Запрещено собакам и итальянцам (2022 год). Цитаты и фразы из фильма
Interdit aux chiens et aux Italiens (2022) / Собакам и итальянцам
вход воспрещен
Перед смертью отец рассказал легенду о семье: из поколения в
поколение рождались, женились и умирали в пьемонтской деревне Угетерра,
где все жители носят одну фамилию. Кто были эти люди? Как они жили?
Почему они бежали и куда они делись? Легенда гласит, что Луиджи Угетто
пересек Альпы, начав новую жизнь во Франции, тем самым навсегда изменив
судьбу своей любимой семьи. Его внук отправляется в прошлое, чтобы
переосмыслить эту легенду.
Все фразы и цитаты
СОБАКАМ И ИТАЛЬЯНЦАМ
ВХОД ВОСПРЕЩЕН
У моего отца не было
определенного места работы.
Каждые четыре года
он переходил с одной
общественной стройки на другую.
Каждый раз
нам приходилось переезжать.
Я ненавидел эти переезды.
Прибыв в очередной раз
в незнакомый город,
я запирался в своей комнате
в знак протеста.
Моими единственными друзьями были
пластилин, клей, ножницы и карандаш.
Чем займешься, когда вырастешь?
Буду что-то делать руками, может,
поступлю в Школу изящных Искусств.
Искусство - не для нас.
Иди работать на почту.
Рисовать будешь по воскресеньям.
Ты должен работать головой,
а не руками.
В детстве я завороженно следил
за руками отца.
Он мог вылепить
из восковой оболочки сыра
лисицу, птицу, бабочку.
Я ощущал пальцами,
что за магией этих форм
скрывается история,
пришедшая из очень далеких мест.
Отец рассказывал, что в Италии
была деревушка
под названием Угеттера.
У всех ее жителей была
та же фамилия, что и у нас.
Угеттера - земля Угетто.
Всё началось здесь,
в тени горы Монте-Визо.
В одном из этих домов
жили мои бабушка и дедушка.
Сегодня крыши рухнули
на результат их крестьянской работы.
Деревьями поросло
их шахтерское прошлое.
Что произошло?
Жаль, что я не застал
при жизни своего дедушку Луиджи.
Я знал свою бабушку Чезиру.
Я помню эту даму в черном,
которую я называл бабулей.
Побывав в местах, где она жила,
я внезапно осознал,
что прежде чем стать бабулей,
моя бабушка была Чезирой,
молодой и красивой,
желанной и любимой.
Какой красивый платок!
В Угеттере
я узнал, что такую одежду
надевали пьемонтские женщины,
когда шли на работу.
УГЕТТЕРА
Ты был в Угеттере?
После них ничего не осталось.
Я привез тебе всё, что нашел.
Больше всего ты ждала землю?
Земля была для нас всем.
Она нас кормила.
Мы страстно желали заполучить землю.
Мы шли на ужасные жертвы,
чтобы купить клочок земли.
В Угеттере участки были
малочисленными,
разбросанными по крутым склонам.
А каким был Луиджи?
Луиджи...
Это был красивый мужчина,
крепкий,
сильный,
с красивыми руками.
В те годы
бедняки не были оборванцами.
Они не просили милостыню.
Они жили скромно
и этим довольствовались.
Пошли, Антонио!
Проснись!
Джузеппе!
Луиджи был вторым в семье,
в которой было 11 детей.
Папа, проснись!
Мама, идем!
В семье было 11 детей?
Дети были повсюду.
Эта земля хорошая. Ее можно есть.
У детей ноги были в ссадинах.
Они лазили по деревьям
в поисках гнезд.
Это был единственный способ
поесть немного мяса.
Когда к нам приходили те,
кого мы любили,
мы готовили им кофе.
Твой кофе бодрит.
У тебя такие же руки, как у Луиджи.
Невероятно, Луиджи!
Какой молодец!
Чем вы питались?
В Угеттере
ели то, что было.
Мать готовила поленту на молоке,
а отец заставлял детей
есть её вилкой,
чтобы молока хватило.
Но это в прошлом.
Почему ты хочешь это знать?
Я хотел поехать в Италию с отцом,
чтобы от него узнать об Угеттере,
о вашей жизни, о прошлом.
Спрашивай!
Дети ходили в школу?
В школу ходили после полей,
после сезонных работ.
Мне надо подмести!
Успокойтесь, ребята!
Луиджи тоже не ходил в школу?
Антонио, ты дурак!
Иногда ходил.
Он немного умел писать,
заполнять документы.
Но он жаждал учиться.
Я его научила
первым французским словам.
Они строят дом?
Вниз! Вверх!
Мы построим красивый
большой и прочный дом.
Конечно!
Вся семья жила в одной комнате.
Зимой и летом все спали в хлеву.
Да, здесь люди рождаются,
живут и умирают в хлеву.
А мэр, священник,
никто вам не помогал?
Священник...
Ему отдавали лучшую часть урожая,
чтобы быть на хорошем счету.
Ни один священник в Угеттере
не умер от голода, поверь мне!
Покрути ручку под столом!
В наших селах, честно говоря,
всегда всем заправляли священники.
О, моя церковь!
Благодарю тебя, Господи!
Если священник не благословлял
твой дом,
он всем внушал, что ты безбожник.
Если это была женщина,
он говорил, что она ведьма.
Люди ему верили.
Они боялись ведьм.
От бедных старух все отворачивались.
Те были еще более несчастны,
чем все остальные.
На них возлагали ответственность
за все несчастья: грозы, град,
неурожаи, болезни, несчастные случаи,
смерти детей.
Во всем были виноваты ведьмы.
Священник позволял это говорить.
Само собой!
Он поощрял суеверия.
Что ты нашел, Джузеппе?
Смотри!
Мандолина.
Танцуй!
Луиджи!
Подойди и посмотри!
Танцуй!
Танцуй!
Танцуй!
-Это настоящая корова?
-Нет, не настоящая.
Какая упитанная!
Корова, не дающая молока!
Где ты её нашел, Луиджи?
В коробке.
Корова, дай нам молока!
Это игрушка.
Да пребудет с вами Господь!
И с духом твоим!
Продуктов на зиму не хватит.
Мы умрем от голода.
У нас есть только каштаны.
Надо уйти до того,
как снег заблокирует перевал.
Приготовьтесь к отъезду!
Еды не хватит на всех.
Они не переживут зиму.
Дай им картошки.
Разве что одну.
Держи! Дай им!
-Дай им другую.
-Нет.
Смотри, у них уже живот вздулся.
Знаешь, однажды паренек из долины
оказался перед кастрюлей
с вареной картошкой.
Он набросился на еду.
Антонио!
У него галлюцинации.
У него живот вздулся.
Один парень ему сказал:
"Осторожно, ты умрешь!"
Он так и умер с картошкой во рту.
У всех нас были
тонкие, хрупкие кишки.
Дома у нас не было работы.
Каждую зиму
половина населения
уезжала во Францию.
Трубочисты, старьевщики,
изготовители спичек, сапожники,
золотари...
Итальянцы брались за любую работу.
Послушай, что писала
эта французская газета:
"Итальянского рабочего
отличает сговорчивость.
Его можно заставить
делать всё что угодно.
У этих рабочих нет
личного достоинства.
Они терпят всё.
Если им велят прийти на заре,
они подчиняются, склонив головы.
Какой прекрасный вечер!
Я всё еще немного голоден.
Есть желающие здесь работать?
Да.
Ты долго спишь по утрам?
Нет.
Ты куришь?
Нет.
У вас есть документы?
Да.
У вас есть лопаты и кирки?
Да.
Я приду за вами троими рано утром.
Подожди, это невозможно!
Они оставят детей одних?
Дети пойдут в Нижние Альпы,
в Барселоннет.
Каждый четверг
там проходил детский рынок.
Всегда бывало 300-400 детей,
мальчиков и девочек 10-12 лет,
которые нанимались на работу.
В 10:00 рынок уже был пуст.
Все дети были разобраны.
То, что ты рассказываешь, ужасно.
Да.
Так было в то время.
Луиджи это не нравилось,
но так все поступали.
Вот тебе, чудовище!
Антонио! Ты дурак!
Пока, малышка!
Будь умницей!
Пока!
Пока, Луиджи!
Пока, дети!
Куда они ездили?
Туда, где была работа.
В Швейцарию, во Францию.
Горы, отделяющие нас от Франции,
как бы не существовали.
Под горой Монте-Визо
даже прорыли туннель Буко-ди-Визо.
Луиджи там был.
Посмотри в коробку!
ИГРУШКИ
Ты нашел?
Ты видишь Луиджи?
Он в шляпе!
Ты мне сказала, что Луиджи
и его братьев взяли на работу.
Когда это было? Куда они пошли?
Это было в 1899-1900 годах.
Их наняли на стройку в Симплоне.
Там строили железнодорожный туннель
между Италией и Швейцарией.
Как ты умудряешься привести
носки в такое состояние?
Они отправились строить
Симплонский туннель?
Да, этот туннель представлял собой
огромную стройплощадку.
Прежде чем пробить туннель,
надо было проложить дорогу.
После двух полных дней ходьбы
по горам
Луиджи, Джузеппе и Антонио
принялись за работу.
Это сигнал на обед?
Итальяшки подорвались!
По крайней мере,
нас могли бы предупредить.
Это точно.
Что это было?
Ты молод.
Почему ты не поехал в Америку?
Там доллары растут на деревьях!
Америка!
Луиджи было 20 лет,
Джузеппе - 18, Антонио - 17.
Мой отец работал прорабом
на строительстве туннеля.
Иногда я приходила к нему на работу.
Там я встретила Луиджи.
Он мне понравился с первого взгляда.
Это была судьба.
Мои отец и мать не одобряли наш брак.
Поскольку Луиджи был с гор,
а они с равнины, они плакали.
"Если бы он был с равнины!"
"Но он с гор!"
"Ты будешь жить в горах?"
Мама причитала:
"Из ничего жирной похлебки
не сваришь'"
Луиджи!
Ваше здоровье!
За ваше здоровье!
За ваше здоровье!
У меня живот лопнет!
Взяв все наши сбережения,
Луиджи повел меня к ювелиру.
Он мне сказал: "Бери что хочешь".
Я выбрала не слишком дорогие вещи,
так как думала о будущем
и наших общих интересах.
Это были двойная золотая цепочка,
серебряные карманные часы
и это обручальное кольцо,
истончившееся за годы работы.
Смотри!
Оно прекрасно.
Я голоден как волк.
Вы отдохнете за столом.
Всё готово! За стол!
Ризотто? Спагетти?
Лапша?
За стол!
Готово!
-Ризотто? Спагетти?
-Лапша?
Сегодня вечером я приготовила
ньокки в томатном соусе.
-Кто это?
-Итальянец?
Он пятый только за это утро.
За работу!
-Кофе бодрит!
-Он крепкий!
Дорогу завершили.
Луиджи пошел работать в туннель.
Иногда он работал даже по ночам.
Было тяжело.
Воздух был плохим,
стояла удушающая жара.
Когда попадался источник,
туннель заливала вода,
иногда ледяная, иногда обжигающая.
Что делать, Луиджи?
Покажем им, как мы работаем дома,
в Пьемонте.
Инженер будет доволен.
Это подарок Чезиры?
Рукава остаются чистыми.
Так чище.
Наша дочь родилась там, в Швейцарии,
у подножия Симплона.
Мы решили дать ей французское имя.
Мы назвали ее Мари-Сесиль.
Какая красавица!
Посмотри на папу, Мари-Сесиль!
В один прекрасный день
строительство закончилось.
Надо возращаться в Италию,
в Угеттеру.
Я познакомлю тебя со своей семьей.
Луиджи, как голубь,
всегда стремился вернуться
в родные края.
Артуро!
Констанция!
Алкид!
Луиджи!
Дети! Вы вернулись!
Дорогой мой Луиджи!
Луиджи!
Чезира.
Мари-Сесиль.
Меня зовут Констанция.
Кто это?
Это Луиза.
Ее отец уехал в Америку,
а мать умерла.
Семья Луиджи ее приютила.
Джузеппе ведет себя странно?
Вначале у нас были продукты
и немного денег.
Могу сказать,
что тарелки были полны.
С едой не играют.
Ее делят на всех.
Я просто пришел поздороваться.
У вас всё хорошо?
Да пребудет с вами Господь!
И с вашим духом.
Он настоящий вор.
Только Луиджи знал, что слова
священника не продиктованы небесами.
Мы все принялись за работу.
Это было важнее всего.
Шитье брюк на заказ!
Это вам, мама.
Любит,
не любит.
Любит,
не любит.
Любит,
не любит.
Любит.
Он меня любит!
Почта!
Они работали недолго.
Почтальон сказал,
что они должны вписать страницу славы
в историю Италии.
Пока, Луиджи!
В 1911 году
они отправились на войну в Африку.
Что мы знали о войне?
Ничего! Мы были невежественны.
Нам говорили, что это пустяковое дело
быстро уладят.
Они не послушали офицера,
который их предупреждал.
Они решили, что он шутит.
В Сиракузах их погрузили
как скот на старый корабль.
Тараканы и вши набросились на них
и принялись пожирать.
Корабль высадил в Ливии стадо
покрытых вшами больных людей.
Мужскую работу
надо было кому-то делать.
-Осторожно!
-Джузеппина!
-Тормози!
-Помогите!
Джузеппина!
Боже мой!
Бедняжка!
Я хотела вызвать врача.
Нет, это слишком дорого.
Придется корову продать.
В Угеттере знахарь лечил всё.
Он вырывал зубы, вправлял кости.
Он был врачом, хирургом.
Всем.
Джузеппине не становилось лучше.
Она страдала.
Возможно, у ведьмы
были какие-то травы?
Ведьма тоже была при смерти,
но не могла умереть
и просила подать руку
для передачи своей силы.
Нет, мне не нужна ее сила!
Мне тоже!
Чезира, возьми ее за руку!
Я тоже не хочу.
Ведьма умерла.
Джузеппина тоже.
Когда шел снег, люди говорили:
"Хорошо тем,
у кого есть хлеб и полента".
Каждую зиму мы вручную
откапывали дорогу.
От каждой деревни волонтеры
работали бесплатно.
Чезира!
Еще не время.
Я думаю о наших мужчинах.
ТРИПОЛИ
Чезира, в песне поется:
Триполи, прекрасная страна любви!
Триполи, очарованный край!
Триполи станет итальянским
под грохот пушек.
Как бы не так!
Песок в мисках.
Песок в кастрюлях.
Песок в глазах,
во вдыхаемом воздухе.
Мы утоляли страшную жажду
лишь парой глотков соленой воды.
Бедуинов убивали тысячами.
Антонио!
Антонио!
Антонио!
Наших людей убивали тысячами.
Мы шли неизвестно куда.
Папа!
Папа!
Ида.
Какая красавица!
Иди к папе, Ида!
Антонио было 19 лет.
Один, два, три, четыре, пять...
Один, два, три, четыре, пять...
Внимание, дети!
У меня будет еще один ребенок.
Я не знаю, как его прокормить.
Я не понимаю.
Скажи по-итальянски, Луиджи.
Раньше люди
любили встречаться друг с другом.
Было традицией собираться в хлеву.
Смех и песни не стоили дорого.
После Ливии Джузеппе говорил
только о любви.
Он торопился создать семью,
Луиза тоже.
Я не знаю,
как мне его прокормить.
Джотто!
Позови на помощь!
Оставь меня в покое!
Ладно, иду.
Держите вора!
Ах, это ты!
Ирма.
Какой красивый ребенок!
Иди к папе, Ирма!
Он совсем чокнутый.
Почта!
Хорошие времена длились недолго.
В 1915 году
наших мужчин снова забрали на войну.
Крестьянам всегда приходилось
воевать.
Они были послушны и неприхотливы.
Все они неохотно шли на войну.
Многие пытались повредить здоровье,
чтобы не идти.
Они пили настои табака,
вставляли в уши странные штуки.
Многие от этого умерли.
Чуть левее горы Монте-Визо
находится моя долина.
Там моя деревня,
мои дети,
Чезира.
Я работала как мужчина.
Я думала:
"Это никогда не кончится".
Джузеппе! Что ты делаешь?
Вернись, Джузеппе!
В письмах к Джузеппе
Луиза всегда лгала.
Она писала, что дела идут хорошо,
урожаи хорошие,
а работа легкая.
Джузеппе писал в ответ
кучу разных небылиц.
Военная жизнь - это рай.
Нас кормят мясом.
Мы далеко от линии фронта.
Почта!
Чезира,
в окопах
даже есть не хочется,
настолько мы страдаем и боимся.
Мы идем в атаку как козы,
которых ждет соль.
Парни выскакивают из окопов,
читая молитвы.
Они мрут как мухи.
Мы как кроты.
Нас бросили в ад.
Джузеппе!
В 1918 году эпидемия испанки
унесла больше жизней, чем война.
В Угеттере
болезнь убила половину семьи.
Джузеппе было 20 лет,
когда он погиб.
Что сказать?
Слишком многих мы оплакивали,
нам уже не хватало слез.
Мари-Сесиль!
Ида!
Ирма!
Нино.
Они его не узнали.
Луиджи не мог спать четыре месяца.
Нино.
Красивое имя.
Красивое имя.
Во время войны некоторые разбогатели.
Но не мы.
У нас ничего не было.
Чезира, давай уедем в Америку!
Я буду работать на шахте в Мичигане,
а ты будешь шить.
Там доллары растут на деревьях.
Надо протянуть руку,
чтобы их сорвать.
Америка!
Америка!
Мы продали двойную золотую цепочку
и серебряные карманные часы.
Мы купили швейную машинку. Лучшую.
Первый корабль ушел с нашими вещами.
Мы должны были сесть на следующий.
У нас больше ничего не было.
Мы сели в поезд вместе с итальянцами,
ехавшими на работу в Арьеж.
Мы поселились в деревне на равнине.
В школе дети начали
изучать французский язык.
Первыми выученными словами были:
"Сукин сын, макаронник".
Внимание, птичка вылетит!
К тому времени
сколько детей было у вас с Луиджи?
-Мари-Сесиль в Швейцарии...
-Ида, Ирма и Нино в Италии.
Во Франции родилось еще трое.
Мы им дали французские имена:
Марсель, Венсан, твой отец,
и Рене.
Он ей сказал:
"Слушайте внимательно, ведьма.
Я вас прощаю.
Но поклянитесь,
что никогда не причините вреда
ни мне,
ни моим потомкам.
Иначе я вас брошу в кипяток.
Еще одну историю, папа!
Страшную!
В те времена ведьмы...
Луиджи был счастлив.
Следующий!
Итальянец?
Да.
-Документы есть?
-Да.
-Говоришь по-французски?
-Да.
-Умеешь класть стены?
-Да.
Покажи мне!
Ты будешь каменщиком.
Следующий!
Птичка вылетит!
Ну и как?
Нино, Марсель! Еще не закончили?
Нет!
Ален, можешь заняться своим отцом?
Папа, поиграй мастерком в каменщика.
Успокойся.
Франция нуждалась в рабочей силе.
На итальянцев был большой спрос.
Вот что писали газеты:
"Итальянские рабочие -
уроженцы деревушек
итальянских Альп, привыкшие
к работе на высоте,
к холоду и ледяному ветру.
Итальянские рабочие,
составляющие бригады,
почти не интересуются политикой".
Политика? Они только о ней говорили
на стройках.
Фашизм набирал силу.
В итальянских деревнях
все негодяи из-за амбиций или корысти
стали фашистами.
Им нравилось командовать.
Они сожгли мой дом в разгар зимы.
Посмотри на мое лицо!
Видите, как меня избили?
Они всё у меня украли.
Вот так ведет себя полиция.
-Как дела, мужики?
-Хорошо.
Луиджи и остальные рабочие жили
в бараках,
построенных перед началом работ.
По словам дирекции,
эти прочные и надежные конструкции
могли защитить рабочих
от ветра и зимних холодов.
Франция нуждалась в электричестве
для своих заводов.
В регионе
главной частью гидроузла
должна была стать плотина Изур.
Угетто!
Мне не хватает рабочих рук.
Можешь мне их найти?
В Италии, если хочешь,
я могу найти рабочих.
Я была против.
Я не хотела, чтобы он туда ехал.
Я боялась,
что фашисты его изобьют,
бросят в тюрьму и убьют.
В Италии мужчины,
которые хотели бежать от фашизма
и уехать на заработки во Францию,
встречались Луиджи на каждом углу.
Он нанял на работу всех, кого мог.
Здравствуй, Луиджи!
Затем он отправился в деревню.
Ты разбогател, сын мой.
В Угеттере был один фашист,
ублюдок,
жестокий человек,
который наводил ужас.
Он набивал себе карманы,
как священник.
Успокойся, Луиджи!
Фашизм - это не только
касторовое масло и дубинки.
Послушай, папа!
Смотри, какая там земля!
Как хороша!
Возможно, я в последний раз
видел своего отца.
Я не знал, как с ним попрощаться.
Фашист, этот ублюдок,
пошел в дом Джузеппе,
чтобы изнасиловать Луизу.
Тихо!
Подонок!
Что ты наделал?
Спрячь ружье.
Поедем со мной во Францию.
Проклятый!
Утром в Угеттеру прибыли
два чиновника
из Национальной фашистской партии.
Стены из картона.
Это просто игрушка.
Будем пытать касторовым маслом?
Не понадобится.
Они тут все сумасшедшие.
Помогите! Я застряла!
Пойдем отсюда!
Уходя, они сказали:
"Партия не одобряет, когда граждане
начинают убивать друг друга,
и предпочитает убийствам
несчастные случаи на охоте.
Тогда будет виноват Господь
и все будут довольны".
Тут опасно.
Мы спасены!
Да здравствует свобода!
Вы умеете строить стену?
Покажите!
Оба будете разнорабочими.
Луиджи, ты будешь прорабом.
Чтобы получить работу,
ему пытались делать подарки.
Ты!
Если я приму твой подарок,
мне придется дать тебе работу,
а не другим?
Забери зайца и уходи!
Он потратил на подарки
свою первую зарплату прораба.
Сейчас птичка вылетит!
Обманщик!
Я не вижу никакой птички!
Пришел доктор и сказал:
"Не беспокойтесь,
это лихорадка,
она пройдет сама собой".
Чезира, почему ты плачешь?
Плачешь по Иде?
Ей было всего 17 лет.
На стройплощадке
бывали фашистские монахини.
Они проводили пропаганду
среди итальянских рабочих.
Они говорили, что во имя Муссолини
надо было любить Италию
больше всего на свете.
Одна из них сказала Луиджи:
"Не забывай, что ты вырос
на хлебе Муссолини".
Я из Пьемонта.
Италия - страна Муссолини,
но Франция - моя кормилица.
Франция мне более дорога,
чем Италия.
Смерть Иды...
За работу!
...фашистских монахинь на стройке
Луиджи не выдержал.
В газете мы прочитали
о начале большой стройки в Женисья,
в Верхней Савойе.
Мы уехали.
Мы с Луиджи пережили много отъездов.
Этот был особым.
Луиджи этого не говорил, но я знала,
что мы не вернемся в Италию.
И я знала, что он это знает.
КАФЕ
СОБАКАМ И ИТАЛЬЯНЦАМ ВХОД ВОСПРЕЩЕН
Почему они это написали, папа?
КАФЕ
Почему?
Это потому, что они боятся,
что собаки покусают итальянцев.
Они просят нас не входить,
чтобы собаки не покусали.
Но мы, итальянцы, не боимся собак.
Мы любим собак.
Пойдемте, дети!
Нам еще предстоит долгий путь.
Мы сняли дом
рядом со стройплощадкой в Женисья.
На все свои сбережения
мы купили землю рядом с домом.
Землю...
Всё это наше.
Франция ликовала.
Она приветствовала Народный фронт,
а мы назвали свою землю "Рай".
Она еще не была раем,
но она должна была им стать.
Мы достаточно настрадались.
Дети, это не трогать!
Эти часы - душа дома.
За стол!
РАЙ
Луиджи осуществил свою мечту.
Он стал землевладельцем,
хозяином.
Чезира, приготовишь
нам свое вкусное ризотто?
Плотина видна!
Слезай оттуда, дурак! Ты упадешь!
Заткнись, паршивый макаронник!
Это ты макаронник.
Я здесь родился.
В долине главным событием дня
является
старт велогонки Тур де Франс.
Наблюдая за всеми этапами гонки,
каждый ставит на своего фаворита.
Велосипедисты ведут борьбу,
не имея...
РАЙ
-Отец быстро подрос!
-Это полента.
Он ест ее столько же,
сколько и хлеба.
Немного правее.
Немного левее.
Опускай осторожно!
Переверни!
Переверни!
Что ты хочешь?
Переверни!
Луиджи нанял Венсана на стройку.
Он перевернет?
Что он говорит?
Венсану было всего 16 лет.
Что ты хочешь?
Эти итальянцы!
Вот так!
Надо было раньше сказать!
Гаечный ключ!
Закрути посильнее!
Газовый ключ!
Добавь болты, чтобы было прочнее.
Молоток!
-У меня его нет.
-Зато у меня есть. Держи.
Марсель, Ирма, Мари-Сесиль,
идите домой!
Мама, посмотри,
как хорошо размолот кофе!
Кто-нибудь видел
кастрюлю для поленты?
Кто взял кастрюлю для поленты?
Когда мы споем о том времени,
когда расцветают вишни...
Это Венсан!
У него не руки,
а ящик с инструментами.
Что ты делаешь, Венсан?
Ты увидишь сегодня вечером.
Вы готовы?
Давай!
Я хочу читать!
Отойдите! Я сделаю ньокки.
Тут кто-то есть?
Они могли бы мне оставить
что-нибудь поесть.
Дочери выросли.
Им пора было выбрать
спутника жизни.
Дом внезапно опустел.
Ну и ну! Вы теперь с едой играете?
Хотя их зовут Ги, Абу, Мимиль,
Тотор или Жино,
всех подбадривают криками
"Давай, Тото!"
Тур де Франс! Какая удача!
Надежда наполняет сердца.
Чемпион - это Коссон!
Я включу для тебя музыку.
Красивую музыку.
Я не люблю, когда он молча
что-то мастерит.
В эти часы решается судьба Европы.
Франция говорит с нами
от имени своих сыновей,
от имени тех, кто готов,
если надо, на самопожертвование.
Будем как они...
-Будет война?
-Нет.
У нас было достаточно войн.
Они всё уладят.
Как и тысячам других,
18 июня 1939 года
нам поспешно предоставили
гражданство.
Теперь мы все стали французами.
Луиджи превратился в Луи.
Нино, это тебе!
Жерар?
Нино!
Нино!
Нет, я теперь Жерар.
Рана у Нино не заживала
на протяжении недель.
Так думают наши солдаты,
весь народ Франции
и правительство...
Нино!
Что ты делаешь?
Прошли недели,
но Нино так и не поправился.
Ему было 23 года.
Женисья находился
на демаркационной линии
между свободной
и оккупированной зонами.
Чтобы избежать принудительных работ
в Германии,
Венсан присоединился к партизанам,
к Сопротивлению.
Если тебя поймают, тебе конец.
Выдергивай чеку!
Я тоже хочу сражаться.
Иди крутить педали!
Если бы солдатские матери знали,
если бы они прожили
хотя бы один момент на войне,
они бы убили своими руками
фашистов, немцев, генералов.
Они бы их задушили.
Говорит Лондон.
Прослушайте
несколько личных сообщений.
"Габриэлла сохраняет анонимность.
Однорукий мужчина ее обнимает".
10 июня 1940 года
Италия объявила войну Франции.
Фашисты захватили
четыре французских департамента.
Когда они подошли к "Раю",
наши сердца чуть не разорвались.
Французское правительство,
запросившее перемирие,
узнало условия,
продиктованные врагом.
Эти условия предусматривают,
что территория Франции
попадет под контроль
Германии и Италии.
Венсан!
Венсан!
Мы напали на завод Нестле в Румийи.
На ящиках было написано "Мюнхен".
Мы их украли без зазрения совести.
Я тебе приготовлю поленту.
Венсан, спрячься в погребе!
Выходи!
Вы прячете террористов?
Здесь есть свет?
Осторожно!
Кто это был?
К стене!
Давайте!
К стене!
Не двигаться!
Что это?
Французы не дисциплинированы.
Смотри, что тут у них!
Мы вернемся.
Итальянские самолеты летят!
-Рене!
-Рене!
Сегодня воскресенье.
Моя милая мамочка,
возьми эти белые розы.
Ты их так любишь!
Когда я выросту,
я скуплю у продавца
все белые розы
для тебя, милая мамочка.
Однажды вечером
Луиджи почувствовал тяжесть
в животе.
У тебя красивые руки, мой мальчик.
Луиджи, мой итальянский дедушка,
скончался 6 сентября 1942 года.
Ему было 63 года.
Его похоронили в "Раю".
Это был конец
нашей итальянской истории.
Из одного французского города
в другой
нас сопровождала Чезира.
Венсан, мой отец, женился на Жанне,
которую встретил во время войны.
Он вступил в профсоюз.
Он переходил
со стройки на стройку.
Мы, дети, родились
и выросли в процветающей Франции.
Франция занималась
своим восстановлением.
В этой Франции было полно
автомобилей, стиральных машин,
электрических тостеров,
столов из пластика,
телевизоров и певцов йе-йе.
Чезира, ты не скучаешь по Италии?
Знаешь, мы родом
не из какой-то страны,
мы родом из детства.
Почувствовав
приближение своего конца,
Чезира захотела вернуться в "Рай".
Чезира умерла 11 августа 1962 года.
Ей было 76 лет.
Я провожу рукой по инструментам деда,
как это делал мой отец.
Посвящается моей семье.
Семьям, уехавшим на чужбину,
чтобы выжить.
СОБАКАМ И ИТАЛЬЯНЦАМ
ВХОД ВОСПРЕЩЕН