Киностудия (1 сезон, 2025 год). Цитаты и фразы из сериала

 The Studio

Мэтт Ремик становится главой кинокомпании Continental Studios, переживающей не лучшие времена.

Все фразы и цитаты

Серия 1

Давай же. Умри. Вот так.
Сдохни, детка!
Так это ты, да?
Думаешь, ты сможешь быть боссом.
Зараза. Корона так чертовски тяжела,
что шея не выдержит.
Лишь благодаря мне
мы еще не канули в Лету.
Ты отлично справишься.
Знаешь, откуда я это знаю?
У тебя был лучший учитель.
И бум!
- Снято!
- Хлопушка.
Да. Ага. Отличная работа.
- Превосходно. Молодец, Пол.
- Не знаю.
Я не слишком плююсь? Перебор?
Нет, чёрт возьми. Плевок отличный. Я...
Да. Как тебе последний взгляд сожаления?
Я поиграл бровями. Заметно?
Да. Я всё видел. Еще как.
Я заметил. Исключительно.
- Спасибо. Да.
- Еще дубль.
Добавь немного обреченности.
- Класс.
- Еще дубль.
- От сожаления к обреченности.
- Приготовились.
- Не уходим.
- Да. Ясно?
- Да.
- Идет?
Эй, дайте пару минут.
У меня полные трусы
бутафорской крови. Так что...
Кровавые трусы? Не говорите отделу кадров.
Томми, как дела?
- Я Мэтт. Рад встрече.
- Мэтт.
Это Мэтт. Он со студии.
Я продюсер, Мэтт Ремик.
- Спасибо.
- Я ваш фанат, Пол.
Вы отличный режиссер.
Вам стоит чаще этим заниматься.
- Видели мой фильм?
- Да. «Дикая жизнь» супер.
Невероятно. То, как вы его сняли... Красота.
Эй... Простите. Секунду. А если перейти
от сожаления к обреченности и принятию?
Принятие. Да. Покажи.
Да. Ага. Так. Готов?
- Вперед.
- Повторим. Класс.
- Спасибо, что зашли.
- Ерунда.
Я тут хотел предложить идею для сцены.
Нам идей хватает.
Но спасибо. Увидимся
на вечеринке Шарлиз, да?
Да. Конечно. До встречи.
Разумеется, я буду там.
Рад был повидаться, Пол. Так держать.
Да. Ладно.
Куинн, я приглашен на вечеринку
Шарлиз Терон на выходных?
Что? Нет. С чего вдруг
Шарлиз Терон тебя приглашать?
Вечно спрашиваешь,
приглашен ли ты к знаменитостям,
- и ответ всегда нет.
- Класс. Спасибо. Что дальше?
- Представители «Дженги».
- Чёрт. Да.
Вчера кубик Рубика, сегодня – «Дженга»?
Пэтти – глава студии.
Ее корпоративным боссам
нужны фильмы с известными брендами,
- приходится посещать эти встречи.
- Снимешь фильм про «Дженгу»?
«КОНТИНЕНТАЛ»
Нет. Встречу посетил, на кино забил
и занялся хорошим фильмом.
О боже. Тоска. Надо было
прийти в чертову индустрию лет 30 назад.
Да. Поверь, будь моя воля,
мы бы занялись сиквелом
«Ребенка Розмари», «Энни Холл»
или крутого фильма,
чей режиссер не чертов извращенец.
- Извращенцы круто снимают.
- Это да.
...здание спроектировал
Фрэнк Ллойд Райт в 1927-м
в своем характерном неомайанском стиле.
Оно буквально должно было
стать храмом кино.
Храм кино. А я должен создавать
фильмы из деревянных брусков.
- Йоу.
- Как ты? От меня пахнет? Дома не ночевал.
Да. От тебя пахнет водкой.
Просто водкой? Ерунда.
Я надрался с Педро Паскалем.
Он одобрил досъёмки «Маминой тусы»,
но надо собраться. Гриффин Милл тут,
а Пэтти пропала без вести.
Вдруг приехал главный. Что-то назревает.
Определенно.
Стой. Гриффин Милл тут,
и никто не знает, где Пэтти?
Да. Думаю, это оно. Пэтти вылетела, точно.
Десять провальных картин.
Полные сделки для всех ее дружков.
Она потратила 30 миллионов
на восстановление этого здания. Ей конец.
И у меня такое чувство, что я ее замещу.
У меня тоже чувство, что я ее замещу.
Да нет. Да, конечно. Кто знает?
Но наша дружба не пострадает.
- Конечно. Да.
- Если что, я тебя поддержу.
Люблю тебя.
Эстер Чанг, срочно. Спасибо.
Куинн. Ты не поверишь, что сказал Сэл.
Пэтти уволили. Я говорила
с ее ассистентом. Она ушла.
- Боже.
- «Дедлайн» скоро опубликует новость.
Она приехала в офис никакая,
а потом умчалась.
Да! Я знал, что это случится.
Это очень грустно, и я люблю Пэтти,
но, может, это мой шанс.
Ты нравишься Гриффину Миллу?
Честно? Не знаю.
После его прихода я видел его пару раз.
Он трудночитаемый.
Офис Мэтта Ремика. Да. Разумеется.
Тебя зовет Гриффин Милл.
Он на натурной площадке.
Меня либо повысят, либо уволят.
Если получу это место,
сделаю тебя креативным директором.
Охренеть! Я думала,
ты так говорил, чтобы я не ушла.
Так и было, но я также говорил серьезно.
Хотите зеленого сока?
Не нужно. Спасибо.
Входите.
Добро пожаловать.
Спасибо.
Прости за странный выбор места.
Мне надо было решить одно дело,
и я подумал,
что следует быть осмотрительным.
- Да. Осмотрительность важна.
- Да... Именно. Кто захочет слушать плач
и истерики увольняемого
сотрудника? Присаживайся.
Мэттью, из уважения
я перейду сразу к делу.
Время Пэтти пришло и ушло. И я всерьез
подумываю назначить тебя на ее место.
О боже. Да. Я идеальный кандидат.
Почему... Расскажи. Почему именно ты?
Ну, я работаю в «Континентал» уже 22 года.
Я купил пробный сценарий для «МК-Ультра»,
породивший франшизу,
что принесла более трех миллиардов...
Эй, Рене! Где мой чертов зеленый сок?
- Будешь сок?
- Да. С удовольствием.
Два зеленых сока. Быстро.
- Да, сэр.
- Прости. Продолжай.
Кино – моя жизнь. С тех пор как я побывал
здесь на экскурсии еще ребенком,
моей мечтой было
стать главой студии «Континентал».
Какая прелесть.
Ладно. Слушай. Если честно, у меня по тебе
лишь одно серьезное сомнение.
Я слышал, ты любишь
дурацкий манерный артхаус.
Ты одержим желанием
понравиться актерам и режиссерам,
а не заработать этой студии
как можно больше денег.
- Я?
- Да.
Это совсем далеко от истины.
Я так же прагматичен,
как и любой в этом городе.
- Я тебе верю.
- Супер.
- Класс.
- Класс.
В «Континентал» мы снимаем не фильмы.
А кино.
Кино, за просмотр которого
люди готовы платить.
Да.
Иди сюда. Открою тебе маленький секрет.
Это не для чужих ушей,
но я вот-вот закрою сделку
на использование бренда «Кул-Эйд».
И я говорю о четырех
целевых сегментах аудитории.
- «Кул-Эйд»?
- Да.
- Красный напиток?
- Да.
- Парень крушит стены со словами: «О да»?
- Да.
- Чёрт, это идеально.
- Да.
Именно этим мы должны
заниматься, м-р Милл.
- Наконец кто-то понял.
- Да. Я понял.
- О боже. Здорово. Да.
- Да.
Смотри, ведь если «Уорнер Бразерс»
могут сделать чертов миллиард долларов
на пластмассовых сиськах куклы без киски,
то мы должны заработать два миллиарда
на легендарном бренде «Кул-Эйд».
Сможешь это воплотить?
О да.
- Я понял, и вы поняли.
- Да. Ты понял. Да.
А теперь за дело.
За дело. Отлично.
Хорошо.
Должность моя?
О да!
КИНОСТУДИЯ
«ПОВЫШЕНИЕ»
МЭТТ РЕМИК ПРЕЗИДЕНТ
И КРЕАТИВНЫЙ ДИРЕКТОР
- Мэтт. Все собрались в конференц-зале.
- Супер. Спасибо, Петра.
Один вопрос. Пэтти не перезванивала?
- Пэтти?
- Пэтти Ли.
- Чей пост я занял.
- Пардон.
- Бывшая глава студии.
- Пэтти, да.
- Да?
- То есть нет.
- Она не звонила.
- Ясно.
- Столько новых имен. Трудно.
- Сразу не упомнишь.
- Куинн.
- Привет.
Готова? Первое собрание в новой роли.
- Еще как готова.
- Похоже на то.
- Блокнотик взяла.
- Да.
Крутой чел.
- Как оно?
- Поздравляю.
Спасибо. Мы же говорили,
это дружбе не помеха, да?
- А то.
- Раз я теперь босс,
- я тебя поддержу.
- Супер.
- Да.
- Чёрт. Джон Сина.
- Ясно. Да.
- Отвечу.
- Он супер.
- А то побьет.
Ну же, чувак. К чёрту всё.
- Передает привет.
- Класс.
- Вот и он.
- О, привет.
- Майя. Тайлер.
- Герой дня.
Для следующего интервью с «Вэрайети»
попроси сначала маркетинг
- выбрать достойное фото.
- Мне нравится их фото.
- Да? И освещение?
- Спасибо.
- Так.
- Ясно.
Всем спасибо, что собрались.
Я хотел созвать основную группу
на первое официальное собрание
эпохи Ремика.
Да, Пэтти была наставником для всех нас,
но это не значит, что я не применю
несколько иной подход для...
«ВЭРАЙЕТИ»
...как я красноречиво сказал в интервью,
работы с престижными и кассовыми фильмами.
Они не взаимоисключающие.
Мы можем и будем работать с обоими.
«ПАСИФИК СИНЕРАМА»
Поэтому я с радостью объявляю,
что мы запускаем фильм
с участием бренда «Кул-Эйд».
- Погоди, что?
- Погнали, чёрт возьми!
- Да.
- Серьезно?
Я месяцами уговаривала Пэтти на подобное.
Боже. MrBeast посадит кучу народу
в гигантский кувшин «Кул-Эйда»,
пусть задержат дыхание за деньги.
Отлично выйдет.
- Да?
- Я продам это на ура.
Отлично, Майя. Рад, что тебе зашло.
Моя идея понравится тебе еще больше.
Итак, почему «Барби»
так прогремела на рынке?
Знаменитые белые.
Вроде того. На самом деле
одна псевдознаменитая белая дама.
Грета Гервиг. Вот причина успеха «Барби».
Режиссер-сценарист.
Видение создателя фильма.
Так же мы обыграем «Кул-Эйд».
Создадим авторский фильм,
который получит премию «Оскар».
О, чтоб меня. Хочешь снять
пафосный фильм про «Кул-Эйд»?
Зачем? Никто уже не смотрит
долбаный «Оскар».
У «Братьев Супер Марио
в кино» был «Оскар»?
- Нет.
- Нет. Не было, но знаешь, что у них было?
Кассовый сбор в размере
1,3 миллиарда долларов. Может, это оно?
Да. Я сделаю на нём 1,3 миллиарда,
но я также сделаю отличный фильм.
- О боже.
- Эй, Петра!
Организуй встречи.
«Кул-Эйд» требует лучших режиссеров.
О да.
«КОПТИЛЬНЯ»
- Спасибо.
- Я сбит с толку.
Зачем нам фильм про «Кул-Эйд»?
Ты ненавидишь байду с авторскими правами,
ты дал пафосное интервью о том,
что хочешь снимать шедевры кино.
Да. Гриффин дал должность при условии,
что я сниму фильм про «Кул-Эйд».
- Ага.
- Ясно.
Логично, ведь после анонса
ты будешь выглядеть...
- Лицемером?
- Я хотел сказать, идиотом, но да.
«Кул-Эйд», авторская версия.
Тогда я предстану гением, блин.
- Послушаем агента.
- Митч Вайц.
Эй. А говорят,
в Голливуде не осталось евреев.
- А мы? Почти миньян.
- Да. Смешно.
«Манишевиц» будете? Потрясите лулав.
- Да. Мы все евреи.
- Ясно.
- Очень смешно.
- Я знаю про лулав.
Мы запускаем фильм про «Кул-Эйд»,
сведи нас со своими клиентами.
Да. Сэл предупредил.
Я говорил с Ником Столлером, и он...
Он не сразу, но понял. У него есть идея.
Люблю Ника Столлера за это.
«Аисты», «Капитан Подштанник», «Маппеты».
Это не совсем то направление.
Ты не работаешь с Уэсом Андерсоном?
Чтобы Уэс Андерсон режиссировал
гребаный фильм про «Кул-Эйд»?
Он решит, что я свихнулся.
Он уволит меня через «Зум»
из Лихтенштейна, или где он там.
Ладно. А Гильермо дель Торо?
- Да иди ты в баню. Ты совсем...
- Это...
Он лауреат премии «Оскар».
Он не опустится до киношки про «Кул-Эйд».
Почему? Это же как «Барби».
«Барби»?
«Барби» в десять тысяч
миллионов раз лучше,
чем чертов «Кул-Эйд». Почему?
Потому что люди любят Барби.
Она секси. Барби хочется трахнуть.
Я бы трахнул...
Кто захочет трахнуть Кул-Эйд Мена? А?
У него даже анального отверстия нет.
Его точно никак не трахнуть. Разве нет?
Как его трахнуть?
Зачем трахать...
О чём мы вообще? Это ни при чём.
Для режиссера это реальный шанс
получить огромный бюджет
и создать стоящий фильм.
Мэтт. Послушай, я понимаю.
Ты новый глава студии. Хочешь творить
искусство, срубая на нём миллиарды.
Но знаешь что? Ни хрена не выйдет.
Пытаясь сделать это,
ты всё запорешь. Ясно?
Эй, Мэтт, он прав.
Один для них, один – для себя.
Мартин Скорсезе предложит тебе сценарий.
- Соглашайся. Выбери легкую победу.
- Видишь? Послушай еврея.
- Старпома.
- Супер. Спасибо.
Правда. У тебя есть Столлер. Он супер,
- ты, чертов баран.
- Он хорош.
Вот блин.
- Можно чаще упоминать еврея?
- Когда появляется еврей... Слушай...
- Здрасте, м-р Милл.
- Мэттью. Как там «Кул-Эйд»?
В пятницу у меня заседание совета,
так что надо определяться с режиссером.
Справишься?
Да, конечно. Без проблем.
Ага. Я всё сделаю.
Хорошо.
Да. Устрой встречу с Ником Столлером.
Мазаль тов.
Кул-Эйд Мен – логотип в мире логотипов.
Он дружит с Джелл-О и Шефом Боярди.
Они ходят в бар тусить с Вельвитой.
Кул-Эйд Мен был популярен в 80-х.
Ему пора на пенсию, ведь он слишком стар,
чтоб пробивать стены и делать свою работу.
Он хочет, чтобы его заменил его сын.
Целая семья человечков Кул-Эйд.
Так мы задействуем другие вкусы.
Желтый, зеленый...
Но его дочь очень хочет пробивать стены.
А Кул-Эйд считает,
что она недостаточно сильная.
Но когда всё их семейство пропадает,
девушка Кул-Эйд становится
их единственной надеждой.
Надеюсь, это не прозвучит грубо,
но мне кажется, будто меня
отымели Уолт Дисней и Аарон Соркин.
Понимаешь?
Уолт у меня во рту,
а Сорк разносит мой зад.
- Ну... спасибо.
- Да.
- Спасибо.
- Тебе спасибо. Класс.
Мне, как отцу дочерей,
эта семейная дилемма очень близка.
Да, не сомневаюсь. Отличная идея, Ник.
Большое спасибо, что пришел. И так быстро.
Мы это ценим.
Мы обсудим всё со своей стороны.
И сразу сообщим. Спасибо. Да.
Супер. Спасибо. А ты с Пэтти не общаешься?
То есть... Она помогла мне
стать сценаристом, и я ее обожаю.
- Да. Она лучшая.
- Она в порядке?
- В полном, да.
- Ясно.
Я как раз говорил с ней утром.
- Ясно.
- Да, она отлично адаптируется.
С оптимизмом смотрит в будущее.
Да, я передам ей привет от тебя.
- Здорово.
- Да. Молодец.
- Обожаю «Кул-Эйд».
- Класс. Спасибо.
- Супер.
- А он – тебя.
Так бы и выпил.
- Да.
- Ты правда говорил с Пэтти?
Нет. Я тысячу раз ей звонил.
Она не перезванивает.
Да, и мне. Отличная задумка.
Фильм может зайти. Он спец.
Да. Должен сказать,
это явно лучший вариант
очень-очень усредненной версии.
И это не то, с чего я хочу начать,
но Гриффину Миллу понравится.
Что важнее, мы успеем
до конца недели. Спасибо.
- Я с тобой.
- Да.
Среда, 27 марта.
Я Мэтт Беллони, и это «Наш город»,
подкаст, который покажет вам Голливуд.
Разные источники трубят о важной новости:
Мэтт Ремик, глава «Континентал»,
проводит встречи в поисках
режиссера для фильма про «Кул-Эйд».
- Чёрт.
- Он сказал «Вэрайети»,
что хочет возродить кино
и сделать смелый выбор.
Ремик стал главной темой
для обсуждения в соцсетях,
ведь он хочет снять
тупую киношку на базе плохого напитка.
Проклятье.
Не верится: Пэтти ушла.
Сколько помню, она возглавляла
«Континентал». Еще до потопа.
Да.
- А теперь здесь ты.
- Да.
- Поздравляю.
- Спасибо. Я очень рад.
- Успехов тебе.
- Да.
Я на нервах, честно,
у меня был сложный день.
О да. Всё плохо?
Плохо? Не совсем.
Столько всего происходит.
Что у вас? Не терпится услышать.
Ну, я знаю, что ты занят,
так что сразу к делу.
Я уже очень давно
хочу воплотить этот проект.
Только вот бюджет великоват.
Можно сказать, чересчур. Широкий размах.
Здорово.
Тематика сложная.
Но фильм развлекательный.
- Круто, да.
- Увеселительный, да?
Это история, с которой все мы знакомы,
но поверхностно, не до конца, понимаешь?
О, я понимаю. Что за история?
Джонстаун.
А?
Джонстаун.
Культовое массовое убийство?
Да, именно! Культовое
массовое убийство в Джонстауне.
Про Джима Джонса, Сенат США, Америку.
Фильм с размахом,
масштабный, забавный. Запутанный.
Согласен, он запутанный,
но это размышление о сектах, культе
личности, массовом убийстве, суициде.
Обо всём. Жизненно.
Джонстаун?
Джонстаун.
Поправьте, если я ошибаюсь...
Это там все массово
совершили самоубийство...
...выпив «Кул-Эйд»?
Именно! Верная формулировка.
Они выпили «Кул-Эйд».
Пейте «Кул-Эйд», что бы там ни было.
Вот посыл. Кульминация картины.
- Масштабная сцена.
- Супер.
- По нарастающей.
- Это...
В некотором смысле
можно сказать, ваш фильм про «Кул-Эйд».
Ну, да, в некотором смысле, наверное.
- Отчасти. Да.
- Возможно.
- Здорово.
- Да.
Так... Какой бюджет?
Ну... Да, бюджет... Может, 200.
Я вам так скажу, м-р Скорсезе.
Я сейчас же одобрю ваш фильм
с бюджетом в 250 миллионов долларов
и куплю ваш сценарий за десять миллионов.
Мэтт. Боже, а ты шустер.
Мне это нравится.
- Решительный.
- Да.
И с хорошим вкусом.
Я в хорошем смысле.
- Конечно.
- Да.
Но есть одна небольшая заковырка.
- Ладно.
- Да, знаю.
Да, я не новичок.
- Всегда есть «но».
- Говори.
Поверьте, это никак не отразится
на фильме, который вы хотите создать.
Да, ведь важнее всего –
свобода при создании фильма.
Всё это будет. Однако это отразится
на названии фильма.
Ясно. И как ты хочешь назвать фильм?
«Кул-Эйд».
«Кул-Эйд».
Я сделал это! Сделал!
Мартин Скорсезе напишет сценарий
и срежиссирует фильм про «Кул-Эйд»!
Скорсезе? «Кул-Эйд»? Шутишь?
Нет. Я сделал это!
О, а Столлер? Я заключаю с ним контракт.
Скажи ему, пусть катится!
У меня настоящий режиссер.
Уже покатился.
Скорсезе? Ты серьезно?
Да. Я смог. Когда «Дедлайн»
это опубликует, я буду выглядеть гением.
Всем, кто писал посты и статьи о том,
какой я тупой идиот,
придется написать новые посты
и статьи о том, какой я гений.
- Мечта!
- Мэтт, слушай.
- О боже.
- Мэтт? Что?
- Шарлиз Терон пригласила меня.
- Офигеть. Можно и мне?
Нет! Лучший день моей жизни.
Вот оно!
ШАРЛИЗ ПРИГЛАШАЕТ ВАС!
МЭТТ РЕМИК
Марти Скорсезе? Серьезно?
Не может быть, чёрт возьми!
- Да.
- А идея?
- Есть бумаги? Погнали.
- Целый сценарий.
Минутку... Так совпало, что Мартин Скорсезе
пишет сценарий про «Кул-Эйд»?
Даже лучше.
Мартин Скорсезе пишет сценарий,
который он готов адаптировать
под наш фильм про «Кул-Эйд».
Класс! Расскажи, блин.
- Для справки...
- Так.
Это одна из тех идей, услышав которую...
- Да.
- ...ты такой: «А?»
Но когда ты ее обдумал, поразмыслил,
- ты такой: «Ого!»
- Да что там, блин?
Исследование на тему «Кул-Эйд»
через призму событий,
происходящих в месте,
которое наиболее известно как Джонстаун.
Джонстаун?
Боже! Чёрт! Эй!
- Ты свихнулся?
- Успокойся. Это ерунда.
Хочешь уничтожить студию? Боже!
Да расслабься ты. Остынь уже.
Если да, мне нужно успокоительное. Жарко.
Все смотрят! Порядок!
Так, слушай. Успех не гарантирован.
- Нет.
- Это еще лучше.
Эта версия может быть клевой.
«Клевой»? Ты кто, чертов Фонз?
Слушай! Так. «Однажды в... Голливуде».
- Квентин Тарантино, веселое, клевое кино...
- Да.
...о настоящем культовом убийстве.
Оно получило «Оскара» и 377 миллионов.
Или «Сони» продает фильмы лучше, чем ты?
Знаешь, что было у «Сони»?
Святая троица. Лео, Брэд и Марго.
Кто есть у тебя?
Забавно, что ты спросила.
Я как раз говорил с Марти,
и он считает, что главную роль,
ну, Джима Джонса,
должен исполнить не кто иной как...
...Стив Бушеми.
«КУЛ-ЭЙД»
ФИЛЬМ МАРТИНА СКОРСЕЗЕ
Так, Стивен Бускеми – наихудший вариант.
Люди либо знают его имя,
но не узнают лицо,
либо узнают лицо,
но не знают имени. Он не подходит.
Он буквально один из величайших
ныне живущих актеров.
Эй! Если бы он вошел сюда,
я бы завалила его на этот стол
и затрахала до смерти.
Он не потянет такую франшизу,
как «Кул-Эйд».
Стоп. «Бусеми» или «Бусими»?
- Стив Бушеми.
- Бушеми?
Нет, Бускеми, как брускетта.
Мы уже час его обсуждаем
и не можем выговорить его имя.
- О чём это говорит, Мэтт?
- Так, расклад такой.
Гриффин спросит меня,
что маркетинг думает о твоей идее.
И мне придется честно сказать ему,
что твоя идея провальная.
Этот фильм провалится в прокате. Ясно?
Но тебе надо ему что-то показать.
Так что маркетинг кое-что состряпал,
чтобы спасти твою шкуру.
КИНОСТУДИЯ «КОНТИНЕНТАЛ»
Что это за фигня?
- Это тизер, дурак.
- К чему, дурочка?
Я откуда знаю? Это твоя работа!
Давайте возьмем идею Столлера.
Она неплохая.
Не выйдет. Почему?
Этот придурок отменил вчера сделку.
- О боже.
- Да, ты любишь Скорсезе.
Но его видение фильма нас обанкротит.
Срочно покажи этот тизер Гриффину.
Я не могу показать его. Это...
За ним нет истории. Это ерунда.
Плевать, что истории нет.
Он будет в восторге,
что Кул-Эйд Мен танцует зэй-зэй.
- Что за зэй-зэй?
- Самый трендовый танец в TikTok.
- Как босс, ты должен знать больше.
- Ребята,
Мартин Скорсезе согласился
написать сценарий и режиссировать
для нас чертов фильм про «Кул-Эйд».
Актерский состав не самый звездный,
идея не самая рентабельная,
но один из величайших
режиссеров всех времен
хочет создать для нас фильм.
Чёрт, если не согласимся на такое,
на что мы вообще тратим наши жизни?
Мы используем версию Скорсезе
для фильма про «Кул-Эйд». Точка.
Гриффин Милл вас ждет.
О боже мой.
Пишут, в Джонстауне
они выпили «Флэйвор-Эйд».
Не легче. Говорить буду я.
Здрасте!
- Надо же.
- Да.
Все строевым шагом,
как послушные школьники.
Рад вас видеть, сэр.
- Да.
- Что ж. Просветите меня.
Что с «Кул-Эйд»?
Я вам расскажу что.
Ого.
Серьезно?
Это потрясающе, чёрт возьми.
Да!
- Супер! Весело, да?
- Офигенный фильм. Здорово.
- Класс.
- Да. Супер.
- И он танцует зэй-зэй.
- Еще как.
Мне нравится. О да. Моя дочь так делает.
Да, зэй-зэй. Да, он лучший.
Итак, Мэтт, какой сюжет?
Сюжет?
Да. Какой сюжет? О чём фильм?
- Сюжет – это вишенка на торте.
- Хорошо.
Итак, да.
Что ж, Кул-Эйд Мен живет
в мире фирменных логотипов.
Он дружит с Вельвитой.
Ходит в бар с Шефом Боярди.
У него целая семья человечков Кул-Эйд,
так что тут есть и другие вкусы:
желтый, зеленый, красный.
- Супер.
- Спасибо.
- Очень впечатляет.
- Благодарю.
- Такое разнообразие, да?
- Да.
Красный, желтый, зеленый.
- Он же не белый.
- Нет.
Да? Очень разнообразно.
Ты не забыт, брат.
И ты, сестра.
А кто будет режиссером?
- Ник Столлер. Профи.
- Да.
- Мы его утвердили.
- Обожаю его. Класс.
- Да. Не упустите.
- Да. Большое спасибо.
- Молодец.
- Рад стараться.
Рада встрече, Гриффин.
Еще один вопрос.
Фильм Мартина Скорсезе о Джонстауне...
Что это вообще?
Ты потратил десять миллионов
на сценарий Мартина Скорсезе о Джонстауне,
но мы не можем снимать фильм
про «Кул-Эйд» и его милый талисман
одновременно с фильмом,
в котором «Кул-Эйд»
ассоциируется с одним из самых
нашумевших массовых убийств всех времен.
- Конечно нет.
- Слава богу.
Да.
- Я знал: у тебя есть причина.
- Да.
Так скажи, зачем ты потратил
на него десять миллионов долларов?
Ну... Знаете...
Я услышал, что Скорсезе
готовит фильм про Джонстаун...
- Так.
- ...и я озаботился так же,
как и вы. Нельзя,
чтобы этот артхаусный бред
помешал нашей франшизе на миллиард.
Поэтому я выкупил сценарий про Джонстаун,
специально чтобы зарубить его.
Значит, проект будет наш.
Но никто не сможет его поставить.
О, Мэтт, какая дичь.
- Да.
- Я в восторге.
- Супер.
- Шлеп.
Спасибо.
Молодцы.
Да, конечно, я знаю,
что это мы отменили сделку,
но мы передумали и зовем Ника Столлера
в «Кул-Эйд». Я удвою его гонорар.
Можешь осыпать его деньгами,
но проблема в том, что он говорил с Пэтти...
- Да ну?
- Да, она зла на евреев,
студию, и она убедила Ника
не работать с тобой.
- Мне нужна эта идея!
- Что сказать? Ты сам виноват.
Всё упирается в Пэтти?
Ага.
Тогда ты будешь рад услышать,
что Пэтти спродюсирует
фильм про «Кул-Эйд».
- Нет!
- Первая умная мысль.
Отлично. Пока молчи об этом,
но мы заключим эту сделку.
- С Песахом!
- Зачем врать?
- Не знаю!
- Ты дозвониться до нее не можешь.
Знаю!
Я просто пойду к ней домой
и встречусь с ней лично.
Йоу, ты идешь со мной к Шарлиз.
Если провернем это, то отпразднуем.
О да!
Как ты смеешь заявляться ко мне? Уж ты-то.
Привет, Пэтти.
О боже, это так унизительно.
Не стой там, как чертов курьер, заходи.
- Блин! Я не матерюсь...
- Да. Прости.
...а из-за тебя опять начала. Чёрт!
Прости. Блин.
Я решил заехать посмотреть, как ты,
всё ли хорошо.
Как я? Я...
Я отдала 40 лет своей жизни этой студии...
- Да.
- И тут появляется Гриффин Милл,
этот низкопробный Боб Эванс,
чтобы поставить свой штамп на студии,
как пес, писающий на пожарный кран.
Знаю, он ужасен.
Да.
- Но знаешь что? Ты еще хуже.
- Я?
- Ты разбил мне сердце.
- Что я сделал?
Ты украл мою должность!
Не крал я твою должность, ясно?
Я тут абсолютно ни при чём.
Меня еще толком не назначили.
Я взрастила тебя как сына,
а стоило мне отвернуться,
как ты вонзил мне нож в спину.
Не вонзал я ничего.
- Вонзал.
- Вообще, я тут
пытаюсь возродить твое наследие.
Ну, может, ты и не держал нож,
но ты с радостью работаешь
с теми, кто держал.
- Меня это не радует.
- Радует.
Ты уж мне поверь.
И я обожаю наши рабочие отношения...
- Поэтому я тут.
- Да.
- Я хочу продолжить их.
- Да.
Я предлагаю тебе роль продюсера в нашей
крупнейшей и лучшей новой франшизе.
«Кул-Эйд»?
- Да!
- Это ты предлагаешь?
Да.
Ты как кот,
что принес искалеченного голубя.
О, я знаю. Я говорила со Столлером.
Хочешь, чтоб я спасла тебя
и уговорила его на сделку.
Ну, тебе тоже нужна моя помощь.
Ты теперь одна, Пэтти. Тебе нужна работа.
Мэттью! И ты предлагаешь «Кул-Эйд»?
Будто я хочу связаться с этим уродством?
Фу! Задушили бы эту дрянь в колыбели.
Желай я снимать такую гадость,
осталась бы на работе.
- Встречное предложение.
- Да.
Я звоню Столлеру и прошу взять ваш фильм.
- Супер.
- Но мне нужен
договор на три года,
десять миллионов на накладные расходы,
две обязательных картины в год
с возможностью продажи прав другим.
Нет.
- Мэтти!
- Нет, слушай. Пэтти...
Прости, я не могу. Это слишком шикарно...
В Голливуде ни у кого
нет такой выгодной сделки.
Мне плевать! Ты обязан мне всем!
Я не... Я обязан тебе многим,
тут я согласен. Но не всем.
Просто я не могу это сделать.
Мэтти, эта работа была моей жизнью,
как твоя – для тебя, ясно?
И без нее...
Без нее мне страшно. Я не...
Не знаю, смогу ли я... Мне страшно.
Семь миллионов в год, без обязательных
картин, с монопольным правом.
Восемь миллионов, одна картина
и бюджет на пять миллионов.
Но с монопольным правом.
Ни за что!
Эти люди нарушили мой контракт!
Они меня жестко поимели, Мэтти.
Прошу тебя.
Ладно, согласен.
Договорились.
Мэтти, спасибо.
- Спасибо.
- Спасибо.
О, спасибо.
Ладно. Звоним Нику Столлеру.
О, бедняга. Тебе придется
зарезать фильм Скорсезе.
В 88-м я зарезала фильм Уоррена,
и с тех пор он со мной не спал.
Боюсь, с Марти будет так же.
Ну, как впечатления?
Я долго работал, чтобы добиться этого.
Мои родители в восторге и очень гордятся.
Гриффину вроде бы нравится план.
Мэтти, это не описывает твоих чувств.
Да, я... Если честно, я несчастен.
Я почти всё время переживаю,
нервничаю, паникую.
Две недели назад я был счастливее, злясь
и обижаясь, что эта должность не моя.
Я бы всё отдал, чтобы злиться и обижаться,
а не чувствовать себя вот так.
Знаешь, я каждое утро
прохожу мимо экскурсовода.
Она говорит, это здание
строилось как храм кино.
Но мне оно больше напоминает гробницу.
Тяжела царская корона.
Да. Конечно, это честь –
быть тем, кто выбирает,
какие фильмы снимать,
а какие – нет. Это здорово.
Я взялся за это, потому что люблю фильмы,
но теперь я опасаюсь,
что моя работа – их портить.
Эта работа – как мясорубка.
Из-за нее ты нервничаешь,
паникуешь и страдаешь.
Сегодня ты разбиваешь сердце своему идолу,
а назавтра даешь карт-бланш
сынку знаменитостей в вязаной шапчонке.
Но когда всё складывается
и получается хороший фильм...
...он хорош навеки.
Из тебя выйдет отличный глава студии.
Знаешь почему?
У тебя был лучший учитель.
Всё еще есть.
ОТЕЛЬ «РУЗВЕЛЬТ»
Я рад, что не я скажу Марти,
что его кино зарубили. Что ты скажешь?
Ничего не скажу. Поговорю с его агентом
и буду избегать его до конца жизни.
Надеюсь, мы больше не увидимся.
- Мэтт!
- Чтоб меня.
- Марти! Привет! Рад видеть.
- Привет, Мэтт. О боже, привет.
- Это Сэл.
- Привет.
- Привет.
- Привет.
- Привет, Мэтт.
- Да.
Мэтт, я тут всё думаю про «Кул-Эйд».
О, здорово. Класс.
«Кул-Эйд». Я тут... Кстати, у меня есть
идеи насчет актеров второго плана.
Отлично. Да.
Сам бы я не додумался до такого названия,
честно. Оно невероятное. Потрясающее.
- Припишу его себе, ладно?
- Оно ваше.
Ваш мозг трудится неустанно, Марти.
Но зачем обсуждать работу на вечеринке?
Поговорим о чём-то еще.
Вы любите спорт, машины?
Что происходит?
- Ничего.
- Ты ведешь себя странно.
Тут что-то странное происходит.
Да я всегда такой.
Я его знаю как облупленного.
- Это классический Мэтт Ремик.
- Да. Точно.
- Нет. Это неестественная игра.
- Клянусь. Это ерунда.
- Знакомый взгляд. Этот.
- Какой? Нет.
Исподтишка. Хитрый.
- Мы не хитрим.
- Я никогда не хитрил.
- Нет.
- Это хитрость.
Я ее знаю. Уж в этом я разбираюсь, ясно?
Марти, вы должны кое-что узнать,
и Сэл сейчас возьмет слово
и расскажет вам.
- Сэл?
- Да.
- Говорить?
- Говори.
Марти, во-первых, хочу сказать,
что я в этом бизнесе благодаря вам.
Кто ты вообще такой
и что пытаешься сказать?
Мы идем в другом направлении
и не будем снимать
про «Кул-Эйд» в Джонстауне.
А знаете что? Всё нормально.
Ничего.
Да, это полная задница,
но должен сказать, Мэтт,
я не удивлен, честно.
Ведь ты очередной
посредственный, безликий,
бесталанный, трусливый киночиновник.
У меня есть лицо.
Верни мой сценарий, и я продам его Apple,
как надо было сделать сразу.
Не могу.
Давай проясним.
Ты купил мой сценарий,
просто чтобы зарубить его?
- Да.
- Это так.
- Мы вас оставим.
- «Отступники» супер.
Заткнись.
- Боже...
- О нет.
- ...это было еще хуже, чем я думал.
- Отстой.
Боже, плачет.
- Из-за тебя.
- Почему вы плачете?
- Из-за тебя.
- Ты...
- Вы как?
- Шарлиз с ним говорит.
- Блин.
- Боже.
- Проклятье. Он рассказывает ей.
- Крысеныш. Молчи.
Вот урод. Чёрт, она смотрит на нас.
- Ничего... Спокойно.
- Она нас выгонит.
Ты глава студии,
она тебя не выгонит. Тихо.
- Шарлиз.
- Привет.
Валите отсюда.
- Прости. Спасибо.
- Да.
- Простите, Марти.
- Боже правый.
Эй, Мэтт Ремик, верно?
Стив Бушеми. Привет.
- Бусеми, но да.
- О, виноват.
Ничего. Слышал, мы снимем вместе фильм.
- Да. Скорее бы.
- Да.
- Как вам сценарий Марти?
- Да.
- Вынос мозга, правда?
- Да. Потрясающе.
- Это же «Оскар».
- Знаю. Отличный материал, да.
Подумать только,
это последний фильм Мартина Скорсезе.
Что?
Он не сказал?
- Нет.
- О да.
Нет. Это его лебединая песня.
На нём он закончит.
- Ого.
- Такая честь.
- Да...
- Нам так повезло.
Очень. Удивительно, да?
Эй, спасибо вам за это.
- Спасибо.
- Да. Увидимся на площадке.
- Скорее бы.
- Да.
- Да, пока.
- Удачи.
Эй, Марти.
Ты плачешь? Что стряслось?
Два мартини.
- Держи, чувак.
- Спасибо, сэр. Выпьем.
Даже после сегодняшнего
мне всё равно нравится этот фильм.
- О боже, да. Марти – легенда.
- Вряд ли теперь мы можем звать его Марти.
- О нет. М-р Скорсезе.
- Да. Именно.
- Лоррейн Бракко секси.
- Чел, Рэй Лиотта секси.
Да!
Пэтти спала с ним,
когда они снимали фильм.
- Не гони.
- Да. Слышал, у него огромный член.
В это я верю. Мир твоему праху, король.
Мир твоему паху.


Серия 2

КИНОСТУДИЯ
«ДЛИННЫЙ ДУБЛЬ»
Прошу, помедленнее.
Нет. Надо было раньше выйти.
Мы всё пропустим.
Пропустим этот «золотой час», и что?
И то. Этот дубль будет эпическим.
Знаменитый фрагмент фильма.
Я хочу увидеть его съемку.
Вон ресторан «Дрезден»,
поедем напьемся. Будет весело.
Я не пропущу съемки.
Чего ты переживаешь?
На площадке от нас нет толку,
а они ждут не дождутся нашего ухода.
Неправда. Да,
руководители мешают на съемках.
- Но не я.
- Ясно.
Это моя любимая часть работы.
Когда оператор и режиссер
воплощают сценарий в жизнь.
Поэтому мы этим занимаемся.
Я делаю это ради денег,
секса, наркотиков. Но, видно, я другой.
Не спорь, ты это любишь. Эй, приехали.
- О да. Ну...
- Чёрт. Где мне припарковаться?
Точно не на этом проезде.
Это не парковка персонала.
- Вернемся на базу, как сказано в заметке.
- Нет времени.
Припаркуюсь на площадке. Я глава студии.
- Если надо, машину подвинут.
- Ладно.
Эй. На тебе не костюм, который был днем.
Ты переоделся.
- Да.
- Почему?
На площадку я одеваюсь повседневно.
Видел местных нерях? Бриджи, тату на икре.
В костюме ты похож на копа.
Чёрт. Чего не сказал?
Я бы тоже переоделся.
Ты будешь клевый, а я как ботан.
- Извини. Даже не знаю...
- Простите. Вы м-р Ремик, глава студии?
Да! Я. Привет, как оно?
- Рад знакомству. Я Даг.
- Даг, как дела?
Все очень рады, что вы здесь.
Ух ты. Видишь?
Если бы не костюм,
я бы вас не заметил. Прошу.
Чертов дурацкий костюм.
Еще бы большой плакат:
«Я плачу вам зарплату, гады».
Визит президента студии и так отвлекает.
Никого я не отвлекаю.
Я не первый раз на площадке.
Умею держать себя в руках.
У них время поджимает, держи идеи в узде.
Конечно. Если спросят – отвечу.
А так меня даже не заметят.
Дорогу. Идет президент студии. Дорогу!
«Дорогу».
- Эффектное появление Мэтти и Сэла.
- Привет, Пэтти.
Привет. А что, твой смокинг в химчистке?
Блин. Вырядился, да?
- Неужели так плохо?
- Ничего.
- Но лучше не высовывайся.
- Да.
Ладно? Ошибки в этой сцене недопустимы.
- Точно.
- Да?
Увы, твое появление – отвлекающий фактор
похлеще появления Боба Эванса
с бутылкой «Дома» и дозой дури.
Что поделать. Эй! Скоро начинаем?
Пара минут. Сара на террасе
вносит коррективы с Джонасом.
- Ясно.
- Эй. Тут есть костюмерная?
Накинуть что-то повседневное, свитер.
Да, конечно. Вон там. Я покажу.
Я начинал ассистентом.
Сэл, ты бесполезен, как носок без пары.
У тебя была одна задача –
не пустить его сюда.
Я пытался.
Я прятался в его ванной 20 минут,
чтобы мы опоздали.
Он нашел меня и стал орать. Позорище.
- Да ну?
- Сара.
Так, народ. Спасибо за терпение.
- Мы начинаем. Привет, Пэтти, Сэл.
- Привет.
Я только что видела Мэтта.
Я думала, сегодня он не придет.
Знаю. Мы пытались.
Но он воспылал желанием.
Но если он услышит, что он тут не нужен,
то ты его не увидишь. Сказать ему...
- Нет, нет. Не надо.
- Да?
Мне нужно 800 000 на использование
песни The Rolling Stones в кадре.
Если он решит,
что не нужен на площадке, он их не даст.
Да. Он очень ранимый и мстительный.
- Говорю как его лучший друг.
- Ничего.
Я ничего не говорила. Он хороший.
- Может, даже поможет.
- Точно нет.
Посадим его в отдельной аппаратной.
Изолируем его.
- Как шимпанзе с вирусом. Хорошая идея.
- Супер. Что угодно.
Проверю открывающий кадр. Спасибо.
Теперь надо удержать Бэби Хьюи в манеже.
- Да. Что?
- Сегодня мы лишимся Греты.
Завтра она летит в Лондон
на съемки секретного фильма Нолана.
Я читала сценарий. Про Джека-потрошителя.
Внимание, спойлер: он – это она.
Сэл, если в ближайшие полчаса
мы не снимем этот длинный дубль идеально,
финального кадра не будет.
Пэтти, ты не более чем псевдопродюсер.
Я работал над этим четыре года.
- Да ну?
- Ты здесь,
чтобы втереться в доверие к Саре
и заняться ее новым фильмом.
Ты умнее, чем кажешься.
Это мало что говорит, учитывая,
каким ты кажешься дураком.
Знаешь, Пэтти,
алкоголичкой ты была куда милее.
Хорошо, что теперь не пью.
Постой.
- Мы в одной команде.
- Да.
Мы не дадим Мэтти сорвать съемки...
- Да. Ладно.
- ...не подпуская его к Саре и актерам,
- особенно Грете.
- Да?
Она клянчит бизнес-джет для пресс-тура.
Если она его увидит, мы упустим свет,
пока она целует его зад,
чтобы лететь чартером.
Понял.
- Да!
- Мэтти!
- Привет. Боже.
- Эй.
- Куда лучше.
- Я как дурацкий актер массовки?
Лучше актер массовки,
чем помпезный глава студии.
Пошли!
- Пописать успею?
- Они начинают.
- Идем.
- Ты как маленький. Терпи.
Ладно. Помедленнее.
Штаны велики. Мешают ходьбе.
- Боже, Мэтти. Соберись.
- Ладно. Всё.
Дурацкие длинные дубли.
Режиссер выпендривается за чужой счет.
Зрителям плевать на эту чушь.
Шутишь? Длинный дубль –
высшее достижение кинематографа.
Идеальный союз артистизма и техники.
Тут и «Бёрдмэн»,
«Дитя человеческое», «Славные парни».
Во время съемок
я встречалась с Рэем Лиоттой.
- Да?
- У него было зачетное хозяйство.
- Охренеть.
- Мир его праху.
А еще это отличный
инструмент повествования.
Героиня Греты Ли переходит
от уверенности к сокрушенности.
Всё в одном дубле без монтажа. Идеально.
Майя захочет продать это как лесбийскую
историю любви, а не скучный длинный дубль.
Начинаем. Все по местам.
Мы успели. Волшебство начинается.
Поздороваться до начала?
- Нет.
- Стой здесь.
- Ладно.
- Чёрт. У нас облако.
Дайте мне минуту.
Ладно, тогда посмотрим...
пересмотрим запись репетиции.
Алфи, запись, пожалуйста.
Идеальная работа камеры. Просто...
Дублерша немного спешит.
Пусть Грета не торопится.
ОПЕРАТОР-ПОСТАНОВЩИК
Эй. Статистам сюда нельзя.
- О боже. Простите, м-р Ремик.
- Ничего. Всё хорошо.
- Порядок. Да.
- Я принял вас за статиста
- из-за одежды.
- Я понял.
Зови меня Мэтт. Не волнуйся.
Мэтт, принести вам кофе?
Да, если пойдете,
возьмите мне холодный кофе
с овсяным молоком и агавой.
Отлично, спасибо.
Ничего. Меня тут нет.
Если тебя тут нет, кто будет пить кофе?
Остановимся на этом.
У входной двери было медленно.
- Да.
- Нужна еще пара кадров
из углов гостиной. Как свет?
Почти идеально.
Начнем через минуту – будет два дубля.
- Ладно.
- Все на исходные.
- Привет. Как дела?
- Мэтт.
- Мы тебя ждали. Рада, что ты успел.
- Еле-еле, но успели.
На тебе реквизит?
Долгая история. Потом расскажу.
- Ты занята.
- Супер. Спасибо, что зашел.
Сделай пометку, чтобы она встала
чуть левее в самом начале...
- Да.
- Отснятый материал супер.
- Мы в восторге.
- Рада, что ты доволен.
- Да.
- Отлично.
Чуть разойдутся
перед среднекрупным планом.
- Да.
- Тогда...
Поддержка женщин-режиссеров –
наша первоочередная задача.
Снимем сцену и убедимся, что ты не ошибся.
Ошибся? Нет, нет.
Да. Так что, если учтешь это,
будет отлично. А потом...
Прочитав сценарий, я захотел увидеть,
как ты воплотишь эту сцену. Так поэтично.
«София уезжает,
вся ее жизнь изменилась навсегда.
Всё, что она любит, теперь позади».
Ты это написала.
- Да.
- Да.
Я не мог это пропустить.
Мы репетировали ее полдня
и три раза снимали с дублерами.
Она мне уже надоела.
Не может быть.
Итак...
Такое удовольствие.
Как быть с Полом Томасом Андерсоном
на съемках «Ночей в стиле буги»
во время открывающей сцены.
Или как быть на площадке
«Печати зла» с Орсоном Уэллсом.
Сцена взрыва машины.
Или как быть на улицах Кубы
на съемке сцены похорон в «Я – Куба».
Конечно. Да, это... Всё это отличные кадры.
Я пойду проверю площадку.
Да.
САРА ПОЛЛИ
Прости, что мешаю.
Ты совсем не мешаешь.
- Правда?
- Да. Конечно, не мешаешь.
Если у тебя будут замечания, дай знать.
Босс должен быть доволен.
Выпьем кофе? Нет. Она просто была вежлива.
- Нет.
- Не прямо сейчас.
Нет. У меня одна идейка.
Всё в порядке. Эй, Сара!
Одна мыслишка. Я заметил,
что дублерша Греты Ли не курила косяк
- в начале сцены, как есть в сценарии.
- Мы его убрали, он казался излишним.
Блин. А мне так понравилось.
Отсылка к началу фильма:
они въезжают в город,
она обещает Петунии бросить курить.
Это дает эффект закольцовки.
Обожаю закольцовку. Всегда ищу ее.
Как и мы все. Но нет времени.
Всего секунда.
- Нет.
- Это закольцовка.
Знаешь, это отличная идея.
Бобби, пусть Грета снова курит косяк.
Уверена? Реквизиторам
надо его подготовить.
Видишь? Нет времени.
На это уйдет минута.
Саре идея понравилась.
Она в восторге. Мы сошлись во мнении.
- Давайте. Супер.
- Да, сошлись. За дело.
Надо же, глава студии подкинул идею.
Да?
- Класс. Иди сюда.
- Верните косяк.
- Да.
- Ей понравилось.
- Она всё еще хорошая актриса.
- Брось. Ей зашло.
- Хорошая закольцовка.
- И что клево...
- Ты сказал?
- Да.
До конца жизни, видя сцену с косяком,
мы будем знать, что это благодаря нам.
Согласен. Поехали в «Дрезден».
- Нет, посмотрим сцену. Это...
- Так.
Это лучше всего.
Мэтт. Сюда.
- Что...
- Идите.
Куда мы?
- Не знаю.
- Что это?
Ваша отдельная аппаратная.
- Моя аппаратная?
- Что?
Мы выкатили красную дорожку.
ВИП-аппаратная.
У тебя свой стул, свой изюм.
Мне не нужно... Меня и там всё устраивало.
В этом нет необходимости.
- Принесу наушники.
- Спасибо, Даг.
- Нужны наушники для главы студии. Срочно.
- Сделаю.
О, Сара, зачем ты ему потакаешь?
Это так важно для него.
Видела, как он обрадовался?
Я видела это лицо. Это жалко.
Небольшая цена за нужную мне песню.
Если бы я еще была главной,
ты получила бы весь альбом.
- Бобби, приступаем?
- Ждем реквизиторов с косяком. Уже несут.
Боже. Теперь мы успеем
лишь один дубль. Надо начинать.
Быстро принесите косяк. Спасибо.
Несите уже косяк!
- Спасибо.
- Да!
Чёрт, я не хочу быть здесь.
Ты босс. Ты ВИП.
Они выслали меня из своей аппаратной.
Я не дурак. Я вижу.
Я предложил Саре идею, ей зашло.
- Идея хорошая, но сложная.
- Я глава студии.
- Могу вернуться.
- Нет. Останься.
Я возвращаюсь! Отцепись! Я иду назад!
С монитором проблема?
- Нет. Я решил быть ближе к действу.
- Мы даже соскучиться не успели.
Представь, что меня нет.
С тобой это невозможно.
Косяк принесли. Мы готовы.
- Так.
- Снимаем.
Так. Ну всё. Мотор!
- Потух. Простите.
- Пауза!
- Гребаный сукин сын!
- Всего 30 секунд. Всё снова.
- Было круто, пока не погасло.
- Любишь The Rolling Stones?
О да. Я как-то встретил Мика Джаггера
на афтепати «Оскара»...
- Я тут подумала...
- Да.
«You Can't Always Get
What You Want» идеально
впишется в последнюю сцену.
Если ее можно достать.
Да. Если бы мы могли себе
это позволить, было бы идеально.
Если тебе нравится,
цена не имеет значения.
Это устроено немного иначе.
- Поехали. Сейчас.
- Снимаем.
Мотор!
НЕТ ВИДЕО
- Чёрт. Видел? Видео пропало?
- Ерунда. Это просто монитор.
- Опять!
- Это нормально. Не проблема.
Привет, Рэндалл.
Спасибо, что позвал.
София.
- У вас есть звук? Вам слышно?
- Да!
Прошу, замолчи!
Видео выпадает, аудио.
Дубль хороший? Прервемся?
Хороший. Нам слышно.
Хватит. Прекрати.
- Даг, поможешь?
- Да?
Были помехи, теперь пусто.
- Я посмотрю.
- Это не...
- Не слышу...
- Может, батарейки.
- Тихо.
- Закройся.
- Да. Я не слышу...
- Разъем наушников...
- ...включен?
- До конца.
- Думаю...
- Звук на максимуме?
Звук? О да. Проверим... Не знаю.
- Тихо!
- Ладно. Прости.
- Не надо. Посмотрю монитор.
- Точно?
- Да.
- Снято!
Стойте, что? Почему?
Дубль идеален. Что такое?
Грета сказала,
что слышит шепот, ее это сбило.
Не может быть!
Если взять тот момент,
где вы закончили, можно сделать склейку.
Мы не делаем склейки.
Даже в «1917»
использовали панорамирование.
У нас его нет. Длинный дубль.
Без фокусов. Просто снимем.
Да, супер. Сначала... Я...
- Принесу рабочие наушники.
- Не надо. Представьте, что меня нет.
Бобби, пойдем в гостиную,
подальше от чертова Мэтта.
Что по...
Нужна пара минут, чтобы вернуть
второго гостя, высушить, переодеть...
- Так. Сколько?
- Пять минут.
- Получится? Свет будет?
- Если начнем через пять.
Один дубль без перестановок.
Все на исходную! Живо!
Для справки, это всё Даг.
Болтал без умолку.
- Понимаешь?
- Не волнуйся.
- Сегодня его уволят.
- Не надо.
- Нет. Не надо.
- Он даже не узнает, что ты приказал.
Дело не в этом. Я начинал ассистентом...
- Привет, Даг.
- Даг. Как оно?
М-р Ремик, на вас
запасная одежда второго гостя.
- Чёрт, да.
- Снимай.
Нет! Мы не снимаем одежду
с президента студии.
В гардеробной полно вещей!
- Иди! Даг, неси. Боже.
- Боже.
- Я сейчас.
- Пошли. Нет, Мэтт, идем... О боже.
М-р Магу должен уйти!
Я пытаюсь. Он не слушает. Он мой босс.
Или вы даете мне миллионы долларов,
чтобы снять эту сцену
в том чудном павильоне,
где снимали «Мандалорца»,
или уберите его, чтобы я закончила фильм.
Нет. Я разберусь, моя королева.
Твори свое искусство.
Я пытаюсь.
Ты берешь Мэтти и уводишь его...
Пэтти, не выйдет.
Или я отправлю TMZ видео,
где ты читаешь рэп на моём дне рождения.
- Тот, где слово на «Н».
- О нет. Больше ни слова. Всё будет.
Мэтт, мы уходим. Немедленно.
Слушай, Мэтт. Вот блин.
- Парень, одетый, как ты. Где он?
- Пошел туда.
Мэтт, нам пора.
Эй, они меня ищут?
- Ты что творишь?
- Я так и не пописал.
- Туалет занят. Дай мне 30 секунд. Всё.
- Пэтти хочет, чтоб ты ушел. Сейчас.
Да, знаю... Я вижу. Она хочет наладить
особые отношения с Сарой Полли.
Сара хочет, чтоб ты ушел.
Она так сказала?
Да, Мэтт. Мне жаль.
Почему? Она...
Потому что... Это очень сложная сцена,
а свет уходит. Твое присутствие
- ей мешает, поэтому нам надо уйти.
- Если я ей мешаю, я не хочу быть тут.
- Понимаешь?
- Да.
- Моя любимая часть работы.
- Знаю. Ничего.
О боже.
- Мэтт, привет.
- Привет.
- Ты тут. Боже.
- Я бы это не пропустил.
- Конечно.
- Почему ты в реквизите?
Долгая история. Не парься. Да.
Слушай, ты уникальный глава студии.
- Поразительно.
- Ого.
- Пока, Грета.
- Спасибо.
- Я пытаюсь отличаться.
- Ты с нами в окопах, это всё меняет.
- Спасибо. Кстати, ты отлично играешь. Да.
- Правда? Спасибо.
- Мы как раз...
- Увы, нам пора.
Погоди. Что думаешь? Я про...
Я так рада, что Сара вернула косяк.
- О боже.
- Слава богу.
Это была моя идея.
- Что?
- Да, это была моя идея.
- Не может быть.
- Да, да.
- Когда я бросаю его в бассейн?
- Да.
Возврат к первым кадрам...
- Закольцовка.
- Обожаю ее!
Ее все обожают!
- Слышишь?
- В начале и в конце.
- Видишь? Именно.
- Супер. Идем.
- Конечно, это твоя идея.
- Спасибо...
- Рад встрече. Мы уходим.
- Спасибо. Отлично.
Кошмар, мы бы сняли тот кадр,
но на заднем плане кто-то шептал,
и меня это сбило.
Меня очень расстраивают
такие моменты. Что за неуважение?
- Непростительно.
- Чертовы статисты.
- Идиоты. Тупые уроды.
- Ненавижу их.
- Грета? На исходную.
- Да. Сейчас буду.
Если хочешь, встретимся после съемок.
Я хотела обсудить с тобой пресс-тур.
- О да.
- Просто...
Может, взять чартер. Было бы здорово.
- Как в «A24», «Прошлые жизни», денег нет.
- О да. Было бы здорово.
Два доллара.
Пришлось добираться на лодке.
- О нет. Ни за что.
- Надоело. Я так трудилась.
- Ты достойна большего. Лучшего.
- Подумай. Супер.
- Идем. Нет, нет.
- Я...
У тебя дома туалет.
Мне надо.
Писай быстрее, и валим. Прошу, Мэтт.
Давай же. Чертовы штаны. Зараза! О боже.
О чёрт.
О чёрт. Проклятье.
Писай быстрее, тупой урод. Давай же.
Заканчиваю. Давай.
Зараза.
Чёрт. Ну же. Чертово дерьмо.
Чертова молния на чертовых старых штанах.
Грета. Я хотел обсудить сезон наград.
Оставь зиму свободной.
- У нас...
- Мэтт...
- Снято!
- Проклятье!
- Чёрт. Мне так жаль, Грета. Прости.
- Ничего.
- По местам.
- Увы.
- Сначала!
- По местам! Свет уходит!
Что ты творишь?
- Простите. О чёрт.
- Охренеть.
- Чёрт. Я в порядке.
- О, Мэтт, ты цел?
- О нет. Выглядит ужасно.
- Ничего. Снимайте.
- Врача!
- Вы слышали главу студии, снимем сцену!
- Ты как?
- Снимайте!
Тебе надо сесть.
- В больницу...
- Я в норме.
...немедленно.
- Включайте камеры.
- Боже.
Всё хорошо, снимайте.
О чёрт.
Господи, Мэтт!
- У тебя кровь.
- Я в норме. Продолжайте. Мотор!
Нужно снимать сейчас, свет уходит!
- Поехали.
- Уберите! Тридцать секунд.
Ты. Ты! Перестань миндальничать с Мэттом.
- Я знаю твой мотив.
- Полетишь коммерческим?
- Нет, блин. Потом обсудим.
- Ладно. Он так приложился.
Да, очень смешно. Иди.
Давайте, давайте.
- Вперед, поехали!
- К чёрту грязь.
Начинаем через 15 секунд.
Все по местам. Живо!
Ты молодец, Сара.
Мы же уходили.
Грета попросила остаться.
Говорила про продвижение фильма.
- Она в восторге.
- Ради бизнес-джета.
Она поэтому тебя облизывает.
Все на этой площадке говорят с тобой
лишь ради личной выгоды.
Камера готова.
Хорошо. Мотор!
Дорогу.
Здрасте, м-р Ремик.
Я Ларри Морс, дежурный врач.
- Я в порядке.
- Я взгляну...
- Я в норме.
- Дайте...
Чёрт, простите. Ничего.
- Мне не нужна помощь.
- Хорошие новости: перелома нет...
Ребята, замолчите.
Вам бы в больницу,
возможно внутреннее кровотечение.
Слушай, Ларри. Отстань, Ларри.
Отвали, чёрт возьми. Сейчас! Отстань!
Прости.
Ладно.
- Не может быть.
- Снято!
- Нет!
- Почему остановка? Всё идеально.
- На дорожке машина.
- Что?
Чья гребаная машина испортила сцену?
Старый кабриолет. Номера: «ГЛАВА СТД».
Глава студии, а не СТД!
О чёрт. И то и то. Блин. Это моя!
- Я ее уберу.
- Ты серьезно?
- Почему ты еще тут?
- Это не я.
Грета просила меня остаться.
Я поддерживаю женщин.
Как я это сделаю, отсутствуя?
Расскажешь мне про поддержку женщин?
Я... Нет.
Поддержи меня откуда угодно, но не отсюда!
- Иди!
- Ладно.
- Убери чертову машину!
- Убираю.
- Уже.
- Мы знаем!
ГЛАВА СТД
- Что?
- Чёрт! Мне нужен мой костюм!
- Нет.
- К чёрту его! Поезжай голым.
Нет. Ключи в костюме.
- Издеваешься?
- Я за ними.
Оплати песню The Rolling Stones!
- Она твоя. Да. Твоя.
- Боже правый.
- Она в ярости. Очень злая.
- Да, она разозлилась.
- О чёрт!
- Что такое?
- Их миллионы.
- Который?
- Куча песочных костюмов.
- Какая модель?
- Брунелло Кучинелли!
- Какого плана?
Двубортный с функциональными петлями!
Есть. Нашел.
- О чёрт. Есть. Боже, вот зараза.
- Иди, иди. О нет.
По местам! Включайте звук!
- Молчи.
- На исходную!
Уходишь? Мы не закончили...
- Бизнес-джет твой.
- О боже. Спасибо. Мне полегчало.
- Пока.
- Без проблем.
Простите. Уходим!
- Спасибо. Простите.
- Иди!
- Уезжаем.
- Ваш кофе.
- Боже! Нашел время, Даг.
- Господи! Вот блин.
Зараза. Господи Боже.
О нет. О боже мой!
Они всё еще там. За нами.
- О чёрт.
- Проклятье, это был кошмар.
Чёрт возьми. Блин.
Думаешь, они снимут сцену?
Да, определенно.
- Да. Свет еще есть, да?
- Полно.
Да.
Слушай, косяк смотрелся круто.
- Спасибо.
- Да.
- Я тоже так думаю.
- Да.
Это закольцовка.
- Они не сняли.
- Чёрт!


Серия 3

КИНОСТУДИЯ
«ЗАМЕЧАНИЕ»
Я так рад посмотреть этот фильм. [смеется]
Странно: мы впервые его смотрим,
когда он уже почти готов.
Так бывает, когда ты маститый режиссер
вроде Рона Ховарда.
Имея две премии «Оскар»
и фильм, собравший миллиарды,
- можно делать что хочешь.
- Обожаю финальные версии.
- Нет нужды в замечаниях.
- Это лишнее. Фильм будет идеальным.
- Обожаю Ховарда.
- Да.
- Ох. «Игры разума».
- О да.
Я обалдел, поняв,
что Пол Беттани – галлюцинация.
Вот это сюжетный поворот!
К чёрту М. Найта Шьямалана.
Да. Отличный поворот. [посмеивается]
Так, народ! Врубаем киношку!
Мне, блин, не терпится.
Фильмы Рональда Ховарда чертовски хороши.
А тут еще остросюжетный фильм.
[восклицает] С Энтони Маки.
Он привлечет молодежный сегмент.
Обожаю Энтони Маки.
Плюс Дэйв Франко.
Девушки будут писать кипятком.
Не говори так.
Приглушите свет!
У меня еще встреча с семейством Д'Амелио.
- Погнали! [смеется]
- Счастливые деньки – наши!
Вперед.
[на экране звучит «Long Black Road»]
КИНОСТУДИЯ «КОНТИНЕНТАЛ»
ФИЛЬМ РОНА ХОВАРДА
«АЛФАБЕТ-СИТИ»
[музыка продолжает звучать по радио]
- [пассажир пыхтит] Гони! Эй! Гони!
- [водитель] Эй. Спокойно.
- Эй, я не знаю, куда вам надо.
- Куда угодно! Гони!
- Ладно. Не надо орать.
- Гони, блин!
- Твою... О чёрт!
- Проклятье!
- [стонет] Поезжай уже!
- Слушайте, я не... О!
- О чёрт!
- [выстрелы]
[пассажир] Жми!
Вот блин! О чёрт!
- [визг шин]
- [выстрелы]
- [пассажир] О чёрт!
- Блин!
- [визг шин]
- [музыка продолжается]
Найдите это чертово такси.
- [смеется] Да! Серьезно?
- Так, Рон! Да!
- Вот это начало.
- Ого.
- Да.
- Просто улет.
Ладно. [шикает]
30 МИНУТ ФИЛЬМА
- Вытащи из меня пулю.
- Не буду.
Дам 10 000 долларов!
Дурак! Я могу дождаться
твоей смерти и взять всё.
Только попробуй, я тебя убью!
- [кричит] Помоги, прошу!
- Ладно, хорошо.
Так. Я сбегаю в китайский ресторан,
- возьму палочки.
- А мне креветок. Есть хочу.
- [зрители смеются]
- И печенье с предсказаниями!
Фильм куда смешнее,
чем я ожидал. [смеется]
Да. Годный контент.
ЧАС ФИЛЬМА
Мы с тобой не такие уж разные.
У нас были любимые люди.
Люди, которых мы подвели.
[глубоко вдыхает]
Которых мы потеряли.
[резко выдыхает]
Но у нас еще есть надежда.
[прерывисто дышит] Мы причинили зло,
но еще можем сотворить добро.
- [Куинн шмыгает]
- [Мэтт прерывисто дышит]
- [шмыгает]
- [Куинн всхлипывает]
[Мэтт вздыхает]
[тяжело дышит]
ДВА ЧАСА ФИЛЬМА
Вылезай из машины!
[бандит] Выхода нет!
Даже не думай об этом!
К чёрту всё.
[визг шин]
[кричит]
Вот так!
- [Куинн] Шок!
- [Майя] Нет.
- Чёрт, ну и концовка! Отпад.
- [Куинн] Что это было? Что?
- Невероятно!
- «Оскар»!
- Лучший фильм Рона Ховарда.
- Лучшая концовка.
- [Майя] Я в шоке.
- [Мэтт] Стойте. Еще не всё.
- [Майя] Присяду.
- [Куинн] Супер. Ох.
[Сэл] Уф.
Да, это небольшой...
- [Мэтт] Постскриптум.
- ...момент в мотеле. Да.
- [Мэтт] Да.
- [Майя] Да.
[Мэтт] Боже. Мальчик с фото.
ДВА ЧАСА И 45 МИНУТ ФИЛЬМА
[Куинн зевает]
[на экране звучит
«If You Could Read My Mind»]
[вздыхает]
ФИЛЬМ РОНА ХОВАРДА
[Майя] Чёрт. Наконец кончился.
- Что это было, а?
- Не знаю.
- Он явно длинный.
- Да!
[Куинн] Но сейчас полно длинных фильмов.
Я смотрела фильм «Марвел» на три часа...
«Марвел»? Это же не трехчасовой
фильм про супергероев. Так?
Фрагмент с мотелем? Что это за хрень?
Там ни монстров, ни драк, ни Дэдпулов.
- Просто люди, глазеющие друг на друга.
- Да, он затянут.
Лишь дурак решит,
что люди будут это смотреть.
Это зарубит мою работу на корню,
уничтожив сарафанное радио.
- Стоп, это финальная версия?
- Нет, Рон еще что-то подправляет.
Супер. Скажи ему, чтобы вырезал
этот бесконечный фрагмент с мотелем.
Ага. [запинается] Да, ага.
- Постой? Ты чего?
- Что?
- С ума сошел?
- Нет.
Фрагмент с мотелем отстойный.
- Да. Так.
- Да.
Ну, Рон сегодня встречается
с маркетингом в час.
Покажем ему наброски афиш.
Заскочи и озвучь ему замечание.
Прежде чем делать легендарным
режиссерам необдуманные замечания,
надо разобраться.
Убедиться, что замечание по делу.
Если подумать, сцена
с мотелем не так уж плоха, да?
- О, она плоха.
- Что? Она ужасна.
- Если ее убрать, фильм идеален.
- Плоха.
Может, мы недопоняли.
Рон – очень вдумчивый режиссер.
Итак, мальчик – мертвый сын
персонажа Энтони Маки.
Это как зрительный образ
его мертвого сына?
Нет. Тут явно эпизод со сновидением.
- Он призрак.
- Призрак?
Пацан – призрак.
Нет общего мнения о том, что это.
Явный признак, что фильм – отстой.
Это правда.
Ты неплохо в этом разбираешься...
Да.
Так скажи об этом Рону на собрании.
О, ни за что, блин.
Нет, ты... Режиссер не будет
слушать замечания от маркетинга. Мэтт...
А в чём проблема? Рон Ховард –
самый вежливый человек Голливуда.
Ну, в этом и дело.
Он слывет милым и скромным человеком.
Но, согласно некоторым источникам,
он злопамятный козел.
- Ховард? Кто источник?
- Что?
Я слышал. Это... Не хочу...
Я... Я это слышал, ясно?
О, ясно. Он иногда злится?
- Опи злится?
- Злится.
- Почему ты так странно себя ведешь?
- Нет.
Ты вечно делаешь
жесткие замечания от студии.
Обычно тем, кто тебя ненавидит.
Но Рону Ховарду ты нравишься.
- Хочу, чтобы так и было.
- Чел.
Слушайте, я передам ему замечание. Ладно.
- Я это сделаю.
- Он приедет в час.
Ладно. Я сообщу ему в час.
[тяжело вздыхает]
Рон Ховард ждет в фойе.
О чёрт. Он... Он на 15 минут раньше.
Сказать ему уйти?
Нет, не надо. Я сейчас
спущусь поздороваться.
[глубоко дышит]
[глубоко вдыхает] Рон.
- [Рон] О, привет.
- Привет.
- Рад видеть.
- Взаимно.
Хотел сказать лично,
как нам нравится фильм.
Он отличный. И нам повезло, что ты с нами.
- Спасибо. Ты очень добр.
- Да не за что.
Ну, знаешь, я...
Я показывал фильм разным людям
и получил весьма обнадеживающие отзывы.
Здорово. Эй, обожаю отзывы. Да.
- Если они хорошие.
- Точно. Хорошие.
- Это лучший отзыв. [смеется]
- О да.
- Да. [смеется]
- Да. [смеется]
Ну, а у тебя есть отзыв?
Вообще-то, да.
И он...
- Ты рулишь. [смеется]
- О. [смеется]
Мой отзыв. Ты рулишь. [смеется]
- Услада для ушей.
- Могу повторить.
Да, супер. Потрясающе. Ну вот. Да.
Я быстро сбегаю наверх.
Увидимся на собрании.
- Я пока позвоню.
- Супер. Давай. Скоро увидимся.
О чёрт! Прости! Виноват.
- [Сэл] Ну как?
- Отлично.
- Отлично?
- Ага.
- Что случилось?
- Поговорили. Всё хорошо.
- [Майя] Эй, что было-то?
- Всё пучком.
- [Куинн, Сэл] Пучком?
- Ага.
- Да.
- Это как?
Мы поговорили, и всё прошло гладко.
[Майя] Ты ему не сказал?
- Передал замечание?
- Сказал?
Нет, гляньте на его
трусливую рожу. Он молчал.
Я не стал делать замечание.
- [Майя стонет] Ну вот.
- [Сэл] Боже.
Я решил, это неблагоразумно.
- Что? Почему?
- Потому что я известен
как самый дружелюбный
глава студии в Голливуде.
И я решил, что будет благоразумно
не рисковать репутацией.
- Вряд ли она у тебя есть.
- О чём ты?
Это входит в твои должностные обязанности.
Фильм должен быть успешным.
Я не продам эту бесконечную колыбельную.
[посмеивается] В яблочко.
Вы одного не понимаете.
Я тоже вырос как лидер.
Генерала не отправляют
умирать на передовую.
Стратегически грамотным ходом
будет отправить расходное пушечное мясо.
Сэл, сделай это.
- Я не пушечное мясо. Иди ты!
- Оно самое!
- Не буду. Не могу.
- Он должен. Придется.
Я проспал сцену про мотель.
Ты чатился. Чатишься и спишь одновременно?
- Да. Я так сплю.
- ...полная чушь.
Я сделаю это. Ладно. Я это сделаю.
Ведь, в отличие от вас, я не трус.
Плевать, нравлюсь я Ховарду или нет.
Хорошие развлекательные фильмы
для меня важнее.
Мы не будем портить ему жизнь.
Мы пытаемся спасти его от него же.
Да. Так держать. [изображает стрельбу]
Куинн, рад слышать.
Это лестно для меня, как для наставника.
- Я тобой горжусь.
- Приятно.
Сделаем так. Я представлю тебя Рону,
а ты скажешь ему,
что сцена с мотелем – бред!
- Да. Ладно. Ясно.
- Ты сможешь.
- Твое время сиять.
- Да.
- С радостью посмотрю.
- Да. Спасибо. [ахает] О чёрт.
- Он тут откуда? Нет.
- Это ничего не меняет.
- Я не могу. [стонет]
- Можешь.
- Давай.
- Мой любимый актер.
- Тут два момента...
- Привет. Как дела?
- Привет, Мэтт. Как ты?
- Маки, неожиданно.
Ну, я продюсер фильма,
так что пришел взглянуть на афиши.
- Конечно.
- Супер.
- Ты круто сыграл.
- [Куинн] Да.
Это не я. Это всё Рон Ховард. Талантище.
- [все смеются]
- Вот и афиша, да?
Очень грубо. Виноват. Наш юный
перспективный креативный директор.
Она настоящий киноман. Куинн Хэкетт.
Здравствуйте, м-р Маки.
Я ваша ярая фанатка, так что...
- Я тоже киноман.
- [смех]
О боже. Обожаю киноманию.
[смеется] Господи. Ого. [смеется]
Кстати, Куинн смотрела фильм.
- О, супер. Да.
- Да. М-м.
- Как он вам?
- О.
- [хмыкает] Вы...
- Да.
Ваша игра прекрасна.
- Спасибо.
- Да, я просто...
Когда вы играете, это как...
[изображает взрыв] Отлично.
- Еще раз спасибо.
- [Куинн] Да.
Не за что. Конечно.
- Хм.
- Это всё?
Да. [вздыхает]
А та мысль, которой ты хотела поделиться
- с командой?
- Ну... Я...
- Да.
- Да. Ну, просто... Ерунда.
- Это не так важно.
- Да.
Просто, ну... [вздыхает]
«Повелитель бури» так хорош.
Удивительное кино.
- Да, ну... Он действительно классный.
- [Куинн] Да.
Потрясающий.
- Мой второй лучший фильм.
- О.
[все смеются]
Есть еще один момент,
который мы хотели озвучить.
Насчет фильма.
О. Конечно. Да. Что такое?
- Ну...
- Осторожно, осторожно.
- Внимание: гений. [смеется]
- [Рон] Пэтти. [смеется]
- Поздравляю с новой сделкой.
- Спасибо.
Где ты обосновалась?
Переделываю офисные помещения
- в бунгало Либермана.
- О.
- Мило.
- Лучший выбор.
Чудесно. Ты получила мои цветы?
Пурпурный декоративный лук.
- Я запомнил.
- Хорошая память. Да. [смеется]
Спасибо за режиссерскую версию.
Шутишь? Спасибо, что дала добро на фильм.
- Фильм безупречен.
- М-м.
- М-м.
- И вы, сэр.
Самая глубокая и многогранная игра
на сегодняшний день.
Я рад воплотить идею этого человека,
- и всё.
- Энтони. Ты супер.
- И сцена с мотелем.
- Обсудим...
Удивительно оригинальная и смелая.
- Теперь я ее понимаю. Спасибо.
- Спасибо. Я рад.
- Так смело поделиться личным.
- [Мэтт] Хм.
Боже мой. Если бы
за отвагу в кино давали медали,
ты бы озолотился.
Ну, спасибо. Я подумал об этом, и я...
Я решил, что пора озвучить эту мысль.
- И дал ей время.
- [Куинн] Да.
- Ты открыл ее и вдохнул в нее жизнь.
- Да.
Поразительное зрелище.
- О.
- Спасибо вам за это.
Простите. Маркетинг ждет вас
в конференц-зале.
- [Пэтти] Давайте.
- Чудно.
С Мэтти ты в хороших руках.
- Мои, правда, мягче.
- [смеется]
Ладно. О, я практически
чую запах ваших премий «Оскар».
Готовьте смокинги, господа. [смеется]
Я быстро переговорю с Пэтти.
Принесите этим парням перекусить.
Всю тележку. [посмеивается]
Эй, Пэтти. Надо обсудить
фрагмент с мотелем в фильме Ховарда.
О. Чудесно. Трогательно. Идеально.
Да. Но затянуто, да?
[хмыкает] О. Я чуть
не просверлила себе череп,
чтобы убить часть мозга, отвечающую
за время. Что... Он нескончаемый.
Зачем ты сказала ему, что тебе нравится?
Я теперь одна, Мэтти.
Я должна льстить кадрам,
как любой дерьмовый продюсер города.
Боже, эта работа ежедневно бьет под дых.
Надо сказать ему,
что я хочу вырезать эту часть.
- И не пытайся. Это личное.
- Я слышал твои слова.
Что... Он не сказал, что это личное.
Настолько личное,
что он не хочет говорить об этом.
И что это значит? Что там?
Мальчик в мотеле
символизирует кузена Рона,
- умершего, когда они были молоды.
- [шепчет] Правда?
Так Рон говорит,
что отпускает смерть кузена
и двигается дальше.
- Боже. Хуже не придумать.
- Нет, родной брат был бы хуже.
Есть сценарий про нечестных
австралийских шахматистов.
- Прочтешь?
- Скажешь Рону,
- что фрагмент надо вырезать?
- [хмыкает] Шутишь? Нет.
Я с этим фильмом не работаю.
Сам решай проблему, босс.
[бормочет] Я не понимаю.
Если это личное,
зачем делать это таким скучным?
Это же безумие чистой воды.
Он безумен. Он художник.
Мэтти, ты это знаешь.
Они вкладывают в творения душу.
Наделяют их смыслом,
даже если он незаметен для всех остальных.
Слай Сталлоне думал,
что «Разрушитель» – аллегория
мужественности и модернизма в бою.
Так и было?
О нет. Нет, нет. Это была
150-минутная реклама «Тако Белл».
Но благодаря этой иллюзии он каждое утро
надевал тот несуразный костюм
копа из будущего.
Да.
Мой сценарий «Шах и мат».
Проверь «Входящие».
Спасибо, Пэтти.
Привет. Да. Секундочку.
Эй. Йоу.
- Идем со мной. Давайте. За мной!
- [Сэл] Мы... Да. Так.
Итак, судя по всему,
в основе сцены с мотелем –
покойный кузен Рона Ховарда.
Это как метафора прощания или типа того.
Но вырезать ее нельзя. Мы в заднице.
- Его кузен правда умер?
- Ого.
Да, настоящий покойный
- член семьи Ховарда.
- [вдыхает] Чёрт!
О бо... Из-за предыстории
эта сцена потрясающая.
- [посмеивается]
- Это не помогает. Вообще.
Он не должен
грузить зрителей своим катарсисом.
С этим к психотерапевту.
А мы сэкономим 45 минут хронометража.
Так, ладно. Помните «Брачный договор»?
Там была долгая, скучная речь о разводе.
- Я велел вырезать ее...
- [Майя] О.
- ...так как переживал разрыв...
- Да.
И я смог достучаться
до режиссера в плане эмоций.
Если бы у одного из нас умер кузен,
мы смогли бы объяснить Рону,
что не так чтят память покойного кузена.
Скажите, что у вас есть покойный кузен.
Нет. У меня нет.
- Нет.
- Сэл? У тебя точно нет покойного кузена?
Нет. Мой кузен сидит
в тюрьме в Японии, но...
Но, Сэл, у тебя точно нет
покойного кузена?
- Пошел ты, Мэтт.
- Сам пошел.
- Нет.
- А что? Какая разница?
Я не буду врать Ховарду про кузена,
чтобы сделать твою работу.
Будешь морализировать?
- Да. У меня есть принципы.
- Еще бы.
- Вспомним Альбукерке.
- [шикает] Так.
- В «Десять тысяч волн» тебе нельзя?
- Новый Орлеан.
- Нет! Это табу!
- Вспомним Новый Орлеан!
- Хватит брызгать слюной! Боже.
- [Мэтт] Тихо. Ладно!
- Что с тобой?
- Ничего.
- Просто скажи ему!
- Не хочу!
Да. Надо же. Ты как мой сын, застуканный
за просмотром порно на моём iPhone.
- [вздыхает]
- [вздыхает] То же лицо.
Ладно, слушайте.
Я не просто так не хочу
делать Рону замечание.
Я не хотел говорить вам, но скажу.
В 2001 году я был новичком,
меня пригласили
на просмотр «Игр разума»
в кругу друзей и семьи.
И после просмотра
все озвучивали замечания.
Высказывали идеи. И я поднимаю руку
и озвучиваю свою мысль Рону.
- М-м.
- Ясно. И?
Что за мысль?
Ну, я... [фыркает]
Я предложил, что, может, было бы забавно,
если бы зрители сразу поняли,
что персонаж Пола Беттани – галлюцинация.
- Высказался так, типа они идиоты?
- Забавно?
В этом же вся соль.
Да. Идея была не лучшая.
- Как тебя не уволили?
- Не злое замечание. Безобидное.
И, если честно,
потом Рон жестко меня пропесочил.
Чёрт, он костерил меня на глазах у всех.
«Идиотское замечание, чертов клоун.
Как ты посмел предложить
такую глупость, козел?»
- Рон Ховард назвал тебя козлом?
- Да, козлом!
Мне в лицо, блин!
И все мои любимые режиссеры
были там и наслаждались этим.
Они угорали. Рон это умеет.
Стивен Содерберг
хлопал себя по ноге и ржал.
Джоэл Коэн от смеха чуть не помер.
Это был худший момент
в моей профессиональной жизни.
И поскольку у меня нет
настоящей личной жизни,
считай, это худший момент всей моей жизни.
Ясно, ладно.
Сейчас он знает, что тот парень – это ты?
Нет. В этом и дело...
Рон не догадался, что я тот человек.
Он очень хорошо относится к человеку,
которого во мне видит,
и уважает его. Пусть так и будет.
И поэтому я не озвучу ему это замечание.
Не могу. Исключено.
Точка. Мне жаль, Сэл.
Нет.
Прости. Я отказываюсь.
- Кажется, им нравится.
- Рон, Энтони. Сэл Саперстин.
- Сэл. Как вы?
- Вице-президент, как вы?
Как дела?
Я хотел поздравить вас с фильмом.
- Он супер.
- Спасибо.
Спасибо. Благодарю.
Он здорово поднял мне настроение,
ведь месяц был тяжелым.
Правда? Жаль это слышать.
О, спасибо. Да, это...
Да, он был тяжелым.
Нет... Ну, да... Это... Очень жаль.
Спасибо.
Да, нелегко было.
В особенности из-за безвременной
кончины моего кузена.
Рон-алд-о.
Роналдо Саперстин.
Ну, иногда кузен может быть
- как родной брат.
- Да.
Ах. Согласен.
И именно так было у нас с Роналдо.
Он был моим братом от другой матери.
Она была сестрой моей матери.
Боже, это... это просто ужасно.
Мне жаль, что вам пришлось это пережить.
- Спасибо, Рон.
- Если честно,
в фильме сцена в мотеле...
О да.
Ну, это своего рода ода
моему покойному кузену.
- Нет.
- Да.
- Так что...
- Боже.
- Спасибо, что зашли.
- Да.
Поскольку у нас обоих есть
покойные кузены, и только поэтому,
я могу сказать вам, Рон,
что, возможно, сцена в мотеле слишком...
Напряженная. Слишком напряженная.
И в этом весь смысл.
Я хочу, чтобы во время ее просмотра
зрители чувствовали себя некомфортно.
- Чтоб она задела за живое, чёрт возьми.
- О, она это делает.
Да. Она очень выделяется
на фоне остального фильма.
- Стилистически.
- Ну, я повторюсь...
- В этом и смысл.
- Да?
- Конечно.
- Да.
Я хочу, чтобы люди задумались
над этой сценой.
- Угу.
- Нет, чтобы они задавали вопросы.
Мы... Мы задаем.
Потому что мой кузен...
Мой кузен был всем для меня.
То есть он...
Он научил меня быть мужчиной.
- Ну же, Рон.
- Которым я стал теперь.
Чудесно.
И если этот фильм
хоть немного почтит его память...
...то, может, я наконец смогу
отпустить эту часть своей жизни.
[плачет]
И пойти дальше.
- [всхлипывает]
- Брось, старик. Иди сюда.
- Спасибо, Энтони.
- Большой человек.
- Я так горжусь тобой.
- [Рон плачет]
- Можно мне к вам?
- [Энтони] Давай, Сол.
- [плачет] Я Сэл.
- [Рон плачет]
Чёрт, мне так жаль, Рон.
Сцена с мотелем остается.
- Ты плачешь? Что там стряслось?
- Нет.
Когда умирает кузен,
его нужно почтить. Как угодно.
Я всё понимаю.
Но у тебя никто не умер, псих.
Да, но на миг я поверил в это.
Я ощутил, каково это. И теперь понимаю.
Боже, мы все пасуем перед знаменитостями.
- Нет, вы двое пасуете...
- Это всё...
- [шикает]
- [ахает] М-р Маки.
- Как вы?
- [Мэтт, Сэл] Эй.
Простите. Есть секунда?
- Да. Что такое?
- Конечно.
Слушай, мне жаль, Сэм.
- [вздыхает] Сэл.
- Неважно.
Я понимаю, что сцена с мотелем
задела тебя лично.
И я знаю, вам она нравится...
- Ваша игра.
- Ты молодец.
Знаю, спасибо. Тихо.
Эта сцена отстойная.
- Мы согласны. Отстой!
- Дерьмо собачье.
О чём вы? Как ты можешь такое говорить?
Ты только что оплакивал кузена.
- У меня все живы.
- Зачем тогда сказал?
Он меня заставил.
Какого хрена?
Слушай, дело вот в чём.
Мы в восторге от фильма.
Он может стать классикой на все времена.
И да, мы думаем,
сцена с мотелем портит весь фильм.
Я думал, тебе нравится.
Да никогда! Она не нравилась мне
в сценарии и когда мы ее снимали.
И в фильме не понравилась.
Поэтому я ждал, что ты, как глава студии,
скажешь, чтобы он ее вырезал.
Так что иди и скажи ему вырезать ее.
- Не хочу.
- Это твоя обязанность.
Не единственная... У меня их много.
- Нет.
- Да.
- Соберись, пойди и сделай!
- Ты продюсер. Сделай, раз не нравится.
Это не моя работа. Я свою сделал.
- Это твоя работа.
- Ты глава...
- Твоя.
- ...вот и делай.
Ты делаешь хреновые фильмы.
Я спасаю твою карьеру!
- Помоги мне.
- Да.
Ты не хочешь этого делать.
Я не хочу этого делать.
Эти два долбаных гения
не в состоянии это сделать.
- Спасибо.
- Да.
- Молодцы.
- Прости.
А что, если просто ничего ему не говорить?
Понимаете, о чём я?
Рон в восторге от этой сцены.
Она важна для него.
Конечно, она слегка портит фильм.
Он будет чуть дольше
и чуть скучнее, чем нам хотелось бы.
Но это не значит, что мы в заднице.
Полно очень долгих,
очень скучных фильмов,
которые гремят в прокате.
Так. У меня полезная
инсайдерская инфа о чертовом...
О боже. Энтони Маки.
Фильм шедевральный.
Я бы ничего не стала менять.
- Он против сцены с мотелем.
- Да. Это отстой.
О. Уважуха, чувак.
Слава богу, блин.
Так. [выдыхает] «Экзибитор Релейшенс»
видели хронометраж.
Говорят, из-за этого количество сеансов
сократится на два просмотра в день.
Кинотеатрам не нужны долгие фильмы,
если это не супергерои или пришельцы.
Это сократит выручку на 15%.
- Чёрт.
- На 15%.
- Гриффин всех нас убьет.
- Я кого-то убью. У меня свой интерес.
Выскажи ему замечание. Ты должен!
Собрание начинается.
- О чёрт. Это...
- Ты должен.
- Я люблю Рона Ховарда.
- Боже.
Понимаете? Он одна из причин,
побудивших меня создавать фильмы.
«Родители», «Всплеск», «Аполлон-13».
Я не хочу, чтобы он меня ненавидел.
Я не хочу повторения. Это больно.
Боже ты мой.
Всем плевать,
ненавидит ли тебя Рон Ховард.
Он мошонку тебе вылижет,
если фильм станет хитом.
Вот что для них важно.
- Без обид.
- Ничего. Это правда.
[вздыхает] Просто сообщи ему замечание.
- Мэтт, придется.
- Давай.
- Надо.
- Ладно.
- Да.
- Сделаю.
Попрошу его остаться
после собрания и скажу.
Но ты должен меня поддержать.
Он тебя уважает.
- Будешь там со мной.
- Я с тобой.
Будь уверен. Весь этот блеск и мишура...
Мне плевать. Я сделаю это с тобой.
Да, супер. [заикается] Спасибо.
Так, народ. Собрание будет атмосферным.
«Алфабет-сити» завел нас не по-детски.
Простите за каламбур.
Мы считаем, он отлично
зайдет в кинотеатрах
и расчистит себе место под солнцем.
С радостью представляем наши наброски.
Для этого мы здесь. За дело.
У-у, такой задор по мне. Первая афиша.
Так.
Здесь акцент на красоте его глаз,
нам очень нравится. Гляньте.
На фоне чудесных
мерцающих огней – обворожительно.
Настоящая классика.
Да? Демонстрация киноискусства.
- Неплохо.
- Да, да.
- Отлично.
- Так.
А вот эта стопудово классная.
ЕГО ПОСЛЕДНЯЯ ПОЕЗДКА?
Нью-Йорк, Большое яблоко, в прошлом.
Тут есть дух времени. Линия горизонта.
Статуя Свободы.
А также
вечная память.
Ну, что скажете?
Ну, обе афиши заслуживают внимания.
[Майя] Спасибо.
Но, если можно...
У меня есть идея.
Мне кажется, она отлично впишется.
[Майя] Слушаем.
Ладно. Я про...
- Сцена с мотелем.
- [Майя вздыхает]
Она особенная.
Все говорят нам, она здорово выделяется.
Что, если на афише изобразить
Энтони с мальчиком перед мотелем?
Энтони?
А мне нравится.
- Да! Старик.
- [Энтони смеется]
Великолепно.
Видите, вот почему так здорово
работать с актерами-продюсерами.
- Да.
- Они понимают материал.
Да. Именно. Еще как.
Ладно. Итак, всем нравится, да?
Какие мысли?
Э... ну... О!
Мэтт, у тебя ведь
были мысли на этот счет, да?
- [Рон] Правда?
- [Майя] Да.
Мэтт, какие соображения?
Соображений нет.
[запинается]
Есть одна мыслишка насчет идеи,
имеющей к этому отношение.
Я хотел поделиться после собрания, да.
У тебя...
У тебя ко мне замечание?
Не замечание, скорее идея. Да.
У тебя замечание для меня,
как это было с «Играми разума»?
Ты помнишь?
Да.
Конечно. Как это можно забыть?
Это отпечаталось в моём мозгу.
О боже. Классная история.
Так. Знаю, у нас собрание,
но кто хочет услышать забавную историю?
- [смех]
- Да ладно вам.
Кто не любит истории про босса?
Ну, не знаю. У нас есть дела.
- Понимаете?
- Вспомним прошлое.
Я только закончил съемки «Игр разума».
Это был, хм, 2001 год.
У нас просмотр в кругу друзей и семьи.
Всё отлично, восхитительно.
Все в восторге.
О, кроме одного парня.
Юный, крошечный малыш, Мэтт Ремик.
[Майя смеется]
И вот Мэтт поднимает руку и предлагает
на глазах у всех,
у Содерберга, у братьев Коэн...
Он предлагает, чтобы на протяжении
всего фильма мы говорили зрителям,
что персонаж Пола Беттани – галлюцинация.
- О. Зачем, Мэтт?
- [смех]
- Что?
- Серьезно?
Он буквально предложил мне
взять весь сюжетный поворот...
Нет, нет. Нет.
Просто раскрыть всю концепцию фильма.
Просто всё жестко заспойлерить.
- [смех]
- Как глупо.
Без вопросов, это было
единственное худшее замечание,
которое у меня было за всю жизнь.
- Так что...
- [ликование, смех]
О, надо же.
Позволь спросить, Мэтт,
ты посмотрел «Подозрительных лиц»
и сказал создателям, что надо
сразу показать Кайзера Созе,
смеющегося над тем,
как он обдурил полицию, а?
Или... или...
или ты прискакал к М. Найту Шьямалану
и сказал ему,
что один из призраков должен сказать:
«Когда уже Брюс поймет, что он умер?»
- Нет!
- [смех]
У-у! А вот еще.
Он смотрит «Бойцовский клуб» и говорит:
«Вот бы все сразу знали,
что Тайлер Дёрден – глюк».
[смех]
- Ты чего, блин?
- Прости, чувак. Смешно же.
О чём ты вообще думал, чёрт возьми?
Это же классика, да?
Сказать тебе замечание?
Я тебе скажу.
Ты создал крутой фильм, который портишь
этой эгоистичной чушью с мотелем.
Да пошел ты.
Мой кузен умер.
Ты гребаный чиновничий кусок дерьма!
Твой покойный кузен заслуживает лучшего.
И уж никак не оды в виде
чертовски скучного фильма.
- А теперь ты послушай меня...
- [Энтони] О чёрт.
...потому что я больше никогда...
- [галдеж]
- А!
- Бездарность!
- Рон.
- Не говори со мной!
- Пошел ты, лысый урод!
Заткнись.
Хочешь поговорить? Приведи Пэтти.
У Пэтти есть мозги. А у тебя ничего.
Я вообще не знаю, почему ты здесь.
Не смотри на меня.
[звучит «If You Could Read My Mind»]
[звонит телефон]
[Мэтт] Вот чёрт.
- Алло?
- [Рон] Эй.
- Это Рон Ховард.
- Привет. Да. Привет.
Слушай, я хочу извиниться.
Зря я так жестко тебя высмеял.
Я так взбесился,
потому что знал, что ты прав.
Не насчет «Игр разума».
Это было эпически глупо.
- Да, точно. [вздыхает]
- Но про сцену с мотелем...
Ей не место в этом фильме.
Так что я позвонил Энтони и сказал ему.
- Да. Еще бы. Да.
- Он так расстроился.
- Но он понял.
- Ясно. Спасибо.
Большое спасибо, что позвонил, Рон.
Я несказанно благодарен.
Это всё эмоциональная проблема,
которую мне надо пережить.
Но она не должна влиять на работу.
Старик, то же самое
можно сказать про меня.
Надо было просто сказать тебе еще утром.
А я пошел на поводу у своих чувств.
Не надо было.
Зря я упомянул твоего кузена
и уж точно зря назвал тебя лысым уродом,
или как я там сказал.
Ты уж меня прости.
Значит, ты прощаешь меня
за оскорбления и швыряние кепки...
- Да. Супер. Отлично. Класс.
- ...а я прощаю тебя.
Мэтт, еще раз разозлишь меня...
- Да.
- ...я тебя уничтожу на хрен.


Серия 4

КИНОСТУДИЯ
«ПРОПАВШАЯ КИНОЛЕНТА»
Кинопленка – это волшебно.
- Да.
- Будто возвращаешься в старые времена,
когда смотришь отснятый материал
на целлулоидной пленке.
Люблю зернистость.
Как она танцует даже в неподвижных
частях кадра, она будто дышит.
В каждом кадре столько жизни.
Сейчас мало кто снимает на пленку.
Без особой причины. Просто не любят. Но я?
Я вроде как в одиночку спасаю пленку.
Любой хороший режиссер Голливуда знает:
если хочешь снять на пленку,
обращаться надо ко мне.
С пленкой одна морока.
Цифровой проектор включается кнопкой.
А тут целая система.
Сколько еще будете смотреть?
Весь отснятый материал, друг мой.
Этот фильм,
«Веерное отключение», о чём он?
Звука нет, только картинка.
Да, да.
Это детектив в стиле неонуара.
Он о производстве
солнечных панелей в Лос-Анджелесе.
В нём Зак Эфрон.
Оливия Уайлд гениально режиссирует.
Сегодня последний день съемок.
Как по мне, копия «Китайского квартала».
«Хорошие творцы копируют,
великие – крадут».
Да.
Эй, можно спросить?
Мои волосы выглядят странно?
Я пытался закрасить седину по бокам.
Кажется, переборщил с тоном.
Всё несоразмерно.
Откуда мне знать? Тут темно как в заднице.
Волосы хотя бы есть.
Ну да.
Алло?
Что?
- Боже. Это плохо. Очень плохо.
- Да.
Как так-то?
- Не знаю, как-то.
- Боже. Ты точно уверен?
Я уже час на созвоне с Жан-Полем,
- линейным продюсером. Боже.
- Честно... Мне с трудом верится.
Ну вот поверь.
Пропала бобина с кинопленкой.
Может, просто потерялась?
- Нет, скорее ее украли.
- Украли?
Кто станет воровать кинопленку с площадки?
Люди злятся, что глава студии
не оплатил вечеринку.
Опять эта вечеринка
в честь окончания фильма!
Бюджет уже превышен.
Мне платить, чтоб все напились?
- Снимать на пленку дорого.
- Ты и пленка.
Однажды застану тебя трахающим
бобину с пленкой. Сунешь член в дырочку.
Мы, как студия,
должны идти навстречу режиссеру.
О нет. Ты выпендриваешься.
Пленку не отличить от цифрового формата.
Любой художник увидит разницу.
А художник не видит разницы
между хорошей и плохой окраской волос?
Боже. Жан-Поль.
Она здесь.
- Ты как Джулиани. Всю краску вылил?
- С тоном переборщил. Чёрт!
Седая борода и черные волосы. Дичь.
Чёрт. Взял каштановый,
надо было светло-каштановый.
- Мэтт.
- Привет. Оливия.
Слава богу, ты тут.
Сейчас я доверяю только тебе.
- Спасибо.
- И тебе, Сэл.
Да. Привет.
Жан-Поль сказал, что мы...
Пропала пленка со вчерашних съемок.
Мы только узнали.
Ассистент операторского цеха, Фред,
загрузил все десять бобин в фургон,
но в лаборатории говорят,
у них только девять.
На пленке была перестрелка.
- О нет.
- Да.
- Помнишь свое замечание по ней? Помнишь?
- Да.
- Выложиться.
- Ты так сказал.
- И мне понравилось.
- Спасибо.
И ты предложил мое камео.
- Да.
- Гениально.
- Спасибо, да.
- Тоже там.
Ты издеваешься?
- Это было... О чёрт.
- Отличная идея.
Еще раз спасибо. Очень ценю.
Ассистент точно не забыл бобину в фургоне?
Фургон мы обыскали. Кто-то ее забрал.
Боже. Что думаешь?
Кто-нибудь в команде
цепляется к тебе или типа того?
Пытается насолить?
Прости, в этой команде?
Да.
- Эта команда – моя семья.
- Ясно. Да.
Все они привержены
идейному содержанию фильма.
Они работают на пределе.
Я понятия не имею, кто мог так поступить.
- Ясно. Да.
- Тебя зовут.
Да.
- Прости. Я...
- Конечно.
Это нелегко. Мне нелегко.
Я... Просто знай,
что мы тоже часть этой семьи.
И мы в «Континентал»...
Мы сделаем всё, чтобы решить проблему.
- Мы поможем.
- Да. Супер.
Ну... Если пленка не найдется,
мы всё переснимем?
Страховка это покроет?
Да, но чтобы сделать это,
нужно официально заявить
о пропаже. А я бы не хотел.
Может, мы оставим это в тайне,
пока сами не найдем пленку.
- Но если не найдем, переснимем?
- Да. Не волнуйся. Мы найдем.
Мы берем дело на себя. Да.
Еще пара сцен с основным составом.
Закончим с ними,
вспомогательная группа
снимет у Знака Голливуда, –
и съемки «Веерного отключения»
официально закончены.
Боже.
Если к тому времени пленка
не найдется, я заявлю о пропаже.
- Чёрт. Ясно.
- О боже.
Спасибо за помощь, Мэтт.
Как же важно,
когда глава студии еще и твой друг.
Не могу передать, как важно...
Как важно для меня услышать,
что это важно для тебя.
- Пока.
- Спасибо. Храни тебя Бог. Супер.
Мы поговорим с ассистентом Фредом.
Который грузил бобины в фургон.
Можно нам пару плащей?
- Снаружи похолодало.
- Возьму из костюмерного.
И шляпу для него.
Спасибо.
- Из-за волос?
- Да.
- Заметно?
- Кошмар. Пепе ле Пью.
- Косяк.
- Чёрт!
Я знаю.
На павильон «Континентал» опустился вечер,
и меня ждет самая долгая
и тяжелая ночь за всю мою жизнь.
Пропала бобина с пленкой.
Никто не знает, кто ее взял и почему.
Известно лишь, что она исчезла.
Я так переживаю.
На площадке распыляют бутафорский дым,
от него у меня горло дерет.
Дико болит шея и плечи.
Надо попробовать
попасть на массаж в выходные.
С кем ты говоришь?
Прозвучит глупо.
Психолог велел записывать мысли
на диктофон в моменты стресса.
- Многие так делают. Очень глупо.
- Да. Ха-ха.
Я всё думаю, что это может
очень плохо кончиться.
Если в городе узнают,
что у нас пропала бобина с кинопленкой,
за это уцепятся все студии Голливуда.
Если режиссер захочет
снять фильм на пленку,
ему откажут из-за этого случая.
Да. Ты будешь человеком,
убившим кинопленку.
Погоди, хочешь сказать,
виноватым буду лишь я?
- Дурная слава? Да!
- Не совсем. Нет.
Ты прав... Я об этом даже не подумал.
Чёрт. Надо найти эту штуку.
Не хочу тебя накручивать,
ты почувствовал,
что от Оливии пахнет алкоголем?
Я ее не виню:
после такого дня можно и выпить.
Нет, тут другое. Странный запах.
Я пытался его опознать:
«Водка "Тито'с"? "Шопен",
ведь она не ест глютен?»
Но это что-то другое.
Очень резкое и сильное.
Тут странно то, что ты по запаху
различаешь алкогольные бренды.
Нет. Я не обсуждаю мою проблему
с выпивкой. Она вела себя странно.
- Миндальничала с тобой.
- Вовсе нет.
Мы друзья. Дружеское общение.
Дружишь с Оливией Уайлд?
- Да. Что тут странного?
- О чём ты?
Что?
Слышал, вы меня ищете.
О чёрт.
Ты Фред из операторского цеха?
Слишком много глаз и ушей.
На парковке. Через пять минут.
Зачем?
Там и узнаем, дубина.
Я загрузил все десять бобин в фургон.
Записал в журнал. Как и каждый вечер.
Видите?
Вот. Десять бобин с пометкой
«погружены в фургон» в 05:48.
Там был Зак Эфрон. Он поздоровался.
Всегда вежлив, как бы сильно
Оливия ни грузила его работой.
Я закрыл операторский фургон,
вернулся, отогнал фургон с бобинами.
Как долго бобины были в фургоне?
Я скажу точно.
Я всегда отписываюсь в групповом чате.
«Операторский цех уезжает в 06:08».
Кто-то забрал пленку за 20 минут,
что фургон был без присмотра.
Кроме Зака Эфрона там еще кто-то был?
Там были все.
Съемки закончились,
и фургон стоял у ворот.
- Чёрт. Мне пора.
- Фред, ты где?
Погоди. Постой. Эй.
Кто-нибудь еще точит зуб на Оливию?
Ты сказал, она доводит Зака.
- Я?
- Да.
- Не-а, она норм.
- Эй!
Ну, слушайте...
На той неделе она переплюнула Финчера.
Заставила Зака делать
40 дублей с надеванием шляпы.
Сумасшествие.
Он чуть не сорвался. Я сболтнул лишнего.
Не хочу прослыть критиканом босса.
Я поеду.
Можно?
- Да.
- Поехал.
Так. Он, конечно, странный,
но я верю каждому его слову.
Я тоже.
Холодный вечер в Лос-Анджелесе.
Чёрт, я сбит с толку.
Кто и зачем украл эту бобину?
Зака Эфрона видели у фургона
перед ее исчезновением,
и он ненавидит Оливию.
Может, он причастен?
Я знаю лишь, что уже восемь часов,
скоро придется сообщить о пропаже.
И это станет концом кинопленки.
- Закончил дневник?
- Иди ты с шуточками.
Тебе не кажется странным, что Оливия
выставляет их как большую дружную семью,
а ее все считают занозой в заднице?
Даже Зака она бесит.
Ничего странного. Руководитель должен
вызывать ненависть для эффективной работы.
- Отстойно, но я понимаю.
- Еще бы.
Сейчас я скорее Зака Эфрона подозреваю.
У него зуб на Оливию. Может,
он хочет ее подставить. Идем к нему.
- И что, обвинишь звезду в краже?
- Не буду я его обвинять.
Я соблазню его.
Умасливать звезд, считывать настроение,
угадывать тайные мысли и желания.
Это мой профиль. Моя работа.
Смотри и учись.
ЗАК ЭФРОН
- Его нет. Идем.
- Открыто! Входите!
Вот как это делается.
- Эй!
- О чёрт!
- Как ты?
- Привет!
Как ты, Сэл? Пришел под занавес?
- Ни за что не пропущу.
- Да.
Я тоже ни за что не пропущу это.
- Привет.
- Мой босс и приятель.
Мэтт Ремик. Зак Эфрон.
- Рад знакомству.
- Привет. Как дела?
Меня ждут на площадке.
Я пока подготовлюсь?
Да. Готовься.
Нужна помощь с галстуком – скажи.
Раньше я их часто носил.
Я знаком с галстуком. Спасибо.
Класс. Супер. Как проходят съемки?
Порядок? Всё гладко?
Ты со всеми ладишь?
Да. Почему бы нет?
Не знаю. Поэтому и спрашиваю.
Ты мне скажи.
Всё супер. Было бы круто
устроить вечеринку в честь завершения.
Но, видно, это слишком дорого, да?
Да. Если честно, да.
А мы стараемся вложить всё в фильм.
Мы снимаем на пленку,
это дополнительные расходы.
Да. Это твой «Корвет» 53 года
там припаркован, да?
- Да.
- Ого. В тот год начали их производство?
Это третий по счёту.
Он купил его у шейха в Дубае.
Ого.
Все средства идут на фильм, да?
- Да.
- Класс.
- Зовут первую команду, Зак.
- Иду.
- Надо бежать, парни.
- Супер! Я просто хотел...
Заскочить сказать, как здорово ты играешь
и как сильно мы любим
твое появление на каждой бобине пленки.
Рад, что ты доволен. Спасибо.
- Ценю.
- Рад повидаться.
Спасибо, что уделил время.
- Крутой трейлер.
- Спасибо.
Да. Здорово наблюдать
за твоей подготовкой, актерским процессом.
Да. Очень впечатляет.
- Увидимся, Сэл.
- Пока.
Я подловил красавчика.
У него глаз дернулся на слове «пленка».
- Это знак.
- О чём ты? Этого не было!
Было! Он вел себя очень странно.
Нет, ты вел себя странно.
Он пытался меня спровадить.
- Ты ему неприятен.
- Он меня не знает.
Знает, что ты зарубил вечеринку.
И зря мы ворвались.
- Вдруг он там голый? Слухи пойдут.
- Он вел себя очень подозрительно.
Будто что-то скрывал.
Пойду осмотрю трейлер.
- Не вздумай.
- Покарауль.
- Если что, дай знак.
- Боже! Господи...
«На товары».
ЭВЕЛИН
НА ТОВАРЫ.
Откат.
Он идет!
Чёрт.
Вот блин! О нет! Вот дерьмо!
Зак Эфрон возвращается в трейлер!
- Вижу!
- Эй! Ты чего еще тут?
Что на площадке? Чего ушел?
Я надел свои носки с логотипом,
не знал, что ноги в кадре.
- Надо переодеть.
- Ноги в кадре?
Кто режиссер? Тарантино?
Если бы.
Постой. Может, сфоткаемся?
Потом не успеем, вечеринки же не будет.
Да. Давай сейчас.
Только с тобой, без этого козла Мэтта.
О да, нет. Пошел он.
- Вы правда дружите?
- Нет, он тупой урод.
Отлично.
- Я боялся.
- Вот.
Да. Отлично!
- Коротенький видос для дочек?
- Чувак, мне пора. Меня ждут на площадке.
- Иди.
- Чёрт.
Он идет!
Пришли мне фото, опубликую его...
Выкладываю фото про фильм,
фанаты в восторге.
- Почему-то.
- Мы тебя любим!
- Очень!
- И я тебя. До встречи!
- Бред.
- Чёрт! Чуть не...
- О боже!
- Что с тобой?
Пытаюсь раскрыть дело!
- Надеюсь, оно того стоило.
- Да!
Там был конверт с наличкой!
Это откат, блин!
Откат? Он что, диджей из 50-х?
Взятка, отмаз, понимаешь?
Всё ясно: Зак, нехороший парень,
травит Оливию, которая душка.
Он заплатил кому-то за кражу пленки,
чтобы насолить ей.
Понимаешь? Какой-то Эвелин.
Эвелин. Эвелин...
Эвелин Дитриксон – костюмер!
Но... Вот блин! Это она!
О боже! Откат у нее!
Она положила его в сумку!
Взяла откат!
Она заодно с Заком.
- Вот чёрт...
- Идем за ней.
Идем к моей машине и поедем за ней.
Можно еще одну отметку?
Да. Снимаем!
Последние дубли основного состава!
- Чёрт!
- Последняя съемка!
Думаешь, это наличка за кражу пленки?
Едем за этой козой и разыщем пленку.
Охренеть! Зак опубликовал это фото вчера.
Взгляни на парня. Он рядом с фургоном.
Лица не разобрать, но у него
огромная татуировка на предплечье –
семерка в огне.
И что?
Это зацепка!
О чём ты? Это куда подозрительнее!
Парень с тату на съемочной площадке.
Было бы подозрительно,
если б у него не было тату.
Проклятье. Основной состав закончил.
Вспомогательная группа
едет к Знаку Голливуда.
Они закончат. Придется сообщить о пропаже.
Меня обвинят в уничтожении целого формата.
«КОПТИЛЬНЯ»
Мы едем за Эвелин в Долину,
и я думаю лишь о том,
в какую шаткую ситуацию я ввязался.
Блин. Мама звонит.
- Мама!
- Милый.
- Звоню поздороваться.
- Привет!
- Ты занят?
- Да, еще на работе.
- Ясно.
- Позже поговорим.
- Люблю тебя.
- И я тебя. Пока.
Всё это очень подозрительно.
Что именно? Она в «Коптильне».
- Ест чесночно-сырный хлеб.
- Это.
Еще подозрительнее то,
что тебя это не смущает.
Это подозрительно.
- Ты бредишь.
- Чёрт!
- Вон она!
- Так.
- Встречается с парнем.
- У него тату?
- Она отдала ему откат!
- Откат!
Он дает ей коробку!
- Там пленка! Поехали!
- Пленка.
- Чёрт. Она уходит.
- Уходит!
Мы следуем за Эвелин по Голливуду,
а нас подгоняет время.
И когда оно закончится,
кинопленка навсегда канет в Лету.
- Теперь ты?
- А что, только ты можешь?
Ну да.
Эвелин пошла туда.
«Шато Мармон». Идем за ней.
Давай, давай.
- Вон Эвелин.
- Да.
- Здрасте. Вам помочь?
- Привет. Я забежал выпить.
- Мэтт Ремик. Спасибо.
- Сегодня спецобслуживание.
Входят лишь гости из списка.
Не хотел говорить,
но я глава «Континентал», Мэтт Ремик.
- Завсегдатай.
- Не могу помочь, сэр.
- А теперь прошу...
- Я возьму зал на вечер. Идет?
Мне жаль. Всё занято.
Ясно. Спасибо.
Какого хрена?
Закари, мать его, Эфрон.
Чувак, откуда тут Зак Эфрон?
Совпадение. Закончил съемки. Гостит тут.
Это ни в какие рамки.
Он тут, Эвелин тут, пленка тут!
Срочно идем туда. Найдем ее.
- Остался час.
- Хватит!
Мы не успеем. На этом всё.
Мы не берем штурмом «Шато».
Мы даже не знаем, там ли пленка.
- Я домой.
- Что?
Вызову такси. Прости.
Мы попытались. Не вышло.
Да, ты любишь кинопленку.
Но она свое отработала.
Мне жаль, Мэтт.
Чёрт.
Привет, Мэтт.
КАМЕРА ПРОЕКТА
Спасибо, что подвез. Пять звезд.
О чёрт.
Сэл.
Сэл мне соврал.
О боже. Он заодно с Заком и Эвелин.
Вот козел!
«ШАТО МАРМОН»
Две пасты болоньезе.
Эй, это в номер Зака Эфрона.
Не знаешь, где он?
- Номер 64.
- Супер. Спасибо.
Паста для Зака Эфрона.
- Гад! Я так и знал!
- Нет.
Сговорился с Заком,
чтобы унизить меня или что?
Ты мне завидуешь?
Что?
Ты оделся официантом?
Чтобы прошмыгнуть на вечеринку?
Маскировка такая?
Какого хрена?
Вечеринка?
Ты зажал денег на вечеринку.
Я решил сам ее устроить. Тайно.
Ты поэтому вел себя странно?
Ну да. А что мне было делать?
Мы не хотели, чтоб ты узнал,
потому что все на тебя злятся.
Тебя не любят.
И мы не хотели, чтобы Оливия узнала,
ведь она всех уже достала.
Кому она нужна?
- Всё это время ты знал?
- Нет.
- Он сказал у входа...
- Почему ты врал?
Потому что я его попросил. Его все любят.
Это не он зажал деньги на вечер.
А ты. Но ничего.
Раз ты уже здесь, можешь остаться. Ладно.
Там был конверт с деньгами.
Короб... Мы следили за Эвелин.
Была коробка. Она ее купила.
Эта коробка?
Да! Эта коробка, именно.
Кепки. Для группы. За них тоже я заплатил.
Нет, обойдешься.
Ладно, бери. Чувак, расслабься.
Ты такой грустный.
А ты думал, что там?
- Пропала бобина с кинопленкой.
- Пропала?
- Да.
- Поэтому мы здесь.
- Да.
- Блин. С какого дня?
Съемка на фабрике солнечных панелей.
Чёрт, ты издеваешься? Блин, блин, блин.
Проклятье.
Это был самый тяжелый день. Просто кошмар.
Оливия забраковала всю нашу работу,
кроме своего камео. Признаю, оно супер.
Отличное, достойное награды.
- Чёрт. Она будет вне себя.
- Да.
Меня так достал этот фильм.
Строго говоря, к досъемкам я не готов.
Надеюсь, вы ее найдете. Или вам конец.
Ты правда думал, что я вступлю в сговор
против тебя, чтобы тебя унизить?
Если честно, да, думал.
Чувак, что стряслось?
Я же твой друг.
С тобой что-то творится.
Ты меня не слушаешь.
Тратишь миллионы долларов
на ретроавтомобили
и красишь волосы. А борода седая.
Что случилось?
Я согласен с каждым твоим словом.
Это чертова работа.
Из-за нее я умом тронулся.
Всё куда труднее, чем я представлял.
Мне очень одиноко.
Все чего-то ждут от меня,
а я не могу им этого дать.
И из-за этого я не знаю, кому доверять.
Ведь даже ты мне соврал.
Да, и я сожалею.
Просто Зак меня попросил,
глядя своими голубыми глазами.
Он такой обаяшка, а я слаб.
Я просто... Прости, что обманул тебя.
Прости, что я игнорил тебя
и вообще вел себя как чокнутый.
Люблю тебя, друг. Иди сюда.
И я тебя.
Мартини.
Вспомогательная группа заканчивает.
- Тогда точно мартини.
- Ты посмотри. Ну-ка...
Что тут у нас?
Водка «Грей Гус».
Это «Кетл Уан».
Ты пугающе хорош в этом.
Монетизировать бы навык.
До сих пор места себе не нахожу,
что не могу определить,
какой выпивкой пахло от Оливии.
Это сводит меня с ума.
О боже мой.
Ни хрена себе!
Ты это сделал. Это ты.
- Что сделал? Ты что несешь?
- Ты украл пропавшую бобину.
Эй. У гада было такое же тату.
- Это тату. Да.
- Это тату?
- Да. Колись.
- Это переводилка.
Такие у всех актеров из банды гонщиков.
Эй, гонщики! Покажите тату.
- Чёрт. Переводилки?
- Да. Мы вчера снимали сцену.
Они держатся днями,
если не стереть спиртом.
Охренеть, блин.
- Спирт.
- Что?
Это не «Тито'с». Не «Бифитер» или «Шопен».
От нее несло спиртом.
О боже. Камео Оливии.
Она была с гонщиками. У нее было тату.
А когда Зак выложил фото, она его стерла.
Боже, поэтому от нее пахло спиртом.
- Вот дерьмо.
- Ей не понравилась сцена перестрелки.
Бьюсь об заклад: она украла пленку
и выбросила, чтобы переснять сцену
и не выглядеть дурой, запоровшей всё.
Они еще на Холмах.
Поедем сейчас – поймаем.
Возьмем ее на горячем.
Бум. Вон она, раздает всем указания.
Можно подвинуть звукозапись?
Можно их убрать, ведь...
Это... Вы у меня перед глазами,
а мне надо видеть.
Без помех...
Подождите. Надо поговорить.
Секунду. Извините.
- Привет.
- Как оно?
Новости есть?
- Да.
- Да?
- Вы разобрались?
- Да.
- Нашли пленку?
- Да.
- Ясно.
- Это ты.
Ты украла пленку.
- Что?
- Да.
- Шутишь?
- Нет.
Зачем мне красть свою пленку?
Тебе не понравилась сцена с перестрелкой.
Зак Эфрон сказал нам.
- Поэтому от тебя пахло спиртом.
- Ты стерла тату,
когда он выложил фото,
где ты рядом с фургоном.
- Попалась.
- О чём вы вообще?
Она сейчас у тебя? Что в сумке?
Руки прочь!
А знаете что?
«Хорошие творцы копируют,
великие – крадут».
- Боже. Вот зараза!
- Назад!
- Убери лапы!
- Эй.
Это был самый важный день съемок,
и в процессе я поняла,
что всё недостаточно масштабно.
У Эфрона должен быть пулемет.
А не бестолковый пистолетик.
Так будет куда круче.
Это же «Лицо со шрамом».
Но ты такой жмот.
Я знала, что ты не одобришь досъемки.
Пришлось подтолкнуть тебя.
Так, Оливия, мы не видели, что там.
- Вдруг всё супер.
- Да.
В этом и проблема. Ты скажешь,
что всё нормально, но этого мало.
- Зачем ты ее оставила?
- Почему она до сих пор у тебя?
Мое камео, ясно?
Лучшая игра за всю мою карьеру.
Я превзошла сама себя. Не знаю...
Я использовала отчаяние того дня
и вложила в героиню.
Чёрт, это было неподражаемо.
Я хотела тайком вырезать
свои кадры и вставить в досъемку...
Но похоже, их придется переснять.
- Нет! Не надо!
- Не смей!
- Я должна!
- Нет!
- Иди сюда!
- Я обязана!
Вернись!
Нет, я должна!
Мэтт, ты кусок дерьма.
О чёрт! Зараза!
Нет!
- Нет! Назад.
- Вернись.
Остановите ее!
Не могу ее догнать. Блин.
- Эй!
- Нет!
- Хватит!
- Дай сюда.
Она у меня!
Вот дерьмо!
Оливия? Что за...
Нет.
Ты цел?
Догони ее, Мэтт.
- Нет!
- Стой! Послушай!
Можешь переснять сцену.
Маркетинг ее оплатит.
Им понравится идея с пулеметом.
Клянусь. Отдай пленку.
Я тебе не верю, Мэтт.
Ты сейчас что угодно скажешь.
Я не могу позволить тебе
уничтожить мой шедевр.
Куда там, Оливия.
Это «Китайский квартал».
Просто копия «Китайского квартала».
Да пошел ты, Мэтт.
Нет!
Нет!
Итак, Оливия уничтожила пленку,
но, слава богу,
кинопленка, как реалия, будет жить.
Мы не заявили о пропаже.
Вместо этого я продал «Корвет»
Заку Эфрону за два миллиона
и заплатил за досъемки из своего кармана.
Режиссер получила желаемое,
ведь в этом городе они рулят.
Классическая голливудская
концовка. Неплохо, да?


Серия 5

КИНОСТУДИЯ
«ВОЙНА»
КИНОСТУДИЯ «КОНТИНЕНТАЛ»
Да. Заезжаю.
Сегодня на парковке наплыв придурков.
«Нетфликс» начал съемки «Ватерлоо».
Точно. Не напоминай.
Мы сдаем павильоны чертовым писакам.
Приехал Крис Хемсворт, хочет
выпить с вами, но у вас всё забито.
О нет. Серьезно?
Так. Если появится окно,
внеси туда Криса Хемсворта.
Я его обожаю. Ладно?
Что с «ПОДМИГНИ»? Сделку закрыли?
Почти. Паркер хочет встретиться с Мэттом.
Я же тебе говорил. Мэтт полностью за.
Он мне утром сказал:
«Жду встречи с Паркером Финном».
Скажи Паркеру: чтобы закрыть сделку,
надо подписать бумаги.
Паркер боится,
что фильм похож на «Улыбнись».
Он не хочет ставить такой же фильм.
Даже не волнуйся.
Он поговорит с Мэттом, тот его успокоит.
И мы снимем крутой фильм.
Всё хорошо.
Куинн, кончай.
Мэтт прочел сценарий Оуэна или нет?
Мэтт сейчас очень занят.
Но я поговорю с ним сегодня же.
Ты обещаешь это месяцами.
Ты же говорила, у тебя всё схвачено.
- Ты можешь одобрить фильм или нет?
- Конечно могу. Я просто... Извини.
Можешь повисеть секунду?
ПАРКОВКА ЗАПОЛНЕНА
Привет. Извините. Что происходит?
Мисс, парковка битком.
Придется парковаться в дальнем гараже.
Но сейчас 08:45, почему она уже битком?
На этой неделе два этажа
отдали съемочной группе.
Так, офицер Андерсон, правильно?
Нельзя ли закрепить за мной место
рядом с моим офисом?
- Я ведь проработала тут пять лет...
- Административный отдел вам в помощь.
А пока придется встать в конце улицы.
Ладно. Знаете, я КД.
То есть креативный директор.
Похоже, это ни хрена не значит.
Эй, я еще тут. Удачи с парковкой.
И одобри фильм Оуэна Клайна!
Чтоб меня!
- Привет, можно водички?
- Конечно.
Спасибо.
- Кто это пришел на работу?
- Две минуты десятого.
Да. Шучу. Правда, мы начинаем в девять.
Конечно. Да. Ты читал сценарий,
что я прислала?
Это какой?
Низкобюджетный ужастик. Оуэн Клайн –
сценарист и режиссер. Он талантлив и умен.
Да нет. Сценарий неплох.
Но Сэл тоже разрабатывает
низкобюджетный ужастик.
Вряд ли мы можем снять оба.
Калька с «Улыбнись»? Мы решили его снять?
О да. Точно. Он нашел режиссера,
он от него в восторге.
Мы как раз встречаемся.
Лучше помоги ему с его фильмом.
Да, конечно.
ПОДМИГНИ
ДОНАЛЬД МЕРФИ
Как дела, детка?
Саламандра.
- Свежий черновик. Только отпечатан.
- Мило.
Привет, Сэл. Как ты?
Привет.
Мэтт, я думал, у нас сейчас встреча.
О да. Куинн присоединится
к работе над «ПОДМИГНИ».
Эй, Петра, заходи, сделаешь заметки!
- Ясно.
- Да, иду. Бегу.
- Да, простите.
- Не извиняйся. Делай заметки.
Итак, «ПОДМИГНИ»...
Чудесный сценарий.
Призраки подмигивают и убивают?
Это было круто.
Сценарий отличный.
Паркер получил предложение.
Он хочет встретиться, я обещал.
Это он ставил «Улыбнись»?
- Ага.
- Серьезно? Он?
А что не так?
Если уж мы слизываем его фильм,
может, нанять нового классного режиссера?
Чтоб придать новизны.
Вряд ли фильм будет лишен новизны.
Предложение отправлено,
встреча на неделе. Но идея супер.
Но, может, пока подождать?
Назначить еще встречи.
Может, Оуэн Клайн?
Он давно мечтает снять ужастик.
Идея очень интересная.
Минутку. Оуэн Клайн?
Уточните. Что за Оуэн Клайн, мать его?
Автор одного
из наикрутейших фильмов 2022-го.
- Да?
- «Забавные рисунки».
Был в Каннах. Хватит... Его выпустила «A24».
А братья Сафди продюсировали.
Погоди. Шутки в сторону...
Канны, «A24» и Сафди? Мне нравится.
И мне. «ПОДМИГНИ» –
это не фильм «A24», так?
Он не для кучки пансексуальных
миксологов, живущих в Бедстае.
Это широкий прокат для обычных
любителей классных фильмов.
Но раз мы снимаем низкобюджетный фильм,
может, стоит размахнуться с режиссером.
Если размахнуться, можно промахнуться.
Мэтт, я уговорил режиссера «Улыбнись»
фактически переделать для нас свой фильм.
Если страшная улыбка
принесла более 200 миллионов,
представь, что сделает
страшное подмигивание.
Если это сработало однажды,
не факт, что сработает дважды.
Ладно. Одиннадцать частей «Форсажа»
доказывают, что твоя теория глупа.
Я бы с радостью признала свою ошибку.
- Признай.
- С радостью.
Но мне кажется, эта идея в данной
формулировке немного отстойная.
- Отстойная?
- Нет.
- Да. Немного.
- Нет.
Если честно, у меня были опасения,
что она отстойная.
- Нет.
- Я: «Она не отстойная».
- И тут она сказала.
- Она глупа.
- И я: «О нет. Она отстойная?»
- Так...
Может, это так. Честно, не хочу,
чтоб фильм был срубом бабла.
- Нужен хит, это он.
- Да.
Он не обязан быть таким.
Я встречусь с режиссером «Улыбнись»
и с Оуэном Клайном тоже.
Похоже, он крут.
- Очень крут. Супер.
- Отлично.
Офис Мэтта Ремика. Секунду.
Джонни Ноксвилл.
Кыш. Надо ответить.
Нокс, Нокс, засранец.
То есть... Да, соединяйте.
Куинн, что это было, чёрт возьми?
Ты о чём?
Оуэн Клайн? Я заключаю сделку.
Я неделями уговаривал Паркера Финна.
- Оуэн крут.
- Это не конкурс крутизны.
Мэтт лишь об этом твердит.
Тебя пустили на встречу, а ты ее сорвала.
Сорвала? Я тебе помогла.
Ты сказала слово «отстойная».
Ты знаешь, это триггер для Мэтта.
Во время первого года
работы креативным директором
я не перебирал режиссеров.
Я сидел, блин, тихо, ведь иначе
в меня бы швырнули степлер.
Времена изменились.
Кинешь в меня степлер –
умрешь, как Скотт Рудин.
Скотт Рудин умер?
В плане профессии.
В плане профессии:
если не начнешь уважать иерархию,
тоже, наверное, помрешь.
Ты мне угрожаешь? Это угроза?
Чертов дружеский совет.
Остынь, гребаная маньячка!
Огонь!
О боже. Как приятно.
Боже. Куинн, как здорово.
Ты кончила?
- Нет.
- Как классно.
- Разве не классно?
- О боже.
- Как же меня все затрахали.
- Что?
О боже. Ладно. Прости.
Прости. Дело не в тебе. Извини.
Дерьмовый день на работе.
Ты думаешь об этом сейчас?
Да. Прости. А еще, когда
ты трахаешь меня сзади, я отвлекаюсь.
- Сэл меня бесит.
- По поводу?
Типа он в моём возрасте
на собраниях только слушал.
Молча. Безумие. Не говорить на работе?
Может, твоя работа
подразумевает иногда слушать.
Тогда зачем меня повысили,
если надо молчать?
Клянусь, он видит во мне угрозу.
Ты не единожды говорила,
что ты умнее его и хочешь его место.
А почему нет? Потому что я молодая?
Александр Македонский в 20 лет был царем.
Это было 2 000 лет назад,
все умирали к 28 годам.
Мои таланты пропадают зря.
Вы довольны? Ресторан в будний день?
Ого. Какой клевый папа.
Закажете что хотите.
Хотите вина? Можно.
Мне плевать. Только маме не говорите.
Я тут видел забавный мем.
Шварценеггер и Карл Уэзерс
устроили рукопожатие «Хищника».
Я такой... Надо же. Ура. Спасибо.
Девочки...
Спасибки.
Спасибо.
Скай, почему еще говорим детским голосом?
Не знаю.
Да. О, Белла. Как успехи
с уроками фотографии?
Мама прислала фото, что ты сняла. Супер.
Уроки в проявочной отстойные.
На проявку одного фото уходит два часа.
Да, звучит отстойно.
Снимай на телефон. Так проще.
Еда.
- Этой – стейк.
- Привет.
- Болоньезе для этой.
- Да, слушаю.
Можно еще пармезана?
Потом поговоришь. Скай.
Ладно. Эй, Белл,
тебе клешню, хвост или что?
Пап, я веган с прошлой недели.
Почему не сказала до того,
как я всё заказал?
Я сказала по телефону, ты забыл.
И я вообще сюда не хотела.
Это место старое и убогое, как ты.
Ты ничего не понимаешь. Ты кринжовый.
Покурю вейп на улице.
Я отменил встречу с Элаем Ротом,
чтобы побыть с вами.
С кем?
Боже правый.
- Как обед?
- Отлично. Любишь омаров?
Встречу с Финном назначили?
Ему нужно встретиться с Мэттом
для согласования.
Да. Назначено на 14:00 завтра.
Так, перепроверь всё.
А иначе я труп,
и я заберу тебя с собой, Дэниел.
- Да.
- Отправимся в ад.
...как храм кино.
Привет. Ты еще здесь?
- Да, столько работы.
- Помощь нужна?
- Нет, иди. Отдыхай.
- Хорошего вечера.
- Да. Сладких снов, красотка.
- До завтра.
ПАРОЛЬ: 1234
Серьезно, Петра?
СРОЧНО - НАЙТИ ВРЕМЯ
ДЛЯ БОКАЛА С КРИСОМ ХЕМСВОРТОМ
ВСТРЕЧА / ПАРКЕР ФИНН И СЭЛ
И удалить.
Эй, Паркер здесь.
- Где Мэтт?
- Он там.
Супер.
Готов к собранию, дружище?
У меня встреча. А у тебя что?
- Собрание с тобой и Паркером Финном.
- С кем?
Паркер Финн. «ПОДМИГНИ». Это он, в черном.
О чём ты? У меня мартини
с Крисом Хемсвортом.
Это было в твоем календаре.
Может, Петра напутала.
Она тут недавно. Еще не освоилась.
- Она не так умна.
- Ясно.
Но Крисси Хемса я не отменю.
Мы на финишной прямой с этим фильмом.
Ему нужно пять минут. Дай ему их.
Ты успеешь к Хемсворту. Мы...
Да. Попрошу Криса подождать,
погонять австралийского лодыря.
Исключено. Убери руки.
- Прошу...
- Разберись!
Паркер Финн.
- Как дела, Сэл?
- Как ты, малыш?
- Отлично.
- Хорошо.
Эти уроды предложили тебе воды или кофе?
Я выпил три стакана воды,
пока ждал тебя и Мэтта. Приступим?
Хорошо. Мэтт не сможет присоединиться,
но у нас и так много работы.
- Обсудим кастинг и...
- Что? О чём ты?
Да.
Я думал, что иду сюда
ради встречи с Мэттом.
Так и было.
На съемочной площадке проблема.
Он разбирается. Но ничего.
Чувак, ты сказал, этот проект –
приоритет для вашей студии.
Потому что так и есть. Ясно?
И... На площадке был взрыв.
- Сэл...
- Погибли люди.
И тут ничего личного.
Ничего личного? Что ты имеешь в виду?
Вы просите меня слямзить
идею с моего же фильма, да?
- Мэтт не пришел на встречу. Это личное.
- Да. Он очень зол из-за этого, и я тоже.
Дай мне еще шанс. Завтра, ты, Мэтт.
Назови время.
Ориентируемся на Паркера Финна.
- В 09:15. Всё, Сэл.
- В 09:15. Сделано. Договорились.
- Спасибо.
- Да.
Я принесу бублики, дружище.
Вот зараза.
Эй, Дэниел!
Почему Мэтт не знал
про сегодняшнюю встречу?
Не знаю. Я ее назначил.
- Клянусь.
- Да? Ладно. Надеюсь, ты прав.
Смотри.
- Петра!
- Привет.
Почему встречи с Паркером Финном
нет в календаре Мэтта?
Она была. Я ее вносила.
Видимо, кто-то ее удалил.
- Боже. Меня взломали.
- Да, определенно.
- Твой пароль – 1234...
- О боже.
...и он приклеен к твоему монитору.
- Боже, мне жаль.
- Завтра в 09:15.
- Мэтт, Паркер Финн, я.
- Да.
Не переносить.
На 09:15. Встреча завтра.
Не переносить. Ясно.
О боже. У меня будут проблемы?
Не у тебя.
Простите.
Эй, Мэтт. Оуэн тут.
У вас встреча с Оуэном Клайном?
- Ага.
- Да.
Я присоединюсь.
Ну, это предварительная встреча.
- Ознакомительная...
- Вот и познакомимся.
Вон он, в нашем фонтане,
как и задумал Фрэнк Ллойд Райт.
Оуэн, привет.
- Куинн. Как дела? Рад видеть.
- Наконец ты здесь.
- Мэтт, Оуэн.
- Очень рад.
- Ваш фильм супер.
- Красиво тут.
Сэл. Фильм не видел, но много слышал.
- Боже, сколько вам?
- Очень рад.
Вы малыш.
- Тридцать два.
- Вранье!
- Юный гений. Идем.
- Правда. Да.
Идем, паренек. Домашку прихватил?
Если честно, когда Куинн
обратилась ко мне с этой идеей,
я сначала немного колебался. Но если
вы открыты для нового, у меня полно идей.
Мы обожаем новые идеи.
Но не слишком новые,
ведь у нас жесткие рамки.
Не рамки, скорее структура,
которая явно работает.
Так что мы ее придерживаемся.
Ясно. Слушайте, я хочу развлекать зрителя.
Но не жертвуя креативностью. Понимаете?
Поверь, креативностью придется жертвовать.
Сэл хочет сказать,
эти фильмы имеют
кассовый успех, и мы просто...
- Да.
- ...хотим, чтоб так оно и было.
- Логично.
- Вопрос на засыпку.
- Мы снимаем фильм, монтируем.
- Да.
- Тебе нравится.
- Да.
Твой лучший фильм из всех.
Но на пробном просмотре
он получает 23. Что будешь делать?
- Что буду делать?
- Да.
А 23 из скольких баллов?
Из скольких? Из сотни.
Какого хрена? Что будешь делать?
- Сэл.
- Ну...
Проанализирую отзыв, приму к сведению,
и если критика конструктивна,
то я внесу изменения.
- Да?
- С 23 баллами
ты перепишешь всё, как ни крути.
- Тридцать страниц пересъемок за три дня.
- Сэл.
- Вряд ли это возможно.
- Мы делали.
- Невозможно.
- Смешные гипотезы.
- Перейдем к делу.
- Где логика?
- Мэтт? Смешно же.
- Ну, хочу услышать
его стратегию, если фильм дерьмовый.
- Хороший вопрос.
- Конечно.
Хорошие фильмы
часто получают низкий балл. Нет?
- Вот...
- Да.
Манерный артхаус, провалившийся
- в прокате.
- Так.
У них низкий балл. Нам это не нужно.
- «Пила»...
- Так.
- Фильм будет супер.
- Я слушаю.
- Стой. Что ты...
- Не будет.
Я ценю... У вас четкое видение.
Я... Я это поддерживаю. Так что...
- Перенесем встречу и вернемся...
- Нет уж. Увольте.
Удачи, паренек!
- Парень не оправдал моих надежд.
- Он ничего, но мы были на волоске.
Посетитель Каннского фестиваля
не лучший вариант
для третьего ремейка фильма.
Четвертого, если считать короткометражку.
Но, эй, Паркер Финн.
О да. Жду встречи. Еще повезет, Куинн.
- Вперед.
- Да.
Это что было?
Око за око.
- О чём ты?
- О чём я?
Не включай дурочку. Не надо.
Из-за тебя Мэтт не встретился с Финном.
Но теперь ты знаешь:
не суй мне палки в колёса.
Это ты суешь мне палки в колёса.
Я пытаюсь одобрить свой первый фильм,
пока ты переделываешь свой в третий раз.
Не высовывайся. Жди очереди.
Такими темпами я ее не дождусь.
Если честно, да, ты, наверное, права.
Я умнее тебя.
Я смотрю больше фильмов. Я училась...
- «Я училась».
- ...и люблю фильмы.
Так. Мы снимаем не фильмы. А кино.
И мы не художники.
Мы руководители. Кроме тебя.
Ты чертова младшая сотрудница.
Слямзил фразу из «Клана Сопрано»?
Даже оскорбления плагиаторские.
Габагул.
Дэниел, иди сюда!
Младшая сотрудница?
Я тебе покажу младшую сотрудницу.
- Молодец.
- Спасибо.
МЕСТО СЭЛА САПЕРСТИНА
СТАРШЕГО ВИЦЕ-ПРЕЗИДЕНТА
Достал «Перье»,
чтобы впечатлить Паркера Финна.
- Да.
- Финальный штрих.
Да.
Какого чёрта?
Алло? Гольф-кар на твоем месте?
Странно. Да.
Секунду. Я сейчас его уберу. Бегу.
Не видела ключи от гольф-кара Сэла?
Нет? Видела? Видела ключи?
Нет.
Куинн.
Ты вчера была у моего стола.
Ты взяла ключи?
Нет. Я не брала.
Что... Я тебе не верю.
- Я тебе не верю.
- Ясно.
Чёрт! Зараза!
Привет, я звоню из здания Штайнберга.
Тут «Порше» незаконно припарковался.
Номерной знак: 8A76H3.
Его надо срочно эвакуировать.
Большое спасибо.
Куинн, ты что творишь?
Не подслушивай.
Боже, Дэниел, чего ты пристал?
Какого хрена? Чёрт!
Сэл, я бегу. Мне жаль.
Что тут творится?
- Сэр, тут нельзя парковаться.
- Да неужели? Это мое место. Я Сэл.
Кто-то припарковал тут гольф-кар.
У вас есть ключ общего применения?
К сожалению, нет.
Ключи были на моём столе и пропали.
- Это Куинн.
- Чёрт.
- Сэр, уберите машину.
- Да, я отгоню.
- Опять поцарапаешь.
- Я миллион раз извинился.
Отстань! Уже 09:15.
Если придет Финн,
скажи ему, я буду через секунду.
- Беги, Дэниел. Пошел!
- Ладно.
И на том спасибо, офицер Джонсон.
- Приехали, м-р Финн.
- Спасибо.
Господи боже ты мой.
О боже.
С дороги, французишки!
Вы уж простите, пожалуйста!
Чтоб тебя!
Боже. Господи.
- Чёрт!
- Эй!
- Тут нельзя парковаться.
- Ничего.
Зараза!
- О чёрт! Простите.
- О боже!
- Вы в порядке?
- Нет!
О чёрт.
- Какого хрена?
- Извините.
С дороги!
Естественно, уйдите с дороги!
Простите. Во сколько мы начинаем?
- Уже 09:25, у меня другая встреча.
- Да. Ждем Сэла. Секунду.
- Где он?
- Я спрошу. Простите.
- Йоу.
- Где Сэл?
Не знаю. Ожидался
десять минут назад. Что там?
Пойдете туда сами?
Нет конечно. Я его не знаю.
Светские беседы вести не буду.
Чёрт. Он идет. Типа звоню.
- Скажи, как Сэл придет.
- Да.
Ага. Конечно.
- Мэтт.
- Пардон. Звонок.
- Я, наверное, пойду.
- Спасибо, что зашли. Хорошего дня.
- Обожаю «Улыбнись».
- Супер.
И «Улыбнись-2».
- Паркер!
- Что?
Сэл, ты шутишь? Что это?
Нет. Чувак. Что? Не трогай меня.
- Чёрт. Прости.
- Ты чего? Ты опоздал.
Ты в... Что это, соус?
- Чили.
- Нет, чувак. К чёрту тебя, Мэтта
и всю эту контору.
- Паркер. Стой!
- Вернусь в «Парамаунт».
Дай объяснить. Чёрт.
Привет, Сэл. У тебя пятнышко на рубашке.
Эй! Куинн!
- Что?
- Я знаю, это была ты.
- Я-то тут при чём?
- Хватит уже строить дурочку.
Это ты поставила гольф-кар на мое место.
- Зачем мне это?
- Не шути со мной, девочка.
Эй, не говори со мной как с 12-летней.
Убери эту дрянь.
Что будешь делать, Сэл?
Швырну в твою тупую мордашку.
Швырнешь буррито в девушку?
Да.
Нет, у тебя кишка тонка.
Думаешь?
Думаешь, у меня кишка тонка? Да?
Сделай одолжение. Уж прошу, старик.
Давай. Покажи, что умеешь.
Вперед, старичок! Сюда. Вот цель.
Да что с тобой такое?
- О боже.
- Нет, нет, нет.
- Нет, нет. Стой!
- О боже.
Боже!
Блин!
Ну, никто серьезно
не пострадал, это хорошо.
Это великолепно.
Да, вот так везение, а?
Но «Нетфликс» просит провести
расследование, чтобы получить страховку.
Кто виноват в аварии?
Ну, мы не знаем кто,
но знаем что. Кесарито.
- Я думал, это буррито.
- Его разновидность.
Почему не сказать «буррито»?
Конкретизирую. Возьмешь собрание на себя?
Эй. Мне на это плевать.
Скажите, как это стало причиной аварии.
Попав в лицо помощнику режиссера,
который ехал на гольф-каре.
Из-за чего он снес декорации.
Зачем кидать буррито
в лицо помощнику режиссера?
- Отличный вопрос.
- Боже.
Теперь этим займется отдел кадров.
Если это несчастный случай, ничего.
А если нет, это уже другая история.
Важно, что никто не пострадал,
так что это неважно.
Это важно. Мне надо знать,
увольнять ли виновника.
Явно случайность. Спасибо.
Если нет, узнай, кто виноват.
- Случайность.
- Или?
Привет. Лора из отдела кадров.
Не знаете, кто ест такое буррито?
Вон она. Девушка с буррито. Вон там.
Чтоб меня. Я в заднице. В полной заднице.
Чтоб меня. Я в заднице.
Извините. Простите. О боже.
Позади меня, напротив офисов,
находятся кинозалы «Континентал».
Режиссеры показывают черновые версии
фильмов руководству студии
или собирают отзывы зрителей
перед возвращением в монтажную.
До появления цифровых технологий
в этих кинозалах показывали картины...
- Вот ты где. Слушай.
- Боже.
Нас ищет отдел кадров,
надо сопоставить версии.
Было буррито. На нём сидела пчела,
я сбил ее, и буррито полетело
и попало в парня. Вот так.
Нет. Мы не выкрутимся из этого.
Я выкручусь, а ты пойдешь ко дну.
- Я пойду ко дну?
- Да!
- Что ты несешь?
- Это мой шанс, козел.
Я скажу ей, что ты швырнул в меня буррито.
И ты вылетишь отсюда.
Эй. Ты сама напросилась.
- Да.
- В отделе кадров
никто в это не поверит. Тебе конец.
Так. Серьезно, меня там убьют.
И технически я меньшинство.
Цветная женщина. Тебе точно конец.
Я буду героиней.
В мою честь прозвучат марши.
Эй. Прошу, не делай этого.
Тебя уволят, а меня точно повысят, так?
Я получу твой кабинет,
твое парковочное место и твою зарплату.
- Охренеть!
- Послушай меня.
Скажу честно. У меня две дочки,
они не умны и не талантливы.
Мне придется всю жизнь их содержать.
И я умоляю тебя, забудь об этом. Прошу.
Слушай, Сэл, ничего личного, ясно?
- Это бизнес.
- Так.
Куинн. Стой. Слушай. Прости, что дерьмово
относился к тебе из-за возраста.
Просто ты напоминаешь мне дочерей.
- Я на это не куплюсь.
- Нет. Не в том смысле.
Они тоже думают, что я лузер.
Вы все смотрите на меня
с одинаковым юношеским презрением.
Ты сказала перед Мэттом,
что «ПОДМИГНИ» – отстойная идея,
и я ощутил себя
очень старым и бестолковым.
Но и ты должна перестать
вести себя как капризная девчонка.
Ты же не станешь стучать на меня,
потому что я грубо себя вел?
- О да?
- Да.
- Смотри. О да.
- Нет, Куинн.
Куинн, не надо.
Куинн, пожалуйста, не надо...
Прошу, не надо...
Что ты делаешь?
Не знаю. Плачу,
потому что ты уничтожишь мою жизнь.
- О боже.
- А ты куда?
Это должно было быть весело.
А ты всё испортил.
Куинн. О боже мой.
Куинн, это значит то, о чём я думаю?
Куинн.
- Боже. Я так тебя люблю.
- Нет. Убери руки.
Ладно. Сделаем, как ты сказал.
Подгоним наши версии. Несчастный случай.
- Но при условии.
- Что угодно.
Поможешь снять мои собственные фильмы.
Да, вкусы у нас разные.
Мои идеи фильмов не самые кассовые,
но поэтому мне и нужна помощь.
Ты делал это миллион раз, и я тоже хочу.
Договорились. Ладно?
Но прояви ко мне уважение.
Хоть я и ненавижу фильмы с субтитрами,
я могу тебя чему-то научить.
Я занимаюсь этим
уже очень давно, Куинн. По рукам?
Мне нужно кое-что еще.
Твое парковочное место.
- А мне где парковаться?
- Мне плевать. По рукам?
- Супер. Класс.
- Да уж.
Чёрт. Во дает.
МЕСТО КУИНН ХЭКЕТТ
КРЕАТИВНОГО ДИРЕКТОРА
- Доброе утро, Сэл.
- Куинн.
- Дэниел.
- Пошла ты.
Помоги с идеями для «ПОДМИГНИ».
Мэтт мне уже плешь проел.
- У меня большой список.
- Хорошо.
Новый одеколон? Фасоль, да?
Класс. С тебя 3 000 долларов за костюм.
- Что? Нет.
- «Нет!»


Серия 6

КИНОСТУДИЯ
«ДЕТСКИЙ ОНКОЛОГ»
Ух ты. Спасибо.
- Время капучино.
- Ого.
Я на пенке даже рисунок сделал.
- Это пенис?
- Это пальма.
Правда похоже на пенис. Вот. Вот так.
Вижу.
- Теперь... Да.
- Понимаю.
Это пальма.
- Для тебя.
- Превосходно.
Спасибо.
Быть с таким творческим человеком –
как глоток свежего воздуха.
Что ж, спасибо.
Обалдеть. Помяни чёрта.
Это... «МК-Ультра-4».
- Я без понятия. Просто щелкала каналы...
- Нет, это мой фильм.
Это... Знаешь, я его создал.
- Твой. Ого!
- Да.
Я и не знала. Ты его режиссировал?
Типа того. Я стал его инициатором.
Ну, я... Я купил сценарий
для первой части «МК-Ультра».
Низкобюджетный шпионский боевик,
но он породил целую франшизу.
Парень взрывает машины силой мысли.
Почему он не может
забрать пистолеты всех злодеев?
Чтобы полностью понять «МК-Ультра-4»,
нужно посмотреть «МК-Ультра-2».
В нашей хронологии
это между «МК-Ультра-3» и «МК-Ультра-4».
Да, что ж, я не видела ни один.
Шутишь?
- Ух ты.
- Прости.
Нет, ничего.
Они заработали 3,8 миллиарда, но не все...
- Многие люди их не смотрели.
- Да.
Давай на следующих выходных
устроим марафон?
Посмотрим все. Сколько их?
- Семь.
- Ясно.
Хорошая идея. А я их прокомментирую.
Всю подноготную.
Слушай, прости, что не сказала заранее,
но ты сегодня не занят?
А что?
Надо пойти на рабочее мероприятие.
Это такой чрезвычайно пафосный
официальный прием
для сбора средств для Седарс-Синай.
Мероприятие веселое,
хотя сбор для детей, больных раком.
И будет много выпивки.
Надеюсь, да, учитывая обстоятельства.
Если ты не можешь, ничего. Нестрашно.
- Это совсем не обязательно.
- Нет. Я смогу.
Я... Я кое-что перенесу. Да, я с радостью.
Спасибо, что пригласила.
Точно? Будет много врачебных разговоров.
Я их обожаю.
Я 12 раз смотрел «Целителя Адамса».
Ты такой смешной.
- Спасибо.
- Нет, это хорошо.
Очень хорошо.
Знаешь, врачи,
с которыми я обычно встречаюсь, –
это кучка самовлюбленных эгоистов.
Но ты другой.
- Ты не воспринимаешь себя всерьез.
- Это правда.
- Нет, это очень хорошо.
- Да.
Спасибо.
Жду с нетерпением.
«КОНТИНЕНТАЛ»
Срочные новости.
Сегодня город охватил хаос.
Власти советуют найти укрытие.
Этим летом...
- Видишь что-нибудь?
- Нет.
- От режиссера «Она»...
- Чуешь?
О чёрт.
Он снимает штаны.
Мы справимся.
Меня зацепило!
Значит, я умру?
Рано или поздно мы все умрем.
И ты умрешь рано.
« Дануапокалипсис».
ЛЕТОМ
Так, народ. Мы в восторге, но мы в жопе.
Проблема с трейлером.
Владельцы «Хартланда»
не покажут его из-за диарейного взрыва.
- Что?
- Что?
Это самая смешная часть.
Нет, погодите.
Это кино, где зомби
заражают людей своим поносом.
Чёрт, как еще его продать, Майя?
- Тон смени.
- Стоп.
Мы теряем комедийную суть фильма?
Черная сатира о медицинской дезинформации
- не должна потеряться.
- Да.
Фильм глубокий и сложный,
но диарейный взрыв в трейлере нужен.
Если придержитесь видения моего клиента.
Но есть опасения,
что графическое изображение диареи
понизит продажи
- коричневых напитков, то есть кока-колы.
- Это глупо.
Я предлагала продавать
стриминговым платформам. Без ограничений.
- Ли, выключи агента.
- Пошел ты, Мэтт.
Ужасы и комедии лучше идут
в кинотеатрах, а это комедия ужасов.
- Ты прав на 1 000%.
- Да.
- Он прав.
- Да.
- Я так и сказал.
- Так, зная моих зрителей,
может, сделать акцент на зомби-дерьме
и выпустить стаканчики с надписью
«Зомби-дерьмо» или «Диаретическая кола»?
- Да!
- О боже. Ты гений.
Он чертов гений.
Трейлер для кинотеатров делаем без дерьма,
а дерьмо-взрыв оставим для красной полосы,
то есть коричневой.
Нет, идея отличная, но, если честно,
дерьмо-взрыв надо оставить.
Когда крайний срок сдачи?
Абсолютный крайняк по сдаче –
сегодня в 22:00.
Вот что мы сделаем.
Мы изменим шутку, но вырезать не будем.
Я пропихну идею кинотеатрам.
- Всем спасибо.
- Спасибо.
- Хорошо, Мэтт.
- Да.
Спасибо, что поддержал меня.
Без проблем. Что б ты знал,
Джонни, я не отступлюсь.
Дерьмо-взрыву быть.
- Спасибо, друг.
- Да.
Вот дерьмо.
- Закажем суши?
- Нет, мне уже надоело.
На этой неделе уже три раза.
Эй. Ты что, сваливаешь?
Да, к сожалению,
у меня очень важное мероприятие.
- А как же чертов трейлер?
- Я на телефоне.
- Пришлете новую нарезку.
- Прости, что важнее «Дануапокалипсиса»?
Благотворительное мероприятие
в Седарс-Синай. Я...
Я встречаюсь с тамошним врачом.
Встречаешься с врачом?
- Да.
- Что за врач?
- Детский онколог. Как вам?
- Круто.
- Да.
- Впечатляет.
О чём вы вообще разговариваете?
О всяких умных вещах, козел.
К чему ты клонишь?
- О чём ты?
- Скажи-ка вот что.
Что делает детский онколог, Мэтт?
Лечит детский рак.
Мне не нравится подоплека.
- Я всё знаю.
- Да.
Мы ждем нарезку до 22:00,
ты точно сможешь ее одобрить?
Да. Она понимает,
что я занимаюсь важным делом,
и уважает его.
И она умеет приспосабливаться.
- Телефон включен.
- Она супер.
- Не выключай.
- Мы напишем.
38-Й ЕЖЕГОДНЫЙ РАУТ
Я должна быть с вами честна.
Это испытание лекарства.
И хотя целью является вылечить вашу дочь,
есть риск, что лечение не поможет.
Ладно, сделаем так.
После дерьмо-взрыва Джоша не показываем.
Камера на Ноксвилле.
Мы не видим Джоша в какашках.
Нет, для меня это
этическая дилемма. Конечно...
Это очень трудный выбор для родителя.
Так что подумайте не спеша...
И пердеж пусть будет звучным.
Сделайте его смачным.
Супер. Спасибо.
Чёрт.
- Прости, по работе.
- Знаю.
- Это бесконечно, да?
- Да.
- Обалдеть. Смотри, смотри.
- Что?
Памятная табличка
со всеми фильмами, что тут сняли.
«Оппенгеймер». «Джильи».
«Бойцовский клуб», класс.
Я про него слышала. Да.
- Не видела, но слышала.
- Не видела «Бойцовский клуб»?
- Нет.
- О боже. С ума сойти.
- Добавим в список.
- Боже. Сколько их там?
Около 47 фильмов.
- О, 47 фильмов?
- Да.
Я за всю жизнь столько не смотрела.
Лучше начать сегодня, да?
Сара.
- Привет.
- Привет.
- Друзья.
- Класс.
- Это д-р Ребекка Чан-Сэндерс.
- Как поживаете?
- Здрасте.
- Это д-р Стив Чан.
- Привет.
- Привет.
А это Мэтт Ремик.
Да. Два доктора медицины.
Впечатляющая пара.
Большое спасибо.
Должна сказать, это впечатляет.
- Что?
- Сшито на заказ?
- Да.
- Коричневый.
Цвет ржавчины.
Если нужен хороший портной, дам контакты.
О нет. Мой из проката.
Так и не скажешь.
В нашем центре Стив – специалист по CAR.
Ого. Супер. Я и сам люблю машины.
У меня «Астон Мартин», «Фиат».
Я как раз купил «Студебекер» из 60-х.
Прости, нет. CAR –
это химерные антигенные рецепторы.
Местные в курсе.
Пардон. Осторожно: ботаны.
Звучит как оружие
из научно-фантастического фильма.
Он как глоток свежего воздуха.
Я знаю. Он не врач.
Нет, вовсе нет.
Похоже на вечеринку в Голливуде.
Только все немного умнее.
- Немного.
- Да.
Ты такой смешной.
Говорили когда с хирургом-ортопедом?
С клюшкой для гольфа интереснее болтать.
Правда.
Мэтт, чем вы занимаетесь в кино?
Мэтт – голливудский магнат.
Да. Он заведует киностудией.
- Киностудия «Континентал».
- Простите.
А какие фильмы вы сняли?
Ну, я инициировал франшизу «МК-Ультра».
«Смотритель маяка», «Тупые ребята» 1 и 2.
- Звучит весело.
- Не знаю.
Это правда весело, но, знаете,
как и в вашей работе,
временами бывает тяжело.
Конечно.
Наверное, отчасти.
Да.
Посмотрим. Тут...
Смотри, это... Джош, Джун!
Они тебе понравятся.
- Привет.
- Привет, Сара.
- Эй.
- Эй.
- Привет.
- А это Мэтт?
Я Мэтт. Привет. Очень рад.
- Как вы?
- А вы?
Ого, какой шикарный смокинг.
Ну, не знаю. Обычный смокинг.
Ну, этот я купил на свадьбу сестры
в 2003-м, и он до сих пор впору.
Класс. Он с фалдами. Мне нравится.
- Выпьем?
- Да.
- Да.
- Хорошо.
- Весело.
- Эй.
Мэтт, похоже, вы играете в гольф, да?
Нет, не играю. Но да.
Это и обмороки при виде крови...
- Я был бы хреновым врачом...
- Вы много упускаете.
- Я про гольф, а не работу врача.
- Да.
Что ж, заинтересуйте меня гольфом.
Да. Продайте мне идею.
Ладно, ну, это...
Физическая активность.
Свежий воздух, дзэн.
Им не овладеть в совершенстве.
Тонкая борьба.
Временами гольф веселит,
временами печалит.
- Как жизнь.
- Ну вот. Здорово. Я бы сыграл.
Думаю, вы смотрели «Антураж» от и до.
Или это слишком близко к работе,
чтобы нравиться?
«Антураж» понравился миллионам.
Я видел ужастик, который бы вам зашел.
Про больницу. Режиссер – Ари Астер.
- Не знаю такого.
- Он потрясающий.
- Так. Выпьем. Да.
- Да.
Если честно, мы не были в кино
со времен Барбенгеймера.
Так счет уже в годах.
Мы перестали ходить в кино
со времен ковида.
Теперь мы всё смотрим на платформах.
- Что ж, возвращайтесь. Будем рады.
- Скажите это моему чокнутому мужу.
- Он купил 77-дюймовый телевизор.
- Точно.
- О, 77.
- Мне он тоже нравится.
- Да.
- «Настоящие домохозяйки».
Спорю, это лучше любого кинотеатра.
Не знаю. Экран IMAX почти 25 метров,
может, он чуть лучше.
- Да.
- Да.
О чёр... Я... Надо ответить.
- Простите.
- Ничего. Конечно. Нестрашно.
- Да? Докладывай.
- Я с Джонни.
У нас версия, где всё еще видно дерьмо,
но всё так быстро, почти подсознательно.
- «Жопсознательно».
- Ладно.
- Пришлите по готовности.
- Чего он смеется?
- Что там такое смешное?
- Важное по работе.
Кстати о работе.
Я видела фото ребенка Рамирес.
- Какой кошмар.
- Да.
Не знаю. Всё плохо.
- Очень плохо.
- Мне жаль, Сара. Сложная ситуация.
- Да.
- Ужас.
Тяжко, когда всё против тебя,
а ты всё равно должен стараться
и не показывать вида.
Мне это знакомо, так что...
О чём ты... Постой, ты...
Хочешь сказать,
ты был серьезно болен? Я не...
Нет. Нет, нет.
Просто, как и у вас, у меня были очень
трудные дни на работе. Это кошмар.
Да, конечно.
Без обид, Мэтт, но мы имеем дело
с серьезными проблемами.
О да, нет. Я тоже разбираюсь
с очень сложными проблемами.
О да.
- Да, ну...
- Уверена, так и есть.
Типа: «За сколько продать
большой попкорн?»
Да?
- Это шутка.
- Да, смешно.
Нет, этим я не занимаюсь.
- Наверно... Да.
- Очень важно.
Я лишь хочу сказать,
что у всех нас стрессовая работа. И всё.
Да. Уверена, давление есть.
Серьезно, я даже завидую.
Мы работаем с жизнью и смертью, а ты...
Ты – с рейтингом на Rotten Tomatoes.
Да.
Не буду врать,
«томатометр» влияет на кассу.
Для справки, люди постоянно
гибнут на съемочных площадках.
Разве можно этим хвастаться?
Да.
Вовсе нет. Я не стал бы
этим хвастать. Я лишь говорю,
вы все переживаете
за результат своей работы,
и я так же переживаю
за результат своего искусства.
Искусства? Стоп, вы не...
Вы же работаете на студии,
где снимают «МК-Ультра»?
Где головы взрываются?
- Да.
- Это искусство, по-вашему?
- Да.
- Да ладно.
Слушай, это...
Уверена, это отличная киношка под попкорн,
- но это не настоящее искусство.
- Нет.
- Да. Да.
- Найдем наши места.
Кстати, это искусство.
Все фильмы – искусство.
Не вам решать,
какие искусство, а какие – нет,
исходя из неприязни.
Мой любимый момент в искусстве –
пока это чистое выражение
человеческих эмоций,
это по определению искусство.
Что, «Герника» Пикассо
и «Эмоджи фильм» – оба искусство?
- Вы об этом?
- «Крестный отец» не искусство?
- Нет, конечно, искусство.
- Ну вот.
Такие фильмы уже не снимают.
- Одни супергерои и летчики-истребители.
- Да.
Хотите искусство? Смотрите ТВ.
Видели «Медведя»?
- Да, шеф. Обожаем его.
- Класс.
Я покажу вам скриншот из «МК-Ультра».
Посмотрите и скажите,
это ли не искусство?
«Мы взяли дубль без поноса во рту». Что?
- Боже, что это?
- Рабочий момент.
- Не обращайте внимания.
- Настоящее искусство.
Если хотите знать,
это сообщение по поводу
очень важного сатирического фильма.
Вам должно быть интересно: о медицинской
дезинформации в век соцсетей.
С поносом во рту?
Да, мы приняли умное решение использовать
метафору, где зомби распространяют вирус,
выстреливая жидкие фекалии.
Ваша очень важная сатира –
это что, сортирный юмор?
А знаете что?
Искусство должно вызывать реакцию,
и я вижу вашу в виде смеха.
Это еще раз доказывает, что это искусство.
Да, моя реакция:
этот фильм кажется чертовски тупым.
Да? Скажите это лауреату
премии «Оскар», Спайку Джонзу.
- Кому?
- Он режиссировал...
- Кто такой Спайк Джонз?
- Неважно.
Да. Ему не нужно знать, кто это.
- Без разницы.
- Поговорим о другом.
- Они сами продолжают.
- Знаешь, есть...
Мне надо ответить на звонок.
- Прости. Ладно?
- Да.
Я сейчас.
- Алло.
- Веселишься с врачами?
Если честно, нет.
Они куда менее искушенные, чем я думал.
Не знают, кто такой Спайк Джонз.
- Телефон проверь.
- Да.
О боже.
О боже. Да.
Да, срочно отправляй на одобрение.
И два...
Продано за 5 000 долларов красивому
господину в первом ряду. Браво, сэр.
- Джек!
- Да!
- Он этого хотел.
- Да.
Да.
- Порядок?
- Да. А у тебя?
- Порядок? У нас порядок?
- Да.
- Да.
- Извини за всё.
- Безумие.
- Да.
- Но я готов веселиться.
- Супер.
Не слишком. Мне рано вставать.
У меня встреча с драматургом из Лондона.
- О, правда?
- Да.
Автор каких пьес?
«Гарри Поттер».
Ого. Изысканно.
Да.
- Так. Мы этого ждали. Поехали. Поборемся.
- Сколько предложишь?
Остановим торги на 100 000,
разделим поровну, по 50 000. Идет?
Я слышал, Рики с друзьями говорили,
что выйдут на 80 000.
- Пошли они. Мы победим.
- Да.
- Да.
- Следующий лот –
отдых мечты для любителей гольфа.
На четверых в Ирландии.
Лучшее поле для гольфа в мире –
«Ройал Каунти Даун» в Северной Ирландии,
где дает частные уроки
лучший гольфист, Скотти Шеффлер!
Какая удивительная возможность!
Торги начнутся с 20 000.
- Я слышу 20? Кто-нибудь?
- 20 000!
- Слышу 25? Кто?
- 25 000!
Двадцать пять! Кто даст 30?
Тридцать. Слышу 35, теперь 40, 45.
Я слышу 45? Теперь 50.
И 55. Слышу ставку на 60?
- Шестьдесят!
- 60 000!
Я слышу ставку на 65?
- Семьдесят!
- Семьдесят! Слышу 75?
- 75 000.
- Чертовы 80.
80 000!
- 85 000!
- Милый! Притормози.
- Я в норме.
- Ты сможешь.
- На торгах мы сходим с ума.
- О да. Знаю.
Крайнее безумие:
мужики делают ставки на гольф.
- Да.
- Да.
- Даже страшно смотреть.
- Да, с ума сойти.
Как вы и говорили,
у вас очень напряженный стиль жизни.
- Всё еще злишься?
- Так.
- Перестань.
- Ладно.
Где Веселый Мэтт? Я скучаю по нему.
Ты права. Теперь я Веселый Мэтт.
Восемьдесят пять. Нужно 90. Слышу 90?
- Кто даст... 90!
- 90!
- Девяносто два... пять? Ну же...
- 95 000!
- Я их отпугиваю. Я...
- 100!
Чёрт.
- Сто тысяч!
- Милый, ты сможешь. Давай.
- Чёрт, продам вложения.
- Да.
Сто деся... 110!
Сто десять тысяч!
- Вы спятили.
- Да!
Выкусите! Чертовы онкологи рулят!
Взгляните на них. Смотрите. Кишка тонка.
- Молодцы.
- Да!
И раз, и два,
и у меня...
- Двести тысяч долларов! Да!
- Двести тысяч долларов!
Кто даст 210?
- И раз, и два...
- Стойте!
- Продано!
- О, детка!
Да! Не за что!
Ненавижу рак! Ненавижу его, чёрт возьми!
- Да!
- Вы спятили?
- Двести?
- Какого хрена?
Что? Ты хотела Веселого Мэтта?
Это было весело. Очень.
- Класс.
- Ты ставил против нашего стола.
Что для вас важнее?
Деньги для благотворительности или гольф?
Так обычно и бывает. Мы, люди искусства,
спонсируем ваши научные проектики.
Опять искусство.
Мне жаль, что вам нужны люди искусства.
«Павильон Спилберга», «Центр Стрейзанд».
- На что построено?
- Ты не любишь гольф.
Они мне его впарили. Убедительно.
Стремление к несовершенству.
Как жизнь. Как искусство.
- Это... Выпьем.
- Мне надо выпить.
Давайте выпьем. Кто хочет? Я угощаю.
- Боже!
- Милый.
Держи себя в руках.
Серьезно, ты так обиделся, что они
высмеяли твою киношку про какашки?
Хочешь сказать, я пожертвовал
200 000 долларов, так как я козел?
- Да, именно.
- Это вовсе... Нет.
Я увлекся аукционом.
- Да?
- Заразительная энергия.
- Прости.
- Извини,
не знала, что ты так
отзывчив и неравнодушен...
Я такой.
- Если так...
- Да.
...и тебе плевать на гольф,
отдай путевку Стиву и Джошу.
Так ты будешь выглядеть героем
и, может быть,
станешь меньше похож на козла.
Ну, если честно, я в восторге от идеи
поиграть в гольф в Шотландии, но...
В Ирландии.
Еще лучше. Но я серьезно
обдумаю твои слова.
- Я подумаю.
- Ладно.
Подумай как следует, чёрт возьми.
Я верю в эти достижения, да.
Но не в тех руках ИИ станет
диагностическим костылем...
- Да.
- ...и... Привет.
Привет. Я хочу извиниться
перед всеми вами.
Мне очень жаль,
что я перебил вашу ставку на аукционе.
И я хочу предложить вам
эту путевку бесплатно.
- Как мило.
- Серьезно?
Очень мило.
И взамен я лишь попрошу вас согласиться,
что моя работа так же важна, как ваша.
- Если не согласимся?
- О.
Вы вообще не согласны? Совсем?
Мэтт, фильмы важны для тебя,
и это здорово для тебя.
Но они не так важны, как медицина.
Почему одно должно быть
важнее другого? Вот я к чему.
Почему они не могут быть равнозначны?
Потому что это не так!
Извини, если ребенок болен раком,
родитель везет его в Седарс,
а не в «Синерама Доум».
Ладно. Но, попав в больницу,
что они видят на стене каждой комнаты?
- Кардиомонитор.
- Лампочки?
Экран!
Чтобы смотреть фильмы.
Людям нужны развлечения,
искусство – что угодно.
Слушайте, ребята, вы спасаете жизни,
- мои аплодисменты. Спасибо.
- Спасибо.
Но мы, художники,
создаем то, ради чего стоит жить.
Нет. Люди любят кино.
Оно им не нужно. Им нужны врачи.
Если ты этого не понимаешь, ты чокнутый.
Ты дубина тупоголовая.
Не смей меня так называть,
потому что скучнее тебя
я никого не встречал.
Да! Ты любишь гольф.
- Скучный спорт для скучных людей.
- Эй! Слушай...
- Не трогай гольф.
- Что? Я не...
Я не буду слушать человека,
одетого как чертов Сверчок Джимини.
- Ты кусок говна.
- Я кусок говна?
Я вот что скажу.
Какой из медицинских приемов,
почтивших залы театра «Уилшир Эбелл»,
указан на памятной табличке у фонтана?
Там фильмы, которые здесь сняты.
На ней «Джильи», блин! «Джильи»!
Худшие фильмы получают больше признания,
чем все медицинские приемы,
- проведенные тут!
- Хватит. Идем.
- Что с тобой не так?
- Всё так.
Просто я понял, что, возможно,
ты не уважаешь мою работу,
а я не уважаю твою. И у нас тот тип
отношений со здоровым неуважением
- к работе партнера.
- Ты не уважаешь лечение рака?
А ты вылечила рак? Я не читал новости.
Супер, пойду куплю пачку сигарет.
Невероятно, чёрт возьми.
Мне надо быстро позвонить.
Извините.
Что там с трейлером?
Одобрение получено.
Супер. Спасибо. Класс.
Мы спасли дерьмо-взрыв.
Слава богу. Чёрт, пардон.
Вот дерьмо!
Зараза!
- Вы в порядке?
- Я в норме.
Присядьте. Надо вас осмотреть.
Боже, у всех врачей комплекс бога.
- Я в норме, спасибо. Ясно?
- Тише.
Боже.
О чёрт.
О нет.
О боже.
О нет. Чёрт! О боже.
Что за...
Если ты пришел извиниться, не утруждайся.
Не выйдет.
Какого хрена... Чего ты такой потный?
Знаешь, мне плевать. Просто уходи.
На этом всё. Убирайся. Оставь нас.
- Я и так уходил.
- Боже правый. Невероятно.
- Что?
- Без понятия.
- Мне жаль.
- Нет, так неловко.
О чёрт!
Я позвонила в больницу.
Отдельная палата ждет.
И знаешь, что будет на стене палаты,
когда я попаду туда?
Экран.
Насладись просмотром, Мэтт.
Вот дерьмо!
Чтобы в полной мере оценить «МК-Ультра-4»,
нужно посмотреть «МК-Ультра-2».
В нашей хронологии
это между «МК-Ультра-3» и «МК-Ультра-4».
Да, я в курсе. Майкл Пенья – мой клиент.
Третья часть была лучшей.
Первая неплохая. Вторая так себе.
Но «МК-Ультра-4» вызвала
желание выколоть себе глаза.
Признаю, франшиза хотя бы оригинальная.
Спасибо.
- В субботу свободна?
- Нет.
Ясно.


Серия 7

КИНОСТУДИЯ
«ПОДБОР АКТЕРОВ»
Йоу. Привет. Что такого важного?
Почему не сказать по телефону, а?
Хотела увидеть
твою глупую мордаху в этот момент.
Помнишь тизер-постер,
что мы вчера опубликовали?
Да. Про «Кул-Эйд», да?
Он получил больше
положительных отзывов в сети,
чем любой другой тизер-постер
за последние пять лет, чтоб его!
Он всех порвал, чёрт возьми.
- Стой, ты это серьезно?
- Чертовски серьезно.
- Суперсерьезно. Да.
- О боже.
Как так вышло?
Просто это идеальное сочетание
ностальгии, кича, иронии и тупости.
- Народ принял гребаный «Кул-Эйд» на ура.
- Боже.
- О да!
- О да!
- Ура! О да.
- О да!
- О да.
- О да.
- Да!
- Мы сделаем миллиард!
Чертов миллиард долларов!
- Целоваться будем?
- Больше нельзя.
- Уверен?
- Мы же зареклись.
- Мы будем богаты!
- Миллиард долларов!
- Мы разбогатеем! Да!
- Да, блин!
Так.
Так, сразу за громким запуском нашей афиши
завтра мы выступим
на «Комик-Коне» в Анахайме,
объявим этот улетный состав!
Я попросил Ника Столлера написать слова,
с которыми выйдет Айс Кьюб.
Он проломит стену в роли Кул-Эйда: «О да!»
Супер. Столлер напишет для меня шутку.
Я решил лично представить Айс Кьюба
в роли Кул-Эйд Мена на «Комик-Коне».
Кто-то решил примкнуть к большинству,
когда пошла жара.
Я подумал, это удачный момент,
чтобы показать уверенность в проекте.
А еще выпендриться перед теми,
кто сулил ему провал.
- У нас Бил, Дюамель...
- Да.
- ...Сандра О, Кьюб.
- Бум.
Как не радоваться такому составу?
Да. Как тут не радоваться?
Не верится, что Кьюб с нами.
Он лучше Кевина Харта.
А я думаю, Трейси Морган хорошо зашел бы.
«Кто хочет пить?
Кто-то забеременеет!» Было бы здорово.
Сэл, можешь задержаться?
- И я?
- Нет, ты иди.
- Что такое?
- Что?
Так, мы в восторге
от всеобщего энтузиазма.
Просто у меня...
Просто меня почему-то не покидает
тревожное чувство,
что тут что-то чертовски подозрительно.
- То есть плохо?
- Да.
Ничего подобного. Всё супер.
- Да нет...
- Ты шутишь?
Да, Джош Дюамель не м-р Комедия,
- но он красив.
- Забавный.
Он тревожит меня меньше всего.
Что такое? Говори. Что происходит?
Ладно, мне кажется,
что, возможно, снимать
Айс Кьюба в роли Кул-Эйд Мена
не лучшее решение.
Почему? Это же ты его предложила.
Сказала, для музыканта
он на редкость беспроблемный.
- Так и есть.
- О боже.
- Господи.
- Видишь?
- О нет! О чёрт.
- Что? Что ты видишь?
- Чего не вижу я? Что?
- Да.
- Так. Блин...
- Так.
Майя хочет сказать,
что, возможно, мы играем на стереотипах,
- ведь исторически...
- О боже.
...сложилось так, что одна группа людей
любит «Кул-Эйд» больше других.
- Ты об этом?
- Да, спасибо.
Чёрт... Все любят «Кул-Эйд».
Я на нём вырос. Кто ж его не любит?
- Согласен. Ерунда. Хорошо.
- Да. Он не видит...
- Ладно, супер. Я...
- О нет.
- Он темнокожий.
- Не говори этого.
- Вслух? Мы понимаем.
- Чёрт.
Это расизм? Мы что, расисты?
- Да. Типа того.
- Так, ребята,
- это может быть проблемой для маркетинга.
- Вот чёрт.
Соцсети мигом набросятся на это.
Разнесут нас в пух и прах.
Красивая картинка тут же рухнет.
Я всегда ожидал чего-то такого.
Я тут самый белый.
Уж поверь, обвинят меня.
- Я труп.
- Шутишь?
Я завтра выйду перед тысячами людей
и объявлю об этой преступной нетерпимости.
Боже.
Может, мы накрутили себя? Понимаете?
Может, как белые, мы просто
ощущаем вину, и всё это ерунда.
- Спросим у Куинн.
- Хорошая идея.
- Она молодая и современная...
- Да, у нее милый боб.
- Она не белая.
- Не говори так.
- Она другая. Такая же.
- Не другая! Такая же.
- Это круто.
- Мы одинаковые.
- Пошли уже.
- Это клево, блин.
- Тук-тук. Привет.
- Привет.
- Приветик.
- Что происходит?
Меня увольняют?
Нет, вовсе нет. Вообще сейчас
ты можешь нам здорово помочь.
Супер.
- Я спрошу прямо.
- Да?
Тебя ничто не смущает в том,
что Кул-Эйд Мена озвучит человек, который...
Айс Кьюб?
А что тут странного?
Может, ничего. Вот.
- Спасибо. Супер.
- Отпустило.
Потому что он темнокожий?
Кстати, мы не называли
Айс Кьюба темнокожим.
Никто из нас не называл.
Кажется, я понимаю вашу обеспокоенность,
но я не рассматривала
«Кул-Эйд» как напиток темнокожих.
- Супер.
- Это напиток бедняков.
- Молчи.
- Нет.
- Не говори так.
- Ты озвучила
- новую проблему.
- Люди любят Кьюба.
- Утвердите его. И всё.
- Да.
При всём уважении, но Куинн не отвечает
- за все народности. Да?
- Я и не претендую.
- Погоди, зая.
- Сэл прав.
Нужна более конкретная
точка зрения на этот счет.
- Понимаешь? Кто?
- Тайлер.
- Мой Тайлер. Который...
- О да, Тайлер. Идейный трудяга.
- Очень конкретно.
- Да.
Он ведет фотосессию
для «Ain't Yo Mama» на восьмой. Идем.
- Спасибо.
- Ага.
Эй.
- Мне нравится.
- О боже.
Отлично. Хорошие новости.
Честно, если бы вы не взяли
темнокожего на роль Кул-Эйда,
- вот это был бы расизм.
- Именно, да.
Поэтому его и выбрали.
Большое спасибо, Тайлер.
Мы тебя очень ценим. Спасибо.
- Да, большое.
- Нет. Идите сюда.
Я не могу говорить
от лица всех темнокожих.
О боже.
Не можешь пока побыть
их негласным представителем?
«Комик-Кон» в Анахайме уже завтра.
Нет.
Давайте спросим Зиве и Лил Рела.
О да, отличная идея. Спросишь их сам?
Нет.
Мне нравится Айс Кьюб в роли Кул-Эйд Мена.
- Супер. Спасибо.
- Круто, блин.
Так, а в роли миссис Кул
будет Габби Юнион или...
Она классная, но нет, не она.
Кеке Палмер?
- Она крутая, но нет, не она.
- Да.
Нет.
Но миссис Кул тоже темнокожая, да?
С уверенностью скажу,
миссис Кул – цветная женщина.
- Да.
- Цветные, привет. Да.
А цвет – черный?
Цвет – корейский.
Это не...
- Это плохо?
- Ну...
Это плохо, если вы подразумеваете,
что темнокожая женщина не годится на роль
спутницы успешного темнокожего вроде Кула.
Нет.
Эй. Нет. И в мыслях не было.
Нет. Я ничего не...
Позвольте кое-что прояснить.
Мы никоим образом не хотим сказать,
что темнокожая женщина недостаточно
хороша, чтобы быть с успешным
темнокожим вроде Кул-Эйд Мена.
Если что, я никогда не рассматривал его
как успешного темнокожего. Как человека...
Это же рисованный стеклянный кувшин
с красной жидкостью.
- Он ненастоящий.
- Выдумка.
Конечно. Я...
Это всё логично, но если подумать,
раз Кул-Эйда озвучивает темнокожий
мужчина, то вы сами понимаете...
- Да.
- Это...
Дело в том, что я совсем не понимаю.
Открой глаза.
- Ладно.
- Ладно?
Я тебе объясню.
Это значит, что у Кул-Эйд Мена
душа темнокожего мужчины...
Да.
У него душа темнокожего,
потому что этого темнокожего
озвучивает Айс Кьюб.
Поэтому Кул-Эйд – черный.
Кул-Эйд – чернокожий мужчина.
Кул-Эйд Мен...
...чернокожий.
- Я согласен. Чернокожий.
- Да, теперь ясно.
- Спасибо.
- Да.
- Сандра О вылетает.
- Информативно.
- Уволена. Всё. Нету.
- Проклятье.
Так, придумал. Готовы?
Слушайте.
- Реджина Кинг в роли миссис Кул.
- Супер.
- Мне нравится.
- Обожаю ее.
Стоп, нужна другая дочь.
- Почему?
- Она наполовину азиатка.
Вопросы «кто отец» нужны?
На «Комик-Коне» можно ставить крест.
- Зачем я согласился их представить?
- Сбавь скорость. Мои волосы.
И ура! Взгляните.
Здорово. Это прогресс, понимаете?
Что?
Разве не странно,
что все актеры на экране белые,
а все небелые актеры –
анимационные персонажи?
И поэтому единственные
человеческие лица в кадре – белые.
- Да, это странно.
- Да.
Действительно, чертовски странно.
Сегрегация тут недопустима.
Почему мы сразу этого не увидели?
Может, из-за Сандры О.
Она вроде как всё уравновешивала.
Так, вот что мы сделаем.
Убираем Джоша Дюамеля на фиг.
И Дон Чидл. Новый нерисованный папа.
Мэтт, утром у нас был хороший
подбор актеров. Так намного хуже.
Бил и Чидл не пойдут,
потому что жена белая.
- Чёрт, она права.
- Из-за чего?
Если Дон Чидл будет женат на белой,
темнокожие женщины
расценят это как спорный момент.
- Оно тебе надо? Вот.
- Нет.
Хочешь сказать,
смешанный брак – это регресс?
Я встречалась исключительно
с белыми. Я расистка?
Честно? Возможно.
Чёрт, я понял.
Лесбиянки.
Две белых лесбиянки
с ребенком-азиатом. Как вам?
Гомосексуальность смягчит их белизну?
Так, простите, я обожаю лесбиянок,
но белые женщины
сейчас невыносимы. Такие язвы.
Так, ты же белая женщина.
Как ты смеешь? Мой отец – киприот.
Я понял. Допетрил, чёрт возьми.
Они все будут темнокожие.
А-ля «Черная Пантера», ага?
Это верняк.
- Решение проблемы.
- Да.
- Бум. Готовы?
- Да.
Вот. Дон Чидл – папа.
- Кеке Палмер – мама.
- Супер.
И тут подберем юного темнокожего актера.
- Продаваемо.
- Бум.
Класс. Это придает важности.
Сделаем своего «Гамильтона».
Стой. Столлер в производственном
обновляет сценарий со сценаристами.
- Может, нам...
- Я сам им сообщу.
- Да. Ого.
- Майя, идем со мной.
- Ладно. Иду.
- Долой белых лузеров.
- Да.
- Пока, белые лузеры.
Новая версия фильма
встречена нами со всеобщим энтузиазмом.
Мы думаем, она более современная...
- Более свежая.
- Точно.
Да. Новый подбор актеров
откроет море возможностей для комедии.
Конечно. Супер-пупер свежо.
Ник, ты, как режиссер,
сможешь это устроить?
Речь о полной смене актерского состава?
- Да.
- Да.
Что потребует значительных исправлений.
- Да.
- Точно.
- Да.
- И до съемок у нас пять недель.
Да, мы сможем это сделать.
- Отлично. Идеально. Класс.
- Да.
Порядок. Да.
- Ребята, а вы что...
- Это...
- Ого.
- ...конечно, классная новая версия
истории Кул-Эйд Мена.
- Да. Ого.
- Супер.
Но подходим ли мы теперь
на роль сценаристов?
- А почему нет? Вы молодцы.
- Да.
Потому что это уже не наша епархия.
- Точно.
- Это комедия.
Вы же комедиографы. Это ваш профиль.
Да, но...
Эту семью играют реальные актеры, и...
И они будут темнокожими.
Мы не можем.
Получается, мы забираем работу
у темнокожих сценаристов?
- Мы не можем.
- Ужас.
Так, помогите разобраться.
Да.
Вы можете писать сценарий
для одного темнокожего, но...
Но теперь они все темнокожие.
И в попытке избежать расизма
вы ограничиваете для себя
количество темнокожих персонажей?
Если вы пойдете по этому пути...
Мы не сможем продолжить работу.
Именно по этому пути мы и пойдем.
- Лил Рел дал добро.
- Да. Добро получено.
- Нам очень жаль.
- Простите.
- Спасибо. Да.
- Ого. Спасибо.
Мы верим в проект... Это нелегко.
Большое спасибо.
- Спасибо... Увидимся. Да.
- Удачи.
- Спасибо. Как-нибудь пообедаем.
- Да.
Было бы круто. Спасибо.
Я всё перепишу. Мне плевать.
- Я перепишу.
- Спасибо, Ник.
- Да.
- Я в тебе не сомневался.
- Он такой.
- Слава богу.
О, и, Мэтт, один рабочий моментик...
- Да.
- Ерунда.
- Чтобы уложиться в даты и бюджет...
- Да.
...и учитывая значительные изменения...
- Да.
- Я их услышал,
- и они мне очень нравятся...
- Супер.
Придется привлечь анимационную компанию,
которая преимущественно компьютерная.
- Компьютерная графика?
- Да.
- Искусственный интеллект.
- Да?
А нанять художников?
- Два-три миллиона...
- Как дорого. Не надо.
...за каждого. Но там мелочи: брови...
- Брови.
- Глаза...
На это всем плевать.
- Да, идет.
- Может, фон.
Ладно, делай что должен,
только держи это в тайне.
- Только там. Да.
- Кое-где. Немного.
Не хочу выглядеть расистом.
Да, понимаю. Спасибо.
- О да.
- Спасибо. О да!
О да!
М-Р ПАРЧ
ДОН ЧИДЛ
А вот и Донни Си. Вот. На ура.
СЕМЕЙСТВО КУЛ-ЭЙД
ПАРЧИ
- И у нас. Я довольна.
- Дон Чидл к месту.
Классный. И смешной.
- Не знала про его пирсинг.
- А вот это уже расизм.
- Что? Как это возможно?
- Нет!
Глянь на них. О чём ты?
Странно просто.
Прежний состав
отражал расовое разнообразие,
поэтому темнокожий
Кул-Эйд Мен не выделялся.
Но теперь все чернокожие
и получается, вы хотите сказать,
что «Кул-Эйд» только для черных.
- Чёрт.
- Проклятье, она права.
Он должен быть черным,
потому что у Кул-Эйда душа черного.
Что?
Тебя там не было.
Его жена должна быть темнокожей.
Не хочу в это углубляться.
Я не знаю, что делать.
Так, сделаем вот что.
Раз мы не хотим быть
или казаться расистами,
нужно, чтобы актерский состав отражал
расовую демографию США, понимаете?
Так нас никто не обвинит в том,
что мы не представили Америку расово,
потому что мы математически представим
расовое разнообразие Америки.
Давайте так.
Так. Вот что я...
- Вот что я вижу.
- Так.
В Америке 75% населения – белые.
Если убрать латиноамериканцев, 60%.
Получается, нужно 3,6 белых актеров.
О нет, не забудь,
мы округляли, так что трое.
Стоп, латиносы идут с белыми?
- Это к чему?
- Я...
Иногда. А если нет,
они составляют 25% населения.
Темнокожие – 13%,
азиаты – 6%, а остальные неважны.
То есть, конечно, важны. Важны все жизни.
- Все жизни?
- Боже.
Итак, согласно расчетам,
для полноты картины нам нужно 0,36 азиата.
Это как вообще – 0,36 азиата?
Округли до пол-азиата, Куинн. Чёрт.
- О боже.
- Израиль, по сути, часть Азии.
Просто говорю.
Твою дивизию, Мэтт! Нет!
Даже не заикайся об этом.
О чём? Евреи – это раса. Тут я не виноват.
- Началось.
- Что?
Это не... Мы народность со своей религией.
Это сложно. Нам нужно
еврейское представительство?
- Включим Джоша Гэда?
- Нет. Сосредоточьтесь.
Нам нужен один полуазиат. Никаких евреев.
Так. Как насчет латиноамериканца?
- Аня Тейлор-Джой. Она супер.
- Она белее меня.
Нет, она аргентинка. Да.
- Да?
- Чёрт! Белая латинка!
Двух зайцев. Аня Тейлор-Джой.
- Ни то ни сё.
- Аня Тейлор-Джой.
- Фигня.
- Ладно. Чем это лучше двух лесбиянок?
Вопрос ориентации слишком многогранен.
Слишком сложно. Обыгрываем расу.
- Спасибо.
- Проще.
- Ребенок-гей.
- Все...
- Нет!
- Стойте! Остановитесь.
Крайне неразумно вести такие беседы.
Мы вообще не должны это обсуждать. Ясно?
Всё началось утром с переживаний о том,
что, может, расово неразумно
брать Айс Кьюба на роль Кул-Эйд Мена.
Есть лишь один человек,
который точно это знает.
Пойду поговорю с ним.
Извините? Я ищу м-ра Айс Кьюба.
М-р Айс? М-р Кьюб?
Просто Кьюб. Он в кабине.
Отлично. Спасибо. Я это ценю.
Кьюб.
- Как оно, Мэтт?
- Как дела?
- Всё путем. Что случилось?
- Ничего особенного. Я прервал процесс?
Не-а, у нас перерыв. Смотрим игру.
Супер. Спорт. Это классно.
Как идут дела? Как там «Кул-Эйд»?
Хорошо. Просто замечательно.
Просто... У нас возникло опасение.
Опасение?
Не совсем верное слово. Это скорее вопрос.
Ответить на который можешь только ты.
Ладно.
Итак, мы тут
обсуждали между собой, что, возможно...
Почему ты шепчешь?
Просто так.
Мы тут обсуждали,
что, возможно, изображение Кул-Эйд Мена
определенным человеком,
являющимся членом
определенной афроамериканской общины...
- Скажи уже «черным».
- Супер, да.
Темнокожий человек,
член общины темнокожих...
Мы опасаемся,
что твое исполнение роли Кул-Эйд Мена
могут расценить как оскорбительное
из-за расистских нарративов.
Ты серьезно?
Я по твоему шепоту понял,
что будет пассивно-агрессивная хрень.
- Нет... Я...
- Хочешь меня уволить?
- Нет!
- Думаешь, белый чувак сыграет лучше?
Только если ты так считаешь. Нет.
Тогда что за фокусы?
Это из-за доли от кассовых сборов?
Эй, Мэтт! Не будь жмотом.
Нет. Деньги ни при чём, честно.
Это чисто вопрос расизма.
Кто-то озаботился, серьезно?
Что черный играет Кул-Эйда?
Это стало поводом для волнения.
- Вот это уже оскорбительно.
- Видишь? Почему это оскорбительно?
Дело в том, что мы хотим этого избежать.
Оскорбительно, что какой-то
тупой член руководства студии
считает меня недостаточно опытным,
чтобы понять, что роль Кул-Эйда
можно расценить как клише,
что люди увидят в этом стереотип.
Кстати, я так не считаю.
Но да, пара тупых представителей
студии подняли этот вопрос.
Скажи этому ублюдку вот что.
- Кул-Эйд Мен – черный.
- Ясно.
- Он не белый. Не мексиканец.
- Да.
Он черный. Я чертов Кул-Эйд Мен. Ясно?
- Да.
- Если возьмете другого на его роль,
это будет оскорбление.
И отвечать будешь ты.
Этого не будет,
потому что ты чертов Кул-Эйд Мен.
Верно.
- Мы друг друга поняли.
- Эй.
- Спасибо.
- Ты мой дружбан.
- А ты мой. Да.
- Эй. Больше не говори о такой чуши.
- Не буду.
- Ладно.
Рад, что мы всё решили.
Увидимся в Анахайме.
- Да.
- Скорее бы.
- Ура, ура.
- Ура, ура.
Спасибо.
АНАХАЙМ
«КОМИК-КОН»
Спасибо. Приветствую, «Комик-Кон».
Спасибо за радушный прием.
Ну, у Голливуда один вопрос.
Кто звезда «Кул-Эйд: Кино»?
Что ж, радостное объявление сделает
глава киностудии «Континентал»,
Мэтт Ремик.
Спасибо, Ник.
«КОНТИНЕНТАЛ»
Спасибо всем.
Я рад, что мне выпала честь объявить,
что Кул-Эйд Мена озвучит
не кто иной, как несравненный Айс Кьюб!
О да, детка!
«КУЛ-ЭЙД: КИНО»
- Спасибо.
- Да!
Ура, ура!
Ура, ура.
Мы успеваем ответить на пару
вопросов зала, если таковые имеются.
У меня вопрос.
Да. Хоумлендер.
Я прочла на «Реддите», что вы замените
мультипликаторов компьютерной графикой.
Это так?
На этот вопрос ответит наш режиссер,
Ник Столлер. Ник, можешь выйти к нам?
Давай, Ник.
- Эй!
- Чтоб тебя, Столлер. Чертов писака.
Обсудим актерский состав.
Как художник-мультипликатор,
скажу, это зло.
Есть вопросы к Айс Кьюбу?
Вы отнимаете работу у художников,
настоящих, живых художников.
Вы олицетворяете всё,
что не так с Голливудом.
Да!
- Да. Она права. К чёрту графику.
- Да!
К чёрту графику!
К чёрту графику!
Зараза. Как вы втянули меня в это дерьмо?
- Супер.
- Убери руки, козел.
Хоть расу не вспомнили.
Еще бы. Бог миловал.


Серия 8

КИНОСТУДИЯ
«ЗОЛОТОЙ ГЛОБУС»
Поблагодаришь меня?
Нет, ну... Я не номинирован
лично, я не выйду на сцену.
Руководство студии не номинируют.
Номинируют фильм, что я одобрил.
Постой, ты не скажешь речь?
- Не получишь награду?
- Нет.
Мэтти, я сказала куче людей,
что ты получишь «Золотой глобус».
Левентали приехали
смотреть аж из Сиоссета.
Ну, скажи Левенталям,
что, если фильм Зои Кравиц
выиграет как лучший мюзикл или комедия,
она поблагодарит меня в своей речи
перед миллионами.
Все услышат мое имя из ее уст.
Мэттью, если это фильм Зои,
почему ты мне сказал,
что номинируют твой фильм?
Нет, в целом я создал этот фильм.
Я часть кинематографической группы.
Без меня его бы не было. Суть в том,
что никто не узнает о моей роли,
если Зои не поблагодарит меня
в своей речи.
Лучше бы ей тебя поблагодарить.
Ведь ты стольким пожертвовал.
- Ни жены, ни детей.
- Сознательно, мам.
Выйди на сцену со всеми.
Помаши маме, а?
- Ладно, мне пора. Люблю тебя. Пока!
- Пока, милый.
«ЗОЛОТОЙ ГЛОБУС»
Эй, Мэтт.
- Привет.
- Привет, Мэтт.
Привет, как дела?
Чарли, смотри сюда.
Чарли, супер.
Чарли Д’Амелио. Сюда. Посмотри сюда.
- Извините, вы в кадре.
- О чёрт.
Привет, ребята! Мы на «Золотом глобусе».
Смотрите, кто позади меня. Зои Кравиц.
- Красотка. Я в восторге...
- Со мной Зои Кравиц.
- Зои, как здорово!
- Эй. Как дела?
Ваш фильм номинирован как лучшая
комедия или мюзикл. Как ощущения?
Я в полном восторге,
что наш фильм «Даль» получил признание.
В то же время немного странно
соперничать с другими артистами.
Как будто здесь может быть победитель.
Мне кажется, каждый раз, когда кто-то
в индустрии занимается любимым делом,
это и есть настоящая победа. И...
Конечно, победа.
Я так рада. Мы на «Золотом глобусе».
С кем ждете встречи?
- Мэтти!
- Пэтти! Привет.
- Мэтти, это не сон.
- Здорово, да?
- Круто.
- Нет, это случилось.
- Да, класс.
- Я всегда любила «Золотой глобус»...
Особенно когда пила.
Но быть тут как номинант...
- Да.
- ...это новый уровень.
- Ты победишь, мы победим.
- Да.
Ну да, вот только как продюсер
я и правда могу победить.
- Да.
- Да, я могу выйти на сцену,
забрать домой статуэтку
и стать бессмертной в Голливуде.
И мое наследие будет увековечено.
Да. Будет очень круто.
Кто все эти люди? Я их не узнаю.
Инфлюэнсеры. Большинство
даже не заходят внутрь.
Снимают видео на красной дорожке
для TikTok и уходят.
Боже.
Что творится с городом?
Когда-то красная дорожка
на «Золотом глобусе» что-то значила.
Если не увлечь этих эмбрионов с телефонами
дольше чем на 15 секунд, это попадет
в Комитет по разнообразию,
равенству и инклюзивности.
- Как жаль.
- Привет!
Мы глобусим.
Мы глобусим, эй!
Как дела? Рад видеть.
- Выглядишь супер!
- Надо же. И ты!
- Я за столиком 172. А вы?
- Четыре.
- Четыре?
- Да.
Почему между нами 168 столов?
О боже, я с тивишниками?
- Блин. Мне жаль.
- Бедняжка.
- Привет, Пэтти.
- Это Сталлоне. Привет!
Надо с ним поболтать.
Не хочу, но у него моя лошадь.
- Слай, где мой Лютик?
- Обалдеть! Глянь.
Адам, мать его, Скотт!
Сэл? Охренеть, блин. Как поживаешь?
- Сто лет не виделись!
- Да.
- Эй, как ты, Мэтт?
- Как ты?
Двадцать лет назад,
когда я только приехал,
я шесть месяцев спал на диване Сэла.
- Не знал.
- Да!
Его носки воняли
похлеще туалета на Коачелле.
- Да.
- А теперь его член.
Совершенно верно.
- Какой у тебя стол?
- Третий.
- Третий?
- Да.
- Мэтт Ремик.
- Митч! Рад видеть.
- Зои понравилось в «Континентал».
- Мы рады.
- Такой успех с «Далью».
- Да. Класс.
- Тогда...
- Снимем «Черное крыло»?
Да. Пусть закроет сделку.
- Хватит дурить нас с авансом.
- А где я дурю?
Это принесет ей больше денег,
чем любой фильм за всю ее карьеру.
Зои в роли убийцы вампиров
в черном комбидресе, с красным «Глоком»,
смоченным святой водой, – это бабки.
Чего ты со мной так по-еврейски?
Мы оба евреи. Не люблю шутки про евреев.
- Евреи любят.
- Я нет.
Нет, правда, давай уже решим.
Она колеблется. Подсласти сделку.
Рассаживайтесь. Начнем.
Это мое последнее слово. Как хотите.
- Блефуешь.
- Ладно. Да.
- Блефуешь, да?
- Жду ответа.
Какие люди!
Большое спасибо. Не откажусь.
ДЖЕН СТЭТСКИ
Спасибо. Это такая невероятная честь.
Это не премия «Оскар», но тоже круто.
Когда мы подали идею
снять «Оглушительную тишину»,
наши представители сказали,
никто не купит мини-сериал.
Но теперь у нас «Золотой глобус»,
и их уволили.
Огромное спасибо нашему
невероятному составу актеров и команде.
И, конечно, я хочу поблагодарить того,
без кого я бы этого не достигла.
Моя опора, мое всё, мой партнер во всём,
любовь всей моей жизни: Тед Сарандос.
Спасибо. Люблю тебя.
Тед, ты лучший глава студии.
Да, мы женаты,
но у нас свободные отношения.
Но только с Тедом.
Он не все бэкэнд-сделки отменил.
Но отбросим мерзкие шутки про моего босса,
большое спасибо Теду и всем в «Нетфликсе»,
что позволили создать
это невероятно важное шоу. Спасибо!
Поаплодируйте им. Такой важный сериал.
И все здесь делают очень важную работу.
Я обожаю ее и поэтому немного нервничаю.
Напряженный момент.
Надеюсь, мы продолжим работу.
Не знаю, как вам,
а мне уже хочется сходить в кино.
Типа, если я не куплю билет,
всё пойдет прахом.
Каждый трейлер напоминает Kickstarter.
Особенно дорогие фильмы вроде «Аватара».
Это как GoFundMe для всего Голливуда.
Если «Аватар» не прокатит,
никто из нас больше работать не будет.
Мне плевать, если вам не нравится.
Он обошелся в 300 миллионов. Мы нужны им.
И не покупайте билет,
потому что любите «Аватара 3».
Купите его, так как любите кино!
Мы скоро вернемся.
Здорово было. Он смешной.
Для меня честь быть за одним столом
с вами. И, Зои... Ты это заслужила.
- Да.
- Да, класс.
Странно оценивать искусство.
Вам не кажется? Глупо.
- Да, верно.
- Ну и мысль! Ого.
А я просто стараюсь хорошо провести время.
И насладиться моментом.
У меня хорошее предчувствие.
У вас салат?
А нас там не кормят. С ума сойти.
- Сэл! Чел! Мы это сделали!
- Да! О боже.
- Мне гренок.
- Сделаем совместное фото?
- О да! Да! Идите сюда.
- Пэтти, иди сюда, чертова легенда.
- Да. Сюда, босс.
- Иду, ЗоЗо.
- Леди-босс.
- Так.
- Мэтт...
- Да. Куда встать?
Может, туда, чтобы не слишком близко.
- Ведь... Да. Спасибо.
- Да, сфоткать. Да.
Само собой. Да.
- Ладно. По местам.
- Спасибо.
- Раз, два, три... Команда «Даль»!
- Команда «Даль»!
Да.
Давайте еще одну вертикально,
- так лучше для соцсетей.
- Да.
- Люблю вас!
- «Даль»!
- Люблю вас!
- Вот.
- Покажи.
- Супер. Отлично.
Спасибо!
Да ладно.
Привет, мама.
А Джей Лоу там? Если да, мог бы ты...
Дженнифер Лоуренс здесь, я не скажу ей
постричь волосы по плечи. Ясно?
Еще поговорим. Люблю. Пока.
- Мэтт, ты как?
- Супер.
Уверен?
Мне кажется или Зои Кравиц
меня недолюбливает?
Так и знала. Вырасти. Митч сказал,
она хочет снять у тебя «Черное крыло».
Да. Может, я сам себе надумал.
Кажется, она не считает меня
частью группы создателей фильма.
Боюсь, она не поблагодарит меня
в своей речи.
- Но, может, это и неважно. Да?
- О нет, это очень важно.
- Очень?
- Это...
Это самое неприятное в работе руководства.
- Твоего имени нет в фильме. Да?
- Именно! Да!
И без благодарности
тебя всё равно что нет.
- Точно! Да!
- Боже.
Господи, когда меня не благодарили,
я рыдала всю дорогу домой.
Но теперь я номинант.
Одно из преимуществ уволенных.
Так. Если вы сегодня выиграете,
ты поблагодаришь меня?
О, Мэтти, я бы с радостью.
Но мы все решили, что говорить будет Зои.
Попросишь Зои поблагодарить меня?
Да, я... Ты серьезно.
Да, я серье... Я сам ее попрошу, ладно?
- Нет!
- Почему нет?
Нет, нельзя... Нельзя просить актеров
благодарить тебя. Это убого.
Разве не более убого хотеть чего-то
и бояться попросить?
Не в этом случае.
Чтобы она узнала, что ты навязчивый?
Я не навязчивый. Я хочу,
чтобы сегодня мне сказали спасибо.
Вдруг это мой единственный шанс
услышать благодарность
на «Золотом глобусе»?
Мэтти, я тебя люблю,
но мне надо проблеваться.
Что? Ты в порядке?
В полном. Всё супер. Но просто...
Когда я близка к реализации мечты...
Меня тошнит.
Поприветствуйте Эрин Мориарти
и Энтони Старра из «Пацанов».
- Как дела?
- Отлично.
Предвкушаю веселый вечер,
где все облизывают Теда Сарандоса.
Ты хотя бы не за столом
с кучей голландцев-целибатов,
снявших ужастик, о котором я не слышал.
Я сижу рядом с парнем по имени Йоп.
Он меня игнорит. Чертов урод.
Как бы плох ни был твой вечер, мой хуже.
Стоп. Чего смотришь?
Чувак, ты это серьезно?
Ты о чём?
Я про... Ты в плаще.
Ну да. О да. Конечно.
Официальный прием. Официальный плащ.
Серьезно, м-р Хоумлендер? Я...
Серьезно. Я всю жизнь ношу плащи.
Прекращать не собираюсь.
У меня на родине все их носят.
Боже. Твоя родина – Новая Зеландия,
а не Трансильвания.
Ладно. Расслабьтесь.
Победитель в номинации «Лучший актер
второго плана в мини-сериале или...»
О боже.
- Актер-супергерой. Адам Скотт!
- Адам Скотт!
Это ты.
Что?
- О боже.
- Иди на сцену!
Двадцать лет назад он спал на моём диване!
Он спал на моём диване в 2000-м.
О боже. Это... Ого! Неожиданно.
Скажу без преувеличения,
речь я не готовил,
так что просто поблагодарю
Итана и Джанкарло, моих звездных коллег.
Стивена Содерберга,
нашего режиссера, конечно.
Моих агентов. Мою жену и детей.
Всех в «Нетфликсе». Всех... Теда Сарандоса.
Тед, люблю тебя.
А знаете? По дороге сюда
я столкнулся со старым другом.
Это чувак, на чьем диване я спал,
когда впервые приехал сюда.
Так что, если я благодарю людей,
надо сказать спасибо Сэлу Саперстину!
Встань, старик!
- Смотри, как оно вышло.
- Спасибо.
- Ты что творишь?
- Не знаю.
- Сэл Саперстин!
- Спасибо.
Что это было?
Ого. Поздравляю.
Думаю, я скажу за всю Америку:
«Кто такой, блин, Сэл Саперстин?»
- Это я!
- Ладно, сэр.
Возможно, вы самый восторженный
сит-филлер в истории «Золотого глобуса».
Поаплодируйте ему. Мы скоро вернемся.
Спасибо.
Сэл! Это было супер!
- С ума сойти, да?
- Что это было?
Я с ума сойду. Мой телефон разрывается.
- Йоу, йоу. Я мем, Мэтт.
- О боже. Ты прославился.
- Поздравляю. Супер.
- Я чертов мем!
Я будто нюхнул кокаина,
так что пойду нюхну
и гляну, что будет. Лучший вечер!
- Люблю вас обоих.
- Обожаю тебя!
- Дичь.
- Весело.
С ума сойти.
- Зои, как ты вообще...
- Да.
...пишешь благодарственные речи?
Как решаешь, когда благодарить?
Да я особо об этом не думала.
Вряд ли мы выиграем...
Нет, мне кажется, у вас неплохой шанс.
Не думаю, но номинироваться – это честь.
Да. Но ты включаешь в речь
какой-то прикол?
Или говоришь искренне,
благодаря всех создателей фильма?
Не думала об этом, ведь мы не выиграем.
Но если бы я победила, чего не будет,
я бы отметила организацию HFPA
и других номинантов, а еще команду «Даль».
- Да. Команду «Даль». Верно.
- Умно, Зои. Не теряй голову.
- Не включай Бениньи.
- Да?
Но многие упорно трудились
над созданием фильма.
Нельзя никого забыть.
- Ты знакома со Слаем Сталлоне?
- Нет!
- С ним надо сфоткаться.
- Ты рассказывала о нём.
Икона представляет меня другой иконе!
- «Золотой глобус»...
- Спасибо.
...Квинта Брансон
за «Преднамеренные последствия»!
- Эй.
- Привет.
- Поздравляю.
- Спасибо.
Было весело, когда ты поблагодарил Сэла.
О да. Да, это было спонтанно.
Забавно. Кто-то всю карьеру ждет
таких слов. Интересно, каково им?
Да. Честно, вряд ли кто-то
обращает внимание на всё это.
- Да. Какая разница?
- Да.
О боже! Так. Большое спасибо.
Голливудской ассоциации
иностранной прессы.
Для меня было честью работать
под руководством Александра Пэйна.
Я также хочу поблагодарить Донну Лэнгли
в «Юниверсал» и всех в «Юниверсал».
Наших невероятных продюсеров,
актеров и съемочную группу.
И знаете что? Я с ним не знакома,
но, кажется, он веселый парень.
Раз он нравится Адаму Скотту,
он явно хороший.
Сэл Саперстин, тебе тоже спасибо!
О, вон он. Спасибо, Сэл!
О да! Это я! Да! Да, вон там.
О боже мой! Сэл Саперстин?
Что?
Любители позлорадствовать,
наступила та часть вечера,
которую вы ждали.
Смотрим, кого мы потеряли за год.
Приберегите аплодисменты напоследок.
Они бы этого хотели.
ПАМЯТИ
- Повторное упоминание. Круто, да?
- Да.
- Спасибо. Эй.
- Привет, Габби.
- Как дела?
- Хорошо. Безумный вечер для публициста...
- Да.
- ...но я довольна.
- Думаю, наша девочка победит.
- Да.
- Предчувствие хорошее.
- Скрестим пальцы.
Эй. Зои согласовала с тобой
благодарственную речь?
- Конечно. Да.
- Да.
Она прислала ее утром,
мы загрузили ее в телесуфлер.
Да. А ты, случайно, не помнишь, кого она...
- кого она благодарит в речи?
- Кажется, да.
Ага. Так, слушай, я спрошу прямо.
Я есть среди тех,
кого она поблагодарит, если победит?
Я так и не вспомню, речь длинная.
Мое имя там есть?
Просто скажи. Я там есть?
В черновике,
загруженном в телесуфлер, нет.
Наслаждайся церемонией.
Особое спасибо
Теду Сарандосу в «Нетфликсе».
Да, конечно. Тед Сарандос.
Как же без него?
Большое спасибо.
Думаю, благодарить Сэла Саперстина...
ДЖИН СМАРТ
...стало неким ритуалом на удачу.
Только вы уже победили, и это нелогично.
Хотя в этом бизнесе мало чего логичного.
Поэтому... спасибо, Сэл Саперстин!
Что происходит?
Спасибо, Джин Смарт.
Это я! Это я. Вон там.
Ладно, ладно.
- Привет. Как дела, бро?
- Нормально.
Зои Кравиц боится,
что забыла добавить в речь одно имя.
На всякий случай
хочу убедиться, что оно там.
Речи уже одобрены и подгружены,
я ничего не могу поменять.
Можете. Вот клавиатура. Вбейте.
Да, но нужно разрешение от Зои
или ее публициста. Правила.
Да. Они обе сейчас очень заняты,
но попросили меня помочь, так что...
Да. А вы кто?
- Я работаю в...
- Присядьте.
...в «Континентал». Там снимали фильм Зои.
Короче, это имя – Мэтт Ремик.
Он глава студии «Континентал», и Зои
переживает, что забыла его упомянуть.
Она расстроится, если не...
- Привет.
- Привет.
Что ты тут делаешь?
А ты что тут делаешь?
Ты же была за столом.
Да, и я в роли ведущей.
Хотела перепроверить слова.
Мисс Кравиц, вы просили его
изменить вашу речь?
Прости, Мэтт... Что?
Вы Мэтт? Он попросил меня
добавить его имя в вашу речь.
- Я...
- Что происходит?
Я пошутил.
Он не шутил.
Можете помол...
Я быстро всё объясню.
Уж пожалуйста.
Всё очень просто. Я тут...
Я боялся, ты забудешь поблагодарить меня.
И решил, я слепо последую телесуфлеру,
как чертов Рон Бургунди?
Надежда была.
Я очень горжусь этим фильмом,
но я не сценарист и не режиссер.
Про мой вклад узнают,
только если ты поблагодаришь меня в речи.
Если честно, я думал, тебе плевать
на всю эту церемонию награждения.
Так. Проясним кое-что.
Мне не плевать. Еще как не плевать.
- Но ты твердишь, что это глупо.
- Притворяюсь! Я уже богата и знаменита.
Осталось только получить награду.
Супер! Ты понимаешь, как это важно.
И почему мне нужна благодарность.
Понимаю. Но ты не часть плана.
Я тщательно всё продумала,
накладки не нужны. Это позор.
Но ты же не верила, что выиграешь.
Я выиграю.
Я ходила на все обеды и завтраки
чертовых организаторов.
Я приложила усилия
и получу чертову награду.
Три слова. «Спасибо, Мэтт Ремик».
Это всё, что я прошу добавить.
Ты не понимаешь.
Я репетировала речь миллион раз.
Я не могу ее менять. Она идеальна.
Я начну с искреннего шока,
потом поскромничаю,
преисполнюсь благодарности и расплачусь.
Затем возьму себя в руки,
поблагодарю команду «Даль», и всё.
Без меня фильма не было бы.
Я дал ему зеленый свет.
Ты и я – мы команда «Даль».
- Неужели ты в это веришь?
- Да!
О боже. Это чертовски грустно.
А можно, блин, потише?
Я пытаюсь показать Кристоферу Нолану,
что я разноплановый актер,
а слышу лишь твое нытье.
Прости, Рами, и ты сегодня в ударе.
Зои, я кричал не на тебя,
а на этого непонятного чела.
Обожаю тебя и твой фильм.
Он хорош. Не только из-за разнообразия.
- Ты победишь.
- Боже. Люблю тебя.
Мы не победим, но я люблю тебя.
Зои, я тебя умоляю.
Моя мама смотрит церемонию.
Пойду порепетирую.
О нет. О нет, нет.
О боже, нет. Чёрт!
О нет. О нет, нет. О нет.
Мэтт!
Да, я его вижу. Да, сейчас скажу.
- Что там?
- Зои выходит из сделки с «Черном крылом».
Серье... Это она сказала? Ты...
Она позвонила и сказала,
ты пытался добавить
- свое имя в ее речь.
- Чёрт.
Ты спятил?
Она в ярости, ясно?
Забудь про благодарность,
она больше не будет работать с евреями.
- Не время для чертовых шуток.
- Я не шучу. Похоже, что шучу?
Нам нужно «Черное крыло». Срочно.
- Понимаю.
- Ты должен всё уладить!
Я? Какого хрена...
Да! Доля от кассовых сборов с первого дня.
- Серьезно?
- Да.
Вот это слова разумного еврея.
Когда юные авторы спрашивают,
как преуспеть в индустрии развлечений,
я говорю им три вещи.
Первое: чем короче, тем лучше.
Второе: чем быстрее, тем лучше.
Третье: никого не слушайте.
ЗА ПРИЖИЗНЕННЫЕ ДОСТИЖЕНИЯ
Если смотреть на мою карьеру,
то благодарить придется
слишком многих, поэтому я скажу вкратце.
Спасибо, Сэл Саперстин.
Да, вот так.
- Да! Это он.
- Куда же без Сапа!
Вот он, этот парень.
- Это я.
- О боже. Господи.
Да!
- Люблю тебя, Аарон Соркин.
- Да!
- Без Сапа никуда!
- Да!
Сэл Саперстин!
- Привет, Тед.
- Привет, Мэтт.
Как получается, что все звёзды
благодарят тебя в своей речи?
Ты каждый день приносишь им
фруктовые корзины на площадку или что?
Нет, это в контракте. Я их вынуждаю.
Они обязаны меня благодарить.
- Серьезно?
- Да.
Такие важные вещи не пускают на самотек.
Да. Ого, это гениально.
Надо перенять.
Да, почему бы нет?
Иначе с какого перепуга
им нас благодарить?
Мы счетоводы, они артисты.
Да, ну... То есть...
- Я артист, так что...
- Умора.
Нет, я о том, что мы оба артисты, Тед.
Я точно нет.
Ну, а я – да.
Даже если ты веришь в это безумие,
не произноси это
перед настоящими артистами.
Дальше твоя номинация.
Чёрт.
Вот придурок.
Худшая часть в сезоне наград –
это вечно подлизываться ради внимания.
Да, Баша? Мы не любим подлиз. Правда же?
Не с кем было оставить.
Баша не любит быть один.
Но клянусь: это не он нагадил в гримерке.
Это дама Джуди Денч.
Но, Джуди, я всё убрал.
Люблю тебя.
Награду в номинации
«Лучший фильм, мюзикл или комедия»
представит человек,
не имеющий к ним отношения, Зак Снайдер.
Спасибо.
Те, кто думает,
что шоу пролетело слишком быстро
или что оно недостаточно длинное,
не волнуйтесь. Я выпущу шестичасовую
черно-белую версию в формате 4:3,
без вырезанных дублей в стиле Снайдера.
Доступна для цифровой загрузки
и в Blu-ray за 29,99, так что поищите.
Оно того стоит.
Что ж, приступим.
Номинанты в категории
«Лучший фильм, мюзикл или комедия»:
«Собаки тоже люди»...
...«Преднамеренные последствия»,
«Умник», «Даль»...
Да.
...и, наконец, «Лилейники».
«Золотой глобус» получает...
...Сэл Саперстин. Нет! «Даль»!
- «Даль»! Да!
- О боже. Господи!
Да! Мы сделали это. Да, да!
- Пэтти! Поздравляю. Ты победила.
- О боже!
Я лауреат премии. Мы сделали это.
Я смогла. Это не сон.
- Потрясающе.
- Спасибо.
О боже.
Ого. Надо же.
Я этого не ожидала.
Я знаю, люди так говорят,
но я правда не ожидала. Ух ты.
Я не могу поверить,
что меня рассматривают наравне
с такими визионерами, как Александр Пэйн
и его мастерским повествованием
в «Лилейниках»,
Джонатаном Ливайном и его уморительным,
искренним фильмом «Собаки тоже люди».
Так глупо, что нас вот так стравливают...
Да.
...и поэтому я принимаю
эту награду от лица всех нас.
И... Простите.
Я так благодарна,
что могу зарабатывать этим на жизнь.
Творить искусство и рассказывать истории,
идущие из сердца, – это привилегия.
И я отношусь к ней серьезно.
Спасибо Голливудской ассоциации
иностранной прессы и моим коллегам.
И да, спасибо, Сэл Саперстин.
Он и правда работал над картиной!
И моему надежному продюсеру,
наставнице, лучшей подруге, Пэтти Ли.
О, Зо.
Я люблю тебя. Я...
И я хочу поблагодарить
еще одного человека.
- Не отключайте микрофон.
- О боже.
Он поверил в фильм с самого первого дня.
Без него фильма не было бы, поэтому
я хочу воспользоваться возможностью
и поблагодарить Мэтта Ремика.
Так. Да, да, Зои здесь.
Как тебе речь?
Я ведь не думала, что мы победим,
так что несла отсебятину.
- Что я наговорила?
- Все были в восторге.
- Правда?
- Да. Так оригинально
и мило. И привлекательно.
- Спасибо. Люблю тебя.
- Эй.
- Она не назвала твое имя.
- Да.
Мы даже включили субтитры
для глухого Алана Фридланда.
Ничего! Что случилось?
Не знаю, что сказать.
Прости, мам. Тут всё сложно.
Я позже расскажу, ладно? Мне пора.
- Ладно, позвони.
- Люблю тебя. Пока.
- Как дела, козел?
- Мы победили!
- Еще бы!
- Мы сделали это!
И угадайте, как озаглавил
этот вечер «Энклер».
«Гвоздь программы – вице-президент
"Континентал", Сэл, чтоб его, Саперстин».
О боже мой. Обалдеть.
Потому что ты пустил Адама Скотта
поспать на твоем загаженном диване.
- Голливуд официально твой.
- Люблю тебя.
- Сап! Чувак, мы молодцы! Обалдеть!
- Нет! Чел! Давай.
- Да!
- Мы сделали это, чёрт возьми!
Эй. Джимми Киммел забронировал «Пентхаус».
Это будет лучшее афтерпати. Идешь?
- Обожаю Джимми! Я в деле!
- Да!
- Завтра меня не жди!
- Да.
- Сэл Саперстин!
- Да!
Привет.
Привет.
- Молодец.
- Спасибо большое.
Погоди, Мэтт! Ты куда?
Это за мной. Я домой.
Это... Долгий был вечер.
- Ты ему сказала?
- Собиралась.
- О чём?
- Она согласна.
Фильм наш. Команда «Черное крыло»!
- Команда «Черное крыло»!
- Правда?
- Да!
- Боже! Команда «Черное крыло»!
Спасибо, спасибо!
- Хорошего Шабата.
- О да. И тебе.
- Спасибо, честно.
- Да.
Будет очередной классный фильм.
Скоро сюда вернемся.
- За еще одной.
- Сомневаюсь...
- До встречи.
- Мэтт, стой! Меня отключили,
но ты слышал мою благодарность?
Да. Я видел. По губам.
- Ты произнесла мое имя. Спасибо.
- Да.
Прости за мою выходку там...
- Да.
- Ничего.
Но правда, я серьезно.
Спасибо, что одобрил «Даль».
Ну, я верил в тебя с самого начала,
и в конечном итоге ты артист,
а я лишь счетовод.
- Хорошего вечера.
- Да. До встречи.
- Привет!
- Зои! Детка! Привет!
О, Мэтт. Знаешь,
однажды ты получишь такую.
Но сперва тебя должны уволить.
И глазом не моргнешь.
Поздравляю, Пэтти. Ты правда ее заслужила.
- Спасибо.
- Я рад за тебя. Да. Спасибо.
- Спасибо, Мэтт Ремик!
- Спасибо, Пэтти Ли!
- Команда «Даль»! Да!
- Команда «Даль»!
Да! Ура!
Чёрт!
- Ваш фильм проиграл?
- Нет, выиграл.
Домой, пожалуйста.
Хорошо.


Серия 9

КИНОСТУДИЯ
«СИНЕМА-КОН»
Через шесть недель приготовьтесь сказать...
О да!
«КУЛ-ЭЙД: КИНО»
Мэттью, бога ради, вылези из телефона.
Убери его.
Да. Прости. Секунду.
Я кое-что оставил в офисе.
Договариваюсь, чтобы привезли сюда.
- Но уже всё. Порядок.
- Ладно.
- Отлично. Без телефона?
- Да.
Превосходно. Так.
Расскажи, как дела на работе.
Столько всего происходит. Это...
Мы работаем над фильмом
про «Кул-Эйд», всё идет хорошо.
- Это здорово.
- Да.
А на этих выходных пройдет «Синема-Кон»,
после которого всё внимание
будет приковано к нам.
- Что здорово. И...
- Надеюсь. Да.
...в целом я очень доволен работой.
О, хорошо. А свидания? Ходишь на свидания?
Нет. И если честно, мне...
Мне немного одиноко. Знаешь, я...
Я столько работаю и...
Пойми меня правильно,
я очень люблю коллег,
но из-за того, что я их босс, мне кажется,
я не могу быть им настоящим другом.
Тьфу! Друзья!
Студия – самое важное для тебя
в жизни, и это хорошо.
- Ты скоро выиграешь «Комик-Кон».
- «Синема-Кон». Его не выигрывают.
Но ты права.
Ты всё правильно говоришь.
Чёрт. Человек подъехал.
Закажи для нас десерт.
- Десерт. Да. Я...
- Мороженое.
- Мороженое и слоеный торт.
- Да, спасибо.
Я скоро.
- Джемма.
- Да. Привет.
- Я Мэтт. Знакомый Дэйва.
- Привет.
- Здорово.
- Супер.
Спасибо вам, что приехали.
Я так занят. Хотел встретиться с вами,
- пока я в городе.
- Без проблем.
- Работа такая.
- Класс.
Дэйви говорит, вы едете в Вегас?
- Да.
- Будет весело.
Да. А с подарками для гостей
будет еще веселее.
- Ага. А то. Держите.
- Большое спасибо.
Вы уже знакомы с грибами?
Да. Я большой фанат грибов.
Еще какой. Какая там дозировка?
Две восьмых в каждой.
Две восьмых, то есть 0,25?
Да. То есть две восьмых.
- Две восьмых.
- Да. Две восьмых.
Да. Ясно. Понял.
- Порядок?
- Конечно. Всё ясно.
Большое спасибо. Вот.
- Спасибо. Большое.
- Да.
- Удачи в Вегасе.
- Да. Спасибо.
Мэттью.
- Мама.
- Что?
Кто это был? Она милая.
Да. Это диетолог. Дэйв Франко познакомил.
Хорошо, потому что ты растолстел.
- Спасибо.
- Попробуй «Оземпик».
- Всем помогает.
- Да.
- Слышал.
- Да.
Я Мэтт Беллони, с вами «Наш город».
Мы отправимся в Лас-Вегас
на «Синема-Кон». Для тех, кто не знает:
«Синема-Кон» – ежегодный съезд,
где киностудиям
дается день на представление
своих проектов владельцам кинотеатров.
Чем больше им понравится презентация,
тем больше возможностей
для показа фильма и кассовых сборов.
В этом году решающий фактор –
студия «Континентал».
- О да.
- Их программа наделала шума.
Говорят, их главный козырь,
«Кул-Эйд», переплюнет «Барби».
- Выпью «Кул-Эйд» за «Кул-Эйд: Кино».
- Да, Беллони!
Их представят главные знаменитости.
Говорят, гендиректор «Комуорлд»,
Гриффин Милл,
выйдет на сцену для торжественного финала.
Для «Синема-Кона» они выложатся на всю.
Следите за обновлениями с «Нашим городом».
Так, народ.
В честь «Синема-Кона» я с радостью
представляю вам шампанское с «Кул-Эйдом».
Пэтти, с яблочным сидром для тебя.
Яблочный сок и «Кул-Эйд»? Нет.
Выпьем.
Придумай напиток для «Серебряного озера».
Он принесет нам «Оскар».
Да. Мне. Но я тебя поблагодарю.
Спасибо, Пэтти.
В этом году у нас есть всё.
Престижные фильмы: «Серебряное озеро»,
«Алфабет-сити». Блокбастер «Кул-Эйд».
Еще «Черное крыло».
Эффект неожиданности всех порвет.
Стой. Зои Кравиц успеет на презентацию?
Она на съемках в Бухаресте.
Надеемся, успеет.
О боже. Это, блин, гарантирует нам успех.
В этом году мы рулим на «Синема-Коне».
Мэтт Беллони упоминал это в подкасте.
- Ого, хорошо. Отлично.
- Ух ты.
Сегодня оторвемся
а-ля «Страх и ненависть в Лас-Вегасе».
Смотрела?
- Нет.
- О боже.
Добавим его в список.
Не поверите,
сколько классики она упустила.
Если классика –
это твоя коллекция видеокассет, то да.
Она не видела «Манекен». «Летнюю школу».
Понимаешь? Ты должна
знать фильмы и основы,
если собираешься работать
с этими режиссерами.
- Работать?
- Запускаю первый фильм.
Боди-хоррор Корали Фаржа.
Так.
Скажу серьезно: вы знаете,
что «Континентал» значит для меня больше,
чем что-либо еще в мире.
Я часто обсуждаю это с психологом,
мама любит об этом говорить,
да и вы часто тоже.
Что ж, мы на пороге того,
что может стать нашим величайшим годом.
Правда? Величайшим?
Ну да. Величайшим.
- Так что за «Континентал».
- Да.
- Ужас.
- Отвратительно. Чтоб меня.
Гадость.
Боже. Вечеринка будет улетная.
Я получаю столько ответов.
- Обожаю этот настрой.
- Выпустим пар. Мы заслужили.
- Особенно в Вегасе.
- Чёрт.
- «Тусовщики». Я смотрела.
- Ура.
А еще у меня наичистейший кокаин.
В стиле Кита Ричардса. Обращайтесь.
Я купил шоколад с грибами
у цыпочки Джеммы. Она звездный дилер.
- Будешь употреблять?
- Да.
Ты даже травку не куришь.
Сколько всего раз ты пробовал грибы?
- Четыре.
- Ого.
- Ерунда.
- Это же легенда.
Трипануть на грибах в Вегасе –
вершина моих желаний.
Стой, что по дозировке?
Две восьмых, что...
Да, это 0,25. Четверть грамма в шоколадке.
- Микродоза.
- Да.
Положу их на большой поднос.
В стиле Голливуда старой школы,
мы же в Вегасе.
Вегас, детка.
- Давай.
- Скажи.
- Вегас, детка!
- Да!
Ты так крута, что даже не знаешь, Куинн!
Давайте. Активнее.
Да. Смотрите. Неплохо, да?
«ПОВЫШЕНИЕ»
«АЛФАБЕТ-СИТИ»
«ДАНУАПОКАЛИПСИС!»
- Джонни.
- Она потрясающая.
«КУЛ-ЭЙД: КИНО»
Зак.
«ЧЕРНОЕ КРЫЛО»
- Умора.
- О боже.
Пэтти.
- Давай.
- Мэтти.
- Глянь.
- Спасибо.
- Супер.
- Красота.
- Класс.
- Ого.
Чёрт.
- Охренеть.
- Боже.
Пожалуйте на мой замес.
- Чёрт, это невероятно.
- О боже. Что?
- С ума сойти.
- Блин, Майя.
- Чертовски круто. Да.
- Невероятно.
Да, мы начнем презентацию ровно в 07:30.
- Класс.
- Напоминаю: сначала выйдет Дэйви Франко.
Он представит трейлер «Алфабет-сити».
Потом лазеры, дым, сексуальный портал,
через который появится Зои К.
Она представит «Черное крыло».
Потом выходит Пэтти.
Она сделает анонс «Серебряного озера».
Потом камера на Столлера,
он расскажет про «Кул-Эйд».
Столлер передает микрофон Мэтту.
Мэтт – Гриффину.
А затем Гриффин представит
торжественное завершение.
Офигеть. Потрясающе.
Так, медленно! Падает!
Еще. Бум.
- Тихонько.
- Тайлер, в этом костюме мои яйца всмятку.
Прости. У автора этого наряда
причиндалов явно не было.
Так. Ладно. И с костюмом аккуратнее.
Шевелиться не надо, ясно?
- Столлер! Йоу. Как ты?
- Привет.
- Здорово.
- Я так рад, что ты вырвался.
Будет весело. Если нет планов на вечер,
приходи в мой номер.
На вечеринку
а-ля старомодный голливудский фуршет.
Я сыт. Но...
Но спасибо.
- Отдохну в номере.
- Да. Отлично.
Но вы не увлекайтесь.
- Будем.
- Да. Прости. Это сильнее нас.
- Рад встрече.
- Гриффин должен повторить слова.
- Видите его?
- Да.
Он сзади, выходить отказывается.
Это так бесит, я хочу лечь пораньше.
- Папочке нужен сон для красоты.
- Так. Мэтти, можешь его поторопить?
- Надо репетировать.
- Спасибо.
Так ли нужно, чтобы он выступал?
- Пэтти.
- Этот резкий голос.
И что за фаллический бивень на шее?
Где он его взял?
- Сувенир из особняка «Плейбой»?
- Пэтти.
Ты не любишь Гриффина,
но для презентации нам нужно единение.
- Да ну?
- Да.
Переживаешь за меня?
Не стоит. Я почти ему благодарна.
Правда. Я теперь продюсер.
Я получила «Золотой глобус». Ага.
Благодаря близорукому шовинисту
- я живу лучшей жизнью.
- Супер.
Ясно? Я не держу зла.
Я искренне за тебя рад.
- Честно. Супер. Класс.
- Ладно.
Так. Я за Гриффином.
Вы все молодцы. Супер.
- Спасибо. Мы всех порвем.
- Да!
- Как «Ангелы Чарли».
- Иди сюда, Пэтти.
М-р Милл. Здрасте.
Мы там репетируем.
Не хотите присоединиться?
У нас же есть телесуфлер.
Я могу просто прочитать слова.
- Да. Отлично. Вы...
- Ладно. Да.
Вы как? Всё хорошо?
Мэттью, ты знаешь, сколько мне лет?
Шестьдесят пять?
На это расчет.
Мне 82.
- Неужели?
- Да.
Обалдеть, ну и ну.
Выглядите потрясающе. Отлично.
- Что бы это ни было, класс.
- Да.
Я к тому, что я прожил долгую
и неплохую жизнь.
- Супер.
- И я до сих пор чувствую,
что еще многое смогу.
Я всё еще хочу работать.
Супер. Вы по каким-то причинам
думаете, что не можете?
Просто этот чертов козел
из хедж-фонда, Питер Блейк,
взял за задницу совет
директоров «Комуорлд».
И пытается реализовать продажу
киностудии «Континентал» «Амазону».
- «Амазону»?
- Да.
- Погодите, серьезно?
- Да.
- Они только выкупили MGM.
- Знаю.
Этим уродам этого мало?
Да. Они вампиры.
Постойте.
Если «Континентал» продают
«Амазону», это значит, мы все...
- Я вылетаю.
- Да.
Ты вылетаешь. И вся твоя команда.
Прославленной столетней истории
«Континентал» в мире кино пришел конец.
«Амазон» получит весь киноархив.
Они получат «МК-Ультра», «Кул-Эйд»!
«Черное крыло».
Они получат всё.
И та студия, которую мы знаем, погибнет.
Должен быть способ помешать этому.
У нас невероятная программа
на будущий год. Мы всех порвем.
Да. Так говорим мы,
но об этом должен узнать мир.
Или все рычаги будут у совета.
Презентация. Если она
пройдет так хорошо, как я думаю,
после «Синема-Кона» наша студия привлечет
больше внимания, чем остальной Голливуд.
Речь о миллиардах долларов
ожидаемого дохода.
Они не продадут нас, если нас ждет
лучший год за всю историю студии.
- Да.
- Да.
- Да. Ты что-то нащупал.
- Да.
- Произведем впечатление силы и роста...
- Да.
...и надолго отпугнем этих козлов.
Да. Мы отпугнем этих козлов.
- Отпугнем козлов!
- Да! Мы сможем. Идем репетировать.
- К чёрту репетицию. Надо позвонить.
- Звоните. Мы разберемся.
- Всё сделаем. Да!
- Мы сможем. Иди репетируй.
Мы справимся.
Мы разберемся.
- Да!
- Да!
Так!
Хочешь сказать, пещерного человека
заморозили без всякой логики?
Комедии 80-х такие укуренные,
что всё прокатывает?
Подвергнешь сомнению шедевральность
«Замороженного калифорнийца» –
- я тебя уволю.
- Нет.
Брендан Фрейзер просто блистает.
- Да.
- Но сцена с танцем в конце.
- Что?
- Лучшая часть фильма.
- Шутишь?
- Ты закусил грибками?
Съел квадратик. Прислушиваюсь к ощущениям.
- Может, позже съем еще.
- Я тоже съела.
И кетамином закинулась, чуть разбавила.
Класс.
Точно ничего, что я так обдолбалась?
Я этого требую.
Для чего я устроил наркофуршет?
Когда твое поколение еще не испортило
Голливуд, так проходили все вечеринки.
Классные люди обдалбывались в хлам.
Возвращаемся к истокам.
Ты всё твердишь это.
- Да.
- Мэтти!
Ты видел, что творится с Гриффином Миллом?
Он упивается коньяком с Дэвидом Франко.
Он пьет с актером.
- Я... Слушай... Серьезно?
- Коньяк!
Впервые такое вижу.
Отвратительно. И это говорит та, кто
нюхала дорожки с унитаза Кевина Спейси.
Что на него нашло?
Не знаю. Он просто... Он веселится.
Не знаю. Как-то мрачновато.
Странно слышать такое
от человека под кайфом,
но Гриффин в хлам, а у него
презентация через пару часов...
Да. Надо сказать Капитану Подштаннику,
что ему нужно срочно притормозить.
Это непрофессионально. Ни разу.
Ага.
Это не моя работа.
- Плохо.
- Это твоя работа.
- Ладно. Я сделаю это.
- Спасибо.
Эй, м-р Милл.
Может, вам притормозить...
- Мэттью.
- Скоро презентация.
Может, вам чуть сбавить обороты?
Сбавить обороты?
Или ты можешь не лезть не в свое дело.
- Эй, слушай.
- Да. Нет. Я...
- Срыгни мне в рот.
- Нет. Так, сэр.
Я думаю... Слушайте,
когда у меня на носу важное событие,
вместо тяжелых наркотиков и выпивки
я принимаю микродозы грибов.
Никакого похмелья. Они мягче.
Может, попробуете?
- Тут микродоза?
- Да.
- Микродоза. Микрочлен.
- О боже.
- Попробуешь?
- Нет, спасибо.
- Давай. Не будь задротом.
- Я в порядке. Да.
- Ну. Смотри, класс.
- Вы в порядке.
- Кажется.
- Смотри.
На!
- Чёрт. Блин.
- Ну.
- Остальные доем.
- Что это было, блин?
Он в норме.
В норме? Это норма такая?
Я думаю, мужчинам под 70
не стоит употреблять наркоту горстями.
- Нет. Тут жарко.
- Да.
- Под 70. Да.
- Бро, чёрт, что с тобой?
Что? Что не так... Ничего.
Я просто... Мне вдруг стало очень жарко.
- Ты не в порядке.
- Зачем ты это сделала?
- Не знаю.
- Я взмок.
Мне кажется... Может, грибы...
- Его вырвет.
- Меня не вырвет.
Грибы вштырили сильнее,
чем я ожидал. Надо на воздух.
Я давно их не принимал.
Меня сильно накрыло.
- О боже.
- Малыш словил жуткий трип?
Милый, мы все обдолбались. Тебе надо...
Просто расслабься, чувак.
Ты странный. Что-то скрываешь.
- Я вижу.
- Да нет. Ничего я не скрываю.
Вот! Я вижу по глазам!
- Что ты скрываешь?
- Ничего!
Не сдерживай рвоту. Тебе полегчает.
- Не сдерживайся. Выпусти всё.
- Ладно.
Не на ковер! Он бежевый.
Гриффин так обдолбался, потому что
«Континентал» хотят продать «Амазону».
- Стой. Прикалываешься?
- Бро, почему ты не сказал мне?
- Бро, бро!
- Прости.
Мне жаль, прости.
Я только одобрила чертов фильм,
а студию закрывают!
- Как так?
- Студию не закроют. Всё будет хорошо.
Потому что завтра на «Синема-Коне»
мы покажем лучшую презентацию.
Поэтому я молчал. Если презентация
пройдет без сучка, нас не продадут.
- Понимаете? Не смогут.
- Нет. С презентацией будет беда.
Наш гендиректор упоролся в хлам, чувак!
Послушай. Иди скажи Гриффину,
чтобы он поспал пару часов.
- Сходишь?
- Чёрт, смирись, мальчик-босс.
О боже. Прости меня. Вышло грубо,
но меня вштырило от микродозы.
- Да, это сильная микродоза.
- Разберись.
Ладно, я скажу ему.
Но про «Амазон» молчим, ладно?
- Ни слова.
- Только мы и Пэтти.
- Не говори Пэтти. Ее отпустило.
- Не буду...
Она на пике. Наконец оклемалась.
Не хочу расстроить ее этой новостью.
- Мы вырулим. Мы всё исправим.
- Да. Иди.
Сделаем.
Пойдем за ним? Да.
- За мной!
- Идем.
- Вперед.
- Да.
Но, Мэтт.
- Гриффин – на тебе.
- Да. Понял.
Я всё сделаю.
- Ты уверен?
- На 100%. Порядок. Сделаю.
- Вперед.
- Я смогу.
- Я не смогу.
- Ничего.
- Что делать?
- Я знаю.
Скажи всем, звонила охрана,
вечеринка окончена, по домам. Бум.
Закончить вечеринку?
Чувак, я не могу.
Я всю жизнь об этом мечтал.
Такой крутой вечеринки еще не было.
Вариант – прогнать Гриффина,
но ты этого не сделаешь, ты трус.
- Да. Ты прав.
- Ты сможешь.
А теперь иди. Мужик. Сильный.
Ладно.
Извините, народ.
У меня неприятное объявление, но...
Это Зои Кравиц.
Как круто.
- Зои! Ты вырвалась!
- Привет, Дэйв. Как дела?
- Привет.
- Привет.
- Как ты?
- Я супер!
А я устала после перелета.
Не спала, так что я ненадолго.
- Странная вечеринка с начальством?
- Нет. Тут весело.
- Идем, выпьешь.
- Не стоит.
Утром презентация, надо быть в форме. Но...
- Воды.
- А мне уже поздно.
Ночью гуляю, утром на презентацию.
Может, выиграю в казино.
В стиле «Иллюзии обмана».
О! Хочу танцевать.
- Зои! Ты тут. Привет.
- Привет, Мэтт. Да.
- Как ты? Порядок?
- Полный.
- Жду презентацию.
- Рад, что ты зашла.
Да. Ты как?
Порядок. Я... Я веселюсь.
- У нас полный бар.
- Вижу. Да.
Закуски. Старомодный голливудский фуршет,
если захочешь, понимаешь?
- Конечно.
- Да. Супер.
- Да. Перекушу.
- Класс.
Налетай на старомодный
голливудский фуршет.
- Старая школа. Конечно.
- Да.
Какого хрена?
Я не могу разогнать вечеринку.
Зои Кравиц пришла.
Она прилетела из Румынии. Веселиться.
Дай мне 10–15 минут потусить с ней.
Мы поболтаем, а потом я прикрою вечеринку.
Да, 10–15 минут. А то потеряем работу.
- Да.
- Эй.
Всё плохо, так что разберись, ладно?
Да. Я разберусь. Всё путем.
- Нюхнешь?
- Нет, спасибо.
Точно? Встретимся на рассвете?
Устроим себе...
Начос.
Он вел себя странно?
Прости.
- У нас планы на рассвет.
- Ясно. Хорошо.
- Ты решила отведать?
- Отведать?
Да. Шоколадки. Отведать шоколада.
Да.
- Я ем шоколад.
- Да. Круто.
Не ешь слишком много.
Что, прости? Я съем столько,
сколько захочу, ясно?
О да. Нет.
- Я тебя не ограничиваю.
- О чёрт.
Ты передумала.
Погнали! Движуха до презентации.
О чём ты?
О грибах.
Каких грибах?
Грибы в шоколадках.
Тут грибы?
Да. Это же старомодный
голливудский фуршет.
Поэтому я про него твердил.
Это значит, что в еде наркотики?
Да. Это... Что еще это может значить?
- Я без понятия что.
- Это и значит.
Старомодный голливудс... Так... Ничего.
- Там микродоза.
- Ни разу не микродоза!
В каждой две восьмых грамма.
Что? Нет. Две восьмых унции.
- Какие две восьмых грамма? Это ничто.
- О боже. Ясно, почему меня накрыло.
- Я съела дикое количество грибов или нет?
- Семь граммов в шоколадке.
Так. Звучит пугающе, но я съел одну...
Мне накрыло, но сейчас всё терпимо.
Я в норме. Ты будешь в норме.
- Я съела три.
- Что?
- Охренеть!
- Три? Это слишком... Боже! Перебор грибов.
- Ты съела 21 грамм грибов!
- Господи.
- Прости.
- О боже. Мэтт!
- Мне жаль.
- Да что с тобой такое?
- Пометил бы!
- Это старомодный голливудский...
Хватит это повторять!
- С нами Зои.
- Она случайно съела 21 грамм грибов.
Семь граммов в конфете!
- Типа я сама!
- Прости!
- Это всё ты!
- Извини.
- С ней всё будет пучком?
- Конечно. Почему нет... Я буду пучком?
- Не знаю. Возможно поражение мозга.
- Поражение? Так бывает?
- Бывает, я слышал!
- Не бывает.
- Нет! Я слышал!
- Не пугай ее!
- Не пугай!
- Я боюсь.
- Извини.
- Что делать?
- Вызвать рвоту? Поздно?
- Не знаю.
- Уже поздно.
- Попробую.
- Нет. Я попробую.
- Не надо.
Давай!
- Я не хочу.
- Не надо, прошу.
- О боже.
- Уведем ее.
- Подышишь.
- В номер.
Удачи, Зои! Ты справишься!
Седлай волну, детка!
Сколько они действуют?
- Часов 6–8.
- Сейчас сколько?
- Сейчас 03:30. Чёрт.
- Так. Ничего.
- Еще долго не отпустит.
- Ничего.
Сейчас 03:30, я чувствую себя нормально.
О, ух ты. Ого.
Отвратная картина.
- Эй, сосредоточься!
- Ладно.
Где твой номер? Отведем тебя.
- Мой номер... Мой номер там.
- Пошли.
- За казино.
- Ясно.
- В другой башне.
- Супер.
- Это так далеко. Комплекс огромный.
- Да.
Боже.
- Нет.
- Чёрт.
Ничего. Давай.
К чему такие площади? Это глупо.
Да. Тут свободный номер.
- Да.
- Сюда. Иди сюда.
- Побудешь там.
- Платье – огонь.
- Класс. Да. Сюда.
- Милое воспоминание.
- Эй. Нет. С этим всё.
- Сюда.
- Тут красиво. Мне нравится. Да.
- Да. Отлично.
- Он весь твой.
- Мини-бар, телик.
- Это сюда. Это мое.
- Полный набор.
- Это сюда. Так.
- Отлично.
- А я – сюда.
- Идеально.
- Мне нужно это. И...
- Всё готово. Порядок.
Слушай, прости, что так вышло, ладно?
- Ничего. Со мной всё будет хорошо.
- Да.
- Я очень зла...
- Ясно.
- ...но злиться не буду.
- Да.
Оседлаю волну.
- Супер.
- Поддамся.
- Да.
- Так лучше.
Грибы я уже пробовала.
- Не так много, но ладно.
- Ты первая.
- Да. Порядок.
- Вырулю.
- Сэл, я вырулю?
- Ты вырулишь.
- Оклемаешься.
- Да.
- Я оклемаюсь.
- Оклемаешься.
- Я справлюсь. Да.
- Да.
Ты оклемаешься.
Да.
Не оклемается.
- Твою дивизию! Меня кроет.
- Лица не чувствую.
Петра! Эй! Иди сюда.
Так, Зои Кравиц дремлет в этой спальне.
- Зои Кравиц?
- Да. Если она выйдет, напиши мне. И всё.
Ясно. О боже, а можно с ней сфоткаться?
Нет. Туда не ходи.
Просто напиши.
- Там мой телефон. Блин.
- Чёрт. Иди. Никого не пускай.
Эй, телефон заберу.
- Ура, ты вернулся!
- Да. Ага.
О боже, это было так круто!
Первый час был как... А потом
я стала маленькой девочкой,
заблудившейся в лесу на много часов.
Я не могла выйти,
но вдруг поняла, что лес внутри меня.
А затем до меня дошло, что я лес.
Я лес, мы лес, и я в порядке!
Мне классно.
Я готова к презентации. Пошли.
Прошло 30 секунд.
- Что?
- Да.
- Нет!
- Да.
- Вернусь через пару часов.
- Боже.
- Ты в норме.
- Не уходи.
- Ты тут. Ты в норме.
- Боже.
- Порядок. Да, выруливай.
- Чёрт!
- Ты что творишь?
- Она в норме.
- Что?
- Ничего.
- Боже...
- Порядок.
- Всё хорошо. Кажется.
- Да.
Никого не пускай, Петра.
Что задумали, старички?
Нет, серьезно, где Зои Кравиц?
У нее нервный срыв,
так как он напутал дозировку.
В шоколадке семь граммов грибов.
О боже!
Стой, меня поэтому так кроет, чёрт возьми?
Прости. Да.
- О боже, ты накачал меня наркотой!
- Зои съела три.
О боже. Ты совсем?
Чёрт, ты убить ее хочешь или что?
- Погрешность.
- Убийца!
Я бы их не выставил, если б знал.
- О боже!
- Господи.
Так, если... Это не должно помешать
ее выступлению на презентации.
- Да.
- На нее вся надежда!
- Математически невозможно!
- Она сможет.
Гриффин съел куда больше, 8–9.
Боже, ты ходячая катастрофа, Ремик.
- Мне жаль.
- Убила бы!
- Простите.
- Так, я спокойна.
- Ладно.
- Где Гриффин?
Всё еще на вечеринке?
- О, на вечеринке?
- Да. Так.
- Ловим Гриффина...
- Ладно.
...приводим его в чувство
и готовим к презентации.
Челу за 60 нельзя так укуриваться.
- Нет.
- За 80.
- Что?
- Гриффину 82 года.
- Не гони!
- Он мне сказал.
Его хватит инфаркт, и виноват будешь ты.
Не говори так.
- Убийца.
- Если его хватит инфаркт,
по моей ли вине? Может, совпадение.
Просто инфаркт.
- Надо его найти.
- Да.
- Гриффин. Гриффин Милл.
- Гриффин.
Ищете Гриффина Милла?
Да. Где он? Ты знаешь?
О, блин, он был тут.
Так, слушайте.
Он такой: «Достал этот шум!»
Набрал в ладонь сырного соуса
и засунул в рот голыми руками.
Не жуя. Это было мерзко.
Стойте. Слушайте.
Вам понравится.
Так, я такой... Я сам хотел взять немного.
Я собирался съесть немного... Я собирался.
А потом я такой: «Не-а».
- Где он?
- Да.
Ушел через парадную.
- Я без понятия куда.
- Супер! Спасибо. Идеально.
- Стойте.
- Что?
Я закажу доставку начос. Свежачок.
- Хотите чего?
- Нет! Эка важность!
- Поделишься.
- Оставлю тебе.
Эй! Мэтти. Я пошла
в дальнюю спальню позвонить,
а там Зои Кравиц ползает по ковру
и говорит с воображаемым малышом.
- В чём дело?
- Так. Она и Гриффин Милл случайно съели
слишком много гробов... грибов.
- Что?
- Их накрыло.
Почему ты не распустил вечеринку?
Хочу, чтобы меня считали клевым.
- Чёрт! Грибы – как зелье правды. Блин!
- Ты не клевый!
- Знаю!
- Не клевый.
- Где Гриффин?
- Знаешь что? Он... Исчез.
О боже. Вы не понимаете?
Если журналист
или кто-то не из «Континентал»
увидит Гриффина Милла
под грибным трипом, поднимется шумиха.
Над нами будут смеяться.
Станем посмешищем «Синема-Кона».
- Это и продажа «Амазону»...
- Тихо!
Слушай, Пэтти, ты тут одна трезвая.
Помоги нам найти его.
Ладно. Вперед!
- Спасибо.
- Супер. Спасибо.
- Гриффин.
- Гриффин.
Смотрите.
- Это сырный соус.
- Да ладно. Боже.
О чёрт, гляньте. Там еще.
Охренеть!
- Мы близко.
- Ладно.
На кнопке казино еще сыр.
- Мы его найдем.
- Надеюсь, это сыр.
Мы найдем его.
Ого. Тут светло.
Откуда эти люди? Столько народу в 03:00.
Он может быть где угодно. Буквально.
О боже. Ну и пространство.
- Гриффин!
- Нет.
- Нельзя говорить, что он пропал. Тише.
- Как тогда искать?
- Гриффин!
- Не кричать!
Гребеночкой. Прочесываем. Я сюда.
Майя, идем.
Протеин.
Извините.
- Гриффин. Где вы?
- Гриффин.
Чёрт! Боже.
Чертовы журналисты всюду.
Вон Мэтт Беллони. Блин!
- Так, разделимся.
- Нюхнем?
- Нет! Блин.
- Ищем его.
- Так быстрее.
- Иди. Умно. Давай.
Ладно. Гриффин! М-р Милл?
- Так нельзя.
- А?
Сэр, нельзя ставить омара. Только фишки.
Чёрт, что случилось с Лас-Вегасом?
- М-р Милл? Привет.
- А?
Давайте приведем вас в порядок?
- Зачем?
- Ну...
Родители знают, что ты в казино?
- Мне 20...
- Куинн!
Мэтт Беллони! Привет.
- Привет. Как дела?
- Привет.
Как мой любимый журналист
в сфере развлечений?
- Мой любимый перспективный управленец.
- Да. Не спится?
Уже почти утро. Я не буду ложиться.
Может, схожу в зал, чтобы взбодриться.
- Да.
- Посплю в самолете.
Да, это разумно и логично.
Слушайте, завтра увидимся,
обожаю ваш подкаст.
Ладно. Пока-пока.
- Удачи с презентацией.
- Да. Спасибо.
Нет, нет, нет.
Нет. Чёрт! Нет!
- Готов?
- Да.
- Идем. Давай.
- Идеально. Запостишь?
Джи-мен! Я везде вас ищу.
Как дела?
- О боже.
- Ты кто?
Сэл Саперстин, вице-президент.
- Встаем.
- О боже.
- Я тебя не знаю.
- Вот он.
- Привет.
- Куинн.
- Привет, проказник.
- Ее вы знаете.
Так, надо его увести.
- Ноги не слушаются.
- Да.
Напрягайте квадрицепсы.
Ну же. Господи.
О боже.
- Правой. Так. Хорошо.
- Я съел омара.
Омара?
- Его звали Стюарт. Да.
- Мне нравится. Обожаю это имя.
- Посади его.
- Вот так. Аккуратно.
- Боже.
- Ты марионетка?
- Нет.
- Вы нашли его! Охренеть! О боже.
Боже, он никакой.
Нет, он в порядке. Смотри.
Если старика хватит удар,
я не буду врать ради тебя копам.
И не надо! Я не нарушал закон!
- Ты устроил ему передоз!
- Нет! Он сам.
- Так, все сюда!
- Он сам!
Надо отменить завтрашнюю речь Гриффина.
- Какие звёзды.
- Он не может.
Скажем, что он отравился
или ногу подвернул.
- Что угодно. Он выбывает.
- Нет. Мы уже его объявили, ясно?
- О боже.
- Надо показать силу.
Если совет директоров учует,
что мы некрепко держим штурвал,
мы будем в заднице.
- Ясно?
- Он прав.
- Он выступит.
- Да.
- Куда он делся?
- Что...
Не знаю... Где он? Он исчез.
- Чёрт.
- Боже.
- Что там?
- Вон он!
О боже.
- Достанем его. За ним.
- Да.
Быстрее не могу, блин.
Дорогу!
В сторону!
- Дорогу! Чёрт.
- С дороги. Боже.
- Господи!
- Гриффин!
- Сюда.
- Не сходите!
Мы сейчас.
- О, дружище.
- Держитесь, Гриффин. Это Сэл.
- Привет.
- Сидите там.
Ого!
Боже!
Я в лодочке
Вот и всё, что она написала
Пощекочи мою мошонку
И мой член будет реять
Боже.
Я приплыл.
Здесь я сойду, м-р Гондолерио.
Спасибо.
Я заплачу вам в следующий раз.
Гриффин Милл. Я нашла тебя.
Пэтти Ли!
Та еще стерва.
О боже, не верится,
что я вижу тебя во плоти.
Минутку. Постой. Разве я тебя не уволил?
Да, уволил.
Я так и думал.
Эй, парень! Сто баксов,
если дашь телефон на две минуты.
Сто баксов? Конечно.
Вот. Спасибо.
- Алло?
- Это Мэтт Болонья?
- Беллони.
- Я так и сказал.
Так, а с кем я говорю?
Анонимный источник.
Загадочно. Мне нравится.
У вас эксклюзивная инфа?
О да. Приходите к Венецианскому
Лас-Вегасу, если знаете, что вам надо.
Простите, я ни слова не понял.
Приезжайте к Венецианскому
Лас-Вегасу, если нужна сенсация года.
Скоро буду.


Серия 10

РАНЕЕ В СЕРИАЛЕ...
Йоу! С вами Дэйв Франко.
Привет! Я слегка не в форме,
но постараюсь пересказать последнюю серию,
потому что много чего случилось.
Банда собралась в Вегас на «Синема-Кон».
Это такой большой слет,
где студии представляют
свои фильмы. И тут вдруг
Гриффин говорит Мэтту,
что чертов «Амазон» купит «Континентал»
и все они лишатся работы.
Но если они круто покажут презентацию,
то предотвратят продажу и сохранят работу.
Мэтт закатывает вечеринку,
где Зои Кравиц и банда
перебарщивают с грибами.
Особенно Гриффин,
который обдолбался так, что аж страшно.
Они должны привести
его в себя к презентации,
но теряют его в казино.
Если кто увидит его в таком состоянии,
особенно журналист в сфере развлечений,
Мэтт Беллони, им хана.
В итоге его находит Пэтти.
Но она не знает о продаже «Амазону»,
поэтому звонит Беллони
и зовет его посмотреть на Гриффина,
чтобы отомстить ему за то,
что он ее уволил.
Слушайте, я погнал в казино,
выиграю кучу денег,
я ведь кое-чему научился,
снимаясь в фильмах.
«ИЛЛЮЗИЯ ОБМАНА»
Так что наслаждайтесь серией!
Вегас, детка!
КИНОСТУДИЯ
«ПРЕЗЕНТАЦИЯ»
Сексуально.
- Смотри сюда. Поиграй на камеру.
- Ого.
- Надо же. Ты ничего.
- Привет.
- Пэтти, это Афродита. Афродита, Пэтти.
- Да.
Познакомьтесь. Замутим тройничок.
Можно. Тебе хочется?
- Прелюдия! Да!
- Не забудь про прелюдию.
Эй!
- Не видела Гриффина?
- Привет.
Боже!
Он ей лижет!
- Спустите его!
- Чёрт!
Нет! Оставьте там!
- Дева, ты чего?
- Пэтти, ты свихнулась?
Он нужен нам на презентации.
Не трогайте его! Беллони уже идет.
Беллони? Я только от него избавилась.
Зачем он здесь?
Что ты задумала?
- Вытаскивай его, блин!
- Помогите!
- Помоги!
- Не лезь в воду.
- Пэтти, зачем?
- Он нам не нужен.
Глянь. Он как моя племянница
на Коачелле, но он дьявол.
Уволил меня и разрушил мою жизнь.
Ты сказала, что счастлива.
Да. Но он же пытался разрушить мою жизнь.
Слушай, Пэтти.
Если Беллони это увидит, нам крышка.
Ты не понимаешь!
«Континентал» хотят продать «Амазону».
Продать «Континентал»?
Да.
- «Амазону»?
- Да!
- По типу MGM?
- Да!
Весь «Континентал» станет
ветвью технологической компании?
Да. Именно!
Поэтому я, Гриффин и все так нервничают.
Если презентация не пройдет
идеально и мы не выдадим
только лучшие прогнозы на следующий год,
я буду последним
главой студии в ее истории.
Я не знала. Я хотела...
- Мэтти, прости!
- Ничего.
Прости. Я люблю тебя сильнее,
чем могу ненавидеть Гриффина.
Вы слышали Мэтти! Вытаскивайте его!
Мы пытаемся!
- Он дышит?
- Типа.
Господи Иисусе.
Если мы переживем «Синема-Кон»,
никого не убив, это будет чертово чудо.
- Ведем его в номер, подготовим.
- Как?
Там куча людей, мечтающих о нашем провале.
Что делать? Тащить его, как труп?
Да! Как труп!
Как в «Уикенде у Берни».
Фильм ужасный, но мысль гениальная.
- Чтоб меня за ногу. Огонь!
- Да!
Стойте. Это же отличная идея.
Вы правда предлагаете
тащить его тушку через всё казино?
Время киношной магии.
- Да.
- Да!
Бро, быстрее.
Я иду максимально быстро.
Так, я в его номер. Возьму его сумку.
- Встретимся в люксе.
- Да.
Боже. Меня кроет. Что мы затеяли?
- Тусовщики!
- Дэйви!
Эй, как оно? Ты еще бодрячком?
- Еще бы, чел!
- Супер!
Я выиграл 50 штук в покер.
У этих чуваков. Они так разозлились.
- Круто. Супер.
- Вон они! Эти ребята!
- О нет.
- Грустные.
- Злые.
- Мне жаль.
- Пойду курну...
- Да.
Увидимся на презентации.
Не знаю, что за чел,
но он выглядит мертвым!
Чёрт!
- Идем.
- Он трогает мое ухо.
- Мэтт. Чертов Беллони.
- О боже. Помоги нам.
- О нет.
- Помоги нам, Пэтти.
- Привет.
- Эй.
- Привет!
- Пэтти, как ты?
Мэтт Беллони!
Доверенный правдоруб Голливуда.
Кстати, у тебя нет новостей для меня?
Никому не надо воткнуть нож в спину?
Ты злодей.
Нет, просто обычный, скучный «Синема-Кон».
Да.
Раз уж вы все тут...
До меня дошли слухи
о возможной продаже «Континентал».
- Ты правда в это веришь?
- Нет.
Другие студии распускают слухи,
отвлекают от предстоящего триумфа Мэтта.
- Да, Мэтти?
- Впереди важный год.
- Это мой дядя Роналдо Саперстин.
- Да.
У него три театра на Лонг-Айленде.
Он проиграл в крэпс и надрался.
- Да.
- Я понимаю, Роналдо.
Сам всё спустил в блэкджек.
- Да.
- Беллони лучший.
- Увидимся на... Позже! В зале.
- Удачи с презентацией.
Жду выступления Гриффина Милла.
- Он всех порвет!
- Да, пока.
Что такое? Он ужасно выглядит.
Да ладно, неужели?
Как дела у Зои Кравиц?
С ней гримеры,
но она еще под кайфом и чудит.
Класс. Пока займемся им.
- Сэр, может, водички?
- Эй, привет.
- Кофе? Еще чего-то?
- Я тут... Я просто...
- Я его не понимаю.
- Он же в хлам.
Открой дверь ванной. Помоем его.
Переоденем. Ему скоро на сцену.
- Он воняет.
- Боже всемогущий. Так.
- Сюда.
- Пытаюсь.
- Вот так.
- Да.
Супер. Быстрее. Сполосни его.
Бери... Раздень его.
- Пытаюсь.
- Раздень.
- Его сумка. Вот.
- Супер.
Йоу! Сэл, его вещи.
Чистая водолазка?
- Да... Тут...
- Да. Есть.
- Чертов... Что это?
- Что?
- Манишка.
- Похоже на лифчик.
- Так. Что еще нужно?
- Чистое белье.
Спорный вопрос.
- Зачем понюхала?
- На автомате.
- Сэл, ты там в порядке?
- Нет, Пэтти.
Запихиваю в плавки член моего босса,
а он не лезет, потому что огромный.
- Ну конечно.
- Я так и знал.
По походке видно.
- Порядок. Идем.
- Да.
- Вот он.
- И раз, два, три.
Аплодисменты.
- Ого. Надо же.
- Красота.
- Ноги не держат.
- Давай на диван.
- На диван.
- Прикрой его соски.
Это бандаж?
Отлично выглядите. Супер. Большой мальчик.
Какая походка.
- На диван.
- Вот так.
- Теперь брюки. Брюки.
- Вот!
Да. Ладно. Прячем соски. Хорошо.
Ребята, у вас всё под контролем.
- Мы проверим Зои Кравиц.
- Мэтти, положи конец этому безумию.
- Я не могу.
- Ему нельзя на сцену.
Поздно. Мы его объявили.
Слабость недопустима. Нет!
Мы удвоим усилия.
Не хочу открывать.
Нет. Смотри, тут... Мэтт, тут высоко?
- Что происходит?
- Она не хочет спускаться.
- Говорит, слишком высоко.
- Так далеко. Они не показывают.
Ну, не знаю, Зои. Не так и высоко!
Можешь показать?
- Безумие.
- Ради бога.
Зои, дорогая.
- ЗоЗо, видишь туфлю?
- Да, ух ты. Да.
Тумбочка высотой всего в четыре туфли.
Четыре туфли высотой?
О чём ты вообще?
Так. Ребята, у вас всё под контролем.
Я вас оставлю.
Дайте знать, как разберетесь.
Майя. Что такое?
Ты такой горячий.
Бросьте!
Я думал, вы с этим завязали.
- Мы ничего не...
- Извращенец.
С тумбочки слезла, но залезла
под кровать. Но они ее накрасят.
Отлично. Фантастика. Идеально. Пойдет.
Брюки мы надели, но он отрубился.
- Это плохо.
- О боже.
- Смоем вонь. Губки...
- Вот блин.
О чёрт. Надо его как-то взбодрить.
Кокаин в ноздрю.
- Поможет?
- В «Экипаже» сработало.
Дензел Вашингтон закинулся кокаином
и дал показания перед ФАА!
Тащим его сразу на презентацию?
- Прокатит!
- Да!
Что угодно. Только не убейте его.
Во-первых, прикройте сосок,
я уже насмотрелась.
Рот закрыть, а то сдует.
- Готовы? Раз, два...
- В топку!
Всё внутрь.
- Всё туда.
- Да.
Мэттью.
- Да!
- Презентация?
Как прошло?
Ее еще не было,
но она скоро начнется, сэр!
За дело!
- О да!
- На всех парах, сэр.
Эй, смотрите!
Представляю вам наемницу ЦРУ,
убийцу вампиров, королеву ночи...
- Королева.
- ...агента Черное крыло.
Ура! Королева!
Я Черное крыло.
Да.
Я Черное крыло?
- Да.
- Тогда где Зои?
Ты также и Зои.
Где Зои?
Активнее!
Презентация начнется через...
Какого хрена тут творится?
Где Зои?
О нет.
Так, Зои.
- Хочешь водички?
- «Хочешь водички?»
- Я спрашиваю.
- «Я спрашиваю».
- Чего все под кайфом?
- «Чего все под кайфом?»
- Дай ей воды.
- Мы сможем, чёрт возьми.
- Слишком тихо. Вруби вступление.
- Музыку.
Вот и Ник Столлер.
Привет. Я подправил речь для презентации
«Кул-Эйд». Хотел... Гриффин в норме?
Да. Смотри. У него всё супер.
Вы в порядке, ребята?
- Пищевое отравление.
- Порядок.
Столлер, иди подожди у сцены,
я позову, когда придет время. Да?
Думаю, я пока воздержусь
от участия в презентации.
Так, слушай сюда, чёрт возьми.
Если уйдешь, клянусь своими яйцами:
«Кул-Эйд-2» будет ставить чертов Шон Леви.
Прости. Дай знак, когда выходить.
- Молодец.
- Класс.
Так. Где Дэйви Франко?
- Сейчас его выход!
- Дэйви?
- Как вы?
- Чёрт. Ты в порядке?
- Нет.
- Блин. Что стряслось?
Те мужики, у которых я выиграл,
меня поколотили.
Почему?
Они думали, я мухлевал с помощью магии.
- Ты мухлевал?
- О да!
Господи.
Что нам теперь делать?
Что? Я разберусь. Музыку.
Я не продюсер «Алфабет-сити»,
но, как человек, скажу: надо завязывать.
Милый, тебе надо в больницу.
Мы разберемся.
- У него кровь на виске.
- Я разберусь. Дайте музыку.
- Музыку! Выбора нет.
- Ладно. Чтоб меня.
Врубай уже. Надо идти. Держишься?
- Норм.
- Сможешь? Ладно.
Покажи, на что способен.
Я Джимми де Фелиппе.
Да, мне здорово досталось.
Но всё под контролем.
Стреляйте в меня, режьте ножом,
бейте до полусмерти.
«АЛФАБЕТ-СИТИ»
Но я возвращаюсь,
потому что у меня есть дела.
Я заправляю рэкетом в Нью-Йорке.
Не во всём городе. Другие семьи
контролируют свою территорию.
Мы с командой
следим за той частью города,
где вам лучше следить за языком.
Под нами Алфабет-сити!
Охренеть. Чувак,
ты сделал это! Потрясающе!
- Как ты это сделал?
- Скорую.
Господи Иисусе. Боже правый.
- Возьмите его.
- Тайлер, помоги ему.
- Помоги.
- Я не слуга.
- Зои.
- Селезенка!
- Выход через минуту.
- «Через минуту».
- Зои.
- «Через минуту».
- Удачи, милая.
- «Удачи, милая».
Зои, пресса бушует. Это будет круто.
Выходишь, 20 секунд читаешь
телесуфлер, и мы свободны.
Обойдемся без этого, это неважно.
- Это важно.
- Да.
Нет. Ничего... Это неважно. Мы сосиски.
Нет, ничего. Ерунда. Мы сосиски.
- Зои, ты как?
- Сосиски. «Ты как?»
- Ты чего?
- «Ты чего?»
- Что тут творится?
- «Что творится?»
- Боже.
- Она в норме.
- У нее происходит смерть эго.
- Что, блин?
- Что с моей клиенткой?
- Так.
- Прозвучит пугающе...
- «Пугающе».
- Случайный передоз.
- «Передоз».
- Чем?
- Старомодный голливудский фуршет.
- Точно. Да.
- А он бывает? Нет.
- Бывает.
- Это просто грибы.
- Она их уже ела. Но не так много.
- «Грибы».
- Это последняя капля!
- Капля!
Она не выйдет туда под кайфом.
- Пора включать «Черное крыло». Сейчас.
- Сначала «Серебряное озеро».
- Ладно.
- Пэтти.
Можешь выйти
и потянуть время? Импровизируй.
- Я работаю только с телесуфлером.
- Так. Просто выйди туда
и чуть потяни время. Прошу, помоги мне.
- Помоги.
- Помоги ему.
- Да.
- Отлично, спасибо.
- Давай, крутая телка!
- Да.
- Ты хорошо ориентируешься.
- Ну!
- Жги.
- Импровизируй.
Ты сможешь.
Спасибо, Пэтти.
Привет, «Синема-Кон».
Меня зовут Пэтти Ли,
и я ярая любительница кино!
Да.
Неважно, сколько фильмов вы видели,
первый не забудется никогда, да?
О нет. Я помню свой. Мой первый фильм был...
Я знаю, что он... Благодаря ему
мне захотелось создавать фильмы.
Мне было лет семь или восемь,
и у мамы был очередной
депрессивный эпизод.
Ого. Плакать она умела.
Отец схватил нас с братиком и сказал:
«Валим отсюда».
И уже через час мы сидели
в этом волшебном здании,
смотрели на это гигантское красивое лицо...
Вы знаете, о ком я. Ее первый фильм.
- Мэри Пикфорд.
- Что? Мэри Пикфорд?
Это сколько мне, получается? Я просто...
- Прошу...
- Расклад такой.
Ты одна из величайших звезд на планете.
Тебя зовут Зои Кравиц. Ты выйдешь
на сцену и прочитаешь телесуфлер
с грацией и яростью чертовой львицы!
Ты Зои Кравиц!
- Нужно еще время.
- Пора!
- Всего секунду!
- Не уверена, что фильм был детским.
Алкоголь там тек рекой.
Так, ладно.
Народ, надо... Она не сможет.
Я не могу на это смотреть.
Надо спешить. Надо... Ладно.
Включи телесуфлер на «Серебряное озеро».
- Ладно. Просто...
- Да.
А вот и чертов телесуфлер.
Наконец-то. Спасибо. Поехали.
Вот это надежно.
Лос-Анджелес, 1968 год.
Страна меняется, но недостаточно быстро.
Двух женщин влечет друг к другу,
но общество стремится разлучить их.
С гордостью представляю вашему вниманию
элегантное «Серебряное озеро» Сары Полли.
Ремик. Ли Ремик!
«Дни вина и...» Спасибо.
- Молодец, Пэтти.
- Дальше. Поехали.
Пускаем трейлер «Черное крыло».
Пускайте что хотите.
Я веду клиентку в ее номер.
- Точка.
- Нет. Я сказал Зои,
она не должна делать то, чего не хочет,
и она с радостью выступит.
- Да. Соберись.
- Манипулятор.
- Где Зои?
- Она в норме. Она где-то тут.
- Где она? Куда она делась?
- Всё хорошо. Зои? Зои!
- Зои?
- Охренеть.
Ночью она охотится на вампиров.
Безжалостная убийца, жаждущая правосудия,
самое секретное смертельное оружие ЦРУ.
Убийца, действующая во тьме,
чтобы пламя свободы не погасло.
Правители царства мертвых боятся лишь
королеву ночи...
Черное крыло!
Я Зои Кравиц.
И я с радостью перенесу
культовую роль героини Черное крыло
со страниц бестселлеров в ваши кинотеатры!
Я знаю, как всем вам
нравится «Черное крыло»,
но впереди гвоздь программы.
О главном блокбастере
«Континентал» 2026 года вам расскажет
режиссер-постановщик
фильма «Кул-Эйд», Ник Столлер!
«КУЛ-ЭЙД: КИНО»
Всем привет.
Я режиссер-сценарист Ник Столлер...
Спасибо вам.
- Писаю.
- Что?
- Кошмар.
- О нет.
Ладно. Вы разберетесь.
- Давай.
- Супер.
М-р Милл, мы на финишной прямой.
Вам надо лишь выйти на сцену,
прочитать телесуфлер,
- и дело в шляпе.
- Я готов, Мэттью!
- Супер!
- Да!
- Проклятье!
- О нет, чёрт!
Ноги не слушаются!
Прости, Мэттью.
Может, еще кокаина?
- Может помочь.
- Нет!
Просто выкатим его.
Это вызовет кучу вопросов. Ответов нет.
Я знаю, что делать с Гриффином.
Иди на сцену. Я прикрою.
- Выходи.
- Давай.
Ну. Мы прикроем.
- Мы в тебя верим. Иди!
- Да, мы все в тебя верим.
Ты сможешь.
Ты чернокожая еврейская королева.
Ты Зои Кравиц.
- Так. Боже.
- Фу.
Мэтти, я тебе говорила,
каким чудесным главой студии ты стал?
- Нет.
- Ну вот, сказала.
- Сделай их.
- Спасибо.
- Спасибо.
- ...единственной надеждой и покажет,
что она может пробивать
не только стены, но и потолки!
Молодец.
Это был Ник Столлер!
Как вы уже заметили,
у киностудии «Континентал»
одна из лучших программ за весь год.
Помимо престижных фильмов,
нашей новейшей экшен-франшизы
и летнего семейного блокбастера,
в этом году мы представляем
картины абсолютно на любой вкус.
Я знаю, что мы...
по сути, мы здесь воздаем дань фильмам,
но правда в том, что нет фильмов
без людей, их создающих.
И поэтому я...
Я хочу воспользоваться моментом
и рассказать о моих друзьях.
Ребята, выходите сюда.
Куинн, Пэтти, Майя, Сэл, Тайлер, Петра.
Все вы. Выходите сюда, ребята.
Идите.
Поприветствуем их.
Они лучшие.
Честно. Раньше я думал, что эта студия –
самое важное во всей моей жизни.
Но это вы – самое важное в моей жизни.
Все вы. Ясно? И я люблю вас.
Люблю вас всех. Спасибо.
- Спасибо за всё.
- Не за что.
Да? Спасибо.
- Ладно.
- Ух ты.
Спасибо, Пэтти. Спасибо за всё.
Тайлер, ты молодец. Мужик.
Я мало тебя хвалю, Петра. Ты супер.
Хорошо.
На этой ноте вместе поприветствуем
гендиректора «Комуорлд»
и нашего бесстрашного лидера,
Гриффина Милла!
Наверху.
- Обалдеть!
- О боже!
Чёрт!
О чёрт! Блин.
Пэтти.
Ты права. Прости. Это ужасно.
О!
Гриффин Милл, народ!
Каков актер, да?
ГРИФФИН: КИНО ОБЪЕДИНЯЕТ НАС ВСЕХ...
Кино...
Кино...
Это...
Кино...
Кино!
Кино!
Кино!
Кино!
Кино! Кино! Кино! Кино! Кино!
Кино! Кино...
Кино! Кино...
Кино! Кино! Кино!
Да!