Железный ангел (1981 год). Цитаты и фразы из фильма

Engel aus Eisen (1981) Железный ангел

Подлинная история молодого руководителя фирмы «Гладоу», Вернера Гладоу. Он действовал в послевоенный период, начинал в 1950-е годы как бутлегер на улицах Берлина. Вдохновленный детективными романами, Вернер мечтал о романтичной жизни в стиле Аль Капоне. Но закончил очень плохо и был казнен. Фильм «Железный ангел» — номинант на Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля.

Все фразы и цитаты

Господи,
избавь меня от того, чтобы
жить в неинтересные времена.
ЖЕЛЕЗНЫЙ АНГЕЛ
ЛИДЕРЫ ПРИХОДЯТ И УХОДЯТ,
НЕМЕЦКИЙ НАРОД ОСТАЕТСЯ
Советские оккупационные силы
прервали связь между Западной Германией
и Западными секторами Берлина
в качестве ответной меры
за введение незаконной валюты.
Западные оккупационные державы пытаются
поддерживать связь, используя
воздушный мост.
Пожалуйста, сохраняйте спокойствие.
Нет никакой опасности войны.
Я сказала тебе
придумать что-нибудь!
Кто хотел приехать в этот проклятый
город? Не я!
Хотя бы электричество опять включили.
Моё пиво!
О чем ты снова плачешь?
Я больше не могу это выносить.
Я не могу даже смотреть на себя.
Мы уедем.
Обещаю тебе, Герти.
Мы уедем.
Они могут поступить так с нами,
немецкими засранцами.
Они проводят линию через город,
и мы можем с этим жить.
Все официальные постановления отменены!
Как может процветать порядок?
Половина войск на границе, остальные
проверяют продовольственные карточки.
Разве вы не слышали?
Половина штаба ушла.
Половина всех файлов
на Западе, половина - здесь.
Все карточки с отпечатками пальцев
разделили пополам.
Это пройдет.
Мы уже через столько прошли,
да, комиссар Шефер?
Но со мной так не пройдёт.
Не выйдет, говорю тебе.
Вы должны встретиться с комиссаром
Шефером по поводу рейда.
Почему? Разве Кёрнер не у себя?
- Вы же знаете, они все на службе.
Разве он не тот, кто...
- Да, конечно.
Теперь он нашёл убежище в штаб-
квартире. Они принимают всех.
Спускайтесь.
Туда.
Построиться.
Шефер, пойдем, ладно?
Пойдем.
Слушайте, мы должны прекратить это.
Слышите?
...Отправьте их домой.
К чёрту воздушный мост!
- Отправьте их домой, говорю.
Нет!
ВЕРНЕР ГЛАДОВ, ШКОЛЬНИК
НЕМЕЦ, РОД. 19 ФЕВРАЛЯ 1931...
Ты будешь делать то,
что я тебе прикажу!
Можете идти домой.
Давайте выпьем за это!
- У нас есть выпивка?
Там где-то должна быть бутылка.
Мои часы?
- Агнес.
Ты не зайдёшь?
Неа.
Что случилось?
Агнес, сигареты!
- Где они?
Ты знаешь, где.
Ты портишь мое белье.
Значит, это самолеты.
Днем и ночью.
Вся экономика поднялась в небо.
Вот одна немецкая марка,
другая немецкая марка.
Обе в одном городе.
Есть один парень, который платит
20 западных марок за часы.
Тогда отдай их ему.
- Ты идёшь или нет?
Он дал их нам.
- Чем мы обязаны такой чести?
Интересуетесь, как превратить
кладбище в танцзал?
Может быть, тебе следует
читать меньше книг.
Да ладно!
- Ты меня достал.
В чём дело?
Иди и выпей. У вас у всех
дерьмо в ушах.
Ты что, не слышишь?
Там жужжание.
Мы уже привозили его раньше.
Он из Лихтенберга.
Но нам пришлось снова отпустить его.
Гладов...
Гладов?
Они из этой банды.
Как обычно.
Чёрный рынок.
-Тогда его не надо было отпускать.
Три года работы,
потом мечта исчезла.
Как раз когда вы думали, что
систематизировали вещи...
Тогда...
Всё пошло прахом.
Привет, Вернер!
Добрый день, фрау Касснер.
Гуляете в такую жару?
Как в пустыне.
Вы когда-нибудь там были?
Нет. Но представляю себе её такой.
Ты меня слышишь?
Поговори со мной, Рихард Шютце.
Твоя жена ждет известий.
Она ни разу не была с другим мужчиной.
Даже когда война закончилась.
Рихард Шютце, ты меня слышишь?
Рихард Шютце...
Это Луиза Гладов.
Рядом со мной твоя жена.
Мы ждем знака.
Если ты здесь,
дай нам знак.
Может, он не хочет больше
со мной разговаривать.
Рихард Шютце, я обращаюсь
к тебе с другой стороны.
Мы с нетерпением ждем новостей.
Успокойтесь, дамы.
Это Вернер, мой сын.
Был тяжелый день в больнице?
Мне нужно что-нибудь поесть.
Он хочет стать врачом.
Вернер, это фрау Шютце
и её дочь из Фридрихсхагена.
Здравствуйте, герр Гладов.
Ему скоро будет 18.
Прошу прощения.
Ты принёс мне?
Стоило провести моего ребёнка
сквозь все эти тяжелые времена.
Стоило!
Даже на кухне нет покоя.
Успокойся. Твой отец богат.
Простите, уважаемые дамы.
Мой муж прикован к постели
с тех пор, как оказался в плену.
Вернёмся к делу, дамы.
Пожалуйста, проходите.
Американские самолеты круглосуточно
обеспечивают западные секторы Берлина
которые далеко в Советской оккупационной зоне.
Крупнейшая в истории миссия по
снабжению авиации в самом разгаре.
Около 1000 самолетов в день
снабжают население предметами
первой необходимости:
углём, едой и одеждой.
Даже целая электростанция
была доставлена по частям,
для снабжения зон, отрезанных
русскими оккупационными силами
от нормального снабжения.
Жители Западного Берлина
подчиняются мерам,
предписанным комендантом города.
Электричество и общественный
транспорт ограничены
с 6 утра до 6 вечера.
Таков распорядок дня.
Возможность совершать покупки
в Восточной зоне
для населения закрыта,
так как русские
ввели продовольственные карточки
и обязательную проверку
паспортов для каждой покупки.
Примером для населения является
доблестное поведение американских пилотов,
четверо из которых погибли
за последние 6 недель.
Это самолет лейтенанта Чарльза Х. Кинга...
и Роберта В. Штубера,
который разбился на Фридрихштрассе.
Самолеты - это прекрасно.
Нет, правда. Они прекрасны.
То, как они приземляются.
Попросите стюарда.
Может, они вас заберут.
Разве вы не певица...
которая...
поёт итальянские слезливые песни?
Где, по-вашему, вы меня видели?
В...
Касселе?
- Касселе?!
Кто же поёт в Касселе?
Но это были слезливые песни
на итальянском, да?
А теперь...
вы зарабатываете доллары...
Ваши друзья, вероятно, не могут
предложить вам лучшую жизнь.
Будут ли они всегда такими мелочными?
Вы хорошо информированы.
Что ж...
Пивная для копов.
Это его машина?
- Да, думаю, да.
Я проверю.
Может, там что-то есть.
Я буду ждать тебя здесь.
Иди и смотри.
Знаете, как он заплатил за неё?
Машина.
Да.
Хвастун, жалкий придурок!
Фёльпель.
Он был палачом...
ещё год назад.
Одно обезглавливание за другим.
А теперь...
он такой мелкий тип.
Он сказал, что он палач.
- Кто, кто палач?
Парень, который только что вошел.
Не могу себе это представить.
Что именно он сказал
тебе в аэропорту?
Он говорил очень быстро.
"Идите и спросите вашего Гладова...
если он хочет добиться успеха...
Теперь в небе разверзся настоящий ад.
Если он хочет узнать больше,
я буду в баре Quelle после шести."
ОБМЕН ВАЛЮТЫ
Что тебе нужно от меня,
жалкий палач?
Подумай дважды, прежде
чем сказать хоть слово!
Один неверный шаг -
и я перережу тебе горло.
Сначала поднимись наверх.
Пошла вон.
Как я тебе и говорил.
Ничего особенного.
Одни умирают стоя,
другие вот так.
Это такая же работа,
как и любая другая.
Когда я перестал быть нужен этим
козлам, они заставили меня толкать ручки.
Но я приехал сюда надолго.
Куда бы ни светило солнце.
За 60 000 можно приобрести
простенький парусник.
Хотя, конечно, винджаммер
был бы еще лучше.
Отплываем из Гамбурга.
Не более трех дней...
в каждом порту.
Ты когда-нибудь выходил в море?
Скажу тебе, мы можем получить всё.
Такой шанс выпадает раз в сто лет.
Как только кончается война,
с трепетом ожидают следующей.
Давай.
Пристегни меня.
Чего ты ждешь?
Фёльпель!
Фёльпель!
Одни умирают стоя,
другие вот так.
Независимо от расходов,
мир не пожалеет усилий,
чтобы показать чудовищу,
которое хочет нас раздавить,
что на этот раз он столкнулся
с несокрушимым противником.
В сознании человека всегда
присутствует стремление к справедливости,
а в сердце человека живёт
стремление к свободе.
Горе тому, кто игнорирует
этот человеческий инстинкт.
Мы выполнили свой долг
и будем выполнять его впредь.
Народы мира, исполняйте
и вы свой долг...
и помогите нам...
в предстоящие дни.
Не только гулом ваших самолетов,
не только транспортными возможностями,
которые вы можете принести сюда...
но и вашей твёрдой и непоколебимой
поддержкой наших общих идеалов.
Ибо только они могут гарантировать
будущее для всех нас, для всех вас.
Народы мира,
вы, народы Америки,
Англии, Франции, Италии,
посмотрите на этот город.
Уходите отсюда.
Помнишь, мы были у кого-то в гостях.
- Ты должна была взять её кольца.
Мы не можем их сдвинуть.
- Курица!
И всё потому, что её лицо
выглядывало наружу.
Я пытался. Совершенно невозможно.
Всё под замком.
Отпечатки пальцев тоже.
Получение файлов - такая большая проблема?
Они на Западе половину потеряли
и теперь осторожничают с ними.
Можешь взять хотя бы мой.
Там значится то же,
что и у твоих друзей:
"чёрный рынок, тяжёлое детство..." и т.д.
Засранцы.
У них ещё чернила кончатся.
Божья коровка, божья коровка
полети на небо
Твой дом горит,
твои дети ушли.
Божья коровка...
Божья коровка...
- И что?
Ну...
Аль Капоне.
Китайский шёлк. По одному.
Вот тебе.
Что это?
Полоски для осси, пятна - весси.
И все, у кого есть досье на Востоке,
кто работает на Востоке,
выбывает из команды.
Да, я знаю.
Всё дело в организации.
Думаю, малышке Гладову
нравится играть в босса.
А тебе какое дело?
Пока можешь покупать новый
костюм каждые два месяца.
Мальчик!
Что это?
БЕВАГ.
Берлинский электротехнический завод, PLC.
У них должно быть что-то внутри.
- Да.
Электричество.
- И что еще?
Ящик с депозитами.
Раз в месяц.
С каждой квартиры.
Мы можем получить его в любом банке.
Но я хочу прямо здесь.
Ну...
Порой я думаю,
что на твоём месте...
Что было бы?
Не знаю.
Я не ты.
Вернер?
Ты забыл свой кофе.
Здесь хорошо и прохладно.
Это самое жаркое лето
за последние 30 лет.
Тетя Эльзи хочет переехать к нам.
Она говорит, что не может
оставаться в Кройцберге.
Там только разводной суп.
Только разводная еда.
Разводная еда и роллы.
Электричество с полуночи до трёх.
И шум, говорит она.
Эльзи говорит...
это закончится войной.
Так не может продолжаться вечно.
Всё доставляется по воздуху.
Они могли бы просто...
прислать разводную воду...
говорит Эльзи.
Я буду рада, если она придет.
Чтобы не оставаться наедине со стариком.
Он просто считает листья табака.
Но, может быть, ей лучше
оставаться у себя.
Приняла ли она нас, когда нас бомбили?
И в любом случае, сейчас
дела идут слишком неважно,
чтобы она переехала
к старику и его сестре,
а я должна была их кормить!
Нет, Вернер.
Ты прав.
Она может остаться у себя...
и разбираться с этим, как все мы.
Десять отсюда.
Десять оттуда.
Там уютно.
Кругом лес.
Электричка - это громко сказано.
Габлер знает план.
Она подходит к барьеру,
отвлекает полицейских.
Их не больше четырех.
А это?
Это пустыня.
Пустыня.
- Пустыня!
Смотри!
Мы туда тоже поедем.
Но только когда нам
построят сцену.
Чёрным по белому:
"Берлин продолжает танцевать".
И первый обходной манёвр уже сделан.
Манекенщик Ругаш привёз
12 новых девушек из Нойкёльна.
И вот что:
у одной из них есть дядя,
у которого танцзал в Вайсензее.
С этого все и начинается.
Субботняя неделя.
А потом - по всему Берлину.
Мы будем спать на красном бархате.
Уже? Это довольно рано.
Люди голодают и не дадут
ни шиллинга, чтоб потрясти ногами.
Прекрати это. Такое отношение
ставит крест на твоей карьере певицы.
Вайсензее стоит монеты.
Не смеши меня!
Ты весь на виду.
- Не обращай внимания.
Они думали, что смогут купить
нас на свои новые деньги.
Джокер! Мы всё ещё будем здесь,
когда ты будешь вскапывать Сибирь.
Извините, я не хотела
вас беспокоить, господа.
Если вы ведете дискуссию
политического характера, то я...
могу перейти без контроля, а?
Мы не против, юная фройляйн.
Подойдите сюда и откройте
свою сумку.
Почему я должна идти к вам?
Подойдите ко мне.
Вы не найдете в нём
ничего особенного.
Кроме французских книг и вазелина.
Может, у меня яйца в блузке?
В самом деле?
Руки вверх. Бросьте оружие.
Сюда, медленно и спокойно.
Снимите униформу.
Погрузите его туда!
Только посмотрите на это!
Она сошла с ума?
Спустите её оттуда.
- Оставь её в покое.
Это было согласовано.
- Нет, не было.
Не так.
Что, если ей весело?
Ты остаёшься здесь.
Если у тебя нет яиц,
то пистолет не помешает.
Теперь постройтесь.
За дело, придурки.
Хоп-хоп!
Шевелитесь!
Развернитесь.
Марш!
"...В нижнем белье
по всей Брунненштрассе".
Они даже не посмели обернуться.
Такова рука закона!
За вас.
Играете в солдатики?
Детская чушь!
Ты со своими идиотами всё портишь.
Думаешь, я хочу ещё год вести дела?
Ты даже не можешь водить машину.
Я бы не пошел с тобой во
время войны, не пойду и сейчас.
За это я получил 5 лет тюрьмы.
Они могут делать с тобой
всё, что захотят.
Сперва ты рука закона,
а потом ты его зад.
Отвали, делай свое дерьмо сам.
Руки вверх!
Чёрт!
Так скажите мне, что хорошего
в автомобильных двигателях?
Как я буду их продавать?
Есть виллы с драгоценностями!
А тут на 3 кроны, ну и кретин!
Долго ещё, Ридзински?
Что?
Я спросил, сколько ещё
времени это займет.
Первоклассный материал.
Через два месяца или раньше,
гаражи мерседес будут пускать слюни.
Это мечта любого механика.
Механика!
Еще, Фёльпель.
И ты, пусть пиво течет.
Смой мой стыд, Фёльпель.
Жил-был...
комиссар...
Лучший, что у тебя был...
Ещё, Фёльпель.
Ты видел трёхногую собаку?
Как она бегает?
Ты же из деревни.
Ты, должно быть, такую видел.
Но ты был плутом, так что не заметил.
А я видел одну.
Она был быстрее прочих.
Тап-тап-тап. Вот так.
По всему двору.
Выше.
Ещё выше.
- Так? - Да.
- Поднимайте её.
Я понял.
- Хорошо.
Теперь нажимайте, продолжайте.
Нажми на неё.
И она опустится.
Вот она и на месте.
Медленно...
Вон!
Все вы.
Он шутит.
Габлер, ключ 18-го размера.
Вон.
Вы не слышали?
Продолжайте.
Пока я вас не застрелил!
Ты сумасшедший.
Или ты выше нормальной работы?
Безумец - вот кто он.
Слушай, ты, крыса,
иди, грабь трупы,
когда падают самолеты,
пусть твой отец научит
тебя трясти задницей,
но не лезь сюда.
50,000 марок!
Почему никто не делает для него...
чтобы он стоял на коленях в дерьме?
Молокосос!
Молокосос.
Все они груднички!
Ты наконец-то готов?
Я покажу тебе твои двигатели.
Корм для рыб.
Пошли.
Бери свою куртку!
Ты мог бы сказать что-нибудь.
Ридзински всегда был хорошим человеком.
Я больше ничего не скажу.
Ты пойдешь со мной.
Ты и твое дерьмо.
Просто сидите...
и наживаетесь.
А как же БЕВАГ?
Что это?
Что с ним?
- Как там БЕВАГ?
Слушай:
бери свой портфель и уходи.
По возвращении
представишь мне здесь
поэтажный план, график охраны,
пути эвакуации,
даты внесения депозитов...
местонахождение сейфа.
Давай, шевелись.
Ты знаешь всех.
Я подожду здесь твоего возвращения.
Даже если это будет через 2 дня.
Давай, шевелись.
Я могу предложить...
- Заткнитесь!
Ложитесь.
Спите дальше.
Можно мне одеться?
Идите сюда.
Как давно он этим промышляет?
Чем?
- Чем? Этим.
Я точно не знаю.
2 года после войны.
И кто были его клиенты?
Военные преступники.
Генералы и так далее.
На Западе или на Востоке?
Тогда не было разделения.
В американском секторе
это была гильотина,
в русском секторе -
это был топор.
Вертушка?
Да. Он должен был принести его
в своём чемодане. - В чемодане?
Где он сейчас?
На антресолях.
Здесь?
Покажите.
Сейчас?
Я?
- Именно.
Именно так.
Минуту.
Что он получал... за каждого?
1000 марок.
Это были тогда рейхсмарки.
После этого его нельзя было узнать.
Что еще он мог делать
после освобождения?
Война закончилась, была безработица,
его не признали отказником
по соображениям совести...
Мы не могли вернуться домой,
это уже была Польша...
Понятно.
Примерьте это.
Только не это, герр Гладов.
Пожалуйста.
Это всего лишь маска.
Просто покажите мне.
Но...
Потом сможете её снова снять.
А кто её сделал?
Кто? Я.
Стакан, Герти. Самый
большой стакан.
Один стакан, я сказал.
Он не пьет.
Он духовный человек.
Можешь открыть чемодан.
Даты внесения депозита...
поэтажный план технического крыла,
пути эвакуации,
ключи от кассы.
Что ты на это скажешь?
Когда-нибудь я куплю тебе
дом у озера Мюггель.
Большой, с красивыми
стальными жалюзи.
Я хочу денег.
Я всё забираю обратно.
БЕВАГ - отличная идея.
17-го числа там будет минимум...
420 000 марок.
Но это не главное.
А знаешь, что главное?
Я думал об этом по дороге сюда.
Почему ты не садишься, Герти?
Что же главное?
У кого мы это забираем?
У БЕВАГа.
Неправильно.
Мы забираем это
у рабочих.
Ну и что?
- Что значит "ну и что"?
Они - главные враги.
Когда я скрывался
и не хотел идти на фронт,
кто на меня донёс?
Рабочий.
Верно, Герти?
- Не кричи!
Не хотите выпить, герр Гладов?
- Он - саморазрушающийся механизм.
Вернер, я понимаю, почему
ты бросил двигатели в воду.
Это был шедевр.
8 часов работы.
Отверткой.
Криминал.
Мы с тобой не преступники,
даже я со своими казнями.
Рабочий - преступник.
Мелкие рабочие.
Если бы это было
санкционировано государством,
у каждого бы на кухне
стояла гильотина.
Для жены, если изменит.
Для хозяина квартиры.
Для соответствующего начальника.
Не мы преступники.
И не правительство.
Это их вина, что они теперь имеют
право голоса. Преступник...
Кто именно?
- Ложись.
Герру Гладову не интересно.
- Всем интересно.
Всем интересно,
почему я это сделал!
Иначе зачем он объехал
весь город в поисках меня?
Мне пора идти.
Преступники...
Сначала они хотели силой
вложить мне в руки пистолет,
потом просто лежали там...
вот так
и сопели.
И кто стоял там
с топором в руке, а?
Может, это был рабочий?
Это уже слишком.
Дай ему поспать. Скажи, что
я верну его сумку завтра.
Руки вверх!
125...
130.
135.
140.
145.
150.
155.
160.
165.
170.
Ну, доволен?
Чему?
- Как сработал твой грандиозный план.
Знаешь, сколько там было?
- Не важно.
В другой раз отключим электричество.
И пойдём на дело в серьёз.
Мы ограбим их всех.
- Ты бы видела меня, Агнес.
Я споткнулась только один раз.
А они...
и правда...
все хлопали.
Жаль, ты пропустила это.
Но теперь ты продвинешься.
460,000 марок.
Забудь Вайссензее.
Мы арендуем Фридрихштадтский дворец.
Мне нужно только
придумать новое имя.
Лиза Габлер не подойдёт.
Нужно что-то американское.
Тише, тише.
В чём дело?
- Там, наверху, не слышишь?
Что это?
- Самолёты, они все замолкли.
... Удалены обеими сторонами:
Мы повторяем,
четыре оккупационные державы,
Соединенные Штаты Америки,
Союз Советских Социалистических Республик,
Франция
и Соединенное Королевство Великобритании,
решили прекратить блокаду
с сегодняшнего дня.
Все ограничения на движение
и торговлю в Германии
теперь отменены.
Вернёмся к нашему
оперному концерту.
Как они узнают, где ты была?
Как ты узнаешь, что произошло сегодня?
И вот мы снова встретились.
Есть те, кто ждёт,
и те, кто празднует.
Почему бы тебе не пойти
и не позвать Гладова?
Гладов!
Гладов!
Почему он здесь?
И знает, что ты здесь?
И что мы празднуем?
Не вмешивайся больше.
- Что ему от тебя нужно?
Они снова будут обмениваться
документами каждый день.
Восток с Западом, Запад с Востоком.
Тогда через аэропорт,
сейчас за ним не следят.
Он должен быть загружен.
Охраны больше нет.
Это должно быть возможно.
- Да, конечно.
Или в президиуме.
Там всё для обмена документами.
Обмена не будет.
Скажи, деньги у тебя с собой?
Что?
- Мои 50% за БЕВАГ.
А, эти. Они у Габлера. Он поменяет их на
доллары. Ты получишь их через два дня.
Но они мне нужны сейчас, слышишь?
Мой самолёт вылетает в 16:45.
Ты с ума сошел?
Какой самолёт?
Я не останусь здесь.
Я уже продал машину.
Что ты сделал?
Продал машину?
- Наступил порядок.
Наши правители в согласии,
а мы сами по себе.
Завтра здесь можно будет
услышать кашель мухи.
Давай. Мне нужны деньги. Прямо сейчас.
Немедленно. Пошли.
Хорошо, Фёльпель, я достану
нам новую машину.
Убирайся.
Я жду своего босса.
Что?
Он просто сидит там.
Он не выберется,
это местный праведник.
Фёльпель... иди сюда.
Шофёр на Шарлоттенштрассе...
То есть, убийство на Шарлоттенштрассе.
Если хотите знать, кто это был...
Пойдите скажите им.
Они будут рады подсказке.
Или поберегите дыхание.
- Ваш коллега,
этот милый герр Фёльпель,
застрелил его сегодня утром.
Он хотел машину.
Я видела это своими глазами.
Кто?
Фёльпель?
Она спятила.
Откуда ты его знаешь?
Просто знаю.
Чтобы вы мне поверили, я могу
сказать, что он был палачом.
Он застрелил шофера сегодня
утром на Шарлоттенштрассе.
Звоните быстрее.
Он хочет убежать.
Соедините меня с третьим отделом.
Это Шефер.
Да, неважно.
А еще лучше...
- И не верьте ни одному его слову.
Номер его машины - IB...
26 35.
Стойте здесь. Стойте здесь!
Сегодня мы отправимся в путешествие.
На Запад.
Где есть деньги.
Где иголка с ниткой?
Почему ты сегодня в платье?
Я тебе сто раз говорил... оно рваное.
Нам нужно где-то достать нитки и иголку.
Остановись.
Прорезь и правда не так уж плоха.
Мы так и оставим.
Какая же я дура!
Мне нужно было понять это раньше.
Полицейский.
Знаешь, от кого мы всё
это время скрывались?
Кто с самого начала
держал нас на мушке?
Ты всё ещё пьяна?
На какой ещё мушке?
Он заливался соловьём, больше, чем
нам было нужно. Можете прочитать.
Посмотрим, удастся ли устроить
парад осуждённых.
Здесь или на нашей стороне.
Вы не можете использовать допрос
официально, но у вас может быть копия.
В конце концов, вы дали нам фору.
Я много о вас слышал.
Еще в школе полиции.
Можно поговорить с ним наедине?
Не то чтоб я вам не доверял,
но он был моим коллегой
в течение трёх лет.
Не забивай его до смерти,
он мне ещё понадобится.
Моя секретарша не побеспокоит вас.
Она только набирает протокол.
Я правда не делал этого, Шефер.
Это был Гладов.
Это не то, что я слышал.
- Что ты слышал?
От кого?
От маленькой блондинки
с такими волосами.
Ах, так.
От неё.
Да, да...
Я должен был знать.
Но это всё же был не я.
Не высовывайся. Не дёргайся.
Деньги!
Я просто хочу его снова увидеть.
- Полицейские тебя заметят.
Теперь уже неважно.
Что с тобой?
В субботу снова будешь мести двор.
Здание окружено.
Руки вверх!
Берлин - не Чикаго...
Берлин - не Чикаго...
Берлин - не Чикаго...
Слушайте.
Я вытащу вас отсюда, хорошо...
Вы нужны мне как свидетель.
Добровольно вас не переведут.
Прямо сейчас. В окно.
Перед ним стоит машина.
Это будет величайший судебный
процесс за последние 20 лет.
Вы будете моим свидетелем, и я скажу,
что вы всё время подчинялись приказам.
Затем мы вернём вас на службу.
На службу?
На службу!
Комиссар! Мы закончили! Уведите меня!
Вы когда-нибудь видели
трёхногую собаку, Шефер?
Идиот!
Как раз когда всё снова шло в гору.
19-летний школьник Вернер Гладов
был казнён 10 декабря 1950 г.,
на гильотине.
Бывший палач Густав Фёльпель
умер после 7 лет тюремного
заключения, 8 февраля 1959 года.
 

////////////////////////////