Скорый поезд (1988 год). Цитаты и фразы из фильма

«Скорый поезд» — фильм режиссёра Бориса Яшина по сценарию Елены Ласкаревой, снятый в 1988 году на киностудии «Мосфильм» по заказу Гостелерадио.

Все фразы и цитаты

СКОРЫЙ ПОЕЗД
Ну, куда? Закрыто, сколько раз говорить!
- Санслужба штрафанёт, ты ответишь!
- А я-то чё? Такое
приняли, а сдать сухим,
хоть языком вылижи.
Уважаемые товарищи пассажиры!
На этом... Михалыч, чтоб тебя!
Где шатаешься?
Спасибо за внимание.
- Чё?
- Убери с дороги!
Сделаем.
Но-но-но!
- В следующий раз!
- А я хотел как лучше.
Вот здесь. Паш, халата не хватает.
Вычитаем. Двенадцать семьдесят.
Ну, только что на месте был.
Экономика, Вера Васильевна,
должна быть экономной.
Порядок, шеф.
Заканчиваю.
Лидка, как дела? Нормально, отбоя нет.
Бельём займись.
- Галина!
- Что?
Иди сюда.
Я тут посчитал фужеры.
Три штуки разбила.
Три пятьдесят.
С меня?
А ты что, особенная?
- Пусти, скотина!
- Слушай меня.
Сейчас ты пойдешь, соберешь до
копейки всю мелочь и скажешь...
Ну, что встала?
Положишь на стол и скажешь...
Ты смеешь... Спишь со мной, а
сам при всех...
Вот именно.
Понял. Понял, понял, понял.
Вот именно, при всех.
Положишь на стол и скажешь: "Извините,
Павел Дмитриевич, я нечаянно!" Поняла?
Вот ещё двадцать копеек.
Мы через полчасочка управимся.
Подождешь, а?
Мама! Мам!
Коренева, иди, Корешок младший прибежал.
Здарова.
Привет, Корешок.
Я щас, подожди, бельё только сдам.
Мам, давай скорее.
У нас там баба Валя умерла.
Сегодня похоронили.
Сейчас поминки будут.
Как, умерла?
Господи.
А ты как же?
А я у Сидорихи ночевал.
Пока бабушка не приехала.
Сейчас.
Сейчас бельё надо сдавать.
Да сдам я твоё бельё. Иди.
Эй, Корень, иди к нам.
Набегаешься ещё.
Получку давай.
Я тебя сама тресну. И тебя, и Сёмку твоего.
Тише, зараза. Дети спят.
Здарова.
Мама дома?
- На работе.
- Иди, рубашку чистую надень.
Здарова, ребята.
- Привет. Ба, дай пирожка.
- Блины из комнаты неси.
А что там грязное, сюда тащи.
На работе натаскалась.
Дура! Хоть с палец уважения имей!
Посмотри, сколько народу пришло.
Давай, включайся.
Надо, чтоб всё, как положено.
Подожди. Надо, чтоб гости довольны были.
- Я тоже гость. Чего тебе?
- Дай пирожка.
- Идем, Корешок.
- Пойди, сам возьми, в комнату.
Олечка, успела.
- Садись к нам.
- Кути вот попробуй.
По русскому обычаю, пусть
земля ей будет пухом.
Так.
Помянем, соседка.
Ой, Валя, Валечка. А
тебе-то, Олечка, всю жизнь её благодарить.
Уж старая, слабая,
а за Антошкой, как за родным смотрела.
Век помнить такую заботу надо.
Эта слабая, бывало, так пацана двинет, что
он через весь коридор летит.
Да ладно.
Чего "ладно"? Чего "ладно"?
Я с неделю назад сам видел.
Пацан в ботинках в комнату вошел.
Она за тридцатку в неделю
пестует его, как своего.
И накормит, и спать уложит.
А его, значит, пальцем не тронь.
Так, что ли?
Ну, а воспитывать-то как?
Если бы я узнала, что моего обидели...
Глаза бы выцарапала.
А ты, Оленька, зла не держи.
Родная мать иногда так
стукнет, что не встанешь.
Тебя-то Ксения мокрой верёвкой била.
Аж рубцы на попке были.
А у старухи-то, какая сила...
Не нравится - пусть сами смотрят.
А то мои да бабку по всему союзу
мотаются, до пацана им дела нет.
Теперь пустая будет...
Теперь сюда новых подселят?
Новых... Мы-то что, в хоромах живем?
Верка-то, вон, третьего родит.
- Да занять надо комнату.
- Правильно.
А с детьми не выселят.
А мы здесь детскую сделаем.
Дверь напротив.
Комната светлая.
Я здесь топчанчик сделаю пошире.
С бортиком.
Олифы достать надо.
- Заходи.
- Щас, только переоденусь.
Ты, Оленька, своё бельё-то
отбери, что для Антона давала.
А остальное мы завтра с
Клавдией на всех разделим.
Я как блины увижу, аж трясусь вся.
Особенно с вареньем.
Слушай.
Сличенко поёт.
- Да ты что!
- Точно.
Пойду, покурю.
Да... По чуть-чуть.
Доза. По чуть-чуть.
Доза.
Петька, последний раз говорю,
отойдите от белья с мячом!
Ладно!
Ты общепризнанную последнюю
рок-группу знаешь? Ну.
Дип пёрпл.
Би Джиз. Ааа...
Ты чё, Корень, в мячик играешь?
Ставь.
Что же вы, дети, взрослых не слушаете?
А это что у тебя там?
Вот так вот, дети.
Делать нельзя.
Помогите! Помогите!
Корень!
Корень!
Корень, выходи! Корень!
Корень, где ты?
- Здрасте.
- Корень, выходи!
Я тебе дам "выходи"! Я тебе
дам "выходи", паразит.
Развели бардак. Что сынок, что мамаша.
Откуда только руки растут?
Клава, выбирай выражения.
Щас! Дня в порядке не проживешь.
Корешок!
Чё ты сына собачей кличкой зовёшь?
Антон! Убирай солдат своих!
Вот это будет в помойке. Поняла, да?
- Всё, что не на месте - в помойке будет.
- Ну, чего ты завелась
с полуоборота. Ну, как будто,
прям, с цепи сорвалась.
- Не с той ноги встала?
- Так, а это что?
- Ну, давай сюда.
- Что, лень почистить, да?
- Ты знаешь, я в мундирах не люблю.
- Ты не одна в доме.
Ну, правильно, сделай
матери так, как хуже.
- Сделай, чтоб мать голодная осталась.
- Ба, я не буду убирать
- солдат, у меня здесь укрепленный форт.
- Чего ты не будешь?
Чего ты не будешь?
Не будет он!
- Не будет!
- Солдатиков раздавила!
Ты что на ребёнке зло срываешь?
Психичка! Тебя в дурдом сдать надо!
Давай, сдавай! Правильно!
Ты давно уж намеряешься,
куда мать спихнуть.
Старая стану, корки не подашь!
- А я не обязана тебя кормить!
- Нет, обязана!
Ты меня тоже была обязана
кормить, но не кормила.
Да пошла сама!
Чтоб я не видела тебя
больше никогда, паразит!
Корешок, не плачь. Я тебе
из Москвы новых привезу.
- Бешеная собака, а не бабка.
- Довёл. Ладно.
Сами уберёмся, иди, готовь.
Жрать охота. Психичка сама!
Не плачь, Антон. Не плачь,
мой маленький. Не плачь.
Не плачь, я тебе
десять таких куплю.
Из-за матери такой твоей, неряхи
чёртовой, баба тебя обидела.
Форт, а чё такое форт?
Машинка, да?
А ты хочешь, я тебе эту, коробочку дам?
Где документы лежат.
Мы крышечку снимем с коробочки.
Колёсики приставим.
Приставим, и будет тебе форт, да?
Умру - грязью зарастёте.
Во что вон квартиру превратили.
На пол страшно смотреть.
Стол прожгла. Какой стол!
Девяносто рублей стоит.
Мать всё тянет-тянет. Вы
всё портите, всё гадите.
Кто тебя только вырастил?
Дубину такую.
Государство.
Да ты с
государством и живи в общежитии.
Чё ты к матери приехала,
нервы мотать?
- Могу уйти.
- Хоть щас.
И пацана с собой возьми.
Пусть с ним государство сидит.
А мне, вон, пенсию надо зарабатывать.
Одинокую старость свою обеспечивать.
Никто тебе не нужен.
Ни дочь, ни внук.
Вот, знаешь, такое чувство,
будто несёт тебя куда-то.
Сама свой голос со стороны слышу.
Ой, а готовилась-то как...
Нянька белый фартук
накрахмалила, аж хрустел.
В пакете на осмотр
везли, чтоб не помять.
Ой, блин, что за жизнь, а...
Кроме этого и вспомнить нечего.
- Ну, как?
- Товарный вид.
- Девочки, чай будете?
- Потом!
Потом! Да тихо ты!
Ну, чёрт, носит её! Ой, не могу.
Помнишь, песня была такая? Женька.
Мальчишечье имя носила...
Ну, там нужно всё
время вверх, вверх, ну,
там тоненькая такая.
Сейчас, конечно, я её не вытяну.
Курить много стала.
Часто.
Не, не слышала.
Дура.
Да по радио её часто гоняли.
Я с радио запоминала.
Ну, это не важно.
Короче, мужик там...
Из жюри, такой, толстый, подходит
потом ко мне и говорит...
Учиться надо. Данные есть.
В музыкальной, в смысле, школе.
Ну, так, а чего ж ты? Надо было.
Я тебя умоляю, кто бы меня,
интересно, из интерната в
город на музыку возил?
Так мне Игорь тоже говорит...
"Иди, - говорит, - учись.
Официантка - это не профессия".
Хочет, чтоб я в техникум поступила.
Учебники притащил.
А я как глянула туда, а там...
"Ты чё, - говорю, - я это
в школе мимо проходила!"
А я не понимала тогда.
Пою, и пою себе. Чё ещё надо?
Вот про жаворонка.
Вот, знаешь, такое, как будто
я сама в небе трепыхаюсь.
А земля подо мной маленькая.
Больше такого не было никогда.
До сих пор помню.
А я вот думаю...
Белое шить, или голубое?
Голубое ведь можно потом надеть.
- А белое только на свадьбу. И всё.
- Конечно, голубое.
Сосиски, булочки, кефир!
- Да что ж так рано-то?
- План, тётенька.
Иди сюда.
Я тебя щас покормлю.
Попробуй моего печёненького.
Это я внуку везу, он у меня в армии.
Девятнадцатый годок ему сегодня пошел.
Такой внук у меня...
- Такой...
- Эй, студент, иди сюда!
По глазам же вижу, что голодный.
Иди-иди, покормлю.
Товарищи, шевелитесь,
сосиски остывают.
Кефир, да? Кореш, иди сюда, здесь возьми.
Так, ну, что ребят?
Значит, всем по сосиске,
плавленому сырку, и
кефирчик запить, да?
Да плавленый сырок! В
Париже только их и едят! Вы что!?
Нет, лягушками я не торгую!
Вот, курочку берите. Говорят, они вкусные.
Так, давайте, посчитаем.
- Булочка и кефир.
- Эй, красавица.
Пиво есть?
А щас. Покрепче есть, а?
- А подешевле чего?
- Подешевле - кефирчик.
Тоже помогает.
- Э, пацан.
- Да.
- Кабак в какую сторону?
- Там.
Да, только вам туда рано.
- Это почему?
- А для вас после одиннадцати.
Ну, что? Давай.
Молодец.
Горячие сосиски! Булочки мягкие.
Вот, пожалуйста, кефирчик.
Да. А сосиски будете? Ну, берите.
Правильно,
пока горячие. Сосиски,
булочки, кефир.
А плавленые сырочки не будете?
В другой раз. Ну, хорошо. Ладно. Кому
сосиски горячие? Корешок, вот здесь.
Сосиски горячие покупайте, товарищи.
От двадцати один девятнадцать. Десять,
пять и две двушки.
Потрясающе.
- Оставь себе на мороженное.
- Что вы, так нельзя.
Эй, послушай, дорогой.
Минутка можно сюда?
Сосиски.
Булочки. Кефирчик.
Ой, осторожно. Извините.
Что же вы опомнились так поздно, а?
Ой, какие симпатичные.
Орлы.
Извините, мы тут с другом поспорили.
Вы парень, или девушка?
- Набор возьмешь? Скажу.
- Возьму.
Вот это другой разговор.
Ну, а глаза-то где? Баба я.
Докажи. Иначе нельзя.
Убедился?
Сколько стоит? Двадцать пять.
Дорого.
- Коньяк и чай?
- А что?
Мы наши продукты знаем.
Ну, не хочешь - не надо.
А на сколько спорили-то?
- На пятьдесят рублей.
- Что?
Что? Не так?
А четвертной что, жалко? Эх, вы, орлы.
Счастливо!
Кому сосиски горячие, кефир?
- Извините. Булочки.
- Мам, тебя там какие-то
дядьки спрашивают. Я им
сдачу правильно дал.
Так, ну-ка, быстро в вагон-ресторан.
Сиди там.
Накладная, конечно, в
вагоне-ресторане, у директора.
А я торопилась очень утром, и забыла.
Порция сосисок по
номенклатуре 87 копеек.
- Кефир...
- А он же обычный, не таллиннский.
Вот. И сосиски больше
нормы, они не стандартные.
Не пополам же резать, правда?
Вы же сами резаные не будете есть?
- Пойдемте, взвесим.
- Пойдемте.
Сколько успели продать?
15 порций сосисок и 21 кефира.
Да, ещё один набор. С коньяком.
И с чаем.
Шестнадцать пятьдесят? Да.
Если по вашим расценкам,
то правильно.
Интересно только, что
по всей дороги сосиски
стандартные, а у вас
какие-то особенные.
А я откуда знаю?
Фамилия?
Моя?
Коренева.
Директор в вагоне-ресторане?
В чем эти дядьки были?
Один в коричневом кожаном
пиджаке, а другой...
- В свитере.
- Какого цвета?
Лидка, иди сюда, послушай.
- Не в красном, не в коричневом.
- Бордо?
Да чё ты мучаешься,
Галка, они-то всё равно
- переодеться могут, раз плюнуть!
- Ага, это точно.
Девушка, вы работать думаете?
Я занята!
А, один лысый.
- Лысый.
- Так чё ж это?
Если всех лысых правильно рассчитывать
буду, это я в трубу вылечу.
Шашлык по-карски, цыплята
табака, шампанское, шоколад.
Нарвалась? В СВ?
Простите.
Я же предупреждал. В спальных осторожней.
В купейном. Ой, да вроде всё обошлось.
В десятом вагоне. В седьмом купе.
Я сказала, что...
- Привет.
- Привет.
Сосиски больше нормы, а кефир
обычный, не таллиннский.
С тебя причитается.
Сколько?
Вечером зайдешь, поговорим.
- Интересно, что вы там видите, девушка?
- Ты куда?
Ты куда шел? Вот и
вали, а то обдуешься!
Заходи, заходи. Гостем будешь.
Ребята.
Выйдите, а. Мне надо поговорить.
- Можно?
- Можно, конечно.
Идите, в картишки перекиньтесь.
- Электрики собираются.
- Опять?
Надо, Михалыч, надо.
Заходите ещё.
Чего в угол забилась?
Ты что ж думаешь, я так
и буду тебя покрывать?
Мне ведь это тоже влетает.
- Представляешь, сколько с тебя набежало?
- А сколько?
Хватает.
Я отдам.
Я отдам, ты скажи, сколько.
Ну, если за все разы,
то 300 на 100.
И спокойной ночи.
У меня сейчас нет столько.
Нет.
А может, я частями, а?
Ты что, думаешь, я вампир,
что ли, какой-то?
Я же понимаю. Одна, с ребёнком.
Одеть, обуть.
Пусти.
Не бойся, я сегодня больше не кусаюсь.
Я тоже.
Марья, а зачем вам деньги?
Как, зачем? Старик мой на
пенсии, и то подрабатывает.
Младшенькая ещё учится,
помогать надо. Решили
сараюшку построить,
кроликов разводить.
А моя бабушка говорит,
что на похороны надо.
Щас.
И на похороны надо, правильно.
Мы люди пожилые.
Мало ли, что. Чтоб родным
не накладно было.
Ясно.
Мама, там мальчик обеды носит.
Сосиски. Пожалуйста.
- Катя, у нас же есть еда.
- А я супа хочу.
Детям нужно горячее.
- Мальчик, дай нам, пожалуйста, обед.
- Маме помогаешь?
Умница.
Катенька, посмотри: какой
маленький, а уже работает.
- Ты в каком классе?
- Во втором.
Молодец.
А мы на каникулы в Ленинград едем.
Фу, котлеты, терпеть не могу.
Катя.
Подумаешь, я в Ленинграде
3, нет, уже 5 раз был.
- И в Москве?
- Возьми.
Да. Мы с мамой каждую
неделю туда летом ездим.
И в Мурманск.
И, как эту? Тюмень.
Возьмите копеечку. Нам чужого не надо.
А ты ещё придешь?
Ужинать принесем.
Девки, одной сумки не хватит.
Оля! Оля, подожди. Слушай,
на ещё одну сумку.
- Купи ещё абрикосиков, а?
- Ага.
И три початка кукурузы. Лучше пять.
Лучше пять.
Жарко? Да ну тебя!
Где она? Сливы! Сливы! Давай, быстрее там.
Три килограмма возьми.
Давай, давай! Бегом, а то опоздаешь.
Корешок! Корешок!
Идем, прошвырнемся!
Сейчас.
Осторожней, не помни.
Хорошо заплатишь - не помнём.
Баба Вера.
Вот здесь - что положено,
а вот это вам.
Вот умница. Радость матери.
Помощник какой растёт!
- На, бери на газировку.
- Не надо.
Да возьми, возьми.
Беги, мать ждет.
Мороженное купим? Сначала на базар
забежим, а потом мороженное.
Куда ты меня тащишь? Вон мороженное.
- Тебе " Лакомку"?
- А тебе?
Два пломбира.
Пломбир, "Лакомку" и шоколадку.
Сдачи не надо.
- Откуда у тебя деньги?
- Заработал.
Ой, мама! Не надо! Получай!
На! Торгаш недоделанный!
Ух, ты, гадёныш.
Ты же октябрёнок, как тебе...
Как тебе не стыдно?
Я же помогал.
Тебя в школе учили, что воровать нельзя?
Разве это воровство?
Не смей! Никогда чтоб больше!
Никогда, я сказала!
Вот вы где, а я...
Вперёд! Удар! Пас!
Мне! Пас! Мне пас!
Ну! Гол!
Ура! Может, в кино сходим, а?
Там про ралли.
Да ну, не хочется.
Всё равно за один день все
фильмы не пересмотришь.
Ну, а чё тогда?
Ты чего хочешь?
Может, в кафе зайдем?
Да ну, нас бабушка обедать ждет.
Завтра в школу.
А у меня сумки нет.
В Ленинграде обещала-обещала,
и так и не купила.
Помнишь, ту?
С ремешком, да?
Голова.
Я же Люську для тебя попросила оставить.
Ну, бегом!
Что?
Куда?
Не говори, что здесь покупал.
Понял?
Ух ты!
- Носи на здоровье.
- Ну, Люсь!
- Нравится?
- Ага.
- Любит тебя мамка.
- Ух ты, смотри, замочки.
- Пойдемте, а то там у меня уже очередь.
- Ну, блеск!
А тебе нравится?
Конечно.
Рад? Носи теперь.
А я завтра
с ней в интернат пойду.
- Ферзиково? Детдом?
- Ну, какой детдом?
Не в детдом, а интернат.
На севере, вон, и у чабанов там, все дети в
таких интернатах, и ничего.
Ну, не знаю.
Ну, я же выросла.
И он не облезет.
Девушка.
Покажите, пожалуйста, пенал.
Нет, не этот.
Вот тот.
Ой, была б бабка, как бабка.
Слушай, мне
для подарков нужно три коробки конфет.
Сможешь достать?
Ну, конечно, на Москву поеду - достану.
Привезу.
- Девушка, можно вас на минуточку?
- Ну, я пойду.
У вас нет других пеналов?
Всё, Кореш, у меня ветер.
Знаешь, что...
Пару ездок сделаю, и куплю тебе велик.
А ты когда уезжаешь?
Завтра.
Приезжай поскорей.
Ну, что, Антон Коренев?
По русскому-то троечка.
Анна Викторовна. Игоревна.
Ну, да.
Вы меня не узнаете?
Я Оля Коренева.
Вы в нашей группе
воспитательницей работали.
Здравствуй, детка.
Во, вымахала как!
Не узнала бы. Садись.
Ну, у нас, как видишь,
ремонт вечный.
У тебя-то как? Расскажи.
Петь-то не стала учиться?
Да что вы? Какое там?
Я и нот не знаю.
Мать убедила.
Ну, сначала на ноги
встали, потом...
Трудно жить было.
Ну, а для себя-то?
С твоим-то голоском.
Себе в удовольствие, а
людям на радость. Да...
Кручусь-верчусь.
Только кудахтаю. И не поется.
Вот.
Сына видите?
- Пришлось. Не с кем оставить.
- Ну, так что? Не волнуйся.
У них в классе воспитательница
хорошая, добрая.
Опытная, так что, всё
в порядке будет.
Поезжай, спокойно работай, и не переживай.
Ты справку об оплате привезла?
Ага.
Ну, что ж, Антон, идём. Я
тебя с ребятами познакомлю.
Уже? А можно, он будет
к поезду выходить, а?
Анна Игоревна,
миленькая, родненькая.
Мы всегда всего три минуты стоим.
Я буду телеграмму давать.
Если...
Нельзя ему одному, то пускай с
воспитательницей. Ну, пожалуйста.
Ну, миленькая,
родненькая, я прошу.
В пределах посёлка можно.
- Только ставь меня в известность, Коренева.
- А щас можно?
Ну, щас ему можно меня проводить?
Не опаздывай на обед, Антон.
Не заблудишься?
Через площадь, направо...
- В первую улицу.
- Да знаю...
Ну...
Не скучай, Корешок.
Будь умницей, угу?
На каникулы куплю тебе велик.
В лепёшку расшибусь, а куплю! Ладно?
Ой, палтус несут.
Молодой человек!
Продайте парочку.
Да пошёл ты!
Какой умный нашелся.
Эй, друг.
Ну-ка иди сюда.
Сколько тебе?
Парочку, если можно.
Ладно, убери деньги,
а то вообще не дам.
Держи.
Спасибо.
Ой, Владимир Николаевич,
как неудобно получилось.
Ужас, как рыбки хочется. Девушка, вон,
понимает, когда на солёное тянет.
Девушка?
Ну, конечно, девушка.
Автобус, да?
Ну, ладно, пока.
- Спасибо вам большое.
- Ты там сама доберешься.
Конечно-конечно.
Девушка.
В Мурманске живем,
палтуса не видим.
А приезжие находят.
А жену чего одну оставил?
А, это знакомая,
помочь попросила.
Вы, что же, всем так целыми днями
помогаете, что ли?
Не всем, по выбору.
А чего же меня выбрали?
Палтус решил отработать.
Вам куда?
На вокзал.
Да, но мне сначала только
нужно столовку какую-нибудь.
- Где тут у вас?
- Уезжаете?
Не-а, работа.
Работаю в вагоне-ресторане.
- Что такое?
- Зачем же в столовую тогда?
С утра жрать хочу.
Ну, в смысле, есть.
Мы отцепленные стоим. Продукты
не загрузили.
Вон кафе.
Нет воды.
Обычно у них санитарный час.
Пойдемте.
Видите завод?
- Вижу.
- А за ним мой дом.
Что ж теперь делать?
Ну, до
ближайшей столовки квартала три.
И там может оказаться переучет.
А я сейчас как раз иду домой обедать.
Присоединяйтесь.
Ко мне в поездке всякие клеятся.
Учти, если что, я и вмазать могу.
Согласен, если что, сразу и вмажешь.
Ой, Владимир Николаевич,
вы раньше времени.
- Здрасте.
- А я не случайно раньше пришел.
А мы созвонились, оказалось...
- Пожалуйста.
- Спасибо, Владимир Николаевич.
А мы вас ждали, ждали...
Раздевайтесь.
Сейчас перекусим.
- Алла!
- А?
- Здесь колбаса была.
- Была.
А мы съели по бутербродику.
А что?
Потерпим?
Потом придумаем что-нибудь.
Раздевайтесь, проходите.
За нашу нищенскую, бесцветную жизнь...
Как здорово вы ударили тут по душе.
- Послушайте.
- Иди ко мне.
Чего вы хотите добиться такими ударами?
Воскреснет ли человек от этого?
Жалкие мы люди. Это верно.
Нудные люди. Хмурые.
Отвратительные люди.
- Мне сделалось страшно и одиноко.
- Подожди.
Ты говоришь вообще всем,
а получается никому.
Выбери кого-то конкретно,
и ему рассказывай. Давай.
Мне сделалось страшно и одиноко.
Попробуй встать на передний.
Мне сделалось страшно и одиноко.
О, у нас пополнение.
Николай.
Оля.
Какие мы сильные.
Рыбаков здесь?
Кто? Владимир Николаевич.
Все мы в этом отношении
какие-то одинокие.
Собираемся только для того,
чтобы за бокалами шампанского
выслушать красивые слова
на давно известные темы.
Ну, вот. Переписка Чехова.
- А я на час раньше на берег отпросился.
- Ничего, посмотришь.
Тоже полезно.
В нашем молчании и
несерьёзности, и в неинтересности
наших бесед не обвиняй
ни себя, ни меня...
А обвиняй, как говорят критики, эпоху,
обвиняй климат, пространство, что хочешь.
И предоставь обстоятельства их
собственному неумолимому течению.
Кость, ребёнок уже запомнил.
У неё мозги свежие.
Пошли. Я в её возрасте
тоже с лёту всё хватал.
Что-то не верится.
Конечно, весь день, как белка в колесе.
Какие уж способности?
До постели бы доползти.
Ужин приготовить, посуду помыть,
ребёнку сказку почитать.
Когда это ты мне последний
раз сказки читала?
- Я смотрю, Лики Мезиновой нет.
- Я здесь, Владимир Николаевич.
Здрасте.
Простите. Книппер Чехова.
У неё Наташка заболела.
Она сегодня не будет.
Мне кажется, что я вас где-то видел.
Только не могу вспомнить, где.
Может, в поезде?
А может, в самолёте?
Меня зовут Настя, а вас?
Тётя Оля.
Здесь курить можно?
- На кухне. Идёмте, я вам покажу.
- Я знаю.
Я смотрела фильм про курение.
Там показывали скелет.
Такой страшный скелет.
Вы это знаете?
Знаю.
Пусть всё идет, как есть. Будем
уповать на лучшую долю.
А где же действенность,
гражданская позиция?
Кость, у меня там, на столе первый
том переписки. Ладно, я сам.
Я сегодня не занята,
но всё равно пришла.
Не могу без них, без ребят.
Ну, вот. Небеса одарили тебя тем, чего
нет у девяноста девяти из ста человек.
Потому с тебя и спросится
в сто раз больше.
Из письма к брату, помнишь?
Лучше быть жертвой, чем палачом.
Ну, что, это не гражданская позиция?
Порядочность - это не позиция?
В общем-то, да.
Поэтому мне кажется, что
письма Чехова надо читать мягко, не жать.
Но с твёрдой убежденностью.
Добрый день.
Здравствуйте. Ой,
кто к нам пришел. Маркич.
Ура! Саша пришла.
- Мои объявились.
- Ой, как хорошо, Игорь пришел.
- Опять уроки музыки.
- Да, уроки музыки.
Петрушевский, уроки
музыки, 1 акт, 5 картина.
Тишина, все по местам.
Надо б сосвиданиться. Денег нет.
А Нинка получку в четверг принесет.
У неё ученическая
- 23 рубля. А я в тот
понедельник получу.
- Я сказал, всё. Никакого.
- Да рюмочку бы можно.
Только нет на что.
Сказано! Сказано! Теперь о прописке.
Только ты уж не пей,
а то не пропишу.
А прописаться тебе у меня вообще-то нельзя.
Ну, кто ты здесь есть? Никто.
Скажут: "Кого к тебе прописывать?"
Прохожего мужика.
- Да, это правда.
- Вот и думай.
- А чё думать?
- Что?
Пойду, завербуюсь.
Угу, стоп.
Чуть-чуть мягче.
Так всё нормально, но не жми совсем.
Вот как до этого пробовал,
на репетиции. Мягче.
А под суд это ты меня подвела! Это
точно ты меня подвела!
- Папа!
- Да!
Да не бойся.
Я думал, к жене еду, к дочери.
Думал, по-человечески. По-человечески.
Ну, не сразу ведь всё!
Сам будешь человек, и всё
будет по-человечески.
Только ведь человеком быть
надо, а не скотом пьяным.
Поняла...
- А под суд это ты меня подвела!
- Да я тебя понимаю.
Это точноты меня подвела!
Ты что, не
видишь, что я тебя понимаю.
- Это я тебе обещал.
- Обещать-то обещал.
- Обещать-то обещал.
- А ты подвела. Ты точно подвела.
А ты голос не поднимай.
- Что же с нами будет? Мама!
- Господи! Люди!
Люди! Люди!
Помогите!
Помогите!
А мы с Анастасией Алексеевной
одни во всем подъезде остались.
Дом сносить будут.
Жалко.
Такой дом.
Вот дали б нашей студии -
мы все проблемы бы решили.
И для репетиций, и сцену сделали бы.
Глупо. Но всё равно снесут.
А нас всё тоже переселить обещают.
Железная дорога ближе нормы.
А я не замечаю, привыкла.
Умора. В гости позвали.
А есть нечего.
Стихийное бедствие. Вы видите,
какая орда каждый день проходит?
А вы на холодильник
амбарный замок повесьте.
Такая закусь! Жаль, выпить нечего.
Теперь уж всё.
Спасибо.
А знаете, я в детстве тоже выступала.
В драмкружке?
Нет, пела.
Только я учиться не стала.
Не брезгуете, а?
Я ещё не брала.
Я когда готовлю, нанюхаюсь, а потом
есть не могу. Честно, честно.
- Учтите, я ведь съем.
- Ешьте, ешьте.
- Ешьте.
- Спасибо.
Вот я сейчас посмотрела.
Очень жизненно.
Вот у меня, знаете, как было?
При живой матери в детдоме росла.
А потом по общагам. Ни кола, ни двора.
Родила, так расти, я так
понимаю, правильно?
Потом мне рожать приспичило, пора.
Я к ней-то кинулась.
Мне ткнуться негде было.
Ну, что же мне теперь? За всё за это
мне ей всё время "спасибо" говорить?
Вот вы мне объясните,
раз вы такой умный.
Ладно, не важно.
Знаете, я поняла, что
всё это правда у вас.
Правда, поняла, что правда.
У самой так же. Ну,
не совсем, конечно.
В общем, один хрен.
Зачем?
Что, зачем?
А зачем всё это показывать?
Ну, зачем? Жизни, что ли, мало?
Вы бы лучше какую-нибудь
комедию поставили бы.
Или чтобы музыку, ну,
чтоб посмеяться.
Песни Пугачёвой попели бы.
Отдых же, ёлки.
Людям отключиться надо.
А вам понравилось?
Конечно.
Ну, вот. А говорите сейчас как те,
кто нам эту пъесу запрещает.
Почему запрещает?
Потому что как в жизни.
Как будто, если об этом не
говорить, то и проблемы нет.
Такая страусиная позиция. Голову
в песок, а остальное наружу.
Но мы всё равно верим, что это нужно.
Зачем?
Потому что нельзя думать одно, говорить
другое, и при этом считать себя честным.
- Согласны?
- Ага.
Только всё равно хочется
чего-нибудь весёленького.
Хотите, завтра в
наш театр сходим?
Хочу.
Ну, вот там и поговорим.
Ладно.
Курить очень хочется.
Пожалуйста.
Бумага есть, стереть?
Лучше застирать.
Там в ванной халат есть.
Зачем вы?
Дайте, я сама.
Тима.
Да, это мы с девчонками, дуры, баловались.
Остальное я свела, а это...
- Первая любовь?
- Да.
Парень один.
Ходил к нам в общагу в волейбол играть.
Корешка наиграли.
Да ладно.
Я на него не в обиде.
Корешок мой хороший мужик получился.
А это ваш сын?
Давайте чё-нибудь ещё поставим.
Давайте, а что?
Ну, что хотите. Что вам больше нравится.
Ладно.
Поставим, что нравится.
Злая я, по-вашему, да?
Нет, мне так не показалось.
А знаете, я вам завидую.
Я вот свою работу терпеть не могу.
Сейчас сутки простой, все психуют.
А я радуюсь, честно.
Потом опять ишачить.
Хорошая музыка.
Прокофьев.
Хорошо у вас.
Сто лет так не сидела.
Оставайтесь.
У меня раскладушка есть.
Отдохнете от своего поезда.
Впрочем, идите сюда.
Надо же!
Надо же, какая мелодия запоминающаяся.
Я думала, что в симфониях
один шум, не разбери-пойми.
- А будильник есть?
- Есть. А вам во сколько надо?
Часов в 6.
Пойду, раскладушку достану.
Оля, намочите
тряпку, пожалуйста.
Оль!
Я буду завтра ждать у театра.
В 7 часов! Не опоздай.
Это ваш?
Наш.
Куда его?
- Пристройте в уголочек.
- Хорошо.
Ой, Паш, мы на месте.
Всё успеем. Слава Богу!
Где шатаешься? Сказано:
быть к погрузке товара.
Ты на работе, или на экскурсии?
- Да не ори. Я за рыбой стояла.
- Ну, ты бы до утра ещё стояла.
Да ладно ты, Паш.
Скорее бельё принимай, сейчас на посадку.
Ой, успела, Оленька.
Умница.
- Говорили же, завтра.
- Завтра ты бы пешком домой пошла.
Сашка, распишись за мясо.
А как тебе удалось от простоя отмазаться?
Отстегнул диспетчерам два ящика фанты.
Если выбью с
оборотов, ещё одну ездку
до конца месяца сделаем.
Так.
Как всегда.
Пока, Корешок!
Скоро опять приеду.
На работу не охота.
Трудно мне, Паша.
Чё?
Прикипела я к тебе.
Девушка, к нам подойдет кто-нибудь?
Ждите.
Ну, позовите свою подругу.
Что ж, по-вашему, девушка за весь
день на минуту и выйти не может?
Девушка, а нас когда обслужат?
- Ждите.
- Мы уже полчаса ждем.
Ничего, подождете.
Да что же это такое? Ты чего ревешь, а?
Ну, ты чего?
Дурочка, ты что, абхсник?
Клиент достал?
- Понимаешь...
- Ну?
У меня весь день такой клиент.
То студент... То старичок яичницу ел.
Сейчас он сидит, командировочные...
Мелочь считает...
Чай, или кофе пить...
Я не могу больше так, Оль, понимаешь?
Не могу.
А он, гад, говорит: "Если, -
говорит, - не можешь - плати свои".
Так, ладно, подожди, щас
я ему кровь попорчу!
Ой, нет, не надо, Оль, слышишь?
Мне же ещё хуже будет.
Он мне потом насчитает.
Получу я кукиш с маслом.
Зато с маслом. Сиди.
Михалыч, дай покурить.
- Ну, вот, что.
- Садись. Я щас.
Сашка! Ты кур для
разноски сделал?
Ну-ка, иди сюда.
- Ну, чего?
- Ты в Мурманске говорил, что сделал.
А кинулись носить - не готово.
Да всё нормально. Ей
Богу, всё нормально.
- Вон, пойди глянь.
- Что, вот прямо сейчас носить можно?
Да.
Слышала? Кур понесёшь, пока горячие.
Значит, вечером, в
нормальной обстановке ты со
мной говорить не желаешь?
А сейчас невтерпеж?
За Лидку пришла заступать? Ну,
я видел, как она сопли мотала.
Ну, давай, толкни речь.
Расскажи, какой я кровопийца.
Только не очень кричи,
клиентам это ни к чему.
Шкура ты. Не на ту
нарвался, понял?
Я молчать не буду. Я все
твои делишки насквозь вижу.
- Я сообщу куда надо, так и скажешь.
- Все?
Паскуда.
Не густо. Но
так и быть, еще одну.
А теперь смотри сюда.
Твой долг 300 "рэ".
Это акт о недовесе,
отмазка от ревизора.
Это водку ты продала
на станции Березкино.
И еще 20-го числа, на одну больше.
А плевать. А ты свой срок
все равно получишь.
А я свободный человек,
а у тебя пацан всё-таки.
Ну, наконец-то...
Работайте...
Думаешь, я все только на копейки?
А ведь сама знаешь
как жить одной.
Да и не девочка уже.
А Паша, он... Он..
Только кажется таким, он на самом
деле добрый, ласковый. Детей любит.
Вот придет...
Вовке всегда подарок.
Думаешь, не приятно?
А Вовка подбежит к нему, прижмется.
Да я ему все простить готова.
Все, понимаешь?
- Когда наш встречный, девочки?
- По Брянску.
Значит в 3 часа ночи.
Разбуди меня, Олечка.
А то я опять со своим
стариком не повстречаюсь...
Чучурки-мочурки, че носы-то повесили, а?
Да не трогаю я твоего Пашу.
Иди-иди к нему, че ты высиживаешь?
А еще вот что сказать хотела...
Ежели что, я тебе всю
морду расцарапаю.
Я ведь все вижу.
Все дома?
Ну...
Что у нас сегодня, воскресенье?
- Чего такое?
- Нет, у нас среда сегодня. Да.
Ага. Ага. А что такое?
Иди, посмотри.
Батюшки, да кто ж тебя так разукрасил-то?
- Он первый.
- Он первый начал.
А ты что, драться не умеешь, да?
Учишь тебя, учишь. Балда!
Нет, ты его по русскому научи.
Он три двойки принес за неделю.
- А че случилось то, а Сень?
- А че? Ну!
Ну, чего случилось?
Ну, чего случилось? Человек
пришел к поезду, говорит...
Бабуля, бабулечка...
- Бабуленька.
- И ты что, его увезла? Ну, да...
- А кого-нибудь предупредила?
- Нет.
- Ты что, мать? Ненормальная?
- Чё?
Почему?
- Единственный интернат в городе.
- Да престань ты, у меня
- три дня свободных, пусть погуляет.
- Как, место еле выбила.
Ничего, пусть дома посидит
три дня, синяк пройдет. Да?
А что ж ты меня-то не брала на отгулы?
Все равно, так не делают.
Надо ж сообщить, что он дома.
А Антон выйдет?
Выйдет-выйдет, покушает и выйдет...
Ну, Ксеня!
Ешь котлетку. Вкусно, да?
Вот скажи честно, где вкуснее? У
бабушки вкуснее, или в интернате?
- У тебя!
- У меня...
Знаешь, чем там кормят, да?
Да-да, я знаю-знаю...
Ты куда?
В интернат.
Вышибут из-за твоих бзиков.
Корешок!
- Куда я его дену?
- Ты бы работу сменила.
- Носишься, как приблудная.
- А что я еще умею?
Ты меня только этому и выучила.
Так в штанах и поедешь?
А то, то ли папаша, то ли мамаша.
Ладно, отстань.
Ты бы о ребенке подумала. Сиротой растёт.
Я не сирота.
- Не слушай ее, она дура.
- Сама дура!
Одевайся.
Так, что это? Сумка?
Твоя, где сумка?
А я с Валькой Саяным
поменялся, не глядя.
Валька!
- Чего?
- Пойдем!
- Чего?
- Иди-ка сюда!
Чего?
- Твой дипломат?
- Ну...
Тащи сумку, живо!
Мы поменялись...
- Поговори еще, коммерсант.
- Мы поменялись.
Я еще влеплю!
Тащи сумку, я сказала!
- Мама, не надо.
- Будешь маленьких бить?
- Мама!
- Давай!
Я жду!
Так...
Ну, он еще минут 15 будет стоять.
Ну-ка, давай зайдем в одно место.
Девушка, можно в
Мурманск заказать?
Номер?
Я не знаю.
А вот если, номера не знаешь, а
только фамилию. Можно заказать?
Это со справкой, доплата за справочную.
А, ну, хорошо. Сколько ждать?
Как дадут. Часа 2, может
больше, не знаю.
Это мы не успеем.
Берите. Яблочки хорошие, сладкие.
Семечек взять пощелкать?
Не хочу.
Ну, а я бы...
Не охота...
Слушай...
Надо бы мне тебе
сказать кое-что.
Ну, пойдем. Идем-идем...
Ну, что, Кореш...
Обиделся, да? На мать.
За Валика своего обиделся.
Валя-то твой - жулик
пузатый, понятно?
Мы таких в детстве в темной давили.
И ты давай, не дрейфь. Не трусь.
- Пусть тебя боятся! Понял?
- Не хочу!
За что ты его била? Мы же
с ним честно поменялись.
Ему же было больно!
Очень больно!
- Ну, за что ты его била? Ты же злая!
- Тихо!
Антон, ты что?
Что с тобой?
Антон, ты же мужик, ты что?
Нельзя! Не плачь!
Ну, Антоша, я прошу тебя!
Надо уметь за себя постоять!
Всегда, понимаешь?
- Иначе тебе будет плохо жить, понимаешь?
- Я не хочу.
Ну, милый мой, ну, родной. Ну, что ты?
Ну, я прошу тебя.
Ты послушай меня, дурачок.
Малыш. Ведь, если я махну
что-нибудь не глядя,
я наперёд знаю, что
выгадаю, понимаешь?
Махать надо ненужное.
Понимаешь? А ты сумку. Вот дурачок.
Ты же так хотел её,
ну, ты помнишь?
Антон!
Корешок!
Не вернулся?
Нет.
Давай без этого.
В интернат ещё раз звонила?
Нет его там.
Ну, чё, я в депо был, всё облазил.
Ну, чё, может он на бажур рванул.
А чё? Я пацаном туда бегал.
Там для них самое раздолье.
Толик, отдыхать, отдыхать, отдыхать.
- Видишь, людям не до тебя.
- Да, мамаш, трезвый я.
- А в милицию заявили, Ксеню?
- Да звонили...
Может, ещё раз?
Может, в живых уже нет.
Не каркай.
Давай так. Иди к Новиковым, а я...
На речную смотаюсь. Может,
действительно он там.
Господи, ночь уже.
Ну, чё, я тогда с тобой, что ли.
- Корешок! Да вот же он, паразит.
- Гражданка Коренева.
- Распишитесь.
- Ну, ты как за посылку.
- Почтальон.
- Корешок, где же ты был, Антоша?
Где же он был? Скажу. Мы
не знаем, что и думать.
Ты гляди, что с бабкой
и матерью сделал!
Снять бы тебе штаны, да и
всыпать хорошенько.
Это точно.
- Мамаша врать не будет.
- Ну, соседка, давай. Спасибо.
А я гляжу, что это
там такое знакомое?
Бубликом на лаве
свернулся, ноги поджал.
Куртку на голову натянул.
Ну, думал, не узнают.
Куда там!
На улице холодно.
Ну, он и потянулся туда, где
народу больше, потеплее.
А голодный, не приведи Господь!
- Я ему булочку с котлетой в буфете купил.
- Спасибо, Слава, спасибо.
Так что, давай, хозяйка, корми
пацана, а то опять сбежит.
Поздно уже. Спасибо, Тамара.
Ну, всё. Поздно уже, у
дитя глаза слипаются.
- Спасибо, Тамара, спасибо.
- Раньше надо было заботиться.
- Ну, всё, ну, всё.
- Ну, до свидания.
Ну, всё.
Ну, всё, ну, всё.
Ну, чё? Ну, всё.
Ну, всё, ну, всё.
Ну, всё. Картошка там горячая.
Ну, всё.
Тихо, спит уже.
Ну, надо же раздеть.
Допрыгались, да?
Мальчик на вокзалах ночует.
Мать тебе плохая была.
Посмотрим, что скажет.
Да отцепись ты!
- Будешь ещё локти кусать.
- Ну, хватит меня поучать.
Накоплю денег, куплю квартиру.
Сама буду воспитывать.
Ни в чем отказа не будет.
Стерва ты. Какая же
ты стерва, Олька.
Я тебе в чем отказывала когда?
В чем я тебе отказывала?
На каникулах чё не попросишь.
- Я тебе всё покупала.
Помнишь, с Москвы какие
я тебе вещи привозила?
Шубку кроличью.
Этот, костюмчик такой вот, английский.
По тем временам, мечтать только надо было.
Сама же одна горбатила.
Одна ж тянула.
Господи, ну, что ж ты меня
всё время вещами упрекаешь, игрушками?
Ну, я не помню, что я носила
в детстве, понятно?
Не ори!
Зато я помню, как я из интерната в
третьем классе сбежала. К тебе.
Два дня у тётки Тамары ночевала, а ты...
Из рейса вернулась, меня мокрой верёвкой
по заднице отхлестала.
Ну, и что?
- И обратно отправила. Вот это я помню.
- Ну, и что?
Что мне было делать?
Что ты знаешь вообще? Что
ты про мою жизнь знаешь?
Приеду в интернат за тобой...
Смотрю, стоишь, маленькая,
плечики торчат.
Платьице застиранное...
Меня прям как ножом, прям, как
полоснет, прямо по сердцу.
Я тебя в охапку схвачу, и в магазин.
Как дура, покупаю... Что
вижу, то и покупаю.
Пианино. Вот не купили
мы с тобой пианино.
Ой, ладно.
Помнишь? Чё, ладно? Помнишь,
эта, воспитательница
просила пианино купить?
Не купили.
Вот я жила. Я же от каникул
твоих до твоих каникул и жила.
А ещё тогда Ферзиково, этой ветки, не было.
- Ну, знаю.
- Крюк давали мы.
Это самое, я стою, так, думаю...
Где она там, моя девочка, одна?
Где она, моя, там, лапушка?
Ну, не могла я взять тебя тогда.
Что ж ты меня всю жизнь
попрекать-то будешь?
А ты как думала?
Вот своего вырастишь, потом
посмотрим, что он тебе скажет.
- Ну, ладно. Иди спать.
- Не ори.
- Да.
- Да.
- Не командуй.
- Сидит тут, нервы мотает.
Я ещё тут хозяйка пока.
Небось, сама и прожгла стол.
Картошки поели, и всё?
Эти ребята, ну, Алла, там,
и остальные, они же...
Задаром туда приходят.
Для себя.
Блин.
Вот, не поверишь! Музыку слушали.
- Всё понятно. Всё понятно.
Щас, я начало запомнила.
Да нет, так не споёшь. Чёрт.
Ну, сейчас я это...
Да уймись,
тебе говорят, уймись ты, наконец.
Пустите!
Да успокойся. Пусти, я сказала!
Минуточку. Успокойся, слышишь?
Всё нормально. Девушки...
Дура, заткнись, заберут ещё.
- Ты зачем ей рубль оставила?
- Она нас на пятёрку обсчитала.
- Богатые очень.
- Ну, ладно, ладно.
Ну, ладно. Каждый крутится, как может.
Все жить хотят, ясно?
Отойди от меня!
- Открой!
- Ты что? Совсем очумела!
- Хулиганите?
- Ну, ладно, не боись, всё нормально.
А ну-ка, пустите, я выйду.
Чё ты рассвистелся?
Олька, держи тачку.
Шеф, прямо.
Девки, хвоста, кажись, нет.
- Вам далеко, девочки?
- Конечно.
Ага, через мост и под мост.
Тормози, шеф, приехали.
- Всё, чао! Пока.
- Эй, девочки, а деньги-то?
- Чего?
- Деньги.
Плати!
- Плати, давай.
- Рубль всего?
Сдачи не надо.
А ты переживала.
В кабаке переплатили,
здесь сэкономили.
Давай-давай-давай-давай.
Ну, тихо-тихо.
Ну, ты, Лидка, сама ныла.
В ресторан, в ресторан.
Ну, что, заглотнула свой столичный обед?
- Не икается?
- Не-а!
- Девки, а где поезд скорый?
- Ничего не понимаю, здесь же был.
- Где?
- Наверное, в парк отправления оттащили. Пошли.
Чёрт, догулялись.
А чё? Нормально прошвырнулись.
- Чуть в ментовку не угодили.
- Ага. Хорошо ноги длинные…
Черт, колготки заляпала.
- Да нормально, в поезде замоем.
- Но ведь обидно ж, девки.
Своя официантка на пятёрку обула, хамка.
И не боится же.
Я день и ночь вкалываю.
Да еще и на колесах.
Вот ей бы поездить, живо бы сбила.
- Да ладно. Не завидуй.
- Вот еще.
Не люблю, когда нагло. Что мы,
ей на чай бы не дали?
Да ладно.
Откуда ты знаешь, сколько
лично ей достается?
Сидит там над ними какой-нибудь
Паша и сосет, как паук.
Слушай, что ты все к Паше цепляешься?
Все нормально. Знаешь, смотреть
противно как ты подлипаешь…
Сама без него ничего
толком сделать не можешь,
подносы разносишь двумя руками.
Ой. Не так что ли?
Девочки, я с Валеркой ездила,
ну, знаете Валерку?
Высокий, такой, с усами.
- Знаем!
- Ну, я ж не в том смысле то.
Он разносит стезю
борща да на полном ходу.
Носил…
Заткнись балаболка, небось, замуж
выйдешь, тут же расчет возьмешь.
Не возьму.
Ничего-ничего, вот родишь
своему Игорю троих – ни
- в одну дверь не влезешь – маманя!
- А что, завидно?
- Очень…
- Я может, на всю жизнь наездилась.
Мне эти поезда уже ночью снятся!
Дома спишь, а, кажется –
качает… Вот выйду замуж...
- И чего?
- На самолете летать буду.
О, реактивная.
Давай, ты чего?
Беги, я покурю.
Мадемуазель.
Это какой поезд?
Париж – Крыжополь.
Превосходно, оно мне и нужно…
Чао!
Есть английский детектив.
Давай детектив!
Книжки на, почитай…
А мы его в родной уголочек пристроим.
Пошли-пошли, Михалыч. Сейчас
всё будет нормально.
Во вороньё.
Щас осетра приносили, Паша
взвесил, на 70 рублей потянул.
Оль, слушай, я тут платье матери купила.
Да?
- Покажи.
- Посмотри.
Как тебе?
А Дюма нет?
Дюма сейчас не выпускают.
Сейчас идет Сомерсет Моэм.
Итальянцы, "Машина времени", Пугачева.
Всё по стольнику, девочки.
Мечта мужчины.
Шик сезона!
Ну, почему мужчины?
Оно же дамское…
Как, а? Девочки…
Если на большую комнату, а?
Кому дефицит? Прокофьева толкаю. Нигде,
кроме как в нашем вагоне. Положи!
Ну, отдай, не то
разобьешь пластинку.
Саша!
Ну, что, толкучку устроили, да?
Спекулянты чертовы, а ну быстро отсюда!
Давай, я сказала по-быстрому!
Бабуля… Чего? Да быстро!
Быстро! Спекулянты!
- Я же купить хочу.
- В магазине купишь!
Быстро, я сказала! Да иди ты!
Слышишь, ты?! Быстро!
Зачем же так, Олечка. Такое
красивое и не дорого.
- Ну, совсем же не дорого!
- Жмоты! Скоты!
Купи-продай, купи-продай, купи-продай!
Господи!
Просто, как будто бы
с ума все посходили.
Господи, хоть бы что-нибудь
еще, кроме этого…
Ну, хоть что-нибудь бы
еще, кроме этого.
Слушай, че это она?
С ней работать невозможно.
Поймите, Елена Сергеевна,
у меня тоже нервы есть.
Озверела совсем –
на людей бросается.
В Мурманске товар грузить, а она гуляет.
В Москве скандал устроила,
всех взбаламутила.
Все рассказать, так…
Нет, Ирина Сергеевна, ищите замену.
Добром не кончится.
У меня нет свободной разносчици.
Вам завтра ехать.
Где я ее возьму?
Я с ним не поеду.
Давайте отгулы, мне положено.
Да пойми же ты, я тебя даже
поменять ни с кем не могу.
На Воркуту рейс трудный, пожилые
не едут, у молодых дети.
Все норовят поскорее, туда и обратно.
У меня тоже, сын в интернате.
Я его очень редко вижу.
Милая, у тебя в интернате, а у
Маши Соловьевой – в ясельках.
Кому я в первую очередь
должна отгулы давать?
Все равно не поеду,
не имеете права.
- Вот видите?
- Да, вижу.
Мы в Мурманске каждый раз в
отстойке стоим. В Питере.
Я уже оформил на Воркуту.
Да у вас всегда срочно!
Как я бригаду соберу?
Ты на кого обиделся?
Да чтоб он провалился этот Мурманск.
Опять навязали.
Ну и что? Радоваться должен!
Поедем вместе.
А я радуюсь, не видно, что ли?
Ну что, нашлась замена?
Тебе-то какое дело?
Ладно, скажи, поеду.
Оформляйте.
А че это ты вдруг?
А мне в Мурманске
залив понравился.
Ой, Вера Васильевна, смотри,
опять своего прозеваешь.
Вася! Вась!
- Василий!
- Да здесь я!
Ой, Вась! Вась, я борщ сварила!
Котлеты в духовке!
Катюша письмо прислала, на тумбочке.
Ты ей пошли тридцаточку, Вась!
- Может быть, 25?
- Ни-ни, Вась, тридцаточку.
- А кролей ты кормила?
- Нет, не кормила!
Понял!
Ниночку из садика брать, а то …
Брать-брать!
- Я обратно на седьмой!
- Понял!
- Так может, 25?
- Нет, Вась, тридцаточку, тридцаточку.
- Да понял!
- Во как, и так всю жизнь.
- Понял?
- Я-то понял.
- Ты чего это?
- Совсем зима там.
Девки, я такие шашлыки
заделал, берите пока горячие.
- Пожалуйста.
- А нам-то шашлык не предлагается.
- А как же, сам худей, а начальство накорми.
- Вот это правильно!
Тебе ведь не апельсины нужны.
А что?
Тебе в Мурманск пару мешков
картошки везти надо.
Зачем?
Хорошее дело, будете с
ним всю ночь ее жарить.
Змея. Змея!
Зараза.
Конечно!
- Здравья желаю, красавица!
- Здрасте.
Привет. Корешок!
Телеграмму получил? Получил?
- Получил.
- Отпустили? Да.
Двоек нет?
Нет.
Ну, прям, зима, да?
А вас в кино-то пускают?
Пускают.
Что такое?
Постригли что ли?
Да нормально!
Всех стригли, и меня постригли.
А денег хватило?
Еще есть.
Ну, ладно, пока.
Апельсины возьми!
Пока!
Помаду, помаду сотри!
Ты что?! Ладно!
Корешок!
Корешок!
Корешок!
Антон!
Мама…
 

////////////////////////////