«Старшина» — советский художественный фильм 1979 года о Великой
Отечественной войне, поставленный режиссёром Николаем Кошелевым на
киностудии Ленфильм.
Все фразы и цитаты
Старшина!
Левый… прицел заклинило…
Не виноват я!
Я же говорил!
Я же говорил…
Говорил же я!
Больно!
Больно…
Черт…
Старшина!
Левый… Левый заклинило…
За…
Старшина!
Заклинило ле… Левый…
Заклинило…
Заклинило…
Убили меня, да? Убили меня?
- Да…
- Да?
А-а-а! Лежи! Не рыпайся!
Старшина…
Больно-то как… Больно…
Мам!
Старшина!
Здесь я, здесь! Не блажи!
Старшина!
Да здесь я!
Старшина!!!
От Советского Информбюро!
Оперативная сводка за 3 июня 1944 года.
- Ну вот, ведь я же говорил…
- В течение 3 июня северо-западнее…
- …я говорил…
- …и севернее города Яссы наши войска…
…успешно отбивали атаки
крупных сил пехоты и танков противника…
- Ну ладно…
- Счастливо! Бывай!
…В этом районе нашими войсками
уничтожено 48 немецких танков…
Протез протезу тоже рознь.
Это верно.
Говорят, американцы
самодвижущийся протез сделали.
Скоро поставлять начнут.
- Это что? По ленд-лизу, что ли?
- А чёрт его знает.
Раз положено, пускай дают.
А как с бабой-то, дружок,
теперь жить-то будешь, а?
Вот намаешься!
Не боись, корешок, как-нибудь пристроюсь.
Всё! Считайте бабки, чижики! Рыба!
Старшина Кацуба!
Кацуба, оглох, что ли?
К замполиту!
Старший лейтенант Симаков!
Лейтенант Троепольский! Капитан Васин!
Старший сержант Бойко!
К замполиту живенько!
После излечения лиц
рядового и сержантского состава,
имеющих образование семь классов и выше,
направить на обучение в военные школы
и училища различных родов войск.
Понятно, товарищи?
Разрешите, товарищ майор!
А к нам это какое отношение имеет?
Нам, вроде бы, учится поздновато.
Да вы что, Рубцов?
Что же вы, не понимаете
важности такого приказа?
Вот товарищ полковник из штаба армии
специально приехал!
Позвольте мне, товарищ майор.
Товарищи!
Скоро война кончится…
Курочка в гнезде!
Война скоро кончится!
Полгода!
Восемь месяцев!
Максимум - год!
Вы, прошедшие страшную школу войны,
поедете в военные школы и училища
в качестве командиров учебных взводов.
Старшинами курсантских рот,
помощниками командиров батальонов
по строевой.
Курсантами станут не только ребята,
призванные военкоматами,
но и семнадцати- и восемнадцатилетние,
уже успевшие понюхать пороху.
После ранений и госпиталей…
Вот мы и посылаем вас,
опытных и обстрелянных, взрослых людей,
которые прекрасно понимают,
почём фунт лиха.
Сегодня воспитать их сможете только вы!
И я не обещаю вам лёгкой тыловой жизни.
Граждане! Братья и сёстры!
Папаши и мамаши!
Помогите кто чем может!
О!
Почём?
Цена стандартная:
два рубля - штука, тридцатник - пачка.
Так почём, говоришь?
Два рубля - штука, тридцатник - пачка.
У кого хочешь спроси!
Ага…
А любую половину?
Это как же?
Ну, пятнадцать?
Да ты что, чокнулся, что ли?
Себе дороже выходит.
- О-о-о!
- Менджеридзе, а ну давай пам-пам…
- …хозяева!
- …пам-пам…
Как вот только таких сопляков
с фронта на учёбу бросили,
так хоть… на танцплощадку не ходи!
- Бабуля, почём?
- Ты что это, на танцы ходишь, что ли?
При чём тут я? Я не хожу, люди ходят.
ЛюдЯм тоже потанцевать охота.
А ну-ка, подставляй карман!
Семечки…
Отсыпь!
Ну ты отдашь дешевле-то или нет?
Я три пачки возьму!
Опять двадцать пять!
Я тебе сказал, два рубля - штука!
Тридцатник - пачка! Не хочешь, не бери!
- Чей угол?
- Во!
Видал?
Видал, что делает, а?
Что в таких случаях делают приличные люди?
Ставят чемодан на место,
просят прощения и топают дальше.
А в глаз хочешь?
Очень я не люблю, когда незнакомые люди
со мной на «ты» разговаривают.
Чемоданчик на место и без нервов,
пожалуйста.
Ах ты ж крыса тыловая!
Шинели он продаёт!
И ты - мне?
Ай!
- Что случилось?
- За дело!
Санька! Санька, давай его сзаду!
- Ай…
- Так тебе!
Держи руку его!
- Полетай, авиаторы!
- За руки хватайте!
Потренируйся!
Ну! Иди сюда!
Патруль, сюда!
- Чеботарь, драпай!
- Что за воспитание?
Не прощаются! За собою не убирают!
Чемоданчик на место!
Вот так! До свидания!
- Погоди…
- Хорошо!
Они же ещё мальчишки, а вы…
дурак здоровый.
Шустрые больно мальчишки-то!
Так почём, говоришь, пачка?
А, бери по пятнадцать!
Во!
Это другой разговор!
Так… Держи пять.
- В штаб?
- В 1-ю эскадрилью.
Там Хижняк личный состав собрал.
Пополнение инструктирует.
Этому пополнению только титьку сосать.
А им воевать пришлось! С голоду пухнуть!
Поезжай обедать.
Кто прибыл к нам с фронта…
и успел понюхать пороху,
попрошу позабыть…
всяческую фронтовую вольницу,
а также другие подобные отклонения
от строжайшей воинской дисциплины.
А также тех, кто призван военкоматами.
Кончилась ваша мирная жизнь.
Тут нету мамы,
папы,
дяди, тёти.
Тут - армия!
Все вы теперь -
курсанты военно-авиационной школы.
Будущие авиаторы.
Лётчики!
Представители…
самого современного…
и самого грозного рода оружия.
А самое главное:
вы обязаны помнить,
что пока в спокойных…
и далёких от войны условиях…
вы будете служить и учится летать,
там,
на всех фронтах,
дерутся насмерть ваши старшие братья,
отцы и товарищи.
И погибают за то, чтобы вы могли…
- А мы не просили нас снимать с передовой!
- Молчать!
Выйти из строя!
Есть!
Фамилия?
Рядовой Никольский.
Курсант Никольский.
И прекратить разговорчики.
Встаньте в строй!
Есть!
Эскадрилья делится на четыре звена.
Командирами звеньев…
- …будут летчики-инструкторы…
- Товарищ генерал!
…которые по прохождению вами…
- Дежурный по эскадрилии…
- …теоретического курса в УЛО…
- …курсант Тараскин!
- …в учебно-летном отделе…
будут учить вас летать.
Ну и я,
командир эскадрильи, капитан Хижняк.
Это, так сказать, лётно-подъёмный состав.
И, наконец, старшина эскадрильи.
Кто ближе всех…
стоит к рядовому и сержантскому составу?
Старшина!
Ничего, что погоны
пока ещё не соответствуют.
Дело поправимое.
Никто, как он,
должен стать вам… отцом родным.
Всё - через старшину.
За всё отвечает старшина:
за внешний вид курсанта-авиатора,
за поведение в столовой,
в казарме, в увольнении, -
всё - старшина, старшина и старшина.
Ты…
хорошо меня понял, старшина?
Я хорошо тебя понял, капитан!
Товарищ старшина, вы что…
с ума сошли?
Никак нет, товарищ капитан!
Я вас действительно очень хорошо понял!
Эскадрилья, равняйсь!
Смирно!
Вольно! Разойдись!
Неси службу как следует.
Твёрже шаг!
Раз! Раз! Раз, два, три!
Курсант Ганеев!
Не спать в строю! Выше ножку!
Правое плечо вперёд! Марш!
Эскадрилья, прямо!
Раз! Раз! Раз, два, три!
Здравствуйте, товарищи курсанты!
Здравия желаем, товарищ старшина!
Раз! Раз, два, три!
Раз! Раз! Раз, два, три!
Раз! Раз! Раз, два, три!
Эскадрилья, на месте стой!
Равняйсь! Смирно!
Вольно! Разойдись!
В колонну по четыре становись!
Эскадрилья, равняйсь!
Смирно!
- Курсант Никольский!
- Я.
- Ко мне!
- Есть.
Товарищ старшина, курсант Никольский
по вашему приказанию прибыл.
Товарищ курсант, я вам не девочка!
И вы меня не на танцы приглашаете!
Отставить! Стать в строй!
Есть!
После обеда, курсант Никольский,
индивидуально полчаса строевой!
Есть.
Равняйсь! Смирно! Шагом марш!
Раз! Раз! Раз, два, три!
- Выше ножку! Раз! Раз! Раз, два, три!
- На кой чёрт это нужно «Выше ножку!»?
- Зачем авиаторам строевая?
- Команда «Выше ножку!» была! Раз!
Если есть Бог на свете,
то покарает старшину Кацубу.
Раз, два, три! Твёрже шаг!
Раз! Раз! Раз, два, три!
Курсант Спиридонов, вы не в юбке!
Выше ножку!
Выше ножку!
Курсант Сергеев, у вас что, живот болит?
Подтянуть живот!
- Раз! Раз! Раз, два, три!
- Господи, скорее бы кончились эти мучения!
Этого солдафона квадратного,
дракона железобетонного, реже видели бы!
Ой, скорее бы летать!
Раз! Раз, два, три!
Выше ножку! Твёрже шаг!
Раз! Раз! Эскадрилья, на месте стой!
Раз, два!
Равняйсь!
Смирно!
Вольно!
Разойдись!
- Кому?
- Никольскому!
- Кому?
- Менджеридзе!
- Кому?
- Чеботарю!
- Так…
- Кому?
- Мне!
- Отставить!
Что это ещё за жмурки?
А чтоб по справедливости.
Хорошенькая справедливость!
Как жлобы: себе не доверяете!
Ещё раз увижу - два часа строевой!
Звено! Встать!
Выходи строится!
Пацаны, щи с мясом!
С тушёнкой!
Товарищ старшина, разрешите обратится!
Курсант Лисаев!
Обращайтесь, товарищ курсант!
Совершенно тупой.
Ножичек совершенно тупой.
Разрешите заменить у дежурного по кухне?
Заменяйте.
Что же вы, товарищ курсант,
полкартошки-то срезаете, а?
Ее все-таки люди растили и вам привезли.
В гробу я видел эту картошку!
Что, я нанялся, что ли?
В гробу, товарищ Никольский,
вам вообще ничего не надо будет.
А вот завтра весь личный состав
жрать захочет,
как биндюжники после погрузки.
Так что сидите не прыгайте.
Ножичком не размахивайте.
Здесь не баррикады, а вы не Гаврош.
Показываю ещё раз.
Картошечку в левую ручку,
а ножичек - в правую.
И - аккуратненько.
Аккуратненько.
Курсант Менджеридзе,
это к вам не относится.
Продолжайте.
Курсант Сергеев.
Вот так. Хорошо.
А что я? Я чищу.
Уяснили, товарищ курсант?
Ножичек - в правую, картошечку - в левую.
Продолжайте.
Во гад ползучий.
Где он так насобачился?
Не иначе как поваром ошивался.
Курсант Чеботарь, подъём!
Курсант Ганеев!
Вас что, команда «отбой» не касается?
Курсант Чеботарь, отбой!
Курсант Менджеридзе!
Была общая команда «отбой».
Курсант Чеботарь, подъём!
Курсант Менджеридзе,
сейчас займёмся с вами.
Уже неплохо.
Совсем неплохо, курсант Чеботарь.
Отбой!
Прекрасно.
Прекрасно.
Вы способный человек, товарищ Чеботарь.
Хорошо потренировались, правда?
Теперь вы знаете,
как надо ложится после команды «отбой».
Спите спокойно.
И пускай вам приснится что-нибудь…
вкусное.
Ёлки-моталки…
Товарищ капитан,
за время вашего отсутствия
в эскадрилье - без происшествий.
- Старшина спит?
- Никак нет. Вроде не спит.
- Незаперто.
- Не спите, старшина?
Никак нет, товарищ капитан.
Проходите.
- Садитесь, пожалуйста.
- Спасибо.
Я после…
этих ночных полётов…
как лимон выжатый.
- Чаю хотите?
- Чаю?
Чай - это хорошо.
Скажите, старшина,
у вас покрепче ничего не найдётся?
Хотите чаю, товарищ капитан?
Да нет, спасибо.
Вот покурю и пойду.
А мне так и не довелось…
побывать на фронте…
Теперь уж, наверное, не придётся.
Всем там быть не обязательно.
Невелико счастье.
Как сказать…
- Угощайтесь.
- Спасибо.
У нас в ПФСе такими не разживёшься.
На толкучке покупал.
- Дерут, наверное, в три шкуры?
- Ничего, терпимо.
Вы знаете, Кацуба,
вот что я хотел бы вам посоветовать.
Слушаю, товарищ капитан.
Вы б…
с курсантами…
полегче, что ли, а?
Уж больно вы их круто взяли.
А это, так сказать, авиация.
Тут своя… своя специфика в отношениях.
Не то, что в других родах войск.
Но авиация всё-таки военная?
Военная конечно.
Вот они скоро летать начнут, а тут…
Чего скрывать?
Каждый день своей жизнью рисковать будут.
Товарищ капитан,
у вас есть ко мне
какие-нибудь конкретные претензии?
Да нет, что вы.
Это я так, просто…
Вообще.
Курсант Тараскин, кру-гом!
Обратите внимание на свой внешний вид.
Я же в уборную, товарищ старшина…
Отставить.
Марш в казарму! Одеться по форме!
Скоро банный день.
- Так точно, товарищ капитан.
- Да…
Спокойной ночи.
Спокойной ночи, товарищ капитан.
Объявляю благодарность
руководимым Вами войскам,
участвовавшим в боях
за освобождение Минска…
«Круто взяли»…
«Круто взяли»…
Вечная слава героям,
павшим в боях за свободу
и независимость нашей Родины.
Смерть немецким захватчикам!
Слыхал?
Наши Псков взяли.
- Не-а.
- На Эстонию пошли, понял, салага?
Гремя огнём, сверкая блеском стали…
Чёрт!
- Всё выше и выше, и выше…
- Санька, кончай.
…стремим мы полет…
Так. Пятнадцать.
Ну что, всё?
Так точно, товарищ старшина.
По ведомости разнесли?
- Так точно.
- Так точно.
- Сошлось всё?
- Полный ажур, товарищ старшина.
Молодцы. Можете, когда захотите.
- Так точно.
- Так точно.
- Разрешите идти?
- Разрешите идти?
- Идите.
- Есть!
Тьфу!
Баламуты чёртовы…
О, глянь, подмочили-то.
Хорошо.
Ну, теперь он нам это припомнит.
Терпите, терпите, боец!
У вас легкое ранение, терпите!
Витька, ты - убийца! Ты - фашист!
Сам ты фашист!
Мишка! Мишка! Возьми меня с собой!
- Фашисты!
- Мы - красные!
О!
Гутен морген, старшина!
Зайди на минутку, разговор есть!
Так-так-так… Сержант Попов, ко мне!
Ведите строй. Я догоню.
Есть!
Здорово, старшина!
- Здорово.
- Ух ты, как тебя перекрестили-то, а.
Да не перекрестили, а перекрасили.
- Один чёрт.
- Тоже верно.
- Слушай, браток…
- А?
А эта чудачка тут больше не торгует?
Кто? Какая чудачка?
Ну, которая тогда ребятишек-то пожалела,
помнишь?
А, Наташка-то эвакуированная?
Нет, она тут редко бывает.
Только когда ежели прижмёт. А так…
А что?
Да так, просто.
Слушай, старшина, ты…
Наташку не тронь,
она и без тебя нахлебавшая, понял?
- Ты мне лучше вот что скажи.
- Ну?
Ты там у себя в роте мне прохоря
списать не можешь, а?
А то глянь в чём хожу: срамота.
Ну, куда это годится?
Видал?
А я бы тебе папироски толкал
по пятиалтынному.
Чего же ты себе с папиросок
сапоги-то не купишь, а?
Ты что, чокнулся, что ли?
Во-первых, у меня коммерция мелкая.
А сапоги - 2-2,5 тысячи отдай не греши.
Вот. А во-вторых…
А во-вторых?
А во-вторых, я человек пьющий.
И мне без этого никак нельзя.
Как говорится, шнапс да я -
вот и вся моя семья.
Эх, а без шнапсу жизнь плохая
Не годится никуда.
- Точно, Амир Султанович?
- Точно-точно.
- У тебя какой размер-то?
- Да 42 - обыкновенный.
Ну, возьми ещё.
- Спасибо.
- Ну так как, старшина?
Ладно, придумаем что-нибудь.
Ага. Слушай, старшина,
я тебя научу, как это дело замостырить.
Я ведь сам старшиной батареи был.
Знаешь, какие дела проворачивал? Ого-го!
- Исаев?
- Я.
Сколько комплектов осталось?
- Три.
- Товарищ старшина!
- Что? Что случилось?
- Товарищ старшина, Сергееву плохо!
- Исаев! Быстро в медпункт.
- Я.
- Зовите, кто там есть.
- Есть.
На пол брякнулся и дышит: «а-а-а».
Это как раз хорошо.
Не балуй!
Что случилось?
Положите ему что-нибудь под голову.
Исаев, быстро!
Здрасьте.
Легки на помине.
Не много нашатыря-то?
В самый раз.
Дистрофия была?
Была.
Тебе есть надо побольше.
И не утомляться сильно.
Не веселиться, а плакать надо.
Простите.
- Ну что, Санька очухался?
- Полундра, пацаны, здесь баба!
Спасибо вам, доктор.
Извините за беспокойство.
Я - фельдшер.
Спасибо.
Пикирование обеспечивает
нормальную заданную параболу вывода.
Повторяю.
Закрытие штор отвода радиаторов
обоих двигателей при пикировании
обеспечивает нормальную…
Энергетическая база самолёта состоит из…
Сейчас.
- Из динамо.
- Не понимаю.
Крути динамо!
Понял?
Смотри.
Вот здесь.
Вероятность рассеивания пулемётного огня
или, как говорится, вероятность отклонения
от осевой линии прицела…
Да.
- Разрешите, товарищ полковник?
- Проходите.
Старшина 1-й учебной эскадрильи Кацуба.
Садитесь.
Благодарю вас, товарищ полковник.
Слушаю вас, товарищ старшина.
Вот в чём дело, товарищ полковник.
Мальчишки к нам в эскадрилью…
прибыли самые разные.
Те, кто из военкоматов,
те ещё что-то кумекают.
Всё-таки после школы.
А те, кто с фронта, - с ними сложнее.
Всё, что знали, забыли.
Идут всякие, понимаете, там, разговоры.
Ты, мол, баран, задачи решить не можешь.
А ты, мол, - салага,
я за тебя кровь проливал.
Это же пацаны. Что с них возьмёшь?
Ну и вот, мы с капитаном Хижняком…
придумали одну штуку,
которая, как нам кажется,
должна помочь… выравнить положение.
Ну, и что это за штука?
Сейчас расскажу.
Сегодня наша эскадрилья дежурит
на хозработах.
Сейчас старшина Кацуба зачитает
списки групп
и определит места вашей работы.
Вольно!
Пожалуйста, товарищ старшина.
Внимание, товарищи!
На разгрузку муки для склада ПФС -
8 человек.
Лебедев, Ганеев, Попов,
Сабирзянов, Сергеев, Климов,
Лопатов, Бойко.
- Товарищ капитан…
- Отставить.
На станцию,
на разгрузку боезапаса в распоряжение
начальника склада боепитания - 15 человек.
- Я еду старшим.
- Этого же мало.
- Я сказал…
- Мало.
Я сказал, что еду старшим: значит, уже 16.
Тараскин,
Менджеридзе,
Никольский,
Чебурко,
Чеботарь.
Да где это видано, чтоб отличники,
успевающие и талантливые,
посылались в наряды
на самые трудные работы,
как в наказание?
Где это видано?
А все сачки,
бездари, бездельники, разгильдяи
оставались в расположении?
Гуляй не хочу!
Они и так ни черта не делают,
так теперь их и на хозработы не пошлёшь.
Что же это такое?
Старшина эскадрильи теперь нам будет
ломать весь учебный процесс.
Прислали…
Неизвестно откуда, неизвестно кого.
Старшина!
Старшина Кацуба!
Разрешите?
Старшина Кацуба
по вашему приказанию прибыл.
Товарищ Кацуба,
объясните нам, пожалуйста,
по какому такому принципу
вы назначали людей на хозработы?!
У вас есть свои функции -
вы ими и занимайтесь.
Товарищ лейтенант,
функции у нас с вами одинаковые.
Ну даёт старшина…
Мы должны их обучить.
Обучить хорошо.
Тогда у них будет больше шансов выжить.
Оставьте старшину в покое.
Курсанты, успевающие по всем предметам,
могут быть направлены на хозработы.
От них не убудет.
А отстающим и двоечникам…
это только во вред.
Им на это время уже назначены
дополнительные занятия
по основным предметам.
Ясно?
- Разрешите идти?
- Идите.
Да нет, я разве что-нибудь говорю?
Они хорошие, конечно, хорошие, но…
Две семьсот.
Подмётки-то?
Две с половиной.
А?
Войдите.
Здрасьте.
Это вы? Здрасьте.
Вы безрукого знаете?
Ну, который на базаре торгует «Дукатом».
Два рубля - штука, тридцатник - пачка.
Это Иван Никанорыч, мой сосед.
Передайте ему, пожалуйста.
- Но…
- Его нет на базаре.
А мне ждать некогда.
До свидания.
До свидания.
Так…
Ставь, Менджеридзе!
Нормально.
Убирай трап.
Давай борт.
Тьфу ты.
Порядок.
Пошёл!
Пошёл, пошёл!
Куда ты?! Вперёд!
Перекур.
Ребят, перекур.
Здорово получается:
это пока он туда доедет,
пока его там разгрузят,
пока он назад вернётся.
А мы тут загорай, как бобики.
Конечно ерунда получается,
товарищ старшина.
Что, разве у них машин,
что ли, лишних нету?
Так и к утру не справимся.
Не курить. Отойти от вагона.
А пошёл ты!
Пехота занюханная!
Вот это хорошо.
Действительно, какая-то занюханная пехота.
Не огорчайтесь, товарищ Никольский,
это они так, по серости.
Вы же человек образованный,
я бы даже сказал, частично интеллигентный,
и должны их простить.
И действительно, не курить у вагонов.
Подъём!
Но вот в чём курсант Никольский
наверняка прав,
так это в том,
что у нас транспорта маловато.
Пока есть время,
я предлагаю пройтись до станции…
и поискать дополнительную тягловую силу.
- Еще расскажешь…
- По дороге и покурим. Вперёд!
Друг…
Ты меня уважил…
Вот.
Эх, дороги…
…и я тебя уважил…
…пыль да туман…
Я из него душу выну за самоуправство.
А прицепы уже погружены на платформы?
Ну, слава Богу.
Разрешите, товарищ генерал?
Да я ему за это так под хвост надаю -
век будет помнить.
Но я рад, что всё обошлось.
Большое спасибо.
Спокойной ночи.
Что же ты, сукин кот, делаешь?
А?
Что это за разбой на большой дороге?
Под трибунал захотел, что ли?
Никак нет.
Так какого же чёрта?
Что ты себе позволяешь?
- Разрешите, товарищ генерал.
- Что? Что ты можешь мне сказать?
Товарищ генерал,
вы по своей должности, по своему званию,
видите курсантов в едином строю.
Они для вас - лётно-авиационная школа.
Сядь.
Слушаюсь.
Я же с ними - нос к носу каждую секунду.
Ну и что же?
Им же продохнуть некогда.
Они ж ещё пацаны,
фронтом да голодухой калеченные.
У них силёнок-то нет ни хрена.
Виноват, товарищ генерал, - кот наплакал.
А мы их в хвост и в гриву.
В хвост и в гриву.
Им, как щенкам, жрать хочется.
Они стокилограммовые бомбы таскают
своими тощими грабками.
- Чем?
- Ну, руками.
Вот я и решил позаимствовать эти прицепы.
Думаю, пускай они выспятся хоть немного
перед занятиями.
Чтоб потом они в классах не дрыхли.
Ты где в 42-м был?
В 4-й танковой.
Значит, я вас прикрывал.
Здорово.
Сегодня, 23 августа, в 23 часа
столица нашей Родины, Москва,
от имени…
- А закусить?
- …Родины…
- В шкафу.
- …салютует…
…доблестным войскам
3-го Украинского фронта,
овладевшим городами
Бендеры и Белгород-Днестровский…
- Товарищ генерал, а вилочка-то одна.
- Возьми нож.
…двенадцатью артиллерийскими залпами
из 124 орудий.
За победу.
- У тебя закурить нету?
- За отличные боевые действия…
Махорка.
- Папиросы ещё с вечера кончились.
- …объявляю благодарность…
- …руководимым Вами войскам…
- Генерал-то ещё не спит.
- участвовавшим…
- Я сейчас из эскадрильи шёл…
- …в боях за освобождение Бендер…
- …так у него в окне свет горит.
- А он вашего старшину воспитывает.
- …и Белгород-Днестровского.
Давно пора.
Родом ты откуда?
- Из Феодосии я, Николай Николаевич.
- А кем до войны работал?
Спасателем.
То есть как это спасателем?
Есть такая профессия.
Море.
Пляж.
Дамочки. Пижоны.
Командировочные. Отдыхающие.
Все, ты иху мать, морские волки.
И все хотят плавать за волнорез.
В хорошую волну.
И тонут.
А ты их спасаешь.
Что, целый день на пляже?
Ну, не совсем.
На воде, около пляжа.
В катерочке или лодочке.
Целый день в лодочке…
Хорошо-то как…
Мечта!
Спиридонов…
У Спиридонова нормально.
Давайте Ганеева.
Вчера у одной девахи день рождения был.
Бегали…
Никольский и Сергеев,
из первого звена.
Так…
У Ганеева порядок.
Ставьте на место.
Чеботарь. Ну-ка, что там у Чеботаря?
Менджеридзе и Тараскин…
кальсоны и нательные рубахи
обменяли вчера на урюк и сушёные дыни.
А потом всю ночь жевали.
У Чеботаря порядок. Пишите, Лисаев.
Так…
И ставьте на место.
Никольский.
Этот про вас песню сочинил.
- Пойте.
- А?
Пойте, говорю.
Да вы что, товарищ старшина? Неудобно.
Ничего, пойте.
Да я не знаю всю.
Припев.
Не стесняйтесь, Лисаев, пойте.
Страна должна знать своих героев.
В лицо.
Так…
Сергеев.
У Сергеева грязь в казённике.
Пишите, Лисаев.
И пойте.
И злобой вся морда покрыта
И сам он похож на бандита
А-я-я-яй!
Что за зануда!
Во всей авиации нету такой,
как наш старшина Кацуба!
И ствол нечищенный.
Пишите, Лисаев.
«Курсанту Сергееву -
три наряда вне очереди
за небрежное содержание личного оружия».
Угу.
- А Никольский?
- Никольский - порядок.
Стихи не фонтан, прямо скажем…
Не Пушкин.
А что, Лисаев…
Я действительно похож на бандита?
Ну что вы, товарищ старшина.
Абсолютно не похожи.
Старшина сказал:
«Довольно!»
Не жалейте головы
Если ранят
Очень больно
Санитарку
Позови!
Эх, комроты, даёшь пулемёты
Даёшь, батарея
Чтоб было веселей!
Эх, комроты, даёшь пулемёты…
Дневальный!
- Я!
- Эскадрилью прямо в казарму на построение!
Есть!
- Даёшь, батарея…
- Эскадрилья, стройся!
Чтоб было…
Веселей…
Эскадрилья, равняйсь!
Эскадрилья, смирно!
Вольно!
Товарищи курсанты!
Мне бы не хотелось, чтобы у вас сложилось
обо мне неверное впечатление:
будто бы я вижу только плохие ваши стороны
и занимаюсь только тем, что наказываю вас.
Это не совсем так.
Я так же хорошо вижу
ваши положительные качества
и желание помочь своим товарищам
и командованию.
Примером тому - курсант Лисаев.
Курсант Лисаев!
- Я!
- Выйти из строя!
Есть!
Курсант Лисаев -
один из тех товарищей,
которые мужественно,
с полным осознанием своей ответственности,
прямо и честно
борются со всеми нарушениями
внутреннего распорядка эскадрильи.
Только благодаря курсанту Лисаеву
мы располагаем полной информацией
о недостойном поведении
некоторых наших товарищей.
Я не буду называть фамилий.
Надеюсь, товарищи сами узнают себя
и сделают соответствующие выводы.
Я также надеюсь,
что больше никто…
не будет бегать в самовольные отлучки
после отбоя.
Даже на день рождения
к своей любимой девушке.
Что больше никто…
не будет менять…
казённое имущество в виде кальсон…
на урюк и сушёные дыни.
И тем более жрать их ночью под одеялом.
Я уже не говорю…
о сочинении песенок
про своих непосредственных начальников.
Эскадрилья, смирно!
Большое спасибо вам, товарищ курсант.
Вольно.
Разойдись.
По списку в строю 80 человек.
В наряде - 17, на гауптвахте - нет,
в отпуску - нет, в санчасти - один.
- Кто?
- Курсант Лисаев.
Что с ним?
Говорит… простыл.
Плохо себя чувствует,
попросился в санчасть.
Ты человек или кто?
Тебе русским языком было сказано:
вызови старшину первой эскадрильи Кацубу.
А ты чего делаешь?
- Я уже вызывал.
- Ну, и где он?
- Ну, я откуда знаю?
- Ну, вызови ещё-то раз!
- Я уже вызвал.
- Ну, и где он?!
Моё дело петушиное: я прокукарекаю,
а там хоть расцветай, хоть не расцветай.
- Что, мне, за ним бегом, что ли, бежать?
- Да если надо будет - побежишь!
Да ещё как побежишь.
- Понял?
- А ну-ка давайте-ка отсюда, гражданин…
Ах ты ж салага ты мокрохвостая!
Я тебе сейчас покажу гражданина!
Я тебе сейчас устрою
переход Суворова через Альпы!
Ты меня вовек не забудешь!
Нашёл гражданина, а? Шкет!
- Здорово, Никанорыч.
- Здорово.
- Ты чего это базаришь?
- Видал ты, что деиться, а?
Меня, фронтовика-калеку…
- Ладно.
- …гражданином обзывают, а?
- Спокойно, спокойно. Тихо. Тихо!
- Мы уже ему не товарищи. Куда там.
- Тихо!
- Мы ему граждане, твою мать…
- Спокойно, спокойно.
- Они уж себя генералами мыслят!
Ну, чего они привязались,
товарищ старшина?
- Ну ладно.
- Я тебе дам сейчас «привязались»!
- Всё в порядке…
- Гнида сушёная, а!
- Все смеются. Тихо!
- Я тебя под трибунал отдам, понял?!
- Тихо!
- «Гражданин», а?
Всё. Успокоился, да?
Ну что? А?
Чего? А-а, слушай, ну в самый раз.
В самый раз: как на меня.
- Ну вот.
- Наталья принесла…
Ноги заставила помыть,
портяночки мне простирнула.
только после этого отдала.
Вот, говорит,
тебе старшина Кацуба прислал.
Потом, говорит, пригласи его в гости,
тебя то есть.
Так что приходи. Будем ждать.
- Приду.
- А то быстро сносятся.
- Приду. Уложу своих архаровцев и приду.
- Ага. Ну давай.
- Будь.
- Ну, добро.
Ведь вся закавыка-то в том,
что я тогда без сознания был.
Ведь ежели бы мне
в тот момент сознание-то…
Да я бы ни за что не дал бы её…
Хотя бы…
Дай-ка…
Ведь это…
Это что же за мода такая, а?
Чуть что - ампутация.
Ты вылечи! Ты же доктор на это.
Ты, Наташа,
за медицину обиду свою не показывай…
Ты думаешь, без руки-то легко жить?
Вот я ищу виновного.
Это, Иван,
не доктор, - война виновата.
А доктор тебя жить оставил.
Э, это ты погоди!
А вот передо мной лично кто виноват?
Перед тобой? Перед Наташей?
Перед каждым из нас в отдельности
кто виноват?
Война виновата.
Эх, рученька-то моя, рученька…
Играл бы я сейчас на баяне песни разные…
А люди бы пели…
Ты, что же, умел на баяне играть?
Да нет, совсем не умел…
Слушай…
- Но ведь мог бы научиться-то, правда?
- Конечно, Иван, конечно.
А?
Слушай, недалеко меня провожать, правда?
Да уж, куда ближе.
Послушай, не смотри на часы.
Я умоляю тебя, не смотри на часы.
Это ты, Наташа?
Да.
- Вы на дежурство?
- Ага.
Не забудь закрыть дверь.
Всё в порядке…
Что в порядке?
Какой порядок?
У тебя, что ли, всё в порядке?
У Никанорыча?
У твоих курсантов?
А может, у меня всё в порядке?
У меня всё в порядке?
- Я просто не знаю об этом, да?
- Успокойтесь, Наташа.
Слушай, старшина…
Это что же-то я, чёрт побери…
С ума сошла…
Останься, не бросай меня…
Да что же это я…
Прости, прости, прости! Ради Бога, прости!
Он уже еле ногами двигал.
Я его в самолёт на руках втащила…
В последний самолёт из Ленинграда.
В Свердловске похоронила…
Устроилась в медпункте на вокзале.
Военный комендант всё орал:
«Платить нечем!».
Карточки, служащие, одежонки.
Муфта, зонтик, пальтишко.
Самой носить нечего.
А беременность уже четыре месяца.
Всё лейтенантишка один приставал.
А как узнал, что я в положении, -
здороваться перестал.
Дурачок…
Родила семимесячным…
Всего десять дней прожил…
Из больницы выписалась,
села в эшелон с эвакуированными и - сюда.
Что случилось, Чеботарь?
Батьку…
Что там у вас?
убили…
Сядь, Чеботарь.
Сядь.
Сядь.
- Погоди…
- Батьку…
Ох ты, Чеботарь, ты мой Чеботарь…
- Батьку…
- Иди сюда.
Иди сюда…
Держись, держись за меня.
Батьку…
Тьфу ты…
Садись…
Так. А теперь ложись.
Ложись. За что ж так всех-то?
За какие грехи-то?
Ты полежи тут у меня, поплачь.
Поплачь.
Ох ты боже мой…
Не держи в себе, поплачь.
Похоронку спрячь. Спрячь похоронку-то.
Я прикажу, тебе и завтрак…
и обед сюда принесут.
А ты лежи.
Поминай. Поминай отца-то.
Поминай.
Батьку убили…
- Батьку…
- О, Господи..
За что же так всех-то, Господи?
Батьку…
- Ну что, гаврики, учухались?
- Никак нет, товарищ старшина.
Перекур!
А нечем перекуривать.
- Курить-то вам ещё рановато.
- А воевать?
Да и воевать тоже…
Ну вы даёте, товарищ старшина.
Ладно, закуривайте.
Отставить, курсант Сергеев!
Тебе фельдшерица в бане что сказала?
Витамины лопать.
А не папироски сосать.
Куда?
Чеботарю.
Чеботарь…
Ну-ну…
Прям нормальным человеком становится.
Здорово мы его обломали?
А ты думаешь, это мы его?
А чёрт его знает,
тут уж теперь и не понять.
Оставь.
Шутка, мальчик, шутка.
Дядя шутит.
- Да.
- Ты в самом деле лучше витамины лопай.
Приказ начальника -
закон для подчинённого.
Скорей бы уж летать…
- Внимание!
- Есть внимание.
- Боевой!
- Есть боевой.
Молодец, Чеботарь!
Всё равно нам не успеть…
Ну как?
Спокойно, спокойно.
Хорош.
Сегодня, 10 февраля, в двадцать часов
столица нашей Родины, Москва,
от имени Родины
салютует доблестным войскам
2-го Белорусского фронта, овладевшим…
- Скоро, товарищ старшина?
- …городом Эльбинг…
- Сейчас-сейчас.
- …двадцатью артиллерийскими залпами…
из 224 орудий…
- Спасибо…
- Восемнадцать - и всё.
Восемнадцатая… Восемнадцать.
Всё правильно.
Как всё?
Ну, как всё? Должно же быть 19.
У меня по рапорту летает 57 человек.
18 - это на 54.
Ну, а что, нельзя 18 на 57 разделить?
А Иисус Христос, между прочим,
он пятью хлебами…
десять тысяч человек накормил…
Это хорошо, что ты Бога помнишь.
У него есть ещё такая прибауточка:
«Не укради», помнишь, сука?
Девятнадцатую.
Это другой разговор.
Курсант Аверин!
Всё проверить по спискам!
Подорвал и без выдерживания - в набор.
Разогнал бы скоростёнку и - пожалуйста.
А он просто неталантливый.
Понял? Неталантливый.
А ты талантливый?
- А я талантливый.
- Во даёт, нахалюга!
- Зря нас с фронта сняли.
- Я бы «За отвагу» получил.
Меня представили, а дать не успели.
Не свисти: если бы представили -
давно бы дали.
За что тебе «За отвагу» давать?
Значит, было за что. Тебя не спросили.
Я четыре рапорта подавал.
Шесть человек из нашего выпуска
уже «Героев» имеют.
- Ребята!
- Разгружай.
Стартовый завтрак привезли!
- Ура!
- Ура!
Куда?! Отставить!
Кру-гом!
Шагом марш!
С термосами, ребятки, поаккуратней.
Товарищ генерал,
разрешите обратиться к полковнику Егорову.
Обращайтесь.
Товарищ полковник, разрешите выдавать
дополнительный стартовый завтрак.
- Выдавайте.
- Есть!
Менджеридзе!
Если ты на посадке будешь выравнивать
точно так же, как прошлый раз,
так же высоко, -
ты и меня, и себя угробишь.
Никогда.
Вам-то ещё повезёт.
Вы, может быть, туда ещё поспеете.
Ещё бы, товарищ младший лейтенант.
Вот кончим школу, получим звёздочку -
и снова туда, на фронт.
А там посмотрим,
кто из нас чего стоит.
Хватит вам.
Разболтались…
Без нас кончат…
Крен левый: ручка вправо, правая нога.
Крен правый: ручка влево, левая нога.
Крен левый: ручка вправо, правая нога.
Крен правый: ручка влево, левая нога.
Крен левый: ручка вправо, правая нога.
Крен правый: ручка влево, левая нога.
Горит!
Дотянем, лейтенант?
Что случилось?
- Почему не прыгают?
- Машину спасти хотят.
Спасательной команде,
пожарной и санитарной машинам -
на запасную полосу.
Дотянут!
Прыгай…
Прыгай!
Прыгаем! Прыгай!
Прыгай!
Прыгай…
Прыгай!
Прыгай!
Санька!
Санька!
Санька!
Машина в штопоре кружится
Земля стремглав летит на грудь
Прощай, мамаша дорогая
Жена, меня не позабудь
Прощай, мамаша дорогая
Жена, меня не позабудь
Жена, меня не позабудь
Что, товарищ старшина,
три наряда вне очереди?
А может, на «губу» суток на пять?
Или сразу под военный трибунал?
За то, что курсант Никольский
на свою коечку взгромоздился днём.
А вот она…
Вот она, коечка Саньки Сергеева…
А в каптёрке-то не разобьёшься?
Да, товарищ старшина?
Лежи, дурак.
Слюни не распускай.
Эскадрилья, встать! Смирно!
Отставить!
Вольно.
Вольно!
Старшина Кацуба.
Старшина эскадрильи вашего сына.
Покажите койку курсанта Сергеева.
Проходите, пожалуйста.
Верхняя…
А это его товарищи…
По звену.
И ещё был у него один друг.
Курсант Никольский.
А где Никольский?
Никольский?
Плохо себя чувствует.
Перенервничал.
В части, где до нашей школы
служил ваш сын,
он был представлен
к правительственной награде -
медали «За отвагу».
Он писал…
Мы получили его награду.
Хотели вручить…
и вот…
Спасибо.
Три тысячи километров от передовой…
Три тысячи километров…
Ну, погоди.
Наташа, давай, грузи.
Давай-давай. Ложи-ложи.
Вон то, сучковатое, давай.
Хватит.
Ага.
Да ладно, тебя не спрашивают.
Разгулялся.
Ах, чёрт…
А в Ленинград уже можно
без пропусков ехать.
Ты откуда знаешь?
Знаю.
Люди возвращаются.
Ты поедешь со мной в Феодосию.
Там море теплей вашего.
Что стоишь, качаясь
Тонкая рябина
Головой склоняясь
До самого тына?
Головой склоняясь
До самого тына?
112-й, зона два, понял задание.
- Можно присесть, товарищ старшина?
- Валяйте.
Разрешите.
Уже разрешено.
Товарищ старшина,
мы сейчас на вас смотрели,
и жалко вас стало.
Ну да?
Точно, прям до слёз.
Вам с нами трудно.
Да.
Ничего подобного…
Это вам со мной трудно, а не мне.
Ну что вы, товарищ старшина.
Нам с вами замечательно.
Конечно, товарищ старшина.
Какие могут быть счёты?
Мы с вами - дружная семья.
Как пишут в газетах,
славное воинское братство.
Да.
Только, товарищ старшина,
вот мы представим:
мы здесь, на полётах, в УЛО,
а вы один в опустевшей казарме.
В каптёрке, ОВС, ПФС.
Ой, жалко вас, товарищ старшина.
Неужели вам всё это не надоело?
Да он не то хотел сказать,
товарищ старшина.
Не то.
Он хотел, товарищ старшина,
предложить вам как человеку,
который прожил с нами бок о бок целый год,
как человеку, который разделял с нами
все тяготы воинской службы,
изведать ещё одну грань
нашего существования - воздух.
- Не хотите с нами летать, а?
- Не-а.
Как, товарищ старшина?
Неужели вы не хотите подняться с нами,
с вашими питомцами, в сияющую синеву неба?
- Да.
- Не-а.
Имел я в виду это ваше небо.
То ли дело - на танке.
Девочки тебе подносят молочко, цветочки.
А там… тоска.
О, да вы романтик, товарищ старшина?
- Кацуба, не уезжайте, разговор есть.
- Слушаюсь.
Пошёл.
- Товарищ генерал…
- Отставить.
- Что это курсанты ржали?
- Да так…
Пацаны, что с них возьмёшь?
Скоро пополнение придёт.
- На сверхсрочную не думал остаться?
- Товарищ…
- Товарищ генерал!
- Ура!
- Товарищ генерал!
- Ура!
Ура!
Дай!
Всем экипажам, находящимся в воздухе!
На связи генерал Лежнёв!
Победа! Война окончена!
Я седьмой! Война окончена! Победа!
Я третий! Победа! Нет войны!
Я пятый! Войну окончил!
Я пятый!
Войну окончил!
Всем на посадку!
Садиться в очерёдности взлёта!
На посадку, мальчики…
На посадку, пацаны мои!
Я девятый! Девятый! Я войну не закончил!
Не закончил!
Нет!
Кто «девятка»?
Чеботарь…
Чеботарь?
«Девятка»- это Чеботарь.
Девятый. Девятый!
Чеботарь!
Сынок, успокойся.
Садись.
Аккуратненько садись.
Чеботарь…
Ты же хорошо умеешь это делать.
Ты же лётчик, Чеботарь.
Нет!
Не могу!
Можешь.
Уйди подальше, в сторону Майского.
Четвёртый разворот над полигоном…
и заходи на посадку…
Как понял?
Вас понял.
Я жду тебя, Чеботарь…
В тот день, когда окончилась война
И все стволы палили в счёт салюта
В тот час на торжестве была одна
Особая для наших душ минута
В конце пути, в далёкой стороне
Под гром пальбы прощались мы впервые
Со всеми, что погибли на войне
Как с мёртвыми прощаются живые
Как с мёртвыми прощаются живые
До той поры в душевной глубине
Мы не прощались так бесповоротно
Мы были с ними как бы наравне
И разделял нас только лист учётный
И только здесь, в особый этот миг
Исполненный величья и печали
Мы отделялись навсегда от ни
Нас эти залпы с ними разлучали
Нас эти залпы с ними разлучали.
Внушала нам стволов ревущих сталь
Что нам уже не числиться в потерях
И, кроясь дымкой, он уходит вдаль
Заполненный товарищами берег.
Но вновь и вновь появится листва
И наши дети вырастут и внуки
А гром пальбы в любые торжества
Напомнит нам о той большой разлуке
Напомнит нам о той большой разлуке…