Джеймс Мэй: Наш человек в... (3 сезон, 2024 год). Цитаты и фразы из сериала

Джеймс Мэй: Наш человек в... (англ. James May: Our Man in...) — документальный сериал о путешествиях, выходящий на Amazon Prime Video, автором и ведущим которого является британский тележурналист Джеймс Мэй. Каждый сезон посвящён путешествию по одной стране и участию в различных местных мероприятиях и активностях. Премьера первого сезона состоялась 3 января 2020 года, второго — 15 июля 2022 года, третьего — 5 января 2024 года.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Привет, зрители. По этому огромному
зданию вы наверняка догадались,
что я недавно прибыл в Мумбаи
и нахожусь у Ворот Индии.
Меня ждет сказочное путешествие
через всю страну,
которую, пожалуй, можно назвать
самой красочной на планете.
Мы охватим современные,
исторические, художественные,
творческие, культурные аспекты... Намасте.
А также кулинарное и природное
разнообразие. Будет интересно!
Сначала, однако,
я отправлюсь в центр Мумбаи,
чтобы выпить чашечку
весьма освежающего чая,
пока вы смотрите начальные кадры.
Приятного просмотра.
Да, вы все знаете правила
шоу о путешествиях.
Не присваивайте культурные особенности...
Биг-Бен?
...используйте потрясающие виды,
добавьте традиционную музыку
и покажите терпеливейших местных жителей.
Мне полукивнули. Мол, не ахти.
Но это Индия, и здесь всё иначе.
Действительно иначе.
Заходим!
Она очень велика,
полна противоречий, неожиданностей...
До свидания.
...недоразумений...
Нет, спасибо.
...хаоса...
Стол сдувает. Народ сдувает.
...спокойствия.
Неплохо, правда?
Квест длиной 4 830 км от побережья
до побережья через очень сухие места,
потные места...
Но ведь там мог быть тигр.
...высокогорные места
и очень шумные места.
Рискуя своей жизнью,
его конечностями
и вашими глазами.
Подожду, пока мне вернут лицо.
Спасибо.
Я познакомлюсь с древними ритуалами...
Вы можете этим снести кому-нибудь голову,
- если вам досадить?
- Нет!
Тогда ладно.
...шутками про британцев
и изысканными вкусами.
Прямое попадание.
Пудинг?
Это жареный хлеб,
пропитанный сахарным сиропом.
Неужели?
Я столкнусь с неожиданным...
Вы хотели бы...
...и возвышенным
в попытке выяснить, почему же,
чёрт возьми, это самое популярное
туристическое направление.
А еще будет много такого.
Это раковина рапан.
Извините, я зря съел бирьяни.
Это...
ДЖЕЙМС МЭЙ: НАШ ЧЕЛОВЕК В ИНДИИ
В первых двух сезонах
«Нашего человека», в Японии и Италии,
я путешествовал вдоль страны,
но, увы, Индия слишком велика для этого.
И на этот раз я пересеку страну поперек,
с запада на восток – от Аравийского моря
до Бенгальского залива,
поброжу немного там и сям,
и, надеюсь, так вы познакомитесь
с большинством важных аспектов
жизни в Индии.
Но я также признаю,
если вы живете в Керале, Ченнаи,
Хайдарабаде или в любом другом месте,
откуда мне пишут «твиты»
последние три-четыре дня,
что в Индии есть не только это.
Знаете что? Я уже был здесь
раза четыре или пять,
но чувствую себя слабаком с Запада,
приезжающим впервые.
Такое ощущение,
что Индия пытается вас избить.
Чтобы я уцелел в этом приключении,
мне в помощь
прислали культурного телохранителя –
стендап-комика по имени Адити.
Она заехала за мной на самом эффективном
виде городского транспорта Индии –
трехколесной авторикше.
Мумбаи – самый напряженный
для водителей город в стране.
- Пожалуй, и в мире.
- Пользуйтесь на здоровье.
Поэтому я живу спокойно:
я не умею водить.
Приятно, когда ветерок задувает.
Вот почему лучше брать рикшу, а не такси
в любой день недели,
хотя это крайне опасно.
Крайне опасно? Почему же?
Вы обратили внимание,
что ремней безопасности нет?
Да.
Как нет и устойчивости в целом.
Но ведь они не переворачиваются?
- Могут перевернуться.
- Да?
Могут, да.
- Вот вопрос...
- Да.
Почему Индия, Джеймс? Зачем вам это?
- Почему снимаем здесь?
- Ага.
Британцы очарованы Индией.
Влияние Индии в Британии огромно.
Одна еда чего стоит.
Она кардинально изменило
питание в моей жизни.
Что мне особенно нравится во встречах
с британцами нынешнего поколения,
так это то, что они конфузятся, когда речь
заходит о двухстах годах рабства.
Мы вообще конфузливые.
Вроде как: «Это был не я лично,
но да, это были мы».
Это был не я. Я стар, но не настолько.
Индию всё еще беспокоит
колониальное наследие?
Как страна
мы в очень интересном положении,
потому что мы как бы пытаемся
скинуть оковы колониального режима
и найти собственное лицо.
Мы на пути к статусу сверхдержавы
- уже порядка трех десятков лет.
- Да.
Вот что сейчас делает Индию
столь привлекательной –
состояние перехода.
Боже!
Конечно.
Ему жить надоело. Вы видели?
Обычное дело. Я даже не обращаю внимания.
Да. Кстати, куда едем?
Сегодня вечером
я выступаю в комедийном клубе.
Хотите пойти?
Я скажу «да», но я знаю, что это значит.
Глупо вас подкалывать, когда мы вдвоем,
я хочу делать это прилюдно.
- Вам нужна публика?
- Да.
Ладно, посмотрим, посмеюсь ли я. Это...
Ну, понеслись!
Стендап-комедия в Индии
сейчас очень популярна...
...и Адити пригласила ватагу
молодых мумбайских комиков
для разогрева своей аудитории.
Всем им было велено цепляться ко мне.
Смейтесь – вы сейчас под давлением.
Здесь британцы, так что извольте смеяться,
иначе они останутся
еще на 150 лет, чтобы научить вас смеху.
Варите курицу основательно,
но не забывайте о защите в сексе.
Он решает проблему с едой
и вопрос перенаселения
в рамках одного твита. Понимаете?
Ага.
После того как сливки Мумбаи вытащили меня
на сцену для дальнейшего позора,
я был очень рад,
когда подошло время гвоздя программы.
Аплодисменты Адити Миттал.
Добрый вечер всем.
Есть ли сегодня среди зрителей британцы?
Ну вот, опять начинается.
Ох, у вас такой вид,
будто вам нужна расческа.
Может, вторгнетесь за ней
в какую-нибудь страну?
В детстве я сочиняла разные истории.
Все мои истории начинались
с фразы: «А потом вышло солнце,
и я вышла поиграть
со своими воображаемыми друзьями».
И мой отец такой: «Детка, это же Индия.
Во-первых, солнце тут всегда,
а во-вторых, прошу,
перестань воображать еще больше людей.
Нас и так уже 1,3 миллиарда».
Спасибо, леди и джентльмены.
Меня зовут Адити Миттал. Отличного вечера.
Вы были довольно жестоки, но я ждал этого,
и всё могло быть намного хуже.
Если бы нас здесь не было, вы всё равно
пошутили бы об англичанах,
вторгающихся в страну за расческой?
- Удар ниже пояса, кстати.
- На здоровье.
Может быть, не перед этой аудиторией,
потому что собралась одна молодежь,
и они такие: «К нам вторгались британцы?
Об этом нет в "Инстаграме",
так что не знаю».
Но...
«УНИКОНТИНЕНТАЛ – МУМБАИ»
После издевок со стороны Адити и ее друзей
я хочу посмотреть,
не будет ли сам город чуть добрее.
Мумбаи – это не только
комедийная столица Индии,
но и ее ведущий коммерческий город
с бурно развивающейся экономикой
при обороте более 25 триллионов рупий,
или 250 миллиардов фунтов в год.
Но сегодня я исследую место,
которого, на первый взгляд,
не коснулось экономическое чудо Мумбаи.
ДЖОН
Так, добро пожаловать в Дхарави,
который часто называют трущобами Мумбаи.
Это район площадью чуть более
2,5 кв. км с плотностью населения
порядка 308 880 человек
на квадратный километр,
что в 50 раз выше плотности населения
в Лондоне, где я живу.
Лишь у трети зданий
есть прямой доступ к пресной воде,
нередко тут живут
по десять человек в комнате.
Но стань я на секунду
слезливым западным либералом,
в основном для самоуспокоения,
«трущобы» – всё же негативный термин,
потому что этот район также хорошо
известен низким уровнем преступности,
отличным образованием
и фантастической производительностью,
ведь здесь расположены около 15 000
мелких нелицензированных
кустарно-промысловых артелей,
и годовой оборот всей этой системы
составляет более миллиарда долларов.
Готовы? Идемте.
Район Дхарави существует с 19-го века
и похож на хаотичный лабиринт
из узких улочек
с теснящимися домами, мелкими лавочками,
животными, запахами и звуками.
Первый пункт назначения –
бизнес по переработке пластика,
где я встречусь
с Винеком – гидом,
прожившим здесь всю жизнь.
- Намасте.
- Намасте.
Что это?
В этом помещении
сортируют пластик по цвету,
а тут его измельчают.
Этот аппарат – для измельчения пластика.
Ясно.
Потом этот пластик
отправляется в следующее помещение,
где его плавят
и разбивают на мельчайшие кусочки,
чтобы потом использовать
для изготовления новой пластмассы.
Ясно. Сколько же пластика
здесь производят?
Десять-двадцать тонн.
- В месяц?
- Да.
Они просто ездят
и подбирают пластик на улицах?
Да.
- Я хочу посмотреть, как это происходит.
- Да, сейчас увидите.
Первый урок Индии:
это одно из самых шумных мест на Земле.
Вы бы ни за что не услышали,
что мы говорим,
плюс еще это вращающееся лезвие пилы
и дробилка для рук.
Однако оборот в месяц
составляет 1,5 млн рупий?
Да.
Это 15 000 фунтов стерлингов в месяц
из выброшенных бутылок.
- Довольно крупный бизнес.
- Да.
Но людям всё же нужны
шумозащитные наушники,
ведь тот человек, оператор машины, оглох.
- Им нужны наушники...
- Да.
...и средства защиты.
- Защитная экипировка.
- Да, защитные очки. Да.
- Прошу.
- Да.
Именно в районе Дхарави
был снят фильм «Миллионер из трущоб».
История о том, как парень из трущоб
преуспел вопреки всему,
очаровала Индию и весь мир.
«Миллионер из трущоб»
чем-нибудь помог Дхарави, как считаете?
В какой-то степени да.
Этот фильм познакомил мир с Дхарави.
Лет десять-пятнадцать назад
здесь было очень грязно,
а сейчас можно сказать,
что улицы в неплохом состоянии.
- Хорошо, а это вроде главной улицы?
- Да.
Ясно, однако
на некоторых участках машин нет.
- Да.
- Узкие переулки, ясное дело.
Мы идем в гончарню.
- Я понял: становится жарко.
- Да.
Это мир очень крутых лестниц, правда?
Да.
Здесь, на первом этаже,
делают посуду маленьких размеров:
горшочки, чашки,
например чайные чашки, и всё такое.
- Это чайная чашка? Для чая со специями...
- Да.
- Это их люди выбрасывают?
- Да.
Эти неглазурованные глиняные чашки
используются в Индии повсюду
как одноразовые пластиковые стаканы,
только из 100% оргматериалов,
их можно переработать.
- Значит, нужны миллионы таких чашек?
- Да.
Один человек делает по 1 500 штук в день.
- Вручную?
- Да.
Здесь изделия сушатся на солнце,
потом их относят вниз для обжига.
Многовато глины для горшочка.
Пожалуй, я полюбуюсь сидя,
мне нравится гончарное дело.
Он так работает целый день?
- Да. Весь день.
- Весь день.
Джеймс, может, попробуете сами?
Попробуете?
- Я?
- Ну да.
Нет, я не умею.
Ну, как-то в Японии
было дело, но вышло ужасно.
И главное – аккуратность, да?
Сверху нужно сделать отверстие.
Аккуратно...
Вот так...
Я пытаюсь сделать чашку,
но получается больше похоже на блюдце.
А потом я беру... Куда он делся?
Вот это?
Я держу эту штуку с той стороны
и отпускаю... Минутку.
Нет, не отделяется.
Я паникую.
Да, спасибо, что смотрели.
Я сделал слоновье ухо.
Ну, достаточно.
Спасибо.
Теперь мы идем в кожевенную мастерскую?
- Да.
- Хорошо.
- Я постараюсь найти кожевню сам.
- Ладно.
Если я пропаду, идите меня искать.
- Да, хорошо.
- Думаю, кожевня там. Я пошел.
Переулки Дхарави не нанесены на карту,
и в них очень легко заблудиться.
Поэтому меня снабдили
камерой с обзором 360 градусов,
в которой, подозреваю, есть GPS-трекер,
чтобы съемочная группа могла меня найти.
Вы только посмотрите.
Видите, в этом есть
некое очарование древней крепости
с обшарпанными стенами,
избитой неровной брусчаткой,
странными лестницами,
ведущими бог знает куда.
Но это место обитаемо,
так что есть запахи готовки.
Снуют велосипеды и люди, груженные
разными материалами и продуктами.
Намасте.
Масса сладостей.
Скутер едет меня сбивать.
Так, по моим расчетам,
я примерно знаю дорогу,
и я вижу, где солнце.
Так что, если пойду налево, я...
- Эй, здрасте! Откуда вы?
- Из Англии.
- Англия? Рад встрече.
- Взаимно.
- Можно камеру сюда?
- У нее круговой обзор.
- Круговой?
- Да, ты определенно в кадре.
Спасибо, братан!
Воздерживаясь от соблазнов
множества киосков уличной еды,
я ко всеобщему удивлению нахожу
Имрана в его кожевенной мастерской –
процветающем предприятии, открытом
на самый маленький бизнес-заём в мире.
На вашей табличке написано:
«С 1977 года». Именно здесь?
Да, мой отец начал этот бизнес
со ста рупиями.
- Сто рупий? Это один фунт стерлингов.
- Да, нынче это ничто.
Но в те времена
не у каждого было сто рупий.
Верно. Это шкура какого зверя?
Здесь мы работаем со шкурами овец и коз.
И за один раз мы вымачиваем
до 1 000 шкур в этой машине.
А аварийный останов есть?
Выглядит довольно опасно.
Да, есть и аварийный останов.
- А что происходит потом?
- После этого мы окрашиваем кожу.
- Можно посмотреть?
- Да, конечно.
- Я стукнулся.
- Да, Джон.
Будьте осторожны, переходя сюда, Джон.
«Джон»? Должно быть,
это «Джеймс» на местном диалекте.
Итак, здесь идет работа по окрашиванию.
- Значит, эта кожа еще влажная?
- Да.
Итак, сначала кожу нужно
вымочить, потом высушить...
- Провести окраску и строжку.
- ...строжку.
Это наш последний этап, Джон.
- Глажка кожи.
- Замечательно.
Я хотел спросить вас о другом.
В английском слово «трущобы»
имеет очень негативный оттенок,
- а здесь нет.
- Да.
Мы хотим показать миру,
что эти трущобы – другие.
Это обнадеживающее место для мигрантов.
Они приезжают сюда
и начинают у нас новый малый бизнес.
- Не идут в криминал, не толкают наркоту.
- Да.
Вы уехали бы отсюда
или остались бы на всю жизнь?
Нет, нам тут нравится.
Потому что здесь прекрасное сообщество,
очень крепкие связи.
- Ясно.
- Если я заболею, люди поинтересуются:
«Как ты сейчас, Имран? Как самочувствие?»
Это очень приятно,
поэтому мы не хотим уезжать.
Как здорово. Я хотел бы купить ремень.
Может, зайдем в ваш магазин? Думаю,
- что он там.
- Да, я вам покажу и магазин, пойдемте.
Пора на шопинг.
- Да, Джон, проходите.
- Тут прохладно.
Знакомьтесь: мой отец.
- Это он положил начало бизнесу.
- Потрясающе.
И теперь он успешный человек.
Если вы хотите поговорить с ним...
Если хотите поговорить, присаживайтесь.
- Он говорит по-английски?
- Попробуйте.
Добрый день.
Он сказал: «Добрый день».
- Добрый день.
- Спасибо.
И я хотел бы купить ремень.
Они очень дорогие?
Нет. Здесь мы продаем их
по фабричной цене под маркой «Дхарави».
- Продаете тут лишь марку «Дхарави»?
- Только тут,
мы любим делать эксклюзив,
этого нет ни онлайн, нигде.
- Это «Дхарави»?
- Да, это логотип D.
- Да, вижу букву D.
- Да.
Тут еще и сердце:
любовь к Дхарави. Здорово.
Да, «люблю Дхарави».
Или «Дхарави – сердце Мумбаи».
Ура! Я рад, что познакомился с Имраном,
потому что он меня успокоил.
Честно говоря, сегодня утром, когда
я шел сюда, мне было очень не по себе,
ведь я думал: «Я буду
еще одним противным приезжим,
глазеющим на людей,
которым повезло меньше, чем ему?»
Но на самом деле оказалось,
что, хотя тут бардак во многих отношениях
и всё как-то хаотично,
это очень жизнеутверждающее,
очень позитивное место.
Это почти миниатюрная страна возможностей,
ни один квадратный сантиметр не пропадает.
Здесь все что-то производят.
Вы слышите это сейчас, когда мы говорим.
В помещении по соседству с кожевней
делают одежду.
Я видел пекарню, цех металлообработки.
Здесь я видел всё.
Это невероятно.
Я успокоился, и у меня новый ремень,
который я собирался купить
около шести лет.
Когда солнце садится над Дхарави,
Джон возвращается в свой отель.
Завтра мой последний день в Мумбаи,
и я встречаюсь с живой легендой Болливуда.
Доброй скуки вам.
Сегодня Ади... Я что-то не так сказал?
- Да, верно.
- Ладно.
Сегодня Адити ведет меня в кинотеатр.
Это не обычный
современный кинотеатр, правда?
- Нет.
- Он был бы таким же,
как в других странах.
Это реликвия 1880-х годов.
В то время тут был театр,
а затем, в 1930-х гг.,
он превратился в «Альфред Токиз»...
«АЛЬФРЕД ТОКИЗ»
22 АВГУСТА 2014 ГОДА
...один из первых кинотеатров
звуковых фильмов
в Индии, и с тех пор не изменился.
- Так, вы готовы?
- Идемте.
Для нас горит зеленый человечек.
Можем спокойно идти.
Спасибо.
Надо просто идти, и они поймут. Видите?
А может, и нет.
- Нет, не поймут.
- Стойте.
Извините.
Очень смело.
Как в таком шуме можно смотреть кино?
Реально расслышать диалог?
- С вентиляторами...
- «Дорогой, я...» Би-и-и!
С вентиляторами было сложно
расслышать диалог,
и приходилось смотреть фильм четыре раза.
Невероятно, правда?
Посмотрим новостную ленту Path? про
вторжение на Сицилию или что-нибудь такое?
Кстати, этот кинотеатр назван в честь
Альфреда Хичкока, «Альфред Токиз».
Правда? Я думал, Альфред –
это владелец кинотеатра.
«Хичкок Токиз» было бы трудно произнести.
«Хичкок Токиз». Ничего сложного.
Повторите пять раз.
«Хичкок Токиз», «Хичкок Токиз»,
«Хичкок Чок...».
- Вы правы.
- Вот именно.
«Хичкок...», «Альфред Токиз»,
«Альфред Токиз», «Альфред Токиз».
- Круто.
- Тут жутковато.
Похоже на мастерскую Рембрандта.
Вы были в мастерской Рембрандта?
Сколько же вам лет?
- Нет, не был.
- Ясно.
Я просто воображаю.
В наши дни это необычно.
Когда я впервые приехал в Индию,
это было в начале 1990-х,
почти всё рисовали и расписывали вручную:
киноафиши, вывески магазинов,
грузовики – всё делалось вручную.
Но, конечно, в 90-е годы
появилась цифровая печать,
и эта традиция вымерла.
Но она выживает здесь,
и мы сейчас встретимся
с человеком по имени Шейк Рехман...
- Он еще не пришел.
- Он здесь.
- Правда? Я его не вижу.
- Ладно. Попробуем еще раз.
Иди прямо через этот зал.
Шейк Рехман – за углом.
- Ясно. Ты мне не сказал.
- Ага.
- Извини, я...
- Ты не сказал мне.
Мы заходим, тогда можешь говорить в камеру
- с ним на заднем плане.
- Том тебе не сказал?
Нет, и он мог бы сразу остановить.
Он позволил мне продолжать.
Я не думал,
что ты толкнешь такую длинную речь.
А что я обычно делаю?
Ты думал, я скажу:
«Картины. Пойдемте дальше».
Давайте заново.
Где-то тут должен быть человек.
Вот он.
Может, обратитесь на хинди?
- Думаю, это на всех языках одинаково.
- Ладно.
- Намасте.
- Намасте.
Меня зовут Адити, а это Джеймс.
- Здрасте.
- Рад знакомству, сэр.
Не отвлекайтесь.
Итак, Шейк Рехман –
художник плакатов Болливуда,
и мистер Рехман
занимается этим с 13-летнего возраста.
Сейчас ему 73 года, и он один
из последних оставшихся специалистов.
Шейк Рехман работал над некоторыми
величайшими фильмами Болливуда,
и его плакаты остаются столь же
культовыми, как и изображенные фильмы.
- Вы знаете этот фильм?
- Да.
На самом деле
это один из самых вечных фильмов,
непреходящая классика
индийского кино – «Великий Могол».
Одна из величайших историй
неразделенной любви.
- Мистер Рехман?
- Да.
- А можно и нам попробовать?
- Валяйте.
О, здорово!
Да. Он разрешает нам попробовать.
Мы попытаемся нарисовать
болливудский плакат?
- Попробуем.
- Вы рисуете?
Абсолютно не умею.
- Этого нет среди моих талантов.
- И я не умею.
Спасибо.
Сам мастер передал вам кисть.
Может, сначала набросаем карандашом?
Мистер Рехман,
можно нам карандаш, пожалуйста?
И, сэр, не могли бы вы
сделать небольшой набросок?
Сейчас появится конь.
- Конь?
- Верно.
- А это буду я?
- Это вы.
Очень неплохой набросок коня.
Нам следует оставить его
как есть, и так хорошо.
Если на коне вы, это не «Великий Могол»,
а «Лагаан: Однажды в Индии».
- Что?
- «Лагаан...».
«Лагаан: Однажды в Индии» –
о британцах, вторгшихся в Индию за мздой.
Что вы всё поднимаете эту тему?
Но это же действительно было.
Это мел? Или уголь, мистер Рехман?
Угольная палочка.
Угольная палочка, ясно.
Невербально он дал понять:
«Сделайте свое дело
- и оставьте меня в покое».
- Да.
Вот ваша кисть. Нам нужна краска.
Подождите, позвольте мне...
- Снова ему помешать.
- Да.
Мистер Рехман, можно мне взять
немного синей краски, пожалуйста?
Я дал вам эту кисть уже с синей краской.
Ой, на этой кисти уже есть синяя краска.
Да, она уже с краской.
Хорошо, тогда начинаю красить.
- Да.
- Ага.
Джеймс, не стоит наблюдать,
как я крашу. Это не...
А я понаблюдаю.
- Мы его достали, ясно.
- Он закончил.
Значит, свет падает оттуда.
Значит, эта сторона моего лица
на самом деле...
Эта задача явно не для меня.
И явно не для меня.
Со мной работал Макбул Фида Хусейн.
Макбул Фида Хусейн работал с вами?
Да, он работал здесь.
Здесь работал Макбул Фида Хусейн.
У меня есть доказательство. Я не лгу.
- Вы знаете Макбула Фиду Хусейна?
- Да.
Макбул Фида Хусейн – это один
из самых знаменитых индийских художников
всех времен.
Вы всё еще поддерживаете с ним контакт?
Он скончался некоторое время назад.
Что вы такое говорите?
Я спросила, общаются ли они.
А он такой: «Он умер».
- Он умер.
- Да? Редкий пример глупого вопроса.
Мне придется попасть на Небеса,
чтобы поговорить с ним.
Алло?
Значит, М. Ф. Хусейн рисовал
плакаты к фильмам прямо здесь.
Здесь какая-то дамочка.
Она милая и красивая,
но говорит странные вещи.
Женщина красивая...
У нее красивый голос, но...
- Что это значит?
- Он такой: «Здесь какая-то женщина,
она очень милая, но несет чушь».
Она спрашивает,
не общаюсь ли я с умершим человеком.
Да, я согласен.
- Как можно разговаривать с умершим?
- Что за человек!
Извините.
Мы оставляем наш плакат на случай,
если Болливуд снимет фильм
о человеке с треугольной головой.
- Дханьяваад.
- Хорошо, до свидания.
И мы с Адити наконец-то
присаживаемся, чтобы узнать
новости о Сицилийской кампании.
Ура!
- Он герой?
- Он злодей.
Он злодей.
РОДИНКА СЛАВЫ
ПРЕДСКАЗАТЕЛЬ БУДУЩЕГО
Мое время в Мумбаи почти истекло.
Но перед отъездом
Адити организовала мистическую встречу.
Гадание в Индии – серьезное дело,
и я надеюсь узнать,
что меня ждет в моём трудном путешествии.
Я думаю, он скажет,
что я немного растолстею
и у меня будет немного побаливать спина.
Вот оно. Правда?
- Да.
- Хорошо.
Заходите.
Здравствуйте.
- Здравствуйте, Пандит-джи.
- Здравствуйте.
- Так, обувь долой?
- Да.
Он говорит: «В предстоящие семь недель,
подобно зверям,
которые бродят по джунглям,
вы тоже будете много бродить».
Так.
Потом у вас будет
много контактов со зверями.
Это свастика.
Говорит: «Вы будете сиять,
подобно звезде».
Но он также сказал,
что вы легко отвлекаетесь.
Да? Хорошо.
Гадание в Индии –
это бизнес на миллиард фунтов стерлингов.
Дороговато за выслушивание того,
что я уже знаю.
Но знаю ли?
Он говорит, что у вас на левом плече
родинка или родимое пятно,
и в этом причина вашей славы.
- Неужели?
- Проверьте.
Прошу прощения.
Он говорит, на правом или на левом плече.
Отвернитесь.
Я просто ищу свою родинку славы.
Вот она.
Видите?
Никогда не думала,
что буду этим заниматься, но вот ведь...
У вас есть родинка славы.
Я начинаю верить,
что мой предсказатель и правда
имеет экстрасенсорные способности.
Думаю, он понял, что я доверчив.
Спросите его,
не переедет ли меня авторикша.
Он говорит, сейчас вам грозят
три или четыре опасности.
Ясно.
Ваша первая опасность – огонь,
вторая опасность – вода,
третья – случайная травма,
и четвертая – вероятность болезни.
- И все они материализуются?
- Да.
Кажется, эти предсказания
удобно охватывают
больше вариантов,
чем оценка рисков «Амазон».
- Вы не принимаете это всерьез.
- Извините.
Думаю, этого более чем достаточно
для беспокойства.
Большое спасибо, мистер Пандит-джи.
Спасибо. Класс. Очень показательно.
Предупреждения гадальщика обо всём
звучат у меня в голове,
и мне пора покинуть Мумбаи
и отправиться в путь.
А для самозащиты в ходе моего
явно очень опасного путешествия
я меняю Адити, гида-комика,
на духовного предводителя
в образе индуистского бога-слона, Ганеши.
Вот мой Ганеша, на приборной панели.
Тут уже есть один Ганеша, водительский,
но то его Ганеша, а это мой Ганеша.
Он прикреплен ультраклейкой лентой,
любимой съемочными группами.
Это ужасная штука:
она портит одежду, портит машины.
Я терпеть ее не могу,
но внезапно она поддерживает
целую систему верований.
Махатма Ганди сказал:
«Добро путешествует со скоростью улитки».
Однако сегодня мы торопимся,
поэтому едем на «Тойоте».
С Ганешей, приносящим удачу
и предотвращающим беду,
мне предстоит преодолеть 800 км на север.
Я еду в Раджастхан
и великолепный город Удайпур.
Так-то лучше. Мумбаи – потрясающий город,
но приятно уйти от хаоса, жары,
смога и всех этих клаксонов.
Это Удайпур – индийский город романтики.
Это как Венеция для Италии
или Шеффилд для Англии.
Это будет по-настоящему прекрасный день.
Я приехал сюда
попробовать свои силы в деятельности,
которая зародилась раньше самого города, –
в древнем искусстве
запуска воздушных змеев.
ЧЕМОДАН
Меня пригласили в залитое солнцем
местечко на берегу озера
для встречи с нынешним чемпионом
и профессионалом по запуску змеев –
Абдулом Кадиром.
Оглянитесь, киношники,
и подивитесь убогости места,
где мы делаем змеев:
это прекрасный сад, в котором есть
даже удобный обеденный стол.
И Абдул принес весь этот материал.
Сначала сделаем большого змея.
- Нам нужны большие палки?
- Да, большие палки.
Я предполагаю, я не знаю на самом деле.
Понадобятся ножницы,
которые мы «похоронили».
- Ножницы.
- Да.
Дождь идет.
- Погода подходящая? Ладно.
- Да.
Погода – супер.
Может, ветерок подует?
Не забывайте, это работа чемпиона мира,
так что этот змей отлично полетит.
Извините, мы положили его
на коровью лепешку,
которая была тут, в саду,
но это не повлияет
на аэродинамические свойства.
Идет дождь.
- Это ваши друзья по запуску змеев?
- Да, это мои друзья.
Я догадался,
потому что все они пришли со змеями.
Причем очень красивыми. Только посмотрите.
Вот группа с воздушными змеями.
- Абдул, меня беспокоит погода.
- Да.
Абдула, кажется, совершенно
не беспокоят сгущающиеся грозовые тучи.
Этот воздушный змей
сделан практически из ничего:
несколько бамбуковых палочек,
чуток клея, леер, нейлон, –
но он будто живой, если его коснуться,
особенно сейчас, когда подул ветерок.
Он весь дрожит и трепыхается,
будто ему не терпится взвиться ввысь.
«Мы лишь воздушные змеи, –
сказал индийский поэт, – и леер – Бог»
или, в данном случае, Абдул.
- Можем запускать?
- Да, полетели. Хорошо.
- Продолжайте. Сейчас отпускаю.
- Хорошо.
Всё хорошо. Он знает, что делает.
Он эксперт по воздушным змеям.
Но, очевидно, не эксперт по погоде.
Ветер усиливается.
Ох, нет. Он упал на землю «лицом».
- Ловите стол.
- Стол сдувает.
Народ сдувает.
Продолжай запускать змея,
Абдул, я помогу прибрать.
Ох, нет.
Это кошмар.
Там почти готовый змей.
Ничего страшного.
Мы умудрились облажаться
с таким простым делом,
как запуск воздушного змея
в погожий день. Невероятно.
Правильно, бежим в беседку.
- Может, вам помочь?
- Нет.
Уверен?
Так, обновление статуса: идет дождь.
Так что мы прячемся в туалетах
и пережидаем непогоду.
Всё сдувает...
Мы уже половину крыши потеряли.
Думаю, мы сможем спасти эпизод.
- Правда?
- Думаю, да.
Но придется подождать, пока дождь утихнет.
Было так мило, когда дождь только начался:
сад был прекрасен,
выглянуло солнце, слышалось пение птиц...
Не слышу тебя.
Что?
Кто мог предвидеть всю эту воду? Никто.
За исключением
того предсказателя в Мумбаи.
И через час трепетного ожидания в туалете
выходит солнце, а значит, пора Абдулу
показать, почему же он –
номер один в мире воздушных змеев.
Это чемодан с воздушными змеями,
которые привязаны друг к другу
и аккуратно сложены.
Абдул отпускает их по одному,
они подтягиваются друг за другом.
Чем больше змеев в воздухе,
тем выше они поднимаются,
но и нить становится тяжелее.
Потяни вниз и разбей. Еще ниже.
Но он думает, что поднимет сотню.
- Чем выше, тем ветер благоприятнее.
- Да.
Думаю, в воздухе уже 23 змея,
почти четвертая часть.
Если он отвлечется,
все змеи перепутаются и начнется хаос.
Потянув за веревку,
можно снова упорядочить змеев.
Можно мне почувствовать натяжение нити?
- Да. Отпускайте одного за другим. Хорошо?
- Ага.
Не бросайте меня.
Да, натяжение чувствуется.
Как здорово.
Еще один поднялся.
Абдул, не делайте этого.
Абдул? Куда он делся?
Как думаете, люди в Удайпуре выглядывают
из окна и говорят: «Абдул развлекается»?
- Хорошо? Хороший ветер.
- Да.
- Хороший ветер, красивый цвет.
- Да, это красиво.
Пока что это очень впечатляет.
Но Абдул также чемпион
в другой дисциплине.
В жестоком спорте борьбы змеев.
- Можно отпускать? Отпускаю.
- Хорошо. Да.
- Да. Может, я возьму...
- Так.
Еще.
Вы видели, как он полетел?
- Вы можете сразиться с этим змеем?
- Да.
- С другим воздушным змеем?
- Да.
У боевых змеев –
тонкие нити из хлопка, с рисовым крахмалом
для большей ломкости.
Начнем?
Цель проста:
переиграть своего противника
и перерезать леер его змея.
Так, вы готовы к битве змеев?
- Абдул? Вы готовы?
- Да.
- Три, два, один, вперед.
- Хорошо.
Абдул выбрал своего любимого змея
для борьбы с тем, что помогал делать я.
В общем,
это мой «Красный Барон» против его Снупи.
У красного змея есть
небольшое преимущество в высоте,
и по Первой мировой знаем:
это хорошо для ближнего боя.
Я знаю, что пес немного спикировал.
Поднимайтесь, Абдул.
Это очень спокойная битва.
Подождите, песик захватил его нить.
Он идет за ней,
идет за нитью.
Идет за...
Воздушный змей срезан!
Да!
Змей повержен.
Он приземлится на озеро.
Увы, мы возлагали на этого змея
наши надежды и устремления,
а теперь он в воде.
- Поздравляю. Очень хорошо.
- Хорошо.
Я думаю, мне, пожалуй, нравится
борьба змеев как зрелищный вид спорта.
Однако от него шею сводит.
Я прощаюсь с Абдулом, заимствую велосипед
и отправляюсь в старый город Удайпур
на очень особенное мероприятие.
Сегодня – Холика Дахан,
или канун праздника красок Холи.
Это начало одного из крупнейших фестивалей
в индуистском календаре.
Он начинается с поджога.
Вот это место, видите?
Это костер.
А теперь надо преодолеть
кольцевую развязку Удайпура.
Тут можно ехать как угодно.
Мне это сошло с рук.
Наденьте шлем, друг.
- Счастливого Холи, сэр.
- Хорошо. Счастливого Холи.
Посмотрите на этот храм.
Прямо здесь, в этом шуме.
- Привет.
- Привет.
По всему городу
местные жители сооружают костры,
и на заходе солнца
всё начинается с грохота.
Они мажут костер...
...особыми священными веществами
и в любую секунду могут его поджечь.
Может, из-за этого
все разбегаются, не знаю.
После водного пророчества
предсказатель предостерег меня
и от опасностей огня.
Но режиссер, Том, настаивает,
что важно рассказать историю
этого многовекового праздника.
Господи.
Важный пункт о вреде для здоровья:
не стойте у взрывающегося костра,
пытаясь объяснить
индуистскую теологию, ребята.
Они все чокнутые.
Короче, сегодня вечером
я приехал на велосипеде в город,
чтобы посмотреть на начало
индуистского фестиваля Холика Дахан.
А история такова.
Холика была злой чертовкой,
и у нее был племянник, Прахлад,
неразумно одержимый Вишну,
верховным божеством.
Это раздражало его отца,
поэтому он отправил свою сестру,
то есть Холику, его прикончить.
И она замышляла это сделать,
заманив племянника в гигантский костер,
где его поглотило бы пламя.
Надо сказать, что для самозащиты
у нее была волшебная шаль.
В последнюю минуту
Вишну вызвал порыв ветра, который
сорвал шаль с ее плеч
и накрыл ею Прахлада,
так что он спасся, а она сгорела дотла.
И если эта история кажется жестокой,
помните: она всё же была злой колдуньей
и сама напросилась, ваша честь.
По всему городу горят костры,
их зажигают один за другим.
Это был первый, следующий там,
и так по всему городу
с фейерверками, смертью и уничтожением.
Основной праздник – завтра, но до завтра
это место обратится в пепел,
так что флаг вам в руки.
Следующее утро
встречает нас ясным и тихим рассветом.
Удайпур не сгорел дотла,
и не заметно никаких признаков
масштабного празднества.
Сегодня мы празднуем
индуистский праздник Холи,
происхождение которого
очень и очень сложное.
Но на самом деле он немного похож
на Пасху в христианстве.
Это праздник. Горожане соберутся вместе,
закроются магазины и т. д.
Все соберутся, чествуя любовь к ближнему,
духовность и безоценочное осознавание.
Мы бы описали это именно так.
Будет совершенно восхитительно.
Сигналом того, что что-то затевается,
стало появление группы
возбужденных велосипедистов,
ищущих велик,
который я взял вчера вечером.
Они и правда из велоклуба.
Это первая велокоманда,
которой явно нужен
тест на наркотики, судя по всему.
То, что началось с группки
барабанщиков, велосипедистов
и заклинателей змей, дующих в пунги,
вскоре перерастает в это.
Подобно религиозным праздникам
во всём мире,
на этом фестивале Холи
празднуется много вечных тем –
очевидных, такие как свет,
смена времен года, прохождение Луны,
торжество добра над злом, –
а также, конечно, если мы сможем
на мгновение вернуться к индуизму, –
и любовь между Кришной и Радхой. Кришна...
Чертов предсказатель снова попал в точку.
Теперь это случайная травма
из-за излишнего энтузиазма нашего
приехавшего с визитом
куратора из «Амазон».
Этот праздник также прославляет
любовь Кришны и Радхи.
Согласно легенде, Кришна очень завидовал
безукоризненно светлому
цвету кожи лица Радхи.
И он в шутку покрасил ей лицо.
И так появились порошки, которые они...
- Продолжайте.
- Счастливого Холи.
Спасибо.
- Приветствуем на Холи.
- Отличного Холи.
- Счастливого Холи.
- Счастливого Холи!
Вообще, я рассчитывал
изречь еще ряд откровений,
но наши камеры полностью покрыты краской.
Извините, всё немного сумбурно.
Ничего.
Давайте просто оторвемся.
Как сказал Ганди: «Действуйте бесстрашно,
если верите в правоту своих убеждений».
- Верно. Пора сваливать.
- Счастливого Холи!
Я хотел бы извиниться перед Индией,
ведь мы мало что делаем в этой серии,
чтобы развеять идею о том,
что ваша страна – полный дурдом.
- Счастливого Холи!
- Спасибо.
С меня сыплется краска гулал.
- Вы из какой страны?
- Из Англии.
- Англия. Мексика.
- Да.
- Я тоже сейчас возьму.
- Люси, Александра, я из Индии, из Агры,
город Тадж-Махала.
Извините, нам нужно идти.
В общем, я просто позаимствую
фразу Тома: «Давайте пообедаем».
Второй урок Индии. Да, тут красочно,
и краски стойкие,
даже после четырехкратного мытья головы.
Зрители, надеюсь, вам понравилась
первая серия «Нашего человека в Индии».
Я в самом начале сказал,
что, если вы иностранец,
всегда кажется,
что Индия пытается на вас напасть.
Так и есть. Но будем позитивны.
Я теперь выгляжу
как лошадка из My Little Pony.
Спасибо за просмотр.
Если вы смотрите все серии подряд,
увидимся примерно через 15 секунд. Пока.
Не могу смыть краску, Том.


Серия 2

Намасте, зрители. Вы присоединяетесь
ко мне в захватывающий момент.
Защищенный от палящего зноя Раджастхана
каким-то японским кондиционером,
я покинул удобства Удайпура,
чтобы сделать краткую остановку.
Это ответ Индии
придорожным зонам отдыха Великобритании.
Только здесь персонал просто божественен.
Это очень интересно, потому что
я тревожусь в зонах отдыха
на дорогах Великобритании:
там можно заправить машину,
съесть дежурный тоскливый чизбургер
и сходить отлить,
но также можно и купить,
например, эластичные бежевые брюки,
или чайник, или садовые украшения.
Я всё думаю: если вы в дороге,
зачем вам это барахло? Нелепо как-то.
Но на деле везде то же самое.
В Индии вы заскакиваете на чай-кофе,
а потом можете купить
меч. Как вам такое?
Вы можете купить меч и щит,
если вас особенно достали авторикши.
Потратив пару рупий
и предпочтя самсу сабле,
я заезжаю в нашу первую точку на карте.
Я направляюсь в город Борадж,
рядом с Джайпуром,
на фееричное ВИП-свидание.
Судя по впечатляющим зданиям 16-го века,
герцог, или тхакур, Бораджа
был своего рода большой шишкой.
Беда в том, что нынче
там много потенциальных герцогов,
и мы не знаем, кто есть кто.
Тут ошиваются порядка 50 королевских особ.
Никого не знаю.
Не пойму, что происходит,
но нам надо войти, иначе они закроют.
- Мы ставили его в центр.
- Он в темных очках?
Да, с чем-то красным и с мечом.
Я чувствую, что неправильно одет.
Кажется, он со свитой.
Я только обувь почистил.
Пора знакомиться с настоящим герцогом.
Я нервничаю, но мне сказали не париться.
ДЖЕЙМС МЭЙ: НАШ ЧЕЛОВЕК В ИНДИИ
Будучи британцем, я привык, что
наши герцоги солидные, пожилые и из Йорка.
Нынешний тхакур Бораджа,
Его Высочество Тривендра Сингх-джи,
довольно стильный и молодой,
хотя ему удалось втиснуть
10 000 человек в свою столовую.
- Намасте.
- Намасте.
Намасте.
Простите меня, но мы не понимаем
иерархию индийской аристократии
или то, что вы сейчас делаете.
Я знаю, что во времена Империи
было по-другому.
Да, тогда всё было иначе.
Во времена махараджей, если шла война
или битва, вручались награды.
Раньше у вас было 20 деревень,
потом 25 или 30, вот так.
Чем больше деревень, тем крепче крепость
и тем больше ваш дворец.
Значит, вы всё еще хозяин
местных деревень?
Теперь всё не так.
Земля, которой владею, подпадает
под правовое управление государства.
А есть ли ностальгия
по былым временам? Или это...
Нет. Ничего подобного.
Придумывали много историй,
и я не скажу, что все на 100% верны.
Но всё же инциденты были.
Они плохо обращались со своими людьми.
В отличие от тех злодеев прошлого,
нынешний тхакур кажется очень популярным,
так как, не знаю почему,
но все начинают давать ему деньги!
Уважайте.
Уважайте тхакура.
У меня нет денег. Нужно ли мне...
Мне нужны деньги.
Срочно собрав средства
у участников съемочной группы,
мне в последний момент удается отдать
дань уважения, всю сумму в 500 рупий.
Спасибо.
Оказывается, тхакур
в ответ на это должен дать вам деньги.
Не понимаю. Я получил прибыль.
Уважение, двойная сумма.
Денег вдвое больше.
Съемочная группа услышала
фразу о двойной сумме,
и, когда церемония завершается,
они желают вернуть свои 500 рупий.
Это всего пятерка, но им нужна
почти минута, чтобы ее заработать.
Я занял 500 рупий у Дэна.
- Ты артикулировал «деньги» мне.
- И я дал их тхакуру,
но он вернул мне 1 000,
так что Дэн получил прибыль,
но мне было неудобно,
и я вернул деньги тхакуру.
- Ты профукал бабки Дэна.
- Нет. Тхакур заработал еще 1 000.
Пятьсот Дэна плюс 500,
которые он дал мне изначально.
Когда идешь на объект Национального фонда,
приходится платить пятерку за вход.
Тут то же самое,
только не заходишь.
- Но это моя пятерка, Джеймс!
- Я знаю, я верну.
К счастью, наше подобие
типичного конфликта
за «Монополией» на Рождество прерывают.
Кажется, все с радостью
позируют с тхакуром,
и я уверен, что к этому никак не причастен
бородатый старикан с длинной палкой.
Человек с большим жезлом.
Их можно назвать телохранителями тхакура.
- Он защищает вас до последнего.
- Защищает.
- С этой штукой?
- Да.
Потрясающе. Мне нравится. Тяжелая?
- О боже, очень тяжелая. Потрясающе.
- Да.
Лучше не нарываться, чтобы вам
не треснули по башке. Так что отвалите.
Джеймс, я представлю вам моего сына.
- Сэр.
- Вот он, Джеймс.
- И он будет следующим тхакуром.
- Да.
Ясно.
Каждый раз, когда человек
в этой семье становится тхакуром,
ему передается один и тот же меч
из поколения в поколение.
- Это церемониальный меч?
- Да.
- Но он ненастоящий?
- Настоящий.
Вам, как тхакуру, позволено
отрубить им голову кому-нибудь,
- если вам докучают?
- Нет! Сейчас демократия.
Ясно. А жаль.
Те дни прошли.
Увы.
Сегодня Индия, может, и демократия,
но большая часть того, что на экране,
до сих пор является владением тхакура.
И он хочет показать мне
свой последний проект –
два храма, которые
он помог построить в местном городе.
Вооружившись до зубов,
мы едем снимать сцену,
где все будут смотреться невероятно круто.
То есть все, кроме меня.
Я не только оставил саблю
и солнцезащитные очки
в машине, я также выбрал тюрбан
на два размера меньше.
Наша первая остановка – храм Кришне,
где у моей негабаритной головы
есть своя песнь!
- Так лучше?
- Да. У меня огромная голова.
Благоприятно иметь большую голову.
Да? Благоприятно иметь большую голову.
- Уважение раджастханцев.
- Респект большой голове. Ясно.
Пара завершающих штрихов –
и меня пригласили помолиться Кришне.
Если вам что-нибудь нужно,
попросите это в храме у Кришны.
Любое ваше желание
скоро исполнится, попросите у него.
Я хочу тюрбан своего размера.
Мне очень нравится розовый,
как у того парня перед нами.
Что ж, пора во второй храм.
И, кажется, пути Кришны неисповедимы.
Я потерял несколько цветков.
Немного лучше.
Просто положите руку. Медленно.
Да, два тюрбана, два храма,
а теперь и две фотосессии.
Как насчет двух кружек
холодного пивка на террасе?
Мы ничего не знали о вас
до приезда сюда сегодня, но я думал...
- Можно, я честно скажу?
- Говорите.
Я думал, будет скучновато.
Думал, вы покажете мне свой дом,
какую-нибудь интересную мебель или ковер.
Но нет. Мы устроили чуть ли не вечеринку.
Это настоящая Индия. Люди любят вас,
хотят, чтобы вы были с ними.
Вы идете в храм, поклоняетесь Богу,
и это другое ощущение, это другое...
- Для меня.
- Да, согласен.
Пива, Ваше превосходительство?
Спасибо, сэр, за гостеприимство.
- Пожалуйста, Джеймс.
- Очень признателен.
- Будем здоровы.
- У вас здесь очень хорошо.
Спасибо.
С этим согласуются
все отзывы на TripAdvisor,
кроме одного, от некоего Дэна.
Он считает, что это разводилово.
На следующее утро
я в древнем городе Амере,
где встречаюсь со своим
новым гидом, Викрамджитом Сингхом.
Викрамджит приехал из самого Дели,
потому что он хочет
показать мне нечто особенное.
Если бы вода была чище,
я бы назвал зрелище захватывающим.
Но не буду преувеличивать.
Вода должна быть зеленой? Или нет?
Этот водоем должен был
обеспечивать водой живущих в округе людей.
- Вряд ли им понравилась бы идея сейчас.
- Он декоративный?
Да, теперь он декоративный.
Это ступенчатый колодец Панна Мина.
Он был построен в 1500-х годах
для сбора муссонного дождя
и является
одним из архитектурных чудес Индии
и кошмаром тех, кто боится высоты.
Это немного выбивает из колеи.
Тут довольно высоко.
Действительно.
Сюда надо приходить
с хорошо завязанными шнурками.
Да. Я проверил,
хорошо ли завязаны мои шнурки.
В общем, ступеньки просто помогали
спускаться к воде в былые времена.
Наполняете свое ведро или кувшин.
Еще эти ступени
создают приятное ощущение симметрии.
- Верно.
- Иногда похоже на оптические иллюзии,
если смотреть слишком долго.
Знаете, на что это похоже?
На невозможные рисунки Эшера.
Вроде как начинаешь подниматься
по ступеням – и вдруг ты вниз головой
и идешь в обратном направлении.
Хотите сходить туда? Там красиво.
Просто подойдите к воде.
Я не против туда пойти.
Мне будет сложнее возвращаться,
поднимаясь там,
- так как там немного...
- Больные колени?
Нет, колени в порядке.
Проблема больше
в моём совершенно рациональном страхе
внезапной и преждевременной смерти.
Я не люблю высоту.
- Что?
- Ненавижу высоту.
Боже мой!
Ставлю 500 баксов, что мы сходим туда,
а потом поднимемся обратно.
«Баксы» – в долларах или рупиях?
В рупиях. Вряд ли мы можем
позволить себе доллары.
Итак, 500 рупий, если поднимусь
с другой стороны, что страшнее.
- Хорошо.
- Ага.
- Идет?
- Да. Но поступим так.
Если справлюсь, не сдрейфив,
вы отдадите 500 рупий Дэну:
- я должен ему за вчерашнее.
- Ладно.
- Ну, мне сейчас идти? Вы готовы?
- Я готов.
Весть о моей попытке привлекла толпу.
Джеймс! Отлично!
- Я тем путем иду?
- Боже мой!
Лучший выигрыш в вашей жизни, Джеймс.
Для нас, цирковых обезьян, это семечки.
Кстати, об обезьянках.
Я еще ничего не ел перед камерой.
К счастью, до Дели рукой подать.
Столица Индии – это огромный мегаполис,
где находятся древние крепости,
эта штука,
а также 28 млн человек, которых вы видите
во время их утренней поездки на работу.
Местный парень Викрамджит
хочет показать мне «Чандни Чоук»,
свою любимую часть города.
Это место хорошо известно
своим шумным рынком уличной еды,
но менее известно вот этим.
Как невероятно убого.
А можно нам зонтик или это не разрешено?
ПОЧТИ КАК В ГЛАЗГО
Боже!
Вы выбрали чудесный день для прогулки.
А то! Вы немного скучали по дому?
Если вы скучаете по Лондону,
у нас тут ваша погода.
Ну да.
Но я так скажу, Джеймс.
Я не против промокнуть,
ведь я очень люблю этот район.
Я стараюсь приходить сюда за едой,
и это как путешествие во времени.
Да. Отдает средневековьем.
Вечная популярность «Чандни Чоук»
восходит к 1650 году,
когда прибыли первые рикши
и встали в очередь за обедом.
- Так. Вот и мы!
- Да!
Заходим!
- Привет.
- Привет.
Здесь хорошо пахнет.
Да, ведь это типа продовольственной улицы.
Мы идем к киоску, который,
по словам Викрамджита,
открыт уже почти 150 лет –
примерно столько же времени,
сколько требуется на то,
чтобы пробраться через толпу.
Это не паратхи, которые мы делаем дома.
Но подобного нет в другом городе.
Это еда Дели.
Даже не Дели.
Такое есть лишь в этом переулке.
Потому переулок зовут
«Парантхе вали гали»,
что-то вроде «Переулка паратх».
Тут явно хорошо готовят:
эти люди кажутся местными,
живущими здесь.
Надо же, это всё нам.
Да, это, кажется, картошка.
Это сладкий банановый соус.
Как подливка из тамаринда и банана.
- Я пробую с тамариндом и бананом.
- А об этом мне надо спросить.
И я попробую вместе с вами.
Ну, как вам?
Странновато, но вкусно.
Очень даже!
В Дели все хотят, чтобы вам нравилась еда.
Это я заметил.
- Спасибо.
- Спасибо.
Индийцы любят кормить.
Когда ешь, говорят: «Возьмите еще».
Ага.
- Мы попытаемся пройти?
- Да.
Это печенье тоже очень популярно.
Когда ходишь по этим улочкам,
знаешь, что скутер тебя не переедет.
Как и те паратхи,
что мы съели как основное блюдо,
если найдем, то попробуем еще одно
фирменное лакомство «Чандни Чоук».
Типа комбинации Мадхур Джаффри
и хрустящих оладий «Финдус».
Так. Короче, это дахл качори. И снова
тут всё как следует размельчено,
а сверху – картофельная подливка,
и сверху, как видите, немного масалы.
- Значит, этот кусочек – по сути хлеб.
- Это хлеб.
- Пробовали самсу?
- Да.
Ну, это вроде дальнего родственника самсы.
Неплохо. Тут больше мяты.
Несмотря на то,что всё жарится во фритюре,
почти как в Глазго,
на вкус всё кажется довольно легким.
Нет ощущения тяжести или плотности.
Свежий и какой-то овощной вкус.
Вкусно, да?
Небольшой перерыв
в нашем индийском сафари-ужине
на сценку легкой разборки на дороге.
Меня интересует
эта стычка между двумя рикшами,
которые просто не могут разойтись
в этой улочке.
И скутер тут же.
Он наверняка упростит задачу.
Более полумиллиона человек,
примерно всё население Шеффилда,
втискиваются на рынок ежедневно.
И это всего лишь обычная среда.
- В месяц Рамадана...
- Ага.
...здесь по-настоящему
праздничная атмосфера.
Индуисты, мусульмане, сикхи –
все дружно лакомятся едой друг друга
на праздниках друг друга.
Я знаю, звучит как клише
и немного сентиментально,
когда я так говорю, но здесь
правда видишь это своими глазами.
Это мне нравится больше всего
в «Чандни Чоук».
Отлично, пудинг.
Хотя бы пудинг не будет жареным.
Но на самом деле десерт,
который вы сейчас поедите,
тоже жареный. Мы идем вон в тот магазин.
- Жареный десерт. Так.
- Название... Да.
Наш конечный пункт назначения,
когда доберемся, –
это миска шахи тукра,
о котором нужно рассказать подробнее.
На самом деле это жареный хлеб,
- пропитанный сахарным сиропом.
- Неужели?
И сверху кладут этот молочный жир,
- который мы называем «рабди».
- Ясно. Так.
Для любителей острого,
как вы, слишком сладко.
Очень сладко. Боже!
Да.
А вообще довольно вкусно, да?
- Неплохо.
- Я поражен. Вкусно.
Я объясняю эту смену мнения сахаром.
- Немного похоже на крамбл.
- Да, верно.
Сколько рикш!
Если бы все разом сигналили клаксоном,
- было бы просто оглушительно.
- Да уж.
Так мы общаемся.
Это 23-й официальный язык Индии. Клаксон.
Теперь мне надо пробежать
15 кругов по рынку перед сном,
так как я просто ох... от сахара!
Избежав ночного диабета,
на следующий день я еду
через обширные пригороды Дели
в городок Мирут.
Было бы святотатством
посетить Индию и не познакомиться
с одним из величайших увлечений
этой страны,
и я имею в виду не гигантские подушки.
Индия без ума от крикета.
Не мне вам рассказывать об этом.
И я, конечно же, англичанин,
и ничто не греет мое сердце больше,
чем выразительный звук удара кожи
о свежесмазанную маслом иву.
И тем лучше на самом деле, ведь сегодня
меня пригласили в компанию SG –
ведущего индийского производителя всего,
что связано с крикетом.
Однако есть, как бы сказали
в дневной телепередаче, одна закавыка.
Я ничего не знаю о крикете.
Когда я говорю «ничего»,
я имею в виду абсолютно ничего.
Может, придется немного подготовиться.
И всё же речь идет о создании предметов.
Обязательно будет древесина.
- Здрасте.
- Вы Анураг? Джеймс.
- Здрасте.
- Привет.
Привет, фрукт мой.
Мы можем сделать крикетную биту? А мяч?
- Да.
- Отлично. Пойдемте.
- Пойдемте.
- Ведите.
Основанная в 1931 году
компания Sanspareils Greenlands, или SG, –
крупнейшая в Индии фирма
по производству снаряжения для крикета.
Посмотрите-ка на это.
Одна только эта фабрика
выпускает 350 000 бит в год.
Это большое количество дерева.
Дерево.
Это сырой плашняк, который мы получаем.
- Это ива из Кашмира.
- Нет, она из Англии.
- Она из Англии.
- Английская ива.
Взгляните на качество, Викрамджит.
Качественная деревяшка,
взращенная в сердце Англии,
что дала ей шанс странствовать
и цветы для любви.
В итоге индийские подростки будут терять
с ней время и забросят учебу.
- Терять время?
- Играя в крикет.
- Это трата времени?
- Спросите моих родителей.
Я позвонил им, и они подтвердили, что да,
игра в крикет – пустая трата времени.
А еще они попросили рассказать зрителям
что-нибудь более интересное.
Фактически это токарно-винторезный станок,
потому что вот тут – ходовой винт.
Итак, это вращается здесь между центрами.
Скорость зависит от скорости
ходового винта,
определяющей скорость этого,
как там вы его называете.
Он идет и наматывает струну на ручку.
- Очень приятно наблюдать за этим.
- Да.
Вы бы как-нибудь в воскресенье,
когда нечего делать
и есть токарный станок,
смастерили бы что-нибудь?
Да. Почему бы и нет?
Ладно, хватит вам о токарных станках.
Я не ожидал столь бурной реакции
от съемочной группы.
- Ненавидят станки.
- Я думал, они друзья.
Они не друзья. Они враги.
Пока я восторгался станком,
около 300 бит были искусно выструганы,
сращены и покрыты лаком,
но даже тогда их всё еще можно испортить.
Это заключительный этап.
Они налепят наклейки
и добавят нескользящие накладки –
и бита будет готова к действию.
Что же заставило индийцев
так полюбить крикет?
Когда заканчивается Болливуд,
начинается крикет, и наоборот.
Мы процветаем благодаря им.
И драма сюжетов также есть и в крикете.
Фабричные ребята благоразумно
приберегли для нас важную работу,
которая нанесет наименьший ущерб.
Не помогайте ему.
Вкривь да вкось.
- Нелегко.
- Какого чёрта?
Я бы спорил, что эта работа проще.
Ладно, просто...
- Да, делайте сами.
- Я соберусь.
Давайте, вы справитесь.
Это не может быть так сложно.
Мы хотели придумать смачную шутку
про шары для перехода к следующей сцене...
ОТДЕЛ МЯЧЕЙ
...но не вышло,
так что вот некоторые сухие факты.
SG производит около 200 000 мячей в год
по одному и тому же точному рецепту.
Сначала вам нужна
кора пробкового дерева...
Мяч должен быть весом
от 156 до 161 грамма.
Мне попался такой кусочек
в соусе масала на днях, в «Чоуке».
Затем возьмите две кожаных полусферы,
сшейте всё вместе...
Вот как они делают шов.
- Мяч там внутри?
- Да, мяч внутри.
И добавьте последний сверкающий штрих.
Этим я и занимаюсь.
Итак, я выравниваю.
Линия по центру. Да?
Я опускаю эту штуку, слегка надавливаю,
чтобы получился оттиск.
Смотрится хорошо.
А потом я беру золотистую фольгу
и вдавливаю ее туда,
считая до пяти.
Затем я быстро ее выдергиваю.
Вот и логотип SG.
Годится?
Мне ответили полукивком, мол, не ахти.
Ясно. Пора применить
биту и мяч по прямому назначению.
Раз у меня нет времени
для полного пятидневного теста,
Я изобрел МЧОМ,
«Международный чемпионат одного мяча».
Есть!
В пути, сынок. Точно в ауте.
В обед Индия выбывает без единого очка,
а В. К. Сингх совершает долгую прогулку
обратно к изгороди.
Теперь нация возлагает свои надежды
на Дж. Д. Мэя,
зарабатывающего свой
первый и единственный международный шлем.
Да!
Земля надежды и славы снова в деле.
Викрамджит извиняется
перед Советом Индии по крикету,
а я заканчиваю с плохими крикетными
каламбурами, чтобы улизнуть из Дели.
Привет, зрители. Вы видите меня в темноте,
потому что сейчас очень рано, а не поздно.
Мы с вами находимся в месте,
похожем на свалку.
Но не обманывайтесь,
потому что вон там – вход на платформу,
которая ведет
к самому дорогому поезду в мире –
«Экспрессу махараджей».
Приготовьтесь умереть от роскоши.
БОГНОР-РИДЖИС
Хотя «Экспресс махараджей»
построен в 2010 году,
его 14 роскошных гостевых вагонов
призваны навевать воспоминания
об ушедшем золотом веке,
примерно когда Агата Кристи начала
убивать пассажиров на других маршрутах.
Сегодня первый этап
недельного тура по индийскому великолепию.
Пока незаметно выносят Майкла Портильо,
я забираю журналистскую аккредитацию...
- У меня...
- Добро пожаловать, сэр.
- Доброе утро, сэр.
- Намасте.
...наслаждаюсь фоновой музыкой
и поднимаюсь на борт
«Экспресса махараджей».
Спасибо.
- Доброе утро.
- Добро пожаловать.
Как шикарно.
Есть завтрак. Есть бар.
Кровать удобная. Да, я доволен.
Достав колониальные шлемы и убрав багаж,
мы готовы отправиться по извилистому
красному железнодорожному пути в Агру.
Спасибо, что выбрали
«Экспресс махараджей».
Следующая остановка – 1937 год.
Биг-Бен?
Доброе утро, леди и джентльмены.
Добро пожаловать на борт восхитительного
«Экспресса махараджей».
У поезда, видимо,
что-то вроде кризиса самоопределения.
Можно заказать
яйца с мясной нарезкой, помидоры на гриле,
картофельные оладьи и фасоль.
Не очень по-индийски.
Но можно заказать и упму,
а это очень даже южно-индийское блюдо.
Всё это здорово.
Я понимаю, почему этот антураж
привлекает некоторых,
но я не совсем уверен,
зачем ехать аж в Индию
и тратить много тысяч фунтов
ради впечатлений, которые можно получить
в «Эксельсиоре» Богнор-Риджиса.
Что ж, будучи в Богноре...
Том хотел бы,
чтобы я заказал два жареных яйца
со всей этой фигней.
Я будто вернулся
в свою местную тошниловку,
разве что она не в поезде
и заправляет ею какой-то турок.
- Отлично. Спасибо вам большое.
- Это вам.
С беконом, а это просто...
- Спасибо.
- Спасибо.
Умяв «традиционный индийский» завтрак,
хочется кое-чего покрепче по соседству.
«Кровавую Мэри», пожалуйста.
- С удовольствием, сэр.
- Спасибо.
И побольше остренького.
Будет классно.
Скажу вполголоса,
но это явно национализированный поезд.
Он не такой старый,
как прикидывается. Это копия.
Вроде тематического парка
в формате поезда.
Но что слегка удивляет,
так это то, что сейчас,
особенно в правительстве Индии,
очень сильны настроения
против наследия Империи и колонизации.
Но они реально построили фантазию
из эпохи британского владычества.
И меня это несколько озадачивает.
Но я уверен, что выпивка
всё поправит, что бы то ни было.
Сэр, вот ваша «Кровавая Мэри».
Если хотите еще лайма,
можете выжать ломтик.
- Нет, всё отлично.
- За здравие.
Можно мне в консерваторию?
- Да, конечно.
- Спасибо.
- Что за консерватория?
- Вы меня поняли.
Обзорный вагон.
Обзорный вагон. Спасибо.
Прошу прощения за коллег.
Вот это да. Боже.
Да. Отлично.
В основном вроде всё как надо.
В названии «Экспресс махараджей», думаю,
слово «экспресс» употреблено
с большой долей лукавства.
Вы посмотрите в окно.
Среди моментов,
вызывающих у меня некоторую неловкость,
тот факт, что весь персонал – индийцы,
и все очень внимательны к нам и любезны.
А все гости, по-видимому, с Запада.
Честно говоря, они все кажутся британцами.
Так что и правда похоже
на воссоздание атмосферы эпохи Империи.
Тем более что сейчас,
в 9:10 утра, бар уже набит битком.
Короче, вношу ясность.
Это не просто крупная вечеринка.
Я на самом деле еду в Агру
увидеть одно из настоящих чудес света.
В конце концов «Экспресс махараджей»
всё же прибывает в Агру...
Спасибо.
...где я наконец смогу поставить галочку
у давнего пункта в моём списке желаний.
Когда я говорю об Агре, конечно,
я имею в виду одно конкретное место,
и вы знаете, о чём я.
Люди со всего мира едут посмотреть
на этот апофеоз азиатской
и исламской культур,
мировой культуры, если честно. Вот он.
Нет, это не академия Агры по кушти,
борьбе в грязи.
А это.
Боже мой. Потрясающе.
Тадж-Махал – это мавзолей,
построенный для жены
императора Великих Моголов Шах-Джахана.
Стройка завершилась в 1648 г.,
и на возведение этого умопомрачительного
здания у 20 000 человек ушло 20 лет.
Во Вторую мировую войну его накрыли
огромным бамбуковым экраном
на случай бомбежки.
Когда мне было лет шесть или семь,
на нашей полке
в школьной аудитории была книга,
которая называлась «Чудеса света»,
как-то так.
Там были акварельные рисунки.
Книга небольшого формата,
и там были пирамиды, Гранд-Каньон
и многое другое, что я видел.
Там же было изображение Тадж-Махала,
и я думал: «Я хотел бы его увидеть».
Знаете что? Это мой пятый визит в Индию,
и мне до сих пор не удавалось его увидеть.
И от зрелища просто захватывает дух.
Честное слово.
У меня даже заболели десны
и зазудело в затылке.
Теперь придется вас разочаровать,
потому что лимит на время съемки тут
строже, чем в остальной Индии,
и нашего оператора
не пускают дальше этого ограждения.
Я даже не могу спуститься сам,
заснять всё на айфон,
а потом запустить на телевидение,
потому что это заметят,
и тогда нам придет нехилый счет по почте.
Но у меня всё же есть хитрый план.
Есть способ получить
почти приватный вид на Тадж-Махал
без всей этой толпы,
и тут ни при чём телевизионный обман,
монтаж или дополненная реальность.
Ничего такого.
Вот этот способ.
Вам, однако, надо подружиться
с местными лодочниками,
и их всего двое. Но то, что вы увидите,
мы называем на телевидении раскрытием.
Готовы?
Здорово, правда?
Это непривычный вид –
не тот, что на открытке
и не тот, что открывается
при входе через парадные ворота.
С этого ракурса
вы не видите длинный канал,
но здесь и нет такого количества людей.
И тут довольно спокойно,
хотя и пованивает.
Само совершенство. Наверное,
дело в золотых пропорциях
или в чём-то таком,
но это само совершенство.
Вы не поверите,
но я почти в середине пути,
в районе предлога «до»
в моём паломничестве по Индии
«от побережья до побережья».
И, как и в Агре, следующая точка – одна из
величайших достопримечательностей Индии.
Я, пожалуй, заткнусь на минутку,
чтобы вы могли насладиться величием.
Доброе утро, зрители. Мы с вами примерно
в 675 километрах к востоку от Нью-Дели,
в священном городе Варанаси,
эпицентре индуизма.
Я очень рад, ведь я еще здесь не был.
Здесь масса удивительного. Есть гхаты,
сотни храмов, священная река Ганг –
мать Индии, если хотите.
Всё это мы осмотрим чуть позже,
но сначала – йога.
ШУМЫ СРЕДНЕГО ВОЗРАСТА
Это Гхат Асси,
куда каждый день на рассвете
люди из всех слоев общества
собираются на утреннюю молитву,
чтобы размять конечности
и, надеюсь, открыться новым идеям.
С нами Джеймс Мэй.
Он очень молодой и улыбчивый человек.
Похоже на мой школьный отчет 1972 года.
Теперь давайте начнем наше ежедневное
изучение йоги с пранаямы.
Сначала то, в чём я никак
не могу ошибиться. Дыхание.
Вдохните через левую ноздрю,
закройте правую ноздрю.
И вдохните через левую ноздрю.
Затем закройте левую ноздрю и выдохните.
Теперь контролируйте это,
- выпустите отсюда.
- Спасибо.
- Хорошо, спасибо.
- Спасибо.
Затем мы имитируем паровозик...
Попробуем сосредоточить нашу внутреннюю
силу и пробудить наши три чакры.
Кажется, одна из моих чакр онемела.
Время подвигать
молодым, улыбающимся телом.
Теперь преодолеваем гравитацию.
Раз, два, три, четыре, пять.
Помимо классических хитов йоги
урок Пурнимы также включает игру в прятки,
в козьи роды...
Пять...
...в перебор с далом...
...и воспоминание
о выстреле РоБоХону в голову.
Пока, наконец, не наступает
неизбежный духовный покой.
Ладно. Вы сделаете это завтра,
ведь это очень полезно.
Вы смеетесь, но гляньте, в какой я форме.
Смотрите, как я высок.
Ты издавал шумы среднего возраста.
Я среднего возраста, Том,
но я их вытащил из себя.
Я удалил шумы среднего возраста
из глубины моего существа.
Нанеся спрей для мускульной релаксации
и механическую смазку,
я отправляюсь в город, вновь вооружившись
моей воображаемой круговой камерой.
Должен сказать, я нахожу Варанаси
абсолютно завораживающим.
Это веселый и бурлящий город,
красивый и аккуратный,
полный приятных запахов
и интересных для познавания вещей.
Фрукты-овощи. Фрукты-овощи.
Все эти мопеды.
Симпатичные на вид фрукты-овощи.
И где-то среди продуктов прячется
лицензированный местный гид
в синей клетчатой рубашке.
- Вы занимались йогой смеха?
- Да.
Отлично! Блестяще.
Было достаточно глянуть
на съемочную группу.
- Это было, наверное, лучше всего?
- Было очень просто,
будто я всю жизнь этим занимаюсь.
Кунал родился и вырос в Варанаси,
и я понимаю, что если мне предстоит
усвоить много важной информации,
то мне понадобится калий.
- Кстати, вы хотите банан?
- Да, пожалуйста.
Считается, что Варанаси –
один из старейших живых городов.
Это место,
куда хотел бы попасть каждый индиец
хотя бы раз в жизни,
чтобы окунуться в реку.
Они верят,
что после этого избавляются от грехов
своей прошлой и нынешней жизни.
Правильно ли я думаю,
что люди, верящие в свою скорую смерть,
часто приезжают в Варанаси
в надежде умереть именно здесь?
Да, многие пожилые люди
охотно приезжают сюда
ради возможности умереть в Варанаси.
Есть поверие,
что, если человек умрет в этом городе
или если здесь хотя бы развеют его прах,
душа будет выпущена и освободится
из цикла рождения и смерти.
А это единственная
духовная цель каждого индуиста –
достичь мокши.
Мы так это называем. «Мокша».
Добравшись до мокши, человек достигает
совершенного покоя на веки вечные?
Достигается блаженство.
Вы едины с абсолютом,
или высшим существом, или Богом.
Неплохое место,
чтобы обрести вечный покой.
Два божества имеют ключевое значение
для важности Варанаси
как места паломничества.
Шива, который, как говорят,
основал этот город,
и Ганга, богиня очищения и прощения,
в честь которой названа река Ганг.
В этом святейшем месте, куда ни глянь, –
везде боги всех форм и размеров.
Интуиция подсказывает мне,
что близка информационная перегрузка.
Итак, перед нами панно
с изображением множества божеств.
В крайнем левом углу – Брахма
- с тремя лицами.
- Три лица, да.
Вишну, хранитель и защитник, – в центре.
Вы видите...
Это раковина.
Извините, мне не следовало есть бирьяни.
Это...
Впрочем, это не новая шутка.
Извините, продолжайте.
Та женская фигура, одетая в сари, – Ганга.
Спустившись на голову Шивы,
она запуталась в прядях,
и, сойдя вниз,
она обратилась в источник воды.
Ясно.
Кунал рассказывает мне,
что в индуизме 33 миллиона богов,
и через минуту проэкзаменует меня о них.
Видите зеленую фигуру,
- сидящую на крокодиле?
- Да.
Видите маленькое личико
- выше Шивы?
- Да.
Видите лингам Шивы в самом центре?
Это его младший брат, Лакшмана.
Это Гаруда, получеловек-полуптица.
Вон там божество с обезьяньим лицом,
Хануман, и его команда.
А затем, сверху, – девять планет.
Мы считаем, что каждая планета влияет
на жизнь человека.
Скажите, сколько минут мне рассказывать?
- Как можно короче.
- Хорошо.
Так, посмотрим. Версия для начинающих,
потому что слишком много нового.
Я вижу Брахму,
верховного Бога, посередине.
- Извините, слева.
- Да.
И потом Шива, который...
Краткости ради давайте предположим,
что я правильно запомнил
остальных 32 999 998 богов, хорошо?
И Кришна играет на флейте
и стоит на одной ноге.
- Верно.
- Да!
Вы можете смонтировать так, чтобы
казалось, будто я знал, о чём говорю?
Попытка усвоить всё
обернулась болью в правом полушарии.
Вот бы найти
расслабляющее местное средство!
Это Парас. Он сделает вам массаж головы.
Неужели?
- Это индийский массаж головы?
- Да. Верно.
Как моя прическа?
Ужасно.
- Хорошо.
- Хорошо?
Он сказал «хорошо».
Очень сильные большие пальцы.
Самое замечательное здесь то,
что, в отличие от той же процедуры
в гостиничном спа,
здесь нет свирелей.
Дело в том... Погодите.
Я жду, пока вернут на место
мое лицо. Минутку.
Спасибо.
А было весьма неплохо.
Голова и правда уже не так болит.
И, по словам съемочной группы,
моя прическа тоже выиграла от этого.
Жаль, что я сейчас
всё испорчу, сев на лодку.
Здания со спускающимися ступенями,
которые мы сейчас видим, –
это всё гхаты,
там по утрам жрецы исполняют ритуалы,
днем дети играют в крикет,
и проходит церемония арти.
- На гхатах играют в крикет?
- Да. Это национальная религия.
- А разве мяч не падает в реку?
- Это аут, новое правило.
Надо сказать,
что очень легко увлечься суетой,
царящей на берегах Ганга.
Но в Варанаси смерть гораздо ближе,
чем вы ожидаете.
Я хочу пояснить вам кое-что о кремации,
являющейся обязательным явлением
в Варанаси.
Это основной гхат кремации, Маникарника.
Эти тела привозят не только из Варанаси,
но и из соседних городов и деревень,
все их привозят сюда на кремацию.
И сколько же человек в день?
На этом гхате – около 120 тел.
- В день?
- Да.
Кремация в Варнасе
идет круглосуточно и без выходных.
Приезжают друзья и родственники,
они сидят поблизости
или идут пить чай.
Рискуя прозвучать ужасно по-британски,
скажу, что я предпочитаю
пить чай с печеньем.
На Западе кремация –
это довольно приватное дело,
ее проводят за закрытыми дверями.
Но здесь, получается,
это публичное действо.
- Верно.
- Вы не брезгливы?
Нет.
Когда на земле сжигают тело,
дым от него поднимается в небо,
а прах в конце концов сбрасывают в реку.
«Прах ты, и в прах вернешься»,
физическое существование
возвращается в природу.
К сожалению, именно в этот момент съемок
мы остро осознали физическое существование
половины нашей съемочной группы.
Наша лодка, откуда нас
должны были снимать, сломалась.
Она дрейфует к противоположному берегу.
Не знаю, в чём дело.
Ясно. На этой лодке
у нас только один оператор, Шон,
и он снимает на эту камеру.
Всё остальное оборудование –
на «судне слежения»
гораздо большего размера
с белым навесом, и оно сломалось.
- Плывем их спасать?
- Не знаю, что у нас получится
в плане съемок.
Но я думал, важнее, чтобы они не утонули,
- а то нехорошо как-то.
- Всё будет в порядке.
Хочешь с ними поговорить?
- Кто там? Марк?
- Марк.
Марк, это Джеймс.
Да, говори, Джеймс.
Вы обречены?
Нет, движок снова запустили,
так что вряд ли нам придется
возвращаться вплавь по Гангу, слава богу.
Чёрт возьми.
- Вы благодарите за это Ганджу?
- Гангу.
Гангу, извините. Не Ганджу.
Благодаря Ганге
и резкому пинку в мотор лодки
остальные участники съемочной группы
возвращаются к вечеру,
когда на берега реки
приходят тысячи людей,
чтобы посмотреть на одно
из самых зрелищных мероприятий Индии...
...церемонию Ганга Арти.
Это ритуал поклонения Матери Ганге,
в ходе которого семь жрецов,
стоя на этих платформах
с благовониями и факелами,
руками рисуют в воздухе символ Ом –
самый священный символ в индуизме.
А еще они будут двигаться по кругу,
поклоняясь каждому Богу
во всех направлениях.
Перед началом церемонии
Кунал предлагает мне
спуститься к кромке воды,
чтобы сделать мое собственное приношение,
называемое «пуджей», Матери Ганге.
- Ничего, что я не индуист?
- Нет, индуизм очень гибок.
Мы говорим: «Атитхи Дево Бхава»,
что значит «гость – это Бог»,
и мы верим, что «Васудхайва Кутумбакам»,
то есть «весь мир – одна семья».
Так что это радушное приглашение для всех.
Спасибо. Добрый вечер.
Представьтесь, пожалуйста.
- Как вас зовут?
- Джеймс.
- Извините?
- Джеймс.
- Джеймс?
- Да.
У меня между ступнями – натянутая веревка,
о которую запросто можно споткнуться,
но пока еще в реку никто не упал.
Я не пойму, что это.
- Это молоко?
- Да.
- Мне вылить его в реку? Всё?
- Да. Медленно.
Идемте. Присядьте, пожалуйста.
- Хорошо, спасибо.
- Не спешите.
Надо быть осторожнее с веревкой.
Выразив почтение и поблагодарив Гангу
за то, что я всё еще сух,
я возвращаюсь на свое место.
Если найду его, конечно.
- Какие впечатление?
- Потрясающе.
Невероятно: никто не упал в реку.
Если вы посмотрите туда,
то не скажете, что там река.
Похоже, будто просто сидят люди.
Да. Отсюда ее не видно.
Церемония начинается с того,
что семеро священников, или пандитов,
дуют в раковины.
В городе, так озабоченном смертью,
то, что следует,
является исключительно жизнеутверждающим.
Думаю, это замечательное завершение
нашего визита в такой замечательный город.
Это, конечно, индуистский фестиваль.
Также сильное общее ощущение благополучия
и эйфории по поводу церемонии.
Но еще я думаю, что есть вот что.
Они говорят: «Мы знаем,
что у нас тут всё немного обшарпано.
Мы знаем, что наши авторикши
ездят довольно рассеянно.
Но смотри, остальной мир: вот она, Индия.
Смотрите на это».
И раз уж зашел разговор,
спасибо, что смотрите эту серию.
Увидимся в следующей. Пока.


Серия 3

О чём ты думаешь, сидя в одиночестве
в университетском саду?
Ни о чём.
Если ты тоже не был на уроке,
как ты мне поможешь?
Смотри! А вот и профессор Уильям Хейсти.
- Добрый день, профессор.
- Добрый день, Нарендранатх.
Я не видел вас сегодня на уроке.
- Извините, профессор.
- Это был важнейший урок.
Мы читали «Прогулку» Уильяма Вордсворта.
«Я бродил одиноко, как облако».
Точно. «Я бродил одиноко, как облако»,
а затем я говорю что-то еще,
и у меня совершенно вылетело из головы.
Давайте продолжим с этим минут через 19,
когда я разберусь с репликами.
Можно продолжить отсюда? Да? Ладно.
А пока – шоу продолжается. Я имею в виду
наше шоу о поездке по Индии, а не это.
Однако это шоу
всё же появляется в нашем шоу.
Ну как? Сойдет или совсем ужасно?
Без проблем.
Наслаждайтесь титрами.
ДЖЕЙМС МЭЙ:
НАШ ЧЕЛОВЕК В ИНДИИ
Последний этап нашего пути
начинается в совсем другой части Индии –
у подножия Гималаев.
Я направляюсь в Дарджилинг,
куда в 19-м веке приезжали англичане,
спасаясь от шума автомобильных клаксонов,
авторикш Дели и тому подобного.
Однако я еще не пришел.
Сначала я загляну в ближайший городок Гхум
и повидаю одного старого друга.
Я уже проехал более трех тысяч километров
через всю страну
с запада на восток.
А теперь я добрался и на север.
Спокойствие предгорья.
Почти не слышно звуков клаксонов.
В начале 1800-х годов
прохладный горный воздух
привлекал британцев, которые,
конечно же, колонизировали это место.
На этот раз,
чтобы подобное не повторилось,
со мной будет моя гид из Мумбаи, Адити.
Ну и холодина.
Воздух холоднее соска ведьмы.
Да, ведь температура ниже 32 градусов?
Теплынь! Правда, ребята?
- Чудесно.
- Да, чудесный весенний день в Англии.
Вы всё сыплете соль на рану.
Смотрите, поезд!
Я как раз собирался спросить:
«Не хотите ли...
...покататься на поезде?»
- Пойдемте!
- Потому что я это запланировал на...
Но не на таком. Мы поедем...
Пойдемте на поезд.
Я пытался объяснить,
что мы поедем в Дарджилинг
по Гималайской железной дороге
с паровой тягой, которая действует с 18...
Ну, неважно.
Вы только посмотрите на двигатель.
Номер 806 B-класса, построен в 1928 году.
Откуда вы это знаете?
Еще бы! Мое знание фактов о поездах
впечатляет девушек с 1976 года.
Красная ручка – тормоз,
а там есть регулятор и отсекатель пара,
так регулятор по существу
открывает поток пара.
Это как урок физики, который я не просила.
Знаю, не просили,
но я всё равно вам расскажу.
Мы тронулись.
Невероятно.
Эта железная дорога была построена
англичанами, чтобы привозить чай с гор.
Она поднимается более чем на 2 130 км.
На этой дороге изначально
не было локомотивов.
Вагоны тащили лошади
и, думаю, слоны в сезон дождей.
Вы, британцы,
претесь чёрт знает куда ради чашки чая.
Здесь не другие участники дорожного
движения пропускают поезд, а наоборот,
что удобно для покупки закусок.
Сэр, можно нам два банана, пожалуйста?
Отлично. Спасибо, дханьяваад.
Как классно, никогда так не делала.
Хотите еще чего-нибудь? Чесночку, бамии?
Мы проезжаем мимо чьего-то дома.
Представьте, каково это: поезд вот так
ходит мимо вашего дома каждые 40 минут.
Грустно, если я скажу: «Мне жаль,
что поезд не проходит мимо моего дома»?
Ага.
Наш пункт назначения – Дарджилинг,
где крутые подъемы улиц нелегки
даже для людей
со стальными ягодицами, типа меня.
Проклятье.
«Дарджилинг, самое красивое место в мире».
«Самое приятное место».
Мне нравится.
Чтобы наши уши отдохнули
от гудков и клаксонов,
мы направляемся к месту
совершенного покоя.
Буддисты низкорослые,
- как правило.
- Да.
Буддисты, которые не низкорослые,
а лишь кажутся такими на фоне статуй,
составляют около четверти
населения Дарджилинга.
Здесь так тихо.
Вы знаете о молитвенных флагах?
Я не знаю, что они означают.
А я знаю,
ведь я как раз прочитал свои заметки
- из кармана.
- Ясно.
Судя по всему, молитвы на этих флагах
подхватываются ветром,
когда флаги развеваются,
и разносятся, сея добрую волю
и мир среди людей,
- если хотите.
- Как благородно.
- Довольно мило, правда?
- Да.
Обычно всё к Богу да к Богу.
А тут, скорее, для всех.
- Класс.
- Да, если вы по ветру.
- Да...
- Ведь если вы там,
то дело дрянь.
Внутри не так тихо.
Тут, конечно, не скучно.
И, похоже, не обошлось без спонсоров.
«КОКА-КОЛА»
Зачем тут бутылки кока-колы?
Это своего рода сладкое подношение.
Посмотрите на это!
Трезубец с головами злодеев.
- Вижу. Жуть какая.
- Да уж.
В детстве я бы испугался при виде этого.
Иисус, висящий на кресте
- в крови, ужасает.
- Да.
Моя старшая сестра боялась Иисуса,
так как думала, что он жил под кроватью.
Странное место.
Просто кто-то сказал: «Иисус повсюду»,
а ей было всего шесть лет,
и она решила, что он под кроватью.
Прения окончены.
Наш мир и покой заканчиваются
с кока-кольным клаксоном.
Это не учения, это реальность,
и мы отправляемся
купить миру чашку чая вместо этого.
А они рады, что мы уходим.
ЦЕРКОВЬ СВЯТОГО АНДРЕЯ
А тем временем в Великобритании...
Нет, не совсем, это всё еще Дарджилинг.
Что начиналось как курорт для потных
британцев, спасающихся от индийского лета,
стало своего рода
Маленькой Англией в стиле 1930-х годов,
очень любимой индийскими туристами.
Смотрите, это куранты Биг-Бена из Лондона.
Один из великих продуктов нашего экспорта.
И часы испорчены.
Еще не время для курантов.
Британское барахло.
Такое ощущение, что воздух другой, правда?
Посмотрите. Погода всё время шикарная.
- Полиция...
- Британская.
- Серо, и будто дождь собирается.
- Вы не цените,
вы привыкли.
Мне нравится,
но это как-то не по-индийски.
Если вы...
Да, все должны быть в сари и, такие...
Сделано в Индии
Нет, я не к тому, но я думаю,
что, если вы британец
и приезжаете в Индию,
нужно лечь и дать Индии себя попинать,
- да?
- Пожалуй.
Теперь, когда Адити показала себя
скрытой англофилкой,
мы приступаем к полному погружению.
Мы пришли.
Вот куда я вас веду
на шикарный завтрак, как мы говорим.
Что за шикарный завтрак?
Это не в моём стиле.
КАЛЬМАРЫ
Я заказал вам полный английский завтрак.
Посмотрим, аутентичен ли он.
Откуда произошел английский завтрак?
Сам не знаю.
- Из Франции.
- Из Франции?
Полагаю, свинина была
легкодоступным мясом.
Можно съесть всё животное,
из крови сделать кровяную колбасу
и превратить пузо в бекон.
Я хотела вот что узнать.
Кто-то сказал мне,
что кальмары на самом деле...
дырки свиных задов?
Это...
- Свиные зады...
- Я такая...
С тех пор я не могу заказывать кальмаров.
Думаю, что мы всё же остановились
в трех миллиметрах от свиного ануса,
чтобы не превратить его в морепродукт.
- Ну, они всегда...
- Что такое устрицы, по-вашему?
Это эякулят дельфина
или что-то в этом духе?
Как чудно вы рассуждаете.
- Господи Иисусе.
- Спасибо.
Я умру.
Это полный английский завтрак
из мультфильмов.
Да ладно вам, смотрится красиво.
- Неплохо.
- Есть можно, правда?
Итак, мы видели британскую архитектуру,
британскую технологию на поезде.
Вы пробуете высшее достижение
британской кухни.
А вы хотите,
чтобы я вас отвел на индийский,
но, несомненно,
достаточно британский вечер хеви-метала?
Что, простите?
Дарджилинг – индийская столица
очень шумной музыки!
- Да!
- Да!
Одна из его крупнейших групп – «Мантра»,
они стали первопроходцами
индо-непальского рока
Флейта!
- Обожаю эту флейту.
- Да!
Эта процветающая метал-сцена –
еще один пример британского похмелья.
Большое спасибо!
Кстати, о похмелье...
Это здорово,
- но, боюсь, Адити нагрузилась.
- Надеюсь, вам весело!
- Да!
- Да!
Вы готовы к этому?
Я знаю эту!
Возьми булочку вместо автокредита
Анна Норгей ломпи-ломпи-ло
Вы знаете слова!
Горгонзола, вперед
Да!
Раз, два, три, четыре!
Мы вас любим!
Бам! Ну вот!
Потом мы встречаемся с ведущим гитаристом,
Праггьей, и вокалистом, Бхаскаром,
для профессионального интервью,
стараясь не казаться в стельку пьяными.
Классное выступление.
Вы, ребята, зажигаете!
Большое спасибо.
Каково это – играть западный рок
в таких местах, как Дарджилинг?
После обретения независимости тут остались
преподаватели из Великобритании,
и они познакомили меня
с творчеством Элвиса, Beatles и других.
Van Halen, Whitesnake, White Lion,
Iron Maiden. Громкие имена...
Вы слушали Deep Purple?
- Конечно!
- Точно, да.
Думаю, это был первый рифф,
который я разучил. Из Smoke on the Water.
Да, да, наверняка.
- Звучит шикарно.
- Флейта была хороша,
ведь Beatles тоже использовали ситару.
- Это мультикультурно и здорово.
- Да.
Дарджилинг – как бы это сказать? –
очень космополитичное место.
Мы живем все вместе в гармонии.
Это интересно. Герберт Уэллс, писатель,
сказал: «Будущее наций –
это человечество».
- А может, будущее – это рок-н-ролл?
- Вполне.
- Точно.
- Отлично сказано.
- Достаточно.
- Чёрт, да.
На этом закончим, потому что мы выпили
около восьми банок пива Kingfisher.
Завтра, однако, мы будем пить чай.
На следующее утро
нам и правда нужна чашка чая.
К счастью, мы в Дарджилинге.
Эти холмы –
самые высокие в мире чайные склоны,
на них растет третий лучший в мире чай.
После чая со льдом и Мистера Ти.
И, подобно шампанскому из Шампани,
только чай «Дарджилинг» из Дарджилинга –
настоящий «Дарджилинг».
И мы пришли
в поместье «Гленберн» в Дарджилинге
на первый в мире конкурс-дегустацию чая
между Индией и Великобританией.
Это шикарный чай.
Да, «Дарджилинг» – всегда шикарный чай.
- Это шампанское среди чаев.
- Действительно.
Семья Хусны-Тары Пракаш занимается
чайным бизнесом в четвертом поколении.
Полагаю, о чифире речи не идет...
Этот чай не пьют с молоком и из кружки?
- Это просто...
- Никогда.
Некоторые добавляют щепотку сахара
для раскрытия вкуса,
- но я бы этого не делала.
- Вы неотесанные невежды, если так пьете.
Чтобы подготовить нас, невежд,
Хусна-Тара знакомит нас
с календарем сбора чая.
Все эти чаи – с одного куста.
Понюхайте. Обоняние очень важно,
вы как бы вдыхаете аромат.
Прямо погрузите в него нос.
Я мечтала увидеть Джеймса Мэя
по нос в зарослях перед камерой.
Но ведь чай изобрели в Йоркшире?
В Харрогите. Так ведь?
Вам что, действительно
так сказали, Джеймс?
Чай попал в Индию
очень сомнительным путем,
потому что один английский ботаник
пробрался в Китай...
- Стремно.
- ...под видом мандарина,
украл чайные кусты и вывез их в Индию.
Как можно замаскироваться под апельсин?
Попробуйте.
Первый урожай чая,
или первый сбор ранней весной –
для настоящих гурманов.
Вкус чая, но мне не хватает крепости.
- Это...
- Для некоторых этот чай слишком нежен.
Видимо, у меня
более изысканный вкус, поэтому...
У вас чай на носу,
что слегка портит эффект.
Затем мы пробуем более крепкие чаи
второго весеннего сбора...
Этот прямо бьет в лицо.
Этот мне нравится.
...зрелые муссонные чаи
середины августа...
- У этого прямо шоколадные нотки.
- Шоколадные, точно! Вы правы.
...и роскошные осенние улуны.
Я бы выпил такой погорячее и с молочком.
Самые великолепные чаи
делаются в середине лета.
Итак, наш самый дорогой чай –
«Серебряные иглы»,
и он очень ценный.
Сборщицы берут лишь кончики
веточек, раскрывающиеся листья.
Представляю: японский император
отсылает группку служанок, такой:
«Только кончик, девушки».
В былые времена короли отправляли сборщиц
в шелковых перчатках
отрезать идеальные кончики веточек
с верхней части кустов.
Так сексуально.
Зачастую они были девственницами,
которые не ели ни чеснока, ни лука,
чтобы не испортить кусты.
Его розничная цена в Англии –
около 2 000 фунтов за кг.
- 2 000 фунтов стерлингов за килограмм?
- Да.
Значит, эта чашечка
стоит порядка 20 фунтов?
Начинаем конкурс дегустации чая.
Слепая дегустация шести чаев.
Цветочный «муншайн», нежный первый сбор,
крепкий второй сбор, шоколадный муссонный,
насыщенный улун и «Серебряные иглы»,
которые стоят дороже иного автомобиля.
Наши вкусовые рецепторы настроены,
а на кону – наша национальная гордость.
Итак, посмотрим,
кто первый даст три правильных ответа.
Так. Я думаю, это муссонный.
- «Серебряные иглы»?
- Джеймс близок.
- Адити, ты далека от истины.
- Блин!
Итак, это был осенний чай.
Великобритания подает ранние надежды.
Это первый сбор.
- И я думаю, первый сбор.
- Джеймс?
- Молодцы! Вы оба справились.
- Чёрт, было близко.
Несмотря на инцидент на поле,
мы поднимаемся на табло.
Так, Адити. Сначала вы.
- Второй сбор.
- Джеймс?
Вроде как немного с дымком.
Я бы тоже сказал, что это второй сбор.
Да, вы оба правы. Молодцы.
Матч-пойнт, ситуация напряженная.
После этого надо будет выпить чашечку чая.
Этот я знаю.
Это муссонный.
- Хорошо. Адити?
- Это «Серебряные иглы».
Молодец!
Да! Индия! Посмотрите мне в глаза.
Поздравляю.
Оставив Адити отплясывать танец победы,
пришло время англичанам
ретироваться из Дарджилинга. Снова.
Катись, Мэй.
Примерно 640 км на юг, к третьему
по величине городу Индии, Колкате.
В течение почти 150 лет
Колката была столицей Индии
под британским господством.
Доброе утро.
Сегодня она всё еще столица
индийского интеллектуализма,
бурлящая с новой энергией.
Ну, по большей части.
Надо сказать, что в этом уголке Индии
довольно сложно отделаться
от наследия Британской империи.
Но давайте попробуем.
Так. Какой образ Индии можно назвать
современным, динамичным и аутентичным?
Нет, не то.
Но это всё же напоминает мне,
что мы уже на 19-й минуте серии.
Ну ладно.
Более серьезный бенгальский
двоюродный брат Болливуда – Толливуд,
названный в честь
района Колкаты Толлигунге.
Я еду в студию «Акаш Атх Стьюдио».
Но произошло небольшое недоразумение.
Нам сказали, что мы можем
посмотреть на съемки
одного из их обычных ситкомов и сериалов,
выходящих ежедневно, они так популярны,
и я даже мог получить эпизодическую роль,
допустим, какого-нибудь лавочника
или таксиста, вроде того.
Короче, в итоге это оказалась
роль шотландского теолога
в биографическом сериале
о Биле Нарендранатхе,
который был очень, очень выдающимся
индийским ученым-индуистом,
мистиком и гуру.
Просто чтобы вы знали:
это ненастоящая змея.
Но сериал – очень даже настоящий,
крупная телевизионная драма
о молодом гуру, принесшем в мир индуизм.
Так что это не хухры-мухры.
Я не сижу за барной стойкой
в «Жителях Ист-Энда», я не в «Друзьях»,
я в чём-то очень, очень серьезном,
и пренебрежение тут неуместно.
О боже!
Снимаем. Тишина.
- Камера.
- Мотор.
Добро пожаловать в Толливуд –
место, где сбываются мечты.
А также кошмары.
Вы со мной
в очень непростое время, честно говоря.
Я пытаюсь выучить свои слова,
и некоторые из них я то и дело произношу
не так. Человека зовут Нарендранатх.
Один из наших помощников,
владеющих бенгальским языком, дал мне
подсказку к трем сложным словам
из моей роли.
Вот они.
Нарендранатх.
Нарендранатх. Это его имя.
А потом концепция чувства в словах.
Бхава самадхи.
А потом место, куда он отправляется...
- Дакшинешвар.
- Над этим поработаем позже.
Нарендранатх. Нарен...
Нарендранатх. Бхава самадхи.
Так? Так.
Нарендранатх. Бхава самадхи.
Впервые в этом сериале
переодевание не оборачивается драмой.
Я только что
увидел себя в зеркале, потрясающе.
Круто, детка.
Актеров вызывают на съемочную площадку.
Нарендранатх.
Я играю Уильяма Хейсти,
профессора теологии,
который вдохновляет
молодого студента-гуру.
Здесь куча народу.
Съемочная группа ведет себя
намного лучше привычной мне шушеры.
Вот режиссер.
- Здравствуйте. Джеймс. Как вы?
- Сушанта.
Спасибо за приглашение.
И актер, играющий Надрен...
Играющий моего напарника.
Рад познакомиться.
Быстрая репетиция.
- Добрый день, профессор.
- «Добрый день, Нарендранатх.
Я не видел вас сегодня на уроке».
Я сержусь? Немного суров?
Да?
Это «да», а может, и «нет».
«Я не видел вас сегодня...» Сандип тут?
Он там. Это Сандип, наш помощник,
говорящий по-бенгальски.
Я не совсем уверен.
Я должен сердиться на него
- за пропущенный урок?
- Да.
Да, я немного сержусь.
Да. Сделайте сердитое лицо.
- Это ужасно.
- Ужасно. Да.
Пока мы готовимся к первому дублю,
атмосфера на площадке напряженная...
Мотор.
...а я тем более.
- Добрый день, профессор.
- Добрый день, Нарендранатх.
Ура!
Не видел вас на уроке.
Извините, профессор.
Чему вы сегодня учили?
Это был важнейший урок.
Я читал «Прогулку» Уильяма Вордсворта.
У меня талант.
«Поэзия – это спонтанный выплеск
сильных чувств».
- Превосходно, Нарандран...
- Нарендранатх.
- Нарендранатх.
- Ладно, ничего.
ДУБЛЬ 2
Превосходно, Нарандранатх.
- Нарен...
- Нарендранатх.
Нарендранатх.
ДУБЛЬ 4
Отлично, Нарендранатх.
И затем идет моя следующая фраза,
которую я совершенно забыл.
ДУБЛЬ 5
Одно слово вон. Еще два.
Извините, профессор. Объясните.
Невозможно. Я не могу
объяснить вам, что...
- Как это называется?
- Бхава самадхи.
ДУБЛЬ 6
Невозможно объяснить, что
такое бхава шанави.
ДУБЛЬ 7
...бхава шанадхи.
ДУБЛЬ 8
ДУБЛЬ 9
Невозможно...
ДУБЛЬ 10
Я не могу объяснить,
что такое бхава шамадхи,
но, если хотите узнать, отправляйтесь в...
- Дакшинешвар.
- Да, туда.
Съемочная группа очень терпелива...
«Дакшинешвар». «Бхава шамадхи».
- Ладно, извините.
- Ничего.
...и в конце концов
находит способ мне помочь.
Можем попрактиковать реплику.
- Отправляйтесь в Дакшинешвар.
- Дакшинешвар.
Нет, невозможно объяснить вам,
что такое бхава шамадхи,
но, если хотите узнать,
отправляйтесь в Дакшинешвар.
- Ага.
- Так. Быстро.
- Принято.
- Есть? Хорошо.
На час опережая график,
напоследок я должен пройти,
не наткнувшись на мебель.
- Хорошо.
- За такое дают премию Киноакадемии.
- Спасибо, сэр. Ваша работа закончена.
- Спасибо.
Значит, всё?
Ничего на телевидении или в театре
не заканчивается раньше времени, правда?
О чём это говорит?
Не о том, что мы блестящи.
Теперь он правильно говорит.
Похоже, на «Оскара»
рассчитывать не приходится,
и мне, наверное,
лучше вернуться к основной работе
и обратно в центр Колкаты –
снимать сцену покупок на Новом рынке.
Кому-нибудь нужна гигантская крыса?
В этой поездке
мы делаем удивительные вещи,
но я знаю, многие из вас сидят дома
и говорят: «Когда ты
что-нибудь приготовишь?» Время пришло.
Я приглашен на кулинарный конкурс
с женщиной по имени Кирти,
победившей в конкурсе MasterChef в Индии.
Итак, мы на рынке.
Давайте делать покупки до упаду,
что при этой температуре
случится минуты через три.
Уходит из кадра манящим образом.
ОШТУКАТУРИВАНИЕ
Часто говорят, что англичане
колонизировали мир ради специй,
которые потом не использовали.
Я собираюсь заняться
этим вопросом прямо сейчас.
Не с этим.
Я хотел бы вот этот.
Помидоры. Мне нравится этот. И этот.
Мне нужно пять чили.
Эти очень острые? Да.
Это мне нравится.
Гвоздика и пажитник.
Мне нравится горох.
Ладно, я закончил. Идемте готовить.
Я в особой кулинарной рубашке
голубого цвета, и я готов поразить
лучшего шеф-повара, Кирти Бхутику.
Это не соревнование.
Нам нравится готовить вместе.
Я изучаю индийскую еду,
вы изучаете британскую еду.
И –
- поехали.
- Поехали?
- Что мы сегодня готовим?
- Извините. Мне следовало...
Я делаю вегетарианский вариант
запеканки из картофеля, с чечевицей.
Но я добавлю к ней ароматы Индии
с помощью специй.
- Прекрасно.
- А у вас что?
Алу дам, по сути это картофельное карри.
Но во всех регионах Индии
есть разные версии алу дама.
Я буду готовить бенгальский вариант,
так как я оттуда родом.
Хорошо. В Англии мы это блюдо
обычно называем алу по-бомбейски.
Но бомбейский алу не такой,
как бенгальский.
Это бомбейский алу.
- Короче, называйте его алу по-бенгальски.
- Культурное присвоение. Ясно.
Это не соревнование, но есть приз.
Кирти пригласила крутейших кулинарных
инфлюенсеров Колкаты на дегустацию.
Если им понравятся наши рецепты,
они расхвалят их в соцсетях
для своих поклонников
в «Инстаграме», что, видимо, хорошо.
Джеймс, сейчас
я добавляю к моей картошке
немного порошка куркумы
и придам ей желтоватый цвет.
В каждом индийском доме
у нас есть вот такая штука,
это «коробка масала», как мы говорим.
Я приподниму ее. Коробка для специй.
Да. Итак, это халди, или куркума.
Это порошок кориандра, соль, джира,
или кумин, красный перец чили, конечно,
а это – гарам масала, смесь разных специй.
Кладем их все, а также звездчатый анис,
коричневый кардамон и пажитник.
Пусть знают,
что британцы не чураются специй.
Какой аромат. Ням-ням.
Местные карри очень отличаются
- от карри в Англии?
- Да.
- Курица тикка масала считается...
- Да, мы ее обожаем.
- Ведь ее придумали мы.
- Нет. Ладно.
Ее придумали в Великобритании.
Но придумавший это блюдо не был британцем.
Он всё же был индийцем.
А точнее, бенгальцем.
Ладно, пусть так.
Я не только ляпаю всякое невпопад,
я добавляю лук, грибы, чечевицу
и красный винный уксус к моим специям.
И если вы думаете: «Минуточку, Мэй.
А где пошаговый ход работы?»
Я отсылаю вас к отличному сериалу
на Amazon под названием Oh Cook!
Итак, сейчас я делаю основу
для моего алу дама.
И вот что я поняла в индийской кухне.
Большинство блюд начинают одинаково.
Наливаем масло,
кладем лук, чеснок, помидоры,
а затем добавляем все остальные специи.
А потом любой ингредиент
помещается в эту смесь специй,
вот и всё. У вас готово карри.
В ответ на ее совет по специям
счастливица Кирти получает демонстрацию
недооцененного искусства укладывания пюре.
Я так же смотрю на тех,
кто не умеет пользоваться отверткой.
Вы сами хотите это сделать, правда?
Нет, всё в порядке. Вы хорошо делаете.
Как оштукатуривание.
- Сделаем ускоренную съемку, Том.
- Да.
Почему бы вам всем не пойти попить кофе
или что вы там делаете?
Несмотря на усилия съемочной группы
испортить мне удовольствие,
у нас готова отличная запеканка.
Джеймс, а горох не положишь?
Нет. Горох подается отдельно
в качестве гарнира.
Извини, можно мне крупный план?
Как кладешь эту штуку
в духовку, не загораживая?
Господи, всё на телевидении
надо делать дважды.
Давай... Елки-палки.
- Том?
- Да?
Пошел ты на...
Тот кадр был отличным.
В плане последовательности
так не пойдет, запеканка испорчена.
- Хочешь увидеть, как она идет в духовку?
- Да.
- Хорошо, ты готов?
- Да.
Мотор!
Так, а теперь пошли вы на... все вы.
Снято.
Ставки для моей запеканки высоки.
Если инфлюенсеры одобрят,
она может стать тикка масалой
следующего поколения.
Этап фотографирования,
похоже, очень важен,
и то, что я уронил чертову хрень
из-за Тома, пришлось кстати.
Рецепт алу дама от Кирти,
конечно, проверенный.
Алу дам – классическое блюдо.
- Дело верное.
- Особенно в Бенгалии.
Это любимое блюдо, душевное.
Прекрасный баланс специй.
Но готова ли Индия к моей картофельной
запеканке «а-ля дверца духовки»?
- Джеймс, я просто поражена.
- Правда?
Блестящая попытка, честное слово.
Неплохо на самом деле. Вы молодец.
- Спасибо.
- Аплодисменты готовке Джеймса Мэя.
Я постоянно обновляю их блоги,
но до сих пор не увидел свой рецепт.
У меня последний вечер
в культурной столице Индии.
И, конечно, я провожу его
под эстакадой автомагистрали.
Я вышел в город,
чтобы сыграть в карамболь.
Карамболь – индийская игра,
которой около 200 лет,
и ее можно считать помесью
пула, бильярда и аэрохоккея.
И я сыграю не в первый раз,
потому что, к сожалению,
у меня на телефоне
есть фотография,
как я играю в эту игру в 1996 году.
- Как моя прическа?
- Лучше.
Прическа, может, изменилась,
но правила всё те же.
Надо загнать диски в угловые лунки
раньше противника.
Метко.
В основном похоже на пул, но порезвее.
И я учусь у лучших.
Так вы Баппа?
- Да. Чемпион.
- Вы чемпион Колкаты.
Присоединяйтесь к нам.
Поскольку я уже играл в эту игру раньше,
думаю, я неплохо справлюсь.
- Теперь ваша очередь.
- Так?
- Этой рукой.
- Нет. Надо вот так.
- Да. Вот.
- Хорошо.
Вот так.
Это быстрая игра...
Всё происходит так быстро. Снова мой ход?
Нет, он ходит.
...но я медленно начинаю
адаптироваться к этому.
- Нет.
- Почти.
Извините.
Есть!
Хитрость в том,
чтобы выстроить биток и цвета
в оборонительное формирование,
блокирующее цвета противника,
чтобы они не могли...
Я проиграл.
- Лучший из трех игр?
- Да, лучший из трех.
Лучший из трех.
Близко.
Вообще-то, я имел в виду «лучший до трех».
Быстро едем дальше.
Мы близки к конечному пункту
назначения в Бенгальском заливе
и добираемся туда через Сундарбан,
архипелаг из 102 островов.
На карте всё достаточно просто...
...но в реальности сложнее.
Я не вижу свою желтую сумку,
с которой убежал какой-то тип.
Переброска группы из 20 человек
и 50 сумок из пункта А в пункт В
на минивэнах, лодках и тук-туках –
наглядный пример
скоординированного индийского бедлама.
Подождите, я не на той лодке.
Как раз на одного.
Последние километра три
надо ехать на авторикшах,
и мы знаем, что водители авторикш
являются самыми искусными в Индии.
Итак, неофициально, это, конечно, гонка.
Он согласен.
Пока!
Да!
У нас есть соперник.
Его ноги работают на полную мощность.
Вы молодец, сэр.
Ох, нет! Он идет на обгон
на грузовом авторикше,
а мы тоже.
Спасибо.
Мы снова нагоним тот велик.
Мне жаль парня. Давайте, сэр.
Он хорошо идет
на велосипеде с одной скоростью.
Он снова нас нагонит.
Вы молодец. Браво, сэр.
Съемочная группа и багаж благополучно
прибыли. Мы готовы исследовать Сундарбан.
Это самый большой мангровый лес на Земле,
здесь живут ядовитые змеи, акулы-людоеды
и гигантские морские крокодилы.
И это еще не самое худшее.
Если бы мы делали старомодные
открытки, как на морских курортах,
эта гласила бы: «Привет из Страны тигров».
Считается, что сто или сто пять тигров
живут на этой обширной территории.
Так что маловероятно,
что вы увидите хоть одного.
Если всё же увидите,
вполне вероятно,
что он оторвет вам голову.
В любом случае спасибо,
что смотрели мои передачи все эти годы.
До свидания.
Несмотря на риск оторванных голов,
увеличение популяции тигров –
это цель номер один для местных лесничих
во главе с Авиком Дасом.
Если нет тигров,
то нет и Сандарбана, нет леса.
Не будет мангровых зарослей,
ничего не будет.
Авик следит за тиграми
с помощью фотоловушек.
Это настоящий тигр!
Да. Они действительно выглядят мило.
Но они бы откусили вам руку.
Когда вы видите тигров в камере,
как вы их идентифицируете?
По полосам на боках.
Нет двух тигров с одинаковыми боками.
Это как штрихкод на тигре.
Да, совсем как штрихкод.
Итак, что мы будем сегодня делать?
Мы пойдем на соседний участок,
где бродят тигры,
и поставим там, в лесу,
несколько фотоловушек.
Отлично!
Тигры, забредающие в местные деревни, –
это очень серьезное дело.
Ежегодно случается до полудюжины
смертельных нападений тигров.
Чтобы держать людей и тигров
на расстоянии,
десять лет назад возвели
высокое нейлоновое ограждение.
Это бригада по ремонту ограждения.
Та часть ограждения, к которой мы едем,
некоторое время назад была порвана,
и тигр пробрался в деревню.
Поймали тигра, залатали ограду,
но дополнительно...
Они по сути будут делать
двойное ограждение,
потому что тигры очень умные,
и они могут запомнить, где была дыра.
Возможно, это просто сетка,
но эффективность налицо.
До установки сетки каждый год гибло
не по шесть, а по 80 человек.
Но тут мог быть тигр,
вы бы его не увидели.
Значит, именно здесь прорвался тигр?
Да.
Ограждение воздвигали без натяжных
приспособлений или других инструментов,
всё делается криками и рывками.
И посмотрите, как хорошо натянуто.
- Это... Сделано как следует.
- Очень неплохо.
А это стремянка, то есть палка,
воткнутая в ограждение.
Как говорят на флоте,
не можешь завязать узел – вяжи что можешь.
Эти ребята умеют вязать узлы,
и очень быстро.
Тройная защита и страховка... Погодите.
Вы слышали?
Там пошевелилось что-то крупное.
Оно до меня не доберется,
потому что меня защищает эта сетка.
Для проверки эффективности этого участка
мы также устанавливаем фотоловушку.
И, видимо, есть лишь один способ
проверить работу камеры.
Это ведь шутка, правда?
- Нет. Порычите.
- Вы так сами поступаете?
- Так, опускаюсь. Рост тигра. Так.
- Хорошо.
- Рычите.
- Будь свирепым.
Идиотизм.
Очень медлительный и стареющий тигр.
Так. Получилось?
Молодец, тигр.
Сундарбанская глина
полезна для цвета лица.
Она увлажняет и молодит.
- Попробуй на лице, Шон.
- Не надо!
Два часа на лодке к югу –
и нет никакой сетки для нашей защиты.
Это ничейная земля, где
и люди, и тигры охотятся за едой.
Судя по моей экипировке,
я мог бы раздобыть хлебов и рыб,
но мне очень хочется меда.
Сундарбанский мед считается
одним из лучших в мире.
Он очень, очень насыщенный,
самый ароматный
и, конечно, обладает целебными свойствами,
но минус в том,
что ульи находятся в Стране тигров.
К тому же местные пчелы очень крупные,
довольно агрессивные
и реально сильно жалят.
Лодку швартовать не надо,
дальше пойду пешком.
ПУДИНГ
Охотники за медом – дюжие ребята,
храбро встречающие тигров
и злых пчел в футболках и босиком.
Наша группа, в свою очередь, усиленно
потеет в утвержденных пчелиных СИЗ.
Они казались напрасными,
пока не увидели улей.
Вот он. Ни фига себе.
Какие большие, мерзавки.
Apis dorsata – гиганты пчелиного царства.
Более 2,5 см в длину и с таким острым
жалом, что может проткнуть шкуру тигра.
Вот какие великолепные пчелки.
Статистика примечательна тем,
что требуется одна пчела
и 80 медоносных цветов,
чтобы сделать одну каплю мёда.
Представьте, сколько пчелиной работы
в полной банке мёда.
Я не понимаю, почему
мёд не стоит миллион фунтов за банку.
Охотники пускают дым,
чтобы пчёлы покинули улей,
что, увы, также сигнализирует
о нашем местоположении тиграм.
Тридцать процентов всех нападений тигров
приходится на людей, собирающих мёд
Тигры получают мёд, и это лишь их пудинг.
Основное блюдо – это он.
Боже мой, посмотрите на это! Сколько пчел.
Мы берем лишь крошечный кусочек сот
и надеемся, что пчелы не заметят.
Кажется, я слышу, как выходит мёд.
Либо так, либо один из них
обмочился от ужаса.
Весь процесс грабежа мёда
заканчивается через 60 секунд.
Дело сделано? Сделано.
Сколько у нас мёда?
Ничего себе! Надо же.
И на нём всё еще есть пчелы.
Осторожнее. Браво!
Спасибо. Браво.
Впечатляюще! К лодке. Гренки с мёдом.
Как однажды сказал Махатма Ганди:
«Душа Индии живет в ее деревнях».
Добрый вечер.
Это действительно самое спокойное место
за всё мое путешествие по Индии.
Довольно мило.
Эти дети высмеивают меня.
Добрый вечер.
Должно быть, это был хороший кадр,
как моя голова прошла через листья.
Но в этой обычной деревне
случилось нечто особенное,
изменившее мир.
Так, зрители, это важно.
Вот дом Амита и Шуприи,
совершенно обычной сельской пары индийцев.
А две ночи назад, сразу после полуночи,
Шуприя родила маленького Амрито.
Само по себе
это ничем особо не примечательно,
но как раз в то время
ООН предсказала,
что численность населения Индии достигнет
1 425 775 850
человек.
Прежде чем приветствовать новорожденного,
я должен очиститься водой и огнем,
как рекомендовано на сайте мам Индии.
И я прихожу с дарами, подобно волхвам.
Привет, малыш.
Добро пожаловать
в озадачивающее состояние бытия.
У меня есть для тебя подарочки.
Мёд, чтобы почувствовать
вкус предстоящей сладкой жизни.
Сначала я вытащил оттуда дохлых пчел.
- Сэр.
- Спасибо.
И кое-что из дома.
Он мягкий. Боюсь, это лучшее,
что нам пришло в голову.
Зачем мы показываем вам всё это?
Если вы играете
в старомодную игру Trivial Pursuit,
то на вопрос
о самой густонаселенной стране мира
ответ, боюсь, будет не «Китай», а «Индия».
Эта новая цифра означает,
что сейчас эта страна на первом месте.
И это заслуга маленького Амрито.
Где-нибудь у него будет табличка об этом.
Как вы думаете,
кем будет Амрито, когда вырастет?
- Певцом.
- Певцом?
Отличный выбор.
Это двухдневный младенец.
Я знаю, что на самом деле
это не чудо, но очень на него похоже.
Вперед.
4 800 км проехали, осталось 50
до Бенгальского залива.
Что ж, зрители, мы почти закругляемся,
и всё было действительно прекрасно.
Конечно, было такое.
Они все чокнутые!
И было довольно много такого.
Это 23-й официальный язык Индии. Клаксон.
Я думаю, это было удачно.
Боже мой. Потрясающе!
Я тем путем иду?
Джеймс! Отлично!
Но было слишком много и таких.
Елки-палки.
Как невероятно убого.
Ох, нет. Это кошмар.
Спасибо.
Вот это было другое дело.
Свиные зады?
До свидания!
Да!
Лучше не видеть эти вырезанные кадры,
ведь мы их вырезали не зря.
Нет.
Я так не могу.
Как зовут святого?
Шри Рамакришна...
- Парамаханса.
- ...Парамаханса.
Шри Рамакришна Парамаханса.
- Вы, вы, вы, вы, вы.
- Я сразу переродился.
Это конец?
К сожалению, это конец.
На тихих берегах Бакхали
забитая людьми набережная Мумбаи,
где мы начали съемки,
ощущается как бывшая много Индий назад.
Ну вот, зрители.
Мы проехали от Аравийского моря
аж до Бенгальского залива
в соответствии
с изначальным планом миссии.
Полагаю, вы все спрашиваете:
«Ну что, Мэй, стоит съездить в Индию?»
Да, конечно, стоит съездить,
это нечто невероятное,
всем следует съездить в Индию,
хотя, прошу, имейте в виду,
что значительная часть всех уже здесь.
Я всё же дам
парочку полезных советов в дорогу.
Во-первых, пожалуйста, не надевайте
сари или курту по приезде в Индию,
не сидите в храме,
и не питайтесь лишь далом
в надежде обрести душевный покой.
Этого не произойдет.
И вообще, этим не Индия должна заниматься.
Во-вторых, не ожидайте попасть
в сказку в стиле
последних дней британского владычества,
потому что современная Индия
гораздо интереснее,
да и вообще, такие вещи несколько смущают.
И, наконец, пожалуйста, не надо приезжать
сюда и горевать о проблемах Индии,
потому что, честно говоря,
это те же проблемы,
что и у нас дома,
просто они здесь увеличиваются
в силу размера этого места
и количества людей.
Вернемся к началу.
Помните, в Мумбаи я сказал:
«Такое ощущение,
что Индия пытается на вас напасть»?
И я думаю, что это ключ
к успешному визиту.
Выйдите из своего отеля,
сделайте по-настоящему глубокий вдох
и позвольте Индии на вас напасть.
Вам понравится.
И это пойдет вам на пользу.
И даже не думайте,
что имеет смысл давать сдачи,
потому что, как сказал кто-то из съемочной
группы, Индия всегда будет побеждать.
Большое спасибо за просмотр, как всегда.
Надеюсь очень скоро увидеться с вами
где-нибудь еще.
Конечно. Бирьяни со всех сторон.
 

////////////////////////////