След прошлого (2015 год). Цитаты и фразы из фильма

L'empreinte (2015)

Рой Дюпюи ведет нас по пути исследования, в ходе которого мы обнаруживаем, что культура Квебека является продуктом значительного перекрестного опыления с культурами коренных народов.

Все фразы и цитаты

 СЛЕД ПРОШЛОГО
Шамплейн высадился на мысе Сент-Матье.
Там он встретился
с вождем Анадабижу.
Мыс Сен-Матье...
Он не самый ближний,
а самый дальний.
Частица меня окутана тайной.
Приехав в Америку,
я ощущал себя французом.
Но скоро мой образ жизни
и мировоззрение изменились.
Я стал канадцем.
От ирокезского слова "каната".
Мой народ
теперь называется иначе:
канадские французы, квебекцы.
Но мы, как кажется, плохо знаем,
кто мы на самом деле.
Мы забыли об этом
за долгую историю.
И не случайно
вопрос о национальной идентичности
столь актуален.
Словно все возможные объяснения
нас не устраивают.
Представим, сейчас 1603 г.
Я Шамплейн.
Что бы я здесь увидел?
Ты прибыл сюда
27 мая 1603 г.
Подплыл к берегу на лодке.
На пляже
увидел бы большой "шапутуан",
подобие палатки.
В ней тебя ждал вождь
Анадабижу, в окружении
100 человек свиты.
Шамплейн привез мандат
от короля Франции, согласно которому
он должен был заключить союз
с народом монтанье-наскали.
Король попросил разрешения
для своих подданных жить
на этой земле. Значит
он признавал, что земли индейские.
Так французы наладили связи
с инну,
постепенно входили в права,
но при этом не оспаривали
первенство индейцев.
Они не нарушали условий
заключенного союза.
Франко-индейский союз
XVII-XVIII вв.,
до завоевания земель,
не выходил за рамки
установленных правил.
Все началось здесь.
Мы можем сказать,
что наша история началась здесь.
-Не в Квебеке.
-Нет. Здесь.
Хотя и 10 000 лет назад.
Ведь европейцы приехали
не на необитаемый континент.
На открытый континент,
населенный людьми,
которые имели свои
культурные и политические традиции.
Это был цивилизованный континент.
Культура была богатейшей,
древнейшей.
Она тоже является
частью нашей истории.
Французы соблюдали
местные обычаи?
Да. У европейцев не было выбора.
Им пришлось подстроиться
под местные обычаи,
образ жизни.
Эта встреча двух цивилизаций
прошла по другим правилам.
Ведь испанцы завоевали
Южную Америку,
а англичане - часть Северной.
Здесь все было не так?
Да, по-другому.
Французы приехали сюда
на завоевывать
землю, не отбирать ее
путем нападения
на местных жителей.
Они заключили с ними союз.
Индейцы потребовали,
чтобы заключались брачные союзы.
французы стали жениться
на местных женщинах.
Так здесь было принято.
Создавались настоящие семьи.
Шамплейн поддержал это требование.
Он настаивал на смешанных браках.
Нам предстояло стать
единым народом.
Это был уникальный случай
всей колониальной истории мира.
Это означало,
что между местными жителями
и колонистами, нашими предками,
установились куда более
прочные связи, чем в других местах.
В этом заключается особенность
нашей колониальной истории.
Мы гордимся ею.
Не скрываем ее.
Нам кажется,
что знаем все привычное нам.
А потом понимаем,
что многое не видели,
что главное ускользнуло от нас.
"Курьез.
Многие народности перенимают
французские обычаи.
Но здесь французы осваивают
обычаи
и устои индейцев,
с которыми живут бок о бок.
Они курят трубки
на индейский манер,
носят подвязки и пояса,
как индейцы.
Ловко управляют
лодками из коры деревьев,
не хуже индейцев.
Они освоили многие индейские обряды".
Между нами и коренными
народами пролегла пропасть.
Так нам кажется.
Но за долгую историю
совместной жизни
образ мыслей исконного
населения стал
близок нам.
В те времена французские
путешественники удивлялись.
что здесь нет бедняков.
Все люди были равны.
Зато индейцы,
побывавшие в Европе, были
поражены тем,
насколько богаты одни,
насколько бедны другие.
Социальное неравенство было ощутимо.
Да, здесь не было
такого явного
различия
между социальными классами.
Либо все были бедны,
либо все были богаты.
И в то время...
Престиж не сводился
к накоплению богатств.
Очень часто приезжающие
сюда французы,
миссионеры и просто путешественники,
искали вождя, думая,
что он богаче всех,
что он как король.
Вот они и искали богача.
Найдя его,
удивлялись.
У вождя не было богатств.
Он как вождь все раздавал
членам племени.
У самого ничего не было.
У него была обычная хижина.
Ничто не отличало его от других.
Отношения были другими.
Отношение к власти...
Мы не признаем
чужой власти над собой.
Вождь несет ответственность за нас,
играет роль...
Он улаживает конфликты,
следит за тем,
чтобы все ладили.
Но никогда не решает за нас...
Вы прививаете детям
чувство свободы.
Какую цель вы преследуете?
Хотите вырастить из них
настоящих людей?
Что такое
настоящий человек?
Настоящий человек
проявляет уважение
к окружающим.
К старшим, к своим родителям,
к другим людям.
Он их уважает,
а не боится.
Мы не проявляем уважение к власти.
Нам это не свойственно.
Страх не имеет ничего
общего с уважением.
Мы уважаем моральные ценности,
окружающий мир.
Если ты проявляешь уважение,
тогда познаешь
гармонию.
Да.
Уважение лежит в основе всего.
Важны и другие моральные ценности.
Умение делиться, например.
Речь идет не о щедрости,
о которой все твердят.
Ничего общего.
Нужно давать людям все,
что имеешь, ведь когда тебе
что-то понадобится,
другие поделятся с тобой.
Говорят, что квебекцы не так,
как все, относятся к богатству.
Связано ли это
с философским наследием индейцев?
Пахнет елью.
Это эфирное масло черной ели.
Зачем оно нужно?
Когда идешь на охоту,
нужно подушиться им
с целью маскировки.
Животных обмануть?
Они подумают:
"Человек притворяется елью".
-Так и подумают?
-Ну да!
"Лесной кооператив Жирарвиль"...
Назван в честь Жирарвиля.
Местное предприятие...
Мы не можем продать кооператив.
Он принадлежит тем,
кто в нем работает.
Я не могу мыслить так:
"Наварю денег.
Отработаю ресурсы
и продам предприятие".
Или так: "Наварю денег,
а когда ресурсы истощатся,
перееду в Онтарио".
Я живу тем, что есть здесь.
Ресурсами Жирарвиля.
Потому я должен
думать о будущем.
-Нагружен. Тонн 100.
-Ничего себе!
Это наш лес.
-Деревья выросли.
-4 метра как минимум.
Красивый лес.
Я начал работать в лесу
с отцом в 18 лет.
Так и работаю.
Чем отличается работа в кооперативе
от другой работы?
Ты словно работаешь на себя.
Нет хозяев,
которые стремятся к обогащению.
Нет рвачей.
Если кооператив богатеет,
богатею и я.
Я работаю на себя.
Крупные компании
не заботятся о нас.
А вот кооператив
будет думать о людях,
которые в нем работают.
Так и получается?
Мы можем все обсудить с начальством.
Звоним начальникам, когда хотим.
Встречаемся с ними,
когда нам нужно.
Даже когда не хотим их видеть!
На собраниях правления
вы ощущаете себя хозяевами.
Если скажете,
что время собрания вас не устраивает,
что для многих это очень рано,
могу перенести его на 15:00,
даже на 16:00.
Даже на 16:00.
Мы все обдумаем
и наметим такое время,
которое устроит большинство.
Я верю в кооператив.
Это хорошая экономическая модель
при правильном использовании.
Все имеют право голоса.
Я гендиректор,
но имею равные права
с работником,
который отрабатывает 16 недель в году
и платит кооперативу меньше, чем я.
Но у него тоже
есть право голоса.
Наш принцип демократии
основан на человеческом капитале,
не денежном.
Индейцы основали кооператив
3-4 года назад.
В резервации Обедживан.
Раньше у них было мало работы.
Им поручали работы
по восстановлению леса.
Заключались договоры на подряд.
Мы помогали им
налаживать деятельность,
работали с ними.
Было интересно.
У нас нет выбора.
Это земля принадлежит и инну.
В твоей семье были инну?
Да, но я не могу об этом говорить.
Карты нет.
-Но говорить-то можешь.
-Я не разбираюсь в генеалогии,
но знаю, что мои предки
были индейцами.
Прапрадед...
Но когда у тебя нет своей фамилии,
когда в графе "отец" стоит прочерк,
мало что знаешь...
Жаль, что мы без удовольствия
говорим о своих истоках.
или не говорим вообще.
Когда я учился в США,
в университете Нью-Йорка,
там преподавал видный
ученый, специалист
по политнаукам.
Он проповедовал
формальную логику,
математику, статистику
в приложении к политнаукам.
Его звали Уильям Райкер.
Он разработал игру.
Тестировал ее на людях.
Я был его ассистентом.
Что это была за игра?
Три человека
были поставлены
в неравные условия.
Например, игрок А
изначально мог заработать
меньше других игроков,
даже если играл хорошо.
Он входил в плохо
оплачиваемую группу.
Когда в игру играли американцы,
они показывали
результат, опираясь на правило.
То есть одни изначально
имели привилегии,
другие их не имели.
И все это приводило
к так называемому
пропорциональным равенству.
Соответствующему ситуации,
в которой
находились игроки.
Потом я вернулся в Монреаль
и решил протестировать
игру на квебекцах.
На основании наблюдений
написал диссертацию.
Я не знал заранее результата.
Мы с Уильямом Райкером думали
получить аналогичный результат.
Думали,
что все повторится.
Но оказалось,
что французские канадцы,
так их раньше называли,
играли в эту игру по-другому.
Они решили прибегнуть
к взаимопомощи.
В результате,
все получали равную прибыль.
Игроки Б и В
договаривались с игроком А.
И если я давал 6 долларов Б и В,
они скидывались в пользу А.
Каждый получал 2 доллара.
Поровну.
И получалось так называемое
абсолютное равенство.
Или просто равенство.
Такого результата
ты не ожидал.
Нет.
Когда я доложил
об этом профессору,
он удивился.
Сказал: "Это похоже
на начальную фазу развития.
Отсталую".
Я возразил: "Послушайте.
Нет ничего рациональнее
коллектива.
Коллектив способен на многое.
Он добивается
больших результатов,
это выгодно всем.
Все богатеют".
-Что они сказали?
-Ничего.
А для тебя что это значило?
Что ты доказал?
Я считаю,
что это указывает на то,
что для квебекцев
общество важнее индивидуума.
Каждый человек рассматривается
как член группы.
И группа важнее его.
Это значит...
Если ты так думаешь,
твой стиль жизни идет в разрез
с существующей системой,
которая закрепилась много лет назад.
Да, конечно.
Считается, что нет ничего
важнее личных интересов.
Каждый стремится
получить максимум всего.
Это, типа,
идет на благо всем.
Если каждый будет
тянуть одеяло на себя,
общество почему-то
должно от этого выигрывать.
А я тебе привел
прямо противоположный пример.
Интересы коллектива
важнее интересов
отдельного лица.
Существующая модель
привела к ужасающим последствиям
в экономическом и политическом плане.
Квебек отличается
своей социально-демократической
системой.
Мы знаем, что в США разрыв
между бедными
и богатыми увеличивается.
И многие хотят
перенести эту систему в Квебек.
Но с подобными проблемами
в Квебеке эффективно
борются.
Часто возникает полемика
о налогообложении в Квебеке.
Доля доходов от налогообложения
в экономике Квебека
выше, чем в других
провинциях Канады
и США.
Но речь идет не о том,
чтобы собрать больше денег
и пустить их на ветер.
Эти деньги
распределяют справедливо.
Налоогообложение
подразумевает
сбор налогов и пошлин?
Да. Это сумма
обязательных выплат,
причитающихся
государству.
Можно использовать другой
метод подсчета.
Он был разработан ОЭСР.
Чистые взносы в бюджет.
Берем сумму подоходного налога,
прибавляем соцвзносы,
вычитаем пособия,
выплачиваемые государству
семьям.
Чистые деньги.
А конкретно,
если вы зарабатываете 42 000
и у вас на попечении 2 ребенка,
вы платите меньше,
чем получаете.
Государство платит
вам пособия.
Возмещая таким образом
выплаты.
Такого в странах Большой семерки нет.
Это значит...
Это значит, что люди
со скромными доходами
получают от государства больше,
чем платят ему.
Общество решило
поощрять равенство?
Да.
В Квебеке разрыв между бедными
и богатыми меньше.
Мы входим в число
провинций с наиболее
благоприятной
социальной атмосферой
согласно ОЭСР.
Налогообложение
нивелирует социальное неравенство.
Мы настроены на одну волну.
Потому зачастую
Национальное собрание
голосует единодушно.
Подобная слаженность
уходит корнями в прошлое.
Дом солидарности
С "Домом солидарности"
сотрудничают
социальные службы.
Здесь можно получить
самую разнообразную помощь.
Г-н Жорж уже 3 года...
работает с нами.
Да? 3 года?
-4 года.
-Целых 4 года.
Он наш водитель,
курьер.. Он выполняет работу
разного рода.
Г-н Жорж приехал
из Британской Колумбии.
7 лет назад.
Он уже 7 лет живет в Квебеке.
Ему здесь нравится.
Здесь и к премьер-министру,
и к бездомному
совершенно одинаковое отношение.
С ним здороваются,
помогают.
Выслушивают.
То, чем ты занимаешься,
не имеет значения.
Ты человек.
И это главное.
И тебе помогают.
Тебе нужно отдохнуть, помыться,
отогреться?
Мы поможем.
Если тебе что-то еще надо,
мы все для тебя сделаем.
И тебя здесь никто не судит.
В Квебеке создана
особая система.
Государство финансирует
социальные службы,
исходя из общих потребностей людей.
Они оцениваются глобально.
Таково требование общества.
И это длится уже долгие годы.
На 80% финансирование
осуществляется
именно таким образом.
И соблюдается
при этом автономность
соцслужб.
Такого нет в других странах.
Это особенность Квебека.
Те, кто знает историю
наших деревень,
в курсе того, что квебекские
деревни были изолированы,
поэтому крепла солидарность.
Если у кого-то горел дом,
все его тушили.
Люди думали так:
"Вместе мы можем найти решение".
Люди действовали сообща
по одной простой причине...
Такова наша культура.
Она являет собой
смешение разных культурных традиций,
в частности, индейских.
Ты имеешь в виду
образ жизни индейцев?
Что именно переняло
современное общество?
Принцип совместного
принятия решения,
работы на общее благо.
Я не сразу это осознал.
На это ушли годы.
Сначала нужно было
изучить вопрос.
Я решил понять,
в каких мы находимся отношениях
с коренными народами.
Если судить по газетам,
то в плохих.
Если поехать в Сет-Иль,
там местные жители
между собой не общаются.
Странная ситуация.
А ведь...
Мои предки торговали пушниной.
Дед ходил по лесам
и принимал роды у индейских женщин.
И каждый раз возвращался
не с пустыми руками.
Он не просто приносил
новое растение, которое можно
было посадить.
Он осваивал
сельскохозяйственные методы.
Ведь они нигде не были описаны.
Когда я стал изучать
их образ жизни,
я внезапно осознал...
Что индейцы жили
по общинному принципу.
И этому их научили не мы.
Я думаю...
Церковь взяла на вооружение
иной принцип.
Церковь объединяла людей,
но требовала
неукоснительного
соблюдения правил.
И тогда я понял,
что хотим мы этого или нет, -
не думаю, что квебекцы
с этим согласны, -
мы испытываем на себе
влияние предков.
Очень сильное влияние.
Мы многому научились
у индейцев,
потому что смешались с ними.
Но мы не знаем этого.
Официально это не было признано.
Ты инну.
-Да.
-Откуда?
Из Пессамита.
Много инну с голубыми глазами?
Нет.
Редкий случай.
Я впервые вижу такую инну.
Инну с голубыми глазами.
Моя приемная мать смотрела
на меня и спрашивала:
"Ты точно хорошо видишь?"
Она думала, что ты все видишь
в другом цвете.
Я отвечала:
"Вижу, как и я".
Она тоже была инну?
Из Наташквана.
Почему приемная мать?
Потому что...
Так принято у индейцев.
Они с легкостью
берут детей.
-Меняются ими?
-Да.
Знаешь, как это было?
Думаю, эта традиция еще жива.
Когда твой сын женится,
своего первого сына он отдает матери.
Таков обычай...
Первый сын становился
сыном своей бабушки.
Родители стареют,
кто-то должен ходить на охоту.
-Ясно.
-Вот в чем дело.
-Удобно.
-Да, правда.
Если будешь приезжать
каждое лето в Наташкван,
может, и тебя усыновят.
Да. В любой момент жизни
такое возможно.
Ну да.
Когда сюда приехали
первые европейцы,
их взяли в свои семьи индейцы,
чтобы те выжили.
Если бы индейцы не помогали
европейцам,
они бы не пережили зиму.
Первых колонистов привлекла
здешняя свобода.
Жизнь, подчиняющаяся
временам года. Индейцы
жили днем насущным.
А что еще
в образе жизни индейцев
понравилось приехавшим
сюда французам?
Ты сказала о свободе...
Свобода нравов.
Свобода секса.
У индейцев был свободные нравы?
Ну да.
Намного более свободные.
Над ними не довлело бремя греха.
Французы стали жить с индейскими
женщинами.
Так началось смешение народов.
В то время
приезжающие сюда люди
учили наш язык.
Теперь все наоборот.
Мы учим ваш язык.
Но тогда вы были вынуждены
учить наш язык.
-Язык большинства.
-Да.
Европейцы приспосабливались
к нашей жизни.
Воспитывали детей,
как это делали мы.
Они приспособились
к нам.
А теперь,
про прошествии времени,
мы вынуждены
приспосабливаться к вам.
Вот такая история!
Знаешь,
у меня сложилось впечатление...
Хотя уже давно.
С тех самых пор,
когда я начал работать
над персонажем Алексиса,
из "Человек и его грех"...
Алексис не мог долго жить в деревне.
Потому что стал индейцем.
Но общество
не воспринимало его таковым.
Для меня Алексис...
Больше индеец, чем белый.
Знаешь, возможно...
Все индейцы, посмотревшие
"Серафина",
вставали на защиту Алексиса.
Они говорили: "Он стал таким,
потому что жил с индейцами".
Такое еще встречается?
Есть еще такие квебекцы?
Есть еще такие люди?
Например,
когда я знакомлюсь с людьми,
я сразу угадываю их индейские корни.
Я это чувствую.
А если бы я говорил
на твоем языке...
Мы говорили бы иначе.
Думаешь,
мое мировоззрение
изменилось бы от этого?
Если бы ты говорил
на языке инну,
многие вопросы ты бы мне
не задал.
Ты бы и так знал ответы...
Я задаю тебе много вопросов?
Нет, но если бы ты говорил
на моем языке,
как я говорю на твоем,
у нас не было бы
столь долгих бесед.
Мы были бы настроены
на одну волну.
Нам не требовалось бы столько слов.
У нас были индейские матери
и отцы.
Но, в основном, матери.
Их песни убаюкивали нас.
Как у 3/4 квебекцев
французского происхождения,
у меня в роду тоже есть индейцы.
У меня разветвленное
генеалогическое древо.
В моем роду не раз
французы роднились с индейцами.
Я насчитал 92 таких семьи.
Многие фамилии мне известны.
И не только мне.
Эти люди жили
с индейцами, вошли в их семьи -
Кутюр, Марсоле, Перро,
Пеллетье, Лефевр.
Не считая тех колонистов,
которые приехали сюда торговать,
но были очарованы здешними лесами.
Колонистам было трудно вначале.
Никакой колонии вначале и не было.
Нужно было жить в лесу.
Но как строить деревню?
Как ни старайся... Кюре видел,
как приход таял на глазах.
В 1685 г. 80% молодых людей
уходили в лес
и не возвращались.
Не любили возделывать землю.
А охота, знаешь...
Идешь в лес и охотишься...
Одновременно открываешь
для себя что-то новое.
Земледелие в 1685 г.
требовало физической силы.
На тебя наседал кюре,
а еще нужно было платить налоги.
Была куча
обязательств...
С крестьянами плохо обращались.
"В лесу живут женщины.
Я могу жить с ними".
Вот такие фантазии были
у молодых людей.
А как им жилось в лесу?
Они становились дикарями,
хотя были метисами.
-И как жили дикари?
-Они были кочевниками.
Жили охотой...
Это другой менталитет.
Индейцы дичали.
Это была цена свободы.
Они пользовались свободой.
И об этом ценнейшем наследии
умалчивает история.
Наши предки были очарованы
индейцами.
Они говорили на их языке,
они смешались с ними.
Они научились так же
тонко чувствовать природу.
Французские канадцы
были привязаны к Квебеку.
Если раньше ты жил в Квебеке,
то непременно был аристократом.
Носил парики, шелковые чулочки.
Ты был зажат.
Ты ничего не мог себе позволить.
Но если кто-то из них
начинал ходить в лес к индейцам,
открывал для себя Америку.
Так и началось.
И эти люди стали
нашими предками.
Мы их потомки по прямой.
Я не являюсь потомком
де Фронтенака,
ни маркиза де Курселя.
Мы потомки торговцев пушниной,
метисов.
Так появилось
1-ое поколение канадцев.
Потом 2-ое поколение
истинных канадцев.
-Они родились здесь.
-Они отсюда.
Луи Жолие.
Это то самое поколение.
Теперь ты продолжаешь
их традиции.
Ты способствуешь созданию
нового мира,
франко-индейского.
Это является частью
нашей истории.
Мы ищем свою идентичность,
но мы не знаем, кто мы,
настолько все было
перемешано в прошлом.
Мы многому научились у индейцев.
И еще многому научимся.
Предки жили в обществе
индивидуалистов,
которые постепенно
стали осознавать важность
общественных интересов.
Поэтому наше общество
в прошлом было
морально здоровым.
Наши предки знали,
что несут ответственность
за свои дела,
что являются частью своей общины.
Это неведомо западному миру.
Индивидуализм стал
более явным,
общество подавляет людей.
Западные страны -
Франция, Англия -
могли бы многому научиться.
В нас эти принципы живы
до сих пор,
потому что мы потомки индейцев.
Мы стали...
Если вдуматься...
В деревнях Лаврентид
можно найти фотографии
первых колонистов.
Это индейцы.
Что стало с индейцами Лаврентид?
Это алгонкины вескарины.
Вескарины жили в одной области.
Они стали земледельцами,
французскими канадцами.
История забыта.
Многие сменили имена и фамилии
по настоянию кюре.
Но по их лицам видно,
что они индейцы.
Их жизненные устои сохранились.
Их моральные ценности.
И они присущи нам.
Потребуется много времени,
чтобы возродить
эти жизненные принципы.
-Принять за основу.
-Жить по ним.
Их нужно выявить,
идентифицировать.
Мы должны гордиться ими.
И на основе этих принципов
построить новое общество.
В них наша сила.
И тогда начнется
совсем другая история.
Есть простая народная мудрость:
"нужно знать свои истоки".
Нужно пересмотреть историю
нашей страны.
Это непростое дело.
Это значит,
что следует написать
немало важных книг о прошлом.
Именно так?
-Снять фильма.
-Работы много.
Будь я премьер-министром,
занялся бы этим.
Я бы сказал:
"Нам нужно пересмотреть
правила жизни.
Забудем о Серафине Пудрие.
Он остался в прошлом.
Вычеркнем его из памяти".
Удастся ли нам
изменить наше представление о себе,
наладить незримую связь
с историей?
В нашем прошлом немало
неясностей.
Нам нужно восстановить пробелы.
Когда ты был маленьким,
думал ли о том,
что у тебя в роду были индейцы?
Я всегда гордился
своим происхождением.
Но это было неясное чувство.
Но мне это нравилось.
Совершенно верно!
Я бы многое отдала за то,
чтобы кто-то
мог заверить меня в том,
что я не метиска.
Что я индейская женщина.
Помню,
как однажды моя кузина Иоланта
сказала моему отцу:
"Ты, дядя Морис,
похож на индейца".
Так и сказала.
Меня это очень порадовало.
Я себе напридумывала
немало историй.
Я часто ходила в лес с отцом.
На охоту.
Когда мы ходили в лес осенью,
было много опавшей листвы.
Отец учил ходить меня,
ставя ноги под листья.
Если наступать на листья,
можно было распугать животных.
Мы ходили против ветра.
В детстве я решила про себя,
что в моих жилах
течет только индейская кровь.
Да, такое...
Как это передается?
У нас есть выражение,
означающее
неминуемое рождение ребенка:
"Дикари прошли мимо".
Как это следует понимать?
Как я и говорю...
Ведь очень часто слово "дикарь"
имеет отрицательную коннотацию.
"Мы не дикари".
Эти фразеологизмы
возникли одновременно.
Два выражения.
Одно имеет положительную
коннотацию,
означает продолжение жизни,
появление потомства.
Другое - отрицательную.
Это наши выражения.
"Мы не дикари"...
Очевидно одно,
теперь нам нет нужны повторять это.
И если иногда употребляем
это выражение,
значит, все же, сомневаемся.
Я думаю,
когда слышу
"мы не дикари",
что в этой фразе
заключается борьба
неосознанного с осознанным.
Потому что мы дикари.
Мы не признавали,
что похожи на них,
что живем, как они.
Может, это и есть наш секрет,
тщательно оберегаемый?
А теперь мы не знаем,
кто мы такие.
Это настоящий парадокс.
Ведь у нас общие корни.
Мы должны тяготеть друг к другу.
Но мы постоянно
испытываем чувство вины.
Мы даже в столкновении
планет виноваты!
Вот что чувствуют квебекцы.
Этому есть объяснение.
Мы словно предали самих себя,
предали своих близких.
С этим трудно жить.
Думаю, что это логичное объяснение.
Мы кое-что не можем осознать.
Так что нам придется жить
с этим бременем.
Мы долгое время
терпели несправедливость,
мирились с непереносимыми лишениями.
Но в 1837 году
патриоты наделили
индейцев равными с нами правами,
занесли это в конституцию.
Когда же мы перестали
считать себя братьями?
Улыбочку!
Какой ты красивый!
Ради тебя постарались.
Такое редко бывает.
Сегодня
мы отмечаем
союз замечательных людей.
Чествуем их любовь.
Когда я увидела вас впервые,
я понял, как сильно
вы любите друг друга.
Я и не знала, что мама
может быть настолько счастлива.
Гордитесь собой.
Вам хорошо вместе,
и это чувствуется.
Я вас люблю. Пусть ваша
любовь будет неугасима.
Поздравляю вас".
Возьмите друг друга за руки,
да будет вам опорой
в жизни любовь.
Да защитит она вас.
С большой гордостью и радостью
я объявляю вас мужем и женой.
Простите!
Вы соединены узами брака.
Поцелуйтесь.
Простите.
Луиза и Нанси стали новой
супружеской парой Квебека.
-Лестницу ты придумала раскрасить?
-Да.
Она находится в центре школы.
Мы хотели,
чтобы все
ее видели,
чтобы все понимали,
что наша школа открыта всему новому,
что мы приветствуем разнообразие.
В Квебеке часто говорят:
"Живи сам и не мешай жить другим".
Даже в деревнях так было.
Хотя там было принято наблюдать
за соседями,
дома человек
чувствовал себя свободным.
Мы сохранили этот принцип.
Мы терпимы.
Мы просто хотим...
Мы не ограничиваем
свободу людей,
мы готовы принять многое.
Почему мы такие?
Я учитель истории.
У меня есть своя теория.
Говорят:
"Мы поспели вовремя".
Мы приехали сюда в надежде
обрести свободу.
Говоря о Новой Франции,
нельзя не вспомнить о том,
что некоторые страницы
истории были преданы забвению.
Можно ли в этом винить католицизм?
Я думаю,
что наши предки думали о выживании,
по крайней мере в первые 150 лет.
Про религию забыли.
Чтобы жить бок о бок
с индейцами в суровые зимы,
о многом приходилось забывать.
И такая жизнь
нравилась нашим предкам.
И мы многое...
унаследовали от них.
Потому что...
Мне кажется,
что мы более свободны,
чем другие народы.
Нам присуща некая глобальная свобода.
Сказывается наше
дикарское прошлое.
Наше поколение разделось на тех,
кто хочет жениться,
а кто не хочет.
Меня больше всего интересуют те,
кто выступают за брак.
Хочу поднять бокал
за Даниеля и Николь,
и пожелать им счастья
в совместной жизни,
в нашем обществе.
Как минимум 30 лет счастья.
У нас с Николь
необычная история...
У нас не было даты, чтобы отмечать
годовщины совместной жизни.
Знаем мы это!
Мы жили
в соответствии со своими
принципами, мировоззрением.
Мы не собирались жениться.
Не ощущали
в этом необходимости.
Мы были...
Мы жили вместе
в гармонии.
Не хотелось..
Не хотелось устанавливать рамки.
Так и жили
в гражданском браке 30 лет.
Это были лучшие
и самые счастливые годы
нашей жизни.
В нашей стране
насчитывается больше всего
гражданских браков.
Словно в 60-ые годы
мы решили вернуться
к нашему исконному образу жизни,
свободному,
неподвластному строгой морали.
Менее патриархальному.
"Мсье, простите меня,
я украла в вашем магазине
бутылку лимонада.
Я пишу вам это письмо,
чтобы принести свои извинения.
Я хотела испытать себя.
Я думала, что могу быть
выше системы.
Но оказалось,
что это не так.
Я благодарна вам за то, что вы
решаете проблему мирным путем.
Еще раз простите.
Благодарю вас за то,
что вы заставили меня задуматься.
Больше такого не повторится.
У меня жизнь впереди".
Очень хорошо. Спасибо.
Ты осознала,
что поступила нехорошо.
Написала письмо.
Это важно...
И твои извинения тоже важны.
Что-то еще хочешь ему сказать?
Мне это кажется странным.
Я не думала,
что хозяин магазина может быть
таким гуманным.
Теперь я понимаю,
что этот человек
зарабатывает на жизнь.
А как иначе?
У меня двое детей.
Сын 18 лет
и дочь 21 года.
Твоего возраста.
С ними такое могло случиться.
Они могли совершить кражу.
Да, верно.
Можно сделать фотокопию?
Да.
-Вот.
-Отлично.
Ты 4-ая по счету
пишешь мне извинительное письмо.
Я письма храню.
В ящике стола.
Для меня они важны.
И полезны.
Наша система отличается
от канадской
и даже французской.
Когда к нам приезжают иностранцы,
в частности, французы,
они сразу подмечают различия.
Что же здесь не так?
Одно из существенных различий...
люди, совершающие
преступные действия,
в меньшей степени
подвергаются остракизму.
Наше общество более терпимо.
Мы проявляем большее понимание,
готовность простить.
Мы стараемся войти в положение
даже тех,
кто совершил
уму непостижимые преступления.
Кто у нас судит
несовершеннолетних?
Кто в Квебеке отвечает за это?
Это особый случай.
Только в нашей провинции
дела
юных правонарушителей...
Если несовершеннолетний
совершил проступок...
Как и везде, минюст
отвечает за функционирование
судебной системы.
Но за юных правонарушителей
отвечают
минздрав и соцслужбы.
В других провинциях -
министерство общественной
безопасности.
Курирует и детей,
и взрослых.
У нас же с подростками работают
соцслужбы.
Мы проводим
перевоспитательную работу,
мы стремимся скорей изменить привычки
юных правонарушителей,
чем наказывать их.
Мы чаще всего обращаемся к диалогу.
Мы любим беседовать,
прояснять неясности.
Мы не применяем
систему наказания.
Моя дядя был криминологом.
Изучал систему УДО.
Часто ездил с судьей к инуитам.
Передвижной суд?
Это как-то так называлось.
Инуитам мы навязали
нашу судебную систему.
Сказали им:
"Если кто-то совершает преступление,
его нужно изолировать.
И ждать судью,
который вынесет приговор".
После приговора
преступника сажали в самолет,
чтобы препроводить в тюрьму.
Вся деревня приходила
прощаться
с преступником.
Дядя не мог понять почему.
А потом понял,
что к моменту приезда судьи
стороны успевали выяснить
отношения и примириться.
И гармония возвращалась.
Провинившийся искупал вину...
Решение было найдено.
Это и есть основа
судебной системы индейцев.
Она основана на так
называемой гармонии.
Если в клане царила гармония,
преступления словно и не было.
Не знаю, усилится ли прилив.
Пока стабильный.
Вон видишь скалу?
Иезуиты быстро поняли,
наблюдая за советами
гуронов
в начале XVII века...
Они удивлялись:
"Все очень странно.
Они садятся в круг и беседуют.
Каждого выслушивают,
говорят по очереди.
Каждый отвечает
на основные аргументы предыдущего,
продолжает беседу.
Их организация
похожа на республику".
Иезуиты думали,
что без монархии
наступит анархия.
Республика,
то есть ответственность народа
за управление
государством, не казалось
возможной.
Предполагалось,
что наступит беспорядок.
А тут они поняли,
что республика - это не утопия,
она не ведет к анархии.
-Она существует.
-У индейцев.
-Пример налицо.
-Да, перед глазами.
Они были поражены,
взволнованы.
Можно было рассуждать
о равенстве, братстве,
свободе и праве на счастье.
Основные темы современности
обсуждались
уже в то время
коренными народами.
Гуронский историк Джордж Сиуи
написал, что философия индейцев
привязана к жизни.
Они наблюдали за циклами природы,
черпая в ней
свои принципы.
Поэтому их культура
пронизана идеей гармонии.
Когда я начала работать в Квебеке,
представляла интересы профсоюзов...
Я сначала работала адвокатом,
потом судьей суда 1-й инстанции,
потом перешла
в апелляционный суд.
Модель одна.
Она основана на антагонизме,
конечно же.
На противопоставлении сторон.
Двух непримиримых сторон.
Позиции сторон прямо противоположные.
Каждый хочет победить.
Эта модель не подлежит
осознанию сути конфликта
сторонами.
К каждой ситуации применяются
одни правила,
одна процедура.
Это загоняет нас в тупик.
Наша модель основана
на антагонизме.
Другой у нас нет.
И когда процедура медиации начинает
проникать в нашу систему, -
она приспосабливается
к существующей системе,
медиаторами становятся сами судьи, -
мы постепенно приучаем себя
к ведению диалога,
к возможности примирения.
Появляется модель,
свободная от антагонизма,
основанная на сотрудничестве.
Она тяготеет к поиску решения,
а не к наказанию.
И эта модель постепенно набирает
силу наравне с нашей моделью.
Нигде такого нет.
И в административном суде,
и в верховном суде
Квебека,
это высшая судебная инстанция,
человек имеет право
потребовать вмешательство
медиатора. Судья снимает мантию
и принимается помогать.
Основы нашей судебной системы
постепенно меняются.
У нас гибридное правосудие.
И оно распространяется
на все юридические области.
Получается,
что эта система
лишает власти
важный орган правосудия,
чтобы наделить ответственностью
простых людей, граждан.
Вы говорили об участии людей.
Получается,
что эта система
намного ближе к людям,
это не пирамидальная система,
в круговая.
Верно. И это интересно.
В нас говорят наши корни...
Наши руководители
должны признать это.
И принять меры.
Пирамидальная структура
видоизменяется.
Расплывается к своему основанию.
Судья-медиатор передает часть
своих полномочий людям.
Как это было в старину у индейцев.
Это интересно.
Это по сути разделение власти.
Это и есть основа правосудия.
Высокопоставленные лица
устанавливают правила
разрешения конфликтов,
исходя из свода прав человека.
Теперь происходит разделение
обязанностей.
Группа людей сама может
решить, какое решение
в большей степени подходит ей.
Вы правы,
индейцы принимали
решения коллегиально,
обдумывали свои действия.
Вы знаете свои корни?
Я родом с полуострова Гаспе.
Мой дед был рыбаком
из Мешена.
Он ловил треску, лосося, скатов.
Промышлял и омарами.
И какие правила были в вашей семье?
Кто принимал решения?
Наш отец часто отсутствовал.
Он работал в лесу
по 10 месяцев в году.
У меня было 6 братьев.
Я была самой младшей.
Нас растила мать.
Когда отец возвращался,
начинался праздник.
Гигант выходил из леса.
Он умер, когда я начала
работать в Верховном суде.
Я почтила его память
на общем собрании.
Другие судьи не были
знакомы с такими людьми.
Я сказала:
"Мой отец был воплощением мудрости.
Он был ближе к медведям и волкам,
чем к людям.
Но до чего он был мудр!"
Отец научил меня понимать лес.
Он говорил лишь самое нужное:
"Мы ходим по горам,
как и по равнине.
Не меняя ритма".
Это мудрое замечание.
Он обошел непроходимые чащи
северных районов,
не пользовался ружьем.
Помню, как в глубокой старости
он горевал
о том, как на берегах реки Муази
вырубали весь лес сплошняком.
"Так нельзя".
Я сделал это на свадьбе соседа.
Он играл свадьбу на ферме.
После застолья я спросил:
"Поговоришь со стадом?"
Он сказал, что не выйдет.
Я подозвал коров,
они пришли и стали дружно мычать.
Все подойдут, даже телята.
Возле изгороди стоят.
А где бык?
Кажется, он занят подружкой.
Позади стоит.
С красной холкой.
Он в центре.
Видишь его голову?
Это бык лимузенской породы.
Ты заседаешь
в комиссиях по развитию?
Да.
Немного...
Немного?
В 3 комиссиях!
Всего в 2.
В комиссии Капиталь-Насьональ,
в комиссии Поннеф.
Эти комиссии поддерживают проекты.
Вам на рассмотрение приносят проект,
и вы оказываете помощь.
Каждый может
высказать свое мнение,
внести свое предложение.
Задать важные вопросы.
Навести на мысль.
И человек получает
независимое мнение.
Помощь специалистов важна.
Мы готовы посвятить
этому свое время.
Предположим, что по какому-то проекту
мы голосовали.
4 голоса против 5.
Проект стоящий?
Я как предприниматель
забочусь о том,
чтобы проект был выгодным,
потом представляю его.
И часто вам приходится прибегать
к голосованию?
Нечасто. Иногда решаем
проголосовать.
Но чаще всего дорабатываем его
совместно с предпринимателем,
чтобы двигаться вперед,
чтобы проект был одобрен всеми
без существенных изменений.
Неважно, крупный проект или нет.
Если он выгоден всем,
это хорошо.
Все будут довольны.
Все приложили руку.
Нам это нравится.
Так у нас принято.
По такому принципу работают
квебекские предприятия.
У нас много
всевозможных комитетов,
мы постоянно говорим,
как на уровне фирм,
так и на уровне общества.
Ни в одной демократической стране
такого нет...
У нас свои проблемы.
Это очевидно.
У нас больше всего
парламентских комиссий,
комитетов,
других организаций.
Нам необходимо
высказывать свое мнение.
Такова наша культура.
Мы любим все обсуждать.
И менеджмент на этом основывается.
Необходимо выслушать мнение всех.
Поэтому беседы затягиваются.
Я замечал не раз,
что приезжающие сюда французы
этого не выносят.
Недоумевают:
"Когда же они работают?
У нас начальник дает указания
и следит за выполнением работы.
Зачем ему наше мнение?
Зачем тогда вообще
нужны начальники?"
Но у нас совершенно иной менталитет.
Это ощущается
в малых фирмах.
А производительность
от этого страдает?
Наоборот!
Наша общественная жизнь
основывается
на принципе консенсуса...
Может,
это слишком громкое слово,
но все согласны и все знают,
зачем это надо.
Это своеобразное одобрение решения.
Получается,
что каждый чувствует причастность
к принимаемому решению.
И это позволяет рассматривать
несколько решений,
улучшать ситуацию...
Поэтому наши предприятия
такие "гибкие".
Они чаще всего
прибегают к инновациям.
А все потому,
что мы не очерчиваем строгих рамок,
как это принято при классических
схемах управления.
Вы выше этого.
Мы даем людям возможность
поговорить,
договориться.
Так и рождаются
коллективные решения...
Это и есть коллективный разум.
И делаем мы все это осознанно.
Мы находим гармонию в консенсусе.
Такое мировоззрение
прочно укрепилось в нас,
оно помогает нам
принимать решения сообща.
Но в противостоянии с сознанием
оно бессильно.
И все чаще мы выступаем
от своего лица,
каждый за себя.
Каждый день мы предаем
дух солидарности,
перестаем делиться
мнением с другими.
Мы становимся
все больше уязвимы.
Этот детский сад
был открыт
для детей коренных жителей.
Но и другие дети,
дети "белых",
тоже сюда принимаются.
И для них здесь есть место.
Наш садик открыт для всех.
Мы хотим, чтобы дети
из разных семей,
выросшие в разной среде,
могли общаться.
Здесь, в Валь д'Оре,
это тем более важно,
потому что население в основном
состоит
из индейцев алгокинов и анишинабе.
Дети этих этнических
групп должны привыкать друг к другу.
Мы заметили,
что расизм исчезает
при близком знакомстве
с коренными народами.
Расизму нет места.
Ты имеешь дело не с группой,
а с отдельными людьми.
Так и воспитываем детей.
Один мальчик
сказал: "Когда вырасту,
стану коренным жителем".
Он был белым.
Ему очень понравился
рассказ о коренных народах.
"Когда вырасту..."
Да. Он был доволен.
Хотел стать индейцем.
Если спросить у детей:
"Кто из коренных народов?",
все могут поднять руку.
Но мы не делаем
акценты на их различиях.
Мы не говорим им:
"Ты не относишься
к коренному народу".
Они ощущаются себя
членами одной большой семьи,
одной группы.
Мне кажется,
что мы повторяем то,
что делали наши предки
400 лет назад,
они сближались между собой...
Детский сад - это общество
в миниатюре.
Дети спят, едят вместе,
гуляют, играют...
Они больше времени
проводят вместе, чем в школе.
Думаю, так наши предки жили
400 лет назад.
Почему наши предки
жили сплоченно долгие годы,
а теперь мы разобщились?
Разрыв пришелся,
как я думаю,
на эпоху завоеваний.
Завоевания
повлекли за собой
длительную войну.
Длительную и кровопролитную,
как все войны.
С одной стороны
выступали
французы и индейцы,
с другой -
победоносные англичане.
Для англичан
это была франко-индейская война.
Англичане хотели сдержать
расширение французской империи,
согнать индейцев с их земли
и заселить ее.
Побежденные канадцы
заявляли о своих правах.
Они требовали право преемственности,
настаивали на нем.
Но им пришлось
подчиниться англичанам.
Тем более, что они были запуганы
массовой депортацией акадийцев.
Всех могли депортировать.
В качестве обоснования
депортации акадийцев говорилось
об их "одичании".
Действительно,
акадийцы
создали семьи с индейцами -
микмаками и абенаки.
Поэтому те канадцы,
которые хотели добиться признания
"хозяина",
должны были подчиниться ему,
и соответствовать
определенным параметрам.
Они должны были стать
цивилизованными людьми.
А если бы они настаивали
на связях с индейцами,
их бы лишили имущества и выслали.
Поэтому и в дальнейшем
канадцы
избегали признавать себя
потомками метисов.
Тем более, что в XIX веке
стали
развиваться расистские теории,
обосновывалось существование
отсталых народов,
которые следовало приобщить
к цивилизации.
Поэтому канадцы,
ставшие порабощенным народом,
были вынуждены отдалиться
от дикарей, заверять
всех в том,
что они французы.
Таким образом
они лишали себя
части прошлого,
истории, самобытности,
которая
была неразрывно
связана с индейцами.
Потом были созданы резервации,
проводилась политика сегрегации,
и канадцы все больше
отдалялись
от индейцев.
Индейцев притесняли,
лишали гражданских прав.
Они были под пятой у англичан.
Не имели права свободы
передвижения.
Мы словно перечеркнули
наше совместное прошлое.
Мы долго боялись,
что нас примут за дикарей.
Мы долго стыдились себя.
Мы стыдились того,
что жили вместе с индейцами.
Мы словно совершили ошибку.
А ведь близость к ним,
наоборот,
стала источником вдохновения,
выявила необходимость
пересмотра жизненной позиции,
обогатила наши две культуры,
нас самих...
Это совместное прошлое
является частью нас,
нужно перестать
стыдиться его.
В каждом из нас таится дикарь.
Все мы потомки метисов
на биологическом уровне,
культурном.
Но очень многое уже невозможно
разделить
на индейское и не индейское.
Но неспроста
мы так любим природу,
рыбалку, охоту,
неспроста не признаем
строгой иерархии,
сомневаемся в себе,
пытаемся познать свою
культурную самобытность.
Неспроста мы столь толерантны.
Вот почему мы так дорожим
общественными интересами,
уважаем женщин...
Это важно.
Мы по-особому
воспитываем своих детей.
Но, повторяю,
четкой взаимосвязи
установить нельзя.
Но можно лучше понять
наши особенности,
особенности нашей культуры,
на которую так сильно повлияли
годы совместной жизни с индейцами.
Наше прошлое не должно
было исчезнуть.
Ведь долго время мы жили
бок о бок.
Долгое время
квебекцы и индейцы
делились...
всем,
жили на одной земле.
Потом всему этому пришел конец.
Но история выковала
нашу национальную самобытность.
Квебек - это не кулинария
и не религия.
Это самосознание.
Наша самобытность стала
следствием встречи народов,
дружбы и солидарности.
Да.
Мы шли по жизни рука об руку,
а вы идете по нашему пути.
По нашим следам.
Поэтому мы так близки.
Мы словно наметили вам путь.
Вы прошли по нему,
вы не свернули с него.
Когда думаешь обо всем этом...
Мы оставили след в истории.
Вы тоже оставили след.
Мысль не умрет,
если люди будут
беречь и лелеять ее.
Я думаю, что квебекцы
испытывают смутный дискомфорт.
И даже...
страдания.
Они болезненно
пережили наш разрыв.
Французские канадцы того времени
были вынуждены отречься...
от части самих себя,
от индейской культуры.
И это до сих пор сказывается.
Но мы стараемся не думать об этом.
Некоторые люди думают так:
"Что-то во мне не так.
В моем образе мыслей.
Я чувствую себя непохожим на всех".
А все потому,
что они
чувствуют близость к индейцам,
но боятся в этом признаться.
Даже деды об этом не говорили.
Родители не говорили.
Все скрывали.
Но себя не изменишь.
Квебекцы страдают.
Пытаются познать себя...
Многие из них.
Бывает,
что люди говорят нам:
"Мы хотим знать, есть ли в нас
что-то от вас".
Но как это узнаешь?
Мы знаем...
что некоторые задаются
такими вопросами, потому что
им не удается
познать суть самих себя.
Они не знают, что за смутные
чувства мучают их.
И теперь я стала замечать,
что таких людей все больше.
Квебекцы ищут себя.
Многие из них пытаются
узнать свое прошлое.
А другие чувствуют вину.
Это еще хуже.
Они говорят:
"Мы вас притесняли, предали..."
Не думаю, что это хорошо...
Нам нужно
воспроизвести нашу первую встречу.
И поговорить откровенно.
Нужно найти в себе смелость
сделать это.
Лично я
сохраняю оптимизм.
Потому что вижу изменения...
Я общаюсь с людьми...
из Монреаля, Абитиби,
Гаспезии...
Коренные народы живут везде.
И теперь они стремятся
наладить контакт с канадцами.
Чтобы не жить разрозненно.
Мы хотим сблизиться со всеми.
Но это желание должно
быть обоюдным.
А что значит...
быть абенаки?
Что значить быть квебекцем?
 

////////////////////////////