Серафин: Человек и его грех (2002 год). Цитаты и фразы из фильма

Séraphin: Heart of Stone /  Séraphin: un homme et son péché

Суровый и до боли красивый пейзаж сельского Квебека 1889 года. Здесь молодые любовники разрываются от горя, когда обанкротившийся владелец магазина вынуждает свою дочь выйти замуж по расчету, чтобы спасти свой бизнес. Но настоящую любовь нельзя отрицать.

Все фразы и цитаты

 СЕРАФИН
ЧЕЛОВЕК И ЕГО ГРЕХ
А ты, парень, резвый!
Вот тебе!
(Голос Дональды) Была последняя суббота августа.
Прошло 11 лет с тех пор,
как умерла моя мать.
Дела в магазине отца шли неважно.
Жизнь поселенцев
северных территорий была трудна.
Радости были редки.
К счастью, иногда бывали праздники.
Я еще не знала тебя.
Мы, конечно, встречались с тобой и
это все.
- Если тебе не терпится замуж,
попроси Кривоногого.
Он постоянно
крутится возле тебя.
- Чтобы иметь кривоногих детей?
- Он может хорошим отцом,
также как любой другой.
- Почему бы тебе не попросить его об этом,
Дональда?
- Я должна сначала полюбить его.
- Шестеро детей - это мой лимит.
- Ты не обязана иметь большую семью.
- А сколько детей хочешь ты, Симон?
- Я не хочу иметь детей.
- Эй, Симон!
Ты знаешь как французы
называют кукурузу?
Они называют ее «Индейская шишка».
- Две ваши
Джерсийские телки,
если вы заплатите мне 50 долларов в течении
трех месяцев, вы получите их назад.
- Вы не можете требовать это от меня,
месье Пудрэ.
Я завишу от них,
я делаю масло.
Что скажет моя жена?
- В жизни мужчины есть неприятные факты.
Некоторые из них он должен скрывать от жены.
Вы согласны со мной, месье Лемонт?
Мы что-нибудь придумаем...
Эта зима была неплохая,
много дичи попадало в капканы.
У вас наверняка есть немало прекрасных
лисьих и норковых шкур.
- Да, но...
- Мне нужны гарантии.
Я - не Народный Банк.
- Мама, пойдем скорее, мы опоздаем.
- Ты даже не одета!
- А старый Пук-Пук будет там?
Пук!
- Не смейся над старшими.
Иди уже!
Что ты делаешь?
- Ничего!
Я все верну.
- Как ты собираешься сделать это, мой бедный Биду.
Мы в долгах по самое горло.
- Выговаривай своему мужу!
Я со всем разберусь, не мешай!
- Будь осторожен, Алекси.
Это все, что у меня есть, до последнего цента.
«Давай!»
«Покажи ему свой кузнецкий зажим!»
- Ему?
- Дамы из Сент-Джерома любят это!
- Все, Алекси! Все.
Джо! Джо! Джо!
- Это нечестно.
Я видел, что она сделала.
Она показала ему свой чулок!
- Ты победил его!
- Верно!
- Постой!
- Я выгреб всю кассу,
я надеялся отыграться.
Я сделал это из-за тебя!
Это ты опять виноват!
- Ты волновался Биду Лалож!
Ты изменил свою ставку.
- Черт тебя возьми!
- Праздник начинается!
- Только не схема коллонизации
Кюре Лабеля!
- Мы не можем сейчас уехать. Через два года здесь
начнут прокладывать железную дорогу.
- Вы мечтатель!
Я думаю, что вы могли бы открыть практику
в Сент-Джероме.
Посмотрите на этих крестьян!
- Здравствуйте, господин мэр!
Месье Лалож!
Щеголяет в своем лучшем
воскресном костюме!
- Наша пылкая учительница!
- Столько лет вдова...
На ее месте любая вела бы себя точно также.
- Какая полненькая и
очень привлекательная женщина.
Какое здесь изобилие!
Они все веселые
и располагающие к себе. Вы не находите?
Такие женщины, должно быть,
требуют много денег на еду и одежду.
О вашем разрешении на строительство...
Я подумаю, что можно будет сделать.
- Спасибо, месье мэр!
- Да ведь это святой отец!
Ваше прибытие сюда - настоящее
благословение.
Ваш предшественник был святым человеком,
но у него были проблемы с самоконтролем.
Говорят, он отмокал в святой воде.
По самую глотку.
- Святой воде?
- Мы должны быть осторожны, Алекси.
Твой шарм заставляет меня верить
в твою искренность.
- Тебе было восемь...
- Мне было девять.
- Я сказал:
«Иди играй в куклы!»
- А ты помнишь,
что я ответила тебе, умник?
«Когда-нибудь
ты будешь мой!»
- Это не было поцелуем
маленькой девочки.
- Я целовала тебя тысячу раз.
В моем воображении.
- Послушай!
(Голос Дональды:) Я провела тебя к дереву над обрывом.
Я часто бывала там раньше,
но теперь все было по-другому.
Свет и запах леса...
Я напускала на себя браваду,
но я боялась,
что ты скажешь мне «Стоп!»
Это было бы грехом,
но я не знаю смогла бы я устоять перед тобой.
- Я все заплачу до 30-го числа,
я обещаю.
- Не забудьте, что вы уже мне должны 8 долларов,
мадам Брошу.
Мне тоже нужно платить по счетам.
- Я вам очень признательна,
месье Лалож.
- Господин мэр.
Вот ваша почта.
- Проклятье.
Кто мне может писать?
- Это из Штатов.
Распишитесь вот здесь.
- Мои руки не такие нежные как твои,
я знаю.
Я тяжело работаю.
- Вы знаете, Серафин,
в Квебеке беспокоятся
о нелегальном алкоголе.
Даже здесь в Сет-Адель
они получили донос
на мадам Молтери...
Возможно будет расследование.
Ходят разговоры...
- Не беспокойтесь,
чем больше люди говорят,
тем меньше в этом правды.
- Не годиться так встречать меня.
Где твоя красивая улыбка?
- Кто же мог написать донос?
- Они мне не сказали.
Квебек требует Совет отозвать лицензию
мадам Молтери.
- Жаль, что вы не сможете
прийти на собрание Совета.
- Почему?
- Ни один человек не может быть
всегда на посту.
- Как чиновник, я обязан сделать то,
что от меня требует Квебек!
- Мы должны выиграть время, Полидор.
Это политика.
- Я не могу обманывать людей!
- Дерьмо собачье!
Вы помогаете городу, а не лично мне!
- Он приехал!
- Он здесь!
- Нет, все всегда возвращается
к моему возрасту.
Но им все равно нравится.
- А истинное раскаяние?
- О! Я раскаиваюсь.
Но женщине так трудно быть одной.
Господь так создал меня,
я полна страсти.
Я ничего не могу поделать
со своим телом.
- Что случилось, Симон?
- Ничего!
Я не хочу об этом говорить!
- Это что-то серьезное.
Кто-то сделал это с тобой?
- Я не знаю что мне теперь делать.
Если нотариус заметит,
он выгонит меня вон.
- Я...
Если ты хочешь...
Я мог бы дать ребенку свое имя...
если... ты возьмешь мое.
В этом случае
никто ничего не заподозрит.
И ты не должна будешь больше
работать на этого каланчу.
- Ты не понимаешь!
Я не хочу этого ребенка.
Не хочу!
- Не говори так, Симон!
Не говори так.
- Проклятая жалоба!
Кто-то из местных сделал это.
Кто-то, кто умеет писать.
- В Квебеке все,
что касается алкоголя,
воспринимается очень серьезно.
- Да, да!
- Я бы расплатился с вами,
если бы я мог.
Я отдал все лучшие лисьи шкуры,
у меня ничего не осталось.
Как я мог проголосовать за него!
- Я беспокоюсь за вашу лицензию.
Может быть я смогу
уговорить нотариуса
не рассматривать жалобу
в Совете.
- Господь вознаградит вас за это,
месье Пудрэ!
- Я пока ничего не обещаю.
- А пока я вот что скажу:
может быть мы можем
как-то отблагодарить вас
за ваши заботы?
- Нет.
- Когда я была маленькая,
я всегда смотрела ночью
на дрожащие тени на потолке,
мне было ужасно страшно,
я думала, что это привидения.
Мне хотелось спрятатся,
чтобы они не нашли меня.
Но я все равно подглядывала.
- Я не боюсь тебя!
- Я люблю тебя, Дональда...
- Помнишь я спросила тебя,
если два человека принадлежат друг другу,
могут ли они быть свободны?
- Ты нашла ответ?
- Они не будут долго вдвоем.
Мне необходимо знать,
что ты разделяешь мои мечты.
- Завести детей очень просто.
- А ты бы хотел?
- Да, конечно.
Сложно сделать так,
чтобы они были счастливы.
Мы должны гнуть наши спины и
осваивать эти земли.
- Что для тебя значит счастье?
- Я хочу быть с тобой,
но не здесь, не в Сет-Адель.
Посмотри!
Мы живет на такой
богатой земле,
но наш взгляд на нее
так скуден.
- Что ты имешь в виду?
- Разрозненные фермы
не создадут страну.
Когда я ходил на заработки,
я видел множество озер,
чистые быстрые реки,
огромные пространства...
- Тебя долго не будет?
Я терпелива.
Мне будет приятно ждать тебя.
- Я скоро вернусь.
Я обещаю тебе.
- Спасибо.
- Я у последней черты,
отец мой.
Я каждый день провожу
в борьбе за существование.
Это испытание,
посланное вам, друг мой.
- Так, вижу,
духовное поручительство.
Похвальный жест, месье кюре.
Но это не является документом
для нашего банка,
особенно в сложившейся ситуации.
Ваш долг уже неуправляем,
вы согласны со мной?
- Это и есть причина
для беспокойства
Никто не выиграет,
если вы доведете
честного человека до банкротства.
- Возможно мы
найдем другой вариант.
Дайте мне несколь дней,
я посмотрю, что можно будет сделать.
- Спасибо, месье Дестреле.
- Месье кюре!
Готово!
- Ты сказал, что научился читать?
- Да, я же обещал тебе.
Но...
когда мой живот совсем пустой
и громко урчит,
буквы расплываются.
- Да?
- Да,
я не могу нормально видеть.
- Вот, возьми.
Меня не будет довольно долго,
постарайся растянуть их.
- Ты случайно не это ищешь?
- Дай сюда!
Убери свои грязные лапы!
- А это у тебя серьезнее
чем я думал.
- 700 долларов.
В чистеньких купюрах
банка Доминион.
Еле-еле наскреб, Брошу, только потому
что ты попросил меня о помощи.
Я очень жалостливый, как видишь.
Это сильнее меня.
Я мэр города
и обязан следить
за моими гражданами.
Не так ли, парень?
- Значит мы можем остаться здесь
на два года и
работать на ферме?
Здесь так написано?
- Слово в слово.
Когда все кончится,
вы должны будете уехать.
- Где мне расписаться?
- Я пыталась сделать это сама!
Вязальной спицей.
Я знаю, что
поступила неправильно.
- Помогите мне, доктор!
- Ты должна была
мне все рассказать, Сиомон!
- Я не хочу умирать!
Я не хочу в ад!
Я не хочу гореть в аду!
Я не хочу гореть в аду!
(Голос Дональды) Сегодня умерла наша сирота, Симон.
Никто не проронил и слезинки,
за исключением «Кривоногого».
Мне стало очень грустно.
Доктор старался не показывать
свое бешенство.
Ты был прав,
эта земля душит нас.
- А Симон попадет в рай?
- Все сироты попадают в рай.
(Голос Дональды) Алекси,
ты мой возлюбленный секрет.
Я не ожидала увидеть
тебя после нашего прощания.
Я беспокоюсь, что гроб,
проехавший между нами - не к добру.
Ты уезжаешь в лагерь.
Судьба так жестока.
Любовь моя, ты мне так близок,
что я чувствую нашу разлуку
на всю эту долгую и темную зиму
уже сейчас.
Хотя ты еще не уехал, по моей спине
уже сейчас пробегает дрожь.
- Должно быть странно
лежать вот так в ящике,
в 15 лет.
Что?
(Голос Дональды) Все листья с деревьев
уже облетели.
Земля ждет снега.
В пять часов уже темно.
Я думаю о Симон,
лежащей на кладбище,
и во мне поднимается гнев.
Я беспокоюсь об отце.
Его бизнес совем плох
и ни слова из банка.
Я жду подходящего момента,
чтобы сказать ему о нас...
(Голос Алекси) Твои чудесные волосы
сияют в моих руках, как золотая пыль.
Ты - мой луч солнца
в этой тусклой зиме.
Моя любимая,
Нам еще долго ждать весны.
Скоро я не смогу посылать тебе письма,
почта будет закрыта на зиму.
Я не смогу писать тебе,
но я смогу говорить с тобой.
Я люблю уходить
далеко от лагеря.
Земля там совсем замерзла.
Всюду тихо.
Река скована сном...
- Железная дорога!
Это так современно!
- Кюре Лабель говорит,
что через 10 лет янки повалят сюда.
Северные территории станут
как Швейцария в Европе.
- Где вы достали этот план,
доктор Сипрен?
- У меня есть свои источники,
как у агента по продаже земли.
Я поехал в Монтреаль и
зашел в «Official Gazetteer».
- Я не инженер и не англичанин,
но, по-моему, дорога пройдет
через земли Брошу.
- Не он первый, не он последний.
Не показывайте пока это людям,
они будут волноваться на пустом месте.
- И на незнании можно будет заработать.
- Заботьтесь лучше о своих пациентах.
- Мои не заканчивают в гробу.
- Господа!
Умерьте ваш пыл!
- Он прав.
Мы все еще не разобрались
с той жалобой из Квебека.
- Забудьте об этом,
я сам со всем разобрался.
- Твой отец беспокоит меня.
Я вижу счет, который ему выставляют.
Я чувствую себя обузой.
А я волнуюсь, что он
не переживет, если ты уедешь в Монтреаль.
У нас с Алекси все серьезно.
Мы переписываемся.
- Вы точно вели себя хорошо?
- Да, Нанет!
- Да это же сама мадам Добродетель!
- Это она донесла на трактир.
- Я видела письмо!
- Я не верю!
У нотариуса случился бы удар!
Ну и ну...
- Дональда, ты не присмотришь
за магазином?
- Хорошо, только не долго.
- 700 долларов - это не грабеж!
Действовать нужно быстро.
Я дам вам наличные.
- Вы обманули нас!
- Я помог вам, когда вы просили об этом.
Так-то вы благодарите меня?
- Земля стоит в 10 раз дороже!
Если бы не мой сын...
- Вы угрожаете мэру?
Подумайте об этом, Брошу.
- У мэра была конфидициальная информация!
Передайте ему - пусть он подавится.
Не ходите к нему!
Это дьявол!
- Я взял слишком много кредитов.
Мои покупатели дают мне, что могут,
я не могу отказывать им.
- Доброе сердце
имеет не каждый.
- В банке обнадежили меня,
я не понимаю,
У меня с ними были хорошие условия.
Может быть...
Может быть, вы, Серафин,
употребите свое влияние?
Вы же можете...
- Я знаю по опыту,
что им доверять нельзя.
Вы сейчас кусаете губы...
Знаете, F.X...
возможно я помогу вам.
Мне очень неприятно видеть ваш и вашу
семью в таких стесненных обстоятельствах.
Вашей Дональде
тоже приходится нелегко?
Она сильная, но нам всем достается.
Я делаю все, чтобы оградить ее.
Она так молода и прекрасна...
Вы не сможете оберегать ее вечно.
Что ей нужно,
так это хорошая партия.
По-настоящему хорошая.
Ты знаешь о наших проблемах.
Выхода из них не видно.
Я говорил с мэром, Серафином Пудрэ...
он согласился помочь нам.
- Деньгами?
- Да.
Если ты выйдешь за него.
- Серафин Пудрэ?
Но он же намного старше меня!
- Подожди! Подожди!
Люди осуждают его,
но он - достойный уважения труженник.
- Нет, ты не понимаешь.
Не в этом дело.
Он написал мне.
- Кто?
- Я давно хотела тебе сказать,
ты знаешь его.
Это Алекси.
- Алекси Лабранш?!
Ни на что не годный мечтатель?!
Ты не можешь!
Он же не сможет тебя содержать!
- Не говори так!
Ты не знаешь его!
Он изменился.
- Это моя девочка изменилась!
- Ты выдашь меня насильно?
- Я хочу, чтобы твои испытания закончились,
Дональда.
- Чтобы испытания закончились?
- А разве не испытание
выйти замуж без любви?!
- Прости меня, моя бедная Дональда.
Я всегда хотел остаться здесь...
Забудь обо всем, что я сказал.
Мы что-нибудь придумаем.
- Ему нужна помощь!
Мы можем потерять все.
Открой глаза, Биду!
Это очень серьезно.
Они заберут наш магазин!
- Банкиры просто любят пугать людей.
- Ты отдаешь себе отчет?
После того, как ты проиграл все эти деньги!
- Если хочешь знать,
это Алекси пристрастил меня к игре.
- Перестань прятаться за других, Биду!
- Кстати, об Алекси...
Ты когда-нибудь думала о том,
кто был отец ребенка Симон?
- Трус!
Ты просто трус!
И ты мог подумать, что я поверю тебе?
- Я не понимаю почему в банке так решили.
Самое плохое то, что месье Пудрэ
предложил нам свою помощь.
- В обмен на что?
- Я должна выйти за него замуж.
- Отец сказал, что все зависит от меня.
Каждый день я молю Господа,
но он молчит.
Если этому суждено случится...
Один раз в магазине
он дотронулся до моей руки...
Я не могу представить его рядом со мной...
- Иногда наш выбор разрывает нашу душу,
но все же, Дональда,
ты должна слушать, что говорит твоя совесть.
- А если моя совесть неправа?
- Не смотри на меня так.
Я даже этого не смог...
Ты видишь?
Я лишь хотел...
- Перестань мучить себя!
- Я не заслуживаю такую дочь как ты.
- Мама!
Мама!
- Мэр не может жениться,
он не чист перед Господом.
- В самом деле?
Почему?
- Моя бедная Симон...
Она умерла от аборта, который она сама у себя
вызвала.
- Вы считаете, что Серафин
сделал ее беременной?
- Так она мне сказала.
- Вы уверены?
- Я взял ее в дом,
когда умерли ее родители.
Если Симон так сказала - это правда.
- Я жду вас в церкви,
месье Пудрэ.
Как вы знаете,
вы должны исповедаться перед свадьбой.
Таковы правила.
- Два с половиной...
Не для того,
кому не в чем исповедоваться.
- Заглянуть лишний раз в свою душу
никогда не помешает хорошему христианину.
Я слышал слухи о вас
и бедной сироте...
Это может помешать вашей свадьбе.
- Это было бы очень неприятно.
Неприятно для вас, святой отец.
Вы так не думаете?
Я тоже слышал разговоры.
У меня есть хорошие друзья в епархии.
Та вдовушка из Трои-Риверес...
Я уверен, что это тоже просто сплетни,
как и разговоры о бедной сироте.
Люди просто завидуют, святой отец,
так?
- Ты уверена в своем решении,
Дональда?
- Да.
Ты мне будешь нужна, Нанет.
- Я не могу принять твое решение.
Я чувствую себя так, будто это моя вина.
- Это ничья вина.
Ты когда едешь обратно в Монтреаль?
- Пока это не срочно.
Дела твоего отца поправляются.
Я клянусь, что никто не узнает
почему ты это сделала.
Подожди...
Вот.
- Это мне?
- Это принесет тебе удачу.
- Спасибо.
- Если кто-нибудь
знает причину,
по которой эти двое не могут вступить в брак,
перед Богом и людьми,
пусть скажет об этом сейчас.
Это его долг.
- Вы согласны взять Дональду Лалож
в свои законные супруги?
- Да.
- Вы согласны взять Серафина Пудрэ
в свои законные мужья?
- Да.
- Наденьте ей на палец кольцо
в знак вашей преданности и любви.
Наденьте ему на палец кольцо
в знак вашей преданности и любви.
- Должно быть погасла...
- Я не топил сегодня.
В этом нет необходимости,
если дома никого нет.
Мы должны экономить,
если не хотим, чтобы зима длилась вечно.
Печь - это не единственный
способ согреться.
(Голос Алекси) Мой прекрасный полевой цветок,
наша любовь сделала
меня другим человеком,
я считаю дни,
считаю часы.
Снег наконец начал таять...
- Мне нужно в деревню.
У нас кончилась гречка.
- Не теряй попусту время и не болтай,
у тебя полно работы.
- Я могла бы купить масла.
- Масла? Черт возьми!
Это очень дорого!
К тому же это вредно для желудка.
- У моего отца дешевое масло.
Он может дать нам немного бесплатно.
- Я не сказал, что вообще хочу его.
Плохие привычки
до добра не доводят.
Только сберегая ничего не теряешь.
Такой порядок установил Господь.
- Вы хотите чтобы мы экономили?
Что же будет, когда пойдут дети?
- Дети?
Пока опасности нет.
По крайней мере сейчас.
Я очень беден Дональда.
Мы должны поджаться.
И забудь
об излишествах.
- Религия изобрела грехи,
чтобы человек не убивал человека.
- Когда Серафин приходит ко мне...
Ну вы понимаете...
Я все еще думаю об Алекси.
Это грех, нечистота. Но...
- Да?
- Это помогает мне выносить его.
- Соблазн - это не грех,
Дональда.
Воздерживаясь от него,
мы продолжаем жить.
- Чтобы продолжать такую жизнь,
мне нужно вырвать сердце.
- Прямо посреди ночи?
- Это будит меня.
По ночам я слышу как он ходит.
Это меня пугает.
- А ты никогда не была на чердаке?
- Он носит ключ на шее.
Я волнуюсь, Нанет...
У меня задержка, понимаешь?
- Ты замужем, так что же?
- Это звучит странно,
но это облегчение для меня.
Когда Алекси узнает,
он сразу забудет меня.
Это ужасно.
Я не знаю, что и сказать.
- Дональда, вот...
Последняя банка клубничного джема.
Я отставил его в сторонку
для мадам Ле Патирон.
Мы пекли сладкие пироги,
я позже завезу тебе.
- Серафин не любит гостей.
- Вот...
Я не была уверена...
Они у меня уже месяц.
Я не смогла их сжечь.
- У меня тоже есть кое-что для тебя...
Это моей мамы.
- Но почему?...
- Я не хочу, чтобы она была в том доме.
(Голос Алекси) Свобода - это выбор своей судьбы
без волненья, что скажут об этом другие.
Это - встать во весь рост,
когда другие на коленях.
Сейчас, когда я с тобой,
я понял справедливость этого еще острее.
По ночам я мечтаю о наших детях
и о том как я желаю тебя.
Как я буду горд, когда ты скажешь мне,
что носишь в себе новую жизнь.
Я надеюсь увидеть тебя...
Люблю тебя страстно.
Твой Алекси.
- Дьявол!
Я думал ты там умерла.
Тебя не было несколько часов.
И так всегда, когда ты ходишь в деревню.
Ты купила что-то еще, кроме муки?
Отец снизил цену
и я купила кусочек масла.
Дерьмо!
Я же сказал, что не хочу!
- Я люблю его.
- Ты потратила всю сдачу!
Как мы будем сводить концы с концами,
если ты будешь такой транжирой?
Да еще за моей спиной!
- Я не сделала ничего дурного!
- Ты знаешь сколько я дал твоему отцу?!
Ты знаешь, сколько я дал твоему отцу?
Подумай об этом!
- Друг мой, вы должно быть страдаете?
- Кажется, я простудился.
Мне больно, когда я мочусь.
- Такую простуду нельзя поймать
в одиночку.
"Венерический огонь
разжигает страсть...
...раздувает ртуть...
...и вытекает из основания!"
Гаргантюа?
- Нет, Пантагрюэль.
Я ещё посещаю
литературный клуб.
Вы можете прийти в следующий раз.
Кстати, о ртути.
Алекси вернулся.
Прячьте женщин!
- Мари-Энж!
Скорей беги, скажи Дональде,
что здесь есть сюрприз для неё.
- Она здесь больше не живет,
она вышла замуж.
- Ну! И кто же счастливчик?
- Месье Пудрэ!
- Серафин?
Брось меня разыгрывать, негодяйка!
Иди позови её.
- Я не негодяйка!
А ты противный!
- Свадьба была так себе.
Было очень скучно,
словно на похоронах.
Не было даже мессы с певчими.
- Свадьба мэра...
Держу пари, церковь была полна?
Что все боятся рассказать мне?!
- Серафин, должно быть,
хорошо ухаживал за ней,
с его-то деньгами...
- В этом нет никакого смысла.
Не могу поверить,
что она так поступила.
- Иногда нужда рождает другую нужду
и порой доводит до отчаянья.
Будь я проклят!
Алекси и Дональда?
- Да.
- А Серафин знает об этом?
- Ты лучше ничего не говори ему,
или будешь спать в сарае
до самого Рождества!
- Я знаю с какой стороны намазывать масло.
Не так ли, моя маленькая Викторин?
- Алекси?
Алекси, я знаю, что ты здесь!
Не подходи ближе.
- Я пришел к тебе с конца земли...
чтобы мы смогли пожениться.
Но нахожу тебя с Серафином,
в его доме, в его вещах.
В его постели.
Как ты могла?
Смотри на меня, когда я говорю с тобой.
- Я смотрю на тебя.
- Ты помнишь?
"Алекси, моя чудесная надежда..."
Не могу поверить.
Это не ты... Это не мы.
Чертова холодность...
Чертово молчанье!
Все эти ночи, что я провёл, мечтая,
как идиот!
- Алекси!
Я жду ребенка.
- Остановись, Алекси, ты выбрасываешь
на ветер всё, что заработал за зиму.
Упрямый осёл!
- Алекси, ты должен остановиться.
- Хватит, пойдём отсюда!
- Только посмотрите!..
Никогда не видел, чтобы так не везло!
- Не везёт в картах - повезёт в любви.
- Ты смотришь в окно уже целую неделю.
Так ты добьешься того, что он
на самом деле появится.
- Кто?
- Исчадие ада.
- Сегодня не подходящая ночь, Серафин.
- Я уже не помню,
когда это было в последний раз.
Открой глаза, ты выглядишь, словно труп.
- Ты же не хочешь, чтобы у нас были дети...
- Не беспокойся, Алекси, просто ты много выпил.
- Чертова лицемерка!
Обольстила меня...
Её огромные глаза
могут разбить любое сердце!
Силы ада, какой же я дурак!
- Как вы могли допустить это?
- Дональда не отвергла его.
- Это не то же самое, что согласие.
Хотя для меня этот брак
всё равно ничего не значит.
- Она повенчана в церкви.
- Вы её отец! Где ваше сердце?
Это всё равно, что похоронить её заживо!
- Времена сейчас тяжелые,
могло быть и хуже.
- Что может быть хуже??
- Ты говоришь так, потому что ревнуешь?
- Потому что люблю её!
- И ты не можешь знать, как сильно.
- И ты смеешь говорить о любви,
Алекси Лабранш?
Да я не отдал бы её тебе и без Серафина!
- Ты и так не отдал её...
Ты её продал!
- Пусти меня, Алекси.
Тебе не стоит приходить сюда!
- Мы должны поговорить.
- Прошу тебя!
- Я всё знаю.
- Стой, Алекси!
Он заметит, что меня нет.
- Ты потеряла ребенка.
Нанет мне рассказала.
Ты вышла замуж, чтобы спасти отца.
Скажи мне, что это правда.
Почему ты молчишь?
Скажи хоть что-нибудь.
- Алекси...
Ты пришёл, Алекси...
Ты пришёл...
- Я заберу тебя со мной.
Мы уедем далеко,
никто не найдет нас.
- Это невозможно.
- Ты не можешь вернуться.
- Моя душа разрывается на части...
- Ты жертвуешь собой ради отца, Дональда!
Проснись, прошу тебя!
- Я не сплю, Алекси!
Никакой сон не причинит столько боли...
- Дональда!
- Должен сказать тебе, жена, что я не грешу.
Я пашу, как собака.
У меня не остаётся времени на интрижки.
Я не учительница,
которая изображает из себя мадонну, а сама...
Что ты делала в лесу под проливным дождём?
- Ничего особенного.
- Ты что-то скрываешь?
- Клянусь тебе, Серафин,
я не сделала ничего дурного.
- Это было бы не по-христиански,
водить за нос своего мужа.
- "Труп был в...
в со-сто-янии...
сильного раз-ло-же-ния..."
- Сколько дней прошло?
Ты хорошо потрудился, Кривоногий.
- Мне это нравится.
А что касается тебя...
Дональда никогда не бросит
чертова Серафина. Никогда.
Лучше прими это сейчас.
У тебя никаких перспектив,
да и ты теряешь свою землю.
- Ты ничего не смыслишь в женщинах.
Они бегут от тебя, как только
видят твои кривые ноги.
(Голос Дональды): Ты здесь
уже несколько месяцев,
и ты работаешь без передышки,
расчищая свою землю.
Дюжину раз за день
я должна сдерживать себя,
чтобы не побежать к тебе.
То, что ты так близко,
разбивает мне сердце,
но было бы ещё хуже, если бы ты уехал.
Скажи мне, Алекси,
когда любовь превратилась в наказание?
- Кончай бездельничать и помоги мне, чёрт возьми!
Спасибо.
- Не благодари меня.
Ты же чокнутый.
Упрямый осел.
Зачем ты решил остаться?
- Я не уеду, пока не расчищу весь участок.
Я здесь, чтобы просто быть здесь.
- Ты мне почти нравишься,
когда ведёшь себя, как сумашедший.
- Вижу, вы предложили
увеличить отсрочку по выплатам,
перед тем, как выставить на аукцион
землю Алекси?
Он работает очень тяжело
и скоро сможет заплатить все налоги,
что он задолжал.
- Я не думаю, что он сможет управиться.
Даже сейчас он еле-еле успевает к сроку.
- Вы слишком добры.
Он должен играть по правилам.
Пусть заплатит за 2 месяца,
и мы будем терпимее к нему.
- Не только к нему.
- Думаю, мы поняли друг друга, Полидор.
- Конечно.
Но ведь в его случае...
- Довольно, а то я сейчас заплАчу.
Не забывайте дело с наследством моего отца.
Да это же месье Форнье! Как ваша семья?
- Мой мальчик тяжело перенёс эту зиму.
Поздоровайся с господином мэром.
- Здравствуйте.
- Это очень грустно, но...
Кажется, скоро я продам маленький гроб.
Увидимся вечером на Совете.
- Ну и ну...
- Надеюсь, он успеет.
Это будет очень непросто.
- Алекси упрям, как осёл.
- Он справится, он сильный!
Если бы я могла, то пошла бы ему помочь.
- Ему может помочь только один человек.
И она...
...угодила в ловушку.
- Ты называешь это ловушкой?
Да у этого парня куча денег.
- И каменное сердце.
Не правда ли, месье Нотари?
- Может, всем нам лучше заниматься своими делами?
- Конечно, если ваша совесть чиста.
- Вы суеверны?
- Когда как...
- Вчера я оставила ведро воды, мыло,
расческу и полотенце...
- Вам приснился мужчина?
- Да!
Он мылся прямо в моей спальне.
- Это хороший знак.
Кто он?
- Ну, я уже в годах...
возможно, я больше никогда не смогу полюбить.
- Кто это был?
- Он обращается со мной, как с леди,
и никогда не спешит кончать.
- Я была мечтательна, как школьница,
но Полидор - не прекрасный принц.
Да и здесь, в Сет-Адель...
- Здесь несладко, мадам Ле Потирон.
- Мои нервы в таком сотоянии...
- Я хочу попросить вас об услуге.
Достаньте мне адрес Делимы в Штатах.
- Делимы? Сестры Серафина?
А она не умерла? О ней ничего не слышно.
- Ваш муж вёл с ней переписку.
- Вы просите меня шпионить?
- Маленькая неблагоразумность
может предотвратить разоблачение другой.
- Что вы имеете в виду?
- Ваше письмо в Квебек.
- Алекси, ты спятил.
Ты не успеешь.
- Просто работай!
- Трупер не сможет столько дотащить.
- Чертов нотариус!
Он принял другую сторону на Совете.
Чертов ублюдок Серафин!
Они не сломят меня, путь идут к чёрту!
Пошёл!
Тащи, Трупер! Давай!
Вперёд!
Ну же!
- Алекси!
- Прости, Трупер...
- Вот чёрт...
Такой отличный конь.
Мне очень жаль...
- Оставь своё сожаление при себе,
оно тебе ещё пригодится.
- Они выполняют столько работы, бедняги...
Как ты думаешь,
существует рай для лошадей?
- Не уверен, что он существует
для таких животных, как ты.
- Заряженное ружье - опасная штука, Алекси.
Ты не можешь убить его дважды.
- Это не для него.
Это от волков.
- Их уже несколько лет здесь никто не видел.
- Я бы так не сказал.
- Совет дал бы тебе отсрочку,
если бы только мог, я знаю это.
Всё это очень скверно.
- Как ты только выносишь себя?
Бессердечный ублюдок!
- Серафин?
Господи, что случилось?
Вы подрались?
- Не твоё дело.
- Не с Алекси?
Почему, Серафин?
- Потому...
...что ты моя.
Он никогда не получит тебя.
- Ты должен уехать, Алекси!
- Ты же знаешь, что я не могу.
Я не поеду без тебя.
- Я так хотела сделать тебя счастливым...
А теперь лишаю тебя свободы...
Я не могу смотреть, как ты страдаешь...
Уезжай...
Уезжай далеко.
Ради меня...
- Я не против страдать за тебя...
Но если уеду...
как я буду жить без моих мучений?
Как?..
- Я не знаю!
Не знаю!..
Пожалуйста, Алекси, уезжай!
Уезжай подальше отсюда...
- Господин мэр,
хочу сказать вам,
что в городе ходят слухи...
Многие поддерживают Алекси...
- Ты опять виделась с ним?
- Мы просто поговорили.
- Считаешь меня дураком?
Думаешь, что ты первая жена, что...
- Я не изменяла вам.
И никогда не изменю.
Я старалась полюбить вас...
но не могу.
Я даже просила Господа об этом,
но он не ответил.
Это правда, что я люблю Алекси.
И я всегда буду его любить...
Но это ничего не меняет.
Я помню о своём долге.
- Я сделал всё, чтобы ты ни в чём не нуждалась,
но кажется, тебе это безразлично.
Ты такая же, как и остальные женщины на земле.
Неблагодарная.
(Голос Дональды): Иногда я тебя ненавижу, Алекси.
Ненавижу за то, что послушал меня,
что ушёл от меня навсегда.
Когда покраснела листва,
я почувствовала себя такой потерянной,
как в лесу в безлунную ночь.
Даже тишина пугает меня...
И кругом лишь одна пустота.
Я стала чужой для всех окружающих.
Как же так, Алекси?
Почему для нас нет даже крохотного кусочка земли
в этой огромной стране?..
- Это Делима.
- Делима?
- Спасибо.
Подождите меня, это не займёт много времени.
- Я уверен, это не более чем
нелепое недоразумение.
- Перестаньте.
Вы должно быть очень наивны, если верите,
что я откажусь от наследства.
Вы наивны или большой притворщик.
- О, Делима, в самом деле!
Это несправедливо.
Должно быть, письма просто затерялись.
Вас не было так долго.
- Вы изменились, бедняга.
Видимо, долгое пребывание в этой дыре
сделало своё дело.
- Тебе только и нужно было придти ко мне.
- «...Доля наследства, по ошибке отданная
Серафину,
и о которой Делима, по её словам,
не была поставлена в известность,
должна быть выплачена ей в полной сумме».
- Ты была в Штатах так долго.
У нас не было никаких вестей.
Мы предполагали, что случилась...
трагедия.
Теперь ты здесь...
И деньги...
твои.
Но мне нужно какое-то время,
чтобы собрать их.
- Ваша сестра даёт вам 24 часа,
чтобы вернуть полагающуюся ей сумму.
В случае невыполнения
мне даны инструкции
забрать вашу землю.
- Это угроза?
- 24 часа и ни минуты больше.
- Мадам!
- Мадам!..
Он не сможет найти деньги так быстро.
Он раздал деньги нуждающимся людям.
Мы живем в нищете.
- Дочь Мари-Луизы?
Ты выглядишь точно, как она.
- Моя мать умерла много лет назад.
- Тебя выдали замуж по принуждению?
- Нет.
Нет, это было моё решение!
- Бедная девочка,
ты ещё не научилась врать.
- Тише, тише...
- Этот из белой сосны с четырьмя ручками.
3 доллара не так уж и много.
Всегда держу парочку про запас.
Никогда не знаешь, когда смерть призовёт кого-то.
- Этот слишком большой, а этот слишком маленький.
- Могу сделать один на заказ,
но это будет стоить дороже.
- Я не могу заплатить дороже.
- Я недавно видел вашего парнишку.
В этот, пожалуй, вы сможете его втиснуть.
- Вы же знаете, что этот слишком мал!
- Иди отсюда прочь!
- Ради бога, Серафин, сделайте ему другой гроб!
У вас достаточно денег.
Вы наживаетесь на несчастье других.
- Отойди в сторону.
- Я не хочу больше стоять в стороне.
Вы сделаете ему другой гроб!
- Что ты сказала, Дональда?
- Я не хочу больше стоять в стороне.
Всё кончится тем, что я возненавижу вас!
- Пошёл, Рипер!
- Алекси?
Алекси, скажи мне, что ты здесь!
- Что ты делаешь здесь?
- Нанет,
скажи мне правду!
- Правду?
- Я чувствую его присутствие,
словно он смотрит на меня.
Этого не может быть?
Скажи мне, что не может.
Поклянись, что он уехал к лучшему!
- Не пугай меня. У тебя помутился рассудок.
Пойдем.
- Нет.
Нет, нет.
- Я принесу тебе чего-нибудь горячего попить.
Побудь здесь.
- Алекси...
Я знала!
- Дональда! Отзовись!
Черт! Почему ты не отвечаешь мне?
Дональда...
Я затопил печь
только для тебя.
- Осторожно...
Это пойдет тебе на пользу.
Вот и всё...
Вот и всё...
Так-то лучше.
Потише...
- Ты была у доктора?
- Я не хочу выздоравливать.
- Мы не позволим тебе этого!
- Единственный раз я хочу думать только о себе...
Понимаешь, Нанет?..
- Доктора вызвали в Сант-Агат.
Он там пробудет до завтра.
- Она никогда больше не увидит Алекси.
- Что мы можем сделать, Нанет?
Он ушел, не сказав никому ни слова.
- Он в лагере на Красной реке. Я знаю.
- Постой! Все дороги заметены.
Ты не сможешь проехать.
- Я проеду.
- Ты спятил, в такую метель?!
- Я...
Я заглянула себе в сердце...
и всё стало ясно...
Я больше не боюсь, как раньше.
- Я с тобой, Дональда...
- Пошла!..
- Пресвятая Дева Мария,
Господь благославил
плод в чреве твоем...
- Пресвятая Мария, матерь божья,
помолись за нас, грешных...
- Не могу поверить!
- Биду!
Спасибо!
- Иди же! Поспеши!
- Проклятье!
Если только ты мог подумать, что я допущу...
- Довольно!
- Она держится только в надежде увидеть тебя.
- Дональда...
- Алекси...
- Моя любовь...
- Моя любовь...
Моя единственная любовь...
- Я не могу служить на похоронах вашей дочери.
- Я не понимаю вас, святой отец.
- Не зовите меня больше святым отцом.
Я оставляю паству...
Я полюбил женщину.
Я хочу жить с ней открыто.
- Это требует мужества.
Я потерял всё.
- Это ваша дочь придала мне мужества.
- Моя маленькая Дональда?..
- Жизнь так несправедлива.
Так несправедлива!
- Наше молчание убило её.
(Голос Дональды): Темно...
В комнате холодно.
Я трясусь в лихорадке.
Нанет рядом, как всегда.
Она передаст тебе это письмо.
Ты тоже здесь, Алекси, так близко...
Твоё присутствие, как луч света во тьме.
Я спокойна...
Я ухожу и мне хорошо.
На этот раз я буду с тобой...
Навсегда...
- Проклятье! Это я!
Это я!
Это я!
Это я горю!
Это я горю!
Это я горю!
Проклятье!
- Серафин!
С первого дня
Я знала,
что люблю тебя...
Назло всему свету
И всем преградам,
Что окружали меня...
Я шепчу твоё имя в молитвах...
Мой Алекси,
моя любовь, моя жизнь...
Ты вернешься в мае,
Когда яблони будут в цвету.
Я буду ждать тебя у реки...
Если ты не вернешься - я умру...
Ты будешь помнить обо мне?
Kогда придет конец зиме?
Почему ты не пишешь?
Ты - мой свет в окружающей меня тьме.
Я шепчу твое имя в молитвах...
Мой Алекси,
моя любовь, моя жизнь...
Ты вернешься весной,
Яблони будут в цвету.
Я буду ждать тебя у реки,
Если ты не вернешься - я умру...
С первого дня
Я знала, что люблю тебя,
Назло всему свету
И всем преградам,
Что окружали меня с первого дня...
 

////////////////////////////