Смерть и жизнь Джона Ф. Донована (2018 год). Цитаты и фразы из фильма

Death and Life of John F. Donovan (2018)

Пропаганда ЛГБТ запрещена законом!

Все фразы и цитаты

Господи.
Любви, славе и деньгам я
предпочту правду. (Генри Дэвид Торо)
Джон, это я!
Джон, открой дверь! У меня твои вещи.
О, господи...
Ух ты, ну и запах тут у тебя!
Боже, когда ты последний
раз открывал окно?
Джон, где ты? У меня мало времени.
Как тут темно!
Ты специально искал место,
где умер Сид Вишес?
Джон?
Джон, ты здесь вообще?
Нью-Йорк, 2006 год
- Что было в письме?
- Дорогой, я не знаю.
Что значит, не знаешь? Ты сказала,
что вернула его администратору.
Я не сказала, что не знаю.
Вот только что!
Ты сказала: «дорогой, я не знаю».
Руперт... письмо было не тебе.
Администратор ошибся.
И ты не удержалась отправить его
обратно, не показав мне?
Руперт! Довольно!
Мам, это первый шанс
встретиться с ним после стольких лет!
Дорогой, я знаю, но...
у тебя... важный день.
- Ты открыла письмо?
- Да.
- И тогда ты поняла, что оно не мне?
- Да, и я уже извинилась.
И ты отправила его
обратно администратору?
Да.
Что ж, на ресепшен не
могли перепутать письма,
если там вдруг не было
другого письма для меня.
То есть, они отдали моё
письмо не тому человеку.
Значит, моё письмо ждёт меня в отеле.
Да. Да, возможно.
Ладно, возьми себе что-нибудь
ещё поесть. Всё, что хочешь...
А я позвоню им... прямо сейчас.
Слушай, мы поедем в отель.
Я уверена, там тебя ждёт письмо.
И днём вы, возможно, встретитесь.
Чернила были зелёными?
Что?
Чернила были зелёными?
Я, я не помню.
Дорогой, всё будет хорошо, ладно?
Джон Ф. Донован найден мёртвым.
...посреди всей этой
работы единственное,
над чем я забыл поработать,
- это над собой.
С ума сойти.
Нет администратора.
В каком веке мы живём?
О, чёрт подери!..
Хэл, это я. Ты издеваешься.
У меня рейс в Лондон в 2.30.
Ну, моя, моя встреча
в Париже передвинулась.
Я получила письмо только
утром и не могла ответить,
Потому что мой роутер сдох. Ясно?
Просто... послушай меня.
Я приехала поприветствовать его лично,
потому что я воспитанный человек.
Но я не буду писать заметку,
не заставляй меня.
Мне плевать, найми другого
журналиста... перенеси интервью.
Чертов Роберт, мать его,
Тёрнер никуда не денется.
Да мне плевать, как его
зовут, я не буду этого делать.
Я даже не читала его дурацкую книгу.
Как я должна вести интервью...
с человеком, если я не читала...
Я должна писать про какого-то
модного актёришку, который...
Нарыл какую-то левую историю,
потому что жаждет хайпа?
У меня есть стандарты, вообще-то!
Ладно! Хорошо?
Я больше не хочу с тобой говорить.
Я это сделаю. Угу... один час.
И если этот мелкий засранец только
посмеет мне дерзить, клянусь богом...
Да, ладно, Хэл! Пока! Пока!
Вы представляете, они до сих пор
используют таксофоны в 2017-м?
То же самое я вижу по
всей Восточной Европе.
У меня есть местный мобильный на время
съемок, но связь отвратительная.
Я сейчас...
сделаю звонок, и вернусь к вам,
чтобы мы могли начать интервью.
Я так рад.
- Да, я... я подожду.
- Хорошо.
...пока вы звоните.
Руперт Тёрнер
Британо-американский актёр и писатель
Мать Тёрнера переехала
в Англию в 2006-м.
Боже. В сентябре 2017-го
Тёрнер опубликовал книгу,
Содержащую всю его
переписку с Донованом...
Донован умер от передозировки.
Донован и Тёрнер никогда
не встречались лично.
Актуально сегодня,
не устареет и завтра. - Гардиан.
Письма молодому актёру.
Избранная переписка
Джонатана Фрэнсиса Донована.
Светлой памяти моей матери.
Нет, прошу, не спешите. Не торопитесь.
Вас что, не кормят в «Таймс»?
Я чисто из... любопытства.
Не считайте меня наглым.
Наглый актёр в поношенной армейской
куртке буквально ворвался в кафе,
украшенное в стиле арт-нуво.
Так и вижу!
Я и забыла, что здесь можно курить.
А, это ненадолго, к сожалению.
Так как вам книга?
Как вам известно, я её не читала.
И я не должна была вести это... интервью.
Но... раз уж мы оба здесь,
давайте начинать,
и, возможно, я успею на свой рейс.
Когда вчера днём мне написали,
что интервью будете вести вы,
я прочитал ваши статьи.
Вчера днём?
А вы многогранны...
для политического репортёра.
Вы написали эту... заметку
про природный апокалипсис.
- Ну, ту, про, э... как её, на западном...
- Литосферная плита Хуан-де-фука.
Да! Что землетрясение в
девять и две десятых балла
уничтожит западное побережье.
И когда это должно было произойти?
Оно уже на полвека запаздывает.
Может, завтра, может, через 20 лет.
Как раз к моменту,
как мы начнём интервью.
О, вы не будете записывать?
Простите?
Я буду очень, очень большой американо.
- Будете что-нибудь?
- Двойной эспрессо, пожалуйста.
И двойной эспрессо, без кофеина,
этому тройному идиоту.
Спасибо.
Она заговорила на иностранном
языке, и он был покорён.
Я уж думала, вы не заговорите
о себе в третьем лице.
А теперь я бы очень
хотела уже приступить,
чтобы я могла успеть на мой рейс.
Что ж, если опоздаете, эта
штука довезёт вас до Лондона.
Вам нужно это интервью
или нет, мистер Тёрнер?
Да? Хорошо.
Я думаю, все помнят скандал.
Как письма были обнародованы,
и так далее, и так далее.
Почему бы вам... не вернуться к началу...
вашего общения с Джоном Ф. Донованом?
Ну, мы знаем, как всё началось:
он ответил на одно из ваших писем.
- Да.
- И неожиданно завязалась переписка.
Это... суть сказки.
Почему бы вам не перемотать... к...
К тому, как сказка закончилась.
Если не против.
Это был 2006 год.
В то лето мне исполнилось 11.
Я, э... нет, я до сих пор чую...
бензиновый запах его фломастера.
Я до сих пор слышу,
как фломастер скребёт бумагу.
Мы всегда писали каждое
письмо от руки, не печатали.
Для Джона... всё пошло под откос,
когда дела пошли в гору.
Все стали обращать внимание
на нового парня на районе,
говорить, что... он вот-вот станет
большой звездой, но... для нас,
тех, кто следовал за ним с первого дня,
было очевидно, что он уже ей был.
Он уже был звездой.
Смерть и жизнь Джона Ф. Донована
Нет. Нет, просто пришли мне синопсис
этого разговора. Ты был прекрасен.
Да. Мы получим фото
на утверждение, Барб?
- А пони на рождество не хочешь?
- Что это значит?
Это «Вэнити Фэйр», Джон!
Сделай вид, что всё прекрасно,
и не строй из себя засранца.
Ронда! Рон... Ронда,
сено – это было гениально!
Спасибо, детка!
- Я весь в масле.
- Поверь мне, это работает.
Этот образ шлюховатого шахтера
пользуется спросом на среднем западе.
Короче, «Прада» доставили костюм в
офис, а Мел привёз его тебе домой.
Миуче желает удачи и что-то
тяфкнула по-итальянски, я не поняла.
Боже, Джон!
Финал сезона был улёт, чувак!
Скрытые камеры и всё такое!
Это было охренеть!
Спасибо, очень приятно. Очень мило.
Это правда, что ты
играешь Джека Харвеста?
Он мой любимый супергерой, чувак!
Ну, я надеюсь, но я, я ещё
не знаю точно, так что...
Я так тебя люблю!
Ты такой клёвый!
- Простите, на сегодня всё!
- Я тебя люблю!
На следующей неделе
у меня ланч с Крисом.
Он знает, что Джордж выбрал тебя на
Джека Харвеста. Шансы велики, дорогой.
Дело не только во мне, Джон.
Это бы столько значило для Ларри,
если бы ты пришёл. Ты его должник.
Меня не было в городе.
Как бы я ни был благодарен Ларри,
я не могу клонировать себя.
Слава богу, иначе бы ты никогда не
вытаскивал свой член из своего рта.
Вообще-то я ем.
И не говори, что никогда
не думал об этом.
Джон, сегодня премьера «Хеллсом хай».
Намекните, примут ли родители
Адама его таким, какой он есть?
Я не могу раскрыть все тайны.
Я самый везучий человек на свете!
Руперт?
Руперт?
- Руперт?
- Простите.
Не терпится прочесть твои
записи с сегодняшнего урока.
Полагаю, они будут исчерпывающими.
Он снова разгейчтался!
Седрик, твоя озабоченность
половой жизнью
твоего одноклассника
попахивает одержимостью.
Хватит ржать!
Итак, вы должны
использовать три перечисления
и 4 других фигуры речи из списка,
что я дала вам в прошлый вторник.
И вы...
Внимание! Послушайте,
я хочу напомнить вам,
что на ваши презентации должны
быть готовы к понедельнику.
И не забудьте, объект
вашего рассмотрения должен
иметь эмоциональное значение
для вас в реальной жизни.
Не надо рассказывать мне
о своём уикенде в Хогвартсе.
В детстве школа была
для меня спасением.
Но... я взрослел и начал
сталкиваться с жестокостью парней.
То есть... мальчишек. Чтобы выжить
в джунглях, нужно самому стать зверем.
Но для меня проще было
погрузиться в свои мысли. И... в телик.
Очередная западная байка о
спасении от травли. Бинго!
Ну, нет, но многие годы
меня волновал лишь Джон
и тот сериал, в котором он играл,
и вокруг которого в то время
вращался весь мой мир.
Вы когда-нибудь делились с кем-то
ещё этой своей одержимостью?
Ну, э, о каком именно
собеседнике мы говорим?
Ну, я не знаю. О психиатре.
Я не смотрела... как называлось шоу?
Впрочем... неважно. Продолжайте.
- Как вас зовут?
- Простите?
Я, э, я не помню ваше имя.
- Одри. Одри Ньюхаус.
- Да. Да, простите.
Это... это необычное имя, Одри.
Вы думаете, я хочу
поговорить о каком-то идоле.
Или... о чрезвычайно
достойном творчестве,
или рекламировать
какое-то культурное действо.
Но я шёл сюда, думая,
что мы поговорим о влиянии,
о самоопределении и... о телевидении.
Так что, если вы ищите...
остроумные словечки...
и глупые цитаты об индустрии, чтобы
подразнить меня, вы будете разочарованы.
Это не про индустрию.
Это, это не про искусство. Это, это...
Это про человека,
спасшего жизнь ребёнку.
Так что... мне плевать,
что Джон был бездарным.
Мне плевать, что то, что он делал,
было глупо, или что это было хренью.
Мне плевать, что его история в данный
момент времени кажется вам отстоем.
Я знаю, я не спасаю планету, ясно?
Мы, мы в одной лодке.
И это кофе без кофеина, Одри.
Ладно, идём дальше.
Милый, я не могла смотреть,
как ты страдаешь.
Я должна была понять.
- Мам, мне семнадцать.
- Или тридцать.
- Руперт! Спокойно! В обуви на ковер?
- Что я пропустил?
Короче, мама знает, она видела, как он
использует свою силу, она записала его.
Мог бы и поздороваться.
Что? Привет. Миссис Уайт знает?
Ну конечно, скрытые
камеры в финале сезона!
Боже мой! Ты видела, что он сделал?
Он использовал силу перед ней!
Смотри, смотри! Смотри на
ключи! Смотри на ключи!
- Графика обалденная! Ты посмотри!
- Руперт, тебе пришла посылка.
Кажется, постер.
Я оставила его на кровати.
Ладно.
Что ты такое?
Как ты и сказала, мам.
Я просто другой.
Сейчас будут начальные титры!
Уже идут!
Обалдеть! Это новая сила!
Это новая сила!
О, господи! Это обалдеть!
- Это же просто обалдеть!
- Руперт! Потише!
- Не кричи! Соседи.
- О, господи! О, боже, боже, боже!
Офигеть!
Я сейчас так счастлив!
Мам, ты вообще видела это?
Брось, это же «Хеллсом хай»!
Я был рождён для этого момента!
Я вылез из тебя, чтобы увидеть это!
Давай потише. Давай потише.
Да-а-а! Да! Это круто!
Я ждал этого момента всю свою жизнь!
Мой отец ушёл, когда мне было два, и с
тех пор мы с мамой всегда были вдвоём.
Отъезд из Америки, можно сказать,
ускорил... неминуемое взросление.
Мы с мамой почти перестали общаться.
После переезда я почти всё своё
время проводил в своей комнате.
Дети в школе дразнили меня за то, что
я был новеньким и к тому же актёром.
Да.
Как я сейчас понимаю,
все мои мечты испарились.
Единственное, что
сохранилось, это Джон.
Я не сдамся
Да. Ну, я не буду врать, это
очень тяжело, конечно:
у него нет британского акцента
и никаких преимуществ...
Мы будем искать проекты, где нужен
американский мальчик, живущий здесь,
или... другие очень
специфические роли и...
я не буду делать вид, что это
сделало переезд для него проще, но...
он ещё найдет своё место.
Я лишился многого, переехав в Англию.
Но письма последовали за мной.
Однажды вечером я увидел
пилотную серию шоу с его участием,
я написал Джону письмо.
И, к моему великому удивлению, он...
- Он ответил?
- Да.
И то, что началось с одного
письма, продолжилось годы.
До самой его смерти.
«Стиль – это знать, кто ты есть».
Постойте минутку. И ваша мама...
не догадывалась?
Как это могло ускользнуть
от её внимания?
Она что, не видела
всех этих писем в ящике?
Мне кажется, в то время от внимания
моей мамы ускользало очень многое.
Просто она... она зашивалась,
её постоянно не было дома.
В любом случае, за почту отвечал я.
- То есть, вы перехватывали их?
- Да.
Почему? Разве вы не гордились?
Гордился. Но больше, чем
гордость, я испытывал страх.
Страх, что эту особенную для
меня вещь... что её заберут у меня.
Это была моя единственная связь
с жизнью, о которой я мечтал.
И я защищал её.
До того дня, когда я покину
этот дом, став актёром.
Чтобы работать с Джоном.
Я знал, что за его пределами целый мир,
в котором Джон жил своей жизнью.
Очень, очень далёкой от моей.
Эми и Джон выросли вместе.
Они всегда были друзьями.
Эми переехала в Нью-Йорк,
чтобы стать актрисой,
как она всегда и мечтала,
и он увязался за ней.
К их удивлению, люди с первого
же дня решили, будто они вместе...
и они не стали отрицать.
Одно привело к другому.
Для Джона, в основном.
Он всё время говорил об одиночестве.
Я знал, он имел в виду компанию,
которую не мог себе позволить.
В каком смысле... не мог себе... позволить?
Ну, в такой, в такой жизни,
в жизни, как у него...
всё и все, кто... в ней
находятся, становятся угрозой.
Да, внимание, которое ты жаждал,
становится пыткой, от
которой ты хочешь сбежать.
Джон часто ночевал в отелях.
Я спросил его в одном из
первых писем, почему.
Он ответил, что так чувствует
себя менее одиноким...
Что казалось странным, ведь
отели – это синоним одиночества.
Позже он добавил, что это
чувство немного... смягчалось...
тем фактом, что...
большинство людей в других номерах
тоже были одиноки, как и он.
Она, ну, довольно
большая для Нью-Йорка...
Ну... тут... как бы, скромно,
довольно-таки паршиво,
но я живу здесь уже давно...
и это не... не слишком дорого, так что...
Когда мы с Эми только переехали сюда,
мы жили в Квинз, во Флашинг.
Та ещё дыра.
Мы не могли позволить себе
электричество первые пару месяцев,
так что нам приходилось
освещать всё свечами.
- Чёрт!
- Да.
Один из соседей всё жаловался,
что они чувствовали... запах дыма.
Когда приехали пожарные,
кажется, они решили, что
мы приносим в жертву девственниц.
Девственницы – не наша тема.
Ты работаешь завтра?
Снимаешься где-нибудь?
Нет, нет. Я сейчас не работаю.
Мне завтра в 7 утра на «Хеллсом».
Безумный день, одни трюки.
А, да, эм... да.
Я выпью ещё одно пиво
и потом, наверное, пойду.
Всё равно мне нужно заниматься,
у меня прослушивание в среду.
Слушай, я не знаю...
Меня вряд ли туда возьмут. Понимаешь?
Я всё время прихожу,
но берут всегда кого-то другого,
сколько бы я ни пытался.
Я хотел сказать, что я тоже
прослушивался... на «Хеллсом».
- Я не могу.
- Не можешь?
Завтра рано вставать.
О, ты... ааа. А, да, я...
Тебе нужно выспаться. Во сколько
ты... в семь утра? Это... это рано.
Да, прости.
Ничего, я, я лучше... я пойду.
Спасибо за пиво.
И вы знаете всё это... из писем?
Не всё.
Джон не ставил меня,
как ребёнка, в положение,
где мне приходилось
читать то, что я не пойму.
Он редко упоминал личную жизнь.
Ни со мной, ни с кем-то другим.
Он говорил, что есть правила, и
если их нарушить, то это его уничтожит.
Ма, ты рано встала,
или ещё не ложилась?
...растила тебя. Она приедет в
пятницу, если твой график изменится,
и я приготовлю мясо по-бургундски
по рецепту Айны Гартен.
Слушай, только не это, прошу,
не надо. Вторая колонка.
Я не ненавижу его.
С каких пор мясо по-бургундски не твоё
любимое блюдо, Джонатан Фрэнсис...
А ты с каких пор перестала
слушать людей, ма,
и прошу, умоляю, не
называй меня «Джонатан»...
Тогда я приготовлю что-нибудь
другое специально для тебя.
- Нет, нет, не надо. Мне хватит и мяса.
- И чем тебе не нравится «Джонатан»?
В общем, я могу приготовить
что-нибудь другое...
- Пусть будет мясо, ма.
- Я не успеваю за твоими...
Давай, показывай.
Хватит ходить кругами.
Вряд ли ты проехал 100 километров
посреди ночи ради моей компании.
- Его зовут Уилл.
- Да неужели?
Уилл Джеффорд младший. Мы познакомились
прошлым летом. Зависали пару раз...
- Ясно.
- Не знаю.
Я не знаю, он... он мне нравится.
Он ничего. Что?
Что я должен...
я должен сказать «клёвый»?
Что ж, он клёвый парень.
Я таких клёвых ещё не встречал.
Да заткнись ты уже.
- Так что с ним не так?
- Да всё с ним так.
Сколько ты будешь приезжать сюда
и показывать мне фотки с этой
мечтательной улыбкой на лице?
- Нет у меня мечтательной улыбки...
- Ещё как есть. Ты вечно делаешь так...
А как же Эми?
- Она привыкла.
- О, она привыкла. Она это терпит?
Да. Мы... мы к этому привыкли,
Джеймс. Всё в порядке.
Да. Ладно.
Джон...
Вы все до сих пор не понимаете.
- Нет! Отвали! Отвали! Отвали!
- Джимми, зараза, отдай!
- Джим!
- Отвали! Ты знаешь, чем это кончится.
В чём проблема?
Уилл Джеффорд младший... Ух ты.
Я могу сегодня прийти на
площадку, если хочешь.
Этот парень... явно сдохнет...
от взрыва мозга.
Пошёл ты.
Ты смотри, как он пыжился...
подбирая слова. Это просто нечто.
- Ты впечатлён?
- Он умный парень.
Неужели?
Прошу, мой принц. – «прийти»...
естественно через «д».
И сокращений тут столько.
Реально пыжился.
Джон ездил к своему брату
много лет на их гаражный ритуал.
Да.
Мне так Джимми сказал.
Кажется, это была одна из
немногих вещей в его жизни,
что делала Джона счастливым.
- Доброе утро!
- Доброе утро! Как дела?
Знакомься, это Уилл, мой помощник.
Хотя мы не писали
этого в своих письмах,
мы с Джоном достигли точки
невозврата в своих жизнях.
Я думаю, приглашение Уилла в свой мир
было для Джона способом неумышленно
саботировать практически всё,
что он создал...
Конечно, тогда он этого не знал.
- А вы?
- И... простите, что?
А вы? Вы сказали, что Джон и вы тоже...
что вы «достигли точки невозврата».
Мне интересно, что это было.
Для десятилетнего мальчика.
Ну, это может быть, что угодно.
Но... дело не в этом.
А в чём? В чём дело?
Скажите... мистер Тёрнер.
Дело в том, что многим детям говорят,
будто они или их мечты не
существуют или не важны.
Просто потому, что они ещё молоды.
И знаете, что?
Многие дети поверят,
если вы им это скажете.
Мне всё время это говорили.
Снова и снова.
Но я решил не верить им.
Привет, девчонка.
Руперт?
Что ты здесь делаешь до сих пор?
Моя мама опаздывает.
- Что у тебя с лицом?
- Я упал.
Понятно.
«Я не могу пустить вас на
борт без родителей, юноша.
Через три дня другой корабль
отправляется в Америку».
Очень круто! Мне нравится!
На... угощайся.
Вы хорошая.
Брось, я ужасная. Продолжай.
«Пожалуйста, сэр! Я знаю, вам
нельзя никого пускать без билета».
«Это уж как пить дать!»
Простите, я уронил.
Ничего страшного. Это амулет дружбы?
У меня тоже был такой.
Нет, уж точно не дружбы.
У моей мамы такой же.
У меня первая буква её имени,
у неё – первая буква моего.
О, это прекрасно.
Да.
Похоже, вечеринка окончена.
Где ты был? Я так волновалась!
Ты не приехала, и мисс
Курейши меня подвезла.
Мне было не сложно, я всё равно
задержалась, проставляя оценки...
Спасибо, мисс Курейши.
- Что у тебя с лицом?
- Я упал.
- Иди в дом, я приду через секунду.
- Моя очередь получать нагоняй, Руперт.
Нет. Вовсе нет.
Мне нетрудно было подвезти
его, я живу неподалёку.
Знаете, я преподаю Руперту
английский в школе, так что...
Я знаю, кто вы, мисс Курейши.
Большое спасибо,
что присмотрели за Рупертом.
Мне нужны имена, Руперт.
Кто сделал это с тобой?
И глаза мне тут можешь не закатывать.
Ты даже не знаешь, что произошло.
- Я вижу, что произошло, я не слепая.
- Да какая разница вообще?
Ну, знаешь, что?
Если скажешь мне, кто эти дети,
я могу позвонить их родителям.
Мам! Это нелепо.
Здесь нет ничего нового.
Я маленький. Я новенький, я актёр.
Один здоровый парень из футбольной
команды, у которого три подружки,
Пристает ко мне.
Я диву даюсь от оригинальности.
И... мисс Курейши говорит,
что игнорирование людей –
сильнейшее оружие, между прочим.
Мисс Курейши нужно написать книгу.
Мисс Курейши занимается в
жизни тем, что ей нравится,
и на неё можно положиться.
Что ж, если я недостаточно крута,
чтобы помочь тебе, помогай себе сам.
Если ты чего-то боишься, ты
должен встать и столкнуться с этим.
Отец Алана Пэрриша сказал ему то же
самое, а потом его затянуло в Джуманджи.
Что ж, тогда... ты следующий.
Да что ты знаешь о столкновении
со своими проблемами?
Ты первая, кто убежала от них!
Так ты поступила с отцом
и со своим актёрством!
И та дрянь, которой ты меня
намазала, на вкус как моча!
Паршивец.
Ты посмотри! Можно приватный танец?
- Да я шучу!
- Простите, мы опоздали.
Ооо, какой классный сюрприз!
Я уже не думала, что вы приедете!
Фэйт! Подойди!
Ну, мы с Эми должны были пойти
в одно место, но всё отменилось.
Эй, ма, ты знаешь, я не люблю в шею!
Не могу остановиться, ты так вкусно
пахнешь! Одеколон «Суисс арми».
О, Эми, мы не виделись целую вечность!
Я перестал пользоваться «Суисс арми»,
ты это знаешь.
Когда? Нет! Когда?
- Когда достиг зрелости.
- Ой, замолчи и обними меня ещё раз!
Я тебя уже обнимал, ма!
Но мне все мало. Иди-ка сюда!
Ты тоже вкусно пахнешь!
Вы оба вкусно пахнете!
А у тебя какой парфюм, ма?
О-о! «Лер дю темп».
А ты купил мне
что-нибудь на Канал Стрит?
Я же говорил, там все духи – подделка...
О, какая разница, никто не отличит...
А вот и моя любимая тётушка!
О, пресвятые угодники!
Они всё-таки приехали!
- Ч-чёрт.
- Рады вас видеть, ребят!
Ты что, Адам Уайт? Ты ведь не
наложишь на меня заклинание, а?
Ооо, осторожней, он не любит
обнимашки и прикосновения.
Рад тебя видеть, Энн.
Ооо, и я тебя, милый.
О, ты так вкусно пахнешь!
Спасибо.
О, боже, Эми, какое платье!
Сразу видно, дела в гору!
Грэйс, ты же сказала,
что они не приедут.
Он сделал это специально!
А ну-ка, посмотри на меня!
И потом, когда он хоть
раз приезжал вовремя?
Он всю жизнь такой, весь в отца-а!
Я открою это вино!
Всё как всегда.
Шмыг-шмыг-шмыг-шмыг! Я чую
запах крови мяса по-бургундски!
По многочисленным просьбам
Мясо по-бургундски по рецепту
Айны Гартен... а ля Грэйс.
Джон не получит ни кусочка, потому
что оно ему больше не нравится.
Но вы накладывайте себе сами, а я пока
схожу, принесу картофельную запеканку.
И я что-нибудь подогрею тебе, милый.
Ма, я сказал, не готовить
ничего особенного.
Не волнуйся, ничего... особенного.
Я положу тебе немного болоньезе,
брокколи и бекона.
Вроде того, что ты обычно ел,
когда играл в хоккей.
Фэйт? Фэйт, ты же... скажи мне,
если нужно посолить.
- Потому что я... я не солю.
- Эй, эй, эй, Джон! Знаешь,
я проезжал мимо университетского
стадиона пару недель назад.
И мне стало интересно...
ты думаешь о хоккее?
- Ни о чём не жалеешь?
- Хороший вопрос, Патрик.
Джонни, скажи честно,
ты жалеешь о жизни,
которая дала тебе славу и состояние?
Наверняка же, да?
Да, у тебя могло быть сейчас
сотрясение, подумай об этом.
Пэт, ты слышал это сотни раз,
он получил травму.
Ты был отличным хоккеистом.
Прирожденным атлетом.
- Я ничего не говорил, ма!
- Фэйт!
Не хватает соли, но совсем немного.
Я так и знала!
Я знала, я знала, я знала!
О, нам нужно вино?
Ещё немного? Есть ещё?
Нет, я принесу. Я принесу ещё.
Что ж, э, Джон, какие новости?
Будешь есть соус из
микроволновки, Джонни.
Ну, сейчас... официально ничего,
так что я бы...
Он будет Джеком Харвестом.
- Джимми, какого чёрта?
- Кому есть дело? Кому?
Вселенной! Вселенной есть дело!
Я же сказал... я не хочу сглазить!
Ты не сглазишь! Ты круче всех.
Этот Джек Харвест, кто он такой?
Небось, какой-нибудь...
Знаменитый демократ, про которого
хотят снять документалку. А?
Пэт, Джек Харвест – это герой
комиксов. Он вроде... супергероя.
Ааа, ясно!
О, Джон, это так здорово!
Эти фильмы сейчас очень популярны, да?
Но это ненадолго, согласись?
Пока что всё идёт хорошо?
Пока никаких подвижек, Пэт.
Меня ещё не утвердили.
Режиссёр тебя любит. Всё решено.
Режиссёр выбрал меня.
Студия скорее всего...
- тоже меня утвердит. Мы просто ждём...
- Вселенную? Круто!
О, твою...! Переговоров.
- Ничего ещё не точно.
- Ты получишь её. Роль твоя.
Я испортила соус, он слишком жидкий.
Но вкусный.
Приятного аппетита!
Но Дон понятия не имеет,
что тайный любовник
Сисси прячется в шкафу!
В общем, он вернулся пораньше,
воодушевлённый желанием
поехать, покататься на лыжах.
Он идёт к шкафу, открывает дверь,
чтобы достать лыжное
снаряжение и поехать кататься!
О, Сисси говорит, она до сих
пор помнит его выражение лица.
А её любовник просто
выкатился прямо оттуда!
О, боже, Фэйт!
Это напомнило мне, как ты застукала
своего паршивого муженька,
когда он был в машине с как там её?
Ох, господи,
я никогда не доверяла ему,
но я не устану повторять
«Я же тебе говорила!»
О, господи!
Кажется, мне нужен стакан воды.
Это хорошая идея.
Ма, давай прогоним Джимми
и поможем тёте Фэйт принести
всем по стакану воды?
О, Джонатан, давай
обойдёмся без нравоучений.
Я совершенно и не пытаюсь
нравоучительствовать, Грэйс.
- Нет, пытаешься.
- Кому воды?
- Воды? Мы что, в церкви?
- Энн, воды?
Да, пожалуйста.
Похоже, больше никто
не хочет пить, ма.
- Да, я думаю, всем уже хватит.
- Мы все здесь взрослые.
Ладно, что ж...
мы все хотим виски...
Кроме Энн и Джона... бу!
И... Эми, ой, бу!
Тебе, наверное, не стоит
из-за твоих таблеток.
Умно.
- Закругляемся, Грэйс.
- Почему?
У нас ещё полно виски, Джимми!
- Спасибо за поддержку, Патрик!
- Эй, пошёл ты!
Что это за...
Пэт. Я знаю!
Почему бы вам не остаться на ночь?
У меня есть рулетики с корицей
в морозилке!
Я думаю, мы лучше поедем.
Снова ночуешь в отеле?
Знаешь, Пэтти, Джон обожает
ночевать в отелях время от времени.
Вы же только переехали в новый
дом за миллиард долларов.
Ну, так и есть, но, знаешь...
иногда ему нужен покой.
Покой для чего?
Осторожно, Эми!
- Да, яблоко от яблони недалеко падает.
- Хватит, ма! Хватит!
Э, Грэйси, я лучше пойду домой.
Ты можешь быть внимательней к людям?
Ма, к своей сестре, Джимми... ко мне...
А не к этой долбанной бутылке!
Я тебе не ребёнок!
Я только и делаю,
что окружаю тебя вниманием!
И всем остальным нравится
моё мясо по-бургундски!
Всем остальным нравится мой кофе!
Так, может, хватит уже быть
таким снобом и сядь на место!
Ты позоришь себя, ма.
Ну всё, ну всё, тихо, тихо,
тихо, расслабься, Брэд Питт.
Закрой свой рот!
Следи за своим языком!
Господи, где ты научился так
со старшими разговаривать?
Не смей затыкать мне рот, сопляк.
И не смей так разговаривать
со своей матерью.
Из-за тебя она через столько прошла.
Постоянные лекарства, счета, доктора...
Психиатры, эти, эти потасовки в школе.
Ты со своим долбанным хоккеем
и этим куском дерьма,
которого ты зовёшь отцом!
Заткнись!
Я никогда особо не верил в
знаки свыше или... или судьбу...
или гороскоп, или нечто подобное.
- Нет?
- Но, в ту ночь,
что-то во вселенной... да...
должно быть, перещёлкнуло.
Что вы хотите этим сказать?
Что подобная синхронность
это не просто совпадение.
Я ведь ничего не знал о жизни Джона...
и никогда бы не догадался, что ошибки,
которые мы вот-вот совершим,
таким драматичным образом... совпадут.
- Серьёзно?
- Да.
Я бы никогда не подумал!
- Ты же Адам Уайт!
- Да.
Офигеть, чувак, мой младший брат
тащится от тебя, он просто твой фанат!
Пацаны, здесь Джон Донован!
О... господи!
Латте?
Я... моё сердце может взорваться.
Обещаю, не взорвётся.
Спасибо.
Ты меня не помнишь, да?
Мы встречались как-то летом.
Зависали вместе.
Не помнишь?
Я, я из, Плезант-гэп.
Это рядом с университетским парком.
- Не может быть.
- Ты ведь учился там, да?
Ты играл за Бэджерс,
за «Свирепых барсуков».
Да.
Я просто... я следил за
твоими... успехами и...
я читал о тебе в газетах и...
ты прославился, и тогда я...
в общем, ты, вроде как... ты
вдохновил меня стать актёром.
Я порвал с бойфрендом,
с бывшем бойфрендом.
Было хреново. Блин. Да.
Я не думал, что снова увижу тебя.
Забавно.
Да. Забавно.
Почему ты не сказал мне?
Я, я не знаю, я думал...
я, я не знаю.
Я... ты мог не захотеть вспоминать
меня, или чтобы я вспоминал тебя.
Не знаю. Как твоя мама?
Я помню, она смотрела,
как ты играешь, она очень...
очень громко смеялась!
Было прикольно.
Да, она в порядке.
А твой, твой брат, Джимми... да?
Джи-... Джимми? Он...
Да, я, я... я... я не могу.
Не могу. Я так не могу.
Слушай, Уилл. Ты классный, но я...
Ты правда классный, но я... я не могу.
Это... это...
Это неправильно, это проблемы, это, э...
Я не могу себе это позволить.
Боже... Ты такой милый.
- Ты тоже.
- Ты классный, но...
Спасибо за кофе.
Тогда я не понимал правил
Джона, но сейчас понимаю.
Как можно жить в постоянной...
нескончаемой лжи?
Из этого нужно выбираться.
Наступает момент, когда
маска трескается, да?
Я... извините. Мистер Тёрнер, я...
Я только вернулась из Исламабада и
лечу в Нигерию на следующей неделе.
Весь этот разговор кажется мне...
вне этого... вне моего мира.
Должно быть, это трудно терпеть, да?
Да! Да, трудно, трудно! Я просто...
Как бы это сказать подипломатичней?
При всём уважении, честное слово,
как бы я ни хотела сопереживать
проблемам мистера Донована, это...
для меня это всего лишь неурядицы
сытого мира. Понимаете?
Что вы делаете в Праге?
Я живу между ней и Лондоном.
Нет, простите, я имел в
виду вашу родину. Вы же из...
Разве вы не из Конго?
Разве вы не там родились?
Кажется, я читал об этом вчера.
Да, с вами легко забыть,
кто из нас берёт интервью.
Да, я родилась... в Букаву, но мы,
мы ушли от темы.
- Что я пытаюсь...
- Нет, я думаю, хватит пороть чушь.
Вы правда считаете, что мы
с вами с разных планет?
Это не так. Вы...
простите, почему это вы боретесь за
правду, а я за, э... за херню?
Вы принимаете это слишком близко к
сердцу, вам не кажется? Всё хорошо.
Нет, вы думаете,
такую историю не поймут?
Истории какого-то мальчишки.
Но вы уже не мальчишка,
а продолжаете считать себя таковым.
Так перестаньте относиться
ко мне как ребёнку!
Это история про нетерпимость.
Это история... про то, как...
индустрия так сильно
боялась потерять публику,
которую она считает
безграмотной и узколобой,
что пестовала в ней безграмотность
и узколобость десятки лет!
Это про нас...
Как общество что мы хотим,
что, что мы ищем!
Что в этом всём звучит слишком
нереально или недостойно... для вас?
Хорошо, я не хотела вас расстроить.
Нет, вы, вы рискуете
жизнью ради правды,
а мы тут щеголяем
своими сытыми проблемами.
Это представление о праве на то, что
люди могут или не могут говорить,
если они мало натерпелись
дерьма в жизни,
чтобы иметь возможность сострадать,
это чёртова болезнь!
Вот что я имею в виду. Вот что!
Мы хотим одного и того же - перемен.
Воздействия на страхи людей,
невежество, предубеждённость.
Сексизм, расизм, гомофобия, что угодно!
Или что, вы думали, что у вас
монополия на эти битвы?
Продолжайте.
Вы можете продолжать.
Итак...
Что ж, Руперт. Мы все внимание.
Я начал следить за творчеством
Джона Ф. Донована пять лет назад.
Когда я узнал, что у нас
с ним очень много общего.
Например, тот факт, что у нас обоих
сложные отношения с нашими отцами,
И мы мечтали об актёрской
карьере с ранних лет.
Я написал ему письмо.
Было глупо надеяться, что он ответит...
Но он ответил.
Потому что вы оба педики.
Седрик, второе предупреждение.
Он ответил. И именно об этом
сегодня я хотел бы поговорить.
Почти уже 6 лет мы с Джоном
Ф. Донованом пишем друг другу...
Примерно раз или два в месяц.
Он рассказывает мне о
своих съёмках в фильмах,
об искусстве кино, как и обо
всех его своих сложностях.
Он рассказывает о своих
премьерах, пресс-турах...
Пресс-туры это пресс-конференции
с кучей журналистов...
Как он познакомился с женой, Эми...
и о тяжёлых отношениях с матерью...
И как она реагирует на его карьеру.
И это было до того, как он стал
звездой. С тех пор мы переписываемся.
Мне только 11 лет, но я
стану таким же, как он.
И мы будем вместе сниматься в кино.
Джон... хотя я называю его «Джей»,
Часто цитирует Гора Видала,
великого писателя, критика и эссеиста:
«Стиль ... это знать, кто ты есть».
Что ж, Джон Ф. Донован
прекрасно знает, кто он.
А я знаю, кто я. Я актёр.
И я друг Джона Ф. Донована.
Брехня!
Седрик! Довольно! Выйди!
Мисс! Вы должны признать...
это полное враньё!
Это не враньё, говнюк!
- А ну прекратите выражаться!
- Ты просто лживая девчонка!
Письма у меня в рюкзаке, козёл!
Ты просто завидуешь!
Да пошёл ты, тварь!
Седрик! Вон! Живо!
Я думаю, она хотела сказать,
свали на хрен, Седрик!
Руперт, задержись на минутку.
Седрик, завтра ты будешь наказан!
Я не потреплю грубость в моём классе!
Давайте!
Поживее!
Руперт, подойди. Смелей.
Руперт, ты понимаешь, что мне
придётся поставить тебе двойку?
- Почему? Это было плохо?
- Это было отлично.
И это прекрасно подошло бы
для твоего сочинения в сентябре.
У тебя замечательные
навыки письма, Руперт.
Но я вам чётко объяснила...
критерии предмета для этого упражнения.
Он должен быть реальным.
Но Джон Ф. Донован реален!
Да, он реален.
Но ты выдумал эту историю.
Я, я не выдумал!
Руперт, ты знаешь, как я
ценю твою изобретательность.
- Но, мисс Курейши, это правда!
- О, Руперт.
Я клянусь! Я принёс письма,
но прозвенел звонок,
и я не успел показать их классу.
Могу я взглянуть?
Руперт.
- Ну?
- Чёрт!
Классные письма! Большое спасибо!
Прекрасно! Пока-а!
Мы с пацанами собираемся в
субботу утроить матч против Челси,
если дождя не будет.
Короче, у меня в выходные игра...
Пап, ты вообще слушаешь меня?
Минутку, да, хорошо, увидимся.
Пап?
Хелена Бонэм Картер! Ты кто такой?
Привет, Уилл! Как дела?
Как уикенд? Порядок? Да?
Джил, как делишки?
Я знаю!
Но я не понимаю, что происходит.
Я слышала, они встретились в баре...
были вместе несколько месяцев.
- Серьёзно? Боже мой!
- Месяцев! Это долго продолжалось.
Ты видела его. Блондин,
которого он приводил на площадку.
Кажется, в интернете
уже выложили историю.
Я ещё не читала её, но...
Хорошо выглядишь, Джонни.
BLUEBIRD-HD.ORG
Это здорово!
Это такая возможность для карьеры.
Эй! Вы не имеете права читать письма!
Не волнуйся, парень.
Мы уважаем твою личную жизнь.
И мои основные права! Спасибо.
Да. Ну... завернуть их
в подарочную упаковку?
Э, простите, сэр?
Моего сына что,... арестовали?
Лиз, Лиз, Лиз, можно тебя на минутку?
Я иду за кофе.
Да, дело в том... да, мне
тоже нужен кофе. Иди сюда.
В чём дело?
Что?
Наверняка, это просто слухи.
Ты ведь... на выходных не был
с Уиллом Джеффордом младшим?
Правда?
То, как ты разочаровал меня сразу
столько раз в течение всего одного дня.
Это на грани
невероятного, Руперт Тёрнер.
Я способен и на большее.
Ты солгал учителям.
Ты вынудил меня уйти с работы, чтобы
забрать тебя из полицейского участка,
когда тебя арестовали за
проникновение в чужой дом!
- Какого чёрта, Руперт?
- Прости, мам.
Нет, «прости» тут недостаточно!
Я требую объяснений, сейчас же!
Я переписывался с Джоном Ф. Донованом.
Актёром из, из того шоу?
Да. Я пишу ему письма вот уже пять лет.
Он ответил мне на самое первое,
то, что мы написали вместе.
- Он ответил?
- Да.
И ты не сказал мне? Что он тебе писал?
Ничего, просто про свои фильмы,
и... семью и друзей...
...актёрство.
- Сколько было писем?
- Много.
Насколько много? 5? 10? 20? Сколько?
- 100 плюс-минус.
- Сто?!
Чёрт подери, Руперт!
Что, что это с тобой?
За что ты меня так ненавидишь?
Почему ты лгал мне?
Я тебе не лгал.
Ой, брось, ты патологический
лжец, как и твой отец!
Я просто ничего не говорил!
Ой, прости, что
неправильно подобрала слова.
Ты лгал... Руперт, и ты лгал мне годами!
И я не позволю относиться к себе
как к постороннему в нашем доме!
- Я твоя мать!
- Неужели?
Просто ты никогда не спрашивала!
Ты никогда не интересовалась моим
актёрством или моими пробами.
Это всё враньё, мам!
Просто позорище, ясно?
Позор, что мы уехали из Америки
и приехали сюда... ради чего?
Ради кого?
У отца даже нет
времени увидеться со мной,
так какой смысл было ехать в Англию?
Помимо самообмана насчёт
всей этой прекрасной новой жизни,
которая у тебя будет вдали от моих
друзей, моей жизни, моей школы!
Только потому, что ты внезапно
поняла, что ты облажалась!
Так что нет, я не говорил о письмах,
потому что ты бы наверняка психанула...
И запретила мне
писать единственному человеку,
которому, похоже, есть дело до меня...
в этой бесконечно тупой, банальной,
бессмысленной жизни...
От которой мне не терпится сбежать.
Подальше от тебя,
подальше от этого места...
Твоих ничтожных мечт...
и твоей ничтожности.
Ты только что распрощался
с пробами в Лондоне!
Какой, блин, сюрприз!
Сама лузер, и меня им делаешь!
Руперт, заткнись!
Видимо, это Скотланд-Ярд.
Мисс Тёрнер, как давно ваш сын
переписывается с Джоном Ф. Донованом?
Он часто пишет? Мэм, вы знаете,
что ваш сын пишет Джону Ф. Доновану?
Мэм, вы знаете, о чём эти письма?
Сколько это уже продолжается?
Чёрт!
А сейчас Том с удивительно
странной историей из Харроу.
Расскажи нам, том, как телезвезда
и 11-летний мальчик связаны
с инцидентом, в котором
замешана местная полиция?
Ты не мог бы разъяснить нам это, Том?
Эй, мак, ты уверен насчёт возраста?
Просто 11 лет это бред какой-то.
Оставь, Рис. Ричард так написал.
Офигеть. Ну и актёры пошли.
«Мне 18 лет, у меня есть
потребности. Ты нужен мне.
У меня продолжаются эти видения».
«Те, от которых я избавил тебя?
Сара, это... это нормально, я...
В день, когда я спас тебя,
наши души соединились навсегда.
Я не знаю, почему, но...» а, чёрт.
Что?
Тяжёлые выходные, малыш Джонни?
Похмелье, да, Джонни?
Да-да.
- Билли?
- Ты в порядке, старик?
Билли? Мы повторяем текст.
Простите, мисс Джонс.
Он такой придурок, господи!
«Адам, а что с Диего? Он начинает
задавать вопросы. Он знает».
«Пусть Белла навестит его в
его снах, сотрёт его память...».
О, твою мать, да сколько можно?
Джон, мне вызвать медиков?
Да, сразу скорую, и не забудь прессу!
Эй-эй-эй, Джонни, что это
за история с письмами?
- Погромче, Джеймс. Погромче.
- Извини.
Джонни, что это ещё за
история с письмами?
Письмами?
Ты пишешь письма какому-то пацану?
Это мило, я...
Ладно, да, повторяй
текст, время ещё есть.
Они ещё ставят декорации.
У вас минут 20.
- Спасибо.
- Что он сказал, я не расслышал?
«Энтэртэйнмент Уикли»
23 новых сообщения
Журнал «Пипл»
От Барбары
Не делай глупостей
Лиз, ты не прочитаешь ссылку, которую
прислала Барбара? Глаза меня убивают.
Громко, но не слишком громко...
пожалуйста.
«Письма к юному актёру
и нетрадиционный секс
ведут к самой большой тайне Джона Ф.
Донована.» Джон, нам нужно репетировать
«Сегодня стало известно об
их отношениях после того, как
школьная ссора вышла из-под контроля
в Харроу, районе Лондона, Англия.
11-летний мальчик по имени Руперт
Тёрнер проник на частную собственность,
чтобы выкрасть обратно письма, по его
словам, украденные его одноклассником.
Письма, судя по всему написанные
самим Джоном Ф. Донованом.
Эта новость появилась
сразу после известий о его
причастности к уже получившим огласку
отношениям с мужчинами по вызову
и коллегой-актёром
Уиллом Джеффордом младшим.
Любая связь с письмами и...».
- У тебя есть таблетки?
- Что?
Таблетки? Клоназепам? Ксанакс?
Может, у тебя есть... литий, случайно?
Что?!
Таблетки, Лиз. Мне нужны чёртовы
таблетки. У тебя есть что-нибудь?
Только природные лекарства.
- А, чтоб меня!
- Тебе вызвать скорую?
Эй, Джон? Джон-Джон!
По шкале от одного до десяти,
сколько мне дашь? Сколько я потяну?
Эти придурки говорят, ты не дашь
мне больше пяти. К чёрту их, скажи?
Боже, Билли, ты уже
достал, честное слово!
Эй, а что за... что это
за бред про мальчонку?
Ты реально пишешь ему?
Ух ты! Тяжёлые выходные, а?
Джон, ты в порядке?
Ты везде поспел, а, Джонни?
Вот тебе и на!
Хочешь знать про мои долбанные
выходные, ублюдок ты сраный?
Думаешь, я хочу рассказывать
тебе про мои выходные?
А ну отпустил меня!
- О, боже, о, боже, о, боже!
- Даже не вздумайте меня трогать!
Джон, Джонни, из-извини!
Какой я тебе, нахрен, Джонни?
Кто я тебе такой, твою мать?
Да, кто ты вообще такой?
- Брайан, пулей сюда.
- Думаешь, я хочу рассказывать
- тебе про мои выходные?
- Джонни слетел с катушек.
Я думал, я думал, мы друзья!
Нет! Нет, мы с тобой не друзья!
Мы не друзья, твою мать!
Я прихожу сюда, говорю свой
текст, и ты меня не знаешь!
Ты не знаешь про мою жизнь, про моё
прошлое, про мои грёбанные тайны!
И я здороваюсь и рассказываю
про свои долбанные выходные,
потому что иначе ты пойдёшь
и расскажешь всем,
какая я заносчивая сволочь,
так ведь? Да?
Да! Только не говорите нам, что этот
ублюдок тоже срёт, как и все мы!
Что ж, ещё как срёт, Билли!
Ещё как срёт, твою мать!
И он такой благодарный
и такой классный,
и он так офигительно счастлив,
что он всё тебе расскажет
про свои долбанные выходные!
Чёрт!
Следующий!
Следующий вопрос «Друзья по переписке».
Это вообще мой самый любимый вопрос!
- Отличный вопрос!
- Просто отличный.
Скорее уже задавайте его мне!
Хорошо.
Итак... у вас есть друг по переписке?
Юный друг по переписке!
Вы плохо работаете!
У вас есть юный друг
по переписке в Англии?
Почему бы и нет? Почему бы не в Англии?
Там говорят по-английски,
я говорю по-английски!
Это союз, скреплённый на небесах,
правда же? Давайте дальше.
Вы вступали в переписку с неким
мальчиком-актёром из Англии?
И продолжалось ли это много лет?
В смысле, я читал про это в
той статье, я читал всё это...
Ну а как же ещё? Как ещё я
мог узнать, чем я там занимался?
Серьёзно, я ведь вечно занят!
Очень занят!
Это просто ужасно.
Да, было некруто.
И потом он написал вам?
Извинился? Объяснился с вами?
Нет, конечно, написал.
Но быть отвергнутым в тот
вечер это ранило больше всего.
Я знал, что у него не было выбора, я
понимал. И было больно это понимать.
Но... нет, последствия
для меня с одноклассниками,
с учителем обещали быть ещё ужасней.
Вы не опоздаете? Мы можем
продолжить по электронке, если хотите.
Нет. Не волнуйтесь. Всё хорошо.
Вау. Сколько я должен вам...
за эту улыбку?
Да ну вас!
Кто-нибудь, вызовите скорую!
Извините, простите.
Здесь, здесь есть доктор на этом рейсе?
Я хочу заявить о необычном поведении!
Это первые признаки инсульта!
Одри, вы чувствуете
запах горелого тоста?
- Конечно, нет!
- Вы в порядке?
Ладно, вернёмся к делу.
- Вернёмся к делу.
- Так что было потом?
Сегодня у вас... поход в дом престарелых.
И я прочитала в твоём расписании...
что вы должны быть прилично одеты.
Я помогу тебе.
Будет здорово, Руперт.
Здорово и полезно. Ты сможешь сделать
что-нибудь приятное для кого-то ещё...
и заодно передохнёшь от
всего этого... безумия.
Ноги!
Он сказал, что не писал писем.
Мне теперь надерут задницу.
Все будут смеяться надо мной.
Я хочу остаться здесь, с тобой, мам.
Пожалуйста, не поступай так со мной.
Не предавай меня.
Ты никогда не будешь
больше писать этому человеку.
Ты меня понял?
Правда это или нет, я тебе...
Это правда!
Ты видишь, что он с тобой сделал?
Он в мгновение ока предал тебя
и поступил бы так снова,
если было бы нужно.
И так устроена вся
эта индустрия, Руперт.
Слушай, я знаю, тебе это нравится.
Но ты должен спуститься
на землю. Ясно?
Сосредоточься на отметках.
Заведи себе подружку или парня.
Руперт... ты должен забыть об этом.
Сегодняшние пробы могли всё изменить.
В кои-то веки они прослушивают
на американский фильм.
Руперт, мы вернёмся к пробам,
когда школа закончится. Ясно? Летом.
Стоит выпасть на пару недель
и выпадешь навсегда.
Как было с тобой.
Это правда.
И было бы замечательно, если бы ты
не напоминал мне об этом каждый раз.
Я знаю, ты думаешь, что
у меня нет амбиций, Руперт.
Ясно? И что я слабая.
Ты доволен?
Но если кто-нибудь будет смеяться
над тобой или приставать,
или кто-то из взрослых
будет дразнить тебя,
я буду вынуждена стать
этой скучной женщиной,
такой ничтожной, и прийти
и защитить тебя, ясно?
Я никогда не боялась... не добиться
успеха или потерять твоего отца.
Но я... всегда буду бояться
смотреть, как ты страдаешь.
И не сегодня, не завтра,
возможно, даже ещё очень нескоро,
но однажды ты это поймёшь, сынок.
Доброе утро, Ольга. Привет, Кэтрин.
Тимоти, Родриге, Камаль.
Селеста, красивое платье.
Спасибо, мисс.
Седрик. Крутая акула.
Кого-то не хватает?
- Где Руперт?
- Руперт Донован пропал!
Седрик! Первое предупреждение!
- Да ладно вам!
- Руперт?
Сара? Сара!
О, боже.
- О, господи!
- О, нет, всё в полном порядке.
Можно я зайду?
Да, конечно. Почему нет?
Руперт... оставил это сегодня в школе.
Что?
«Дорогая мисс Курейши,
пожалуйста, не волнуйтесь.
Я поехал в Лондон на прослушивание...»
Я запретила ему ехать на
прослушивание, мисс Курейши.
Мисс Тёрнер, я... не сомневаюсь...
что вы запретили ему,
и я здесь не для того...
Я знаю, я не дура, ясно?
Я просто...
Руперт же в безопасности?
У него есть сотовый, да?
С ним можно связаться...
Он хотел... но он, он же ещё ребёнок.
Но он хорошо знает город. Раз в месяц
он навещает отца, самостоятельно.
Точнее... навещал.
Ладно, что ж, у меня конференция
в Брэкнелле сегодня днём, так что...
Придётся звонить его отцу.
И он посадит его...
на поезд до Харроу.
Ну что ж... спасибо, мисс Курейши.
Не за что.
Ну... я, пожалуй, пойду.
- Мисс Тёрнер?
- Да?
Да?
Я... вижу Руперта, и...
его ждёт такое блестящее
будущее, понимаете?
Чего не скажешь о большинстве
детей, которых я учила.
В смысле... я вижу,
что их ждёт будущее,
но я редко вижу...
предназначение.
И, наверное, поэтому... я сегодня
пришла к вам. А не позвонила.
Что ж, я, я знаю, что мой сын
особенный, ясно? Я не слепая.
Руперт должно быть очень
стыдится меня, да?
Он, наверное, всякое
рассказывает про меня, да?
Передразнивает меня перед друзьями.
Руперт очень... одинокий ребёнок.
Он не слишком открывается другим.
Ясно...
Он был... Он изменился.
На днях я проверяла домашнее
задание детей и заметила,
что вы не подписали работу Руперта.
Про пример для подражания.
У Руперта была переписка с
тридцатилетним мужчиной целых пять лет,
о которой никто не знал...
Не удивительно, что он не захотел
показывать работу мне.
Я не понимаю, почему.
Хорошего дня.
Выбрать свою мать или отца
в качестве примера для подражания,
пожалуй, неоригинально.
Но я не знаю ни одного человека
так же хорошо,
И не восхищаюсь никем так же
сильно, как моей мамой, Сэм Тёрнер.
За последние несколько лет мы
с ней отдалились друг от друга, но...
вы скажете, это жизнь.
Сэм забеременела мной...
и вскоре после этого мой отец
оставил её ради другого человека
и переехал в Англию.
Так что она растила меня в одиночку.
И какое-то время мы
с ней были не разлей вода.
Извините, простите.
Моему сыну, Руперту Тёрнеру
было назначено на час тридцать.
Я заботился о ней...
даже называл её крошкой,
что позволяло мне
чувствовать себя взрослым.
но правда в том, что мы
просто были лучшими друзьями.
Она называла меня «Ларри»
вместо настоящего имени,
и мы с ней вместе смотрели кино.
Мне кажется, мы смотрели
«Таинственный сад» миллиард раз.
Поскольку она бросила актёрство,
я начал сниматься в небольших ролях.
Руперт!
Я думал, она будет гордиться,
что я занимаюсь тем,
о чём она когда-то мечтала.
Руперт!
С годами
Сэм всё больше разочаровывалась
тем, что её мечты угасали.
И мы переехали сюда... в поисках новых.
Извините, сэр, мой сын...
Мне это далось тяжело, но я понимаю,
почему Сэм было нужно
стать кем-то другим.
Хоть мне и нелегко в этом признаться.
Я знаю, что я виноват
в том, что мы отдалились.
Иногда я мечтаю,
чтобы все наши проблемы
и невидимая стена между нами исчезли,
чтобы мы снова просто были вместе,
чтобы мы больше ни
о ком не беспокоились.
Без гордыни и без лжи.
И тогда бы я сказал ей правду.
Я бы сказал ей... как сильно я её люблю.
Ма-а-ам!
- Прости меня. Я такая глупая!
- Ты не злишься, мам?
- Я такая глупая!
- Ты не глупая, мам.
Пришла твоя учительница, и я
знала, что совершила ошибку,
но потом я прочитала
твоё эссе про меня...
- Правда?
- Да.
Я не хотела ранить тебя.
Я не хотела этого...
И мне жаль,
что ты считаешь меня узколобой.
Нет, прости меня. Прости меня.
Нет. Мы сделаем это. Ясно? Ты,
Рупи, ты это сделаешь. Актёрство...
И я всегда буду рядом.
Думаю, ты знал, что так и будет, да?
Барбара, ты же это несерьёзно.
Мы через столько прошли вместе.
Ты нужна мне.
Скажи это.
Ты нужен мне, Джон?
Мне никто не нужен.
Я оказалась в положении, которого
я избегала последние 40 лет.
Джон, дорогой,
Посмотри вокруг. На картины
на стенах, на этот ковёр.
На стул, на котором ты сидишь.
Я выбрала эту жизнь.
Она могла быть другой.
Совсем, совсем другой.
Я могла иметь всё.
Ты не представляешь, от
каких возможностей я отказалась
ради возможности работать с
необычайными актёрами... гениями.
Ты даже не представляешь,
в каких агентствах мне
предлагали стать партнёром.
- Я даже не сомневаюсь, Барб.
- Я не закончила.
Я выбрала эту жизнь, Джон.
Не из-за жажды амбиций я люблю деньги и
всё, что с ними можно делать, люблю!
Но я выбрала эту жизнь,
потому что так я могу жить
и при этом чувствовать, что
выполняю свою работу на совесть.
Я не могу управлять карьерами
людей из бизнеса.
Не потому что не люблю
их или не уважаю их:
я могу находиться рядом с
ними и среди них, но...
Я не могу быть ими.
Я не умею врать.
И, если ты будешь
таким человеком, Джон...
Если ты собираешься нанимать
моделей, чтобы все видели,
как ты выходишь с ними из ресторанов
и ходишь на благотворительные балы...
если ты хочешь быть тем,
кто отвергает людей...
Говорит детям, что их не существует...
то нам с тобой не по пути.
Это тупик. И я это знаю.
Я не тупая.
Я знаю, ты это можешь.
Я уверена, что можешь.
Ты этого хочешь.
Но я не буду этого делать.
Я видела слишком
много друзей, которые...
терялись в этой спирали, в этом
вранье, в этой чёрной дыре.
Это трата таланта.
И время... его не вернуть.
Я закончила.
Барбара, Айлин о’Нил на первой линии.
Ты найдёшь себе другого
менеджера, Джонни.
Для тебя это лучший выход. И я
скажу всем, что ты уволил меня.
Переключи её, Мелани.
Что, если я не хочу меняться?
Это уже к психиатру.
Айлин, как поживаешь?
Я знаю, я знаю, я собиралась позвонить,
но была занята. Дела отлично!
Как детишки? Дисней-уорлд?!
Нет, я в порядке.
Нет, всё хорошо.
- Привет!
- Привет.
Чёрт, извини, нужно было позвонить.
Ничего.
Они приехали на автобусе на выходные.
Мне нужно отвезти их
домой на день рождения брата.
Ух ты! Это здорово! Круто.
Может, я вернусь попозже?
Не знаю, останутся ли
они, но мы могли бы...
пропустить по пиву или ещё чего.
Я...
Я хочу поговорить.
Со мной?
Ну... да.
Э, нет. Молчун?
Слушай, я... я думаю,
всё это... Джон, ты-ты-ты мне нравишься...
Но эта... вся эта история,
все эти слухи про тебя,
я не... я не знаю.
Что, тебе... тебе стыдно?
Нет, Джон... но тебе да.
Жаль, ты не ответил, когда я звонил.
- Время было неподходящим, я...
- Слушай... всё в порядке. Хорошо?
Милый, давай!
Конору нужна твоя помощь.
Одну секунду, мам.
Прости, одну минутку.
Слушай, каждый поступает,
как знает, да?
Я, я, эм... я молод,
и я, я, я знаю, чего я хочу,
и... кто я есть.
И быть чьим-то тайным романом
совсем не то, к чему я стремлюсь.
Понимаешь?
Я, я бы впустил тебя, но...
- Ничего.
- Мне жаль.
Я отправил ему копию книги, но
ответа от Уилла так и не получил.
Джон упоминал его в письмах,
всегда с нежностью,
но, похоже, никто не знает, где
сейчас живёт Уилл, и чем занимается.
Поговаривают, что он
вернулся в родной город
и занимается практически всем,
кроме актёрства.
Барбара Хаггермэйкер
как-то сказала в интервью,
в одной из программ
про успешных женщин...
Что её величайшим провалом было
не то, что она бросила Джона...
А то, что она не знала его.
Когда его болезнь, его прошлое...
когда всё о нём вышло наружу...
Многие почувствовали то же самое.
но что мы должны знать про артиста?
Что он должен раскрывать о себе?
И... почему это важно для нас?
Дерек о’Брайен получил роль
Харвеста в фильме студии Дисней.
Так что стало с Джоном?
Он просто испарился.
Они продали квартиру.
Я думаю, он просто вернулся к
жизни, которую вёл не так уж давно.
«Хеллсом хай» отправили
Адама Уайта в путешествие
по святым местам куда-то в
Африку в разгар шестого сезона.
Я помню тот эпизод.
Он назывался «Прощание».
Очень подходяще.
Парень, на которого Джон напал
на съёмках, выдвинул обвинения.
Да.
Всё уладили, никто об
этом больше не слышал.
Он писал вам все эти месяцы его...
что это было?
Вы не знаете? Изоляция?
Алкоголизм? Депрессия?
Мне неизвестно, потому что нет...
он не писал мне в это время.
Знаете... я...
я бы хотел поддержать Джона.
Но нас разделяли тысячи
километров, целый мир.
Жизнь продолжалась.
И Джон, он, э...
сохранил свою старую привычку
есть на кухне той забегаловки,
что ему очень нравилась, и
откуда он мне так часто писал.
Он не ушел в себя полностью.
После той истории мама разрешила
мне снова ходить на пробы,
и благодаря
непрогнозируемой череде событий
и постоянным кастингам,
я получил звонок из Нью-Йорка.
Конечно же, я был взволнован.
Но, в основном, из-за того,
что, как и планировалось...
я смог бы впервые встретиться с Джоном.
Впервые за пять лет.
Неужели, это «Хеллсом хай»?
Это же вы, не так ли?
Простите, я знаю, что вас не так зовут.
Нет, это... это название школы.
- Эм... меня зовут...
- Джон Ф. Донован.
Я не настолько старый.
Уверен, вас это уже бесит,
но мой внук ваш большой поклонник.
Я гулял с ним по Канал-стрит...
пару дней назад и...
увидел постер вашего шоу.
И он так сильно обрадовался.
Он стоял перед этим постером
целых пять минут!
Он хочет быть таким же,
как вы, когда вырастит.
И иметь такую же волшебную силу.
- Правда?
- Ещё как, да.
Что ж... я не хотел
вас беспокоить, так что...
Нет. Вы не беспокоите. Прошу.
О, вы... вы слишком добры.
Вы наслаждались тишиной и покоем,
а старый дурак, вроде
меня, кудахчет тут.
Нет. Нет, честно, это...
Что ж, будем ждать вашего
следующего большого приключения.
- Ладно.
- Даже не знаю, сэр.
- Что?
- Я уже не уверен.
Я...
Мне кажется... простите,
я... мне кажется, я...
Смелее!
Я... я думаю, что я всё сделал...
неправильно. Понимаете?
Я всё думал...
что, если... что, если мне
здесь не место? Что...
Что, если я украл место
другого человека?
Господи, скажите что-нибудь.
Посмейтесь надо мной...
О, боже. Просто...
Кто я такой, чтобы выслушивать
подобную исповедь?
Я знаю, я знаю, извините, прошу, идите.
Не стоило мне беспокоить вас всем этим.
По моему мнению...
всё всегда просто.
Люди же, с другой стороны,
обладают необъяснимой
склонностью вечно всё усложнять.
Сдаётся мне, вы уже
знаете, что ошиблись,
что, по меньшей мере, нетипично
для большинства людей.
Но лично я... смотрю на вас,
и всё, что я вижу...
это молодого человека...
чья работа важна для моего внука.
Ну... то, как вы исправляете свои ошибки,
касается только вас и господа бога.
Но... вопрос в том...
как вы могли украсть место,
которое создано именно для вас?
Я... простите, я вас здесь
раньше не видел.
Ну, теперь же видите.
Обидно... но мне... мне пора уходить.
Идите домой.
Вы ещё слишком молоды для одиноких
ужинов на обшарпанных кухнях.
Мам!
Ух ты.
Что ты здесь делаешь?
Что ж, это самая... прекрасная ночь!
Ну... как Эми?
Это из-за того,
что ты встретил кого-то?
Э, другого... человека?
О, нет, нет, нет, нет, нет! Не
поступай так со мной, нет, брось!
- Извини.
- Ты не можешь уйти прямо сейчас!
- Извини, мам.
- У нас самый разгар игры!
- Ты что, издеваешься? Что ты...
- Извини, мам, слушай, мне нужно идти.
- Извини, мам...
- Джон!
Мам, я... извини. Я...
Прости.
Я не знаю, я...
чёрт, я не умею это делать.
Ты знаешь, Джон, что я...
я ведь всё читала о тебе.
Мне присылали каждую твою статью,
я смотрела всё, каждое представление,
все эти ток-шоу, твои фильмы всё.
Я слежу за тобой и, эм...
Знаешь, однажды ты сказал кое-что.
О, ма, что ты прочитала?
Ты произнёс это несколько раз.
Ты сказал, что...
ты сказал, что мы...
Что мы с тобой с разных планет.
- Нет, ма, я...
- И...
Джон, я...
Я родом с этой планеты, а ты...
вышел... из... меня.
И я знаю, что, эм...
в смысле, я не думаю, что мать
должна быть своему сыну... другом.
Но я знаю тебя...
И я первой тебя... узнала.
Давай просто поиграем в карты, ладно?
- Эй, ма.
- Да?
Ты не приготовишь мне ванну?
А потом сыграем в слова? Как раньше.
Если ты этого хочешь.
Можно я сегодня останусь?
Милый, оставайся хоть
на всю жизнь навсегда.
- Прикольно!
- Руперт! Хватит!
- Мам, ты должна попробовать!
- Хватит прыгать на кровати!
Ты сломаешь кровать, ты
проломишь пол, и ты сломаешь шею!
Чёрт, как можно сушить
волосы при синем свете?
Хочешь вернуться в Англию?
- Мам?
- Да?
Как думаешь, Джон уже
ответил на моё письмо?
На ресепшен сказали, что они позвонят.
Ты должен всегда думать
только о хорошем, милый.
Да.
Сегодня полнолуние.
Это должно что-то значить, да?
Наверное...
Я смотрю, у мамы с
сыном тут дым коромыслом.
Вот, кажется, неплохое. «Прандиальный».
Боже, это её что такое,
«пре-...прандиальный».
Это легко.
П-р-е-п-р-а-н-д-и-а-л-ь-н-ы-й.
Относится... к чему до приёма пищи.
Вот же ты ботан.
- Я прав?
- Прости. Что?
Вот, как это произносится. Правильно?
О, да, да, да, да, да. Да, да.
Дорогой, ты в порядке?
- Всё хорошо, ма.
- Да?
Я в порядке.
Просто теперь всё будет...
иначе, вот и всё.
Да, это... это немного
страшно, но... знаешь...
Ты... ты просто должен быть собой.
Это будет ужасно!
Замолкни, сопляк!
Какого чёрта! Ах, ты... засранец, блин!
- Осторожно, мальчики!
- Ты намочил мне сигареты!
- Погромче!
- Отвали!
Мне нравится эта песня,
сделай погромче!
- Ты что, блин, серьёзно, что ли?
- Я её знаю!
Я серьёзно! Это охренительная
песня! Сделай погромче!
У тебя ангельский голос.
Боже.
Пожалуй, это... в смысле, на этом
моя история заканчивается, Одри.
Неужели?
Ну, судя по тому, что
сказала мне Грэйс Донован...
это был последний раз,
когда она... Джимми...
да и все остальные, насколько
им известно, видели Джона.
Что ж... тогда, если позволите,
один последний вопрос...
Как вы узнали?
Да?
Хорошо. Ну... да, тогда,
тогда пришлите его.
Простите. Я не хотела, чтобы
мой сын пока видел письмо,
иначе он сойдёт с ума.
Оно от... мистера Донована?
Нет, боюсь, что нет, мисс Тёрнер.
Его оставил юноша с единственным
указанием передать его Руперту Тёрнеру.
- Хорошо.
- Прошу прощения.
- Нет. Нет, нет, нет. Э... спасибо.
- Простите. Хорошего дня.
Дорогой Руперт. Я не спал
несколько дней. Может, месяцев.
Мне придётся найти время,
чтобы сделать это и подумать.
Знаешь, я отдал всего себя этой жизни.
Я работал над моим ремеслом,
моей карьерой, моей репутацией.
Я работал над друзьями, над семьёй...
И посреди всей этой
работы единственное,
над чем я забыл поработать,
это над собой.
В возрасте, когда мальчишки
становятся мужчинами,
Я стал знаменитостью.
Руперт, я желаю тебе жить жизнью
признания и самореализации, да.
Но больше всего я желаю
тебе жить. Жить, а не лгать.
Ведь всё неизбежно сводится к этому.
Но некоторая ложь лучшая
роль некоторых артистов.
И некоторая ложь,
мне кажется... самой красотой.
Но ты ещё слишком чист, чтобы лгать.
Потому что я знаю твои мечты.
Потому что я знаю твои стремления,
но ещё я знаю разочарования,
одиночество, которые ты обязательно,
неминуемо почувствуешь.
Руперт, я не знаю более потрясающего
молодого человека, чем ты.
Я и мечтать не могу о более
внимательном собеседнике,
о более замечательном друге.
Я тут думал... самое
прекрасное в этой дружбе то,
что никто по-настоящему
её не поймёт.
Пока ты этого не захочешь.
Я найду свой путь к тебе, я обещаю.
Вскоре я вновь появлюсь.
Джон, это я!
Джон Ф. Донован найден мёртвым
Но пока что...
мне нужно выспаться.
Я просто хочу спать...
и начать всё сначала.
Твой друг, Джон.
После всего этого...
я не буду делать вид, что мне
не интересно узнать, что он...
Не убил ли он себя?
Мы этого не узнаем, не так ли? И я...
Я не знаю ничего помимо того,
что на этих страницах.
Либо... он покончил с собой из-за того,
что погрузился в глубокое отчаяние,
и так далее, и так далее...
Но это простая версия, не так ли?
Или он правда хотел спать
и совершил ужасную ошибку.
Просто... в последнем письме он...
звучит так, словно он полон надежд.
Именно поэтому, я уверен, вы
поймёте, что по очевидным причинам...
в эту версию я предпочитаю верить.
Ну, ладно, Руперт.
Спасибо. Простите, что с
начала у нас не заладилось.
Нет. Не переживайте.
Честно. Я попрошу счёт.
Да! Да... За мной приехали.
- Идите. Идите.
- Ладно.
- Удачи.
- А это всего одна сцена.
Нет, я имею в виду... не сегодня,
конечно же. Нет.
Я про всю вашу карьеру, вашу жизнь.
Надеюсь, вы получите то, что хотите.
- Я уже получил, что хотел.
- Тогда хорошо.
Ладно...
Увидимся.
Да.
 

////////////////////////////