«Семь воронов» — чешско-словацкий фильм-сказка 2015 года режиссёра
Алисы Неллис. «Семь воронов» — это история молодой женщины, которая
берет на себя задачу спасти своих братьев и избавить их от проклятия,
наложенного на них их матерью. Это история о мужестве, выносливости,
силе слов, правде и любви.
Все фразы и цитаты
СЕМЬ ВОРОНОВ
Итак, было одно королевство,
о котором мы хотим рассказать.
И была королевская семья,
о которой говорили всякое.
Что вы опять там делаете,
принц Бартоломей?
Будьте осторожны, принц Норберт!
Был также тёмный лес,
и в нём, как полагается
в каждой сказке, жила колдунья.
Она была особенной.
О ней говорили, что она родила котёнка.
Также была деревня
и в ней много других историй и судеб.
Человек может сказать где-то правду,
а где-то придумать,
но история, к которой мы приближаемся,
о словах, к которым человеку не стоит
относиться легкомысленно.
О словах, которые нужно складывать осторожно,
как пекарь буханки хлеба.
Именно здесь, в запахе хлеба
и в клубке многих запутанных историй,
в один прекрасный день родилась Богданка.
Ну вот видите?
Вы уже не надеялись.
Господь Бог вам воздал.
И правда.
Богданка была ребёнком, который с малых лет
приносил своим родителям только радость.
- Это для вас, матушка!
- Спасибо.
Но как бы ни старалась Богданка,
в глазах её родителей всегда оставалась печаль.
И как это обычно бывает,
когда ребёнок не получает ответ на доброту,
он начинает сердиться.
Паршивые негодники, чтоб вас!
Обломаю вам руки!
Спрячемся здесь. Идёмте!
Поймаю, разорву вас в клочья!
Пойдёмте, он не найдёт нас здесь.
Не думайте, что на этот раз
от меня убежите!
От меня так легко не отделаешься!
От меня нигде не спрячетесь.
Зачем у вас столько ботинок?
Что ты там делаешь?
Дети, вам здесь нечего делать.
Давайте, уходите отсюда!
Наверное, мама больше
хотела мальчика, правда?
Посмотрите.
Всё для мальчика.
Не болтай чепуху.
Давай, спускайся.
Тебе тут нечего делать.
Я хочу есть.
Не бегайте, дети, вы делаете сквозняк.
Оставь их.
Боже мой, как ты шьёшь, неумеха?
Это не мешок для картошки.
На этом Богданка будет спать.
Богданка!
Богданка, ради Бога!
Почему ничего ей не скажете?
Ведь она это делает нарочно.
Девчонка растёт как дерево в лесу.
Когда человек злится, он должен молчать.
Что бы она ни делала, ничто не могло
рассердить её родителей настолько,
чтобы они закричали на неё,
как это делают другие родители.
Почему мы здесь шьём перины,
когда у нас на чердаке гора перин?
Для кого были те перины и рубашки?
Для кого всё это было?
Почему вы снова такая грустная?
Ради Бога, почему вы никогда не улыбнётесь?
Или вы на меня не сердитесь?
Почему не закричите на меня,
как это делают другие родители?
Или это того не стоит?
Богданка, ты не можешь
так поступать со своей матерью.
А поскольку Богданка любила своих родителей,
так больше их об этом не спрашивала.
А так уж бывает в жизни,
что когда человек перестаёт спрашивать,
начинает узнавать сам.
Девочки, подождите меня!
Давайте, давайте!
Пошевеливайтесь!
Ещё!
Ну давайте.
- Поторопитесь!
- Опускайте.
Впрягайте коня.
Коня, впрягайте коня!
Там сидит королева, вы, оболтусы!
- Если бы только он не был принцем...
- Тогда бы он был принцессой.
Или если бы мы были принцессами.
Ой, перестань.
Знаешь, как это нелегко?
Они всё утро проводят перед зеркалом.
Конечно подольше, чем ты.
Смотри, за ним ещё один красавец.
На этого такого спроса не будет.
Говорят, королева уже
и невесту ему не ищет.
Н-н-нет. С-с-спасибо.
Мне бы заикание не помешало.
Но знаете, что о нём говорят?
Когда он был маленьким,
он убил своего собственного отца.
Но не нарочно,
говорят, это был несчастный случай.
Вот почему он заикается
после того шока.
Он тебя слышал.
Послушай, если кто-то заикается,
это не значит, что он глухой.
Или глупый, как ты.
Ну, видно, Богданка
нашла себе наконец жениха?
Я бы не смогла выйти за убийцу.
Не говори.
Из того, что нам осталось в деревне,
много не выберешь.
На одну девушку приходится половина,
либо четверть жениха.
Ну, я бы и за него пошла.
Жаль этих пекарских сыновей.
У нас могло быть ещё семь женихов.
- Моя мама говорила, что старший...
- Тише, тише!
Понятно...
Может, мне кто-нибудь скажет,
о чём все знают, а я нет?
Говорят разное.
Кто-то ведь должен знать,
что на самом деле случилось?
Ну, я думаю, что единственная,
кто действительно знает, как это было...
это она.
Ну-ну, я уже иду.
А, так у вас здесь какая-то сходка, да?
Так и будешь там стоять,
или войдёшь внутрь?
Заходи и закрой за собой дверь, Богданка.
Так вы и вправду колдунья?
Я просто хотела убедиться,
что девочки не придумали.
Про сома в пруду тоже говорили,
что это водяной.
Как вы могли узнать, что это я?
Значит, вы меня ждали?
Как много ты говоришь.
Не нужно быть колдуньей,
чтобы это узнать,
так громко ты топала в лесу.
А что касается тебя,
я знаю, что ты Богданка.
Просто ты выглядишь так же, как...
Просто так выглядишь.
Как кто выгляжу?
- Как Богданка.
- Я выгляжу как Богданка?
Как же выглядит эта Богданка?
Наверное, как я?
Будешь заводиться,
или скажешь мне, зачем ты пришла?
Ну, давай покушай, милая!
Ну конечно я не пришла,
чтобы узнать, что я выгляжу как я.
Если вы колдунья, то должны знать,
зачем я пришла, нет?
Ты всегда такая болтливая?
Нет.
Только когда боюсь.
Ну вот, наконец мы узнали
что-то интересное, правда?
Разумеется, я знаю, зачем ты здесь.
Из-за своих братьев.
Так ты ничего не скажешь?
Случайно не хочешь меня
о чём-то спросить?
Значит, это правда.
То, что говорят.
Присядь.
Правды никогда не бывает в словах.
То, что говорят, может
только напоминать правду.
Да. У тебя были братья.
Семь братьев. У них были волосы, как у тебя,
такие же глаза, как у тебя.
Правда бывает только в памяти того,
кто это видел и пережил.
Но это опять же только его правда.
Когда человек стареет,
забывает много всего.
Иногда даже с радостью.
Этот гребень отлично освежает
человеческую память.
Стоит им провести по волосам,
и прошлое бежит перед глазами,
как живая картина.
Я уже вспоминать не хочу.
Тебе нужна только память твоей матери.
Воспоминания, которые она похоронила так глубоко,
что их не потревожишь ни мольбой, ни угрозами.
Тебе только нужно научиться
слушать картины чужих мыслей
и правильно спрашивать.
Вот так же она здесь сидела.
Точно как ты.
Я сказала ей, твоей матери,
чтобы она не играла с судьбой
и была благодарна за то, что имеет.
Что семь здоровых мальчиков -
великое благословение.
Но она всё время хотела девочку.
Хотела от меня колдовства.
Человеческие желания имеют большую силу,
чем множество заклинаний.
Только человек должен уметь
правильно их выразить.
Слова имеют свой вес.
Но нужно их произнести
в подходящее время.
Скажи, где ты была?
Богданка, где ты была?
Никогда ей ничего не скажешь,
и вот посмотри.
Она это делает нам назло.
Не говори так.
Я бы этого не пережила.
Ну-ка отойдите от рубашек!
Как она сказала? Тесто на семерых
разделить на восемь частей.
Испечь восемь буханок.
Теперь выбрать самую красивую.
Разломить и произнести желание.
Эй, Марек!
Отдайте это сюда!
Отдайте это сюда!
А ну прекратите!
Чтоб вы стали воронами!
Ведь каждое колдовство
можно как-то снять.
- Возможно.
- И я сделаю всё, что могу.
Всё?
Ну да, всё. Всё, что вы мне скажете,
всё, что придумаете, я сделаю.
Твоих братьев закляли
слова твоей матери.
Поэтому ты теперь должна будешь
отказаться от всех слов,
на языке и на бумаге,
чтобы твоё молчание
дало силу твоим словам.
Понимаешь?
Твоему желанию, которое ты сможешь произнести,
когда придёт время.
Понятно. И когда я могу начать молчать?
Сейчас.
Умеешь шить?
Человек отличается от зверя тем,
что закрывает свою наготу.
Поэтому ты сошьёшь братьям рубашки,
которые вместе с твоим даром молчания
вернут им человеческий облик.
Каждому из них.
Без чьей-либо помощи.
Сама скрутишь нить,
сама соткёшь полотно
и сама сошьёшь каждый шов.
И только когда все рубашки будут сшиты,
можешь заговорить и произнести своё желание.
Хорошо.
Но это не будут простые рубашки.
Сегодня же ты отправишься
через Чёрный лес к Голубым скалам.
Ты болтлива и без слов, верно?
Нет-нет-нет.
С родителями ты уже не попрощаешься.
Как бы это ни было, но это была твоя мать,
которая закляла твоих братьев.
И её боль, к сожалению,
является необходимым условием.
- Я это предвидела.
- Ну будет.
Я не должна была на неё кричать.
Лучше бы я отрезала себе язык.
Итак, сегодня же ты отправишься
через Чёрный лес.
Никто не должен знать, где ты,
и никто не должен тебя искать.
В долине ты найдёшь ручей,
который приведёт тебя
к высоким вершинам Диких гор.
Там в глубине леса найдёшь поляну,
которая называется Зелёным морем.
Это и есть твоя цель.
Из крапивы Зелёного моря
и из твоей боли
ты должна скрутить нить,
соткать полотно
и сшить рубашки твоим братьям.
Наверху в скалах ты найдёшь
просторную пещеру.
Она будет отныне твоим домом.
Женщина, она как конь.
- Как к-к-конь?
- Ну конечно, как конь.
Стоит ей почувствовать, что ты
в чём-то неуверен, и ты у неё в руках.
И она может с тобой делать, что хочет.
Прежде всего их не нужно бояться.
Я думаю, что с-с-с конями всё-таки
легче с-с-справиться.
- Кабан. - К-к-ка...?
- Ну дикий кабан! Посмотри на эти тропинки.
Я говорил егерю сделать вокруг ограду.
Так ничего не останется для муфлонов.
А муфлонов не останется для нас.
И нам не останется ничего другого,
как стрелять этих дурацких кабанов.
Давайте!
Постойте!
Там, кажется, ещё один.
П-п-подожди, может, они ещё мол...
Что "мол-мол..."?
Чем моложе, тем лучше.
Мы н-н-не можем его так з-з-здесь оставить.
А что, я должен потратить ещё одну пулю?
Отличная добыча для тебя!
Он почти не двигается.
Так что давай, герой!
Смотри, а вот и наш поросёнок!
З-з-зачем в нас кидаете к-к-камнями? Мы...
А было бы лучше, если бы она
кидала в нас чем-то ещё?
Девушка, в принцев вообще ничего не кидают.
В лучшем случае взгляд. Но, но!
Куда ты спешишь с этой дохлятиной?
Это наши угодья, наш ворон.
Ты тут занимаешься незаконным отловом, да?
Но... Наш маленький чёрный поросёнок онемел.
- Ос-с-ставь её.
- Ещё чего.
Это твоя вина.
Ты просто боишься этих женщин.
Норберт, оставь её!
Скотина.
Ты за это заплатишь!
Зачем в неё стреляешь, болван?
Она нужна нам живой.
Я с-с-стреляю н-н-не в неё,
я с-с-стреляю в тебя.
Ты сумасшедший,
сумасшедший заика!
Я з-з-знаю, что н-н-не очень хорошо с-с-стреляю,
но н-н-не хочу попасть в твою л-л-лошадь.
Почему?
П-п-потому что т-т-твоя лошадь мне н-н-нравится.
Какого чёрта ты это делаешь?
Я с-с-сумасшедший.
Не знаю, п-п-почему это д-д-делаю.
О, Боже!
Ты пришла в последнюю минуту.
Но теперь он выживет.
Как же это случилось?
Ах да.
Заяц?
Кнут?
Кабан, кабан.
Дикий кабан. Убегает?
Дикий кабан убегает...
Нет, нет, нет.
Два... На коне?
Двое на конях, двое на конях.
Красавец на коне.
Глупый? Глупый красавец?
Глупый красавец на коне.
Стреляет? Стреляет!
Значит, герой.
Ага, стреляет во всё, что движется.
Главное, что ты подоспела вовремя.
Королевская кровь.
Они братья, не так ли?
Что скажешь, милая?
Я был с ним, когда он упал.
Король сражался до последнего вздоха.
Я говорила брату,
но он меня никогда не слушал.
Это неправда!
Он должен вернуться.
Он мне это обещал.
Он должен вернуться,
чтобы увидеть нашего ребёнка.
Мы хотели объявить это, когда он вернётся.
Он мечтал увидеть,
что у королевства будет наследник.
Я понимаю, что ты чувствуешь.
Я хотела подождать с этой радостной новостью
до твоего возвращения, дорогой.
Но сейчас для нас важно
каждое доброе известие.
Я тоже жду ребёнка.
Господь Бог даёт и забирает.
Но у тебя есть мы.
И мы о тебе позаботимся.
Осторожно, дорогая.
- Ваше Высочество.
- Иди, дай мне руку.
Спасибо.
Иди.
Полежи тоже в ванной.
Знаешь, что такие вещи не для меня.
Что бы ты желала для своего ребёнка?
Чтобы он был мальчиком.
Ты слышишь? Ты должен быть мальчиком.
А что бы ты желала для своего?
Я?
Чтобы он был здоровым,
и чтобы долго жил, и чтобы...
Был, каким ты хочешь.
Уже началось?
Положите это здесь и спешите. Скорее!
Только не к бабке Янсеновой,
у той каждый второй ребёнок умирает.
Бегите к Кржецкой, за лес.
- Но это же...
- Быстро, быстро!
Я побуду вместе с ней,
пока не начались роды.
Выпей пока это.
Тебе станет легче.
Совершенно очевидно - это работа дьявола.
Где мой ребёнок?
Где мой ребёнок?
Сжечь её! Сжечь!
Позаботься о нём.
Он ни в чём не виноват.
Я не колдунья, вы слышите?
Я не колдунья!
- Сожгите её!
- Я не колдунья!
- Послушай!
- Я не колдунья!
Слушай! Раз они считают тебя колдуньей,
намного лучше быть колдуньей,
чем ей не быть. - Но почему?
Помолимся.
Видишь ли?
С колдуньями...
ну с теми добрыми колдуньями
всё обстоит немного сложнее,
чем полагают люди.
Потому что добрая колдунья
может помогать всем остальным,
но никогда не себе. Поэтому тогда
она помогла мне. И когда она мне
сказала, как, то и я помогла ей.
Она и вправду меня многому научила.
И этот гребень, он тоже от неё.
Оставь его себе.
Может, он когда-нибудь тебе пригодится.
Всё равно я сама себе не могу помочь.
Ну я знаю. Я говорила тебе,
что желание сильнее,
чем колдовство.
Но наверное не всегда.
Хотя моё желание всё-таки сбылось.
Двадцать лет для кота -
почтенный возраст,
а он ещё в добром здравии.
Должна ли я желать,
чтобы мой ребёнок не был кошкой?
Только летать пока не сможет.
Так значит, принц Бартоломей помог тебе.
Могу я тоже быть немного
любопытной, нет?
Что? Так да или нет?
И всё так же заикается?
Ну беги!
В-в-вы всегда бросаете к-к-камни в-в-во всех,
или т-т-только в м-м-меня?
В-в-вам не нужно б-б-беспокоиться.
Брат с-с-сегодня охотится в другом м-м-месте.
Вы меня слышите?
В-в-вы её что, ох-х-храняете?
Й-й-я просто х-х-хотел узнать, к-к-как он...
Н-н-наверное, он всё ещё з-з-злится.
Вы здесь ж-ж-живёте?
А эт-т-то для чего?
К-к-крапива.
Н-н-наверное, уж-ж-жасно жжётся.
А, с-с-сушить.
Не понимаю.
П-п-прялка.
Ш-ш-шить?
Так в-в-вы здесь делаете рубашки?
Но зачем?
Когда я совершенно спокоен,
то п-п-почти не заикаюсь.
Но совершенно спокойным
я почти никогда не бываю.
С вами это легче.
Большинство людей
нач-ч-чинают гов-в-ворить
раньше, чем я успею сказать.
И я нервничаю.
Почему вы не говорите?
Н-н-наверное, мне не скажете?
Н-н-ничего страшного.
Я это з-з-заслужил.
Спасибо.
Это не страшно.
Ну... я пойду.
Й-й-я сказал б-б-брату,
что это н-н-не очень
х-х-хорошая идея.
В-в-вазы у вас наверное нет?
Я вам помогу.
Что вам надо?
Оставьте п-п-плащ! Что происходит?
Я должен её унести!
Теперь ей нужен покой.
Ну ты сошёл с ума!
Когда ты таскал в дом
больных котят и птиц,
я это ещё терпела.
Когда ты приволок раненого муфлона,
я говорила себе:
маленький бедный заика, у него нет друзей,
так хоть эти бессловесные твари.
Но это уж чересчур!
Что это ещё такое?
- М-м-мама, это...
- Норберт мне всё рассказал.
Да.
И о тех тайных поездках, и о всяких глупостях,
которые там вместе делаете.
Если и есть сумасшедший, больший чем ты,
это не значит,
что мы здесь его будем нянчить,
чтобы ты себя чувствовал нормально.
Кыш! Давай же, Норберт!
Чего вы ждёте?
Чего вы ждёте?
Уносите её.
Это не очень хорошая идея.
О, Боже!
Кыш! Отродье!
Чего вы стоите?
Выгоните их! Ну же!
Ос-с-ставьте! Не трогайте их!
Ну же, Норберт!
- Я к ней не прикоснусь.
- К ней не прикоснётся никто!
- Что ты себе позволяешь?
- Мама!
- Не груби матери.
- И ты помолчи тоже!
Эта девушка останется здесь,
и вы будете относиться к ней с почтением.
Как к принцессе,
а может, и как к будущей королеве.
- К какой королеве?
- Почему ты не заикаешься?
- Он не заикается.
- Он не заикается.
- Почему ты не заикаешься?
- П-просто не заикаюсь.
А если бы и заикался,
или блеял, как коза,
я остаюсь вашим первенцем
и наследником престола.
Ну... разумеется.
Меня только немного удивляет.
Что я могу стать королём?
Или что я не заикаюсь?
Но... это же отличная новость!
Что ты не заикаешься.
И с этим престолом,
это конечно... очень занимательно.
Ну! Раз ты теперь не заикаешься.
Потому что, разумеется... ты первенец,
и несмотря на несчастье, постигшее твоего отца,
в котором ты не виноват,
понятно, что ты мог бы хотеть...
- Но мама, вы же говорили...
- Ну же, Норберт!
Такое радостное событие!
Ну, кыш, кыш!
Это нужно отпраздновать.
Мы вас тогда здесь оставим,
чтобы дать нашей пациентке отдохнуть.
Главное - это покой.
Всё хорошо.
Тебе надо лежать. Ну давай!
Я знаю про твои рубашки.
Но прежде тебе нужно поправиться,
а потом снова можешь
копаться в своей крапиве.
Хорошо, но ты можешь
это делать в сухости и в тепле.
Потому что я сильнее, и когда потребуется,
в любой момент смогу тебя усмирить.
По крайней мере, я на это надеюсь.
Не заикаюсь.
А ты не закрываешь рот,
даже если его совсем не открываешь?
Спи.
- Позаботьтесь, чтобы у неё было всё,
что нужно. - Хорошо, принц.
- Можете идти. - Но я должна...
- Подождёт, идите!
Как вы думаете, это не очень приталено?
Зато у неё будут широкие плечи, да?
Ты заметил, что Бартоломей не заикается?
Знаешь, что это значит?
Но единственное, что волнует тебя,
не очень ли это приталено.
- Может, он снова начнёт заикаться.
- Ну это замечательно!
Ты просто собираешься ждать,
пока твой любезный брат
случайно начнёт заикаться.
Когда Бартоломей начал заикаться?
Ну когда на отца упал тот камень.
- Значит...
- Значит...
Теперь должно упасть что-то на вас, матушка.
Потому что других родственников
у нас больше нет.
Он должен быть напуган.
- Но чем?
- Ты должен просто его напугать.
- Почему я? - Потому что...
потому что ты хочешь быть королём.
- Я не вполне в этом уверен.
- Но это ты.
Бери больше. И там, сзади, тоже.
Уже скоро.
Хоть он больше не заикается...
Но теперь совсем спятил.
Чего вы ждёте?
Моя мама говорила, что принц Бартоломей
был добрым ребёнком.
Таким спокойным.
Благодарным за малую ласку.
Об этом у нас не принято говорить.
Прошу вас, это же не горит.
Перестань!
Марие!
Не то чтобы это платье
не подходило,
но учитывая, что наша гостья
ужинает сегодня вечером с нами,
то...
- Понимаете?
- Конечно.
Они должны быть где-то в глубине.
Когда был маленьким,
я всегда там прятался.
Вот они.
Это мне всегда очень нравилось.
Думаете, это хорошая идея?
Ну, ждать мы не будем.
Норберт!
Почему она это надела?
Ты не находишь это немного безвкусным?
Нет.
- Ну это не совсем новая модель.
- Ты прекрасно знаешь, о чём я говорю.
Если, матушка, вы имеете в виду,
что все горничные
и даже некоторые придворные дамы
ходят целый год в одних и тех же
не слишком красивых платьях,
то да, это немного безвкусно.
Довольно!
Если ты перестал заикаться, это не означает,
что ты можешь дерзить своей матери.
Я бы не осмелился этого делать.
Но мне кажется неуместным
доставать старое поношенное платье
и напоминать о несчастье, постигшем королевство.
И кроме того...
Не совсем уместно, чтобы эта...
Эта лесная девушка...
Ела вместе с нами за королевским столом.
Пожалуйста.
Эта девушка останется здесь.
Она моя гостья.
И я попрошу вас, матушка,
чтобы вы привыкли к ней так относиться.
Ну разумеется!
Как ты пожелаешь.
Теперь нам придётся привыкать
к различным переменам.
Но мы с этим как-нибудь разберёмся.
Верно, Норберт?
Не сердитесь на меня, милая,
но как к вам всё-таки обращаться?
Что случилось?
С тобой всё в порядке?
Я...
Что с вами, матушка?
Матушка!
Но Норберт!
- Не знаю, как это случилось.
- Идём!
Что это означает?
Но вы испугались, матушка! Правда?
Фуй!
Постой.
Оставайся здесь.
Оставайся здесь навсегда.
У матери это пройдёт.
Она привыкнет к тебе.
Не думай о ней плохо.
Просто она такая.
Прошу тебя.
Не оставляй меня здесь.
Я не смогу привыкнуть к этому снова.
Что если я снова начну заикаться?
- Матушка, я бы...
- Никуда не уходи.
Отнесите это платье.
Так мы с этим справиться не сможем.
Но когда вы испугались, матушка...
Может, теперь заикаюсь я?
С такими вещами ты не сможешь
справиться только физически.
Ему уже не пять лет.
Нужно придумать что-то...
Что-то другое,
чтобы на него подействовать.
Что?
Что-то эмоциональное. Понимаешь?
Эмоциональное...
Ты всегда так усердна?
Видишь ли, там в трапезной
я сказал, что...
что я бы хотел,
чтобы ты здесь осталась навсегда, так...
ты понимаешь, о чём я говорил, да?
Просто я хотел...
чтобы ты здесь осталась не просто...
просто так, но...
Но как...
как...
как...
Отец?
Подожди!
Осторожней!
Но кто это был тогда?
Не всё ли теперь равно?
Раз теперь я буду иметь жену,
которая меня защитит от всех призраков?
Я тебя как следует не спросил, да?
Не хочешь войти внутрь?
Прошу тебя, ты выйдешь за меня замуж?
Прошу.
Что там такое?
Кто это?
- Ру-ру-рудольф!
- Мама! Мама!
Мама!
Норберт.
Ну, я знаю, что получилось не очень.
Стража, горит!
Но я думаю, это выход,
потому что в ту минуту
он действительно напугался.
- Пока не вмешалась эта его...
- Вот именно!
Думаю, мы всё делаем неверно.
Мы должны сосредоточиться на ней.
Значит, я должен попробовать напугать её?
- Так женщину напугать гораздо легче.
- Нет, нет, Норберт!
Прошу тебя, больше никого не пугай!
Но вы и правда здорово напугались, матушка?
Да, Норберт.
Я и правда напугалась.
Да, только... У меня
не совсем хорошие новости,
поэтому если мы хотим
сосредоточиться на ней,
нужно делать это быстрее,
так как Бартоломей
только что попросил её руки.
- Что?
- Ну да.
Наверное, от испуга.
А потом они стали целоваться.
Значит...
Хорошо.
Что ж, видимо, нам придётся
действовать совсем по-другому.
Ну...
Я признаю, милая,
что мы обе поначалу взяли неверный тон.
Но теперь, когда ты здесь с нами,
я действительно этому рада.
Потому что Бартоломею
это явно на пользу.
Он только и делает, что улыбается.
Ну не смотри так, Норберт!
Ты должен взять с брата пример
и наконец найти себе кого-то.
- Но, матушка...
- Никаких "матушка"!
Всегда твои отговорки.
Матушка...
Мы хотели вам что-то...
Мы хотели вам что-то сказать.
Думаешь, я не догадываюсь?
Я же смотрю на вас, дети.
Я сама хотела это вам предложить.
И что ты им хотела предложить?
На самом деле я очень люблю свадьбы.
Когда это вижу, то говорю себе,
что всё-таки тоже должен жениться.
Для этого, однако,
нужно найти подходящую невесту.
Не волнуйся, мы всё уладим.
Давай, помаши им!
А вот и жених!
Нет, нет, нет!
Не нужно беспокоиться, милая!
Знаешь...
Несмотря на эту суматоху
и некоторые недоразумения,
я очень рада, что так всё обернулось.
Понимаешь, каждая мать...
беспокоится о том, чтобы её сын
сделал верный выбор.
Но Бартоломею повезло.
Очень повезло.
Жаль, что его отец не дожил до этого.
А мы как раз говорили с твоей женой.
Я очень рад этому,
но может быть, тебе стоит пойти
поговорить с Норбертом?
Он просит руки вашей портнихи,
которая давно замужем
и имеет двенадцать внуков.
Ну конечно.
Дети, об этом я тоже с вами
хотела поговорить.
Теперь у тебя будет семья.
Норберт почти не знал отца,
ты знаешь, это было ужасно.
И я уже немолода.
Что ему ни говорю, он меня не слушает.
Я просто беспокоюсь за него.
Это всего лишь притворство.
Я знаю, как сильно он тоскует по семье,
по любви.
Но с этим его характером.
Ты знаешь, в доме никогда не было
мужской руки, которая бы вам помогла
освоиться в жизни.
Конечно, мне не хочется
напоминать тебе об этом.
Словом, я хотела бы знать,
что могу на вас положиться,
что вы поможете мне с Норбертом.
Что ты о нём позаботишься, Бартоломей,
если будет в этом нужда,
когда меня уже здесь не будет.
Матушка, можете на нас положиться.
Мы позаботимся.
Давайте, давайте.
Почему вы ей кладёте неспелое?
Теперь ей нужно самое лучшее.
Обо всём нужно позаботиться самой.
Так, так.
Давай, давай, птичка.
Что мне делать с этим ребёнком?
Так и останется у вас на шее,
когда меня уже не будет.
Ну прошу вас, матушка.
Норберт!
Ну, ну. Перестань.
Я не думаю, что это хорошая идея.
Поедешь и баста!
Я больше смотреть на это не буду.
Ведь ей почти сорок,
и я никогда её не видел.
- Что если она будет страшной?
- Значит, будет страшной.
Но главное, будет
страшно богатой и благородной.
- И незамужней.
- Наверное, слишком долго.
А ты прекрати паясничать.
Это серьёзное дело.
Пишите.
- "Госпожа Хельга..."
- Пфф, Хельга?
Нет. "Высокочтимая госпожа Хельга,
позвольте нам принять Ваше приглашение..."
Барта, Барта!
Барта, ты должен ехать к брату!
Барта, ты должен немедленно
ехать к Норберту.
Этот несчастный так оскорбил
принцессу Хельгу.
Будто бы даже её укусил.
Его посадили в тюрьму.
И теперь, если он не извинится,
чего он, конечно, делать не будет,
ему грозит я не знаю что.
А нам грозит... не знаю, наверное война!
Норберт ведь не сумасшедший,
конечно он извинится.
А если нет, то когда родится малыш,
я поеду это уладить.
Но это может быть уже поздно.
Что я знаю, так это то,
что у этого парня не всё в порядке с головой.
Если бы это было не так,
зачем бы он стал её кусать?
Ты хочешь, чтобы я здесь измучилась?
Ты должен ехать сейчас же!
Но ведь это почти четыре дня пути.
Я здесь позабочусь о нашей королевне.
И малыш обязательно подождёт.
Надеюсь, хоть ты меня понимаешь.
Сама скоро станешь матерью.
Не могу же я вот так оставить
своего ребёнка без помощи.
Ты ведь будущий король и отец.
Теперь ты не можешь думать
только о себе.
Не волнуйся, мать о тебе позаботится.
Поставьте это сюда.
Мы же не оставим тебя здесь
вот так одну.
Душенька, выпей этот чай,
тебе будет лучше.
- Я могу остаться здесь с пани.
- Ступай, пожалуйста.
Такие вещи нельзя доверять прислуге.
Я обещала Бартоломею,
что о тебе позабочусь.
И я это сделаю.
Ты ещё не собираешься спать?
Конечно,
милая, как тебе угодно.
Мне это не будет мешать.
Но если что, ты меня
сразу разбудишь, хорошо?
Он мечтал увидеть,
что у королевства будет наследник.
Я понимаю, что ты чувствуешь.
Я хотела подождать с этой радостной новостью
до твоего возвращения, дорогой.
Но сейчас для нас важно
каждое доброе известие.
Я тоже жду ребёнка.
Что бы ты желала для своего ребёнка?
Чтобы он был мальчиком.
Ты слышишь? Ты должен быть мальчиком.
- А что бы ты желала для своего?
- Я?
Чтобы он был здоровым,
и чтобы долго жил, и чтобы...
Поставьте это здесь и идите.
Я останусь с ней.
Тебе станет легче.
Ну вот и началось, милая.
Это тебе поможет.
Этот род просто проклят.
Как только они налетели сюда,
мне показалось это странным.
Как они всё время охраняли её.
Этот их зловещий вид.
Ворон - ведь это воплощение дьявола
в животном обличье,
разве не так, отец?
Это правда,
он совершенно чёрный.
Пожалуй, даже тот котёнок был лучше.
И правда то, что она совершенно нема
без всякой на то причины.
Дочь моя,
если ты можешь это объяснить,
теперь самое время.
Бедный мой сынок!
Он этого не заслужил.
Хорошо, что его здесь нет.
Ничего не поделаешь.
Стража!
Лучше, чтобы не видела стража.
Поезжайте и передайте это принцу.
Можете не спешить.
Пока он вернётся, всё будет кончено.
Будет лучше, если мы его от этого избавим.
В огонь её!
Женщина, если ты можешь сказать
что-то в своё оправдание,
сделай это сейчас.
Скажи это и покайся.
Сжечь её!
Приступайте!
Пусть они снова станут людьми!
Вы что, не можете даже разжечь костёр?
Позаботьтесь, чтобы горел как следует!
Чего вы ещё ждёте?
Она колдует прямо здесь, на ваших глазах!
Сожгите их всех!
Сожгите их! Сожгите!
Принц Бартоломей!
Бедняжка ты мой!
Ты получил моё письмо?
Я встретил посыльного почти у ворот.
Так как же...
Почему ты приехал так скоро?
- Это мы позвали его.
- Где наш ребёнок? - Пустите её!
- Это... это мои братья.
- Ты говоришь!
- У тебя есть братья?
- Сыночек!
Я знаю, для тебя это страшно,
но она сама сейчас призналась во всём.
Прямо здесь, на наших глазах,
она превратила своих проклятых воронов
в этих чёрных демонов!
Мы должны покончить с этим,
пока не случилось худшего!
- Ты ведь можешь это объяснить?
- Могу объяснить.
Теперь она будет объяснять!
Отчего же она столько времени молчала?
- Свяжите их и всех на костёр!
- Вы не смеете! - Я не смею?
Пока что я здесь ещё королева!
Поверь мне, что я хочу тебе
только лучшего.
- Ведь я же твоя мать.
- Но вы не его мать!
Что она говорит?
Ты видишь?
- Это уже слишком!
- Верь мне, прошу тебя!
Так ты будешь верить
какой-то ведьме,
а не собственной матери?
Мне, которая тебя вырастила?
Мне, которая тебя любила?
Несмотря на то, что ты был причиной смерти
своего отца и моего любимого мужа?
- Не верь ей!
- Не верь никому.
Это всего лишь слова.
Верь своему чувству.
Я своему чувству долго не верила.
Не верила, что то, что я чувствую,
может быть правдой.
Хотя и очень непростой.
Нет, не верь им!
Не верь никому!
Она говорит, чтобы ты
верил своему чувству,
а сама пытается наговорить
тебе глупостей. - Она права.
Почему он должен мне верить?
Нет!
Богданка!
Я думаю, что эти волосы
нужно немного расчесать.
Я тоже долгое время бежала от правды.
Не делай этого, как я.
Хотя бы в этом, прошу тебя,
не будь на меня похожим.
Конечно, у тебя много вопросов.
Так расчёсывай.
Ты найдёшь ответ.
Это знамение.
Это знамение!
Это Божье знамение!
Бог даёт нам знамение!
Отпустить! Отпустить!
Отпустите её!
Но изгоните её из королевства,
пусть больше здесь никогда не появляется!
Или на этом костре
знамения и вправду никогда не закончатся.
Ты должен научиться
правильно спрашивать её память.
Расчёсывай.
Кладите его сюда.
Давайте, сюда.
Если скажете хоть слово,
знаете, что вас ждёт.
Приветствуйте наследника престола
принца Бартоломея!
Принц, принц Бартоломей!
Не стойте здесь!
Вы же знаете, что со стены замка
падают камни, они могут вас убить.
Норберт, давай!
Ну давай, давай!
Давай, так.
Молодец.
Ну давай, ну! Давай!
Ну, давай ещё!
Осторожно, Бартоломей!
П-п-папа!
Боже, Ты берёшь и даёшь
в Своей всеведущей мудрости,
и мы со смирением принимаем Твою волю!
Ибо воля Твоя - это любовь Отца,
милующего всех.
Это ужасно.
Но это был героический поступок.
Ведь он спас жизнь будущему королю.
Я з-з-знаю, что н-н-не должен был там играть.
Я н-н-не хочу быть к-к-королём.
Никто не станет тебя
заставлять, малыш, не бойся.
Как ты могла это сделать?
Я всё тебе объясню.
Всё можно объяснить,
только давай поговорим спокойно.
- Схватить её!
- Но принц...
- Схватить её!
- Принц, это королева! - Схватить!
Довольно!
Ты уже знаешь правду.
Но теперь ты должен
рассказать её всем остальным.
И снова слова...
В тот день Бартоломей говорил долго,
говорила и Богданка,
говорили даже братья.
Говорили те, которые долго не могли говорить,
во всяком случае, говорить как надо.
О том дне люди потом
ещё долго рассказывали.
Но рассказывали и о другом.
Например, о том, как злая колдунья
Александра превратилась в прах в темнице.
Она всем нам причинила боль.
Вы правда этого хотите, матушка?
Утром выведите её за стены замка.
Люди рассказывали и о том, что принц Норберт
предпочёл жениться
на беззубой старухе графине,
чем возвращаться обратно домой.
Что ты делаешь, поросёнок?
Ты дикий кабан.
Уже едут!
Уже едут!
Рассказывали также и о том,
что когда братья Богданки
вернулись наконец домой к родителям,
вся деревня встречала их как героев.
Колдовство всегда
останется колдовством.
Говорят, что ночью они всё ещё
превращаются в воронов.
Ты видела этого младшего?
Говорят, у него везде под рубашкой перья.
Прости меня, мама.
И ты прости меня, доченька.
Мальчики!
Мальчики мои!
Отец!
Это Франтишек, матушка.
Старик всё время смотрел на меня.
Ну, я была стройная, как тростинка.
Люди говорят разное,
главное чтобы их внимательно слушали.
Но что бы они ни говорили,
это ничего не изменит в правде.
Та летает где-то высоко над нами.
Так высоко, чтобы ни слова,
ни добро, ни зло
никогда не смогли её
по-настоящему уничтожить.