мной шагом марш!
Эй, вы, а ну, стоять! Руки вверх!
Ты, как здесь оказалась?
Ну вот, только проснулся, а уже ворчишь.
Исподнее твоё постирала.
Вон, понюхай, как пахнет.
В ромашке отмачивала.
Чего уставилась? Отвернись, давай.
А что, нельзя?
Переодеваться буду, а ты пойди,
погуляй пока.
Поешь, приходи. Перевязку сделать надо.
Спасибо, Саша, хорошо поработал.
Отчёты твои мы прочитали.
Майор Розгин уже занимается Галицким.
Я бы хотел довести дело до конца.
А что там доводить? Вот по Галицкому
пришла информация из управления.
Брат у власовцев, отца ещё в тридцать
седьмом расстреляли, как врага народа.
Мне всё понятно. Галицкий прикрывался
личиной советского солдата. Вот и всё.
Я бы с вами согласился, но вряд ли при
таком раскладе он пойдёт вам навстречу.
Не думаю, что, забив его до смерти,
вы найдёте настоящего убийцу.
А он и есть настоящий убийца.
Факты говорят о том, что Галицкий
сжёг в лесу свой блокнот,
а в остальном, одни вопросы.
Вот я их и решу.
Правильно, товарищ комиссар?
Правильно. Правильно.
Иди, Саша, так надо.
Есть.
Многое себе позволяет
ваш любимчик. Заелся.
На войне не должно быть привилегий,
а то можно и…
Поучи меня, майор.
Арестованный в вашем распоряжении.
Повторяю! Назови место дислокации
разведшколы. Имя руководителя.
Да, пошёл ты.
Ещё раз повторяю. Место
дислокации, имя руководителя?
Твоё положение в диверсионной группе?!
Радистка.
Назови позывные и время выхода в эфир,
и я обещаю, я сохраню тебе жизнь.
Ну, ничего. Ничего. У нас ещё есть время.
Устал.
Курить хочешь?
Пойми, выхода у тебя отсюда нет.
У тебя только два варианта.
Либо, ты превращаешься здесь
в кровяную отбивную, либо…
Что?
Ну, на волю-то ты отсюда не выйдешь.
А вот жизнь сохранишь. Понимаешь?
Жизнь.
Пару дней у нас тут отдохнёшь, отъешься.
Ну, а потом обратно в разведшколу.
Кстати, твой друг Колядко полностью на
нашей стороне. Рассказал всё, как есть.
А можно мне с ним поговорить?
Конечно. Но не сейчас. Чуть позже.
Понимаешь, я должен поверить в твою
искренность. Есть хочешь?
– Дежурный!
– Да!
Ну-ка, боец, мотнись на кухню, да принеси
нам борща и каши, да побольше.
Сейчас поешь, как следует, наешься
вдоволь. Ну, а пока давай, рассказывай.
Время дорого.
Ну, в общем так.
Вы?


Серия 2

Ты не оправдал моих ожиданий,
Кузьменок. Ты раскололся.
Господин Вальд, послушайте, я…
Ну, я же ей Богу!
Скоро ты и так отправишься к своему Богу!
Только вряд ли ему нужны такие отбросы.
Заряжай!
Господин Вальд, подождите! Подождите,
ну я же не хотел. Я отработаю! Я отслужу!
Вы же знаете, я отслужу, господин Вальд!
Я буду грызть их поганые глотки!
Я им кровь высосу, господин Вальд, слышите,
кровь высосу. Я, господин Вальд, я сука!
Я сука, я знаю! Господин Вальд, я буду
предан вам, клянусь! Слышите!
Я матерью клянусь! Господин Вальд!
Огонь!
На этот раз я тебя помиловал.
Запомни на всю жизнь, кому ты обязан.
Я запомню.
Отныне ты мой пёс! Я скажу рычать,
и ты будешь рычать.
Ты жив, пока служишь мне!
Каждый твой вздох должен принадлежать
и идти на пользу Германии!
Товарищ капитан.
Я думал, мы с тобой давно на ты.
Галицкий!
Что с ним? Замучила совесть
и он решил повеситься?
Его пытают.
Ты за него переживаешь? Брось!
Собаке иногда полезны розги. Ны.
Сам Розгин за него и взялся.
В ассистентах капитан Паршин.
Они его замордуют,
а расхлёбывать нам придётся.
Откуда такая информация?
Сорока на хвосте принесла?
Часовой сменился,
по старой дружбе чирикнул.
Быстро освоилась.
Есть у кого учиться.
Не обижайся. К этим товарищам
на простой кобыле не подкатишь.
Пошли к майору! Потом добреюсь.
Капитан!
Ты знаешь, тварь, ты государственный
преступник. Ты знаешь, что это расстрел.
Твой единственный шанс — чистосердечное
признание. Сознавайся!
Может, тогда в штрафбате кровью смоешь.
Я не убивал, я правду сказал.
Правду сказал! Мразь! Я тебе глаза выдавлю!
Ты у меня кровью блевать будешь!
Колись, гад!
Отставить!
Виноват, товарищ майор.
Эх, рядовой Галицкий. Рядовой Галицкий.
Я хотел тебе помочь,
но взглянул на твоё дело. Отец у тебя —
враг народа, брат — изменник, а ты…
Ты убийца! Так что сознавайся
и всё это закончится.
Сознавайся, сынок. У тебя
несколько часов осталось.
Или сдохнешь, или под трибунал.
А там слова не нужны, там нужны факты.
А факты не в твою пользу. Алиби у тебя
нет, улики против тебя.
Да здесь всё против тебя.
К Розгину!
Не положено, товарищ капитан.
Ух ты, как грозно. На службе
на не положено, обычно наложено!
Ты прям как не в армии, солдат. А ну-ка,
подвинься на полметра, у меня дело важное.
Не пущу, у меня приказ.
Доложить Розгину, капитан Галимов.
Выполнять!
Есть.
Плетёт свои паутины, вражья морда!
Ну ничего, я ему не Муха-Цокотуха.
На рожон не лезь. С этим шахматистом
надо держать ухо востро.
Что угодно, капитану?
Я хочу видеть Галицкого!
Сожалею. Идёт допрос.
Убит мой товарищ, Лёша Пантелеев.
Убийца, возможно крот, не выявлен, а
разгуливает на свободе. У меня подозрение,
что Галицкий не убивал Пантелеева.
А кто убивал?
Пока не знаю.
Вот видите, вы не знаете.
А наверху хотят знать.
Эту партию я должен выиграть
за три хода. Вы свою работу выполнили,
получили благодарность,
а моя только начинается.
Не утони в своём болоте.
Угрожаешь.
Пока нет.
Молодец. Правильно. Пуговичку застегни.
Есть.
Прошу.
Да, хорошо ты здесь устроился.
Всё натуральное. Присаживайтесь.
Местного снабжения. Сейчас.
Как прошла операция?
Прекрасно.
Заметно по некоторым лицам.
От вас ничего не ускользнёт. Что будете
пить? Вино, водка польская. Хорошая.
Как Кузьменок?
А что Кузьменок?
Я работаю в контрразведке
много лет. Я всё знаю.
В случае провала, я тоже, как и вы,
рискую потерять всё.
Простите. Я допустил ошибку, но я
её исправил. Кузьменок в норме.
Я согласился с твоим планом, потому что
видел в нём зерно успеха.
Хотя, в штабе сомневались в двойной
заброске. Времена изменились.
Всем нужен мгновенный результат.
А о стратегии уже забыли.
Мы готовы к выполнению основного задания.
Хорошо. Теперь о главном.
По сведениям нашего информатора,
а это весьма надёжный источник, русские
готовят важную наступательную операцию
силами Первого Украинского фронта.
Наша задача — взорвать важный
стратегический мост в районе Житомира.
Через этот мост, в направлении фронта,
проходит основной поток военной техники
и боеприпасов Советской армии.
Взрыв моста даст возможность перекрыть
кровоснабжение Советской армии,
и тем самым подтянуть резервы к линии
фронта. Задача вашей группы —
связаться с нашим исполнителем
во взводе охраны моста.
Совместными усилиями оперативно
уничтожить охрану и взорвать этот мост.
Но одна из наших групп
наблюдателей обезврежена.
Ничего важного от них русские не добьются,
но подозрения наверняка возникнут.
Я так понимаю, мы должны прикрывать?
Да. Для отвлечения внимания советской
контрразведки, ваша группа должна выполнить
несколько мелких диверсий. Слишком не
зарывайтесь, главное, связь с исполнителем.
О времени начала операции узнаете
в случае удачной высадки группы.
Ну что. Тогда за успех операции.
И великую Германию!
Здравия желаю, товарищ комиссар
второго ранга!
Здорово, Валентин. Что у тебя?
Роем, товарищ комиссар
второго ранга. Пока ничего нет.
Как продвигается расследование
убийства Пантелеева?
Пока серьёзных сдвигов нет, но работаем.
Думаю, ты понимаешь важность проблемы.
Через этот мост идут эшелоны на запад.
Скоро наступление, а у тебя
на спецобъекте крот.
Понятно. Ну, мы и так на ушах стоим.
Ну, так распредели этих своих сотрудников,
чтоб они спинами не толкались.
Прошерстить этот взвод охраны
моста сверху донизу!
А задержанного приказываю доставить к нам.
У нас тоже есть о чём с ним поговорить.
Так точно, товарищ комиссар, доставим.
Ну, что у тебя?
Галицкий.
Саш, ты хоть меня не мучай.
Со всех сторон прессуют.
Сверху Москва давит,
снизу Розгин поджимает.
– Ну, а вы?
– А что я.
Розгин, как с цепи сорвался.
Политотдел подключил.
А для них, сам знаешь, и немецкий
алфавит — враг народа.
Дайте мне Галицкого допросить.
Не могу. Розгин раскопал, что его отец
был расстрелян в тридцать седьмом году.
Как враг народа. Так что политическая
окраска на твоём Галицком.
И перестань ты с этим Розгиным цапаться.
Бешеную собаку не перегавкнешь.
А Галицкого завтра через Киев
отправляем в Москву.
Хорошо. Допустим Галицкий, и
есть настоящий убийца.
А почему он не подготовил себе алиби,
ведь времени было достаточно.
Допустим.
А он бежит в лес и сжигает
свой блокнот с компроматом.
Меня ведь не судьба Галицкого беспокоит,
меня беспокоит настоящий убийца.
Спишем все грехи на этого хлебореза,
а крот останется на своём месте.
И при первом удобном случае
засадит нам здоровенную занозу.
Не могу, прости.
Чего вам терять, товарищ генерал?
Разве, только погоны.
Саша, не зарывайся!
А то, я не посмотрю на светлую память
твоего отца, и на нашу былую с ним дружбу.
Накажу по уставу.
За нарушение субординации.
Извините меня, пожалуйста,
Валентин Серпионович, я не хотел.
У меня вырвалось. Разрешите идти?
Погоди.
Я ведь не за свои погоны боюсь,
а за то, что в такой ситуации,
даже сам комиссар Лифанов
не сможет за нас заступиться.
А Розгин и его покровители будут
на седьмом небе от счастья.
За один день раскрыть убийство сотрудника
НКВД. Это, между прочим, наградами пахнет.
Ну, хорошо. Ладно. Разрешу тебе
с ним поговорить.
А как же Розгин?
Ну, это уж твоё дело. Ты как-нибудь
отвлеки его ночью на минутку.
Но так, чтоб наверняка.
Понял. Спасибо. Разрешите идти?
Иди.
Товарищи офицеры и солдаты!
Скоро вам предстоит участвовать в боях.
На какие категории подразделяются
боевые действия? Кто знает? Ну, смелее.
Петушиные.
Отчасти, ты прав, Сычёв. Но я имею
в виду военные действия.
У тебя нормальный вариант ответа есть?
Или прописать тебе медосмотр вне очереди.
А что сразу медосмотр.
Земля, вода и воздух.
Ну, вот видишь. Значит, котелок-то
у тебя варит. Давай, иди сюда!
А это ещё зачем? К вам один раз ляжешь,
пиши пропало. На куски порежете.
Я ценю твою честность.
Раз вызвался, давай, иди, ложись.
Давай! Давай! Давай!
Ваш боевой товарищ Сычёв
находится без сознания.
Это хорошо. Меньше разговаривать будет.
Глаза закрывай, ты без сознания.
Марьяна, подойдите.
Если ваш боевой товарищ ранен в воде,
то по правилам спасения утопающего,
его нужно обхватить сзади за грудь.
Ну, то есть под мышками.
И мелкими гребками добраться до берега.
Потом аккуратно положить его на спину.
Марьяна, искусственное дыхание.
Ой, братцы, душа вот-вот разорвётся.
А ты вдохни поглубже, солдатик.
Эх, вот повезло Сычёву, а.
А то, не лягу, не лягу.
После искусственного дыхания
следует непрямой массаж сердца.
Ему ещё и массаж?
Игорь Матвеевич, я отойду?
– Да-да, конечно.
– Спасибо.
Ну, а мы продолжим.
Кровотечение. Итак.
Кто знает, как действовать
при кровотечении?
Ну, здорово.
С утра здоровались.
С красивой девушкой можно и
три раза поздороваться.
Смотри-ка, заметил. Чего звал?
Слушай, у меня есть к тебе дело. Даже
скорее не дело, а просьба. Можешь помочь?
Могу. Если ты меня стрелять научишь.
Может, попозже постреляем?
Ну, тогда пусть тебе кто-нибудь другой
поможет. Хочешь, я тебе военврача позову?
Ладно, давай через час
на стрельбище встретимся.
Через час ты снова сбежишь, я тебя знаю.
Хорошо, давай сейчас.
Только патроны боевые бери.
Нечего холостыми палить. Ни огня, ни жару.
Держи.
Так.
Давай, поднимай руки на уровень плеч.
Чуть ниже.
Смотри на цель, а не на меня,
и не улыбайся.
Ну, как же мне не улыбаться,
когда ты такой смешной.
И чем же я для тебя смешной?
Ты очень серьёзный. Учи дальше.
Вот это — мушка.
Она должна совпадать с целью.
Нет-нет, чуть пониже. Вот так.
Ага. Подойди ближе и покажи.
Вот это — мушка.
Мушка.
Она должна совпадать с целью.
Ты понимаешь?
А я тебе нравлюсь?
Что?
Ничего. Галимов, ну, какой же ты смешной.
Сашка, догоняй меня. Ну же!
Быстро! Догоняй!
Пункт назначения через пять минут.
Предупреди парашютистов.
Пять минут готовность.
Спасибо, комрад! В такую ветрюгань и
до того света не добраться!
Не каркай перед выброской.
Что случилось? Испугался?
Да даже, если и так. Ты лопнешь
скоро от своей злости, Кузьменок.
А с чего мне быть добрым?
Я изменник Родины, милый.
А все изменники злые.
А добрые, сдохли в лагере от голода.
Группа, встать! Приготовиться к выброске!
Готов? Пошёл! Готов? Пошёл!
Опля. А вот и я.
– Лаура.
– Как вам?
Я у ваших ног.
– Эх, товарищ майор. Вы ошиблись.
– Что?
Сегодня я не Лаура.
Сегодня я — Гонерилья.
Откуда такие познания Шекспира?
Ну что, вы думаете, простые люди
не читают Шекспира? У меня к вам просьба.
Я прошу вас, посмотрите! Ведь вы
у нас такой умный, такой образованный.
Ну, разве что, ради самодеятельности.
Но почему я? Есть же военврач.
Военврач — это начальство. Он будет
смотреть предвзято. А вот вы, вы…
Вот! Настоящий король.
Ну, это… Король Лир.
А я просто…
Но спасибо за комплимент.
Садитесь же на трон, товарищ майор.
Ой, простите. Король. Садитесь.
Сел.
Итак. Мы приступаем. Сцена первая.
За сценой слышны трубы. Трубы!
Я? Ту-ту-ту-ту.
Ярче! Сделайте ярче!
Ту-ту-ту-ту!
Вот! Входит король Лир,
с ним герцог Карнавальский.
Корнуэльский.
Какая разница! Сидите!
Король садится на трон.
Уже сижу. Вот, сижу на троне.
Прислуги подносят королю
выпить вина. Вот! Прошу!
Пить? Да? А вы, Марьяночка?
Не сейчас! Пейте! Пейте. Пейте.
А теперь вступаю я. То есть Гонерилья.
Сэр, вас люблю я больше, чем
выразить то можно слабым словом.
Чем свет очей, пространство и свободу.
Чем красоту, богатство, честь и жизнь.
Пейте. Пейте. Пейте.
Причины убить Пантелеева у тебя
были, это очевидно.
Брат у Власова, отец священник.
Я не думаю, что ты решил умереть
так же, как твой отец, мучеником.
Бог здесь ни при чём.
Можно папироску?
Трудно теперь с папиросками.
Ну, не жмитесь, товарищ капитан.
Может, последняя моя.
Спасибо.
На том свете встретимся,
я буду папиросками угощать.
Не толкай телегу впереди лошади.
Ты что думаешь, на том свете
кто-то папиросками торгует?
Ты мне вот что скажи, Галицкий.
Почему не сознаешься?
Розгин с тебя живым не слезет.
Ты, вообще, на что рассчитываешь?
Перед самым арестом отец сказал мне,
что правда, это не то, что считают люди.
Правда , это то, что есть на самом деле.
Отец был не виновен, а вы его расстреляли.
Я знаю, меня тоже расстреляют.
Вы, можете верить, можете не верить.
Только я не могу предать отца.
Я хочу встретиться с ним там.
С чистой душой.
Пусть и замученным вашими друзьями.
Во-первых, это не мои друзья. А во-вторых,
с таким пафосом, ты долго не протянешь,
поверь моему опыту. Их хлебом не корми,
дай человека до смерти замучить.
Поможешь мне, постараюсь помочь тебе.
Что я должен делать?
Кто, кроме тебя, мог
взять нож с хлеборезки?
Кончай хлебать, глаза уже в раскосяк.
Так за удачное приземление. Четыре
месяца в разведшколе не хухры-мухры. На!
Задание надо выполнить.
Немцы не заплатят.
А я при деньгах при любом
раскладе останусь.
Пока перо при мне, любой мне сам отдаст.
Вальд накажет.
Вальд теперь далеко.
Кончай трястись, братишка.
Кончилось их время, наше началось.
Посмотри вокруг. Берёзки, сосенки.
Это же наша страна. Мы здесь с тобой
родились, здесь нам бояться нечего.
Ну ты, дурак. Ты, что думаешь,
эта страна тебя ждёт.
Я ни на зону, ни сдохнуть не хочу.
С немцами надо, у них и власть и деньги.
Мне, что мусора, что фрицы, вот где уже.
Страна большая — затеряемся, уедем.
Или ты с немцами хочешь?
Слезай с телеги, я без тебя не пропаду.
Да ладно, я пошутил. Вместе, так вместе.
С немцами!
Извини, корешок. Не по пути нам.
– Ты как?
– В порядке.
– Рация?
– Спрятала в тайнике. Остальные?
Ещё по лесу носятся. Давай, собирай всех,
пока не разбежались.
Я на явочной квартире буду,
ждать вас там.
– Есть.
– Проверю! Давай!
Тихо-тихо. Всё. Всё. Всё.
Всё будет хорошо, животное.
Давай. Давай. Давай, иди домой.
Пей, корешок. Пей.
Теперь никто не запретит. Пей.
Свои.
А, Пашкова, ты?
Ты чего, ослеп? Почему на условный
сигнал не отвечали?
Не слышали. Остальные где?
Савельянов пошёл проверить явку.
Ты вот что, Пашкова, иди одна.
Оружие на землю, быстро!
А мы догоним.
Вы чего? Вы чего, ребята,
проверить меня хотите?
Руки!
Сука, ногу убери. Башку отшибу.
Коля, стреляй.
О, ребятки, здравствуйте. Вся команда
в сборе, только пахана нету.
Я смотрю у вас тут любовь.
Позвольте присоединиться.
Всё, Пашкова, убери автомат.
Прошла проверку.
Что родной, не рад встрече?
Да ты достал меня уже, урка.
Ты оборзел на воле, я смотрю!
Стоять! Где Колядко?
Да я без понятия, где ваш Колядко.
Может, дёру дал. Велика потеря.
Идём на явку.
А теперь песню. Романс.
Нет. Давайте тогда почитаем
предсмертный монолог Лира.
Да, какой монолог, Марьяночка!
Товарищ майор! Извините, что помешал.
Галимов в камере у Галицкого.
Кто разрешил?!
Я не знаю! Мне доложил часовой,
я сразу к вам.
Сперва надо было Галимова из камеры
выгнать к чёртовой матери,
а потом мне докладывать, дубина.
– Иди!
– Есть.
Галимов. Ну, Галимов.
Ну, Ефимова, если это ты…
Ты понимаешь. В порошок сотру.
Паршин! Я тебя зачем держу, капитан?
Чтоб ты ухо держал востро.
Виноват, товарищ майор.
Где Галимов?
Он ушёл.
Почему пропустил?
Так он бумагу показал.
Какую бумагу?
От комиссара. Разрешение, печать, подпись.
Товарищ майор.
Бумагу.
Он её только показал. С собой унёс.
Либо, это сговор. Либо, Галимов
сволочь, документ подделал.
Надо Галицкого расспросить,
что он ему сказал.
Я с ним поговорю.
Хороши немецкие бабы.
У фрица из охранки лагерной выменял.
Ты смотри, Кузьменок, чтоб
тебя на части не разорвало.
Итак, тут мечешься перевозбуждённый.
А тут такое давление на твои мозги.
Балда ты, Беляй. Это не на мозги
давление, а на кое-что другое.
Наполеон, между прочим, когда занимался
важными государственными делами,
так у него в кабинете всегда при себе
бабёнка была. О, француз. Понимать надо.
И вот, когда его мысли уставали,
отдалялись от государственных дел,
он эту бабёнку сразу к себе, и эх!
Ясность ума обретал.
Ага. И откуда ж у тебя такая информация?
Из тюремной библиотеки?
А это ты, Беляй, считаешь,
что я хуже Наполеона.
Слышь ты, Наполеон! Он вообще-то
умный был. Пол Европы завоевал.
А ты, гнида, людей грабил.
Ох ты, упырь. Ты, значит, на немцев
горбатишься, а на меня плюёшь.
Ты, сопля. И я тебе это докажу,
дай только срок.
После завтрака расходимся по объектам.
Работаем парами, ведём наблюдение.
Зайцев, Кузьменок. Беляев, Пашкова.
Я самостоятельно.
Можно, я с Беляевым?
Нет.
Паршин, оформи протокол. Только быстро.
Есть, товарищ майор.
Лошадь-то! Лошадь-то в трёх верстах
отсюда нашли. Стремена подрезаны.
Значит, не сама она освободилась.
Сколько шума из-за одного крестьянина.
Может, он её отпустил просто.
Чего это хозяин скотину свою
отпускать будет, а?
Травку пощипать.
Шутите, товарищ начальник.
Это ж имущество. Денег стоит.
А кобылка-то хорошая.
А чего вы с ней делать-то будете, а?
Оформим, как вещественное доказательство.
– Мужик, иди сюда!
– Кто? Я?
– Ты. Ты.
– Ага.
– Стой здесь! Понадобишься, понятым будешь.
– Иду.
– Сычёв, ко мне!
– Да.
Заворачивай и в управление.
Рассыплется по дороге, не довезём,
товарищ майор. Лучше здесь осмотреть.
Что здесь осматривать. Что, картина
Репина? Заворачивай, я сказал!
Товарищ капитан, приказано забрать с собой.
Погоди Сычёв, минутку! Погоди.
Звёздочка? Значит, солдат.
Как думаешь, Люба, что красноармейцу
на телеге в поле ночью делать,
да ещё в плохой компании?
Почему ты решил, что он был не один?
Ну, кто-то ж его поджог и убил,
а лошадь отпустил.
Паршин, ну ты скоро?!
Ещё минуту, товарищ майор!
Майор!
Что?
Ехал человек в телеге, погонял лошадь,
мечтал о барышах, о чём
ещё крестьянину мечтать.
Ты кончай воду лить, по делу говори.
Потом превратился крестьянин
в красноармейца,
лошадь отпустил, сам себя поджог,
и лёг спокойно гореть на телеге.
Даже для приличия по полю не побегал.
Хорошая сказка. Но слог тяжеловат.
Давай в управлении разберёмся. Ты едешь?
Нет. Поковыряюсь ещё.
Ковыряйся. Следопыт.
– Всё оформил, товарищ майор. Можно ехать.
– Хорош докладывать! Садись!
– Тимофей Егорыч!
– Да.
Бери лошадку, Сычёва и за мной.
Люба, пойдем, пройдёмся,
хочу один вариант проверить!
Саша, у нас убийство, а ты решил
с лошадкой по полям прогуляться?
Если в телеге сгорел красноармеец,
то хозяин, либо убит, либо и есть убийца.
А убивать солдата ради того, чтоб снять с
него сапоги и забрать махорку, это вряд ли.
Так что версия с ограблением
отпадает. Может, это диверсанты?
Значит, где-то рядом человека
два-три минимум.
Я и подумал, лошадка — умница
должна ж к хозяину привести.
Решил устроить лошадь
на полставки в розыск?
Ну, вроде того.
Лошадь, мысль дельная. Ну, смотри,
придётся с ней своим пайком делиться.
Пособим, товарищ капитан. Пойдём. Пойдём.
Здоров, братишка. Огня дашь?
Зёма, а папироской угостишь?
А твои где?
На том берегу. А лодки нет.
Понял. Трудности бывают у всех. Держи.
Благодарствую.
Скукотища. А поезд на Киев только утром.
На побывку или как?
После ранения.
Припёр из ночной вылазки двух фрицев,
а комбат меня за это, оп.
И к жёнушке на десять суток. Эх, оторвусь.
И жена у него. И папиросы.
А ты не завидуй. Грех это. Смертный.
На, держи, помни душу мою широкую.
Ух ты!
Сам-то куда?
На фронт. После ранения.
Я тут в госпитале два месяца отвалялся.
Таблеток, поди, наелся.
Ой.
Слушай, так пора из тебя эту гадость
вымыть. У тебя когда поезд?
Ой, вечером.
Ну, а чего здесь пыль глотать.
Айда в город!
Ты ж местный уже почти. Наверняка,
какое-нибудь злачное местечко знаешь.
А у меня отпускные. Времени вагон.
– Есть пара точечек.
– Ну.
Где самогончиком торгуют.
Давай знакомиться. Данила.
Дмитрий.
Ну чё, Митя, ты штурман.
Я бабки заряжаю.
Давай, показывай, где здесь
дорога на тот берег.
Ну, потопали.
Только я не один. С приятелем.
Сейчас познакомлю.
С приятелем даже веселее.
Здравствуйте, здесь живут Каланчёвы?
Здесь. А что вам нужно?
Я от Маргариты Михайловны Корецкой,
из Кракова.
Она вам просила кое-что передать.
Маргарита Михайловна? Она жива?
К счастью, да. Зайти можно?
Да. Да, конечно. Проходите. Пожалуйста.
Спасибо.
Проходите, пожалуйста. Присаживайтесь.
Вы что-то хотели мне передать?
Дело в том, что Анатолий Степанович
Корецкий умер.
Упокой Господь его душу.
Хороший был человек.
Да. Мой отец был с ним дружен.
Лев Коршунов.
Вы, сын Коршунова?
Простите, я не представился.
Валерий Коршунов.
Ваш отец часто был у нас в доме,
но вас я не видела ни разу.
Я воспитывался у матери.
Но это другая история.
Внука Маргариты Михайловны
нужно перевезти в Краков.
Что, простите?
Юра, мальчик пятнадцати лет.
Внук Маргариты Михайловны.
Три родинки на спине, в восемь лет
он сломал руку, катаясь на велосипеде.
Его родителей шесть лет тому
назад арестовало НКВД.
Вы называли Маргариту Михайловну —
матушка, Маргаритушка. Она вас — Лидуня.
Сейчас добавляет — спасительница.
В общем, благодарит вас за то,
что вы оберегаете её внука.
А как Маргарита Михайловна? Что с ней?
Ну, держится. И очень хотела бы
успеть увидеть Юру.
А как это возможно? У нас нет денег,
у нас нет проездных документов.
Не волнуйтесь, это не проблема.
А на Юру можно посмотреть?
Да. Да, конечно.
Спасибо.
Юронька. К тебе тут пришли.
Рад тебя видеть. Валерий Львович Коршунов.
Что с моими родителями?
Ну, я тебе не скажу. Точно не знаю.
А кто знает? Бабушка знает?
А вот ты сам у неё и спросишь.
Мы к ней скоро отправляемся.
И она просила тебе передать,
чтобы ты был не Юрасиком-хулигасиком,
а настоящим мужчиной.
Я вам верю. Так надо мной
бабушка подшучивала.
Об этом прозвище знали только мы с ней.
А как вы думаете, мы сможем туда добраться?
Это ведь так далеко, кругом война.
Ну, для этого я здесь.
Ты очень дорог Маргарите Михайловне.
Извините, мне пора. Позже расскажу
всё подробнее. До свидания.
До свидания, Валерий Львович.
Называй меня Валерий. До свидания.
До свидания.
Саша. А ну, иди сюда.
Сычёв!
Да, товарищ капитан.
Дуй в расположение.
Доложишь, найден тайник.
Нужны люди, чтобы прочесать район.
Ага, понял, товарищ капитан, бегу.
Сычёв. А может, на коне?
Спасибо, Тимофей Егорыч, я лучше пёхом.
Давай быстрей пойдём, чего плетёшься.
Что ты всё ноешь и ноешь.
Это тебе не так, это не сяк.
Пока ты сопли пускаешь, я из этого
солдатика столько сведений выудил.
Заткнись. Патруль.
Комендантский патруль, лейтенант Козлов.
Ваши документы.
Так. Командировочное предписание.
Всё в порядке.
Рядовой, подойдите ко мне.
О, солдатик, да ты пьян.
Да, я ж чуть-чуть.
Так, придётся пройти с нами
в комендатуру. Следуйте за нами.
Куда это? У нас служба.
Черенов, Федотов, замкнуть строй!
Следуйте за нами!
Товарищ лейтенант, ну, перебрал он
немножко. Я трезвый, я его доведу.
А завтра мы шестичасовым в Киев, а?
– В Киев?
– Ага.
Да нет, в комендатуру всё-таки
придётся пройти. Следуйте за мной!
Отставить! Стоять! Стрелять буду!
Ты чё творишь, падаль!
А этого с собой возьмём.
Трусоват, сразу расколется.
Убить тебя, гнида, мало за такие дела!
Стоять! Стоять!
Ты чем думал, когда в пьянку ввязывался!
А что, если Зайцев показания даёт.
Я этого барана предупреждал, чтоб
он меня не бодал. Сам виноват.
Да ладно, я ж ему камнем по башке врезал.
Он, если не сдохнет,
то придёт в себя не скоро.
Я вам такие важные сведения
раздобыл, а вы меня…
Тебя придушить мало, понял, ты! У нас
есть задание, а ты его чуть не загубил.
Скажи спасибо, что у нас
каждый человек на счету,
а то бы, валялся уже в канаве
с простреленной башкой.
Собирайтесь, надо уходить.
Да мы собраны.
Куда пойдём?
Есть адрес запасной явки
за городом. Там живёт наш агент.
Отойдите.
Может, хватит уже! Он ведь, между
прочим, нам живым нужен.
У меня приказ комиссара, найти диверсантов.
Формально, он не диверсант. Даже
напротив, пытался остановить убийцу.
Цыплят по осени считают.
Между прочим, его дружок уложил
двоих солдат за одну секунду.
Уж точно не любители. Где Кириллов?
У себя в кабинете.
Почему я не могу допросить диверсанта?
На данном этапе нет никакой возможности
привести его в чувство. Нужен покой.
Покой. Покой нам только снится,
уважаемый товарищ военврач Кириллов.
На дворе война. Литературкой балуетесь?
В свободное время.
Король Лир.
Шекспир.
Замечательное произведение! Особенно
современное. На злобу дня, так сказать.
Особенно предсмертный монолог Лира! Да?
К чему это вы?
Ведь ваша супруга училась в гимназии,
вместе с машинисткой Троцкого.
И что с того? Это было давно и в моём
личном деле всё записано.
Записано-то, записано.
Но ведь под каким углом посмотреть.
Вчера, при помощи этой книги, был совершён
акт прикрытия должностного преступления.
И участвовала в нём ваша подопечная.
Да, да, медсестра Ефимова.
– Марьяна?
– Марьяна. Марьяна.
И вы знаете, вы можете тоже стать
звеном цепи преступления.
Ведь вы знаете, мне человека
всё равно, что пешку съесть.
Учитывая ваше антисоветское прошлое.
Я не понимаю.
Завтра диверсант должен
быть готов к допросу.
А по мне, хоть живую воду
изобретайте. Ясно?
И ещё. О каждом вздохе Ефимовой,
о всех её шашнях с Галимовым,
докладывать мне лично.
Можете считать это, как приказ партии.
Я беспартийный.
Так тебе тяжелей будет
здесь выжить! Ты понял?!
Товарищ майор, разрешите?
Выйди за дверь и подожди!
ЧП, товарищ майор! Галицкий.
Что случилось?
Вам лучше самому взглянуть.
Идем!
Что здесь происходит?
Двойное убийство.
Разрешите я займусь, товарищ комиссар?
Ты им уже назанимался. Капитан.


Серия 3

Личный состав, стройся! Становись!
Равняйсь! Смирно! Равнение налево!
Товарищ комиссар государственной
безопасности,
оперативная группа по вашему
приказанию построена!
Товарищи солдаты, офицеры! На нашей
территории произошло преступление,
организованное агентами вражеской разведки.
Я обращаюсь к вам не только
с приказом, но и с просьбой.
Будьте предельно внимательны, особое
внимание обратите на солдат и офицеров,
прибывших в город по временным
командировочным удостоверениям.
Враги нашли у нас брешь и бьют без
жалости! Гибнут наши товарищи!
Вы уж не подведите. Не можем мы
их оставить на свободе!
Они нам тут полгорода разнесут!
Будьте осторожны. Противник хорошо
подготовлен и смертельно опасен.
Вопросы есть? Тогда по машинам.
По машинам! Загружаемся, ребята.
Живее ребята, живее. По машинам.
Капитан Галимов!
Что случилось, товарищ генерал?
Мне пора выезжать.
Диверсант вчерашний очнулся,
надо срочно его допросить.
– Есть!
– Тебя, майор, тоже касается.
Моё настоящее имя —
Стрельников Владимир Иванович.
Имена остальных членов группы я не знаю.
Ну, только те условные, которыми
пользовались в разведшколе.
Месторасположение группы указать сможешь?
Да. Адрес я напишу, но боюсь,
их там уже нет.
Старший группы — Савельянов,
опытный разведчик.
Должна быть запасная явочная квартира.
Не знаю. У нас был ограниченный
доступ к информации.
Цели и задачи вашей группы?
Сбор данных, организация диверсий
на стратегических объектах.
Каких объектах?
Не знаю. Только Савельянов знал.
Савельянов! Савельянов! Заладил!
Да я тебя под трибунал,
тогда у тебя память заработает!
Товарищ майор!
Когда был завербован?
Двадцать второго июля
тысяча девятьсот сорок четвёртого года.
Я сначала хотел бежать из лагеря, но потом
понял, что сил не хватит вернуться к своим.
Твои-свои сейчас диверсию готовят,
а у нас четыре трупа!
Давай сюда свои каракули!
Это члены группы и начальник лагеря.
Штурмбаннфюрер Вальд.
Неплохо рисуешь.
Товарищ комиссар, взгляните.
Такого Рафаэля грех под расстрел.
Пусть отрабатывает.
А что ты знаешь об этом Вальде?
Хорошо владеет русским языком,
организаторские способности
на высоком уровне.
В школе нас учили методам
стратегического мышления,
тактике поведения в тылу противника,
даже психологии.
Отрабатывали рукопашный бой, стрельбу,
прыжки с парашютом,
методы взрывов спецобъектов.
В общем, по полной программе.
Спасибо, ты нам очень помог.
Товарищ комиссар!
Вы можете меня расстрелять.
Я не собирался работать на немцев
и постараюсь это доказать. А главное…
Главное я уже сделал.
Я здесь, на своей земле.
Особисты точно шум поднимут.
Даже, если Зайцев без сознания.
А может, его дружка, Беляева, сразу
списать, а? Они ж два сапога.
Тебе лишь бы пострелять. Проверить его
надо, нас и так мало осталось.
Не было быка, пахать взяли петуха,
так, что ли?
А я б его в два счёта расколол.
Завалит он всё дело, козёл.
Каша готова, товарищи. Ходим кушать.
Сейчас подойдём.
Госпиталь.
Здание старое. Проверить бы надо самим,
что там да как, прежде, чем на рожон лезть.
Да, солдатик этот, два месяца там
ошивался, каждый уголок знает.
Два дня назад к складу подогнали
грузовики, десять штук.
Всех ходячих запрягли на разгрузку.
А в коробках лекарства для фронта.
Зуб даю, всё верно.
Ты зубы-то побереги, пригодятся ещё.
С базой свяжемся,
спросим их мнение на этот счёт.
Перевалочный груз.
Больше двух-трёх дней держать
не будут. Госпиталь. Госпиталь.
Феликс — Тополю. Позывные снег-снег.
По оперативным данным в городском
госпитале ожидает отправки на фронт
крупный груз медикаментов. Ждём
подтверждения по уничтожению груза. Феликс.
Убийца не знал, что мне рассказал Галицкий.
О допросах знали только Розгин, Паршин,
начальник караула и часовые.
Меня забыл.
Хорошо. Включаю и вас.
Галицкого убрали прямо у нас под носом.
Видно, кто-то не хотел,
чтобы им в Москве занялись.
И этот кто-то среди личного состава
управления. Уж больно ловко сработано.
Со знанием местности. Саша, умная
птица позади всех летает.
Ты их с тыла прощупай, а мы
здесь будем крота искать.
Вот личные дела бойцов взвода
охраны моста, давай займись!
Тополь — Феликсу. Позывные ветер-ветер.
Объект подлежит уничтожению.
Через час выступаем. Придём,
подготовишь взрывчатку и детонатор.
Хорошо.
Взрывчатку ей отдай. Встречаемся
около склада. Вперёд!
Осторожней. А то такая красота
и никому не достанется.
Склад там.
Где ж это тебя так угораздило,
рядовой Кузьменок Даниил Ви…
– Викторович.
– Викторович.
В футбол играл.
В футбол играл. Ой, как дети.
Война, а у вас футбол на уме.
Слава Богу, удар по касательной
пришёлся. А так, что?
Перелом. Головой надо думать,
а не развлекаться.
Да, ладно. После наряда, в свободное
время имеем право.
Имеем право. Имеем право.
Значит так, я тебе
повязку накладывать не буду,
травма не опасная.
У меня все палаты ранеными переполнены,
а ты со своим футболом.
Значит так, свободен, солдат.
Тс. Бумажечки давай. Давай. Давай.
Ты… Ты чего, солдат?
Мне твоя повязка до одного места.
Мне спирт нужен.
Отведёшь к складу и свободен.
У меня ключа нет. А у склада часовой.
Ты и глотка не сделаешь, тебя арестуют.
Я с ним сам договорюсь. А с тобой
он ко мне больше доверия проявит.
Только учти, дёрнешься, и ты труп.
Веди себя так, как будто ничего
не происходит. Понял? Пошёл.
Давай. Давай.
Фамилия и звание начальника охраны?
Капитан Зуев.
Скажешь, чтоб позвал его.
Стоять! Здравия желаю, товарищ капитан
медицинской службы. Какими путями к нам?
Боец, кликни нам капитана Зуева.
А зачем он вам?
Наша часть в Золотом Бору стоит.
Трое дизентерией заболели, лекарства нужны.
А накладная есть?
Боец, ты не слышал? Зуева зови!
Понял. Вы тут постойте пока,
хорошо. Руки!
Ты чё, сдурел? Ты ж на своих
направляешь. Убери, стрельнёшь ненароком.
Руки, я сказал! Нет у нас никакого
капитана Зуева. Товарищ капитан, идите…
– Кузьменок, замок.
– Сейчас.
Взяли.
– Кузьменок, с винтовкой у входа!
– Понял.
Два заряда под несущие стены.
Мощность максимальная.
Что? Что вы делаете? Послушайте, нельзя.
Здесь же медикаменты для фронта,
а там за стеной, там…
Там же раненые.
– Беляев.
– Да.
Допзаряд вот под ту стену!
Нет, вы, вы не посмеете. Послушайте, я,
я буду кричать. Нас услышат.
Вы, вы же наши. Вы же русские люди.
Помогите! Помоги…
Давайте быстрее! Быстрее!
А ведь задумали они что-то серьёзное,
если такой явный засвет пошёл.
Убийство во взводе охраны моста,
убийство у нас в управлении.
На твоей оперативной памяти
что-нибудь подобное случалось?
Не припомню.
Вот и я о том же. Ниточки, конечно,
есть, но, как их в один узелок-то завязать.
Знаешь, что я думаю, я поеду, посижу
денёк-другой в этом взводе охраны моста.
Сам хочу всё прощупать. Всю подноготную.
А ты оставайся здесь.
Понятно. Докладывать немедленно
обо всех происшествиях.
Молодец. Понимаешь с полуслова.
Что это?
Давай-ка к машине. И побыстрее.
Где второй взрыв?
Почему второй склад не взорвали?
Валить надо. Повяжут нас здесь.
Тихо. Что-то случилось. Жди здесь.
Не дай Бог. Из-под земли достану.
Раненых уводи!
Что-то случилось? Опусти пистолет!
Это диверсантка. Это она склад взорвала.
Не стреляйте, она нужна живой.
Здесь ещё двое, слышите. Ещё двое!
Ты жива? Не ранена?
Зачем ты вернулся?
– Давай, уходим! Уходим, быстро!
– Пистолет.
Да, неожиданно. Средь бела дня.
У него мечта была, искупить свою вину
перед Родиной. Так и получилось.
Неизвестно, почему твой дружок
здесь убитый лежит,
а не готовит новую диверсию. Увести!
Один в сердце, второй в голову. Ни одного
лишнего выстрела, профессионал.
Но второй склад взорвать не успели.
Да. И ни одного свидетеля.
Да уж, дела. Розгин, почему
не усилена охрана госпиталя?
Госпиталь нами не рассматривался, у нас в
приоритетах другие стратегические объекты.
Я дал команду усилить все объекты,
которые могут привлечь
внимание диверсантов.
А в госпитале находятся наши бойцы.
Это не влияет на фронтовое положение.
А на мозги твои, это влияет?
Пока ты будешь укреплять
свои стратегические объекты,
диверсанты нас со всех сторон,
как блохи искусают.
Но я не могу разорваться!
У меня и так людей не хватает.
Здесь погибло четыре человека, я считаю,
это допустимые потери. Могло быть хуже.
Вот этого я и опасаюсь.
Будь добр, делай всё с умом,
перед штабом фронта мне отвечать!
Есть.
Галимов! Саша, почему не сработало
взрывное устройство на втором складе?
Детонатор и взрывчатка находились
в разных местах.
Этот, с пулей в голове?
Ну, может, благодаря ему и не сработало.
Тела увезём в управление на экспертизу,
результаты будут завтра. Уносите!
Чайком побалуйся, согрейся.
Прохладно чего-то.
Лучше повозку запряги!
Так сейчас. Дело сделаю и запрягу.
Опять баба снилась. Как будто какой-то
пустой город, а я один.
Захожу в дом, а там на кровати баба
лежит. Ну, думаю, сейчас оторвусь.
Только ремень расстегнул, проснулся.
Представляешь. Целая баба
и ничья. Обидно.
Куда ночь, туда и сон. Что во сне найдёшь,
то наяву потеряешь.
А фантазии твои больные в твою голову
лезут, потому что
психология твоя больная, не гарна. Смотреть
на женщин с вожделением, это большой грех.
Большой грех.
Знаток. Вычитал где-нибудь и думаешь,
рожа умнее стала.
Не психология, а психика.
Учиться тебе надо, старый пень.
А тебе доктор надо. Чтоб мозги вправил,
а то дюже розумный.
Ты лучше дровишек подкинь, дед. А то
мы с твоей экономией ревматизм схватим.
Чего сидим? Поехали!
Так у меня всё готово. Это…
А чё за маскарад? Куда в такую рань?
На рынок. В городе тебе появляться опасно.
Пока весточку от глухаря не получим.
Там легче будет.
Я еду?
Сиди здесь. К обеду вернёмся.
Вот, короче, она выходит, все на неё
смотрят естественно, ждут.
А никто ж не понимает, там фельдшер
она или там
медсестра, может, какая-нибудь
там почтальон.
– Ну мы, в общем, и это…
– А ну, глянь!
– Кость, ты чё?
– Ничего.
Лицо знакомое увидел.
Всё, пойдём быстрее.
– Да, успеем.
– Давай, на дежурство пора.
Здравствуй! Устало выглядишь.
Весь день с бумажками копаюсь.
Ты не поверишь, голова кругом идёт.
А я тебе ещё подкину.
Результаты экспертизы, как ты просил.
Спасибо. Причёску новую сделала?
По случаю. Ехала мимо парикмахерской.
Люба. Люба. А чего это ты так
засмущалась? Я прямо тебя не узнаю.
А где же железная выдержка,
волевой характер?
Я всё-таки женщина. Хотя и в форме.
А ты мог бы и промолчать.
Обязательно вставлять едкое
слово в день рождения.
В день рождения? Поздравляю.
Я от всей души поздравляю.
Подарка, правда, нет, но в перспективе
обещаю. Так что, ты мне напомни,
чтобы я не забыл. Да о такой помощнице
можно только мечтать. И красивая, и умная.
Я рада, что ты меня ценишь.
Но день рождения у тебя. Забыл?
А мне комиссар напомнил,
он тебя тоже поздравляет.
И да, вот Марьяна передала.
С днём рождения.
Холодновато что-то сегодня. Не замёрз?
Нормально.
И покупателей нет. Не базар, а…
Нема грошей у людей.
Скоро с такой жизнью все на башню полезем.
Какую ещё башню?
Вавилонскую.
Откуда ж у тебя такие познания?
Библию читал.
А ты что, старик, в Бога веришь?
Нет. Грешный, а неверующий.
Товарищ офицер, универсальная
крысоловка-мышеловка.
Взводишь пружинку и готова
убийственная машина.
– Что, отец, мед у тебя?
– О. Здравия желаю, товарищ офицер.
Так недорого. Если два горшочка,
так почти задаром.
– А какой?
– Гречишный. Гречишный, товарищ офицер.
Подойдёт, только у меня денег нет.
Могу предложить обмен.
Ну, чашечка конечно интересная,
но купить мы всерьёз её не можем.
По рукам. Забирайте мёд!
Спасибо.
Ты это… Ты чего это, моё добро
задарма, за какую-то чашечку.
Заткнись! Вещи собирай и давай в телегу.
Понял.
Отец ваш, значит, в Польше, а вы здесь?
Это раньше Польша была,
а теперь Советский Союз.
Что он там делает-то в этой Польше?
А я откуда знаю. Работает.
Я его четыре года не видел.
Ой, Гусенюк. Гусенюк. Интересный
вы человек. Вы мне объясните,
как вы с такой биографией
оказались в спецвзводе?
Ведь по-хорошему, вам, для того, чтобы
на кухне служить, нужны отличные связи,
а вы во взводе охраны. Как это?
Ну, видно подошел, раз взяли.
Я честно служу.
Ах, Гусенюк. Так не бывает.
Может, это потому, что ваш брат
начальник столовой в дивизии штаба?
Смастерил вам местечко на КПП, там уютно,
тепло и не стреляют, правильно?
Вам что-то от меня нужно,
товарищ капитан?
Вот. Це деловой разговор. Солдат часто
выпускаете за территорию без пропуска?
– Ни разу.
– Ни разу.
Пишите. Кто, когда, сколько раз покидал
территорию взвода без пропуска
за последние две недели.
Я вам правду сказал.
Хорошо. Тогда пишите объяснительную,
почему вы в анкете указали ложные данные.
На самом деле, ваш отец раскулачен
в тридцать третьем году
и находится на поселении в Казахстане.
А как вы докажете?
Я доказывать ничего не буду. Будут
доказывать офицеры из политотдела.
Я думаю вашему братцу,
ой, как не поздоровится!
Я доступно объяснил,
что мне от вас нужно? Прошу.
– Патруль.
– Давай туда.
Граждане! Да, вы двое, сюда подойдите!
Здравия желаю, товарищ начальник!
Лейтенант Козлов! Ваши документы.
Документы? Так, пожалуйста. Мы люди
местные, нас тут кожна собака знает.
Пришли на базарчик поторговать.
Разрешение на торговлю есть?
Да, какое разрешение. Шило на мыло
меняем, мёд продаём, а хлеб покупаем.
Гражданин, ваши документы!
Это… Так это мой племянник.
Он раненый, контуженый.
Так это… Он больной на голову. Это самое…
И опять же ранение вот в ногу.
Справка о ранении есть?
Справка? Так, справка есть, только дома.
Он не годен к военной службе,
товарищ начальник.
Значит так, товарищи! Вам надо
пройти с нами в комендатуру!
Да, товарищ начальник, отдайте документ!
Разговоры! Давай, давай, вперёд
я сказал! Давай!
Да, куда вы меня тянете?!
Мне домой надо!
– Проходим!
– Понял.
Проходим, гражданин!
Товарищ лейтенант, вроде он.
Да, кто его знает, вроде он, а, может,
и нет. В комендатуре разберёмся.
Назад! Назад! Ну-ка, тихо!
Тихо! Давай к телеге!
Товарищ майор, нападение на патруль
на городском рынке.
– Что?
– Возможно, диверсанты.
Двоих наших уложили за секунду буквально.
Я опросила свидетелей, один из них
утверждает, что узнал второго нападавшего.
Это Дмитрий Сливко, живёт на хуторе,
недалеко от города.
Нужно срочно ехать туда.
Товарищ майор, я не знаю, что за свидетель
и, что им там померещилось,
но я считаю, преступники
скрываются где-то в городе.
Дежурный. Дежурный, ты там спишь, что ли?!
Срочно оперативный отряд на выезд!
Едем на хутор.
– Лейтенант, командуйте!
– Есть!
Рассредоточиться!
Паршин, возьми пару бойцов,
зайди с фланга!
Понял, товарищ майор.
Сычёв, Петров, за мной!
Особисты!
Как? Откуда? Мы же проверяли хвост.
Не знаю. Надо уходить!
Поздно. Только в лес нужно бежать.
Так, давай к ним! К ним давай,
задержи их! Держи!
Хозяин! Хозяин!
Что надо, товарищ офицер?!
Проверка документов!
А. Так проверяйте себе на здоровья!
А у меня нет никого!
Никого немае. Значит, ты и ты.
Товарищ майор.
– Что?
– Не советую.
Здесь, Липинская, командую я.
Ты и ты, вперёд!
Наташа, стой! Давай с Кузьменком через
окошко в лес. Я их отвлеку. Это приказ!
А водички попить?
Липинская. Огонь.
Слушай мою команду! Огонь!
Бери автомат! Давай стреляй.
Ну, что встал, старик!
Ну что, товарищ офицер, встретимся в аду?
Товарищ капитан, глядите, прям сюда бегут.
Разрешите открыть огонь, товарищ капитан?
Нет, отставить!
Так уйдут ведь, товарищ капитан!
Будем брать живьём.
Без команды не стрелять.
– Товарищ капитан, ну что?!
– Тихо!
Лежать, не дёргаться! Я. Сюда.
Вы что, товарищ капитан?
Меня в руку.
Отставить!
– Где Сливко?
– Убили. Уходим! Уходим!
– А этот?
– Уходим!
Уже год во взводе?
Так точно.
А до этого был в плену, бежал,
воевал в партизанском отряде.
Отличные отзывы командира. Вместе с отрядом
вступил в ряды действующей армии,
из-за контузии получил направление
во взвод охраны моста.
Богатая биография для такого
молодого человека.
Так уж сложилось.
Родственники в городе есть?
Нет. А что?
Слишком часто без пропуска
за территорию бегаешь.
Ну… Что вы имеете в виду? Я всё оформляю,
как положено. Можете узнать.
А ты не беспокойся, я и так всё знаю.
За месяц три выхода без увольнительной
за территорию. Поэтому я и
спросил про родственников.
Ну, товарищ капитан, просто
у меня девушка в городе.
Приходится иногда бегать. Вот.
Сильно накажут?
Адресок девочки подбросишь?
Товарищ капитан. Невеста.
Рискуешь остаться без семьи. При такой
дисциплине. В самоволки больше не ходить!
Есть. Не буду. Разрешите идти?
– Идите.
– Есть.
Что, что произошло? Пистолет заело,
вот, что произошло! Что у нас здесь?
Тут такое брюхо, что ни одна пуля
не прошибёт. Тем более под сковородкой.
Сковородкой? Умно. Значит так, боец!
Срочно взять кого-то в помощь,
его в грузовик и в управление.
Пусть окажут медицинскую помощь.
Он мне нужен живой, ясно?!
Есть!
Ну, а мы, что ходим?! Что мы ходим?!
Срочный обыск! Всё!
Сверху донизу проверить! Бумаги, оружие,
всё, что необходимо для расследования!
Понасовали тут!
Товарищ майор!
– Что?
– Есть.
Ого!
Да. Вот это мы и искали.
Молодец, старшина!
Значит так, забирай в грузовик и дуй
в управление. Только аккуратно!
С меня на сегодня сюрпризов хватит.
Ну что, младший лейтенант,
вот и справились мы без вашего Галимова.
Взрывчатки нет — нет диверсии.
Гидра обезглавлена. А ваших гавриков,
не сегодня-завтра, мы поймаем.
Эти гаврики шестерых наших уложили.
А сами ушли без потерь.
Без потерь? А как же диверсант,
которого только что унесли?
Агент с явкой. Мелочь.
Он вам ничего дельного не скажет.
Липинская, что же вы со мной играете в
«Сицилианскую защиту».
Скажите просто, завидуете нашему отделу.
Привыкайте, не только вы с Галимовым
у нас герои. Привыкайте!
Да уж, как-нибудь переживу.
Где Паршин?! Срочно найдите мне Паршина!
Осторожно! Осторожно!
– Где диверсанты?
– Ушли, товарищ майор.
Как?
Ушли. Двоих наших положили.
Меня вот в руку задели. Жаль ребят.
Ну и, как? Как рука?
Жить буду.
Оказать медицинскую помощь капитану.
Ну что, вы там?! По машинам!
Это я. Откройте.
Что-то случилось?
Нет, ничего. Войти можно?
Можно. Проходите.
Только я не один. Вы лампу уберите,
чтоб соседи не видели.
Чай. Кто вас так учил гостей-то встречать?
Ни тебе жратвы, ни тебе развлечений.
Опа. Весёлые картинки. Нет картинки.
Ты смотри. Да тут бабы,
какие расфуфыренные.
Вот эта хорошая. Смотри, эта с носом.
Самый сок.
Любишь баб? Я тоже.
Это не бабы. Это моя бабушка.
Бабушка. Ну, ты, пацан,
силён заливать. Бабушка.
Была б у тебя такая бабушка,
сидел бы ты здесь.
Я скоро уеду отсюда.
Куда ты уедешь отсюда.
Куда надо.
Что тут у вас?
Всё в полном ажуре.
Ну-ка, выйди.
Пожалуйста.
Тебя не узнать, так вырос.
Простите, но я вас совсем не помню.
Ты был тогда совсем маленький.
Не понимаю, о чём вы.
Я тебе всё расскажу,
только позже. Обещаю.
Подружимся?
Вы и Валерий постоянно говорите
какими-то загадками.
Давай помогу.
Агент сообщает, что завтра из управления
в Киев повезут секретные документы.
Личные дела неблагонадёжных из местного
населения. Среди них есть
бывшие немецкие информаторы.
А так же Зайцева, собственной персоной.
И что нам с ним делать?
Наша задача — уничтожить личные
дела и Зайцева.
Взрывчатки у нас нет. К тайнику успеем?
Надо постараться. Охраны будет
три-четыре человека, справимся.
Мы должны выполнять их задания.
Мы делаем то, о чём нас просят
и получаем, что хотим.
Только тогда у нас есть шанс.
А Юра? Как мы объясним
немцам его присутствие?
Юра к ним не попадает. Ты погибаешь
на задании. Для немцев.
А на самом деле оказываешься в Кракове,
вместе с Юрой. Я подъеду чуть позже.
Вальд обещал после успешного выполнения
отпуск и документы.
Оформляем опеку над Юрой, его фамилия
открывает нам двери в любое общество.
Его деда помнят не только в Европе.
А если Вальд обманет?
Я не верю ни в чудеса, ни в приметы.
И «если» тоже стараюсь избегать.
Мне кажется, что это всё происходит не
со мной. Как я устала от этой жизни.
Помнишь, как в детстве: тебя любят
и ты бесконечно счастлив.
И вдруг ни дома, ни родителей,
ни России. Ничего.
Здравия желаю, товарищ капитан.
Вольно. Как служба?
Служу. Ничего.
Ты мне скажи, а как девчонку
Волчека зовут?
Та, нет у него никакой девушки.
– Уверен?
– Да.
Так он на базар ходил. Ему молоко
надо для организма после контузии.
Иногда и мне немножко что-то приносил,
но денег не брал.
Ну, пайка мне мало, кушать хочется.
О нашем разговоре никому.
Хорошо, товарищ капитан.
Что я, враг себе!
Марьяна, его нет. Он уехал,
будет не скоро.
Да, что с тобой?
Ничего, в порядке всё.
Так. Ну-ка, зайди. Зайди!
Снимай шинель и выкладывай!
Вот вам, выкладываю.
Так! Здесь без ста грамм не разобраться.
Да, на кой чёрт мне такая любовь.
Я же, дура, сердце своё открыла.
Подарок к дню рождения.
Да пропади он пропадом, этот спирт.
Садись.
Ну, что же я буду делать в другой дивизии?
Мы же тут два года все вместе,
бок о бок. Как родные.
Это же мой дом.
Не переживай. Он тут ни при чём.
А чего это ты так за него, а?
Что ж он сам ко мне не пришёл,
не сказал, мол, так и так, прости.
Что ж ты думаешь, я бы не простила.
Ладно, давай выпьем и не увидимся боле.
Кто знал про спирт?
Ты и Галимов. Вместе поди, и выдули.
Кто ещё?
Кириллов. Он начальство,
зачем ему меня подсиживать.
Ну-ка, посиди.
Ты чего это задумала?
– Сиди!
– Куда ты?
А вам я не смогу сделать укол, вы женщина.
Зато вы, товарищ военврач, не мужчина.
В каком смысле?
За что вы переводите Марьяну Ефимову
в другую дивизию? В чём она виновата?
В том, что она передала спирт
для капитана Галимова?
Поздравила человека с днём рождения.
Вы же сами разрешили ей взять этот спирт.
Я иду к комиссару и доложу ему
о вашем самоуправстве.
И, будьте уверены, вам не поздоровится!
Погодите, не горячитесь.
Да, как вам не стыдно!
Девочка своими слезами обливает
все стены у меня в кабинете, а вы…
Присядьте. Присядьте,
я вам сейчас всё объясню.
Это не я.
Это Розгин меня заставил.
Я не смог отказаться. Побоялся.
Сливко без сознания, рана очень серьёзная.
А врач, что говорит?
Как обычно, в таких случаях:
делаем всё возможное.
Обещает к вечеру привести в чувства.
Ладно. Держи всё под контролем,
очнётся, допросишь.
Есть, товарищ майор.
Ты-то, как сам?
Да…
Тебе бы денька два
в медсанчасти отлежаться.
Товарищ майор, поймаем
диверсантов, отлежусь.
Молодец. О, обед. Пойдём-ка в столовую.
Тем более, тебе распорядок
дня соблюдать надо.
Товарищ майор, мне нужно с вами поговорить.
Извини, милочка, у нас обед.
Это срочно!
Слушаю.
Это личный разговор.
Липинская, у нас кажется, ничего личного
с вами не было. Ладно, не обижайся.
Через двадцать минут мы будем здесь.
Можешь подождать в кабинете у капитана.
Ты не против, Паршин?
Я не против, товарищ майор.
Вот и ладненько.
Что ты тут рыскаешь, гадина!
Что ты всё вынюхиваешь!
Тварь! Предатель! Пусти!
Стой!
Сдать оружие! Ты арестован!
Если ты меня убьёшь,
тебя расстреляют, дура!
А я тебя застал на месте преступления.
И передай Кириллову,
чтобы Сливко был готов к допросу.


Серия 4

Да, не гони ты так, не картошку везём!
Не ровен час, схлопочем от начальства.
Ой, а чё этому ящику будет. Бумажки.
А про этого ухаря в наручниках,
я и не думаю. Не велика потеря.
Крути свою баранку.
Опа! Ну надо же, вот это встреча.
Есть Бог на свете. Отбегался ты, падла!
Ну чё, как твои дела? Вижу, не очень.
Не понравился ты коммунистам.
Жить хочешь? Ну, давай, рассказывай,
что они про нас знают.
Ну, твой последний шанс, Зайцев.
Ненавижу, сука.
Ай, дурак ты, Зайцев! И героя
из тебя не выйдет.
Всё в порядке. Личные дела.
Ты чё? А ну, дай.
Уходи.
Держись.
В доме Сливко я нашла чашку, в которой
крот передавал диверсантам информацию.
Чашка в моём кабинете, можете проверить.
Точно такие же чашки
я нашла в сейфе у Паршина.
В его столовом наборе не хватало одной.
Почему же ты сразу не сказала,
что нашла чашку в доме Сливко?
Не была уверена.
Не была уверена? А Паршина
застрелила так, без сомнения.
Понимаешь, что ты убила капитана
военной контрразведки.
Теперь тебе не трибунал светит.
Ты будешь гнить в этом подвале!
Паршин шпион! Иначе, зачем
ему душить меня.
Он видел, что я обнаружила
чашки и понял, что раскусила его.
А я считаю, что он увидел крысу,
которая роется в его сейфе!
Поэтому решил, как настоящий чекист,
раздавить эту крысу!
Отставить! От твоей ненависти
кондратий хватит.
Это бдительность, товарищ комиссар.
Есть у тебя эта чашка?
У неё донце сбито на месте
завода и дырочка заполирована.
Хорошая работа. А остальные как?
Такие же.
Выпустить тебя я не могу.
Нет доказательств твоей невиновности.
Но и доказательств вины Паршина тоже нет.
А чашка, она пока и есть чашка.
Посидишь до выяснения обстоятельств.
Допросы проводить только
в моём присутствии!
Есть.
Куда?!
Стоять!
Стой, Зайцев! Стой! Куда ты,
на своей хромой ноге?
Загонял ты меня. Только ты в меня
не плюйся.
Я тебя мучать не буду, я тебя так добью.
Да пошёл ты, гнида. Тебе всё равно
недолго жить осталось.
А ты-то откуда знаешь?
Ты ж уже мёртвый.
Сучья жизнь.
Просыпаемся!
Диверсанты, как оказались в твоём доме?
Как и все. Через двери.
Ты мне тут ваньку не валяй.
Мне тебя расстрелять,
легче, чем рюмку водки хлопнуть.
На рынке, как выходил на связь?!
На какую связь? Я мёд продавал на базаре.
Мёд. Хорошо. Мёд. Вот он, твой медок.
Твоя настоящая фамилия — Сливко,
при немцах ты был полицаем.
Отец и брат тоже с ними сотрудничали.
А когда они отступали, ты остался.
Остался, как агент! С явкой.
Говори. Говори.
На небесах некому будет голову морочить.
Я продавал мёд. Базар был плохой.
Только один офицер подходил.
Офицер? Какой офицер?
Приметы? Узнать сможешь?
Форма такая, как у вас. Только глаза
добрее. Менял мёд на чашку.
На чашку?
А тот схватил её, как дурак.
Чашка, вот такая? Такая чашка?
Да.
Значит, точно Паршин.
Это местные. На охоту вышли. Как ты?
Плохо. Я сама не дойду.
Давай, вперёд!
Оставь меня.
Мертвяком притворился, падла.
А на самом деле, ни царапинки.
Кто такой? Кто вы? Как узнали про машину?
Не убивайте! Я скажу!
Всё, как есть скажу!
Сопли не жуй! Говори!
Мы в лесу ховаемся. Ну, живём там.
Немцы, когда пришли,
мы за них воевать начали. А когда красные
пришли, забрали полсела в лагеря,
мы втекли. Оружие раздобыли,
на дорогу выходим.
Далеко ваше жильё?
– Семь километров.
– Лекарства есть?
У нас баба Галя травками лечит.
Отведёшь к своим. Понял?!
Ага. Отведу.
Документы уничтожь, там в машине!
Пойдём. Вставай.
Ну, вставай. Пошли. Держись, держись!
Это кто?
Тётька Надька. Жена Семёна.
Он у нас главой был.
Сходи, проверь. Тихо сиди.
Тихо. Не кричи, свои. В доме есть кто?
Мужиков нет, ушли все. Уходи,
придут не поздоровится тебе.
Оттуда не возвращаются. Ух ты!
Какая серьёзная. Я таких люблю.
Ладно, не бойся, не трону. Веди в дом.
За стол сядь. Руки на стол.
Надя? Это ты?
Это моя мать. Галина.
Ты что, мужик. Оружие-то положи.
В дом с чистой душой входить надо.
А там кто?
Это моя дочь.
Ку-ку!
Ку-ку!
Сюрпризы кончились?
Ждите.
Помилуй, Господи.
Собери оружие, отнеси в машину!
Есть, товарищ лейтенант.
Дан приказ, лес солдаты уже прочёсывают.
Ну да, преступники как раз устроят
привал к вашему приходу.
Обследуй лучше место происшествия.
О, следопыт вернулся. Не прошло и полгода.
Здравия желаю, товарищ комиссар.
Я вижу у вас здесь настоящее побоище.
Привет, пропащая душа.
Майор, доложите обстановку.
Ну, а что докладывать. Вот наши, вот
арестованный Зайцев, а вот и диверсанты.
С чего вы взяли, что это диверсанты?
А кто ж ещё?
А у них что, на лбу написано
или в документах указано?
Да и парашютов, что-то не видно.
Товарищ комиссар, уймите,
пожалуйста, вашего любимчика.
Галимов, прекращай представление!
Давай по делу.
Борода давно не стрижена. Грязь,
которой сто лет на руках.
А у того вон обручальное кольцо. Что-то
быстро солдаты о дисциплине забыли.
За какие-то два дня, так не бывает.
Это не диверсанты, это лесные разбойники.
А диверсанты, в очередной раз, ушли живыми.
Разрешите на минуту, товарищ комиссар?
Давай сначала поговорим.
Что во взводе охраны моста?
В мутной речке дна не видно.
Но есть кое-что.
Крот?
Да. Глубоко закопался, гнида.
Но ничего, я его всё равно достану.
Липинская твоя, молодец.
Права оказалась. Паршин агент.
Паршин?
В самое сердце колол нас, гадина. Его
опознал агент Сливко и торговец с рынка.
Но Паршин мёртв, диверсанты на свободе
и у тебя одни загадки.
Ну, иди. Иди. Глаза сломаешь.
Лейтенант! Грузите их в машину.
Здравствуй, Люба!
Здравствуй.
– Рад тебя видеть.
– Я тоже.
А ты у нас молодец.
Не напоминай. Рада, что всё закончилось.
Очень рада.
Мать земля, помоги мне. Успокой рану.
Отведи смерть.
Пусть твоя твердь не берёт жизнь.
Жизнь даёт Бог.
Пусть он сам решит, на что
тратит жизнь этот человек.
Сонька, смочи тряпку.
Хорошо. Хорошо.
Потерпи, милая. Пулю нужно из тебя
вытащить. Она тебя ест изнутри.
А сейчас, милая, закусишь крепко палку,
будет больно, так ты царапай меня.
Не бойся. Чёрт будет из тебя
вместе с пулей выходить.
Давай, милая, крепко держи!
А ты читай «Богородицу».
Господи, помоги нам грешным. Давай.
Богородица Дево, радуйся. Благодатная
Марие, Господь с тобою,
благословенна ты в жёнах и благословен
плод чрева твоего, яко Спаса родила…
Есть беда твоя. Терпи.
Терпи, терпи! Всё!
Всё, всё.
Боженька! Сонька, посиди возле неё.
Я пойду к этим нехристям. Ой, Господи.
Потерпи, скоро тебе станет лучше.
Как она? Жива?
Пока, да.
Что значит, пока?
Пока Господь даёт. Пулю я вытащила.
У неё открытая рана, нужен врач.
В этой глуши только ты врач, тётка.
Заражение крови будет. Ведите врача.
Скажите…
Мы за ней присмотрим.
Не бойтесь, раненым не мстим.
Подвела я тебя.
Стемнеет, я в город пойду.
Ты не ходи, я постараюсь продержаться.
От тебя уже ничего не зависит. А я быстро.
Соня, ты посмотри за тётей, ладно.
Вы убили моего папу.
Я не хотел никого убивать, так получилось.
Твой папа тоже кого-то убил.
Война. Такие правила.
Валер, ты иди. Иди. Мы разберёмся.
Хорошо. Хорошо.
Здравия желаю, товарищ
комиссар второго ранга.
Проверили мы вашего Паршина.
Его завербовали в тридцать девятом.
Он тогда лейтенантом в Латвии служил.
Нашли его девушку Ирму, она сейчас в одном
из наших лагерей отбывает наказание.
Её отец был резидентом вражеской
разведки, так что этот грешок не ваш.
Спасибо, конечно, но
мне от этого не легче.
Убийство не раскрыто, диверсанты
до сих пор разгуливают на свободе,
да и до крота во взводе охраны,
никак не можем добраться.
Мы провели углублённую
экспертизу одежды Паршина.
На ней есть следы крови Галицкого.
Так что, одно убийство можешь списать
под раскрытие.
Спасибо, Георгий Николаевич.
Хотя, это не наша заслуга,
но в остальном постараюсь не подвести.
Старайся. Не подвести.
Паршин — агент абвера с тридцать девятого.
Проверили его подноготную.
Галицкого он убил.
Есть доказательства?
В Москве провели экспертизу. На одежде
Паршина нашли кровь Галицкого.
Да, тут из Москвы пришёл
ответ на твой запрос
по личному делу солдата из
взвода охраны моста. Как его?
– Волчек.
– Да, Волчек.
Саша! Придумай что-нибудь,
найди ты мне этого крота.
Я постараюсь.
Наташу ранили. И нужен доктор. У вас
есть кто-нибудь на примете из местных?
Из местных… Нет. Все перед
оккупацией разъехались.
Чёрт.
А здесь у Степаниды напротив,
медсестра живёт.
Только, если вы хотите её сюда
привести, я не разрешаю.
Да, вы так не волнуйтесь.
Вы… дом, только дом, покажите мне.
Я покажу.
Марьяночка! Это я — Виктор Валерьянович.
– Тихо, тихо, тихо.
– С извинениями.
Объяснениями. В общем, по личному делу.
Руки опустил!
Сел! Вещички на стол!
Кто тут у нас? Контрразведка. Майор.
Майор Розгин. А каким же ветром
тебя сюда занесло, майор, а?
Да ещё с цветочками.
К санитарочке клеишься?
Я по служебному вопросу.
Ну да, понятно! Используя служебное
положение, решил оприходовать девушку.
Слушай, майор, а что,
если у неё жених есть, а?
У неё никого нет.
Уже всё разнюхал.
Вижу, ты человек хваткий, майор.
У меня к тебе будет деловое
предложение. Я тебя отпускаю.
И с этого момента начинается наша дружба.
Мне нужны сведения о войсковых соединениях,
передвижении воинского состава,
результаты оперативно-розыскных
мероприятий вашего управления.
Договорились?
Я офицер. И майор НКВД.
Майор. Выгодная сделка, майор.
Я тебе жизнь,
а ты мне просто слова за возможность
дышать, смотреть.
Любить, наконец, майор. Что это, трофейный?
Да.
Бери! Держи, он же твой!
А теперь положи. На стол положи!
Майор. Ничего, у меня целее будет.
Иди сюда. Помни о нашей дружбе,
майор. Не забывай.
Он убил Степаниду! Он зверь! Он убийца!
– Кто?
– Валерий!
Юрочка. Я прошу тебя, успокойся.
Мы должны обо всём рассказать.
Мы не можем. Я прошу тебя, успокойся.
На моих глазах, только что убили
человека. Он забрал Марьяну.
Он и её убьёт. Это мы сказали,
где она живёт.
Это мы виноваты во всём!
Мы должны исправить нашу ошибку.
Ну, что ты, мальчик мой. Ну, что ты
говоришь. Ну, мы же не знали.
Я вас умоляю. Я прошу вас, давайте
расскажем обо всём правду!
Умоляю вас. Не молчите!
Чего тебе?
Да, так. Поболтать.
Чего мне с тобой болтать.
А чего бы и нет. Ты баба видная,
мужика у тебя нет.
А бабе без мужика нельзя.
Да уж, лучше с козлом,
чем с таким, как ты.
Куда ты. Да ладно, тебе ломаться.
Не ломайся.
Пусти, сволочь! Наших мужиков положил
замертво, а теперь решил меня силой взять!
Пойдём, тебе понравится.
Мама! Мама!
Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.
А ну, паразит! А ну, пусти её!
Отпусти, а то схлопочешь.
Дёрнешься, убью!
Давай.
Ты, что выдумал!
Пусти!
Мужик, ты чё вытворяешь, а!
Не твоё дело, щенок!
Соня. Иди сюда. Иди. Помоги мне встать.
Идём. Идём, идём, идём.
Следующая твоя, ты меня знаешь.
Я? Да ты сама себя не знаешь.
Сонечка, эта тётя убила твоего папу.
Заткнись. Это ложь.
Нет, дура, это не ложь. Это конец.
А на краю не врут.
Оставь её, гадина! Если тронешь её,
я тебя кипятком оболью.
Брысь отсюда! Раздвинь ноги, я сказал!
А то сдохнешь, так и не узнаешь,
что такое простое бабское счастье.
Пошел вон! Ты живая?
Она сама виновата!
Она мне стволом угрожала!
Она обуза, от неё надо избавиться!
Заткнись, скотина! Я тебя здесь закопаю,
если с ней что-нибудь случится.
– Валера.
– Держись!
Ну, держись, Наташка. Всё будет хорошо,
я санитарку привёл.
Слышишь, всё будет хорошо.
Ах, ты чёрт. Кровь пошла.
Всё будет хорошо. Стоять! Куда?!
Куда?! Стоять!
Чёрт.
Здравия желаю, товарищ комиссар.
Извините за поздний звонок.
Всё в порядке, что у тебя?
Я просматриваю ответ на запрос из Москвы.
Центральный штаб партизанского движения
прислал словесный портрет
и характеристику на Волчека.
Им удалось отыскать командира отряда,
в котором Волчек воевал
после побега из лагеря.
И что там?
Волчек отличался спокойным,
уравновешенным характером.
Немногословен, замкнут, в общении
с сослуживцами держится в тени.
Саша, я этого Волчека и в глаза не видел.
Хорошо, тогда я нарисую, что видел я.
Волчек душа взвода, приятный парень.
Улыбка, это его второе имя. Что-то
сильно изменился солдатик.
К тому же способен легко
выйти из любой ситуации.
Свои самоволки объяснил тем,
что в городе у него имеется невеста.
Хотя его товарищ по взводу, Гусенюк,
утверждает, что невесты у него нет,
и он ходит в город за молоком.
Где произошло столкновение с диверсантами?
Ты вот что, Саша, возьми его на заметку.
Глаз с него не спускай! Мы должны
быть уверены, что он крот.
Ошибёмся с ним, настоящий крот
и носа казать не будет.
Может быть, прислать тебе
кого-нибудь под прикрытием?
Нет. Не надо. Новому человеку мало
времени в доверие в коллектив войти.
Хорошо, докладывай мне обо всём.
Есть!
Феликс — Тополю. Позывные снег-снег.
Готовы к выполнению основного задания.
Сообщите координаты объекта.
Повторяю, готовы к выполнению
основного задания. Феликс.
Всё? Молодец! Как ты?
Плохо.
Давай, давай, ложись.
Держись. Держись.
Держись. Так, так. Так.
Срочно выходите на связь
с исполнителем.
Объект — мост.
Подлежит уничтожению.
Вот какой основной объект. Мост.
Наташа. Наташа!
Что с тобой? Наташа. Наташа, что с тобой?
Галина! Кто-нибудь! Помогите!
– Наташа! Слышишь меня, Наташа!
– Валера.
Это конец, Валера.
Оставь меня. Всё. Уходи.
Нет. Нет. Нет. Ну, помогите же ей!
Людям это уже не под силу.
Отдала она Богу душу.
Нет! Наташа. Наташа! Подожди!
Подожди, не смей! Не сметь, Наташа!
Ну, вспомни! Вспомни.
Вспомни, как мы с тобой мечтали.
Ну, мы же вместе, вместе, Наташка.
Вспомни. Слышишь? Чёрт. Чёрт!
Из-за тебя всё! Из-за тебя!
– Савелий. Савелий, не надо.
– Гад!
Я не хотел, слышишь.
Я не хотел, ты же знаешь.
Пусти, Савелий, я для тебя
всё сделаю. Ты же знаешь.
Ты сделал уже! Умри!
А пацанчик? Пацанчик, Савелий. Юра.
Ты же без меня его не вывезешь, слышишь.
Без меня. А сестричка убежала. Она знает,
что мы здесь, уходить надо. Уходить.
– Я тебе нужен.
– Живи пока.
Вы… Вы похороните её.
Нет. Не надо. Мёртвые должны
уходить спокойно.
Она сестра моя была.
Это последнее желание.
Здравия желаю!
Вольно, садись. Ну, что у вас за страсти?
Давайте, выкладывайте.
Это Юрий Корецкий, а это его…
В детстве няня, а сейчас и сама не знаю.
Садитесь.
Юрий стал свидетелем убийства,
которое совершил Савельянов.
Руководитель группы диверсантов?
Расскажи, как это было.
Товарищ комиссар, я бы попросила
Лидию Петровну,
рассказать всё с самого начала.
Ну, с начала так с начала.
Дед Юрия, Корецкий, городской промышленник.
После революции он бежал в Европу,
и вместе с ним бежал его управляющий,
Лев Коршунов. А два дня назад, сын этого
Коршунова пришёл к нам домой,
в форме советского офицера.
И предложил нам бежать в Краков.
Почему туда?
Он сказал, что в Кракове нас будет
ждать бабушка Юрия.
Маргарита Михайловна Корецкая.
Отец Юрия, Александр Анатольевич и
мать, Ирина Станиславовна, они
не захотели ехать за границу.
Они остались здесь. Спасибо.
Александр Анатольевич, помогал
восстанавливать разрушенные
предприятия своего отца, а потом
и сам возглавил текстильный завод.
А в тридцать восьмом его и
Ирину Станиславовну арестовали.
Враги народа?
Да. Мы не знаем, живы ли они.
Как вы думаете, зачем
такие хлопоты Савельянову?
Дело в том, что Корецкому удалось
вывезти за границу весь свой капитал.
А он очень любил Юрия.
Значит, Юрий, ты теперь богатый наследник.
А Савельянов хочет на этом
деле заработать или…
Что или?
Или пригреть тебя к рукам
и выкачивать деньги деда.
Это ещё не всё. Савельянов захватил
Марьяну Ефимову
и увёл в неизвестном направлении.
К тому же он убил хозяйку дома,
а нашего майора завербовал, как агента.
Слишком много, чтобы быть правдой.
Зачем ему Ефимова?
Она медсестра. А диверсантка
Пашкова тяжело ранена.
Откуда это известно?
Савельянов за врачом в город приходил.
Мы сказали, где она живёт.
А когда он убил Степаниду,
и Марьяну увёл с собой,
мы тут же пришли к вам.
Майора опознаешь?
Мне кажется, я знаю,
кто этот майор. Это Розгин.
Решила свести счёты?
Или есть доказательства?
Прямых пока нет. Но всё ведёт к нему.
Я хотела вам рассказать о его
взаимоотношениях с Марьяной.
Подождите, пожалуйста, в коридоре.
– Здорово, солдат!
– Здравия желаю!
Курить будешь?
Вообще-то на службе
не положено. Если угостите.
Почему награду не носишь?
Спрятал под подушку подвиг.
Нет, в тумбочке. А вы откуда знаете?
Медаль за отвагу. Тут стыдиться нечего,
даже, если она одна на весь взвод.
Не каждый жизнью рискнёт,
чтоб товарища с поля боя вынести.
– Давно служишь?
– Два года.
По ранению признан непригодным к строевой,
а здесь в самый раз. Уже третий месяц.
Да, знаю я всё. Дело у меня к тебе.
Слушай, понаблюдай за сержантом Волчеком.
Ну так, без остервенения, но со смыслом.
А он что-то натворил?
Вот мы с тобой вместе и узнаем.
Да, ты не переживай.
На благо Родины. Держи ещё папиросы.
Спасибо. Чем смогу.
Здравия желаю, товарищ
комиссар второго ранга.
Здравия желаю, товарищ комиссар.
Полуноченко. Не спишь?
Никак нет!
Есть новости. Силами нашего Первого
Украинского фронта готовится наступление.
К линии фронта будут активно стягивать
войсковые части и бронетехнику.
Каждый мост на вес золота. Кровь
из носу обезвредить диверсантов!
На это наступление ставка возлагает
большие надежды. Вам нельзя ошибиться.
Докладывай каждый час.
Слушаюсь!
Волчек! Ты, что здесь делаешь?
Ничего. Покурить вышел. У меня же это…
через час заступаю в караул.
– Ну…
– Шум услышал, подошёл, здесь кирпич упал.
Какой кирпич?
Смерть наступила от потери крови.
Скорее всего, шла долго,
одежда буквально пропитана кровью.
Да, вот это было у неё в руке.
Розгину не верьте. Ты была права.
Судя по всему, Марьяне удалось бежать,
и диверсанты не знают, что она погибла.
А она знала, где они прячутся. Они оставят
своё логово и будут искать другое место.
И придут к Каланчёвой. Савельянову нужна
была не столько явка,
сколько богатый наследник. Галимову ты
сообщишь или мне позвонить?
Сама.
Слушай, Савелий, а много
у этого пацанёнка денег, а?
Каких денег? С чего ты взял?
Да ладно, хватит. Я ж у него в комнатёнке
порылся, ну так, чисто для информации.
У него в альбомах одни буржуи,
и бабы в мехах и брюликах.
Только они уже старые, и на
тот свет с собой не унесут.
А пацанёнок молоденький. Наследник, да?
Прыткий, ты. Пошли в дом.
Смотри.
Это я. А как Юрий?
Всё в порядке. Проходите.
Что-то случилось?
Да нет. Мы на минутку, предупредить,
вечером зайдём и в путь.
Ну, что же вы на пороге.
Проходите, Юра ждёт.
Да ничего, пусть подождёт. Нам пора.
Стой, стрелять буду!
Ты что, оглох?! Руки подними!
Стоять! Руки вверх!
Ну вот, здесь и был его тайник.
Шустрый оказался.
Извините, товарищ капитан, не доглядел.
Значит, задание он уже получил.
При проверке личного состава, сержант
Волчек в расположении не обнаружен.
Вот и проявился наш крот.
Это он Лёшу Пантелеева убил.
Это невозможно. Волчека все любили.
Правда, он с хлеборезом дружил.
Ну так, они земляки.
Вот то-то и оно, старлей. Плачет по тебе
штрафбат, пригрел змею на груди.
Саша! А как же он думает взорвать мост?
Территория оцеплена, всё под присмотром.
Заранее ставить взрывное устройство
бесполезно, обнаружат.
А сейчас слишком рискованно.
Вот то-то и оно. Мост ему не нужен.
Поезд его цель.
Товарищ старший лейтенант.
Поезд можно остановить?
Спецэшелон? Исключено. Вон там,
за пригорком, сто двадцать пятый километр.
Там все эшелоны притормаживают.
Столько аварий было.
Только так в него можно попасть.
Прокатиться не хочешь?
С тобой хоть на край света. Только в
кассе билеты в мягкий вагон куплю.
Лейтенант.
Проверьте личный состав, все люди
должны находиться в запертых помещениях.
Так точно, товарищ капитан.
А как быть с охраной моста?
Ну, по-хорошему, надо бы всех заменить.
Вот и действуйте! И не забудьте
про внутреннюю охрану.
Слушаюсь! Разрешите идти?
Поторапливайтесь! А вы сопровождайте
лейтенанта. Это что?
Марьяны больше нет. Диверсанты.
Она была у меня накануне.
Я не хотела тебе рассказывать про
бабские разговоры, но… Она любила тебя.
Марьяна Ефимова оставила
перед смертью записку.
Записку? И что в ней?
Твоё имя, майор! Твоё, а не чьё-нибудь
другое! И расскажи лучше правду!
Правда в одном. Я не виновен.
Да, я симпатизировал Ефимовой.
Да, может, домогался.
– Но, я любил.
– Любил?
Я б тебя сейчас с удовольствием отпустил
и посмотрел бы, как солдаты
за свою Марьяну тебя в клочья порвут.
Но не могу! Порядок!
Я арестован?
Пока отстранён до выяснения
всех обстоятельств! Свободен!
Отребью поверили. Ну, ничего, ваши приказы
пока ещё только в этих стенах слышны.
Посмотрим, что скажут в политотделе
штаба армии. Мне там доверяют.
Ну как, успеем?
А у нас просто нет другого выхода.
В поезде снаряды.
Если рванёт, мост надолго встанет.
Сколько осталось?
Минут через десять будем.
Саша! Саша!
Не двигайся! Стрелять буду!
Не будешь! Мама!
Коля! Не может быть! Мой сын погиб!
Я не умер. Я просто был в аду.
Во время той бомбёжки я попал под балку.
Я сутки лежал без сознания.
Меня нашли немцы.
И я стал другим человеком.
Мальчишка Коля исчез. Растворился.
Я не верю тебе! Замолчи, я не верю тебе!
Я стал сиротой. Отца и мать
мне заменили немцы.
И вместо твоей любви,
они мне дали новую надежду.
Они вернули меня к жизни.
И я им за это благодарен.
Коля, нет. Сынок, я…
Я, я думала, ты погиб.
Я тебя долго искала. Я… Прости меня!
Я всё для тебя сделаю.
Что ты для меня сделаешь?
Пулю мёдом намажешь перед расстрелом?
Обратного пути нет. Мама.
Обратной дороги нет. Прощай!
Нет!
Родненький мой. Коля!
Мама, мама! Зачем? Зачем? Больно же.
– Здравия желаю, товарищ комиссар.
– Здравствуй, капитан.
Думаю, обрадую. Очнулся ваш Галимов.
Сегодня на завтрак даже чашку бульона съел.
Ну давай, веди меня к нему.
Хочу первым ему пожать руку.
Хорошо. Только, пожалуйста,
осторожнее. Он очень слаб.
Понял. Понял. Не буду напрягать.
Здорово, лежебока. Сиди. Сиди. Сиди.
Постель-то у тебя какая, прям царская.
А персонал-то какой, а!
Ну, как самочувствие?
Нормально.
Ну и отлично. Я, между прочим,
к тебе не с пустыми руками.
Как Люба? Она жива?
Поезд? Задание выполнено?
Ты только что пришёл в себя. Сразу дела.
В порядке Люба, жива, здорова.
Поезд целёхонек. А диверсанта Люба
сама положила. Остальным устроили засаду
и в перестрелке двое убиты. Радистка
умерла, местные жители сообщили.
Диверсанты несколько дней у них
прятались, они её и похоронили.
Ты меня совсем запутал. Ты представлен
к ордену. Поздравляю, держи!
Ну, крепить пока не на что.
Вот так радуйся. Прости.
Вы один приехали?
Вот чудак человек. Она мне всю плешь
проела. Как Саша, да как Саша?
– А где она?
– На улице.
Саша, Волчек этот, сын её.
Как сын? Он ведь погиб.
При бомбёжке попал в плен,
а там уж… Так что, ты сам понимаешь.
Как немцы узнали о нашем наступлении?
Понимаю, куда ты клонишь.
Нет у меня ответа на этот вопрос.
Но думаю, что там наверху и без нас
с тобой разберутся. Давай, я тебе помогу.
Ничего, ничего. Я сам.


Серия 5

Товарищи солдаты и офицеры, на нашей
территории произошло преступление,
организованное агентами вражеской разведки.
Враги нашли у нас брешь,
и бьют без жалости! Гибнут наши товарищи.
Во взводе охраны моста убит наш сотрудник.
Ну, я лично опросил всех солдат.
Никто диверсанта даже в глаза не видел.
Это линия фронта, это мы.
Других путей для эшелонов,
кроме этих железнодорожных путей, нет.
Мост и станция – это сердце.
И наша задача не дать врагу провести
операцию по их уничтожению.
Кто-то сжёг эти бумаги,
стараясь что-то скрыть.
Впопыхах жёг. Не профессионал.
Листок из костра, который ты сжёг
за забором, сразу после убийства.
Я не убивал, я правду сказал.
Не думаю, что, забив его до смерти,
вы найдёте настоящего убийцу.
А он и есть настоящий убийца.
Почему не сознаешься?
Ты вообще на что рассчитываешь?
Я не могу предать отца.
Липинская, огонь.
Слушай мою команду! Огонь!
Я сама не дойду. Уходи.
Мост ему не нужен. Поезд его цель.
Кровь из носу обезвредить диверсантов.
На это наступление ставка
возлагает большие надежды.
Вам нельзя ошибиться.
 

////////////////////////////