Рокировка (1 сезон, 2021 год). Цитаты и фразы из сериала

Режиссёр: Легчилова

Антон и Полина давно женаты, и у них общий бизнес – кондитерская фабрика. Все рушится, когда на праздновании десятилетней годовщины их свадьбы Полина застаёт мужа в объятиях его однокурсницы – массажистки Светланы. Полина не может простить предательство и подаёт на развод. Антон вскоре женится на Светлане, а у Полины начинается роман с водителем маршрутки Сергеем, оказавшимся обманутым мужем разлучницы Светы. Однако, бывшие супруги не подозревают, что произошедшая в их судьбах «рокировка» неслучайна…

Все фразы и цитаты

Серия 1

- Кажется, точно такие же сегодня
утром цвели под нашим балконом.
- Да? - Да.
- А цветочница сказала - редкий сорт
и будут стоять долго.
- Спасибо.
А ты что в такую рань?
- Массажист уволился.
И мигрировал
в неизвестном направлении.
- Серегин?
- Да, Серегин.
А новый будет принимать не раньше 11.
- Ты так говоришь,
как будто тебя кто-то ограбил.
- А меня ограбили, да.
Только Серегин мою шею знает.
Вообще, я ради него сюда езжу...
вернее, ездил.
- Ну, я надеюсь, что новый массажист
изучит твою шею ничуть не меньше.
- Надеюсь. Слушай, а может, домой?
- Ты шутишь?
- Нет, ну правда.
Что мне здесь без Серегина делать?
Только время терять.
Я вообще эти все санатории
терпеть не могу.
- Я еще не закончила.
- Так и хорошо.
Все великие произведения должны быть
чуточку незаконченными. Поехали?
- Что на тебя нашло?
- Не знаю.
Первый раз со мной такое, правда.
Поехали. Ну поедем, а? Ну поехали!
РОКИРОВКА
(Звенит будильник.)
- Света! Светлый!
Просыпайся! Ты просила тебя
пораньше разбудить.
- Ненавижу...
- Кого? Меня?
- Просыпаться в такую рань ненавижу.
- Вот. Была бы в декрете -
сидела бы дома аж три года.
- Ой, Сережа, только не начинай.
Особенно когда я еще не проснулась
и ничего не соображаю.
- Наоборот, лови момент.
- Перестань. Хватит.
Хватит, мне еще на работу!
- Всем на работу.
- У меня сегодня первый день.
Перестань!
- Я очень соскучился,
пока эти бутерброды рубил.
- Здрасте. Простите, что опоздала.
- Ничего.
- Раздевайтесь, ложитесь на кушетку.
Вы мой первый пациент в санатории.
- Звучит угрожающе.
- Не бойтесь, у меня рука легкая.
Так. Шведов Антон Денисович.
Хлыстовая травма шейного отдела.
Шведов? Да ну!
- А что?
Вам не нравится моя фамилия?
- Антон!
- Света? Света Полякова.
- Рубцова.
- То есть замужем за каким-то
Рубцовым?
- Какой ты догадливый.
- Так красный диплом, Света.
- У меня тоже диплом.
Мануальный терапевт,
массажист первой категории.
- Выглядишь... счастливой.
- Ты тоже.
- Да. Если бы не моя травма.
- Подожди, дай угадаю: ты все-таки
навернулся с трамплина,
делая свое сальто?
- Да.
- Говорила же тебе:
не лезь на черные трассы!
- Так я и не лез, Света.
Это же университетский кубок.
- Ну ладно, раздевайся.
Посмотрим твою хлыстовую травму.
- Ну вот, а ты хотел уезжать.
- Уезжать?
Мне вообще кажется,
я готов сальто сделать.
- Сальто не надо.
Лучше принеси мне таблетку,
у меня голова раскалывается.
И что, давно вы не виделись?
- С третьего курса. У нее
мама заболела: химия, операция...
Ну, в общем, она и бросила учебу,
чтобы работать начать. Держи.
- Понятно. Слушай...
Раз она тебя поставила на ноги
так быстро,
может, она мою мигрень снимет
в два счета? - Так.
И что ты предлагаешь?
- Не хочешь записать меня по блату?
- Ух ты! А я что-то не подумал. Так,
и что, ты завтра со мной пойдешь?
- Пойду. А то как подумаю -
мучиться опять три дня...
Пускай делает со мной все,
что захочет.
- "Что захочет".
Обманула тетка: завяли.
- Я уже успела их нарисовать.
- Если б я имя в карте не прочитала,
никогда бы не узнала!
Был такой худющий, резкий,
говорил как пощечины давал.
А теперь такой вальяжный, холеный.
Трусы за двести баксов.
- Попробуй: не пересолил?
- Нет, все-таки что деньги с людьми
делают: совсем другой человек.
Небо и земля.
- Я говорю, соли нормально?
- Тебе совсем не интересно?
- Интересно, очень.
А откуда у него бабки?
- Своя фабрика.
Кондитерская.
"Феликс", кажется, называется.
- Забавно. Твои любимые.
- Ой, точно! Слушай, так они же
на каждом углу продаются.
Это ж какой у них оборот!
- Сама говоришь -
трусы за двести баксов.
- Угу. А был худющий!
Я ему еще высшую математику
списывать давала.
- Ну, бизнес - это не высшая
математика,
это расчет и наглость. Он женат?
- Да. Даже фотку жены показывал.
Холеная!
А ты чего такой?
- Нормально все.
- Опять кредит не дали?
- Зарплата маленькая для такой суммы.
Все, закрыли тему.
- Сереж, а что это мы
со сковородки едим?
- А, прости, Светлый,
замотался сегодня.
Сегодня всего семь рейсов
вместо десяти было,
и народ такой нервный!
- Дай помогу.
- Нет уж. Фабрики у меня,
конечно, нет,
но с хозяйством я уж как-нибудь
справлюсь. - Ладно.
- Я не знаю, Светик,
что вы со мной сделали,
но голова совершенно не болит.
Чудо какое-то! Спасибо вам большое!
- У меня рука легкая.
- Ну что ж, за легкую руку
и светлую голову! Ура!
- Ура! - Ура!
(Звонит телефон.)
Простите.
Алло? Я в ресторане.
С Антоном. Да, с тем самым.
Они с женой меня украли после работы.
Это муж.
- Пусть подходит. Давай-давай.
- Конечно, пусть подъезжает.
- Ну, приезжай.
- Светлый, да я только с маршрута,
какой ресторан? Не-не...
Здорово. Не уговаривай. Привет.
Не-не-не. Не поеду.
Поет: - "С тобой, моя звезда,
танцую я сейчас.
Ты трогаешь меня нежно.
Искрятся иногда зеленые огни
В глазах твоих больших грешных.
Ту-ту-ту, на-на-на,
Снова вместе, снова рядом..."
- За знакомство!
- Светлый мне вчера все уши про вас
прожужжала.
Хвасталась, что давала списывать
высшую математику.
- Антон?
- Заложила, заложила меня.
- А я ее конфетами вашими накормил,
фабрики "Феникс".
- Вот это правильно.
Поет: - "Ты скажи мне "да"!"
Спасибо! Я посвящаю эту песню моим
вновь приобретенным друзьям!
Ребята, я люблю вас!
- Сережа, а чем вы занимаетесь?
- Давай уже на ты, в конце концов.
- Я водитель.
- Сережа маршрутку водит,
которая ходит из санатория в город.
- Да, никаких чудес.
- Да, но скоро у нас будут
собственная маршрутка
и собственный автопарк.
Давайте за автопарк!
- Давайте. За автопарк!
(Звучит музыка.)
- А можно нам повторить?
Как мне нравится эта музыка!
Пойдем танцевать!
Пошли. Да-да-да!
- Давай.
- Пойдем-пойдем.
Ой, какая красота!
- Тебе нравится?
- Да, очень.
- А знаешь, дарю.
- Нет, ты что.
- Ну перестань. Я его купила
сама не знаю зачем, почти не ношу,
а тебе нравится.
- Он стоит как машина.
- Ты сильно преувеличиваешь.
- А давай так: я тебе сделаю курс
массажа от мигрени.
И Антону тоже. Я по четвергам
в поликлинике принимаю.
Ребята, все бесплатно.
- Нет-нет.
Бесплатно - это, пожалуйста, Полине,
а мне по прейскуранту.
Я в бесплатную медицину не верю.
- Договорились. Вы когда уезжаете?
- Мы... Через неделю, да?
Путевка заканчивается.
- Отлично. Тогда продолжим лечение
в городе.
Видал?
- Пойдем отсюда.
Зачем ты отдала свой браслет?
- Я считаю, что украшения должны
приносить радость.
Ты видел, как у нее глаза загорелись?
А мне он все равно не нравился.
- Не знаю. По-моему, Сергей
расстроился.
- Да? Да ну, он стоил копейки.
- Для тебя.
- Хочешь, квартиру оформим в залог,
чтобы тебе кредит дали?
- Это твоя квартира, Светлый.
Представь, что мама твоя сказала бы,
если бы узнала,
что я на это согласился.
- Я думаю, мама была бы рада,
что у меня такой мужик деловой.
- Приехали.
Спасибо, Славик!
- Ага. Пока.
- Сережа...
- Все, закрыли тему.
- Антон!
- Что?
- Мне кажется, я придумала дизайн
упаковки наших новых конфет!
Идея, по-моему, гениальная!
- А мне кажется,
у меня есть идея получше.
- Тебе даже не интересно, что это?
- Очень интересно.
- А почему ты даже не спрашиваешь?
- Сейчас мы подробнейшим образом
все обсудим.
- Полина, это как-то совсем беззубо.
Прямо для тетенек 50 плюс.
У нас там черно-белый шоколад:
конфета черная, конфета белая.
Ну и дизайн, значит, как-то
соответствовать должен.
Должен быть какой-то агрессивный,
что ли, не знаю, провокационный.
- Борьба добра со злом, что ли?
- Вот! Мне нравится.
И потом: ну что за банальное
название?
Ну кто купит конфеты с таким
названием?
Нужно что-то хлесткое:
"Схватка" или "Двойной удар".
Ну не знаю... "Рокировка". А?
Коротко, интригующе
и соответствует содержанию.
- Я всегда занималась рекламой,
тебя это устраивало.
- Полина, ну прости, честное слово,
первый раз не понравилось.
Давай эти цветы повесим на стену
и успокоимся.
(Сигнал сообщения.)
- Совсем забыл: массаж.
- Я поговорю с рекламным отделом
сегодня.
А ты помнишь, что конец месяца,
надо перевести деньги
в фонд "Детское сердце"?
- Помню.
Только мне все равно непонятно,
за какие такие грехи
мы с тобой откупаемся.
- Мы договорились не спорить
на эту тему.
- Ладно, ладно, все!
Пойду сдаваться Светлане Анатольевне.
Пусть мучает меня с особой
жестокостью.
- Давай. Завтра моя очередь.
- Полина, не обижайся.
Не обижайся.
- Ладно. Я сделаю тебе новый эскиз -
провокационный.
- Да. Все.
- И отчитаюсь строгому начальству.
- Давай. Хорошего дня!
(Раскаты грома.)
- Прости, опоздал: пробки.
- Можешь не торопиться.
- Что-то случилось?
- Арендную плату подняли вдвое.
Я не потяну.
До восьми сказали съехать.
- Сочувствую.
- Ты прости, что я не предупредила.
Все как-то неожиданно.
- Ладно, ты уж не расстраивайся так.
Найдешь себе новое место.
- Конечно найду, куда я денусь?
Только клиентов потеряю,
если далеко будет.
Просто обидно! Только в жизни все
наладится - бац, и опять проблемы.
Как лошадка, бегаешь по кругу,
скачешь через препятствия.
Помнишь, была такая игрушка?
- Нет. Не помню.
- У меня была. Мамина еще.
Когда завод заканчивался, она просто
упиралась лбом в препятствие.
Жалко было лошадку.
- Не расстраивайся так.
Все мы такие лошадки.
- Только у кого-то завод побольше.
А знаешь что? Раздевайся.
- Ух ты! Бунт на корабле?
- Да. До восьми что-нибудь да успеем.
- Отлично.
- Стойте! Да стойте же!
Я же, еще как вошла, просила,
чтобы вы меня высадили
на этом углу!
Останавливай немедленно!
Останавливай, я тебе говорю!
Я буду жаловаться!
- Да на здоровье!
- Хам!
Дверь вонючая!..
Я буду жаловаться!
- Мама через три года умерла,
а врачи давали три месяца.
Чтобы за ней ухаживать,
я освоила массаж,
свою методику придумала.
- Ты молодец.
- Да. В институте восстанавливаться
было уже поздно.
Сделала ИП, открыла свой кабинет.
Переворачивайся.
- И потом к тебе на массаж
пришел красавец Серега.
- Как ты догадался?
- Я экстрасенс.
- Сложный случай, между прочим, был.
Компрессионный перелом со смещением.
Врачи сказали - мануалить нельзя,
может парализовать.
Операция больших денег стоила.
Так что я полгода по миллиметру
восстанавливала ему позвоночник.
Все, герой, одевайся.
- Так что, он в аварию попал?
- Нет. Машину ремонтировал,
она с домкрата стала сползать,
он и подхватил.
Вот и доподхватывался до загса.
- Я его понимаю.
- Правда?
- А мы с Полиной познакомились
в самолете.
У нее там что-то случилось с ремнем
безопасности,
билась, как рыба в сетях,
вот и пришлось спасать.
- Она у тебя чудесная.
Смешная немножко и такая, знаешь,
к жизни не приспособленная.
- Ну да.
У нее папа академик был, лауреат
всяких государственных премий,
вот она у нас и выросла принцесса
с обостренным чувством
справедливости.
Так, слушай, вот что я подумал:
пока у тебя кабинета нет,
ты приходи к нам работать.
- Нет, Антон, неудобно.
У меня целый чемодан, причиндалы,
и стол массажный. Хотя для Полининой
головы он не нужен...
- Вот! К Полине и приходи
завтра с утра.
- Ну, пойдем со мной!
На! Найда, лови!
На! Ну, молодец!
Пойдем домой. Пойдем домой!
Домой, домой.
- Не знаю. По-моему, Антон прав.
Вот это будут покупать лучше.
- Вечно ты его поддерживаешь.
Могла бы хотя бы один раз поддержать
свою сестру.
- Ты же знаешь мою позицию.
- Что муж с женой не могут
работать вместе?
- Вот мы с Германом
никогда не спорим,
потому что он ничего не понимает
в ландшафтном дизайне,
а я - в медицине.
- Ну, не знаю, не знаю.
Ты вечно его учишь,
как управлять клиникой.
- Это да, но как операции делать -
я его не учу.
- О каких операциях идет речь?
Привет!
- Привет!
- Привет! Она говорит,
что не учит тебя оперировать.
- У-у, еще как учит! Пить.
Слава богу, что во время операции
она не стоит у меня за спиной.
Что тут у нас?
- Вот скажи...
- Поужинаешь с нами?
- А что, мне вот это нравится.
- Что и требовалось доказать.
- Спасибо.
(Сигнал электронного датчика.)
- Антон приехал. Я пошла.
- Найда!
А где наша собака? Опять к вам ушла?
- Мне кажется, что она решила,
что теперь живет у нас.
- Пойду за Найдой схожу.
- Отдыхай, я сама.
- Сама? Антошку давно не видела?
- Прекрати, у тебя паранойя.
- Что значит - уволился? Почему?
- Да бабка какая-то сказала
начальству, что я ее ударил.
Синяк показала.
- И что, они ей поверили?
- Она активная бабка. В соцсетях
разместила и синяк, и фотку мою.
Легче стало самому уйти.
- Кошмар какой-то.
И у меня теперь работа
только в санатории,
за смешные деньги.
- Да ладно, Светлый, прорвемся.
Много нам, что ли, надо?
- Много!
До хрена всего мне надо, Сережа!
Ты у нас такой неприхотливый,
а мне много надо!
- Ну хватит, все наладится.
- Нет!
- Да наладится, обещаю!
- Да ты что? Таксовать пойдешь?
- Нет.
В почтовую курьерскую службу
водилой устроюсь.
У них там машины служебные.
Еще могу гараж свой сдавать.
- Охренеть, как мы заживем! А я чужие
жопы буду мять с утра до вечера!
Красота, романтика!
- По-моему, ты переобщалась
с этим Шведовым.
- Это я с тобой переобщалась.
Если бы я не бросила тогда учебу...
- И что было бы,
если бы ты не бросила тогда учебу?
Ты была бы сейчас на месте Полины?
Ты это хотела сказать?
- У меня было бы сейчас
высшее экономическое образование.
Это все, что я хотела сказать.
Ну а что? Ну крутятся же люди как-то,
рискуют. Даже закон нарушают.
А ты заложить квартиру - мою -
и то боишься.
Потому что ты не уверен в себе.
Потому что ты весь такой правильный.
Так давай я рискну.
Открою салон на кредитные деньги.
Что-то же нужно делать.
Кто-то же должен быть мужиком.
Сережа, ты куда?!
- Нет-нет, даже не спорь.
В таком состоянии работать нельзя,
тем более что голова
у меня уже прошла.
Сейчас мы с тобой выпьем чаю...
- Кофе.
- Кофе? - Угу.
- Хорошо, сварим кофе.
- Ух ты, какой у вас дом!
- Спасибо.
- Да я рыдаю не потому,
что кабинет потеряла.
Плевать. Сережа из дома ушел.
- Как так?
- А вот так.
Я предложила заложить квартиру,
чтобы дали кредит, - он отказался.
Я наговорила гадостей,
обидела его, а он гордый.
Хлопнул дверью и ушел.
Я думаю, что у нас все.
- И что, ты не знаешь, где он?
- Знаю, конечно. В гараже.
У него там логово
еще с холостяцких времен.
Там связь плохая - не дозвониться.
- Найда, ты чего? Найда, фу!
Ну-ка, фу! Нельзя! Это что такое, а?
Не бойся. Не знаю, что на нее нашло.
- За пятерку сделаю.
- Ладно. По рукам.
Когда забрать-то?
- Завтра утром.
Хотя... к вечеру управлюсь.
- Отлично.
Не зря говорят,
что ты ас в своем деле.
Давай, до вечера.
- Давай.
- Добрый день.
- Ты как здесь?
- Мне сказали:
тут делают кузовной ремонт.
У меня царапина на бампере.
Посмотришь? - Конечно.
И где?
- Я сделаю вам предложение,
от которого невозможно отказаться.
- В смысле?
- Сюрприз.
- Привет.
- Ну привет.
- Ирина Андреевна, в рецептуре
указано: ванили - десятая часть!
А у вас на вкус ванили больше,
чем сахара.
- Ага, поняла. - Пожалуйста,
поговорите с технологом о том,
где закралась ошибка,
а эту партию направьте на пралине.
- Полина, можно тебя на секундочку?
Куда делись деньги с нашего общего
счета? Там не хватает 3 миллионов!
- Я забыла тебе сказать:
я их одолжила.
- Одолжила? Кому?
- Рубцовым.
Ну перестань!
Нам эти деньги погоды не делают,
а у них чуть семья не развалилась.
Они отдадут!
- 3 миллиона?!
- Ну, не сразу отдадут - по частям.
Я у них расписку взяла.
Пойдем покажу... - При чем тут это?!
Я сейчас вообще
не про деньги говорил!
Только вы с Германом считаете,
что я женился на тебе
из-за денег твоего папаши,
поэтому, конечно,
последнее слово всегда за Полиной!
- О чем ты?
- Вот! Упаковка готова!
Наслаждайтесь!
А вообще, здесь кого-то
интересует мое мнение?
- Но это рекламный отдел решил,
Антон! Это не я!
- Найда!
Здравствуйте. Вы к Шведовым?
- Да.
- Я сестра Полины.
А вы, простите, кто?
- Друзья.
- Знакомые.
- Привет. - Привет.
- А, привет! - Проходите.
Привет. Майя, ты тоже к нам?
- Нет. Я, как всегда...
Найда не у вас?
- А, нет. Не видел.
- Найда!
- Фух! Жара!
А кто это к нашей родне пожаловал?
- Кажется,
это их массажистка с мужем.
- Массажистка с мужем
и еще с тортиком?
Что-то новенькое в нашем королевстве.
(Слышен лай Найды.)
- Найда, ты где была? Домой!
- Потому что собака знает,
что муж твоей сестрицы оттяпал
у нас 3 метра земли,
вот она и носится
в поисках справедливости.
- Перестань. Мы же одна семья.
- Ну да, мы одна семья,
только Антон оттяпал себе все -
даже тебя.
- Фу, какой ты противный,
ревнивый старикашка! - Какой есть.
- Ты не представляешь,
как я вам благодарна!
- Я рад, что вы помирились.
- Ты не переживай:
мы обязательно вернем деньги.
- Да я и не переживаю.
- Да? А я руками чувствую
совсем другое.
- Что? Чего это ты там чувствуешь?
- Зажимы вот тут и здесь.
Это чакры недоверия и страха.
- Это чакры усталости, Полякова.
- От чего?
- Да от всего.
Сам не знаю.
Помнишь, ты говорила про лошадь?
Во так и я: завод кончился -
и в препятствие лбом...
- Почему ты назвал меня Поляковой?
- Извини. Рубцова.
- Да у вас талант!
- Спасибо.
А мы вроде на "ты" с тобой.
- Да у тебя просто талантище!
- Я для души рисую.
Хотела поступать в Строгановку,
но папа отговорил - сказал,
что сейчас время бизнесменов, -
поэтому я поступила на рекламу.
- Зря.
Зря послушалась папу.
Закопала талант.
Извини. Не хотел никого обидеть.
- Да я не обиделась.
Ну что, все готово.
Где Антон со Светой?
- Она мне сегодня чуть шею
не сломала! - Нечего было крутиться.
- Давайте уже обмоем мою машину!
Если бы не вы...
- Антоша, прости меня, пожалуйста.
- Все нормально. Давайте!
- Довольна?
- С праздником тебя!
Пойду пообщаюсь с гостями.
- Я здесь.
- А чего стоим скучаем?
- Мы не скучаем.
- А что у нас с Антоном Денисовичем?
- А что с ним не так?
- Я не знаю. Посмотри внимательно.
Он странный какой-то. Смотри-смотри.
Глазками чик-чик,
словно кого-то ищет.
- Тебе хватит.
- Ты ему вот так ручкой сделай:
"Антоша, я здесь!"
- Прекрати.
- Человек волнуется. - Угу.
- Люблю тебя. Веди себя хорошо.
Надоели мне эти розовые сопли.
Душно. Пойду умоюсь.
- Сколько лет! Привет!
- Привет! - Вы доехали!
- Ничего себе! Рад за тебя!
- Я-то как рад!
- Люблю тебя.
- Давай.
- Здравствуйте.
- Ребята! Привет!
- Привет!
- Как здорово, что вы пришли!
Молодцы! - Поздравляю.
Подарок скромный, но от души.
- Спасибо большое!
- Поздравляю от всего сердца.
Десять лет - это срок!
Только мы, наверное, пойдем.
- Ну сейчас, так я вас и отпустил!
Нет уж, мучайтесь с нами.
Давайте выпьем шампанского.
- Конечно выпьем. - Давайте.
- Что такое?
- Пойдем поговорим.
- Спасибо, что пришли.
- За вас! - За вас!
- Хорошо выглядите! Хорошего вечера!
- Спасибо. - Спасибо.
- Ты пригласила на ваш юбилей
свою массажистку?
- Майя, попробуй думать
не категорией "кто человек",
а "какой человек".
Вот Света - она добрая,
искренняя, талантливая девушка.
- А что у Светы со вкусом?
- Ну... Послушай,
когда у тебя заклинит шею,
тебе будет уже не до ее нарядов.
- Типун тебе на язык.
Но я никогда не подпущу к себе
массажистку в таком диком платье.
Правильно папа про тебя говорил:
ты блаженная.
- Не ври. Папа такого не говорил.
- Он предупреждал,
что ты раздашь все имущество бомжам
и пойдешь по миру голая.
Хочешь совет?
- Дружить только с богатыми?
- Держаться от этих дворняжек
подальше.
У них камень за пазухой. Или два.
- Ой, блин!
Посмотри, какая я растяпа!
Господи...
Подержи, пожалуйста. Я сейчас приду.
Извините. Прошу прощения.
- Герман, ты Антона не видел?
А то скоро торт вынесут,
а его нигде нет.
А телефон на столе оставил.
- Твой Антошка просвистел туда.
- Спасибо.
- А я выпью за здоровье юбиляров.
- Понавешали тут соплей! Скучаем?
- Если честно, комфортно
себя чувствую только на работе.
- О! Я тоже. Выпьем?
- Я за рулем.
- Понятно. Тогда в следующий раз.
Кем работаете?
- Я водитель.
- Хорошая профессия. А я Герман.
- Сергей.
- О! Официант!
- О! Уже торт!
- Ты где был? - А?
Да это... Поставщики позвонили.
Не хотел при вас с ними ругаться.
- Ты телефон забыл.
- Я с городского перезвонил.
О! Спасибо, спасибо!
Красота! Отлично!
- Пойдем отсюда.
Не могу больше. Пойдем.
- Не гони, пожалуйста.
Да что с тобой такое?
- Ты знаешь что.
- Ну и куда ты собрался?
- Зачем уговорила меня взять деньги?
Зачем уговорила меня пойти
на сборище этих пафосных индюков?
- Мог бы просто сказать,
что ревнуешь.
- Мне эта машина
теперь поперек горла.
- Хочешь всю жизнь просидеть
в своем гараже?
- Хочу! Только этого я и хочу!
- Ну и на здоровье!
Можешь там хоть сдохнуть!
- Света! Света, прости меня!
Прости меня, Света! Ты же знаешь:
я ради тебя хоть душу дьяволу...
- Ну ты и сказал!
Пойдем выпьем?
- Пойдем.
- Сейчас...
Опа! Смотри, что у меня есть.
- Ты что, коньяк украла?
- Не украла, а угостилась без спроса.
- Полина... Полина, что с тобой?
- Как там папа говорил?
Что я блаженная?
- Да что случилось-то?
- Я им денег дала...
Я им денег дала,
чтобы они не расстались, а они...
Нет, конечно, я не такая дура.
Я знаю, что между ними что-то было,
я понимаю.
Когда они рядом стоят,
прямо аж пробирает! Это чувствуется.
Майя, ты знаешь, ревновать -
это так унизительно!
- Ничего не понимаю.
Ты что, застукала Антона с этой?!
- О господи!..
- Тихо, тихо! Полиночка, успокойся!
Тихо, тихо...
- Я не могу больше эту гадость пить.
- Ты, главное,
не торопись все рушить.
Он просто ошибся.
Ну, может, пьяный был.
- Да трезвый он был! Трезвый!
Господи, мне надо было его убить!
Я хотела его убить!
- Бедная девочка.
Ты не поверишь, но все так живут:
немножко нечестно,
закрывая глаза на то,
что не хочется видеть.
Ну выгонишь ты его, а что?
Ты потерпи.
Никуда он от тебя не денется.
- Конечно, никуда он не денется,
потому что полдома - на мне,
половина акций - на мне!
Куда он денется?
- Нет!
Потому что ты добрая,
красивая, умная, благородная.
Потому что он любит тебя!
- Любит!
Смешно.
- Что ты делаешь?
- Пытаюсь открыть твой телефон.
- Ну и как успехи?
Зачем ты сменил пароль?
- Мне показалось:
кто-то хотел меня взломать.
- Открой мне телефон:
я хочу видеть твои сообщения.
- А что происходит?
- Открой телефон!
- Я не буду тебе ничего открывать!
И вообще, у меня может быть
мое личное пространство,
без твоих постоянных упреков
и контроля!
- Я все знаю! - Что ты знаешь?
- Я все знаю! - Что ты знаешь?
- Я все знаю...
- Полина, Полина!
- Ничего страшного: ушиб плеча,
стресс. Я дал успокоительное.
Но ведь она могла свернуть себе шею.
- Я клянусь:
я ее пальцем не тронул!
Полина!
Ты все всегда делала
через мою голову.
В какой-то момент я просто устал.
- И в этот момент появилась
твоя первая любовь?
- Моя первая любовь - это ты.
Просто все все время намекают,
что я женился на тебе из-за денег.
Я уже сам начал в это верить.
- Ты любишь ее?
- Я чувствую себя
рядом с ней мужчиной.
Иногда это сильнее, чем любовь.
- Мой адвокат свяжется с тобой.
(Звонит телефон.)
- Света,
нам нужно встретиться, срочно!
Полина все знает!
Она видела нас вчера в доме.
Ты почему молчишь?
Света! Она подает на развод!
Что нам делать теперь?
Ну почему ты молчишь-то, Света?
Алло! Алло! Света, почему ты молчишь?
Алло! Алло!
- Сережа, ты куда?
Сережа!
Шведов: - Алло!
Ну почему ты молчишь-то, Света?
- Только давай без глупостей.
- Давай.


Серия 2

- Я Рубцова!
Автомобильная авария.
Муж. Вы мне позвонили.
- Успокойтесь.
Пожалуйста, успокойтесь.
Антон Борисович!
Как раз жена Рубцова.
- Здрасте.
- Здравствуйте.
У вашего мужа в момент удара
произошел разрыв селезенки,
он потерял много крови, но мы с этим
справились. Это хорошая новость.
Но он получил тяжелую
черепно-мозговую травму.
Ему лучше находиться под наблюдением
нейрохирургов,
которых, к сожалению,
в нашей больнице нет.
- Все, успокойся. Успокойся.
- Как вы меня нашли?
- На это много ума не надо.
Ну все, успокойся.
- Я не хотела.
- Все!
- Я не хотела.
Я не знаю, как это получилось.
- Это не выход, понимаешь?
Это не выход.
- Пожалуйста, только никому
не говорите. Никому не говорите.
- Посмотри на меня.
Я похож на старого сплетника?
- Но Майя видит меня насквозь.
- А мы скажем, что у тебя была
истерика, а я тебя успокаивал.
А потом пошли купаться. В одежде.
Ну все, все. Надо жить.
По капельке. По глоточку. Надо жить.
- Я не могу!
- Сможешь! Сможешь!
Сможешь. - Не могу!
- Я тебе помогу. Сможешь.
Ну все. Все. Пойдем.
- Что с машиной? Что вы на меня
смотрите? Что с машиной?
Мы на нее много денег заняли.
- Не волнуйтесь так.
Ваш муж счастливчик.
Идите домой, отдохните.
Вас все равно к нему не пустят.
- У меня в клинике
лучший психотерапевт в городе.
Я обязательно вас познакомлю.
- Я не хотела... - Держись.
- Я обязан сообщить в полицию.
- Еще раз повторяю: я упал. Сам упал.
Никто меня даже пальцем не трогал.
- А что мне в твоей карте писать?
- Да пиши что хочешь.
Огнестрела у меня нет, ножевых тоже.
Разбитое лицо и сломанные ребра -
это бытовуха.
Напился и упал из окна собственного
дома. Вот так тебя устраивает?
- Если честно, я бы тебе
с удовольствием
добавил бытовых травм.
- Я знаю.
(Стук в дверь.)
- Извините. Можно?
Сережа... Он в реанимации.
Он разбился.
Я не знаю, выживет он или нет.
- Что мы наделали с тобой, Полякова?
Что мы наделали?
- Что ты здесь делаешь?
Тебе вставать нельзя.
- Не хотел по телефону.
У меня к тебе просьба.
- Слушаю. - Рубцов Сергей.
Там авария серьезная.
А его отвезли в первую городскую.
А ты сам знаешь, какие там условия.
Он муж.
- Я понял. Дальше?
- Возьми его к себе, я тебя прошу.
У тебя ведь лучшая нейрохирургия
в городе, оборудование там всякое.
Я за все заплачу.
- Не сомневаюсь.
- Прооперируй его сам.
Ну прошу тебя.
Хочешь, я на колени встану?
- Кончай этот цирк!
Хорошо, я подумаю.
- Спасибо.
- Привет. Нам надо поговорить.
Я зайду?
Я очень виновата перед тобой.
Вот, я должна вернуть.
Прости.
Я хочу, чтобы ты
не держала на меня зла.
Иногда обстоятельства сильнее нас.
- Герман Андреевич, он опять все
провода оборвал и капельницу выдрал!
- Ну все-все-все, не волнуйтесь.
Я сам, спасибо.
Рубцов, вы же не девочка.
Здоровый молодой мужик.
Другой на вашем месте с такими ранами
давно уже на том свете был бы.
У мироздания на ваш счет свои планы.
Подумайте об этом.
Мне тоже когда-то жена изменила.
Первая.
И я тоже хотел умереть.
Знаете, что я сделал?
Я же медик: у меня доступ
к таким препаратам,
что не только без боли,
а с кайфом можно уйти.
Ну, я в запале жажды смерти,
так сказать, перепутал препараты.
Идиот.
И лошадиную дозу аскорбинки...
А может, я тогда их
неслучайно перепутал?
А может, аскорбинки? Бодрит.
Держитесь.
- Слушай, мне прежняя упаковка -
ну, помнишь, с цветочками -
она реально больше нравилась.
Эта по глазам бьет.
- Хозяин - барин.
- Да.
- Ой! Здрасте, Антон Денисович!
- Здрасте, Антон Денисович!
- Здравствуйте.
- С возвращением вас!
- Спасибо.
- Е-мое!
(Стук в дверь.)
- Войдите.
- Привет.
- Тебя уже выписали?
- Да. Сегодня утром.
- Поздравляю.
- А мне сказали, ты...
- Что я уволилась, уехала
и вместо меня вышел другой человек?
- Да.
- А я передумала. В конце концов,
это моя фабрика тоже.
И я хочу заниматься любимым делом,
которому посвятила всю жизнь.
А ты знаешь, хотела тебя спросить.
Как ты думаешь,
что мне с этим делать, а?
Выбросить - как-то драматично.
А сжечь - пафосно.
Вот я не знаю.
- Давай без сцен.
- Ты же помнишь,
что у нас завтра развод?
- Да, конечно.
Я буду вовремя.
- Я надеюсь.
- Света!
Дом и 70 процентов акций ей.
- Как дом и 70 процентов акций?!
- Все. Давай договоримся:
мы эту тему не обсуждаем. Хорошо?
- Слушаюсь, мой господин.
Но тебя все равно нагнули.
- Так, стоп! Мы с тобой договорились?
А сейчас мы поедем смотреть квартиру.
Я снял пентхаус в центре города.
- Елена Сергеевна...
Герман Андреевич сказал,
что вы можете выписать мне таблетки.
- Полиночка, чтобы понять, что именно
вам надо выписать, и надо ли вообще,
мне все-таки нужно задать вам
еще несколько вопросов.
- Привет!
- Сережа? Привет!
Мне Герман рассказал,
что с тобой случилось.
Но ты отлично выглядишь.
- Сегодня первый день
разрешили вставать потихоньку.
И к этой направили.
- А, к психотерапевту?
Она хорошая. Странная, но хорошая.
Я к ней за успокоительными пришла,
а она мне говорит:
"Не надо вам успокоительных.
Вам кричать надо. Вам плакать надо.
Вам матом ругаться надо.
Посуду бить!"
Я не знаю... Она говорит:
"Вы себя все время контролируете,
себя держите как-то на коротком
поводке, как в строгом ошейнике.
И пора себя с ошейника уже снимать,
как-то дать волю своим эмоциям.
Как-то прокричаться один раз".
А-а-а! Вот так.
- Вам помочь?
Нет-нет, извините. Извините.
А легче стало.
Только жить все равно не хочется.
- Та же фигня.
- Ты держись, Сережа.
Может быть, станет легче.
- Спасибо.
- Антоша, а возьми меня
к себе на работу.
- Кем? Массажисткой, что ли?
- У меня три курса высшего
экономического.
Я любого бухгалтера за пояс заткну.
- Я, вообще-то, думал,
ты захочешь дома посидеть.
Отдохнуть, прийти в себя,
так сказать.
- Привет.
- Привет, Сережа.
- Что-то случилось?
- Да вот, колесо спустило.
Звоню в техслужбу -
никто не берет трубку.
Тебя уже выписали?
- Угу.
- Я вот приехала к Елене Сергеевне,
чтоб она мне таблетки прописала.
Я не справляюсь. У меня не получается
быть плохой девочкой и бить посуду.
- Так. Запаска есть?
- Да, классно, конечно, тут жить.
Но это все не дом. Это все не наше.
Какой смысл вить гнездо?
- Ну потерпи немного.
На все накопим, все купим.
Не все сразу.
- Вот! Поэтому я и хочу
пойти работать.
Чтобы не забывать, что не все сразу.
- Но к себе я тебя взять не могу.
Полина передумала уходить.
Так что как это будет выглядеть?
- Полина - что?
- Да. Прости, что не сказал сразу.
Как-то не хотелось
настроение портить.
- Молодец. Крепкая.
Ну тогда ты тем более
должен взять меня на работу.
Или ты опять будешь играть
по ее правилам.
- Все, давай сменим тему, хорошо?
- Слушаюсь, мой господин.
- В конце концов, у нас с тобой
медовый месяц.
- Горько!
- Горько! До дна.
Так, я надеюсь, в этих конфетах
нет миндаля?
- Думаешь, я забыла
про твою аллергию?
Ешь спокойно, все под контролем.
- Ой! Ой! Ой-ой-ой!
Да, оригинально, конечно:
пытаться накормить
владельца кондитерской фабрики
конфетами конкурента.
- Прости, пожалуйста. Я, по-моему,
просто обезумела от счастья.
- Горько!
- Надо как-то продолжать жить,
искать точку опоры.
Я пытаюсь рисовать, но...
не получается.
Ничего не вижу, не чувствую.
- Я тоже. Лучше бы сдох.
Ни жилья, ни работы, ни денег.
Машина - в хлам. Весь в долгах.
Готово.
- Сережа, я порву твою расписку.
- Что?
- Ты мне ничего не должен.
- Спасибо за помощь.
Все равно буду должен.
- Не говори глупости. Тебя подвезти?
- Битый битого везет?
В гараж.
- Я знаю.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Все. Спасибо.
Доброе утро.
- Ты что здесь делаешь?
- Работаю.
- В каком смысле?
- В прямом. Как, кстати,
твоя мигрень? Больше не беспокоит?
Ты заходи ко мне, я тебе массаж
сделаю. Мы же курс не закончили.
(Слышен крик, звон разбитой посуды.)
- Алло. Алло!
Алло! Алло! Алло.
Прости, тут связь плохая.
- Сережа, я знаю, что тебе
позарез нужна работа.
Мне нужен личный водитель.
Сережа, пожалуйста.
У меня нервы ни к черту,
я боюсь водить машину.
Я... Я правда...
У моих таблеток противопоказание:
не садиться за руль.
Пожалуйста, я тебя очень прошу,
помоги мне.
- Хорошо, сейчас приеду.
- Ого! Ужин из ресторана?
- Ага. У меня с кулинарией
как-то не очень.
- Ой! Ой! Я боюсь, что ты
сильно льстишь моим заработкам.
- В каком смысле?
- Нет, это, конечно,
все очень хорошо, но если мы
будем так питаться, то...
на квартиру накопим лет через сорок.
- Я тут костюм купила, а то мне
на работу не в чем ходить. Ничего?
- Да ничего. Нет, я вообще
не это хотел сказать,
ты меня неправильно поняла.
- Да все я правильно поняла.
Обещаю больше не транжирить.
- А куда ты собралась?
- Прогуляюсь. - Ты чего?
Ну я не то хотел сказать, Света!
Черт!
- Герман, иди сюда.
Что это? - Ну, наверное,
Полина взяла его водителем.
А что, все правильно.
Им обоим хреново.
Такая, знаешь, взаимотерапия.
Все логично.
- Полину надо спасать. Срочно!
- Ты?!
- Вот, я вещи твои принесла.
Ты же даже без зубной щетки остался.
Ты прости, что я в больнице
не навестила -
боялась даже в глаза посмотреть.
- А сейчас что изменилось?
- Ничего.
Сейчас тоже боюсь.
Сережа, ты можешь жить в моей
квартире, она все равно пустая стоит.
- Отойди, или я тебя ударю.
- Ударь.
Ударь, пожалуйста.
Ну! Ударь!
Меня Антон потерял.
- Не пущу. Свяжу и никуда не пущу.
- А ты неплохо устроился, молодец.
Зарплата хорошая?
- Угу.
- А мой все отдал Полине.
Мы живем на съемной квартире.
- Сочувствую.
- Да.
Так что сказать, что я
вышла замуж по расчету, нельзя.
Приходится экономить
даже на продуктах.
- Приехали. - Ощущение, что он
все время что-то должен этой Полине.
И я вместе с ним.
- Приехали, говорю. Дальше сама.
- Спасибо, что подвез.
Хорошая машинка.
Могла бы быть твоей. Ну ладно, пока.
- Слава богу! Я уж думала,
что ты не приедешь.
- И к чему такая срочность?
- Выпей. Ты ведь не за рулем?
- Ты прекрасно знаешь, что нет.
Шпионка.
- Я показала твои работы
Давиду дель Попполо, он галерист.
Ему так понравилось, что он готов
организовать твою выставку в Риме.
- Послушай, я не художник,
я только любитель.
И вообще, ты могла мне сказать это
по телефону или дома.
- Пожалуйста.
- Ты что так хитро улыбаешься?
- Давид очень порядочный человек.
- Это ты к чему?
- Я делала ландшафтный дизайн
его загородного дома в России.
Пожалуйста, не перебивай. Он чуть ли
не главный галерист в Италии.
К его советам по искусству
прислушиваются
во всех королевских домах Европы.
Он овдовел семь лет назад, детей нет.
Очень хочет жениться.
И в восторге от твоего таланта.
- Майя...
- А вот, кстати, и он.
- Ты с ума сошла!
Извините.
- Привет.
- Я сейчас.
- Поехали!
Поехали отсюда скорей!
- Так и будешь молчать?
Что-то случилось?
- Да нет, все хорошо.
- Полина...
давай поженимся!
Прости, глупость сморозил.
Просто мне все время хочется
тебя защищать.
Ты сейчас пришла...
Явно кто-то обидел.
А кто я такой,
чтобы морду бить за тебя?
Прости. Идиот!
Забудь, пожалуйста, этот разговор.
- Я подумаю.
- Ой, и не говори, Валюха.
Вообще, Полину Максимовну жалко.
Одна тень от нее осталась.
- Да я бы на ее месте
уволила обоих с фабрики -
и бывшего, и его эту новую курицу.
Ходит аж светится. Это же совести
хватило пролезть в бухгалтерию!
(Покашливание.)
- Здрасте, Светлана Анатольевна.
- Рыбок не забудьте покормить.
- Ага, покормим.
- Покормим.
- Как защитить тебя от этой жизни,
ну как? Я не знаю.
И пожалуйста, гони ты от себя
этого Сергея.
Я видеть не могу, как он тебя возит.
Я каждый раз молюсь,
когда ты к нему в машину садишься.
Пойду Найду поищу.
Найда! Найда, ко мне!
- Алло, Сережа?
У меня в котельной что-то шипит
и сильно газом пахнет.
Ты мог бы проверить?
- Полина, ничего не бойся.
Открой окно и выйди на улицу.
Свет не включай и не выключай.
Я уже еду.
- Ну а что я, по-твоему,
должен был делать с этой фотографией?
На помойку ее выбросить, что ли?
- Хотя бы вытащить из рамки.
- Да, вот тут ты права.
Я даже как-то не подумал.
Да в этом женские мозги
от мужских отличаются.
Простишь?
- Не-а.
- А если в ресторан?
- Нет.
- А если в ювелирный?
- Нет.
- Тогда что?
- Тогда...
Все.
- Все.
- Предохранитель заменил
на более мощный,
все шланги закрутил.
Больше никаких аварий не будет,
гарантирую.
- Спасибо.
- Но я не специалист.
Ты газовщиков все-таки вызови,
а то мало ли что.
- Хорошо, я вызову мастера.
Может, ты чаю хочешь?
- Да я, наверное, пойду.
- Останься.
- Что?
- Останься.
- Доброе утро!
- Доброе.
- Бутербродов вот нарубил.
- М-м! А я не ем в постели.
- Извини, не знал.
Я еще замок починил в двери:
он заедал.
- Иди ко мне.
- Спасибо.
- О, он не уезжал от нее.
- Ну и что?
- Ну как ты не понимаешь?
Она себе жизнь сломает.
- Она ее не сломает - она ее строит.
Слава богу, ей дурные мысли
в голову не лезут.
- Нет, ну смотри,
они точно спали вместе.
- Очень хорошо.
- По-моему, ты просто рад,
что Антона тут больше нет.
- Да, мне так спокойней.
- Приятного аппетита!
- Спасибо.
- До вечера!
- Это что за цирк?
- Это не цирк. Это мой водитель.
И, между прочим,
я выхожу за него замуж.
- Шутишь?
- Нет, не шучу.
Я могу делать все, что захочу.
- Ну конечно.
Ведь у тебя контрольный пакет акций.
- Да, у меня контрольный пакет акций.
Не забывай об этом.
- Мне кажется или тебя опять нагнули?
- Иди работай.
- Слушаюсь, мой господин.
- А можно уже сменить пластинку?
- Да, конечно.
- Стой! Стой.
Ну все, прости. Прости.
Я хочу от тебя ребенка.
- По-моему, ты просто хочешь
поставить кому-то шах и мат.
- Нет, я правда хочу ребенка -
с твоими глазами, с твоим характером
и с моей деловой хваткой.
Ну все. Ну, не обижайся. Пойдем.
(Сигнал сообщения.)
- Найда, Найда, ко мне!
Найда, ко мне, ко мне!
Молодец, молодец!
- Мне кажется, она тебя полюбила.
- В отличие от своей хозяйки.
- Ой, перестань. Майя рано или поздно
привыкнет, что у нее новый зять.
- Да я и не обижаюсь.
Что я, не понимаю,
что немного не вписываюсь
в ваш ландшафтный дизайн?
- А знаешь, в чем-то
я с ней согласна.
- Да?
- Да.
- А мне стало казаться, что ты
начала смотреть на меня с интересом.
- Хочешь не хочешь, но приходится
присматриваться к мужчине,
который неожиданно стал твоим мужем.
- Да? И как впечатление?
Мне тоже с тобой хорошо.
- Тем не менее я считаю,
что тебе стоит приодеться.
- Только не это.
- Ну перестань!
Ты должен соответствовать.
- Думаешь, если на меня напялить
дорогие шмотки, Майя меня полюбит
так же, как Найда?
- Нет. Скорее всего, нет.
Но стоит попробовать.
Давай-давай, иди собирайся.
Сделаем из тебя приличного зятя.
- Найда, ко мне! Пойдем домой.
Домой! Ко мне, ко мне!
Домой, домой!
- Найда, ко мне!
Домой, девочка, домой.
- Здрасте.
- До свидания.
- Зачем ты так?
- Видел бы папа.
- А знаешь, папа не судил людей
по наличию денег.
- Зато папа за версту
видел проходимцев.
Полина, очнись, пока не поздно.
- Знаешь, Майя,
мне даже не стыдно признаться:
я, кажется, счастлива.
Нет, я действительно счастлива.
- Так...
И что ты раскомандовалась?
- Ты про отдел закупок?
- Да. Они там на ушах стоят.
Прибежали ко мне, жалуются на тебя.
- Да я всего лишь оптимизировала
поставку сырья и снизила затраты.
- Ты - всего лишь
помощник бухгалтера,
и производственные вопросы
тебя не касаются.
- А...
- Ничего сейчас мне не говори.
- А ничего,
что я жена директора фабрики?
Распустили тут всех! Один
заказывает сахар, другой - патоку.
А поставщики им, наверное,
еще откаты приносят.
- Да ты опасный человек:
всех раскусила, всех построила.
- Ты меня еще не знаешь. Смотри:
мы все равно заказываем сахар,
крахмал и лимонную кислоту -
какой смысл покупать готовую патоку?
Увеличиваем объемы исходников -
оптовая цена уменьшается.
А патоку варим сами
на сиропной линии.
Так мы здорово сэкономим
и увеличим прибыль.
- Да уж, ничего себе!
Откуда такое знание
технологического процесса?
- Ты же не думаешь,
что я могу работать только руками?
- Конечно нет.
Кто, в конце концов,
у кого высшую математику списывал?
Но все равно удивила. Удивила.
- Прекрати!
Варить патоку не сложнее,
чем домашнее варенье,
а вот как сэкономить на этом -
вот тут уже нужны мозги.
Так ты быстрее купишь квартиру.
Ну и позволишь мне не ограничивать
себя в ресторанах.
Хотя бы в день твоего рождения.
- Ух ты! А у меня день рождения?
- Представляешь?
- Ой-ой-ой, а я забыл.
Забыл.
- Что бы ты без меня делал?
Без квартиры, без денег,
без дня рождения.
- Пропал бы, пропал.
- Нет, это потрясающе!
Сосуд - то же самое, что дуршлаг,
он восстановлению не подлежит.
Понимаешь? Тогда они рассчитывают
диаметр артерии,
и пораженный мозговой сосуд
они меняют
на фрагмент артерии из руки пациента.
Это потрясающая операция, уникальная!
Если бы в моей клинике
я такое сделал бы!..
Ты не представляешь, фантастика!
И никакого отторжения.
Что, тебе неинтересно?
- Очень интересно.
В отместку могу тебе рассказать
отличия камней осадочных пород
от метаморфических и что капризным
клиентам лучше предлагать
вулканические камни...
Ого!
- Принесла нелегкая.
Кусок в горло не полезет.
Ты еще ручкой помаши.
- Сережа, а давай я поведу машину?
- Ты серьезно?
- Ну да, я как-то соскучилась
по вождению.
Ты что, расстроился?
- Да я и так как альфонс
после твоего шопинга,
а ты еще и вести сама собралась.
- Сереженька, ну только один раз,
до дома.
А завтра ты опять будешь водителем.
Держи.
Вообще, я считаю, что тебе
нужно купить собственную машину.
- На твои деньги?
- Ладно, хорошо, вопрос снят.
Но зарплату я тебе подниму,
потому что мой муж
должен хорошо зарабатывать.
(Звучит музыка.)
- Ну и о чем ты с ним говорила?
- Прекрати.
- Надо его было
тогда в больнице прибить.
- Полина сама виновата:
впустила в дом эту массажистку.
Между прочим, ты в женском туалете.
- Да?
Извините.
- Кхе-кхе!
(Звонит телефон.)
- Алло.
- Полина Максимовна...
- Да, Аркадий Ильич, я слушаю.
- Светлана Анатольевна распорядилась
сиропные линии перестроить
под производство патоки.
Мне как-то неловко выполнять
ее указания без вашего согласия.
- Будьте добры, пожалуйста,
напомните мне,
кто такая Светлана Анатольевна.
- Ну...
Как бы это помягче-то сказать?
- Совершенно верно.
Вы же понимаете,
что помощник бухгалтера
не может давать вам никаких
распоряжений. Всего доброго!
- Ловко ты Светлану Анатольевну.
- Не на ту напала.
- Все, сыт по горло. Пойдем отсюда.
- А десерт?
- Десерт? Дома.
Спасибо. Я там деньги положил.
- Почему Герман тебя так ненавидит?
- Потому что я молодой и красивый.
Шучу. На самом деле
не понимаю почему.
Наверное, забор. Ага, не дал ему
передвинуть забор на один метр.
Какая разница, где он стоит?
Лишняя возня.
Ну, он захотел
даже межевание заказать,
но Майя ему этого не позволила.
- Какой неприятный тип этот Герман.
- Да ладно, он нормальный.
Нормальный.
- Полина, притормози на секундочку:
прижало что-то.
- Скоро уже доедем.
- Ну никак.
Я скоро!
- Я не понимаю. Разве я когда-нибудь
давала тебе повод для ревности?
Я знаю, что у тебя психологическая
травма после первого брака,
но нельзя же меня так мучить, Герман.
- Я старый циник,
я копаюсь в чужих мозгах,
а со своими рефлексами,
понимаешь, не могу справиться.
Меня это бесит!
Ну не может он, не может
не строить на тебя планы. Не может!
Посмотри на себя: ты красотка.
А он - мерзавец. Чувствуешь связь?
Я не могу тебя не ревновать.
- Дурак ты, а не циник.
У меня две полоски.
- Чего?
- На тесте для определения
беременности.
Вы не в курсе, что это значит,
профессор?
- Давно?
- Да что давно-то?
Успокойся, возьми себя в руки.
Прекрати меня ревновать.
- Ну как же я могу
тебя не ревновать, красоту такую?
Особенно с двумя полосками.
Рокировка.
Шах и мат!
Сережа!
- С днем рождения, любимый.
- Спасибо, дорогая. Спасибо.
Сережа!
- Пробую, да? Все.
Очень вкусно, очень!
(Кашляет.)
- Что такое?
Антон!
(Кашляет.)
Скорую! - Помогите!
Кто-нибудь, вызовите скорую!
Срочно! Кто-нибудь, помогите!
Антон!
- Дайте я попробую.
Пропустите, пропустите!
Это мое лекарство от астмы.
- Сережа!
(Треск.)


Серия 3

- Как она?
- Очнулась.
Зайди, только ненадолго.
- Что ты там делала?
Как там оказалась?
- Я Сережу... Где Сережа?
- Здесь твой Сережа. Только недолго.
- Я утром зайду. Все будет хорошо.
- Здравствуй, Майя.
Герман: - Пойдем.
Майя: - Иду.
- Сережа...
- Прости меня! Прости меня, Полина!
Прости! Прости меня, дурака.
- Где ты был?
- Я заблудился, представляешь?
Решил отойти от дороги подальше.
Потом пошел обратно к трассе,
а дороги нет.
Ну не кричать же "ау" как дураку.
- Надо было кричать.
- Ходил два часа, стемнело уже.
Вышел на трассу, нашел машину,
а тебя нет.
Я чуть с ума не сошел.
- Ч-ш-ш.
Герман сказал, у меня сильный ушиб,
но ничего страшного.
- Зачем ты пошла меня искать?
Я же здоровый мужик -
ну что со мной могло случиться?
- Мне кажется, меня кто-то толкнул.
- Что?! Я звоню в полицию.
- Да подожди! Что я им скажу?
- Как "что"? Что тебя хотели убить!
- Ну это какой-то бред.
Что, я скажу: "Мне показалось"?
Там не было камер.
Сережа, обними меня, пожалуйста.
Мне страшно.
- Тише, тише, тише.
- Ай! Осторожно: у меня все болит.
- Ох...
Иди домой уже.
- Не хочу.
Я не могу.
Не пойду!
- Все хорошо: я дышу.
(Дышит.)
Слышишь, как я хорошо дышу?
- Ты даже не представляешь,
как я испугалась.
- Представляю. Только одного
не понимаю: как все это произошло-то?
Я в этом ресторане
постоянный клиент -
они прекрасно знают о моей аллергии.
- У них вчера сменили шеф-повара,
и его забыли предупредить.
- Да?
- Я на них такую жалобу накатала!
Они у меня под суд пойдут -
ответят по полной программе.
- Вот не надо. Не надо!
У них так вкусно и дешево.
А я ведь известный жмот, правда?
- Правда. Но я все равно их засужу.
- Шли бы вы домой, барышня.
Ваш Шведов оклемался, продышался.
Даст бог, ближайшие
шестьдесят лет не помрет.
- Давай.
- Да, поспать бы не помешало.
- Ты знаешь о том,
что Полина чуть не погибла?
- Что с ней?
- В соседней палате лежит.
Не везет ей в последнее время -
хоть плачь. Бытовой травматизм.
- Вот так бывшие родственники
демонстрируют,
как им неприятны новые жены.
Ну ладно, все, я побежала.
И за Полину не переживай:
она в надежных руках.
Знаешь, как Сережа хорошо
о больных заботится?
С ложечки кормит,
ни на шаг не отходит. Все, пока.
- Я позвоню.
- Привет!
Как жизнь молодая?
- Да ничего. Вроде даже прекрасно.
А у тебя?
- У меня тоже.
- Рад за тебя, Светлый,
что у тебя все хорошо.
- Я тоже рада, что ты так выглядишь.
Если бы ты был таким,
когда я с тобой жила...
- То что?
- То на Антона я, наверное,
даже бы и не посмотрела.
- Что ты здесь делаешь?
Почему с капельницей?
- В нашем любимом ресторане
сменили шеф-повара, представляешь?
И он подсунул мне миндаль
вместе с тортом -
поздравил с днем рождения,
так сказать.
- Ну, я рада, что все обошлось.
- Н-да, обошлось...
Опа!
- А зачем ты пришел?
- Ты знаешь, когда я там задыхался,
вдруг с ужасом подумал,
что вот так...
Вот так я и умру,
не попросив у тебя прощения.
- Глупость какая.
- Что?
- А я тебе благодарна.
Если бы ты не ушел к своей
массажистке, я бы никогда не узнала,
что чувствует женщина,
которую боготворят.
- Ты, наверное,
хотела сказать: жалеют?
- Нет, боготворят
и ничего не просят взамен.
- Ну, хорошо,
что ты хорошо себя чувствуешь.
- Да, я в порядке.
Вот только упала... Я часто падаю.
Я неловкая, ты же знаешь.
- Да, я знаю.
Полина... Полина...
- Отпусти. Мне больно, отпусти!
- Мне кажется,
мы совершили большую ошибку, Полина.
- Лично я никакой ошибки
не совершала.
Я пытаюсь быть счастливой.
Знаешь, мне...
Тебе лучше уйти.
- Выздоравливай.
- А я телефон в палате забыла.
- Прости, но я должен был ее увидеть.
- Я понимаю. Пойдем?
- Какая ты...
- Какая?
Я тоже тебя люблю. Только не думай,
что ты так легко отделаешься:
сейчас мы пойдем в палату,
и я устрою тебе сцену ревности.
- Хорошо.
- Найда! Найда, где ты бегаешь?
Иди ко мне! Найда!
Где ты ходишь? Найда!
- Добрый вечер, Герман Андреевич.
- Можешь теперь ко мне обращаться
"Герман".
Мы же теперь вроде как свои.
Ты собаку мою не видел?
- Нет, не видел.
Кстати, по поводу своих...
Полина говорила,
что забор стоит неправильно
и вы хотите передвинуть его
на нашу сторону.
Так вот, мы с Полиной не против.
- Да?
- Ну да. Я уговорил ее.
Все должно быть по справедливости.
- Это ты правильно сказал:
все должно быть по справедливости.
Найда! Иди ко мне, Найда!
Красуля, иди! Иди ко мне!
Иди ко мне, иди, иди ко мне!
Заходи!
- О чем ты с ним говорил?
- Подсматривала?
- Не за тобой.
- Он уговорил Полину
передвинуть забор на 3 метра -
в нашу пользу.
- А почему он вообще лезет
в наши дела?
- Потому что он ее законный муж.
И вообще, это ее личное дело,
с кем ей жить.
- А знаешь, о чем я сегодня подумала?
- О чем же ты сегодня подумала,
малыш?
- Не называй меня "малыш"!
Ужас! Как на тебя подействовала
моя беременность.
- Прости меня, пожалуйста.
Так о чем же вы сегодня подумали,
Майя Максимовна?
- О том, что, если бы вчера с Полиной
не дай бог что-нибудь случилось,
этот ужасный мужик
стал бы ее наследником.
- Странные мысли
тебя посещают по ночам, странные.
- Где начальник отдела снабжения?
- На разгрузке или на КПП.
- Ближе к выходу сгружай:
их завтра в кондитерский цех заберут!
- Понял!
- Сергей Александрович, подождите.
На каком основании вы снова
заказали 3 тонны патоки?
- Так мне главный технолог сказал,
что Полина Максимовна согласилась.
- А в какой форме она распорядилась?
У вас есть официальный приказ?
- Нет.
- А у меня есть. Вот.
С печатью и подписью директора
фабрики, Шведова Антона Денисовича.
Значит так: заказывайте
в два раза больше сахара и крахмала,
а патоку больше не привозите.
Выполняйте!
- Слушаюсь выполнять.
- А это еще что? Что мы здесь делаем?
- Все! Я сбежал. Нет у меня больше
сил там находиться. Нет!
- Подожди, ты же не прошел
курс лечения.
- Да и черт с ним!
Все, я здоров как бык.
Главное -
подальше держать меня от миндаля.
- Ты не понимаешь?
Аллергия - это очень опасная штука!
Если ее не лечить,
то количество аллергенов вырастает.
Ты что, хочешь оставить меня
молодой вдовой?
- О нет! Вдовой - это пока рано:
я еще не купил квартиру.
Вот обзаведусь имуществом,
там можно и умирать.
- Не надо так шутить!
- Ладно.
Привет. Что-то случилось?
- Твой? Отстань от моей жены.
Последний раз предупреждаю.
Думаешь, убежал из больницы -
и я тебя не достану?
- Ты с ума сошел?
- Еще раз сунешься в мою семью -
убью!
- И что это было?
Похоже, Герман считает, что это
ты присылаешь букеты его жене.
- Бред какой-то!
- Не обращай внимания.
Такая ревность - это уже диагноз.
Бедная Майя! Ой!
Или это твой букет?
- Света, ну хватит, а!
- Теперь уж мне точно в больницу
никак! Даже если припрет.
- А я знаю, что делать.
- Что?
- Поехали в санаторий?
- Какой санаторий? А фабрика?
- Да не пропадет твоя фабрика.
(Звонит телефон.)
А в санатории есть
прекрасная программа для аллергиков -
я там работала, я знаю.
- Нет-нет, никак. Ты что?..
У нас запуск новой линии -
там два станка,
которые в глаза никто,
кроме меня, не видел.
Алло! Аркадий Ильич, давайте у меня
в кабинете через 10 минут. Хорошо.
Так, я не понял: а что здесь делает
моя печать? Я же в сейф ее убирал...
- Я достала.
Разве я не твой и.о.,
когда тебя нет?
Или ты что-то имеешь против?
- Да нет, конечно.
(Звонит телефон.)
(Стучит.)
- Не рановато ты вскочила, красуля?
Гематома - штука коварная.
- Герман, я Сереже звоню,
а он трубку не берет.
- Ну и что?
- Ну, он сегодня не приходил.
- Ну мало ли что с человеком
случилось! Ну, приболел.
- Ты так спокойно об этом говоришь.
- А что с ним может случиться?
Он у меня каждый день перед глазами:
то траву косит, то мастерит что-то -
золото, а не мужик.
- Ты его сегодня видел?
- Нет.
- Блин, я с ума сойду!
- Герман Андреевич, без вас никак!
- Иду.
Не вздумай убежать!
У тебя сегодня контрольное УЗИ.
- Вызывала?
- Да.
- Обалдеть!
Интересно, как называется
правовая модель в предприятии,
где помощник бухгалтера
может вызвать на ковер директора?
- "Официальный брак" это называется.
Или "любовь". Как тебе удобнее.
- Да меня оба варианта устраивают.
Ну и что ты вызывала меня,
мой строгий начальник?
- Что это?
- Это?
Здесь же написано...
Вот, платежный документ:
перевод в фонд "Детское сердце".
- То есть наша фабрика
каждый месяц анонимно
переводит крупную сумму денег
в какой-то фонд?
- Да. Этот фонд
помогает детям-сиротам.
- Отлично! Честно говоря,
у меня просто нет слов.
- А ты ничего не говори - ты просто
деньги переведи. Это добрая традиция.
- Боюсь спросить:
а эту традицию придумала Полина?
- Это правило хорошего тона
любого успешного бизнеса.
Некая наша взятка мирозданию,
если тебе так будет понятнее.
- Ну хорошо, давай станем
официальными спонсорами этого фонда?
Хоть рекламу фабрике сделаем.
И налоги опять-таки спишем.
- Понимаешь, взятка - она на то
и взятка, чтобы давать ее тихо,
так сказать, без шума.
Что, я могу идти, товарищ начальник?
- Иди.
- Ах!
- Добрый вечер! А вы к кому?
О! Да у него тут открыто! Заходите.
О! Живой.
Да, чуть что - моя сторожевая будка
здесь, за углом. Кричите.
- Сережа...
- А?
- Сереженька...
- А?
- Это я, Полина. Сережа...
Прости, пожалуйста.
Я... я не знала, где ты.
Я тебе звонила,
а ты не брал трубку и...
И я не знаю... Ты что, сбежал?
Тебе плохо со мной?
- Нет, мне с тобой хорошо.
Это тебе со мной плохо.
- Это неправда!
- Беги от меня, Полина, беги!
Ты совсем из другого мира -
зачем я тебе?
- Сережа, не гони меня, пожалуйста.
Я не хочу никуда бежать.
- Я с тобой -
как булыжник с бриллиантом.
- Мне с тобой хорошо.
Мне с тобой спокойно,
надежно, понятно, просто.
А Майя... Ты не слушай ее, Сережа...
- Ты только не подумай: я не алкаш.
- Я знаю.
- Не могу я так, Полина, правда.
Пришел, поселился на все готовое:
машина, дом, элитный поселок,
деньги рекой.
Сестра твоя со мной не разговаривает,
будто я второй сорт.
Противно. На рожу свою в зеркале
смотреть противно.
Не приживусь я там.
Я уж лучше тут как-нибудь,
в своем болоте.
- Тогда я тоже останусь.
- В смысле?
- А что?
Это романтика.
Душ у тебя есть?
- Нет, вон умывальник только.
- Отлично.
- Туалет тоже как бы в кустах.
- Ну да, это сложнее, но...
Сережа, но мы же справимся?
- Хорошая ты, Полинка.
Нельзя быть такой хорошей.
Поехали из этого свинарника.
Прости меня. Я псих ненормальный.
- Только не убегай больше из дома.
- Я постараюсь.
- Мне кажется, я люблю тебя.
- А поехали на моей?
- Что? На какой твоей?
Не понял.
И откуда у тебя машина?
- Купила. От тебя ведь не дождешься.
Поехали. Поехали, поехали!
- Нормально!
- Значит так:
директор фонда "Доброе сердце"
оказалась удивительно
непорядочной особой.
Ее зять строит коттедж в поселке,
где участок стоит,
как космический корабль.
Зять - мелкий чиновник.
Совсем мелкий - на побегушках
в районной администрации.
Вопрос: откуда у него такие деньги?
Правильно! Бинго!
"Доброе сердце" оказалось настолько
добрым, что обеспечило всю семью!
А ты что? Ты правда думал,
что твои деньги идут бедным сиротам?
Нет, ты правда так думал?
- Почему ты мне ничего не сказала?
- Хотела сделать сюрприз.
Тебе ведь приятно,
что у меня теперь новая машина?
Там осталось, правда,
еще пару взносов,
но ничего, посидит зять
без черепичной крыши.
- И когда ты успела
все это провернуть?
- Были бы возможности,
а остальное - дело техники.
- Ты хоть ленту эту дурацкую сними!
Так, стоп! А куда мы едем?
Нам в другую сторону.
- В санаторий - лечить твою аллергию.
- Чего? Какой санаторий?
У нас сегодня запуск линии.
- Запустится твоя линия -
полная фабрика специалистов!
А я с девчонками договорилась:
две горящих путевки по цене одной.
- Разворачивайся.
- Что?
- Я даже не взял с собой ничего!
- Твои вещи в багажнике -
я все вечером собрала.
- Нет, нет, нет!
Я так не могу.
Мне правда надо на фабрику, срочно!
- Хорошо.
Алло. Рита, мы не приедем. Отбой.
- Привет.
Это точно? Ты же сама хотела
подлечиться перед беременностью.
- Ну извини.
Вот такие обстоятельства.
- Не надо ничего отменять. Мы едем.
- Я хочу от тебя ребенка!
- Тише! Она все понимает.
- И что, ты думаешь:
она донесет Майе?
- Конечно.
Об этом надо говорить наедине.
А лучше - действовать.
Найда, ты не хочешь домой пойти?
- Найда!
Ну, что у нас сегодня дают в кино?
О, идиллия!
- Он зачем-то приручает нашу собаку.
- Нашу собаку?
Нашу злую собаку,
которая рвет всех в клочья?
Этого не может быть.
- Ну правда.
Он ведет себя как преступник,
которому нужно,
чтобы собака ему доверяла.
- Чем больше срок, тем выше
твои дедуктивные способности.
Сеанс закончен, пойдем. Пойдем.
Сергей: - Молодец!
Давай в воду, в воду! Оп!
- Но почему именно этот номер?
- Других не было.
Остальные двухместные заняты.
Класс! Как здорово!
Да... Какая красота!
- А я бы все-таки переехал,
пусть даже в номер попроще.
- Я так долго жила "попроще",
что больше не хочу.
- Хитрюга ты, Полякова.
- Ну что, переезжаем?
- Нет!
- Я не пущу тебя в таком состоянии
на работу.
- Ой, не говори глупости.
Мне обязательно надо отвезти деньги
в типографию, иначе они
не напечатают упаковку. Спасибо.
А принимают они только наличку.
- Давай я отвезу.
Или ты мне не доверяешь?
- Дурацкая шутка.
Пошли.
Сними картину.
- Ого!
- Это "фермерские" деньги.
Сливки, мед, яйца мы покупаем
только оптом и за наличку.
Поедешь в типографию
и найдешь там директора.
Деньги отдашь ему лично в руки.
Я сейчас позвоню, скажу,
что приедешь ты вместо меня.
Надо мне сделать тебя своим
заместителем, с правом подписи.
- Можешь до вечера валяться
в постели, я все сделаю.
- А поцеловать?
- Антоша, а можно нескромный вопрос?
- Ты все равно его задашь,
зачем спрашиваешь?
- Почему у вас с Полиной
детей не было?
- А можно не отвечать?
- Нет, нельзя.
Я должна знать о тебе все.
- Ну, сначала мы решили
встать на ноги,
чтобы у ребенка было
все самое лучшее.
Потом увлеклись этим процессом
достижения успеха.
А потом как-то не получалось.
- Понятно.
А у нас получится. Обещаю.
Красивую я тебе куртку купила?
- Ой! Очень, очень.
Только очень яркая. Знаешь, машины
тормозят: думают, что я светофор.
- Вот и правильно.
Хватит жить тускло,
одеваться неброско, думать, как все.
Надо отрываться - жизнь-то одна.
- Да. Что бы я без тебя делал, а?
Так бы и жил без красной курточки.
- Привет!
- Привет. - Привет.
Это Сеня-дурачок, сын завхоза.
Он безобидный.
- Шведов!
- Алехин? Да ладно!
- Шведов!
- Алехин!
- Привет!
- Привет! Красава!
- Алехин.
- Да, Алехин.
- Сергей Александрович!
Здравствуйте.
- День добрый, Полина Максимовна.
- Можно вас на минутку?
Сергей Александрович,
у нас какая-то странная проблема
с вами образовалась.
Мне из цеха звонят и говорят,
что патока закончилась, но при этом
новое поступление не приходило.
Так приказ у меня. Сейчас.
Да где же он?..
- Я не понимаю: какой приказ?
- Обронил, что ли?..
- А-а!
- С вами все в порядке?
- Да. Да, да, я в порядке.
Что это было? А-а!
- Мужчина, туда нельзя!
- Там моя жена!
Полиночка, как ты?
- С женщиной все в порядке,
мы сделали успокоительный укол.
- Сережа... - Тише-тише, я с тобой.
Все будет хорошо.
(Звонит телефон.)
Я должна умереть...
Я должна умереть...
- Тихо, тихо, тихо. Выпей воды.
Перестань.
Это просто несчастный случай.
- Второй за месяц?
- Да на любом производстве
такое случается. Меня однажды
машиной чуть не придавило -
с домкрата сорвалась.
- Сережа, там человек умер,
ты понимаешь, нет?
Я видела, что он умер!
Сережа, как мне теперь жить с этим?!
- Тише, тише, тише, успокойся.
Успокойся, пожалуйста.
Успокойся, Полина.
Успокойся, успокойся...
- А я смотрю издалека: ты или не ты?
- Ага. Я тоже глазам не поверил!
Сколько мы не виделись-то, а?
- Ну, сколько...
Как после военной кафедры
полтора месяца в учебке оттарабанили,
так и все. - Точно.
- Лет десять уже или даже больше.
Вот время летит, да?
- Да, не говори.
Слушай, встретились
как два пенсионера - в санатории.
- Я маму сюда привожу.
Она одна - ни в какую.
- Я понял. Ну а я жену.
Да и сам так... восстанавливаюсь.
- А жену Полина, кажется, зовут?
Я помню, ты мне писал.
- Уже Света.
- Понятно.
Все течет, все изменяется, да?
- Ага.
- Дети есть?
- Дети будут.
Ты давай о себе лучше рассказывай.
- Да у меня тоже все сложно.
Матушка рулит -
с ней никто ужиться не может.
Да я уже и перестал
пытаться жениться.
Слушай, как-то уже чересчур...
- Ага.
- Дышать нечем.
- Давай открой.
- Старые стали.
Не понял... Э! Какого хрена?
- Что такое?
- Что за черт?
- Заперли, что-ли?
- Похоже.
Эй! Открой! Открывай!
- Эй!
- Помогите! Дышать не могу.
- Я тоже. Кто-нибудь!..
Да кто там есть-то, а?! Эй!
- Открой...
- Кто-нибудь!
- Что за дела?
- Света!
- Я здесь!
- Света, ты не пугайся.
У нас тут Алехин полежит немножко,
отдохнет от стресса,
а я в город за алкоголем сгоняю.
- А что случилось?
- Там анекдот целый -
без бутылки не расскажешь.
- Антоша, подожди!
Не надо в город: ты же пиво пил.
В километре есть поселок Кленовый,
там у остановки продают даже ночью.
- Правильно, это верно.
Пройдусь заодно, проветрюсь.
- Алло. Сережа...
- Да?
Нет.
Ладно. Понял, понял. Сделаю.
- Ты?! Ты же ушел.
- Ушел Алехин. Говорит: ему неудобно
с чужой женой в номере торчать.
- Мог бы ко мне в душ зайти.
- Ты зачем отключила мой телефон?
- Он разрывался! А я соскучилась.
- Черт, собирайся.
- Что случилось?
- На фабрике ЧП
со смертельным исходом.
Из службы безопасности написали.
Прошу тебя, собирайся, собирайся.
- А как же твой друг?
- Черт, Алехин...
Даже телефон у него не взял.
Все, на ресепшене ему записку
оставлю. Прошу тебя, собирайся.
- Стой, а где твоя куртка?
- Алехин схватил.
Он в баню в одной майке пошел.
- Что за привычка брать чужие вещи?
- Вернет.
Мы с ним чуть не погибли там.
Да дворник ваш, дурачок, запер
нас в бане, потом сам же и открыл.
А мы там уже сознание
чуть не потеряли.
Но сейчас все это уже неважно.
- Неважно?!
Ты два раза чуть не погиб и говоришь,
что это неважно!
- Я тебя прошу... У нас там начснаба
грузовиком задавило.
Насмерть. Ты понимаешь? Сейчас
полиция, прокуратура, проверки.
Поехали уже, прошу тебя.
- Ты меня любишь?
- Да! Я все в своей жизни разрушил,
все предал, потому что я тебя люблю.
- Мог бы просто сказать: "Да".
- Да. Поехали.
- Сережа...
- Ты чего подскочила в такую рань?
- Это что, кровь?
- Не хотел пугать тебя.
Думал: успею отмыть.
Да сосед гаражный позвонил.
Говорит: у них там трубу прорвало,
техэтаж заливает.
Я не стал тебя будить, метнулся туда,
а на обратном пути,
уже к дому почти подъезжал,
из леса вдруг лось как выскочит -
и прямо под колеса!
- Лось?!
- Ага. Видишь, что натворил.
А сам, главное, ускакал.
Ты не переживай:
машину сделаю - будет как новая.
- Да я... да я за тебя испугалась.
- Да что со мной сделается?
- Пешеход от полученных травм
скончался на месте.
Автомобиль, сбивший его,
с места происшествия скрылся.
У поселка Кленовый
следователи изучили видео
с дорожных камер наблюдения,
но перекресток расположен так,
что не попадает в обзор.
Если вы стали свидетелем
этого происшествия,
просьба позвонить по телефону 112.
- Какой кошмар!
- Этого не может быть.
Этого не может быть!
- Тише, тише, тише...
- Это я должен был пойти! Я!
- Не говори так!
- Это я должен был пойти! Я! Я!
А-а!..
- Успокойся!
- Это меня должна была сбить
эта машина, меня!
- Ты ни в чем не виноват!
- Сначала шеф-повар,
потом Сенька-дурачок, потом этот
перекресток, который не попадает
ни на одну камеру!
- Давай напишем заявление в полицию.
- О чем? Что меня хотят убить?
- Да. И я даже знаю кто!
- Кто?
- По-моему, это очевидно.
- Я сейчас не понимаю,
о чем ты говоришь.
- Герман! Он же тебе угрожал!
- Бред, бред!
- По-моему, так и выходит.
Смотри: он знал про твою аллергию,
он был тогда в ресторане,
он мог подкупить нового шеф-повара.
Потом выследил, что мы поехали
в санаторий и закрыл вас с Алехиным.
А потом у него окончательно
снесло крышу, и он не заметил,
что в красной куртке Алехин, а не ты.
- Хватит! Прекрати нести этот бред!
- Я лучше, чем ты,
разбираюсь в людях!
- Не знаю, в каких людях
ты там разбираешься, но Герман...
Да, пусть он ненавидит меня,
пусть презирает, пусть считает,
что я женился на Полине из-за денег,
но он порядочный человек!
Ты меня слышишь?
Он глубоко порядочный человек,
если ты понимаешь, о чем я.
- Да нет, что ты? Куда мне?
- Мне не надо было уходить от Полины.
А тебе - от Сергея.
Мы что-то нарушили. Там.
Там что-то нарушили важное,
какой-то естественный порядок вещей,
и будем за это наказаны.
Все. Все.
И не надо смотреть так.
Я не сошел с ума.
Или сошел? Сошел. Поехали!
(Собака скулит.)
- Ты чего, Найда? Не выпущу я тебя,
даже не проси. Вернусь - погуляем.
Ну, что такое?
Пойдем посмотрим, чего ты скандалишь.
(Собака лает.)
- Да понял я, понял!
Ну не могу я сейчас
страховку эту найти, черт!
- Хочешь, я продам машину,
я отдам деньги фонду, уйду с фабрики.
Только, пожалуйста, не бросай меня!
- Ну что ты такое говоришь, а?
Что ты такое говоришь?
Тебя никто не будет бросать.
(Звонит телефон.)
Черт! Да!
Ну понял, я же говорю, я понял!
- Если ты прав и это не Герман,
а какой-нибудь бумеранг,
я не знаю, как наши грехи замаливать,
как сделать так, чтобы с тобой
больше ничего не случилось.
Я боюсь за тебя, я ужасно боюсь!
- Есть! Черт! Есть, есть, есть.
Прости меня за то, что я наболтал.
Это была просто истерика.
- Тогда - к бабке.
- К какой бабке?
- Порча, сглаз...
Не знаю, как это называется,
но я не смогу спокойно спать,
пока ты не сходишь
к какой-нибудь бабке!
- Милая, давай без всякого
колдовства, хорошо?
С фабрики тебе, правда, лучше уйти.
И деньги фонду верни.
- А-а!..
(Слышен собачий лай.)
- Полина! Полина!
Полина! Полина... Полина...
Господи! Сейчас, сейчас.
Что же делать?
Герман! Герман!
Газ в доме, Полина без сознания.
(Кашляет.)
- К ней нельзя.
- Это я во всем виноват: недоглядел.
- Не важно, кто виноват!
Я знаю только одно:
слишком много несчастных случаев
на одну маленькую, хрупкую женщину.
Я... Кто тебе разрешал вставать?!
- Я только вот этому человеку
хочу сказать...
Если у тебя осталась хоть капля
совести, держись от Полины подальше!
- Я вообще-то муж ее.
- Да сволочь ты, а не муж!
- Все, все, все...
- Майя Максимовна права:
сволочь ты, а не муж.
К ней нельзя!
- Здравствуйте. А можно,
пожалуйста, Германа Андреевича?
- Он на операции. Ложитесь,
ложитесь. Вам нельзя вставать.
У вас сильная интоксикация -
вы газом надышались.
Странно, что вы вообще
так быстро в себя пришли.
- Подождите, мне нужно позвонить,
срочно. Где мой телефон?
- Вас без телефона привезли.
Хотите, свой дам?
- Нет. Я только телефон
бывшего мужа наизусть помню.
- Не отпускает, значит?
- Просто долго вместе прожили.
- Я скажу Герману Андреевичу,
что вам лучше. И не смейте вставать.
- Сережа, мне без тебя так плохо,
так плохо...


Серия 4

Сережа, Сереженька...
- Что мы творим, Светлый?
Что мы творим? Что мы творим?
- Успокойся, Сереженька.
- Почему все не так?
Я снял погрузчик с тормоза.
Угол наклона, скорость -
все рассчитал.
И тут этот мужик! А газ?
Почему Майя не уехала на работу?
Она всегда сваливает в 8 утра! А?
- Я тоже все рассчитала,
просто Сеня-дурачок мимо шел.
А у официанта оказался
баллончик от астмы.
А Алехин надел куртку Антона.
Ну и что?
- Будто бы они неубиваемые.
- Еще скажи "неприкасаемые".
Все, хватит!
Придумай что-нибудь - ты же мужик!
- Я знаю, где взять деньги.
Пусть не так много, как ты хочешь,
но на первое время нам хватит.
И мы уедем далеко-далеко,
чтоб нас никто не нашел.
Ты родишь девочку,
мы назовем ее Ева...
- Ты совсем идиот?!
У нас может быть дом,
фабрика с многомиллионным
годовым оборотом,
а ты предлагаешь просто сбежать
с мешком денег?!
Нет, ты мне скажи: ты совсем дурак?!
- Светлый,
я делаю ради тебя все что могу!
Я не знаю, что еще придумать!
- Зато я знаю, Сереженька.
Пускай Полина сама сядет за руль.
- И что?
- Ты меня спрашиваешь? Ты же ас.
Ты с любой машиной
можешь сделать все что угодно.
Полина просто не справится
с управлением, подушка не раскроется,
а Антона я беру на себя.
- Светлый, давай уедем?
- Сереженька, мы обязательно уедем.
Все сделаем - и уедем.
У всех больших состояний
есть маленькие кладбища.
По-другому никак. Либо ты один раз
идешь против совести,
а потом живешь нормально,
грехи замаливаешь,
либо ты всю жизнь второй сорт,
о который все ноги вытирают
и которому дарят браслеты
с барского плеча.
(Звонит телефон.)
Ты слышал?
- Нет.
- Ах!
- Майя! Ищи! Найда, ищи! Майя!
Майя Максимовна!
Не понял.
(Слышен собачий скулеж.)
Это уже не смешно.
Майя!
- Привет. Мне у тебя
кучу платежек надо подписать.
Я сейчас не вовремя?
Ладно, как скажешь.
- Ты почему мною вертишь
как хочешь, а?
- Потому что люблю тебя.
- Если любишь, иди домой.
Жди меня там.
Я не хочу работать с женой.
Хватит, с одной наработался уже.
- Этот смертельный случай
на фабрике просто ужасный,
но ни одно производство
от этого не застраховано.
Человеческий фактор.
Ну хорошо, хочешь, я выпишу семье
пострадавшего материальную помощь?
Сколько? Тысяч пятьдесят?
Хорошо, сто.
Но это несколько расточительно.
- Я сказал, ты здесь
больше не работаешь.
- Ну хорошо. Ну хорошо, ты победил.
Победил.
Я столько лет не была счастливой,
а тут вдруг все:
и любовь, и интересная работа.
Я из кожи вон лезла,
чтобы заработать лишнюю копейку,
а тут вдруг - все. Я растерялась.
Прости меня, пожалуйста.
Прости, прости.
- Все, хватит. Хватит! Все, хватит.
И ты меня прости.
Я не знаю, что со мной делается.
Не знаю.
- Дай мне слово,
что будешь осторожен.
- Даю.
- И напиши заявление на Германа.
Свидетелей, что он тебе угрожал,
полфабрики.
- Опять мной вертишь?
- Ну хорошо, все, все.
Тогда проверь,
в порядке ли у него машина.
(Бой часов.)
Я люблю тебя.
- Герман меня убьет.
- Да перестань!
Это так романтично:
ты украл меня из больницы.
- Ты как себя чувствуешь?
- Прекрасно.
Еще, правда, голова немного в тумане,
но это пройдет.
- Никогда себе не прощу.
- Ну перестань.
Конечно, я должна была
позвонить мастеру.
Ты же меня предупреждал, но я забыла.
- Вообще-то, следить за хозяйством
в доме должен мужик.
И мастера вызывать - тоже.
Тебя вообще это не должно касаться.
- Ты же никогда не жил
в таком большом сложном доме:
все эти котельные, бойлерные...
Ну ничего, ты привыкнешь.
Во всем остальном
у меня полный порядок:
ни одной ручки не отваливается,
все лампочки горят.
Ну правда!
- Ты?!
- Зайти можно?
- Что?
- Машину покажи мне свою.
- Ну что, ты не понимаешь,
что я говорю? Ты меня не слышишь?
Откуда я знаю, кто разбил мою машину?
Хочешь, экспертизу проведем?
Экспертизу проведем,
и я тебе докажу,
что я никого не сбивал.
- Хочу.
- Боже мой, ну где же это самое...
Ну куда я ее сунул?
Ты что, допускаешь мысль, что я мог
хладнокровно сбить человека?
- А что мне остается делать, Герман?
Что?
- Боже мой, я ищу какие-то бумажки,
занимаюсь непонятно чем!
У меня жена пропала, а я доказываю,
что я никого не сбивал. И кому!
На!
(Плачет.)
- Помогите!
- Ты же без машины,
давай отвезу тебя.
- Да пошел ты! Иди экспертизу делай.
- Да вали уже!
(Шум работы шлифовальной машины.)
- Пожалуйста, помогите!
Помогите!
- Кто так делает, ей-богу!..
(Шум работы шлифовальной машины.)
- Садись.
- Отвали.
- Хватит дурака валять.
Садись, я тебя подвезу.
- Сообщение Полине:
"Полина, не садись за руль,
они хотят тебя убить".
Сообщение для Антона:
"Антон, Полине нельзя садиться
за руль, ее хотят убить!"
Сообщение для Германа:
"Герман, я в подвале у Сергея".
- Нет, знаешь, она сбежала.
Она даже телефон отключила,
чтобы я не мог дозвониться.
- Да перестань ты,
никуда она не сбежала.
Переночует у подруги и вернется.
Просто с Майей так нельзя.
- Как?
- Так! Нельзя ее запирать
насильно в клинике,
злиться на нее, командовать.
- Не надо только меня учить,
как мне общаться со своей женой.
- Ладно.
Слушай, ты мне лучше скажи,
у Полины все хорошо?
- Нет, не все у Полины хорошо.
У Полины все плохо.
Я думал, что она мужика себе
достойного, нормального нашла,
не под стать тебе.
- Мерси. А потом?
- А что потом? А потом я увидел,
как твоя новая жена с Сережей
смотрят друг на друга.
- Ты сейчас о чем?
- О том, что они смотрят друг
на друга как любовники, понимаешь,
которые боятся,
что их вот-вот застукают.
- Слушай, я тебе сейчас врежу.
- На, врежь. На. Легче станет?
Я же копаюсь в мозгах человеческих,
я же понимаю природу человека.
Между ними связь,
четкая, нормальная связь!
- Заткнись!
- А чего это вы, господа,
зачастили в мою клинику?
Я устал вас лечить.
- Все, тебе на сегодня хватит.
Едем домой.
Едем, говорю, домой.
- А что, хорошо, что у меня
завтра нет операций.
Знаешь, пьяный нейрохирург -
это преступление.
- Вот именно, преступление.
Послушай, ты мне лучше скажи,
ты где Свету и Сергея вместе видел?
- Видел у себя, около клиники.
И они, что неприятно,
так смотрят друг на друга,
как в экстазе, понимаешь?
Так, Антоша, отвези меня в полицию.
Я должен написать заявление,
что у меня пропала жена.
- Отвезу, отвезу. А теперь - домой.
Поехали, я тебя провожу.
Давай. Хватит на сегодня. Домой!
Я тебя провожу, все.
Вперед! Домой.
- А что у нас с настроением?
- Да ты знаешь, я думаю просто:
когда мы вместе учились,
между нами никаких отношений не было.
- Не поняла.
- Нет, ну правда,
с чего мы взяли,
что была какая-то любовь?
Ну подсаживался я к тебе на лекциях,
ну кофе угощал, шутили, болтали,
но при чем здесь отношения?
- А вот это сейчас обидно. Очень.
Как было обидно, когда я бросила
учебу и никто, слышишь, никто
даже не попытался
хоть как-то помочь мне.
- Ну почему? Мы знали,
что ты ухаживаешь за мамой.
Даже скидывались всем курсом -
материальная помощь.
- Скидывались?
Вот именно: просто скидывались
в то время, как я сходила с ума
от страха, выла по ночам в подушку.
Честно говоря, я думала,
ты спал со мной не просто так.
Ждала, что ты придешь, поддержишь.
- Понятно.
И все-таки, Света, у нас на курсе все
были чуть-чуть друг в друга влюблены,
но это же так, без обязательств.
Молодые, веселые, но мне кажется,
что парой-то мы с тобой не были.
Во всяком случае, я повода не давал.
- К чему сейчас эти разговоры?
- Я не знаю. Не знаю.
Просто странно как-то это все:
мы с тобой столько лет не виделись,
а вдруг встретились
и стали вести себя
как разлученные жених с невестой.
- Ну, извини,
воспользовалась служебным положением.
Ведь если бы не массаж,
ты, наверное, устоял бы.
- Наверное.
- Ну ладно, все, хватит самоанализа.
Пошли поедим что-нибудь.
- Ой, ты знаешь, что-то
кусок в горло не лезет сегодня.
Я переночую на фабрике, хорошо?
- Ох...
- Что это?
- Это мой сон.
- Странный сон.
Это ты газом надышалась.
Рано я тебя из больницы забрал.
Ой!
- Что такое?
- Да старая травма.
Машину делал, спину сорвал.
Пройдет. Пойдем завтракать. Я там
расстарался: вилка справа, нож слева.
- Наоборот. Я сейчас приду.
- Давай.
Помогите!
- Нет, нет, нет, не обсуждается.
Я сама отвезу краску в типографию.
- Полина! - Перестань, я не пущу
тебя за руль в таком виде.
- Я обещал директору, что сам приеду.
Банки с краской тяжелые,
ты их не поднимешь.
- Ну, я сейчас позвоню.
Алло, Юрий Петрович?
- Да.
- Сережа не сможет подъехать.
Вы придете, разгрузите краску?
- Конечно, без проблем.
- Да, спасибо большое. До встречи.
- А что, с них можно звонить?
- Да. Ты не знал?
Очень удобно, если лень
телефон доставать или разрядился.
Надо тебе тоже такие купить.
- Да нет, какая-то дурацкая игрушка.
- Герман тоже так говорит. Не знаю.
Майя купила себе и мне одинаковые.
Поехали со мной?
- Да нет, ты же знаешь,
меня на пассажирском ездить ломает.
Я лучше газовщиков дождусь.
- Ну ладно. Спину береги.
- Светлый, слушай меня внимательно.
- Давай без паники,
там все равно связь не ловит.
- Да иногда ловит!
- Тогда почему ты еще не там?!
- Андрей Андреевич,
системного администратора
ко мне срочно пришлите.
- Не надо. Я беременная.
- Готово, Антон Денисович.
- Спасибо, Игорь.
Скажи мне, Игорь, ты можешь
восстановить удаленные сообщения?
- Попробую через сервер.
- Давай.
- Искать! Искать!
(Лай собаки.)
Искать! Искать!
Открывай! Открывай!
- Привет. А что случилось?
- Что случилось?
Я посмотрел по камерам -
Майя вызывала машину к клинике.
Водитель сказал, что привез ее сюда.
- Ну да, она приезжала.
- "Ну да"? Отойди! Где Майя?
- Герман, ну успокойся.
Я не могу тебе ничего сказать.
Где Майя? Иначе я вызову полицию.
- Ну хорошо, просто она просила
ничего не говорить - я обещал.
- Что?! Где Майя?
- Она решила делать аборт,
просила наличку.
Она специально наорала
на меня при тебе,
чтобы ты ничего не заподозрил.
В городе тебя все знают,
поэтому и решила поехать куда-то.
Я не знаю куда, честно.
Ой!
Наличка ей нужна, чтобы не светиться,
насколько я понял.
Она сама тебе все объяснит,
когда вернется.
- Найда, ко мне!
Найда!
- Найда!
(Сигнал сообщения.)
- Полина.
- Да, Антон Денисович?
Что-то срочное?
- Ты где сейчас?
- Я еду.
- Ты за рулем?
- Да.
- Срочно останови машину!
- А что случилось, Антон. Зачем?
- Я сказал, останови машину!
- Алло, Антон!
- Тормози, слышишь?
Немедленно тормози!
- Антон, что случилось?
(Звук разбившегося стекла.)
- Полина!
- Зачем ты пришла?
- Узнать, ты с повинной
еще не явился?
- Заливаю вот это желание.
- Сережа, это теперь твой дом.
- Ага, мой.
- И целых 70 процентов акций
тоже твои.
- Я не знаю, что с ними делать.
- Я знаю.
Успокойся. Пожалуйста,
возьми себя в руки.
Мы со всем этим вместе с тобой
разберемся. Все, точка.
Один раз нужно переступить
через себя. Потом замолим.
Жизнь длинная, замолим с процентами.
- А ты-то как?
Еще не богатая вдова, нет?
Я один у нас грешник, да?
- Антон, кажется, начал
что-то подозревать.
Не ест, не пьет, черный весь ходит,
со мной не разговаривает.
Нужно срочно что-то решать.
- Светлый, давай уедем.
Прямо сейчас, пока не поздно.
Пока не слишком поздно.
- Поздно. Поздно, Сережа.
Когда Антон начнет всерьез
во всем разбираться,
боюсь, нас просто объявят в розыск.
- Я так люблю тебя, Светлый.
- Ну вот и потерпи.
Еще чуть-чуть ради меня потерпи.
- С вами все в порядке,
Герман Андреевич?
- Почему вы спрашиваете?
- У вас такой вид,
как будто что-то случилось.
- Все хорошо.
- Герман Андреевич!
- Вы что, новенькая? Я вас не знаю.
- Да, сегодня первый день. Герман
Андреевич, из городского морга
пациентку привезли.
- Это что, шутка?
- Да какая там шутка!
Санитары в морге сразу протрезвели.
После аварии привезли труп,
хорошо в холодильнике мест не было...
Оказалось, молодая фельдшер
пульс не нащупала
и констатировала смерть.
- Давайте посмотрим.
(Стук в дверь.)
- Да.
- Мои соболезнования,
Антон Денисович.
- Удалось восстановить
сообщения с сервера?
- Да.
- Отлично. Игорь, у меня к тебе
есть еще одна просьба,
но она очень нестандартная, поэтому
я прошу тебя отнестись с пониманием.
- Дыши, девочка, дыши.
Все будет хорошо.
Я теперь знаю главное -
ты меня слышишь.
С тобой надо разговаривать,
говорить что-то ободряющее.
А притворяться я не умею, ты знаешь,
поэтому буду говорить все,
что у меня на душе.
А на душе у меня сейчас паршиво.
Тебе, наверное, Майка говорила,
что она боится рожать.
Когда-то ваша тетка умерла при родах.
С чего она подумала,
что это наследственное?
Я ей говорю: "Глупенькая,
ты забыла, кто у тебя муж.
Да я сделаю все, я сделаю все,
чтобы тебе было легко.
Больно не будет.
Смеясь родишь, не заметишь".
А она меня не послушала.
Ты не представляешь,
какое страшное решение она приняла.
Что? Ты мне хочешь что-то сказать?
- Антош, как приятно!
Я мечтала о таком.
А то мне уже стало казаться,
что мы отдаляемся друг от друга.
- Мне тоже.
- Это потому,
что мы оба чувствуем себя виноватыми.
Это ужасно, но надо
как-то жить дальше.
- Да, надо. Именно поэтому
я тебя сюда и позвал.
- И правильно сделал.
Давай за нас и за мой новый телефон.
И за то, чтобы все неприятности
остались позади.
- Правильно.
Слушай, пойду-ка я сам
все проверю лично на кухне.
Чтобы к моим блюдам миндаль
даже близко не подносили.
- Помню, конечно. Ужасный случай.
Но ваша жена тогда
сама выбирала десерт,
который вам приготовили
в качестве подарка.
- Вы уверены? - У нас тут камеры,
я могу поднять записи.
- Уже осваиваешь?
- Да, классный телефон. Спасибо.
Ты сказал?
- Да, сказал.
И все лично проверил.
- Ну что, попытка номер два: за нас!
- За нас.
- Почему ты не пьешь?
- Ты знаешь, на самом деле
я позвал тебя,
чтобы серьезно поговорить.
- О чем?
- Даже не знаю, как начать.
- Ты почему трубку не берешь?
Я тебе обзвонился!
- Телефон, наверное, сел.
Ты что-то хотел?
- Хотел. Я хочу сказать,
что Полина жива.
- Подожди, как жива?
- А вот так.
Удар спровоцировал гипоксию,
фельдшер констатировала смерть,
а она жива, очнулась и находится
у меня в клинике под наблюдением.
- Не может быть.
- Как - сын? Какой сын?
- Вот так.
Так получилось. Полине я просто
не решался это рассказать.
- Подожди, у тебя есть сын...
От кого?
- Это неважно. Какая разница?
Как говорится, случайная связь.
- Но он записан на тебя?
Ты признал его?
- Конечно. Я что, по-твоему,
совсем скотина?
- Сколько ему лет?
- Девять, взрослый пацан уже.
В общем, ситуация следующая:
его мама выходит замуж,
я хочу забрать его к себе.
Надеюсь, ты не против.
- Я? Ты что? Конечно нет.
Ты что, как я могу быть против?
Дети... Дети - это же счастье.
Классный телефон. Спасибо.
Я сейчас, я быстро, я сейчас вернусь.
- Ты что, не рад?
- Я просто не могу в это поверить.
- Почему? Я тебе что, врать буду?
У меня еще один вопрос.
Почему у тебя в гараже
нет смотровой ямы?
- Почему нет? Есть.
- Я не видел.
- В смысле нет... Ну то есть
там колеса полгаража занимают.
Я просто заложил ее досками.
Да там бардак, ты же сам видел.
(Кричит.)
- Игорь, ну как?
- Легенда про сына сработала,
Антон Денисович,
она кому-то звонит.
Сейчас я вас подключу.
- Давай.
- Ты слышишь, что я говорю?
Наследник!
Я не знаю, что делать.
- Уходи! Уходи оттуда немедленно!
Да послушай меня! Полина жива!
А Герман догадался, где Майя.
- Как жива?
- Да вот так! Беги оттуда скорее!
Подъезжай к фабрике,
пересядем в фирменный грузовик,
его не остановят. Деньги уже у меня.
А там разберемся.
(Звонит телефон.)
- Да.
- Вы все слышали, Антон Денисович?
- Да.
- Мне звонить в полицию?
- Конечно звони!
- Мы уедем далеко-далеко, Светлый,
и все будет хорошо.
- Конечно.
(Слышны сирены.)
Черт!
- Держись крепче, Светлый,
оторвемся, не бойся.
- Ну давай, давай быстрее, ну!
Быстрее!
- Я стараюсь!
- Поворачивай. Поворачивай!
Кажется, оторвались.
- Может, и оторвались.
Ну все, Светлый, приехали. Конец.
- Нет.
- В смысле?
- Я не собираюсь сдаваться.
- Что?
- Я не собираюсь сдаваться.
- Ты уверена?
- Да.
Я люблю тебя.
- И я люблю тебя.
Полиция: - Мы будем вынуждены
применить оружие!
- Полетели. А-а-а!
(Взрыв.)
- А я думал, мне это показалось,
будто кричит здесь кто-то.
Вернее, кричал вчера.
- Полицию вызывай.
- Ага.
- Вот видишь как: я тебя нашел.
Молодец. Аккуратно, дыши.
По чуть-чуть. Дыши, дыши.
Молодец. Я с тобой.
Что стоишь? Скорую вызывай.
- Так уже.
- Молодец. Аккуратно, вот так.
Давай постой.
Постой, подыши воздухом.
Молодец, очень хорошо.
Хорошо, я тебя нашел. Молодец.
Ну и все, все хорошо.
- Мне кажется, сегодня утром
под нашим балконом
цвели такие же, да?
- А цветочница сказала - редкий сорт,
будут стоять долго.
- Спасибо.
- Слушай, может быть, уедем, а?
- Ты шутишь?
- Да нет, правда.
Я вообще все эти санатории ненавижу.
Поехали домой.
- Но я еще не закончила.
- Вот и хорошо: все великие
произведения чуточку не закончены.
Поехали, а?
- Ну что с тобой?
- Не знаю, первый раз со мной такое.
- Ну хорошо, если ты хочешь,
давай уедем.
- Уедем?
- Уедем. - Уедем!
- Жаль, нам не удалось отметить
юбилей нашей свадьбы.
Я все хотела сделать в розовом цвете:
розовое шампанское, розовые столы.
- Ну ничего, ничего,
отметим еще, успеем.
Впереди у нас с тобой
много-много юбилеев нашей свадьбы.
- Слава богу,
ты не пострадал в аварии.
Я бы не пережила,
если бы с тобой что-то случилось.
- Я люблю тебя.
- Ты говоришь мне это
каждые пять минут.
Меня это уже пугает.
- Я тебя очень люблю.
- Ну, как она?
- Все по-прежнему считает,
что мы попали в аварию,
когда возвращались из санатория,
и с тех пор она все время
была в коме.
- Н-да.
- Найда! Найда, ко мне!
Хочешь поиграть? Оп!
- Скажи, она ведь все вспомнит?
Когда?
- 30 лет ковыряюсь в мозгах -
темная это штука, скажу я тебе.
Никто ничего не понимает.
Организм, чтобы выжить,
блокирует всю плохую информацию
и негативные воспоминания.
Когда это закончится
и закончится ли это вообще -
бог его знает.
По-моему, Полина счастлива,
это сейчас самое главное.
- Н-да.
- О чем вы там шепчетесь?
- Он говорит, что любит тебя!
- Да! Я люблю тебя!
 

////////////////////////////