«Золотая цепь» — художественный фильм по одноимённому роману и
рассказам Александра Грина снятый в 1986 году на киностудии им. Довженко
режиссёром Александром Муратовым.
Все фразы и цитаты
ЗОЛОТАЯ ЦЕПЬ
- Вы не забыли свой пистолет?
- Ну, что вы, друг. Как можно.
Ну, вот и прекрасно.
Эй, пошли!
- Эй, кто живой?
- Чего надо?
- Где шкипер, мальчик?
- Какой еще я вам мальчик?
Так, где же шкипер, мой молодой друг?
В трактире.
Ну, в таком случае, нам надо
поговорить с тобой серьёзно.
Давно бы так.
Как ты, может быть, заметил,
мы не мошенники.
- Ну, это мы ещё посмотрим.
- Вот это да!
Ну, ладно, давай знакомиться.
Моё имя Эстамп.
А вот это - господин Дюрок.
Банкирский дом "Дюрок и Эстамп".
Может, слышал?
- А как твоё имя?
- Сандерс. Можно просто Санди.
Вот и прекрасно. Знаешь, Санди,
мы опоздали на "Ай линк".
А одно неотложное дело требует
нашего прибытия на Змеиный остров.
- Ну, да, и чем скорее, тем лучше.
- Вам лучше обратиться к шкиперу.
К дядюшке Гро.
Вот это - заработок сегодняшней
ночи.
Я и мой друг плаваем на яхте.
Поэтому знаем руль и паруса.
Ну, а дядюшка Гро, когда увидит эту
кучу денег, посчитает тебя героем.
Да и тебе перепадёт кое-что.
А что касается Гро, то я даже
рад, что его нет с нами.
Он будет долго скрести бороду,
потом скажет, что ему надо подумать,
потом пошлёт тебя за выпивкой.
И придётся его долго уговаривать
встать к рулю.
С дядюшкой Гро так же легко, как,
надев на ноги мешок, танцевать.
- А разве вы его знаете?
- Нет. Но мы представляем.
Ну, так как? Поплыли, Санди, а?
Согласен, а?
А ты знаешь, что на острове есть
замечательный дворец?
- Знаю. Только я в чудеса не верю.
- Напрасно.
Один день, проведённый там, стоит
долгой скучной жизни. Ну, как, Санди?
Сейчас три часа. Ровно через
сутки ты привезёшь нас сюда,
и мы объясним дядюшке Гро.
- А вы меня не подведёте?
- Ну, что ты!
Ну, ладно, я согласен.
- Держи крепче!
- Есть!
Давай, давай на шварту!
Руку!
Держи руку, капитан!
- Грот ровняйте!
- Отпусти руль, иди к штурвалу!
- Закрепи бакштаг!
- Ладно!
Эй!
- Здравствуй, Том.
- Здрасьте.
- Как здоровье хозяина?
- Вчера было лучше. Гулял.
Прекрасно.
А я то думал, что вы успеете
только к балу.
А так бы и случилось, если бы не
храбрость этого молодого человека.
Верно, Санди?
В нашей семье не было трусов.
Я люблю море и ветер.
Море и ветер - это прекрасно. Ты
или плут, или странный характер.
У меня к тебе просьба. Раз ты
становишься гостем
этого замечательного дома,
если заметишь что-нибудь
необычное в поведении гостей,
скажешь мне или Эстампу.
- А кто эти гости?
- Скоро увидишь.
Проводите его, Том.
Пойдём, капитан.
- А "Мелузина?"
- Что сделается с твоим корытом?
Да, Том, проводите Санди,
накормите и устройте всесторонне.
Слушаюсь.
Мы за тобой пришлём, Санди.
- Вы думаете, они успеют?
- Да, телеграмму я отправил днём.
Ну, дай Бог, дай Бог.
- Ну, как, капитан, устал?
- Устал, да и голова идёт кругом.
- Может, объясните эту историю?
- Какую такую историю?
Куда они все спешат?
Пойдём лучше завтракать. Это
будет самая хорошая история.
Открывай шире глаза и не задавай
вопросов. Здесь это не принято.
- Подожди меня здесь.
- Эй, парень, уйди с дороги.
Откуда взялся этот глупый осёл?
А, ну, иди отсюда!
Ой! Что ж ты под ноги лезешь!
Вставай, Санди, давай.
Пойдём со мной.
Откуда он только взялся?
Я думаю, тут нам никто не
помешает. Располагайся.
- Это ему что ли?
- Да.
Потом принесу другое.
- Хорошенький он сделал рейс.
- Да, парень с гвоздём.
Глянь-ка, Джон.
А что это у тебя на спине
написано?
Я всё знаю.
- Эй, идите все сюда.
- Перестань, Джон.
- Идите все сюда!
- Перестань, тебе говорят.
Эй, все! Все идите сюда!
Идите сюда!
Что случилось? Почему бросили
работу? Вам что, делать нечего?
- А, ну, все по местам!
- Джим, иди-ка сюда, посмотри.
- Перестань.
- Вот это да!
- Ты действительно всё знаешь?
- Может у тебя и диплом есть?
- Эй, а что у меня в руке?
- А за что Тинка любит Джона?
Какое у тебя образование?
Может, ты знаешь тайное
движение звёзд и планет?
Мальчик, а не знаешь ли ты,
сколько будет трижды три?
А как он побледнел, бедняга!
Видно, что о чём-то задумался!
Вот вам!
- Кто бросил деньги?
- Я!
- Что случилось?
- Они же оскорбили меня!
- Том, это правда?
- Что вы, господин Попс, мы шутили.
Санди, ведь мы шутили с тобой.
Шутили.
Верните ему деньги.
И все на кухню.
Верните деньги и все по местам,
по местам! За работу! За работу!
Вы посмотрите, господин Попс,
нет, вы только посмотрите, что
у него написано на спине.
- Вы это решили написать сами?
- Что я, дурак какой-то?
Матросы связали меня. И это
всё за то, что я читал и книги
и мог ответить на такие вопросы,
которые им и в голову не приходили.
Может быть, может быть и
хорошо всё знать?
Может быть, стоит оправдать эту
надпись? Господа Дюрок и Эстамп
так лестно отзывались о вас, что
вызвали интерес господина Ганувера,
хозяина этого дома.
Так что, Том, когда наш гость
поест, вызовите Паркера.
- Он отведёт его наверх.
- Слушаюсь.
Санди, Санди, малыш.
Ну, ну, ну, ну, просыпайся.
Ну, взбодрись.
Ну, вот, совсем другое лицо,
когда поел, поспал.
Вас зовут Сандерс?
Одевайтесь побыстрей.
- Вы управляющий? Я хочу спросить.
- Лучше помалкивать и не отставать.
Комнаты движутся. Для того, чтобы
попасть в столовую, надо торопиться.
Сандерс, которого вы
пожелали видеть, вот он.
Подойди-ка сюда, Санди.
Подойди, не бойся, позавтракай
с нами.
Благодарю, но я только что ел.
Ну, что ты, моряк, иди. В твои годы
я мог завтракать пять раз подряд.
Жаль только, случай не
представлялся. Не стесняйся.
- Дайте ему прибор.
- Благодарю вас, господин Ганувер.
Ну,
а теперь скажи, что ты сделал
с моими друзьями?
Они не перестают тобой
восхищаться.
Не знаю. Я ничего особенного
не делал.
Ну, как же, как же. Вывести
судно в такую погоду.
Ты действительно любишь
море и ветер?
При случае в грязь лицом не ударю.
Это прекрасно. Не правда ли,
дорогая Дигэ?
Сколько силы в этих словах.
Они встречаются, как две волны.
Дорогой Эверест, что вы говорите?
Я так страдаю от морской болезни.
Волны и штормы, бури и шквалы,
циклоны, а так же Смиты и Вессоны.
Мы ещё поплывём с тобой,
Санди, далеко-далеко.
- Поплывём. До самого Лиса.
- Что Лис, гораздо дальше Лиса.
А помнишь, Санди, как я
свалился с палубы?
- Как, разве это вы упали?
- Ну а как же?
Я упал и чудом выбрался
обратно.
Ведь это же я упал.
Пусть расскажет, что у него
вытатуировано на спине.
Если я что-то знаю, так это то, что
не буду смеяться над человеком,
который у меня в гостях. А главное,
не выболтаю то, что случайно слышал.
Он мне нравится. Но не стоит
ссориться. Здесь все твои друзья.
Не обижайся. Садись.
Мне бы хотелось сделать тебе
приятно, хотя ты и скандалист.
Но это пол беды, ты напоминаешь
мне детство. Говори, что хочешь.
- Хочу увидеть чудеса вашего дома.
- Чудеса?
- А откуда ты знаешь?
- О них все говорят в Зурбагане.
Хорошо, Санди, но тебе
придётся подождать до вечера.
Чудеса начнутся ровно в полночь.
Вы на меня не сердитесь.
Я восхищён вами.
Угнать судно. Славная штука.
Я не рисковал. Да и мой шкипер,
дядюшка Гро, тоже не в накладе.
- Зачем мы так торопились?
- Есть причина.
Не будем говорить сегодня.
Я за эти дни всё запустил.
Материал залежался. Я надеюсь,
вы не забыли о просьбе Дюрока?
- Какой просьбе?
- Смотреть в оба.
- Они не обратят на вас внимания.
- Кто они?
Наши друзья. Госпожа Дигэ,
господа Томсон и Галлуэй.
Видите ли, хозяин этого дома -
человек очень больной.
И слишком доверчивый. Он
нуждается в постоянной защите.
- Разве ему что-то угрожает?
- Трудно сказать.
Всё может случиться.
Простите, я должен вас на
некоторое время оставить.
Но я надеюсь, что мы
вернёмся к нашему разговору.
Вы любите читать, библиотека
к вашим услугам.
Многое неосязаемо. Я как будто
нахожусь среди множества...
...незримых присутствий,
у меня словно были завязаны
глаза.
Я беспрерывно жму множество
рук.
До отчаяния, до боли.
Уже переставая различать
тёплая или холодная,
мягкая или жёсткая рука к
которой я прикасаюсь.
Я должен, обязательно должен
остановиться на одной руке.
И боюсь, что не угадаю.
Вот эта рука.
Я люблю вас, Ганувер.
Благодарю вас, Дигэ.
И прошу вас стать моей женой.
Мне очень жаль вас.
Очень, очень жаль.
- Но я не могу принять эту жертву.
- Жертву? Почему жертву?
- А разве вы любите меня?
- Вы прекрасны.
Я любуюсь вами.
А любовь...
Её заменит близость.
Молодой человек,
подслушивать неприлично. Браво.
Браво, Ганувер. Вы настоящий
маг и волшебник.
Это пустяки по сравнению с
остальным.
Я уверен, Санди случайно стал
свидетелем нашего разговора.
А ты, Санди, иди по коридору.
До двери, над которой висят часы.
И жди, когда пробьёт ровно
двенадцать.
Ровно двенадцать.
А то, попадёшь не туда, куда
нужно.
И жди, когда пробьёт ровно
двенадцать.
Ровно двенадцать.
А то, попадёшь не туда, куда
нужно.
Прошу вас, дорогая Дигэ.
Это здесь.
О, как интересно.
Вот она.
Не знаю даже с чего начать.
Я был беден.
Ужасающе беден.
Зарабатывал на хлеб переплётными
работами в Зурбаганском архиве.
Там и привлекло моё
внимание несколько строк
старинной рукописной книги.
С трудом можно было разобрать,
что в августе 1867 года,
в лагуне между Мысом
Ящерицы и Горой Святого Духа,
грозный пират Иероним Перон
затопил всё своё богатство.
А потом взорвал корабль
вместе с собой и всей командой.
Откуда это стало известно
автору книги, я не знаю,
может быть, кто-нибудь из
матросов всё-таки спасся.
Огромных трудов мне стоило узнать,
как сейчас называется Мыс Ящерицы
и что подразумевается под
Горой святого Духа.
Но я узнал, раскопал.
Оказывается это здесь, рядом.
Есть такое Богом забытье место.
Сигнальный пустырь.
Мы любили друг друга.
Мы не могли жить друг без
друга.
Но это не входило в расчёты
отца Молли,
лавочника и ростовщика
Джима Билза.
Он хотел её выдать замуж за
полицейского сержанта,
и тем навсегда утвердить свою
власть над нищим побережьем.
Я еле пришёл в себя.
Мне совершенно безразличен
был пиратский клад.
Но я не мог уйти, оставив там Молли.
Эверест!
Эверест!
Эверест!
Эверест! Эверест, слышишь!
Эверест!
- Они, они убьют его.
- Кого?
Отец, там контрабандисты
требуют какие-то деньги,
иди, прошу тебя, Эверест!
Я так боюсь.
Отец! Отец!
- Молли, ты уже не поможешь.
- Там же отец! Отец!
Отец!
Сгорело всё.
Абсолютно всё.
Осталась только груда камней
и куски расплавленного металла.
Но цепь?
Как нашли вы цепь?
Цепь?
До этого ещё было три месяца
непрерывных поисков,
отчаяния и горя.
Всё.
Пора кончать.
Меня обманул этот жалкий
клочок бумаги.
Нет никакого богатства, не
было никакого Перона.
Это всё - сказки для детей.
Выдумки для идиотов.
Надо верить. Если не верить,
как же нам дальше жить?
Ты посмотри вокруг, что здесь?
Беспросветность, нищета, скука.
Надо верить, верить, верить.
Посмотри в зеркало, Молли.
Из тебя уходит жизнь.
Разве можно убивать себя из-за
какого-то призрачного богатства?
Из-за богатства не стоит.
- Так ради чего же тогда?
- Ради мечты.
Что за жизнь без мечты.
Пусть даже она никогда не
осуществится.
Эверест, если ты меня любишь,
ты должен искать, должен верить.
Иначе, какая цель нашей жизни?
Вскоре тяжело заболела Молли.
Я не мог оставить её одну, но она
каждый раз говорила мне: "Иди".
Я шёл, нырял, искал.
И всё безо всякого успеха.
Когда я однажды вернулся в
нашу хижину, я с ужасом подумал,
что Молли умерла.
Молли!
Как я испугался, Молли.
- Я...
- Что? Что ты сказала? Подожди.
- Я сейчас согрею тебе молока.
- Я уронила листок в огонь.
- Боже мой, какой листок?
- Твой клад.
Ну и чёрт с ним. Что в нём проку?
Жалкий клочок бумаги.
- Он не стоит твоей слезинки.
- Там. Прочти.
И переплавил,
и переплавил всё золото в
шестидесятифутовую цепь.
На этом месте были восковые
пятна, они исчезли.
- Может, нам улыбнулось счастье?
- Я устала, ты иди.
Я посплю.
Вот она.
Эй, что ты делаешь у моей
лодки?
Сейк, ты взял мою цепь.
Почему ты думаешь, что она твоя?
- Я вытащил её из моря.
- Я уже 20 лет ей привязываю лодку.
Ещё мой отец, даже дед,
что говорить.
Послушай, убирайся-ка ты
отсюда подобру-поздорову.
Ты лжёшь, Сейк, ты взял эту цепь.
Теперь она мне нужна.
- Я тебе дам другую.
- Послушай, кто ты такой?
Бродяга. Лодырь.
Скажи спасибо, что мы не мешаем
тебе искать клад. Убирайся отсюда.
Я уйду, но заберу эту цепь.
- Отпусти.
- Не отпущу, пока не отдашь цепь.
- Клянешься?
- Клянусь.
Клянусь.
Я клялся, но завтра за себя я
не ручаюсь.
Если ты сегодня не уберешься
отсюда, пеняй на себя.
Вот и вся история золотой цепи.
Дигэ?
Дигэ?
Дигэ, что с вами?
Нет. Ничего.
Я просто представила, сколько
жизней стоила эта цепь.
И сколько ещё будет стоить.
В дальнейшем это будет
зависеть только от вас.
Господин Ганувер?
Господин, Ганувер, что с вами?
- Флакончик.
- Какой флакончик? Где?
В шкафчике. Над диваном.
Ну, вот. Слава Богу.
Отлегло.
- Может быть, позвать доктора?
- А что доктор?
Он даст мне те же пилюли.
Ты уже спас меня.
Я хочу тебе помочь.
Кем ты хочешь стать?
Я - моряк. Я уже пошёл по
этому пути.
Если бы вы могли мне помочь стать
капитаном, то сбылись бы мои мечты.
Остальное я бы сделал своими
руками.
Достойный ответ.
Это письмо начальнику
адмиралтейской школы.
Мы с ним большие друзья.
Отдашь ему.
Он сделает всё, что надо.
- Я не знаю, как вас благодарить.
- А ни как.
Я должен благодарить судьбу
за твоё появление в моём доме.
Нет, нет, нет, нет, вы со мной
только не спорьте. Эти газеты
и журналы всегда врут.
Постоянно газеты и журналы врут.
Господин Ганувер, к вам.
Блуждали целый час и, если бы
не Паркер, так и не разыскали бы.
Да, именно за это я плачу ему.
Он единственный, кто знает
расписание движения комнат.
- А вы?
- Частично.
Правда, есть двери, которые
знаю только я, а он не знает.
Но это же неудобно. А если
нужно срочно куда-то попасть?
Мне давно уже никуда не нужно
срочно.
Правда, пока здесь я один.
Всё может измениться.
Горничная уверяет, что уже
прибыло 20 гостей.
- Простите, 23.
- Благодарю. Я скажу горничной,
что она ошиблась.
Так кто же посетит вас?
О, это будут в основном живые
люди.
- Как? Приедут так же и мертвецы?
- Всё возможно.
Трудно сказать. Разве сразу
отличишь мёртвое от живого.
- Это вы в этическом плане?
- И в этическом и в буквальном.
Ну, в этом доме всё может быть,
но не отличить мёртвого от живого?
- Вы так уверены?
- Вполне.
Тогда пойдёмте, и определите
каков, по-вашему, мнению Ксавелий.
Пойдём, Санди, прошу.
Благодарю.
Ксавелий.
Надеюсь, ваш Ксавелий не говорит.
В противном случае, я обвинил
бы вас в колдовстве и создал бы
самый сенсационный процесс.
Новости.
Довольно если вы...
...обвините себя...
...в неуместной шутке.
Боже мой.
Уйдёмте отсюда. Мне страшно.
Останьтесь.
Я не злоблив.
Это ужасно. Ужасно.
Ксавелий, позволь рассказать
твою историю?
Мне всё равно.
Я - механизм.
Ты говоришь...
...сам с собой.
Несколько лет тому назад умирал
от голода некий Франсуа Эгус.
Я получил от него письмо с
предложением купить автомат,
над созданием которого он
трудился долгие годы.
Заплатив 300 тысяч, я был
первым в мире, кто мог наблюдать
диалог человека с машиной.
Увидев деньги, Эгус
воскликнул:
"Ты спас меня, Ксавелий!"
И получил ответ: "Я погубил
тебя, Эгус".
Эгус вскоре скончался, после
того, как разбогател.
Я сказал это автомату
и, вы знаете,
что он мне ответил?
Эгус продал свою жизнь так же
дёшево,
как и ты.
Да. Это ответ достойный
живого человека.
Признаю поражение. Что же в
этом болване? Как он устроен?
Не знаю.
Мне объяснили, так как я купил
патент, но я мало что понял.
Чтобы вызвать слова
необходимо произнести Ксавелий.
Иначе он молчит.
- Самолюбив?
- Или самодоволен.
- Самовлюблён.
- Спросите у него ещё что-нибудь.
Хорошо.
Ксавелий, что нас ожидает
сегодня и вообще?
Вот это вопрос.
Все вы рано или поздно
умрёте.
А ты,
спрашивающий меня,
умрёшь первым.
Довольно, довольно, я на вас
сердита, Ганувер.
Это непростительное
изобретение. Это - абсурд.
Ничего себе. Мороз по коже.
Какая масса денег на прихоти.
И какие прихоти?
А куда мне девать деньги?
Иногда его речи огорошивают.
Однажды я произнёс:
"Сегодня холодный день", из него
выскочили слова: "Давай выпьем".
Понимаю, это стоило бы тысяч
100, ну, 150, наконец...
То ли ещё увидишь в этом
волшебном доме.
Я видел золотую цепь.
В подвале.
- Уверен, что тебе не приснилось?
- Но я же не спал.
Тише. Тише.
Господин Дюрок.
Господин Дюрок.
- Я вас слушаю, Попс.
- Санди видел золотую цепь.
Говорит, что в подземелье.
- А где именно? Можешь показать?
- Да, я знаю даже два хода.
Хорошо. Потом.
Мальчик за полдня узнал
больше, чем вы за три года.
- Везение.
- Везение это тоже дар Божий.
- Вы пытались с ними договориться?
- Да, но они непреклонны.
Да. Считают, что деньги у них в
кармане.
А что говорит доктор?
Доктор? Доктор говорит, что
нужно торопиться.
Я совершенно не понимаю, что
он в ней нашёл, не понимаю.
- Господин Попс.
- А, юнга? Ну, как настроение?
Я уже хотел идти, будить тебя, но
ты проснулся вовремя, к началу бала.
Поднимись по лестнице и
пройди по балкону в гостиную.
Спасибо.
Господа.
Вы оказали мне честь, посетив этот
дом в торжественный момент.
Вы приехали, чтобы доставить
мне удовольствие провести с вами
несколько дней.
Я вижу лица, напоминающие
опасности и веселье.
Прежде всего, я хочу обратиться
к самым близким моим друзьям,
Люк Дюрок, вы, окунув мою
цепь в нефть,
испачкав её в железной руде и
угле,
избавили меня от дьявольских
забот.
Генри Эстамп, вам я обязан
удачным залогом,
сохранением и возвращением
золотой цепи.
Леон Де Густ, ваш гений
воплотил мой лихорадочный бред
в конструкцию здания, в
котором мы всё сейчас прибываем.
Доктор Доу, вы неоднократно
спасали мне жизнь. Спасибо.
Что касается госпожи Альвавизо,
вы услышите нечто важное позднее.
Назначено в двенадцать.
Теперь без двух минут полночь.
Я хочу,
я хочу, чтобы не было обиды у тех,
о ком я не сказал ни слова.
Но знайте, что я вас всех помню,
потому и пригласил
на торжество, посвященное
окончанию многолетних работ,
происходивших в этом доме.
Деньги дали мне возможность
осуществить давнюю мечту.
Пусть, не мою мечту.
Пусть, кажущуюся даже детским
капризом.
Но так близкую моему сердцу.
Могущество жеста, каменные
громады,
подчиняются лёгкому
мгновению руки. Тайное в явном.
И, сегодня, вы, мои искренние
друзья, сможете это всё увидеть.
Вот и настало время.
- Прошу вас, Дигэ. Помните как?
- О, да, вполне.
- А что же произойдёт?
- Да, действительно, что?
Я и сама толком не знаю, но если дом
будет летать, держитесь за стулья.
Всё зависит от воображения
госпожи Дигэ.
Каждый, вставший на постамент,
может усилием мысли вызвать
любые зримые картины.
Прошу вас сесть, господа.
Приступайте, дорогая Дигэ.
Смелее, смелее.
Что случилось?
А вы зло шутите, Ганувер.
Как это глупо.
Наблюдение за исправностью
поручено Попсу. Он будет отвечать.
Дорогой Эверест. Я должен
часть вины взять на себя.
Ведь это я приобретал
иллюзионную аппаратуру.
Возможно, госпожа Альвавизо
попробует ещё раз?
Нет уж, увольте.
Ну, в таком случае, мы должны
испытать устройство на ком-то другом.
Может, ты не боишься, Санди?
Плавно разведи в воздухе
руками. Вот так. Молодец.
Закрой глаза.
Сосредоточься. И напряжённо
думай о том,
что ты сейчас хочешь увидеть.
Теперь можешь открыть глаза.
Обернись.
Я должен извиниться перед
госпожой Альмавизо,
что не предупредил её о
свойствах этого механизма,
подчинятся воображению только
чистого душой и помыслами существа.
Я не позволю делать
оскорбительные намёки моей сестре.
Как вас понять, Дюрок?
Объяснитесь.
Да, да, я должен кое-что
объяснить.
Разве это ваша сестра, Август
Тренк?
- Какой ещё Тренк?
- Да, Да, Август Тренк.
Я вас правильно называю?
Ведь вы же не Томсон?
- Что это такое? Проходимец!
- Тише, господа. Я прошу, тише.
Я объясню, что случилось.
Ваш товарищ, Джек Гаррисон,
по прозвищу "Вас из дас" и
ваша любовница Этель Меер,
которая назвала себя Дигэ,
поймут мой намёк.
Вы проиграли.
- Что, Дигэ, это правда?
- Это ложь.
Скажи им, что это неправда.
Избавь меня от этой позы.
Здесь находится Дрейк, сыщик
из Интерпола. Дрейк, покажитесь.
Хеллоу, Тренк, я прибыл с
ордером на ваш арест.
Какое торжество.
Открыть имя труднее, чем
повернуть стену.
Вы загнали нас в угол, Дюрок.
- Ваших рук дело?
- Да, моих.
Это инсинуация. Козни врагов.
Они могут подкупить даже
сыщиков из Интерпола.
Я развиваю скандал. Вы - дурак,
Ганувер.
Неужели вы верите в порядочность
этих высокопоставленных негодяев?
Они такие же авантюристы, как
мы, только по эту сторону закона.
Молчать! Дрейк, заткните ему
глотку!
Будьте выдержаны.
Вас же не перебивали.
Да, Ганувер, ваши друзья -
рыцари без страха и упрёка,
обдирали вас все эти годы, как
липку.
Дюрок и Эстамп растранжирили
ваши деньги в биржевых авантюрах,
теперь вся их надежда на
золотую цепь, пустить её в оборот.
- Это их последняя надежда.
- Вы лжёте.
Вам нужны доказательства?
Пожалуйста. У меня их сколько
угодно.
Но я их, разумеется, держу в
швейцарском банке.
Боже мой.
Дюрок. Эстамп.
Вы же были моими друзьями.
Я вам верил.
А вы превратили моё доверие
в воровскую отмычку.
Но вы, вы, Дигэ,
как вы могли это сделать?
Я ведь видел ваши слёзы.
Послушайте, неужели вы
думаете, что ваши дурацкие мечты
и ваши деньги совместимы?
Именно я, как раз то, что
требуется вашим миллионам.
Вы совершили преступление,
отклонив золото от его прямой цели.
Я не сумасшедшая, как ваша
покойная подруга,
мечтавшая об идиотских
дворцах.
Надеюсь, теперь вам всё
понятно?
Благодарю вас за то мужество,
с которым вы всё это сказали.
Да, я шёл, как ребёнок, боящийся
тёмноты, меня пугала неизвестность.
Но теперь мне всё ясно. Да, Дигэ.
Последний раз я вам говорю Дигэ и
обращаюсь с вами, как с гостьей.
Вы, жалкие ничтожества,
своей подлостью вы подрываете
благосостояние порядочных людей.
Заткнитесь, Асуна!
Вы же ничем не лучше их!
Завтра срок платежа. Кто будет
платить? Опять этот шизофреник?
Как вы смеете? Вы хотите нас всех
втоптать в грязь! Обесчестить!
Вы все - порядочные люди,
праздно болтающие
о правде и справедливости.
Хотите, я вам скажу правду?
Я знаю всё.
Всё о всех вас. Всё.
Все вы зависите от золота,
которое так призывно блестит здесь.
Прекратите эту болтовню!
Господин Ганувер!
Господин Ганувер!
Это она.
Что это? Что это, господа?
- Как же её открыть?
- Ломайте дверь, ломайте!