1920-е, США. Детектива Клэйтона Дугласа приглашают в психиатрическую
клинику к пожилому ветерану Дэниелу Глассману, жить которому осталось
совсем недолго. На смертном одре Глассман признаётся, что в далёком 1862
году в него вселилось мистическое зло. Погружаясь в историю старика,
сыщик понимает, что тёмные силы совсем не утратили своего могущества.
Все фразы и цитаты
ОБРЕЧЕННЫЙ
ПОЛИЦЕЙСКИЙ ДЕПАРТАМЕНТ
Клей.
Что-то случилось?
Рана такая.
Все хорошо.
Извини, я правда старался не шуметь.
Ты кофе сварил?
Иди сюда.
Присядь.
Как ярко.
Я поправлю.
Лучше?
Да.
Уже сел за работу?
Решил раньше начать.
Выходит, и закончишь ты уже раньше, так ведь?
В этом и идея.
Отлично.
Ты вечно занят.
Даже на Рождество работал.
Прости, милая, я знаю.
Ты не сердись на меня, пожалуйста, ладно?
За нас не переживай.
Что-то новое?
К Карлу был звонок от отца, погибшей в прошлом сентябре девушке.
Судить пока рано, всё возможно.
А вдруг что-то и выйдет, верно?
Я ещё добьюсь успеха.
Ну да.
Ты отличный детектив, Клей.
И можешь распутать любое дело, только веру не теряй, ладно?
Фотография Чарли что, упала?
Нет, я, я всегда её кладу, когда работаю, и не хочу, чтобы он это видел.
Что-то не так?
Спрашиваешь?
Прям не знаю, с чего начать.
Это плохо.
Расскажи.
Ты о случившемся с Чарли?
Дело о спинозе.
День рождения Анны.
Ну, и с Чарли всё случилось ровно через год.
Мне надо как-то пережить этот день.
Знаешь, я больше не понимаю этот мир, Элис.
И мне на это наплевать.
Людей я вижу уже мёртвыми.
И всё, что я делаю или не делаю, для них значения не имеет.
И мне очень хочется отстраниться.
Не понимаешь, так, может, и не надо.
Ты, главное, борись.
Сражайся всем своим сердцем за тех, кто беззащитен.
В глубине души я всё надеюсь увидеть искренний акт милосердия.
Чтобы хоть кто-то приложил столько же усилий.
Помогая кому-то, сколько уходят у них на убийство.
Я должен либо снова обрести веру в людей, либо искать новую работу.
И это чувство, оно жрет меня заживо.
Проведи один день с нами.
Это будет лучший подарок для Анны.
Сегодня обещают снегопад.
Скатаем снеговика, я сварю какао, выпьем по брэнди.
Ты не против?
Какое там против?
Звучит потрясающе.
Ну, а Карл подождёт до завтра.
Ты бы видела мой подарок.
Только без кроликов, ладно?
Мы ещё горюем по мистеру Питу.
Никаких кроликов.
Но я должен зайти на работу за подарком.
Останься дома, Клей.
Я обещаю, однажды я тебя послушаюсь.
И скоро.
Видимо, я сделал что-то правильно, раз в моей жизни появилась ты.
Ты для меня самое главное.
С днём рождения, горошенко.
Люблю тебя.
Мне значок надо взять.
Он наверху.
Я принесу.
Ладно.
Мы всегда с тобой.
Возвращайся домой.
Ты давно не полицейский.
Хватит.
Отпусти.
Уезжай.
Чёрт.
ПЕНСИЛЬВАННСКИЙ ПРИЮТ ДЛЯ УМАЛИШЕННЫХ
Извините
- Здрасьте.
- Что вам угодно?
Я детектив
Клейтон Дуглас из полиции Аллентауна.
Со мной связался доктор
доктор Хайзинг Хайзингер.
Доктор Хейзингер, наверное.
Хейзингер.
Да, точно, именно.
Только нас почему-то разъединили, и я решил заехать сюда по дороге
домой.
- Распишитесь, пожалуйста.
- Конечно.
Приехал детектив Дуглас из Алентауна.
Да, поняла.
Прямо по коридору.
Лестница справа, комната 215.
- 215
- Последняя дверь.
- Спасибо.
- Детектив!
Да?
Вам нельзя туда с оружием, так что оставьте пистолет здесь.
Закон штата запрещает входить с оружием в психиатрические клиники,
если того не требуют чрезвычайные обстоятельства.
Хотите, я покажу вам кодекс?
- Давайте.
- Освежите его в памяти.
Вот.
Я надеюсь, сейф надежен?
О, исключительно.
Исключительно.
Будь тем самым чудом, что ты ищешь.
Люблю тебя.
Он вас ждет.
Лестница справа, комната 215.
Да, я понял, простите, спасибо.
Ну и грымза.
Войдите.
Доктор Хайзингер?
Да.
Прошу, проходите.
Детектив Дуглас, полиция Алентауна.
Вы сегодня мне звонили.
Здравствуйте, детектив.
Да, я так надеялся вас увидеть.
Спасибо, что заехали.
Прямо мысли читаете?
Нет, к сожалению.
Я думал, лечебницу снесли лет десять назад?
Да, хотели.
Однако забыть оказалось проще.
Над этой клиникой всегда давлел некий злой рок.
Забытое нищее место.
Общество ссылает сюда убогих,
но не шлёт денег.
К счастью, я знаком с некоторыми
политиками.
И мы сводим концы с концами,
пока принимаем особых пациентов.
Как считаете, ещё рано или
уже можно выпить?
Выпить?
Гляжу эти ваши политики, что надо.
Губернатор Пинчут крайне
не одобряет выпивку.
Тут особый случай.
Если честно, доктор, я заехал
По дороге домой ваш голос
звучал странно, взволнованно.
И я почему-то решил, что лучше
будет к вам заскочить.
Вы всегда слушаете интуицию?
Она меня еще не подводила, в отличие от всего остального.
Не хочу показаться грубым, но скоро начнется метель,
и я бы не хотел ее дождаться, понимаете?
У нас есть пациент по имени Дэниэл Глассман.
Не припоминаете это имя?
Дэниэл Глассман?
Вроде бы нет, кто он такой?
Сразу не ответишь.
Скажем так, я еще не встречал таких
сумасшедших и загадочных людей.
Видели вы, я думаю, многих.
Именно.
Встречал я и правда многих.
Я любитель головоломок, ищу сложные случаи.
К сожалению, этот человек не просто сложный,
он за гранью моего понимания.
И только гордыня не позволяет мне
перевезти его в другую клинику.
Да, приходится держать марку.
- А это тоже.
- Уж я-то знаю, каждый верен своему кошмару.
Так и есть.
Спасибо.
Гражданская война?
Ого.
Сторожил.
Немного их осталось.
Уверены, что не помните имя Дэниэл Глассман?
Боюсь, не припоминаю, что с ним случилось?
Не история, а любовный роман.
Только главный герой в нем — дьявол.
Вы не преувеличиваете?
Считался погибшим в битве при Джеймсбурге.
Но был обнаружен в амбаре в Страуцбурге 21 год спустя.
21 год спустя, как это возможно?
Да.
Загадочно, не так ли?
Пейте.
Спасибо.
Позвольте теорию.
Мне кажется, он дезертировал из армии.
Увидел смерть приятеля и сбежал в горы.
Логично.
Он жил под чужим именем и бродил по фермам
в поисках работы, такое случалось..
Я слышал, дезертиров хватало
с обеих сторон, правда?
Как хитроумно вы излагаете.
Дезертиров принято казнить, как правило.
Я уверен, когда его нашли в Страуцбурге,
он прикинулся психом.
В госпитале штата все же комфортнее, чем тюрьмы.
Я вас уверяю, он не притворяется.
Я ищейка, доктор.
Моё дело — вынюхивать.
И, как правило, я находил, что люди наврут с три короба,
чтобы избежать грядущей расправы.
И ваш случай из таких же, по-моему.
Итак, зачем я вам понадобился?
Организовать встречу.
Он хочет признаться.
Ясно, в чём?
Я не вполне уверен.
Со мной он любит играть.
Тем не менее,
для вас у него есть признание.
Передайте мистеру Глассману, что при всём уважении,
такие вещи планируются.
Доктор, я заехал сюда,
поскольку меня смутил ваш голос.
По вам видно, что вам нужен отпуск,
но не считая этого, всё в полном порядке.
хотя виски у вас отличный, мне еще надо успеть на день рождения.
Давайте
я привезу вам полицейского через пару дней,
и он выслушает и запишет признание.
- А с вами потом свяжутся, хорошо?
- О да, конечно.
Могу вас понять.
Однако вы упустили важный кусочек головоломки.
Ладно, ну, я слушаю.
Рассказывайте.
Он просил позвать именно вас.
Клейтона Дугласа, все твердил
Клейтон Дуглас, Клейтон Дуглас.
Снова и снова.
Но с какой стати?
Я надеялся, вы мне ответите.
Я и не слышал о Клейтоне Дугласе, пока он не упомянул.
Все эти три дня.
Он царапал ваше имя.
Смотрите.
Он попросил позвонить вам сегодня.
Именно сегодня.
Якобы день особенный.
Для вас он чем-то особенный?
Годовщина?
Или что-то в этом духе?
Детектив, вы мне ничего не должны.
Но я искренне убежден, что в нём дремлет
нечто негативное, и эти злые силы
в данный момент пожирают его.
И каким-то образом не позволяют отказаться от пути саморазрушения,
так ему опостылившего.
Я, как врач, уже сделал всё, что мог.
И не в состоянии ему помочь.
Это, чем бы оно ни было,
является ключом.
А может, вы сами, я не знаю.
Можно я кое в чем признаюсь?
Так, чисто между нами.
Как джентльмен джентльмену.
Да, я слушаю.
Я бы очень хотел похоронить его прямо завтра.
Вы можете задержаться на пару минут.
Ну, подыграете.
Отлично.
Прошу за мной.
У Глассмана есть доступ к газетам,
к радио, он в курсе дел?
Нет.
- Полная изоляция.
- Возможно, ваши сотрудники рассказывают новости.
Уверяю вас, этого не происходит.
Те, кто работает здесь давно,
отказываются к нему приближаться.
А новенькие даже не знают, что он здесь.
Предполагаю, что ваши пути когда-то пересекались.
Ошибаетесь.
Я его имени не помню.
А может, старое дело?
Тогда я бы помнил.
Не сомневаюсь.
- Уж потерпите, сюда.
- Да.
Мы уже не в главном здании.
Там наши кабинеты и несколько помещений
для общественных нужд пациентов.
Остальные строения
Где находятся палаты, всегда под замком.
Подвальные коридоры
позволяют перемещаться,
не беспокоя пациентов.
Что вызывает психические расстройства?
Это главный вопрос десятилетия.
Что бы мы там ни утверждали,
у нас есть лишь теории.
Самое популярное, гласит,
это некая блокировка.
Вот как?
Психологическое состояние человека
рассматривается, как энергосистема.
И любая блокировка в потоке мыслей,
например, вытеснение или отчуждение,
должны будут приводить к разным заболеваниям.
К ментальной или эмоциональной потере равновесия.
Как вы определяете, кто его утратил?
В той или иной степени, подобное грозит каждому.
По моему мнению.
А равновесие мистера Глассмана?
Утрачено полностью.
Стоит тут так и написать.
А что здесь?
Его палата, но частично.
- Так он там?
- Да.
Прошу.
Он издает не слишком приятные звуки.
Можете оставить пальто и папку здесь.
Говорите, не бойтесь.
Будет проще вам показать.
Он вам говорил что-нибудь?
Шепчет постоянно.
Что именно?
О священнике.
О, Господи.
Это шутка такая?
Кто этот человек?
И почему он здесь?
Я, может, и путаюсь в правилах, но точно знаю, что у вас так не принято.
Я всё объясню, когда придёт время.
Он просыпался?
Что-нибудь было?
Он в кататонии.
Что с ним может случиться?
Прошу прощения.
Сестра Роуз, стойте! Прошу вас!
Сестра Роуз!
Сестра Роуз, стойте! Ну, подождите!
Сестра Роуз, пожалуйста! Постойте!
Доктор, я ещё не закончила обход, и я сейчас чудовищно отстаю от
графика.
Я велел сестре Баэрс завершить за вас обход.
- Баэрс – замечательная медсестра, однако...
- Так и есть.
Однако она не может поддержать больных духовно, а им это необходимо.
Для большинства это важнейшее событие дня, и нельзя его переносить.
Я согласен.
Но придется им подождать до завтра.
И не спорьте.
Кто этот человек?
Тот, кто нуждается в вашей помощи.
Мне тоже нужны ваши помощь и совет.
Прошу вас.
За свою жизнь я видел одиннадцать трупов и готов ферму поставить.
Я вижу двенадцатый.
Он вас слышит.
Ясно.
Дэниэл, время пришло.
Он с трудом говорит.
Написать ему будет проще.
Хорошо.
Добрый вечер.
Здравствуйте, мистер Глассман.
Я детектив Клейтон Дуглас.
Мы знакомы?
Я спрашиваю, поскольку мне сказали, что вы хотите чем-то поделиться.
Бумаги.
Бумаги?
Пару месяцев назад
медсестра помогла мистеру Глассману.
Составить признание.
Так.
Результат вот здесь.
Стойте.
Вы и в первый раз его увидите?
Все верно.
- И не знаете, что там написано?
- Нет, не знаю.
Медсестра не передавала вам содержание?
Закончив работу, она тут же слегла и не успела раскрыть, о чем тут
говорится.
Которая из сестер?
Секунду.
После всего, что вы сказали в кабинете,
вы даже не попытались заглянуть внутрь, так?
Если честно, у меня сердце колотится.
Конечно, заглянуть хотелось,
но решил подождать, как и просили.
Мистер Глассман
хочет, чтобы я прочёл его признание
именно сейчас, в вашем присутствии.
Он описал обстоятельства вплоть до даты.
Если вы согласитесь его выслушать, то вскоре отправитесь праздновать.
Может, присядете?
С каждой секундой всё лучше и лучше.
Ну, давайте
приступим, можете начинать.
Прекрасно.
Страница первая.
Я рано осиротел и научился жить один, и даже предпочитал одиночество.
Стена черствости не давала сердцу разбиться.
Однако,
когда началась война,
я записался добровольцем в Пенсильванскую пехоту армии Союза.
По непонятной причине, мне вдруг захотелось оказаться среди людей.
Об убийствах я даже не задумывался.
Увы, на войне без них никак.
Нам приказали охранить железную дорогу к северу от Чемберсбурга.
Мой небольшой отряд попал в засаду.
Всех вырезали.
Даже домашний скот забивают с меньшей жестокостью.
Нас бросили там на растерзание стервятником.
Вы здесь, сержант.
Я вас отсюда вытащу.
У-у-у-у-у-у-у!
ЕСТЬ КТО-О-О-О-О-О!
Я примирился с Господом, хотя вряд ли он принял бы меня.
Но как бы там ни было, я был готов к встрече с ним.
Но потом кто-то оттащил меня в тот проклятый дом.
Помню, я решил, что мои молитвы услышаны.
Помню, я решил, что мои молитвы услышаны.
- Каким же я был идиотом.
- А можно взглянуть на документ?
Надо же.
- Тяжело прочитать?
- Да, непросто.
Отлично справились.
Спасибо.
Что ж, должен открыть вам один секрет.
Здесь совершенно не в чем каяться.
Война — это смерть.
Люди убивают.
Такой у них, к сожалению, долг.
И по закону за это не привлечешь.
Это бремя для высшего суда.
Поэтому
Что?
Дочь в опасности.
Что это значит?
В каком смысле, эй мистер?
Анна умрет.
Ты чего мелешь, а?
СПИНОЗИ
А ну хватит!
Остановитесь, не надо!
Детектив, прошу!
Выйдем в коридор, доктор.
Будьте добры, на пару слов.
Господи боже, к чему эта агрессия?
Как давно у вас, Глассман, сколько лет?
Ну, примерно сорок с лишним.
- Меня тогда только назначили главврачом.
- Что, так долго?
- Представьте себе.
- Допустим.
И кто он? Только без дурацких сказок.
Я уже говорил, он просто
Он не просто псих, что бродил
по полям Пенсильвании без цели.
Нет, он всё делал с целью, у него был злой умысел.
Так какой?
- Я боюсь, вы не понимаете, его разум
- Его что?
Если он, по-вашему, сумасшедший, то диагнозы ваши не к чёрту.
Доктор,
мне нужен от вас список тех,
кто когда-либо общался с Глассманом.
- Только я один.
- Только вы.
- В основном.
- Вот опять начинается.
В основном означает не только, а значит были другие.
Кто контактировал с этим уродом?
Его базовые нужды обеспечивали сёстры.
Что же тут необычного?
Что вас удивляет?
По прибытии его разместили в палате,
но очень быстро перевели сюда.
Кто-то рассказал ему обо мне всё в подробностях.
Только не отмахивайтесь.
Он всё знает.
Кто-то нацелился на мою семью,
а этот маньяк считает, что знает меня.
Ещё чуть-чуть, и я запру вас там, где вы света белого не увидите.
Осознаёте последствия?
Ваша клиника
и то положение, что вы так
отчаянно пытаетесь сохранить,
исчезнут.
Я буду допрашивать всех до единого,
- пока не раскрою их махинации.
- Хорошо, хорошо.
Что вам требуется?
Список всех, кто здесь работал, живых и мёртвых.
- Дайте пару минут.
- Даю вам десять.
Договорились.
Детектив, вот список.
Здесь все, включая уборщиков.
Как звали медсестру, что печатала признание?
Бетти Аккерман.
Я вспомнил, когда увидел ее имя.
- Бетти Аккерман.
- Милая девушка.
Знаете, кто такие Спинози?
Не представляю. И кто же?
Всю семью зарубили топором прямо дома.
В этот день, в восемьсот девяносто восьмом.
А-а-а.
Кажется, я что-то такое читал.
Ужас какой.
Их всех муж убил, но его не нашли,
вроде бы так.
Единственный сын, уже взрослый, пропал еще до убийств.
Его отец и дед пропали за тридцать лет до того.
А, да, верно, припоминаю.
Все так необычно.
Это моё первое дело.
Так и не раскрыл.
Вы спрашивали про день? Да, он для меня особенный.
Но очень странно, что он знает,
кто такие эти Спинози.
Где он о них слышал?
Их убил не он, поскольку
Дэниэл уже девять лет как был здесь.
Как быстро вы подсчитали, док.
- Стоило стать бухгалтером.
- Да?
Ну а мне мясником.
Есть вопросы?
Да. Прошу.
Дэниэл?
А где сестра Роуз?
Сестра Роуз?
У вас кровь идёт.
- Почему вы на полу?
- Разве?
Всё нормально.
Спасибо.
Никогда не падала в обморок.
Как самочувствие?
Нормальное.
Вполне.
Уверены?
Совершенно.
Не будем отвлекаться на фиглярство.
Глассман знает толк в представлениях, ясно?
Детектив
А, конечно.
Хорошо.
Продолжайте.
Я не только лишился единственного друга,
случилось кое-что хуже.
Что-то похожее на жуткие истории, что я слышал о семье Белл из Теннесси.
Что-то нездешнее,
гнилое и злое.
И если б я мог загадать в этой жизни одно желание,
я бы выбрал лежать с другом в той же траве.
Умереть.
И если бы небо мне в этом отказало,
я бы предпочел хотя бы уйти из тех лесов в другую сторону.
Простите, извините.
Что это за больница?
Боже!
Нет, нет, нет, нет.
Мы и так с огромным трудом остановили кровотечение.
Тише, прошу вас, не шевелитесь.
Пожалуйста, лежите спокойно.
Как вы нашли это место?
- Помните, как сюда попали?
- Мне нужно, Вы медсестра? Медсестра?
Господи,
слава Богу, вы здесь.
А что? В каком смысле?
Я молила о помощи, и Господь ответил.
- Он послал нам вас.
- Довольна.
Моя дорогая, почему бы тебе не сварить нам кофе?
Только, только не, нет, кофейные зерна.
Порадуй павшего солдата.
Будь осторожней, мы не можем позволить себе привыкнуть к нему.
Поняла меня?
Да, я поняла.
Я вспоминаю, что крыша прохудилась только при дожде.
Недавно я прочитал объявления, где описывались
страдания солдат, как они недоедают.
А кое-кто питался даже павшими лошадьми.
Это правда?
Мы сами себе навязываем зверства,
и конца края этому не видно.
Когда мы насытимся, как будто Господь создал нас только для страданий?
Наше время словно
проклято.
Я опасаюсь, что вам очень больно.
Вы можете как-то ее унять?
- Ну, тут не больница, это мой дом.
- Что?
- Это мой дом, сэр.
- Мне нужно, мне нужно в больницу, срочно.
- Да нет тут больницы. Все далеко.
- Отвезите меня.
Отвезите меня.
Что тут случилось?
У него спазмы.
Будь добра, принеси холодный компресс.
Пожалуйста.
Ну же, неси быстрее.
Тише, тише, дышите или рана раскроется.
- Вам нельзя двигаться, вы только сами себе вредите.
- Мне нельзя здесь оставаться.
Мне здесь нельзя оставаться.
Оставаться.
Прошу вас, дышите.
Вот так, сынок.
Спокойней.
Вдох.
И выдох.
Дай Бог вам покоя.
Как долго?
Как долго я проспал?
Два дня.
Я не чувствую ног, что вы мне дали.
Истратили все остатки.
Я должен сообщить о себе в полк.
У меня для них важные данные.
Конфедераты
продвигаются к Чембурсбургу.
Умоляю вас, сэр, оставьте подобные мысли.
Должен вас сразу предупредить, что
в этом доме не одобряют ни одну из воюющих сторон.
У нас свой взгляд на подобные вопросы,
и мы всем сердцем против насилия.
Хорошо.
Вы в доме молитвы
и гармонии.
Вернее, мы стараемся, чтобы это так было.
А любые гармоничные взаимоотношения
требуют ряда условий и усилий от проживающих.
И сейчас таких правил здесь два.
Первое – нельзя поносить имя Господа нашего.
А я уже услышал из ваших уст резкости.
Подобное недопустимо,
прошу вас воздержаться, второе.
Без имен, мы не должны подружиться.
Не стоит путать наше гостеприимство с чем-то большим.
Мы уважаем жизнь а еще
Бога.
Поэтому обещаем.
что будем молиться и приложим все усилия к вашему выздоровлению.
А когда вы окрепнете,
то сможете уйти куда захотите.
На этом всё.
Больше от вас ничего не требуется.
- Умоляю, я должен сообщить о себе в полк.
- Нет.
Этому не бывать.
На этой земле никакие полки не появятся.
Даже не сомневайтесь, ни один солдат
никогда не вступит в мой дом.
И не узнает, где он находится.
Как оказались тут вы, для меня осталось загадкой.
Но раз уж вы здесь
Вашу спину изрядно разорвало пулей.
Но сама рана чистая.
Вам очень повезло, что
пуля прошла по касательной и не задела позвоночник.
Похоже, что в тот день вам улыбнулась удача.
Да, я прямо счастливчик.
Тогда
отправьте сообщение в Чамберсбург.
Чамберсбург далеко отсюда.
Хотя бы врача позовите.
Ни врачей, ни священников поблизости нет.
Как я сказал, здесь мы и больше никого.
Что это?
Когда началась война,
у меня хватило предусмотрительности сделать кое-какие запасы.
Только смотрите, не переборщите.
Понемногу.
Вот так.
Пусть поспит.
Вы религиозный человек?
От случая к случаю.
Тогда утешьтесь тем, что мы будем вашей Библией.
Если вам суждена смерть,
да будет она быстрой.
Прочь, ведьма!
Глупости, на говори мне о ней.
- Ни куда не пойдешь. Я запрещаю.
- Теперь все изменилось
Мне станет легче я это чувствую!
И что с того, а как же Гей, а?
Наша драгоценная дочка.
Чтобы было тихо и спокойно
К тому же не знаем кто его ищет.
Я пустил одного солдата
Так ты хочешь, чтобы я армию пустил?
Не бывать этому!
И это все, что тебя волнует?
Как не подпустить сюда армию, да?
Ты же знаешь, что имя Проктора особого веса сейчас не имеет.
Слушай меня.
Послушай меня.
Нам нужна помощь.
Нам нужна помощь. Мы больше не
можем ничего сделать.
Гляжу, вы нашли колокольчик.
Я
Я очень хочу в туалет.
И, по-моему, у вас тут белки.
Всё.
Что такое?
Ничего.
Я так просто не выживу.
Не смогу.
Мне слишком больно.
Я боюсь, большего мы не предложим.
А, врач, вы же можете послать за врачом,
хоть за ветеринаром.
С рассветом.
После охоты я его приведу.
Лучше поспите.
Спаси нас небо.
Та старуха.
Попросите её меня не трогать.
Похороните меня
под кизиловым деревом, пожалуйста.
Да хранит вас Господь.
Я чувствовал, как силы истекают, и знал, что умираю.
И прокторы тоже.
Я понимал, что найду могилу у них во дворе.
Иисус Христос страдал на кресте из кизилл.
Я надеялся,
что меня похоронят под кизиллом, что я приметил.
- Боже!
Ну и история.
Да уж, заливать он просто мастер.
Но мне интересно,
как вы прожили столько лет после кинжала
и выстрела вам в спину?
Без медицинской помощи.
И с кровью в моче.
Вы кто? Чудотворец?
Вы хитрый сказочник, это вероятнее.
А вы что скажете?
Сестра, этот человек — чудо Божье?
Здесь замешаны самые разные силы.
Это несомненно.
Что до Божьих чудес,
то я не считаю себя в праве рассуждать
о подобных реалиях.
- Трусливый ответ, сестра.
- Ленивый.
Скажите, а кто вообще в праве? Кто?
А?
- Священник.
- Я вам не верю.
И ему не верю.
Не верю я, Глассман, ни слову.
Фантастично.
К чему эта история?
Вы же не намекаете, что мистер Глассман
все это просто придумал?
Зачем?
В этом и вопрос, доктор. К чему всё это?
Он хочет очистить совесть.
Я так не думаю. Нет.
А в меня зачем вцепились своими когтями?
Это вовсе не признание.
Вы не дурак, Глассман, но знайте,
я тоже
не дурак.
Я хочу поговорить с той, кто всё печатала.
Я вас оставлю. Мне нужно прерваться.
Простите.
Повторю вопрос.
Вы тоже замешаны?
Знаете, мой отец любил повторять.
Пора тебе с этого ранчо.
- Это значит.
- Я и так догадался.
Вам я могу сказать тоже.
Дурацкая фраза.
Рядом с ним мне становится хуже.
Он словно ядовит.
Заразен, если такое возможно.
Ерунда.
И это моё мнение, как врача.
Сестра что печатала, где её найти?
Я же сказал, она слегла.
Роуз.
Рональд.
Окно разбилось.
Наверное сосулька упала.
Рональд?
Рональд, вы не могли бы спуститься
сюда и лично осмотреться?
Рональд?
Доктор, поверьте, я вас услышал.
Однако, мне нужен адрес Бетти Аккерман.
Где её найти?
Она ключ к разгадке тайны.
Боюсь, что это невозможно.
Её не стало.
Как это?
В каком смысле?
Она умерла?
- Она умерла?
- Она умерла, да.
Так, так, так.
Как удивительно развиваются события, док.
Как именно она скончалась?
Коллега нашла её в обмороке.
Она не опомнилась.
Смерть от естественных причин, развившийся рак.
Пришло её время.
Знаете, сейчас в голове у меня крутится мысль.
Почему вы молчали, когда я тысячу раз
спрашивал об Бетте Аккерман?
Я не хотел усложнять ситуацию.
О нет, вы юлите.
Вы изворачиваетесь.
Только с какой целью, а?
Хоть что-то тут реально?
- А, вот и вы.
- Давайте прекратим.
Мы не готовы. Лучше я кое-кому позвоню.
Вы дрожите, с вами все хорошо.
Послушайте меня,
здесь творится что-то странное.
Я сама не знаю, что именно,
но я ощущаю присутствие среди нас.
И каждое прочтенное слово
будто открывает какие-то врата.
- Я должна позвонить архиепископу, немедленно.
- Кому?
Линия оборвана, мы отрезаны.
Тогда
Нам необходимо всё это отложить.
Я должна срочно сообщить своему руководству о том,
что здесь происходит.
- Нет, извините, но откладывать мы не будем.
Я докопаюсь до сути этой аферы и
докопаюсь именно сегодня.
Я его чувствую.
Вы что, меня не понимаете? Мы должны остановиться.
Он вовсе не тот, кем назвался.
Эй, док.
- Доктор, а сколько там осталось страниц?
- Десяток, не больше.
Вы не найдёте в них того, что ищете, детектив.
Но зато искомое точно в этой больнице.
Вы – духовный наставник пациентов.
Ему необходима любая поддержка.
И кроме вас помочь ему некому.
За той дверью находится не Дэниэл.
Загляните поглубже.
Он там.
Давайте продолжим.
Готовы?
Успокойтесь.
Продолжаем.
(говорит на латыни)
(говорит на латыни)
Его душа нечиста.
Но доктор не появился.
К тому моменту ситуация в доме ухудшилась.
Вокруг меня происходило нечто необъяснимое.
В какой-то момент я с удивлением понял,
что по утрам не поют птицы.
Мне стало казаться, что дом находится
в мёртвой зоне, чернее которой не бывает.
Здесь обитало изначальное зло.
Захоронённое.
Виновное.
Я не мог избавиться от чувства
постоянного ужаса,
постоянного взгляда и ненависти.
Что-то желало мне смерти.
Смерти.
Смерти.
Во имя Господа, подойдите к бедной девочке.
Я схожу с ума, так это и начинается.
Солдат!
Тебе там что, плохо?
Солдат!
Дверь!
Зараза!
Двери что-то мешает открыться!
Можешь встать?
Солдат!
Нет, не смогу.
Солдат! Слышишь?
Открой!
С дверью все в порядке.
Я уже иду.
Солдат!
Эй!
Да что? Что происходит?
Эй, да что творится?
Эй!
Что вы делаете?
Проклятье, что тут происходит?
Эй!
Эй!
Я иду!
Солдат?
Ты кричал? Тебе больно?
Вы же только что пытались дверь открыть!
Нет.
Я был на охоте.
Что случилось?
Я, я нашла его на лестнице.
У вас тут всё хорошо?
Я умоляю.
Ужин скоро будет готов.
Я принесу тарелку.
Не стоит ему мешать, пусть побудет один.
Вы все,
вы все здесь свихнулись!
Слышите?!
Проклятье, я отсюда выберусь!
Господи боже, я выберусь!
И скажите вашей старухе, что я ухожу!
? Когда вернётся Джонни к нам, ура, ?
? ура, ?
? то дома никто не поверит ему, ура, ?
? ура. ?
А можно мне стакан воды?
Глотать тяжело.
Эй, кто там?
Господь всемогущий, кто там?
Знаешь, это уже не смешно,
слышишь, ведьма?
Я солдат.
Обучен реагировать.
Да где же ты?
Пошло всё к чёрту, я ухожу.
Боже!
Ладно, ну хорошо.
Ты здесь не умрёшь.
Ты здесь не умрёшь.
Ещё неделя.
Не больше я уйду.
Только неделя.
Черт.
Из раны снова вчера хлистало.
Вы чем занимались?
Хотелось почувствовать пол под ногами.
Если честно, я думал, что тут же умру.
Уже прогресс вы не находите?
Нет.
Рано снова неделю заживать будет.
И какой же в этом прогресс?
Несомненный.
Я
счастлив.
Давно вы тут живете?
Простите, я не должна рассказывать вам ничего личного.
Пожалуйста.
Мне нужно чем-то занять мысли, расскажите.
Ну, хорошо.
Всю жизнь живу.
Я здесь выросла.
Это дом моих родителей.
Здорово.
Я ненадолго переезжала к своему мужу, но
когда скончался отец,
мы вернулись.
Вы извините, мне правда нельзя ничего
вам о себе рассказывать.
Простите, я
Не могу.
Мне нельзя.
Ничего, Элси.
Откуда вы знаете имя?
Не бойтесь.
Я знаю ваши имена.
Надеюсь, что вы не против.
В целом, нет.
- А Гейб знает?
- Нет.
Не хочу доставлять проблемы.
Я больше его не назову.
Это наш секрет.
Ненавижу секреты.
От них одни неприятности.
Согласен.
Но иногда без них никак, не так ли?
Как вы его узнали?
Я сообразительный.
Послушайте, как только я окрепну, я тут же уйду.
К епископу Талбату.
Впервые слышу. Кто это?
У меня всё вертится в голове это имя.
Мне оно ни о чём не говорит.
Я слышу
всхлипы.
Кажется, откуда-то снаружи.
Что здесь творится?
Голос вроде детский.
Это моя, это моя дочь.
Она больна, очень больна.
А что с ней?
Мы
Мы сами не понимаем, просто один врач
Заезжал сюда к нам когда-то, он сказал нам
у нее что-то
не так с разумом.
И что тут ничего не поделаешь и
нам остается заботиться о ней.
Или отправить ее в больницу.
Я не хочу никого винить, но
и мне
больно о таком думать, но
у меня есть только одно объяснение этому.
Когда мы с мужем вернулись домой,
моя мама заболела
и когда у нас родилась дочка,
ей стало ещё хуже.
Однажды мама отправилась прогуляться по лесу
чтобы собрать там хворост.
А я совсем закрутилась вокруг малышки
и даже не понимала,
сколько времени прошло.
Когда она наконец-то вернулась, то была
была уже не в себе.
И ей становилось всё хуже.
В ней поселилась
злоба ко всем нам.
Гадкие
слова, гадкие поступки, даже запах был гадкий.
И ни Гейб, ни я тогда
просто не сообразили,
но она была слишком нездорова,
чтобы находиться рядом с грудной крохой.
Когда дочке исполнилось три,
ей с каждым днём становилось всё хуже.
Гейб говорит, что у них
бывают хорошие дни.
И тогда они похожи
на самих себя.
Хоть какое-то утешение.
Нет, простите, просто
эти дни хуже всего и сложнее, поскольку
тогда
они начинают осознавать, что
что живут в агонии и адских страданиях.
И хорошие дни не случаются одновременно.
Когда моей дочке лучше, то моя мать
все равно страдает, и наоборот, то та, то эта.
А доктор,
что смотрел вашу дочь, можно его позвать?
Он умер.
Теперь я понимаю, вы тоже оказались
у нас случайно.
Остается это признать.
Теперь и вы с нами застряли.
Если вас нервируют крики, я попрошу
Гейба заколотить окна.
Или
передвинуть кровать к другой стене.
- Так та старушка, что я вижу,
она ваша мать?
Прошу прощения.
Сюда иногда заходит старушка.
Кто она?
Знаете, это совершенно не смешно.
Вы никак не можете говорить о моей матери.
Но кто-то ко мне приходит.
Прошу вас, прекратите!
Нашли повод для шуток. Я нахожу
это даже обидным.
Обидным?
Но почему?
Моя бедная мать-колека.
И не может ходить с тех пор, как заболела.
Теперь видите, этого просто не может быть.
И к вам она никак не могла.
Зайти в эту комнату она не встаёт уже 13 лет.
Значит, это был кто-то другой. В доме
ещё кто-нибудь живёт?
Мне нельзя с вами разговаривать.
Постойте, Элси.
Хватит звать меня по имени.
Да что вас?
Постойте секунду.
Вас ничего не смущает?
- Ведьмы, проклятия, вы издеваетесь?
- Все именно так и начинается.
Знаете, все это бредовые анекдоты извращенного сломанного рассудка.
И мы не можем слепо доверять написанному на этих листках.
Ясно? Так что, давайте.
Ближе.
Хватит болтать.
Ближе к делу.
Откуда ты меня знаешь?
Говори, что тебе нужно. Что ты
Все хорошо, детектив.
Мне просто нужен свежий воздух, и все сразу пройдет.
- Простите, перерыв.
- Но мы же почти закончили.
Детектив, осталось чуть-чуть, лишь пара страниц.
Куда же вы?
Детектив,
я должен вам кое-что сказать.
Мне нужно на воздух.
Вот сукин сын.
Черт.
Всё забрала.
Что за идиотизм? Кто так печатает?
Посмотрим, что ты затеял, Эйзенгер.
Проклятье, ну где же?
Заприте дверь!
- Сейчас же!
- Что?
Срочно заприте дверь! Запирайте!
Теперь покажите мне его старую палату, наверху.
Хорошо. Идёмте.
О, Господи.
В этой палате убирались не меньше десятка раз.
Но всё возвращается, и её заперли.
Теперь и вся больница разрушается на глазах.
Посветите-ка сюда.
Что это?
Доктор, здесь жили другие пациенты?
Нет.
Мы тут даже ничего не храним, оно и понятно.
Если вы что-то мне так и не рассказали об этом человеке,
лучше скажите сейчас.
Я рассказал уже все, что знаю о нем, как его лечащий врач.
Значит, поделитесь остальным не как врач.
Мое личное мнение не в состоянии поддержать ни логика, ни наука.
На данный момент, если вы назовете Глассмана, да хоть пасхальным
кроликом,
я к вам прислушаюсь.
- Всё, что я вам скажу, покажется бессмыслицей.
- А вы попробуйте.
Его не переводили из Питтсбурга.
Его изгнали.
Судя по всему, любой, кто проведёт с ним
достаточно времени, заболевает и умирает.
Что?
Его прогнали из клиники в Питтсбурге, опасаясь заразы.
Я его принял, потому что
- Просто принял.
- И чем именно он заражен?
Дьяволом.
Так, ладно.
Его кто-нибудь навещал?
- Вы шутите?
- Нет.
Как там звали сестру, что напечатала признание?
- Сестра Барбара Аккерман.
- А мне вы говорили Бетти Аккерман.
Верно, Бетти.
Да, но кто она такая? Я никогда
о ней не слышала.
Все случилось задолго до вас.
Вы сказали признание,
написано на днях, а значит, я не могла
о ней не слышать.
Я не говорил, что его написали совсем недавно.
Как долго она пробыла с ним рядом?
- Дольше меня?
- Да, гораздо, тут нет сомнений.
Я следил за вашим графиком.
- Не волнуйтесь.
- Откуда вы это знаете?
Как тут возможно что-то просчитать?
Вы спросили, что я скрываю?
Дело в том, что я и сам напуган до ужаса.
Я хочу, чтобы он исчез, а лучше умер.
И мне стыдно в этом сознаться.
Выходит, он проклят.
Нет, проклятие он.
Нам нужен священник.
Вы уже говорили. Зачем?
Просто он не отсюда.
И вы должны понять, что я не в состоянии
напрямую помочь Дэниэлу ритуалам.
Ей признание это выслушать не способно,
тут справится только священник.
Я стала монахиней ради
работы медсестрой разделяю скептицизм,
но я прошу вас услышать меня.
Нам необходим католический священник.
Скажите честно,
вы действительно верите
в дьявола?
Не сомневайтесь.
Никто отсюда не выйдет,
пока не подгонят бульдозеры.
Пора заканчивать.
Последняя страница ничего не изменит.
С небес не прольется свет, и чуда не случится.
У меня есть только две
рабочие версии.
Первая.
Бетти Акерман сама была сумасшедшей.
Она рассказала ему обо мне, о моей дочери
и моем прошлом.
И вырезала моё имя у него на груди.
Всё верно, доктор, я видел фотографии.
- А вторая версия?
- Вторая версия...
такова, что наш доктор
с самого начала с ним за дно.
Боже правый, что это было?
Идемте, за мной.
Продолжим.
Мне стало казаться, что в этой семье одни ведьмы.
Дьявола поклонники, бла-бла-бла,
они сходили с ума.
Да что ты быстрее, чем я выздоравливал.
Во мне крепло недоверие к этим людям,
бла-бла-бла.
Так, секунду.
О!
Опять странные заглавные буквы.
Да, я.
Мягкий знак и вы были на первых страницах.
Сестра, пожалуйста, запомните их.
Я полагаю, еще встретятся.
И так?
Стойте!
Да вы издеваетесь, что ли?
Я делаю все, что только могу!
Так оставь свою дочь в покое!
Кто дал тебе право так с нами обращаться?
Что мы такого тебе сделали?
Элси, прости, я не знаю, как быть!
Она сама тебя режет!
Смотрит на меня в упор и режет,
не моргнув глазом!
- Мне её не остановить!
- Гейб, позволь мне ее увидеть.
Пока она такая, не пущу!
Пойми, Элси, нельзя!
Это вообще не она!
Ну пожалуйста, Гейб, умоляю!
Я не понимаю, что происходит!
И не представляю что делать.
- Нет, что это такое?
- Элси!
- Нет, что здесь творится, ей больно?
- Да...
...больно.
Нет, нет, пусти меня к ней, умоляю.
Откуда ты сюда явился!
Ты ниоткуда!
Ты ниоткуда, мальчик!
И не увидишься с Денькой!
Мы ещё не закончили!
Ты смеёшь в грехах! Смеёшь в грехах!
Моя бедная девочка!
Лучше вернись в дом, ты меня слышишь?
- Я не хочу её потерять!
- Не подходи!
- Пропусти меня!
- Нет, ты что задумала?
- Пусти!
- Куда ты собралась?
- Пусти, я хочу её видеть!
- Нельзя!
Да пойми ты, нельзя тебе туда!
- Ты ей не поможешь!
- Гейл!
- И я тоже не помогу!
- Пропусти меня!
Прошу тебя, уйди!
Я сам не знаю, что с ней случилось!
Пусти меня, умоляю!
Мне нужны простыни!
Гейл! Я здесь, Гейл!
Принеси простыни!
Гейл!
- Сходи в комнату быстро.
- Гейл!
Принеси мою Библию!
Тебе туда нельзя, пойми! Нельзя!
- Её нет!
- Гейл!
Это уже не твоя дочь!
Принеси ее и быстрее!
- Ладно! Да что же это такое?
- Поторропись!
Вот эти простони.
Что ты делаешь?
Единственная моя!
Да что тут вообще происходит?
Ты лучше поспи, солдат.
А вам-то что, не спится?
Справедливо.
Я не представляю, как можно заснуть в этом
жутком доме.
Тут же все пропитано мерзостью.
Ваша дочь
что за дьявольскую заразу она подцепила.
Мне её
всем сердцем жаль.
Она такая
потерянная.
Все мы потерянные.
Как вы можете держать родную дочь
под замком?
Не я её запер.
В смысле, вы о чем?
Она стала пленницей злобной сущности.
Вы о чем?
Поначалу я думал, что это искупление.
Ведь Господь воистину неисповедим.
Вернее, нас так учили.
А теперь?
Теперь нет никакого Бога.
В этом доме, по крайней мере.
И все не спослано нам в наказание.
В грубейшей его форме.
Ну, а за что вам такое?
Это нам откроется только в самом конце,
когда мы во всём признаемся.
А посему я должен открыть тебе всю правду, солдат.
Тебе отсюда не выбраться.
Ты никогда не сможешь отсюда уйти.
Да в гробу я вас видел.
Вас зовут Гейб Проктор.
- Ну, а вашу жену зовут Элси.
- Молчи!
Имя вашей дочери Гейл.
- Тихо! Молчи!
- А меня зовут Дэниэл Глассман!
Глассман?
Так точно!
- Дэниэл Глассман?
- Вот мы и познакомились.
Теперь мы знакомы, и я уже не просто абуза.
Вы знаете, кто я.
Прошу вас, помогите мне.
Умоляю.
Посадите меня в повозку и увезите отсюда.
Я предпочту оказаться в придорожной канаве.
Наша дочь убила священника в этой самой комнате.
Убила?
Да.
Наконец-то я привлёк твоё внимание.
Я поклялся об этом не рассказывать, но
вижу, что это уместно.
Я пригласил отца Спинози,
чтобы он всего лишь благословил наш дом.
И ни словом тогда не упомянул о странностях
и заболевании нашей дочери Гейл.
Но, встретившись с ней лишь однажды,
он приезжал еще раз в четырнадцать.
Наконец, отец Спинози
прямо сказал нам с женой, что
наша дочь Гейл одержима
какой-то злой сущностью.
и должна
пройти обряд экзорцизма для избавления.
Экзорцизм. Ты только представь
католический ритуал, который
выжимает и выворачивает
всю твою душу без остатка, за исключением
тех, кто чист всем сердцем.
Он сказал, что
Если обряд ее не убьет, то она может исцелиться.
И тогда осенит ее божья любовь и укроет
от любого зла навеки вечные.
Конечно же, мы были готовы на все ради дочери,
и поэтому мы
Мы согласились.
Отец Спинози
выяснил, что это зло.
Добирается до ребёнка, питаясь слабостями родителей.
Так оно забирает себе всю семью.
Через родителей.
Представь себе наш стыд.
Мой стыд.
А ещё он
смог раскрыть мне имя
этого зла. Но я
никогда не посмею назвать его вслух до тех пор,
пока живу и дышу.
Он совершил обряд экзорцизма вместе с племянником.
И пока свершалось это безумие,
дом был полон криков,
стуков и руганий и вдруг тишина.
Полная.
Тогда я вошел в эту дверь,
в надежде, что сейчас моя дочурка бросится ко мне.
Но я увидел,
что отец Спинози
лежит на полу с зияющей дырой в шее,
ошмётки его выдранного горла валялись рядом.
Двадцатитрёхлетний мужчина, сильный,
женатый,
будущий отец.
Я вынес труп и
отволок их подальше в самую чащу леса,
где стоит каменный колодец.
Там я их и похоронил, в том колодце.
Вместе с чудовищными тайнами, дабы
никто не узнал, что с ними случилось.
Даже родные и близкие так и остались в полном неведении,
что за судьба их постигла.
И это
чем бы она ни являлась, уже не моя дочь.
Это не может быть моей дочуркой.
И я держу ее под замком в сарае,
чтобы она не разбила сердце матери.
- К чему это ложь, я не понимаю?
Это не ложь, а правда!
Я не могу в нее поверить.
Вы же набожны.
Так отчего же Господь вас оставил?
Он может всё исправить.
Я не знаю.
Только однажды появился ты.
Так, может, дело вовсе не в нас?
Дело в тебе?
И поэтому у меня есть очень серьёзный вопрос,
Дэниэл Глассман.
У тебя есть ребёнок?
- Нет.
- Нет.
Нет.
Моя бедная жена была права.
Тебя послал он.
Ты
Ты наш спаситель.
И явился, дабы исцелить нас.
Ты и никто другой.
Тот самый воин, что был неспослан нам свыше.
И ты
свершишь то, на что у меня
не хватало ни силы, ни смелости сделать.
А ты обязан!
- Ты должен это сделать!
- Не смогу.
Для этого тебя и прислали, Дэниэл Глассман.
Так что давай, соберись! Возьми себя в руки!
- Не заставляйте меня.
И слушай меня очень внимательно.
Ты должен быть готов всё сделать, понимаешь меня?
Ты должен будешь нам помочь.
Так что сосредоточься.
Не промахнись.
Целься точно.
Стреляй наверняка, речь идёт о моей семье.
Поэтому учти,
чтоб никаких ранений.
Ты должен убить нас.
Мы готовы.
Завтра.
Оружие я тебе найду.
Отправь нас обратно к Господу Богу и в лону его,
Дэниэл Глассман.
Такова твоя судьба.
Да будешь ты его свидетелем.
И когда-нибудь расскажешь о том,
что увидел и услышал здесь.
И те, кто следует за истиной, услышат глаз твой.
Завтра.
Сделай на совесть.
Я не хочу здесь оставаться!
Солдат?
Я принесла завтрак.
Я вхожу.
О нет!
О нет!
О, Гейб!
Гейб!
Гейб!
Только не это! О, Боже!
Солдат, что же с тобой случилось?
- О, Господи!
- Солдат!
О, нет!
Ну же.
- Не подходи ко мне!
- Нет!
- Не подходи ко мне!
- Нет!
Нет! Нет!
Прошу тебя,
докончи дело.
Умоляю, убейте всех нас быстро.
Ведь я беременна.
Извините, Элси.
Он сам так захотел.
О, Боже, прости меня.
Господь всемогущий, сохрани во мне память о распятии,
что ты принял во имя моё!
Даруй мне силы нести собственный крест.
Отдаю в руки твои злую душу,
дабы простил ты все его прегрешения!
И спас душу его бессмертную!
Господи Боже, лишь на помощь мою уповаю!
Аминь!
Гейл!
Гейл!
Меня зовут Дэниэл Глассман, 90-й полк в Пенсильвании!
Я хочу тебе помочь!
Ты меня слышишь?
Где же ты?
Гейл!
Дэниэл Глассман.
Дэниэл Глассман.
Дэниэл Глассман.
Дэниэл.
Только не промахнись.
Солдат,
ты должен.
Речь о моей семье.
Не промахнись, Дэниэл.
Отправь нас обратно к Господу Богу.
Дэниэл Глассман.
- Дэниэл Глассман.
- Отпусти!
Господь!
Не промахнись, Дэниэл!
Речь о моей семье!
Отправь нас обратно к Господу!
-Дэниэл Глассман!
- Обратно к Господу!
Речь о моей семье!
Нет никакого Бога в этом доме!
Отправь нас к Господу!
Боже, прости меня!
Господь всемогущий, что это за безумие?
Я говорил.
Думай. Думай. Соображай, Клейтон.
Соображай.
К чему это все?
Как объясняется?
А вот никак.
Как ни крути.
Это же не ты.
ДЬЯВОЛ В ДЭНИЭЛЕ
Не можешь быть ты.
Ты уже торчал здесь.
Ты не мог убить Спинози.
Пропавший парень.
- Оно прыгает туда-сюда.
- Что?
Оно использует детей пропавшего сына Спинози.
- Да бросьте вы! Что за нелепость?
- Дьявол.
Те буквы, эта фраза, дьявол в Дэниэле.
Он сказал, вы следующий, вы и ваша семья.
Много лет уже твердит, скажи ему, Дэниэл, говори!
Господи, помоги мне.
Здесь совсем нет солнца.
Откуда ему взяться?
Никогда не впускайте тьму.
Дэниэл.
Можешь объяснить, о чем ты?
Ты уже упоминал о юном Спинози.
Да, ты якобы использовал его,
чтобы убить всю семью. Как? Как?
Томас – милый мальчик, я думал, смогу его спасти.
Господи Боже!
Он много лет держал ее за горло.
Но теперь все наладится.
Смерть твоего сына, твои злость, обида.
Да что ты несешь?
Что ты хочешь сказать?
Беги отсюда!
- Уходи!
- Я же привел тебе детектива!
Нет! Уходи отсюда!
Элси Проктор и её мать,
Гейб и Гейл Проктор,
Эмили Спинози,
Гретхен Спинози,
Кёрти Спинози,
Элис Дуглас,
Клэйтон Дуглас и она.
Беги!
Святые угодники, придите к Дэниэлу!
Ангелы Господние, не оставьте его!
И пусть душа его предстанет перед Всевышним!
Да призовет, да призовет тебя Христос!
И усадит подле себя!
Да отнесут тебя ангелы к Абраму!
Тебе конец, Глассман,
если это и правда ты.
Клэйтон Дуглас.
Клэйтон Дуглас.
Один бог ведает и бдит.
Не смей, остановись или пристрелю.
Клэйтон Дуглас.
Достойный сын Кевина.
Тот кто сдается.
О, я чувствую вкус.
Отойди!
Я ведь тебя знаю.
Тебя и твою душу.
Чёрную. Гнилую.
Точно как моя.
Твоей же известно, что ты сделал.
И ты об этом знаешь.
Ты убил сына.
И искалечил дочь своей яростью.
Она тебя не любит.
То, что ты сделал с сыном – грех.
Господь тебя не любит.
Только я люблю тебя и знаю тебя.
Это несчастный случай.
Проломленная голова.
Выпущенные кишки.
Сломанная шея.
Раздробленные кости.
Твоего сына убила твоя ярость. Это ты убил!
Господь тебя не любит.
Только я люблю тебя.
Но я не ты, Глассман.
Ты такой же, сынок.
Господь тебя не любит, она тебя не любит.
Нет, Бог любит меня.
Не убивай его.
Он этого и хочет.
Просто езжай домой, пожалуйста.
Уходи, беги домой.
Убьешь его, он заберет твою семью.
Ну, прошу тебя, беги отсюда.
Спаси себя.
Дэниэл!
Нет, умоляю, не забирай душу.
Боже, не допусти.
Боже, не допусти.
Помоги мне, помоги.
Останься дома, Клей.
Я люблю тебя.
Слушайте, я вам всю ночь названиваю.
А вы можете кого-нибудь отправить его поискать?
Нет, вы не понимаете.
А вдруг он не может выбраться?
Да.
Да, верно, вчера он поехал на работу,
и его не было весь день.
Нет, он так и не вернулся.
Нет, дома он так и не появился.
Неужели меня так сложно понять?
Просто отправьте кого-нибудь на поиски.
Да, я знаю, что все дороги замело.
У вас же есть грузовики?
Поищите его, прошу вас!
Что? В смысле он уволился?
Что?
Папа!
Привет, папа!
Нет!
- Анна, я люблю тебя!
- Папа, нет!
Мама!
Скорей сюда!
О, Господи! Что случилось?
Он просто вошел и вдруг застрелился!
О, Господи!
О, Господи!
Уже вернулся?
Детектив тебя одолел?
Он победил?
А я говорил.
Я говорил.
Я буду предупреждать каждого следующего.
Ты останешься со мной.
Я искренне убежден, что в нём дремлет нечто негативное.
- И это зло.
- И это злое начало предаёт мне сил.
Жизнь без цели растрачена в пустое.
Лишь прикосновение дьявола заставило меня её увидеть.
И я позволю ему глотать мух,
пока зажравшийся паук не станет заметен.
И его уже не скроют тень безбожников.
Такова воля Божья!
Не бойся, Дэниэл.
Отпусти его.
ПОСВЯШАЕТСЯ НАШЕМУ ДРУГУ
ТОМУ САЙЗМОРУ 1961-2023