История любви Советского Союза (1 сезон, 2025 год). Цитаты и фразы из сериала

История о поколении смелых и красивых, не заставших разрушений революции и хаоса гражданской войны, мечтавших построить новую жизнь, в которой не будет места смерти, а только невероятной любви, открывающей им путь к великим достижениям и открытиям. О подвигах и славе, предательстве и верности тех, кто был героями в небе и на земле, о времени безмерных испытаний, которые выпали на их недолгие, но яркие жизни. О женщине, которая была мечтой и настоящей любовью Советского Союза.

Все фразы и цитаты

Серия 1


-"Ш", "Б", "М", "Н", "К"...
-Левый глаз.
-"Б", "Ы", "Н", "К"...
-Подойди.
На шее и волосяной части головы нет.
Покажи руки.
Кожный покров чистый.
Дыхни.
Изо рта не воняет.
Может быть допущена. Следующая.
"Ну-ка, солнце, ярче брызни,
Золотыми лучами обжигай!
Эй, товарищ, больше жизни!
Поспевай, не задерживай, шагай!
Чтобы тело и душа были молоды,
Были молоды, были молоды..."
-Номер пять, кому вручаем?
-Товарищу Ворошилову.
-Молодец! Номер шесть,
кому вручаем букет?
-Товарищу Бухарину.
-Умница.
Все поняла?
-Все.
-Не подведи.
-Не подведу.
-Все, пошли, пошли, пошли,
пошли, мои золотые!
Пошли, пошли, пошли!
"Ну-ка, ветер, гладь нам кожу,
Освежай нашу голову и грудь..."
-Товарищ Сталин,
повернитесь, пожалуйста.
-Это мне?
Спасибо.
ШЕПОТОМ: Галя...
"...Ты не бойся ни жары и ни холода,
Закаляйся, как сталь!"
РАДИО: Сейчас мы с вами разлучим
новые упражнения.
-Ну что ты? Спит ребенок.
Тихо-тихо-тихо.
Доченька... Доча...
Доча, вставай.
Вставай, вставай, вставай, лежебока.
Давай, иди погуляй.
-Здравствуйте, Антон Григорьевич!
-Здравствуй... Галина.
-Спасибо вам большое,
Антон Григорьевич,
за Галечку, за парад.
М? Давай.
Давай-давай, иди.
-О! Галь, керосин привезли.
Пойди купи.
-Мама говорила,
чтоб вы (!) за керосином ходили.
-Племяш, давай, ноги...
ну, молодые у тебя, сбегаешь.
Не расклеишься.
-Дармоедки!
-До свидания.
-До свидания, Антон Григорьевич!
-Купила? А сдача?
-Ой, Галька твоя...
-Тсс!
-Девка-то на отца как похожа!
И характер с детства - Василия.
-Вредный? Ну так это в меня.
-Ох и намаешься ты еще с ней,
Клавдия!
-Ну как-нибудь справлюсь.
-А выучить на кого хочешь?
-Ну как - на кого?
На актрису. На кого еще?
-Спаси господи.
-Спасет, спасет.
-Клав, да ты что?
-Надька, ты же курила. Давай.
ВОСТОРЖЕННЫЕ АПЛОДИСМЕНТЫ ЗРИТЕЛЕЙ
-Браво!
-Молодцы!
-Браво!
-Ой, извините.
Галюш, давай быстрее.
Ребят, пропустите.
Простите. Ой!
Мариш, милая, пропустишь?
А то я ничего не успеваю.
Мне нужно Гальку отконвоировать
домой и успеть в Союз печатников.
Просто они обещали
с обувью помочь.
-Становись, конечно, становись.
Давай.
-А я хорошо играла?
-Да хорошо.
-Значит, я буду актрисой?
-Если и дальше будешь лезть
без очереди,
то актрисой ты не станешь.
А станешь такой же наглой дрянью,
как твоя мама.
-Деточка, вы вообще зачем
хотите стать актрисой?
-Чтобы любить.
-Чтобы что?
-Чтобы любить.
-Кого?
-Всех. И зрителей, и режиссеров,
и товарищей по сцене,
и вахтеров - всех.
-Это вас мама научила?
-Нет, это я сама поняла.
Я когда первый раз, еще девочкой,
вышла на сцену, я поняла,
что театр - это любовь.
-Спасибо, Лактионова.
Вопросов больше нет.
Можете идти.
-А...
-Ну как?
-Строгие?
-Что спрашивают?
-Ой, ребят, я от волнения
вообще не соображаю.
-Ой, мамочки...
-Спокойно. Повторяем.
-Не вешаем нос, ребята, не вешаем.
-Угу.
-Ну, эта дрозда даст.
-Что? Кому она даст?
-Всем. Всем нам.
-Значит, так, товарищи,
из уже принятых на курс
9 имеют рабочее происхождение,
3 - крестьянское, 5 из служащих.
И только у Лактионовой
с происхождением не все ясно.
-А что там у нее с происхождением?
-Отец, Гликерия Ильинична.
-Что - отец?
-Они с матерью Лактионовой
в разводе, но с другой стороны,
он, похоже, из купцов.
-Похоже?
Это как? С бородой и в кафтане?
-По анкете похоже.
-Чем сейчас занимается ее отец?
-В тюрьме сидит.
-Во как! И за что?
-Проворовался.
-А, это хорошо.
А то я, грешным делом, подумал...
-Что же мы будем делать, товарищи?
-Принимать.
Спину держим ровно!
Попу не отставлять!
Вы прекрасно можете играть
Джульетту, Эмму Бовари.
Но если только публика увидит
вашу отвислую задницу,
она мгновенно забудет и про Шекспира,
и про Флобера и будет думать
только о ваших задницах.
Павел, а вы-то как умудряетесь?
Вам вроде нечего даже отставлять.
Не горбитесь. Спину держите.
-Прошу прощения, Гликерия Ильинична.
-Почему? Не было же попы.
-Ты так машешь ногами -
тебя хочется подковать.
Еще раз, продолжаем. Батман тандю.
ЛЕГКАЯ МЕЛОДИЯ НА ФОРТЕПИАНО
-Давай будем с тобой любиться?
Ну извини.
-Лактионова!
У нас сейчас урок для ног.
Урок для рук будет гораздо позже.
Так что рановато, деточка, рановато.
Пауза.
И запомните: вы вступаете
в храм искусства - в театр.
Так что ведите себя соответственно.
А вот эти ваши
простые взаимоотношения
свойственны искусству низкому,
кинематографу например.
Продолжаем. Прошу.
И!
МЕЛОДИЯ НА ФОРТЕПИАНО
-Галька, ну что же ты?
Ну что ж ты так долго?
Мы опоздаем.
Никто нас ждать не будет.
-Я знаю, я соня, лахудра, ехидна.
Таська, а что это на тебе такое?
-Нравится?
-Да.
-Мамино платье всю ночь перешивала.
Чувствуешь материальчик?
Китайский шелк.
-Да. Это ты ехидна, Таська.
Не могла меня предупредить?
Я бы тоже что-нибудь придумала.
Я как Золушка рядом с тобой.
-Я же говорю,
всю ночь перешивала.
Телефона у меня нет.
Больше не отставай и не теряйся.
-Ага, да.
-Поверни! Еще поверни! Вот так!
Можем, когда захотим, да?
Все, работаем.
-Галя, сейчас такое узнала!
-Что?
-Сказали, что у режиссера
есть два условия.
Первое условие...
-Девушки ждут.
-Какие девушки?
-Студентки, кандидатки на роль Анюты.
-Ага. Ну, давайте.
-А второе?
-Талант.
-Девушки, пожалуйста,
сюда всех прошу.
Вот так выстраиваемся, в шеренгу.
-А ты сюда.
-Тише.
-Все? Все готовы.
-Как вас зовут?
-Марта.
-Вы немка?
-Нет, русская.
Я имя сменить могу, если что.
Мне оно самой тоже не нравится.
-Не надо, не надо.
Как вас величать?
-Люба.
-Вот, Любовь - славное имя.
Где вы учитесь?
-В студии при Вахтанговском.
А, фотографии...
-Угу...
Как зовут?
-Галина Лактионова.
-А вы не дочь, случаем,
Клавдии Лактионовой?
-Да. А что?
-Поклон ей передавайте.
-Ага. Да.
И все?
-А что еще?
-Я готовила стихотворение,
прозу и песню.
-А, не, не надо.
-А почему не надо?
Вы меня даже не послушали
и говорите: "Не надо".
Мы что, лошади, что ли?
Вы нас по внешним признакам
определяете? Вы бы еще в зубы нам
посмотрели.
-Девушка, это кинематограф,
и внешние данные...
Кстати, в том числе и зубы.
...имеют приоритетное значение.
-Я не знаю, что у вас означает
слово "приоритетное"...
-"Главное, основное".
-А у нас, в Стране Советов,
"приоритетное" значит "человек".
-Девушки свободны.
-Товарищи студентки,
прошу освободить павильон.
Всем спасибо, все свободны.
-Проходим, проходим, девочки, все.
Всем спасибо большое.
-А эту оставьте...
Лактионову, Лактионову.
-Девушка, а вы останьтесь,
пожалуйста.
Не вы, Лактионова.
-А я?
-А вам спасибо.
Спасибо, спасибо.
Пойдемте, пойдемте.
-Проходим, девочки, проходим.
Всем спасибо.
-Ну что ж...
будем пробовать.
-Что, простите, пробовать?
-Будем пробовать вас
на главную женскую роль.
Только у меня два условия.
-Я не такая.
-Какая - не такая?
-Не такая.
-Первое. Вы забудете все,
чему вас учили в вашем училище.
И второе...
Вот это был последний скандал,
который вы устроили
на съемочной площадке.
-Выше, выше давай!
-Давай, давай! Галя!
-Вот это убери.
-Я здесь!
-На исходную!
Второй дубль пробега!
Аппаратная, мотор!
-Сцена 76,
синхрон - дубль два!
-Камера!
-Есть камера!
-Начали!
-Теперь ты побежала!
-Алексей!
-Быстрее, быстрее!
-Алеша! Алеша! Алексей!
Мне так много надо тебе сказать!
-Мне тоже.
-Стоп.
-Стоп!
-Было? Было?
-Алексей! Алеша!
-Как же хороша!
-Анюта, я знал, что ты придешь.
-Мне так много надо тебе сказать!
-Мне тоже.
Анюта, мы победим!
"Чайка смело пролетела
над седой волной..."
-Еще пара минут - и конец. Пошли.
-Подожди, давай еще.
Пожалуйста.
-Пойдем. Пойдем.
"...Друг ты или нет?
Ты возьми-ка отнеси-ка
милому привет..."
Не узнаЮт.
-Ну, подожди, эти еще не видели.
За билетами стоят.
Вот сейчас пройдет сеанс,
вот посмотришь, узнАют.
-Думаешь?
-Ну конечно. Что тут думать?
Твою песню про чайку уже все поют.
И по радио.
-Спасибо.
Спасибо. Здравствуйте!
ПОЮТ ХОРОМ: Окунулась
и вернулась...
-Простите.
-До свидания. До свидания.
-Слушай, я не понимаю,
зачем они придумали тебе парик?
У тебя свои прекрасные волосы.
Значит так, сейчас тебе
пойдут предложения,
очень много выгодных предложений.
Главное, не упустить момент. Поняла?
-Угу. А мне уже предложили
главную роль в новом кино.
-При чем тут роль?
Предложение руки и сердца!
Ты знаменитость,
тебя все будут домогаться.
Не отказывайся.
Но и не соглашайся сразу.
Жди наиболее достойного.
-Елена Никандровна, мне на сцену
надо, Арсеньев ругаться будет.
-Подождет. Еще будут интриги,
угрозы и доносы.
-Угу.
-В Тамбове был случай.
Одной актрисе вообще
кислотой в лицо плеснули.
-Поняла. Поняла, поняла,
Елена Никандровна.
-Да что ты...
-Я посмотрел фильм.
-Ну как тебе?
-Ужасно...
понравилось. Фильм.
Но главное... ты, Галя.
Мы ведь с тобой больше года
и на сцене, и в жизни друзья.
Но...
Но...
-Так лестно начал и вдруг "но".
-Но после фильма
я как будто впервые тебя увидел.
Какая ты талантливая
и безумно красивая.
-Пашка, ну ты чего?
Еще скажи, что влюбился в меня.
-Не бойся. Это просто твой фильм
произвел на меня такое впечатление.
Поздравляю с заслуженным успехом!
-Вы садитесь вот сюда. До входа...
-Извините за опоздание.
-Лактионова! Вы кто? Вы где?
Вы болеете или у вас опять кино?!
-Нет, я не болею. Простите.
-Галечке не до нас.
Поклонники покоя не дают.
-Прекратите.
Давайте продолжим репетицию.
-Антон Григорьевич,
мое глубочайшее почтение!
-Да, добрый день!
-Антон Григорьевич...
-Потом, потом. Все потом.
Здравствуйте, товарищи!
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, Антон Григорьевич!
-Галка! Галка... Все шутишь?
-Нет, это я Любовь Гордеевну
репетирую.
-Молодец, молодец!
Хотя мне твоя Анюта больше нравится.
Ну что, товарищи, как вам
работается на новом месте?
-Прекрасно нам работается.
Спасибо вам большое за новую сцену.
-Не мне - нашей родной партии.
Спасибо. Михаил Георгиевич,
у меня к вам есть разговор.
-Это надолго?
-Ну, все зависит от вас.
Расскажешь мне, почему ты мою любимую
Клавдию Михайловну без ролей оставил?
-Самое главное забыла сказать.
Не верь ты этим россказням
про настоящую любовь. Нет ее,
любви этой, один расчет. Поверь мне.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Ну давайте, давайте уже!
ОВАЦИИ
-Поздравляю тебя.
Первое действие на технике отыграла?
-Мам, я так счастлива!
-Я тоже, доченька.
-Спасибо. Спасибо.
Спасибо.
-Пожалуйста.
Домой?
-А что?
-Провожу?
Я твое кино три раза смотрел.
Из зала выйду и сразу в кассу,
снова билет покупать.
Красивая ты на экране.
-А в жизни хуже?
-В жизни ты другая.
-А в чем другая?
-Я вот, например,
про себя это очень хорошо понимаю.
Все видят одну только внешность.
Обидно.
А в душу ко мне кто заглядывал?
-А что там, в душе?
-Вот я, например, всю жизнь
мечтал Ромео сыграть.
Роль назубок выучил,
фехтованием занимался.
А Ромео наверняка Панкратову отдадут.
А что у него на душе? Одни пьянки?
Вот скажи мне,
кто из нас больше похож на Ромео?
Вот снилось мне,
Что будто бы пришла моя супруга
И мертвого нашла меня.
Престранный, дающий мертвому
возможность думать, сон.
И будто поцелуями своими
В уста мои вдохнула столько жизни
Она, что ожил я и стал царем.
О, как же сладко ты,
любви самой блаженство,
Когда и тень любви нам радости дает.
Ну как?
-По-моему, хорошо.
-А что толку?
Не любит меня Арсеньев.
Если мне Ромео не дадут...
...я уйду из театра.
А ты?
-Что я?
-Ты уйдешь со мной?
Пойдем провожу.
-Ой, ой, ой...
-Держи. Пойдем?
-Хотите,
я на колени перед вами встану?
-Хочу!
Не ушиблась?
-Ничего.
-Больно?
Давай-давай, поднимайся.
-Ну помогите.
Помогите молодому актеру.
Знаете, как доверие окрыляет?
-Ну не потянет он!
-А вы попробуйте его.
Вы попробуйте.
Он ведь раскроется.
Я видела, честное слово.
Пожалуйста.
-Знаешь, что я попробую?
Я роль Джульетты дам тебе.
-А как же Андреева?
Она ведь не переживет.
Весь театр говорит,
что она будет играть Джульетту.
-Ничего, она поплачет и перестанет.
А потом, что это значит -
"весь театр знает"?!
Вы мне это дело бросьте!
На могильном камне
Уильяма Шекспира написано,
что роль Джульетты
должна играть Андреева?
-Нет.
-Ну вот.
-Я без Саши играть не буду.
Так что уж вы попробуйте его,
пожалуйста.
-Черт-те что!
-Давно?
-Давненько.
-А это что за кавалер?
-Это Саша Русаков,
актер нашего театра.
-Здрасте!
-Здрасте!
-Здрасте!
-Пошли.
Антон Григорьевич, здравствуйте!
-Галка!
Поболтали бы, но я в ЦК. Поехали.
-Повезло твоей матери.
-Чего встал как памятник? Пошли.
Антон Григорьевич -
большой друг нашей семьи.
-Вышел, вышел, вышел. Идем.
-Я дома.
Мам!
-У?
-Здравствуйте, Клавдия Михайловна!
-Здравствуйте, Саша!
-Мой муж.
-Что?
Вы расписались?
-Нет еще, времени не было.
Репетиция, спектакль...
Но завтра распишемся.
-Завтра будет завтра. Подожди.
А где вы будете жить?
-У нас, тут.
-Как? А где я заниматься буду?
У меня экзамены на носу.
Клавдия, ты чего молчишь?
-У меня в этом спектакле нет слов.
-А ты в общежитие переезжай.
Ну и потом, зачем тебе готовиться?
Ты все равно ничего не сдашь.
Ты три года на одном курсе.
-Ну и язва ты, Галька!
-А вы - девы старые.
Прошу.
Так... Ага...
-Держи.
За молодоженов.
-Угу.
-Талантливый.
-Вот.
Как ты пришел, скажи мне, и зачем?..
Стена и высока, и неприступна...
Ты только вспомни, кто ты!..
Смерть тебе,
Коль здесь тебя
мои родные встретят!
Ну, залезай на балкон.
-Может, не надо?
Как-то неудобно.
-Саш, залезай.
-Ладно.
Саш, читай.
-На легких крыльях страсти
Через эту я стену перенесся.
Удержать ли
Любовь преградам каменным?..
Она что может сделать,
то и смеет сделать!
ВМЕСТЕ: И не боюсь я твоих родных!
-Распишитесь сначала! Бесстыжие...
-Увы! Опасней мне твои глаза,
Чем двадцать их мечей...
Лишь ласково взгляни ты,
И закален я против их вражды!
-Дай бог, чтобы тебя не увидали!
-Ты играть будешь.
-От взоров их я скрыт покровом ночи.
А если ты меня не любишь -
Мне все равно тогда,
хотя бы и увидали!
Конца своей я жизни
от вражды их
Желаю лучше, чем отсрочки смерти
Холодностью твоей!
Как, Михаил Георгиевич?
Что скажите?
-Перерыв.
Вводите Панкратова.
-Понял.
-Ой, господи, да откуда же
берутся такие, а?
-Тогда и Андрееву!
-И Андрееву, разумеется!
-Перерыв! Все слышали? Перерыв!
-Разве я плохо играл?
-Тебе надо работать, Сашенька.
Очень много работать.
-Можно уже? Мне к спектаклю
надо переодеваться.
-Эй, закрой дверь!
Пожалуйста,
я готов работать сутками.
Сколько надо, столько и готов.
Вот увидишь, с Панкратовым
он будет год репетировать.
А меня после первой же репетиции...
Галя, ты говоришь после всего этого:
"Тебе надо работать"!
-Хочешь, я буду с тобой репетировать?
А потом мы покажем Арсеньеву.
-Ты?
-Да.
-А почему не тетка твоя?
Как там ее? Наташа?
-Потому что она ничего
не понимает ни в театре,
ни в актерском мастерстве.
-А ты, конечно, все понимаешь.
Ты большой талант.
И спасибо тебе за помощь,
но только все это зря.
-Почему?
-Я же не девица.
Подмахнуть при случае не смогу.
И мама моя с большим начальником
в кровати о моей судьбе
словечка не замолвит.
-Можно уже, наконец?!
-Можно.
Вечером за вещами зайду.
-Галь, что случилось?
-Помоги мне.
-Не молчи, ради бога,
скажи, что случилось.
-Детство кончилось, Таська.
ЗВОНОК
-Вы кто?
-Русаков.
-Что вам здесь надо?
-Я за вещами.
-Документы.
ПЛАЧ ЗА ДВЕРЬЮ
А где твои вещи?
Можно потише?
Мешаете работать.
-Там.
-Ты кто?
-Я же сказал, Русаков, актер.
-Здесь ты кто? Родственник?
Муж ваш, что ли?
-Нет.
Я просто знакомый.
-Забирай... знакомый.
На выход.
-А что все-таки произошло?
-Антон Григорьевич...
ШЕПОТОМ: ...врагом народа оказался.
-Гражданка Лактионова,
завтра в 10:00.
Дзержинского, дом 2, кабинет 164,
следователь Коваленко.
Коваленко - это я.
-Какой ужас! Что же с Галей,
Клавдией Михайловной теперь будет?
-Кошмар!
-Товарищ Евграфов - враг народа.
Кто бы мог подумать, да?
-Галь, держись.
-А ты промолчать не смогла, да?
-Не толпитесь вы.
-Ты знаешь, что маму уволили
из театра?
-Уже?
-Мне вчера звонил Кононыхин
из Главного управления театров.
-А что дальше будет?
-Ты будешь играть Джульетту.
Пока я здесь главный режиссер.
-А с мамой что будет?
Следователь звонил. Сказал,
что вскрылись новые обстоятельства.
Маму только через пару дней отпустят.
А этот ваш Кононыхин
не может ему позвонить?
-Кононыхин... не позвонит.
-Спасибо.
Это у нас что? Это у нас репертуар.
Залитован? Вижу, все чин по чину.
Еще что-нибудь такое ударное сваяешь,
например, про Красную армию, -
и о Трудовом Красном Знамени
можно будет подумать.
И для себя, и для театра.
Но лучше что-нибудь про вредителей.
Что, как там Галина Лактионова?
-Нормально. Играет, репетирует.
-Увольнением старшей Лактионовой
ты не отделаешься.
Ее дочь тоже пятно на знамени
театра. А знамя театра - это что?
Это его главный режиссер.
-Меняйте знамя!
-Стоп, стоп! Михаил Георгиевич!
Это как-то не по-большевистски.
Пятно со знамени надо смывать.
-Коля, Лактионова - актриса
с большой буквы.
Ты хочешь, чтобы я ее уволил?
Еще по такой статье.
Ты начальник всех советских театров,
человек честный и жесткий.
Возьми грех на душу.
-Я не имею права.
По всем нормативным актам комитета
принимать и увольнять работника
своего театра имеешь право только ты,
своим приказом.
Естественно, с согласия
либо по требованию партийной
и комсомольских ячеек.
Исключай ее из комсомола
и выгоняй из театра. Кто у нас
секретарь комсомольской организации?
-Мерзавцы мы с тобой, Коль.
-Нет, Михаил Георгиевич.
Мы большевики.
Ваш репертуар.
-Девчонки, идет! Девчонки, идет!
НАПЕРЕБОЙ: Галина, Галина!
-С праздником!
КРИЧАТ НАПЕРЕБОЙ
-Ой...
Красивые, да?
Дарю. На память.
-Не надо, Галь. А вдруг спросят,
откуда у меня такие дорогущие духи.
Никто не поверит,
что это подарок... твой.
-Страшно?
Мне тоже очень страшно.
Не хочу, чтобы меня
из жизни выкидывали.
-Никто тебя не выкинет.
Твое лицо расклеено по всему городу.
Тебя знают все.
-Если меня из комсомола исключат,
то и в театре не оставят.
-Мы с Пашей будем тебя защищать.
-Спасибо, Тась.
-Пойдем, я тебя домой провожу.
-Сколько же в людях злобы,
сколько ненависти!
-Это от зависти.
Ты главную роль в кино сыграла,
у Арсеньева на хорошем счету.
Ах!
-Что такое?
-Каблук сломала.
-Ну как так-то?
-Как-как? Яма на яме,
сам черт ногу сломит!
Мне в гости сегодня идти.
-Возьми мои.
Сейчас.
-А как же ты?
-Как-нибудь доковыляю.
-Спасибо, Галь.
А пойдем со мной?
Там летчики будут.
Развеешься, тебе как раз
сейчас это будет полезно.
Там сам Герой Советского Союза
Костецкий, полярник, будет.
-Ой...
Мне сейчас только героев не хватает.
-Галька, ты только посмотри,
в каких домах герои живут.
Нам сюда.
-...ведите его!
Здравствуйте! А вы к кому?
-А это я пригласил.
Девушки, проходите, пожалуйста.
Валер, знакомься, это Таисия,
актриса театра и...
А я вас узнал, вы же Анюта из фильма.
-Вообще-то, она Галя.
-Опозорился ты, Сереженька.
И весь Воздушный флот СССР опозорил.
Позвольте?
Извините, я еще мебелью не обжился,
только заехал.
Костецкий... Валера.
Позвольте?
-Да.
-Вы только не заблудитесь,
а то тут комнат, наверное, десять.
Квартира, в общем, здоровущая.
Проходите.
-Да.
-Товарищи!
Товарищи, у нас гости!
Замечательные актрисы театра и кино
Таисия и Галина!
Прошу поприветствовать, товарищи!
-Они просто еще не знают,
что я в кино не снималась.
-Еще успеешь.
-Проходите, девушки, проходите.
-Проходите. Так. Присаживайтесь.
Сереж, поухаживай.
Мария Семеновна!
Мария Семеновна, у нас еще гости.
Принесите бокалы, тарелочки, вилочки.
-Где я тарелочки возьму?
Вся посуда на столе.
-Мария Семеновна, откуда я знаю?
Родная, ну, пошарь.
-Валерий Александрович, пошарьте сам.
Я вообще боюсь по этим комнатам
ходить.
-Обожаю эту женщину.
Пойду в разведку сам.
Сереж, поухаживай.
Стой!
Стой, стой!
А ну, выходи!
-Добрый вечер.
-Добрый. Кто такой?
-Я... Гомза Алексей Теодорович.
-Костецкий, военлет 1-го класса.
Ну и что ты тут делаешь,
товарищ Гомза?
-Мы тут жили. Вернее, мой брат жил.
И когда его...
То есть, когда он выехал,
мы не успели забрать личные вещи.
Тут у меня фотографии, альбомы.
Разрешите забрать?
-Да, конечно, забирай.
Как ты сюда проник?
-Черный ход есть, а у меня ключ.
Я дверь захлопну,
вам его оставлю.
-Слушай, а не знаешь,
тут посуда есть где-нибудь?
-Да, в буфете была.
-Я возьму? А то у меня там друзья
пришли новоселье отметить, а...
-Конечно.
-Может, присоединитесь?
-Нет, спасибо, мне некогда.
Я... Я пойду.
-Товарищи, посуда найдена.
-О, давай.
-Так, держи. Наливай вина.
-Так, товарищи, у меня есть тост.
Я предлагаю поднять бокалы
за наших дорогих гостей -
товарищей Лактионову и Аграновскую.
Ура!
-А Толя? Вы что, Толю не разбудили?
Толя! Филин ты мой, вставай.
Эх ты, моя круглоглазая сова!
-Это Герой Советского Союза
товарищ Ковров спит после ночных
испытательных полетов.
-Проснулся?
-Валера, я что, разбился?
-Ты чо, дурак, что ли?
Вставай, гости у нас.
Знакомься. Это замечательная актриса
товарищ Лактионова и ее подруга,
тоже замечательная актриса
товарищ Аграновская.
-Анатолий.
-Галина.
-Таисия.
-Очень приятно.
-Я предложил выпить
за прекрасных девушек
и замечательных актрис.
ХОРОМ: Ура!
-Вот откуда я вас знаю.
-А я вас тоже знаю.
-Откуда?
-Ваши фотографии в газетах
чуть ли не каждый день печатают.
Особенно после того,
как вы установили
мировой рекорд высоты
и сам товарищ Сталин вас поздравил.
-А ваши афиши на каждом углу висят.
А почему вы печальная?
-Я устала. Работы много.
-Так, я понял. Красивым девушкам
грустить запрещается.
Сейчас мы это будем срочно
исправлять. Валер, будь другом,
дай инструмент.
Демьяныч, разреши?
-Пой. Под мою ответственность.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
ПОЮТ НА ИСПАНСКОМ
-Какая песня хорошая!
Скажите, а вы воевали в Испании?
Как же здорово, товарищи!
-Козик!
-А?
-Покажи, как эта штука работает.
-Позвольте.
-Разрешите?
Снимайте.
Снимайте, снимайте, я починю.
Товарищи, есть у кого-нибудь спички?
Благодарю.
Прошу, готово.
Как-то я оказался не готов
к такой встрече.
-Я тоже.
-Проснулся и увидел...
-И что же вы увидели?
-Мечту свою увидел.
-Вам лучше помечтать
о ком-нибудь другом.
-Почему?
Галина, разрешите, я вас провожу?
-Не надо.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Держи, держи! Спускай!
-Давай-давай!
-А почему вы его снимаете?
-Другое кино будет.
-Ты простудишься.
-Это уже неважно.


Серия 2

-Товарищи, извините за опоздание.
А это что за карнавал?
-У нас сегодня спектакль
"Бедность не порок".
Неизвестно, сколько по времени
продлится заседание. Поэтому актеры
загримировались и подготовились
к спектаклю.
-Ну, начинайте.
-Прошу вас, вот сюда.
-Здравствуйте!
-Товарищи, на повестке
нашего собрания персональное дело
комсомолки Лактионовой.
Формулировка проста:
связь с врагом народа
Антоном Евграфовым,
бывшим секретарем
Центрального комитета ВКП (б).
А ты, Лактионова, выйди на сцену.
-А пусть сначала
Лактионова нам расскажет
о своей преступной связи
с Евграфовым.
Лактионова!
Говорить будете?
-Ну все, они ее сейчас сожрут
и не подавятся.
-У Антона Григорьевича была связь
не со мной, а со всем театром.
-Что?
-Насколько я помню,
он посещал наши комсомольские
собрания и общался с актерами.
И с вами он подолгу разговаривал,
товарищ Седельников,
как с секретарем парткома театра.
-Маскировался.
-Вы мне эту демагогию,
Лактионова, прекратите.
А что касается товарища Седельникова,
да, он, может быть,
потерял бдительность, но здесь,
в театре, на рабочем месте.
А вы, Лактионова, общались
с врагом народа Евграфовым
регулярно вне театра.
-Много лет, между прочим.
А может, у тебя были иные отношения
с любовником твоей матери,
врагом народа Евграфовым?
-Ну и гадина же ты, Зинка!
-Аграновская!
-Товарищи, это неправда!
Нет у Гали никакой связи
с врагами народа!
-Аграновская, тебе здесь не театр!
-Тише!
-То есть не базар.
-Так дело не пойдет.
Из-за своей хитрости,
Лактионова, вы заставляете нас
для выявления истинного
положения дела
обратиться в органы.
Интересно будет,
как вы тогда запоете.
-Голосуем за исключение Лактионовой
из рядов Ленинского комсомола.
Кто за?
-Товарищи! Вы куда, товарищи?
Там же...
-А мы ненадолго.
-Товарищи, я, конечно,
извиняюсь, но спектакль...
-Смотри, сколько у них наград.
-Товарищи, спектакль
начнется через два часа.
-Ничего, мы подождем.
-Пожалуйста.
-Благодарю.
-Товарищи, вы меня не так поняли.
У нас здесь комсомольское собрание.
-Так мы коммунисты, мы ведь тоже
недавно были комсомольцами.
И в театр нас пригласила комсомолка,
наша подруга Галина Лактионова,
замечательная актриса,
любимица всего советского народа.
-А мы уже и заканчиваем.
А тебе повнимательнее надо быть,
Лактионова,
и к товарищам,
и к товарищеской критике надо быть.
-Предлагаю поставить
товарищу Лактионовой на вид.
Кто за?
Большинством голосов.
-Товарищи, спасибо.
Собрание окончено,
готовимся к спектаклю.
-Пойдем.
Пойдем-пойдем!
-Это вам.
-Ой, красота какая!
-У меня есть одно важное дело,
но я скоро вернусь. Обещаю.
-Да!
-У меня спектакль через час.
-Успеем.
-Это что, ваша?
-Наша.
Подарок испанского правительства.
-За бои?
Прям карета.
Лошадей только не хватает.
-Лошадей как раз таки хватает,
а козел - это американский
горный олень.
-А я в костюме.
-Ничего страшного.
-А мы куда?
-Толя!
-А здесь недалеко.
-А куда мы все-таки едем?
-В ЗАГС.
-На Гнездниковский?
-Да. Он ближе всего.
-Куда?!
-Здравствуйте!
-Вы к нам?
-У нас беда. Спасайте.
Очень мало времени.
Нам еще невесту в театр везти
и в командировку лететь.
Давайте решать.
-Нужен свидетель.
-Я свидетель.
-А со стороны невесты?
-Тоже есть.
Скоро вернусь.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Не волнуйтесь, не растает!
Все расходы беру на себя.
Главное, чтобы шасси не отлетели.
Давайте, открывайте!
Открывайте! Крутой вираж!
-Осторожно!
-Есть, есть свидетель. Ну как?
-Здрасте!
-Тоже полярник.
-Точно. Проходите, вставайте.
Ага, вот, подходите сюда. Так.
Ну, хорош!
Ну что, все в сборе? Начинаем!
-Дорогие товарищи...
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Митя, что же ты молчишь?
Ты рассердился на меня?
Я ведь говорю тебе, что шучу.
-Все, пропал спектакль.
-Ах, Любовь Гордеевна...
-Ну какая гордость теперь,
Митенька? До гордости ли теперь?
Ты, Митенька, не сердись на меня,
не помни слов моих прежних.
Не шутки с тобой шутить,
а приласкать бы мне тебя,
бедного, надо было.
А ну как тятенька не захочет
нашего счастья?
-Да что загадывать вперед?
Теперь как Бог даст.
Не знаю, как тебе,
а мне без тебя жизнь не жизнь.
-Идет кто-то.
Ступай, голубчик.
Я после буду.
-Ну что?
Все на них смотрят?
-Да.
-Ты что тут делаешь?
Матушка там с ног сбилась,
тебя ищет,
а ты тут по темноте бродишь.
ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА
-Немедленно уходите отсюда.
-Что случилось?
-Посмотрите.
Они не спектакль смотрят.
Они смотрят только на вас.
-Мать моя!
-Валер, какой спектакль!
Мороз по коже!
Как она играла!
-Ну, в театре меня,
конечно, не оставили.
Отправляют в какой-то
новый гастрольный.
Я, конечно, тебе очень благодарна
за самопожертвование
и за помощь этого летчика.
-Это не самопожертвование, мама.
И это не просто летчик.
Это мой муж... Анатолий Ковров.
Мы поженились сегодня.
-А когда же познакомились?
-Вчера.
-И где же он, твой муж?
-У него срочная командировка,
он же военный.
-Хм...
Нашла себе мужа?
Скажи еще, что ты его любишь.
-Люблю, мама.
-Знаменитого летчика,
Героя Советского Союза?
-А почему нельзя любить
знаменитого летчика,
Героя Советского Союза?
Может, еще нельзя любить человека,
у которого красивый автомобиль?
Ну а если б у него был велосипед?
Я что, не могу любить велосипедиста,
потому что у меня нет велосипеда?
Мама, знаешь, на что это похоже?
На то, что было до революции.
Когда крестьянка не могла
полюбить дворянина и наоборот.
-А если его постигнет судьба
Антона Григорьевича?
Ты об этом не думала?
-Не постигнет.
Его любит и ценит товарищ Сталин.
-А!
-А!
-Так ты уже взрослая,
знаешь, как жить, как любить,
мать тебе не нужна.
Ну все, живи как хочешь.
И где хочешь.
-Мне что, съезжать?
Ты выгоняешь меня?
-Да нет.
Съезжать - это мне. Театр, говорят,
восемь месяцев в году на гастролях,
первые - в Ленинграде.
Завтра ехать.
-Здравия желаю!
Как мне найти гримерную
Галины Ковровой?
-У нас такой артистки в театре нет.
А когда это она у нас
замуж успела выйти?
-Я уж думал, ты в театре
останешься ночевать.
А... это тебе.
-Спасибо.
А что дальше?
-Поедем знакомиться к твоей маме,
пока меня опять
в командировку не отправили.
-Только она в Ленинграде,
на гастролях.
-Тогда поедем в Ленинград.
Как раз на "Красную стрелу" успеваем.
Садись.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Что случилось?
Я тебя чем-то обидел?
-Нет.
Мне страшно.
Я боюсь, что это все
вдруг закончится.
-Почему?
-Потому что так не бывает.
-Бывает.
И только так и будет.
-Мне такое счастье не по заслугам.
Мне надо с мамой поговорить.
И ты не сердись,
я поеду в Ленинград одна.
Я все равно должна тебе это сказать.
Я уже была однажды замужем.
Я привела его домой и сказала маме:
"Мама, это мой муж".
А через неделю мы расстались,
даже не расписались.
Понимаешь?
-Понимаю.
Как вас зовут?
-Начальник поезда,
интендант третьего ранга Никифоров.
-Товарищ Никифоров,
довезите мою жену
в целости и сохранности. Хорошо?
СВИСТОК
-Не сомневайтесь, товарищ Ковров.
Прошу.
ГУДОК ПАРОВОЗА
ПРИГЛУШЕННО: Я тоже тебя люблю!
-Здравия желаю!
-ЗдорОво!
-А зачем так рано?
-Поэкспериментирую.
Скоро рассветет, появятся ориентиры.
Заправил?
-Так точно, товарищ полковник.
-Спасибо.
-А полетное задание, товарищ Ковров?
-Вот мое полетное задание.
СТАРТ ДВИГАТЕЛЯ САМОЛЕТА
ВЫСОКОПАРНАЯ МУЗЫКА
-Не напираем, товарищи!
-Я не расслышал, что ты сказала.
Это тебе.
-Я тебя люблю.
-Что ж ты все время плачешь?
Люди подумают, что я тебя обижаю.
-Как красиво!
Даже роскошно.
Что это?
-Это артишоки.
-А...
-У нас собственная оранжерея
на крыше произрастает.
Приятного вам аппетита.
-Как их есть?
-Обычно их едят вилкой и ножом.
Но испанцы их едят руками.
ИСПАНСКАЯ ГИТАРНАЯ МУЗЫКА
Попробуешь?
Ну как?
СТУК В ДВЕРЬ
Да кто там?!
-Товарищ Ковров, выйдите,
пожалуйста. Вам срочный пакет.
-Не ходи.
-Ты что?
-Дежурный по комендатуре
майор Кузнецов.
Спасибо, вы свободны.
-Слушай, майор,
а нельзя до завтра подождать?
Я сегодня женился.
-Приказано вас доставить немедленно.
Машина ждет внизу.
-Отовсюду сорвут.
Я скоро буду.
Полковник Ковров прибыл
согласно предписанию.
-Начальник гарнизонной гауптвахты
полковник Платонов.
Товарищ полковник, сдайте
личное оружие, портупею,
головной убор и наручные часы.
-А часы зачем?
Думаете, я на ремешке повешусь?
-Так полагается, товарищ полковник.
-Я понял.
Мне позвонить нужно.
Жена волнуется, не знает, где я.
-Мы сообщим.
ЛЕГКАЯ МУЗЫКА
-Здравствуйте!
-Здравствуйте!
А что Коврова я не вижу?
-Расхватывают.
Вчера последний продала.
Если хотите, вот Костецкий остался.
-Спасибо.
-Девушка!
-А?
-Есть Ковров.
В "Огоньке".
Статья про него.
Красивый такой!
Брать будете?
-Да.
-50 копеек.
-Угу.
-Спасибо.
-Спасибо.
-Ой... Ах!
Ой...
-Все-таки хорошее лицо.
Сильный.
Он в Москве?
-Нет, здесь, в Ленинграде.
Приехал с тобой знакомиться.
-А почему же не пришел?
-Его вызвали куда-то опять.
Мам, я правда его люблю.
-Помнится, один раз уже было такое.
-Нет, не было.
Такое, как сейчас, -
это на всю жизнь.
Мам...
Я тебя обидела чем-то?
Мам!
-Нет, что ты, доченька?
Я просто...
Я просто счастлива.
За тебя счастлива.
Прости меня, ради бога...
за то, что так мало внимания
и времени тебе уделяла.
Обижала.
За Антона Григорьевича прости.
-Ну...
-Тш-тш-тш!
Зато какая ты у меня теперь стала!
-Какая?
-Как звездочка. Звезда!
-Ну, мама! Мам...
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло! Толя?
-Здравствуйте, Галина Васильевна!
Вас не было в номере.
Я думаю, вы хорошо провели время
в нашем городе.
-Кто это говорит?
-Начальник гарнизонной гауптвахты
полковник Платонов.
Полковник Ковров за самовольный полет
подвергся дисциплинарному аресту...
-Как - аресту?
-...по приказу командующего ВВС,
командарма Ларионова,
к которому вы имеете право обратиться
за объяснениями.
В моей же компетенции
только известить вас о том,
что ваш муж жив и здоров.
-Как я могу позвонить Ларионову?
-Это тоже не в моей компетенции.
Единственное, что я могу вам
посоветовать, Галина Васильевна, -
это обратиться к командующему лично.
Всего доброго!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Товарищ Костецкий,
дайте мне, Христа ради,
записку в вашу поликлинику,
к зубнику мне надо.
-Поликлиника для членов
Верховного Совета и членов их семей.
-Извелась я вся, третий день уже...
-Иди в районную поликлинику.
Умоляю, иди!
-Товарищ Костецкий...
-Здравствуй!
-Здравствуй! Вот так сюрприз!
Проходи.
Случилось что?
-Да, случилось.
-Так, проходи.
-Товарищ Костецкий,
уж как я извелась!
-Это ты меня уже извела!
-Товарищ Костецкий!
-Присаживайся.
Да что ты!..
-Вы не можете со мной так поступить.
-Секунду.
Исчезни.
-Ага.
-Толю арестовали.
-Так... Где он?
-В Ленинградской комендатуре.
Вообще, я не знаю.
-Товарищ Ковров,
вам надлежит немедленно прибыть
на аэродром для последующего вылета
в Москву.
Предписание в конверте. Машина ждет.
-С ума сойти,
я двое суток здесь проваландался!
Ну и где теперь ее искать,
скажи на милость?
-Кого, товарищ полковник?
-Жену мою.
ШУМ ДВИГАТЕЛЕЙ
Товарищ комбриг, полковник Ковров
в ваше распоряжение прибыл.
-На предполетный инструктаж
даю вам один час.
Представители конструкторского бюро
и летной испытательной службы
ждут вас. Вопросы есть?
-Никак нет.
-Выполнять!
-Есть!
-Здравствуй!
-ЗдорОво!
-Почему грустный такой?
-Есть причины.
-Понимаю.
-Да, конечно, понимаешь.
Стой! А ты что здесь делаешь?
-Я?
-Ты. Это не твой аэродром.
-Да?
-Он меня сюда привез.
-Почему сразу не сказал?
-Потому что много всего
рассказывать.
-Не понял. Ты о чем?
-О том, как мы с комбригом тебя
с гауптвахты вытаскивали. Рассказать?
Что это за медовый месяц за решеткой,
правильно? Ладно, отдыхайте.
Только вы это...
Не вздумайте целоваться,
а то подумают, летчик с техником.
-Спасибо.
-Ты прости меня.
Как-то неловко все вышло.
-Я была у мамы, ты ей понравился
по фотографии из журнала "Огонек".
И мама нас благословила.
-Галя, я люблю тебя.
-Я тебя тоже люблю.
-Товарищ Ковров!
-Погоди!
А тебе идет.
-Да?
Толь, а когда я буду знакомиться
с твоими родителями?
-А я тебе разве не говорил?
Я сирота.
СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА
ЭНЕРГИЧНАЯ МУЗЫКА
-Толя!
-Вот так и началась
их семейная жизнь.
-Добро пожаловать!
Совет да любовь вам,
детишек хороших много.
Меня зовут Татьяна Тимофеевна.
Прошу вас.
-Спасибо. Свободен.
-Это гостиная комната.
ВМЕСТЕ: А вы с нами будете жить?
-Я - с квартирой.
-Здравствуйте!
Извините за опоздание
и позвольте представиться.
Комендант этого дома Семенюк.
-До свидания.
-Горячее на плите.
-А ключи от часов на камине.
БОЙ ЧАСОВ
-Во как советское правительство
заботится о своих летчиках.
-Да уж...
Только как же тут жить?
-Привыкнем.
В любом случае надо начинать.
-Что начинать?
-Привыкать.
ИЗОБРАЖАЕТ РАБОТАЮЩИЙ ДВИГАТЕЛЬ
Летчик Галина Коврова, от винта!
К взлету готова?
-Готова.
-Взлетаем!
Высота - 200!
Скорость растет!
Как самочувствие?
-Отличное!
Есть вираж!
Я потерялась!
-Ты знаешь,
а я уже начинаю привыкать!
-Я тоже!
-Заходим на посадку!
-Есть на посадку!
-Видимость - 300!
Включить реверс тяги!
-Есть реверс тяги! А что это такое?
-Это чтобы приземлиться.
-А мы в театре
"Дворянское гнездо" ставить будем.
Я буду играть главную роль -
Лизу Калитину.
-"Дворянское гнездо" - это что,
про диверсантов?
-Про каких диверсантов?
Тогда еще не было диверсантов.
Это ж Тургенев.
Ты что, Тургенева не читал?
Да?
-Нет, не читал.
У нас в школе
вообще литературы не было.
-Как так?
-Директор сказал,
что буржуазную литературу
нам незачем читать
как классово чуждую.
А новую, советскую, еще не написали.
-Сейчас.
-Нет!
-Да. Толя!
-Куда? Куда?
-Толя!
Я точно взяла.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Бу!
-Пакет для товарища Коврова
от Совета народных комиссаров СССР.
-Благодарю.
-На аэродром?
-Не-а. Лучше.
Приглашение на правительственный
прием по случаю празднования
Дня Воздушного флота СССР.
-Коврова Г.В.
Страшно.
-А ты не бойся.
-Берите бокалы.
-Слава великому Сталину!
-Да здравствует Коммунистическая
партия большевиков!
Да здравствует вечно живое учение
Маркса-Ленина!
ЗВОН БОКАЛОВ
-Товарищ Ковров, вас приглашает
подойти товарищ Сталин.
С супругой, товарищем Ковровой.
-Здравия желаю, товарищ Сталин!
-А вы что ж, товарищ Ковров,
самолет с таксомотором перепутали?
-Виноват, товарищ Сталин.
-Вы знаете, как народ называет
моих летчиков?
Сталинские соколы!
А почему сокол высоко летает, а?
Потому что в гнезде у него
все в порядке.
СМЕЮТСЯ
Ну что ж...
С праздником поздравил, со свадьбой,
подарок дал.
Почему не благодаришь?
Мм?
-Товарищ Сталин говорит о квартире.
-Спасибо, Иосиф Виссарионович,
я не знала, что это вы.
-Я, конечно. А кто же еще?
Только кажется мне, что эта квартира
великовата для полковника.
-Так точно, товарищ Сталин,
великовата.
-Для полковника великовата.
А для комбрига...
Как думаешь, Клим?
-В самый раз, думаю.
-Придется тебе еще один ромб
в петлицу дать.
-Служу трудовому народу!
-Спасибо!
Спасибо, Иосиф Виссарионович!
Не за ромб, не за квартиру -
за вашу великую заботу.
-Я тоже так хочу.
-А тебе за что, а?
Ну, за гнездо я спокоен.
-Ты знаешь, я ведь уже целовалась
с товарищем Сталиным.
-Когда?
-Когда была пионеркой, вручала ему
цветы на трибуне мавзолея.
И он меня поцеловал. Усы у него
такие же колючие, как и тогда были,
и пахнут тем же табаком.
-А чего ему не напомнила?
-Ты что! Я чуть с ума
со страху не сошла.
Вот как он тебя с таксомотором...
-А тебя - с гнездом.
-Ну признайся,
что испугался, трус. Признайся.
-Это я испугался?
-Да.
-Вот ни чуточки я не испугался.
Ты глупенькая, ну разве можно
бояться любимого отца?
РАДОСТНАЯ МУЗЫКА
-Сокол ты мой!
-Кто это?
-Это мои тетушки.
Подъем!
-Галечка!..
Нас что-то разморило,
тебя ожидаючи. Здрасте!
-Что случилось?
-Так мы...
-С Клавдией мы рассорились.
Она нам от дома отказала.
-Она ведь все время в разъездах.
-Да. А возвращается не одна.
Иван Николаевич его зовут,
он замдиректора с их театра.
Муж он ей, не муж -
она нам ничего не говорит.
-Ну мы и поставили
вопрос ребром. Она...
Вот.
-Мы к тебе.
-Почему здесь ждете, а не в квартире?
-Так женщина строгая ваша не пустила.
Ну, она очень правильная женщина.
-Конечно.
-Заходите. Вещи оставьте, я занесу.
-Ага.
Ух ты!
Дворец.
Ах! Храм божий.
Царские палаты.
Это же сколько здесь комнат?
-А у вас что, своей жилплощади нет?
-Нету. Ничего нету,
даже угла за занавеской.
-А общежитие?
-Так Наталью из техникума отчислили.
-Да.
-Что будем делать, товарищ комбриг?
-Пусть живут.
Потом что-нибудь придумаем.
-Значит так. Слушайте меня.
Жить будете в гостевой комнате.
Вот она.
В остальные комнаты носы не совать.
С соседскими домработницами
лясы не точить во дворе. Столоваться
будете за наш счет на кухне.
-Угу.
-Вы, Татьяна Тимофеевна,
проследите за ними. Все понятно?
-Понятно, Галечка, понятно все.
-Обувь.
-Я только начала привыкать к счастью.
-Галь!
-Мм?
-Подумаешь, две лишние вороны
в гнезде.
В дворянском.
ХИХИКАЕТ
ДЖАЗОВАЯ МЕЛОДИЯ
-Женечка, дождитесь меня.
Я надеюсь, это ненадолго.
-Хорошо, Галина Васильевна.
-Галина Васильевна!
-Доброе утро!
-Галина Васильевна!
Галина Васильевна!..
-Извините, я опаздываю.
-Простите...
-А?
-Я... потерялся.
Не подскажете, где кабинет завлита?
-Лопе де Вега?
-А... что вы имеете в виду?
-Молодой драматург?
Пьесу принесли?
-Да.
-Бесполезно.
-Почему?
-У театра сейчас курс на классику.
Островский, Тургенев, Ростан.
У вас ведь пьеса на современную тему?
-Да.
-Заводы, мартены, прокатные станы...
-Пьеса про любовь.
-Ну если про любовь...
тогда попробуйте.
Завлит этажом выше и направо.
На двери будет написано.
-О! Галина Васильевна! А это ничего,
что мы вас здесь ждем 20 минут?!
-Извините, Михаил Георгиевич.
Простите, товарищи.
Там у Никитских Ворот
движение перекрыто.
Какие-то учения по гражданской
обороне или пожар, я не поняла.
-У вас каждый день,
Галина Васильевна,
то пожар, то наводнение.
-Ну я же извинилась,
Михаил Георгиевич.
-Хорошо.
То есть хорошего здесь мало.
ШЕПОТОМ: Смотри.
-Театр начинается с вешалки,
а заканчивается
исчезновением дисциплины.
Товарищи!
-Цвета, цвета.
-Мы приступаем к работе
над инсценировкой романа
Ивана Сергеевича Тургенева
"Дворянское гнездо".
Я слушаю вас, Галина Васильевна.
-А кто автор инсценировки?
-Автор инсценировки я.
-Спасибо.
-Ну что ж, давайте приступим
к распределению ролей.
Лемм Христофор Федорович -
заслуженный артист республики
Сидельников Григорий Лукич.
Паншин Владимир - Андрей Панкратов.
Лиза Калитина -
Коврова Галина Васильевна.
Федор Лаврецкий - Александр Русаков.
-Поздравляю!
Твоя первая главная роль.
-Я вас внимательно слушаю,
Галина Васильевна.
-Русаков - актер слабый.
Он не сможет сыграть эту роль.
А значит, спектакль с его участием
заранее обречен на провал.
Мне совершенно непонятны мотивы,
по которым вы, Михаил Георгиевич,
режиссер опытный и талантливый,
назначили на эту роль Русакова.
Но в любом случае
я в этом спектакле играть не буду.
-Перерыв.
Артистам объявляется перерыв.
А вы, Галина Васильевна,
зайдите ко мне в кабинет.
Знаете что, Галина Васильевна...
Вы очень талантливая актриса.
Безусловный лидер нашего театра.
Больше трети женских ролей...
-Не мучайтесь, Михаил Георгиевич.
Я не буду играть с Русаковым.
Вы это знали. Зачем назначили?
-Ну, потому что пока я
здесь главный режиссер.
-Тем более странно.
Вы, как главный режиссер,
обязаны в первую очередь
заботиться о репутации театра.
И дело не в наших с ним
личных прошлых отношениях.
Поверьте, если бы я придавала им
какое-то значение,
он бы здесь не работал.
-Ну... Галина Васильевна, а вы
знаете, что это не очень благородно
с вашей стороны - пользоваться
в личных целях авторитетом
и известностью вашего мужа?
-А это здесь при чем?
Я и до замужества играла
главные роли в театре, снималась
в кино, и меня знает вся страна.
Так что авторитет моего мужа
здесь ни при чем.
А вы, Михаил Георгиевич,
если вам нужен чей-либо авторитет,
разведитесь с вашей женой и женитесь
на Героях Советского Союза:
летчицах Валентины Гризодубовой
или Марине Расковой.
Могу познакомить.


Серия 3

-Ты когда успел?
-Жизнь, брат Галина, невероятно
разнообразна и прекрасна!
А ты, кроме театра и кино,
ничего не видишь!
-А дай... дай я поведу.
Недолго. Пожалуйста.
-Ну, я не знаю.
-Ну недолго.
Дай я поведу.
-Да все, хорошо.
Зажигание.
Не спеши.
Теперь плавно отпускай сцепление
и прибавляй газу.
Молодец.
Смелее.
-Ура!
А почему у меня не получается
так быстро, как у тебя?
-Не все секреты сразу.
-Толя!
-Так, а сейчас давай поменяемся,
потому что мы уже опаздываем.
-Хитрый ты, Ковров!
Хитрый и коварный!
И что ты сделал?
Не дал чайке полетать.
-Знаешь, как умею?
-А-а-а!
-Михаил Георгиевич, здравствуйте!
Пока занят.
Как всегда?
-Михаил Георгиевич,
вот мне совершенно все равно,
что этот Русаков, что этот...
-Корзун.
Секретарь комсомольской организации.
-Тем более.
Значит, засиделся парень
на общественной работе.
А вот с Ковровой, если она
в таком перевозбужденном состоянии,
я бы ссориться не стал,
потому что величины несопоставимые.
Что тебе дался так этот Русаков?
Он же для Ковровой
как красная тряпка для быка.
-Он шантажирует меня.
-А что, есть причина?
-Ты же прекрасно знаешь, что у меня
двоюродный брат в Америке живет.
-Ну? И все?
-Он говорит, что я веду с ним
антисоветскую переписку.
-Ну, какую вы там переписку ведете
с вашим братом, об этом знают те,
кому по долгу службы надо это знать.
И поверь мне, если бы было что-то
не так, то не сидел бы ты здесь,
народный артист, орденоносец,
в этом кресле.
А сидел бы ты далеко-далеко.
И это в лучшем случае,
если бы только сидел.
Но вы вдвоем, конечно, молодцы.
Один - мелкий кляузник,
второй - трус.
-Под твою ответственность.
-Да я-то отвечу.
Русаков?
-Первая тройка, вторая тройка,
следуем друг за другом,
перестраиваемся в карусель
и после этого начинаем
штурмовку цели. Все ясно?
ХОРОМ: Так точно!
-Приступить к выполнению!
ХОРОМ: Есть!
-Держим круг!
Ниже, ниже заходим на штурмовку!
Продолжаем маневрирование!
-А что это за побегушки?
-Побегушки?
Каждый воздушный бой мы сначала
проходим на земле ногами,
чтоб потом в небе не разлетаться,
как стая грачей, в разные стороны.
-Ой, ты обиделся?
Ты первый раз обиделся.
Прости меня. Прости, пожалуйста.
Я больше ни слова тебе не скажу
об авиации. Ни словечка.
-Пойдем.
-Куда?
-Пойдем-пойдем.
-Это Гризодубова и Раскова?
-Да, они.
Примеряй обновку.
-Обновка для медведя.
-Надевай.
Правую ногу сюда.
-Прямо в самолет?
-Левую ногу сюда.
-Ага.
Анатолий, а что происходит?
-Очки поправь.
-Мы что, действительно полетим?
РОМАНТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Мне не нравится.
Мне страшно!
-А ты не бойся!
-Толя!
ТЯЖЕЛОЕ ДЫХАНИЕ
-Толя!
-Куда полетим?
-Толик, но мне очень страшно!
ТОРЖЕСТВЕННАЯ МУЗЫКА
-Посмотри!
-Не буду!
-Посмотри, это Кремль!
-Это Кремль!
ВИЗЖИТ
-О! Смотри!
-Ага.
-Ничего себе! Это кто?
-Либо Ковров, либо Костецкий.
Я думаю, Ковров. Костецкий -
он все же поспокойнее летает.
-А там мой театр! Давай туда!
Эй вы, актеришки, режиссеришки!
-Вон он!
-Рожденный ползать летать не может!
Я чайка!
КРИЧИТ
-Ну что, где настоящая жизнь?
-Может, настоящая жизнь там,
но жить я буду здесь.
-Сочувствую.
И готов составить компанию.
-Какую компанию?
-В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты, право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
-И вы считаете это нормальным,
что практически весь репертуар театра
сверстан под одну актрису -
подругу врага народа Евграфова?
-Товарищ Русаков!
-Из театра ушла
вся современная драматургия. Ее,
видите ли, не удовлетворяет качество
современных пьес. Вы понимаете?
Ее наша советская драматургия
не удовлетворяет.
-Это ужасно.
-Да.
-Я считаю, что это просто...
вредительство.
-Так надо же что-то делать.
Проявите партийную принципиальность.
Вы начальник управления театров.
Я просто актер.
-Ты не просто актер.
Ты высокосознательный актер.
Присаживайся.
И мне, по правде говоря,
это помпадурша вот где.
-Так за чем же дело стало?
-Боязно, Саша.
-Это вы про мужа, что ли, ее?
-Нет.
Муж там...
Муж по другому ведомству проходит.
А вот она...
-Что она?
Чего вы так все ее боитесь?
Я не понимаю.
-Она товарища Сталина
дважды в уста поцеловала.
Дважды!
Вот если бы ты, Сашенька,
поцеловал в уста...
товарища Молотова или, я не знаю,
товарища Калинина...
вот тогда был бы другой разговор.
-Что же делать?
-Сам, голубчик.
Но тихо.
-Ой...
-Женечка, пересядь, пожалуйста.
Я поведу.
Фух! Завожу. Ага...
Сцепление до отказа.
-Угу.
-Передача.
-Неплохо. Если так дальше пойдет,
сами будете ездить.
-Ага.
РЕВ САМОЛЕТНЫХ МОТОРОВ
-Что случилось, Анатолий Иванович?
-В кабине маслом пахнет.
-Сейчас будем смотреть.
-Смотрите.
Иначе весь испытательный цикл
коту под хвост. Все сроки вышли.
-Толя!
-Спасибо.
-Чего мрачный такой?
-Федор!
-Масло травит.
-А чего инженерА говорят?
-Сейчас будут смотреть.
А ты чего без настроения?
-Письма пошли.
-Какие письма?
-Плохие письма, Толя.
Про Галину.
-Говори.
Демьяныч, говори!
-Пишут, что она с Евграфовым
в заговоре состояла
и сожительствовала...
-А ты зачем эти письма читаешь?
-Я обязан.
Как начальник Особого отдела.
-Хорошо, по-другому спрошу.
Тебе нравится их читать?
-Нет, не нравится. Я обязан.
-Ничего ты не обязан.
И гадости про людей читать
тебя никто обязать не мог. А если ты
у нас по печатному слову соскучился,
возьми Тургенева "Дворянское гнездо"
и почитай. Читал?
-Не читал.
-А мне про мою жену
больше ничего не говори.
Ни хорошего, ни плохого.
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Ты пришел!
Так тихо...
Что с тобой?
-Все хорошо. Просто устал.
НЕЖНАЯ МЕЛОДИЯ
А у нас есть водка?
-Должна быть. Сейчас принесу.
НАРАСТАЕТ ТРЕВОГА В МУЗЫКЕ
-А ты чего ищешь?
-Водка здесь была.
-Галочка, случилось что?
-Толя попросил. Устал после работы.
-А ты это... посмотри
там в шкафчике, в глубине.
-Стой!
-Что?
-Клади. Вот.
Ну, так положено.
-Я беременна.
У нас будет ребенок.
-Не может быть!
Девочка или мальчик?
-Ты дикий, что ли?
-Почему?
-Только через 9 месяцев узнаем.
-Пойдем-пойдем.
-Ничего не слышу.
-А что ты хочешь услышать?
"Здравствуй, папа"?
-Погоди. Дай еще послушаю.
-Ты лучше меня послушай.
Почему именно ты испытываешь
новые самолеты? Ведь есть много
хороших молодых летчиков.
-А почему все главные роли в театре
ты играешь? Ведь есть много
хороших молодых талантливых актрис.
-Я не все главные роли играю.
Меня на все просто не хватило бы.
-Так и я не все самолеты испытываю.
Только истребители.
-А я все равно напишу
твоему начальству.
Потому что ты будущий отец.
И должен больше времени проводить
с матерью своего ребенка.
-Напиши.
-А я напишу.
-Напиши.
-А я напишу.
-Родишь сына - подарю машину.
-Дашь чайке лететь?
-Все выше, и выше, и выше.
УСМЕШКА
-Хватит.
-А что это такое?
-Премьера.
-Много работы сегодня? Успеешь?
-Прилечу! Прилечу!
-Толя!
ОПТИМИСТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Товарищи, полет откладывается.
Полетела тяга газа. Уже меняется.
-Так, мне в шесть, край в полседьмого
нужно быть в Москве.
У жены премьера в театре.
-Успеем.
-Ты куда?
-Пойду пока. Пройдусь.
-Прием! Как слышите? Прием!
ТРЕВОЖНЫЙ АККОРД
-Товарищ Ковров,
самолет к вылету готов.
МРАЧНЫЙ АККОРД
Что с вами, товарищ Ковров?
-Ничего.
ОПТИМИСТИЧНАЯ МУЗЫКА
ЛЕГКАЯ МУЗЫКА В СТИЛЕ ДЖАЗ
-Товарищ Костецкий!
Валерий Александрович! Букет второй!
-Благодарю.
Простите.
ВОСТОРЖЕННЫЕ КРИКИ
Благодарю. Благодарю. Спасибо.
Я прошу прощения.
Очень опаздываю. Благодарю.
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Что это?
-Народу тьма! На люстрах висят!
-Шаль?..
-Здесь. Не волнуйтесь,
готово у меня все.
-Есть причина волноваться.
-Один раз было.
Вы меня всю жизнь
будете попрекать этим?
И начальство инвентаризацию склада
устроило в день спектакля.
-Пришел?
-Нет. Костецкий сидит, Толи нет.
-Где же он?
-Галина Васильевна, ваш выход.
-Да-да-да.
СПОКОЙНАЯ МЕЛОДИЯ НА ПИАНИНО
ОТКРЫЛАСЬ ДВЕРЬ
-Товарищ майор...
ШЕПЧЕТ
-Спасибо.
ТРЕВОЖНАЯ НОТА
Свободны.
-Христофор Федорович, простите меня,
я виновата перед вами.
Я показала Владимиру Николаевичу
вашу кантату.
Я была уверена, что он ее оценит.
И она ему точно понравилась.
-Ничего-ничего. Вы добрая девушка.
А вот... кто-то к вам идет.
Прощайте.
Шаль. Шаль дай. Дай сюда!
-Что с ней?
-Даром что восемь лет минуло
с тех пор, как я видел вас
в последний раз. Я Лаврецкий.
Матушка ваша дома? Можно ее видеть?
ТРЕВОЖНЫЙ ШЕПОТ
Матушка ваша дома? Можно ее видеть?
-Что случилось? Почему вы все
на меня так смотрите?
-Толя погиб.
-Ты с ума сошел?
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Вы меня не узнаете?
-Что я должна говорить?
-Вас, кажется, Елизавета зовут?
-Что я должна говорить?
СУЕТЛИВАЯ ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Галя, ты должна сказать "да".
-Что я должна говорить?
-Галя, скажи "да".
Просто "да".
-Что я должна говорить?
Кто-нибудь может мне сказать?
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
Что я должна говорить?
Скажите мне, что я должна говорить?!
Что я?..
ЗАЛ: Ах!
-Галя!..
-Закрывай! Занавес закрывай!
Геннадий Андреевич, воды скорее!
Я говорю, занавес!
-Ворошилов плакал, Каганович плакал.
-А товарищ Сталин?
-Товарищ Сталин урну нес.
С мавзолея до Кремлевской стены.
-Плакал?
-Не знаю, не видела я. Далеко стояла.
-А Галина Васильевна плакала?
-Галька-то? Нет, не плакала.
Она с самого детства у нас такая:
все в себе, все в себе.
-Ну чего?
-Опять отказалась.
-Что ж такое-то?
Который день не ест, не пьет.
-Валер, надо отдать сейчас.
-Тась, давай не сегодня.
-Сегодня. Я ее знаю.
Потом ей будет только больнее.
-Давай сюда. Ага, спасибо.
-Забери.
-Нет, Галь, ты чего?
Это твоя машина.
-Поэтому я и отдаю ее тебе.
Чтоб другим не досталась.
-Галь...
-Пожалуйста.
-Никита, техник, рассказал, что Толя
перед вылетом какое-то письмо читал.
-Какое письмо?
-Никто не знает. Он его порвал.
И когда начали искать
и опрашивать тех, кто был рядом...
Никита про это письмо и вспомнил.
Бросились искать, но куда там.
Ветер все разнес.
Он потому и вспомнил про это письмо,
что его Толино лицо поразило.
-А какое у него было лицо?
-Страшное.
Никита так и сказал: страшное.
-А самолет?
-Развалился в воздухе. Флаттер.
Толя превысил максимальную скорость.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Как же мы тут без вас справимся?
-Не пропадете.
Я подневольный человек.
Куда прикажут, туда иду.
Значит так, эти скатерти
хранятся вот в этом шкафу.
Это тарелки вашего сервиза...
ГОЛОСА РАСТВОРЯЮТСЯ В МУЗЫКЕ
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
СТУК В ДВЕРЬ
Галина Васильевна, к вам.
-Я не принимаю.
-Я сказала. А он говорит, задание.
-Какое задание? Зачем?
-Я не знаю.
-Здравствуйте, Галина Васильевна!
Мы однажды с вами встречались
в театре. Я драматург.
Вы еще подсказали мне,
где кабинет завлита.
-Лопе де Вега.
Что, приняли у вас пьесу?
-Нет.
-Кто бы сомневался.
А сейчас зачем пришли?
-Я прошу прощения,
что беспокою в такое для вас время.
У меня задание от редакции
"Советской культуры"
взять у вас интервью.
Я говорил им, что нужно подождать.
Но они сказали, что читатель
ждет разговора с вами о вашем муже,
товарище Коврове.
У меня письмо
от главного редактора к вам.
Я пойду. Простите.
-Я... Я дам вам интервью.
Не сейчас, позже.
-Спасибо.
Еще понадобится ваша фотография.
Ну, какая вам самой нравится.
-Угу. Да, идите.
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-Демьяныч, тут Галина Васильевна
хотела с тобой поговорить.
-Здравствуйте!
-Я вас слушаю, Галина Васильевна.
-Я о том письме.
Его ведь кто-то написал.
-Пойдем.
Вы говорите о письме, которое
товарищ Ковров читал перед вылетом?
-Угу.
Возможно, это то же письмо,
что было у него в машине,
когда Толя выезжал на аэродром.
Он еще помахал мне этим письмом.
И Валера рассказал, что Толя
перед вылетом читал какое-то письмо.
-Никому об этом не говорите.
Разберемся. До свидания.
-Поехали.
Поехали-поехали.
Галя...
-Галька, приезжай скорее.
У нас в театре такое творится!
-Замена исполнительницы главной роли
всегда событие из ряда вон выходящее,
тем более что эта замена связана
с известным трагическим событием
в жизни Галины Васильевны,
да и всей страны,
безвременной кончиной
Героя Советского Союза
комбрига товарища Коврова,
светлую память которого
я прошу почтить минутой молчания.
Прошу садиться.
Думаю, мы не вправе беспокоить
Галину Васильевну
в столь тяжелое для нее время,
поэтому о новом распределении ролей
вам доложит главный режиссер театра
товарищ Арсеньев. Прошу вас.
-Лиза Калитина...
Любовь Андреева.
Лаврецкий...
Александр Русаков.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, Галина Васильевна!
Мы только что почтили светлую память
вашего мужа минутой молчания.
-А Русаков чего стоит?
До сих пор чтит светлую память?
-Зачем вы так, Галина Васильевна?
Мы искренне соболезнуем вашему горю.
-Я верю.
Поэтому и пришла снять
тяжелый камень с вашей души.
Я не смогу больше играть роль Лизы
в "Дворянском гнезде",
а также участвовать в Островском.
Поэтому с переходом, так сказать,
в иное актерское качество
предлагаю руководству театра
и так вовремя оказавшемуся здесь
начальнику главного управления
рассмотреть возможность постановки
пьесы Эдмона Ростана
"Сирано де Бержерак", где я
рассчитываю сыграть роль Роксаны.
К репетиции могу приступить
ровно через два месяца.
-Галина Васильевна, как же можно?
В приказном порядке...
Может быть, мы обсудим? Вы куда?!
-Рожать!
-Перерыв!
-Галька, тебе не о Роксане
сейчас нужно думать, а о ребенке.
И волноваться
ни в коем случае нельзя.
-Знаешь, Таська, после смерти Толи
я перестала волноваться
по таким пустякам.
-Разве это пустяк?
Ты знаешь, какая за ними сила?
-Конечно, пустяк.
И нет за ними никакой силы. Они
только паразитируют на нашем страхе,
вот и все. А мне Толя, знаешь,
после себя такую броню оставил,
что я теперь ничегошеньки не боюсь.
-Броня - это друзья его?
-Друзья тоже помогают, конечно.
Но когда я говорю о броне,
я имею в виду совсем другое.
-Пойдем.
-Понимаешь, каждый человек хотя бы
раз в жизни должен подняться в небо
и посмотреть на все это сверху вниз.
С Ковровым я взлетела,
поэтому я ничего не боюсь.
А ты как? Как у тебя с Костецким?
-Никак. По ресторанам ходим
да на машине катаемся.
-Хочешь, я с ним поговорю?
-Нет. Пусть сам.
Ладно, я побегу, а то заметят,
что я слишком часто выхожу.
СИГНАЛ МАШИНЫ
-Галь!
-А?
-Галина Васильевна!
Я искренне сочувствую тебе. Правда.
Прости меня, ради бога.
Я очень переживаю.
Прости меня за все.
-А за что я должна тебя простить?
В том, что я была дура,
твоей вины нет.
-Есть за что.
Прости...
-Умываешь руки...
-Не понял намека.
-Совестно как-то.
Как будто мы сами виноваты
в этой смерти.
-Опять не понял.
-Даже не в этом дело.
Я про Коврову. Какая смелость,
сила, горечь! Мудрость какая -
сродни древнегреческой трагедии!
Эсхил!
-Ты о чем?
-Я про то, что и как она говорила.
В первую очередь как!
-Где ты его прячешь все время?
-Кого?
-Сам знаешь, коньяк.
-Я ведь эту силу в ней
еще в девчонке почувствовал.
Эту особенность человеческую.
Не ищи, Коля,
все равно ничего не найдешь.
И еще я тебе скажу...
я ухожу с поста главного режиссера.
Потому что по масштабу человеческому,
по совестливости
Коврова куда выше и мощнее,
нежели я, а главный режиссер
не может быть мельче артиста.
Так в театре не бывает.
-Очень странно.
-А чего тебе странно?
-Странно, ты еще ничего не выпил,
а уже такие глупости говоришь.
Миша, если Коврова так для тебя
высока, как ты утверждаешь,
есть два пути: или ты подтягиваешься
до ее уровня силы, смелости...
или опускаешь ее до своего уровня.
Будете ныть вместе,
коньяк попивать
в минуты жизни трудные.
-Тебе, Коль, хорошо.
Ты там, наверху, на палубе.
А я здесь, в самом трюме.
-А вот только не думай,
что ты один такой тут несчастный.
Я во МХАТ сейчас еду
Степанову с Тарасовой разводить.
Тоже уровни!
И ничего, что-то главный режиссер
у них в полном порядке.
И спектакли продолжает ставить вовсю,
и заявлений об уходе
писать не собирается. Вдова,
Михаил Георгиевич, не жена. Отнюдь.
О-о, все, бегу.
Итак, возобновляете с новым составом
"Дворянское гнездо".
Ковровой там с ее животом,
как она сама утверждает,
действительно делать нечего,
а то еще родит на сцене -
вот аттракцион-то будет.
И к концу сезона две пьесы минимум
на современном материале!
Никаких ни Сирано, ни де Бержераков.
Жму руку.
-Здравствуйте, Кирилл Сергеевич!
Это Галина Коврова.
Вы хотели взять у меня интервью.
ТРЕВОЖНАЯ НОТА
Да, помню. Я дам вам
мою самую любимую фотографию.
Только обязательно верните.
А вы можете подъехать прямо сейчас?
Спасибо, жду.
-Доброе утро!
-Доброе утро!
Приказы, сметы, материалы к заседанию
Совнаркома, свежие газеты.
-Чаю с лимончиком сделай.
-Конечно.
ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА
-Что-что-что?..
Срочно соедините с Арсеньевым.
-Угу. А... Позвонить в театр?
-Людмила Кузьминична, где вы
видели главного режиссера театра,
который приходит на работу
в 9 часов утра? Домой звоните! Домой!
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Папа! Телефон!
-Да слышу я.
Арсеньев у телефона.
-Доброе утро!
Кононыхин на проводе.
-Узнал.
-Сегодняшние газеты читал?
-Нет еще.
-Прочти...
-Сейчас, подожди минуту.
-..."Советскую культуру".
Да ладно, дольше искать будешь.
Давай быстрей прочту.
Так, слушай... "Мои творческие планы
связаны с ролями Роксаны
в "Сирано де Бержераке" и Ларисы
в "Бесприданнице" Островского.
Эти роли привлекают меня..."
Ее, Коврову то бишь, понимаешь, да?
"...Не только своим содержанием,
но и тем, что мне многое
нужно в себе преодолеть,
многое найти, чтобы расширить
свой творческий диапазон.
Никогда в жизни не забуду
исторический для меня день,
когда вся наша страна,
весь советский народ радостно
отмечали праздник воздушного флота.
В тот день я удостоилась огромной
чести - видеть товарища Сталина..."
-Это никакая не новость,
мы это знали.
-Дай я дочитаю до конца!
Терпение имей немножко хотя бы, ну!
"Иосиф Виссарионович
поздоровался с нами.
Я была необычайно взволнована
вниманием вождя ко мне
и дала торжественное обещание
хорошо работать
на своем небольшом участке в театре.
И обещание, данное вождю, я выполню".
Она родила?
-Нет. Вроде... Вроде еще не родила.
-Очень хорошо.
Сообщи ей, что через месяц
вы приступаете к репетициям
"Сирано де Бержерака".
Письменный приказ об этом
придет в театр сегодня.
-Вот с*** беспринципная!
-Ты чего, папа? Кто?
-Муссолини, сынок.
Что в Эфиопии вытворяет, фашист!
-"-За столько лет ты был
единственным, кто знал его, поэт...
-Да-да, Роксана, да...
-И вот теперь зашла его звезда...
Прошу, Сирано, не уходи!..
Он умер...
Сердце в доблестной груди
и ум возвышенный...
Не правда ли,
душа его была нежна и хороша?
-Все прах теперь. Роксана, он убит.
И лучше б мне...
Ох!
Ма... Мамочки!..
СВЕТЛАЯ МУЗЫКА
Ох! Ох! Тетя!.. Тетя Наташа!
Теть Надь!
Началось!
-Что такое? Галя!
-Доктору звони!
Галя! Началось!
Дыши. Ты дыши.


Серия 4

ДЕТСКИЙ ПЛАЧ
-Ой, доченька.
Ой, давай.
-Поздравляю!
-Галя!
-Здравствуйте! Можно?
-Да.
-Ну, здравствуй!
-Держи.
-Поздравляю!
-Спасибо.
-Галька, вылитый ты!
-Так вылитый Толя!
Внимательно посмотри!
-Глаза Галины! А вот нос...
-Глаза поменяют цвет еще двести раз.
Чего ты споришь?
Вот губы, может быть. Да?
Поехали, красавец.
Девчата, спасибо!
Полетели, мой ястреб!
-Ты нашла кормилицу?
-Нет, я и не искала.
-Почему?
-Ты должна кормить ребенка сама.
-Я не буду кормить.
-Как это не будешь? Ты же мать.
-Ты тоже мать, но меня ты не кормила.
-Это было другое время.
Мне дали место в Москве,
я не могла быть с тобой.
-Так. Ага. Ну что ты, красавец.
-Доченька, у тебя все есть:
место в театре, дом.
Ты должна кормить ребенка сама.
Галя!
-Открой.
-Галя!
РАСКАТЫ ГРОМА
-Галя, ну не берет он эту соску,
ну не берет.
-Попробуйте еще раз.
Может быть, молоко остыло.
-Мы греем по градуснику,
как положено.
-Галька, не кури.
Молоко горьким будет.
-Я не буду кормить ребенка.
Я не хочу,
чтобы у меня грудь до пупа отвисла.
Я актриса.
-Овчарка ты, а не актриса.
-Галька...
Когда кормит мать, так лучше.
-Не надо меня трогать!
Давай, иди сюда.
РЕБЕНОК ХНЫЧЕТ
Тише-тише-тише...
Тише-тише...
Ты мой хороший... Ну ты чего?
Маленький...
Т-ш-ш...
Толя, Толя, Толечка...
РЕБЕНОК УСПОКАИВАЕТСЯ
От винта!
ИМИТИРУЕТ ЗВУК РАБОТАЮЩЕГО САМОЛЕТА
РЕБЕНОК ГУЛИТ
Товарищ комбриг, полет нормальный.
ИМИТИРУЕТ ЗВУК РАБОТАЮЩЕГО САМОЛЕТА
РЕБЕНОК НАЧИНАЕТ ПЛАКАТЬ
Сейчас, мой маленький.
Что случилось?
-Это... В общем,
Демьяныч тебе все расскажет.
Ты не волнуйся, ничего страшного
не случилось. Это так, информация.
Пойдем?
-Угу.
-Галина Васильевна, прошу.
Значит, так...
-Это что такое?
-Особый отдел, все под протокол.
-Вы что, будете все записывать?
Я люблю таких мужчин, как Демьяныч.
-Это не пиши.
Значит, так...
Галина Васильевна...
Обнаружили мы его,
который письмо написал.
-И кто он?
-Актер Русаков.
-Кто?
-Русаков Александр,
актер вашего театра.
-А что он написал?
-Вам лучше этого не знать.
-Что он написал?
-Да гадости он написал!
Поэтому у Толи в полете
было только одно желание -
размазать этого мерзавца по стенке.
-Спасибо.
-Что с ним теперь будет?
-Что суд даст, то и будет.
Он военного летчика убил.
-Зачем он это сделал?
Извините.
Это я виновата.
Это все из-за меня.
-Так, Галина, глупости не говори.
-А с Русаковым что будет?
Его расстреляют?
Я не хочу, чтобы его убивали.
Я не хочу, чтобы у меня на душе
был еще и этот груз.
-Я попробую поговорить с кем надо.
-Обещаешь?
-Обещаю.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Нравится?
Это ж вы.
-Нет.
-Здравствуйте!
Здравствуйте, Галина!
Галина Васильевна... Познакомьтесь:
это Кирилл Сергеевич Туманов,
автор новой, очень интересной пьесы,
где заглавная женская роль
написана специально для вас.
-Мы знакомы с Кириллом Сергеевичем.
О чем пьеса?
-Это драма.
История любви девушки
и парня из небольшого городка,
который... становится летчиком
и уходит на фронт...
в Испанию.
-Галина Васильевна, я бы хотел дать
необходимые пояснения,
перед тем как вы начнете читать.
Неудобно задерживать
Михаила Георгиевича.
Может быть, мы могли бы найти
какое-нибудь другое место
для разговора? Если, конечно,
у вас сейчас есть время.
-У меня есть время.
-А потом меня корреспондентом
отправили на Хасан.
Японские солдаты -
настоящие фанатики.
Они, когда сдаются,
руки поднимают, наши подходят,
а те взрывают гранаты вместе с собой.
Много наших солдат так погибло.
-И вы сами это видели?
-Довелось.
-Ответьте мне на один вопрос.
Почему вы хотите,
чтобы именно я играла
главную роль в вашей пьесе?
-Потому что я люблю вас.
-Ну, знаете...
Я считала вас серьезным человеком.
-Я могу гораздо больше.
Я в прекрасной актерской форме.
И вообще, это просто...
-Плохая пьеса.
Я в ней играть не буду.
ХЛОПАЕТ ДВЕРЬ
-Какая наглость!
Что она вообще себе позволяет?
Михаил Георгиевич, у нас в театре
много молодых актрис,
достойных внимания.
-Кирилл, ты пьян?
-Я сначала расстроился,
а потом на этом фоне немножко выпил.
-А почему ты расстроился?
-Потому что пьесу не приняли.
-Папа!
У тебя голова болит?
-Так, марш спать!
А почему пьесу не приняли?
-Ну, это вопрос,
на который следует получить ответ.
Почему?..
-Кирилл, ты куда в таком состоянии?
Я тебя не пущу.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Почему вы отказались играть
в моей пьесе?
Она что, правда такая плохая?
Мне стыдно,
что я вот так ввалился к вам.
Извините, но я все равно не уйду,
пока вы не ответите.
Потому что для меня
это вопрос жизни и смерти.
-Хорошая пьеса. Нормальная.
-Так почему?
-Потому что я не та женщина,
которая сможет ответить
вашему чувству только потому,
что вы написали
и посвятили ей пьесу.
Вам, как драматургу, следовало бы
понимать, что это оскорбительно.
А теперь идите спать.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
С АКЦЕНТОМ: Идет большая война.
-Если вы что-нибудь знаете о нем...
скажите мне.
-Не знаю.
Но я верю, все будет хорошо.
И вы верьте.
Жена солдата должна верить.
Иначе нам жить нельзя.
-Браво!
ЗАЛ: Браво!
-Автора на сцену!
-Автора!
-Автора!
ЗАЛ: Браво!
-Тост! За жизнь!
-Галина Васильевна,
простите меня.
Мне тут заказ поступил от "Детгиза".
-На детскую пьесу?
-Нет, на книгу об Анатолии Коврове.
-Пишите.
-Ну, может, есть его архив:
записи, письма?
-Есть кое-что.
-А сами вы архив разбирали?
-Нет, я не могу, мне тяжело.
-Товарищи, давайте танцевать!
СТРЕМИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Нет, нет, нет! Дайте я
для начала кое-что скажу. Галя!
Мне очень понравилась пьеса,
написанная товарищем Тумановым,
и спектакль в режиссуре
нашего Михаила Георгиевича,
и твое, Галя,
исполнение главной роли.
Это я тебе говорю
прямо как подруга по театру.
А к товарищу драматургу
у меня просьба.
-Зинка!
Просто подойди и сама попроси.
Давай, иди-иди.
-Разрешите пригласить вас на танец?
-Пожалуйста.
Только я очень плохо танцую.
-Ничего страшного.
-Простите, я предупреждал.
-Ничего страшного.
Вы ее любите?
Любите.
Вы хороший, но вы ей не нужны.
-Почему вы так решили?
-Потому что ей нужен принц.
Ковров, да, тот был принц.
Вы хороший, деликатный,
такой талантливый, но вы не принц.
-А что ж такое, по-вашему, принц?
-Принц...
Ну, это Герой Советского Союза
во всех областях:
в небе, на войне, в любви.
-И в театре?
-Конечно. Герой Советского Союза
по театру. Почему нет?
Напишите для меня роль.
Я актриса хорошая. Просто меня
тут затирают. Понимаете?
Я из простой рабочей семьи,
а пролетариев нынче не любят.
-Ну почему же?
Я тоже из простой рабочей семьи.
Хорошо, я попробую
что-нибудь для вас написать.
-А можно что-нибудь героическое
и чтобы в конце я погибала
от рук врагов?
-Хорошо, погибнете.
-Внимание! Товарищи, внимание!
МУЗЫКА СТИХЛА
А сейчас стихи!
Про смерть.
-Ой!
-Мои.
-Нет! Только не это!
Я умоляю!
-Это трагедия жизни!
-Я прошу вас, никаких стихов!
Кто принес этот чертов стул?!
Сергей Сергеевич, умоляю, фокстрот!
-Это же прекрасно!
-Михаил Георгиевич!
ШЕПЧЕТ
-Товарищи! Минутку внимания!
У меня есть важное объявление.
Наш спектакль выдвинули
на Сталинскую премию!
Ура, товарищи!
-Молодцы!
-Я же тебе говорил!
-Да, да.
РАДОСТНЫЕ КРИКИ
-А надо выпить тогда.
Я предлагаю тост!
Тост!
-Всех... Я... Нет, пожалуйста...
-Поздравляю вас.
-Спасибо.
-Вы так мне и не сказали,
что думаете о пьесе.
-Я в ней сыграла главную роль.
Вам этого мало?
-Мне важно знать,
что вы думаете на самом деле.
-Я думаю...
...что мне надо вами заняться.
Паша! Иди сюда.
ЗАЖИГАТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Потанцуем.
-Товарищ Туманов, не грустите!
-Это вам.
-Спасибо.
У вас есть деньги?
-Да. Получил гонорар за пьесу.
Теперь неслыханно богат.
-Идемте.
Мы с вами в закрытую секцию, так что
особо не распространяйтесь, где были.
-Смотри, Галина Коврова!
-Где? Ах!..
-Здравствуйте, Галина Васильевна!
Пожалуйста.
-Добрый день!
-Галина Васильевна, здравствуйте!
Что я могу вам предложить?
ЗАЖИГАТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Совсем другой человек.
А вот вам мой подарок.
-Благодарю, но я курю папиросы.
-Алексей Толстой курит трубку.
Бернард Шоу курит трубку.
Если хотите стать
знаменитым писателем, курите трубку.
И хорошо одевайтесь.
-Спирт будешь?
-Давай.
-Ты ее стихами не возьмешь.
Не та женщина.
-Она та женщина.
Я не тот поэт.
-Не соглашусь с тобой.
Галина - женщина-спичка.
Да, горит ярко, быстро.
Во, обжечь может. А согреть?
Согреть не может.
-По-твоему, мне нужна
женщина-керогаз?
-А, ладно! С тобой разговаривать...
-Не могу я без нее.
Или я буду с ней,
тогда все в моей жизни состоится...
-Или?
-Я люблю ее. Понимаешь, люблю.
Или я буду писать для нее.
Поэмы, романы, сценарии,
доклады, доносы!
Все что угодно, чтобы она
стала моей. И так будет, Миша!
Или она будет моей,
или меня не будет вовсе.
НАПРЯЖЕННАЯ НОТА
-Влип ты.
-Что же вы из семьи-то ушли,
Кирилл Сергеевич?
-Потому что дальше
оставаться было нечестно.
Я бы мучил
и жену, и ребенка, и себя.
-А живете где?
-У своего товарища -
газетного фотографа, на Сретенке.
Давайте не будем об этом говорить.
-Ну почему же мы не будем
об этом говорить, Кирилл Сергеевич?
Вы же из-за меня ушли из семьи.
-Да, из-за вас.
-Вот видите.
Вся театральная Москва говорит о том,
что вы ушли из-за меня,
а мы не будем об этом говорить.
Вы понимаете,
что ваш поступок бросил на меня тень?
-Каким образом? Я никогда...
-Очень просто. Хотите, расскажу?
Известная актриса после смерти
своего знаменитого мужа
решила завести себе в одном лице
и перспективного драматурга,
который будет ваять для нее
киносценарии и пьесы, и любовника.
Вот такие мысли у народа.
-Я и представить не мог,
что мой поступок
может быть расценен таким образом.
-Все почему-то
ревнуют меня к Толе,
как будто дали мне его на время.
Взаймы. И что бы я ни делала при нем
успешного или хорошего
все говорили: "Ну это понятно -
она жена Героя Советского Союза".
А если я ошибалась,
кричали: "Как она могла?!
Она ведь жена всенародного любимца!"
После смерти Толи я наивно верила,
что они все успокоятся. Но нет.
Знаете, что они говорят?
"Как она может?
Она ведь вдова
Героя Советского Союза!"
Так что, Кирилл Сергеевич,
очень трудно быть
женой известного человека.
А еще труднее быть его вдовой.
-Что я могу сделать,
чтобы как-то это исправить?
-Пишите.
Пишите. Это единственный способ
заткнуть им рты.
-Ростислав Самуилович, здравствуйте!
-Кирилл Сергеевич!
-Я к вам.
-Какой вдохновленный!
Глаза горят, из ноздрей дым. Никак
новые стихи для деток принесли, а?
-Я, Ростислав Самуилович, получил
согласие вдовы Героя Советского Союза
Коврова на работу с его архивом
для написания книги о нем.
-Ого! Это дело стоящее.
Особенно для воспитания
нашего подрастающего поколения.
А точно есть разрешение?
-Точно.
-Тогда идем.
Подписываем договор, оформляем аванс.
Мы фирма серьезная.
-Спасибо.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Алло!
-Галина Васильевна,
это Кирилл Туманов.
Помните, мы говорили с вами
об архиве вашего мужа?
-Конечно помню.
-А он большой?
-Одна коробка.
-А вы сможете взять эту коробку
с собой? Вы же на машине поедете?
-Захвачу. А к чему такая спешка?
-Издательство торопит.
-Хорошо. До встречи!
-Хорошо.
До свидания!
-Угу.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Слушай, давай, наконец, определяйся.
-С чем?
-Или возвращайся в семью,
или вон женись на Ковровой.
-Я тебе надоел?
-Это не то слово!
Я заснуть не могу! Скажи, пожалуйста,
почему нужно работать именно ночью,
а не днем, как все нормальные люди?
-Потому что поэт днем напитывается,
впечатляется, а ночью записывает.
Все русские поэты писали по ночам.
-И Маяковский.
-Маяковский, Есенин.
Даже Демьян Бедный.
Спи, Мишка, ты мне мешаешь.
-Вот наглость!
Пусти козла в огород!
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Галька! Роскошная машина!
-Да. Толя сказал:
"Родишь сына - подарю машину".
Держал ее в секрете
до его дня рождения.
-А ты куда? Подбросишь домой?
-Прости, на "Мосфильм" опаздываю.
-Новое кино предложили?
-Да сама толком не знаю.
Попросили срочно приехать.
-А замолвишь за меня словечко?
-Обязательно.
-Галина Васильевна!
Позволь, я буду звать тебя Галей, да?
Только ты меня Ваней не называй,
потому что я все-таки
большой начальник.
Тебе положено будет называть меня
Иван Александрович.
Этого товарища ты знаешь.
-Угу.
-Это наш режиссер.
Как собака. Я его боюсь.
-Александр.
-Мефодий, подавай!
Галин, проходи.
Так...
А! Это вот...
Вот Мефодий. Я сейчас просто
начал съемки музыкальной комедии
про жизнь кавказских горцев.
Вот. И... Ну...
Товарищи, за наш
советский кинематограф
и за главного режиссера
наших кинематографических побед,
успехов, за товарища Сталина!
Дай Бог ему сто лет жизни
и чтобы он не болел.
Угу.
Идет война...
большая. Ну, мы их,
конечно, разгромим,
я уверен, на их территории,
в этом нет никаких сомнений,
но готовиться, быть начеку,
как говорится,
держать порох сухим нужно.
И наш советский кинематограф
тоже должен готовиться, чтобы...
Поэтому принято решение
снимать фильм по пьесе товарища...
-Туманова.
-...Туманова.
"Если завтра в поход".
Главную мужскую роль будет играть
молодой артист, он из провинции,
я его нашел. Вот такой, вот такой!
А главная женская...
Галин, ты. Как в театре.
НАСТОЙЧИВО ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Быстро вы!
Трубка уже действует?
-Это не я.
Товарищи из ЦК партии
посмотрели пьесу
и предложили сделать по ней фильм.
-А режиссер этот -
какой-то он...
Присматривается -
как прицеливается.
-Зато он очень талантливый.
Много дельных мыслей предложил
по будущему сценарию.
-Поживем - увидим.
-Так вы согласны?
-Ну как устоишь перед таким напором?
-Галина Васильевна?
-Да?
-Это вам.
-Что это?
-Стихи.
-Ваши?
-Нет, это стихи вашего мужа.
Я обнаружил их в его архиве.
Написано его рукой.
Черновики были все в исправлениях,
многое перечеркнуто.
Было трудно разобрать.
Я переписал начисто.
-Этого не может быть.
Толя не писал стихов.
Он даже письма не любил писать.
-Это его стихи.
Прочтите.
ГРУСТНАЯ МУЗЫКА
-Спасибо. Спасибо.
Что жизнь со мной делает!
Принесите мне все черновики.
Спасибо.
И... вы мне так и не вернули
мою фотографию.
-Виноват. Завтра же все принесу.
ЗЛОВЕЩАЯ МУЗЫКА
Пожар!
Пожар! Скорей на улицу!
Пожар!
-Что? Пожар?
-Пожар! Быстрее!
-Дорогу к колодцам!
-Все сгорело?
Там аппаратура и негативы!
-Миша, я все спас.
И камеру, и негативы, и...
Все здесь.
Даже твое пальто и матрас
успел вынести.
-А что тогда сгорело?
-Комната и мои вещи.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Что с вами?
-Комната, в которой я жил, сгорела.
Ваша фотография и архив тоже сгорели.
Осталось только то, что я переписал.
Простите.
-А куда вы?
-В редакцию. Переночую там.
-Заходите.
-Нет, спасибо.
-Заходите.
"Снежным полюсом, краем света
Два циклона идут подряд.
Два товарища над планетой
Сутки с лишним уже летят".
Вы понимаете, что это значит?
Это значит, что я любила человека,
которого не знала.
Он скрывал это от меня. Почему?
-Я думаю, он стеснялся своих стихов,
как любой поэт-любитель.
Вы известная актриса.
Я, профессиональный писатель,
и то побаиваюсь вашего мнения.
Думаю, ему еще труднее было
признаться вам.
ПЛАЧ РЕБЕНКА
Мне лучше уйти.
-Ну куда вы пойдете в таком виде?
Пейте чай. Я сейчас.
Опять подслушивали?
-Ты же нам ничего не рассказываешь.
-Мы ведь не чужие же люди.
Могли бы тебе и подсказать,
как поступить.
-Ну как? Как мне поступить, а?
-Чем он занимается?
-Пьесы пишет. В газете работает.
-Ага. А положение
есть у него какое-то?
Ну, орденоносец хотя бы?
-Пока ничего нет:
ни ордена, ни положения.
-Тогда пусть завоюет сначала,
а потом клинья подбивает.
Чего сгорело?
Чего сгорело-то у него?
-Комната.
Ты мой хороший!
-В смысле? Что? То есть он
к нам сюда жить пришел?
Час от часу не легче!
-Ему нужно полотенце,
во что-нибудь переодеться
и вещи постирать.
Постели ему в гостиной.
Ты вернешься.
БОЙ КУРАНТОВ
-Переходим к разделу
"Театрально-драматическое искусство".
Для обсуждения предлагается спектакль
Московского драматического театра
"Если завтра в поход".
Комитет предлагает присудить
автору пьесы товарищу Туманову,
режиссеру-постановщику
товарищу Арсеньеву
и исполнительнице главной роли
товарищу Ковровой
Сталинскую премию третьей степени.
Слово предоставляется
председателю секции драматургии
Союза писателей СССР
товарищу Погодину.
-Пьеса товарища Туманова была сразу
рекомендована нами к постановке.
Этот, можно сказать,
ворошиловский выстрел...
-И давно он с ней?
-...Патриотическая тематика
в деле воспитания
нового советского человека.
-А ты этот спектакль смотрел?
-Нет, товарищ Сталин, не успел.
-Кто смотрел этот спектакль?
-Я.
-Начальник
Главного управления театров
товарищ...
-Кононыхин.
-...товарищ Кононыхин.
-Вы выдвигаете на соискание
Сталинской премии спектакль,
который видел... один человек?
Вы предлагаете эту премию
коту в мешке?
Если один человек не видел,
это ошибка.
Два человека не видели - халатность.
А если не видели все, что это?
-Сговор.
Сговор против самого понятия
Сталинской премии.
-Я... готов показать спектакль.
Через час.
ЗЛОВЕЩАЯ МУЗЫКА
-Здесь, в Кремле.
Никогда, товарищ Кононыхин,
не беритесь за невыполнимые сроки.
Я даю вам два часа.
-Мне понадобится помощь.
-Вам помогут.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Товарищ Туманов?
-Нет. Вот он.
-Собираемся! Подъем!
-Я с ним поеду.
Если он виноват, значит, и я виноват.
-Сядьте на место!
-Моя королева, прошу!
-Ну если королева, то неси на руках.
-До свидания, Антонина Васильевна.
-И раз! И два!
-Здравствуйте, товарищи!
-Я готова.
-Ну вот это правильно.
-Это же Галька Коврова
на меня написала, да?
-Идите.
Где товарищ Коврова?
Товарищ Коврова,
быстро собирайтесь!
-Пошел!
-Не трогай!
-Михаил Юрьевич,
я не помню, какие усы.
Вот эти или эти?
-Штаны надень!
Коля! Коленька, что происходит, а?
Я ничего не понимаю.
А почему такая спешка?
-Товарищи, все внимание на меня!
Успокоились. Так надо.
Десять минут на грим и костюм.
После грима и одевания
пятнадцать минут -
и начинаем спектакль.
Выполнять!
-Штаны надень.
Вер, Вера, Вер!..
-Успокойтесь.
Мы занимаемся любимым делом.
-Галя, Тася, не нервничайте.
-Галя...
-М?
-Вот эти? Или вот эти?
-Да вот эти, Леш.
-Да? Спасибо.
-Мне нужны лица. Лица!
-Если вы что-нибудь знаете о нем,
скажите мне.
С АКЦЕНТОМ: Не знаю.
Но я верю, все будет хорошо.
И вы верьте.
Жена солдата должна верить.
Иначе нам жить нельзя.
-Автор здесь?
-Здесь, товарищ Сталин.
Пригласите товарища Туманова.
Товарищ Туманов, проходите сюда.
-А товарища Коврову?
-Сейчас, товарищ Сталин.
-Товарищ Туманов...
У вас в роду армяне были?
-Дед, товарищ Сталин.
Туманян. Врач.
Бабушка - русская.
-Я так и думал.
Спектакль хороший... и нужный.
И вот теперь мы можем говорить
о присуждении автору пьесы,
исполнительнице главной роли
Сталинской премии в области театра...
третьей...
нет, пожалуй, второй степени.
И это будет наш вам...
свадебный подарок.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
А то нехорошо получается.
Вдова Героя Советского Союза Коврова
и тайную любовь крутит.
-Спасибо, товарищ Сталин.
-Ну а теперь - скульптура.
-А вы чего?
-Да вот, собрались.
Мы же здесь не прописаны.
Тебя... допрашивали?
-Сталинскую премию дали.
Правда, второй степени.


Серия 5

УМИРОТВОРЯЮЩАЯ МЕЛОДИЯ
МЕЛОДИЯ УСКОРЯЕТСЯ
МЕЛОДИЯ СТАНОВИТСЯ
ГРОМКОЙ И ДИНАМИЧНОЙ
-Какая жара!
Нет, здесь невозможно жить.
-Здесь не всегда жарко.
Бывает терпимо.
-Нет, здесь не бывает терпимо.
Давай в Москву вернемся?
-Мы здесь всего пять дней.
-Да все равно, мне надоело.
ВЕСЕЛАЯ МЕЛОДИЯ НА ГРАММОФОНЕ
-Ребята, смотрите, самолет!
-Ух ты!
ШУМ ДВИГАТЕЛЯ
-Но ты ведь ездила сюда
отдыхать с Ковровым?
-Ездила.
-С ним было терпимо?
-С ним я была счастлива.
-Товарищ, можно вас?
-Что желаете?
-Можно нам лимонада похолоднее?
-Война, говорят, началась.
-Когда?
-Сегодня рано утром
немцы на нас напали.
Что-нибудь еще?
-Нет, спасибо.
-Ты пойдешь на войну?
-Наверное.
Я же военный корреспондент.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
ГОЛОС ЮРИЯ ЛЕВИТАНА:
-Говорит Москва!
Сегодня
в четыре часа утра
германские регулярные части
атаковали наши границы...
ШУМ ТОЛПЫ, ПЛАЧ
-Ну наконец-то!
Вы что, с ума сошли?
Эшелон уже отходит.
Мы идем? Или вы хотите,
чтобы нас в дезертиры записали?
Слушайте, как вы загорели!
-Завидно?
-Завидно. Простите.
-Ничего. Еще не так загоришь.
-Начальник...
-Пожалуйста.
-Проходите.
А вы куда?
-Это моя жена.
Разрешите проводить до поезда?
-Нет, никак нельзя.
-Это Галина Коврова.
-Я товарища Коврову узнал.
Я в кино хожу, и фильмы
с товарищем Ковровой мне нравятся,
но вы поймите,
приказ есть приказ. Никак нет.
-Черствый вы человек,
товарищ капитан.
-Какой есть.
Проходите, не задерживайте.
-Иди, я сейчас.
-Левой! Левой! Ать-два!
-Береги себя.
-Кирилл!
Ну, Кирилл...
КРИК НА ФОНЕ:
-Я люблю тебя!
-Я вас помню.
Проходите. Проходите!
-Пошли-пошли!
-Эй, Паганини, чо волынишь?
Сыграй что-нибудь.
-Играть команды не было.
-Считай, дана тебе команда.
От меня,
от полковника Заварзина, дана!
-Что играть?
-Бодрое и веселое!
Немца идем бить!
"ПРОЩАНИЕ СЛАВЯНКИ"
-Вот так!
МАРШ СМЕНЯЕТСЯ ПЕЧАЛЬНОЙ МЕЛОДИЕЙ
-Куда вы, товарищ Коврова?
-Пустите меня!
-Нельзя! Не могу!
-Пустите меня, пожалуйста!
-Не положено!
-Пустите меня, пожалуйста!
-Товарищ Коврова! Нельзя туда!
-Пустите!
-Остановитесь!
-Умоляю вас, пустите меня!
Пустите меня!
-Нельзя туда! Да держи же!..
РЫДАЕТ
ПЕЧАЛЬНАЯ МЕЛОДИЯ
-143-й эшелон! По вагонам!
-По вагонам!
-Давай-давай-давай!
-Ящики укладывай!
-Вот сейчас все! Отходим!
Кира!
-Я вернусь.
-Товарищ актриса!
Товарищ Галина Коврова!
Извините...
Я на фронт уезжаю.
Не могли бы что-нибудь
написать на память?
Спасибо! Извините.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Не поднимайся!
-Не увидит.
КЛАКСОН
-Сука! Уходи отсюда, гад!
Уходи, говорю, тварь!
КРИЧИТ ПО-НЕМЕЦКИ
Убью паскуду, понял?! Уходи!
ДАЕТ КОМАНДУ ПО-НЕМЕЦКИ
КРИКИ
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Пить хочется. И есть.
А у кого-нибудь есть еда?
-С-с-сухпаек давно стрескали.
Довольствие, нам сказали,
на месте получим.
-А вам паек на сколько выдавали?
-На три дня.
-А вы его за сколько слопали?
-Сразу. Накажут?
-А то как же.
Расстрелом попахивает.
Война, други мои!
-Оставь их, Миша.
-Детский сад.
Кир, что делать будем?
-Давайте!
-Не знаю. Пойдем за немцами.
Где немцы, там и наши.
-Ага.
-Товарищ старший политрук,
а может, мы наших здесь дождемся?
Вон там слышите канонаду?
Может, наши уже в наступление пошли
и скоро к нам придут, а?
-А может, к колхозникам сбегать, а?
-Не знаю, попробуй.
-Разрешите мне?
-Давайте.
Может, табака у них щепотка найдется.
-Табак добудем,
товарищ старший политрук.
Если у них табак есть, то добудем.
-Пошли уже.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
-Миша, назад!
-Пошла, пошла!
КРИКИ, АВТОМАТНАЯ ОЧЕРЕДЬ
-Наши?
-Наши, конечно, наши. Кто же еще?
-Ну что,
товарищ старший политрук, идем?
-Куда?
-Как - куда? К нашим навстречу.
-Что вы меня-то спрашиваете?
Я не общевойсковой командир
и не могу брать на себя
ответственность за вас
и ваше отделение.
-Все же вы старший по званию!
-Решайте уже что-нибудь!
Сейчас накроет!
-Пошли!
-Бегом-бегом-бегом!
Пошли-пошли-пошли!
ИСТОШНО ВОПИТ
-Что-что?.. Ну?!
-Не-е-ет!..
-Бери! Берите его!..
-Бегом сю... Бегом сюда!
В подмышки давай!
Бегом! Бегом! Беги! Бегом!
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Положите его.
-Похоронить его надо.
-Чем копать?
У них даже лопаток саперных нет.
-Нам сказали, что вместе с оружием
в части дадут.
-Хотя бы ветвями закрыть.
ВЗРЫВЫ НА ФОНЕ
Пошли.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
-Да?
-Повторяю для глухих:
еще раз...
Еще один раз -
и пойдете у меня под триб...
-В настоящий момент мы не знаем,
где находятся наши корреспонденты
Туманов и Могилевский.
Мы также не знаем,
где находятся
еще 17 наших корреспондентов.
-А скажите, у вас много
корреспондентов в газете?
-Достаточно.
Точную цифру назвать не могу:
это закрытая информация.
-"Достаточно"... Достаточно для того,
чтобы газета регулярно выходила
даже без этих 17, о которых
вы упомянули. Плюс мой муж
и Могилевский. Я права?
-Вы неправильно
истолковали мои слова.
-Нет, я правильно истолковала вас.
Вы... богатый человек,
Давид Иосифович.
У вас всего достаточно.
Особенно людей.
-Ну и что с вами прикажете делать?
-У нас редакционное предписание -
быть при штабе
Третьей армии Западного фронта
для освещения событий
на данном участке,
товарищ полковник.
-Да, я прочел.
Не знаю я, товарищ корреспондент,
где сейчас штаб Третьей армии.
Связи у меня нет.
Отправил старшину на мотоцикле.
А когда он эту связь установит,
одному богу известно.
А это кто с вами?
-Прибились по дороге.
Тоже свою часть не нашли.
-"Прибились"...
-Их было четверо,
но один погиб при артобстреле,
пока мы к вам шли.
-Как это у них у всех получается
прибиваться да рассеиваться?
Почему мой полк не рассеивается,
а, наоборот, бьет врага?
Что встали?
Быстро к остальным! Окопы копать!
-Есть! Сержант, за мной!
-Есть!
-Что это?
-Погибшего.
-Себе оставьте, мне ни к чему.
Когда доберетесь до штаба армии,
писарям отдадите.
-Вот, товарищ полковник,
нам нужно как можно скорее
оказаться в штабе армии.
В Москве ждут наших корреспонденций
с фронта.
-И снимков.
Слушайте, распорядитесь
насчет машины.
-Машину вам?
-Ну да, до штаба армии.
-А лопаты в руки не хочешь?
-Я не понимаю, почему вы вдруг стали
разговаривать с ним в таком тоне.
-Сейчас поймете. Шарафутдинов!
-Я.
-Этих гавриков определи окопы копать.
И если откажутся
или плохо копать будут,
расстрелять... как дезертиров.
-Слушаюсь, товарищ полковник.
-Выполнять!
-Я очень извиняюсь...
-Что вы себе позволяете?
Немедленно отмените
ваше распоряжение.
Я лауреат Сталинской премии.
ЕРНИЧАЕТ: Ого... лауреат!
А это хорошо. Кирку - лауреату.
Этому - лопату!
Лауреату - кирку! Выполнять!
-У вас будут неприятности,
товарищ полковник.
-Эй, ты, лауреат!
Запомни! Если выживешь...
неприятности сейчас только у Родины.
Большие неприятности. Война!
Так что копай хорошенько,
чтоб у тебя неприятностей не было.
-Пошли.
-Конечно... полковник этот. Надо
будет, кстати, его фамилию узнать.
Хоть и самодур, но...
Смотри, какое строительство
развернул.
-Подлец твой полковник. И фашист.
Как это возможно, чтобы командиров
Красной армии под угрозой расстрела
заставляли окопы рыть
и при этом даже не кормить?
-Кто арестованные?
-Вон эти.
-Харчи вам.
УСМЕХАЕТСЯ
-Что смешного?
Человека голодного никогда не видел?
-Отставить смех!
Ну, как они тут копают?
-Хорошо копают, товарищ капитан.
По-стахановски.
-Стахановцы?
-Так точно.
-Командир полка вас ждет.
Собрали вещи - и за мной.
-На расстрел?
-На расстрел.
За мной. Не отстаем.
-За самовольное трусливое оставление
своих частей, утерю вверенного оружия
и предательство своих товарищей
по законам военного времени
бывший капитан Лиходеев,
рядовые Паршин и Ерофеев
приговариваются к расстрелу.
Приговор привести в исполнение
немедленно.
Председатель военного трибунала,
полковник Барзин.
Готовьсь! Заряжай!
Цельсь! Пли!
К ноге!
Нале-во!
-А вы говорите, неприятности.
Установлена связь со штабом армии.
Там подтвердили ваши личности
и ваши полномочия.
Можете отправляться в штаб армии.
Все.
-Есть, товарищ полковник.
ПРИБЛИЖАЮЩИЙСЯ ГУЛ САМОЛЕТОВ
-Воздух!
-Воздух!
-Ложись!
СВИСТ СНАРЯДА
-Миша!
Миша!
Миша!
Миша... Цел?
-Передняя линза разбита. Плохо.
Ты не ранен?
-Нет. Знатная была бомбежка, да?
-Изумительно. Просто счастье.
Знаешь, Кир, надоело мне здесь,
домой хочу.
ДОНОСЯТСЯ ВЗРЫВЫ
Опять. Когда ж это закончится?
-Корреспонденты есть?
-Мы здесь.
-Да.
-Где?
-Вон!
-Целы?
-Вроде.
-Полковник распорядился
срочно доставить вас в штаб армии
вместе с ранеными.
Машина готова.
-Мы хотим посмотреть бой.
-Корреспондент,
тебя тяжелораненые ждут.
-Не поняли приказа?
За мной, товарищи корреспонденты.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Здравствуй, доченька!
-Проходите.
-Ты моя хорошая!
Ну и, учитывая прошлые заслуги
Ивана Николаевича,
его умелое управление
новым гастрольным,
вот его назначили замдиректора
Свердловского драматического театра.
И мне повезло... как супруге.
Взяли в труппу театра.
-Вы поженились?
Ты мне не писала об этом.
-Ну, ты тоже всегда меня ставила
перед фактом.
Я понимаю тебя, девочка моя.
Конечно, тебе не до того.
Давно от Кирилла не было известий?
-Как уехал.
-Иван Николаевич, ну что вы молчите?
-У меня был аналогичный случай.
-Вот.
-В 1919 году. Самое смешное...
на станции Жмеринка.
Ну... приезжали. Бьют.
Ну так, что... Как знаете... Помните?
Махновцы - налево.
Застава - направо.
Или как? Застава - налево.
Но... Ну, выбрались.
Да, конечно... Там штыками,
гранатами... Все бывает. Да...
ПЕРЕЗВОН ЧАСОВ
-Нам пора.
Ивану Николаевичу на поезд.
А я потом приеду.
Иди. Там шляпа.
Там же... портфель.
Ну ты... держись.
-Угу.
-Не раскисай,
все же будет хорошо.
-Я не сомневаюсь, мама.
-Прав капитан. Нельзя было
говорить "посмотреть бой".
Мы тем самым ставим себя
в позицию равнодушных наблюдателей.
-Нужно было сказать:
"Разрешите погибнуть в бою".
Вот тогда бы он точно нас оставил.
-Со Сталинской премией стыдно.
Люди делают тяжелое, кровавое дело.
Тут являются два столичных фендрика.
Требуют машину
и особого к себе отношения. Стыдно.
-Вот что я тебе скажу.
Если этот полковник и дальше будет
в таком ритме продолжать
свое тяжелое, кровавое дело,
то у нас через месяц
в действующей армии
командиров не останется.
СТОНЫ
Да сделай ты что-нибудь!
Помоги, ну! Страдают же!
-Да не могу я им ничем помочь!
У меня, кроме бинтов, ничего нет.
Помочь им могут
только в медсанбате.
-А далеко еще?
-Да нет.
Сейчас деревня будет.
Там штаб и полевой госпиталь.
СВИСТ СНАРЯДОВ ВДАЛЕКЕ
-Потерпи, потерпи, потерпи... Давай.
-Что случилось-то?
-Что-то живот прихватило.
Можно по нужде,
товарищ старший политрук?
-Идите.
Быстрее!
-Может, в деревне баня есть?
А, санинструктор?
Есть в деревне баня?
-Может, и есть. Деревня же.
Куда он запропастился?
Вы не знаете, как шофера зовут?
-Нет.
-Шофер! Шофер, давай назад!
Давай назад, под трибунал пойдешь!
СИГНАЛИТ
-Оставь. Не вернется он.
-Почему?
-Убежал.
-Товарищ фотограф,
а вы машину водить умеете?
-Я - нет.
-А вы?
-И я - нет.
-В деревню надо идти за подмогой.
Четверо еще дышат,
а эти уже все.
-Я схожу.
-Я с тобой.
-Товарищ старший политрук,
пускай товарищ фотограф
со мной останется, а?
А то страшно ведь.
-Останься.
-Уверен?
-Да.
СТОНЫ РАНЕНЫХ
ПРИГЛУШЕННЫЙ СМЕХ И НЕМЕЦКАЯ РЕЧЬ
ЛАЙ СОБАК
НЕМЕЦКАЯ РЕЧЬ
В деревне немцы.
ХНЫЧЕТ
-Окружили все-таки. То-то я думаю -
навстречу никто не едет.
Товарищ старший политрук,
что будем делать-то?
-Уходить надо.
-Будем ждать.
-Чего? Чего мы будем ждать?
-Они все равно умрут.
-Когда умрут, тогда и пойдем.
Вы можете идти.
Отпускаю как старший по званию.
-Прощайте. Если что,
я старший сержант медслужбы
Никифор Потапов.
Товарищ старший политрук,
а ваша как фамилия?
-Туманов.
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Займись.
Вижу, недолго пришлось покататься.
Распишитесь вот тут.
-Недолго.
-Что поделаешь, приказ Совнаркома.
Машина нужнее фронту.
ПолУчите обратно после войны.
Если уцелеет, конечно.
-Грузим.
-Гражданка, начальник патруля
лейтенант Салимянов.
Документы предъявите.
Куда направляетесь?
-На работу.
-Где работаете?
-В театре, там написано.
-А почему противогаза нет?
-Как раз за ним и иду.
-Счастливого пути.
-Галина Васильевна!
Заберите, пожалуйста, наконец,
свой противогаз. Он в профкоме.
И в отделе кадров получите
карточки на октябрь -
вашу, две иждивенческих и детскую.
Так, и обязательно получите
эвакуационное предписание
для вас и членов вашей семьи.
Но это уже в дирекции.
С вами, кажется, все. Господи...
Один переезд хуже трех пожаров.
Туда везем, туда!
-Слышала? Меня не берут.
-Почему?
-Не представляю такой ценности,
как некоторые.
Эвакуируют же самое ценное.
Ну да ладно, как-нибудь проживу.
А вот вы... для кого там
классику играть собрались,
а, Галина Васильевна?
Для дехкан?
Или для змей со скорпионами?
-Знаешь, почему тебя
не берут в эвакуацию?
За ядовитость.
И так без тебя скорпионов много.
-Галя! Ты с нами?
-А...
-Нам через три дня уезжать.
Эвакталон получила?
-Я не поеду, Тася.
-Как - не поедешь?
-Толика я с мамой в Свердловск
отправлю, а сама останусь в Москве.
Буду Кирилла ждать.
-Немцев ты дождешься, а не его.
Немцы через неделю Москву возьмут.
-Ты ума лишилась?
Ты что такое говоришь?
-Все об этом говорят.
Сталин и правительство
давно из Москвы уехали
по подземному тоннелю.
Генералы все уехали, политбюро.
А Кремль, Большой театр
и канал Москвы заминировали.
Немцы войдут, город взорвут,
все затопит.
Галька, люди говорят, что немцы
евреев и коммунистов сразу же вешают.
-Я не член партии.
-У тебя муж покойный -
Герой Советского Союза.
У тебя Сталинская премия.
А про встречи со Сталиным ты забыла?
-Ты-то что с ума сходишь? Мужа -
Героя Советского Союза у тебя нет,
Сталинской премии тоже нет.
Тебе-то чего бояться?
-А то, что у меня мужа -
Героя Советского Союза нет,
это да, ты права. Почему - знаешь?
-Я виновата?
-Ты!
Когда Анатолий погиб,
Костецкий все случая ждал.
Не решался тебе предложение сделать.
Ты об этом не знала?
-Нет.
-Ну конечно. Так я тебе и поверила.
Все вокруг это видели,
одна ты как будто
ничего не замечала.
Ты знаешь, что он мне так и сказал?
"Ты прости меня, Таська, но я люблю
только одну женщину - Галину".
Тебя он любит.
А если бы я вышла за него замуж,
у меня были бы и Сталинская премия,
и звания, и главные роли.
А ты пожадничала.
Тебе надо два летчика,
два Героя Советского Союза.
Но это вроде как неприлично,
поэтому ты так его, на веревочке
рядом с собой подержала.
Ни себе ни людям.
Потом нашла себе писателя, лауреата.
Но ничего, жизнь все поправит.
Собственно, уже.
-Знаешь, что я скажу тебе, Таська?
Фигу под нос твои немцы получат,
а не Москву. А в том, что меня мужики
любят, моей вины нет. Не я их ищу.
-Конечно. Конечно.
Наговорила...
А чего наговорила, сама не поняла.
Это все от страха, Галь.
Ты не сердишься на меня?
-Ну, Тась...
Замуж тебе надо, а то ты так
действительно с ума сойдешь.
-Я не могу, не получается.
-Руку давай.
-Тетя Наташа!
Тетя Наташа, а вы куда?
-Галечка, нас мобилизовали.
Мы противотанковые рвы
едем копать в Химки.
-Как - мобилизовали?
Это какая-то ошибка. Слезайте!
-Дамочка, не командуйте тут!
Никуда они не слезут!
И вообще, отойдите от машины,
пришибет ненароком. Все?
-Все.
-Трогай!
-А Толя с кем?
-С Клавдией он. С Клавдией!
ВМЕСТЕ: ...Крутится-вертится
над головой...
-О, мама. Мамочка пришла.
Толечка, смотри, мама.
Сестер видела?
-Да.
Ты все собрал?
-А мы уже почти все собрали,
да, Толя?
Вот, Толя, вот зачем тебе раз, два,
три, четыре, пять, семь самолетов?
-Да, вот и я ему говорила,
зачем ему столько самолетов.
О Туманове есть новости?
-Нет, никаких.
Вот это зачем?
-Я, кстати, хотела спросить тебя.
Когда ты уезжаешь с театром?
-Я остаюсь.
-Что?
-Я остаюсь.
-Как - остаешься?
Галь! Галь, ты что? А как же Толя?
Ты хочешь нам с Иваном Николаевичем
поручить заботу о нем?
-Мам, это ненадолго.
Как только получится, я...
я сразу же его заберу.
-Спасибо тебе, доченька.
Что ты намереваешься
делать здесь, в Москве?
Театры эвакуируются,
киностудия уже уехала,
ресторанов нет.
В Кремле тоже приемов нет. Некому.
Правительство даже уехало.
Что ты будешь здесь делать?
-Я буду ждать Кирилла.
-Понятно.
-Мама, мама...
ПЕЧАЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Давай.
-Проходим.
-Чемодан.
-Да-да.
-Так, раз, два, три. Вы отъезжаете?
-Нет, это я отъезжаю.
-Там игрушки сына.
-По одному месту на человека.
-Но как?
-Там игрушки...
-Одно место на человека!
Отойдите в сторону.
-Там сына игрушки.
-Но там ведь игрушки.
-Отойдите в сторону, я сказал!
-Иди, иди.
-Сейчас.
-Следующий!
-Я следующая.
РЕБЕНОК ПЛАЧЕТ
-Подержи.
-Иди сюда.
-Подержи.
-Малыш, иди.
-Вот, забирай.
Вот... самолет.
Толенька, ты же большой мальчик.
Ты должен понимать,
что сейчас идет война и надо уехать.
Всем приказано уехать из Москвы.
-Галя! Галя, пора.
-Мам!
-Ну все, Галя.
-Я приеду к тебе. Ты слышишь?
-Галя! Все-все-все.
-Мам!
-Все, Галя! Все!
-Самолет! Самолет!
-Мама!
-Мам! Прости меня, пожалуйста!
Прости за все!
-Не задерживайте!
-Доченька...
Приезжай скорее, пожалуйста.
Приезжай скорее, как только
ты разберешься с ним и с собой.
Приезжай!
Ты моя доченька!
-Мама!
-Иди сюда.
-Идите! Чемодан!
-Проходите, не задерживайте.
-Да.
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
Мам!
Мама!
СИГНАЛ ВОЗДУШНОЙ ТРЕВОГИ
ПРИГЛУШЕННЫЕ РАЗГОВОРЫ
-Галечка, моя дорогая!
Сто лет вас не видела. Как вы?
-Любовь Ивановна!..
-Когда уезжаете? И куда?
-А я остаюсь.
-Простите, я могу попросить вас
не курить?
-Это почему я не должна курить?
-А потому что я не переношу
табачного дыма.
-А я не выношу
плохо воспитанных стариков.
Немедленно уезжайте.
Ваш театр уже эвакуировали?
-Да, в Алма-Ату.
-Ну вот.
А то поехали с нами в Ташкент.
Вас, моя дорогая, направят,
куда вы захотите. Вы же Коврова.
-Я не могу уехать. Я мужа жду.
-А, ваш драматург. А где он?
-На фронте.
Корреспондент "Красной звезды".
С июля нет о нем никаких вестей.
-Простите, я не знала.
ВЗРЫВ
Я вам помогу.
-Как?
-Мы поедем к медиуму.
-К кому?
-К Самаре. Это ясновидящая.
К ней сейчас пол-Москвы в очереди.
Поедете?
-Да, я поеду.
ЗВОНИТ ТЕЛЕФОН
Да?
Спускаюсь.
ИНФОРМАТОР: Угроза
воздушного нападения миновала.
Отбой!
-Это вам, почитайте.
Очень любопытно и очень современно.
Вы не представляете, с каким трудом
мы достали эту книгу.
Читали?
-Нет.
-А вы почитайте, там тоже
патриотизм-патриотизм.
А барышень, дочерей помещика,
крестьяне в свои телеги не брали.
Барышни на коленях умоляли,
не хотели под французов попасть,
но они не брали.
Им забавно было видеть,
как барышни на коленях стоят.
-Спасибо, Любовь Ивановна.
Я даже не знаю, как вас благодарить.
-Я понимаю, вы думаете,
чего это вдруг? Живем в одном доме,
только здороваемся.
Встречаемся в основном на приемах.
И вдруг такая расположенность.
Вообще, актрисы не дружат.
Тем более актрисы такого уровня,
как мы с вами. Но дело в том,
моя дорогая, что сейчас нам нужно
держаться друг друга, иначе съедят,
слопают без остатка. Все, что раньше
было за музейным стеклом, теперь,
как им кажется, можно потрогать
своими грязными лапами.
А можно и поломать, если захочется.
Это наша Самарочка.
А это Галина Васильевна.
Ну, я не буду вам мешать.
-Кого хотите искать?
-Мужа.
-Он пропал?
-Да.
-На фронте?
-Да.
-200 рублей.
МИСТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Этот погиб. И давно.
А вот этот жив.
Зачем ты мне принесла вещи
от двух разных людей?
Фаина! Проводи.
-Галя! Галя! Галя!
Галя!
Моя дорогая, как вы?
Может, врача?
-Только не сюда.
-Нет, не надо, спасибо.
Помогите мне выйти.
-Дайте сумку.
Что произошло?
-Она сказала, что это - погибшего.
Это Толин портсигар.
-А Кирилл?
-Кирилл жив.
-Вот как?
А вы знаете, ведь я до конца
не верила в ее дар.


Серия 6

ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Товарищ Коврова? Вам пакет.
Распишитесь.
-Спасибо.
"Главное политическое управление
Р.К.К.А.".
-Галина Васильевна,
рад и горд видеть вас у себя.
Присаживайтесь. Может быть, чаю?
-Нет, спасибо.
-Правильно, нет времени
чаи распивать, война идет.
Присаживайтесь.
Галина Васильевна,
сейчас из артистов, музыкантов,
писателей, артистов балета
формируются фронтовые бригады
для выезда в действующие
запасные части, также в госпиталя.
Но, Галина Васильевна,
вам бригада не нужна.
Вы одна целой бригады стоите.
Поэтому к вам будут прикреплены
два музыканта - и вы будете
выступать с сольными концертами.
На составление репертуара
и репетиции у вас три дня.
У вас ко мне какие-нибудь просьбы,
вопросы есть?
-Нет.
-К Соколовой Любови Ивановне
посылали?
-Посылали.
-И что?
-Дверь не открыла. Сказала,
что так рано никого не принимает.
-Хорошо, отправьте еще одну машину...
-Слушаюсь.
-...скажем, часикам к 12.
Только отправьте кого-нибудь...
-Ну, посолиднее, да?
-Пострашнее.
-Ах, если б только раз
Мне вас еще увидеть,
Ах, если б только раз,
И два, и три.
А вы и не поймете
На быстром самолете,
Как вас ожидала я
До утренней зари.
Летчики-пилоты!
Бомбы-пулеметы!
Вот и улетели в дальний путь.
Вы когда вернетесь?
Я не знаю, скоро ли,
Только возвращайтесь...
-Смирно!
Товарищ командующий!
-Что здесь происходит?
-Так, э-э... концерт.
-Кто разрешил солдатам
покинуть позиции?
-Была телефонограмма
из политотдела армии.
-Я вас предупреждаю
о неполном служебном соответствии.
Немедленно вернуть всех на позиции!
-Так была телефонограмма,
товарищ командующий.
-Вы лично можете остаться
и дослушать концерт.
-Концерт окончен!
По подразделениям!
Тимошкин!
-Да?
-Артистов размести.
-Есть!
-Нехорошо как получилось!
Командующий у нас шуток не любит.
-А кто он?
-Товарищ командующий?
-Ага.
-Генерал-лейтенант
Павловский Константин Георгиевич.
Идемте со мной, я вас размещу.
-Товарищ лейтенант,
а вечером концерт будет?
-Не знаю. Думаю, нет.
Командующий как приезжает,
так обязательно контратаковать...
начинаем. Ну, что я говорил?
Наши начали артподготовку.
Так, это ваше жилище. Пожалуйста.
А вон там
блиндаж товарища Ковровой.
Так сказать, индивидуальный.
Вы располагайтесь пока.
Прошу.
Вот. Располагайтесь.
А в крынке - сюрприз для вас
от нашего командира,
подполковника Грачева.
Отдыхайте.
-Так, руку.
-Ага.
-Аккуратно.
-Ой!
Ага. Спасибо.
-Товарищи, выпьем
за успешную контратаку.
И за войну.
РАСКАТЫ ВЗРЫВОВ
Да-да, за войну.
Потому что если бы не война,
то сидел бы я когда-нибудь
рядом с Галиной Васильевной,
с народной артисткой?
Тимошкин, садись.
Наливай. Давайте.
-Я за войну пить не буду.
-Почему?
Это потому, что вы...
не понимаете...
-Вы давно на войне?
-Я с 23-го числа. Я ж кадровый.
Я майором еще начинал.
-А вы были в Белоруссии?
-А как же!
-У меня муж пропал, корреспондент,
как раз в Белоруссии.
-А как фамилия?
-Туманов. Кирилл Туманов.
-Не слыхал.
Не слыхал.
Если бы слыхал, запомнил бы.
Ну! Играй!
А ты пой.
Ну, раз у нас Павловский концерт
отменил, мы устроим его здесь.
А?
-У меня весь голос в аккордеон ушел.
Не пою. Вот Алик начинал
как мастер художественного свиста.
-Ну... я же...
по-хорошему попросил.
Свисти!
ХУДОЖЕСТВЕННО СВИСТИТ
Галина Васильевна...
-Разрешите?
-А, да, давай, верни.
Давай-давай, свисти.
-Вы не обижайтесь
на подполковника, товарищ Коврова.
Когда он выпьет,
совсем дурной становится.
Я на всякий случай часового поставил.
Мало ли что. Противник рядом.
Спокойной ночи, товарищ Коврова.
-Угу. Спокойной ночи.
-Так точно!
ВЗРЫВЫ ВОКРУГ
МЕТАЛЛИЧЕСКИЙ ЛЯЗГ
-Я сейчас, сейчас...
-Вы что делаете?
-Я быстро. Я быстро.
-Часовой! Часовой!
Часовой! Часовой!
Часовой! Часо...
СДАВЛЕННО КРИЧИТ
ГРОХОТ
ДИКО КРИЧИТ
-Помогите!
-Что случилось?
-Помогите!
-Что случилось?!
-Ракету!
-Что произошло? Что произошло?!
СТОНЕТ
-От своего имени, от имени армии
приношу извинения.
Идите обрабатывайте в другое место.
Увести!
ГАЛИНУ ЗНОБИТ, НЕРВНО ДЫШИТ
Распорядись сделать чай.
Моя машина довезет вас до Москвы.
Еще раз, Галина Васильевна,
простите нас великодушно. Это война.
Она проявляет в человеке такое,
что мирное время...
Кого-то героем сделает,
кого-то - мерзавцем.
Ну, уезжайте.
Здесь скоро будет небезопасно.
Уезжайте!
-Остановите. Остановите!
-А что случилось?
-Кирилл! Кирилл!
Стойте! Стойте!
-Галина Васильевна... поедем.
На дороге опасно.
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Галечка...
-Здравия желаю.
-Здрасте!
-Слава богу, ты вернулась.
-Ты как? Устала, Галь?
-До свидания, Галина Васильевна.
Всего хорошего, женщины.
-Да. До свидания.
-Замерзла? Держи.
Грейся. Вот так.
Пойдем. Давай.
ВСХЛИПЫВАЕТ
РАДИО: Советские танкисты разгромили
фашистскую мотоколонну...
-Опять свет отключили.
Непонятно, когда дадут.
РАДИО: ...и 200 автомашин с пехотой.
Вражеские танки были встречены
советской артиллерией.
СТУК В ДВЕРЬ
В засаде на флангах стояли
наши тяжелые танки, готовые к атаке.
-Галь! Подожди!
Спроси сначала кто!
-Вот, собственно, добрались-таки.
-Ты где был?
Ты где был все это время?
Тебя не было рядом!
Я была одна!
А тебя не было рядом!
Тебя не было!..
Тебя не было рядом!..
-В окружение попали.
-Как - в окружение?
Как - в окружение?
Как - в окружение?
-Я, между прочим, тоже был
в окружении. Можно войти?
-Да-да. Вы проходите, конечно, да.
ДРАМАТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Картошка сегодня прям дрянь.
С глазками.
-А я как раз такую люблю.
РАДИО:
...На другом участке фронта
подразделение морской пехоты
отбило атаку противника
и уничтожило до двухсот гитлеровцев.
-Кирилл...
Кирилл...
-М?
-Москву сдадут?
-Да.
-Как это может быть?
Кирилл! Кирилл, проснись.
Кирилл, проснись, пожалуйста.
-Мишка...
Мне опять Галина приснилась.
-Что с этим делать-то?
-Вещи все сжечь.
Они шевелятся от вшей.
Только из карманов
все вынуть не забудьте.
-Угу.
-Так, что у нас здесь?..
-Смотри-ка, что мы
в Кирилловом кармане нашли. Смотри.
"Если я не вернусь, дорогая,
Нежным письмам твоим..."
Галя, ты что, ему писала?
-Вас в детстве не учили,
что чужие письма читать нельзя?
-Галь, так это ж не письмо.
-Ты очень нервная стала, Галина.
Так нельзя.
-Галь, ну прочитай вслух.
Нам же тоже интересно.
Ну пожалуйста.
-Ладно, садитесь. Только молчите.
"Если я не вернусь, дорогая,
Нежным письмам твоим не внемля,
Не подумай, что это - другая.
Это значит... сырая земля".
-Это же записка предсмертная.
-Миленькие, идите спать.
ДРАМАТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
ЗВОН
Прости, я не спросила разрешения.
-Я не знал, выберусь ли,
и писал для тебя.
-Я люблю тебя! Я люблю тебя так,
как никогда тебя не любила.
Кирилл, я боюсь.
-Чего?
-Эта война сожрет нас
со всей нашей любовью,
как лев пожирает свое потомство.
-Никто нас не сожрет.
-Я была на фронте.
-Зачем?
-Потому что я больше не желала
сходить с ума за тысячу километров
от мужа в ожидании письма от него,
не зная, жив он или нет.
Толя не писал стихов.
-Доброе утро!
Очень хочется есть.
-Я сейчас приготовлю завтрак.
-Точно. Ведь были завтраки.
Слышь, Кир, а?
Ведь слово-то бессмысленное.
Зав-трак.
Вроде как заведующий трактором.
Все равно очень хорошее.
-У меня яйца есть.
Будете яичницу?
-Яичницу?
Галина Васильевна, вы волшебница.
-Миша, скажите, а вы тоже считаете,
что немцы Москву возьмут?
-В смысле - тоже?
Кто это у нас тут паникер, а?
А я, вообще, где жить буду?
Не, мне Берг комнату обещал.
Вот теперь они после этого
пусть попробуют Москву взять.
-Здравствуйте!
-Здравствуйте, Давид Иосифович!
-Почему в таком дезертирском виде?
-Жена сожгла гимнастерки.
Сильно завшивели.
-Надо будет вам получить
новое обмундирование. Я распоряжусь.
Товарищ Туманов, даю вам два дня.
Мне нужно 12-13 очерков.
О боевых подвигах, о героях,
о зверствах врага.
Жить будете здесь.
Вы все на казарменном положении.
Места вам выделят.
-Товарищ главный редактор!
Кирилл не только очерки...
Он целую тетрадку стихов написал.
Очень хороших.
-Стихи? О чем?
-Это личные стихи,
товарищ бригадный комиссар.
-Приступайте к работе. Времени нет.
-Ты зачем про стихи рассказал?
Тебя кто за язык тянул?
-Кира, я тебя знаю давным-давно.
Поверь, ты очень хороший поэт.
Ты же хочешь,
чтобы твои стихи напечатали?
-Знаешь что...
-Знаю!
-В связи со сложившейся обстановкой
есть реальная опасность нового,
более сильного немецкого удара
в направлении Москвы.
-Как вы, товарищ Мехлис, оцениваете
моральное состояние бойцов
и командиров... Красной армии?
-Морально-политический уровень
и боевой дух
в сражающихся частях
очень высок, товарищ Сталин.
-За счет чего?
-За счет того,
что Политупром РКК проводится
огромная работа в этих целях.
В частях и соединениях
постоянные политинформации,
партийные и комсомольские собрания,
проходят встречи с тружениками тыла.
Регулярно на передовую
выезжают фронтовые бригады,
составленные из лучших артистов.
-Как же так получается?..
Мы отступаем, а дух высокий?
Непонятно.
Дух высокий, когда армия
наступает. Это понятно.
А наша армия отступает,
а дух, как утверждает
товарищ Мехлис, высокий.
Какие артисты на фронт ездят?
-Огромное количество артистов
высказали свое желание
поехать на фронт
в составе концертных бригад.
Вот недавно на фронт ездила...
Недавно на фронт ездила
народная артистка Коврова.
-Вы понимаете,
кто такая артистка Коврова?
-Я з-знаю, конечно.
-Актриса Коврова -
это народное достояние.
А вы ее на фронт посылаете?
А если артистка Коврова
попадет в немецкий плен,
кто заменит советскому народу
артистку Коврову?
Вы, товарищ Мехлис?
-Галина Васильевна...
-Да я не поеду никуда!
-Я не имею права отсюда уехать,
пока вы не прочитаете вот это.
-Что это?
-Распоряжение
о вашей срочной эвакуации.
-Вы не можете мной распоряжаться.
Я не крепостная вашего комитета.
Я не поеду в эвакуацию.
-Почему, Галина Васильевна?
-Потому что у меня муж
с фронта вернулся.
-Вернулся товарищ Туманов?
Замечательно! Слава богу!
Значит, вы его дождались.
Тем более нет никаких поводов...
-На кого вы оглядываетесь?
Это кто?
-Это на случай
вещи поднести. Грузчики.
Вы ждите здесь.
Галина Васильевна, эвакуировать вас
приказал сам товарищ Сталин.
И у нас очень мало времени.
-Товарищ бригадный комиссар,
Давид Иосифович,
разрешите мне съездить домой?
-Причина?
-Личная.
-Вы ж только позавчера вернулись.
Сутки были дома.
И уже личная причина?
-Мне это необходимо.
-Вы не сдали мне работу.
-Я сдам. Я успею.
-Есть на чем писать?
Три часа.
И сегодня сдадите мне работу.
-Спасибо.
-Кирилл Сергеевич!
-Кирилл! Сделай...
-Пойдем.
-Сделай что-нибудь, миленький.
Пожалуйста! Хочешь?..
Хочешь, я на фронт с тобой поеду?
Я буду песни там петь,
стихи читать, плясать буду.
Только не отсылай меня, пожалуйста.
Позвони товарищу Сталину.
Позвони Сталину. Он нас любит.
Он поймет, что нас нельзя разлучать.
А? Ну?
Ну чего ты боишься?
-Я не боюсь.
-Извините, не помню,
как ваше имя-отчество.
-Неважно. Говорите.
Сейчас времени в обрез.
-Что я должен сделать,
чтобы Галина Васильевна
осталась в Москве?
Есть ли хоть какая-нибудь
возможность оставить ее здесь?
-Никакой. Личный приказ
товарища Сталина.
Вы должны это понимать. И вообще,
все это очень странно выглядит,
вы не находите?
-Что странно?
-А вот все хотят
эвакуироваться из Москвы,
а Галина Васильевна не хочет.
Вот это странно.
-Странно, что Галина Васильевна
не бежит, как все? Так, что ли?
-Нет. Вы опять неправильно понимаете
мои слова, Кирилл Сергеевич.
И вообще, у меня есть ощущение,
что вы с Галиной Васильевной
неправильно ко мне относитесь.
Вот почему вы сейчас
смотрите на меня так?
-Как я на вас смотрю?
-Вы смотрите на меня
как Владимир Ильич Ленин
на Льва Давидовича Троцкого.
Вы врага, что ли, нашли?
Я это решение не принимал.
Я исполнитель.
Вот сегодня меня послали
за Галиной Васильевной.
Завтра, может быть, за вами пошлют.
Время. Кирилл Сергеевич, время.
Самолет.
-Тебе необходимо поехать.
-Боишься?
Страшно пойти против всех.
Это могут сделать
только очень мужественные...
и очень любящие люди.
Тетя Наташа, тетя Надя,
собирайтесь, мы едем в эвакуацию.
-Галина Васильевна,
насчет родственников
никаких распоряжений не бы...
ХЛОПНУЛА ДВЕРЬ
Собирайтесь. Только мигом.
На выход!
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
Дамы, прошу за мной.
Галина Васильевна!..
-Не волнуйтесь.
Не волнуйтесь так.
-Скоренько, скоренько! Осторожно!
-Помогите, пожалуйста, дайте руку.
-Осторожно.
Галина Васильевна, поторопимся!
-На сколько тебя отпустили?
-На три часа.
-На сколько опаздываешь?
-На три часа.
РЕВ САМОЛЕТА
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Осторожно.
-Жди!
-Я не слышу!
ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА
-Вы что тут делаете?!
Отойдите от самолета!
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-Ой!
ПАТЕТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
ГУЛ САМОЛЕТА
-Ну надо же! А я смотрю,
ну кто этот секретный пассажир,
из-за которого рейс задержали?
А это наша Галечка.
-Здравствуй, Валерик, родной мой!
Откуда ты здесь?
-Вот те раз! Ты летчика спрашиваешь,
откуда он в самолете? Ну дожили!
Ты чего, с ума сошел?
Кто за штурвалом сидит?
-Козик.
-Ну ты видишь,
как тебя воздушный флот любит?
Управление самолетом бросили,
чтоб на тебя посмотреть.
Ну чего уставился?
Давай накрывай! Гость на борту.
-Так точно, товарищ генерал-майор.
-Галь...
Вот главный напиток летчиков -
ликер "Шасси" из спирта.
Его подают на фонарь пилотской кабины
и на крылья от оледенения.
-И его можно пить?
-Еще как!
-Тогда я тоже выпью...
ликера "Шасси".
-Галь, а что это за жабы с тобой?
Это домработницы?
-Это тетушки.
-Прости, не узнал.
Хорошенькие. Девчат,
вы, может быть?..
-Нет-нет-нет.
-Ну что,
за замечательную актрису и женщину -
мечту военно-воздушных сил
Галину Васильевну Коврову! Ура!
За тебя, Галечка.
Старший лейтенант, вернитесь
к исполнению своих обязанностей.
Нам с Галиной Васильевной
нужно поговорить.
-А почему ты сказал,
что я секретный пассажир?
-Так в полетном задании написано.
-Мм...
-Рейс секретный,
пассажир тоже секретный.
Нам даже во время полета
запретили в салон выходить.
Мы вот месяц назад картины вывозили
из музея в Куйбышев.
Ну что сказать... Куда там
этим картинам до тебя, Галь!
-Ну да, с картинами не выпьешь.
-Ну, расскажи, куда летишь?
-А в твоем полетном задании
не написано?
-Написано. Написано,
что конечная - Ташкент.
А перед этим две остановки -
Свердловск и Караганда -
для дозаправки. Я в Свердловске
сойду, мне нужно принимать самолеты
для своей дивизии.
А где Толик?
-А он с мамой в Свердловске.
Тетушки как раз летят к ним.
-Понял. Высадим, не волнуйтесь.
А вот майор, который нам
крыло попортил перед вылетом,
это кто? Это муж твой?
-Муж.
-Писатель?
-Да.
-Ну да, я так сразу и понял.
Ну что, как у вас? Все хорошо?
-Хорошо. Налей мне еще.
-Галь, ты мне вот что скажи...
Ты счастлива?
-Товарищ генерал-майор,
на посадку заходим.
-Передай Козику, чтобы еще покружил.
Нам договорить надо.
-Есть.
-Товарищ генерал, борт не отвечает.
-Неудивительно. Это ж Костецкий.
Наверно, вспомнил, что забыл папиросы
в Москве, вот решил вернуться.
-Ну а у вас как с Таськой
так сорвалось?
Все уже думали,
что дело к свадьбе идет.
-А что, она тебе не рассказывала?
-Нет.
С какого-то момента
о ваших отношениях
она перестала мне говорить.
-Ну, если честно, то...
я бы не смог ее полюбить, Галя.
-Я знаю.
-Садимся, товарищ генерал-майор?
-Раз знаешь, зачем спрашиваешь?
Садимся!
-Давайте. Так...
-Спасибо.
-Осторожно.
-Ага. Ой! Ой!
-Ой!
-Пойдемте.
Здравия желаю! Я сейчас.
Тетушек ко мне в машину.
-Галь, а что, если Иван Николаевич
матери твоей снова прикажет
нас из дома выгнать?
-Не прикажет, он ее слушается.
Так, я как приеду - вам сообщу.
Передайте, пожалуйста, Толе.
Скажите, что я его люблю...
и скоро приеду.
-Галя!
-Ну!
-Галечка!
-Ну перестань.
-Товарищ Коврова, через две минуты
взлетаем. Заходите, пожалуйста.
-Езжайте. Я скоро приеду.
-Присаживайтесь.
Не бойся,
все устроим в лучшем виде.
Ну что?
Давай, что ли, прощаться.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Если что, найди меня.
Я ж мозги любому вправлю.
Экипаж! Храните товарища Коврову
как зеницу ока.
По прибытии немедленно сообщить мне.
-Есть!
МЕЛАНХОЛИЧНАЯ МУЗЫКА


Серия 7

ДОНОСЯТСЯ АРМЕЙСКИЕ КОМАНДЫ
-Товарищ Туманов, Ташкент на проводе!
-Алло!
Алло, Галя! Слышишь меня?
-Кирилл, я тебя слышу!
Говори!
-Как ты?
-Я хорошо.
Снимаюсь, на базар хожу, в баню.
А ты как?
-Я, наверное, тоже хорошо.
В командировке, только мне
нельзя говорить где.
-А ты говори, что можно.
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
-Мне очень многое
хочется сказать тебе.
Только это невозможно вот так,
по телефону. Мне нужно тебя видеть.
А тогда, может, и говорить ничего
не надо будет. Просто быть рядом.
-А когда ты приедешь?
-Не молчите! При междугородней связи
нельзя молчать. Говорите!
-Я не знаю.
Не знаю.
Но я обязательно к тебе приеду.
-Вот почему все так неправильно, да?
Кому польза, что мы не рядом?
-Не молчите!
-"Когда б одною силою любви
Мог наши души поселить я рядом".
-Я сейчас вспомнила фразу Роксаны
из "Сирано де Бержерака".
-Вы говорите зашифрованными словами.
По телефону можно говорить
только нормальными словами.
-Где вы услышали зашифрованные слова?
-Вот. "Роксана и Сирано. Бержерик".
-Бержерак и Роксана -
это французские имена из пьесы.
-Галя, слышишь меня?
-По телефону
имена должны быть русские.
-Три минуты прошло. Разговор окончен.
-Кирилл!
-Спасибо.
-Дозвонился?
Как дела в Ташкенте?
-Тепло.
-Супруга что говорила?
Кстати, корюшка превосходная.
Угощайся.
-Где взял?
-Заработал.
Так Галина Васильевна
чего сказали?
-Что арбузы на базаре дешевые.
-А почем, не сказала?
-Слушай...
-Слушаю. И поражаюсь.
Всякий раз, когда ты с ней
разговариваешь,
на тебя потом смотреть тошно.
-Ну ты и не смотри.
-А я и не смотрю. Я слушаю.
-Вы военные корреспонденты
Туманов и Могилевский?
-Так точно.
-Капитан третьего ранга Лихачев.
У меня приказ взять вас с собой
завтра в боевой поход.
Так что готовьтесь.
-Есть.
-Вопросы есть?
-Вообще-то, есть.
-Слушаю.
-Нет вопросов.
-Это все из-за тебя и из-за Берга.
-Что из-за меня и из-за Берга?
-Я на этот плавающий гроб попал.
-Знаешь восточную мудрость?
Никогда не проклинай коня,
на котором едешь.
-О-о...
Значит, следует ожидать цикл
новых стихов с восточными мотивами?
С посвящением Галине.
Ой, ладно.
Пойду поохочусь.
Всем привет!
-Нельзя.
-Понятно.
А это что?
-Перископ.
-А можно посмотреть?
-Нет.
Для этого надо всплыть
на перископную глубину.
-Понятно.
А что он там делает?
-Удерживает лодку на нужной глубине.
-Света маловато.
А у вас лампы не будет?
-Нет.
-А можно в сторону вас чуть-чуть?
-В смысле - уйти?
-Да-да-да.
Сейчас, я быстренько.
-Я чаю попить.
-Чаю капитану!
-Простите, а вы можете
чуть-чуть по?.. Во-во, отлично. Ага.
СТУК БАДЬИ
-Ах!
-Не пугайтесь, он почти что евнух.
Совершенно не интересуется женщинами.
ГОВОРИТ НА УЗБЕКСКОМ
Как ваши съемки?
-Два съемочных дня оставалось.
Автор новые сцены дописал.
Теперь непонятно,
насколько это все растянется.
А вы почему не снимаетесь?
-Жарко.
СТУК ШАГОВ
-Чай будете?
-Да, не откажусь.
-Давай.
Товарищ ваш такой, конечно...
-Приставучий.
-Точно.
-Ну, работа такая.
-Спасибо.
А вам кто больше нравится -
Коврова или Соколова?
-Коврова.
-Согласен.
Сказка, а не женщина.
Ради такой можно и жизнь отдать.
Запросто.
-Можно.
-А что в Москве говорят?
Она после Коврова замуж вышла
или вдовствует?
-Замужем.
-Вон оно как...
За кем?
-За мной.
-Шутишь?
-Нет. Галина Васильевна - моя жена.
-Ладно.
Пойду вахту проверю.
Слышь, корреспондент!
-Чего?
-Правда, что твой товарищ
на актрисе Ковровой женат?
-Правда.
Куда ты? Встань нормально!
Вот сюда. Вот, смотри.
Все.
-Товарищ командир приказал.
Чтобы вам скучно не было.
"Ах, если б только раз,
И два, и три!..
А вы и не поймете
На быстром самолете,
Как вас ожидала я
До утренней зари.
Летчики-пилоты! Бомбы, пулеметы!
Вот и улетели в дальний путь.
Вы когда вернетесь?
Я не знаю, скоро ли,
Только возвращайтесь
Хоть когда-нибудь".
-Где она?
АЗАН
Михеев!
-Да!
-Ну что вы стоите,
как сирота казанская?
Где Галина Васильевна?
-Галина Васильевна вернулась
на площадку. Всем приготовиться!
Продолжаем снимать сцену 24
до слов "Им никогда не добиться,
чтобы мы дрогнули".
-Спасибо, Данияр.
-Аппаратная! Мотор!
Приготовились!
-Сцена 24, кадр 3, дубль 2.
-Начали!
-Потерпи...
СТОНЕТ
Потерпи, миленький!
-Да что ж такое!
-Сцена 24, кадр 3, дубль 4.
-Начали!
-Потерпи, миленький...
-Так, все, заканчиваем.
Давайте работать. Ложись! Ложись!
-Сцена 24, кадр 3, дубль 5.
-Начали!
-Потерпи, миленький...
-Беда, беда какая...
НАПЕВ МУЭДЗИНА
-А что это?
-Это... Это как у вас звонарь.
Только у вас верующих собирают
звоном колокола, а у нас пением.
-Красиво.
-Да.
Только собирать стало некого.
Народ стал сознательный.
В городе только одна мечеть работает.
-А я его понимаю. Ему важно петь,
даже если его никто не слышит.
Наверное, самое трудное в жизни -
делать то, что важно тебе.
Данияр, мне нужно уехать отсюда.
И чем быстрее, тем лучше.
Вы можете мне помочь?
-Уехать? Зачем уехать?
-Мне нужно к мужу.
-Понимаю.
Уехать - это пропуск надо.
Я узнаю.
ГУДОК ПАРОВОЗА
-Товарищ Коврова, а если про вас
будут спрашивать, что мне сказать?
-Да, действительно, будут спрашивать.
Я не подумала об этом.
-Может, сказать, что уехали
к маме и сыну в Свердловск?
-Да, скажите, что я уехала
в Свердловск, к маме и сыну.
-Вор! Держи вора!
-Гнида, а!
-Держи его!
-Господи, они же убьют его!
-Нельзя, нельзя, нельзя!
-Они убьют его!
-Нельзя, нельзя!
Товарищ Коврова, нельзя!
-Отпустите, это же не вор!
-Стоять! Разошлись!
-Все-все-все!
-Вор!
-Нельзя, нельзя!
Эвакуировали из Ленинграда.
Они там голодали сильно,
сейчас много воруют. Пойдемте.
Они украдут, даже не убегают,
сразу едят.
Их бьют, они все равно воруют.
Сюда. Сильно голодали там.
Вот, держите, здесь лепешки,
сушеные фрукты и сушеное мясо.
-У меня есть продукты.
-Лепешки моя бабушка утром готовила.
-Если бабушка, давайте.
-Внимание, поезд Ташкент - Москва
отправляется через пять минут.
-Данияр, а как вы пропуск
сделали так быстро?
-Родственники помогли. У нас здесь,
на Востоке, много родственников.
-Прошу вас. Поезд отправляется.
-Спасибо.
Прощайте.
ГУДОК ПАРОВОЗА
-Поезд отправляется!
-Михеев, вы нашли Галину Васильевну?
-Она съехала.
-Я не расслышал. Что с ней?
-Съехала.
Галина Васильевна съехала
из гостиницы с вещами.
-Куда съехала?
-Никто не знает.
-Товарищи, это... это уже невозможно.
У нее еще два съемочных дня,
плюс добавочные сцены и озвучание.
Она должна быть здесь и сниматься!
-В милицию надо заявлять.
Михеев, поедешь со мной в милицию.
-Как скажете.
Вы директор, вам виднее.
-И попомните мои слова. Это была
последняя картина в ее карьере.
-Проводник, принесите нам чаю.
-Сделаем.
-Скажите, пожалуйста,
а почему так мало пассажиров?
-Да набьются еще.
В Куйбышеве набьется полный вагон.
Кипяточка не желаете, пока не остыл?
Правда, заварка местная, зеленая,
за деньги.
-Угу.
-А я вас узнал.
Вы же... актриса. Жена летчика.
-Коврова.
-Ну конечно. А я-то, старый дурак,
никак не могу вспомнить.
Я к вам сюда никого не подселю.
Вы отдыхайте, даже не беспокойтесь.
Отдыхайте спокойно.
-Спасибо.
-Очень приятно.
-Спасибо.
А меня узнали.
А меня узнали!
-Значит, ты говоришь,
она уехала в Свердловск?
-В Свердловск. К своим маме и сыну.
-Точно в Свердловск?
-Так она сказала.
-Что она еще говорила?
-Все, больше ничего.
-С кем она еще встречалась
до отъезда?
-С товарищем Соколовой.
-Где?
-В бане.
-В бане?
А ты что там делал?
-Я провожал товарища Коврову до бани.
-Ага.
А о чем они говорили, ты не слышал?
-Нет, я ждал на улице.
-Ага. На вокзал ты ее провожал?
-Я.
-Почему ты?
-Товарищ Коврова попросила.
У нее были тяжелые сумки.
И я ей помог.
-А теперь, дружок, расскажи,
кто ей помог сделать
разрешение на выезд?
КРИЧИТ ПО-ГРУЗИНСКИ
-Прекратите!
ГОВОРИТ ПО-ГРУЗИНСКИ
-Уйдите все!
ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК
-Товарища Берию ко мне.
-Есть, товарищ Сталин.
Товарищ Берия, зайдите.
ТИХАЯ МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Это позор.
Они должны были зарезать себя,
но не сдаваться.
-Сволочи.
-Сколько уже сдалось,
перешло на сторону врага?
ГОВОРИТ ПО-ГРУЗИНСКИ
-Полмиллиона.
За пять месяцев - полмиллиона.
Почему они переходят
на сторону немцев?
Ты как думаешь?
-Не знаю.
Сам об этом постоянно думаю.
-Они переходят на сторону немцев,
потому что не верят в нашу победу.
Они не верят в нашу победу,
потому что верят в победу немцев.
А почему они не верят в нашу победу?
Потому что никто не укрепляет
их веру в нашу победу.
-Раз, два, три!..
-Товарищ член военного совета!
Подводная лодка прибыла
с боевого похода. Командир лодки...
-Отставить.
-Вольно!
-Есть!
-Старший политрук Туманов, ко мне!
-Старший политрук Туманов
из боевого похода прибыл.
-В машину, на аэродром и в Москву.
-Товарищ бригадный комиссар,
со мной еще фотокорреспондент.
-У меня приказ,
и там ясно сказано
про старшего политрука Туманова.
-Ну могу я хотя бы...
-Не можете. Вы можете сесть в машину
и поехать на аэродром.
Это все, что вы сейчас можете.
-Есть.
-Поехали.
-А теперь говори, кто это такой?
-Меньше знаешь, крепче спишь.
-Вы прямо с фронта?
-С подводной лодки.
Мне бы умыться,
привести себя в порядок.
-Не надо. Сдайте оружие.
Товарищу Сталину будет очень приятно,
что вы прямо с фронта.
Не отлакированный, так сказать.
Теперь слушайте внимательно.
В кабинет вы войдете
вместе с начальником управления
пропагандой и агитацией.
И с товарищем Бергом.
В беседе с товарищем Сталиным
будут принимать участие товарищи
Молотов, Каганович, Берия.
Когда войдете, молча поздоровайтесь.
Если товарищ Сталин протянет руку,
пожмите. Вопросы есть?
-Нет.
-Тогда ждите.
-Внимание, товарищи.
Товарищ Сталин ждет вас.
-Здравствуйте, товарищ Туманов.
-Здравствуйте, товарищ Сталин.
-С фронта?
-Да, с Северного фронта.
-Садитесь.
О чем говорят на фронте
солдаты, матросы?
Не в бою, естественно.
-О доме, о семье,
о любимых женах и девушках.
-Вот, правильно. За что воюет боец?
Он воюет за свою семью,
за своих детей.
О чем пишут наши газеты?
О чем угодно, только не о том,
что думает боец. Боец должен знать,
за что он воюет. Лично.
Это можно сделать
только при помощи поэзии.
Так было на протяжении веков.
Если хотели обратиться к сердцу,
писали стихи.
Нам нужно такое стихотворение.
И мы попросим товарища Туманова.
-Товарищ Сталин, я не поэт.
-А вот товарищ Берг говорит другое.
Он говорит, вы на фронте
целую тетрадку стихов написали.
Или товарищ Берг нас обманывает?
-Нет, не обманывает.
Я писал стихи. Для себя.
-Ну а теперь прочитайте для страны.
Мы обсуждали, кто может
написать такие стихи.
Товарищ Исаковский?
Он пишет песню.
Чуковский, Маршак - пишут для детей.
Пастернак пишет
непонятные народу стихи.
Эренбург пишет про заграницу.
Ну что, товарищ Туманов?
Поможете нам достучаться
до солдатских сердец?
Я когда молодой был,
тоже стихи писал.
-Что ты говоришь? Я и не знал.
О революции?
-О любви.
-Осторожно.
-Ноги разомну.
-Холодновато.
ГРОМКОГОВОРИТЕЛЬ: А сейчас прозвучит
стихотворение "Жди меня".
-Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: "Повезло".
Не понять не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
-Что вы сказали?
-Документы ваши, гражданка.
-Мешки-то забыли!
-Присаживайтесь.
-На каком основании я задержана?
-На основании запроса
ташкентской милиции.
Чаю сделай.
-Есть.
-Задержали. Дальше что?
-Не знаю.
Отправим телеграмму в Ташкент,
а там решат, что делать.
-Вы знаете, кто я?
-Знаю. Вы актриса.
-Нет, я не просто актриса.
Я народная артистка республики,
орденоносец
и лауреат Сталинской премии.
И мне надо позвонить в Москву.
-Свяжи меня с Карагандой.
В ТРУБКЕ: С Карагандой связи нет.
Связи нет.
-Телеграф.
-Телеграф в поселке.
-Пошли.
-А что же вы так легко оделись?
Зима ведь!
-Да кто знал, что вы меня
с поезда снимете?
В Ташкенте нет зимы!
-Так то Ташкент!
Я сначала в Ташкент сообщу,
что вы обнаружены, а потом в Москву!
-Заходите!
-Дверь закрой!
В ответ на вашу ориентировку
по розыску и задержанию
гражданки Ковровой Г.В. сообщаю,
что гражданка Коврова Г.В.
мной обнаружена и задержана.
Начальник отделения
транспортной милиции
станции Казахшахты
Косоротов.
-В Москву отправьте!
-Военное положение!
Частные телеграммы не отправляем!
-Отправляй телеграмму!
-Не буду.
-Сядешь.
-Сяду? Это за что?
За уголь, что ли?
-И за уголь тоже.
-Я этот уголь не воровала.
Я его нашла. На шахте.
-На шахте угля нет.
Там руду добывают.
Не дури, Танька, не доводи меня
до белого каления!
Отправляй телеграмму!
-Да хрен тебе, а не телеграмма!
Вот сажай меня, режь, стреляй,
что хочешь делай.
А этой фифе я ни хрена не отправлю.
Козел!
-Никитич, давай я отправлю.
-А справишься?
-А что тут справляться?
У нее все подключено.
-И что с ней случилось?
Ведь нормальная же баба была.
-Я вас ночевать хотел
в шахтуправлении,
у Таньки, оставить. Пока ответ
с Ташкента не придет.
Но сами видите, как все получилось.
-Никитич! Она сама упала.
Встала и упала.
-Сумку! Сумку возьми!
-Кирилл...
Не пускайте лошадей на снег.
Кирилл, не пускайте лошадей на снег.
-О, за сорок точно.
Горит, как печка.
-Тиф?
-М?
-Тиф? У меня мамаша в двадцатом году
от тифа померла.
Так вот так же горела.
-Да нет, она здесь точно помрет.
Спирт есть?
-Водка.
-Давай.
-Неси, в сейфе.
-Угу.
-Раздевай ее.
-Она же народная артистка.
-Какая она сейчас народная артистка?
Она сейчас полутруп.
-Ага, понял.
-Стол освободи.
-Ага. Сейчас.
НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-В кровать ее.
ТИХАЯ НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА
-И промедол, и папаверин закончились.
-Достаньте хотя бы камфоры,
так она не долетит.
-Толя... Толя...
-Спи.
-Ты ведешь самолет?
-Конечно же я.
Кто же еще?
-Я...
-Камфора начала действовать.
-Я не полечу.
Толя, мне надо домой.
Бабушка, а почему мама
в Москву от нас уехала?
-За любовью.
Знаешь, как раньше говорили:
Москва - любовь, а Питер - монета.
Вот мамка твоя и поехала
принца искать.
-А у меня принц будет?
-Конечно, солнышко,
будет у тебя принц.
-А какие они, принцы? Как их узнать?
-Узнать их просто:
лик светлый, глаза ясные,
рука прямая, твердая,
плечи широкие, а чресла узкие.
Спи. Спи, радость моя.
-Лик светлый, глаза ясные,
рука прямая, твердая.
-Смотри, Галка, это Кремль.
Москва!
-Вам меня не напугать!
Или вы думаете, что я струшу оттого,
что вас много? Или оттого,
что вы рыкаете на меня сотней глоток?
У меня только одна глотка,
но она стоит ваших. Я Конта!
-Мама!
Мама!
-Чей ребенок-то?
-Мама!
-Товарищи, уберите ребенка!
Чей ребенок?
Уберите ребенка со сцены.
-Мама!
-Галя?
-У нее ребенок?..
-Галя, доченька...
-Я, мамочка.
Я приехала к тебе в Москву.
-Доченька, я здесь.
-Откуда ты?
Где мы?
-В Москве. В госпитале.
-А ко мне - это...
...это куда? Что со мной? Я больна?
-Тиф.
-Мам, дай мне зеркало.
-Тихо, тихо. Тихо, тихо.
-Мама, дай мне зеркало, пожалуйста.
-На.
-А где Кирилл?
-Про Кирилла я ничего не знаю.
Приехали люди от Берга,
отвезли меня на вокзал,
и я сразу - к тебе.
-Ко мне...
-Я тебе ничего не привезла,
но здесь лежат даже генералы,
поэтому питание будет хорошее.
Говорят, сам Павловский здесь
на лечении.
-Он хотя бы знает, что я болею?
-Галя, все знают.
-Кто ж такую красоту-то наснимал?
Кира, ты с усами на суслика похож.
Не, на кота-сироту.
-А ты похож на огромную,
всегда голодную мышь.
-Кстати, колбаса есть.
-Товарищ Могилевский,
зайдите в канцелярию.
-Зачем?
Просто, если вам поговорить нужно,
я могу за дверью подождать.
-В канцелярию зайдите.
-Есть.
-Ваша жена заболела. Тиф.
Ее отправили в Караганду,
оттуда самолетом... Она сейчас
в Москве, здесь, в госпитале.
Состояние стабильное.
Кирилл Сергеевич,
ваша жена самовольно оставила
рабочее место
и выехала из Ташкента
по поддельным документам.
В военное время
это приравнивается к дезертирству.
Этим недоволен лично товарищ Сталин.
-Разрешите мне ее увидеть.
-И вы станете соучастником ее побега.
-Я и есть соучастник:
она ехала ко мне.
-Вы немедленно отправляетесь
на Карельский фронт.
Там начинается наступление.
-В каком она госпитале?
-Кирилл Сергеевич, есть одна мелочь.
Вас, Галину Васильевну
любят и верят вам миллионы людей.
Вас народ выбрал.
А народ сейчас воюет.
Или это неважно? Не так важно,
как ваши переживания?
И никаких писем, никаких звонков!
УтОпите себя и ее!
-Творческие муки?
Что-то случилось?
-Случилось.


Серия 8

-Скатерть белая
залита вином.
Все гусары спят
непробудным сном.
Лишь один не спит,
пьет шампанское
Возле табора
да цыганского.
Поцелуй меня,
ты мне нравишься.
Поцелуй меня,
не отравишься.
-Нельзя.
-Поцелуй меня,
потом я тебя...
-Откройте, пожалуйста.
-Нельзя.
Из инфекционного
никого выпускать нельзя.
-...Очи жгучие
и прекрасные.
Как люблю я вас,
как боюсь я вас!
Знать, увидел...
Продолжайте.
Галька? Галька, господи боже мой!
Откуда ты здесь?
Мы думали, ты в Ташкенте на съемках.
-Я была на съемках,
а потом заболела тифом.
-Галька, ты...
-Я выздоравливаю, выздоравливаю.
Меня скоро выпишут.
Ты расскажи, как в театре.
-Да как в театре...
Все вернулись, театр разграблен.
Половина труппы в концертных бригадах
мотается по госпиталям
и фронтам,
другая половина
новую пьесу репетирует.
Галька, мы же Кириллово стихотворение
все взахлеб читаем.
-Тася, принеси мне платье
понаряднее.
И туфли, и помаду с румянами.
-Хорошо, принесу.
-Тась! Тась!
А можешь мне... гитару оставить?
-Конечно.
-Спасибо.
-Ну все, пока!
ИГРАЮТ МЕЛОДИЮ ПЕСНИ "ОЧИ ЧЕРНЫЕ"
-Браво!
-Браво!
-Что бы вы хотели услышать,
свет мой, Кирилл Сергеевич?
Ты же все равно меня не услышишь.
-Здравия желаю!
-Отставить перекур.
На разгрузку быстро.
-Есть!
-Бегом, бегом!
-Начальник политотдела Плотников.
-Здравия желаю.
Батальонный комиссар Туманов.
Это вам.
-Мы вас пораньше ждали.
Почему задержались?
-Так дороги замело.
Мы четыре часа ждали,
пока нас тягач не вытащил.
-А что, опоздали? Было наступление?
-Какое наступление?
У нас здесь все тихо.
Так, а здесь приказ насчет вас.
"В целях усиления пропагандистской
работы и подъема боевого духа
солдат и офицеров обеспечить встречу
личного состава частей дивизии
с военным корреспондентом,
автором стихотворения "Жди меня",
батальонным комиссаром
Кириллом Тумановым
и фотографом Михаилом Могилевским".
Пойдемте.
Помоги.
-А это вы написали "Жди меня"?
-Понравилось?
-Да.
-Вот он.
-Быстрей! Быстрей!
-Вот и новая жизнь...
Не думала, что она так начнется.
Да и пускай. Главное, началась.
-Как я рада, Галька,
что ты выздоровела.
Надо Кириллу как-то сообщить.
-Зачем? У него теперь новая женщина.
Война.
-Что ты такое говоришь?
-Тася...
-Заслуженная артистка - да что там,
любовь всего Советского Союза -
Галина Коврова!
-Мне сегодня так больно,
Слезы взор мой туманят.
Эти слезы невольно
Я роняю в тиши.
Сердце вдруг встрепенулось,
Так тревожно забилось.
Все былое проснулось...
Если можешь, прости.
Мой нежный друг,
Часто слезы роняю
И с тоской я вспоминаю
Дни прошедшей любви.
Я жду тебя, как прежде,
Но не будь таким жестоким...
-Что здесь происходит?
Так, все по палатам.
Товарищ Коврова,
вас это тоже касается.
Здесь больница, а не театр.
Семен Семенович,
почему больные вашего отделения
разгуливают по госпиталю?
-Галина Васильевна
практически здорова.
На днях вы сами хотели ее выписать.
-Здорова?
Тогда завтра же выписывайте.
-Благодарю.
-Из палаты до выписки не выходить.
-Браво! Спасибо большое!
-Браво!
-Спасибо вам!
-Браво!
-Галина Васильевна, автограф можно?
-Галина Васильевна, здравствуйте!
-Здравствуйте!
-Капитан Мурзин,
адъютант генерал-лейтенанта
Павловского.
-Я вас помню, капитан.
-Товарищ генерал-лейтенант
приглашает вас к себе на чашку чая.
-А что же он сам не пришел?
-У товарища генерал-лейтенанта
ранение. Позвоночник.
Он сейчас находится здесь,
на излечении.
СТУК В ДВЕРЬ
-Да.
-Товарищ генерал-лейтенант,
разрешите?
-Здравствуйте, Галина Васильевна!
-Здравствуйте!
-Узнал, что вы здесь, набрался
смелости и решил напомнить о себе.
-Генералы и должны быть смелыми,
иначе какие они генералы?
Знакомьтесь: моя подруга Таисия.
-Вы замечательно вчера пели.
Павловский Константин Георгиевич.
-Очень приятно.
-Мне тоже. Проходите.
-Так что же, давайте и я вам спою.
Какую песню хотите услышать?
-Я хочу...
чтобы вы исполнили песню,
которую любите больше всего.
-Тася, помогай.
Друзья, прощайте, помираю...
ВМЕСТЕ: Не я, а люди говорят.
Пальто и брюки оставляю
Да две рубахи без заплат.
Пальто и брюки оставляю
Да две рубахи без заплат.
Именье это завещаю
Продать на рынке, а потом
Зайти в трактир напиться чаю
И посетить питейный дом.
-В том кабаке меня заройте,
В котором часто я пивал.
И так могилушку устройте,
Чтобы я под бочкою лежал.
Слепите памятник из глины,
Наймите Ваньку-маляра,
И он напишет вам картину
"Мои великие дела".
"И он напишет вам картину
"Мои великие дела".
-Завтра надо съездить
к артиллеристам.
-А поезжай! К артиллеристам,
к танкистам, к трактористам -
к кому хочешь. Только без меня.
Я сюда приехал войну снимать,
а не твои концерты.
А хочешь, я тебе еще начистоту скажу?
-Ну, скажи.
-Кир, ты военкор или артист?
Ты для чего эти стихи писал?
-Я хотел, чтобы она меня полюбила.
-Да? Полюбила?
-Да.
-А с чего ты это взял?
Это потому, что она
из Ташкента сбежала?
-Она бросила все ради меня.
А я поступил как трус.
-Кир, хватит!
Что ты мог сделать?
-Мог. Но не сделал.
Боюсь, этого она уже не простит.
-Ну и хорошо, что не простит.
Ну и ладно.
Послушай меня хоть раз в жизни.
Погубит она тебя.
-Вы ее не любите. Все.
Не любите и боитесь.
-Мы тебя любим.
А до нее нам дела нет.
-Мне есть.
-Галина Васильевна,
товарищ генерал-лейтенант приказал
отвезти вас, куда скажете.
-Спасибо, но я не просила.
-Товарищ Коврова,
товарищ генерал рассердится,
когда узнает,
что его приказ не выполнен.
-А что мне с того, что рассердится?
-Так он на меня... рассердится.
Вас домой?
-Нет, не домой.
Остановите здесь.
Пашка! Шпигель!
-Галя? Галька!
Галина свет Васильевна!
Галя, как ты похорошела!
-Врешь ты, Пашка.
Все ты... врешь.
-Да ничего я не вру!
Вон Таська из госпиталя вернулась
и сказала,
что нашу Галю даже тиф красит.
-А ты? Как ты? Что ты?
-Я, Галя, из актеров ушел.
-Как?! Почему?
-Потому что фамилия у меня немецкая.
Арсеньев сказал, что нельзя на сцене
появляться с немецкой фамилией,
пока немец родную землю топчет.
Я даже поначалу хотел сменить:
Зерцалов. "Шпигель" -
это же с немецкого "зеркало".
Но потом подумал: что Зерцалов,
что Шпигель - все равно.
Хорошего артиста из меня не вышло.
-Паша, Паша!
-Ну все, не утешай меня только,
не спорь.
Я отлежал этот сезон
расстрелянным бойцом в первом акте.
И решил: все, хватит.
Ну посмотри - я теперь администратор.
Восстановлением театра
к новому сезону занимаюсь.
Вот фанеру достаю, рейку,
сороковку, дюймовку. Война же.
-Ну да.
-Ты заходи здесь.
-А, хорошо.
Паш, хочешь, я про тебя
Арсеньеву скажу?
-Не надо.
Я втянулся.
Да и зарплата больше.
-Михаил Георгиевич...
Михаил Георгиевич, это я,
Галя Коврова.
-Ангел! Девочка моя!
Ты откуда?
-Из госпиталя.
-Простите, Галина Васильевна.
Встречался с подшефным
командованием дивизии,
ну и выпил спирту натощак.
И вот, понимаете, результат.
Как я рад, что ты вернулась!
Как я рад! Я хотел приехать
к тебе в госпиталь - не успел.
Вру, вру, конечно.
Я не приехал, потому что знаю,
что женщины не любят, когда их видят
больными и беспомощными.
-Спасибо, Михаил Георгиевич.
-Чаю? А, нет, коньяку!
Мне подшефные коньяк подарили,
трофейный.
-Я снова хочу работать в театре.
-Конечно. Конечно!
Любая пьеса, любая роль!
Хочешь Гедду Габлер?
Или ты хочешь бесприданницу?
-Я подумаю насчет Гедды Габлер.
Но только я хотела начать свою работу
в театре сначала. Вместе со всеми.
-Я не понимаю.
-Я хочу поехать на фронт
с агитбригадой.
-А вот это нельзя. На сей счет я имею
очень точное распоряжение
от Кононыхина.
-Что за распоряжение?
-Не пущать вас на фронт.
-Он не может не пускать меня
на фронт.
-Кононыхин сейчас... все может.
-Старший лейтенант Куприянов,
дежурный по управлению.
-Мне нужно увидеться
с начальником управления.
-Галина Васильевна,
вас уже выпустили?
-Меня выписали, товарищ Кононыхин.
-Ну я оговорился. Какая вы злюка!
Вы кто, простите?
-Капитан Мурзин.
Адъютант командующего
Западным фронтом
генерал-лейтенанта Павловского.
-А здесь вы что делаете?
-Сопровождаю товарища Коврову.
-Арсеньев сказал, что вы запретили
отпускать меня на фронт.
-Галина Васильевна,
я думаю, там нам будет удобнее.
Я не запрещал - я не рекомендовал
отправлять вас на фронт. Это опасно.
Ваш побег я замял. Благо болезнь
ваша, будь она трижды неладна,
помогла. Отдохните недельку,
доснимитесь в Ташкенте.
Так будет лучше -
и для вас, и для всех.
-Спасибо за Ташкент,
но я наотдыхалась в больнице.
Сделайте мне подарок еще один:
отправьте меня на фронт на недельку,
к мужу. А я там заодно
и пару концертов дам.
-Я - с удовольствием.
Но надо посоветоваться.
Вы такая очаровательная женщина,
Галина Васильевна, но упрямая, как...
До невыносимости!
Времена нынче такие.
Мы не принадлежим себе
и нашим желаниям.
А вы с вашим супругом
после "Жди меня" - в первую очередь.
До свидания.
СВЕТЛАЯ МУЗЫКА
-Распишитесь, пожалуйста, на память.
-С удовольствием.
Прошу.
-Спасибо.
-А Кононыхин-то, да?
"Мы себе не принадлежим". Пожалуйста!
-А почему свернули?
Прямо же быстрее, нет?
-И дорога ровная.
-Да ровная,
просто немцы, сволочи,
когда еще бои были,
этот кусок дороги через треклятое
поле артиллерией пристреляли.
Ну и теперь лупят по координатам
через нашу передовую.
А это правда, что в Знаменке
завтра ваше кино будет?
-Посмотрим на ваше поведение.
-Кино не стали смотреть,
товарищ полковник?
-Да у меня свое кино.
-Расскажете?
-А в печать не попадет?
-Нет, если не хотите.
-Да я женщину встретил у нас в штабе.
Шифровальщица.
А она другого любит.
А знаешь, кто тот, другой? Поп!
Ему перед войной пять лет дали.
А я, полковник,
коммунист, орденоносец,
а она...
Вот теперь и мучаюсь.
Мне бы надо о службе думать,
о войне, а я - все о ней.
Ну как вам такое кино?
-В кино все обязательно
заканчивается хорошо.
-А хорошо - это как?
-Можем посмотреть. Там как раз конец.
-Товарищ полковник,
разрешите обратиться
к товарищу батальонному комиссару.
-Обращайся.
-Товарищ Туманов, вам радиограмма.
Разрешите идти?
-Идите.
ФИЛЬМ: -Алеша! Алексей!
Алеша! Алеша!
ЛИРИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Алексей! Алеша!
-В строй!
-Анюта! Я знал, что ты придешь.
-Мне так много надо тебе сказать!
-Мне тоже.
ВОЗМУЩЕННЫЙ ГУЛ
-Да угомонитесь вы! Что галдеть-то?
Потерпите немного, будет вам кино.
Сейчас сделаем.
Будет вам сейчас кино. Будет!
АПЛОДИСМЕНТЫ
-Спасибо вам. Спасибо вам большое.
А теперь я уступаю сцену
лауреату Сталинской премии
Кириллу Туманову.
-Я прочитаю вам стихи,
написанные недавно.
"Далекому другу".
И этот год ты встретишь без меня.
Когда б понять ты до конца сумела,
Когда бы знала ты, как я люблю тебя,
Ко мне бы ты на крыльях долетела.
Отныне были б мы вдвоем везде,
Метель твоим бы голосом мне пела,
И отраженьем в ледяной воде
Твое лицо бы на меня смотрело.
Когда бы знала ты, как я тебя люблю,
Ты б надо мной всю ночь,
до пробужденья,
Стояла тут, в землянке, где я сплю,
Одну себя пуская в сновиденья.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Располагайтесь, товарищи. Печка
у нас треснула, угореть можно,
я вам буржуечку тут затопил.
Доброй ночи!
-Доброй ночи, спасибо.
-Так что это была за бумажка,
которая тебя так обеспокоила?
Новое предписание?
-Срочно выехать в расположение
Донского фронта.
-Даже недели не пробыли.
-Но идет война, Галя.
-И мы себе не принадлежим?
-Да и у тебя в понедельник
уже съемки в Ташкенте.
Погода может быть нелетная.
Я договорился,
чтобы самолет прислали чуть загодя.
-Ты договорился.
-Я, а что?
Ты хотела сказать:
"А он сделал бы невозможное"?
Преодолел пространство и время, да?
Но я не он. Как бы ты ни хотела
видеть его во мне, я - это я.
Да черт со мной! Мне за тебя страшно.
Если ты будешь продолжать
мерить настоящее прошлым,
будущее тебя разрушит.
Прости.
-Я не сержусь.
Я больше ни на что не сержусь.
-Галь...
-Мм?
-Прости.
Как только вернусь из командировки -
к черту всех, приеду в Ташкент
и заберу тебя домой.
-Спасибо.
-Мне уже давно отпуск положен.
-Товарищ Туманов,
а у нас уже все готово. Осталось
только вашу отметочку об убытии
поставить. Пройдемте?
-Я здесь вас подожду.
-Я провожу товарища Коврову,
не волнуйтесь.
-Прогуляюсь.
-Ну, пойдемте.
-Ну вот, все хорошее
когда-нибудь заканчивается.
Спасибо вам. Такой людям праздник
устроили.
Спасибо за ваше внимание.
-Спасибо.
-Удачи.
-Удачи.
МРАЧНАЯ МУЗЫКА
-Товарищ Туманов, вот ваши документы.
А вот здесь распишитесь об убытии.
-Откуда?.. Чья это машина?
-Моя. То есть хозяина,
гвардии полковника Мигунова.
А до него ею летчик знаменитый
владел.
Герой Советского Союза.
Его под Кенигсбергом сбили.
Костецкий была его фамилия,
не слыхали?
-Дайте мне ключи.
-Дай.
-Там с мотором что-то.
Или бензин не тот... Она еле ездит.
-Дай.
ПРОНЗИТЕЛЬНАЯ МУЗЫКА
-Извините, я сейчас.
ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА
Галя!
Галя!
Стой!
Галя, подожди!
Галя, не смей!
Стой!
Стой!
Я люблю тебя!
Клянусь, все будет как ты захочешь!
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
НАСТОЙЧИВЫЕ ЗВОНКИ В ДВЕРЬ
-Галя, что? Что?..
-Ой... Я уснула.
-О господи! Господи,
что ж ты меня так напугала?
Все хорошо, а?
-Вода ржавая...
Прости, мам. Холодно.
Подай полотенце.
-Полотенце? Сейчас, сейчас. Сейчас.
Вот. Давай вставай.
Господи...
-Ты просто так пришла?
-А что? Я должна появляться,
когда у тебя случается
что-то из ряда вон?
Хотя у тебя вся жизнь из ряда вон.
-Понятно.
-Попрощаться пришла. Сестры,
слава богу, вроде идут на поправку,
но Толя от них что-то подхватил.
Галь... у тебя сын.
-Я помню.
-Что ты ищешь?
-Папиросы.
-На, возьми.
Галь...
-Мама...
-Галя!
-Мама!
Я в глаза боюсь ему смотреть.
Вот что я ему дам?
Я дала ему жизнь.
Больше ничего не могу ему дать.
-От Кирилла есть известия?
-Он, как всегда, на фронте.
-Я это знаю.
Но он когда-то должен вернуться.
-Дай бог.
-Так нельзя жить.
Галя, ты сгоришь!
Ты останешься ни с чем и ни с кем.
-Может быть. Но я по-другому не могу.
И не хочу. Какое?
-Куда ты собралась?
-Красное или зеленое?
-Все зависит от того, куда ты идешь,
с кем и с какой целью.
-Тогда красное.
-Отлично. Просто здорово.
-Спасибо.
-Как-то вы без энтузиазма.
-Откуда ж ему быть-то, энтузиазму?
Мне материал не нравится.
Он бессмысленный.
Как и вся эта поездка на фронт.
Какие будут дальнейшие распоряжения?
-Кирилл Сергеевич, отдохните дома.
-Я не устал.
-Вам нужна машина?
-Разрешите идти?
-Идите.
-Держи.
-Да все.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
https://kinozal.tv/
-Здравствуйте.
А мы к Галине Васильевне.
-Входите.
Ты сошла с ума.
-Может, мы не вовремя?
-Это моя мать.
Проходите.
А что это?
-Продукты.
-Где у вас кухня?
-Там.
-Товарищ батальонный комиссар,
сюда нельзя.
-С какой стати? Я здесь живу.
-Разрешите ваши документы посмотреть.
-Вы не патруль и не имеете права
проверять документы.
Разрешите пройти.
-Придется подождать.
-Клавдия Михайловна?
-Ах... Здравствуй, Кирилл.
А что происходит?
-Вот, не пускают.
-Все в порядке.
-Галина дома?
-Да, дома.
Но ты лучше сейчас туда не ходи.
-Почему?
-Просто не ходи, и все.
ЗВОНОК В ДВЕРЬ
-Здравствуй.
Вот и отпустили наконец.
Приехал.
-Здравствуйте.
-Мой муж, Кирилл Туманов.
-Павловский Константин Георгиевич.
-Мне многое надо тебе сказать.
-Не сейчас, Кирилл.
Если хочешь, можешь остаться.
-Спасибо.
Я лучше пойду.
-Простите, Константин Георгиевич.
ДРАМАТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
Стой! Стой, дурак!
Да куда ты, стой!
Да я разведусь с тобой!
Ты!..
ДРАМАТИЧЕСКАЯ МУЗЫКА
 

////////////////////////////