Расправа будет короткой (2012 год). Цитаты и фразы из фильма

Killing Them Softly / Расправа будет короткой 

Во время подпольной игры в покер совершено ограбление, и угроза повисла над всем воровским сообществом. Воротилы мафии рассчитывают, что Джеки Коган найдет виновных. Однако, вращаясь среди нерешительных заказчиков, жуликов-ростовщиков, усталых убийц и тех, кто спланировал дело, даже специалисту трудно сохранить контроль над ситуацией.

Все фразы и цитаты

 Америка--
Я говорю гражданам Америки--
Данный момент — наш шанс, чтобы--
РАСПРАВА
БУДЕТ
Хватит.
КОРОТКОЙ
...достичь в жизни того,
чего мы захотим. Это--
...которое толкает нас вперёд.
...сохранить американское обещание.
Обещание, которое всегда
выделяло нашу страну...
Это обещание, что у всех нас есть свобода
достичь в жизни того, чего мы захотим.
МАККЕЙН: «СОХРАНИТЬ АМЕРИКУ СИЛЬНОЙ»
БАРАК ОБАМА: «ПЕРЕМЕНЫ»
Ты опоздал!
На три часа, блядь!
Не начинай.
Никого другого не мог найти?
Этот зачуханный весь,
ещё и хамит, блядь.
Я такую херню терпеть не буду.
Слушай, ты просил найти
кого-то нормального.
Рассел, конечно, залупистый,
но он нормальный пацан,
если привыкнешь.
И в твоём случае —
хочешь провернуть тему,
но сам всё сделать очкуешь —
лучше бы тебе привыкнуть.
Не нравится он мне.
Выёбывается много.
Рассел, завали уже ебало, хватит его злить.
Он нам помочь вообще-то хочет.
Он нам помочь хочет?
Да, он нам помочь хочет.
Я думал, он хочет,
чтобы мы ему помогли.
Чё, в натуре, Хомяк?
Ты «помочь» мне хочешь?
Пошёл на хуй отсюда!
Чё ругаешься-то сразу?
Да брось.
К тебе в химчистку люди приходят,
ты ж с ними так не говоришь.
Слушайте, те двое,
которых я подпишу...
они получат где-то тридцать —
да, тридцать штук.
А такие вот австралийцы, Фрэнки...
Такие австралийцы —
по 80 центов пачка.
Ещё и сверху одного дадут.
Поэтому знаешь что, Фрэнки?
Найди мне другого человека,
потому что я такую херню
терпеть не буду.
Послушай, Джон,
он справится, понятно? Поверь мне.
Друг мой,
ты уже раз привёл не того.
Ты помнишь?
Помнишь того доктора?
А я знал, я знал,
что не стоит его брать.
И что я делаю? Всё равно беру.
Джон, заебал,
мне бабки позарез нужны.
И теперь, когда я отсидел семь лет,
и мои дети росли без меня...
и мой бизнес шёл не так,
как должен бы —
уже ничего не исправишь.
Поэтому теперь
я спешить не буду, точка.
Хватит с меня проёбов.
Позвони в четверг. В четверг я решу.
...дам новый вектор экономике нашей страны.
Ко мне. Умница. Хорошая девочка. Смотри.
Ну наконец-то.
Так мы идём или как?
Я думаю.
Чё тут думать?
Сегодня четверг.
Ты идёшь или нет?
Блин. Идёт он на хуй. Такой мудак.
Не знает, нужен я ему или нет.
Мне-то он точно не нужен.
У меня своя тема есть.
Мы с Кенни, в общем,
воруем собак этих,
породистых,
и продаём их во Флориде.
Я уже пять штук скопил.
Когда будет семь —
куплю унцию хмурого...
и буду сам продавать.
К тому же, сегодня днём...
у меня есть варик тёлку выебать.
Так?
Так что... я перед выбором.
Серьёзным таким.
Пойти и выебать тёлку
или пойти встретиться с Хомяком?
Выебать тёлку,
встретиться с Хомяком...
Ебал я Хомяка —
я лучше тёлку выебу.
Посмотреть бы на эту тёлку.
Одна из тех, что можно склеить
по объявлению в газете?
Прелесть. Как бы потом член не отсох.
Ну... да, когда такую увидишь —
вряд ли кинешься насиловать,
но шишку попарить — самое то.
Похоже, мне одному идти.
Слушай, ты сходи,
расспроси его обо всём.
Если тебя всё устроит,
я впишусь.
Если нет, если я ему не нужен — я пас.
Но тратить свой день я не буду.
Тут без вариантов.
- Как-то так.
- Ладно, похуй.
Не знаю. Я тут поспрашивал
про него, знаешь, и...
Не у всех подряд, конечно.
Не хочу, чтоб все знали,
что я могу что-то замышлять,
и в общем... никто его не знает.
Боюсь, нам не стоит связываться
с таким, как он.
Понимаешь, это не те люди,
которых можно в банке встретить.
Которые знают, что кто-то может
прийти и грабануть их,
и это не их деньги.
Это совсем не такие люди.
Когда приходит кто-то подозрительный,
чьи намерения им сразу не понятны...
кто-то из них обязательно подорвёт жопу
и поднимет шум.
Они даже ёбнуть кого-то могут,
чего уж там.
А я этого не хочу.
Ни к чему это, понимаешь?
Денег на этом не сделаешь.
Ни к чему это.
Да. Ничё не хочу сказать —
но у тебя хотя бы есть тема, понимаешь?
Всё ещё на мели, а?
Ага. Знаешь, чё я сделал?
Пошёл в инспекцию по УДО,
типа я правда верю в ту херню,
что они там втирают.
«Для тебя есть работа.
«В Холбруке требуются сборщики...
«130 в неделю, с 16 до полуночи,
стабильная работа.
«Удержит тебя от проблем». Прелесть.
Но я-то из Сомервилла.
Как я, блин, попаду
в Холбрук в середине дня?
Это ещё ладно...
Как мне, блядь, ночью домой добираться?
[от Сомервилла до Холбрука — 34 км]
«Купи машину».
«На что? Денег-то нет».
Как я, блядь, куплю машину?
Я вообще зачем, блядь, работу-то ищу?!
Долбоёбы.
А потом я вижу Рассела.
И дела у него в гору.
Такими темпами он на собственный
отель скоро накопит.
Не на собаках.
Собаки — это временно.
С них он купит себе немного наркоты,
когда получит нужную сумму.
Срок он получит.
Пусть сходит в аптеку и купит
себе новую зубную щётку,
потому что она ему понадобится.
Джон, раз у тебя есть план,
расскажи, в чём он состоит.
Твой собачник справится с карточной игрой?
Блин. Да ну нахуй!
Их же крышуют.
Только наглухо ебанутый
будет туда соваться,
который хочет, чтобы
за ним потом все охотились.
Эта тебе по силам.
Джон, да мне десять по силам.
Я минимум десять таких знаю.
Только потом минимум восемь
итальяшек будут за мной бегать.
Не, не в этот раз.
Потому что когда это случится,
они сразу поймут, кто это сделал.
Знаешь, меня это как-то
мало успокаивает, Джон.
Я не про нас! Нас они даже
близко не заподозрят.
Есть тот, кого они тут же схватят,
замочат его,
и дело с концом.
А мы с тобой получим 40-50 штук.
Как нехуй делать.
Как-то мне стрёмно
подставлять кого-то, знаешь?
Никого ты не подставляешь.
Он сам себя подставил.
Марки Трэттман эту игру проводит.
Это вторая игра у Марки.
Первую игру выставили.
И сделал это сам Марки.
Четыре года назад
Марки проводил игру.
Смотрит он на все те бабки,
которые там крутятся...
и думает: «Чёрт. Пара парней
с дробовиками и в масках
могла бы тут всё обчистить».
Тогда он думает: «Какого хуя?» —
и так и делает.
Руки, сука, на стол
вместе с деньгами, блядь!
Майк, ладно, ладно,
дай ему деньги. Давай, Майк!
Все игры приходится свернуть.
Гемор страшный.
Тотальный экономический пиздец.
Недовольство растёт.
Денег ни у кого нет.
В общем, все очень расстроены.
Вот блядь...
Марки!
Диллона отправляют узнать,
кто это сделал.
Ну и хули ты смотришь?
Марки!
Чего?
И Диллон идёт допрашивать Марки.
Привет. Чё случилось?
Ты игру выставил?
Господи!
Какого хуя?!
Диллон!
Но Марки допрос выдерживает.
Диллон, какого хуя?
Чё за дела?
Диллон не может разобраться,
кто это сделал. Так что они решают:
«Какого хуя?
Первый раз, что ли, грабят?»
Айда по пиву.
Какого хуя, а?
Хватит ныть.
В итоге игры возобновляются.
Всё начинает устаканиваться.
Люди снова зарабатывают деньги.
И все счастливы.
Как-то вечером
сидят они и разговаривают:
«А помните, как тогда все игры свернули?
«Люди от собственной тени
шарахались, я ебал».
Да, да, вообще ужас.
Тут Марки начинает ржать.
Не может остановиться.
А знаете чё?
И рассказывает, что это он
ограбил собственную игру.
Это всё я!
И все смеются.
А я где был?
Ну а чё,
это же не их деньги украли.
Марки все любят —
и в итоге его прощают.
Но если такое повторится,
если игру Марки снова выставят...
все подумают на Марки
и спрашивать будут с него.
Ладно, похуй, я в теме.
Что насчёт Рассела?
Да мне похер.
Бери, блядь, хоть Тарзана
в леопардовых трусах, если согласится.
Но надо шевелиться, понятно?
За это не волнуйся.
Мне самому тянуть нельзя.
Если быстро что-то не придумаю,
придётся в тюрьму назад проситься.
Начинает холодать,
а других вариантов я не вижу.
Потому что рано или поздно...
до этого додумается
другая хитрая сволочь...
и тогда всё —
денег мы не получим.
Не мы одни такие умные.
Пиздатая у тебя тачка!
Прям гостиная на колёсах,
но тачка отличная.
Да, жаль, что такие больше не делают.
Оставь себе эту.
Ага, мне сейчас только и нужно,
что крутая тачка.
Не дают, да?
Иди на хуй. Завтра ночью
я кому-нибудь вдуну, понятно?
Если всё пройдёт гладко —
прощай, воздержание.
Я, блядь, позабочусь о собственном поршне.
Заботиться о собственном поршне
тебе явно не впервой.
И от кого я это слышу, блядь!
Сам Козложопого в гудок пялил.
Кто бы говорил, блядь.
Слышь, мы ж в тюрьме были.
Правило №1: найди себе милого
чистоплотного старичка.
Это, блядь, Козложопый-то чистоплотный?
Правило №2:
не можешь найти милого
чистоплотного старичка...
бери замарашку.
Ты ебанутый.
Знаешь, надо было попросить,
чтоб тебе настоящего козла подогнали.
В тюрьму бы привели козла,
и ты бы его выебал.
У меня ведь были завязки
среди охранников.
Ой, бедные собачки.
Ты точно их там не поёбываешь?
Не, собаки, они...
они кусаются, понимаешь?
Вот тебе мой совет.
С собаками — не стóит, знаешь?
Могут откусить... насколько я слышал.
А это очень больно,
насколько я слышал.
Лучше уж с бабами, знаешь...
Если сможешь найти, конечно.
Возможно, у меня есть в этом сомнения.
Да найдёшь.
Есть тёлки и вроде нас.
Такие же чокнутые.
Взять эту. Красавица...
Но чокнутая.
Чокнутая!
Вот послушай.
Подхожу к её дому, так?
У меня уже стояк.
Дверь открывается —
ебать! — а она стоит совершенно голая.
Я слегка занервничал —
ведь у меня давненько не было, понимаешь?
А она такая: «Ну, зайдёшь
и трахнешь меня,
или будешь тут весь день стоять?»
Захожу с ней внутрь.
Ебу её.
Это было... О, говорю тебе,
она ёбется, как бешеный пришелец
с планеты Сосурн, понял?
Она начала стонать и причмокивать.
Будто с ума сошла,
засовываешь член, а она вся: «А-а-а-а!».
Сделали дело, кончили, отлично.
Следующее, что она говорит:
«Я убью себя».
Да все они так.
Это первое, что им приходит
в голову, многим из них.
Не бери в голову.
Ага.
Держи.
Господи, кроме посудомоечных
перчаток нихуя не было, что ли?
Чё нашёл, блядь, то и взял, понятно?
Бля, они слишком толстые.
Других не было.
Надо было латексные перчатки брать...
как в больницах, блядь,
или типа того.
Перебьёшься.
Держи.
Господи, это чё за хуйня?
А на чё похоже?
Это обрез, ёпта!
Который ты достать, блядь, просил.
Сам же попросил.
Выстрелишь из этой хуйни,
там, блядь, никто живой не уйдёт.
Так им и скажешь.
На нас там посмотрят,
как на пару придурков.
Расслабься.
Ладно, ты готов?
Ты даже перчатку не надел.
Надел я, блядь, перчатку.
Заебал ты уже.
Это ты заебал.
Иду туда с ручной, блядь, гранатой
и с гандоном на руке.
Так, руки, руки, руки,
всех касается, руки!
Руки, блядь, поднял!
Так.
Надеюсь, вы знаете, что делаете.
Мне принести деньги?
Только спокойно.
Руки, руки!
Отвернись, блядь.
Отвернись, сказал!
Руки, блядь, поднял!
Они ведь вас убьют.
Ты же в курсе?
Но можно этого избежать.
Ты можешь всё исправить.
Просто положи ствол...
повернись и выйди через парадный вход.
О твоём друге я позабочусь.
Последний раз говорю —
хватит, блядь, пялиться!
О нём не волнуйся.
Я позабочусь о нём для тебя.
Чё так долго?
Давай уже.
Руки, руки, руки!
А ну руки поднял, блядь!
Ты скоро там?
Ответь! Чё ты так долго?
Ты точно этого хочешь?
Так, ложи их на стол.
Мне сесть?
Ништяк.
Ладно, пидор,
давай раскошеливайся!
Деньги у вас. Отстаньте от него.
Выворачивай карманы и ложи всё на стол.
Эй, оставь беднягу в покое!
Все деньги у вас.
Завали ебало!
- Оставьте, блядь, его в--
- Ебало завали!
Ты, хуесос ебаный...
доставай, блядь, все деньги
и ложи на стол.
Не спеша, блядь.
Ладно, педрила.
Так, теперь ты.
Всё на стол.
Не спеша, блядь. Хватит пялиться!
Э, руки поднял!
Ещё не твоя очередь.
Руки подними, блядь!
Вытащи руку из кармана!
Решайте, как всё пройдёт:
по-хорошему или по-плохому.
По-хорошему: вы повторяете всё за этими двумя.
По-плохому: мы будем сами к вам подходить,
а его это нервирует.
Так что можете сидеть
и делать вид, что ничего
не прячете в носке или ещё где,
но тогда мы с моим нервным другом
подойдём и проверим сами.
И тем, кто хоть что-то забудет,
выбьем все зубы нахуй.
Ну как?
Отлично. Я тоже так считаю.
Так, чем меньше народу пострадает,
тем лучше, так что не выёбывайтесь.
Просто молча отдайте все деньги
и никто не пострадает.
Это всего лишь деньги.
Добрый вечер.
Наступил тяжёлый период
для американской экономики.
В последние несколько недель
многие американцы
стали опасаться
за свои финансы и своё будущее.
Я понимаю их беспокойство
и растерянность.
Мы наблюдали трёхзначные
колебания на фондовом рынке.
- Давай, действуй.
- Крупнейшие финансовые институты
находятся на грани краха...
и некоторые уже рухнули.
С ростом неопределённости,
многие банки ограничили
выдачу кредитов,
кредитные рынки встали,
и семьям и предприятиям
стало труднее занимать деньги.
Мы в самой середине финансового кризиса,
и федеральное правительство действует
в соответствии с ситуацией.
Мы повысили уверенность
в фондах денежного рынка.
Я знаю, что у многих
американцев сегодня есть вопросы.
Как мы дошли до такой
отметки в нашей экономике?
Как будет работать
предлагаемое мной решение?
И как оно отразится
на вашем финансовом будущем?
Это хорошие вопросы,
и они заслуживают ясных ответов.
Во-первых--
Жми, жми, жми.
Когда они узнали, что Диллон недоступен,
сказали встретиться с тем,
кого он пришлёт. Это ты?
Других желающих с тобой встретиться
я тут не вижу. А ты?
Не будем стоять на виду у строителей.
- Давай направо и пару кварталов вперёд.
- Большинство республиканцев, как мы знаем,
не одобряют этот законопроект,
а президент Буш...
он пытается сейчас
склонить общественное мнение
на его поддержку.
С каждым днём ситуация
становится всё более опасной,
и я стою перед выбором:
вмешаться решительными
правительственными мерами,
или отступить
и позволить безответственным
действиям немногих
подорвать финансовую
безопасность всех нас.
Произошла широкая потеря уверенности.
Налево.
И крупнейшие сектора
финансовой системы Америки
находятся на грани банкротства.
Ведущие экономисты
правительства предупреждают,
что без немедленной реакции Конгресса
Америку может охватить
финансовая паника.
Они очень обеспокоились,
когда я сказал,
что звонил Диллону,
а Диллон сказал встретиться с тобой.
Они очень волнуются.
Как он?
Не очень. Ходил к нему вчера.
Говорит, будто нож
в грудь воткнули.
Видимо, какое-то время
он не сможет ничем заниматься.
Сейчас уж точно.
На мой взгляд,
он совсем плох.
Заезжай под мост и тормози.
В общем, пару дней назад
выставили игру Марка Трэттмана.
Я слышал.
Да, два молодых.
Да?
Ты или Диллон слышали что-то
про двух молодых?
Мы многое слышим. Например,
я слышал, что они были в масках.
Верно.
Так что, возможно,
это не молодые.
Одеты были как молодые,
в джинсовку.
Трэттман сказал, воняли как животные.
Трэттман сказал.
Ещё Трэттман сказал, что у того,
который говорил, был детский голос.
Трэттман сказал.
Насколько я знаю...
со слухом и нюхом у Трэттмана проблем нет.
Нет, я тоже ни о чём таком не слышал.
Ну, какие наши действия?
Что думаешь?
Это мог быть Трэттман.
Он мог решить повторить это.
Никто бы не подумал, что он достаточно
тупой, чтобы делать это дважды.
Но я знаю Марки. Он не настолько тупой.
Думаю, ешё одни умники узнали,
что он раньше делал подобное.
Но сейчас это неважно.
Нет?
Начнём с Трэттмана.
И начнём как следует.
- Минутку...
- Да хоть недельку, если хочешь.
Нет, я не понимаю.
Я думал, ты ему веришь.
Друг мой, я верю.
Но игры-то закрыты, так?
Наглухо.
Люди теряют деньги.
Верно подмечено.
А им не нравится терять деньги.
Валим Трэттмана,
запускаем всё по новой,
возвращаем людей к тому,
чем они должны заниматься.
Сначала они хотят узнать,
он ли это сделал.
Нет никакой разницы,
виноват Трэттман,
или его подставили.
Если люди считают, что виноват,
а ему за это ничего не делают —
детишки начнут обносить
эти игры одну за одной, блядь.
Они хотят просто «поговорить» с ним.
Поговорить?
Что это значит?
«Поговорить» с Трэттманом,
послушать, что он скажет.
Поговорить?
В смысле, по-настоящему.
Избить его?
Как сильно его надо избить?
Припугни слегка.
Только без фанатизма,
они не хотят его калечить.
Ну ещё бы.
Вот вы всегда так.
Ладно.
Давай без этой херни, ладно?
- Ладно.
- По-серьёзному.
Всё, по-серьёзному.
Но зачем?
Что он сделает, сознается?
Если да — его убьют.
Если нет —
решат, что он опять врёт,
и тоже убьют.
Так или иначе,
Марки — труп.
Зачем тогда бить бедолагу?
Это трата времени,
плюс очень неприятная
процедура для Марки.
Избавьте беднягу от страданий.
Чё не так?
Это убийство,
а они не хотят мараться.
Да ебать в рот.
Кто всем рулит?
Ты не поверишь.
Ответственных лиц нет.
Мне приходится брать их за ручку
и медленно вести через это
как отсталых детей.
У них чё — совет?
Абсолютно корпоративное мышление.
Господи.
Стране пиздец, точно тебе говорю.
Быть беде.
Сегодня мы предпринимаем
решительные действия
для защиты американской экономики.
Мы делаем это с тяжёлым сердцем.
Сегодняшние действия —
это не то, чего бы мы хотели,
но эти действия нам
необходимо предпринять,
чтобы восстановить уверенность
в нашей финансовой системе.
Я хочу объявить,
что казначейство будет
приобретать пакеты акций.
Вон тот серый слева.
Он в нём живёт?
Ага.
Джеки, гандон этот.
Джеки — нормальный пацан.
Гандон он дешёвый.
Это нам придётся
мучить Марки, а не ему.
Марки справится.
Он будет нам всё усложнять.
Да не будет.
Будет. Бля.
Он настаивает на этих мерах.
Без конструктивного обсуждения,
дебатов или каких-то изменений.
Это как бы...
немедленное разрешение на применение
финансовых рычагов.
Таков план мистера Полсона,
бывшего главы «Голдман Сакс».
Нам не следует идти на поводу
у заправилы Уолл-стрит,
который прячется под маской
министра финансов.
Это никому ничего
не напоминает?
Например, спешное вторжение в Ирак
накануне выборов несколько лет назад?
Нам всё это знакомо.
Должны быть последствия,
и должны быть серьёзные изменения...
- Привет.
- Садись в машину, Марки.
Зачем?
Зачем?
В машину, блядь, садись, Марки.
Стив, я не виноват.
Ты сядешь в машину.
Ты знаешь, что сядешь в машину,
так что садись, блядь, в машину!
Барри, открой-ка дверь.
Стреляй.
- И выстрелю, блядь!
- Давай, стреляй.
- Иди ты на хуй, Марки.
- Сел в машину, блядь!
- Залезай, ёбаный в рот!
- В машину, блядь, садись!
Пидор.
Вылезай, Марки.
Прошу, Стив,
давай всё обсудим, ладно?
Вылезай из машины, Марки.
Я ни в чём не виноват.
Я ведь говорил.
Говорил, что он нам всё усложнит.
Зачем всё это, Марки?
Нам ведь тоже нелегко.
Зачем нам всё усложнять?
Потому что я ни в чём не виноват.
Быстрее, Марки.
Ты заебал, сука,
вылазь из машины.
- Вылазь, блядь! Ну!
- Выходи из машины, Марки.
Он чё, блядь, по-китайски сказал?
Давай, Трэттман, выходи.
Дверь, блядь, закрой.
Так, встань сюда.
Туда встань, вон туда.
К двери.
Ебаться в рот.
Пусть у моей матери рак будет,
но я тут ни при чём.
Ты не можешь им так сказать?
Я знаю, как всё выглядит. Знаю.
Богом клянусь, это не я.
Бля, Барри.
Кровью, блядь, меня запачкал.
Кто те детишки, Марки?
Не знаю. Не знаю.
Нет, я не знаю.
Ты нам всё усложняешь, дружище.
Давай, детка. Вот так.
- Нет, нет, нет.
- Убери руки.
Марки, я не хочу попасть по рукам.
Да перееби ему уже!
- Поверни его.
- Перееби ему!
Вот так.
Держи ему руки, Стивен.
Нет, нет.
Слышь. Ты как, Марки?
Марки, всё нормально?
Ладно, давай послушаем его.
Марки, те детишки,
ты точно не знаешь, кто они?
Уверен?
Уверен.
Уверен, Стив.
Я должен знать.
Знать наверняка, Марки.
И если ради этого мне придётся
провести тут всю ночь,
мне это не понравится.
Эта ночь покажется тебе
ужасно долгой, Марки.
Козёл.
Хуесос!
Что скажешь, Стив?
Отвали!
Уёбываем отсюда.
Блядь.
Стивен.
Чё?!
Садись в машину.
Ёбаный ты пёс.
Привет, мудила.
Взгляни на себя! Взгляни на себя!
Как жизнь?
Ебать, ты смешной!
- Ну и причесон, блядь!
- Иди на хуй.
- Чё ты несёшь?
- Ты чё, лаком побрызгался?
Никакой это не лак.
Я ж не гомик.
Это гель, заебал.
- Ты точно слегка не голубой?
- Мне его мой парикмахер дал.
Вот это да. Новая тачка.
Чё это за хуйня?
Собачье говно. Давай, поехали.
Поехали, давай. Я домой хочу.
Рассел, ты говном воняешь.
Я тебя в свою машину не пущу.
Ты сам говном воняешь,
гейским говном.
Посмотри, всё ништяк. Успокойся.
Это было прекрасно.
Мы выехали посреди ночи, ёбаный в рот.
До самой Флориды
ебашил проливной дождь.
Собаки ссутся, пердят, срутся,
а мы не можем открыть окна.
Иначе утонем.
Закрой окно, блядь!
Ты чё, ёбнутый?!
Выбрось сигарету, блядь!
Было ужасно.
Будто в сортире ехали.
Когда мы уже были в Орландо,
мы решили сжечь тачку.
Кенни, значит, засовывает тряпку
в бензобак и поджигает.
Лучше палку возьми.
Не поджигай руками, слышь.
Чё ты как...
Рассел, ебать ты очкошник.
Я дохуя раз это делал.
Всё нормально. Смотри, как вспыхнет.
Каждый раз тащусь.
Видишь?
Блядь!
У Кенни не осталось бровей,
волос почти тоже
и чувства юмора в придачу.
Знаешь, я думал, собаки
будут лёгким заработком.
Я был прав наполовину.
Видок у тебя говёный.
Ага.
Дело в том,
что я не спал уже неделю...
Сначала мне нужно
закончить с той темой.
Ты чё, ещё не скинул наркоту?
Скинул? Господь с тобой.
Я пока её не разбодяжил.
Смотри, толкну всё
быстро кому-то одному —
получу максимум 15-16.
А если разбодяжу...
смогу толкнуть уже двоим за 25.
Рассел, это глупо.
Пиздец как глупо.
Это штука долларов за год.
О, ты такой же тупой, как и я.
Если ты думаешь, что мы умные,
раз провернули то дело,
то это не так.
Всё ништяк вышло.
Ага, просто заебись.
Правда, нас заказали.
А так да, всё ништяк.
Хули ты несёшь?
Хули ты несёшь?
Рассел?
Рассел?
Алё!
Хули ты несёшь?
Нас заказали:
тебя, меня и Хомяка.
Если я отсюда не свалю,
меня замочат вместе с вами.
Я поеду в Монреаль.
За что?
Эй! За что?
За что?
За что, за игру Трэттмана.
Хули ты тупишь?
Рассел, Трэттман практически труп.
Его отделали в говно.
Ты ведь это не знал, да?
Знал я всё. Мне Кенни сказал.
Кенни?
Ты Кенни Гилла имеешь в виду?
Эй, Рассел, ты Кенни Гилла
имеешь в виду?
Рассел, очнись!
Чё ты сказал?
Ты Кенни Гилла имеешь в виду?
Ну да.
Рассел, Кенни Гилл работает на Диллона.
Кенни Гилл на Диллона работает!
И чё?
А то, что ты общаешься
с чуваком, который...
С чуваком, который, блядь,
на Диллона работает.
И хули с того?
Что ещё ты ему рассказал?
Что ты ему рассказал,
если, конечно, он уже,
блядь, обо всём не догадался?
Нихера я не говорил.
Итак, кроме Хомяка
у нас два паренька, два.
Один из них всё растрепал.
Ехал во Флориду с Кенни...
с Кенни Гиллом, нашим Кенни,
про которого знал,
что тот работает на Диллона,
и начал понтоваться перед ним,
что обнёс карточную
игру на сто штук.
Серьёзно?
Не знаю, что с ними такое.
Не могут не трепаться.
А Кенни... Кенни такой же тупица.
Я чисто случайно узнал...
Этот паренёк вложился
в пару унций герыча,
хотел взять Кенни в долю.
Кенни пришёл ко мне и спросил,
что я об этом думаю.
Они как будто просятся в тюрьму.
Для них, наверное, она как дом родной.
Так ты хочешь действовать сейчас
или подождать?
Я говорил с Диллоном.
Мы считаем — сейчас.
Ладно.
Валим Трэттмана,
запускаем игры по новой.
Трэттман, при чём здесь Трэттман?
Ты же сам сказал, что это был...
этот Хомяк с двумя корешами.
Всё так. Плюс с Трэттманом
поговорили, так что я уверен.
Ещё бы. Твои ребята там
слегка перестарались.
Чуть его не убили.
Не я это придумал.
Я сказал, трата времени.
Я сказал, трата денег.
Я сказал, зачем мучить Марки.
Знаешь, он звонил мне.
Я едва его понял.
Да я едва смог ему перезвонить.
В первый раз он попал на секретаршу.
Она не разобрала,
какой номер он продиктовал.
У него челюсть сломана.
- Я в курсе.
- Сломаны рёбра,
сломан нос,
выбито три или четыре зуба.
Говорит, есть опасения
насчёт селезёнки.
Он был в больнице,
когда мы разговаривали.
Уже выписали, вроде.
Значит, с селезёнкой всё нормально.
Но он всё равно недоволен.
Как жаль. А мы так старались.
Мне это им сказать?
Говори, что хочешь.
Это ничего не изменит.
Трэттмана надо валить,
и они это знают.
Видишь ли...
Я не...
Я не понимаю зачем.
Мне надо объяснять дважды?
Что, по-твоему, думают на улице?
Без понятия.
Они думают на Трэттмана.
Что он делал это раньше,
сделал это снова, а его просто побили.
Но ведь это не так.
Он за это отвечает. Он делал это
раньше, и это случилось снова,
так что ему отвечать,
что подумают люди.
Для окружающих это Трэттман,
и только Трэттман.
Других вариантов нет, советник.
Трэттмана надо валить.
Он сам виноват.
Погоди, теперь дошло.
Я тебя понял. Общественное
мнение и всё такое.
Ладно.
Ладно.
Итак. Предположим,
они согласятся с тобой...
Сможешь заняться Трэттманом?
Конечно.
А как насчёт того Хомяка?
На мой взгляд, он главный кандидат.
Вряд ли.
Тут мне понадобится Микки.
Микки? Микки с Нью-Йорка?
А сам что?
Потому что Хомяк меня знает.
Я разве не говорил?
У него как-то была проблема,
Диллон взяться не мог,
так что взялся я,
и теперь он меня знает.
Он поймёт, что...
если за ним придут,
то это буду я либо Диллон.
И что?
Ты убивал кого-нибудь?
Нет.
Это бывает душещипательно.
Душещипательно?
Эмоционально, невесело, напряжно.
Они плачут, просят, умоляют,
ссутся, зовут матерей.
Становится неловко.
Мне нравится убивать тихо.
С расстояния,
не касаясь чувств.
Не люблю чувства.
Не хочу вспоминать о них.
Нужен Микки. В чём проблема?
Микки дорого стоит.
Сейчас нет.
- Подпишешь его за десять?
- Пятнадцать.
Он возьмёт пятнадцать?
Пятнадцать, ёбана.
По-моему, при нынешней экономике
от пятнашки за два дня работы
Микки не откажется.
Оплатим ему все расходы.
Прилетел, замочил, улетел,
получил пятнашку.
Эконом-классом.
Американская финансовая система
сложна и запутана.
Но за всей этой терминологией
немаловажен человеческий фактор.
Уверенность.
Уверенность в нашей финансовой
системе крайне важна
для стабильной работы
нашей экономики,
и в последнее время
эта уверенность пошатнулась.
На нас всех лежит ответственность
по разрешению этого кризиса,
потому что он затрагивает
финансовое благополучие
каждого американца.
В понедельник Палата представителей
ничего не предприняла.
Мы наблюдали крупнейший за два
десятилетия обвал фондового рынка.
Но в конечном счёте,
нет никакой вражды... между
Уолл-стрит и правительством.
Как американцы
мы движемся одной дорогой,
и все взлёты и падения мы пройдём
как единая нация, как единый народ.
Эй, иди сюда.
Ты куда за ними ходишь?
Простите?
Я спросил, куда ты за ними ходишь?
В другое здание, да?
Надо идти пешком пару кварталов,
такси брать или чё?
Нет, сэр, у нас сегодня один человек
на обслуживании, и он очень занят.
Напитки вас устраивают?
Нет, на самом деле, они практически
выдыхаются, пока ты ходишь.
Микки! Да, напитки нас устраивают.
Принеси ещё.
Да, сэр.
Ничё, если я твоё пиво выпью,
пока этот...
Ларч* до аэропорта сгоняет?
[дворецкий из «Семейки Аддамс»]
Ты ж говорил, толстеешь от него.
Ага.
Короче, приняли меня в Мэриленде
с тем стволом.
Каким стволом?
Да... на охоту ехал, блин.
Я и тот тип, Топпер.
Знаешь Топпера?
- Нет.
- Хороший мужик.
В общем, ехали мы в Мэриленд
гусей пострелять...
на побережье.
Приехали туда и...
внезапно обнаружили
там пару сотен копов,
а у меня дробовик в багажнике.
Заебись просто.
Ёбаный дробовик,
который я только купил, блядь.
Даже не пользовался им ещё.
И всё, я уже арестован.
Незаконное владение.
Так что я могу сесть
из-за ёбаного дробовика,
который я, блядь, в магазине купил,
чтобы пострелять гусей, блядь.
Господи.
Ты пиво ему принёс?
Нет, сэр, я думал, он просил
только один бокал.
Чё?
Я думал, он просил
только одно пиво.
Я пью его пиво.
Я его пиво пью.
- Принеси ему пива.
- Не надо мне пива.
Всё нормально.
Ладно, нет так нет.
В общем, Топпер--
Ты не слишком налегаешь, Микки?
Я свою норму знаю.
В общем, Топпер, да, Топпер...
Он чувствует себя виноватым и...
Он уже в возрасте.
Его не арестовывали лет тридцать.
И мы порешили,
что дробовики будут его.
Я просто помогал старику
и подвозил его туда.
А если они не его?
Я присяду.
Если дробовики не его,
я присяду.
Вот и всё.
Сидел раньше.
Могу и снова.
Тяжко жене будет.
Да.
В прошлый раз она
даже подала на развод.
Я её не виню.
Она уже дважды через это проходила.
В общем, мне приходят бумаги.
Я собирался их подписать,
дать ей то, чего она хочет,
раз уж она так решила.
Она ничего мне не должна.
Но я попросил её приехать.
Говорю: «Марджи, ради меня.
Не делай ничего сейчас.
Дождись меня, как в прошлый раз,
и тогда решай».
Она смотрит на меня.
Говорит: «В прошлый раз ты пообещал...
«Ты пообещал мне,
что завязал,
«а теперь я буду ждать ещё пять лет
«и стану ещё на пять лет старше,
«а ты снова выйдешь
и натворишь что-то ещё».
И я говорю: «Марджи, что я
могу сказать? Ты права.
«Ты права,
но всё, что я прошу...
«это подождать,
пока я снова не выйду.
«Потому я не знаю,
что там у тебя за парень...»
Но я знал.
Знал. Знал, что она
с кем-то встречается.
Я знал уже через два дня
после их первой встречи,
и мне, как мужику, это не понравилось.
Но я его не винил.
В общем, я сказал: «Марджи...
«ты должна сделать это ради меня.
«Я должен быть с тобой,
так же как и он...
«потому что ты и я —
мы всегда хорошо ладили».
Потом она начала плакать,
мотать головой и...
Я подумал, что...
Но она не ушла.
Всё обошлось.
Тебе уже хватит.
Скоро на ногах стоять не сможешь.
Я пил, когда тобой ещё не кончили.
Не надо мне указывать.
Если в следующий раз
она подаст на развод...
я просто всё подпишу.
Потому что я хуй ещё раз это вынесу.
Счёт.
Много говна тебе выпало.
Чё ты можешь сделать?
Пытаешься справиться.
Чё, бежать из страны,
как какой-то уклонист ебáный?
Нахуй надо.
Всё равно вся эта херня
ничего значит.
Говно всё это.
Так чё надо сделать-то?
У нас двое парней.
Вообще-то, четверо,
но тут заебёшься ждать,
пока разрешение дадут.
Так что наверняка у нас двое.
Но один меня знает...
поэтому ты здесь.
Так чё, мне двоих брать или как?
Хочешь двоих — я не против.
Берёшь?
Слушай, я бы согласился, но...
мне нельзя здесь находиться, понимаешь?
Мне предписано быть
в Нью-Йорке или Мэриленде.
Если хочу поехать куда-то,
я должен отпрашиваться.
А я не отпросился.
Так что мне не стоит задерживаться
дольше, чем нужно, понимаешь?
К тому же, двое — это рискованно.
Не, возьму одного.
Ладно.
Короче, слушай.
Это будет тот, который меня знает.
Другого возьму я.
Его я уберу сегодня,
если всё будёт нормально.
Блядь.
Чё будем делать, Джеки?
Не думай о том,
что я буду делать.
Думай о том,
что будешь делать ты.
Деньжат срублю, так?
500, как обычно.
500, и чтоб безо всякой хуйни.
Я тебя хоть раз подводил, ёпта?
Кенни, мир полон тех,
кто никогда не косячил,
а потом раз сделал хуйню
и теперь мотает срок.
Так что не стоит начинать сегодня,
тем более пока я с тобой.
Я ни разу не косячил.
Где, блядь, тачка?
Сзади. Я думал, ты сказал--
Забудь, что ты там думал.
Шевели жопой,
он домой поехал.
Не понимаю.
Он тоже сегодня не поймёт.
И вообще никогда.
Да шевелись ты.
Хочу хоть раз домой пораньше вернуться.
Положи доллар на место.
На место положи.
Я хуею с тебя!
В Америке наиболее
талантливые, эффективные
и предприимчивые работники в мире.
Подъезжай к нему. Потихоньку.
Остановись рядом, Кенни.
Только чуть впереди.
Чтобы я с ним поравнялся.
Первая — была неплохая.
Не хорошая, но и не плохая.
Нормальная.
Только суетливая какая-то.
Милый, можешь застегнуть?
Нет.
Я думала, ты пошутил.
Нет. Клиента своего проси.
Знаешь, с еблей нынче,
как и со всем остальным.
Всем на всё насрать.
Если нанимаешь кого-то
сделать что-то,
говоришь, что заплатишь за это,
и те соглашаются,
то они обязаны всё сделать.
Для того, кто устроил себе
трёхдневную вечеринку,
ты слишком много ворчишь.
Я за это заплатил.
Имею право поворчать.
Так ты знаешь ту шмару — Полли?
Милый?
На тумбочке возьми.
Бумажник на тумбочке.
Все знают Полли.
Ага, первая девка, которую
ты прислал, так же сказала.
Там 283 доллара, понятно?
Когда я встану, я хочу видеть
там 183 доллара, это ясно?
Ясно. Без чаевых?
Без чаевых.
Ты сама щедрость.
Пошла она на хуй.
Хочешь чаевых, милая?
Тогда вот тебе совет.
Надевай гандон ртом
и не делай вид, что твоё очко —
это национальное достояние.
Ты обычная блядь, господи.
Иди на хуй.
Послушай сюда, милая.
Однажды папик, которого ты выдоишь,
лицо тебе порежет
за такие разговоры.
Как тебе понравится?
Боже, не знаю.
Думаешь, я кончу?
Если бы ты могла,
может, и кончила.
Но я думаю, нет.
Иди на хуй.
Примерно там я и хотел её видеть,
когда она пришла.
Не имел нормальной тёлки
с самой Флориды.
- Санни.
- Санни. - Ага.
Ты, наверное, тоже её выебал,
когда я уехал?
Микки.
Когда мы с Диллоном приехали,
она была с тобой.
Когда мы уезжали,
она всё ещё была с тобой.
Ты был там сколько?
Три недели.
Три недели!
А я там пробыл пять дней
в середине.
Как бы, блядь, я это смог?
Не знаю.
Опять пусто.
Точно не хочешь присоединиться?
Рановато ещё.
Сэмми её ебал.
С Детройта который?
Разодетый итальяшка?
Он жидяра, блядь.
Столько лет его знал...
а он, блядь, так поступил. Козёл.
Сука.
И почему мне не всё равно?
В смысле, я понимаю, что...
когда я там — я там, она со мной...
а когда я уезжаю, и там ты,
она с тобой.
Не была она со мной.
Я не про тебя. Я в общем.
А.
Ну и ладно.
Я ж не то чтобы люблю её.
Просто я с ней, когда я там.
Ёбаный Сэмми.
Микки.
Она хорошая — Санни.
Хорошая девчонка.
Если у тебя на неё не встанет,
скорее всего ты мёртв.
И вот что я скажу...
уж я-то повидал
всех возможных тёлок.
Ага, только за эту неделю.
Ты тут сколько, три дня?
Говорят, ты уже видел
большинство местных тёлок.
Люблю это дело.
Это, типа, моё хобби.
Я бы их три дня ебать не смог.
Заебался бы.
Хочешь тёлку?
Во всём мире нет тёлки лучше...
чем молодая еврейка,
которая путанит.
Буду иметь в виду.
На носу заруби.
Когда я впервые встретил Санни...
она вошла в комнату,
у меня был зверский стояк.
Я пятерых мог бы
таким болтом заебашить.
- Стоял так, что у меня аж веки...
- Микки.
вниз оттянулись,
чтоб члену кожи хватило.
Микки.
Бля, как же я хотел её выебать.
Она была такая охуенная.
Микки!
- Я чувствовал себя мужиком.
- Мик!
Мне было хорошо с ней. Чё?
Ты будешь в норме...
завтра ночью, послезавтра?
Я и сейчас в норме. Какого хуя?
Отстань от меня.
Послезавтра надо повидаться
кое с кем, понятно?
Я пришлю человека,
который тебя покатает.
Не хочу никуда.
Хули ты несёшь?
Не, не хочу никуда.
Ты приехал кое-что сделать, помнишь?
Я об этом.
Ладно, давай его сюда.
Давай, блядь, его сюда,
щас всё сделаем.
Сюда его!
Щас, блядь, всё сделаем!
Зови его!
Слышь, вот как ты поступишь.
Ты ляжешь спать, блядь.
Сейчас полтретьего, говнюк.
Я позвоню в 7:30,
и если ты не проснёшься,
я цинкану паре знакомых копов,
которые вернут тебя туда,
где тебе место.
- Да ну?
- Да!
Ни тёлок. Ни бухла.
Ничего.
Прими душ и ложись спать.
Я тебя разбужу и
скажу, куда подъехать.
Будут такие высерки ещё мне указывать!
В 7:30. Проспись.
Он здесь три дня.
То, что он не выебал
в эти три дня, он выпил.
Он был бухой, когда я ушёл.
Два часа дня, а он уже нажрался.
Когда я ему высказал за это,
он прямо в трусах хотел
на дело не сорваться.
Пиздел и пиздел.
Ты сам его хотел.
Ты просил помощь —
мы тебе её предоставили.
Мне нужен был Микки
двухлетней давности.
Сейчас это убожество, блядь.
Ты обсуждал это с Диллоном?
Говорить-то он в состоянии?
Диллон со мной согласен.
Пусть проваливает.
Ты его позвал. Отправь обратно.
Не уедет. Ему бабки нужны.
Я с ним сегодня встретиться не смогу.
Да не в этом дело.
Я хочу подстроить,
чтоб его приняли.
Он не заговорит?
Если решит, что это из-за меня,
то может.
Скажем, где-нибудь послезавтра...
он поцапается со шлюхой в отеле,
где скандалы со шлюхами не любят.
Его за это повяжут.
Залог отзовут
и отправят обратно.
Жестковато.
Так для него даже лучше.
В тюрьме хоть не упьётся до смерти.
А если он не сядет,
то захочет убить нас.
Сколько будет стоить девчонка?
Пятьсот, может, штуку.
Господи.
Всего штуку.
Но мне всё равно нужно
спросить разрешение.
За все эти плохие новости
они каждый раз
порвать меня готовы.
Возникла проблемка, чё.
У нас не должно быть проблем,
вообще никаких.
Только не кури в моей машине.
Я тебя прошу.
Так, похоже, наш паренёк
всё-таки пришёл.
Да, вижу его.
Направляется ко входу.
Всем постам, это пост №3.
Он идёт к камерам хранения
на западной стороне.
Вы имеете право хранить молчание.
Оружие, ножи и тому подобное имеется?
Шприцы, которые могут в меня воткнуться?
Не знаю, возможно.
- Что?
- Да.
- Да или нет?
- Левый карман, в куртке.
У вас есть право проконсультироваться
с адвокатом перед допросом.
Рукой не шевелить.
Если вы не можете оплатить услуги адвоката,
он будет вам предоставлен.
Вы поняли то, что я вам сейчас зачитал?
Бедняга.
Я так и знал.
Говорил ведь ему,
какого хуя.
Пацан-то хороший.
Всегда поддерживал меня...
а теперь я даже помочь ему не могу?
Не фартануло.
Конечно, Джон,
и ты рискуешь,
и я рискую,
и когда-нибудь нас тоже примут.
И кому мне тогда звонить? Тебе?
У меня тоже нет друзей.
Сам посуди.
Ты, я и Рассел
в одном и том же положении,
только его уже взяли,
а нас ещё нет.
Фрэнки, расслабься.
Как с Трэттманом.
Всё вышло, как ты сказал.
Когда его ещё не грохнули,
и Рассел рассказывал всякое,
я до усрачки боялся,
что его так и не грохнут.
Я думал, что грохнут меня .
Я не в смысле, что...
То есть я рад, что грохнули его ,
но всё равно как-то жалко, понимаешь?
Можно было и без этого.
Вот ведь говно.
Весь мир — говно.
И каждый тут сам за себя.
Слышь, хули ты мне сделаешь?
Вали отсюда, сука!
Это мой район!
Я, блядь, тут рулю!
Вали отсюда!
Чё ты сделаешь? Чё ты сделаешь?
Я тут рулю! Я тут рулю!
Я тут рулю!
Чё ты мне сделаешь?
Пиздуй отсюда, слышь!
Вали отсюда!
Наш взор устремлён в будущее.
Чтобы озарить его
светом ответственности.
«Будвайзер»?
Ага.
В бутылке или разливное?
Да похер.
Они всегда так.
Задрали.
Знал бы, что так будет,
не пришёл бы.
Не, я б пришёл.
Не знаю, как ему удаётся,
но тут работают, наверное, самые
фигуристые девчонки в городе.
Каждый день сюда захожу.
Знаю.
Раньше тебя тут не видел.
Чё-то я тебя не знаю.
Меня мало кто знает.
Я здесь никогда раньше не был.
Я пришёл к тебе.
Мне сказали, что ты часто
бываешь здесь в это время,
вот я и пришёл.
Кто сказал?
Кто? Друг.
Твой друг, вообще-то.
Какой друг?
Просто друг.
Твои друзья волнуются за тебя, Фрэнки.
Они думают, что тебе нужен помощник.
Кто всё знает, всё подскажет.
Научит, как спасти свою жопу.
- Да?
- Да.
Понимаешь, важно не то, что ты сделал.
Важно то, что люди думают,
ты сделал.
Именно за это тебе придётся отвечать.
И когда придёт время...
ты должен быть готов
кое-что сделать.
Ага.
Где он будет завтра вечером?
Кто?
Джонни Амато. Завтра вечером —
где он будет?
Я не знаю.
Фрэнк.
Не забывай, что я тебе сказал.
Твои друзья волнуются за тебя.
Эти друзья хотят дать тебе
второй шанс.
Понимаешь меня?
И этим друзьям нужно знать,
где будет Хомяк.
Ага, только хуй знает,
кто ты такой вообще.
Мало кто знает.
Диллон, разве что.
Да, Диллон меня знает.
Да.
Хочешь, я наберу Диллона,
и ты спросишь у него,
кто я такой?
Нет.
Ладно, тогда где он будет?
Понятия не имею.
Ладно.
Ещё увидимся, Фрэнки, друг мой.
Не-не-не, подожди.
Иди на хуй,
мне за ожидание не платят.
Говоришь, что не знаешь —
ладно, не вопрос.
Но мне некогда ждать.
Мне нужно найти того, кто знает.
Где Джон будет завтра вечером?
Да. И теперь, думаю, не только это.
Но и где будешь ты послезавтра.
Хотя... ты сейчас в положении,
в котором мало кто оказывается.
Ты можешь всё изменить.
У тебя есть выбор.
На моей памяти мало кому так везло.
Надеюсь, ты понимаешь,
что я не гоню.
Очень жаль, что ты мне не веришь.
И теперь тебе пиздец.
Господи, слушай, я так не могу...
Вот скажи мне.
Подумай хорошенько.
Если бы я поехал к нему в Уолластон,
прямо сейчас, и сказал:
«Хомяк, ты или Фрэнки? Выбирай».
Думаешь, он бы стал долго думать?
Думаешь, стал бы?
Н-не знаю.
Мудак.
Мудак е-ба-ный.
- Неудивительно, что ты сидел.
- Слушай, я...
Не хочу я слушать.
Я и так всё знаю.
Я знаю, что мне надо.
Надо найти нужного человека.
Так что решай, пацан,
и решай сейчас.
Я тебе помогу,
я тебе не помогу.
- Мне всё равно.
- Дай мне подумать.
Некогда думать.
Согласен или не согласен.
Я спешу.
Пиздос. Слушай, я не знаю,
смогу ли я так, понимаешь?
А разве есть выбор?
Нет.
Славно.
Тогда ты знаешь.
Это естественный отбор.
Ладно. Чё мне надо сделать?
Узнай, где будет Джонни.
Я уже знаю.
Да?
У него есть подружка.
Он мне рассказывал о ней.
Так, а где будешь ты?
Я сказал ему, что буду дома. Я буду дома.
Нет, не будешь.
Не буду?
- Нет.
- А где?
Ты будешь со мной,
а мы будем там, где будет он.
Господи, я не могу.
Если он меня увидит, то всё.
Он сразу насторожится.
Я не могу.
Д-давай так...
Ладно, ладно.
Видимо, ты сделал другой выбор.
Мне правда нужно это делать?
Всё-всё?
Мне нужно быть там
и всё такое?
Фрэнк, ты совершил ошибку.
И ты должен показать, что ты её осознал.
И ты должен всё исправить.
Иначе кого-то отправят сделать что-то,
как с Трэттманом.
Тот никогда не поступал правильно.
Джек, он ведь не плохой человек.
В смысле, он совсем не плохой человек.
Как и все они, пацан.
Все они клёвые ребята.
Он всегда поддерживал меня.
Ага, и определил тебя
почти на шесть лет, блядь.
Это не его вина.
Пацан, когда кто-то что-то делает,
а другой за это садится,
это его вина.
Это прописная истина.
Он же неспециально.
Это без разницы.
Вообще.
Это они?
Нет, у Джона кадиллак.
Я знаю, что у него.
Я спросил, они ли это?
Нет. Я бы сразу сказал.
Думаю, ты не прав насчёт него.
Ну, по поводу отсидки...
Ему пришлось хуже, чем мне.
У него ж семья и всё такое.
Зато больше ему сидеть не придётся.
Это он.
Не уверен.
Ещё как уверен.
Он надолго, пацан?
Не знаю.
Ладно, вежливость в сторону.
Он ебёт её здесь или где-то ещё?
Она живёт с соседкой.
Один его знакомый держит
мотель в Хейверхилле.
Ладно. Тогда сложностей не будет.
Я это, собирался завести тачку,
чтобы мы сразу могли стартануть.
Скорее всего, будет шумно,
а я знал ребят,
которые, услышав шум,
стартовали слишком резво
и оставляли кого-то
стоять с пальцем в жопе.
Блядь, блядь.
Вот теперь стартуй, пацан.
Помедленнее, пацан.
Господи, туда сейчас все копы съедутся.
Да, и один из них тебя поймает.
Не газуй.
Пацан.
Сбавь скорость.
Не могу.
Надо, пацан.
Сбавь скорость, блядь.
Пацан, моя тачка в Примроузе.
Нам ехать и ехать.
Сбавь, блядь, скорость.
Может сам, блядь, поведёшь?
Ты ведь знаешь, что надо делать?
Конечно. Доеду до своей тачки,
брошу эту и поеду домой.
Просто бросишь?
Господи, протру тут всё.
Ты как, нормально?
Да, просто охуенно.
Где, говоришь, твоя тачка?
Да сколько можно.
Она на стоянке в Браунвуде.
Это так, на всякий случай.
Некоторые забывают.
Всё я помню, блядь.
Ничего не забудешь?
Знаю, знаю.
Избавиться от тачки,
не ехать слишком быстро,
пристегнуться, блядь.
Ответ, который дали
молодые и старые,
богатые и бедные,
демократы и республиканцы,
чёрные, белые,
латиноамериканцы,
азиаты, коренные американцы,
геи, натуралы,
инвалиды и не инвалиды.
- Американцы, которые заявили миру,
- Ну да, мы все одинаковые. Мы все равны.
что мы никогда не были
просто набором отдельных личностей...
или набором красных штатов и синих штатов.
Мы есть и всегда будем
Соединёнными Штатами Америки.
Дальше он скажет,
что мы — общество,
единый народ.
Через взлёты и падения
мы проходим как единая нация,
как единый народ.
Ну и шуму ты поднял.
Сделал, что смог.
Пиво.
Теперь всё под контролем,
я полагаю, наконец-то?
Для человека,
которому я пытаюсь помочь,
ты крайне неприветливый.
Я ведь мог сказать,
чтоб ты ко мне ехал.
Мне необязательно было
самому приезжать.
Я к тебе по-доброму.
Ты ко мне по-доброму?
Конечно. Я добрый малый.
Мне нравится помогать людям,
оказывать им разные услуги.
Окажи мне услугу,
избавь меня от своих услуг.
Я вижу, как ты работаешь.
Короче, просто отдай деньги.
Прошу прощения.
Будешь пересчитывать?
Мне отлить надо.
Отвали, а?
Имбирного эля ещё выпей, что ли.
...из-за рубежа,
из парламентов и дворцов,
кто собрался возле радиоприёмников
в забытых уголках планеты —
наши истории разнятся,
но судьба у нас общая.
Сегодня мы снова доказали,
что истинная сила нашей нации
не в мощи нашего оружия
или масштабе нашего богатства,
но в несокрушимой мощи
наших идеалов:
демократии, свободе,
возможности и несгибаемый надежде.
Да, мы можем! Да, мы можем!
Да, мы можем!
Да, мы можем!
Да, мы можем! Да, мы можем!
Полегчало?
Нет. Там только тридцать.
За троих.
Я ещё спросил, надо ли мне
платить за паренька,
и они сказали, что надо.
И были правы.
Но тут всего по десять за каждого.
Верно.
Ценник — пятнадцать.
Диллон берёт десять.
Кризисные цены.
Они просили тебе передать.
Я подписал Микки за пятнадцать.
Да, да, но они видят это так:
Микки-дебил подрался со шлюхой,
и теперь он за решёткой,
а ты замещаешь Диллона
и получаешь так же, как и он,
не больше.
Поговори с Диллоном.
Решай это с ним.
Диллон мёртв.
Диллон умер сегодня утром.
Им будет очень жаль это слышать.
Само собой.
Заплатить-то больше придётся.
Знаешь, в этом бизнесе
всё держится на отношениях.
Ага, Марки вон тоже все любили.
Циничная же ты сволочь...
...возродить американскую мечту
и подтвердить ту фундаментальную
истину, что в многообразии
мы едины.
Слышал эту фразу?
Это для тебя.
Не смеши меня.
«Мы единый народ».
Это миф, придуманный
Томасом Джефферсоном.
О, теперь пройдёшься по Джефферсону?
Друг мой, Джефферсон —
американский святой,
потому что написал слова
«Все люди созданы равными».
В которые он, очевидно, не верил,
раз позволял собственным
детям жить в рабстве.
Он был напыщенным снобом,
которого задрало
платить налоги британцам.
Так что да, он написал чудесные слова
и расшевелил массы,
и они пошли умирать за эти слова,
пока он в сторонке попивал своё вино
и ебал свою рабыню.
Он хочет мне сказать,
что мы живём в «обществе».
Не смеши меня.
Я живу в Америке,
а в Америке каждый сам за себя.
Америка — это не страна.
Это всего лишь бизнес.
Так что плати, блядь.
[звучит песня «Деньги (Вот что я хочу)»]
автор сценария и режиссёр
ЭНДРЮ ДОМИНИК
по роману ДЖОРДЖА ХИГГИНСА
«Ограбление казино»
 

////////////////////////////