Свидетельство (2017 год). Цитаты и фразы из фильма

Haedut (2017)

Йоель, дотошный историк, ведущий серьезные дебаты против отрицателей Холокоста, обнаруживает, что его мать не та, за которую себя выдаёт.

Все фразы и цитаты

Фильм снят по мотивам событий, произошедших
в Австрии в конце Второй мировой войны
СВИДЕТЕЛЬСТВО
Рассматривается ходатайство против
строительства в Лендсдорфе,
где, по словам истцов, находится
братская могила 200 евреев.
Сколько раскопок было
проведено в районе?
21
И ничего не было обнаружено?
В районе были проведены раскопки,
но захоронение пока не было найдено.
Район огромен. Очень трудно проводить
поиски на таком огромном участке земли.
Да...
Вещественное доказательство № 52.
В одном из свидетельств женщина
утверждает, что слышала
крики евреев рядом с ее окном.
В этом районе.
Другой свидетель утверждает,
что видел грузовик, везущий трупы, здесь.
Возможно, господин историк любезно скажет,
где он просит приостановить строительство?
В этом районе? Или в этом? Или...
Возможно, во всем городе?
Мы просим, чтобы остановка строительства оставалась в силе,
пока захоронение не будет обнаружено.
При всем уважении,
город должен расти.
Нужно двигться вперед,
а не цепляться за прошлое.
Жертвы не должны поплатиться из-за
нашей неспособности обнаружить захоронение.
Как и жители нашего города.
Если строительство продолжить,
весь район окажется под бетоном,
и могилы никогда не будут обнаружены.
Господин истец,
МВД Австрии не сможет более
останавливать строительство.
Если в течение следующих 7 дней
Вы предоставите новые доказательства,
мы будем рады их рассмотреть.
После этого срока
возражения приняты не будут.
Вы ее знаете? Она антисемитка?
Это неважно. У нас всего 5 дней на то,
чтобы найти доказательства.
Выбора нет: мы должны проверить
закрытые архивы 1945-го.
Вы знаете, что это исключено.
Мы проиграем суд. Они мечтают
закрыть все дело. Вы понимаете это?
Это единственное место,
где мы не проверяли.
Ладно, Вам предоставят частичный доступ.
Если что-то найдете,
посмотрим, что можно сделать.
Вам идет этот пиджак.
Я должен вернуть его зятю.
- Нет-нет, оставьте его для интервью.
Какое интервью?
- Немецкому телеканалу.
Рина, Вы лучше меня в подобных вопросах.
Мой немецкий не так хорош.
Они хотят интервью с Вами.
- У меня нет времени на это.
Йоэль, интервью может
добавить нам немного времени.
Не забудьте пиджак.
Я буду задавать вопросы на немецком,
а Вы сможете отвечать на английском.
Тогда я буду
отвечать на иврите.
Он хочет отвечать на иврите.
- Без проблем.
Доктор Хальберштам, почему это
разбирательство так важно?
Речь идет всего лишь
о паре домов и дороге.
В ночь с 24 на 25 марта 1945 года
рядом с Лендсдорфом, в Австрии,
было убито около 200 евреев,
сосланных на принудительные работы.
По неясной причине никто
из жителей деревни не помнит,
где именно произошло убийство.
Оба свидетеля, которые хотели
дать показания после войны
(один - местный полицейский, а второй
- выживший еврей), были убиты.
Речь идет не о методичном уничтожении
евреев нацистами в концлагерях,
а о спонтанном убийстве,
совершенном местным населением,
которое по сей день
отрицает свою вину,
пользуясь неофициальной
поддержкой властей.
А Вы не позволите этому произойти?
Я историк.
Как любой ученый, я ищу истину.
Археолог ищет осязаемые следы событий.
Я ищу факты.
Враг археолога - это земля,
которая скрывает следы.
Я борюсь со временем,
которое скрывает факты.
А теперь Вы боретесь с австрийцами,
которые, по-вашему, скрывают правду.
Послушайте,
человек склонен забывать.
Моя роль как верующего
еврея - помнить.
Доктор Хальберштам, почему бы Вам
не рассказать немного о себе?
Честно говоря, я не очень
интересная личность, даже скучная.
Доктор Хальберштам,
Ваши родители пережили Холокост?
Хотя мои родители пережили Холокост,
речь идет о научном исследовании,
не затронутом личными обстоятельствами.
Значит, Ваша личная жизненная история
не влияла на Вас?
Ваш рассказ...
Нет-нет, я не верю в рассказы.
Я верю в факты, которые
ведут к раскрытию истины.
Вашей истины?
- Нет, не моей.
"Моей истины" не существует.
Если истина "моя", то она уже не истина.
Истина - она не моя и не Ваша.
Истина абсолютна.
Истина абсолютна (на немецком).
Ваш выбор - принять ее или нет.
Мне не нужна филиппинка.
Почему?
- Я не хочу служанку.
Она тебе поможет.
А ты тогда зачем?
В интернете опубликовали
статью о твоем сыне.
"Переживших Холокост представляет
доктор Йоэль Хальберштам
из центра исследования Холокоста
в Иерусалиме. Речь идет..."
Если хочешь заниматься Холокостом,
я тебе не запрещаю.
Но меня не вовлекай.
Это все, что ты можешь сказать?
Хорошо.
Это бондормин. А розовую прими сейчас.
Розовую прими сейчас.
- Я слышала.
С первого раза.
"...сыновья твои, как масличные саженцы..."
(Тегилим 128, 3) ЙОНАТАН ХАЛЬБЕРШТАМ
Доброе утро.
Что будем искать?
1944? 1945?
1945, марши смерти,
Австрия, Лендсдорф.
Лендсдорф не сработает.
Мы не локализуем с такой точностью.
Может, "выходцы из Венгрии"?
Нет, оставьте широкий поиск.
Закройте.
Сохраните.
Закройте.
Закройте.
Сохраните.
Закройте.
Защищенный свидетель
Закрыть?
Лагеря
1942-1944 - Освенцим, Польша
1944-1945 - Маутхаузен, Австрия
Она соответствует?
Нет, закройте.
Ривка,
проверьте, пожалуйста,
в списках свидетелей
П-440385-Г.
Это защищенный свидетель?
Эм.. Да.
- Может, тогда у Вас есть имя?
Фанья Хаммель.
Нет, Фаньи Хаммель нет.
Попробуйте "Фанья Хальберштам".
"ш-т-а-м" так же, как у Вас?
Да.
Нет ни Хаммель,
ни Хальберштам.
Как это может быть?
Я же видел, что она свидетельствовала.
У меня есть упоминание о госпоже
Фанье Хальберштам.
Вам этом поможет?
- Да-да.
В свидетельстве госпожи Вайнштейн
говорится, что она была подругой невесты
в Краковском гетто.
- Отлично, я возьму.
Госпожа Вайнштейн, Вы свидетельствовали
в последние годы?
Да, верно.
- Хорошо.
Вы помните, что упоминали некую
Фанью Хальберштам?
Конечно, помню. Мы были подругами
вот с таких лет.
Вам известно, была ли Фанья в Австрии
во время войны?
С чего вдруг Австрия?
Как она могла попасть в Австрию?
Что за исследование
Вы о ней проводите?
Мы исследуем свидетельство,
которое она у нас дала.
Что? Она? Свидетельствовала?
Вы имеете в виду Фанью Хальберштам,
бывшую Хаммель?
Конечно.
Которая вышла замуж за
Йосефа Ицхака Хальберштама?
Да.
Она была моей лучшей подругой.
Через две недели после свадьбы она умерла
на моих руках в гетто, во время высылки.
Вот.
Это я. Это Фанья.
А это Йосеф Ицхак Хальберштам.
Это Фанья, о который Вы говорите?
Есть люди, которые делали
жуткие вещи, чтобы выжить,
как, не приведи Господь,
каннибализм.
Есть люди, скрывающие семьи,
которые у них были до войны.
Если никто не может увидеть их
свидетельства, зачем они их дают?
После их смерти доступ к свидетельствам
открывается для исследовательских целей.
Я могу получить доступ к этому
защищенному свидетельству,
если попрошу его для исследования.
Это нужно тебе для исследования?
Рабби Йоэль,
зачем всё это?
Узнать кто моя мать.
Она - не Фанья Хальберштам.
- Оставь.
А что с истиной?
- Истина?
Это твоя Дурная Наклонность,
которая маскируется под истину.
Это твоё эго.
Истина - лишь моё эго?
Йоэль,
ты верующий еврей?
И...
Так делай, что говорят,
и забудь об этом.
Вы видели, что написали о заседании?
"Вчера было повторное слушание
о жутком Лендсдорфском деле.
Центр Холокоста представлял
доктор Йоэль Хальберштам,
эксперт с мировым именем
по венгерскому еврейству во время войны".
Обо мне, как всегда, ни слова.
В чем дело?
Это защищенные свидетельства?
- Да.
В 50-х был убит один из свидетелей.
Люди боятся говорить о том,
что я сейчас рассказываю.
Я боюсь подвергнуться репрессиям.
Люди боятся. Даже сегодня.
Это убийство так и не было раскрыто.
С тех пор ничего не изменилось.
Отрицающие правду
говорят, что ничего не было.
Но это случилось.
Если раскроете глаза, то увидите.
Я ничего об этом не знаю.
Мы просто слышали,
что там проходил праздник.
А потом они ушли стрелять евреев.
Я видела евреев,
тех, что были на принудительных работах.
Они были несчастны.
На самом деле, нас всех принуждали
работать.
Мы были обязаны.
Но кто-то должен был остаться в живых,
свидетель,
который видел бы захоронение.
Из Вашего свидетельства я понял,
что Вы были в Лендсдорфе в марте 1945.
И я хотел бы с Вашей помощью углубиться
в детали случившегося там.
Я вообще не хотел бы,
чтобы обо мне узнали в связи
с этой историей.
Когда после войны полиция вызвала
моего друга в Вену для свидетельства,
он был убит по дороге.
Я понял, насколько это опасно.
Я решил, что не скажу ни слова.
Вы упомянули о группе
из 10 евреев,
которые рыли могилы для 200 убитых.
Да.
- Арье Клюгер был одним из 10.
Да.
- Говорил ли он Вам, где находится захоронение?
Нет.
Мы лишь слышали выстрелы издалека,
где-то с южного направления.
Когда во второй раз взяли
тех десятерых,
Вы снова слышали выстрелы?
Нет.
В Лендсдорфе у нас не было молитвенника,
а мы хотели молиться.
И мы решили, что каждый попытается
вспомнить молитву, которую слышал дома,
найдёт бумагу, запишет молитву
и подпишется рядом с ней.
Вот.
Все, записанные здесь, были в Лендсдорфе?
Во время марша смерти
я спрятал молитвенник здесь.
Я привязал его веревкой к телу.
Это было опасно, но...
Но этот молитвенник спас мне жизнь.
Как?
Я мог молиться. Понимаете?
Я хранил его всё это время.
А теперь я решил:
раз Вы так отважно стремитесь
узнать правду о Лендсдорфе,
хочу Вам отдать
этот молитвенник.
Берегите его,
и пусть он придаст Вам сил.
Свидетельство о браке (идиш)
Невеста
Фанья Хальберштам (Хеммель)
Удостоверение личности
Фанья Хальберштам
Как прошло интервью?
Нормально.
- Только "нормально"?
- Да.
Мне нужно Ваше разрешение
на доступ к этому защищенному файлу.
Это для слушания?
Да.
А где обоснование?
Я нашел ее через свидетеля,
который упомянул ее.
Ладно.
- Мне нужно прямо сейчас.
"Бачжик Стефа"
Файл о Красной армии
будет через 2 дня.
Они не хотели отправлять
по электронной почте.
Вы можете идти домой.
Это еще одно защищенное свидетельство?
На сегодня все.
Знаете, я мог бы помочь.
Я не дурак.
Нам сказали,
что завтра наш лагерь "выйдет" через
трубы крематория.
У меня появилась сумасшедшая идея.
Я знала, что умру так - через трубу.
Но до газовой камеры я выйду замуж.
Я покину этот мир,
будучи замужем за евреем.
По ночам мужчины приходили
к отхожим местам с телегами,
чтобы увезти отбросы.
Я сказала мужчинам:
Завтра наступит моя очередь
отправиться на небеса.
Но сейчас я выйду замуж
за одного из вас.
Я им говорю: "Тот, кто согласится,
получит мои кожаные башмаки. Хорошие..."
И один сказал: "Я готов".
Он не был красив или уродлив.
Он выглядел хорошим,
достойным человеком.
А другой сказал, что он будет раввином.
А двое остальных стали свидетелями.
Принесли стакан, и раввин
прочитал Кидуш над стаканом воды.
Но оказалось, что есть проблема:
не было Ктувы
(брачный договор).
И я сказала: "Нам не нужна Ктува".
Завтра я отправлюсь на небеса,
и мой жених тоже скоро умрет.
Так зачем нам Ктува?
И вдруг наступила тишина.
И я почувствовала, что Бог Евреев
бережет меня.
Мне рассказать Вам,
как я попала в лагерь?
Я была служанкой в доме у евреев.
Хорошие люди.
Моя мать, которая была их служанкой,
однажды ушла, когда мне было
всего 3 или 4 года,
и не вернулась.
И я осталась у евреев.
Я знала все их праздники.
Я пила Кидушное вино по шабатам,
я ела мацу.
Когда пришли нацисты,
я сказала, что я еврейка, и меня забрали.
Меня все равно ненавидели в деревне
за любовь к евреям.
На самом деле, в лагере
я была счастлива.
Все были евреями,
и впервые я тоже.
Да.
Тогда подпишите чеки у Ицхака
и отправьте с посыльным.
Да.
Ривки, не забудь о бронировании, хорошо?
Отлично.
Спасибо. До свидания.
Я хотел поговорить с тобой о маме.
- Что такое, Йоэльчик?
То, что я хочу сказать...
Мама - не та, кем мы ее считаем.
Это имеет значение для меня
и для тебя.
Что?
Она не еврейка.
Мама?
Я нашел ее свидетельство.
Целая история.
Она гойка (не еврейка).
Йолечка, о чем ты говоришь?
Взгляни.
Я покажу это Арону.
Взгляни сама.
- Я покажу это Арону.
При чем здесь Арон?
Это документ о нашей матери.
Вот именно. Это документ.
Арон отлично разбирается в документах.
Ты мне не доверяешь?
- Йоэль, чего ты хочешь?
Мама дала свидетельство.
Идем со мной в институт,
я покажу тебе его.
Не пойду. Я что, с ума сошла?
Почему?
- Почему? Я на работе.
Здесь никого нет.
- Я покажу Арону. Вот и все.
"... стенали от работы, взывали к Богу..."
"...Бог услышал их стоны..."
Было 2 часа ночи,
как я Вам и говорила,
когда я услышала крики
в то время, как они их
расстреливали.
Я закрыла все окна
и заткнула уши,
чтобы не слышать.
А потом мы...
Потом люди говорили об этом.
Но все держалось в секрете.
У нас не было доступа к этому месту.
Невозможно было подойди близко.
Все охранялось.
Поэтому я не могу сказать,
где они захоронены.
Итак, есть 54 человека,
которые упомянули Лендсдорф.
Из них я исключил всех, рожденных до 1915:
их, скорее всего, уже нет в живых.
Остаются Биренбойм,
Штернбергер, Ротенберг, Броди,
Цвебнер, Фридман,
Фукс, Крицер и...
Унгер.
Да, Унгер.
Хорошо. Биренбойм, Цвебнер и Фукс
нам не помогут: они уже умерли.
Крицера мы нашли, но у него не было
нужной нам информации.
Пытаясь найти остальных, мы дали
объявления в газеты по всему миру.
Никаких результатов за 10 лет.
Что с Бачжик?
Она нам не поможет.
Как Вы узнали о Бачжик?
Она лежала на столе.
На столе?
Знаете, мы работаем над этим вместе.
Это...
просто любопытство, не знаю.
Йоэлечка...
Ты не на работе?
Что сказал Арон?
Мы переговорили с раввинами,
и они сказали, что это просто сомнение.
Сомнение?
Но написано, что она - польская гойка.
- Может, это фальшивый документ.
Многие евреи прятались под гоев.
- Мирочка...
Она сама это ясно произносит.
У меня есть еще документы.
Это - сомнение.
И все останется как есть.
Мирочка, нам нужно пройти Гиюр
(обряд принятия иудаизма).
Еще одно слово, и я больше в жизни
не смогу тебя видеть. Ты меня понял?
Я говорила отцу,
что все эти исследования,
ради которых ты бросил ешиву,
были огромной ошибкой.
Это не просто поиски.
Я - ученый.
И это - моя жизнь.
Если ты волнуешься о свой
жизни, женись, построй дом.
Брось всю эту ерунду.
Ты разрушил свою жизнь.
Я не позволю тебе разрушить нашу.
Ты подумал, что будет с мамой?
Что за святотатство!
Ты волнуешься об этом
или о своей репутации?
Ты пойдешь в суд раввинов,
и все узнают?
У меня есть 32 внука,
5 семей, благослови их Господь.
Ты не превратишь их в гоев.
Они уже гои! Как и ты! Прекрати лгать!
Оставь!
Думаешь, если расскажешь,
мама позволит тебе здесь жить?
Куда ты пойдешь? Кто тебя примет?
Кто будет твоей семьей?
Институт?
Ты едва справляешься с ролью отца.
Без нас ты - ничто!
А что с твоей бывшей женой?
Что она сделает, когда услышит, что ты...
Своего Йонатана ты тогда
больше не увидишь.
Йонатан, еще раз.
"Спустя долгое время умер
египетский властелин. Сыны..."
Подойди.
Что это?
"...долгое..."
- Что?
"...долгое..."
- Еще раз.
"...долгое..."
"...время..."
Отлично. Продолжай.
"Спустя долгое время..."
Здесь очень мило.
Как будто в настоящем доме.
Соболезную в связи со смертью
Вашего отца, Шимона Фаркаша.
Мы исследуем массовое убийство
в трудовом лагере, в котором он находился.
Мы хотели бы узнать, говорил ли
он Вам что-нибудь об этом?
Вообще я надеялась, что Вы
что-то расскажете.
Сам он не рассказывал.
У меня есть кое-что.
Это все, что у него сохранилось с войны.
По правде говоря,
мы мало что знаем.
Родившись в Венгрии, он попал
в трудовой лагерь в Лендсдорфе в Австрии.
Он был ранен при побеге...
- Нам он рассказывал, что был в России.
Мы вообще не знали,
что он пережил Холокост.
Он говорил, что всю войну провел
в трудовом лагере в России.
На его похороны приезжал иностранец,
который сказал, что был с ним в лагере.
Мы его не знали.
Я еще помню, как сказала мужу:
"Этот человек не выглядит русским".
А как он выглядел?
Как-то вроде немца.
Вы помните, как его звали?
Понятия не имею.
Вы можете рассказать
мне об отце что-то еще?
Ничего.
Я надеялся, что Вы мне расскажете.
Простите.
Нашли что-то?
Вейсембург.
Схема марша смерти в Австрии.
Если не получится со следующей,
то у нас проблемы.
Вы понимаете, что это значит?
Только не упоминайте
ее брата Авраама.
Почему?
Она уверена, что он погиб из-за нее.
Она поклялась отцу заботиться о нем.
В свидетельстве, которое Вы дали
40 лет назад, Вы говорили,
что находились в Лендсдорфе. Помните?
- Конечно.
Вы слышали крики убиваемых во время Пасхи евреев.
Да, конечно.
Это замок, Палатц.
Вы помните, откуда
раздавались крики?
Они были на поле.
- Каком поле?
Здесь.
- Здесь?
Да, поле.
Здесь были деревья.
Деревья.
- Да.
На поле были деревья?
- Да.
Там было убито много больных евреев.
А потом нацисты приехали на грузовике,
с палками, вот так,
и затолкали убитых в яму.
Где это произошло?
Это случилось там.
Я была с Авраамом.
Я была с Авраа...
Лея?
- Да.
Вы видели то массовое убийство?
Да, конечно.
- Где были Вы?
Я была там, там были деревья.
Где были Вы в момент бойни?
Там. С Авраамом.
Нет. Он был в Освенциме.
Где были Вы во время бойни?
Освенцим?
Авраам попал в Освенцим? Почему?
Я хотела, чтобы он пошел со мной.
Где были Вы во время бойни?
Здесь!
Здесь?
- Здесь.
Именно здесь?
- Да, здесь!
Вы были на месте?
- Они уби... - Где?
Где были Вы?
Они убили Авраама.
Откуда Вы видели бойню?
- Они убили Авраама.
Почему они забрали его у меня?
Я присматривала за ним.
Все. Все закончилось. Выпейте воды.
Закончилось? Почему?
Я хотела рассказать.
- Лея, все в порядке.
Почему все закончилось?.. Почему?..
Мама...
Он хороший.
- Кто?
Паренек.
Чаевые для официанта.
Я уже заплатил.
Ну тогда отдай Йонатану.
- Мама, мне не нужны деньги.
Мама.
Тебе знакома эта фотография?
Это Шушана Вайнштейн, узнаешь?
А эту женщину знаешь?
Это папа.
Это фотография с его свадьбы.
А это - Фанья Хальберштам,
его жена.
Мама.
Мама!
Слушай, Израиль,
Господь – Бог наш, Господь один!
Благословенно славное имя
царства Его во веки веков!
Поздравляем!
Поздравляю, Йоэль!
Что происходит?
Йоэль, это Ваш новый офис.
Поздравляю.
Где папки, которые были в столе?
Мы все собрали,
не волнуйтесь. Их принесут.
Посмотрите.
Доктор Йоэль Хальберштам,
старший исследователь
в Иерусалимском центре Холокоста,
ведет ежедневную борьбу
с отрицателями Холокоста.
Но не только его риторика отличает его.
Человеческая натура склона забывать.
Моя роль как верующего
еврея - помнить.
Доктор Хальберштам выделяется
своей религиозной совестью,
широкими знаниями и
неустанным поиском правды.
Мы встретились с доктором Хальберштамом
в его офисе...
Благодаря отличному интервью Йоэля
на них было оказано давление,
и они предлагают компромисс.
За Йоэля.
Йоэль, Вы не могли оставаться там,
в своей клетке.
Я хочу, чтобы у Вас был презентабельный
офис, где можно принять журналистов.
Каков компромисс?
Они предлагают музей.
Они сознаются в 200 убитых?
В десятках.
Они продолжат стройку?
Музей будет построен прямо там.
А что с захоронением?
Что Вы предлагаете?
- Найти захоронение.
Йоэль, даже если Вы
найдете доказательства,
захоронение Вам не найти.
Мы оба это знаем.
Тогда за что мы боролись?
За увековечивание
памяти Холокоста.
И музей этому поможет.
И никто больше не сможет сказать,
что в Лендсдорфе не было убийства.
Йоэль,
хоть мы не смогли достичь большего,
Вы правы.
Йоэль.
Я открываю второе заседание
по делу в Лендсдорфе.
Мы не получили новых улик?
Это так.
Как я понимаю, вы ведете переговоры
о компромиссе?
Да, это так.
Мы считаем, что у нас есть
новая улика.
Это предположение или факт?
Факт.
- Тогда почему вы его не представили?
Речь идет о защищенных свидетельствах.
Мы должны переговорить с выжившими.
Это неприемлемо.
Вы не можете задерживать нас,
не предоставив новых улик.
Йоэль.
Мы бы хотели пересмотреть наш
договор, потому что новые факты...
По закону
вы не имеете права требовать немедленного
предъявления секретных документов.
Даже Гаагская конвенция
предполагает специальный запрос
для просмотра подобных документов.
Когда вы предъявите все
новые доказательства?
Через 2 недели.
Вы понимаете, что если окажется,
что у вас нет необходимых улик,
другие стороны имеют право
выдвинуть обвинения?
Мы не можем принять...
- Да.
Я даю вам неделю
на предъявление всех улик.
Заседание объявляется закрытым.
У них нет никаких полномочий
в части закрытых документов. Никаких.
Мики, оставьте нас на минутку.
Вы говорили о защищенном свидетельстве,
которое Вы у меня запрашивали?
Почему не сказали мне?
Вы согласились с ними
на памятник?
Я очень надеюсь, что Вы знаете, что делаете.
Нам грозит миллионный иск.
Я веду это расследование. Когда у меня будет,
что Вам сообщить, я сделаю это.
Новостей нет.
Есть несколько несоответствий.
Советский следователь говорит о 8 трупах,
а мы говорим о 200.
Он говорит лишь о мужчинах,
а по нашим свидетельствам были и женщины.
Только мужчины?
Где исходный документ?
Когда Вы это получили?
- Сейчас. Из архивов Красной армии.
Да. Мужчины. Правильно.
Он также упоминает свидетеля.
Ну да, речь о Хеллере,
который не добрался до суда.
Нет, написано, что он отказался.
- На английском написано другое.
Неправильно перевели.
На русском написано "отказался".
И?
Вы не понимаете, что это значит?
Это значит, что у нас есть свидетель.
- Они имеют в виду Хеллера.
Хеллер не отказывался.
Он поехал и его убили.
Смотрите. Документ обозначен сентябрем.
Хеллер был убит в апреле.
- И?
Значит, есть еще один свидетель.
Принесите все документы о суде 1947 года.
Дайте посмотреть.
Август 1947. Вызовы в суд
свидетелей о деле в Лендсдорфе.
И никто не явился.
Русские знали еще об одном свидетеле.
Но он сбежал от них.
Иначе бы его заставили явиться.
Скорее всего, он услышал об
убийстве Хеллера.
И что он сделал?
- Что он сделал?
Он сменил имя.
Проверьте Штернберга, Ротенберга,
Фридмана, Унгера и Броди.
В МИДе Австрии, Венгрии и Германии.
Проверю сначала у австрийцев.
- Подождите, дайте список.
А эти кто?
Мы же не хотим, чтобы они узнали,
кого мы ищем, и добрались до него раньше.
Стефа Бачжик.
Расскажите о ней.
Она не важна.
Наш ключевой свидетель не важен?
Защищенное свидетельство, которое мы должны
им подать в течение 6 дней.
Вы с ума сошли?
Вы используете свое положение, чтобы узнать
личную информацию. Вот что Вы делаете.
Я не еврей.
Что?
Стефа Бачжик - моя мать.
Ваша мать?
Это повод подставить под удар всех нас?
Вы думаете, это кому-то важно?
Когда Вы пришли ко мне
в своей черной одежде
и в этой шляпе,
мне было важно кто Вы?
Я приняла Вас на работу.
Мне не было важно, кем
являетесь Вы или Ваша мать.
Йоэль, я скажу Вам кое-что.
Никому не важно,
подчеркиваю - никому,
что Вы считаете
себя посланником Господа.
"Моше сказал Богу..."
"Приду я к сынам Израиля..."
"Приду я к сынам Израиля..."
"И скажу им..."
"Меня послал к вам Бог ваших предков"
"А они меня спросят: “Как Его Имя?"
- "А они меня спросят..."
"А они меня спросят..."
- "А они меня спросят..."
"А они меня спросят: “Как Его Имя?”
Что я им отвечу?"
Ты готовился?
Да.
Йонатан, ты врешь мне?
- Нет.
Открой.
Открой книгу и прочти.
Но папа...
- Прочти!
"Моше сказал Богу..."
"Моше сказал Богу..."
"Приду я..."
Продолжай.
"к сынам Израиля..."
"и скажу им..."
Продолжай.
Ты выучишь текст к своей
Бар-мицве, ты слышишь?
Это священная книга,
подними ее.
Сейчас!
Да, слушаю.
Алло, говорит доктор Хальберштам.
- Да.
Да. Я запросил только 15 имен.
Это наши списки с 1945 года.
Здесь тысячи записей
без подлинных имен.
В наших списках нет подлинных имен.
Это значит, что с 1945 года
данные никто не проверял?
Похоже, что нет.
Каким образом я должен проверить
тысячу имен в течение недели?
Это бесчеловечно.
Простите, это все что я могу....
Это бесчеловечно. Бесчеловечно!
Это все...
- Спасибо.
Подойди, сядь.
Йонатан, я хочу извиниться
за вчерашнее.
Я не выучил то, что был должен.
Почему?
Папа, я пренебрег учебой.
Ты хороший мальчик, Йонатан.
Не волнуйся, у тебя будет
красивая бар-мицва.
Хорошей субботы.
- Хорошей субботы.
Алло.
- Свидетельница Вас ждет.
Может, Бах?
Бурм!
Мой отец получал от него
письма.
Его имя было на конвертах.
- Вы уверены?
Бурм Херман.
Алло.
Господин Бурм?
- Да.
Говорит дочь Шимона Феркаша.
Вы знакомы с ним?
Нет.
Я видела Вас на похоронах отца,
не помните?
Нет.
Господин Бурм, Вы единственный,
кто знал его с войны.
Я могу задать Вам вопрос?
Что Вам нужно?
Вы были с ним в Лендсдорфе?
Да.
"ЛЕНДСДОРФ"
Доброе утро.
- Доброе утро.
Господин Хальберштам?
- Да.
Где господин Бурм?
Где господин Бурм?
Да, дайте мне его.
Алло?
Хальберштам?
- Господин Бурм, где Вы?
Здесь братская могила.
В 1247 шагах на север от церкви.
В лесу?
Вы считали, что Подецин убьёт
200 человек в поле,
когда русские уже на подходе?
Он уничтожил все улики.
Какие улики?
Людей, которые рыли могилу,
и все документы.
Где он уничтожил документы?
Там, где Вы стоите.
Клюгер их уничтожил.
- Арье Лейб Клюгер?
Подецин приказал ему уничтожить их.
Господин Бурм,
Вы должны дать показания.
Копайте, Хальберштам, копайте.
Алло.
- Господин Бурм, здесь ничего нет.
Вы недостаточно хорошо рыли.
Вы мой единственный свидетель.
Вы должны дать показания.
Вы думаете, что с окончанием войны
они прекратили нас ненавидеть?
Война не окончена. Люди всё те же.
Нам нужно выживать, Хальберштам.
У меня семья.
Я хочу жить.
Мама?
Мама?
Мама.
Госпожа Фанья,
дочь Мирьям,
да вступитесь вы (перед Господом)
за детей ваших
и весь народ Израильский.
Ступайте с миром,
покойтесь с миром.
Встанете по жребию вашему
в конце дней.
Страдание ваше закончено.
Что с Вами случилось?
Свидетель не помнит
место захоронения?
Он указал 1247 шагов на север
от церкви. Могилы там не было.
1247 шагов на север от церкви -
это вообще не на южном поле.
"8 мужских тел на южном поле".
Не врет же он?
Бурм сказал, что могила находится
по северной линии деревьев от церкви.
На север от церкви.
В 1945 линия деревьев была ближе
к церкви. Вы не там рыли.
Это неважно,
он считал от церкви.
Какая-то бессмыслица.
Где русские нашли тела?
Что говорили русские?
Только мужчины.
- Да, 8 мужских тел.
Но мы знаем, что женщины тоже были.
Почему нашли только мужчин?
Может случайно нашли лишь мужчин.
Два убийства.
- Что?
Русские нашли 8 тел. Мы думали, что они
не достаточно хорошо рыли,
и остальные тела находятся там же.
И?
Может, мы ошибаемся,
и это все, что там было?
Мы ошибались.
Было 2 убийства.
Подецин убивает 200 человек
в лесу.
Берет 10 человек для захоронения,
а потом убивает их
на южном поле.
Как Вы это докажете?
У Вас ни могилы, ни документов.
Документов нет.
Клюгер сжег их.
Кто такой Клюгер?
- И за...
Молитвенник.
Скажите, русские разбомбили деревню?
Помню, что читал об этом.
Где молитвенник?
Где молитвенник?
- Какой молитвенник?
Молитвенник Йеушуа.
- В верхнем ящике.
Йоэль, взгляните.
Насколько я поняла, стороны,
наконец-то, достигли договоренности?
Я хочу отметить, что наша
договоренность строится
на признании австрийской стороной
массового убийства в Лендсдорфе.
Мы, естественно, признаем возможность
подобного зверского убийства.
Оно могло произойти.
Йоэль?
Госпожа,
у меня есть сведения, определяющие
точное место массового убийства.
А Вы кто, господин?
Доктор Хальберштам.
Простите, я Вас не узнала.
Это имена евреев,
убитых в Лендсдорфе.
Эти люди были отправлены из Кузака
в Лендсдорф 24 марта 1945.
После этого любые их следы теряются.
Это список с именами жертв.
Документ подписал Подецин,
местный офицер гестапо.
Каков источник документа?
Этот документ
был найден в молитвеннике,
переданном мне
вот этим человеком,
пережившим Холокост.
Вы можете говорить.
Меня зовут Йеушуа Ротенберг.
Я был в трудовом лагере в Лендсдорфе.
Мой хороший друг Арье Лейб Клюгер
украл бумаги и записал
на них молитвы.
Я не знал,
что на обратной стороне этих листов
находится список с именами жертв.
Клюгера отправили вырыть братскую могилу.
Он украл эти документы,
которые Подецин собирался сжечь.
Силы русских были всего в 10 километрах.
Подецин намеревался скрыть убийство.
Он собрал группу из 10 мужчин
в трудовом лагере в Лендсдорфе.
Их направили вырыть братскую могилу
в лесу к северу от церкви.
Арье Лейб Клюгер, Йосеф Хеллер
и Херман Бурм были в этой группе.
Что насчет могилы на южном поле?
Жертвы не были захоронены на южном поле.
После завершения резни в лесу
этих 10 человек отправили закопать трупы.
Тогда Бурм и Хеллер сбежали,
а остальных отвели на южное поле
и убили.
Нацисты не потрудились скрыть тела.
Именно об этих 8 телах
и говорит русский следователь.
Именно поэтому мы и не смогли
найти там 200 тел.
Вопрос о месте братской
могилы остается в силе.
Мы знаем, что Вы ее не нашли.
Все это ложные обвинения.
- Более нет.
Это южное поле.
А это местонахождение братской могилы.
Господин Бурм знал, что могила находится
в 1247 шагах к северу от церкви.
Но он не знал, что церковь разбомбили
во время войны,
а новая церковь построена на другом месте.
Мы копали не в том месте.
Здесь настоящее
место нахождения захоронения.
Я рассмотрю Ваши заявления
и приму решение.
Заседание объявляется закрытым.
Большое спасибо.
Спасибо, что пришли.
Йоэль, спасибо.
Остановитесь!
На утро после свадьбы
нас отправили в газовые камеры.
Одна из женщин закричала.
А у меня легко на душе.
Я больше не боялась умереть.
Я закрываю глаза
и вдруг слышу такой...
Стук по трубам.
И я думаю:
вот так и приходит смерть.
А потом вдруг
я услышала крики,
много криков.
Я открываю глаза и вижу немцев,
вышвыривающих нас
из газовых камер.
Вы поняли?
Газ не пошел.
Спустя 2 дня пришли американцы
и освободили лагерь.
А потом Йосеф Ицхак пришел и сказал:
"Идем, ты моя жена".
Я хотела сказать ему:
"Я гойка".
Но он сказал: "Нас свели небеса".
ПОСВЯЩАЕТСЯ ТЕМ, КТО ПОТЕРЯЛ ВСЁ
И ВЫБРАЛ ЖИЗНЬ.
 

////////////////////////////