Смерть шпионам. Лисья нора (2013 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Александр Даруга

1944 год. Советские войска продолжают наступление по всему фронту. Немецкие диверсанты, действующие в русском тылу, совершают нападение на машину представителя Генерального штаба Красной Армии и похищают важные документы. Пытаясь выйти за линию фронта и отступая от красноармейцев, немецкий полковник Нойбер прячет документы в лесу и попадает в плен. Теперь только он знает место тайника с секретными документами. Немцы готовят новую диверсионную группу, цель которой – освободить из плена полковника Нойбера и найти спрятанные в лесу документы советского командования. Немецкая диверсионная группа проникает в тыл к советским частям.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Товарищ генерал-майор…
Унтер, а чем вы тут занимаетесь?!
Немецкие парашютисты
высаживаются у вас под носом,
уничтожают фельдъегерский конвой,
захватывают пакет из генштаба…
Где портфель? Документы где?
Мы как узнали, сразу послали туда
оперативную группу с собаками.
Пятеро парашютистов уничтожены,
включая и офицера. Один – взят в плен.
Остынь лейтенант, наш он уже.
Его теперь в "СМЕРШ" надо.
Там дознают,они на этом мастера.
"СМЕРШ"? А я и есть "СМЕРШ".
Вы наверное, очень сильный, и мужественный
Старший лейтенант Терехов
по вашему приказанию прибыл!
Вам, наверное, очень трудно.
Вы всех должны подозревать.
Ты сообщил про курьера? Говори, быстро!
В каждом видеть врага.
Товарищ генерал, я считаю, что в штабе
армии или у нас в СМЕРШЕ работает шпион.
Значит так, я поручаю вашей
группе найти портфель, радиста.
Может через него мы и выйдем на предателя.
Шесть парашютов! Значит и немцев шесть.
Пятерых убили, одного взяли.
Не ушёл никуда портфель. Здесь он. Здесь!
Моя группа прошла по всему маршруту
отступления немецких диверсантов.
Во время осмотра местности,
тайника с документами обнаружено не было.
Тут надо что – то похитрее придумать...
Сутки у нас остались. Если за двадцать
четыре часа документов не найдём,
это будет означать одно – провал.


Серия 2

Стоять!
Сходи, проверь.
Чего разлеглись? А ну, вперёд!
Ну что?
Вонючку разлил гад! Теперь всё.
Что значит всё?
А то и всё! Собаки след потеряли.
Сами же видите, товарищ старший лейтенант.
Теперь часа два нюхать будут.
– Ну что?
– Упустили.
Мокроусов, давай через мостик,
на ту сторону.
Ага. А ты?
А я вдоль ручья.
Ты что, как пароход, что ли?
Пароход! Пароход! За ним!
Стоять!
Сидишь?
Товарищ комиссар, я вам всё написал.
Садись, Валентин Серапионович.
Читал я пока ехал с концерта.
Что же это получается? Немецкие
парашютисты захватывают важнейшие
документы генштаба. И как это понимать?
– Виктор Семёнович…
– А я тебе скажу, как это понимать!
Налёт! Гоп со смыком!
Только вместо фраера в галстуке —
усиленный фельдъегерский конвой! И где?
Под носом у отдела "СМЕРШ"!
Пропали важнейшие секретные
документы Красной Армии!
Пропали как месячные
у беременной гимназистки!
Где документы? Ой, нету!
Ты знаешь, что это означает?
Под угрозой срыва важнейшая планируемая
операция группы войск Рокоссовского.
Армейская контрразведка ни к чёрту!
Понабрали молокососов!
Кто у них там главный?
Генерал-лейтенант Ладис.
Ладис! Ладис!
Абакумов говорит. Соедините меня с
управлением контрразведки «СМЕРШа»
Белорусского фронта. Ладиса к телефону.
Генерала Ладиса! Срочно к телефону!
Свои!
Где портфель? Где портфель?
Где портфель? Документы где?
Его теперь в «СМЕРШ» надо. Там дознаются.
«СМЕРШ»? А я и есть "СМЕРШ".
Ну, раз ты «СМЕРШ»,
то порядок знать должен.
Ты откуда взялся такой?
Капитан Ковалёнок. Милиция тутошняя.
А, это бойцы мои. Сотрудники отдела НКВД.
Э, да у тебя рука в крови. Маша, перевяжи.
Опять я на банкет опоздал.
Без тебя было скучно, Мокроусов. Мы вот
тут с местной милицией столуемся.
Я смотрю и горячее уже подали. С кровью.
А милиция чего, как всегда вовремя?
Коли не мы — твоему дружку старлею
ужинать не пришлось бы.
Так, вот что, капитан Ковалёнок.
Дальше наше дело.
Всё впустую. Четырёх диверсантов грохнули,
один сам себя кончил.
Руку.
Его после, тоже перевяжи.
А то до штаба не дойдёт.
Дойдёт. Взять его.
Тут Руковским оврагом ближе будет.
А то дотемна на дорогу не выйдете.
Дядя Гриша, что же это они вам даже
«спасибо» не сказали, а?
А мне от них «спасибо» не нужно.
Да! Да. Хорошо.
– Что?
– Товарищ комиссар!
Только что говорил с полковником Гондарем.
Немецкий отряд уничтожен,
одного парашютиста всё-таки удалось взять.
Они сейчас с ним работают.
Где портфель с документами?!
У нас нет уверенности, но мы думаем, что
немцы ещё его не захватили.
– Садись.
– Немцы ещё его не захватили.
Мы надеемся, что документы ещё
на нашей территории.
Надежды мне мало. Мне нужна ясность!
Операция назначена на 10-е. У нас 4 дня.
Если за 4 дня мы не успеем,
всем нашим замыслам — капут!
Что? Не нравится?
Да, странно пахнет. Болотом каким-то.
Конечно. Это тебе не в тепле сидеть.
Ты вообще Кошкин…
– Кашкин.
– Чего?
Меня зовут Кашкин, а не Кошкин.
Ну, Кашкин, Кашкин.
Хоть бы чаю предложил, что ли.
Так вас что, в столовой не покормили?
Во, значит, как. Кипятка жалко. Да нам
не только чай, нам медаль полагается,
за то, что поймали диверсанта.
Медаль. Смотрите, чтоб вам взыскание
не вдули. Герои.
Ты не Кашкин. Ты же самый настоящий…
Так, ладно. Сейчас принесу.
Чего кричать-то? Тоже мне герои.
Откуда немцы про штабной конвой узнали?
Откуда? Разведка сработала.
Разведка — это понятно. Но такая
информация просто так по городу не ходит.
Ты хорошо подумал? Фашистский засланец
в штабе фронта?!
Бери ближе. Маршрут конвоя разрабатывали
у нас, в штабе армии.
Слушаю, Абакумов. Уехал? Куда уехал?!
Ясно.
Твой генерал Ладис уехал в штаб
армии разбираться.
Пока доедет, чайку попьёт. Дармоеды.
А стрелки тикают! Тикают!
Сушитесь?
Так точно! Сушимся!
Кашкин, и мне чаю!
Есть.
Ну что, охотнички, настрелялись?
Из шести парашютистов одного взяли!
У них два пулемёта, товарищ полковник, были
МГ-34 и гранаты. Они весь взвод положили.
Да, садитесь вы уже.
Здравствуйте.
А, Еловская! Заходите.
Кашкин, принеси еще чаю.
Есть. С нашим удовольствием.
А вы что, тоже в наш отдел, да?
А вы по какой части?
Товарищ Еловская у нас переводчик.
Вот уже две недели.
Мне сегодня ваша помощь понадобится.
Подождите меня здесь.
Хорошо.
Жаль, что раньше не познакомились.
Лейтенант Мокроусов. Сергей.
Катя Еловская. Переводчик.
А с какого?
– С немецкого.
– Жаль!
А я больше французский люблю. А хотите
французский анекдот про немецкий язык?
Мокроусов, опять ты со своими анекдотами!
Товарищ, может быть, на службу прибыл.
Спасибо.
Минуточку.
Пожалуйста.
Спасибо.
Вот так!
Как же мне хочется, Кашкин, к твоей
фамилии ещё одну "К" добавить.
А это, кстати, Андрюха Терехов.
Тоже из особого отдела.
Здравствуйте.
Мокроусов, вот опять ты ерунду сморозил.
И что это получится? Кашкин "К"?
Связывайся со своим полковником.
Гондером.
Пусть поднимает всех людей. Всех!
Вплоть до последнего кашевара.
Пусть прочешут тамошний лес. Заглянут
под каждый куст! Под каждый лист!
Мне нужен этот портфель! Вот так нужен!
Товарищ комиссар 2-го ранга.
Я считаю, что тут надо по-тихому…
Что значит "по-тихому"?
Ну, не стоит тамошним сотрудникам
шума поднимать.
Садись! Обоснуй.
Ну, в общем, чем стрелковый
батальон в лес посылать,
я бы лучше толковых оперативников туда
отправил. Пусть бы они там следы поискали.
Следы… Не успеют!
Вот именно, так быстрее будет!
Да и людей у нас нет.
Кадры. Что это за кадры?
Пацаны после четырёхмесячных курсов.
Там фронтовиков-то много?
Окопная жизнь она ведь даже молодого
быстрей научит, и никаких курсов не надо.
Я Верховному доложить должен.
За четыре дня управятся.
Садись.
Имя. Фамилия.
Имя. Фамилия.
Рядовой Генрих Захс. Он требует соблюдения
условий конвенции о военнопленных.
Вас арестовали в форме противника.
Военнопленным не считаетесь.
Сотрудничество с нами
облегчит вашу участь.
Да, он сказал, что понял вас.
Он надеется на то, что вы
сохраните ему жизнь, и ещё…
Что ещё?
Как солдат, он привык рассчитывать
на честь офицера.
Пусть он о моей чести не печётся. Если всё
расскажете, я доложу начальству.
Ответишь, как коммунист,
если что не так пойдёт.
Отвечу.
Я сам возьму всё это на контроль.
Чтоб документы были у меня!
Крутись как балерина.
Утром доложишь.
А с Ладисом я сам поговорю.
Товарищи офицеры!
Садитесь.
Вольно.
Товарищ генерал-майор…
Гондер, а чем вы тут занимаетесь, а?
Немецкие парашютисты высаживаются
у вас под носом,
уничтожают фельдъегерский конвой,
захватывают пакет из генштаба.
Два стрелковых отделения положили —
это двадцать человек, двое офицеров…
– Товарищ генерал…
– И танк.
Но они мину заложили на дороге.
Почему не подготовили полосу для
фельдъегерского самолёта
около штаба фронта? Почему позволили курьеру
ехать пятнадцать километров по лесу?
Кто начальник аэродрома?
Майор Вольников. У нас
взлётно-посадочную разбомбили.
А фельдъегерская служба сама маршрут
прокладывает. Это не в нашей компетенции.
«Не в нашей»… А что в вашей? А?
Пятеро парашютистов уничтожены,
включая офицера. Один — взят в плен.
А портфель где?! Есть портфель?
Нету! Группу они послали…
Ну, портфель они, очевидно,
в лесу спрятали.
Так ищите, ищите!
Товарищ генерал-майор. Сейчас ночь,
и в лесу ни черта не видно.
Кто диверсанта брал?
Старший лейтенант Терехов и
лейтенант Мокроусов.
– Твои?
– Мои.
Но там ещё этот, из милиции
Любинской был… Как его?
Капитан Ковалёнок.
Тяни твою машину… Дожили.
Контрразведчики хреновы.
Милиция у них диверсанта ловит!
Всем кроме полковника Гондаря — выйти.
Ну, чего ждём?
Виноват.
Да садись, ты.
Это что, диверсанта?
Его.
О, посмотри. Новее нового.
К нам ещё не поступили.
Из-за такой ерунды, чуть не попались.
Кто ж знал, что у Тамарки в женихах
целый полковник.
Слушай, а давай обратно в госпиталь.
В госпиталь…
Ну чего ты? Во-первых, там можно
подзаправиться. А во-вторых там Симка.
Симка?
Симка! Медсестра. Отзывчивая.
Ты её днём видел?
А что?
У неё кличка — Фердинанд.
В честь фашисткой самоходки.
Ты что с ней собрался на фронтовой
альбом фотографироваться, а?
Где немца держите?
В следственной части.
Сказал что-нибудь?
Говорит… говорит, что портфель с
документами у их командира был.
Где тот спрятал портфель — не видел.
Как же немцы о портфеле узнали?
А мы радиста засекли.
Правда, шифровку не раскололи.
Ваня! Ты понимаешь, что ты говоришь, а?
У тебя в "СМЕРШе" немецкий шпион.
Ваня, ты понимаешь?
А почему у меня? Пакет-то в штаб фронта
ехал. Может, совсем и не у меня.
Ты в штаб фронта не лезь, я там сам
всех на уши поставлю.
Ты лучше о своих позаботься!
Где твой начальник связи?
Дежурный! Начальника отдела связи ко мне!
Капитан Устинов в лазарет отбыл.
А вот этот лейтенантик, что за
парашютистом бегал, где?
– Да, здесь он.
– Ну, позови.
Есть!
У тебя чай есть?
Так точно!
– Принеси.
– Есть!
Ну, давай думать, Гондарь, в дерьмо
влезли, надо выбираться.
Пакет найти надо, если он конечно
к немцам не ушёл.
А то нам с тобой бошки снесут.
Это понятно?
Понятно.
Стоять! Стоять! Стоять!
Боец, не в службу, а в дружбу!
Подвези нас.
В госпиталь я, капитан! Не видишь?!
Мы ж тоже в госпиталь!
Вы, с ума сошли? Мы раненых везём!
Убирайтесь с дороги! Трогай! Чего ждёте?
Так. Я сказал — подвезти! Исполнять приказ!
Волков, ты что? Не дури! Заметут ведь.
Заместо эскадрильи, отправят
в чёрной телогрейке болото носом пахать.
Бомбардировщик.
Разрешите?
Товарищ генерал, старший лейтенант
Терехов по вашему приказанию прибыл!
– Проходи, Терехов. И садись. Побеседуем.
– Есть.
Ну, какие мысли, старший лейтенант
Терехов, имеются?
Товарищ генерал, я считаю, что в штабе
армии или у нас в "СМЕРШе" работает шпион.
А с чего такие выводы, лейтенант?
Откуда немцы узнали про
генштабовский конвой?
Правильно мыслишь. Значит так, я поручаю
вашей группе найти портфель радиста.
Может через него, мы и выйдем на предателя.
А они управятся вдвоем-то,
товарищ генерал-майор?
А я тебе две группы дам из штаба
фронта. Больше не могу.
У самого людей нету. А вот и чай прибыл.
Товарищ генерал-майор, разрешите?
– Да, что?
– Там такое!
На окраине радиста нашли. Мёртвого.
– Что?
– Где?
В доме на Краснотульской.
Там сейчас милиция работает.
Хорошенькое дельце, а…
Терехов, берёшь Мокроусова и срочно туда.
Смотри, чтобы милиция в это дело не лезла!
Есть!
Скажешь, я приказал дело
в "СМЕРШ" передать.
– Есть!
– Действуй.
Может чайку?
Да пошёл, ты…
Есть!
Да, весело тут, Ваня, у вас.
Я не хочу. Я не хочу в эскадрилью, Зайцев!
Слышишь? Не хочу.
Кто тебя спрашивать будет? Излечился от
ранения — и снова в бой!
Летать на своей «пешке».
Собьют меня, Петька, собьют.
Так уже ж сбили! Подлатали,
снова орёл!
Ну, чего теперь бояться?
Ты ж знаешь, два раза не бывает!
Сам знаю, что бывает. А я жить хочу.
Пошли. Пойдём, пойдём.
Шея сломана.
Ну это, когда он с лестницы упал…
От падения с лестницы.
Лестница — через «т» пишется,
дурья башка.
Не положено.
Армейская контрразведка.
А, это ты, лейтенант.
Дело передали в "СМЕРШ".
Как это «передали»?
Рацию нашли? Значит, точно к нам.
«Лоренц».
А радист ваш мёртв. В погребе лежит.
Что здесь произошло?
Постоялец — гражданин Санчук убил
Бабушко, хозяина дома.
Бабушко — фамилия убитого.
Вот этот заметил рацию, ну,
хозяин на него и набросился.
Я санитаром в госпитале работаю.
Вот мои документы…
Сидеть, Санчук!
Рассказывайте.
Товарищ старший лейтенант, я…
я со смены иду,
я во вторую работал. Я смотрю —
окна у нее светятся.
Думаю — кто там, чёрт кого занес?
Ключ у меня от дома.
А потом я вспомнил,
что ключи у хозяина были.
Думаю, а что хозяин в четыре часа утра
у меня делает? Я вошёл.
Я смотрю, лаз открыт, и он оттуда
вот эту бандуру тянет.
Я смекнул, что это радиостанция.
На фашистов гад работал…
Врёшь ты всё, сволочь! Врёшь!
Не мог Мишка на немцев работать!
Кто это? Кто вы?
Я жена! Мишка в погреб за самогоном полез.
Ему врач спирт прописал!
А где нам спирт взять.
Я за ним посмотреть, чтоб с лестницы
не свалился. А тут такое…
Я на улицу, на помощь звать!
А этот — за мной…
Да он ножик со стола схватил и на меня!
Какой ножик?
Терехов!
Товарищ старший лейтенант! Он на меня
навалился, я еле вывернулся. Вот я и…
Взгляни.
Что здесь?
Вроде комната вторая.
А ну, пошли.
Товарищ старший лейтенант, я всю
правду рассказал. Богом клянусь.
С Богом потом разберёшься. Встать!
Да мне награда положена.
Я немецкого диверсанта обезвредил.
Эй, старлей, смотри дров не наломай.
Напал он на меня.
Напал говоришь? Такому удару ножом нас
учили в разведшколе.
«Соколиный коготь» называется.
Ты слал шифровку?
Ошибаешься, лейтенант. Не слал…
– Не слал?
– Нет.
Старлей, не надо!
Ты сообщил про курьера? Говори быстро!
Нет, не я.
Андрей, может, его в следственный отдел?
Отойди от дверей!
Не по закону.
Кто работает на немцев в штабе?
Ну?! Ну!
Степан!
А ну, говори! Ну!
Не стреляй!
Потом его товарища убили русские,
которые гнались за ним.
Как вы получили информацию
о штабном конвое?
Он не знает.
Где ваш командир? Майор Шефриан?
Он не знает. Он спасал свою жизнь.
Ну, где портфель он тоже не знает.
– Спросить у него?
– Спросите.
Нет.
А я наивно полагал, что он сейчас
нам координаты выдаст.
Он спрашивает, что с ним будет.
Ну, ему ещё рано об этом думать.
Ну, на сегодня всё.
Я распоряжусь, чтобы вам дали мою машину.
Нет, нет, спасибо, я пешком.
– По свежему воздуху?
– Да.
Понимаю.
Я не хотел, понимаете? Не хотел.
Он побежал, и…
Здесь расследование, а не курсы
ворошиловских стрелков.
А я бы тоже пальнула, он же мог уйти!
На попей, Стёпка.
И не скули, Стёпка! Всё правильно сделал!
Правильно?! Ну и, что мы получили?
Два трупа вместо одного!
А ты, старлей, тоже хорош! Хоть бы рацию
проверил, ей же сто лет в обед!
Дознаватель хренов!
Не кипятись ты, капитан, наша служба
так и называется — «Смерть шпионам!»
Дело нам передали. Ну и всё.
Боже мой, что ж это будет?!
Ты не вой! Раньше надо было думать,
кого жить пускаете!
Так, а чего сидим-то!
Степан, садись, новый протокол
составлять будем.
Куляшова! Поможешь опись вещей
сделать. Всё! Вперёд!
Ехать надо. Сейчас Гондарю доложим,
что шпиона ликвидировали. И спать.
Это ещё что такое?
Свечи скорей всего.
Милиционер прав был.
Вот чёрт, а.
Будет и на нашей улице праздник.
Ты о чём?
Баба!
Не-не-не. Погоди. Слушай, может, давай
лучше всё-таки к Симке, в госпиталь?
– В чём дело, капитан?
– Давай познакомимся?
Да вы что, пустите!
Какая красивая.
Отпустите сейчас же! Перестаньте, отпусти,
слышишь?! Отпусти, слышишь!
Да, отпусти ты меня!
– Слышал?
– А, спокойно.
Пожалуйста, не надо! Пожалуйста!
Тихо! Тихо, тихо!
– Да не надо, я не хочу!
– Жора! Брось!
Кричал вроде кто-то.
Да-да, сейчас поедем.
– Жора, да отпусти ты её!
– Уйди отсюда!
Тише, тише! Тебе что, не все равно с кем.
Меня завтра могут убить, я любить хочу.
Ну, полюби ты меня! Полюби меня!
Слышал, где-то там?
Да слышал, слышал. Свечи залило.
Давай чинись, а я пройдусь.
Ты куда?
Полюби меня!
Ну не надо, пожалуйста!
А ну, встать!
Лейтенант, не надо.
Встать быстро!
Вот, я поделюсь.
Оружие положи!
На землю.
Вот ты как, с капитаном
Военно-воздушных сил.
Быстро уходим!
Где мой ремень?
Да вот он. На, бери быстрее!
Опять ты без меня хотел справиться?
Лежать! Всем лежать, бросай оружие!
Офицер, мы из особого отдела.
Я — лейтенант Мокроусов.
– Мокроусов?
– Ага.
– Серёга?
– Ну!
Отставить, я знаю лейтенанта!
Да, слушаю.
У главнокомандующего нет
сегодня времени для вас.
Добрый день.
Добрый день.
Главнокомандующий ждёт меня.
Присаживайтесь, пожалуйста.
Я — Отто Скорцени.
Я вижу.
Большая честь сидеть рядом
с великим воином.
Восхищаюсь вашими подвигами.
Кристофер Йегер, профессор археологии.
Вот здесь я снимаю комнату.
Спасибо вам товарищи.
Пожалуйста. Давай.
– Извините.
– Ничего.
До свидания.
Значит так, товарищ Катя Еловская.
На чай мы конечно, не просимся, но…
Да, извините, я просто очень устала.
– До свидания.
– До свидания.
Ну что, застыл-то? Садись. Довезу
тебя до штаба. И без приключений!
Во как! Зверь машина!
Не прибыл ещё?! Ах, Устинов…
Здравия желаю, Иван Иванович. Вызывали?
Капитан Устинов! Попрошу
докладывать по уставу.
Виноват! Товарищ полковник, капитан
Устинов по вашему приказанию прибыл.
Ты где был?! Явился, Сивка-Бурка! Ты ж
знаешь, что у нас тут происходит?
Фронтовое начальство только что уехало!
Мне Ладис чуть голову не снёс.
Где говорит, твой начальник отдела связи?
Тут радиограммы немецкие перехватывают.
А его нету! В лазарете он, на процедурах.
Так я и был на процедурах.
Знаю я твои процедуры. Небось,
с какой-нибудь медсестрой лечился.
Ну, почему же? Вот, у меня и документик
есть. Военврачом подписан.
Предусмотрительный…Так вот что, еще
раз отлучишься, под трибунал отдам!
Чтобы с этой минуты был у себя в отделе.
Всё время. Без отлучки. Хочешь — ночуй там.
Есть!
Есть! Ну что с немецкой шифровкой?
Там код новый, мы пока с таким
ещё не сталкивались.
Может, в Москву отправить на дешифровку?
Да в Москве наша шифровка будет
полгода в очереди стоять.
С каждого фронта знаешь сколько их
приходит. А нам это сейчас нужно!
Да, ты вот что, слухачей своих напряги.
Может, опять передачи пойдут.
Есть!
Есть!
Вот нам бы… Нам бы машину-пеленгатор,
товарищ полковник.
Будет тебе пеленгатор, я только что звонил
в штаб фронта. Освободится, пришлют.
Всё, свободен.
Понял, есть. Разрешите идти?
Иди.
– Старший лейтенант Терехов…
– Ну что, доигрались?
Виноваты.
Была одна ниточка, и ту упустили! Теперь
нам радист этот ничего не скажет.
– Да там милиция начудила.
– Милиция?
А вы для чего там были? Как слоны
натоптали. Контрразведка.
Товарищ полковник, я считаю, что это не
наш радист, точнее не тот которого мы ищем.
Ну-ка, ну-ка, ну-ка. Объясни.
Немецкая радиограмма была послана с
шифровальной машины. А у Синчука так, хлам.
Значит, кто-то из наших?
Правильно мыслишь, лейтенант.
А ты узнай, кто и где был во время
радиосеанса. Начни с шифровального отдела.
Через них все сведения проходят.
А ты, Мокроусов, в лесу поработаешь.
Товарищ полковник, может быть,
нам помощь попросить?
У кого?
Там милиционер есть, капитан Ковалёнок,
очень хорошо знает лес.
Да не нужен мне этот капитан.
Дайте мне лучше стрелковую роту.
Мы по лесу цепью пройдём,
авось, что и отыщем.
А мне твоё "авось" не нужно!
Ещё цепью все следы потопчите.
Ну, значит так! Берёшь милиционера
и от той самой дороги, где они наш
конвой положили, до того самого места,
где мы последнего диверсанта взяли,
пройдёшься. Выполняйте.
– Есть!
– Есть!
Ну вот. Мне с этим капитаном всезнайкой
по болотам шастать.
А тебе — в тепле бумажки перебирать.
Да? А теперь ты на эту проблему
по-другому взгляни:
тебе — свежим воздухом дышать,
а мне — пыльные папки перебирать,
да нашим сотрудникам в душу заглядывать.
Давай поменяемся?
Нет. Лучше уж по лесу.
Да, я, когда за этим немцем бежал,
мешок у него уже пустой был.
Ну так, на всякий случай.
Понял. Спасибо.
Несколько дней назад мы получили
шифровку из Белоруссии.
Наш агент сообщил, что в русский
фронтовой штаб
должен прибыть курьер с секретным пакетом.
Если мы узнаем планы противника,
то мы сможем его опередить!
Вы понимаете, насколько нам
важен этот пакет?
Белоруссия? Насколько мне известно,
там сейчас тихо.
Русские перешли к обороне и
не предпринимают никаких действий.
Тем важнее для нас узнать,
что в этом пакете.
Эта тишина мне не нравится.
Она похожа на затишье перед бурей!
Возможно, русские намереваются нанести
удар по армейской группе "Центр".
Вы хотите, чтобы я отправил туда
надёжных людей?
Это уже было сделано. Диверсионная
группа майора Нойбера
перешла линию фронта и,
уничтожив конвой, захватила пакет.
Это великолепно! И что было в пакете?
Этого мы не знаем.
Русские среагировали быстро.
Согласно сообщению нашего агента, им
удалось ликвидировать наших парашютистов.
Значит, операция провалена?
Не совсем так. Такой вариант был
предусмотрен при разработке операции.
Майору Нойберу удалось спрятать
захваченные документы в лесу,
прежде чем его взяли в плен.
Так значит, этот Нойбер — жив?
Да. И он один знает, где этот пакет.
Чего же вы ждёте от меня?
Вы должны достать этот пакет.
Позвольте спросить, что важнее:
пакет или жизнь майора Нойбера?
Да?
Ваша трапеза.
Да, и ещё, штурмбанфюрер. Мой секретарь
Руди, любит порядок во всём.
Кодовое название операции
пусть будет… «ЛИСЬЯ НОРА».
Василий, ну зачем?
Думал, приятно будет.
Мне приятно. Только, когда вы это успели?
Я все сутки на дежурстве,
за двоих расхлёбываю.
Меня капитан чаю попить отпустил,
я сразу в лес, там полянку одну нашел.
А капитан уже здесь?
Да, тут он, злой от Гондаря вернулся.
К нам офицера пришлют из штаба.
Зачем?
Немецкого агента искать.
У нас?
Мы ведь ту шифровку так и не раскололи.
Нет, вы представляете,
они думают, что сведенья прямо
из шифровального отдела уходят.
А что это вы так разволновались?
Не знаете, как оправдать своё отсутствие
во время радиосеанса?
А чего мне волноваться? Я, между прочим,
можно сказать, живу в нашей шифровалке!
Я, Катерина Евгеньевна,
по другому поводу волнуюсь…
Здравия желаю, товарищ капитан!
Как лечение?
Спасибо, что волнуетесь о моём здоровье.
Веремеев, что у нас со второй шифровкой?
Пока ничего. Тот же позывной. Тот же код.
А разве был ещё один сеанс?
Да, сегодня в четыре тридцать.
Товарищ капитан,
похоже, нам самим не справиться.
Тут спец нужен.
Где я тебе спеца возьму?
Может, из Москвы выписать?
Разогнались! Это что такое?
Ландыши.
Веремеев, иди займись делом, носишь
тут цветы. Твоя смена закончилась?
Закончилась.
– Ну и иди теперь.
– Есть!
Так, как же с шифровкой?
Буду думать.
Разрешите идти?
– Иди.
– Есть!
Да ты садись. Чего стоять-то?
Тут такое дело… Полковник Гондарь
надумал проверку устроить.
Вроде как у нас предатель завёлся.
Немцев на конвой навёл.
Стало быть, кого из наших на месте
не было, того и трясти будут.
Ну, конечно правильно, я бы и сам так
сделал. Только теперь те, кто и не причём
пострадать могут. Понимаешь? А мне
позарез надо было в одно место съездить.
Родственник у меня в лазарете.
А документов мне там, конечно, не выдали.
Ну, поскольку я не совсем официально
там был, понимаешь?
А ты в госпитале, в архиве работаешь.
В общем, если вдруг какой разговор
возникнет, скажи, что мы, мол, вместе были.
Капитан Устинов?
Старший лейтенант Терехов.
– Гондарь послал?
– Так точно.
Разрешите идти?
Идите.
Здравия желаю.
"Друг с друга не сводим мы
ласковых глаз…" Что? Хороша штучка?
Приступим к делу.


Серия 3

Ну, давай, давай, мужики, навались!
Что, Бойко, не нравится пейзаж?
Та нет, товарищ генерал-майор,
к пейзажу я привыкший.
Ну, давай, давай, мужики!
Ну, давай, навались!
Колено у меня сегодня целый день ломит,
аж в спину отдаёт. Думаю — к непогоде.
Да, не везёт тебе, Бойко.
А чего ж это мне не везёт?
Да этой весной, небось,
каждый день коленом маешься.
В штаб фронта за час доедем?
Та, может и доедем. Эх, нам бы «автожир»,
тогда точно успели бы.
Что за штука такая?
Хе, хитрая штуковина, вроде самолёта,
только винт здоровенный сверху.
Где захотел — взлетает, где захотел —
садится. Не слыхали?
Сам выдумал?
Та не выдумал. Сам летал. У нас в
24-й армии пять машин таких было.
Против Мессера — гнилая груша.
Так мы ночью летали.
А оно не видно ничего, хоть глаз
выколи, вот пилот в потьмах
деревья за поляну принял, ну и сел, как
говорится. Вот там я коленку свою и зашил.
Тяни мою машину, а…
А это что такое?
А может диверсанты?
Может и диверсанты.
Полковник Дубровский.
Главное управление контрразведки.
В чём дело, полковник?
– Генерал-майор Ладис?
– Да.
Меня прислал за вами комиссар
2-го ранга товарищ Абакумов.
Товарищ генерал, нас ждёт самолёт.
Тише ступай, здесь тебе не приёмная
особого отдела.
Меня назначили главным поисковой операции.
А ты, как бы подмога.
Так что не очень-то, капитан.
А мы работать будем или разбираться
кто здесь фельдмаршал?
Тише в лесу надо.
Чего тише, вот чего тише? Нет тут никого.
Говорят же, что два раза в одно место
снаряд не бьёт.
Здесь он шёл. Ветки сломаны.
Хутко лятел, аж автомат потерял.
– Где?
– Вон за деревом лежит.
Ай да капитан.
Сапог наш, не германский.
Размера сорок третьего.
А чего автомат бросил?
А ты патроны проверь.
Ясно.
Здесь тебе не передовая
и год уже не сорок первый.
На танки конные эскадроны
посылать не нужно.
Да не привык я к такой работе, товарищ
полковник! Мы у нас разведроте…
А здесь не разведрота. А особый отдел.
Особый! Понимаешь?
Доклады агентов в боевых частях
читать нужно? Нужно.
Справки о моральном состоянии личного
состава писать надо? Надо!
Работу по выявлению антисоветских
элементов среди бывшего в оккупации
населения проводить тоже нужно.
Кто всем этим будет заниматься?
Кашкин.
Терехов! Ты мне это брось! Кашкин!
Офицеру контрразведки когда-никогда
и за бумагами посидеть надо.
Не всё время же, как лягушки
по болотам скакать.
Значит так. Берёшь у Кашкина список
сотрудников особого отдела.
Садишься вон там в приёмной.
И начинаешь разработку.
Разработку всех тех,
кто имел дело к радиосеансу.
Иван Иванович. Ну, бойцов разрабатывать
или население — это ещё куда ни шло.
Но своих же?!
Вот тебе разница между разведчиком
и контрразведчиком.
Контрразведчик — просыпается с недоверием
и с недоверием засыпает.
Ну, в таком случае и мы с вами друг другу
тоже доверять не должны.
Конечно, Терехов, ты с меня и начни.
Вот спроси меня, где я был
с 4:30 до 05:00. И проверь. Проверь!
А может быть, я солгал.
Есть.
Смирно!
Мой дорогой, Шульц!
К чему этот цирк с мотоциклистом?
Неужели нельзя было обойтись без эскорта?
Эскорта? Я не имею к этому
никакого отношения.
Как? Он ехал за нами от самого Берлина.
Он одет в форму нашего 502-го батальона.
– Приказать задержать его?
– Интересно было бы поговорить с ним.
Распорядитесь, Шульц.
Отто, у нас есть для вас небольшой сюрприз.
Думаю, вам понравится то, что мы вам
покажем. Пожалуйста, отвернитесь.
Что за шутки, Шульц?
Имейте терпенье, Отто.
МП с глушителем?! Это потрясающе!
Мы изготовили эти пистолеты-пулемёты,
по образцу английских «стэнов».
Они практически бесшумны.
Молодчина, Радль! На дальнем расстоянии,
конечно, точность небольшая,
но в ближнем бою, эта штука
себя отлично покажет!
Именно.
Очень смело.
Хорошо, Шульц, хорошо.
Кашкин, мне нужен список сотрудников ОКР.
Ну, во-первых, не Кашкин,
а товарищ капитан.
И во-вторых, это секретная информация.
Ну ладно, "Некашкин", Гондарь приказал.
А я об этом ничего не знаю.
Пускай он сам мне об этом скажет.
Он сейчас уехал! Мне нужно работать,
помоги мне!
Послушай, у нас тут армия
или комитет бедноты?
Знаете, что бывает, товарищ Кашкин, за вот
такое обращение с газетой "Правда"?
Где изложен Приказ Верховного
Главнокомандующего товарища Сталина?
Так она прошлогодняя.
Это не важно. Приказ никто не отменял.
И вообще, Кашкин, у меня есть подозрение…
Какое подозрение?
Где ты был и что делал позапрошлой
ночью с трёх до пяти утра?
Да здесь я был. Ничего не делал.
Ничего не делал? А кто может подтвердить,
что ты здесь ничего не делал?!
Караульный… Ты что издеваешься, Терехов?
Да пошутил я. Ну, сейчас принесу.
Разрешите, я пройду?
Вот, изучайте.
А я сейчас чайку сделаю.
Чайник возьми.
Четырнадцать дуэлей в студенческие
годы привили мне любовь к этому оружию.
Говорят, шпага позволяет
увидеть человека насквозь.
Вы собираетесь проверить,
насколько они хорошо фехтуют?
Нет, мой дорогой Радль. Для того,
чтобы отобрать тех, кто мне нужен,
я хочу взглянуть, из какого
дерева они высечены.
В чём дело?
Господин штурмбаннфюрер, они,
видимо, нашли мотоциклиста.
Шарфюрер Байер, из второй роты.
Шульц!
Я знаю этого солдата. Могу я спросить,
что он натворил?
Сейчас я вам скажу. Этот человек въехал
в замок, выдав себя за мой эскорт.
Он был одет в военную форму. Он ехал днём,
вопреки всем моим приказам.
Это трижды вопиющее нарушение порядка!
Байер — хороший боец. За ним две успешные
операции. Но я накажу его.
Так, что другим будет неповадно.
Не торопитесь, Шульц. Что же заставило
тебя пойти на это, солдат?
Простите, господин штурмбаннфюрер…
Я не могу сказать.
Мне кажется, я знаю в чём дело.
У Байера есть женщина в Берлине.
Если человек рискует ради любви к женщине,
он вполне способен рискнуть всем для дела.
Итак, ваша задача, солдат,
попробовать вытянуть у меня из
нагрудного кармана этот платок.
Защищайтесь!
Но, господин штурмбаннфюрер,
у меня нет шпаги.
Вот именно! Со шпагой может каждый.
Защищайтесь же!
А это вам на память от меня. Он подходит.
Встать в строй.
Так, сержант Веремеев, я ещё раз
повторяю свой вопрос:
что вы делали, начиная с трёх часов утра?
Ой, а я что, разве не сказал?
Так в лесу же был.
В лесу?
Ну, да. Ландыши собирал.
Для товарища Еловской.
Это во время боевого дежурства?
Ну, работы особой здесь не было,
а рядовая Блошкина взялась меня подменить.
Чем подтвердите, что в пять часов
утра ландыши собирали?
Так вот ими и подтверждаю.
Куда только ваше начальство смотрит?
Капитан Устинов? Так я же говорю, у нас
перерыв наблюдался в служебных заданиях.
То есть как? Когда вы были в лесу,
капитана здесь тоже не было?
Не было.
Так.
Интересно, где же он был-то?
А это вы у него спросите, товарищ старший
лейтенант. Когда товарищ капитан вернётся.
Спрошу, спрошу…
Так.
Вот тебе бумага, пиши все что было,
начиная с трех часов утра.
А мне надо отлучиться.
Вы просили подобрать кандидатов
из всех подразделений.
Это штурман — Зильке Расснер.
Она служит в отделе радиошифровки.
Но на прошлом задании на территории
противника она удавила ремнём
трёх русских контрразведчиков,
пытавшихся её схватить.
Ну что, штурман Зильке, вы справитесь?
Штурмбаннфюрер, я готова попробовать.
Я ещё не дрался с женщиной на шпагах.
Это было бы не по-рыцарски.
Возьмите оружие.
Вы настолько отважны, что готовы
драться без оружия?
Просто бой уже окончен. Если бы всё было
взаправду — вы уже были бы мертвы.
Что вы имеете в виду?
Шульц, я нашёл нужных людей!
Налево! Бегом марш!
Но вы говорили о четверых!
Совершенно верно. Ещё нужен командир.
И он у меня уже есть.
– Кто же это?
– Вы, Шульц.
Слушаюсь!
Здорово, дядя. Тебя Ногой кличут?
Кому дядя, а кому и полдяди.
Не, если они портфель здесь спрятали,
мы его точно не найдем.
Да нет здесь никакого портфеля.
Они ещё здесь до нападения на конвой были.
Вон, обедали. После того,
как с неба попрыгали.
Ну значит, нечего и время терять.
Погоди-ка.
Так это ж парашюты ихние.
Четыре…
Шесть.
Ура!
Шесть парашютов! Шесть немцев. Пятерых
убили, одного взяли.
Не ушёл никуда портфель. Здесь он.
Здесь! Вот только где?
Так, давай рассуждать. По следам
диверсантов — четыре группы работают.
Мы за этим немцем шли несколько часов.
А Терехов говорит, что на реке
его вещмешок уже пустой был.
Значит, портфель надо искать до реки.
А с чего ты взял, что их шестеро было?
Ну, парашютов же шесть!
А что, если им из местных кто-то помогал?
Вон их сколько в лесу шастает.
Так, давай рассуждать.
Зачем ты это сказал?
Тихо.
А вот стрельбу да пистолетик на
землю покладите. Ну!
А то пальну. Будете тогда свои вантробы
по всему лесу собирать.
Есть кто? Екатерина Евгеньевна!
Здравия желаю.
А Екатерина Евгеньевна дома?
– Катька тебе зачем?
– Мне по делу.
По делу? А я думала, граммофон послушать.
Простите, а как вас?
Авдотья Гавриловна — я. А вообще,
бабой Дуней кличут.
Авдотья… а скажите,
товарищ Еловская Катя
у вас квартиру снимает?
Снимает.
Ты мне лучше скажи, ты с Катей погулять
или по-серьезному?
Да мне по делу. Где она сейчас?
На службе видать. Чаю попила,
больше я её не видела.
Видать сложная у нее работа.
Да что ты шепчешь всё! Говори ты громче!
Я говорю: видать по ночам работает.
По ночам она дома сидит.
Но, правда, этой ночью под утро вернулась.
Я спрашивала, сказала работа срочная.
Авдотья Гавриловна, а…
Я — баба Дуня.
Баба Дуня, а в ночь с 10-го на 11-е
её тоже дома не было?
В позапрошлую, что ли?
Да, в позапрошлую. Часа в три.
Нет, в позапрошлую она вовремя вернулась.
В три часа вообще, седьмой сон видела.
Это хорошо.
А чего ты у неё самой не спросишь?
Да как же я её спрошу, баба Дуня,
её ж нету.
Стой!
Здравствуйте, Катя.
Здравствуйте, Андрей.
– А я тут…
– Я вижу.
Моей ночной жизнью интересуетесь.
Товарищ Еловская, вы же знаете,
что я обязан всех опросить.
Ну и как? Выяснили?
Выяснил.
А может, покушать? Я колдунов
приготовила. Картошка, правда, мёрзлая.
Нет, спасибо, Авдотья Гавриловна.
Я домой пойду, там у меня белье варится.
Хороший парень.
Я вам вот что принёс.
Это же мой пропуск. Откуда он у вас?
Мне мой знакомый передал. Это вы его…
Я его везде обыскалась.
Я даже в комендатуру ходила.
Спасибо.
– Катя…
– Вы знаете, мне в госпиталь надо.
Там немцы архив держали и когда
уходили, не успели вывезти.
В общем, мне поручили
с документами поработать.
Понятно.
Ну, я тогда пойду.
– Товарищ Терехов!
– Да?
Фуражку забыли.
Вот тебе и полька-бабочка…
– Спасибо.
– Да.
О! Устинов. Долг принёс?
Таки пришёл, смотри. Не киксанул.
Ну что, принёс, что обещал?
Смотри, Устинов, ты и так на крючке.
А начальство узнает, сам знаешь.
За такое по головке не погладят.
Ну, чего ждёшь? Не ровен час,
срисует, потом доказывай.
Кто такие будете?
Мы то? Добрые люди.
Добрые люди. Добрые люди
на пепелищах не роются.
Отвечайте кто такие, а не то стрельну!
Ну и кто ж, по-твоему, мы такие?
Да кто вас знает? Может, полицаи беглые
или шпионы.
Да не полицаи мы. И не шпионы.
Бандиты значит.
Да не бандиты мы. Я лейтенант
Красной Армии. Вот документы.
А может, ты мне газетку подсовываешь.
Откуда мне знать?
Кто ж ты сам такой будешь, милый человек?
Вот то-то и оно, что вы не здешние,
если деда Юрася не знаете.
Деда Юрася, которого хата у
излучины Ляховты стоит?
Стояла. Пока такие как вы не сожгли.
Подожди, подожди. А ты откуда знаешь?
Так я у тебя, бывало, бульбу с огорода
таскал, пока ты за белками по лесу гонялся.
Ну, Григорий я, Матвеевич, Ковалёнков сын.
Гришка?
Ну да.
Да нет.
Не Гришка. У того Гришки, что я знал,
у него морда не такая мятая была.
За тобой когда-то, дед Юрась,
тоже девки плакали!
Гляди-ка, и правда Гришка!
Здоров!
Ну ты!
Садись, дед.
Ты чего полохливый такой, аль напугал кто?
Да вот были тут одни. Вдвоём значит. Ну!
Такие же добрые, как вы. Весёлые такие.
Курево предлагали. Не папироску.
– А что?
– Ага. Сам глянь.
– Сигарету.
– Давай.
Очень бы с ними поговорить хотелось.
Я подумал, что просто так
в лесу им делать нечего.
Значит, надо посмотреть, кто они
да откуда. Ну, я и пошёл за ними.
Так они меня аж до заброшенного
хутора довели.
Знаю я это место. Отсюда
вёрст пять по прямой.
Надо туда идти.
На пулю бандитскую нарваться
хочешь, лейтенант?
Что мы с двумя не справимся?
Больше их может быть!
Может сперва за подмогой?
Товарищ Ковалёнок, здесь я решаю.
Опять за своё. Вот, лишайник. Ну, прощай,
дед Юрась, коли не увидимся.
В добрый путь.
Я всё принёс.
О! У связи денежка завелась, да?
Здесь полторы тысячи, это всё.
А что значит всё?
Больше я вам ничего не должен.
Это как? Ты же нам ещё две бомбы должен.
Не было такого!
Мы тебя сейчас возьмем здесь и
прижмём. Что шмалять начнёшь? Да? Да?
Стоять!
О! А ты кто?
Что под трибунал захотели?!
Ты что, старлей!
А ну, верни ему деньги.
А это наши деньги. На.
Терехов, не нужно, я им должен был.
Сколько он вам должен?
– Две тысячи.
– Врёшь! Не было такого.
А нам чужого не надо. Полторы тысячи.
– Получили своё?
– Какой верняк обломал, а!
Получили.
А теперь быстро в свою
палату дуть касторку!
Ну всё, капитан! Может,
ещё увидимся, сыграем.
Спасибо, лейтенант.
Да, капитан, задал ты мне задачу.
А я уж было думал…
Погоди, ты что… Ты подумал,
что это я тогда немцам
ночью шифровку отослал?
А что я должен был подумать?! Согласно
журналу, ты должен был быть в отделе.
А тебя там не было.
Здесь я был. Ну, есть у меня страстишка…
Как карты увижу — руки дрожат.
И чего с этой бандурой таскается?
Страсть как музыку любит. Им патефон один
лётчик оставил, архив разбирали, пластинки
нашли. Чудная, брат, на них музыка.
Сеньке нравится, за уши не оттащишь.
Спасибо.
Тебя подвезти?
Да ты меня уже итак подвёл.
Товарищ Терехов. А вы всё
время такой серьёзный?
Вам, наверное, очень трудно.
Вы всех должны подозревать.
В каждом видеть врага.
Вы, наверное, очень сильный и мужественный.
Работаете в такой организации, название
которой начинается со слова «Смерть».
Ужасно.
Смерть шпионам. Смерть шпионам.
Я об этом не думаю.
Да. Но так же нельзя. Есть много
разных прекрасных вещей.
Есть небо, есть… есть весна,
есть солнце, есть жизнь!
А я ведь знаете, товарищ…
Екатерина Евгеньевна,
хотел воспользоваться своим служебным
положением, прийти к вам.
Лейтенант Терехов?
Так точно.
Вас срочно вызывают в штаб.
А что случилось?
Немецкий диверсант пытался
с собой покончить.
– Извините.
– Да.
Ушли они. Дыма нет.
Вот они, голубчики.
Может дезертиры?
Или диверсанты. Это мы сейчас узнаем.
Да больше их может быть! Чего самим
соваться. Давай сперва за подмогой.
А если портфель у них?
Уйдут, потом ищи свищи.
Вот оголтелый, а.
Вам предстоит освободить
оберштурмбаннфюрера Нойбера.
На территории врага, в городе
Любинске в Белоруссии.
Он находится в госпитале. Как и
предусматривалось планом на случай провала.
А если уже слишком поздно?
Выражение «слишком поздно» не должно
фигурировать в словаре солдата.
План госпиталя у нас имеется. А для того,
чтоб вам не мешали, в район Любинска
будет заброшена вторая
диверсионная группа.
Она отвлечет внимание русских на себя.
Хорошо.
Их готовили в Хеленгофе, Чехия. И я им
не очень доверяю, они скороспелки,
поэтому вам нужно наладить связь и
взаимодействовать с группой Шарыги,
которая скрывается в лесах.
Я понял вас.
А теперь, Шульц, обсудим детали.
Так вот…
Шмака, смотри-ка, кто-то в гости
к нам пожаловал.
Кого это бесы несут.
Может, Шарыга кого послал?
Нет, я его не знаю.
Выйди, спроси.
А чего я, у него ж винтарь.
Был — у него, будет — у нас.
А я тебя отсюда прикрою.
И вам день добрый.
У тебя что, глаза на затылке?
Глаза не глаза, а уши охотнику
в лесу, ой, как нужны.
Говоришь, охотник?
Ну да, белок бью.
С боевым карабином.
Это не простой винтарь. У него калибр
маленький, а я в глаз целю.
Покажи.
Кто и откуда?
Да из Тырсовки мы. Бабу кормить надо,
вот я в лесу и пропадаю.
Посмотри его.
Гляди-кось, чего я себе нашёл!
Придурок! Обыщи его!
Пальто расстегни.
Руки подними.
Лежать!
А теперь я спрашивать буду! Кто такие?
Живём мы здесь. Бомба в хату попала,
ну, мы и сюда.
Нож дал! Нож!
Давай сюда портфель, гнида!
Пристрелю сейчас!
Не горячись, лейтенант. Может, они про
немцев ничего не знают.
Так, шалупонь залётная.
Кончай шалить, начальнички!
Выходи из хаты!
Оружие через окно бросайте! Иначе
вместо камешка, граната полетит!
Мужики! У нас приятели ваши!
Жить они хотят! Сделайте им подарок!
А бес с ними, с приятелями! Выходи!
Этих они не пожалеют.
Палюта, давай!
Товарищ полковник! Ну, не могу я больше
возиться с бумагами!
Да с какими бумагами? Ты с людьми возишься,
Терехов. Тебе, что было сказано сделать?
Проверить по списку всех сотрудников
отдела контрразведки:
кто, где был в зафиксированное время
передачи немецкой радиограммы.
– Проверил?
– Проверил.
– Всех?
– Всех.
Но ведь где-то сидит эта сволочь, которая
немцам о курьерском пакете донесла.
Как курей заперли.
Интересно, а почему они нас…
В расход не пустили? А леший их ведает.
Ждут кого-то.
Что же Москаленко за нами
поисковый отряд не выслал?
Сутки уже как по лесу ходим.
Может и выслал. Откуда им знать,
куда нас занесло?
Без проводника они до нас
не скоро доберутся.
Зарежут тебя, Алелька,
а ты и сон не доглядел!
А ты что тут командир, что ли?
Сам вчера этих прозявил!
Ты не на меня смотри, а на замки.
Гришка.
Дед, ты как здесь?
Сейчас.
Тихо.
Идёт кто-то.
Ну что, ментура? Залежались?
Вставай! Вставай, говорю!
Уходим!
Убёгли! Убёгли! Убёгли!
Чего орёшь?
Убёгли!
Кто поставил Алельку сторожить?!
Я тебе сразу говорил —
кончать их надо было!
Не лезь, Хилимон. Нам велено было, взять
языка и желательно из оперов!
А я видел, как молодой
выходил из штаба "СМЕРШа"!
А я вышел, глядь с крыльца —
дверь открыта.
Савка. Зови хлопцев.
– Федьку убили, Стёпку.
– Хлопцы, быстро сюда!
Живо! Живо за ними! Порвать, как собак
и порвать их на куски! Живо!
Бегом!


Серия 4

А у меня по арифметике, между прочим,
тоже «пятёрка».
Вот, бывало, спросят меня: а сколько
будет три рубля двадцать пять копеек минус
два семьдесят два. А я бац! И ответ!
Ну, позабылось уже многое, конечно.
Вы бы не мешали, товарищу Леточкину.
Товарищ генерал, я как узнал, что с нами
наука едет до Любинска.
Я сам себе задачу поставил,
познакомиться с этим человеком.
Чтоб быть ближе, так сказать,
к острию познания человеческого.
До штаба ещё далеко, солдат?
Так я и не знаю, никогда в Любинске так и
не был, товарищ генерал.
Та вы не переживайте, товарищ генерал,
язык до Киева довезёт!
Они что, не могли своего водителя прислать?
А у них в штабе машин нет.
А ты про тот лаз в сарае, откуда знаешь?
Мослюк там жил, свояк мой.
Жёнка у него
очень злобная была. А тот Мослюк
с Ганкой любился.
Девка из буфета. Как только Мослюк
с женой поссорится, идёт в сарай.
Ночевать. А потом в тот лаз и до Анки.
Вот это я понимаю. Конспирация.
Идти надо. А то догонят.
Вот были бы гранаты, растяжку поставить!
А ты откуда знаешь, кудой они пойдут?
Может, им другая стёжка известна?
Нету, нету тут другой стёжки!
Это ж Любинское болото,
а не городская дорога! Сюда они пойдут.
Сюда. Хватит лясы точить, надо идти.
Туда!
Тю… А где же штаб?
Ай момент!
Валентин Сера…
Валентин Серапионович.
Да, простите. Вы не подскажите,
где здесь монпансье можно купить?
– Чего?
– Монпансье.
Пасье… Конфеты, что ли?
Да.
На рынке, наверное.
Я все узнал.
А ну-ка, быстро за ним.
– Зачем?
– Отставить вопросы, солдат. Быстро!
Понял.
Понимаю, арифметика.
А что, солдатик, может, купишь чего?
Зовут-то тебя как?
Пётр Тимофеевич Белогусь — я!
Глядите-ка — белый гусь!
А может, Петр Тимофеевич,
ты мне своё ружьё покажешь? А?
Ага, всем показывать — ружьё сломается.
Эй! Эй! Арифметика!
Арифметика! Арифметика!
Это Осип стрелял.
И в него тоже.
Придётся в болото лезть. Пошли.
Пошли!
Это… Нету.
Чего «нету»?
Пропала наша арифметика.
Ты чего городишь? Где товарищ Леточкин?!
Только что здесь был.
Что ты встал? Давай иди, ищи его туда!
Простите.
Простите.
– Держи.
– Спасибо.
Ты бы это… Поаккуратнее.
Умел покойный Осип стрелять,
царство ему небесное.
Так это же дед Юрась.
Ништяк. Они без него далеко не уйдут.
Тёпленькими возьмём.
Давай, держи! Держи, говорю!
Что ж теперь будет, товарищ генерал?
Ведь он сам ушёл, я не виноват!
Значит так. Давай быстро в штаб.
Пусть Гондарь своих людей поднимает.
Есть! Я в штаб. Я мигом, товарищ генерал!
Сейчас до штаба доставлю, конечно!
Что я скажу товарищу Полуноченко?
Нашли шпиона, товарищ Гондарь? Нет.
Нашли портфель? Тоже нет. Зачем ты,
Гондарь, здесь сидишь? Да вот,
в окошко смотрю, да весенних
мух давлю. Контрразведка.
Плохо искал, Терехов! Плохо!
Я фронтовик, а не конторская крыса!
Я бы вместо Мокроусова лучше в лес пошёл!
Разговорчики! Товарищ старший лейтенант.
Вы есть оперуполномоченный!
И вам поручено дело особой
важности и секретности!
Товарищ полковник.
Тут к вам один посетитель…
Я занят, Кашкин!
Он сказал, что из Москвы приехал.
Генерал Полуноченко?
Ну, вроде, на товарища Полуноченко
не похож.
Здравствуйте.
А ты кто?
Я — Леточкин. Математик из Москвы.
А вот товарищ генерал потерялся.
Ну, Леточкин! Ну, Леточкин.
Был бы ты на военной службе…
Ты чем тут занимаешься, товарищ Гондарь?
Мух давишь?
А, Терехов. Отведи этого Леточкина
в отдел связи и введи в курс дела.
Есть!
– А ты чего стоишь? Шагом марш!
– Есть!
– И чаю принеси!
– Есть!
Докладывай.
Товарищ генерал, на поиски тайника
отправлены четыре оперативные группы.
Старшего лейтенанта Пестонова, лейтенанта
Петрова, лейтенанта Черноцкого
и лейтенанта Мокроусова. Они должны
пройти по следам диверсантов.
Ну и как, есть результаты?
Пока нет.
Как это «пока»? Нет, так и говори —
«ничего не нашли».
Группа Мокроусова ещё не вернулась.
О! Хилимон! Гляди, что там!
– Где?
– Смотри-ка.
Опа! Кажись догнали!
Видать, Христос легавым
не каждый раз помогает.
Давай, поворачивай! Поворачивай!
Пошли, мужики!
Купились…
Свезло нам, лейтенант.
Держи его! Тяни его!
Фуражку жалко.
Товарищ генерал, я хотел просить вашего
разрешения отправить в лес стрелковую роту.
Мало ли что…
Хорошее дело! Портфель они не нашли,
так ещё и сами пропали.
А теперь за ними войска посылай.
Да жалко парня.
Полковник. Мне на разбор создавшейся
ситуации было отведено три дня.
Осталось, считай, два. Надо сделать всё
по-тихому, иначе — сами знаете…
Что с агентом тут у вас в штабе?
Есть какие-то догадки?
Да нам бы с шифром разобраться. Может,
в шифровке будет какая-нибудь подсказка.
Так для этого я вам Леточкина и привёз.
Только он как таракан. За ним нужен глаз
да глаз! Только отвернёшься, его уже
и след простыл. Вот где он там?
Желаю вам здоровья.
Товарищ генерал, разрешите обратиться!
Садись, лейтенант. Слушаю.
Если немцы готовили такую сложную
операцию, то у них, значит, должен был быть
второй вариант. Если что-то пойдёт не так.
Дальше.
Портфель у конвоя они отбили, но
переправить за линию фронта его не успели.
Почему вы в этом уверены?
Я в этом не уверен. Но очень на это
надеюсь. Так же, как и вы.
Допустим, портфель ещё где-то здесь.
Значит немцы…
Захотят его получить.
Правильно мыслишь, старлей.
И вышлют сюда ещё одну группу.
Чтобы закончить то, что не смогли.
Так вот я считаю, что эта группа уже здесь.
Гондарь, нужно посылать людей
на фильтрацию.
Пусть твои сотрудники рассыпятся
по городу, как горох во все стороны
да смотрят в оба. Всех подозрительных,
кто появляется в городе,
– в фильтрационную зону.
– Я видел одного.
Кого, товарищ Леточкин?
Диверсанта.
Ну-ка, ну-ка, расскажи-ка нам.
Ну, ростом он где-то метр девяносто,
волосы у него русые, и одет в такой…
Ну, фуфайку военную.
В бушлате, что ли?
Ну да, наверное. На голове — пилотка,
а за спиной — вещмешок…
А на ногах — сапоги.
Настоящий красноармеец.
Ну да, только он не красноармеец.
Почему, товарищ Леточкин?
Вы, что его раньше видели?
Или он сам вам об этом рассказал?
Нет. Я по лицу его увидел.
Что? У него лицо немецкое?
Да нет же. Помните, я вам говорил,
что у меня память абсолютная.
Я вижу и запоминаю вещи, которые иногда
не нужно запоминать. Но они запоминаются.
Оно мне иногда помогает, а иногда
очень мешает. Так вот я запомнил…
Как ваша память, товарищ Леточкин,
может вам помочь,
вы что раньше видели этого человека?
Нет. Но я никогда не видел солдата
Красной армии в фуражке.
Это вы еще очень мало видели
красноармейцев, Леточкин…
Почему же, он прав. Солдату полагается
шапка или пилотка.
Вы же сказали, что ваш красноармеец
был в пилотке?
Да. Вот только у него был загар.
Загар? В это время года?
Разве что в горах. В Татрах.
А на лбу — ничего.
Козырёк.
В шапке или пилотке
такого загара не получишь.
Фельшмеге! Немецкая кепка!
Такие носят курсанты диверсионных школ.
Да ты Леточкин — молодец!
Гондарь, посылай своих людей в город,
пусть поездят, поищут.
Есть!
Товарищ полковник! Разрешите мне тоже.
Ну, до смерти мне надоело здесь
с бумагами ковыряться.
Пусть. Пусть поедет. И Леточкина возьми
с собой. Отвечаешь за него головой.
Есть!
А мы с тобой, полковник, пока
поколдуем над списками личного состава.
А как же с лейтенантом Мокроусовым?
Будем решать задачи по мере их важности.
Дяденька, дай тушёнку.
А ну, брысь отсюда!
Тётенька, дай картофелину, есть хочу.
Вот бедное дитятко. На возьми.
А стишок прочитаешь?
– А то!
– Вот шельмец!
Извини, тётенька, я ещё не выучил!
Из машины!
Значит, ещё раз, всё время держать
в поле зрения товарища Леточкина!
Оружие не применять! Брать живым.
А то устроите мне тут польку-бабочку!
Вопросы есть?
Да всё мы знаем, товарищ старший
лейтенант. Загар — во! Пилотка — во.
Выполнять!
Налево! Шагом марш!
Старшина, двух бойцов мне!
Родионов, Козлик!
Помогите, товарищу Леточкину.
– Спасибо.
– Пойдёте с ним.
И чтоб ни один волос с его головы
не упал. Ясно?
Так точно!
– Всё помните, Леточкин?
– Да.
Я всё помню, у меня же…
Абсолютная память. Условный сигнал?
Достать блокнот.
Простите.
Смотрите в оба!
Если увидите подозреваемого, не кричите.
Не подавайте виду. Выполнять!
– Есть!
– Так точно!
Кашкин, зачем тебе граната?
Ну, мы же на оперативном задании.
Мало ли что.
Вот, мало ли что, остаешься возле машины.
Так… Ну…
Часы. Часы. Кому трофейные часы? Часы.
Лейтенант, прикурить не найдётся?
…В степени "Р" в алгоритме
латинского алфавита. Всё просто!
Утопли, говоришь?!
А ты трупы видел?!
Та нету их. Я эту трясину хорошо знаю.
Там ногой чуть в сторону ступил — и всё,
русалкам косы расчёсывать.
Я тебе, сявка, косы расчешу!
Так вот же фуражка легашева…
Мне арбузы их нужно было отрезать и
принести. Понятно?
Что ты мне флюгер тычешь!
Я тебе не голохматник пернатый.
Сам бы пошёл и поискал…
Ша, бекас! Будет, как я сказал. Понятно?
Часы, трофейные часы.
Кому часы? Кому часы?
Эй, служивый, часики хорошие нужны?
Что ты мне трофейное барахло суёшь?
Ты мне часы покажи.
Есть и часы. В жизни бы не продавал,
да жрать нечего.
Товарищ солдат! Предъявите документы!
Ой, украли мешок, украли мешок!
Здравия желаю.
В мешке деньги были! Помогите! Помогите!
Милиция! Помогите! Помогите!
Я не брал!
Помогите! Украли деньги! Украли! Помогите!
В платочке, в мешке деньги были!
Помогите! Деньги, деньги!
Здравия желаю, что случилось?
Всем лежать лицом вниз!
Господин Шарыга, моя фамилия — Шульц.
– Явились, я думал…
– Вам не следует думать.
Вам следует исполнять мои приказания.
А как это вы сюда прошли?
А вашего постового следует наказать.
Папироску дай.
Что?
Папироску дай.
Прости, я не курю.
Обижаешь, падло?
Мальчик, прекрати хулиганить.
Что ты делаешь?
Ты, что ты делаешь?
Завтра в шесть привози людей
к продовольственным складам.
Так что, брать не будешь?
Что ты мне тогда голову морочишь?
Товарищ Терехов.
Где Леточкин?
Сейчас найдём.
Товарищ Терехов!
Товарищ диверсант, вы задержаны!
Это вы мне?
Товарищ Терехов!
Это диверсант, я узнал его.
Родионов, быстро его в машину!
Эх, проглядели!
Первый…
Два, три…
Четыре, пять…
Шесть, семь. Всё.
Здоровый гад.
А ну смотри, что у него в рюкзаке!
Значит так, у тебя есть два варианта. Или
ты говоришь, кто ты, откуда, цель заброски
и я отправляю тебя в лазарет. Или сдохнешь
прямо здесь. А? Кличка?
Да пошёл ты!
Кличка?!
Гнырь!
Сколько вас? Сколько вас?!
Двенадцать!
Товарищ старший лейтенант,
гляньте, что я нашел.
Карта.
Цель заброски и место сбора?!
На карте указано.
Еще раз повторяю — цель заброски и
место сбора?! Быстро говори!
На карте указано.
Значит так, Пискарь, быстро собираешь
бойцов, машину в лес.
Есть!
Кашкин, а ты чего здесь?
Задержание ведь!
Я приказал быть возле машины!
Товарищ старший лейтенант,
я тоже оперативный работник!
Значит так, остаешься с ним.
Товарищ старший лейтенант!
Не гонтухайся! Чё ты лыбишься?
Охранять вход, никого не пускать!
Будешь лыбиться, я тебе быстро пропуск
на тот свет выпишу. Ясно?!
– Вот со мной и пойдёшь.
– Чего?
Вперёд оцепление! Бегом марш!
Давай, давай, давай, бегом!
Внимание! Всем приготовить удостоверения
личности и личные вещи для досмотра.
Мне нужны гарантии.
Какие гарантии вы хотите?
На дурняк мы дел не делаем!
А что это за лялька тут варнакает?
После выполнения задания вам
гарантирован переход за линию фронта.
А сейчас я скажу, что вам нужно делать.
Старшина!
Слухаюсь.
Смотри, следы грузовика свежие.
Та кто его знает, что это за грузовик?
Может, и не диверсанты совсем.
Может, и не диверсанты… А, может, и они.
Если этот Гнырь не обманул,
их должно быть одиннадцать.
Может, хлопцев позвать,
пусть перепроверят.
Подожди ты, проверить.
Нам ещё одного взрыва не хватало.
Так они скрытно.
Знаю я ваше «скрытно». Тут надо
что-то похитрее придумать.
Такую польку-бабочку, чтобы они
ни о чём не догадались. Раздевайся.
Раздевайся.
Ну хорошо.
Здравия желаю, товарищ капитан!
До Беловицы не подскажешь, как доехать?
Это ты, брат, не туда заехал.
На Беловицы тебе у развилки
налево поворачивать надо было.
Спасибо, капитан!
А я смотрю, вас начальство тоже
«озадачило». Бумагу, что ли, складируете?
Езжал бы ты, старшина, а то до
Беловицы до темноты не доберёшься.
Ну, да. Ну, как говорится, «прощавайте»!
Хотя, может, еще когда-нибудь встретимся.
Ещё раз спасибо, капитан.
Плохо заводится!
Капитан, спросить, что хотел,
водички не найдётся у вас?
Дай ему воды.
Благодарствую.
Холодная. Ну у вас начальство совсем
с дубу рухнуло.
Бумажку с автоматами охраняете?
Значит, надо так.
Ну, надо так надо.
– Одиннадцать.
– Что?
Я говорю, одиннадцать часов уже
не жравши. Ну всё, прощавайте.
Значит двенадцать.
Езжал бы ты, старшина.
Я говорю, двенадцать вас всего.
Ну что. Опять всех насмерть положили.
Чертовы дети!
Нет, один живой.
Нет, этот уже не живой.
Ты не переживай.
Это твой не последний диверсант.
Слушай, а что это они за тюки грузили?
Взрывчатка это, старшина. А где они её
хотели взорвать, мы теперь не узнаем.
Исходя из отметок на карте, изъятой у
диверсантов, целью группы был мост, который
стратегического значения не имеет.
Поэтому полагаю, что истинной задачей
было привлечь внимание, чтобы оттянуть
на себя силы, охраняющие Любинск.
Исходя из вышесказанного, считаю,
что существует еще одна группа,
которая будет выполнять задание
по освобождению Сакса.
А зачем для них Сакс? Он же
простой солдат. Товарищ генерал,
наверняка немцы в случае
провала основного плана,
подготовили тайник, о котором
знает вторая группа.
Им стоит только перейти линию фронта,
найти тайник, забрать документы
и уйти обратно. В то время, как мы будем
усиленно охранять Сакса.
Считаю необходимым, патрулировать
и охранять тот район,
где была уничтожена
первая группа диверсантов.
Я считаю, что полковник Гондарь прав.
Немцы не могут не понимать, что Сакс
находится под усиленной охранной,
поэтому нужно максимально быстро, перекрыть
интересующий нас лесной массив. Это приказ.
Товарищ полковник, разрешите мне всё-таки
ночью подежурить в госпитале.
Ну и упертый же ты, лейтенант.
Подежурьте. Подежурьте.
Есть.
Товарищ полковник, разрешите ещё вопрос.
Давай.
От Мокроусова есть известия?
Нет. Пока нет.
– Это ваш человек?
– Наш.
Гныря краснопёрые взяли.
Вашу вторую группу положили,
прямо на схроне со взрывчаткой.
Такие дела, гражданин начальник.
Сколько у вас людей?
Тут все и в дозоре пару.
Здравия желаю, Терехов!
Здорово, Казаков. Как там наш немец?
А что с ним сделается? Зарезаться
не удалось, теперь спит вот…
Ну, как говорится , "пост сдал"!
А я ещё в кино хочу успеть,
там сегодня «Насреддин в Бухаре»
показывают.
Казаков! Казаков!
Кричать не положено! Вы не в атаку
идёте, товарищ.
Извините.
Ваша задача — взорвать склады здесь
и вот здесь. После этого уходите.
Луку поел. Господин Шульц, извините.
В этот район.
Там вам будет организовано окно для
перехода через линию фронта. Задача ясна?
А что тут неясного? Ясно все.
Операцию начнём в шесть ноль-ноль.
Сверим часы.
Так это… У меня нет котлов.
Отдайте ему свои.
Ну что, бойцы, все сели? Поехали.
Что за самоуправство,
лейтенант Мокроусов.
Вам была поставлена задача —
пройти по следам диверсанта
для того, чтобы найти документы
государственной важности.
А вас с капитаном в бандитскую
малину понесло.
Виноват, товарищ генерал-майор.
Я, как командир подгруппы,
настоял идти на хутор. Думал, что бандиты
как-то связаны с диверсантами.
– Ну и как, связаны?
– Не знаю. Виноват.
Виноват. Не знаю.
Что же вы его, ей Богу. Хлопец за эти
сутки и так натерпелся.
Да и парашюты немецкие он нашёл.
Разрешите, товарищ генерал-майор?
Ты где был, Гондарь?
Да вот, Леточкина в лазарете навещал.
Без сознания пока.
Тут дело какое. Один боец —
Родионов, говорил, что у Леточкина,
во время спецоперации на базаре, блокнот
стащили. А он в этот блокнот
свои формулы записывал и, вроде,
расшифровал там чего-то.
Вот, если мы этот блокнот найдём,
может, там и код к шифровкам немецким.
Тогда мы на шпиона выйдем и,
если свезёт, портфель отыщем.
Вот пусть наша милиция этим и займётся.
Помоги, капитан, ты город лучше знаешь.
Отыщи. Это же не пианино.
Я своим хвосты накручу,
они по скупщикам пройдутся.
Если этот блокнот ещё за
ненадобностью в канаву не выкинули.
Разрешите, товарищ генерал-майор?
Я и капитан…
у нас предположение,
куда немцы могли портфель спрятать.
Что ж ты молчал?
Старший лейтенант Терехов, когда взял
немца у реки, сказал,
что его вещмешок уже пустой был.
А капитан Ковалёнок
обнаружил на ноже у немца,
что древесина совсем свежая.
Значит, он где-то зарубки
этим ножом ставил.
Разрешите, мы завтра ещё раз
эту территорию прочешем.
Что скажешь, Гондарь?
Ну, пусть попробуют.
Есть попробовать!
– А где Терехов?
– В госпиталь поехал — дежурить.
Понятно. Разрешите идти?
– Идите.
– Есть.
Ну что, полковник. Сутки у нас остались.
Если за двадцать четыре часа документов
не найдём, это будет означать одно…
Провал.
– Всё нормально?
– Так точно!
Сержант, вас что,
всего двое, что ли?
Никак нет, товарищ старший лейтенант.
Ещё двое в конце коридора, под окном и
во дворе. Вы б им погреться разрешили, а?
Идите, меняйтесь, что ли…
Только не спать. Смотрите!
Есть! Бородай! Дуй во двор,
смени Иванова.
Вы?
Я.
– Простите. Я помогу.
– Я сама.
Донести?
Сержант!
Да вы не волнуйтесь, товарищ старший
лейтенант. Враг, как говорится, не пройдёт.
Пойдёмте, товарищ Еловская. Я вам помогу.
Пойдёмте.
Сюда папки.
Спасибо.
А вы на дежурстве?
Да, приходится охранять этого немца.
Вчера его из отдела сюда перевели.
Ну, а завтра обратно.
Да, я слышала. Ужасно…
Да нет, всё обошлось.
А, что ж вы так поздно?
Так ваш же начальник сказал, с бумагами
разбираться. Я вот разбираюсь.
Садитесь.
А я здесь не каждую ночь.
Так… сегодня получилось.
А что вы до войны делали?
Да то же самое.
За диверсантами охотились?
Да нет, я в «СМЕРШе» всего пару
месяцев. А вообще, я кадровый военный.
В тридцать седьмом на Дальнем Востоке
взводом командовал. А потом —
война, фронт, разведрота.
В общем, ничего интересного.
Понятно.
Хотите чаю?
Да.
Сидите, сейчас.
А вам, может быть… сидите.
Кушать будете? У меня хлеб есть.
– Да, вообще-то я голодный.
– Я тоже.
Вы тут совсем юная.
А это сестра моя, Лялечка.
Мы с ней вдвоём остались.
Из всей нашей семьи.
Простите.
А у вас, Андрей, есть семья?
Семья… У меня была девушка, она погибла.
Красивая была?
Да.
Вы всё ещё любите, да?
Свет погас.
Я пойду, посмотрю, где-то была
лампа керосиновая. Сейчас принесу.
Мне всё время кажется, что это какая-то
чудовищная ошибка. Что я проснусь завтра
и все эти люди, мои друзья, какие-то
случайные знакомые, все будут живы.
Будут бегать, плакать, смеяться.
Вы расстроены. Простите, это я виноват.
Вы очень красивая, Катя.
Товарищ Терехов, поцелуйте меня.
Не подобраться нам туда, Хилимон.
Соскакивать надо.
Я тебе соскочу! Наше дело —
пошуметь маленько.
Чтобы господин Шульц свои дела
в городе справить мог.
Бак видите?
Ага.
Вот его и рванём. Так, Яким, Юрко, и
ты, Савка — вперёд к бакам.
– А вы?
– А мы…
Мы с этой стороны посмотрим,
чтоб никакая собака не рванула.
Да.
Ну, ладно. Мужики, пошли!


Серия 5

Пошли!
Ты что делаешь, зараза? Что надо-то, а?
На рынке вчера, что делал?
Так это, по хозяйству купить…
У торговки мешок умыкнул,
тоже «по хозяйству»?
Да я…
Сейчас поедешь со мной, я тебе
быстро очку с пострадавшей
гражданкой Смирновой устрою. Посмотрим,
как ты запоёшь. Собирай вещи!
Ну ладно, ладно, не гони лошадок…
Так, парня заезжего, в очках такого,
ты чистил?
Не я! Хоть режь ты меня, не я.
А кто?
– Сынок это баловался…
– Из беспризорных, что ли?
– Ну, да!
– Ага!
А где Сынок обретается?
У Трубного завода малец себе
лёжку устроил.
Только ты меня к этому делу
не приплетай! Я гражданке Смирновой
помочь с мешочком хотел. Жалко мне её
стало. А она — "воры!" сразу, " воры!"…
– Помог?
– Помог!
Ещё раз поможешь, и я тебе на полную
катушку намотаю. Понял? Пошли, Стёпка.
Давай-давай!
Стёпка, за ним!
Тёть, Маш, держи его! Уйдёт змеёныш!
Пусти, шмара!
Ну что, Стёпка! Здесь его кончим или
в участок на допрос свезём, а?
Всё равно он нам не надо.
Стрельнём его и в канаву.
Вы что, тётенька, нельзя меня в канаву!
На рынке вчера у приезжего
ты бумажник срубил, а?
Думал, жирный шмель попался.
А то, тетрадка фуфловая.
Как она выглядела?
Точь-в-точь как лопатник.
Только внутри бумажки одни.
Я сначала выбросить хотел.
Потом, думаю, Ноге снесу.
– Снёс?
– Да снёс! За пару копеек.
Э! Ещё раз на рынке увижу, я тебя
быстро на дачу упеку. Понял?
Не боись, не попадусь!
А что за Нога такая?
Да есть тут барыжник один. Ему вот
такие вот пацаны, свой промысел сдают.
А Ногой его кличут, потому что
нога не сгибается.
Здорово, Нога.
Рано ещё для гостей-то. Машка, ты, что ли?
Я думала, совсем глаза пропил.
А ты мне не жена,
чтобы водку в хлеву прятать.
Сынок, пацанёнок рыночный,
к тебе вчера промысел носил?
Да какой там промысел? Так, ветошь одна.
А вчера совсем пустой пришёл.
Тетрадку принёс. На, говорит, дядя,
тебе бумажки на самокрутки.
Жалко мне малого стало.
Дал я ему пару копеек.
А книжечку куда дел? Скурил?
Туда. На растопку.
Стёпка! Иди глянь за сараем, быстро!
Никак дымить стала?
Нет, Нога, я от табачного дыма чихаю. А
вот командиру нашему, товарищу Ковалёнку…
Он…
Очень даже сгодится. Он, точно!
Шарыгу я в городе видел.
Ходил, чего-то высматривал.
Боюсь, затеял чего, бес поганый.
Ну, спасибо, что сказал, Нога. Давай.
Да мне твоё «спасибо», как козлу коромысло,
если бы я с твоим Ванькой
за одним пулемётом в сыром
окопе не сидел…
Бывай, Нога!
Чиркай, давай!
Надо теперь в штаб поскорей,
блокнот свести.
Ага. Только сначала на Юрьевскую
развилку завернём.
Там хуторов брошенных полно и склады.
А что за склады?
А как наши Любинск взяли,
караулов наставили.
А почему это мы, милиция,
об этом ничего не знаем?
А ты об этом у Рокоссовского спросишь,
почему милицию в известность не поставили.
Вроде тихо!
Что?
Я говорю, нет никого.
Рядовой Зубиков! Слушай мою команду!
Быстро на мотоцикл и в штаб!
Тёть Маш, я тебя не брошу!
Выполнять!
Кажись менты.
Успел-таки?
Такое хорошее кино. Мы обхохотались все.
О зарождении пролетарского
движения на Востоке.
Что ж тут такого смешного
про пролетарское движение?
Да я не в этом смысле.
Ладно, докладывай обстановку.
Всё спокойно. Никаких происшествий.
Сегодня заберем немца к нам.
Сейчас только смотаюсь в штаб и обратно.
Стой! Стой! Стой! Стой!
Стой!
Ты что, пацан, совсем сдурел?
Дяденька, помогите, пожалуйста, тёте Маше!
– Кому?
– Сержанту Куляшовой! Там бандиты.
А ты кто такой?
– Рядовой Зубиков!
– Ну, садись.
Не, мне в штаб приказано!
Так уйди с дороги тогда!
Извините, товарищ майор! В госпитале
спецрежим. Все посещения запрещены.
Мы из штаба фронта, капитан. Не в гости
сюда пришли. Где кабинет военврача?
Там, на втором. Товарищ майор!
Мне бы в журнал записать. Бюрократия…
Побыстрее, капитан. У меня неотложное дело.
Мне бы товарищей ваших записать.
Вы уж, извините.
Вот и всё, вы уж, извиняйте.
Спасибо, капитан.
Вам на второй этаж.
Соедините меня с госпиталем.
Нет связи? Но почему нет связи?!
Разрешите, товарищ полковник?
К вам тут паренёк, милиционер
из местных. Говорит срочно.
Милиционер? Ну, давай его сюда.
Товарищ полковник, они цистерны взорвали!
– Кто взорвал?
– Там на склады напали!
Какие склады? Кто напал?
Бандиты! Много их там! Ну там,
у Юрьевской развилки! Знаете?
Ты-то, кто такой?
Рядовой милиции — Зубиков!
Яковлев! Поднимай роту охраны, пусть
едут на Юрьевскую развилку. Быстро!
Есть!
– Товарищ полковник.
– Ну?
Я вот капитана Ковалёнка не нашёл,
вот решил вам передать.
Блокнот Леточкина.
Ай, молодцы милиция. Ты не
представляешь, какие вы молодцы!
Товарищ полковник, а можно мне
с вашими туда? Там бой идёт.
Отставить! Значит так, парень,
немедленно дуй в госпиталь.
Найдёшь там лейтенанта Терехова,
скажешь ему, чтобы срочно в штаб прибыл.
– Понял?
– Да!
– Давай, дуй!
– Есть!
И чтобы на месте и ничего не…
не предпринимал.
Ах, Леточкин…
Соедините меня с Устиновым.
Что случилось, лейтенант?
Нападение на склады.
– Где?
– На Юрьевской развилке.
Вы прилегли бы хоть на полчасика.
А то всё возитесь и возитесь.
И курить надо бросать. Здоровья это
ещё никому не прибавило.
А вам тем более. А хотите,
я вам чайку сделаю?
Спасибо.
Ага, я сейчас.
Ну, знаете…
Мне нужен военврач — профессор Веденский.
А вы будете?
Майор Разин. Главное управление
контрразведки фронта.
Чем обязан?
В какой палате находится пленный немец?
В третьей. А что собственно?
У меня приказ. Срочно доставить его
в следственный отдел.
– Прямо сейчас?
– Да, немедленно.
Насколько мне известно, его собирались
перевозить только сегодня вечером.
Послушайте, доктор. У меня нет времени
пререкаться с вами. У меня распоряжение.
Простите, любезнейший, я должен
связаться с полковником Гондарем.
Я бы этого не делал. Положите телефон.
А теперь пойдёмте со мной.
– Куда?
– В третью палату.
Но у меня срочная операция.
Доктор, не вынуждайте меня
нажать на курок. Наденьте повязку.
И не делайте глупостей.
Я в госпитале не один.
Давай, живее, живее!
Пётр Тимофеевич, сами торопили,
а сами уходите?
Да-да, спасибо. Не сейчас, Мария Ильинична.
Я должен осмотреть пациента из третьей.
У меня срочное дело.
А я чайник поставила.
«СМЕРШ». Откройте дверь.
Товарищ майор, не велено.
Солдат! Вы не расслышали?
Главное управление контрразведки
фронта. Откройте дверь!
Вы бы с капитаном Казаковым поговорили.
А у нас приказ, без его разрешения…
– Так вот же он.
– В чём дело?
Капитан, откройте дверь.
Майор, у меня распоряжение — к пленному
никого не пускать. Сами понимаете…
А у меня приказ! В штабе фронта хотят
знать о его состоянии.
Ладно. В моём присутствии.
Охрименко, откройте.
Доктор.
Ну что, фриц? Не сдох ещё?
Каково его состояние?
Кровь мы ему сразу остановили.
Но раны глубокие.
Есть опасность заражения.
Я бы порекомендовал ещё недельку…
Как вы себя чувствуете?
Да он по-русски не понимает.
Как вы оцениваете ваше самочувствие?
Могло быть и лучше.
Здорово по-немецки шпаришь.
Он может передвигаться самостоятельно?
Передвигаться можете?
Могу.
Когда вы ему делали перевязку?
Бинты сегодня меняли.
Очень хорошо. Капитан, вы
можете быть свободны.
Товарищ майор, мне нужно
закрыть за вами дверь.
А, ну да.
Вы с ума сошли! Сейчас поднимут тревогу!
Это не ваша забота, Нойбер. Просто
выполняйте мои инструкции. Мы вытащим вас.
Ваш халат, доктор.
Не понимаю.
Ваш халат, очки и повязку.
Эй, парень!
Товарищ лейтенант! Вам срочно приказано
в штаб прибыть! Полковник…
Вот и отлично.
Дуй сейчас обратно в штаб, скажешь
полковнику, что в госпитале немцы. Понял?
– Как немцы?
– Живо!
Есть!
Товарищ лейтенант, у меня бензина нету.
Держи моё удостоверение, остановишь любую
машину, покажешь. И пулей в штаб, пулей!
Есть, товарищ лейтенант! Товарищ лейтенант!
Ну что?
Я там машину видел!
Сержант, мы закончили. Капитан остался
осматривать раны. Никого не впускать.
Есть никого не впускать.
Пётр Тимофеевич, куда же вы?
Я ж вам чайник согрела.
Стой, тёть Мар! Да нельзя туда.
Пусти, дурень!
Там капитан, он там проверяет, куда…
Товарищ водитель! Дяденька, мне в штаб
нужно, срочно! Подвезите, пожалуйста. Вот.
Быстро за мной!
Вон они!
Товарищ старший лейтенант, там внизу
баллоны с кислородом.
Может так рвануть, мало не покажется.
Надеюсь, вы знаете, что делаете?
Выход в другой стороне.
Доверьтесь мне, господин майор. Отходим.
Кислород! Ложись!
Где пистолет?
Стой! Стой! Стой! Капитан!
Мне нужна машина! Разворачивайся!
Ты кто такой?
Старший лейтенант Терехов. Отдел
контрразведки "СМЕРШа". Давай, немцы уйдут!
Какие немцы?
Некогда объяснять, смотри, что творится!
Боец, давай в машину!
Твою налево. Только что бандитов
уложили. Разворачивайся давай.
Господин унтерштурмфюрер!
Нужно торопиться! Рана серьёзная.
Сделайте что-нибудь!
Он не должен умереть.
Кость не задета. Пуля прошла
через мягкие ткани.
Мы будем вас ждать в этом
квадрате, всё ясно?
Так точно!
За нами машина!
По колесам бей.
И жми на газ, а то уйдёт!
Давай!
Ты чего сияешь?
Молоток, этот Леточкин. Расколол
он немецкий код. Тут в чём хитрость?
Нужно в шифровке повторяющиеся
куски найти, мы их «силями» называем.
Немцы народ дотошный, на случай плохого
приёма, они ключевые буквы повторяют.
Вот на этом Леточкин свою игру и строил.
Ты главное говори, что в шифровке было?
Вот запрос нашего "КАО".
Ты садись, капитан.
«Лиса. Ждем в гости Аиста. Время +2.
Готовим угощение.»
А вот и ответ с той стороны.
«Отправку Аиста подтверждаем…»
А дальше — цифры.
Ну, первые — это время 14:00.
А остальные — видимо координаты.
А что это за «аист» такой?
Аист. А может, самолёт?
Самолёт, говоришь?
Похоже на то. Время-то мы теперь знаем,
а вот как нам координаты эти понять?
Координаты, координаты…
Давай, жми! Ну, уйдёт ведь, а!
Лёнь, ну что ты, бензиновая твоя душа!
Что случилось, капитан?
Капитан, не могли они далеко убежать.
Ну и, что ж мы с тремя калеками сделаем-то?
Ну, как знаешь…
Стоять, боец. Тебя как звать?
Колька.
Сапоги обувай. За мной!
Далеко ещё до тайника, господин Нойбер?
Дайте карту. Я покажу.
Русский портфель вот в этом квадрате.
А точнее?
Там дерево…
Как по мне, здесь все деревья одинаковые.
Не беспокойтесь, Шульц. Я найду.
Русские.
Не нравится мне это место.
Думаешь — засада?
Если все вместе в брод перейдём,
могут положить.
А если нет? Уйдут ведь…
Боюсь, нужно двигаться дальше.
Вы можете идти?
Я попробую.
Вставайте же!
Я останусь и задержу их.
Хорошо, Байер.
Хольм, отдайте ему своё оружие.
Я туда, капитан.
Да, погоди ты! Там, может быть,
и брода нету!
Товарищ капитан! Да нет там никого!
Давайте мы с Колькой по-быстрому.
– Вы их знаете?
– Да.
Это местные бандиты.
Жалко Шарыги среди них нету.
А кто такой Шарыга?
Главарь их.
У нас не так много времени.
Ну, куда дальше-то?
Давай со своими туда, я здесь.
За мной.
Шухова.
Ну, что? Похоже, наконец, взяли
мы лисицу за хвост?
Да, похоже, что взяли.
Ну что ж, капитан, и у меня
для тебя новость есть.
Пеленгатор, наконец, приехал
из штаба фронта.
Вот за это — спасибо, товарищ полковник!
Только ты теперь, капитан, жучка
этого нашего прижми, как следует!
Так точно! Разрешите идти,
товарищ генерал-майор?
– Идите.
– Есть.
Ну что, полковник, успеют до 14:00 твои
хлопцы на свиданку «лисички» с «аистом»?
Русские близко.
Понял.
Вы считаете у меня нет чести?
Мы всего лишь солдаты.
Наша честь — это верность.
Хольм!
Готов, гад.
Пусти, пусти!
Мокроусов, ты арестован за измену родине.
Дурак ты, Терехов!
Признайтесь, вы неравнодушны
ко всему английскому, Отто.
Что дало вам повод так считать?
А этот старый английский аэроплан, на
котором вы решились вывозить документы
с вражеской территории. Вероятно,
вы хотели ввести противника в заблуждение?
Так и произошло. Русские приняли эту
этажерку за свой истребитель
и не стали открывать огонь. Задание,
поставленное передо мной — выполнено.
Операция «Лисья нора» успешно завершена.
Успешно? Насколько я понимаю, ни майор
Нойбер, ни ваши люди не выжили!
Солдаты 502-го заплатили жизнью за то,
чтобы слова стали правдой.
Я передам портфель в аналитический отдел.
Возможно, стратегические планы,
которые содержатся здесь,
это обычная дезинформация.
Исключено.
Это почему?
Красные дрались за эти документы зубами
и когтями. Ещё немного и им бы удалось
отбить их. Я уверен, документы
в портфеле — подлинные.
Возможно.
Откуда ж я знал, что вы хотели портфель
подменить? И немцев специально отпустили.
Да мы не успели тебя предупредить,
уж больно шустрый ты оказался.
Ну, а когда заваруха началась, ты нам
чуть всю операцию не сорвал,
когда за диверсантами в погоню пустился.
Меня чуть не подстрелил.
Ну, виноват! Откуда же я знал.
В общем, прочёл капитан
Устинов радиограмму.
Теперь мы точно знаем, от кого информация
о курьерском конвое к немцам ушла.
Веремеев?! Взяли?
Ну, ты гонялся за радистом,
тебе его и брать.
Пискарь с бойцами уже там. В общем,
бери машинуи, доставь его сюда.
Есть!
Товарищ полковник, разрешите я с Тереховым
поеду. Ну, он же не знает, куда ехать.
– Езжай.
– Есть!
Это какая-то ошибка. Я же её проверял.
Она в ту ночь дома была.
Хочешь, я схожу?
От, хитрая подлюка! Ты погляди,
товарищ старший лейтенант!
Это ж на антенну бельё повесила. Это, чтоб
никто не догадался. Так и не поймешь…
Я не знала. Я ничего не знала.
Взяла вот на этот дрот, на эту антенну
повесила бельё. Видишь?
Катя!
Почему?
Почему?
Лялечка. Моя сестра. Мы переехали…
В Вопинск, а в декабре… немцы
отбили город. Мы не успели уехать.
Они арестовали русскую радистку,
я просто оказалась на неё похожа.
Они бы убили Лялечку, если бы я
не стала это делать для них.
Что теперь будет? Товарищ Терехов?
Я должна идти туда?
Я знаю, что там будет.
Вы же не такой, как они.
Нет, я такой же.
Нет, для меня не такой.
Прощайте.
Товарищ Абакумов, а что вы чувствуете,
когда понимаете,
что ваши подчинённые вам лгут?
Я докладывал.
О том, что пропали секретные
документы, я знал и без вас.
Было обеспеченно надлежащее
сопровождение, но
товарищ Ладис не подготовил аэродром.
Не перекладывайте с больной
головы на здоровую.
Вы спросите меня:
не кажется ли мне странным,
что для поисков документов
используются, прямо скажем,
небольшие силы отдела контрразведки
армии? И я отвечу — кажется.
Если бы в поисках были
задействованы крупные силы —
это могло привлечь внимание врага.
А мне кажется, что вы не хотели
привлечь внимания, прежде всего,
Ставки Верховного Главнокомандования.
Вы едва не поставили под удар планирование
важнейшей наступательной операции,
которую мы намечаем провести
в ближайшее время в Белоруссии.
И всё же, мы нашли портфель раньше,
чем к нему вышли немцы.
Неужели, вы действительно считаете,
что Ставка и Верховный Главнокомандующий,
не были в курсе об операции под Любинском?
Кого вы привлекли для составления
ложных документов?
Товарища Рокоссовского.
В них содержится приказ
по созданию оборонительных рубежей
перед Белорусским выступом.
Немцы решат, что мы готовимся
к долговременной обороне,
а наступать мы будем где-то на юге.
Ну, мы посмотрим, что у вас выйдет.
Купятся, товарищ Сталин,
обязательно купятся.
И пока немцы будут танцевать
свой джаз на Белорусском балкончике,
мы к этому времени,
вырастим для них, так сказать,
наши русские лимончики.
Русские лимончики? Ну, пускай…
И ещё, Виктор Семёнович.
Слушаю.
Не надо задерживать генерал-лейтенанта
Ладиса. Пусть работает.
Но, товарищ Сталин, кроме того
вопиющего факта, нами собран ещё материал…
Из ваших материалов можно пошить
шинели для целой дивизии,
товарищ Абакумов. Оставьте,
я сегодня ночью прочитаю
и сделаю соответствующие выводы.
Разрешите идти?
Ступайте, товарищ Абакумов.
Терехов, ты на скрипке умеешь играть?
У меня с музыкой,
как-то не очень, товарищ генерал.
А вот придётся.
В разработке секретный план "Скрипач".
Что за "Скрипач" такой?
Кличка немецкого агента.
Два дня назад перехватили,
когда он к вам в Любинск добирался.
Значит, немцы клюнули на нашего мотыля.
Они думают, что мы к обороне готовимся.
Ну и, пусть думают.
А мы им в этом поможем. Немцы не знают,
что мы уничтожили бандитскую группу.
Ну, тех лесовиков, с которыми твой приятель
Мокроусов беседу имел.
Вот "Скрипач" им и вёз привет —
новые радиокоды, задания…
То есть я должен…
Правильно думаешь. Нужные нам
сведения отсылать, связных принимать.
В общем, создать полную иллюзию
деятельности диверсионной группы.
А работать тебе придётся
с немецким агентом,
которого мы перевербовали.
Ну что, что ещё?
Да нет. Ну, не моё всё это.
Не могу я работать с людьми.
А с людьми, брат, всем тяжело.
Если не смотришь на человека через прицел.
И не вздумай мне отнекиваться.
Хотя я думаю, что ты не откажешься.
 

////////////////////////////