Писательница Айрис ведет тихую и уединенную жизнь в Нью-Йорке, пока
однажды не получает неожиданное наследство от своего близкого друга и
наставника — огромного дога по кличке Аполлон. Это благородное, но
крайне непослушное животное быстро приносит Айрис массу проблем: от
разрушенной мебели до угрозы выселения. Но чем больше времени она
проводит с новым другом, тем сильнее осознает — не только она может
помочь ему справиться с утратой, но и он ей.
Все фразы и цитаты
Я представляла это так часто.
Как среди множества вопросов,
возникших у вас, был: «Что будет с собакой»?
Он там, на самом верху.
Между мостами, на фоне ясного неба.
Вы выдумываете.
Я точно не выдумываю.
«Ясный» — одно из ваших словечек.
Оно наверняка выдумано, но не мной, а кем-то другим.
«Ясный».
Это правда было, поверь.
Стоял там, как вкопанный,
словно один из псов Андерсена.
Без ошейника?
Да.
Без адресника?
Да.
Стой, Ганс Христиан...
Вы знаете историю.
Солдат крадёт огниво, открывает его
и появляются три огромных пса,
готовых исполнить его желание.
Уолтер, это история об изнасиловании.
Нет, да брось.
Солдат одержим дочерью короля
и приказал псу похитить её.
В знак мести.
Датский социальный посыл.
Чтобы заняться с ней сексом, пока та спит.
Это по-датски.
Ладно, в этом есть смысл.
Суть в том...
Спасибо.
Что пёс магический.
А что думает Барбара об этой магической собаке,
взявшейся из ниоткуда?
Барбара больше была готова
к появлению моей взрослой дочери,
взявшейся из ниоткуда.
Как у неё дела?
Всё отлично.
Сейчас она работает с Айрис, в «Буквах».
И каково это?
Рада иметь помощницу, да.
Ещё один писатель?
Спасибо.
ВЕРНЫЙ ДРУГ
Узнаёшь этот голос?
Я нет.
Это Уолтер.
Где ты?
Я нашёл старый компьютер,
но не могу запустить его.
Или пнуть его или что там нужно сделать.
А этот засранец из IT совсем не помогает.
Перезвони мне.
Узнаёшь этот голос?
Я нет.
Это Уолтер.
Где ты?
Я нашёл...
Ты любил говорить ученикам:
«Остерегайтесь неизбежных деталей.
Бойтесь ожидания.
Примите хаос».
Многие истории на писательских семинарах
обязательно начинаются с того,
что кто-то просыпается рано утром.
Намного реже истории начинаются
с того, что кто-то ложится спать.
Конечно, реальные люди редко
так же предсказуемы как персонажи книг.
Это первое, чему ты научил меня как писатель.
И на удивление,
последнее о чём мы говорили, пока ты был жив.
И над изгибом серпа я слушал тихо и неподвижно.
Пока я взбирался в гору,
музыка в глубине моего сердца
больше была не слышна.
Я расклеилась, простите.
Я хотела прочитать пару строчек Уолтера.
Он написал их в 2010 году.
Также планирую вставить их
в начало моей новой книги.
О совместно проведённом времени.
Добрый день.
Ученики и коллеги моего мужа значили
для него столько же, сколько его произведения.
Точнее почти столько же.
Вы общество друзей, писателей, читателей и,
порой, критиков, которые мотивировали его.
Любили его, каждый по-своему.
Нет.
В первую очередь...
Простите.
Я не знала, что ты приедешь.
Я не планировала.
Потом я подумала, надо попрощаться.
Боже, Айрис. Почти 20 лет.
Как это случилось?
Я часто это представляла.
Очень рада тебя увидеть.
Жена номер два — нечто, да?
Ты и половины не знаешь.
Она и правда выжимает из себя скорбящую вдову.
Знаешь, для номера два.
Google говорит, мы выживающие разведёнки.
Вдовой может быть одна.
Чувствуешь обман?
Облегчение.
Прости.
Спасибо.
Спасибо.
За...
Него.
Него.
Боже. Какой козёл.
Как ты? Как карьера?
Я читала «Подсчёт». Прекрасно.
Правда?
Правда.
Что пишешь сейчас?
Ничего.
Я писала... начинала роман пару лет назад, но да.
Худший писательский блок в моей жизни.
Может, из-за названия «Восточный блок».
Эй.
Привет, я искала тебя, когда пришла.
Да, я опоздала.
Чувствую себя некомфортно.
Будто вот-вот случится беда.
Разве беда уже не случилась?
Прости, я Элейн.
Первая жена.
Элейн, да, точно.
Айрис столько про тебя рассказывала, привет.
Привет.
Да.
Вэл. Вэл, Элейн.
Это...
Да.
Дочь Уолтера.
Дочь... Уолтера.
Родная дочь?
Приёмная? Дочь вдовы?
Чего?
Привет.
Барбара.
Ты ведь Элейн.
Речь была прекрасной.
Спасибо.
Очень благодарна за приглашение.
Айрис, я хотела с тобой кое о чём поговорить.
Заедешь ко мне как-нибудь? Может, на неделе.
Да.
Дамы, простите.
Здравствуй, Айрис.
Ты пропустила полпоэмы.
Сандерсон хотел поговорить.
Спасибо, Джерри. Вернусь к работе. В среду.
Да, я позвоню.
Хорошо-хорошо.
Позвони мне.
Стоило раньше представиться.
Не помогло бы. Поверь.
О чём Барбара хочет поговорить?
Понятия не имею.
Прогуливаясь ранним весенним утром,
друг Самюэля Беккета спросил его:
«Такой день не заставляет тебя радоваться жизни»?
Беккет ответил:
«Я бы не стал судить так резко».
И ещё один от сэра Беккета.
«День моей смерти будет
как любой другой день, только короче».
Вы рассмешили нас фразой...
Чем больше в мире самоубийц, тем их меньше.
Hola, мисс Айрис.
Уже совсем скоро, да?
Да.
В город едет Санта-Клаус.
Хо-хо-хо.
Я читала,
что большинство
выживших самоубийц жалеют о том,
что пытались умереть.
Люди, прыгнувшие вниз, поняли,
что на самом деле не хотят умирать.
Я думаю о вас.
О том, что чувствовали вы.
Это мешает мне уснуть.
ВОСТОЧНЫЙ БЛОК
ИССЛЕДОВАНИЕ
УОЛТЕР МЕРЕДИТ
УОЛТЕР МЕРЕДИТ ЧИТАЕТ СВОЙ РОМАН «ХЕЙГЕРСТАУН»
«Манчини ехал на "Бьюике", появившемся из ниоткуда.
Никто не задавал вопросов.
Все просто скинулись на бензин.
И тремя часами позднее они были в «Блю Хорайзен»,
наблюдая, как Джордж Бентон,
мастер стойки Philly shell,
уклонялся, блокировал
и бил в ответ с невероятной ловкостью».
«Заставь их промахнуться, а затем пожалеть».
«Может, Сид был чудаком,
но ему нравилось
заставлять их промахиваться больше, чем жалеть.
В этом был его идеал. В ринге и за его пределами.
На ринге было проще.
За его пределами люди,
казавшиеся неприкасаемыми,
наделённые даром ясновидения
или мистической гениальностью, проигрывали.
За пределами жизнь была хаотичной
и бесхитростной.
Ты принимаешь три удара, чтобы нанести один».
«Боль от предательства остра как нож.
Сомнений не было. Это был её бывший».
Хорошо. Лучше, чем раньше.
Понравилась концовка.
Но Джейн не похожа на персонажа истории,
она словно реальный человек.
Не такая, о ком пишешь ты. Ты об этом.
Нет, я говорю...
Никаких призраков или ритуальных убийств.
Я не понимаю, зачем писать про заурядность.
С тем, что происходит в мире.
В мире? Серьёзно?
Просто выражаю своё мнение.
Картер, что значит «заурядность»?
Я про внешность и остальное.
Знаю много Джейн.
Я слышала только,
что у неё рыжие волосы, зелёные глаза.
В моих водительских правах информации больше.
Ты имел в виду обычную женщину.
Вторая девушка высокая?
Не знаю, зачем мы даём им критиковать друг друга.
Слепой ведёт слепого.
По тупиковой аллее.
Соболезную об Уолтере.
Вау, само сочувствие.
Попутное соболезнование.
Привет.
Привет.
Как дела?
Хорошо. У тебя?
Да, нормально.
Готовься.
Боже, он древний.
Ага.
На нём должны быть все его мейлы до 2007 года.
И твой парень...
Рико.
Должен суметь его взломать.
Да, сделает это к вечеру.
Ладно. До завтра?
Да, я приду.
Отлично. Будь осторожна. Копий нет.
Поняла.
Он ценный.
И мы сделаем копию, так что...
Эй, как твои дела?
Не знаю. Твои?
Пойдёт.
Я до сих пор не плакала.
Люди переживают горе по-разному.
Чувствуется неправильно. Будто я что-то упускаю.
Я плакала, когда сломала телефон.
Чего хотела Барбара?
Не знаю, сегодня пойду к ней.
Думаешь, дело во мне?
С чего бы ему быть про тебя?
Это риторический вопрос?
Пока.
Хочу вам сказать,
что несмотря на то, сколько я сплю, я выжата.
Чувствую, словно я теряю контроль.
Будто история моей жизни пишется кем-то другим.
Спасибо, что пришла.
«Эрл Грея»? Надеюсь, тебе нравится.
Да.
Итак, расскажи, как у тебя дела?
Как успехи с книгой? Вы с Вэл всё ещё ладите?
Да, всё отлично. Она...
Мы движемся медленно, но...
Знаешь, делаем успехи.
И она нашла нашла какого-то парня,
который помогает ей с мейлами
с того древнего компьютера.
Боже мой, точно. Тот древний ноутбук.
Вы говорили с Джерри
о возможности привлечения второго редактора?
Почему спрашиваешь? Он что-то сказал?
Нет. Ну, да. Только то, что дела идут медленно.
Значит, об этом ты хотела поговорить?
Нет. Конечно, нет.
В издательстве я ноль.
Книжные дела сугубо между тобой и Джерри.
Думаю, ты знаешь, как сильно Уолтер ценил то,
что, помимо своих записей,
ты находишь время редактировать его письма.
Думаю, он ошибся, когда перестал преподавать.
Он любил это.
Но вся эта неправомерная чушь его угнетала.
Конечно, прекращение повлияло на него.
Прошу простить.
Как получилось, так получилось.
Думаю, почти все писатели размышляют
об их месте в мире, да?
Что ж, ты наверняка думаешь,
зачем я тебя пригласила.
Дело в собаке.
Хотела попросить тебя взять её.
Аполлона? Так ведь?
Да.
Нет.
Нет. Я... Нет. Собаки запрещены в моём здании.
Ты уверена?
Да, уверена.
Да.
Он не может остаться?
Нет-нет. Это то, что я пытаюсь сказать.
Он должен быть переселён.
Переселён?
Ему здесь очень плохо.
Бедняга совсем не ест и сидит у двери днём и ночью.
Каждый раз, беря себя в руки,
я смотрела на него и... расстраивалась.
Что насчёт Вэл?
Айрис.
Другом члене семьи?
Я растеряна.
Во всех приютах такие длинные листы ожидания.
Он не может провести жизнь в приюте.
Вы отправите его в приют?
Что мне остаётся?
Он не понял, что папа больше не вернётся. Как...
Как объяснить смерть собаке?
Если ты возьмёшь его ненадолго,
это очень сильно поможет.
Вот увидишь. Он очень послушный.
Знает все команды, не лает,
не портит вещи, не попадает в неприятности.
И умеет держаться вдали от кровати.
Уверена, это правда...
Да, я прошу о многом.
Но правда в том, что этого хотел Уолтер.
Ты была его запасным вариантом.
Была чем?
Я не люблю собак.
И он знал это.
Я умоляла его, но он был уверен.
И по итогам нашей самой большой ссоры
он убедил меня,
что в случае чего, собака переедет к тебе.
С чего бы он так сказал?
Ты живёшь одна, без детей и партнёра.
И ты любишь животных.
Я люблю животных, Барбара. Я люблю животных, да.
Я люблю кошек. Не люблю... я... Аполлон? Он...
Запасной вариант?
Почему он так сказал, не обсудив со мной?
Я не выдумываю.
Ты его лучшая подруга.
Боже.
Эй.
Давай.
Аполлон.
Вылезай!
Простите.
Сюда, давай, сюда.
Давай.
Господи.
Ладно, попробуем снова. Я иду первой, а ты за мной.
Эй.
Давай, пойдём.
Идём внутрь. Давай.
Давай, идём.
Аполлон?
Ладно, чёрт.
Простите.
Вам наверх?
После вас.
Ладно, спасибо.
Вот и всё, почти.
Последний.
Ладно. Держись, приятель.
Да, вот и... вот и всё.
Здесь я живу.
Аполлон.
Нет, нет! Слезай с кровати. Слезай.
Слезай.
Что за лгунья.
Ты дома?
Ты глянь, на твоей кровати пони.
Очень грустный пони.
Он был Уолтера.
Да, помню. Думала, ты кошатница.
Это временно.
Аполлон. Марджори.
Аполлон.
Небольшая аллергия.
Удачи, милая.
Я дома, если что-то понадобится.
Да, спасибо. Звони.
Давай, пёсик.
Давай. Ты же голодный, да?
Поешь.
Ладно.
Ну, она прямо тут.
ОТДАТЬ НЕМЕЦКОГО ДОГА В ПРИЮТ
Вы попали на горячую линию
помощи немецким догам Tri-state.
Чего ты хочешь?
Музыки?
Ладно, посмотрим.
Мой папа её обожал.
Тебе понравится.
Ну как?
Видимо, никак.
Слезай. Это моя кровать.
Серьёзно?
Ладно.
Ладно, теперь твоя.
Да, знаю. Сто процентов.
Ночью придётся вызывать Uber.
Сейчас в Нью-Йорке опасно.
Эй, можете...
Да, простите.
Пойдём, Рокко.
Да.
Давай, сходим в парк.
Здравствуйте, мисс Айрис. Привет.
Привет, Гектор. Как дела?
Порядок, порядок.
Я слышал о собаке.
Да.
У собаки был... хозяин, недавно скончался.
Это грустно, но...
Да.
Но собаки запрещены.
Это временно, пока я...
Нет-нет, даже временно.
Но больше некому.
Простите, мисс Айрис. Никаких собак.
Ладно, вот. Как тебе?
Пока.
У каждого свой способ выражения критики.
Да. Её, должно быть: «Отвали, козёл».
Ты выявил что-то полезное из сказанного Дженной?
Вы о женских персонажах?
Мне нравится, что ты пишешь фантастику.
У меня тонны женских персонажей. Всё время.
Я удаляю их перед тем, как читать в классе.
В классе большинство — девушки.
Если вы вдруг не заметили.
А у меня там, знаете, секс и прочее.
Они бы меня уничтожили.
Но вам я дам прочесть.
Да, мы подходим к концу семестра.
Это моя лучшая история.
Очень интенсивно, но супер романтично.
Менее откровенно, чем «Игра Престолов», например.
Заходи.
Прости, я...
Нет, мы как раз закончили.
Как насчёт зайти перекусить?
Это немецкий дог?
Что? Картер...
Вы берёте немецкого дога?
Нет.
Они короли среди собак.
Каждое воскресенье
в парке проходит встреча немецких догов.
Иногда я хожу посмотреть.
Ты хочешь собаку?
Нет, не хочу.
Что ж, дог бы вам понравился.
Благодарю за совет.
Что это такое было?
Прошу, просто забудем.
Перекусим?
Блоссом, прости, мне нужно домой.
Думаю, он соскучился.
Что?
Плохой пёс!
Очень плохой пёс!
Плохой пёс!
Чёрт.
Спасибо.
Уолтер точно так же думал про «Восточный блок».
Просто отлично.
Давай, ты должен что-то поесть.
Видимо, ты уже перекусил моими подушками
и писательским блоком.
Алло?
Йо, это я.
Чёрт.
Поднимайся.
Это всё твоя вина.
Привет.
Привет.
Ты забыла.
Нет.
Боже, этот парень?
Да.
Привет, братец.
Так значит об этом Барбара хотела поговорить?
Да.
Тебе хоть можно быть здесь?
Это пока я не найду кого-то ещё.
Затем переселишь его?
Он только приехал.
Бедняга.
Он забрал мою кровать.
И даже не смотрит на меня. Видишь?
И кто бы ни сказал,
что музыка успокаивает дикую грусть...
Дикую грудь.
Что?
«Музыка успокаивает дикую грудь».
Тогда ясно, неудивительно.
Твоей груди нужно успокоение?
Думаю, да.
Я не вовремя?
Ты забыла?
Нет.
Ладно, забыла.
Думала, мы закончим после штуки с кораблём.
Я спросила, когда закончить, ты ответила, к вечеру.
К тому же, я не собираюсь на корабль.
Наверное, я не поверила тебе.
А стоило.
Это может помочь.
Чему? Моим чувствам?
Ну, иногда такие ритуалы бывают...
Дело не в моих чувствах. Мне просто не нравится.
Нравится им.
Друзьям Уолтера.
Да и мне там не рады.
Нет, думаю, многие хотят увидеть тебя.
Поверь, не хотят.
Я напоминаю им то, что они предпочитают забыть.
Нет. Ты не что-то, что хотят забыть.
Хочешь взглянуть на диск? Нам он не нужен.
Да, давай. Почему нет?
Что здесь случилось?
Я... ему не нравится оставаться одному.
Что ж, Рико восстановил всё.
Тысяч 30 мейлов, кажется.
Тридцать тысяч?
Три из них моей матери.
Что многое говорит об их отношениях.
Мне жаль.
Да ладно, ничего.
Не то чтобы я ожидала от него чего-то большего.
В общем, тут около 300 писем.
И я нашла это.
Какая удача,
что мы оба оказались в Берлине одновременно.
«Не могу перестать думать
о бирюзовых ледниках, дрейфующих по Шпрее».
Боже.
Прости.
Хочешь, чтобы я...
Нет-нет, продолжай. Всё нормально.
«Неспокойное чувство,
присущее чистому, стальному небу».
Невероятно. Что?
Что он делает?
Я не знаю.
Ладно.
«Какой счастливый день.
Все эти месяцы я ужасно по тебе скучал, Айрис.
А теперь я снова опустошён печалью.
Но твои новые страницы... я поражён.
Прекрасная работа, захватывающая, чудесная».
Думаешь, Уолтер читал ему?
Да, точно. Ему главное быть услышанным.
Что?
Просто представила, каково это.
Слушать чтение Уолтера.
Ошеломительно. Вот так.
Позволь почитать тебе. И ему.
«Целью экспедиции было нанести
на карту приток Амазонки,
поэтически названный рекой Сомнений.
И...».
Невероятно. Тебе это нравится?
Издательство?
Это успокаивает твою дикую грудь?
Ладно, ладно. Не буду перенапрягать тебя.
Хочу прочитать поэму Томаса Харди
с названием «Мой дух не посетит могильный холм».
Не станет бродить мой дух там,
где могильный курган землёй придавит мне грудь...
Он такой большой, а твоя квартира словно коробка.
Ты никогда не была у меня дома.
Я слышала. От Уолтера.
Вы обсуждали размер моей квартиры?
Мы многое обсуждали.
Просто это жестоко, Айрис.
Барбара, ты была права.
В местных приютах совсем нет места.
Нельзя просто отдавать собаку Уолтера.
Я очень надеюсь,
ты передумаешь. Уолтер этого хотел.
Да ну, он правда так сказал?
Он этого хотел?
Айрис.
Спасибо.
Проводишь до поезда?
Да, пойдём, здоровяк.
Этот пёс так похож на Уолтера.
Ты про висящие яйца?
Уолтеру бы сегодня не понравилось.
Пепел, цветы, скорбная поэма.
Он был бы рад увидеть своих трёх жён,
встретившихся на корабле.
Стоило позвать девушек.
«Понадобится лодка побольше».
Боже.
Я никогда не говорила, что знала о вас.
Что вы были вместе.
Тебе рассказал Уолтер?
Догадалась. Затем спросила его, а он признался.
Он был так горд, что вы остались друзьями.
Но он никогда не делился подробностями.
Это было тем летом.
Когда было наше последнее занятие.
Мы проводили время вместе.
Ходили гулять, выпить кофе.
Однажды, как снег на голову, мы выпивали.
И он неожиданно сказал:
«Нам надо потрахаться».
Я не ожидала такого от нас.
После стольких лет вместе.
Я видела это с другими студентами.
Да.
Я уставилась на него и спросила: «Зачем?»
«Зачем?»
Да, он тоже смеялся.
Он ответил: «Нам нужно узнать друг друга получше».
Он не мог.
Мог, а точнее, мы.
Мужчины как Уолтер и их любимая манера.
Разве не расстраивает, что, когда дело доходит
до соблазнения, они все звучат одинаково?
То есть, в тот момент моей жизни
я была так любопытна во всём
и хотела как можно больше опыта. А он...
Он был таким, сука, сложным.
А потом?
Потом это случилось.
Через день он заявил: «Мы ошиблись,
пытаясь стать кем-то больше, чем друзья».
Как грубо.
Да, я была унижена и зла.
И уверена,
что мы никогда снова не станем друзьями.
Затем заболел мой отец.
Я помню.
Затем он приходит на похороны.
Это было мило и, как ни странно, нормально.
Потом вы начали встречаться
и всё снова вернулось в норму.
Почему ты никогда не рассказывала?
Это было не столь важным.
Мы дружили.
Да. Наверное, не было.
А потом мы с Уолтером расстались, и я завидовала.
Мне?
Вашим с ним отношениям.
Да, вашей...
Вашей дружбе.
Вашей близкой дружбе.
И он нашёл способ сделать это с тобой.
Он этого хотел, без секса.
Господи, он оставил тебе своего верного коня.
Боже.
Эй.
Скажи мне.
Занятия, что мы с ним брали.
Шона, да? Она мать Вэл?
Боже, ты в этом хороша.
Да.
Я поняла, как только вышла оттуда.
Они с Вэл как две капли воды.
Нет, это было после вашего расставания.
Знаю-знаю-знаю. Я посчитала.
Знаешь, всё в порядке.
Нет, не в порядке.
Чёрт.
Мы же будем на связи?
Мисс Айрис, я думал, что сказал про собаку.
Надо избавиться.
Да.
Пока нет. Я работаю над этим.
Нельзя работать над этим,
надо от него избавиться.
Гектор, у него есть имя.
Аполлон.
Да, я знаю. Аполлон, да?
Аполлон, Гектор. Да? Аполлон, Гектор. Да, хорошо, да.
Он не может остаться, мисс Айрис.
Управляющая компания строгая.
Не проблема, я в процессе.
Дай пару дней.
Я в процессе.
Ладно.
Обещаю.
Вы уже сказали, но он... ладно.
Ты в порядке?
Приятель.
Да, я знаю.
Знаю.
Двести пятьдесят один.
Как и положено. Небольшой артрит в бёдрах,
но в остальном в хорошей форме.
Для своего возраста.
Который какой?
Пять, может, шесть.
Довольно стар для дога.
Шесть лет?
Собаки, как бабочки, но он в норме.
А что насчёт ночного припадка?
Он потерял хозяина.
Он скорбит.
А ранее его бросили. Как вы думаете?
Сидеть.
Хороший пёс.
Ух ты.
Раньше он так не делал.
Он умный.
Дам небольшой совет.
Главное в работе с этой породой —
скрывать от них правду.
Правда в том,
что их не заставить сделать то, чего они не хотят.
Стойте на своём.
И ради бога,
заберите кровать себе, а ему отдайте пол.
Ну, во время прошлого припадка,
когда я залезла на кровать, он позволил мне лечь.
Позволил вам?
Нет-нет-нет, на кровать ему нельзя.
Это для суставов.
Он хороший пёс.
Не делайте из него плохого.
Эй, эй, Аполлон.
Эй, сидеть.
Что...
ВЕТЕРИНАРНАЯ КЛИНИКА
ПОМОЩНИК САНТЫ
ГАВТАУН
Любите больших, да?
Ладно.
Держи, приятель. Кровать для тебя.
Правда?
Ладно.
Хорошо.
Устраивайся поудобнее.
МИЧИГАНСКИЙ ПРИЮТ ДЛЯ НЕМЕЦКИХ ДОГОВ
Друг, да ладно.
Привет. Занята.
Я заберу Аполлона.
Одобрено кооперативом и Барбарой.
Мы на 100% готовы.
Перезвони. Целую.
Её предложение очень подозрительно, нет?
Может, Тьюзди правда хочет помочь.
Помочь? Она меня ненавидит.
У тебя паранойя.
Будто ты не слышала
про случаи мести ребёнку или питомцу.
В первую очередь, он питомец Уолтера, не твой.
Просто хочу сказать,
что у тебя нет других вариантов
и ты не хочешь потерять квартиру.
Так что Тьюзди стоит выслушать.
Как идёт работа над книгой?
Мы начали с его почты,
но без него дела идут не очень, понимаешь?
Да, понимаю, что такое многое меняет.
Но сколько вы вместе работали до этого?
Знаешь...
Повиси секунду.
Хорошо.
Да-да. Иду.
Привет.
Привет, прости...
Всё хорошо?
Да. Скажи этим людям,
своим соседям открывать дверь.
Потому что я стояла там чёртову вечность.
Привет.
Так мило.
Дочь вся в отца.
Привет, Вэл.
Привет.
Пока, Вэл.
Да.
Пока.
Привет.
Прости, я не вовремя.
Нет, всё в порядке.
Просто поезд должен был приехать,
как раз было время порвать с этим придурком.
Парень, с которым я была.
Чёрт.
Поезд не приехал.
Хочешь остаться?
Тогда пойдём.
Ты подруга.
Итак, перебрала?
Совсем немного.
Ты не права, Тьюзди ненавидит меня сильнее.
Осторожно. Что ж, это не соревнование.
Она много что ненавидит.
Просто говорю, что эта дамочка чокнутая,
ты не зря сомневаешься.
Типа, почему она считает, что получит Аполлона?
Всё не так просто.
Всё очень просто.
Я не могу оставлять его здесь.
И он мешает моей работе, нашей работе.
Не думаю, что тут всё иначе.
Боже мой, что это?
Это, подруга, вчерашняя комбуча.
Убери подальше.
Не думаю, что тут всё иначе.
Мы работаем над книгой уже больше года.
Что это значит?
Значит, задолго до того,
как мой отец покончил с собой
или до появления Аполлона, дело не в собаке.
Я вкладываю в книгу столько же времени, сколько...
Нет, я не жалуюсь.
Уолтер предупреждал.
Предупреждал?
О твоей скорости.
Скорости? Вы обсуждали мою скорость? Ты серьёзно?
Или не в скорости.
Тогда в чём? О чём вы говорили?
Да, дело в твоей скорости.
Он переживал, что ты медлишь.
Хотел подтолкнуть тебя.
Я думаю о книге и тоже хочу её закончить.
Думаешь, я не хочу?
Прости, мне не стоило говорить.
Голова болит.
Но ты должна что-то сделать с псом.
Я не могу следить за ним постоянно.
Верно, пёсик?
Привет, братец.
Чем хочешь заняться?
Чего бы хотел твой папа?
Хочешь жить с этой чокнутой дамочкой?
На что уставился?
Нормально я к ней отношусь.
- Она милая, умная.
- В чём дело?
- Я люблю работать одна.
- Она очень умная.
Я это уже сказала.
Может тебе не помешает другая точка зрения.
Возможность с кем-то обсудить.
Дело не в этом.
Она молодая, энергичная, и моя дочь.
Да, но она едва вас знает. Не знает о вашей работе
- и отношениях.
- И именно это
я хотел бы исправить.
Исправить с моей помощью?
Все знают, что ты всё исправляешь.
- Она уже здесь.
- С каких это пор я...
Что?
Почему не сказали, что она придёт? Какого черта?
Привет!
Привет.
Думаешь, это плохая идея?
Нет, отличная.
Плохая, потому что мы ещё не выпили кофе.
Скоро станет отличной.
Это ненадолго.
Один день и всё.
Посмотрим, что выйдет.
Кто знает,
может собаку она не будет так раздражать. Идём.
Здравствуйте. Тьюзди Чан, пожалуйста.
Молодец. Хороший мальчик, да.
Всё не так и плохо.
Почему в нашем лифте так себя не ведёшь?
В моём лифте.
Может когда-то он станет твоим.
Ладно.
Что случилось?
О чём ты?
Обычно на лифте поднимаются быстрее.
Нет, ничего не случилось.
Я слышала голос.
Нет.
Ладно.
Проходи.
Ага.
- Боже, он огромный.
- Да, я в курсе.
Может в квартире так кажется. В коридоре.
Нет.
Слушай, я принесла еду,
- угощения и игрушки.
- Да.
Но он не любит с ними играть.
Иногда с этой штукой.
Но в основном он просто грустит.
Любит спать и когда ему читают.
Мой крестник с ума сойдёт, когда его увидит.
Вернусь около пяти.
Наверно его придётся выгулять,
часа в два.
Два.
Ему надо на улицу три раза в день.
Да? Не подумала об этом.
Что надо выгуливать?
Ну, аж три раза в день.
А, да.
Моя подруга использует пелёнки.
Поверь мне. Это плохая идея.
О нет, нет-нет-нет-нет, слезай давай.
Аполлон, вниз. Он...
Можешь?..
Это винтажный «Таччини».
Неужели Уолтер разрешал ему делать что угодно?
Именно это и разрешал.
Чушь. Барбара сказала,
что он идеально воспитан.
Мне она сказала то же самое.
Но, как видишь,
валяется на твоём винтажном цуккини.
Издеваешься?
Что? Нет, конечно нет. Прости.
Ладно.
Я опаздываю, но...
Вернусь около пяти.
Спасибо!
Почему Уолтер оставил пса тебе?
Что?
Раз он такой неуправляемый.
Посмотри на свою квартиру.
Даже для одного человека...
Что не так с моей квартирой?
Мне просто кажется, что Барбара не так поняла.
Он же не изложил это письменно.
В смысле в преддверии самоубийства?
Уверена, это было в списке его дел.
Боже. Ладно. Знаешь, что? Просто...
Расскажи, что мне нужно знать.
Про Аполлона или в общем?
Итак, я ошибалась.
Собак она раздражает в такой же степени.
Нам сюда.
Давай. Нет, не туда. Идём. Давай...
Назад. Простите, мэм. Я...
Нет-нет-нет!
С собаками нельзя.
Что? Я...
Никаких собак.
У меня встреча и я опаздываю.
Не могли бы вы помочь?
- С собаками нельзя.
- У меня встреча.
Можете пустить?
Простите, не могу.
Сэр!
Можете позвонить начальству?
Вы не могли бы убрать собаку?
Нет, не уберу.
Пустите меня внутрь, прошу.
Не могу, я лишусь работы.
Ладно, тогда тоже тут сяду.
Пять-три базе, мне нужна помощь на входе.
И у неё большая собака.
Мне очень жаль, что так произошло.
Не ресепшене бывают грубоваты.
Серьёзно, вызвали полицию?
Сюда.
Идём.
Пришли Айрис
- и Аполлон.
- Прошу прощения.
- Входи, входи.
- Привет.
- Ого!
- Да, да.
Служба безопасности переборщила.
Слышал. Не переживай, всё хорошо.
Извините, я это не планировала.
Да, спасибо.
Да.
Так, приятель. Сидеть.
- Браво!
- Молодец!
Ты научила или Уолтер?
Ну, думаю, это он сам.
Впечатляет.
Ему что-нибудь нужно?
Кажется Софи хотела принести ему...
- О! Воды с Фиджи.
- Вот, держи.
- Ого. Шикует.
- Вот так.
Пить хочет.
Да.
Буду на месте.
Хорошо.
- Прошу прощения
- Спасибо.
за бардак.
Кажется ему лучше, чем было на лодке.
Как книга?
Ну,
я знаю, о чём вы хотели поговорить.
Я работаю, Вэл тоже, но...
Мне найти другого редактора?
Знаю, что все чувства, скорбь...
Нет, не стоит, нет.
Ладно, тогда скажу прямо. Мне нужна эта книга.
Мёртвый Уолтер популярнее живого.
Его письма вызывают интерес,
и надо на этом зарабатывать.
Понимаю.
Если нужна помощь, или не хочешь...
Нет. Я сказала,
что понимаю.
Ладно.
Что будешь делать с собакой?
Ладно, заходи.
Что ж, опаздываю на занятия.
Вэл в самоволке,
так что тебе придётся снова побыть одному.
Просто сиди там.
И пообещай, что не уничтожишь мою квартиру.
Ладно?
Хорошо. Молодец.
Веди себя хорошо.
Может музыку включить?
Отлично.
Ладно.
Будь хорошим мальчиком, ладно?
Я очень тебя прошу.
Не разнеси квартиру.
Ладно?
Пока.
Юг для неё был сексуальным акцентом,
приглашающим подняться по лестнице.
Юг был беззуб и очарователен,
пережиток истории.
Как парень, делающий заметки карандашом
в блокноте Moleskine.
В документе, где она с лучшей подружкой
составляла список желаний,
она поставила номер 14: «Попасть в New Yorker».
Хороший мальчик.
Молодец, Аполлон.
Очень хороший.
Я включаю ему отцовские пластинки.
Правда?
Да.
Басовые арии. Кажется, ему нравится.
Навряд ли.
Аудиокниги не любит.
Как и радио и саундтреки к фильмам.
Кажется, больше всего ему нравится, когда читают.
Это он правда любит. Очень.
Ты же не думаешь его оставить?
Нет, конечно нет.
Так, идём.
Ещё этаж. Ходить полезно.
- О. И у нас ничья.
- Ничья.
Та-да! Почти.
Ладно, спасибо.
Не зайдёшь на чай?
Нет, начну чихать,
- едва перешагну порог.
- Да.
Подумай ещё раз насчёт Вудстока на рождество.
Вот блин.
Что?
Вы нарушили правила,
запрещающие проживание собак,
несмотря на многократные предупреждения
управляющего дома Гектора Сепеда.
Если продолжите держать данного пса
- в квартире...
- Данного?
Сказали бы «незваного».
Меня выселят.
Нет.
Нет, нет. Ты уже давно тут живёшь.
А до тебя — твой отец.
Это твой дом.
Айрис, нельзя терять квартиру.
Ты не найдёшь другое место за эти деньги.
Не в этом городе.
И не с этим соседом.
Что насчёт приюта в Мичигане?
Я в листе ожидания.
Поговорю напрямую с домовладельцем.
Кто назовёт его бессердечным?
Он пытался меня выселить,
когда я делала ремонт.
Тебе нужен план Б.
Но...
Мне нужно чуть больше времени.
Иначе придётся вернуть его обратно в приют.
Я этого не допущу.
Здравствуйте, мисс Айрис.
Вы знали?
Меня выселяют.
Мисс Айрис, на что я вам намекал,
когда сказал «собака»?
Я пытаюсь.
- Ты знаешь.
- Не пытаетесь,
а знаете, почему?
- Потому что он ещё здесь.
- Дело не в собаке.
Меня выгонят и утроят аренду.
Это не моя проблема.
Мне сказали передать вам, мисс Айрис,
я передаю, ясно?
Никаких собак.
Да, я хотела бы поговорить с Говардом.
Нет, мне не нужен его руководитель.
Да, хорошо. Только...
Пусть он мне перезвонит. Это срочно.
С рождеством.
О чём думают собаки, когда люди плачут?
Как воспринимают нашу грусть?
Я всё думаю о вас.
Как среди множества вопросов,
возникших у вас, был: «Что будет с собакой»?
Что будет с собакой?
Ты принёс венок? Нам нужен венок.
Венок?
Рождественский венок на окно.
Нет.
- Где пальто и шляпа?
- Остались в офисе.
Что случилось?
Ничего.
- Входи, входи.
- Та-да!
Хорошо, что пришла. Знаю, не хотела.
Хватай бокал.
- Держи.
- И шапочку.
Шапочку.
Да.
Ладно.
Привет. Здравствуйте. Привет.
Айрис!
О, Блоссом!
С Новым годом!
С Новым годом.
Одна пришла?
Очень смешно.
Как твой сосед?
Всё хорошо.
Марджори рассказала про письмо.
Да, но меня не выселят, ясно?
Спокойно. Я только спросила.
Я тут говорила с Шервином. Вы знакомы?
Ну, нет. Привет!
- Как ты?
- Рада знакомству.
Шервин — друг Марджори.
Он брокер. И рассказывал мне,
как сложно сейчас найти квартиру с животными.
Ты ищешь?
- Нет, не ищу.
- Что за питомец?
У неё собака.
А, немецкий дог?
- Он не...
- Айрис, Айрис.
Давно не виделись.
- Гарри, боже мой!
- Да, привет.
- Очень давно.
- Я редко в городе.
- Боже мой.
- Это мой муж, Ларри.
- Привет.
- Ларри. Твой муж значит.
Гарри, Ларри, как это мило.
Айрис живёт рядом.
Её отец Гэри пел со мной в хоре геев.
О!
Это у тебя собака?
Точно. Мне рассказывали об этом.
Тебя выселят?
Нет.
Люблю больших собак,
но не решился бы на подобное.
Я посоветовала Марджори приют в Делавэре.
Там замечательно.
Пять лет — солидный возраст для дога.
Что будешь делать, когда у него будет недержание?
- Спасибо огромное!
- Пока!
- С Новым годом!
- С Новым годом, родная!
Пока!
До встречи.
Родная, уже поздно, иди домой.
Нет, нет, всё хорошо.
Ты злишься.
Нет.
Может немножко?
Я думала, что это будет новогодняя вечеринка,
а не вмешательство.
Люди волнуются.
Я волнуюсь.
Ты моя подруга.
Больше, чем подруга.
Когда твой отец заболел,
не знаю, что бы случилось,
если бы ты не приехала помогать.
Я скучаю по нему. Очень.
Не хочу скучать и по тебе.
Вообще-то мне позвонили
из приюта в Мичигане, так что...
Они заберут его?
Это хорошая новость.
Привет.
Как дела?
Приятель.
Эй.
Пойдём.
Заходи.
Сидеть.
Мисс Айрис...
Не мог бы ты присмотреть за ним?
Да, конечно.
Прости.
Я торопилась, но поезда... сама знаешь.
Марджори рассказала.
Дай сюда.
Спасибо.
Ты в порядке?
В порядке.
Слышала, что жена номер три в Китае.
Или в Макао?
Макао в Китае?
Ого. Посмотри-ка.
Да, здоровяк.
Хороший пёс.
Дайте я.
Почти забыла.
Вот.
Искала ирисы, но...
Спасибо.
Пока, братец. Буду скучать.
Ты поступаешь правильно.
Думаешь?
Не знаю.
Наверно.
Да.
Позвони, как вернёшься, ладно?
Ладно. Ты в порядке?
Пока.
Увидимся.
Я представляла это так часто,
как среди всех вопросов,
пришедших вам в голову был:
«Что будет с собакой»?
Мы ожидаем худшее.
Мы учимся этому очень рано, из детских книжек.
В этих историях животные часто умирают.
Часто трагично.
«Старый брехун», «Рыжий пони».
И даже когда они выживают,
даже если счастливы в конце,
им часто приходится страдать.
Проходить через ад.
Чёрный красавец, Флика. Белый клык, Бак.
Тише, тише.
Тише.
Собаки не кончают жизнь самоубийством.
Не рыдают.
Но разваливаются на части.
Им разбивают сердца.
Они могут сойти с ума.
Ой.
Молодец.
Мёртл, тихо.
С СОБАКАМИ ВХОД ЗАПРЕЩЁН
ИСКЛЮЧЕНИЕ — СЛУЖЕБНЫЕ СОБАКИ
Привет. Знаешь, как некоторые люди говорят,
что собаки для эмоциональной поддержки
и берут их в самолёт?
Знаю, но я подумала...
Это не круто,
но вдруг этот закон
может помешать домовладельцу...
Точно. Можешь разузнать об этом
и перезвонить мне?
Отлично.
Мяска?
Вэл? Вэл?
Вэл, слышишь меня?
Маршрут до Херши, Пенсильвания.
Блин. Подожди.
Вэл?
- О, слышу тебя.
- Привет.
Я начала искать и, кажется, ты права.
Насчет служебных собак в квартире.
В любой квартире.
Нужно его зарегистрировать,
по-настоящему.
Не в шарашкиной конторе,
а у психиатра.
Ты собираешься это сделать?
Ой, извините.
Я говорила с кем-то
по телефону насчёт доктора Уоррена.
Простите, ваше имя?
Айрис.
Да, точно. Не могли приехать раньше.
Я подумала,
что смогу приехать и просто подождать?
Нет, это не так работает.
Знаете, я пожалуй пойду и просто сяду.
И...
Всё хорошо.
Мэм.
Ладно.
Мэм.
Мэм, нельзя...
Здравствуйте, доктор. Помните меня?
Пара лет прошла,
я Айрис. Айрис Диксон.
Да, да, Айрис. Конечно помню.
У вас назначен сеанс?
Я звонила ранее.
Лидия?
Аполлону было грустно. На самом деле.
Он скучает по Уолтеру так же, как я.
Понимаете?
В общем, сертификат...
Могли бы вы...
Придётся подать заявку, но да.
Я могу написать, что вы страдаете
от депрессии и тревожности,
усугубленной утратой,
собака предоставляет вам
эмоциональную поддержку,
и её потеря может привести
к ухудшению состояния
и угрожать жизни.
Звучит нормально?
Это вроде перебор.
Вы же об этом просите?
Да, кажется, я увидела ситуацию с другой стороны.
Я для эмоциональной поддержки,
а собака не справляется.
Вы думаете, я не в себе.
Нет, вовсе нет.
Почему не в себе?
Ну, я знаю, люди,
которым правда нужны животные для поддержки,
возненавидели бы меня.
Понимаю их. Но я не из тех сумасшедших.
Я не поведу его туда, где ему не место.
Вообще-то я его в машине оставила.
Дело вот в чём.
Я не могу потерять свою квартиру.
В машине?
Хочет, чтобы ты зашёл.
Давай.
Он дружелюбный.
Они много знают.
Эй, приятель.
Вы говорите с ним?
Ветеринар сказал, что следует разговаривать.
Это естественно.
О чём говорите?
Не знаю.
Обо всём. Например...
Как жизнь, пёс?
Голоден? Артрит не докучает?
Рубашка подходит к штанам?
Похоже, что я пила?
Иногда я чувствую ярость.
Знаете?
Из-за Уолтера.
Особенно в людных местах. Я всё думаю,
кто все эти чёртовы люди
и почему они живут дальше.
А он просто...
Уолтер сделал свой выбор.
Да, но...
Но ярость направлена не на него?
Скажите, как думаете, почему он убил себя?
Я не знаю. Я правда не знаю.
Потому что был слаб и страдал?
Будто он застрял вверх ногами
в аквариуме, полном воды?
Вы любили его?
Нет. Я знаю, что не любила Уолтера.
Чтобы пережить горе,
нужно дать эмоциям название.
Я знаю про горе.
И знаю, что такое любовь, это не она.
Я не надеялась на что-то большее.
Я лишь предполагаю.
Мы друзья, не любовники.
И да, иногда я правда ревновала
или собственничала.
Мы могли просто говорить часами.
Обо всём.
Об искусстве.
Музыке. Книгах. О стольких книгах.
Это было так легко.
Как...
Как дышать.
Теперь его нет.
Да. Его нет.
Его больше нет. Он... убил себя и такова реальность.
Если бы он был здесь сейчас,
что бы вы ему сказали?
Можете сказать что угодно.
Послушайте, вы писатель.
Может поможет написать об этом?
О Уолтере?
О произошедшем.
Что?
В основе лежит безумие?
В сказке, которую я шепчу себе.
Если я буду любить стареющего Аполлона,
буду действовать бескорыстно,
то однажды проснусь и увижу вместо него вас,
вернувшегося с того света?
Как история начнётся?
Начнётся с женщины.
Она едет в метро.
Она одна?
Нет.
Взяла с собой собаку.
Миниатюрную таксу.
И нарциссы.
Куда она едет?
Едет навестить старого друга.
Он живёт в кирпичном доме в Бруклине.
Видите, как она поднимается по ступенькам?
Как звонит в дверной звонок.
Она ждёт,
неуверенная.
Привет.
Привет.
Заходи.
Этот друг живёт один?
Нет, со своей женой, но сегодня её нет дома.
Она на работе.
Что именно Барбара сказала о произошедшем?
Что она уехала по работе.
Но рейс отменили из-за шторма в Денвере.
И когда она вернулась,
она нашла собаку у кабинета.
И записку для уборщицы
с просьбой позвонить в 911.
Она должна была прийти утром.
Но ты права.
Если бы мои студенты написали об этом,
я бы сказал: «Боже, это слишком просто».
Как себя чувствуете?
Униженным, опозоренным.
Обычные человеческие чувства.
Понимаю.
Я читаю о самоубийствах.
Лучше перестань.
Суицид заразен.
Какой у меня был выбор?
Всё так запутанно.
Ладно, понимаю.
Что насчёт книги?
Книга...
Я решила больше ей не заниматься.
Вашей книгой.
В смысле моей? Я дал тебе полный контроль.
Я сомневаюсь из-за своей работы.
Ты никогда не писала до книги.
Думал, что пойдёт тебе на пользу.
Нет, когда вы попросили меня заняться письмами,
вы думали не обо мне.
Вы думали о себе и своём наследии.
Твой экзистенциальный кризис — моя вина?
Я не виню вас.
Но вы приняли решение,
поставившее меня в невозможную ситуацию.
Правда?
Как и Вэл.
Она в порядке.
Закончит книгу без меня.
Я хочу написать о другом.
Это замечательно.
О чём?
О вас.
О произошедшем.
Поняла это внезапно,
когда смотрела «Эту замечательную жизнь».
Вы видели его.
Много раз.
Да.
Вот я сижу с Джипом на коленках.
И думаю о том, что самоубийство — это ужасно.
Боль, с которой живут остальные и удача.
Ангел, спускающийся и спасающий тебя.
Или нет.
А значит ты мёртв.
Будет неплохо добавить чутка комедии.
Комедии?
Вы убили себя.
Это забавно?
Да, должна сказать,
что книга художественная.
Знаю, что это значит.
Изменишь моё имя на Уолли.
Или Уилбер?
Нет.
Я не буду использовать имена.
Кроме собачьего.
Там будет Джип.
Это радует.
О!
Ваш герой — англичанин.
Да, не очень приятно.
Лучше бы итальянец.
Все хотят быть итальянцами.
Эксплуатируешь мою жизнь, уступила бы.
Не вашу жизнь. Смерть.
Видите? Ненавидит это слово.
Я смотрю тебе в глаза.
Совсем не стыдно? Жаль.
Какие друзья так поступают?
Скажи мне.
Вы решили со всем покончить.
Вот в чём проблема.
Нет, проблема вовсе не в этом.
Спроси мозгоправа.
Кто сказал, что я к нему хожу?
Разве это не очевидно?
Иначе бы мы сейчас не разговаривали.
Ладно.
Я не удовлетворил твои потребности как учитель,
как любовник, и как друг.
Или мы всё ещё говорим
о проблемах с папочкой? Ладно.
Мне жаль, что твой отец ушёл из семьи.
Мне жаль, что он заболел.
И мне жаль, что он умер. И как умер.
Мой отец боролся за жизнь. Хватался за неё, любил.
И любил всех вокруг.
И он...
Забудьте. Это бесполезно.
Не знаю, о чём я думала.
Обратись с этим к доктору Очевидность.
О чём ты думала?
Скажу, о чём не думала.
Не думала, что вы монстр эгоизма и жалости к себе.
Не презирала за то,
что вы выбросили такую ценную жизнь.
И не думала, что вы убили себя,
чтобы наказать близких.
Мне ясно,
что о нас вы не подумали.
Что ж, я был склонен к самоубийствам.
Буквально.
Вы совсем не подумали.
Обо мне, Вэл, Аполлоне.
Кто такой Аполлон?
Джип — это Аполлон.
Он собака.
И в момент моей смерти его не было рядом.
Аполлон был вам предан.
Лучший друг. Центр его мира.
И вы оставили его одного в доме с вашим телом.
Он царапал дверь,
слушал, как ваша жизнь медленно покидает тело.
Вы слышали его в эти моменты?
Слышали?
Вы могли бы... сначала найти ему хороший дом.
У него была ты.
Всегда была.
Вы правда так думали?
Кого это волнует. Я мёртв.
А теперь у меня собака-сосиска.
Что ты хочешь?
Больше ничего.
Ничего на ум не приходит.
Что будет с собакой?
Да, знаю.
Я говорила с администрацией,
мне ответили,
что если у меня будут предписания от врача...
Зачем продолжать процесс выселения, если...
Я звонила ему два, может уже три раза,
мне не перезванивают.
Что ж, не вам это решать.
Идём.
О! Мисс Айрис, я вас искал.
Зачем?
Они звонили. Есть проблема.
Кто? Кто звонил?
Управляющие. Из Флориды.
Они не рады.
Что? Я...
Я только с ними говорила...
Мне сказали, что вы говорили,
они звонили юристу.
Юри...
Да.
И что они сказали?
Юрист — не знаю.
Он сказал...
Не могу...
Говорят, что другого выхода нет.
- Нет выхода?
- Никакого.
В смысле?
У них нет выхода с Аполлоном.
Вас нельзя выселить.
Что?
Значит...
Ты...
- Нет.
- И всё?
И всё.
Конец?
Конец.
Всё.
- Боже мой.
- Да.
Слышал, Аполлон? Никуда не надо ехать, оставайся.
Навсегда. Ладно?
Хороший мальчик. Вот так.
Это очень хорошо.
Да, да, очень хорошо.
Хорошо. Спасибо.
Да, всё хорошо.
Хорошо.
Боже мой.
Слушайте, я только...
Хочу извиниться, ну, вы знаете.
Я делал свою работу.
- Да, нет, это...
- Он хороший пёс.
Да.
- Это точно.
- Ладно.
- Ладно.
- Увидимся позже.
О! Гектор, у меня есть бутылочка шампанского
в холодильнике.
- Ого. Нет, я лишь...
- Может отметим?
Нет, мне нельзя, я не могу.
- Всего на пять минуточек.
- Но... ладно, на пять.
На пять минут.
Извините. Это Аполлон?
Знаете его?
Ну,
я давно его не видел,
но раньше он часто тут бывал.
Аполлон?
Да. Его владелец высокий.
Кажется, он писатель.
Уолтер.
Умер в прошлом году.
Мне очень жаль.
Спасибо.
Он гордился собакой.
Слышал историю о том,
как он нашёл Аполлона, не знаю, сколько раз.
Красивое животное.
Это так.
Привет!
Здоровяк.
Как ты? На что смотришь?
А? С кем ты тут?
Как ты пришёл сюда?
Эй, не хочешь позавтракать?
На что смотришь?
Люди часто задаются вопросом,
какими были их любимые раньше.
Покажи. Ничего себе.
У тебя глаза разные.
Больно не знать, каким был тот человек в детстве.
Классно!
Я испытывала это по отношению к любимым,
по отношению к близким друзьям.
А теперь чувствую по отношению к тебе.
Я не знала тебя молодым резвым псом,
пропустила всё твоё щенячье детство.
Мне не просто грустно. Чувствую себя обманутой.
Представляю, как ты будил бы меня посреди ночи,
вдыхал мой запах, пока я лежала бы на полу.
Кем я была тогда и кем стала для тебя сейчас,
спустя много времени?
Они так много заплатили,
что точно дом снесут.
Боже мой.
Аполлон может делать что хочет.
Пляж появляется и исчезает с приливом.
Но ты привыкнешь. Наверно.
Ты же сможешь писать?
Да.
А Аполлон сможет гулять.
Настолько, насколько теперь может.
Здесь отлично. Спасибо.
Да.
Моя мама тут выросла.
Как, наверно, и я.
Ей нужны деньги, так что...
О! Привет!
«ПИСЬМА»
РЕДАКТОРЫ ВЭЛ ДУГЛАС И АЙРИС ДИКСОН
Да. Получила пару дней назад.
Хотела, чтобы ты нашла сама.
Боже, Вэл.
Это...
Это замечательно. Поздравляю!
И я тебя.
Как я сказала, дом свободен до конца мая.
Развлекайтесь.
Останься.
- Не могу.
- Давай.
Надо возвращаться.
А вы располагайтесь.
Спасибо.
Ещё одно лето.
Оно у тебя будет.
Я смогу попрощаться.
Я говорю с тобой или сама с собой?
Признаюсь, грань немного размылась.
Каким ты был в молодости?
Где бегал и играл?
С кем ты играл?
Видишь ли ты океан в первый раз?
Одного чуда теперь не достаточно.
Мы предотвратили катастрофу,
избежали разлуку и выселение.
Этого не достаточно.
Теперь я как жена рыбака.
Хочу большего.
Не только одно или два лета.
Хочу, чтобы ты жил так долго, как буду жить я.
Всё, что меньше, будет несправедливо.
Аполлон?
Аполлон?
Аполлон?
Привет, приятель.
Ко мне.
ПО РОМАНУ СИГРИД НУНЬЕЗ