Не покидай меня, Любовь (2014 год). Цитаты и фразы из фильма

Любе 35 лет, и 15 из них она прожила одиноко, одна поднимала сына Степана. В деревне Любу уважают и любят и часто приходят к ней за помощью, советом – Люба работает секретарем сельсовета. Привычный жизненный уклад Любы нарушает возвращение ее давнего ухажера – Виктора. Он прибывает в село в качестве нового участкового и тут же начинает ухлёстывать за Любой. С этого момента личная жизнь матери-одиночки становится достоянием всей деревни. Масла в огонь добавляет неожиданное возвращение из-за границы Николая – человека, от которого Люба родила сына и которого любит всю жизнь. События стремительно начинают набирать оборот после того, как Николай случайно знакомится с сыном Любы - Степаном. Взрослый мужчина и мальчик начинают общаться, не зная, что они – отец и сын. Что же случилось в жизни Любы 15 лет назад, что развело ее с Николаем и обрекло на долгое одиночество?

Все фразы и цитаты

 НЕ ПОКИДАЙ МЕНЯ, ЛЮБОВЬ
- О, под горяченькое!
- Оп!
- Значит так, Любу мы знаем все давно.
Как говорится,
выросла на наших глазах.
Была вот такой, а стала - вот:
красавица, умница,
хозяйка и человек прекрасный.
Что кому надо - сразу к Любе.
Мы без нее никуда. А главное,
второй человек в нашей деревне
после председателя -
секретарь сельского совета.
- Вообще-то, управляющая делами.
- Ты не встревай, Галя.
Секретарь - по-нашенски.
- А я говорю вам,
как правильно по документам.
- А я хочу сказать,
что Любаша - замечательная мама,
а это самое главное.
За тебя и за Степку твоего.
- Спасибо, сестренка. Будем здоровы.
- Любка, ты герой!
Одна такого сына подняла!
Отец бы не смог, а!
- Хозяйка!
Люба: - Спасибо, дядя Петя.
- Дядя Петя, потише. - Хозяйка!
Женский голос: - Ого!
- О, вспомни черта - он явится.
- Здрасте-здрасте.
- Ну, Любонька, здравствуй.
Вот, пришел поздравить тебя,
так сказать, с днем рождения.
- Да я вроде тебя не звала.
- А меня звать не надо: я власть -
сама прихожу, когда хочу.
Ну, я, вообще-то, по службе.
- По какой еще службе?
- По поводу сыночка твоего беспокоюсь.
Возраст у него сама знаешь какой:
один шаг - и мальчик окажется
не в той компании. Правильно ведь?
- Подожди.
- Что?
- Забери, пойдем выйдем. Я сейчас.
- Ну, пойдем.
- Ишь ты, "я власть". Пятнадцать лет
носа не совал в деревню,
а сейчас явился не запылился.
- Видать, с Любкой мириться пришел.
Первую любовь, наверное, вспомнил.
- А чего ж пятнадцать лет не мирился?
Девушка в положении,
а он в город умотал! Гад этот Витька!
- А я слышала, что поперли его с того
города - какие-то полномочия превысил.
Сейчас у нас участковым будет.
- Да, прощай, наша спокойная жизнь.
- Неизвестно.
- Свои права качать будет.
- Давайте лучше за Любку. - Давайте!
- Действительно - за Любку!
- Ну и о чем ты поговорить хотел?
В какой компании Степка?
- Да пока еще ни в какой,
но тут Пашка недавно откинулся,
новую банду себе сколачивает.
Смотри, увижу Степку рядом с ним -
не посмотрю, что сын, закрою.
- Ты Степку оставь в покое,
чтоб я тебя с ним рядом не видела.
- Ты бы лучше спасибо сказала.
За ребенка же беспокоюсь.
- Зря беспокоишься.
И пугать меня не надо. Понял?
- Я-то понял.
Просто возраст у него сложный.
Отец пацану нужен.
- Ты, что ли, на его место метишь?
- Ну, а чем я плох? А?
- Любушка, тут Галя тост
сказать хочет. Ты скоро?
- Да, я хочу.
- В общем, Витя, я тебе все сказала.
- Ну-ну, иди-иди. Ха.
Все равно моей будешь.
- Ну что, Иван Денисович, готово?
- Сейчас, секундочку.
- Давай-давай.
- Так.
Вроде все.
- Давай!
Все, Степка, на сегодня хорош!
Хорошо поработали!
- Ну точно починили. Как новый.
- Держи, заработал.
- Спасибо.
- На что потратишь?
- Мамке подарок куплю.
- Молодец! Гляди не пропей только.
- Не пью. - Да я знаю.
- И чего этот Витька только приходил?
Проблем не было.
А теперь поползут слухи по деревне.
Поползут, поползут!
Вот поэтому я в Москву и уехала.
Ничего, что я там одна,
что мне одиноко.
Зато никто не лезет
в мою личную жизнь.
Не то что здесь: деревня-матушка!
- Да не боюсь я этих слухов, Катюшка.
Я только за Степку переживаю.
Ведь рано или поздно
он спросит меня, кто его отец.
И что я ему тогда скажу?
- А чего ты тянешь?
Вот чего ты тянешь?
Давно нужно было Степке
все рассказать -
пусть он лучше от матери узнает,
что Витька его отец.
- А Витька ему не отец.
- Чего? А кто тогда?
Это дачник, что ли, тот?
А как его звали?
Николай?
- Николай.
- Ух!
- Коля, дверь-то открой!
- Ага. Давай.
- Ой...
- Ой, слава богу, мы дома.
- Да уж. Здравствуй, матушка Россия.
Я не понимаю, почему мы не могли
остаться в Испании?
- Мы же с тобой договорились,
ведь правда?
- Что? - У меня кончился контракт.
- У всех других тоже кончился.
Знаешь, они как-то подсуетились.
Только ты ничего не можешь,
ты ничего не можешь вообще!
- Алла, ну хватит уже, а?
Водитель: - Хозяин, куда складывать?
- Сюда. - Дай сюда мои сапоги.
- Ой, Николай Алексеевич, здрасте!
Вернулись, значит?
- Здравствуйте. - Вернулись, да.
- Молодцы, молодцы.
- Ты вообще спросил меня, хочу ли я
в Москву? Спросил, хочу ли в Москву?
Я не хочу в Москву, я хочу обратно
в Испанию, где солнце светит,
где рож вот этих нет.
- Вот, возьмите сдачу.
И моя визитка на всякий случай.
Последние цифры - шесть, восемь.
- Раз, два, три, четыре...
Пять, шесть. Ага, это все.
- Чего ты его отпустил-то вообще?
Как мы все это потащим наверх, как?
- Слушай, иди в квартиру, открой.
- Как мы это потащим, как?
- Открой, я донесу сам.
- Чего ты ковер сюда поставил?
У тебя мозг есть вообще?
- Любушка, давай реально смотреть
на вещи - чай, не девочка уже.
Тебе нужен мужик, Степке нужен отец.
А Виктор - он сейчас рядом будет.
- Да какой Виктор, Катя?
Я же его не люблю.
- Люба, а зачем любовь?
Да ты со своей лебединой верностью
в могилу себя загонишь.
Пятнадцать лет прошло.
Ну, как знаешь.
- Да, Катя, как знаю.
- Ты обо мне подумал?
- Слушай, я и так всю жизнь
о тебе думаю и делаю так,
как ты хочешь.
Может, наконец, пришло время
сделать так, как я хочу?
- О, это что-то новенькое.
И как же ты, интересно, хочешь? Как?
- Я хочу жить, как все нормальные
люди. Хочу иметь детей, семью,
хочу жить в своем доме,
а не в съемных квартирах.
- Прекрасно. Старая песня:
"семью", "детей"...
Знаешь что? Если хочешь семью, детей -
женился бы на этой деревенской телке.
Как ее там - Надя, Катя? Или как ее?
Она бы тебе нарожала кучу детей
и борщи бы тебе варила целыми днями.
- Я понял.
- Наконец-то ты понял, что я тебе
не нянька, не домработница
и не уборщица, и не хочу выглядеть
в 40 лет как столетняя старуха.
Ясно тебе?
- Ты и так выглядишь
как столетняя старуха,
особенно когда злишься.
- Так ты будешь звонить или нет?
- Не буду.
- Отлично. Значит так, либо
мы возвращаемся обратно в Испанию,
либо я от тебя ухожу, понял?
- Алла, хватит заводиться
на ровном месте. Я сейчас съезжу
к отцу, приеду, и потом поговорим.
- Что, ты хочешь еще к отцу поехать?
- Все.
- Ты вообще соображаешь? Хочешь
оставить меня одну в этой дыре?
Я не могу, здесь душно и пыльно!
- Все!
- Ты!.. Ты чего, Коля?
Ты соображаешь вообще, а, Коля?
Ну ладно. Ладно.
Так, хорошо.
Ладно.
Не хочешь по-хорошему...
Алло? Послушайте, вы только что
подвозили нас из аэропорта.
Мне нужна ваша помощь.
(Грохот.)
- Ой.
Степка, как ты меня напугал, а!
Ты чего крадешься, как вор?
- Чего крадусь? Думал, спите.
- Тетя Катя спит, а я тебя жду.
Ты где шарахался-то до полуночи?
- Чего шарахался? Вон, трактор чинили.
- А что, предупредить
нельзя было, что ли?
- Ну чего - предупредить?
Не маленький уже.
- Ладно, иди, я тебе на кухне накрыла.
Руки не забудь помыть!
- Ага.
- Это тот самый собор?
- Да, из Испании.
- Слушай, вы уже
навсегда вернулись, да?
Слушай, это ж сколько времени
уже прошло, а вы уже вернулись!
Как там Алла? - Папа, как всегда.
- Что, поссорились, что ли?
Эх, говорил я тебе -
надо было детей заводить.
Как только поженились,
так сразу и детей.
- Папа, жениться на ней не надо было.
Не надо было вас с мамой
слушать тогда.
- Сынок, мы же думали,
что так будет лучше, ну...
Алла девушка хорошая,
мы считали с матерью, достойная,
с хорошим вкусом. - Угу.
- Ну давай.
А ты связался с этой, деревенской.
Как ее? Ле...
- Мне-то налей. Люба ее звали, папа.
- Ну, Люба. У тебя же вся жизнь
была впереди. Стажировка
впереди за границей, а ты с этой...
- Любой!
- Ну, Любой!
Сынок, ты что, серьезно?
Не забыл ее до сих пор?
- Папа.
Столько времени прошло.
И вообще, какая разница?
- Ну давай.
- Ха! Ой...
Жуть.
Сфера обслуживания?
Может, кофейку?
- Я... Мужик...
- Боже мой, а!
- Мужик, прости, так получилось.
- Да ладно.
- Меня просто попросили помочь.
- Да ничего, я понимаю.
Желание клиента - закон.
Да...
Моя мама считала тебя
порядочной девушкой.
- Да. Она, видимо, ошиблась.
Я тебе говорила - надо развестись.
Потому что жить с тобой
просто невозможно.
Столько лет на тебя потратила,
думала, ты хоть послом станешь -
а ты... Ты ведь ничего,
ничего не можешь! Ты как полено,
которое плывет, куда тебя послали!
Давай! Давай-давай, быстрей давай!
Давай-давай, вали отсюда.
Ненавижу тебя.
- Хороша рыбка. Хороша!
- Тпру!
Это ж надо: нашу Любку
в преступницы записали,
ежели за ней денно и нощно
полиция наблюдает. А?
- Слышь, дед, иди куда шел.
- Смотри глаза не сломай. А то
преступников на ощупь ловить будешь.
- Слышь, старый, я тебя
и без глаз поймаю, понял?
- Ну иди поймай. Лови-лови!
Ха! Малахольный.
- Хрен старый!
- Сам хрен.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Здравствуйте.
- Здрасте. Здрасте, ребята.
Здрасте, баба Люба.
- Здрасте!
Какая же у нас Любка молодец!
На работу раньше приходит,
уходит позже, все для людей делает.
- А чего бы ей не делать?
Мужика-то нету, дома никто не ждет.
- Чего нету?
- Мужика ей надо.
- А! Тебе в ЖКХ надо!
Ну иди, а я посижу.
- Да ну тебя, глухая тетеря.
- Пасуй!
Здорово, Пашка!
- Здоровее видали. Чего хотел?
- Да вот, Степан.
Я тебе про него говорил.
- Маменькин сынок?
- Да нормальный пацан, вместе учимся.
- Посмотрим, какой нормальный.
Проставиться надо - деньги есть?
- Есть. Сейчас.
- На два пузыря хватит.
- Вот и ладненько.
Сейчас затаримся и на хату пойдем.
Мы тут одно местечко присмотрели.
Сгоняй.
- Мне там не продадут.
Там тетя Галя работает.
- Вот малолетки!
- Да ладно, я сбегаю.
- Степан? Давно не виделись.
А что это мы здесь делаем?
- Я тут жвачки покупал.
- А! Жвачку! Угу!
Галя: - А больше ты ничего не хочешь?
Я тебе сейчас покажу "тетю Галю"!
- Тетя Галя...
- Я тебе сейчас покажу! Иди отсюда!
- Я жвачки хотел купить.
- Знаю я твои жвачки! Засунь
свой паспорт куда подальше себе!
Молоко на губах не обсохло -
им уже пиво с утреца подавай!
Катя, ну ты такое видела?
- А если бы я матери сказала?
Вот она тебе даст пиво с воблой!
- Я даже в магазин не заходил!
- Молчи уже!
- Все в порядке? Случилось что?
- Здрасте, представитель власти!
Низкий вам поклон!
- О!
- Нам менты - не кенты.
Короче, валим отсюда.
Пиво по дороге в ларьке возьмем.
Пошли.
- Это что это, Любкин Степка
бедокурит?
- Нет, с чего ты взял?
- Витек, у Любки-то мальчишка
хороший вышел, одно загляденье.
- А что это ты мне
его нахваливаешь, бабка?
- Да ничего, думала,
тебе интересно знать.
- То, что мне интересно знать,
я спрашиваю сам и на допросах.
- Ишь ты, ишь ты, какие мы строгие!
Как же, спросит он про сына.
Тоже мне, отец.
- Да, поползут слухи по деревне.
Бедная Любка.
- А чего это она бедная?
Мужик и видный, и не запойный,
и при должности!
Приклеился к Любке,
как будто других баб прямо нет.
- Ну, это у него еще со школы.
- Ой, Катя, я уже перед ним
и так, и сяк, и то ему, и се,
а он прямо ни туда и ни сюда.
- Галя!
- А что сразу Галя? Галя...
Если не я, так другие найдутся
посмотреть, что у него там в кобуре.
Женщина: - Галя, ну где ты там?
- Да иду я уже! Раскудахтались!
- Иди уже! - Господи...
Женщина: - О, пришла.
- Посторонись!
- Екарный бабай! Куда летишь, шумахер?
Будешь так носиться -
лисапед конфискую!
- А я думаю, где это собаки лают?
А это наш участковый
молодежь воспитывает. Ха-ха-ха!
- Дед, а я смотрю, ты сам борзый,
как собака.
Вот так и норовишь за задницу укусить.
- Сидел бы ты у себя в городе
и не ехал сюда людям жизнь портить.
Она столько лет без тебя жила
и горя не знала. Индюк надутый.
- Дедуля, ты за помелом своим следи.
Иди, пока не загремел
за оскорбление офицера полиции.
- На, арестовывай, арестовывай!
А я возьму и умру в камере специально!
Затаскают тебя по следствиям, Витек.
- Дедуля, твое счастье,
что я при исполнении.
Давай иди и наслаждайся жизнью.
- Клоун ты, Витек.
- Так, спокойно, тетя Зина.
Я здесь власть.
- Анатолий Николаевич.
- Спасибо.
- Проходим, проходим!
- Чем обязана?
- Да вот, решил заехать с проверкой.
- С какой?
- Проверить, как ты тут без меня.
- Слушай, Витя, мне некогда
с тобой шутки шутить.
Если хочешь что-то сказать - говори,
а нет...
- Любаня! Любаня, добрый день!
Я на минутку.
Вот это тебе от Рябы моей гостинец.
Спасибо, дали мне материальную помощь!
- Не придумывайте, тетя Зина,
не надо, правда.
- Ты не спорь со старшими, бери.
- Ну правда не надо!
- Значит так, я это вот тут поставлю,
а ты сама решай.
До свидания. Еще раз спасибо!
- И вам не хворать.
Что это мы закон нарушаем? Взятка
при исполнении должностному лицу, а?
Да у вас тут прямо
рассадник коррупции.
Любаня, нехорошо закон нарушать.
- Руки убери!
- Ты что?
- Пошел отсюда! Пошел, я сказала!
- Дура, ты что из себя недотрогу
строишь? Принца ждешь, да?
Тоже мне, принцесса с прицепом!
- Гад ты, Витька.
- Любаня, я что хо... Ой, простите.
- Слушай, шел бы ты домой.
И оставь меня и Степку в покое.
- Угу.
Из-за двери: - Любань!
- Заходите, тетя Зина, чего вам?
- Ну-ну.
- Вот в этом доме вроде нет никого.
- Пойдем погостим.
- Пацаны, я забыл, мне домой надо.
Извините.
- Ты тоже ссыкло?
- Нет, пошли.
- Да, папа, привет.
Да нет, все нормально. Я не дома,
я на даче решил пожить.
Да. И с Аллой, я думаю, что все.
Папа, слушай, ничего хорошего
не было и не будет,
и терпеть я ее больше не собираюсь.
Ну вот, как раз поживу, все обдумаю
и дом заодно приведу в порядок.
Папа, все. Пойду в дом и посмотрю,
что там с ним.
- По ходу, давно уже здесь никого нет.
Даже свет вырубили.
- В холодильнике та же фигня.
Побрякушек здесь много
всяких прикольных.
Наверное, профессора жили.
Да и дачники все московские.
- Степан, чего ты там делаешь?
- Пацаны, смотрите, что я нашел.
- Да фигня какая-то.
И вообще, кроме книг здесь нет ничего.
А вообще, место хорошее. Можно будет
сюда собраться на мою днюху.
- А ну стоять!
- Шухер!
- Стоять, я сказал! Мародеры! Стоять!
- Ай.
- Стой. А ну поставь.
Поставь на место.
Вот так. Полицию вызываем?
- Не надо полицию.
Я все починю и вставлю все здесь...
- Тихо! Молчать!
Дома грабишь, да?
- Нет, я в первый раз,
за компанию с друзьями.
- А-а, поверил я тебе!
- Просто так получилось.
- Ага. Понятно.
Починить-то сможешь?
- Смогу. Только полицию не вызывайте.
- Хорошо. Хочешь без полиции, да?
Ну, давай по-взрослому договоримся.
Ишь!
Меня зовут Николай Алексеевич.
- А я Степан.
- Хорошо.
- Сосед на мой лужок позарился. Но
теперь у меня будет законный документ.
Спасибо, Люба.
- Идите, дядя Петя, идите.
- О!
- Поздравляем.
Наконец-таки. Я думала, ты на работе
ночевать будешь.
Если бы ты столько зарабатывала,
сколько работаешь,
ты бы уже давно миллионершей стала.
- Ой, Катя, ничего не успеваю,
целый день люди идут без продыху.
Да еще этот Витька сегодня заявился.
- А ты что?
- Да ничего. Послала его.
- Правильно, правильно.
По громкой связи: - Внимание, девушки!
Прижмитесь к обочине!
Повторяю, прижмитесь к обочине. Ха-ха.
- Недалеко ушел.
- Девчонки, может,
подкинуть куда с ветерком?
- Привет, Витя. А это ты так
преступников ловить собираешься
или отдыхать?
- Отдыхать.
Любань, садись, подвезу.
- Да если б у меня ноги отсохли,
я и то бы с тобой не поехала.
- Витя, может, подвезешь?
А то сумка тяжелая, боюсь, не донесу.
- Воруешь много. Ладно, шучу.
Некогда мне, я на службе.
- Что, не дается тебе Любка?
- Ничего-ничего,
я все равно своего добьюсь.
Сама не захочет -
так через сыночка ее достану.
Ладно, садись, подвезу.
Я сегодня добрый. Давай. Ну?
- С ветерком?
- Поехали.
- Смотри, мама, это я в Барселоне
купила на неделе моды. Как тебе?
- О-о. Ну прекрасно. А теперь все
в подземном переходе покупать будем.
Не понимаю, зачем нужно было
ссориться с Колей?
- Не могу я с ним больше, понимаешь?
Да и не любила я его никогда.
- Да при чем здесь любовь?
Ее что, можно в чемодан положить
или карточкой расплатиться?
- Ой, мама...
- Не будь дурой. Надо помириться
с Колей, вернуть его.
- Ага, сейчас. Я уж лучше разведусь.
- А сколько тебе лет?
Образования нет, детей нет,
значит, алиментов тоже не будет.
- Мама, понимаешь, не могу я с ним.
Как подумаю, что с ним в постель
ложиться, меня аж прямо...
- Девочка моя, чтобы женщине
было хорошо с мужчиной в постели,
ей достаточно восьми сантиметров.
А если Коля уйдет от тебя, у тебя
и этих восьми сантиметров не будет.
Поэтому не будь дурой,
поговори с ним, извинись.
Он парень добрый, простит тебя.
- Мама...
- Надо, надо.
А это платьице я, пожалуй, оставлю
себе. Мне, кажется, очень к лицу.
- А веник у вас есть?
- Не знаю. Я здесь 15 лет не был.
И темно там, электричества-то нет.
- Я тогда завтра свой принесу.
- Да, вижу, ты и правда
работы не боишься.
- А чего мне ее бояться? Я в семье
один мужик. Надо же матери помогать.
- А папаша где?
- А фиг его знает.
- Ну да. Короче, давай,
сегодня уже поздно, иди домой.
Тебя, наверное, мама ждет.
А завтра я тебя жду.
- Аллочка с Колей решили разводиться.
Я думаю, мы не должны этого допустить.
- Хотят разводиться - пусть
разводятся. Люди взрослые, сами решат.
- Аллочка в очень
подавленном состоянии.
Может, вы все-таки поговорите с сыном?
- Нет, я больше не буду
в их дела лезть.
- Надо же, 15 лет назад вы так
не думали, когда разводили своего сына
с этой, как ее там, деревенской.
- С Любовью.
- Какой еще любовью?!
- Ее звали Люба.
И если откровенно,
Марина Александровна,
я очень жалею,
что я тогда полез в их жизнь.
Не полез бы, сейчас бы внуки бегали
по дому, да и совесть бы не мучила.
- Надо же, какие мы совестливые!
Что же вас раньше совесть не мучила,
когда вы на эту Любу наговаривали?
- Знаете что, уходите.
- Благодарю за чуткость.
И за чай тоже.
- Здесь.
Нет. Тут.
(Телефонный звонок.)
- Алло, папа.
- Привет, Коля.
- Привет.
- Как ты там? Дача как?
- Слушай, я как будто отсюда
и не уезжал никуда.
- Прости меня, сынок. Прости.
- За что? Ты за что просишь прощения?
- За то, что ничего нельзя изменить.
За то, что твоя жизнь сложилась так.
- Все сложилось как сложилось.
Тебе не в чем себя винить.
Все, папа. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, сынок.
- Спокойной ночи, папа.
- Здрасте.
Вот я веник и стекло принес.
- Все-таки пришел.
- Я же обещал.
- Ну да. Инструменты принес?
Давай сюда.
- Угу.
- Ну что, проходи, герой. Иди чини.
- Э, ты что творишь, а?
Гастарбайтер хренов!
- А?
- Ты что, не понимаешь?
- А? - Не понимаешь?
Тебе что, переводчика пригласить?
Издеваешься? А ну пошел.
Давай, двигай, цоб-цобе!
Ну? Придется объяснить тебе популярно.
- А что это вы тут делаете?
- А у нас культурная
программа намечается,
мы будем иностранным туристам местные
достопримечательности показывать.
- Да какая программа?
У него только рабочий день начался.
- Вот и отлично.
Продолжится, только в другом месте.
Будет в камере плитку класть.
- Нет, Витя, так дело не пойдет.
Он мне здесь нужен, так что давай
быстро с него наручники снимай.
- Галюня.
- Что?
- Если я с него наручники сниму,
я ведь их на тебя надену.
- А вы, я посмотрю, шалун.
- Ты мне зубы-то не заговаривай.
Регистрация у него есть?
- Витя, чего ты, в самом деле, сразу?
Свои же люди.
Может, пойдем в подсобку?
Я тебя чайком с конфетками угощу.
- Я, вообще-то, при исполнении.
- А я, вообще-то, и не кусаюсь.
Исполнишь и пойдешь.
Ну так что?
- Секундочку.
И никуда не уходи, понял?
- Угу.
- Ну пойдем, Галюня.
- Катя, ты веник не видела?
- Видела. Его Степка взял.
- А сам-то он где?
- А вот этого я не знаю.
Убежал куда-то с веником.
- Интересно, куда же?
- Эй, турист, не ломай
казенное имущество. Сейчас сниму.
Галюня, ты ему регистрацию-то сделай,
а то я опять приду.
- Напугал. Приходи, у меня конфет
еще лет на 100 хватит.
- Послушай, твоя подружка Любаня
с кем по вечерам конфеты уплетает, а?
- Не знаю я. Я со свечкой не стою.
Слушай, а что ты вообще в ней нашел?
Вот я бы тебя и любила, и уважала,
и конфетами бы кормила.
Эх.
- Ладно, пойду. Некогда мне.
Вечером зайду.
Ну что, гастарбайтер, свободен.
- А вы Родригеса и Маленского видели?
- Это кто такие?
- Боксеры, кто. 12 раундов.
- А ты видел,
как Тайсон Холифилду ухо откусил?
- Нет.
- Вот это был бой.
А Карпов - Каспаров?
- А что за боксеры?
- Они не боксеры, это шахматисты.
Бой длился 5 месяцев,
и только 40 ничьих. Вот это бой!
- Нет, я в шахматы играть не умею.
- Вот я тебя и научу.
Уверен, понравится. Хорошая игра.
- Готово.
- Да ладно? Да ты халтурщик, наверное.
- Ничего себе. Лучше, чем старое.
- А кто же делал-то?
Жалко, что так мало с вами поработали.
- Ничего. Я завтра собираюсь
гараж разбирать. Хочешь, подходи.
- А что там такое-то?
- Ну что. Ерунда всякая:
железяки, мотик, по-моему, стоит.
- Мотик?
А можно посмотреть?
- Слушай, поздно уже.
- Пойдемте.
- Ну пошли сходим.
Вот смотри. Почти новый.
Мне его на окончание школы подарили.
Нет, правда. Я на нем целый месяц
отъездил, был вообще королем дороги.
Потом убрался в канаву,
в больнице лежал 2 месяца в гипсе.
В общем, видишь, пытался подкрасить.
Потом бросил.
Ну что, починить-то можно?
- Завтра и посмотрим. Не зря же
я в гаражах у механиков сидел.
- Ну и отлично.
Тогда давай домой, до завтра.
А то мама волнуется, наверное. Давай.
- Здорово, братиша. А что это ты
теперь на дачку туда-сюда бегаешь, а?
Ты что, мальчик на побегушках
или ты нас этому мужику решил сдать?
- Ага, делать мне больше нечего.
Куда хочу, туда и хожу.
- Только попробуй что-нибудь ляпнуть.
- Да он ляпнет.
Он уже, наверное, ляпнул.
Он же теперь с ментами корешится.
- Какие менты?
Не парьтесь, я не стукач.
- Парится твоя мамаша
с новым участковым в баньке.
- Что?
- Что слышал.
Будешь скоро за ручку с ним гулять.
Вообще, говорят,
что он его папаша.
- Урод!
- Кто?!
- Сюда иди!
- На, на!
- Что вы творите?
А ну, шпана! Шпана! Стоять.
А ты со мной пойдешь. Давай, пошел.
- Стойте.
- 15 суток за драку в общественном
месте! Сейчас ты у меня схлопочешь.
- Не имеете права!
- Что? Это я буду решать, что я имею
и чего не имею, понял?
- Отпусти!
- Ах ты, какой борзый!
Весь в мамку. Залезай!
Сиди, не рыпайся. Ишь ты.
- И правильно, Витюшенька, молодец.
Так тебе Любки точно не видать.
А я еще и маслица в огонь подолью.
- Лариса Даниловна, справочку забыли.
- А, спасибо.
- Ну вот, на живца и зверь.
Слушай, Люба, мне бы печать поставить.
- Пойдем.
- Любка, все, хана! Беги скорее!
Витька, садюга, Степку сейчас повязал.
- Что?
- В милицию повез, как преступника.
- Что ты говоришь-то?
- Наручники надел, руки заломал
и в милицию!
- Сейчас. - Любка!
- Не до тебя сейчас.
Я тебя лучше здесь подожду.
- Сынок, ты как?
- Мама, все нормально, не волнуйся.
- А я бы на вашем месте не делал такие
громкие заявления, молодой человек.
- Ты что творишь, а?
Ну-ка выпусти его быстро!
- Как это выпустить? Он преступник.
- Да какой он преступник?
Это Степа, мой сын.
- Ну и что?
Если он твой сын, это дает ему право
в общественном месте людям морды бить
и оскорблять представителя власти?
- Это неправда!
- Правда это или не правда -
мне решать.
А пока твоему сыночку светит 15 суток.
- 15 суток? За что?
- За то.
Но поскольку мы с тобой давно знакомы
и люди не чужие друг другу,
все можно решить в моем кабинете
всего лишь за 15 минуток.
И не будет 15-ти суток.
А?
- Ну и сволочь же ты, а.
- Я не сволочь, я справедливый.
Ну так что, идем, не идем?
Или оформлять буду протокол.
- Ну что, пойдем.
Ну?
- Коньячку.
- Да ладно, Витя,
давай без этих, без прелюдий.
- Да нет, я так не могу.
- Зато я могу.
- Тихо, тихо! Я сам.
- Ты же этого хотел?
- Не понял! Эй!
- Любовничек.
- А ну отпусти! Ты что творишь, а?
Отпусти, я тебе говорю. Ах ты...
- Ой, отпустили. Полицию разломаешь!
- На, держи. Держи.
- Что это?
- Ключи от счастья.
- Подожди. От какого еще счастья?
- От твоего, может быть,
но точно не от моего.
- Ой-ой-ой! Витя!
- Сволочь! Ненавижу!
- Степа, сынок!
Подожди. Степан!
- Что?
Это правда, что люди говорят?
- А ты не слушай никого.
- А про отца почему ты не говорила?
- Давай мы с тобой дома поговорим.
- Нет, я этого так просто не оставлю.
- Правильно, Витюша, не оставляй.
Давай-ка ешь, я для тебя все готовила.
- Отвали со своей едой.
Не хочу я есть.
- А я смотрю, кого-то Любка
сильно задела, да?
- Она мне на фиг не нужна,
эта Любка, ясно?
- Да что ты!
А что ж ты тогда вцепился в нее, а?
Со школы за ней бегаешь.
- Бегал, а сейчас, я говорю,
на фиг она мне не нужна.
Просто она меня тогда, много лет
назад, перед всей деревней опозорила,
когда с этим городским
начала по сеновалам шмыгать.
И сейчас вон в дураках оставила.
Нет, я этого так просто не оставлю.
Надо будет в глазах общественности
реабилитироваться.
- Да ладно.
- Наливочки налей, а.
- Наливаю уже.
- Ты представляешь, что теперь будет?
- Если честно, мне все равно.
- А он теперь тебе жизни не даст.
- Какой жизни, Катя?
Которой у меня и так нет?
- Что значит нет? Ты о чем?
- Что у меня есть сын,
любимая работа, дом.
А жизни у меня не было.
Ладно, пойду я.
Со Степкой обещала поговорить.
- Хочешь?
- Пришло время рассказать
ему про Николая.
Степушка, я давно с тобой
поговорить хотела.
- Про отца?
- Да. Дело в том, что твой отец...
- Да не надо, я все знаю.
- Что ты знаешь?
- Вся деревня уже знает.
Знаешь, нам никто не нужен,
мы сами справимся.
Я в обиду никому тебя не дам, никому.
- Какой ты взрослый у меня стал,
сынок. Ты прости меня, ладно?
- За что?
- За то, что тебе так рано
повзрослеть пришлось.
- Ну что, доктор? Приговор?
- Надо глушитель переварить,
тормоза проверить,
и вот это все закрутить.
- Понятно. Будет ездить?
- Будет.
- Попугаем бабушек в деревне?
- Да легко.
- Шучу. Хватит этого инструмента?
- Да хватит, конечно.
Держите.
- Давай. Что делать-то?
- Добрый день.
- Сейчас.
- Ой...
- А это кто?
- Это, Степа, моя бывшая жена.
- Колечка, зачем ты так?
Пока еще не бывшая. Здравствуйте.
Я тут тебе покушать принесла.
Тебя ж тут не покормит никто.
Пойдем в дом, я тебя покормлю.
- Алла, ты зачем приехала?
- Я не могу к мужу приехать на дачу?
Пойдем, пойдем покормлю тебя,
Коленька.
Пойдем, мой дорогой.
- Степан, держи, я сейчас.
- Я привык работать один.
- Так. Ух ты! Тут прибраться
надо будет, Коля.
Сейчас я тебя покормлю.
- Что такое я услышал? Покормлю?
Первый раз за 15 лет совместной жизни.
- Коля...
- Из ресторана?
- Коля, зачем ты так говоришь?
Сядь, пожалуйста, поешь.
Сядь, пожалуйста, Коля.
Колечка, сядь, пожалуйста.
Коля, милый, правда,
прости меня, пожалуйста.
Я столько всего передумала
за это время, пока одна была.
Я знаю, что я не подарок.
Коля, правда, я все это время,
всю нашу жизнь я для тебя старалась,
все делала.
- Что, я не понял, ты сейчас сказала?
Обо мне? Обо мне?
- Ты думаешь, я детей не хотела?
Знаешь, как я детей хотела.
Всегда хотела детей, просто...
Ты не знаешь, как мне нелегко
засыпать и просыпаться с мыслью,
что у нас с тобой детей
никогда не будет.
И все эти аборты, которые я сделала,
все ради тебя.
Просто я думала, что у тебя новая
должность, что у нас съемная квартира,
новая страна. Куда нам еще детей было
заводить, Колечка? Просто пойми.
Теперь я у тебя одна во всем виновата.
- Я тебя ни в чем не виню.
- Винишь, я знаю.
- Нет.
Я же тебя никогда не обманывал.
- Коля, пожалуйста,
давай не будем разводиться.
Пожалуйста, я тебя очень прошу.
Давай не будем разводиться. Хочешь?
Хочешь, сейчас просто отдельно
поживем, а разводиться не будем, Коля?
Пожалуйста, а?
- Хорошо.
Хорошо.
- Коля!
- Воды принести тебе?
- Спасибо тебе огромное.
- Алла.
- Не забыл еще свою потаскушку, да?
- Что?
- Потаскушку свою не забыл? Молодец.
- Ее звали Люба.
- Ах Люба!
Люба, Любонька, голубонька.
- Да заткнись!
Твой концерт про бедную
овечку закончен. Все!
- Знаешь, что я тебе скажу? Прекрасно,
что он закончен. Знаешь, что скажу.
Я тебя ненавижу.
Я тебя всегда ненавидела.
У тебя был последний шанс, видит бог.
А теперь я сама подам на развод.
Ты свою квартиру московскую
не увидишь, как своих ушей, понял?
Понял? Водички попей.
- До свидания.
- И вам не хворать.
- Вот так, Степа, извини.
- Да, вижу, плохи ваши дела.
- Да нормально.
- А что не разведетесь?
- Теперь разведемся. Вот она пускай
в городе живет, а я здесь жить буду.
- А тут же крыша протекает.
- Лучше, Степа, пускай эта крыша
течет, чем вот здесь вот.
А эту починим. Поможешь - буду рад.
- Помогу.
А что, не любите ее совсем?
- Степа, любовь - штука сложная.
- Да, понимаю.
- Что, с девчонкой,
что ли, поссорился?
- Какая девчонка...
Мент вот этот, к матери ходит.
- Степа, может, это любовь?
- Какая любовь?
- Степа, маму не суди.
Не суди. Мама сама во всем разберется.
А у меня здесь, в вашей деревне,
настоящая любовь была давно.
А дорогу перешел тоже мент, кстати.
Ну, не мент, а тогда еще
курсант первого курса
ментовского училища.
Вроде ребенок там у них. В общем...
- Да, не везет нам
на представителей закона.
(Кашляет.)
- Уходи, видеть тебя не могу.
- Я вообще-то по долгу службы пришел.
Хочу узнать, в каких условиях
живет ваш сын, кто его воспитывает
и так далее.
- Одна я его воспитываю, понял? Одна.
И условия у него нормальные,
не жалуется.
- Я услышал вас, Любовь Сергеевна.
После вчерашнего вашего
экстравагантного поступка
я вашего сына записал в трудные
подростки, первым в списке. Ясно?
- И что это значит?
- А то, что если он мне еще раз
попадется за хулиганку,
то я соберу комиссию,
и вас лишат родительских прав
как безответственную мать.
Со всеми вытекающими последствиями.
- Слушай, ты, если ты моего
Степку хоть пальцем тронешь,
я тебе голову оторву, ты понял?
- А вот здесь ты права.
Дала бы ты мне себя тронуть, то я бы
твоего сынка давно в покое оставил.
А так - жди беды.
Если я задумал кого-то нагнуть,
то я это обязательно сделаю. Усекла?
- Мама! - А вот и малолетний
преступник пожаловал.
- Слушай, иди, Витя, отсюда,
я тебя прошу.
- Ладно, позже зайду.
Надеюсь, ты меня поняла.
Пока, "сынок".
- Какого этот козел опять приходил?
Ему тут медом намазано?
- Сынок, ты все неправильно понял.
- Да все я понял.
И вообще, ты определись,
кто тебе нужнее - я или он.
- Степа! Степа, постой, я сказала!
Степан!
- Что он сказал?
- Отстань, мама.
- Так что, вы решили разводиться?
- Да, мы решили разводиться.
- А ты пыталась его отговорить?
- Чего мне его отговаривать, мама?
Он свою колхозницу любит, понимаешь?
- Какую колхозницу?
- А то ты не знаешь, какую колхозницу.
Он фотографию до сих пор
хранит, ты понимаешь?
- Да ты шутишь,
столько времени прошло.
- Мамочка, помнишь, вы говорили,
что эта дура деревенская ребенка ждет?
Так это Колин ребенок, да?
- Я не помню, может, и говорили.
Послушай, да у Любки
вообще тогда детей не было.
- Молодец, мама,
даже помнишь, как ее зовут.
- Так, все, хватит.
Развод - значит, развод.
Самое главное, чтобы после развода
квартира тебе осталась, поняла?
- Мама, слушай, тебя только
деньги интересуют, да?
- Да, золотко, потому что женщина
в твоем возрасте гораздо
респектабельнее выглядит
с квартирой, чем без нее.
Пусть остается со своей Любовью,
а этот вопрос я беру на себя.
Все.
- Отлично.
- Степа, иди-ка сюда.
Иди сюда, я тебе говорю, зайди.
Что случилось? Что не так?
- Да опять козел этот приходил.
- Ну-ка сядь.
Какой козел?
- Да участковый этот.
- И что?
- Да вся деревня говорит
о том, что он мой отец.
- Ну и что? Может, это неплохо, Степа?
Может, хочет с тобой
отношения наладить?
- Знаю, что он наладить хочет.
Пользуется тем, что моя мать
наивная и добрая. Козел.
- Я понял. Давай я с ним поговорю.
- Я сам разберусь.
- Ну-ка сядь на место, сядь посиди.
У тебя какие планы-то на вечер?
- Никаких.
- Ну и отлично.
Ты антенну-то у меня на крыше видел?
Такая кривая. Я сам делал.
Открутить и выкинуть ее можешь?
И новую поставить?
- Могу.
- Потому что я тарелку заказал.
Правда, у нас телевизора нет,
электричества нет. Счетчик надо
поменять, зарегистрировать.
Справки для этого какие-то нужны.
- Это к матери моей.
- Почему?
- Она в сельсовете
работает секретарем.
- Ну и отлично. Вот как раз
пойду и познакомлюсь с ней.
Что сидишь, вставай. Подожди-ка.
Стой-стой.
Держи.
- Так я же не за деньги.
- Это ты заработал, честно. Держи.
Матери что-нибудь купишь,
ей будет приятно.
- Так-так-так...
Хорошо!
Опа! Цветмет воруешь, да?
- Отвали!
- Ага, сынок, с поличным попался.
Теперь твоя мамаша
от меня точно не отделается.
- Я тебе не сынок.
- Господин полицейский,
пожалуйста, отпустите парня.
И вообще, это частная территория,
вы не имеете права здесь находиться.
- Это я не имею права?
- Витек, ты, что ли?
- Ну я. И что?
- Отпусти парня.
- Вали к мамке.
- Я вижу, ты не поменялся, Витя.
Теперь с детьми воюешь.
Подожди, так Степка - Любин сын?
- Послушай, Коленька,
собирай-ка ты свои вещи
и езжай обратно в город.
Так всем лучше будет.
- Нет, Витя.
Нет, я здесь жить буду.
- Ладно. Хочешь жить здесь -
тогда будешь жить
по моим законам. Ясно?
- Дежавю какое-то. Я это слышал уже.
Много лет назад.
- По-хорошему предупреждаю:
увижу у Любкиной хаты - закопаю.
Усек?
- Услышал.
А теперь, господин полицейский,
я прошу вас немедленно
покинуть частную территорию.
Вперед.
- Ну-ну.
- Что?
Степа! Степа!
Откуда это?
- От верблюда.
- Откуда, я спрашиваю!
Ты что, с Пашкой связался, что ли?
Господи, за что мне это все...
- Да заработал я их.
- Да где ты их заработал?
- У мужика на даче.
- У какого мужика?
- Обычного мужика.
- Зовут его как?
- Николай Алексеевич,
на профессорской даче живет.
- Господи...
- Мама, ты чего?
Хочешь, я ему их верну?
- Я сама верну.
- Люба.
Здравствуй.
- Здравствуй, Коля.
Я тут пришла денег тебе вернуть.
Не надо нам ничего этого,
и Степку ты моего не приваживай.
- Люба, у тебя растет отличный парень.
Настоящий помощник. Деньги - это его,
он их по-честному заработал.
Люба, я тебе завидую.
Люба, подожди. Люба, давай поговорим.
- Не о чем нам с тобой разговаривать.
- Так, это мое, это Степкино.
Ты откуда такая?
- У Николая была.
- Ты что, с ним виделась?
- Виделась.
И Степка мой, оказывается,
с ним успел уже подружиться.
- А ты откуда знаешь?
- Я сегодня у Степки деньги нашла.
Много. Оказывается,
он все это время у Николая работал.
- Так он что, ради тебя приехал?
- Ой, не знаю, Катюша.
- Подожди, ты мне самое главное скажи.
Он про Степку знает?
- Не уверена.
- А Степка про него?
- Господи, что ж теперь будет?
- А, что ж я такая несчастливая?
Тут самое интересное начинается,
а мне уезжать надо.
- Катюша, ты понимаешь,
я эту встречу 15 лет ждала.
Думала, увижу его и все ему расскажу.
А встретились,
так ему ничего не сказала.
- Ну, мать, у тебя не жизнь,
а просто кино.
(Слышен клаксон автомобиля.)
- Машина приехала, в город ехать надо.
Слушай, я сейчас быстренько
в город сгоняю, возьму отпуск
за свой счет и вернусь.
А ты тут держись. Мы справимся.
Все, жди меня, сестренка.
- Вот и хорошо,
теперь могу и в отпуск ехать.
А чего Степан к нам не заходит?
Такой помощник был.
- Да занят он был, скоро опять придет.
- Скажи, что мы его ждем.
У парня золотые руки,
вот такой механик будет.
Спасибо, скажу обязательно.
- Хорошо.
- Позовите следующего.
- Добро.
Заходи.
- Здравствуй, Люба.
- Зачем ты пришел?
- Я по делу.
- Да знаю я вас,
ходит тут один тоже по делу.
- Ты про Виктора, что ли?
- Про него.
- Нет, я правда по делу.
Я счетчик собираюсь поменять,
надо зарегистрировать.
Я теперь здесь жить буду.
Нужна какая-то справка, наверное. Да?
- Ты здесь жить будешь?
- Угу. Поможешь?
- Это моя работа.
Какой у тебя номер участка?
- Я не знаю,
у меня такая справка есть.
Люба, ты как здесь?
- Нормально.
А ты? Семья, дети?
- Детей нет, развожусь.
- Не знаю, тебя поздравить
или посочувствовать?
- Поздравить, может.
Может, и посочувствовать.
Столько лет с чужим человеком прожил.
Я так понимаю,
что вы с Виктором тоже не вместе?
- Нет, не вместе.
- А Степка?
- А что Степка?
Мальчик без отца растет.
- Почему?
- Да бросил нас отец.
- Понимаю.
Тяжело тебе было.
- Да ничего, не жалуюсь.
Степка вон какой орел получился.
- Степа отличный.
- Так, посмотрим, что тут у нас. О!
Не понял. Три-дэ.
Разобраться надо, что за три-дэ.
Так...
Опа!
Ну, Коленька,
я тебе этого так не оставлю.
- До сих пор носишь?
- Ты знаешь,
я тебе все справки подготовлю,
так что можешь вечером зайти забрать.
Что-то еще?
- Очень рад тебя видеть.
- Позови следующего.
- Я приду.
- Я ж тебе о чем толкую-то.
Надо ж в район писать,
чтобы заново все оформили.
- Смотри, кто идет, Никитос.
- Ага, нарисовался.
Эй, здорово, лошара!
- Здоровее видали.
- Ты про кого,
про своего городского, что ли?
Ты же говорил, на него шестерит,
вот и ходит туда-сюда.
Вали отсюда, лох.
- Сам ты лох.
- Что?!
- Что слышал!
- Еще раз тявкнешь на меня, щенок,
знаешь, что с тобой будет?!
- Что?
- Вот что.
Погнали.
- Уроды.
- Здрасте.
Стоять, раз-два.
Как дела, никуда не вляпался больше?
- Да пошел ты!
- Сынок, ты не оборзел ли?
- Я тебе не сынок.
И вообще лучше б тебя не было.
- Молодежь.
- Витек, ты, что ли?
- Здорово, тетя Зина. Я.
- Слушай, тебя в гражданском
прям не узнать.
- Да?
- Ну.
- А что, мне не всегда ж
в боевом ходить.
Надо иногда и по гражданке.
Тем более сегодня случай особый.
- И какой, если не секрет?
- Не секрет. Сегодня
к нам в деревню три-дэ привезли,
мы с Любаней идем.
- Ух ты, молодец!
Слушай, а что такое три-дэ?
- Кино в очках.
- Это в таких, как у тебя, что ли?
- Как у меня.
Кошелки. Я что, клоун, что ли?
- Здрасте, бабоньки.
- Я смотрю,
ты по-нормальному не понимаешь.
- Нет, не понимаю.
- Вали отсюда подобру-поздорову.
Не в своем огороде борозду делаешь.
Нечего бабе мозги пудрить.
Ты что, проблемы захотел?
- Витек, у тебя совесть есть?
Ты ж ее одну бросил с ребенком.
- Слушай, ну ты гад!
Молись.
(Дерутся.)
- Пойду Любке скажу.
Люба! Люба!
Люба: - Что, тетя Зина?
- Люба, иди разбирайся.
Там у твоих ворот два петуха дерутся.
- Да какие там петухи, тетя Зина?
У меня и курей-то отродясь не было.
- Люба, так вроде мальцы твои бьются.
- Что, опять Степан?
- Да какой Степан! Два петуха твоих.
- Ты чего?..
- Пусти! Пусти руку!
Получай!
- А ну-ка валите оба отсюда!
Чтоб глаза вас мои не видели.
- Люба, ты... - Люба, ты что?
- Вон, я сказала!
Виктор: - Люба!
Николай: - Люба, это не я!
Люба!
- Знаешь, ты...
- Ты...
- Я тебе...
Ну что встали? Я не при исполнении.
А ну разошлись все, быстро!
Пошли вон отсюда!
Женщина: - Пойдем, говорю.
- Я не на службе, ясно?
Мужчина: - Пойдем, пойдем.
- Сходил в три-дэ.
- Ой, Коленька! Коленька,
здравствуй, дорогой.
- Что ж привело вас в наши пенаты?
Не Аллочка ли?
- Ну зачем так? Я сама
решила тебя навестить.
Вот надо документы
кое-какие подписать.
- Что за документы-то?
- Вы же с Аллочкой решили развестись.
Так ты подпиши,
что после развода не возражаешь,
чтобы квартира перешла ей.
Ты же не выгонишь
свою жену на улицу, правда?
- Да, мать-природа творит чудеса -
что мать, что дочь.
- Ну, милый мой, время такое -
без денег, сам понимаешь, никуда.
И не вижу ничего - ой -
в этом предосудительного.
- Я подпишу. Можно я переоденусь,
вымоюсь и подпишу? Да? Спасибо.
- Да, жду. Хорошо. Ух!
- Здравствуйте.
- Здравствуйте. Вы к кому?
- Я к Николаю, документы на прописку
принесла, он просил.
- Сам просил? А знаете что?
Если не ошибаюсь, Люба?
- Да.
- Так вот никакой прописки
вы не получите.
Николай после развода
оставляет квартиру моей дочери.
Так что нечего сюда ходить.
- Простите, я вас не понимаю.
- Да прекрасно вы понимаете.
Московскую прописочку
захотелось опять, да?
Не сидится в деревне.
Да как вам только не стыдно!
Мало того, что мужа увели,
так еще на квартиру метите. Уходите.
Ничего вам здесь не светит.
- Так, понятно. Я никого уводить у вас
не собиралась и сейчас не собираюсь.
До свидания.
- До свидания. Культурная!
- Люба!
Люба, подожди!
- Так, секундочку,
мы еще наши дела не уладили. Вот.
- Ну что? Сейчас.
- Вот.
- Давайте. Где? Где?!
- Вот, вот.
- Пожалуйста. Все?
- Так, спокойно. Нет-нет, еще здесь.
- Отлично, все. Пожалуйста.
- Нет, еще не все. Вот еще здесь.
Последний, последний.
- Все? Вы довольны?
- Вот теперь все. Довольна.
- Надеюсь, не встретимся.
- Весьма довольна. Тюфяк.
- Люба! Да подожди ты.
- На тебе твою справку.
- Люба, ты что?
- Ничего. Мне от тебя ничего не надо,
понял? Тогда ничего не надо было,
а теперь тем более ничего.
Все свои проблемы решай сам, без меня.
- Люба!
Люба!
Эх!
- Боже мой, господи!
Да ты что?
- О!
Ба, какие люди! Марина Александровна!
Наше вам с кисточкой.
- Виктор, что ли?
- Угу.
- Ну здравствуй, здравствуй.
- И какими судьбами вы к нам?
Опять дела семейные налаживать?
Одна за всех стараетесь,
просто мать Тереза.
- Что делать, если никто не помогает?
А ты-то, Витя, Любку-то
до сих не оприходовал.
А мы тогда все условия
для вас создали.
- Это кто еще для кого условия создал?
Да если бы не я, осталась бы
ваша дочка без мужа, а вы без зятя,
ни дать ни взять.
Ну и что вы на меня смотрите?
Туфельки-то, чай, не для наших дорог.
Садитесь, подвезу.
- На этой?
- На этой и на той,
я теперь всегда ковбой.
- О господи!
- Прошу, королевна.
- "Королевна". Тише, тише!
Ой! Ужас какой!
- С ветерком поехали!
- Тише, тише, тише.
- Вот, приехали.
- Мамочки! Господи.
- Да.
- С ветерком.
- Да.
Кстати, а вы когда свое сокровище
отсюда заберете?
Оно мне опять все карты портит.
- Не знаю, Витенька, не знаю.
Вы же теперь умные стали, взрослые.
Пятнадцать лет прошло,
вами-то сейчас не поуправляешь особо.
- Да уж.
А вы уж будьте так любезны,
постарайтесь избавить меня
от своего принца.
- Нет, Витенька, ты уж сам постарайся.
А я тут свои дела уже сделала.
Ну давай, бывай.
- Ой, господи!
- Тоже мне, королевна!
- Ужас какой-то. Здрасте.
- Здрасте.
- К вам мать приходила?
- Да.
- Ругалась небось?
- Ой, Степа, не ругалась.
- А что тогда?
- Не знаю. Знал бы - разобрался бы.
- Дядя Коля, я вот понять не могу:
почему нас отец бросил?
- Степа, ну молодой, наверное, был.
Это дело такое.
Ответственности испугался. Но ты
не спеши с выводами все равно.
Присмотрись, привыкни к нему.
- Да пошел он!
- Слушай, нельзя так.
- А вот как бы вы поступили?
- Степа, я бы тебя не бросил,
конечно. Что ты, ей-богу?
Что за настроение у тебя?
- Да ничего.
- Хочешь, давай костер разведем,
картошку испечем в фольге.
Ты пробовал? У нас,
кстати, фольга есть.
Если захочешь, останешься у меня.
Две комнаты свободны - выбирай любую.
Ну чего?
- А мать? - А что мать?
К матери схожу, поговорю.
Думаю, отпустит. Согласен?
- Согласен.
- Ну и отлично. Что сидишь?
Давай разжигай костер.
- А где?
- Где захочешь, только не в доме,
Степа. Давай-давай, не сиди.
Люба.
Разрешишь?
- Проходи.
- Мы тут со Степой разговаривали.
- О чем?
- Об отцовстве.
- Так значит, ты обо всем догадался?
- Конечно. Как тут не догадаться?
- И что теперь будет?
- Он все равно узнал бы.
Слушай, можно он у меня
сегодня переночует?
- Ты знаешь, я не думаю,
что это хорошая идея.
Зачем мальчишке душу травить?
- Слушай, подожди.
Мы сами с тобой разобраться не можем,
а Степа только жить начинает.
- Так вот и я про то же.
Может, не надо вам с ним сейчас?..
- Слушай, Степа мне доверяет. Я, если
честно, за него искренне переживаю.
Не то что Виктор.
- А что Виктор?
- Ну что "Виктор", "Виктор"? Виктор
ведет себя не как отец, а как идиот,
и Степа в нем отца не чувствует,
вообще не чувствует.
- Ах, Виктор! Ну да...
- Степа не привык к нему.
Дай ему время.
Степан сам хочет у меня переночевать.
- Ну да, раз хочет,
пусть ночует, конечно.
Только чтобы домой
завтра утром пришел.
- Что, я пойду тогда? Да?
- Угу.
- Коля!
- Да?
- Я вам поесть соберу.
- Вот видишь, и картошка готова,
и руки чистые. Давай.
- Ой.
- Давай-давай, вынимай ее.
Ну что, Степа,
какие планы-то на будущее?
- Гонщиком стать хочу,
на мотоциклах таких крутых гонять.
По трассам, деньги зарабатывать,
побеждать, чтобы мать гордилась.
- Понятно. А если что попроще?
- Механиком или таксистом.
- Таксист - это смешно.
Да...
- Ой-ой-ой.
Кстати, я мотоцикл ваш починил.
- Отлично.
Слушай, я завтра
в Москву собираюсь по делам.
Сможешь меня на своем мотике
до станции домчать?
- На каком своем?
- Как? На мотике, который ты починил.
Степа, я тебе его дарю.
- Что, правда? - Да.
Там шлем был?
- Был такой...
- Короче, я в Москву,
ты остаешься здесь.
На столе оставлю под книгой деньги.
К обеду приедут люди,
привезут новый телевизор и тарелку.
Прорулишь все, да?
- Угу, хорошо.
- Ну и молодец.
- Да, я вас завтра с таким ветерком
прокачу на своем мотоцикле.
- Степа, ты не гони,
давай помедленнее.
Все, давай, до вечера.
Мужчина: - Дай на чекушку-то.
Женщина: - Пошли уже!
- Здрасте. Ох, успел.
Женщина: - Твои трубы
перегорели уж давно.
- Уехал городской фраер.
- И что?
- А то. Лысая хата.
У него нет никого. Сечешь?
Тише, Галька.
- Чего третесь тут? Открытия ждете?
Все равно без денег ничего не дам,
а о спиртном можете даже и не мечтать.
- Ты что, Галюнчик?
- Я сейчас такого Галюнчика покажу.
Молокосос.
- Будут у нас деньги.
Только к новому другу сходим
и одолжим, да? Погнали.
Вечером нагрянем.
- Ага.
- Аллочка, я же уже все подписал.
Документы у адвоката.
Ага, ну? И я тебя.
(Телефонный звонок.)
- Алло? Да, папа?
- Сынок, срочно приезжай.
- Что случилось?
- Мне надо кое-что тебе рассказать.
- Нет, ты...
- Когда, сейчас?
- Скажи мне, да.
- Нет, приезжай.
- Хорошо.
Папа.
Что опять-то?
- Сынок, когда ты был на стажировке,
она ждала тебя.
- Люба?
- Да. И письма писала.
- Вы же говорили,
что не было писем никаких!
- Мы врали тебе.
Господи, как же стыдно.
Это мы с Мариной придумали,
будто она беременна от местного парня.
Не было никакого ребенка, понимаешь?
- Да был ребенок.
- Да не было ребенка.
- Он и есть, папа.
- Да погоди ты. Погоди, куда?
- Что же вы наделали-то?
- Господи...
Прости меня, сынок. Прости.
- Здрасте. Привет, Галка.
- О, Любка, привет.
Слушай, а вечерних платьев и парфюма
не завезли - сельпо все-таки.
До свидания.
- Это ты о чем?
- Ты бы уже как-то определилась,
что ли. А то мечешься меж двух огней.
- Что-то я тебя не понимаю, подруга.
- Ну как же?
И Витька за тобой бегает,
и городской этот вон.
Кстати, заходил тот
ко мне за хлебушком.
Ничего такой, обходительный.
Совсем ты мужикам головы закрутила.
Хоть бы одного подруге оставила.
- А ты выбирай любого.
- Ой, прямо так и любого.
Ты же на этого городского
неровно дышишь.
Дядя Петя, закрыто у меня! Переучет.
- А когда?
- Завтра.
- Завтра так завтра.
- Слушай, чего ты хочешь, Галка?
- Чего я хочу?
Счастья я, Люба, хочу, как и все,
а ты Вите голову морочишь.
- Да не нужен мне твой Виктор, поняла?
И городской мне этот тоже.
- Так ты чего вообще хотела?
- Сейчас, секундочку.
Пожалуйста. - Спасибо.
- Всего доброго.
- Мама?
- Здрасте.
- Здравствуйте.
- Привет, братан.
Чего, кайфуешь?
- Ну, Коленька, сейчас я тебе устрою.
Разговор у нас с тобой
будет серьезный, дачник хренов.
- Посмотри, Никитос,
как они тут хату подлатали.
Небось, ты марафет тут наводил,
шестерка?
- Уходите отсюда, вас не звал никто!
- А ты чего так грубо, а?
Мы сюда пришли
по-честному во всем разобраться.
- То есть?
- Слушай, мы тебе эту хату подогнали,
а ты тут что? -
Один сидишь жируешь без нас.
Нехорошо так, брат.
Пойду в холодильнике пошарю.
- Опачки.
- Эй, положи!
- Отвали.
- Положи деньги, я сказал!..
- Какие деньги?
Нас здесь вообще не было. Никитос!
- Шухер, менты!
- Валим.
- Всем стоять, полиция!
(Звук выстрела.)
Стоять! Куда?!
Стоять, стрелять буду!
Степка! Степа, что с тобой?
- Деньги... Они деньги взяли.
- Степа! - Я их не пускал.
- Это не я.
- Что ты сделал?!
- Я не хотел, я в воздух стрелял.
- Что ты сделал?!
- В воздух я стрелял. Степа, как ты?
- Они его деньги нашли.
- Степа, зажми и крепко держи.
Ему в больницу надо.
Заводи шарманку свою!
- А, да, бегу.
Давай ко мне в машину живо.
- Степа, какие деньги?
Какие деньги? Держись.
- Быстрее.
- Давай в машину бегом, заводи скорей!
- Я убил бы тебя, убил бы, понимаешь?
- Да я-то при чем? Это рикошет.
- "Рикошет".
- Ножевое в брюшную полость.
В операционную быстро. - Что?
- Что? Ножевое, говорите?
Что?
- А вам туда нельзя, здесь ожидайте.
- Так ножевое?
- Ножевое. А я думал, рикошет.
Это Пашка его, гаденыш. Слушай, сейчас
его поймаю - порву, как тузик грелку.
- Спасибо тебе за все.
- Да за что спасибо? Это моя работа.
- Да.
- Уф, слава богу.
- Что с ним, где он?
- В операционной. Ножевое ранение.
Деревенские хулиганы.
- Ну что ты наделал?
Как ты мог это допустить?
- Люба, я... Поверь мне.
- Как ты мог?! - Люба...
- Не трогай меня!
- Родители здесь?
- Да, я мать.
- Состояние тяжелое.
Большая кровопотеря, нужен донор.
У вас какая группа крови?
- Первая положительная.
- У меня четвертая отрицательная.
- Повезло парню.
Быстро, быстро со мной. Быстро.
- Доктор сказал, все будет хорошо.
Странно, Люба, получается:
у меня четвертая отрицательная -
одна на миллион, и у Степы.
Странное совпадение-то.
- Да что ж тут странного-то?
Господи, неужели ты ничего
до сих пор не понял?
- Что?
- А то, что Степа твой сын.
Вот видишь, как приходится
тебе об этом рассказывать.
- Я должен был догадаться.
Я же шахматист, е-мое.
Люба, прости меня за все.
Ну виноват я.
Прости меня, Люба,
виноват я перед тобой.
Мне сегодня отец сказал, что ты мне
письма писала. Но я ж не знал ничего,
правда не знал. Любил тебя всю жизнь.
- Тихо, тихо, тихо, тихо.
Не вставай, тебе нельзя.
- Ты как, герой?
- Нормально. Вы тут всю ночь были?
- Ночь.
- Степка, как же ты меня напугал.
- А вы еще со мной побудете?
Не уйдете?
- Мы теперь с тобой
всегда будем, сынок.
- Ну что ты, красавица моя, а?
Пойдем, пойдем.
Пойдем, моя хорошая. Заждалась.
- Ну все, дела подшил,
протокол составил,
преступники в тюрьме.
Пашке не меньше пятерочки светит.
- Витюша, может,
тебе покушать принести?
- Сюда, что ли?
- Так мне это одно удовольствие.
Сейчас слетаю.
- Стоять.
- Чего?
- Что я, не человек, что ли?
Рабочий день уже закончился.
Борщ дома есть?
- И борщ есть.
И картошечка с селедочкой.
- А конфетки есть?
- Море.
- Ну а если так?
- Мат.
- Слушай, ну что ж такое?
Где ты так научился играть?
- Отец научил.
- Давай попробуем еще раз.
- Давайте.
- Вот молодежь-то...
Я очень давно хотел это сделать.
- Ты о чем?
- Лучше поздно, чем никогда.
Выходи за меня.
- Как же все хорошо получилось.
Эх, хорошо.
 

////////////////////////////